Morning Star LL. Передовая Технологическая Система Учёного

Передовая Технологическая Система Учёного

Автор: Morning Star LL

Перенеся тепловой удар на работе в летнюю жару, Лу Чжоу, трудолюбивый, но бедный студент университета, каким-то образом становится пользователем системы высоких технологий. С читами от системы его университетская жизнь меняется в одночасье. Магистр? Легко. Доктор наук? Без проблем. Из никого он быстро становится большой знаменитостью в мире науки. С заданиями от системы он уже на пути к «Нобелевской премии». — Система, можно ли обменять баллы на деньги? — Нет — Черт, тогда зачем ты нужна?! — Эта система сделает вас величайшим умом, батей мировой науки. Зачем вам деньги?

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe209

Глава 1. Шок! Работа с шестизначной зарплатой в итоге...

2014 год, Китай, город Цзиньлин

Июньское солнце раскаляло асфальт, испаряя всю влагу до последней капли.

Глядя на пешеходов, снующих туда-сюда, и слушая шум машин, Лу Чжоу смотрел на улицу, стоя перед бизнес-центром Telecom. И хотя позади иногда дул холодный воздух, парень был одет в толстый костюм маскота, поэтому не ощущал кондиционера.

А почему он тут стоял?

Естественно, из-за жизни...

Ладно, давайте объясним.

Во время летних каникул бизнес-центр Telecom устроил совместную акцию с фирмой мобильных телефонов vivo. Нужно было стоять одетым в костюм маскота у входа. Оплата составляла шестьдесят юаней в час, почти в два раза больше, чем раздача флаеров, и к тому же тут на тебя не бросали косые взгляды. К тому же температура превышала тридцать градусов, платили дополнительные десять юаней в час. Итого — семьдесят в час.

Услышав про такую зарплату, Лу Чжоу, недолго думая, взялся за эту работу.

Парень все тщательно проанализировал. В среднем рабочее время составляет пять часов в день, в сутки выходит триста пятьдесят юаней. Если работать тридцать дней в месяц, то получится десять тысяч пятьсот юаней.

Кто бы мог подумать, что должность с годовой зарплатой в сто тысяч юаней была прямо у входа в бизнес-центр?

Конечно, Лу Чжоу знал, да и компания vivo тоже, что даже богатые и влиятельные Huawei, невозможно ежедневно продвигать товар.

Но даже так, всего за неделю можно заработать две тысячи шестьсот юаней.

И в этот момент, когда Лу Чжоу уже начал со скуки считать листья на дереве у входа, к нему подошел толстый мужчина с темной кожей, вытирая пот с лица.

Толстяка звали У Дахаи. Он тоже, как и Лу Чжоу, был с математического факультета университета Нанкин, но учился на два курса старше , на третьем курсе. Через четыре месяца он уже перейдет на четвертый. Будучи мэнеджером студентов, именно У Дахаи предоставил Лу Чжоу эту работу маскотом.

— Лу Чжоу, ты — в порядке? Может, сменишься и отдохнешь в бизнес-центре?

Из-за сильной жары У Дахаи весь взмок и был похож на рыбу, вытащенную из воды.

И хотя Лу Чжоу на самом деле хотел отдохнуть, он лишь покачал головой:

— Я — в порядке, могу еще продержаться какое-то время.

— Я повторю, ты — правда, в порядке или врешь? Ты стоишь уже полдня, — сказал У Дахаи с горьким лицом.

Он действительно опасался, что этот парень получит тепловой удар.

— Не беспокойся, я — правда, в порядке, — утвердительно покачал головой Лу Чжоу. — У меня еще час до конца смены. В любом случае я уже долго на ногах, и лишний час погоды не сыграет, не так ли?

У Дахаи, замешкавшись, посмотрел на Лу Чжоу и произнес:

— Ладно… тогда могу не беспокоиться за тебя.

— Да, иди займись своими делами.

Видя, что Лу Чжоу так решительно настроен, У Дахаи больше не стал на него давить.

На самом деле внутри он был счастлив.

В конце концов, в такую жару нелегко набрать людей на такую работу. Хотя в его распоряжении немало людей, работающих неполный рабочий день, не так много из них готовы убиваться, как Лу Чжоу. Если тот не справится, ему самому придется надеть этот "хлопковый скафандр".

Посмотрев толстяку в спину, Лу Чжоу отвел взгляд и продолжил пялиться на дерево у бизнес-центра.

И именно в этот момент он неожиданно ощутил, что вид перед глазами какой-то странный.

Пешеходы… почему вы в небе?

Ноги парня стали ватными, и он упал назад.

Остатками сознания Лу Чжоу смутно слышал стремительные шаги и крики у бизнес-центра позади него.

— Маскот у входа получил тепловой удар!

— Быстрее, снимите его шлем и дайте чашку воды!

— Твою мать, Лу Чжоу, скажи мне, что ты — в порядке!

— Не отвечает, срочно в больницу!

— На моей машине!

— ...

Последние лучи света пропали перед глазами...

А затем парня окутала кромешная тьма...

— — — — — -

Лу Чжоу, первокурсник математического факультета в цзиньлинском университете, через несколько месяцев перейдет на второй курс. Изначально он подавал заявку на факультет разработки программного обеспечения, но из-за разницы в баллах ему пришлось отправиться на непопулярный математический.

Время от времени Лу Чжоу спрашивал себя: какая польза от четырехлетнего обучения этой бесполезной специальности?

Казалось бы, неразрешимый вопрос.

С математического факультета было два пути: продолжать постигать тонкости (уехать учиться за границу или поступить в магистратуру, либо перейти на другую специальность).

На самом деле, был еще вариант: остаться работать в университете после окончания, но студенты обычно брали его в расчет, только если у них были особые отношения с учителями. Однако даже если так, остаться в университете — это стать человеком на побегушках. Лучше непосредственно учиться, сдав вступительные экзамены в аспирантуру.

Однако для Лу Чжоу аспирантура была довольно нереалистичным вариантом.

Родной дом парня находился в Цзянлине. И хотя от Цзиньлина его отличал лишь один иероглиф в написании, разница в географическом положении была огромной. Отец Лу Чжоу работал на металлургическом заводе в Цзянлине обычным рабочим, а мать уже давно сидела дома из-за плохого здоровья, и на ее лечение требовалось много денег.

Весь доход его семьи ложился на плечи отца. К тому же, у Лу Чжоу была младшая сестра, которая училась в старшей школе. И когда девушка решит поступать в университет, расходы на это будут немаленькие.

И хотя его отец считал, что ему нужно не о деньгах беспокоиться, а усердно учиться, чтобы вернуться домой доктором наук, Лу Чжоу прекрасно понимал, что это невозможно.

Он уже стал частью общества и должен учитывать реальные проблемы.

Если конкретнее, проблему денег.

Парень не хотел стать для своей семьи обузой и обременять сестру, поэтому старался быть финансово независимым с тех пор, как поступил. И когда другие участвовали в общественных мероприятиях, восхваляя молодость, или усердно учились в библиотеке, Лу Чжоу раздавал флаеры, устанавливал роутер и доставлял еду на дом.

Порой парень задавался вопросом, какой смысл такой жизни в университете? Работа, что он выполнял, неквалифицированная. Даже те, кто окончил среднюю школу, справятся с ней лучше него. Во всяком случае, не получат при этом тепловой удар, стоя несколько часов рядом со зданием с кондиционерами.

Но этот вопрос, как и предыдущий, оставался без ответа.

Теперь парень упал...

Когда к нему вновь вернулось сознание, он очутился в белом пространстве и непонимающе смотрел по сторонам.

Что за черт… где я?

Никто не ответил.

Лу Чжоу смутно припоминал, что он получил тепловой удар перед входом в бизнес-центр. И один добрый человек посадил его в машину и отвез к ближайшей больнице. Только не то... что на больницу, это место вообще не было похоже на реальный мир.

Лу Чжоу уже начал переживать из-за сложившейся ситуации, как вдруг перед ним внезапно появился полупрозрачный экран, перепугав его до чертиков.

Система… высоких технологий? Какого черта?!

Смотря на текст, постепенно появляющийся на полупрозрачном экране, Лу Чжоу сначала испугался, а затем пришел в восторг.

Может… я был выбран легендарной системой?

Он читал о таком в веб-новеллах.

Сглотнув, Лу Чжоу спросил:

— Система… какие у тебя функции?

Однако загадочный голос извне так и не раздался и не ответил на его вопрос. Полупрозрачный экран, кажется, вообще никак на это не отреагировал и просто показал текст.

[Система высоких технологий:

Данная система стремится к развитию цивилизации жителей. Относительно тайн системы, пользователь, пожалуйста, изучите их самостоятельно. Теперь владельцу будут подробно объяснены функции системы.

Главный интерфейс системы представлен ниже.

※Основные науки: основа "дерева технологий" ориентируется на теоретическое направление. Верхний предел уровня равен десяти, опыт можно получить, только выполняя задания, не разрешается обменивать баллы. "Дерево технологий" разблокирует будущие эпохи и крупные инженерные задания.

A.Математика: основа всех дисциплин, определяет верхний предел остальных наук.

B.Физика: способна помочь вам познать вселенную.

C.Биохимия: способна помочь вам осознать себя.

D.Инженерное дело: преобразование оборудования, преобразование окружающей среды, преобразование мира.

E.Материаловедение: материалы и инженерные работы неотделимы.

F.Энергетика: от ископаемого топлива до гелия-3, от литиевых батарей до антиматерии, от бесповодной электропередачи до сверхдальней лазерной передачи, все в жизни питается от энтропии. Выработка энергии происходит даже у далеких морских звезд.

G.Информатика: генетика — это код Бога, и конечная цель кода — создать Бога.

— — — — — -

※Отраслевые технологии: являются научно-технической ветвью основного раздела. После разблокирования ветви очки опыта, необходимые для повышения уровня, можно обменивать эквивалентно к одному баллу.

Например: для Генетики LV1 требуется Биохимия LV1, но возможно путем траты ста баллов разблокировать Генетику LV1 (0/1000).

Чтобы разблокировать Генетику LV2 требуется выполнить три условия: наличие Биохимии LV2, Инженерного дела LV1 и тысячи очков опыта. Только тогда Генетику LV1 можно повысить до Генетики LV2 (0/?)

— — — — — -

Технические чертежи: как видно из названия, это общедоступные технические чертежи. От наночипов до проекта сферы Дайсона.

Если требования производства выполняются, их можно изготовить, следуя инструкциям чертежа.

— — — — — -

Баллы: доступны как награда за задание, необходимо потратить двести баллов, чтобы получить новое задание. Также можно потратить баллы для решения сложных технических задач (стоимость определяется уровнем дисциплины, технической сложностью и уровнем сложности решения самой задачи).

Задания: каждый раз появляются три случайных задания, из которых можно выбрать одно в качестве цели для выполнения. По завершению задания можно получить соответствующее вознаграждение. Панель задания будет сброшена, как только задание будет выполнено.]

Лу Чжоу не знал, как выразить чувства. Математика, которую он считал ненужной, в этой системе, похоже, превратилась в царицу всех наук. Чувство искупления заставило его стать безмолвным.

Лу Чжоу все еще не мог подобрать слов к случившемуся.

Пояснительный текст исчез, но тут же следом появилась панель с характеристиками.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV0（0/1000）

B.Физика: LV0（0/1000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV0（0/1000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV0（0/1000）

Отраслевые технологии: нет

Технические чертежи: нет

Баллы: 0

Задания: не получены]

"Так или иначе, я тоже учусь в одном из лучших университетов, хотя и не считаюсь отличником. Но эта куча нулей… ты презираешь меня?"

Глядя на цепочку нулей, Лю Чжоу недоумевал.

Эта система определенно ошиблась!

И стоило ему так подумать, его внезапно сильно встряхнуло за плечо, что вытащило его сознание из белого пространства...

Глава 2. Образ жизни гениального студента не нуждается в представлении

— Лу Чжоу, проснись!

Его снова потрясли за плечи, парень медленно открыл глаза и увидел толстое лицо У Дахаи.

— Черт! Ты, наконец, проснулся, — У Дахаи вздохнул с облегчением, отпустив плечи Лу Чжоу, и извиняющеся улыбнулся:

— Надеюсь, ты не обижаешься. Я не хотел мешать твоему отдыху. Видел, как ты храпел, и догадался, что ты в порядке.

Лу Чжоу посмотрел на окружающие его белые стены и простыню на больничной койке и спросил: «Где я?»

— Разве ты не помнишь? Ты получил тепловой удар у бизнес-центра, — ответил У Дахаи, сев на стул. Парень вздохнул и похлопал по своим толстым бедрам, а затем продолжил. — Эх, я говорил тебе не упрямиться, а ты не слушал. Мы работаем неполный день. Мы не профессионалы. Какой смысл так надрываться? Только взгляни на себя. Ты жертвуешь своим здоровьем, оно того стоит?

Лу Чжоу с неохотой улыбнулся и спросил:

— Что сказал доктор?

— Ничего особенного, просто небольшое обезвоживание, — ответил У Дахаи, подбородком указав на тумбочку, а затем добавил. — Я поставил туда чашку воды. Не забудь выпить.

Лу Чжоу прочистил горло и искренне сказал:

— Спасибо.

— Не благодари меня. Ты младший, и, будучи старшим студентом, я обязан заботиться о тебе, — произнес У Дахаи и, махнув рукой, добавил. — Тебе надо хорошо отдохнуть, когда будешь в порядке, возвращайся в университет. Я уже перевел тебе зарплату, так что проверь, получил ли ты ее. Кроме того, не беспокойся о больничных счетах. Там было немного, и я уже оплатил.

— Как я могу принять…

— Все нормально. Не будь сентиментальным. Я дал тебе эту работу, и это моя вина, что с тобой что-то случилось, — У Дахаи встал со стула. — Мы замнем эту ситуацию на этом. Тебе надо пойти домой и отдохнуть пару дней. Не начинай работать снова.

Лу Чжоу хотел что-то ответить, но не подобрал слова, парень смог лишь кивнуть и сказать «спасибо».

У Дахаи махнул рукой, как бы говоря «не нужно благодарностей», и ушел.

Лу Чжоу лег на кровать и вздохнул, глядя в потолок:

— Судя по всему, мне придется искать новую работу на неполный день…

После этих проблем У Дахаи, скорее всего, просто не захотел бы его возвращать. Не говоря уже, что парень разочаровался в себе. Причинив столько неприятностей, он больше не мог просить помощи.

Парень перевернулся на бок и задумался о том ярком сне. Закрыв глаза, Лу Чжоу тихо прошептал:

— Система.

Никакого ответа.

— Система высоких технологий.

Ответа не последовало.

Парень покраснел.

Черт!

Это был сон, в конце концов…

Но, открыв глаза, он был просто шокирован.

Все вокруг стало абсолютно белым. Перед ним появился полупрозрачный дисплей с панелью, заполненной нулями. Все говорило о том, что это реальность.

Лу Чжоу на мгновение удивился, а затем счастливо сжал кулаки.

Ха-ха!

Это реально! Это не сон!

На полупрозрачной панели характеристик внезапно появилась строка текста:

[Пользователь, пожалуйста, выберете задание]

Подходя к экрану и касаясь иконки задания, Лу Чжоу пытался сдержать волнение.

Перед ним тут же появилась полупрозрачная область чата.

[Задание 1: Физическая подготовка.

Описание: Чтобы преуспеть в научных исследованиях, прежде всего необходимо иметь здоровое тело. Вы должны уметь убегать от журналистов, бороться с зомби и непрерывно выступать 72 часа. Тренировать тело нелегко. Пользователь, пожалуйста, начните сейчас.

Требования: Пробежать пять километров за один час. Подумайте о задании, чтобы запустить таймер (Можно повторить попытку при неудаче).

Награда: 20 очков опыта для любой науки. Один билет для счастливой лотереи (100% — мусор).]

[Задание 2: Развитие отношений.

Описание: Если вы хотите находиться в академических кругах и не покупать обеды другим, то должны научиться управлять отношениями.

Требования: Наладить хорошие отношения с профессором Лу Фанпином, декан математического факультета нанкинского университета. (Минимальный показатель отношений — 30. Показатель отношений будет отображаться после начала миссии).

Награда: 100 опыта к математике. 400 баллов. Один билет для счастливой лотереи. (97% — мусор, 3% — высокотехнологичный образец).]

[Задание 3: Образ жизни гениального студента не нуждается в представлении.

Требование: Заниматься в библиотеке 24 часа. Подумайте о задании, чтобы начать.

Награда: Количество очков опыта для каждого предмета определяется видом прочитанных книг и степенью их значимости. 100 баллов. Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 9% — образец, 1% — чертеж).]

Система довольно честная. Она даже проценты показывает.

Но что с этой миссией на бег? 100% мусор?! Чертов развод!

К тому же, что за налаживание отношений с профессором? Угощать его обедом? Дарить подарки? В любом случае это обойдется в копеечку.

Только последнее задание вроде кажется нормальным. Хотя не говорится, сколько очков опыта оно принесет, здесь самый низкий шанс получить мусор! С точки зрения теории игр[✱]https://clck.ru/CJLLN это задание должно быть лучшим, ведь так?

И заниматься в библиотеке вроде довольно просто.

Обдумав все, Лу Чжоу без колебаний выбрал третье задание.

Образ жизни гениального студента не нуждается в представлении!

[Вы не можете изменить задание после выбора. Нет ограничения по времени. Если откажетесь от задания, то будете оштрафованы на 200 баллов. У пользователя на данный момент 0 баллов. Вы подтверждаете выбор? (Первое напоминание)]

Парень без колебаний произнес «Подтвердить!»

[Выбор завершен. Удачи.]

Сверкнули белые лучи света. В панелях характеристик в секции «задания» «нет» сменилось на «задание 3».

Лу Чжоу закрыл глаза и глубоко вздохнул. А затем прошептал, чтобы выйти из системы. Открыв глаза, он увидел, что вернулся в больничную палату.

Некоторое время парень лежал на кровати, переваривая новую информацию.

Не зная почему, он стал обладателем этой высокотехнологичной системы.

Лу Чжоу вспомнил, что У Дахил тряс его, чтобы он проснулся. Пространство системы, должно быть, глубоко погружено в его сознание, поскольку находится вне этой реальности. К тому же время внутри системы и снаружи течет одновременно.

По правде, Лу Чжоу даже не ощущал, что система реально существует.

Однако это все не имело значения.

Это могут быть ухищрения пришельцев, первоапрельский розыгрыш или проблемы головой. Ну, он уже принял задание, и чтобы узнать, ему нужно его завершить.

Лу Чжоу взял с тумбочки чашку воды, выпил ее, а затем встал с кровати.

Медсестра померила ему температуру и подтвердила, что он в порядке. Парень покинул больницу и направился к ближайшей автобусной остановке, чтобы доехать обратно до университета.

Вернувшись в общежитие, Лу Чжоу застал в комнате только своего соседа Лю Жуй. Двое других, должно быть, пошли в интернет-кафе.

Лю Жуй, заметив, что его сосед вернулся, отложил учебник, поправил очки и спросил: «Лу Чжоу, слышал, ты получил тепловой удар?»

— Ага… но ничего серьезного, — ответил Лу Чжоу, через силу улыбнувшись. Парень подошел к своей кровати.

В комнате общежития на четырех человек верхняя койка была обычной кроватью, а у нижней находились стол и шкафчик. Лу Чжоу хранил там все свои карточки.

Немного покопавшись в нем, парень с облегчением нашел свою библиотечную карточку. А затем, прихватив рюкзак, покинул общежитие.

Деревья шелестели на холодном ночном ветру.

Улицы были ярко освещены. Студенты и учителя ходили с учебниками в руках. На поле прогуливались парочки, держась за руки, другие бегали вместе. Словно этот университет всегда был живой и полон энергии.

Уже восемь часов. Лу Чжоу посмотрел на ярко освещенную библиотеку и ощутил чувство неизвестности и ностальгии.

Как давно я тут не был?

Он глубоко вздохнул и неловко вошел в библиотеку.

Глава 3. Истинный гений никогда не тратит впустую свое время

— Начать задание! — прошептал с закрытыми глазами Лу Чжоу. И на всякий случай повторил еще два раза, если этого будет недостаточно.

Открыв глаза, он увидел перед собой строчку полупрозрачных слов.

[Задание 3 начато. Текущее время: 0 часов. Таймер остановится при покидании библиотеки.]

Лу Чжоу был ошарашен внезапно появившимися словами. Он осмотрелся вокруг и, увидев студента, прошедшего сквозь полупрозрачные слова, расслабился.

Как оказалось, больше никто не видит слова системы.

Ну, потратить 24 часа на чтение парочки книг в библиотеке, и задание завершится, да?

Лу Чжоу подошел к секции математики, поскольку это было лучше, чем ничего. Он уже собирался просто пролистать книги, когда внезапно заметил, что на них появились числовые метки. К тому же их цвета имели определенную закономерность, меняясь от большего к меньшему, от красного к серому.

[Dieudonne Foundations of Modern Analysis, 10]

[Линейная алгебра, 0]

[Современный математический анализ в лекциях, 100]

[…]

Что за фигня?!

Парень неожиданно вспомнил про награду за это задание. Очки опыта будут начислены на основе оценки стоимости книг.

В общем, просто за нахождение в библиотеке он получил бы лишь счастливый билет для лотереи.

Настоящий гений никогда не будет тратить свое время в библиотеке впустую!

Лу Чжоу сглотнул, подумав об этом.

Однако он не понимал одного. Почему у продвинутых учебников по математике была такая низкая оценка, когда у книг по основам — такая высокая?

Особенно учитывая, что «Dieudonne Foundations of Modern Analysis» одобрил его учитель, порекомендовав книгу к обязательному прочтению. Студентам было очень трудно ее понять. Для этого нужно хотя бы быть знакомым с действительной функцией и функционалом.

Внезапно парень вспомнил, что на панеле характеристик его уровень математики был нулевым. И это его слегка шокировало.

Неудивительно!

Может, ценность основывалась на его уровне знаний?

Она имела две стороны. Взять, например, гипотезу Римана. Она важна для академического мира, на ее основе построены тысячи математических теорий. Поэтому ее ценность чрезвычайно высока. Но для Лу Чжоу она была сложна для понимания, и это не помогло бы ему при обучении. Следовательно, ее ценность равна для него нулю.

Парень понял, как работает система оценивания, и без колебаний выбрал «Современный математический анализ в лекциях».

Так уж совпало, экзамены по этому предмету начнутся через две недели. И Лу Чжоу не полностью понимал некоторые из наиболее сложных тем, и это будет считаться повторением.

Найдя место, он уселся и начал читать книгу.

По правде говоря, ему не особо нравилось углубление в математику, но он мог это выдержать.

Парень не знал, было ли это из-за влияние системы, но он чувствовал, как входит в состояние полной концентрации. Лу Чжоу словно забыл обо всем на свете. Были только он и его книга. Больше ничего не существовало.

Кто-то постучал по его плечу и вывел из этого состояния.

— Студент, 10 часов, библиотека закрывается, — сказала ему библиотекарь.

Лу Чжоу быстро поднялся и, прежде чем вставить закладку в учебник, произнес:

— Простите, потерял счет времени. Сейчас все соберу.

— Не переживай. Я работаю здесь много лет и впервые вижу студента, так сосредоточенно читающего книгу по математике, — произнесла библиотекарь.

— Я еще могу забрать книги? Хотел бы взять ее, — спросил Лу Чжоу. Парень до сих пор находился под впечатлением от своей концентрации и ощущал чувство незавершенности.

Никогда прежде он так не увлекался математическими проблемами.

Словно читал не учебник, а роман о всей жизни математики.

Библиотекарь оценила его вежливость и быстро сказала:

— Все нормально. Можешь пойти и взять ее, если хочешь. Компьютер еще включен, я помогу тебе внести ее. Ты принес свою библиотечную карточку?

— Принес… Спасибо! — искренне ответил парень.

— За что? Не стоит благодарить!

Лу Чжоу убрал учебник в сумку и быстро покинул библиотеку.

Когда он прошел сквозь голографическую панель, таймер тут же остановился.

Однако разум Лу Чжоу находился в другом месте. Парень не хотел терять ни секунды и жаждал поскорее вернуться к этому магическому опыту чтения.

Когда Лу Чжоу пришел в общежитие, он обнаружил, что оба его соседа уже вернулись и играли в League of Legends.

Хуан Гуанмин услышал, как открылась дверь. Он увлеченно сражался вместе со своими товарищами по команде и, даже не поворачиваясь, спросил:

— Братан, Чжоу, лол?

Он специально произнес «лол», так как это была их фирменная фраза, чтобы пригласить кого-нибудь сразиться в ущелье призывателей.

— Не сегодня. Мне еще надо кое-что сделать. Можете играть, парни.

Ши Шан отбросил противников назад, и у его друзей появилась минутка. Парень оглянулся и, увидев, как Лу Чжоу сел и начал читать вытащенный из сумки учебник, вдруг закричал:

— Что за хрень! Лу Чжоу, когда ты так полюбил учиться?!

Лю Жуй услышав, что его друг читает, посмотрел на его стол.

Лу Чжоу засмеялся. Было слишком сложно все объяснить, поэтому он придумал оправдание:

— Скоро сессия, а я до сих пор не пониманию многих тем. Если не повторю сейчас, будет слишком поздно. Сыграю с вами после экзаменов.

— Черт! Просто сдай экзамен! — крикнул Хуан Гуанмин, яростно щелкая мышкой, атакуя вражескую башню.

Если Лу Чжоу правильно помнит, то он говорил то же самое в прошлом семестре. Хотя на экзамене по «математике 1» набрал 89 баллов, всего на 1 балл ниже, чем у гения Лю Жуя.

Все втайне усердно занимались.

Лу Чжоу лишь рассмеялся и ничего не сказал. Он открыл страницу на закладке и сосредоточился на учебнике.

Прошло 10 секунд.

Прошло еще 10 секунд.

Прошло 5 минут.

Он услышал звук о победе позади. Он не закончил читать даже две страницы, прежде чем вернуться к тому, с чего начал. Слова не лезли в голову.

— Ха-ха! Серебро 4! Я поднял ранг! — высокомерно воскликнул Хуан Гуанмин, откинувшись на спинку стула.

— Я саппортил тебе, урод, — огрызнулся Ши Шан, откинувшись на спину и потягиваясь.

— Не гони. Мой потрясный Лебланк убил марксмена.

— Потрясный мой зад. Хватит гнать, тебе просто повезло. Я вытащил тебя из эло ада 1. Мне пришлось попотеть, чтобы поднять твой зад до серебра. Ты даже забыл получить первую победу дня вчера!

У Лу Чжоу не мог сосредоточиться на учебнике.

И не от того, что его соседи по комнате разговаривали. У него просто не получалось. Обычное его состояние. Мысли сбиваются, стоит ему только малость отвлечься.

В библиотеке люди ходили и разговаривали, но он все еще мог полностью погрузиться в мир книги.

Парень вздохнул и отложил учебник.

Возможно, это все сила системы?

Глава 4. Все изучают темы, я - книги

В шесть утра Лю Жуй почувствовал, как его кровать слегка трясется. Он прищурился сонными глазами и попытался выяснить, из-за чего это. Увидев спускающегося по лестнице Лу Чжоу,парень резко спросил:

— Чжоу, рано проснулся?

— Ага, — ответил тот шепотом, чтобы не разбудить соседей.

Но Лю Жуй не отставал и спросил еще раз:

— Снова на работу?

Лу Чжоу замедлил шаг, покачал головой и ответил:

— Не. Я отдыхаю несколько дней.

— Куда ты тогда в такую рань?

— В библиотеку.

Внезапно у Лю Жуя пропало все желание спать.

Лу Чжоу пошел в ванную почистить зубы. А когда вернулся, то увидел, как Лю Жуй слезает с кровати, и с любопытством спросил:

— Больше не спится?

— Время учиться, — ответил Лю Жуй, взяв туалетные принадлежности и пойдя к ванной.

Лу Чжоу не знал, смеяться или плакать над своим соседом с его чрезмерным желанием соревноваться. В конце концов, он просто покачал головой, ничего не сказав. И, надев ботинки и взяв рюкзак, покинул комнату.

Обычно в июне Цзиньлин походил на работающую печь, но по утрам было иначе.

Утренний воздух был наполнен туманом, от которого исходил приятный аромат. Тело обдувал легкий бриз. Было прохладно, свежо и совсем не жарко. Институт ранним утром напоминал медленно идущую вежливую женщину. В сравнении с ночью это словно другое место.

Лу Чжоу купил две булочки и кружку соевого молока в столовой. Поев, он неспеша пошел к библиотеке.

Там еще не было работников, но студенты уже читали у входа. Неудивительно, это же престижный университет.

Лу Чжоу также начал читать свой вокабулярий четвертого уровня. Хотя учиться на улице намного хуже, чем в библиотеке, это оказалось лучше, чем ожидалось, из-за влияния прилежных учеников вокруг. Лу Чжоу прождал возле библиотеки до половины восьмого, когда наконец-то прибыл библиотекарь и открыл дверь.

Студенты тут же волнами направились внутрь. Спустя всего пару минут толпа у библиотеки исчезла.

Лу Чжоу прошел вслед за всеми внутрь, не просматривая книги. Парень сразу же взял «продвинутую алгебру» и сел в тихий угол.

По его оценке в состоянии полной концентрации он сможет прочесть одну главу примерно за один-два часа. И это с запоминанием тезисов по темам, выполнением расчетов, анализом вопросов и другими аспектами.

Возможно, до полудня он закончит и остальные темы из «Современного математического анализа в лекциях». А время после полудня парень планировал потратить на повторение продвинутой алгебры.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и открыл страницу на закладке в учебнике. И сосредоточил на нем все свое внимание.

Вскоре он вошел в состояние полного погружения и забыл про все вокруг. Были только он и его учебник…

Время шло медленно, скоро половина двенадцатого. Лу Чжоу расслабился и закрыл учебник.

Наконец-то он закончил «Современный математический анализ в лекциях». Ценность учебника снизилась до пяти. Его предположение подтвердилось. Система оценивала книги на основе их важности не для академического мира, а лично для него.

А почему значение равнялось 5, а не 0? Наверное, из-за того, что некоторые части книги он еще не до конца знал. Нужно прочитать еще раз для полного понимания.

Естественно, Лу Чжоу не стал этого делать . Зачем ему тратить драгоценное время ради 5 баллов? Это невыгодно.

Когда настало время обеда, парень закрыл учебник и пошел на выход из библиотеки.

Пройдя через главный вход и взглянув на информационную панель, Лу Чжоу увидел, что оставшееся время сократилось до 18 часов.

Ему уже не хотелось так быстро заканчивать задание. За прошедшие шесть часов он узнал больше, чем за весь прошлый год.

Лу Чжоу вспомнил о нераскрытом учебнике по продвинутой алгебре и задумался.

Ему еще предстоял экзамен по языку С. Может, стоит найти учебник и по нему?

Также еще оставался английский.

Парень не знал, имели ли книги по этому языку ценность, но у английских газет около входа ее не было. У системы наблюдался странный уклон в сторону математических предметов, и это не было чем-то хорошим.

Лу Чжоу получил обеденный набор по карточке на еду и быстро вернулся в библиотеку. Он отдал прочитанную книгу, подошел к полкам и взял «С: пятое издание», а затем сел на свое место.

После обеденного перерыва в библиотеке вновь стало тесно.

Парень полностью сосредоточился на «Продвинутой алгебре». И когда он уже собирался перейти к следующей главе, то почувствовал, как кто-то стучит по его руке. Лу Чжоу оглянулся и увидел красивую девушку с волосами, собранными в конский хвост, и в круглых очках. Держа ручку, она извиняющеся смотрела.

— Студент, прости, что беспокою… Могу я спросить?

Лу Чжоу кивнул:

— Конечно, спрашивай.

Он не злился, хоть его и прервали.

Что она хочет?

Люди ценят эстетику. Красота очень важна в социальном взаимодействии.

Однако почему из всех людей она выбрала именно меня?

Должно быть, поскольку я красавчик!

Лу Чжоу любил людей с хорошим вкусом, которые смиренно спрашивали.

У него не было никаких других мотивов, он просто хотел помочь.

— Спасибо, — тихо произнесла девушка. Она быстро подвинула свой стул к нему и задумчиво поднесла ручку с бумагой.

Взяв ручку, парень посмотрел на задание.

— Дай гляну… найти предел, да?

Найти положительные числа a и b. Уравнение: (X→ 0) lim 1/(x-bsin(x)) ∫2/√(a+2t) dt =1 (пределы интегрирования x и 0).

Лу Чжоу никогда раньше не решал подобных примеров, но вспомнил, что видел похожий в только что прочитанном учебнике.

Отлично. Прежде он только изучал алгебру. Теперь пришло время проверить себя.

Думая, Лу Чжоу вертел ручкой. Ему потребовалось меньше минуты.

— Я решил, — сказал он.

— Ты… ты решил это так быстро? — с подозрением спросила Чэнь Юйшань. Ей было любопытно, как, черт возьми, он это сделал, ничего не написав?

Парень взглянул на девушку и подумал, что именно поэтому говорят, что размер груди обратно пропорционален IQ.

Но на самом деле он тоже был шокирован, что так быстро справился с задачей. Да, парень и раньше решал подобное, но это никогда не давалось ему так просто. Он даже бумагу не использовал. Последовательность решения просто пришла ему в голову.

Лу Чжоу не стал тратить время зря и начал писать решение, объясняя:

— Это обыкновенное неопределенное уравнение 0/0. Я просто использовал теорему Лопиталя. Сначала нужно отделить интеграл. Это же легко, да? От (X → 0) lim (1-bcosx) = 0, b равно 1. Подставляя обратно в уравнение, получим, что a = 4. Посмотри в ответах и проверь меня.

Девушка тупо уставилась на лист. Этот парень объяснял так быстро, что она не успевала понимать.

Когда он записал два ответа, девушка все еще думала над решением интеграла.

Она с сомнением открыла нужную страницу, и ее глаза внезапно расширились.

Это действительно правильный ответ?!

Увидев выражение лица девушки, Лу Чжоу не сдержался и засмеялся. А затем заговорил, вертя ручку в руках:

— Это очень простое применение теоремы Лопиталя. Вычисления простейшие. Ты новенькая? Какой курс?

Чэнь Юйшань покраснела и тихо ответила:

— Я сдаю вступительные в аспирантуру…

И еще сильнее раскраснелась.

Она не стыдилась, а злилась!

Была просто в ярости!

Это простое решение примера. Нечего хвастаться! Я не притрагивалась к математике несколько лет, что такого, если забыла? С такими манерами понятно, почему ты один! Совершенно один проводишь время в библиотеке!

Когда девушка подумала об этом, ее гнев немного стих.

Тогда почему она тоже одна в библиотеке? Потому что ее оставил возлюбленный!

— О, — неловко произнес Лу Чжоу. Он-то думал, что перед ним ровесница, и не знал, что разговаривает с старшекурсницей.

Парень собрался было извиниться, как с сиденья перед ними раздался громкий кашель.

Чэнь Юйшань поняла, что их разговор мешает другим. Покраснев, она высунула язык и вернулась на свое место с листком вопросов и черновиками.

Парню не дали извиниться, не говоря уж о шансе узнать ее имя или получить номер WeChat.

Посидев какое-то время, размышляя, он покачал головой и вновь начал читать «продвинутую алгебру».

Учеба важнее девушек.

Отношения?

Извините, но настоящий отличник не нуждается в подобном.

Повысив уровень математики до первого, я покорю мир.

Лу Чжоу быстро вернул прежнюю концентрацию, полностью забыв о произошедшем, поскольку это было лишь мелкой преградой.

Глава 5. Прежде чем крутить барабан, важно умыться!

Библиотека закрывалась в десять часов. У Лу Чжоу было достаточно времени, чтобы закончить «продвинутую алгебру» и «С: пятое издание».

Выходя из библиотеки и посмотрев на панель задания, парень заметил, что осталось лишь девять часов. От чего он расстроился.

Лу Чжоу даже не заметил, как прошло пятнадцать часов. Раньше ему не доводилось ощущать, как быстро пролетает время за чтением учебника.

Проучившись весь день, парень заметил одну проблему. Когда он заканчивал читать книгу, до однозначного числа уменьшалась ценность не только у нее, но и у других подобных книг. Напротив, у учебников, у которых раньше была очень низкая или вообще нулевая ценность, она наоборот начинала расти.

Например, ценность учебника «Dieudonne Foundations of Modern Analysis» вначале составляла всего 10 баллов, а теперь она увеличилась до 30.

Направляясь домой, Лу Чжоу задумался, что будет с ним, когда его уровень математики повысится до единицы.

Он станет всезнающим?

Будет мгновенно решать задачи?

Или в его голове появятся знания, о которых парень даже не слышал, и он станет выдающимся математиком, таким, как Чэнь Цзинжунь ?

Размышляя об этом, Лу Чжоу не был воодушевлен, скорее, ощущал беспокойство.

Человеческий мозг имеет свои пределы. Это как если бы у вас был жесткий диск на 1 ТБ, а вы пытались бы его заполнить данными на 2 ТБ. Парень опасался, что система может принудительно загрузить в мозг чрезмерный объем информации, что разрушит его.

Конечно, Лу Чжоу ясно понимал, что переживать об этом бессмысленно.

Лишь системе известно, что будет.

Ну, в любом случае ответ он получит уже завтра. Теперь Лу Чжоу просто хотел выспаться и дать отдохнуть своему перегревшемуся мозгу.

………………

[Пользователь, поздравляю с завершением задания. Бонусный приз за первое задание: Дополнительный билет для счастливой лотереи.]

[Детали завершения задания:

Прочитанные книги:

«Современный математический анализ в лекциях»: оценка 100 баллов;

«Высшая математика под редакцией Ту Буюнь»: оценка 100 баллов;

«С: пятое издание»: оценка 100 баллов;

«Никольский. Курс математического анализа. Переведенная версия»: оценка 57 баллов;

«Английский язык 4 уровня в подробном объяснении»: 0 баллов.

Общая оценка: 357.

Оценка B+]

[Награда за задание:

500 очков опыта по математике;

100 очков опыта по информатике.

100 баллов.

Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 9% — образец, 1% — чертеж)]

После очередного дня кропотливого чтения Лу Чжоу наконец-то завершил задание.

Поздравляю.

Парень с волнением вышел из библиотеки. Он нашел место рядом с пустыми баскетбольными площадками, где его не могли видеть камеры. Осмотревшись, нет ли кого рядом, Лу Чжоу глубоко вздохнул и открыл панель характеристик.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV0（500/1000）

B.Физика: LV0（0/1000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV0（0/1000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV0（100/1000）

Отраслевые технологии: нет

Технические чертежи: нет

Баллы: 100 (два билета для счастливой лотереи)

Задания: нет ]

Лу Чжоу немного расстроился, что не поднял уровень, но благодаря двум билетам его разочарование мгновенно улетучилось.

Какую награду может дать система высоких технологий?

Он с нетерпением ждал!

У двух билетов были разные шансы. У бонусного: 75% — мусор, 19% — образец, 5% — чертеж.

Что за образец? Лу Чжоу не знал. Однако, зная тип системы, это вряд ли окажется игрушечной машиной или водяным пистолетом. Образец, должно быть, как-то связан с высокими технологиями и отличается от “мусора”.

Конечно, парень хотел их получить, однако надеялся, что это не окажется каким-нибудь космическим кораблем, для которого у него нет места. Не говоря уже о том, что он без понятия, что с ним делать.

Не получит же он что-то вроде аэрозоли против насекомых, да?

В любом случае, парень запустил лотерею.

Он начал с более плохого билета, который получил за задание.

— Давай!

Перед ним появилось вращающееся колесо. Лу Чжоу не смог прочитать слова на нем, было видно лишь размытые цвета.

Парень задержал дыхание, смотря прямо на колесо и сосредоточившись на вращающейся стрелке.

Внезапно в его голове что-то щелкнуло, и он, доверившись своим инстинктам, закричал:

— Стоп!

[Поздравляем, вы выиграли «мусор».]

[Ваш приз — банка колы. Не расстраивайтесь. Продолжайте пытаться.]

Твою мать!

Обвинять систему было бесполезно, есть нечто более важное!

Лу Чжоу увидел рядом с баллами строку [кола(мусор)]. Парень быстро покинул пространство системы. И вновь проверив, нет ли кого рядом, посмотрел на свою руку и начал думать.

Кола, кола, кола, кола…

Звон!

А когда он открыл глаза, у него в руке без какого-либо предупреждения появилась банка с колой.

И тут выражение его лица стало неописуемым.

Что за?

Парень понимал, что это противоречит принципам работы вселенной. Закон сохранения массы столкнулся с беспрецедентной проблемой.

Как, используя современные законы физики, объяснить появление этой банки?

Лу Чжоу не знал.

Возможно, только на 10 уровне он сможет понять это.

Но теперь, увидев банку с колой, парень наконец-то убедился, что система не являлась плодом его воображения. Она была реальной. Он мог воздействовать на мир своим мозгом.

Пока ему не следует думать о подобном.

Парень открыл банку, сделал большой глоток и выдохнул:

— Ах!

Хотя система классифицировала это лишь как мусор, вкус колы лишил его дара речи. Он не любил газировку, но после этой банки все еще пытался облизать губы.

— Future? Есть такая фирма, производящая колу? Хотя фиг с ним…

Лу Чжоу покачал головой и бросил банку в мусорный бак.

До этого он несколько раз осмотрел банку, но она выглядела совершенно обычной, из алюминия. Кроме того, что она могла удовлетворить потребность людей, в ней не было ничего высокотехнологичного. Даже дизайн и упаковка сделаны в ретро-стиле.

Единственным пунктом назначения для такой банки был завод по переработке.

Парень сходил умыться у водопроводных кранов возле баскетбольных площадок, снова сел в тенек и вошел в пространство системы.

Это его последний билет. Лу Чжоу глубоко вздохнул. Его глаза, как у азартного игрока, налились красным, и он без колебаний нажал кнопку.

— Давай!

— Стоп!

Стрелка начала останавливаться, и его сердце чуть не выскочило из груди.

А когда стрелка замерла — вообще чуть не остановилось.

[Поздравляем, вы выиграли «чертеж».]

Лу Чжоу был в восторге. Это все потому, что он умылся!

Даже всего с 5% шансом ему повезло, и он выиграл!

[Чертеж — формула и доказательство для распределения простых чисел Мерсенна.]

Лу Чжоу застыл.

WTF???

Глава 6. Один метод доказательства теоремы

Как студент математического факультета, Лу Чжоу знал о простых числах Мерсенна.

Говоря о них, нужно упомянуть одного известного китайского математика. В 1992 году он опубликовал «формулу распределения простых чисел Мерсенна». В его работе получилось вывести уравнение для простых чисел Мерсенна. Тогда это назвали «догадкой Чжоу».

Еще раньше этой проблемой занимались британский математик Уильям Шенкс, французский математик Тарталья, немецкий математик Людерс, индийский математик Рамануджан и американский математик Джиллис. И хотя все они работали над одной темой, аппроксимация уравнения и близость их исследований к точному ответу были неудовлетворительными.

Формула «догадки Чжоу» довольно проста. Когда 2^(2^n) < p < 2^(2^(n+1)), то p имеет 2^(n+1)-1 простых чисел.

Очень просто, да?

Кто угодно может это сделать, да?

Однако уравнение так и не было доказано или опровергнуто и стало одной из самых известных математических проблем, беспокоящих математическое сообщество на протяжении 20 лет.

Как и гипотеза Римана. Люди использовали их без доказательств.

Естественно, работа по поиску простых чисел Мерсенна оказалась сложной даже для компьютера.

На сегодняшний день (2015) найдено только сорок четыре простых числа.

А какая польза от простых чисел Мерсенна?

Они кажутся бесполезными.

Строго говоря, при использовании алгоритма RSA каждый раз, когда проходит онлайн-транзакция, вы должны благодарить неразрешимые простые числа, скрытые в пароле. Простые числа также применяют для проверки производительности компьютера. Например, Intel создали на их основе приложение GIMPS для тестирования чипов на наличие ошибок.

В любом случае спорить о полезности математики бессмысленно. Очень часто математиков мотивирует не финансовая сторона вопроса, а просто наличие самой нерешенной проблемы.

Такие люди не ищут одну лишь краткосрочную выгоду, они также должны учитывать перспективы на будущее.

Но Лу Чжоу это не устраивало. Его не волновало будущее. Ему нужны деньги здесь и сейчас!

К тому же, почему именно доказательство «догадки Чжоу»! Почему не гипотеза Римана! Гипотеза Бёрча тоже сойдет!

Оставляя академическое значение в стороне, награда за решение гипотезы Бёрча составляла миллион долларов, которую назначил техасский банкир с такой же фамилией Бёрч.

А что касается «догадки Чжоу», хотя многие и пытались его доказать, но никаких денежных наград за его решение объявлено не было.

Шанс обзавестись домом просто растворился в воздухе, и парня это совсем не радовало.

Однако в этой ситуации есть и светлая сторона. Хоть это всего лишь «догадки Чжоу», его доказательство все равно обеспечит ему репутацию в математическом мире. Даже без каких-либо материальных вознаграждений университет совсем уж его не обделит. По крайней мере, на следующие три года ему точно гарантирована стипендия.

Второкурсник, который доказал теорему Рэмси, — лучший тому пример. Судя по всему, Нанкинский университет выплатил ему миллион долларов, половина из которых пошла на финансирование его исследований, а другая — на проживание.

Цзиньлинский университет входит в десятку лучших в стране. И хотя у них слабый математический факультет, его университет все равно должен дать больше денег, чем нанкинский, у которого ниже рейтинг, ведь так?

От этих мыслей парню стало лучше.

Он успокоился и начал просматривать доказательство теоремы.

В отличие от «мусорной» колы доказательство «догадки Чжоу» квалифицировалось как «чертеж». Оно не было напечатано на бумаге или в виде цифрового файла. Чтобы прочитать его, нужно просто подумать о нем, и вся последовательность разом всплывет в голове.

— Я ничего не понима... похоже, мне придется потратить много времени, чтобы понять это доказательство.

Лу Чжоу задумался, как лучше всего извлечь последовательность доказательства.

Во-первых, надо понимать, что запоминать его бесполезно.

Во-вторых, он должен преподнести себя как гения.

Очевидно, раз ты способен решить такую сложнейшую математическую задачу, как «догадку Чжоу», то должен, по крайней мере, получить максимальное количество баллов по математике. Если случайно потеряется 1 балл, все равно нужно получить другие 99.

Однако Лу Чжоу не слишком переживал о подобном. Ему потребовалось всего два дня, чтобы изучить математический анализ и продвинутую алгебру. Лекторы не станут специально обманывать студентов и спросят лишь то, что было в программе.

Приготовленная утка все равно не убежит… Парень планировал представить доказательство «догадки Чжоу» после летних каникул. За следующие два месяца, чтобы максимизировать свои достижения, он попытается превратить себя в настоящего гения.

Также ему нужно найти преподавателей, чтобы обсудить с ними математические проблемы.

Получение 1 уровня математики тоже обязательно.

А также летняя школа.

Придется позвонить родителям, поскольку, возможно, он сможет их навестить лишь под Новый год.

Получив награду, Лу Чжоу задался вопросом.

А зависит ли приз от уровня предмета?

Это критически важный вопрос.

Иначе почему ему не повезло, и он получил в качестве награды доказательство, а не космический линкор?

Эта мысль въелась в голову парня, и чем больше он о ней думал, тем вероятнее она казалась.

Поднятие уровня предметов станет приоритетом. Мне нужно получить 1 уровень математики как можно скорее, чтобы разблокировать предел других предметов до 1 уровня. Должен ли я сохранить билеты до тех пор? Но если я их не использую, то не смогу обновить список заданий. Нереально их копить…

Парень точно помнил, что после получения им награды список заданий стал серым и разблокировался только тогда, когда кончились билеты для счастливой лотереи.

Чтобы узнать, ему все равно придется ждать следующих наград.

Если и все следующие призы окажутся доказательствами теорем, то его теория верна.

В любом случае, он может взять новое задание.

Что это будет?

Лу Чжоу задумался.

— Открыть список заданий.

[Задание 1: Искусство извлекать выгоду из лени.

Описание: Получить выгоду из лени тоже является формой искусства. Если вы можете заработать деньги, ленясь, то зачем вам много работать?

Требования: Используйте разговорные навыки и получите место в научно-исследовательском проекте за миллион долларов. Для максимальной оценки приложите как можно меньше усилий. Будьте ленивым!

Награда: Очки опыта. (Вид очков определяется типом исследовательского проекта, количество положительно коррелирует с финансированием проекта и отрицательно — с затраченными усилиями). Один билет для счастливой лотереи (100% — мусор).]

[Задание 2: Практика базовых умений.

Описание: Рим не был построен за день, как и храм науки.

Требования: Решить 200 задач по физике университетского уровня (вопросы предоставляются системой с учетом текущих знаний пользователя).

Награда: Сложность задачи х2. 50 баллов. Предмет: часы глубокого обучения. Тип: специальные. Эффект: 24 часа. Во время действия эффекта пользователь может войти в состояние глубокого чтения и овладевать знаниями предмета.]

[Задание 3: Путь академика начинается с статьи.

Описание: Тезисы являются основой карьеры академика. Академик, способный написать статью, может и не снискать успеха, но академик, неспособный написать статью, определенно не станет успешным. Не спорьте с системой об этом! Система однозначно права! Опубликуйте научную диссертацию и начните академическую карьеру!

Требование: Опубликовать научную работу.

Награда: Очки опыта (определяются академической ценностью, нижний предел 100 очков). Один билет для счастливой лотереи (95% — мусор, 5% — образец).]

Лу Чжоу сделал странное лицо, прочитав последнее задание.

Опыт определялся ценностью работы?

Если бы он представил доказательства «догадки Чжоу» в научный журнал, он, скорее всего, получил бы много очков опыта.

Это довольно заманчиво...

Глава 7. В сравнении с гением все остальные — мусор

В итоге здравомыслие победило жадность. Лу Чжоу отбросил нереалистичную идею.

Нет ничего особенного в публикации от первокурсника в научном журнале. Не говоря уже о том, что многие статьи в китайских математических журналах явно не высокого уровня. Если у вас хороший английский, можно пробиться даже с работой низкого уровня.

Весь этот фарс разоблачил один хороший человек, который оценил рейтинг журналов. И самым низким он оказался у Applied Mathematics (AMC), печально известного своими публикациями некачественных работ.

Один только Шанхайский университет опубликовал сотни статей в AMC всего за четыре года. Некоторые люди выпускали более 20 статей в год.

Чтобы обеспечить академическое качество статей, некоторые старомодные журналы взяли моду строго контролировать количество публикаций: не более сотни в год. Однако такого «печатного монстра» это не волновало, поэтому в нем ежегодно публиковалось более 1000 работ. Из-за этого и явления взаимного цитирования импакт-фактор журнала стал очень быстро расти. А из-за огромного числа псевдо-рецензий, одна редакция опубликовало более 100 статей!

Лу Чжоу не был уверен, что его работу опубликуют в других журналах, но в AMC…

Он слишком уверен или даже черезчур дерзок.

В любом случае, парень чувствовал, что проблем не возникнет.

Однако будет тяжело опубликовать «догадку Чжоу» в научном журнале. Проблема не в том, чтобы его статью приняли, это будет легко. Суть в том, сможет ли он удержаться после?

В конце концов, парень все же выбрал третье задание. Он не планировал использовать «догадку Чжоу», но решил написать фальшивую статью, чтобы пройти задание.

Его текущие знания в области высшей математики и математического анализа сравнимы с аспирантами. Если он захочет написать статью с его четвертым уровнем английского языка, для этого ему придется выучить всего несколько технических терминов, что решалось словарем.

С другой стороны, у него нет связей или способности понимать эмоции других людей, что необходимо для первого задания.

А что касается второго, то в университете не было занятий по физике для первокурсников. Парень опасался, что система даст ему вопросы школьного уровня, и кто знает, насколько низким в итоге окажется их сложность. К тому же сейчас его не заботило знание физики. Он мог изучить ее позже, когда она ему понадобится, а не сейчас.

Выбрав задание, Лу Чжоу стряхнул траву со спины и встал. И, включив музыку, направился к общежитиям.

Он и так долго отсутствовал, и если не вернется в ближайшее время, Лю Жуй спятит от волнения.

Этот парень очень странный. Обычно довольно великодушный, но когда дело касается учебы — настолько мелочный, что люди лишались дара речи. Он будет преследовать вас всю дорогу, если вы взгляните на его заметки. Или закатит глаза, если спросите что-то. Ему казалось, что каждый был его конкурентом, и, скорее всего, он стремился не к успеху в учебе, а казаться первым в глазах учителей и других учеников, удерживая место “гения”.

Может ли такой человек называться гением?

Лу Чжоу так не считал.

В глазах настоящего гения все остальные — просто мусор. Кого волнует, что кто-то посмотрит твои заметки? Вы знаете что-то о «догадке Чжоу»? Да вы бы даже не поняли ее, будь она прямо перед вами!

В представлении Лу Чжоу только один человек подходил под определение настоящего гения.

Да, верно.

Без сомнения, он говорил о себе.

......

Когда парень вернулся в комнату, было уже 10 часов.

Лю Жуй держал в руках тетрадку, вероятно, решая задачки. Два других соседа отсутствовали. Скорее всего, играли в карты у соседей. Ши Шан занимался только на парах и не тратил время на дополнительное обучение. Хуан Гуанмин же просто легендарный бог зубрежки. Он ничего не слушал на занятиях, учил все исключительно перед экзаменами и сдавал их очень хорошо.

Парень бросил свой рюкзак на стол и начал искать в ящике карту для душа.

В этот момент Лю Жуй положил тетрадь и посмотрел на него:

— Бро, зачем ты так сильно напрягаешься?

— Я должен усерднее учиться, так как не притрагивался к книгам весь семестр. Если не начну сейчас, будет слишком поздно, — ответил Лу Чжоу и, перебросив банное полотенце через плечо, встал со стула.

Увидев, что его сосед собирается в душ, Лю Жуй спросил:

— Я не могу решить пример. Может взглянешь?

О, это странно.

Есть что-то, на что даже этот парень не способен?

— Позволь-ка.

Лу Чжоу протянул руку, и Лю Жуй передал ему тетрадь, поправив очки. Он показал на обведенную задачу и произнес:

— Вот эту.

— Интеграл? Это не должно быть трудно… — произнес парень. Посмотрев на пример, он удивился, что никогда раньше не сталкивался с таким видом примеров. Его мысли о душе тут же пропали, и он, взяв тетрадь, сел и начал писать в черновике.

Раньше, если Лю Жуй не мог что-то решить, то и он тоже Также не знал, но теперь в его голове не было слова «невозможно».

Глядя, как Лу Чжоу пытался какое-то время решить пример, Лю Жуй почувствовал облегчение. Тупица, которого он втайне презирал, таким и остался. Как бы его сосед не притворялся, он все равно будет тупицей.

Лю Жуй действительно не смог осилить этот пример, но у него есть официальное решение с подробными шагами. Он показал этот пример Лу Чжоу не в надежде на помощь, а просто чтобы «разнюхать про врага».

В конце концов, если бы ему и правда потребовалась помощь по математике, то он не стал бы просить о ней дурака, вроде Лу Чжоу.

Подумав об этом, Лю Жуй спросил:

— Может, сначала перепишешь вопрос? А я пока перейду к следующему?

Парень намекал на то, что Лу Чжоу все равно не решит, поэтому он не будет тратить его время.

Однако реакция Лу Чжоу стала для него неожиданностью:

— Не надо, я уже решил.

Ре-решил?!

Лю Жуя это настолько удивило, что у него глаза чуть не вывалились.

— М, ты слушаешь меня? — спросил Лу Чжоу, повертев ручкой,, объясняя формулу на черновике.— Типичный двойной интеграл. Сперва преобразовываем декартовые координаты в полярные. Из-за интервальной симметрии можно упростить эту часть до cot^2(x)...

— ...

— Затем вычисляем производную, как csx^2(x), и подставляем обратно в исходное выражение!

Зрачки Лю Жуя сузились. Он, наконец-то, понял главный принцип решения этого примера. Остальное было элементарно, и ему просто надо посчитать.

Черт, я не подумал об этом…

— Бинго, я решил это! — произнес Лу Чжоу, улыбаясь. И ребенок иногда может учить других.

— Спасибо… я возьму черновки, чтобы изучить.

— Бери, конечно!

Сказав это, Лу Чжоу махнул рукой, встал и пошел к ванной.

Лю Жуй взял его черновик и сел обратно. Он надел очки и посмотрел на пример. Нахмурившись, парень погрузился в размышления.

Хотя само решение являлось для него новым, его ход был ясен, и для этого не нужны какие-то ортодоксальные знания. Парень сам мог до этого додуматься даже без объяснений Лу Чжоу.

Однако одного он был не в силах понять: как, черт возьми, Лу Чжоу до этого додумался?!

И за такое короткое время…

Он уже решал этот пример раньше?

Лю Жуй считал, что это единственное разумное объяснение. Иначе он вообще без понятия, как этот тупой работяга, пашущий на неполную ставку, смог решить его быстрее, чем он сам, гений.

Парень открыл заднюю часть тетради и посмотрел на решение. А затем ошеломленно пробормотал:

— Невозможно…

Ответ верный… но это не главное.

Метод Лу Чжоу был проще, чем в ответах! Там не задумывались о преобразовании декартовых координат в полярные. Вместо этого интегрировали по частям, что требовало большего числа расчетов.

И это было решение, о котором он думал…

Как это возможно?

Лю Жуй прикусил губу.

Внезапно он ощутил некоторые сомнения в жизни.

Глава 8. Оптимальная обратная теория линейных операторов и линейной функции

С появлением системы Лу Чжоу заметил, что его жизнь стала более организованной. Каждое утро он брал свой старенький ноутбук и шел в библиотеку. Раньше парень не был приверженцем такого стиля жизни.

Садясь на свое обычное место, Лу Чжоу открыл ноутбук и включил зарядку в розетку. Некоторое время подумав, парень напечатал строку заглавных букв в ворде.

[Оптимальная обратная теория линейных операторов и линейной функции]

[Аннотация: При предоставлении полной и частичной информации приводится несколько видов обратных задач линейных функций и линейных операторов. Представлены основные результаты оптимальной обратной теории. Особенности построения оптимального обратного метода...]

Лу Чжоу задумался об этой проблеме, лежа в постеле и просматривая свои записи. Когда их профессор математического анализа Тан рассказывал о обратной формуле Фурье, он вскользь прошелся по этому. Это была одна из немногих непопулярных, но все еще передовых областей.

Лу Чжоу собрал информацию из интернета и придумал эту тему.

Как решить эту проблему?

Хм…

С его уровнем знаний — никак. Поэтому парень использовал некоторые нетрадиционные методы.

Если он правильно помнил, баллы системы высоких технологий можно использовать для решения реальных задач. Парень пытался доказать гипотезу Римана, но система не ответила. Он подумал, что либо вопрос оказался выше его текущего уровня, либо на его решение требуются безумно большие баллы, которых у него не было.

А на подобный вопрос система же даст ответ?

Лу Чжоу задумался об этом. Сосредоточившись на экране компьютера, парень начал думать: «Система, система, система...»

Хм…

Кажется, ничего не происходит.

Что?

Внезапно поток теплого воздуха обдал его от спины до макушки головы. Парень почувствовал, как его мозг нагревается. После этого в его голове прозвучал звук «пон». Огромный поток информации ворвался, словно море знаний. А затем перед его глазами всплыла строка текста.

[Использовано 65 баллов.]

[Производится оптимальное решение для 0 уровня математики...]

Лу Чжоу не испытывал дискомфорта, скорее, приятные ощущения. Но как только парень подумал, не спит ли он, то мгновенно проснулся.

Он посмотрел на белый экран компьютера, затем на свои руки и клавиатуру, прежде чем от волнения пробормотать:

— Реше… Решено?!

Она действительно решила!!!

Если бы он не находился в библиотеке, то уже начал бы громко орать.

Как и с «догадкой Чжоу», основные вопросы теоремы вживились ему в голову, словно паяльником.

Все шаги до ответа, каждое число, каждый символ, даже каждая точка отпечатались в его голове. Все лаконично и наполнено красотой математики.

Единственным недостатком этой красоты было то, что она слишком абстрактна. Ему надо использовать язык, чтобы наполнить ее смыслом и превратить из чистой теории в статью.

Работу, которую смогут понять другие.

Обдумывая это, Лу Чжоу, кажется, понял значение системы высоких технологий.

Но был сбит с толку от всего этого.

Внезапно в его ладонь ткнули шариковой ручкой.

— Эм, студент… — произнесла Чэнь Юйшань с покрасневшим лицом. Смутившись, она спросила. — Могу я задать тебе еще вопрос по математике?

Изначально она не хотела спрашивать его, но никто вокруг не смог это решить.

Девушка склонила голову, признав поражение.

Чэнь Юйшань решила смириться и забыть о прежнем «унижении» от Лу Чжоу.

Парень открыл рот и сказал:

— Хорошо, покажи мне.

Девушка вздохнула и тихо подвинула стул, сев рядом с ним.

Лу Чжоу взглянул на задачу и заметил, что она гораздо сложнее, чем то, что Чэнь Юйшань спрашивала на днях. Приблизительно на одном уровне с примером от Лю Жуя.

Но как бы трудно это ни было, это всего лишь продвинутая алгебра. Пока это вопрос из задачника, он решит его.

Лу Чжоу взял ручку и начал писать в черновике.

Пока парень писал, Чэнь Юйшань тайком взглянула на его лицо.

Хоть у него и скверный характер, его серьезный взгляд был на удивление привлекательным.

Девушка скучающе ждала, когда парень решит вопрос. И вдруг она заметила вордовский документ и тихо спросила:

— Ты пишешь дипломный проект?

Уже июнь, а он до сих пор не доделал диплом. «Гений»!

Лу Чжоу ответил:

— Нет, это моя статья для научного журнала.

Услышав это, девушка прониклась к нему уважением.

Боже, я встретила бога!

Я даже не заметила. Он молодо выглядит. Он аспирант?

И уже решил подавать работу в журнал посреди семестра. Впечатляет!

— С какой ты специальности? — с уважением спросила девушка.

Лу Чжоу с равнодушным лицом решал задачу и, услышав вопрос от девушки, улыбнулся.

— М… математика.

— Математик, боже! Любой изучающий математику — это Бог, — сказала Чэнь Юйшань. Она еще сильнее стала преклоняться перед этим парнем.

Девушка училась в бизнес-школе и хорошо успевала по всем предметам. Единственное, с чем у нее были трудности, — это математика. Девушка собиралась перейти на четвертый курс и уже чувствовала давление аспирантских экзаменов, что заставляло ее переживать о продолжении учебы.

— Решил. Я записал все шаги и процесс на бумаге. Если позанимаешься какое-то время, то сможешь понять, — парень подвинул черновик в сторону Чэнь Юйшань. — Математика требует таланта и тяжелого труда. Она отличается от других точных предметов. Ты не поймешь, если другие будут объяснять тебе.

В конце концов, они в библиотеке, в месте, непригодном для обсуждений. Здесь можно тихо говорить, но если долго это продолжать, то люди начнут злиться. Поэтому парень прекратил этот разговор и дал девушке нужные материалы, чтобы она самостоятельно все поняла.

Чэнь Юйшань поблагодарила его, взяла черновик, а затем достала телефон и спросила:

— Эм… могу я взять номер твоего WeChat? Чтобы спросить у тебя, если застряну в примере.

— Никаких проблем, — ответил Лу Чжоу.

Недолго думая, он достал свой паршивенький Xiaomi, чтобы девушка отсканировала его QR-код.

— Спасибо, в следующий раз я угощу тебя обедом, — покраснев, поблагодарила его Чэнь Юйшань, после чего отодвинула стул назад и продолжила усердно учиться.

Внезапно к Лу Чжоу вернулось вдохновение, и он забыл прояснить недоразумение.

Аспирант? Да он обычный первокурсник.

Хотя… через пару месяцев перейдет на второй курс.

Если бы он пошел за девушкой, чтобы это уточнить, то это выглядело бы немного навязчиво и неловко. Лучше прояснить это недоразумение в следующий раз, когда подвернется возможность.

Парень покачал головой и отбросил эти мысли. Его глаза продолжали смотреть на экран, а пальцы стучали по клавиатуре. Он сконцентрировался на написании статьи.

............

Хотя система дала ответ на основе нулевого уровня математики, Лу Чжоу был уверен в одном нюансе. Этот метод пришел определенно не из его текущих знаний. Скорее, из базы системы.

При написании работы Лу Чжоу также делал пометки в тетради. Он выписал части, которые не понимал, и поставил знак вопроса на этапах, где у него были сомнения.

Когда другие писали статьи, они словно выжимали воду из губки. Он же наоборот словно наполнял ее водой. Это не был вывод это был ввод.

Лу Чжоу провел в библиотеке весь день, он даже пообедал булочками, купленными на завтрак.

Парень посмотрел на тысячи слов на экране своего ноутбука и на две страницы в блокноте, полностью исписанных заметками, а затем откинулся на спинку стула и потянулся.

— Осталось разобраться в заметках в блокноте. Потом это сделаю, если смогу, если что просто спрошу у учителя.

— Также есть места, где аргументация очень громоздкая, и ее следует упростить. Для проверки этих шагов поищу в интернете статьи, в которых это уже доказано. После чего просто удалю их и вставлю ссылку.

— Последнее — перепроверить все… Это не должно быть слишком сложно для меня. В конце концов, каждое слово я написал лично.

Технически это сделала система, но это то же самое.

Было уже поздно, и его живот заурчал. Парень встал со стула и направился к выходу из библиотеки.

Съесть с рисом барбекю или карри?

Закончив ужинать, Лу Чжоу направился в кабинет профессора Тана. Если парень правильно помнил, он должен находиться в классе четвертого курса.

Да, так и решили!

Глава 9. Боюсь, я учился в лже-университете

В кабинете для консультаций не было свободных мест.

Студенты третьего курса, преисполненные решимости сдать экзамены в аспирантуру, полностью сосредоточились на учебе.

Рядом с кафедрой сидел профессор математического факультета Цзиньлинского университета Тан Чживэй. Он отложил свою газету и пристально смотрел на задачу в черновике, вертя правой рукой колпачок от ручки.

Лу Чжоу стоял рядом с мужчиной. Парень понимал, что этот простой жест означал, что профессор в глубоком раздумье.

— Где ты нашел эту задачку? — внезапно спросил Тан Чживэй, долго всматриваясь в задачу.

— В учебнике упоминался ряд Фурье, поэтому я пошел в библиотеку посмотреть соответствующие материалы. Нашел варианты обратной теоремы Фурье и приложения к ним. И, попытавшись их вывести, застрял на этом месте, — сказал Лу Чжоу с виноватой улыбкой и лицом полным благодарности.

Тан Чживэй секунду посмотрел на парня, а потом взглянул в черновик. Положив колпачок ручки, мужчина взял мел и подошел к доске. После секундной паузы он начал писать задачу.

Лу Чжоу пристально посмотрел на доску. Возможно, из-за того, что он уже делал домашнее задание по подобной теме, он мог поспевать за темпом учителя.

Шум от мела со стороны подиума привлек внимание учащихся третьекурсников с факультета математики. Иногда они поднимали головы и тупо смотрели на вычисления на доске и быстро поворачивали головы назад.

Эм-м-м…

Что он пишет?

Время шло, и без их ведома вся доска была заполнена.

Тан Чживэй исписал всю доску от верхнего левого до нижнего правого угла. Он прекратил писать и оглянулся на Лу Чжоу, прежде чем спросить:

— Ты понимаешь эту часть?

Серьезно окинув взглядов доску, Лу Чжоу кивнул:

— Понял.

Тан Чживэй удивленно поднял брови, спрашивая:

— Ты правда понимаешь?

— Я правда понимаю. — ответил парень.

Профессор ничего не сказал и начал стирать с доски, затем взял мел и продолжил писать, изменив свое мнение о Лу Чжоу.

Он ненавидел два типа студентов. Которые просили дать дополнительные баллы и фальшивых учащихся, которые специально задавали ему сложные вопросы.

Особенно последних, поскольку он впустую тратил на них свое время!

Он явно не интересуется математикой, но ведет себя так словно изучает что-то. Отвратительно! Один из тех, кто хочет сблизиться с учителями. Они полностью забыли, что значит учится.

Тан Чживэй писал последние части и у него оставалось всего пара строк, как внезапно он остановился и посмотрел на парня, а потом смеясь произнес:

— Я закончу писать тут. Ты же в состоянии понять?

Лу Чжоу кивнул.

— Я понимаю… спасибо, профессор!

Чэнь Юйшань сидела на передних местах в углу. Она тайком наблюдала за двумя людьми на трибуне. Она слышала их разговор: «Понял?», «Понял» . На ее лице появилось смущение.

Что ты понял?

О чем они говорят?

Она поняла, что с ее способностями она никогда не поймет их разговор. Внезапно она ощутила безысходность в своих математических способностях.

Может… я просто плохая студентка?

Услышав ответ парня, профессор засмеялся. Он осторожно положил мел обратно на стол и сел. Взял термос и выпил чаю. Затем не спеша произнес:

— Понимаешь? Тогда почему бы тебе не закончить.

Не перди мне тут!

Когда я писал, ты стоял как идиот и не сделал ни одной записи. Если ты в самом деле понял все, то я съем эту чашку!

Лу Чжоу сразу все понял, глядя на выражение профессора. Тот скептически отнесся к нему, думая, что парень не слушал. Он проверял его!

Лу Чжоу не знал смеяться ему или плакать.

Клянусь! Я правда понял!

Он не знал почему, но когда профессор Тан решал на доске, строки формул казались ему такими знакомыми, словно он видел их раньше, но не мог вспомнить где.

Возможно, это оттого, что он обменял баллы системы на знания и она охватила эту информацию? Или потому что его собственный опыт математики увеличился и улучшил понимание предмета?

Короче говоря, он действительно это понял.

Лу Чжоу не знал конкретной причины, но очевидно, что профессор не планировал дорешивать задачу. Тан Чживэй все еще ждал его демонстрации. Он не мог испортить свои шансы успешно представить статью в следующем семестре.

С уверенной улыбкой парень подошел с мелом в руке к доске.

Брови профессора поднялись, подумав, что этот ребенок не сможет дописать остальное.

Невозможно.

Абсолютно невозможно!

Хотя он уже написал большую часть шагов доказательства, последние несколько шагов нельзя было сделать будучи новичком! Даже аспиранты должны были просмотреть шаги несколько раз, прежде чем понять.

Но этот парень! Он даже ничего не записал, когда слушал!

Время шло и первоначальное чувство изумления профессора Тана превратилось в шок, прежде чем стать одобрением.

Все подозрения растаяли словно весенний снег, как только появилось солнце.

Записав последний символ на доске, парень вновь взглянул на профессора. Тот одобрительно кивнул и сказал:

— Неплохо… хорошо написано.

Последние несколько шагов немного отличались от его метода. Они были более громоздкими, но все еще довольно сложными. Это показало, что парень не только понял, то что он говорил, но и включил свои собственные мысли.

Это очень ценное умение.

Оказалось, он ошибся…

— Это все благодаря помощи профессора. Если бы я делал сам, то не смог бы решить до этого места. — Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Он не лгал об этом. Шани выполненные системой имели много a=b доказательств. Но не объясняли почему это так.

Он попросил профессора Тана дать точное объяснение доказательства.

— Не скромничай со мной, я вижу твой уровень, — он закрыл крышку термоса и продолжил —В какой ты группе?

— Первая, первый курс. Лу Чжоу, — честно ответил парень.

— Лу Чжоу… — профессор повторил его имя пару раз словно пытаясь вспомнить.

Оказывается этого студента звали Лу Чжоу.

Чэнь Юйшань сидела в углу. Она тайно слушала и кивала. Внезапно она почувствовала что что-то не так и сразу поняла.

Первый, первый курс?!

Чэнь Юйшань покраснела вспомнив как называла его старшим.

Ее тело было похоже на страуса, когда она положила голову на стол.

Она была не единственной, кто был шокирован. Некоторые старшекурсники сидевшие в первом ряду и пристально смотревшие на младшего ученика. Их сердца колотились как стая ягнят.

Насколько умны первокурсники сейчас?

Как нам конкурировать?

— Скоро же экзамены, да? Как твоя подготовка?

— Я почти закончил повторять. Просто хочу изучить кое-что еще. — вынуждено улыбнулся Лу Чжоу.

— Ох, немного жалко для такого как ты, делать этот тест, — произнес профессор, а потом в шутку спросил:

— Как насчет того, чтобы я сделал тест специально для тебя?

— Пожалуйста, не надо! Я же умру! — шутливо ответил парень.

— Эй, умрешь от простого теста? Не верю в подобное, — Он оценил Лу Чжоу, прежде чем кивнуть в одобрении, — неплохо, совсем не плохо. Я редко хвалю студентов. Если бы ты не был на первом курсе, я хотел бы поговорить с деканатом и взять тебя под свое крыло для изучений.

— Вы слишком высокого мнения обо мне. Мне все еще есть чему поучиться. Если бы я действительно проводил с вами исследования, то потянул бы вас вниз. — ответил Лу Чжоу. Он считал, что Тан Чживэй шутит, поэтому скромничал отвечая.

Профессор тут же раскритиковал его:

— Эй! Не играй со мной тут в вежливость. Люди в академических кругах должны сосредоточится на учебе. Не надо фальшивой вежливости.

Несмотря на ругань, Лу Чжоу знал, что профессор не злился. Он учил его словно своего собственного ученика.

Когда этот старик сердится, он будет улыбаться. Например, ранее, когда он писал на доске и думал, что парень притворяется, что учится, и определенно был зол.

— Учитель прав. Я понимаю.

Видя искреннее выражение лица Лу Чжоу, Тан Чживэй кивнул и расслабился. Он продолжил говорить:

— Хорошо, что у тебя есть интерес к математике и надеюсь, что ты сможешь продолжать его поддерживать. Кроме того твой выбор области тоже хорош. Хотя она не популярное, но она из тех в которых легко преуспеть. Если у тебя есть хорошие идеи не бойся их реализовывать. Если ты что-то не понимаешь, просто прочитай и спроси. Так устроено образование. Кто знает, может ты найдешь что-то, что раньше никто не обнаружил.

Он на мгновение сделал паузу и продолжил:

— Математический факультет Цзиньлинского университета не очень силен, но наш факультет физики очень хорош. Преобразование Фурье используются в спектральном анализе, сжатии данных и ортогональном частотном разделении и его применение довольно обширно. Если станешь экспертом в этой области, думаю, что когда ты будешь на четвертом курсе, профессора по физике однозначно захотят тебя.

Профессор засмеялся и продолжил:

— Больше учись, больше читай, больше практикуйся, больше изучай. Я перестаю говорить о чепухе. Иди и сам подумай. Перестаю тратить твое время.

— Спасибо, профессор! Я обязательно запомню ваши слова из самого сердца. — искренне ответил Лу Чжоу.

— Не надо мне этой наигранной вежливости. Разве я не говорил об этом? Просто скажи спасибо и уходи. Или тебе надо, чтобы я прогнал тебя? — засмеялся Тан Чживэй.

Лу Чжоу улыбнулся. Он взял черновик и ручку, прежде чем выйти за дверь. Он даже закрыл ее за собой.

Тан Чживэй оглянулся на доску и вздохнул. Его сердце было глубоко тронуто.

Не удивительно, что Цзиньлин древняя столица Шести династий и место рождения поразительных людей.

Учитывая, что университет стоял на пульсе этого дракона, это действительно породит талантливых людей!

Студенты в аудитории выглядели неловко. Они посмотрели на уравнение на доске и в свои собственные тетради, ощутив некомпетентность.

Боюсь, я учился в лже-университете...

Глава 10. У меня две девушки

Мужское общежитие. Комната 201.

Лю Жуй решал задачки под светом настольной лампы, как вдруг внезапно остановился и взглянул на дверь комнаты.

— Почему Чжоу еще не вернулся? — равнодушно спросил он.

Хуан Гуанмин, сидевший на верхней койке и игравший в Soul Hunters, не поднимая головы, ответил:

— Без понятия. Тебе не пофигу, что он делает? Ты пидор? Это мерзко!

— Спускайся! Я надеру твой зад!

Лю Жуй начал ругаться. Он вскочил и, схватившись за лестницу, начал трясти кровать так сильно, что Хуан Гуанмин даже не мог разглядеть свой телефон. Парень быстро схватился за поручень и попросил пощады.

— Брат Лю! Брат Лю! Я был не прав, не прав! Не тряси! Я умру! А-а-а-а…

На самом деле, он так не умрет. Каркас кровати был цельным. В шкафу находилось много книг и одежды. Даже приложив весь свой вес, Лю Жуй не сможет перевернуть этот массивный параллелепипед.

Эти двое шумных соседей стали обыденностью для комнаты 201.

В это время Ши Шан учил английский. Парень внезапно поднял голову и холодно произнес:

— Кстати, Лу Чжоу больше не работает на полставки и перестал играть в LoL по ночам. А еще весь день проводит в библиотеке. Может…

— Что может? — уши Лю Жуя напряглись.

— Может, он с кем-то встречается? — неуверенно произнес Ши Шан.

— ....

— …

— Эй, почему вы замолчали? — смущенно спросил Ши Шан, когда в комнате внезапно настала тишина.

Лю Жуй и Гуанмин переглянулись и посмотрели на Ши Шана.

— Ты спятил, — серьезно ответил Лю Жуй.

— Да, твою ж, снова назови меня спятившим и увидишь, что будет!

— Ты точно спятил. Мы же студенты-математики, — добавил Хуан Гуанмин.

— …

Тут не поспоришь. У Ши Шана перехватило горло, он потерял дар речи. Из глаз парня чуть не хлынули слезы.

Математический факультет занимает первое место в университете по одиноким парням. Студенты других факультетов еще могут найти себе девушку, но они… Если они хотят найти хоть одну, им придется уговорить другого парня переодеться.

Когда говоришь людям с других факультетов, что ты с математического, то их первой реакцией будет: «О, ты из тех одиноких ребят, у тебя когда-нибудь была девушка, нет, да?» Девушки не очень любят разговаривать с бесчувственными людьми. Математик очень редко находит себе пару.

В противном случае как объяснить, что такой молодой и способный красавец, как я, играющий в баскетбол на уровне Рукавы Каеды, все еще одинок?

Вздох… Реальность жестока.

Ши Шан посмотрел на небо.

И тут Лу Чжоу вернулся в комнату. Он засмеялся, открывая дверь:

— О чем вы, парни, общались? Я слышал ваши крики из коридора. Идите и найдите себе девушек. Иначе будет слишком поздно.

Хуан Гуанмин с серьезным видом спросил:

— Чжоу, я должен задать тебе важный вопрос. Ответь честно.

— Какой?

— У тебя есть девушка? — все так же серьезно произнес парень.

Лу Чжоу нетерпеливо ответил:

— Конечно. У меня их две! Завидуете? Хотите одолжу вам?

— Сукин сын! — ответили трое.

Лу Чжоу остановился, удивленный их синхронностью. Внезапно он понял и ухмыльнулся:

— Эй… о чем вы подумали? Я говорил о двухзначных составных числах. Я сделал по ним заметки. Можете почитать. Только не забудьте вернуть.

— …

— …

— …

Э-э.

И в комнате вновь наступила тишина.

…….

Лу Чжоу как обычно проснулся утром. Почистил зубы, умылся и направился в столовую прямо со своим ноутбуком.

Она только открыла свои двери, и внутри было не так много людей.

Как только Лу Чжоу вошел, он уже издали почувствовал аромат только что приготовленных паровых булочек.

— Тетя, можете упаковать мне три паровые булочки и стакан соевого молока?

— Конечно! Юноша, ты так рано. Я найду для тебя булочку побольше.

— Спасибо, тетя!

Для Лу Чжоу не имело значения, с кем он говорит, парень всегда был вежлив.

Этому учил его отец, будь всегда дружелюбным с людьми, и тогда никогда не получишь короткий конец палки.

Само собой, ничто не абсолютно. Его отец много лет проработал на металлургическом заводе и много страдал. С другой стороны, хотя Лу Чжоу помнил уроки отца, он все еще не мог себя контролировать и иногда ругался.

Как только булочки упаковали, парень достал свою карточку для еды и прислонил ее к автомату.

Однако в следующую секунду его лицо парализовало.

[Недостаточно средств]

Женщина из кафетерия увидела, что парень в ступоре, улыбнулась и сказала:

— Все в порядке. Наличные тоже принимаем. Я дам тебе сдачу.

Лу Чжоу поискал в карманах и достал свой кошелек. Его выражение лица стало еще мрачнее.

Кошелек оказался пуст, в нем лежала лишь банковская карта. Свой телефон парень оставил на зарядке в комнате. Он не мог даже отсканировать QR-код для оплаты.

Столовая, скорее всего, не принимает банковские карты?

Система…

Давай договоримся. Могу ли я обменять баллы на деньги?

Парень прошептал эти слова в своем сердце, но, к его сожалению, система не собиралась о нем заботиться.

И в этот момент, как раскат грома, зазвонил кардридер.

Лу Чжоу тут же оглянулся и увидел девушку с челкой. Она стояла и смотрела на него с улыбкой, помахав своей карточкой.

— Эй, доброе утро.

— Доброе утро… — парень ошеломленно кивнул.

Это…

Кто это?

— Это слишком! Ты даже не вспомнил меня! — сказала Чэнь Юйшань, сразу поняв, что парень не узнал ее. Ее губы скривились от гнева.

— Ой, прости… Спасибо. Как насчет того, чтобы я добавил тебя в свой WeChat, чтобы вернуть оплату?

— Все нормально. Это всего 2.5 юаня. Я не настолько мелочная. Кроме того, мы уже добавили в WeChat друг друга! — ответила девушка, взмахнув волосами и улыбнувшись. Она протянула руку и продолжила. — Снова представлюсь. Чэнь Юйшань. Учусь в бизнес-школе. Младший брат, можешь называть меня старшей сестрой.

Парень не понимал, почему девушка подчеркнула слово «брат» и добавила «младший». Он понятия не имел, откуда она знает, что старше его. Но, услышав про WeChat, сразу вспомнил, кто это.

Просто…

Ее внешность сильно изменилась!

Парень не знал, куда деть глаза. На длинных сексуальных ногах девушки красовались джинсовые шорты и пара сандалей. Сверху на ней была маленькая белая футболка, подчеркивающая изгибы ее тела. На лице девушки было не так много косметики, а губы подчеркивал ярко-красный блеск. Больше всего бросалось в глаза то, что девушка сейчас не носила круглые очки. Может, она в контактных линзах?

Увидев, что парень потерял дар речи, девушка была в тайне горда собой. Это соседка по комнате вытащила ее, чтобы приодеть. Сначала это раздражало девушку, но сейчас она чувствовала, что потраченное время того стоило.

Конечно, ее тело было и так привлекательным, просто Чэнь Юйшань не привыкла следить за собой.

Если обычный человек попытается принарядиться, то не получит и половины такого эффекта.

— Что такое? Младший брат? — девушка откинула волосы за ухо, надула губы и с озорной улыбкой взглянула на Лу Чжоу. Сигнализируя глазами: «Не хочешь что-то сказать?»

Некоторое время Лу Чжоу молчал. Он с ног до головы осмотрел девушку и задумался, стоит ли ему это говорить. Но, в конце концов, поддавшись своей доброте, парень прошептал:

— Кондиционер в библиотеке очень сильный. Ты можешь простудиться…

— …

Девушка почувствовала себя глупо, прождав такого ответа.

Лу Чжоу съел одну из булочек, убрал остальные в пакет и сунул его в рюкзак. Чэнь Юйшань, поедая лапшу, лишь с любопытством взглянула на него, ничего не сказав. Только подумала, что у него есть хорошая привычка особо не тратить еду.

Они одновременно закончили есть и пошли к библиотеке.

Чэнь Юйшань села на свое обычное место, рядом с Лу Чжоу, достала записи и начала читать. Разница была лишь в том, что теперь ее устраивал сосед. Это не изменило ритма учебы девушки.

Лу Чжоу вытащил свой ноутбук и начал редактировать статью

Метод расчета, который профессор Тан показал ему вчера, имел решающее значение для его статьи. И парень решил со свежей памятью выбрать наиболее важные части работы, которые нужно написать.

После этого останется три сложных раздела, которые надо изучить. Но если он поднажмет, то сможет попытаться закончить статью к концу месяца!

Процесс рассмотрения в научных журналах занимает до трех месяцев, даже для такого журнала, как AMC, это все еще было слишком медленно. А Лу Чжоу не хотел ждать полгода, чтобы завершить задание.

Время пролетело быстро, и уже наступил полдень.

Чэнь Юйшань провела все утро, занимаясь практикой. Девушка посмотрела на парня и слегка постучала по его руке.

— Младший брат, младший брат, как насчет того, чтобы пообедать вместе?

Похоже, у нее появилась привычка называть его «младшим братом», она произнесла это уже дважды.

Лу Чжоу замешкался и покачал головой:

— Нет, я не голоден. Иди первая.

Сегодня было воскресенье, и он не мог пополнить карточку на еду. Не говоря уже о том, что парень оставил телефон в общежитии. Как он мог снова позволить ей заплатить за него?

— Ты уверен? Я угощаю, — сказала Чжэнь Юйшань.

Лу Чжоу пускал слюни, думая о мясе барбекю в столовой.

В конце концов, желание поесть победило рациональность. Парень стеснительно кивнул:

— Что ж… пойдем тогда. Я угощу тебя в следующий раз.

В любом случае, булочки уже холодные. И они будут одинаковые по вкусу, съест он их сейчас или на ужин.

— Я запомню твои слова. Пошли. Если не поторопимся, будет много народу.

Кого волнует, что ты умный? Ты все еще побежден моей элегантной богоподобной внешностью.

Тем временем Лу Чжоу шел рядом и не замечал ее самодовольного вида, поскольку он размышлял над серьезным вопросом.

Мне съесть мясо с тмином?

Или мясо с перцем?

Глава 11. Даже гении имеют недостатки

Шли дни, Лу Чжоу в основном проводил все свое свободное время в библиотеке и общежитии. А еще походы в столовую или за помощью к профессору Тану, когда возникали трудности трудностей, распорядок дня парня особо не менялся.

Впервые с момента, как он поступил в университет, его распорядок дня стал настолько систематизированным. Не говоря уже о том, что Лу Чжоу жил так уже более двух недель.

Прежде он никогда даже не мечтал о таком.

Лу Чжоу наконец-то удалось закончить статью. Он успел до 15 июня, а также перевел ее на английский язык.

Также стоит упомянуть, что когда парень обсуждал “проблемы вывода частичного ряда Фурье из обратной функции”, профессор Тан проявил огромный интерес к его статье и сказал, что не против помочь ее отредактировать.

Парень доверял навыкам редактирования профессора Тана, если это касалось статей.

Помимо того, что этот человек был добрым и щедрым, он много лет проработал профессором и опубликовал больше статей, чем Лу Чжоу прочитал книг. Это редкость, что он заинтересовался статьей бакалавра. К тому же в его теме не было ничего особенного. Даже если бы парень решил эту извечную проблему, Тан Чживэй в лучшем случае гордился бы им.

Только руководители с низкой квалификацией и те, кто не смог стать профессором, давят на студентов, чтобы они быстрее завершили свои статьи, и гоняются за результатами исследований.

Лу Чжоу не знал, есть ли подобный академический мусор в таком престижном институте, как Цзиньлин, однако был уверен, что профессор Тан не один из таких.

Наличие опытного руководителя, дающего советы, значительно увеличивает шансы на успешную подачу статьи. К тому же парень считал, что профессор Тан может дать ценный совет по выбору журнала.

Поэтому Лу Чжоу хотел попросить профессора посмотреть его статью после окончания экзаменов по математике.

А сейчас ему надо молиться.

Ведь кроме продвинутой алгебры ему еще надо учить новейшую историю.

Больше всего его бесило, что в этом году был еще закрытый экзамен!

Он не видел смысла в изучении всего этого.

Что это мне даст?

И хотя у него имелись еще миллионы жалоб, ему все равно приходилось учиться, получать знания.

Как бы то ни было, эти два зачета повлияют на его средний балл.

Поэтому Лу Чжоу терпеливо сидел в пустой комнате и читал, держа учебник в руках.

Однако результаты были ожидаемы.

Знания вообще не лезли в голову!

Парень просидел в комнате с самого утра, и у него закружилась голова. Он бросил учебник на стол и сдался.

Когда он уставал, то просто не хотел ничего делать. Парень бездумно смотрел в потолок пару минут, а затем достал телефон.

И по совпадению именно в этот момент ему пришло сообщение в WeChat.

Чэнь Юйшань: [Младший брат, почему ты сегодня не пришел в библиотеку? У меня проблема с задачкой. Не мог бы ты мне помочь?]

Чэнь Юйшань: [Фото]

Лу Чжоу задумался на мгновение, а затем набрал ответ и отправил.

[Я учу современную историю. Подожди минуту...]

Парень увеличил масштаб задачки на фото. Немного посмотрел на нее, а затем положил телефон и сел на стул.

Взял черновик и начал писать в нем. Через две минуты Лу Чжоу все решил.

Сделав фото и отправив его, он взглянул на учебник по современной истории и подумал.

Математика гораздо интереснее!

Лу Чжоу ленился и не хотел учиться. Он поднял трубку и продолжил просматривать новости своих друзей.

Пролистав немного, он нашел пост от своего соседа по комнате.

Лю Жуй: [А-а-а-а… я не могу выучить это все! Математика сложная! Хочу умереть. Т.Т]

— …

Парень почувствовал, что должен заблокировать таких друзей в сети. Однако в душе помнил, что надо быть добрым. Поэтому, немного подумав, нажал лайк и быстро прокрутил дальше.

Просматривая посты, он ощущал, что смотрит тезисы.

Время шло, а он этого даже не осознавал.

Внезапно открылась дверь, и в комнату вошел потный Ши Шан с баскетбольным мячом.

— Ты провалился в канализацию? — спросил Лу Чжоу, взглянув на него.

— Какая канализация? Баскетбол! В конце месяца после экзаменов по английскому проводится межгрупповой баскетбольный турнир. Староста потащил меня тренироваться, — ответил Ши Шан. Он сел на стул, открыл бутылку воды и начал быстро пить. Затем выдохнул и продолжил. — Твою мать, центровой второго класса слишком высокий! Он мог бы заменять электрический столб.

— Ты не учился?

— Училась моя задница. Я уже просмотрел материалы. Если буду учить, ничего не изменится. 90 — нереально, 80 — с трудом, 70 — с легкостью. Если хочу хорошие оценки, то все зависит от доброты профессора Тана! — произнес Ши Шан. Помахав на себя учебником, он добавил. — Не говоря уже о том, что баскетбол важнее математики.

— Но спорт дает лишь несколько дополнительных баллов… — небрежно произнес Лу Чжоу.

— Лу Чжоу, — возразил Ши Шан, строго глядя на парня.

Лу Чжоу почувствовал себя неуютно, когда Ши Шан вдруг стал таким суровым.

— Что?..

— Твоя жизнь состоит только из оценок? — спросил его сосед с тяжестью в голосе.

— А что еще?

— Скажу иначе. Ты хочешь найти девушку? — серьезно произнес Ши Шан.

— Я и так в порядке…

Лу Чжоу не чувствовал, что так уж отчаянно нуждается в девушке. С логической точки зрения его финансовое положение этого не позволяло.

Парень боялся неприятностей, а еще больше — доставлять их другим людям. Он был уверен, что однажды станет богатым, может, даже богаче кого-либо еще, но не хотел отнимать молодость у других.

Конечно, возможно, единственной причиной, отчего Лу Чжоу так думал, было то, что он еще не встретил человека, которого бы действительно полюбил.

Но кто мог предсказать, что случится в будущем?

— Что ты подразумеваешь под “в порядке”? Лу Чжоу, как главный в комнате, я должен поделиться с тобой своим жизненным опытом, — сказал Ши Шан. Он откинулся на спинку стула и серьезно заговорил. — Представь, когда ты с мячом на линии штрафного броска и два здоровых парня стоят перед тобою, и внезапно ты подбежал, чтобы сделать данк со штрафной… Что в итоге?

— Я… я не играю в баскетбол.

Лу Чжоу был довольно высокого роста, чтобы достать до корзины, но ему еще далеко до забрасывания данков. Но если он в действительности попытается забросить мяч, то, скорее всего, его заблокируют.

— Бросай! Ты умеешь бросать, да! Ты бросаешь идеальный трехочковый! — крикнул Ши Шан и продолжил. — Подумай об этом!

Он умел бросать.

Лу Чжоу немного подумал и спросил:

— Мяч попал?

— И все? Слишком зелено! Слишком просто! — Ши Шан схватил парня за бедро и с волнением в голосе сказал, — Это овации! Подумай об этих взлетающих помпонах! Болельщиках! Подумай о девушках с длинными ногами и короткими юбками, которые кричат твое имя и краснеют…

— Притормози! Постой! — нахмурился Лу Чжоу, прерывая полет фантазий Ши Шана, и спросил. — В нашей группе… есть хоть одна девушка?

Не только в первой, но и во второй не было ни одной девушки.

— …

Комната погрузилась в тишину.

В некотором смысле уметь закончить разговор одной фразой — само по себе гениально.

Ши Шан глубоко вздохнул, посмотрел в потолок и произнес:

— Я… я не могу с тобой больше разговаривать.

Лу Чжоу вздохнул, подумав то же самое.

Глава 12. Зависть воздвигла мне преграды

Время шло, и вскоре приблизилась пора экзамена по продвинутой алгебре 2.

— Студенты, пожалуйста, выключите свои телефоны. Положите студенческий билет и удостоверение личности в левый угол стола. Я еще раз повторю правила поведения на экзамене. Если увижу, как кто-то списывает, то не ждите поблажек. Отправлю в деканат. Все вы скоро станете второкурсниками. И, надеюсь, у вас не будет проблем в такой важный момент. Каждый год попадается парочка недобросовестных студентов, но, надеюсь, вы не станете нарушать правила.

Пожилой профессор стоял на кафедре и осматривал аудиторию. А затем дал сигнал аспиранту рядом с ним:

— Сяо Вон, начни с правой стороны.

— Хорошо, — кивнул парень и начал проверять студенческие.

Лу Чжоу потянулся. Парень выключил телефон и убрал его в рюкзак. И как все остальные, положил справочники и электронные устройства на первый стол.

Наконец-то этот день настал!

После экзаменов у него появится куча времени на другие дела.

Парень вернулся к своему столу и сел. Показав аспиранту студенческий и удостоверение личности, Лу Чжоу просто сидел и ждал бумаг с тестами.

В конце концов, университет Цзиньлин — один из 985, и экзамены в нем проходили очень строго.

Пожилой профессор в очках улыбался. Неважно, как хорошо вы спрячете свои шпаргалки и телефон, если вы осмелитесь воспользоваться ими, то он сразу увидит.

Несколько студентов взяли с собой шпаргалки и боялись. Они хотели воспользоваться ими, но все равно боялись.

Лу Чжоу вздохнул. Он пожалел этих несчастных, а затем начал быстро решать тест.

Судя по всему, придумал его профессор Тан, хотя это не имело значения, поскольку все темы в нем из учебной программы. По крайней мере, с точки зрения парня, все было очень просто.

Первая часть — заполнить пропуски. Первый вопрос — найти общее решение дифференциального уравнения. Тут просто надо следовать обычному методу. Хотя формула немного сложная, это все еще та же самая задача. Просто бесплатные баллы для Лу Чжоу.

Во втором вопросе надо было получить уравнение прямой с использованием пространственных координат. Ничего особенного, очередные халявные баллы.

Третий вопрос — вывод, а четвертый — поиск интеграла кривой. Опять халявные баллы.

Пятый вопрос оказался довольно интересным. Используя известную функцию f (x), нужно найти s в (-5/2π), учитывая, что разложение функции в ряды Фурье с периодом 3/2π равно S(x).

Эмм…

Это немного сложнее.

Лу Чжоу несколько раз постучал ручкой по черновику, а затем быстро решил.

Вопрос казался сложным, поскольку проверял знание синусоидальной функции Фурье и требовал решить уравнение, что и без знания функции совсем не просто. Однако, подумав некоторое время, парень понял, что этот, казалось бы, трудный расчет на самом деле не такой уж и сложный. Нужно просто следовать шагам.

Лу Чжоу уже изучил целых два учебника, поэтому для него это легко.

Затем он перешел к вопросам с несколькими вариантами ответов. Это по-прежнему халявные баллы. Парень быстро начал отмечать правильные варианты.

После этого шли большие вопросы, и он, наконец-то, должен стать серьезнее!

Парень сжал кулаки и уже был готов приступить к ним, но когда глянул на вопросы, был ошеломлен…

И не потому, что они слишком сложные.

Но потому что…

Э-э-э-эм…

Это?

Лу Чжоу украдкой посмотрел на своего соседа, тот напрягал мозги, кусая ручку.

А потом оглянулся. Какой-то творческий парень сложил кубик из черновика. Они явно полагались на чудо в решении заданий.

Парень встал и подошел к кафедре. Сдал экзаменационную работу и покинул аудиторию.

Герои идут одной дорогой!

Похоже, я не единственный, кто считает этот экзамен слишком простым!

Лу Чжоу перестал сомневаться и начал писать. Он быстро решил все задачи, кроме последнего вопроса, который занял у него пять минут, на остальное ушло всего по две.

Парень просмотрел свой тест еще раз и был уверен, что ошибок у него нет. А затем заметил, что даже не использовал четверти от выданного черновика. Лу Чжоу собрал вещи и пошел сдавать тест.

Пожилой профессор, сидевший за столом, даже не посмотрел на парня, когда тот сдавал работу.

Однако когда мужчина краем глаза увидел его экзаменационную работу, то прищурился.

Ого.

Он действительно закончил?

Прошло всего полчаса!

Профессор небрежно взял экзаменационную работу и поправил очки. А затем стал проверять ответы.

Первый вопрос верный.

Второй вопрос верный.

Третий вопрос…

Чем дальше он смотрел, тем горделивее и серьезнее становилось его лицо.

Аспиранту стало интересно, что там в экзаменационной работе. Но, увидев серьезное лицо профессора, решил не беспокоить мужчину, лишь тихо спустился с трибуны и пошел осматривать задние ряды в аудитории.

Прошло время, и, прочитав последнюю строчку последнего вопроса, нахмурившийся Лу Фанпин, наконец, расслабился и кивнул в одобрении.

Интересно.

Очень интересно.

— Похоже, профессор Тан нашел хороший саженец… — подумал он. Мужчина взял чашку и сделал глоток. Его лицо стало безразличным.

Оставшиеся в аудитории студенты никак не отреагировали на ушедших двух. В лучшем случае пытались себя успокоить, думая:

— Два идиота уже сдались. Похоже, я не единственный, кто решил, что это сложно…

Так считали все, кроме Лю Жуя, сидевшего позади Лу Чжоу.

Он собственными глазами видел, что бланк его соседа был полностью заполнен.

Хотя Лю Жуй не мог разглядеть, что там написано, но по форме ответов это не было похоже на какую-то белиберду.

Может?..

Парень посмотрел на свой тест. Он все еще застрял на последнем вопросе в первой части и не мог найти ответ.

По логике, ему следует сдаться и подождать, пока не закончит остальные, после чего вернуться и попытаться решить его снова. Однако Лю Жуй продолжал считать, что раз у Лу Чжоу получилось, то и он способен. И не мог принять поражения.

Зависть воздвигла мне преграды.

Зависть не дает мне решить задачу.

А-а-а-а-а-а…

Сердце сейчас не выдержит!

Лю Жуй схватился за волосы, чувствуя, как ему стало нехорошо.

…

Покинув аудиторию, Лу Чжоу решил не тратить время на прогулку, а сразу вернулся в общежитие и скопировал статью на флешку. Затем направился в лабораторный корпус и нашел кабинет профессора Тана.

Внутри было тихо. Кроме профессора, курящего около окна, там находились лишь двое студентов, которые уставились в мониторы, сосредоточившись на своих проектах. Они даже не заметили, как парень вошел.

Профессор увидел, что Лу Чжоу стоит за дверью, и подал ему знак входить. Посмотрев на флешку, он засмеялся:

— О, так быстро закончил статью?

Лу Чжоу вежливо ответил:

— Да, наконец-то закончил. Тут английская и китайская версии. Можете посмотреть?

— Давай сюда. Ты же для этого пришел?

Профессор Тан забрал флешку у парня и подошел к своему столу. Открыв ноутбук, он подключил ее и начал читать.

— Как экзамен?

— Все в порядке. Вопросы оказались довольно простыми.

— О, как самоуверенно. Я лично проверю твой тест.

— Помилуйте!

— Даже не надейся.

Тан Чживэй засмеялся и открыл статью. Если кто-нибудь еще так умолял бы его, то он определенно оскорбился бы, но на слова Лу Чжоу мужчина не рассердился и лишь засмеялся.

Он знал уровень своих учеников. Просить такого парня, как Лу Чжоу, сдавать этот экзамен было немного оскорбительно.

Стадия обучения для этого студента — не последний экзамен, а лишь "Challenger cup". Конкурс для студентов STEM или студенческий национальный конкурс математического моделирования — вот его уровень.

Профессор надел очки и сосредоточился на статье. Мужчина продолжал читать.

По правде говоря, увидев, что Лу Чжоу принес статью, он изрядно удивился.

Занятие наукой — это словно носить воду ведром из моря в водохранилище.

Дорога трудна и неровна. Надо пересечь горы и реки в дождь и жару. И наконец-то добравшись до бассейна знаний, вы выливаете из ведра каплю воды. Это не легкая прогулка.

Любой, кто хочет оставаться в научной сфере, должен быть искренним. Те, кто желают мгновенного успеха, никогда его не добьются.

Каким бы талантливым не был этот парень, сколько воды он сможет зачерпнуть своим ведром?

Парень даже не дойдет до бассейна. Уже на полпути вода испарится.

Поэтому профессор был спокоен. При чтении статей он придерживался мышления не математика, а педагога. Словно ухаживал за недавно посаженным цветком.

Еще до того, как начать читать статью, профессор уже размышлял, как наименее обидно попросить Лу Чжоу переписать ее. Он хотел научить его не пытаться бегать, пока не умеешь ходить, однако не хотел остудить его пыл и интерес.

Но Тан Чживэй был ошеломлен. Он нахмурил брови и задумался.

Это…

Это правда написал студент?

Может, он скопировал это из учебника?

Предполагая это, профессор с сомнением выбрал случайным абзац и поискал его в интернете.

Совпадений не было.

Не поверив, старик зашел на антиплагиат и загрузил туда всю статью.

Его глаза увеличились от результатов поиска.

Как это возможно?!

Глава 13. Если вам не стыдно, то мне еще стыдно!

Процент заимствования: 0,3%.

Это максимальный профессионализм.

— Лу Чжоу, позволь узнать кое-что, только ответь честно. Ты правда сам написал эту статью?

Профессор Тан Чживэй уставился на парня, через толстые стекла очков мелькнул удивленный взгляд.

И легкое волнение.

Однако мужчина все еще не мог в это поверить. Что математическое доказательство теоремы в статье написал студент.

Лу Чжоу не опустил глаза, а вместо этого засмеялся и скромно ответил:

— Это все благодаря наставлению профессора.

Ну, я потратил на это баллы, так что это считается моей собственной работой?

Он говорил это с чистой совестью.

Тан Чживэй отвернулся от Лу Чжоу и еще долго смотрел на статью

Небо за окном постепенно темнело, стрелка часов на стене медленно подошла к шести часам. Наконец-то, профессор Тан прочитал последнюю часть статьи и глубоко вздохнул:

— Аргументы в статье очень хорошие. Можно даже сказать, что идеальные. Единственный недостаток — в оформлении статьи есть некоторые проблемы. Лексика и формат цитат немного неправильные, но это незначительные проблемы. Если ты, будучи первокурсником, способен написать такую статью, тебя определенно ждет хорошее будущее!

Профессор Тан снял очки и положил их на стол. Он посмотрел на парня, засмеялся и сказал:

— Оставь статью здесь. Я помогу тебе ее отредактировать.

Лу Чжоу был счастлив и быстро ответил:

— Спасибо, профессор!

Если бы парень решил найти профессионального реактора, то ему бы пришлось прилично на это потратиться. И не факт, что ему хорошо бы все отредактировал. Можно попасть на мошенников, и ваша статья не пройдет, а те лишь ответят, что она была хреновой.

— Я отнял у тебя много времени. Можешь идти. Не забудь заглянуть ко мне через два дня, или, давай, я сам тебе позвоню… Оставь свой номер телефона. Мне слишком лень смотреть базу студентов, — сказал профессор, показав на бумагу и дав ручку Лу Чжоу.

Очевидно, что парень плясал от радости и быстро написал номер своего телефона.

— О, точно, еще один вопрос. Ты уже думал, в какой журнал отправить?

Выдавив улыбку, Лу Чжоу ответил:

— Я посмотрел в интернете, и импакт-фактор у AMC, похоже, высокий. Кроме того, у них быстрый процесс рассмотрения, поэтому я…

— Не глупи! — прошептал профессор. — Зачем отправлять статью туда? Хорошо, что я спросил тебя, иначе было бы слишком поздно! Ты знаешь, что статьи из AMC даже не учитываются при оценивании аспирантов?

Э-э?

Есть что-то подобное?

Однако, даже зная об этом, Лу Чжоу было все равно. В конце концов, он не планировал становиться аспирантом и тем более доктором. Парень просто хотел побыстрее завершить задание.

Если его работу направят в престижный журнал, ожидание может занять месяцы. И если в итоге его работу отклонят, он сойдет с ума.

— Ситуация среди математических журналов неоднозначная. Я предлагаю попытаться представить работу на международном уровне. Что касается твоей статьи, то “Журнал Символ Логики” и “Международный журнал теоретической и прикладной математики” хорошо подходят. В первом предпочитают публиковать чисто математические работы. Второй работает по направлениям прикладной математики, математического анализа и физики. Сам подумай, куда лучше отправить. Кроме того, запомни, если решишь подать свою статью в AMC, можешь больше никогда ко мне не приходить.

— Я… — немного поколебавшись, парень ответил. — Спасибо за наставления, профессор Тан, я…

Профессор взмахнул руками и пошутил:

— Хватит лизать мой зад, уходи!

Лу Чжоу ушел и закрыл за собою дверь.

Кабинет снова погрузился в тишину. Аспирант, сидевший за столом и писавший работу, потянулся, посмотрел на тему статьи профессора, а затем тихо спросил:

— Профессор, это был ваш студент?

— Не верится, да? — засмеялся Тан Чживэй и продолжил. — Позволь уточнить кое-что. Он не просто студент, а еще и первокурсник!

Другой аспирант выпучил глаза от удивления. Он прекратил работать над своим проектом и с недоверием спросил:

— Первокурсник?! И уже пишет в научные журналы?! Когда студенты стали такими монстрами?

— Именно поэтому вам надо усерднее работать, — ответил профессор Тан, а потом, окинув взглядом двух своих учеников, серьезно сказал. — Не дожидайтесь, когда младшие нагонят вас. Даже если вам не стыдно, то стыдно мне!

............

Пока Лу Чжоу искал профессора Тана, завершился экзамен по продвинутой алгебре 2. После того, как студенты сдали свои работы, за пределами экзаменационной аудитории воцарился хаос.

— Твою ж, слишком мало времени! Я не успел ответить на два больших раздела!

— Слишком сложно! Кто придумал последний вопрос? Он невыполним.

— Вопрос про ряд Фурье? Даже не стал смотреть и тупо пропустил!

— Предпоследний вопрос во второй части про сходимость степенного ряда и функции, а также суммы чисел ряда…

— Не спрашивай. Я без понятия и не понимаю. Просто хочу успокоиться…

— Брат Тао, ты как? Смог?

— Даже не напоминай. Жду пересдачи.

Конечно, глупые студенты были в меньшинстве, но, наблюдая, как много народу ноет, умные тоже втянулись в разговор.

Например, Лю Жуй делал пост в ленте для друзей прямо возле аудитории.

[Математика сложная! Я налажал. Ничего не знаю. Придется пойти на пересдачу. T.T]

На самом деле он не только закончил, но и перепроверил все.

Закончив печатать, парень опубликовал пост.

В это время к нему подошли Хуан Гуанмин и Ши Шан.

— Что делаешь, Лю Жуй?

— Ждал вас и сидел в телефоне, — ответил парень. Он выключил телефон и сделал вид, будто ничего не случилось, когда произнес. — Пошли, поедим в столовой.

— Как Чжоу? Я видел, как он ушел через полчаса, — поинтересовался Ши Шан.

— Не знаю. Спросим у него, когда вернется, — сказал Лю Жуй, покачав головой.

Хуан Гуанмин продолжил спрашивать:

— Точно, брат Жуй, что ты ответил на последний вопрос с выбором ответов?

— Думаю А… Он сложный, я написал наугад.

Хуан Гуанмин засмеялся и сказал:

— Черт, я тоже поставил А! Я знал, что угадал верно!

Ши Шан нахмурился и, немного подумав, спросил:

— Почему не B?

Лю Жуй вспомнил вопрос и, покачав головой, ответил:

— Однозначно не B. По условиям это должна быть сходимость рядом, и ее квадрат не мог расходиться… Ну, полагаю, я все еще могу ошибаться.

Лю Жуй вновь это подчеркнул.

Хуан Гуанмин и Ши Шан уже привыкли к его “скромности”, поэтому не считали это странным.

Вспомнив математический ужас, творившийся полчаса назад, Хуан Гуанмин вздохнул:

— Тест оказался слишком сложным. Кажется, словно я совсем ничего не учил.

Ши Шан молчал.

Он чувствовал себя еще хуже.

В этот момент подошел еще один гений класса.

Высокий, худощавый, темнокожий. Настоящий гений, Ло Жуньдун. Единственный ученик в своей группе, кто получил 150 баллов на вступительных по математике. Большинство людей пошли на математический факультет вынужденно, однако он специально выбрал его.

Что касается оценок, то у Лю Жуя они были лучше, поскольку английский Ло Жуньдун знал не слишком хорошо. Однако в продвинутой алгебре и математическом анализе даже Лю Жуй не мог с ним сравниться.

— Лю Жуй, ты решил последнюю задачу в части с пропусками?

— Решил, но не уверен, правильно ли…

И эти двое начали обсуждать математические задачки, и непонятные, трудные слова стали выходить из их ртов. Никто вокруг не мог их понять.

Хуан Гуанмин и Ши Шан беспомощно переглянулись.

Если бы только Лу Чжоу оказался тут.

Они ощущали себя глупыми, когда рядом нет Лу Чжоу, с которым можно себя сравнить.

Это было слишком больно!

Глава 14. Иди работать, умник

[Лю Жуй: Математика слишком сложная! Я абсолютно не понял пятого вопроса с заполнением пропусков и последнего с несколькими вариантами ответов. В итоге отвечал наугад. Я налажал. Придется пойти на пересдачу. T.T]

— …

Лу Чжоу просматривал новостную ленту своих друзей, когда увидел пост Лю Жуя. Его губы дернулись, и он собирался поставить лайк, как вдруг остановился.

[Ответ на пятый вопрос с пропусками: … Ответ на последний с несколькими вариантами ответов — B.]

Трудно набирать математические символы с телефона!

Закончив писать сообщение, Лу Чжоу нажал «отправить».

Удобно!

Парень собирался было убрать телефон обратно в карман и продолжить есть, как внезапно он завибрировал. Лу Чжоу посмотрел на уведомление и увидел, что это сообщение от Лю Жуя.

О? Этот парень ответил так быстро?

В глубине души Лу Чжоу удивился и открыл свою новостную ленту.

[Лю Жуй: Разве не А?]

Парень засмеялся и покачал головой, вспомнив варианты ответов на вопрос. А затем достал черновик из своего рюкзака и начал записывать ход решения. Выбрал хороший угол освещения, сфотографировал и отправил сообщение.

[Лу Чжоу: [Фото]]

В этот раз Лю Жуй не спешил отвечать.

Подождав некоторое время, Лу Чжоу увидел, что сообщение не приходит, и продолжил есть лапшу.

Он и так долго не притрагивался к еде и если не начнет есть, лапша скоро разбухнет.

Однако только парень убрал свой телефон обратно в карман, как тот вновь завибрировал. На этот раз это был звонок.

Да вы шутите?! Он, похоже, спятил, если решил позвонить мне.

Лу Чжоу поспешно достал телефон, и оказалось, что звонил не Лю Жуй. Это был У Дахаи.

Именно он отправил парня в больницу, когда у него случился тепловой удар.

Лу Чжоу чувствовал себя виноватым, потому что ему не представилось возможности нормально отблагодарить его.

После нескольких гудков парень нажал кнопку ответа.

— Да?

— Это я, Дахаи, — сказал толстый Ву, а затем добросердечно спросил. — Как ты? Тебе лучше?

— Я в порядке. Спасибо за прошлый раз… — ответил Лу Чжоу, чувствуя себя виноватым.

— Не благодари! Я просто рад, что ничего серьезного не случилось. — прервал его Дахаи и продолжил. — Ты свободен сегодня?

— Свободен… Что за работа? — поинтересовался Лу Чжоу.

— Сортировка посылок для Шентон экспресс. 100 юаней за ночь, согласен? — спросил У.

— Где? — сразу же уточнил парень.

— От университета в семь уезжает машина. Поспеши и приходи, если хочешь. Мне все еще нужны два человека, после этого поедем.

— Уже иду!

Лу Чжоу повесил трубку, быстро съел лапшу, а потом отнес пустую тарелку к стойке и покинул столовую. Спеша к университетским воротам, он по пути набрал соседа по комнате Ши Шана.

— Эй, Чжоу, как дела? — раздался громкий голос.

— У меня ночью дела, и я не вернусь.

— Что за дела? Что случилось? — голос парня на другом конце стал взволнованным от крутящихся в его голове мыслей.

Лу Чжоу с неохотой ответил:

— Твою ж! Сам подумай! Я работаю.

— …

Некоторое время на другом конце воцарилось молчание, и когда уже парень хотел прекратить вызов, Ши Шан внезапно вздохнул и громко заговорил:

— Лу Чжоу, я знаю, что у тебя тяжелая семейная ситуация. Но ты можешь не бояться нам все рассказывать. Давай поговорим, тебе не следует делать подобное… В любом случае, где ты сейчас? Это парень или девушка?

Лу Чжоу был в недоумении.

Поскольку парень не ответил, Ши Шан еще сильнее заволновался:

— Черт! Брат, умоляю, скажи, что ты все тщательно обдумал. Ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь! Как… как ты собираешься смотреть в лицо своей будущей жене? Не смей класть трубку, предупреждаю тебя! Если это сделаешь, то я позвоню куратору!

— Что за хрень ты несешь?

Ши Шан замолчал и почувствовал, что что-то не так. Чувствуя себя неловко, он тихо спросил:

— Какая еще может быть ночная работа? Я говорю тебе, не иди по этому пути…

— Я сортирую посылки, твою мать!

Холодный голос шокировал Ши Шаня, и прежде чем он все понял, Лу Чжоу уже закончил вызов.

…………………

Фургон был припаркован возле ворот университета. Лу Чжоу подошел к нему, и У Дахаи помахал парню издали.

Лу Чжоу открыл дверь и сел на маленькую скамью. Он осмотрелся. Кроме него в фургоне находилось еще десять человек. Все мужчины из университета Цзиньлин.

Очевидно, что девушки не станут заниматься подобной физической работой по ночам.

Хотя на самом деле эта работа требует не так уж много физических усилий. Лу Чжоу работал на ней уже дважды. По сравнению с раздачей листовок это намного проще. Единственный минус в том, что придется не спать всю ночь.

Однако за зарплату в 100 юаней парень готов потерпеть.

Ему это нужно, ведь у него осталось всего три тысячи на счету, а надо еще заплатить за макет и рецензию для научного журнала. Парень не хотел обременять свою семью и просить у них больше денег.

За публикацию в других изданиях платили вознаграждение, но в подобных академических журналах оно не предусматривалось. Вполне вероятно, что ему даже придется заплатить самому.

— Сотня за ночь, заплачу вам послезавтра. Не забудьте дать мне свой номер счета в Alipay. Как прибудем в сортировочный центр, выслушайте внимательно инструкции. Работа не пыльная. Просто разгружаете грузовик и относите посылки на конвеерную ленту до склада. Посреди рабочего времени будет часовый перерыв, можете сыграть в бильярд в комнате отдыха, если хотите. Но не рекомендую играть против штатных рабочих. Они делают это на деньги и за один раунд могут загнать три шара.

— Относить? А это не слишком тяжело? — спросил низкорослый парень.

Ву Дахаи терпеливо пояснил:

— Успокойся, тебе не нужно особо ничего таскать. Ты же умеешь играть в футбол? Двое разгружают машину, а остальные могут просто пинать посылки. Расстояние между местом разгрузки и конвейером небольшое. За исключением больших предметов, вроде холодильника или телевизора, все будет очень просто.

— Шутишь, что ли? Пинать? А если что-то сломаем? — поднял голос другой парень.

У Дахаи посмотрел на него и ответил:

— Делай, что хочешь. Ты, что, платишь за это? Какой смысл волноваться? Расслабься. Эти торгаши обычно все тщательно упаковывают, набивая несколькими слоями пенопласта. Даже если ударишь со всей силы, то ничего не сломаешь. Я отправлю тебя в национальную футбольную команду, если сможешь.

Парень рассмеялся и ничего не сказал, но подумал:

Я хочу в сборную, ты действительно сможешь меня туда отправить?

За разговором они добрались. Фургон припарковался у входа на склад. У Дахаи заплатил водителю с помощью телефона и скомандовал студентам выходить.

Склад оказался огромным, как минимум две тысячи квадратных метров. На улице стояло несколько грузовиков. Штатные сотрудники уже работали внутри. Мужчина средних лет в синей форме стоял у ворот и оглядывался. Увидев У Дахаи, он махнул рукой, сигнализируя подходить.

— Все здесь? Или будешь пересчитывать? — спросил мужчина, улыбнувшись своими желтыми зубами.

— Тут всего несколько человек, нет смысла считать. Давай начнем, — ответил толстяк У и быстро дал ему сигарету.

Мужчина рассмеялся, взял сигарету и произнес:

— Хорошо, идите за мной.

Он развернулся и пошел в мастерскую.

Глава 15. Способ монетизировать баллы

Толстяк У точно все описал: разгружать посылки было так же просто, как пинать мяч.

Они показывали на посылку и просто пинали ее со всей силы. После чего она летела метров на десять. Никто не заботился о продавцах и покупателях. Пока посылка доставлена, остальное неважно.

На самом деле, сотрудники на неполный рабочий день оказались не такими уж безответственными. Штатные рабочие еще грубее обращались с посылками. Когда конвейерная лента запущена, особо нет времени аккуратно возиться с упаковкой. Неважно, дорогая или хрупкая внутри вещь, даже если картонная упаковка повреждалась, специальные люди склеивали и собирали ее обратно, а потом возвращали на конвейер.

— Эта упаковка повредилась. Похоже, тут вино или что-то похожее. Чувствую запах алкоголя.

— Не парься, все в порядке, пока курьерская накладная не намокла. Брось обратно на конвейер и помни, что накладная должна находиться сверху.

У сотрудников были четко обозначены их рабочие места. Двое стояли рядом с грузовиком, доставали посылки и бросали их на землю. Двое других кидали посылки на конвейер. Остальные отвечали за “пинание мяча”, в определенный момент даже стало весело.

Толстяк У “пинал мяч” и даже начал хвастаться перед начальником штатных работников, бросив им вызов.

Рядом с Лу Чжоу стоял парень, который доставал посылки из грузовика. Он видел, как его товарищи пинают их, чем был недоволен. Не выдержав, парень тихо сказал:

— Ребята, полегче. Там может оказаться моя посылка.

Само собой, его никто не услышал, а даже если бы услышали, то все равно не послушали бы.

Посылок было очень много, и если аккуратно их передавать, то потребуется вся ночь, чтобы разгрузить несколько грузовиков.

У Дахай не говорил им, сколько придется разгрузить за одну ночь. Просто сказал слушаться его. Лу Чжоу предположил, что у него должен быть какой-то договор с сортировочным центром. И, скорее всего, ему платят за количество разгруженных посылок.

Допустим, за каждую он получает пять юаней, и если сегодня они разгрузят две тысячи, то толстяк У получит большую сумму. А если они рассортируют еще тысячу, это будет еще дополнительные пять тысяч юаней.

По оценке Лу Чжоу десять человек, работающих по восемь часов, могут рассортировать как минимум тридцать тысяч посылок. Может, даже сорок. Считая его и толстяка У, тут двенадцать человек.

Внезапно парень ощутил себя нехорошо.

Все остальные получат лишь жалкую сотню юаней, проработав всю ночь, когда толстяк У заработает тысячу или две. Этого хватит студенту, чтобы прожить месяц! Все остальные получают деньги из дома, но этот парень, скорее всего, отправляет их домой.

Но неважно, как сильно Лу Чжоу завидовал, он понимал, что если попытается провернуть подобное сам, то у него ничего не получится.

Прежде всего, ему нужно найти много рабочих. Затем организовать их, но и этого недостаточно. Также надо уметь вести переговоры, чтобы убедить руководителей сортировочного центра доверить ему работу. К тому же нужно договориться о разумной цене, чтобы обе стороны остались довольны.

Все это требовало умения хорошо понимать людей, чему невозможно научиться, просто решая задачки. Лу Чжоу видел, как У Дахаи раздает задания, и понимал, что не может так же руководить. И все, кто пинал “мячи”, были такими же.

Иначе кто-нибудь из них зарабатывал бы по пять тысяч за ночь, а не Толстяк У.

Эх, это все проклятый капитализм!

Лу Чжоу работал на автомате, выгружая посылки из грузовика. Он отчаянно пытался разнообразить свои мысли, чтобы не было так скучно. Парень осмотрел склад, пока его мысли витали в облаках.

Если честно, то Лу Чжоу, как современный студент, понимал, что логистика сортировочного центра была совершенно нерациональной. Во-первых, она неудобно разработана. Во-вторых, очень много усилий тратится на повторяющиеся действия, не требующие навыков.

Конечно, парень осознавал, что просто стоит и жалуется.

Модернизация технологического процесса будет стоить немалых денег. Подобный сортировочный центр просто не сможет получить необходимые средства, необходимые для обновлений. Даже если у акционеров имелся бы необходимый капитал, они однозначно не потратили бы его на такое.

Согласно принципу распределения риска при инвестициях, эти деньги, скорее всего, попадут на рынок недвижимости или будут вложены в различные фонды. Главной задачей капиталистов является окупаемость инвестиций, а не улучшение жизни.

Да, многие думают, что эти вещи связаны, но на самом деле это не так.

— Они могли бы подвинуть конвейер ближе к воротам сортировочного центра и использовать манипулятор для разгрузки посылок. Это не только снизит ущерб упаковкам, но и повысит скорость доставки, — подумал Лу Чжоу, нахмурившись.

Задумавшись над этим, парень внезапно почувствовал, как его зрение стало размытым.

Он попытался сосредоточиться, но перед ним тут же появилось полупрозрачное окно.

[Номер 001. Схема проекта интеллектуальной системы сортировки (включает интеллектуальную механизированную программу). Требуется: Информатика LV1, Инженерия LV2.]

[Требуется баллов: 5000.]

— Бл*!

Парень удивился внезапному появлению системы, а еще больше — количеству требуемых баллов.

5000 баллов!

Почему эта система высоких технологий так их жаждет?

— Что случилось? — спросил находившийся рядом парень, тупо уставившись на него и думая, что действует ему на нервы.

— О, ничего. Просто вспомнил, что ошибся в задаче на экзамене.

Лу Чжоу рассмеялся и быстро отделался от парня. И вновь сосредоточился на окне, которое мог видеть лишь он, пока его мозг обрабатывал информацию с безумной скоростью.

Система способна решить реальные проблемы, расходуя баллы. Похоже, это не обязано быть конкретной задачей. Подойдет даже что-то воображаемое, а система сама заполнит детали.

Это как написание хорошей статьи. Пользователь придумывает идею и является создателем. А система-наемник отвечает за исполнение.

Например, схема 001 просто возникла из его воображения из-за текущей ситуации в сортировочном центре. Само собой, Лу Чжоу плохо себе это представлял, в результате чего система спроектировала некоторые компоненты слишком сложно.

Кроме того, требуемые баллы определялись сложностью работы и уровнем квалификации.

Внезапно Лу Чжоу подумал о том, что заставило его сердце остановиться.

А что, если дать задачу по изготовлению руки-манипулятора для сортировки…

Парень покачал головой и сосредоточился на новой задаче. Вскоре после этого в окне появилась строка текста.

[Сортировочная рука-манипулятор (ХХ сортировочного центра). Требование: информатика LV1.]

[Требуется баллов: 1570.]

Как и ожидалось!

Парень от волнения сжал кулаки.

Вот как нужно правильно использовать систему!

Например, если он захочет сделать телефон, ему не надо просить систему разработать его целиком. Скорее, необходимо разбить эту задачу на множество мелких идей и использовать систему для решения тех частей, которые он не может сам.

Допустим, возьмем его Xiaomi 4 и скажем: “Система, улучши производительность на 10%”. Улучшение будет стоить где-то в районе 1000-10000 баллов и предполагать полное обновление телефона.

Однако можно разобрать Xiaomi 4 и достать чип Qualcomm Snapdragon 801, а затем попросить систему улучшить микросхему, добавив условие не совершенствовать технологию обработки микросхемы, и тогда система создаст проект по увеличению производительности чипа на 10%.

Уточнив инструкции для решения задачи, система потребует уже меньше 1000 баллов и даст ему чертеж по повышению производительности Qualcomm Snapdragon 801.

Лу Чжоу охватила радость. Наконец-то он нашел способ монетизировать баллы системы.

Но парень быстро успокоился, вспомнив, что у него осталось лишь 35 баллов.

Даже если существует способ монетизации, ему все равно нужны баллы. С их текущим количеством он мог лишь решать математические задачки.

Подумав про это, парень уже не был таким счастливым.

Глава 16. Нет никого лучше него!

10 утра, лабораторный корпус, факультет математики.

Профессор Тан сидел за столом и, уставившись в свой компьютер, тщательно редактировал статью.

Он удивлялся каждый раз, как видел доказательства и ход расчета. И хотя профессор проверял максимально придирчиво и хотел найти ошибки, чтобы сказать Лу Чжоу, что их нужно исправить, мужчина ощущал, что даже не знает, к чему докопаться.

Он закончил проверять статью, но так и не нашел ни одного ненужного расчета.

Все, что профессор мог сделать, это внести небольшие изменения: поправить структуру предложения и грамматику английского языка.

— Молодые вскоре превзойдут нас, — произнес профессор Тан, облокотившись на стул.

В этот момент дверь кабинета открылась.

Пришедший не постучал и не поздоровался. От этого невежливого поведения мужчина нахмурился. Но, увидев, кто это, расслабился, и на его лице появилась улыбка.

Пришел Лу Фанпин — глава математического отделения университета Цзиньлин. Не только его коллега, но и друг.

— Старый Тан, твой телефон сломался? Я тебе звонил, но никто не ответил, — сказал он с улыбкой.

— Ах, я же вынужден выключать свой телефон каждый год после экзаменов. Ты же знаешь, — ответил Тан Чживэй, посмотрев на Лу Фанпина, а затем прислонился к стулу, взял чашку чая и спросил. — Ты разве сейчас не занят? Что ты тут делаешь?

Лу Фанпин сел на диван в кабинете и сказал:

— Ну, мне нужна твоя помощь. За этим я здесь!

— Толстокожий! Остальные приносят мне алкоголь, если им что-то надо, а ты даже сигареты не предложил. Я не стану тебе помогать! — в шутку ответил профессор Тан.

— Словно ты это любишь?! Если бы я принес что-то из этого, ты бы даже не впустил меня, — рассмеялся профессор Лу.

Тан Чживэй улыбнулся:

— Ладно, довольно шуток. Хватит ходить вокруг да около, говори уже, с чем нужно помочь.

Лу Фанпин хлопнул себя по бедру и ответил:

— В сентябре проходит национальный конкурс по математическому моделированию. Дирекция хочет, чтобы я собрал несколько команд и объединился с факультетом программного обеспечения. Я хочу попытаться получить парочку национальных золотых медалей и заработать немного славы для нашего факультета и университета!

Это также повысит его педагогический и исследовательский рейтинг.

Однако если они не смогут, и факультет математики не получит ни одной золотой медали, то насколько неловко это будет?

Конечно, профессор Лу не станет упоминать о подобном.

— Ты хочешь… чтобы я стал консультантом? — спросил Тан Чживэй и нахмурился. — Я просто занимаюсь математикой. Боюсь, у меня не получится помочь с математическим моделированием.

Математическое моделирование и математические исследования, может, и похожи, но на самом деле это совершенно разные области. Будь то наличие новаторского мышления или способности усваивать новую информацию, профессору Тану трудно не отставать от молодых мозгов. Он не сможет их подготовить.

— Не надо, у меня уже есть команда учителей. Я просто хотел одолжить у тебя двух человек с твоих предметов. Есть на примете кто-то талантливый и шустрый в математике?

— О, и все? Отлично, ты как раз вовремя. У меня есть один, кого можно порекомендовать тебе. Из первой группы, Лу Чжоу. Ты должен его взять, и не надо благодарить, — сказал Тан Чживэй с улыбкой.

— Лу Чжоу? — Лу Фанпин нахмурился. — Такое чувство, что я уже где-то про него слышал…

Внезапно он вспомнил, что видел это имя, когда вчера проводил экзамен по математике. Студент, решивший все правильно всего за полчаса.

Но…

Он только на первом курсе!

Национальный конкурс математического моделирования — это не традиционная олимпиада по математике, где дают лишь тестовую работу. Тут проверяют учеников на их понимание теоретических основ и на способность применять теорию на практике.

Кроме того, по опыту прошлых конкурсов студенты с отличными оценками по математике не обязательно побеждали в соревнованиях. Лучше всего показывали себя учащиеся, хорошо разбирающиеся во всех предметах.

Также на конкурсе задают множество различных вопросов. Знания первокурсника ограничены, и их трудно здесь использовать.

Конечно, вреда от него не будет, ведь главное — это участие. Однако Лу Фанпин искал не просто «участвующих» студентов, а только самых способных ребят.

А что касается Лу Чжоу, хоть у него и хорошие математические способности, у него слишком слабая база!

— Считаешь, что он слишком молод? — Тан Чживэй сразу понял, о чем думал его старый друг, и засмеялся.

— Верно, — кивнул Лу Фанпин и продолжил. — Факультет программного обеспечения очень сильно рассчитывает на этот конкурс. Они отправили своего гения-второкурсника, который выиграл два национальных компьютерных конкурса в школе и национальный конкурс по программному обеспечению на первом курсе. У меня уже есть на примете несколько человек, но я бы хотел узнать твое мнение. Думаю, мне понадобится как минимум студент со второго курса… Ты понимаешь, о чем я?

Лу Фанпин ясно объяснил, чего он хотел.

В принципе, университет должен поощрять возможность создавать собственные команды, но никто не будет против, если глава факультета решит собрать свою победоносную команду. В конце концов, большое количество медалей является достижением для руководителей и приносит славу институту.

У факультета информатики есть такой талант, и хотя ему может быть все равно на это, он не в силах сбросить с себя груз ответственности. Будет очень неловко, если их «победоносная команда», когда придет время, даже не дойдет до дверей конкурса!

Тан Чживэй засмеялся, уставившись в компьютер, и сказал:

— У меня тут статья, иди посмотри.

Лу Фанпина это сбило с толку. Он не знал, что делал его коллега, и с подозрением подошел.

— Оптимальная обратная теория линейных операторов и линейной функции… Когда ты начал работать над подобным? — с интересом спросил Лу Фанпин, прочитав название статьи.

Тан Чживэй не ответил. Вместо этого побуждал своего друга читать дальше:

— Не спрашивай, просто прочти статью и скажи, что думаешь.

С кучей вопросов в голове Лу Фанпин все же продолжил читать работу. И чем дольше он это делал, тем заинтересованней становился.

Прочитав последнюю строчку доказательства, мужчина остановился, немного подумал, а затем с ревностью произнес:

— Старый Тан, если честно… я завидую тебе.

— Я спросил тебя, что ты думаешь. Почему завидуешь? — засмеялся профессор Тан.

— На нашем факультете учится много талантов, но почему у тебя на них монополия? Мало того, что у тебя есть талантливый студент, да еще и твои аспиранты такие же, — чем больше Лу Фанпин размышлял над этим, тем недовольнее становился. Почему у него нет такого же ученика?

— Аспирант? Ха-ха-ха! Эту статью написал тот парень, Лу Чжоу! Угадай, что вчера произошло? Я спросил, где он собирается публиковаться, и этот парнишка осмелился назвать AMC! К счастью, я остановил его. Если он дорастет до доктора, то будет потом жалеть об этом, — засмеялся Тан Чживэй.

Лу Фанпина это совсем сбило с толку. Он посмотрел на статью, затем на своего старого друга. Через некоторое время мужчина откашлялся и неуверенно спросил:

— Ты шутишь?

— Нет, — ответил Тан Чживэй, а затем перестал улыбаться, взглянул на своего старого друга и серьезно продолжил. — Эта статья и все доказательства полностью сделаны им самим. Я лишь объяснил ему несколько трудных моментов. Вопросы, которые он у меня спрашивал, подтвердили, что это его работа. Я только отредактировал структуру предложений в статье. Вся основная часть и заключительные доказательства не содержат ни одной ошибки. Хотя этот парень слишком практичен и нетерпелив, у него огромный талант. Если хочешь, чтобы я посоветовал кого-то в твою победоносную команду, то искренне советую взять его. По умению писать статьи или знанию математики ты не найдешь никого лучше во всем университете!

Он лучший!

Сколько людей учится в университете Цзиньлин? Даже декан факультета не знал!

Но Лу Фанпину нечего было противопоставить.

Особенно после того, как он прочитал статью. Все его сомнения по поводу способностей Лу Чжоу сразу исчезли.

Если бы Тан Чживэй не сказал ему правду, он бы подумал, что статью написал аспирант или даже доктор наук.

У этого студента просто недосягаемый уровень в области функционального анализа.

Лу Фанпин тихо ответил:

— Мне… мне нечего сказать, ты должен убедить его присоединиться.

— Не волнуйся. Он послушает меня. Не уходи, я позвоню ему и все расскажу, — уверенно сказал Тан Чживэй и взял телефон со стола.

Попасть с такой командой от факультета на национальный конкурс — уникальный шанс. Если выиграешь, декан однозначно запомнит твое имя, и тебе обеспечена стипендия на следующие четыре года.

Тан Чживэй не любил давать пустых обещаний и хотел решить вопрос прямо на месте. Поэтому позвонил Лу Чжоу при главе факультета.

Абонент занят или находится вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позднее…

гудки

У него выключен телефон?

Тан Чживэй, нахмурившись, повесил трубку.

— Что делает этот парень? Он не берет телефон. Я поговорю с ним потом.

Лу Фанпин не беспокоился, он однозначно хотел видеть этого парня в команде!

Его знания не имеют значения. Право участвовать в конкурсе он заработал лишь этой статьей. Команда из трех студентов для конкурса будет состоять из одного человека для программирования, одного — для математического моделирования и одного — для написания статьи. И один из них мог заниматься как моделированием, так и написанием статьи. Этот конкурс уже был у него в кармане!

Лу Фанпин тоже не сомневался, что Лу Чжоу не откажется, поэтому совсем не волновался.

Ни один студент не упустит такую возможность.

Лу Фанпин засмеялся и сказал:

— Хорошо, спасибо, что помог. У меня еще есть дела, поэтому не буду тебя больше беспокоить.

— Не переживай, я отвечу тебе завтра, — сказал Тан Чживэй, махнув рукой.

Глава 17. Подача на рассмотрение статьи!

Что делал Лу Чжоу?

Само собою, спал.

Он проработал всю ночь, и у него разрядился телефон. Вернувшись в общежитие в семь утра, парень поставил его на зарядку и лег спать.

Когда Лу Чжоу проснулся, уже наступил полдень, и комната пустовала.

Почувствовав урчание в животе, парень протер сонные глаза, спустился по лестнице и пошел умываться. После, одевшись, он направился прямиком в столовую.

Заказав миску жаренного риса и соевого молока, парень сел в дальний угол и достал телефон, планируя полистать ленту друзей.

Но, взглянув в телефон, он обнаружил, что профессор Тан много раз звонил ему со стационарного телефона из кабинета.

Может, он закончил редактировать статью? Но… почему так много пропущенных?

Парень не знал, что думать. В темпе закончив есть, он поставил поднос назад и быстро помчался к лабораторному корпусу.

…………………

— Я уже обзвонился тебе, а ты не отвечал. Что ты делал все утро? — критиковал парня Тан Чживэй, сидя за столом.

Лу Чжоу почесал голову и ответил:

— Телефон разрядился, и я забыл включить его.

Он не собирался признаваться профессору, что проработал всю ночь. Прежде всего, правила университета запрещали первокурсникам гулять по ночам. А еще парень не хотел, чтобы это дошло до куратора, который мог сообщить его отцу, что заставило бы его семью переживать.

Повезло, что старик Тан ничего у него не выпытывал. Он снял очки и вынул флешку из своего ноутбука. Затем положил ее на стол и заговорил:

— Хорошая статья. Я сделал не так много правок, поэтому не буду просить указывать меня как соавтора.

— Так нельзя! Без вашей помощи…

Профессор Тан махнул рукой, прерывая парня, и сказал:

— Я так решил. Я прочитал твою статью, и такая небольшая работа недостаточно хороша, чтобы я подписался под ней. Преподавать — мой долг. Мне все равно, что там делают другие, но я не могу себе позволить подписаться под этой работой. Если хочешь отплатить мне, то сделай одно одолжение.

На самом деле, людей уровня Тан Чживэя не заботит совместное авторство научных работ. А для Лу Чжоу самостоятельная публикация, наоборот, очень важна. Использование имени Тан Чживэя, конечно, может положительно повлиять на рассмотрение работы, но для него это не обязательно кончится хорошо.

Лу Чжоу искренне произнес:

— Если я чем-то могу помочь, пожалуйста, скажите.

— О, ничего особенного, не переживай. Это даже будет полезным для тебя, — ответил Тан Чживэй. — В сентябре проводится национальный конкурс по математическому моделированию. Наш факультет объединяется с факультетом информатики, чтобы создать победоносную команду. Я обсудил это с деканом Лу Фанпингом, и он выбрал тебя.

Национальный конкурс математического моделирования?

Парень немного удивился.

Он слышал о нем раньше. И, похоже, значимость конкурса была огромной. Настолько, что если указать его в резюме, в некоторых компаниях отдел кадров несколько раз просмотрит его.

Только вот…

Лу Чжоу только что услышал о легендарном конкурсе математического моделирования.

Сейчас середина июня, до сентября осталось всего три месяца.

Достаточно ли трех месяцев на подготовку?

Лу Чжоу тихо уточнил:

— Можно мне подумать?

Профессор нахмурился, накрыл рукой флешку и сказал:

— Подумать? Это такая возможность! Иди и подумай, но флешка пусть пока побудет здесь. Заберешь ее, когда решишься!

Наблюдая необоснованное поведение профессора, парень не знал, смеяться ему или плакать.

— Профессор Тан, я никогда еще не участвовал ни в чем подобном. Вы просите меня представлять университет, но вдруг я подведу… — произнес Лу Чжоу.

Принять участие не сложно…

Я просто не хочу быть обузой!

— Не переживай об этом. Чего ты боишься? — сердито спросил профессор. И, сделав небольшую паузу, сказал уже мягче. — Не переоценивай конкурс. Просто будь уверенней в себе. Одних твоих способностей уже достаточно, я в этом не сомневаюсь.

Когда профессор так просит, отказываться будет уже неправильно.

На самом деле, парень уже все тщательно обдумал. Участие в таком конкурсе определенно выгодно. Единственное, что заставляло Лу Чжоу сомневаться, это то, что подготовка к соревнованиям помешает его работе и выполнению заданий.

Он собирался посещать летние курсы и повысить уровень системы. Как минимум математику до первого уровня, поскольку сплошные нули выглядят очень плачевно. Помимо завершения заданий остальное время парень хотел потратить на подработку. Кроме оплаты летних курсов, ему нужны деньги на проживание в следующем семестре.

Словно читая его мысли, профессор Тан сказал:

— Хотя никакой денежной награды за участие в конкурсе нет, есть премия от университета. Команда, выигравшая золотую медаль, получит десять тысяч юаней, а также приоритет при рассмотрении на получение стипендии.

— Профессор, я подумал. Пожалуйста, позвольте мне принять участие, — произнес парень с серьезным лицом.

Тан Чживэй улыбнулся, поставил чашку на стол, а затем махнул рукой и сказал:

— Я уже вписал твое имя. Приходи сюда в субботу, чтобы встретиться со своими товарищами по команде. На этом все, не забудь.

— Да! — воодушевленно ответил Лу Чжоу.

Десять тысяч! Разделить на троих, и будет около трех тысяч! Плюс стипендия в восемь тысяч юаней, всего более десяти тысяч юаней!

Это, может, и небольшая сумма для студента из богатой семьи, но для такого, как Лу Чжоу всего с тремя тысячами на карте, это огромные деньги!

Еще раз поблагодарив профессора, парень взял флешку и вернулся в общежитие.

Уже стемнело. Кроме Лю Жуя, учащего математику в университете, Ши Шан и Хуан Гуанмин уже вернулись. Они сидели перед компьютерами и увлеченно играли в игры.

Хотя Лу Чжоу тоже хотел к ним присоединиться и отдохнуть, он понимал, что у него есть чем заняться. В итоге парень отбросил эту мысль. Он отнес ноутбук к кровати, подключился к вай-фаю и начал загружать статью.

Тщательно все обдумав, парень в итоге решил подавать работу в “Журнал теоретической и прикладной математики”, официальное издание Курантовского института математических наук в Нью-Йорке.

Причина была проста. Там не было сборов за подачу.

Но, возможно, придется долго ждать.

Лу Чжоу открыл сайт, указал имя и адрес электронной почты и потратил еще около десяти минут, заполняя разные поля. Наконец-то он дошел до последнего шага и отправил свою статью.

Отобразился статус “Submitted-to-Editoria-Office”, который означал, что работа отправлена в редакцию. Теперь парню остается лишь ждать, когда редактор посмотрит его маленькую статью.

Лениво потянувшись, Лу Чжоу собирался лечь на кровать, как вдруг его телефон завибрировал.

Пареньн предположил, что Чэнь Юйшань снова нужна помощь, но вместо этого увидел уведомление на электронной почте.

От названия письма парня парализовало.

Лу Чжоу подумал, что понял его неправильно, и перечитал вновь.

— Как это возможно?..

Из Америки пришло соглашение об авторском праве.

Значит его статья уже перешла на этап “рецензирования”.

Хотя в каждом журнале свои правила, в большинстве из них высылают лицензионное соглашение после принятия статьи, а этот процесс занимает одну или две недели.

Другими словами, его статья прошла вне очереди и мгновенно попала на компьютер к редактору журнала.

Это сила системы?

Парень сглотнул. Он открыл почтовый ящик, скачал контракт, подписал соглашение об авторском праве и отправил его обратно на адрес, указанный в письме.

Подождав пять минут, парень обновил страницу.

[Under-review]!

Лу Чжоу почувствовал, что его сердце забилось быстрее.

Его статья прошла проверку у технического редактора и будет просмотрена профессиональным научным редактором, так называемым рецензентом!

Обычный человек несколько раз спотыкался бы об технического редактора. Однако профессор Тан помог Лу Чжоу поправить статью, и, похоже, она прошла с первого раза. Следующий этап рассмотрения — самый строгий и продолжительный при подаче в научные журналы.

Поскольку научный редактор также являлся научным работником, а проверка никак не оплачивалась и требовала больших усилий. Поэтому после представления своей работы в академических кругах ее судьба полностью зависит от научного редактора. Если попадешь на вредного или занятого человека, процесс может затянуться на месяц или два.

Подождав еще пять минут, Лу Чжоу вновь обновил страницу.

Но на этот раз статус не поменялся.

Непонятно почему, но парень расслабился, увидев это.

Хотя способности системы и превзошли его ожидания, казалось, что в решающий момент она вернулась к здравому смыслу. Научные редакторы не будут пялиться весь день в почтовый ящик в ожидании неоплачиваемой работы.

Похоже, система не может манипулировать поведением людей, хотя и обладает какой-то таинственной силой, поскольку процесс ускорился в приемлемых рамках. Возможно, благодаря ее помощи статья Лу Чжоу попала в самый верх почты научного редактора, но все же эта сила имеет определенные ограничения.

Парень еще не в состоянии определить, что это за сила, но в любом случае это хорошо.

Было бы слишком страшно, если система в самом деле оказалась бы сильна настолько, чтобы контролировать поведение человека.

И хотя Лу Чжоу наслаждался знаниями и удобством системы, стать в итоге ее марионеткой ему не хотелось. Парень считал, что свобода бесценна даже в тяжелом положении.

Конечно, если статью примут до экзамена по математическому анализу, будет просто отлично...

Глава 18. Сто опыта, что заставили сойти с ума

Лу Чжоу не ожидал, что его случайная мысль сбудется.

В субботу, за день до экзамена по математическому анализу он получил письмо на почту об одобрении статьи.

Парень с нетерпением открыл сайт. Взволновано зашел в свой аккаунт и увидел, что строка статуса поменялась на [Completed]!

Это значит, что рецензент доволен авторской статьей и принял ее.

Теперь она будет опубликована в журнале либо в этом месяце, либо в следующем, а также добавлена в базу научных статей, что позволит математикам со всего мира ссылаться на нее.

Парень был взволнован, он глубоко вздохнул и попытался помедитировать, чтобы успокоиться.

Любой, кто миновал бы этап [Revise], стал таким безумным. Даже опытные профессора иногда страдали от нелепых требований рецензентов, в результате чего им приходилось переписывать работу несколько раз.

Однако Лу Чжоу пропустил этот этап, что означало, что рецензент не нашел ошибок.

Конечно, 80% заслуг принадлежит системе. Если бы рецензент нашел хоть одну ошибку в ходе математического доказательство, то он, вероятно, настоящий монстр.

Оформление статьи проверял сам профессор Тан, так что тут однозначно не должно быть проблем. На его счету не только бесчисленные опубликованные работы, он также один из немногих известных рецензентов математических журналов. У него большой опыт в этом.

Лу Чжоу, видя, что его соседи по комнате сосредоточенно учат математический анализ, отложил ноутбук в сторону, глубоко вздохнул, после чего вошел в системное пространство, скрытое в глубине его сознания.

Парень открыл глаза и увидел белое пространство.

Он медленно подошел к голографической панели и выбрал значок задания.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания. Продолжайте усердно работать.]

[Детали завершения задания:

Оценивается научная ценность статьи и влияние издания, подсчитывается ценность статьи….

Конечная оценка задания: S（дополнительные баллы+100）]

[Награда за задание:

400 очков опыта по математике;

100 очков опыта по физике.

200 баллов.

Один билет для счастливой лотереи (95% — мусор, 5% — образец).]

Повезло! Оказывается, также учитывается авторитетность издания!

Если бы он выбрал печально известный AMC для отправки работы, то оценка могла получиться не такой большой.

Лу Чжоу был глубоко признателен профессору Тану за помощь. Без его совета и настойчивости парень, в конце концов, отправил бы свою работу в AMC, и она утонула бы в этом океане.

Оценка S стоила 100 баллов!

— Система, покажи мои характеристики! — взволнованно произнес парень.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV0（900/1000）

B.Физика: LV0（100/1000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV0（0/1000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV0（100/1000）

Баллы: 335 (один билет для счастливой лотереи)

Задания: нет]

Лу Чжоу посмотрел на число очков опыта по математике, и у него чуть не вывалились глаза.

Он не знал, как система начисляет оценки, но она почему-то дала ему 100 очков опыта по физике. В результате парню не хватило всего 100 очков опыта, чтобы поднять уровень математики.

Это доведет меня!

Лу Чжоу сходил с ума.

— Система, можно перевести 100 очков опыта по физике в математику?

Система не ответила.

Парень не сдался и попытался рассуждать:

— Система! Ты допустила ошибку в оценке! Где в моей статье физика?

Однако система по-прежнему молчала.

Столкнувшись с невежеством системы, Лу Чжоу вздохнул и сдался.

Парень подсчитал, что 100 опыта он легко получит за следующее задание.

Просто ему было обидно, что столь ценные 100 опыта ушли в физику. Хотя бы в информатику или инженерное дело! Всяко лучше, чем в чисто теоретический предмет!

Дальше шла счастливая лотерея.

Лу Чжоу вспомнил о призрачном 5% шансе и вздохнул. Теперь он не был таким взволнованным.

Если получу [мусор], то съем системный экран.

В прошлый раз им оказалась банка колы. Что на этот раз?

Банка спрайта?

Только не это. Можно, это будет еда, чтобы я сэкономил немного денег?

Размышляя, Лу Чжоу нажал на кнопку лотереи и стал ждать приговора судьбы.

[Поздравляю, вы выиграли образец.]

Эмм….

Что?

Нихрена себе!

От удивления у парня перехватило дыхание.

Он правда выиграл с 5% шансом.

Это высокие технологии! Но не чертеж! Теперь это не будет “доказательство”?

[Получено: игла с усилителем тела (Действие длится 2 часа, без побочных эффектов. Повышает способности мышечных клеток, координацию и скорость рефлексов на 50%).]

???

Лу Чжоу смотрел на значки и инструкции на экране и не знал, как реагировать.

Какая польза от этого усилителя?

Использовать его, чтобы взбодриться?

Но эффект длится всего два часа! Лучше заварить себе чая!

Может, продать его спортсменам… неплохая мысль. Стимулятор от системы однозначно не обнаружат при анализах крови и мочи.

Однако парень понимал, что если это всплывет наружу, то у него будут огромные проблемы.

Не говоря уже о национальной защите и безопасности… Как это повлияет на спорт? Может показаться, что несильно, но этот усилитель способен протолкнуть кого-нибудь в NBA или профессиональные футболисты.

Конечно, парень немного преувеличивает, но все примерно так и есть.

Двух часов достаточно, чтобы изменить исход матча. Это заинтересовало бы множество людей. Например, игроков или спонсоров. Многие захотели бы себе этот предмет.

Лу Чжоу не знал, сколько ему заплатили бы за этот усилитель, но был уверен, что у такого, как он, это не получится.

Более того, парень не знаком со спортсменами высокого уровня, максимум он сможет выйти на участников институтских команд. Да даже если бы у него имелись нужные связи, ему не поверили бы. Одному богу известно, что внутри иглы и не подослан ли такой человек командой соперников.

— И хотя это не мусор, этот предмет похож на него. Я хочу стать гением. Какая польза от такого… Лучше дай мне еды в следующий раз, — вздохнул парень, не в силах спорить с системой.

Бесполезная херня!

Просто надо забыть об этом.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и, помолившись, нажал на кнопку заданий.

Он надеялся, что в этот раз они окажутся лучше.

Глава 19. Три задания, что довели, пользователя

Хм…

В некотором смысле задания в этот раз оказались очень хорошими.

[Задание 1: Изучение — это вечный труд.

Описание: Взорвать муниципальный научно-исследовательский институт.

Требования: Взорвать муниципальный научно-исследовательский институт.

Награда: Количество очков опыта по предметам определяется вкладом института (минимум 5000). Баллы начисляются за сумму экономических потерь. Один билет для счастливой лотереи (85% — мусор, 15% — образец).]

— Что за фигня? — не сдержавшись, выругался парень.

Теперь он понял, почему у системы высоких технологий такое название. А еще ее задания явно рассчитаны на длинную дистанцию.

Для такого ему сначала нужно натренировать свое тело.

Без всяких колебаний Лу Чжоу пропустил это задание, хотя очки опыта за его выполнение выглядели заманчиво.

[Задание 2: Ни песчинки в глазах.

Описание: Коррупция — зло, которое тормозит научный прогресс. Потери финансирования научных исследований в человеческом обществе приводят к тому, что деньги общественности тратятся на бессмысленные вещи вместо того, чтобы уходить на развитие будущего. У истинного воина науки не может быть ни песчинки в глазах. Научный мир нуждается в дисциплине. Вперед, юноша!

Требования: Собрать доказательства коррупции и разоблачить любого преподавателя (не ниже профессора). Можно использовать любые средства, что разрушить его карьеру.

Награда: Количество очков опыта по предметам определяется уровнем коррупции цели (минимум 3000). 1000 баллов. Образец (малый разведывательный дрон).]

С моральной точки зрения это правильно, но, простите меня, я все еще хочу получить высшее образование!

Лу Чжоу сразу не понравилось это задание.

Не говоря уже о том, что ему надо каким-то образом собрать доказательства. Даже если они окажутся убедительными, это станет сенсацией. И двери в академическое сообщество для него закроются навсегда. В конце концов, университеты дорожат своей репутацией будут не рады видеть у себя такого смутьяна, как он.

А что касается анонимного сообщения, это бесполезно.

Это не беспрецедентный случай.

Лу Чжоу считал, что у него нет обостренного чувства справедливости. Он более рационален, нежели эмоционален. В лучшем случае у него есть немного совести.

Такие задания нужно отдать на откуп людям с высокими идеалами.

Лу Чжоу собирался читать дальше, как вдруг его сердце внезапно сжалось.

Стоп, я уже отбросил два задания, у меня осталось лишь одно?

Да, и раньше некоторые из трёх заданий оказывались плохими, но они все еще были достаточно приемлемыми. Парень даже мог выбирать, основываясь на наградах.

Но в этот раз…

Похоже, что-то не так.

Пожалуйста, хватит плохих заданий!

Лу Чжоу сглотнул и продолжил смотреть.

[Задание 3: Станьте научной лавиной.

Описание: Раз вы не хотите быть чистым ручьем в научном мире, тогда станьте грязным потоком! Пускай весь мир дрожит от вашей безумной воды!

Требование: Успешно опубликуйте 10 статей в течение двух месяцев и пройдите рассмотрение. Если вы не представите 10 работ за два месяца, то задание расценят как провальное, и вознаграждение будет отменено. Досрочное завершение задания повышает оценку.

Награда: Количество очков опыта для каждого предмета фиксировано за каждую статью на соответствующую тему. 800 баллов. Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 9% — образец, 1% — чертеж).]

— …

У парня не осталось выбора, ему пришлось взяться за третье задание.

Самое худшее, что его ждет, — это потеря двух месяцев. Система не упоминала про наказание за невыполнение этого задания. А два других можно отменить лишь за 200 баллов.

А эти 200 баллов получится обменять на множество статей!

Порой казалось, что целью системы было не помочь ему, а отомстить обществу.

Вообще, если не брать в расчет людей, занимающихся узкими дисциплинами, и фанатичных исследователей, то публикация двух работ за год считается очень хорошим результатом.

А если человек написал пятьдесят или более работ в год, неважно, по какой теме, то они однозначно дерьмовые.

Если профессор Тан узнает, что Лу Чжоу опубликовал десять научных статей за два месяца, то очень разозлится.

Нельзя, чтобы он узнал!

Сильно переживая, парень вышел из системного пространства и улегся на кровати. Некоторое время он просто думал о задании.

Я потратил столько сил, чтобы опубликовать одну работу, а теперь надо целых десять! Не слишком ли это?

Издав стон, Лу Чжоу вдруг задумался.

Если получше поразмыслить, в действительности это задание не такое уж плохое.

800 баллов — довольно заманчивое предложение, к тому же за каждую работу давали фиксированную награду в 100 опыта. Можно выбрать любой предмет для статей. Если Лу Чжоу нужны очки опыта по математике, то он должен опубликовать соответствующую работу. А если по информатике — статью, связанную с компьютерами.

То есть очками опыта можно управлять самому!

Например, опубликовать статью по математике, а потом еще девять по информатике! Тогда очки опыта по информатике достигнут 1000, и ее уровень повысится одновременно с математикой. Это как убить двух зайцев одним выстрелом.

Также система не предъявила требований к качеству самих работ, а награды не зависели от их научной ценности. Значит, неважно, насколько скучной получится статья, если ее одобрят, то напечатают в научном журнале.

Глаза парня вспыхнули.

Он тут же спустился по лестнице, взяв ноутбук с кровати и убрав его в рюкзак, а затем надел футболку.

Лю Жуй краем глаза заметил Лу Чжоу и то, что его учебник по математическому анализу все еще лежал на столе, и спросил:

— Чжоу, ты не собираешься учить матан? Завтра же экзамен.

Парень подошел к входной двери и, обуваясь, ответил:

— У меня есть дела в библиотеке. Вернусь позже и подумаю, хочу ли я поучить.

Лю Жую стало любопытно, и он спросил:

— Что за дела в библиотеке? В общежитии, что, нет вай-фая?

— Вай-фай в комнате не может загружать файлы с сайта журнала. Я недавно подал заявку на конкурс математического моделирования. На Baidu не найти многих вещей.

Очевидно, парень не хотел говорить, что ищет темы для статей, поэтому просто придумал оправдание. Если бы Лю Жуй узнал, что он опубликовался в научном журнале, когда они готовились к экзаменам, то взорвался бы.

Парень все еще беспокоился о психическом состоянии своего соседа.

Услышав про конкурс по математическому моделированию, Хуан Гуанмин, до этого решавший задачи, внезапно поднял голову и крикнул:

— Нихрена себе! Чжоу, ты поехавший! С тебя обед, когда выиграешь деньги!

— Ха-ха, зови меня братом Чжоу, и я угощу тебя!

Ответив, парень сразу вышел за дверь, оставив Хуан Гуанмина позади.

— Брат Чжоу! Брат Чжоу! Не уходи! Я сказал это!

Лицо Лю Жуя застыло в растерянности над исписанным задачником.

Национальный конкурс математического моделирования?

Парень тоже слышал об этом конкурсе ранее и даже консультировался со старшими, которые выигрывали приз в прошлом, о его деталях. И был сильно опечален своей текущей никчемностью. Первоначально он хотел подать заявку на втором курсе, но не ожидал, что тупица Лу Чжоу подаст ее…

Хотя шансов почти нет, но если он выиграет....

Без вариантов.

Лю Жуй глубоко вздохнул и сжал кулаки. Он решил.

Есть еще три месяца до сентября.

После экзамена по матану я тоже подам заявку!

Глава 20. Два гения и один мусор?

В субботу днем, Лу Чжоу быстро написав экзамен по математическому анализу и сдав свою работу, направился в кабинет старого Тана.

Как только он вошел, неожиданно для себя в кабинете он увидел много стоящих людей.

Помимо профессора Тана и заведующий Лу, тут еще находились профессор Чжан Чжунцзе, заведующий кафедры вычислительной техники института программного обеспечения. Его имя хорошо известно в компьютерной индустрии, хотя Лу Чжоу никогда не посещал его занятия, парень знал кто он.

Кроме них в кабинете еще находились молодой юноша с девушкой.

Парень в очках, среднего роста и ничем не выделялся, совершенно обычный. Однако, просто от того, что он там стоял, Лу Чжоу ощущал исходящую от него ауру «гения».

Судя по всему, это тот гений про которого рассказывал профессор Тан. Студент дважды выигравший национальный конкурс по компьютерному проектированию в школе!

Это парень в самом деле гений!

Сказал про себя Лу Чжоу.

Полностью проигнорировав девушку.

Во-первых, ощущение ее нахождения здесь было каким-то неправильным, во-вторых от нее исходила аура беспомощности.

Но парня удивило, что она первой поприветствовала его.

Девушка с искренней улыбкой поздоровалась:

— Привет, ты гений с математического отделения?

— Я не гений. У нас полно гениев. — скромно ответил парень.

Лу Чжоу воспользовался возможностью осмотреть ее.

Волосы зачесаны в челку, на лице легкий макияж. Лицо где-то на 6 или 7. На ней было простое белое платье с цветочным узором, свисающее до щиколоток, и пара белых туфель.

Они стоят очень близко друг к другу. Может она его подруга?

Эх, даже этот парень смог найти себе девушку…

Подумал Лу Чжоу.

Профессор Тан улыбнулся и сделал замечание:

— Ты слишком скромничаешь, я вынужден отчитывать тебя. Ни один из новых студентов не умнее тебя. Экзамен по продвинутой алгебре 2, полностью составлен мною. Ты единственный, кто получил максимальный балл. Я лично проверил твою работу. Похоже в следующем семестре мне придется составить для тебе отдельный тест!

— Хватит шутить, профессор. Сжальтесь. — с улыбкой ответил Лу Чжоу.

Такая оценка в пределах его ожиданий. После экзамена он уже догадался, что получит максимум баллов, поэтому совсем не удивился.

Однако двое других студентов удивился. Даже компьютерный гений поднял брови.

Математика для него не сложный предмет и его оценки довольно хорошие по ней.

Но получить максимальный балл совсем другое дело.

— Ого, ты настолько хорош! — произнесла девушка, и, хлопая своими длинными ресницами, посмотрела на парня с обожанием, а затем протянула руку и произнесла, — Я Лин Юйсян. Студентка отделения вычислительной техники. Можешь помочь мне позже с математикой?

— Лу Чжоу. Конечно, — осторожно произнес парень и пожал ей руку.

— Ха-ха, ребята, если хотите обсудить математику, то я всегда за. Но давайте потом! Позвольте представить вас. Это Ван Сяодун, это Лу Чжоу, это… — когда Лу Фанпин хотел представить Лин Юйсян, он остановился.

Профессор Чжан подошел с улыбкой и сказал:

— Это Лин Юйсян. Она тоже первокурсница и вице-президент студенческого совета. Она пришла вместе с Ван Сяодуном.

Другими словами, это не он попросил ее прийти.

Лица профессора Тана и профессора Лу стали несколько странными, но им нечего было сказать.

— Привет.

— Привет.

Обмен приветствиями между гениями был прост.

— Вот так. Думаю, профессор Тан и профессор Чжан уже вам все объяснили. Не буду говорить еще раз. Это в основном по поводу команды на национальный конкурс математического моделирования, — с улыбкой заговорил Лу Фанпин. Откашлявшись, он продолжил, — я говорил вчера с профессором Чжаном. Считаю, что нашей целью должно стать не только конкурс этого года, но и конкурс в феврале следующего года в Америке. Вы возглавляете факультеты программного обеспечения и математики. Я верю, что у вас есть эта сила! Конечно глядя в будущее не будем витать в облаках. Но надеюсь, что вы сможете отстоять свою честь, честь факультетов и даже честь университета на конкурсе.

— Профессор Лу, я прочитал подробности конкурса и для участия требуются команды из трех человек. — произнес компьютерный гений, поправляя очки. И не дав возможности вставить слово профессору, продолжил, — Что касается оставшегося члена команды, я хочу порекомендовать Лин Юйсян. Она изначально работала в студенческом совете и может закрыть те области, в которых я слаб. Также она вице-президент литературного общества, поэтому у нее не должно быть проблем с написанием статьи.

Большая проблема. Ты не можешь смешивать два разных случая, нельзя сказать, что литература и написание статей одно и тоже.

Также…

Лу Чжоу вздохнул про себя.

Похоже эмоциональный интеллект этого парня даже ниже, чем у меня…

Лица Лу Фанпина и профессора Чжана стали неестественно глубокомысленными.

Хотя принцип конкурса математического моделирования побудить студентов свободно в нем участвовать, ты решил вступить в победоносную команду, организованную университетом. В конце концов специально для вас подготовлены лучшие консультанты, учебные материалы и места для занятий.

К тому же цель победить не только в этом году, но и в следующем в Америке. Не то что нельзя никого рекомендовать, но по крайней мере, человек, которого ты рекомендуешь, должен иметь какие-то достижения, так?

Студенческий совет?

Литературное общество?

Что это за достижения?..

— Профессор Лу, профессор Чжан и профессор Тан… Пожалуйста, позвольте мне принять участие. Хотя я все еще далека от этих двух богов, я постараюсь не отстать! — искренне сказала Лин Юйсян с опущенной головой, — Пожалуйста, поверьте мне и дайте шанс проявить себя!

Заведующий Чжан и заведующий Лу в нерешительности обменялись взглядами.

Они все еще искали третьего участника. Два гениальных студента объединились. И они метили на первое место или даже специальную награду.

По первоначальному плану, Лу Фанпин хотел найти студента с выдающимся умением написания статей.

В результате…

По правде говоря, он не оптимистично смотрел на эту девушку.

Но в этот момент компьютерный гений сказал.

— Профессор, я изначально хотел объединиться с ней, но потом неожиданно получил запрос от университета, думаю… я не хотел бы объединяться с людьми, которых не знаю. Работая со знакомыми, шансы на победу выше.

Слушая его, Лу Чжоу в тайне качал головой.

Парень, ты вообще понимаешь, что говоришь? Ты возомнил себя главой факультета?

Ты принимаешь соревнование за уикенд со своей девушкой? Думаешь, если ты гений, можешь делать, что хочешь? Кроме того, даже если тебя не волнует мнение руководства, то хотя бы спросил товарища по команде.

Но ему было лень париться об эгоистичном поведении этого парня.

Наблюдая за этой неловкой атмосферой, профессор Тан, молчавший до этого, внезапно улыбнулся и присоединился к разговору:

— Пусть молодые решают, что хотят. Мы слишком стары для этого. Говоря про опыт написания статей, Лу Чжоу, у тебя он уже есть, да? Кстати, как твое представление в научный журнал?

— Я уже прошел, — ответил парень с улыбкой. Внезапно посчитав, что старик Тан может подумать, что он отправил работу в АМС, добавил, — я отправил его по вашей рекомендации в «Журнал теоретической и прикладной математики».

— Почему ты не сказал мне об этом!

— Работа прошла только вчера, и я хотел сообщить вам сегодня, — быстро объяснил Лу Чжоу.

В этот раз заговорил заведующий Лу:

— Журнал теоретической и прикладной математики? Неплохо, это официальное издание Курантовского института математических наук в Нью-Йорке.

Заведующий Чжан также окинул странным взглядом Лу Чжоу и сказал:

— Первокурсник, пишущий для научных журналов. Впечатляет.

— Конечно, это я учил его, — произнес профессор Тан. Он пил чай и в его глазах была радость, а в уголках появились морщины.

Вот таким человеком был этот старик.

Если лизать ему зад, он останется недовольным. Но если похвалить его собственного ученика, то придет в восторг.

— Ничего себе… Я думала, ты старше меня, а ты оказывается тоже первокурсник, — сказала Лин Юйсян, открыв рот от удивление, не скрывая своего поклонения.

Ван Сяодун ничего не сказал, но судя по его лицу, похоже он одобрил своего нового товарища по команде. И хотя он промолчал, но ему не понравилось поведение Лин Юйсян по отношению к Лу Чжоу.

— Профессор, вы слишком цените меня. Это все благодаря помощи профессора Тана, — смиренно произнес Лу Чжоу.

Профессор Чжан посмотрел на Лу Чжоу и кивнул, одобряя его скромное поведение. Затем подумав о гении своего факультета, не мог не покачать головой про себя.

Быть уверенным — неплохо, но высокомерие не тоже самое.

Все еще позади…

— Сначала в этом году национальный конкурс. Что касается конкурса в США в следующем году, мы примем решение посмотрев на результаты этого, — произнес декан Лу. Он слышал, что Лу Чжоу публиковался в научном журнале, поэтому не сказал многого. Просто в шутку спросил, — Точно, Лу Чжоу, ничего не скажешь по новому члену команды?

Лин Юйсян посмотрела на Лу Чжоу и моргнула словно она олень.

Наивная, думаешь, что можешь обмануть меня?

Парень немного подумал и пожал плечами.

— Не… ничего.

Хотя он не приходил в восторг от третьего товарища по команде, он считал, что с компьютерным гением они компенсируют недостаток опыта программирования. Учитывая высокомерный характер того парня, команда развалилась бы, не согласись Лу Чжоу.

Взвесив плюсы и минусы, это лучше, чем пытаться найти еще двух каких-нибудь балластных людей. По крайней мере она хоть как-то полезна. Он не так хорош в публичных выступлениях так, что она сможет взять это на себя.

Узнав о наградах от университета, он решил.

Я получу первое место!

Ван Сяодун облегченно вздохнул. На лице Лин Юйсян появилась улыбка и она с благодарностью посмотрела на Лу Чжоу.

Парень улыбнулся и ничего не сказал.

Профессор Лу хлопнул в ладоши и сказал:

— Тогда решено. Профессор Лю Сянпин будет вашим консультантов. Завтра утром, в восемь часов, соберитесь в 104 аудитории корпуса А. Профессор Лю все вам расскажет. Сейчас уже поздно, так что идите отдыхать.

Глава 21. На самом деле он честный человек

— Лу Чжоу!

Лу Чжоу направлялся к мужскому общежитию, как вдруг позади него раздалось его имя. Обернувшись, он увидел, как Лин Юйсян в белом платье догоняет его.

Уперевшись руками в колени и согнувшись, девушка пыталась отдышаться, после чего сказала:

— Что ты такой быстрый?

— Что такое? — спросил парень.

— Ничего особенного, просто хотела поблагодарить за произошедшее в кабинете профессора Тана. Я твоя должница, — ответила девушка с улыбкой.

— А, ничего особенного. Не стоит заморачиваться, — ответил Лу Чжоу, покачав головой.

— Я знаю, что глупа, но буду стараться и догоню вас! Поэтому… спасибо, что дал шанс, — произнесла она.

Эм…

Невозможно.

Тебе никак не догнать. Ты фонарный столб то не догонишь.

Но парень не стал сжигать мосты и выдавил улыбку:

— Тогда постарайся. Я верю, что ты сможешь.

— Правда? Спасибо за поддержку! — сказала девушка. Держа руки за спиной, она радостно добавила, — Тогда… как насчет того, чтобы в качестве благодарности я угостила тебя?

Даже, если предложение поесть очень заманчиво, Лу Чжоу все же решил отвергнуть его, когда подумал об отношениях с другим членом команды.

— Иди поешь со своим парнем. Я не буду третьим лишним.

Услышав слова Лу Чжоу, девушка засмеялась. Играясь со своими волосами, она спросила:

— Не шути так, какой парень?

Опешив парень переспросил:

— Разве Ван Сяодун не твой парень?

— О чем ты? — Лин Юйсян недовольно выдохнула, потом серьезно посмотрела на него и сказала, — он для меня как старший брат. Между нами ничего нет.

А-а-а?

Что за?

Лу Чжоу на мгновение потерял связь с реальностью.

О…

Это же как говорится …

Парень засмеялся и попытался как можно мягче отказаться:

— Извини, у меня есть еще кое-какие дела сегодня вечером. Давай как-нибудь в другой раз.

Девушка, очевидно, не ожидала отказа. Она на мгновение впала в ступор, после чего на ее лице вновь появилась улыбка:

— Ну, тогда я свяжусь с тобою позднее… О, точно, дай мне свой WeChat.

В этот раз парень не стал отказываться и достал свой телефон.

В конце концов она его товарищ по команде и иметь контакты очень удобно.

Обменявшись номерами в WeChat, Лин Юйшань держала свой телефон, словно это какое-то сокровище. Радостно поблагодарив его, она развернулась и быстро ушла.

………..

В университетах всегда есть девушки, которые красивы, невинны, их улыбки словно первая любовь.

Они создают иллюзию, что вы им нравитесь, и непреднамеренно начнут сближаться с вами.

«Круто», «Ух ты, ты потрясающий», «Если бы я только наполовину была такой же умный, как ты».

Они способны видеть свои недостатки и одновременно увидеть ваши. Это определенно бесценное преимущество, но они не были удовлетворены этим.

Ловко используя свои языки и своих друзей, они маскировались под одиноких и слабых девушек, вызывая желание защитить их у противоположного пола и потом манипулировать ими.

Но, когда вы пытаетесь приударить за подобной девушкой, делая шаг вперед, она сделает шаг назад.

В итоге вы начнете задумываться о том, что недостаточно хороши, и сомневаться в себе. Постепенно терять себя, становясь черной дырой, заполненной неудовлетворенностью.

Пока в один прекрасный день вы не поймете, что просто один из многих разведенных…

Если абстрагировать это явление в модель социального поведения, то будет видно, что это коллективно социальное поведение напоминает структуру муравьев.

Все рабочие и солдаты верны единственной королеве. Только небольшое число сильных муравьев-самцов с крыльями «холостика», могли бы спариться с ней.

Вспоминая о Ван Сяодуне, его роль, скорее всего, так называемая «запасная шина»?

Рационально проанализировав, Лу Чжоу почувствовал, что скорее всего теперь все понял.

Что касается цели Лин Юйсянь, то она слишком очевидна для него. Она хотела выиграть приз в конкурсе по математическому моделированию. Возможно, она заметила, что Лу Чжоу недоволен тем, что она член команды, поэтому специально подошла, чтобы попытаться управлять им.

Для девушки было бы лучшим результатом, если бы она смогла заставить двух парней сражаться за нее. Она просто сможет сидеть сложа руки и ничего не делая выиграть национальный конкурс.

Он должен признать, такой тип девушек — естественный враг гениев.

Те, кто уделяет слишком много времени учебе, неизбежно столкнутся с проблемами в других сферах.

Почему Лу Чжоу не попался?

Потому что он прекрасно себя знал.

Он не богатый или высокий, просто честный и немного красивый.

Вступать в отношения с такой девушкой — просто лезть в неприятности.

………………..

Лу Чжоу вернулся в свою комнату и хотел взять с собою ноутбук в библиотеку, чтобы продолжить изучать темы для статей.

Но как только он зашел в общежитие, подошел Хуан Гуанмин и захлопнул дверь.

Щелк.

Что?

Он даже запер ее?

Парень наблюдал, как Ши Шан и Лю Жуй подошли к нему с ухмылками, и он сказал:

— Говорите, что хотите. Обсудим это. Кроме денежных проблем, мы можем все обсудить!

Ши Шан засмеялся и произнес:

— Чжоу.

Лю Жуй улыбнулся и также сказал:

— Чжоу…

Лу Чжоу сказал:

— Вы можете не быть такими слащавыми, у меня мурашки от вас!

Хуан Гуанмин перекрыл дверь из комнаты своим телом и с серьезным лицом спросил:

— Мы все видели. Говори правду! Кто та девушка снизу? С какого факультета? Когда вы начали встречаться? На каком вы этапе? Что ты чувствуешь?

???

Ши Шан похлопал Лу Чжоу по плечу и вздохнул:

— Брат, я не хочу влезать, но войди в наше холостяцкое положение. Брат, прошу лишь об одном. Давай организуем совместную встречу с соседками твоей девушки. Беру все расходы на себя. Ты можешь решить, куда именно пойти. Я буду твоим должником, даже если не найду себе девушку.

Лу Чжоу вздохнул и смахнул его руку со своего плеча.

— Брат, не то, чтобы я не хотел тебе помогать… Но эта студентка в моей команде для конкурса. Кроме того, ее привел другой парень из команды. И я впервые с ней сегодня встретился.

— Серьезно? Между вами ничего нет? — с подозрением спросил Лю Жуй.

— Да, можно и так сказать, — кивнул Лу Чжоу.

Трое парней в комнате внезапно стали похожи на креветок, когда сказали:

— Не интересно, пошли.

— Я же говорил, что он все еще один.

— Давай просто найдем Ши Шану девушку и заставим устроить его групповое свидание для нас.

Они расселись по своим стульям и собрались играть в видеоигры.

Экзамены по математическому анализу и продвинутой алгебре прошли. На следующей неделе будут экзамены по английскому и языку С. В комнату уже проник дух летних каникул, и никто не хотел учиться.

Лу Чжоу увидел, что его больше никто не беспокоит, поэтому взял рюкзак с ноутбуком и ушел.

Хотя вчера он до закрытия просидел в библиотеке, кроме как закачки кучи файлов и чтения множества книг, не достиг никакого прогресса.

Но вчерашний мозговой штурм дал ему много идей. Сегодня он приготовился усердно работать, закончить выбирать темы и начать писать статьи.

Звучало так, словно это просто, но в действительно очень сложно.

Статью по математике не трудно написать, но девять статей по информатике не его сфера. Он прочитал более 30 связанных статей. Более половины из них были на английском. Скачав их в библиотеке, он не спал до двух часов ночи и едва закончил читать. И парень все еще недостаточно знал.

Даже если он выучил учебник по С, он все равно не понимал сложных тем.

Как и ожидалось, его способность учиться не сравнима с таковой у настоящего гения.

Если только система дала бы мне еще одно задание на обучение….

Лу Чжоу подошел к библиотеке и вдруг вспомнил.

Глава 22. Нужный подход для написания статей

Лу Чжоу писал статьи не так, как это делает большинство людей. Все его проблемы можно решить с помощью системы, поэтому важность просто идеи превосходит способа реализации.

Отсюда ключ к самой проблеме заключался в выборе темы.

Критерии Лу Чжоу для тем очень просты.

Поскольку он собирался стать оползнем в научном мире, ему нужно выбрать самые простые темы для работ! Самые макулатурные журналы для отправки!

Стоит сказать, что, будучи вторым по величине направлением в научной и инженерной сфере, можно легко найти журнал в области информационных технологий для публикации.

Точно также как математика, где «новый способ доказательства теоремы» может быть опубликован в статье, в области компьютерных наук, могут опубликовать даже новый алгоритм.

13 лет назад в своем интервью основатель академии Хана сказал, что «90% научных работ бесполезны» и «сколько работ докторов действительно использовалось?». Сотни гигантов кремниевой долины согласилось с ним.

Само собой, в его адрес также полетело не мало критики.

Его заявление действительно предвзято, но в тоже время оно отражало некоторые проблемы другой стороны.

Информационная безопасность и искусственные нейронные сети можно считать обычными, а большие данные и облачные вычисления серьезными темами. Искусственный интеллект еще не паханое поле, поскольку в обсуждении принимали участие даже обычные люди. Кроме того, такая ситуация не только в Китае, но и за границей. Лучшая проблема из всех «молодых дисциплин».

Парень учел эти факторы, поэтому в итоге он выбрал область искусственного интеллекта.

Область искусственного интеллекта обширна. От видеоигр до смены частоты зубной щетки, он полностью влился в общество. Вопрос лишь в том, насколько сильно.

Лу Чжоу немного подумал и набрал строку текста в Word.

[Применение искусственного интеллекта в географических информационных системах]

От телефонного навигатора до автопилота машины, от контролера трафика до навигации беспилотного летательного аппарата.

Он выбрал последнее, как раз сейчас зарождалась концепция «беспилотной авиационной логистики».

Конечно эта область все еще огромная, но он не волновался, поскольку ему нужно девять статей!

Это словно вода в море науки. Он планировал разлить ее на девять капель, а затем медленно капать.

Итак, его пальцы стучали по клавиатуре, и он продолжил писать.

[Алгоритм пиксельного анализа на основе искусственного интеллекта]

[Оптимизация алгоритма для распознавания динамических изображений на основе искусственного интеллекта]

[Автоматический метод измерения размера тела человека на основе алгоритмов искусственного интеллекта]

[Алгоритм искусственного интеллекта для получения адресов]

[Алгоритм искусственного интеллекта для...]

Но ему нужно не только придумать названия, ему еще нужно написать к ним аннотации, чтобы описать темы. В конце концов, что «бот» в играх, что «Джарвис» из железного человека, тот и тот относятся к искусственному интеллекту. Парень не рассчитывал, что система будет видеть между ними разницу.

Поэтому он не только должен написать аннотацию, но и описать идею, которой не будет в окончательной версии статьи.

Он перекинул все файлы в туже папку где лежала статья по математике, затем потянулся и откинулся на спинку стула, и, вспоминая написание своей первой работы, произнес про себя:

— Система, оцени стоимость статей.

Система тут же ответила.

[Всего 10 вопросов. Общая стоимость: 210 баллов. Подтверждаете покупку?]

Выходит, где-то по 21 баллу за статью, после у него останется лишь 125 баллов. Однако, по завершению задания он получит 800 баллов, не говоря уже о дополнительной награде, если задание будет расценено на S. Оно того стоит!

— Подтверждаю!

Лу Чжоу закрыл глаза. Вскоре он ощутил словно его ударило током и затем огромный поток информации влился ему в голову.

Хотя его опыт по информатике совсем не изменился, получив кучу новых знаний, он ощутил, что его понимание искусственного интеллекта углубилось.

Приобретение знаний баллами такой же способ обучения. Он намного проще, чем учить что-то самому.

Только все еще требуется прилично времени, чтобы полностью переварить эти знания.

Но ему достаточно просто написать статью!

Парень вздохнул и открыл глаза. Его глаза переполняла решимость.

Десять статей.

Это максимум месяц.

Он собирался сделать это!

…………………

На следующий день Лу Чжоу заставил себя проснуться пораньше. Он почистил зубы, оделся, а затем вышел из комнаты.

Он не спал всю ночь и под глазами у него красовались темные круги, трудно сосчитать сколько раз он зевнул по пути в столовую.

— Лу Чжоу!

С рюкзаком на плече Чэнь Юйшань встала рядом и с улыбкой поприветствовала его. Увидев его темные круги под глазами, она спросила:

— Эй, откуда тут панда?

— Сбежала из соседнего зоопарка… это шутка слишком скучная и не смешная — зевая ответил парень.

Чэнь Юйшань выглядела также, как и обычно. Пара круглых очков и черные волосы, завязанные в хвост. Говоря об этом, он лишь один раз видел ее с макияжем и контактными линзами. Во времена, когда уже даже маленькие девочки наносят маски на лица, такие «натуральные» девушки стали редкостью.

Они пошли вместе.

Девушка спросила:

— Ты сегодня не идешь в библиотеку?

Лу Чжоу, задумавшись, ответил:

— Возможно, приду во второй половине дня. У меня сейчас подготовка к конкурсу по математическому моделированию.

— Ого, конкурс математического моделирования, — удивилась Чэнь Юйшань, потом кивнула и с интонацией переполненной опыта сказала, — Призовой фонд у конкурса довольно большой и это полезно для твоей будущей карьеры. Буду болеть за тебя!

— Ты участвовала раньше?

— Ты еще спрашиваешь? Я заняла второе место. Поразила аудиторию своей силой! — с гордостью произнесла Чэнь Юйшань, потом похлопала себя по груди и добавила, — Если что-то не понимаешь, не стесняйся спрашивать!

— Круто, круто, круто, — небрежно ответил парень.

Кажется, на этом конкурсе не слишком оценивают знания по математике.

Это становится немного проблемным.

Когда Лу Чжоу задумался про это, девушка, идущая рядом с ним, сказала:

— Стой и не двигайся.

— А?

Девушка развернулась, открыла рюкзак и вытащила пачку салфеток.

Лу Чжоу был в замешательстве от того, что она хотела. Она приблизилась к нему на два шага, серьезно посмотрела на него, затем неожиданно потянулась и вытерла его лицо.

— Отвратительно. Тебе все равно что ли? Хотя бы глаза протер, перед тем как выйти из общежития, — сказала девушка, бросив салфетку в мусорный бак.

Твою ж…

Парень сразу покраснел и сонливость как рукой смахнуло.

Не от того, что он смутился.

Потому что…

Я все это время ходил со слипающимися глазами?

С каменным лицом, он тихо спросил:

— Эм… это было не слишком заметно?

Чэнь Юйшань засмеялась:

— Все в порядке. Это было не так заметно. Но сходи умойся, перед тем как идти в класс.

Могла бы не напоминать!

Лу Чжоу сразу же пошел в ванную, плеснул в лицо водой и протер его.

……………..

Умывшись, парень ощутил себя свежее.

Войдя с мокрым лицом в кабинет, внутри он застал лишь одного человека.

Он сел на первый ряд и поздоровался.

— Утра.

Увидев Лу Чжоу, Ван Сяодун не изменился в лице и лишь слегка кивнул, здороваясь. Затем вновь продолжил читать учебник.

На следующей недели будут экзамены по английскому языку. Об экзамене не беспокоились только такие люди, как Лу Чжоу, словно монстр выучивший весь учебник по четвертому уровню английского. В конце концов, требования к лексике и грамматике четвертого уровня, поэтому он вызубрил подобный учебник. Само собой, этого не хватит для наивысшего бала, но получить где-то около 80 будет достаточно.

Просто сидеть было скучно, а говорить с Вонгом еще скучнее. Парень достал свой телефон и стал читать материалы, скачанные вчера. С ними он медленно начал усваивать знания, полученные его мозгом прошлой ночью.

К счастью большинство программ по искусственному интеллекту написаны на С++ из-за его более высокой степени свободы. Популярный Python максимум использовался для написания оболочки. Система обучения искусственного интеллекта первого поколения от Google, «DistBelief», лучший пример ИИ написанном на С++.

Лу Чжоу не знал других языков программирования кроме С++ и поэтому ему не так трудно было понять эту информацию.

Если кто-то спросит, как он написал эти статьи, он все равно сможет написать пару строчек.

Пока двое занимались своими делами быстро наступили восемь часов. Со звонком их преподаватель-консультант для конкурса Лю Сяопин вошел в кабинет.

Глава 23. Классический пример задачи по математическому моделированию про торговцев и сопровождающих

Увидев двух человек в кабинете, Лю Сянпин улыбнулся и сказал:

— Вас только двое? Я слышал, что будет еще одна студентка.

— Я позвоню и спрошу, где она, — озадаченно ответил Ван Сяодун и вышел, захватив телефон.

Профессор не торопился. Он взял термос-кружку и выпил горячего чая, затем сел рядом с Лу Чжоу и с улыбкой спросил:

— Какое текущие распределение у вас в команде?

Лу Чжоу положил телефон, улыбнулся и ответил:

— Я отвечаю за создание модели, Ван Сяодун отвечает за программирование, а Лин Юйсян отвечает за написание статьи и ее представление.

— Моделирование, программирование и письмо. Ясно, стандартная схема, — профессор засмеялся и продолжил, — ты же Лу Чжоу, верно? Я прочитал твою работу, и она очень хорошая.

Глаза парня загорелись.

— Профессор, вы математик?

— Можно и так сказать, но мое направление скорее физика, я не часто публикую работы, связанные с математикой, — ответил профессор Лю. Затем прищурился и посмотрел на дверь, — Твоя коллега, похоже, совершенно ненадежна.

Лу Чжоу почувствовал себя неловко и мог лишь вежливо улыбнуться.

Преподаватель также улыбнулся и не стал больше поднимать эту тему.

После небольшой паузы он продолжил:

— Позвольте мне внести пару изменений в структуру вашей команды. Модель и статью должен делать один человек, другим следует заняться программированием. Преимущество в том, что человек сделавший модель имеет хорошее понимание темы и поэтому процесс написания статьи будет более гладким. Главный минус, что на нем будет огромное давление. Конкурс продлится всего три дня и это значит, что, сразу закончив с моделью, он должен браться за статью.

— Два человека на программирование? — задумчиво спросил парень.

Профессор Лю глотнул чая и неспешно подтвердил:

— Верно.

Парень улыбнулся и не стал сразу давать ответ:

— Я подумаю об этом. В конце концов такое нужно обсудить с товарищами по команде.

В это время в коридоре послышались шаги и последний член команды пришел.

— Простите, я опоздала. Мне очень жаль! — извинилась Лин Юйсян, войдя в кабинет вместе с Ван Сяодуном, и посмотрела на преподавателя, склонив голову.

— Ничего страшно. Поскольку все здесь, давайте начнем, — ответил профессор и небрежно улыбнулся, не став обвинять ее в опоздании. Он повернулся и подошел к трибуне. Подключив флешку к компьютеру, он включил проектор и запустил презентацию в PowerPoint.

— Прежде чем начать, я дам вам задачку. Она не сложная, но ее можно использовать в качестве примера математического моделирования. Надеюсь, решив ее, вы поймете, что такое математическое моделирование.

Он щелкнул мышью и переключил слайд.

— Есть три торговца, каждый с одним сопровождающим, им надо переправиться на лодке через реку. На лодке могут поместиться лишь два человека. Сопровождающие сговорились, что, если на одной стороне реки их будет больше, чем торговцев, они убьют их. Как использовать лодку решают торговцы. Вопрос. Как им безопасно пересечь реку?

Это было совсем не сложно.

Лу Чжоу даже не понадобилась система, для ответа:

— Первый шаг, переправляются двое сопровождающих, один возвращается.

— Второй шаг, снова переправляются двое сопровождающих и один возвращается.

— Третий шаг, переправляются два торговца, возвращается один торговец и один сопровождающий.

— Четвертый шаг, переправляются два торговца, один сопровождающий возвращается.

— Пятый шаг, двое сопровождающих переправляются, один сопровождающий возвращается.

— Шестой шаг, два последних сопровождающих переправляются, и они успешно пересекли реку.

Раздались хлопки.

Лин Юйсян хлопала своими маленькими руками и на ее лице виднелось поклонение.

Выражение Ван Сяодуна нисколько не поменялось. Словно он был мирским человеком.

На его взгляд, эта задача не такая сложная. Хотя он не попытался решить ее сам, он полагал, что его IQ достаточно, чтобы решить ее за то же время.

— Совершенно верно, — рассмеялся профессор, — Даже без каких-либо познаний математики, эту задачу можно решить просто логически подумав. Но что если изменить вопрос до неизвестного числа торговцев?

Это было уже немного сложнее. Хотя с математической стороны все просто, сложность, чтобы абстрагировать эту задачу в математическую проблему.

Лу Чжоу на мгновение задумался и у него уже имелся общий план в голове.

— Можно воспользоваться доской?

— Само собой, — махнул рукой профессор, приглашая к доске.

Лу Чжоу подошел к доске и начал писать мелом.

[

1. Пусть число торговцев до пересечения реки Xk, а число сопровождающих Yk.

k = 1, 2…, Xk. Yk = 0, 1, 2, 3.

Вектор Sk = (Xk, Yk).

Успешное условие пересечения обозначим как S.

Следовательно S={(X,Y)|X=0,Y=0,1,2,3;X=3,Y=0,1,2,3;X=Y=1,2}

2. Число торговцев на k-ой лодке будет 2 Uk, а число сопровождающих Vk.

Вектор Dk=(Uk, Vk) будет решением.

Допустим число решений будет D, которое определяется вместимостью лодки:

D={(U,V)|1≤U+V≤V, U, V=0,1,2}

3. Обобщая выводы выше, закон изменения Sk к Dk имеет вид:

S(k+1)=Sk+(-1)^k*Dk

]

— Ничего себе, — Лин Юйсян уставилась на доску с пустым лицом, слегка приоткрыв рот. Она посмотрела, как он спускается вниз и с удивлением спросила, — тебе даже не надо записывать решение?

— Я могу посчитать это в уме, — смеясь, ответил парень.

Ван Сяодун все еще молчал.

По его лицу можно сказать, что он полностью убедился в математических способностях Лу Чжоу.

Профессор Лю посмотрел на решение на доске и кивнул:

— Совершенно верно! Но с точки зрения математического моделирования это лишь пол работы. После получения модели есть еще один шаг. Это внедрение. Само собой, эта модель простая и я верю, что студент Ван сможет использовать свои навыки программирования для ее создания. Поэтому не будем тратить на это время.

Ван Сяодун поправил очки, его лицо оставалось таким же равнодушным.

Но был немного разочарован, что не смог продемонстрировать свои навыки программирования.

После небольшой паузы, профессор Лю продолжил:

— Моделирование данных — процесс упрощения практической задачи до задачи, которая может быть выражена в терминах языка и простых предложениях. Затем она решается с помощью математических средств.

— Итак, главный вопрос с чем столкнется ваша команда!

— Построение модели — это не проверка ваших математических способностей или навыков программирования. Фактически это проверка вашего умения преобразовывать реальные проблемы в данные и находить способ их решения. Запомните и не забывайте это.

— Что касается построения модели, тут у меня особо нет советов. Нужно лишь расширять свои знания и практиковаться. Что касается программирования, то я могу дать несколько советов.

— Есть четыре в основном используемых программных комплексов. Это Matlab, Mathematica, Lingo и SAS. Осваивать все из них не нужно, но надо овладеть как минимум одним из них. Ключ заключается в использовании подходящей для вас программы для решения актуальной задачи, — произнес профессор Лю Сянпин, глядя на Ван Сяодуна.

Поскольку сейчас он в основном объяснял ему.

Парень снял очки и кивнул:

— Я использую Matlab и SAS, так что никаких проблем.

Профессор кивнул:

— Этого достаточно. Самостоятельно изучите их, я могу помочь только с трудными местами.

— Последнее по поводу справочников и учебников. Советую почитать некоторые книги по математическому моделированию, такие как «Математические модели, Алгоритмы математического моделирования с приложениями» и «Основы математического моделирования».

— Еще у меня есть некоторые раздаточные материалы и материалы из университета. Скопируйте их и посмотрите дома. Но не передавайте и не загружайте никуда. Понятно?

Трое одновременно ответили:

— Поняли!

Профессор засмеялся и сказал:

— Хорошо, на сегодня все. Мне больше, нечего сказать. Теперь все зависит от вас. Подходите скачать материалы, если хотите. Как закончите, можете идти и готовиться к английскому.

Глава 24. Первое занятие

После того как студенты перекинули себе материалы, профессор попрощался с ними. Он сказал им ознакомиться с материалами сегодня вечером, если они не заняты подготовкой к экзамену.

Завтра они соберутся в компьютерном классе и проведут первое подготовительное занятие.

После того как профессор Лю отпустил их, Лу Чжоу взял ноутбук и пошел в библиотеку, чтобы продолжить писать статьи.

Он даже не стал смотреть материалы на флешке.

Для него задание от системы приоритетнее нежели институт.

Помимо написания статей, Лу Чжоу иногда помогал Чэнь Юйшань с некоторыми математическими задачками.

По правде говоря, ее основа по математике просто ужасна. Он без понятия, как она смогла набрать по математическому анализу на первом курсе 85 баллов.

— Вы что не учите математику в бизнес-школе? — спросил парень. Его добила задачка про нахождение границ функции. Он закатил глаза и написал ответ в черновике, беспощадно сказав, — преподаватель показывает эту задачу в качестве примера на занятиях.

Чэнь Юйшань засмущалась, но отказалась сдаваться и защищаясь парировала:

— Я изучаю экономику и управление в бизнес школе. Я не учусь бухгалтерскому учету. Есть куча других предметов, которые надо выучить. Откуда у меня время на математику?

— Я вообще-то в курсе, что тебе нужно учить бух.учет и статистику на экономике и…

— Просто заткнись, я угощу тебя обедом.

Лу Чжоу тут же замолчал.

Можешь не быть вежливой, спрашивай, что хочешь.

Подумал он про себя.

Будет еще лучше, если ты купишь мне еще ужин…

Когда кто-то покупал ему поесть, парень ощущал себя должников. Хотя его финансовое положение довольно плачевно, он все равно нашел бы шанс отплатить обратно.

Однако, когда Чэнь Юйшань предлагала купить ему обед…

Он соглашался не церемонясь.

Парень своими знаниями зарабатывал еду. Чего ему стыдиться?

Он помог ей со всеми темами в продвинутой алгебре и даже не взял плату с нее. Поэтому купить пару раз ему еду это нормально, да?

После закрытия библиотеки, Лу Чжоу вернулся в общежитие и продолжил еще немного работать, наконец-то закончив писать первую статью.

Из всего десятка наибольшая стоимость была у первой статьи. Система оценила ее в 30 баллов. Он подумал о некоторых выводах в статье, поскольку это было дополнение к его доказательству в предыдущей работе. Парень собирался представить ее в журнал “Теоретическая и прикладная математическая коммуникация”

Что касается остальных девяти статей, то он их отправит в “Современная коммуникация и географические информационные технологии”

Будучи не ведущим изданием, этот отечественный журнал редко встречался и не требовал каких-либо сборов за рецензирование и верстку. Они очень дорожили авторами и даже платили им 150 юаней за статью. Сравнивая их с другими журналами, что пытались залезть в карман, они являлись “чистым потоком” научного оползня!

Девять статей это 1350 юаней!

Когда он закончил загружать свою статью по математике уже наступило два часа ночи.

Парень увидел, что уже поздно, выключил ноутбук, зевнул и лег в постель. Слушая храп соседей по комнате, он потихоньку погрузился в сны.

………….

Профессор Лю и Лу Чжоу были ленивые и рано не вставали. Парень вошел в компьютерный класс прямо следом за профессором. Придя он увидел, что не последний и в аудитории до этого находился лишь Ван Сяодун.

— Утра.

Как обычно, Лу Чжоу улыбнулся и поздоровался. Он думал, что этот гордый гений проигнорирует его, но не ожидал в результате услышать его ответ.

— Утра.

Хотя это лишь одно слово, для него это уже прорыв.

Лу Чжоу был доволен.

По правде говоря, он совершенно не беспокоился о способностях команды. Единственное, что его волновало это отношения с товарищами в команде. Он знал, что не единственный такой, профессора Лю скорее всего это тоже тревожило.

Если Лин Юйсян использовать в качестве посредника, то неплохо иметь ее в команде.

Наверное.

Пока он размышлял об этом, наконец-то пришла девушка. В этот раз она опоздала всего на 15 минут, что не слишком много.

Профессор Лю Сянпин вновь ничего ей не сказал, только лишь слегка улыбнулся. Он дал ей знак садиться, а затем начал сегодняшнее занятие.

Согласно плану подготовки, сегодня должно быть первое занятие, целью которого улучшить взаимодействие между членами команды.

Чтобы не тратить слишком много времени, задачи были такими, чтобы их можно решить сразу на месте.

Профессор Лю выдал ряд придуманных данных о пользователях телекоммуникаций и разработал более 20 перечней. Нужно классифицировать потребительские привычки посредством математического моделирования и разработать продукты для разных групп пользователей.

Поскольку данные придуманные, их источника не указывалось. Он только выдал им таблицу Excel.

Знания для расчетов, смещены в сторону статистики. Они включали экономику и методы управления продукцией. По сравнению со вчерашней разминкой, сегодняшняя задача несомненно интереснее.

Простые математические формулы не совсем бесполезны для практического применения в этом случае. Скорее сложность этой задачи заключалась не в математике, а в том, как преобразовать эту задачу в математическую.

К счастью, сама задача не очень сложная. Просто необходим широкий спектр знаний. Лу Чжоу думал над ней пол часа. Сначала он использовал статические методы для классификации клиентов. Затем он использовал матричный алгоритм для решения этих двух задач.

Парень отнес черновики бумаг Ван Сяодуну и положил на компьютерный стол. Потом сказал:

— Модель готова. Я отправил тебе ее на почту. Часть решения, где сделаны вычисления, на бумаге. Думаю, у тебя не будет проблем с организацией формулы и ввода ее в компьютер, да?

Ван Сяодун кивнул и его ответ был прост:

— Нет проблем.

Как и ожидалось эффективность двух гениев потрясающая.

Лу Чжоу быстро закончил построение математической модели. Ван Сяодун также быстро использовал компьютер для написания программы. Это заняло меньше двух часов. Предполагалось, что это займет весь день, но они закончили за такое короткое время.

Посмотрев результаты Лу Чжоу и Ван Сяодуна, профессор Лю не мог не впечатляться. Он подготовил студентов уже к пяти соревнованиям по математическому моделированию. И эти двое были самыми талантливыми учениками, что он встречал.

Лу Чжоу улыбнулся и принял комплимент учителя. Ван Сяодун же как обычно был без эмоционален. Хотя уголки его рта немного изогнулись, демонстрируя удовлетворение.

Первое занятие прошло гладко.

Но самой большой проблемой являлась Лин Юйсян…

Хотя она написала множество докладов для студенческого совета, она никогда раньше не писала статей. Она потратила полчаса изучая требования к формату и не добилась прогресса.

Ван Сяодун почувствовал себя неловко. В конце концов именно он настоятельно рекомендовал ее и считал, что она может справиться. Соревнование еще не началось, а она уже испытывает трудности на первом занятие.

Хотя Лу Чжоу улыбался, в глубине души его переполняло сожаление.

Ты сказала, что занимаешься студенческой работой, всего лишь хорошо выполняешь работу студ. совета. Ты должна была остаться в своей собственной тусовке. У меня светлое будущее, зачем ты пришла и тащишь меня вниз?

В следующий раз заранее хотя бы погугли как писать статьи. Все, что ты умеешь делать, это вызывать жалость к себе у других! Бесполезная!

Я зол!

Учитель Лю совсем не злился. Он лишь улыбнулся и успокоил Лин Юйсян, которая продолжала извиняться. Затем позволил Ван Сяодуну помочь ей со статьей и позвал Лу Чжоу в коридор.

Закуривая сигарету, он посмотрел на двух студентов в классе и спросил у Лу Чжоу:

— Ну, что скажешь? Ты обдумал мое вчерашнее предложение?

Глава 25. Я счастлив

— …

Лу Чжоу ничего не ответил.

— Я понимаю. У тебя должно быть свои мысли по поводу нее, — произнес профессор Лю с улыбкой. Потом добавил, — как и в моей исследовательской группе, в каждой команде всегда будет подобный бесполезный напарник. Они не заботятся о проекте. Такие люди всегда будут существовать.

— Профессор, ваш менталитет слишком хороший, — улыбаясь сказал парень.

— Дело не в моем менталитете, — Отмахнулся рукой профессор и улыбнулся, — просто я уже привык к подобному.

Он похлопал парня по плечу и серьезно произнес:

— Ты должен понимать, что получение первого места — наша единственная цель. Может это будет несправедливо что кто-то должен больше работать, но таков путь учебы.

Лу Чжоу немного подумал и кивнул:

— Хорошо, я понял. Я могу взять на себя составление математической модели и написание статьи, но у меня есть условие.

— Говори, — с улыбкой ответил профессор.

— Я хочу сократить число групповых занятий и заменить их на индивидуальные. Можно возобновить групповые встречи ближе к соревнованиям, — Парень сделал небольшую паузу, — Благодаря этому, мой график будет более гибким.

Это пустая трата времени — вот так собираться вместе.

Парень предпочитал работать в собственном ритме.

— Без проблем, я изначально так и хотел, — ответил профессор Лю по-прежнему улыбаясь.

Они вдвоем вернулись в аудиторию.

И в итоге статью доделал Лу Чжоу.

В конце концов у него имелся опыт подачи статей в научный журнал. Он провел много работы для выполнения задания системы и в одиночку написал статью. Тут даже студент второго курса Ван Сяодун ему не соперник, а про Лин Юйсянь даже упоминать не стоит.

Конечно сегодня просто подготовительное занятие. Не нужно вылизывать текст в соответствии со стандартами конкурса. Макет может потребовать десять, а то и двадцать страниц. И это не закончить за день.

Лу Чжоу написал ключевые части «гипотезы модели» и «анализа проблемы» в соответствии с форматом статей для математического моделирования. Для менее важных частей он просто написал заголовок и пропустил их.

Лин Юйсян посмотрела на законченную статью и поблагодарила его. Она демонстрировала сожаление, что сегодня тащила их вниз и что ей очень жаль, и она постарается все наверстать.

Лу Чжоу ничего не ответил, но про себя вздохнул.

Постарайся получше!

Закончив, Лу Чжоу отклонил приглашение Лин Юйсян купить ему еду.

Он взял рюкзак с компьютером, пришел в библиотеку и начал яростно писать статью.

Чэнь Юйшань села рядом с ним. Не считая, что она пару раз спрашивала его, она, тоже склонив голову занималась. Хотя её переполняло любопытство, почему такой математик пишет статью по информатике, она не спрашивала этого.

Откинувшись на стуле и разминая руку, Лу Чжоу собирался пойти в туалет, когда вдруг у него завибрировал телефон на столе.

Парень взял телефон и увидел, что звонит толстяк У. Он тут же встал и пошел к туалету библиотеки.

Прислонившись к окну, он ответил на звонок.

— Да, что такое?

— Это я, У Дахаи. Ты свободен на этой неделе?

С другого конца раздался искренний голос толстяка. Очевидно ему нужны рабочие на работу.

Хотя он студент третьего курса, ему наплевать на выпускные экзамены. Он даже не пытался трудоустроиться. Он проводил все дни на подработках и не появлялся в университете. Если бы у него не было студенческого, то парень усомнился в том, что он студент в университете Цзиньлин.

— Что за работа? — спросил Лу Чжоу.

Хотя сейчас он сильно занят, если зарплата хорошая, то он подумает.

Однако парень понимал, что это маловероятно.

— Застройщик в Цзинлине недавно открыл новое здание и им нужны люди для раздачи листовок. 20 юаней в час. Нужны люди на всю неделю. Ну как? — спросил У Дахаи.

— Я немного занят в эти дни. Так что не смогу, — ответил Лу Чжоу. Хотя его это слегка заинтриговало, он помнил о девяти статьях, что ему еще надо написать.

— Ладно, понимаю. Я найду кого-нибудь еще, — толстяку у было все равно, — занимайся своими делами.

Парень повесил трубку, затем вернулся в библиотеку, сходив в туалет.

Вернувшись назад, он увидел листок под клавиатурой, а Чэнь Юйшань сидела рядом и с нетерпением ждала его. Увидев ее выражение, он не мог не улыбнуться. Ничего не сказав, он взял ручку и стал решать задачку.

Нахождение общего решения дифференциального уравнения с коэффициентами второго порядка довольно сложная тема в продвинутой алгебре. Поскольку она объединяла множество знаний, таких как тригонометрические функции и интегралы. Обычно оно использовалось как предпоследняя или последняя задача на экзамене.

Однако для парня это не представляло проблем.

Он не хвастался. Просто не было университетских задач по математике, что он не мог решить.

Чэнь Юйшань посмотрела на Лу Чжоу, пока он решал задачу и тихо спросила:

— Кто тебе звонил?

— Студент. По поводу работы, — быстро ответил Лу Чжоу.

— Ты еще работаешь? — удивленно спросила девушка и тихо добавила, — но ты же целыми днями сидишь в библиотеке.

— В последнее время работаю меньше. В прошлый раз работал ночью… — он прервался писать и добавил, — сортировал посылки.

— Зачем ты уточнил? — с любопытством спросила девушка.

— Просто… Все, я решил.

Парень передал ей листок. Ему понадобилось меньше трех минут для решения. Необычайно быстро. Обычный студент как правило может потратить до получаса на подобный пример.

— О, спасибо… извини, что спрашиваю, но тебе не хватает денег? — спросила Чэнь Юйшань, взяв листок назад.

— Можно и так сказать, — ответил Лу Чжоу.

Кажется, у меня никогда не было денег.

Чэнь Юйшань понимающе кивнула. Затем сказала:

— Тогда… у меня для тебя есть работа. Это проще чем сортировать посылки. Хочешь?

Парень печатал и внезапно остановился, с подозрением взглянув на нее:

— Надеюсь, не учить тебя математике?

— Моя математика… не в таком плохом состоянии! — девушка собиралась повысить тон, как вспомнила, что находится в библиотеке. Она сдержалась и тихо продолжила, — Это репетиторство, но не для меня. у меня есть двоюродная сестра, учащаяся в средней школе. Она из города Цзинлинь и живет недалеко от нашего университета. Она собирается поступать в 11 класс, но ее оценки ужасны, особенно по математике. Тетя сильно переживает за ее учебу, поэтому попросила подыскать ей репетитора. Желательно, чтобы он был хорош в математике…

Девушка, извиняясь, посмотрела на Лу Чжоу:

— Сначала я хотела попросить соседку по комнате, но ей нужно готовиться к вступительным экзаменам и у нее нет времени. К тому же за столько времени она уже забыло все со школы. Я подумала, что ты выглядишь довольно безобидным, поэтому хотела спросить, есть ли у тебя время на летних каникулах…

???

Черт. в каком плане безобидным? Она имеет в виду, что я хороший?

Парень долгое время не реагировал, и девушка тихо сказала:

— У тебя нет времени? Тогда я могу спросить кого-нибудь еще…

— Какая оплата? — спросил Лу Чжоу. Чтобы дать ответ ему нужно знать зарплату.

Изначально он хотел работать все каникулы. Это либо на толстяка У, либо на нее.

Чэнь Юйшань немного подумала и сказала:

— 200 юаней в час и возмещением всех транспортных расходов. С июля каждую субботу.

— Сколько?!

— 200 в сам… что?

Парень услышал ее. Он положил руки на клавиатуру и замолчал.

— Этого недостаточно? — спросила Чэнь Юйшань, увидев, что он долго молчал и подумав, что это слишком мало. Она осторожно добавила, — Может, я могу попросить тетю…

— Не нужно, — ответил Лу Чжоу и пожал ей руку, — договорились.

— Тогда что ты был такой серьезный? Мне показалось, что этого слишком мало, — сказала девушка. Она расслабилась и закатила глаза.

— Ничего, просто я… — сказал Лу Чжоу и посмотрел в потолок, тихо вздохнув, — я счастлив.

Глава 26. Кто я? Где я? Что я пишу?

— Мам, я не приеду на каникулах в этом году.

— Да… просто профессор порекомендовал мне принять участие в национальном конкурсе по математическому моделированию. Университет организовал подготовительные курсы летом… Не надо, за участие не берут денег. Универ уже все оплатил! Я вернусь на новый год. Следи за своим здоровьем. Со мной все в порядке, не волнуйся!

— Мне не нужны деньги. У меня все еще остались деньги со стипендии за прошлый семестр, плюс, когда получается, я работаю на неполный день. Лучше отложите деньги для Тон Тон. Понадобится много денег, когда она пойдет в университет.

— Да, ладно.

Лу Чжоу вздохнул и, прислонившись к перилам на балконе общежития, завершил звонок.

Каждое воскресенье вечером он звонил домой.

Время пролетело действительно быстро.

Парень смотрел на звездное небо и его сердце переполняла тоска.

Он почти закончил свой первый год в университете. Его сестра собиралась поступать в 11-й класс, один из наиболее важных для старшеклассников.

В отличие от него, его младшая сестра училась на гуманитарном направлении.

Он мог бы помочь ей с математикой, но с остальным ей нужно справляться самой.

Рядом с балконом находилась ванная. Хуан Гуанмин мылся внутри, когда вдруг выкрикнул, подкалывая:

— Большой мальчик, позвонил домой?!

Лу Чжоу на мгновение был сбит с толку, после чего ответил:

— Ты еще хочешь выйти? Погодь, сейчас я заблокирую дверь шваброй.

— Бл*! Бл*! Брат Чжоу, пощади. Я не прав. А-а-а-а-а. Если ты не выпустишь меня, я начну петь.

Хуан Гуанмин уже открыл рот и завыл как животное:

— А-а-а-а-а, пять колец, это на одно кольцо больше, чем четыре...

Проклятье!

От этого голоса, как у кастрированного петуха, у парня побежали мурашки по коже. Он закрыл дверь и сразу же скрылся в комнате.

Но из-за плохой звукоизоляции ванны, стена не могла заблокировать эти завывания.

Два человека в комнате, услышав пение, сразу же сошли с ума. Особенно Лю Жуй, который любил преувеличивать. Он упал на стол, сжал зубы и закричал:

— Какого хера ты запел! У меня аж зубы сводит!

Во время бедствия, как старший в комнате Ши Шан резко отодвинул стул и встал, затем закричал:

— Братан, не паникуй! Я разберусь с этим!

— Твою ж!

Лу Чжоу не мог подобрать слов.

Он был слишком раздражен и хотел запихнуть этого парня в ванную вместе с Хуан Гуанмином.

Почему я тут самый нормальный?

Как же хреново!

………………………

В следующие две недели Лу Чжоу не находился в библиотеки, только по пути туда… или пока сидел на экзамене.

На последней экзаменационной неделе никто не был настолько самоуверенным, как он.

В отличие от других, он мог подкрепить свою уверенность.

Как парень и рассчитывал, он справился с английским без особых усилий.

С языком С то же самое. У него возникли проблемы лишь с творческим вопросом. Словно знания, полученные в ходе заданий, вырезаны в его голове, и он не мог забыть их.

Однако на экзамене по современной истории Лу Чжоу был полностью сражен.

Он открыл экзаменационную работу и уставился на первый вопрос.

Кто я?

Где я?

Что я пишу?

Он пытался спросить систему, но она не ответила. Неважно, сколько баллов он предлагал, судя по всему, гуманитарные науки находились вне поля ее знания.

К счастью, парень немного знал современную историю и ему нужно просто найти направление.

Неважно верил ли он в правдивость своих ответов или нет. Все нормально, пока он отвечает на вопросы.

Что касается того, насколько верны его ответы, оценка все рассудит.

Главное, он старался!

Через три дня после экзамена по истории Лу Чжоу наконец-то отправил последнюю статью.

Последние три недели он безумно работал на истощение. Однако, закончив, он мог посмотреть на результаты с чувством выполненного долга.

Три статьи в неделю. 10 научных работ менее чем за месяц!

Кто еще может это сделать?

А?

После трех дней беспокойного ожидания, последняя статья успешно прошла этап рецензирования.

Когда парень получил уведомление с подтверждением, он не мог не задуматься, действительно ли это нормально, отправлять такое число некачественных статей. Кроме того, все работы принадлежат одному человеку, разве этого никто не заметил?

Возможно, система помогла ему, и статьи попали к разным проверяющим.

В любом случае, сейчас проблем нет, они будут после публикации через несколько месяцев.

С волнением Лу Чжоу вошел в белое пространство системы и приблизился к полупрозрачному экрану.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания.]

[Детали завершения задания:

Пользователь, успешно подал одну статью по математике. Девять статей по информатике. Осталось 39 дней.

Конечная оценка задания: S+（получено бонусное задание）]

Он действительно получил оценку S+!

Награда за задание… в итоге бонусное задание!

Парень с волнением смотрел на экран. Он так разволновался, что забыл обо всем остальном.

Хотя он не знал, что именно за бонусное задание, но понимал, что оно будет стоить 1000 баллов!

[Награда за задание:

100 очков опыта по математике;

900 очков опыта по информатике;

800 баллов.

Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 9% — образец, 1% — чертеж)]

[Напоминание: математика LV0 → LV1, информатика LV0 → LV1]

Наконец-то он поднял уровень этой проклятой математики!

Сердце парня трепетало. Не только из-за поднятия уровня, но и потому что он пробил потолок, что означает, что он наконец-то покинул деревню новичков и предел других предметов поднялся до 1 уровня.

Просто…

Судя по всему, поднятие уровня не приводит к каким-либо существенным изменениям. Он думал, что это будет похоже на обмен баллов на статью, когда система загружает в него знания. Но все совершенно не так.

По крайней мере он не ощущал, что в его голове стало больше знаний или информации.

— Кажется, уровень предмета не означает, что у меня есть способность овладевать знаниями, а только дает возможность открывать базу данных. И мне все еще нужно потратить баллы для доступа к ней? Интересно будет ли скидка на задачи более низкого уровня?

Лу Чжоу задумчиво дотронулся до подбородка и молча попытался вспомнить детали гипотезы Римана, попросив систему оценить стоимость.

Но как обычно система не отреагировала.

— Полагаю, первый уровень математики все еще недостаточно высокий для решения гипотезы Римана.

Парень подумал немного и спросил:

— Как насчет гипотезы Била?

Гипотеза Била это обобщенная теорема последней теоремы Ферма. Вознаграждение за ее решение было в миллион долларов США. В прошлый раз он пытался решить ее с помощью системы, но та не ответила ему.

[Требуемые баллы: 5000, требуемый уровень математики: LV2]

Увидев числа, парень засмеялся и сразу же отбросил идею.

Почему так дорого?!

Но по крайней мере в этот раз система назвала цену. Похоже, его предположение верное. Повышение уровня просто разблокирует базу данных системы. Однако, чтобы воспользоваться ею нужны баллы!

Глава 27. Занимайся больше, твоя голова пустая!

Поняв, как работают уровни, Лу Чжоу вновь сосредоточился на более реальных проблемах.

Он глубоко вздохнул и произнес про себя:

— Система, покажи мои характеристики.

Полупрозрачный экран появился пред ним.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV1（0/10000）

B.Физика: LV0（100/1000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV0（0/1000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV1（0/10000）

Баллы: 925 (один билет для счастливой лотереи)

Задания: нет (Бонусное задание*1)

]

К количеству опыта для 2 уровня прибавился еще ноль. Парень растерянно вспоминал о 1000 с трудом заработанных опыта.

По крайней мере награды за задания также увеличиваются по мере повышения уровня.

Однако сложность заданий тоже возрастет.

Он просто надеялся, что эта чертова система не даст ему задание по типу “опубликовать 100 научных статей”.

Это убило бы его!

Лу Чжоу не сразу использовал свой билет для лотереи. Вместо этого сначала покинул пространство системы, сходил умыться в ванную, затем вернулся на свою кровать и лег, только после чего вошел обратно в пространство системы.

Глубоко вздохнув и посмотрев на колесо лотереи, он воскликнул:

— Начать лотерею!

— …

— Стоп!

Он без эмоционально посмотрел на стрелку.

[Поздравляю, вы выиграли образец.]

Кроме чертежей, все остальные призы бесполезны.

Даже когда я получил чертеж, это оказалось просто доказательством математической теоремы.

В любом случае, парень не имел излишних ожиданий по поводу призов от системы. Он просто хотел закончить лотерею и приступить к выполнению задания, чтобы заработать баллы.

[Получено: капсулы концентрации (40 штук в бутылке, продолжительность действия 5 часов. После приема появляется 24 часовой иммунитет к повторному эффекту. Повышает активность клеток мозга и скорость усвоения знаний, а также способности к логическому мышлению.]

Эм…

А???

Увидев описание, он потерял самообладание и чуть не сунул лицо в экран.

Капсулы концентрации?!

Чертовски, афигенно!

Перемножив 40 на 5, будет 200 часов! Если эффект такой же, как и от первого задания, он мог бы прочитать огромное число учебников!

Может быть перед лотереей надо оставаться спокойным, а не умываться?

Лу Чжоу разразился слезами и решил, что перед следующей лотерей успокоиться.

Он не хотел, чтобы его удача исчезла и поэтому ничего не сказав выбрал бонусное задание.

[Бонусное задание активировано!]

[Задание: Бонусное задание (можно отменить в любое время, штраф не начисляется).

Описание: уровень знаний пользователя слишком низкий, система сделала подборку книг, чтобы заполнить вашу пустую голову!

Требования: Прочитать книги из списка (0/30) и полностью понять знания в них.

Награда: 1000 очков опыта на выбор для любого предмета.

Разблокируется отраслевая технология — искусственный интеллект LV0.]

Лу Чжоу потерял дар речи, глядя на экран задания.

Его злили не требования задания, а пояснительный текст.

Ты говоришь, что моя голова пустая?

Я получил максимальные баллы по матану и продвинутой алгебре!

Парень ощутил злонамерения от системы, но все еще остался доволен награждениям.

Это первый раз, когда он увидел отраслевые технологии.

Он не знал почему система отделяла от информатики искусственный интеллект как отдельную отрасль.

Повышение уровня искусственного интеллекта не составит труда. У него уже была информатика первого уровня. Ему просто надо закончить задание и потратить 100 баллов для повышения уровня отраслевой технологии.

Лу Чжоу открыл список книг от системы:

[Обыкновенные дифференциальные уравнения]

[Теория функций комплексной переменной]

[Университетская физика]

[Неорганическая химия]

[Органическая химия]

[Lehninger Principles of Biochemistry]

[Машиностроительное черчение]

[Вводный курс в проектирование микросхем]

[Структура и интерпретация компьютерных программ]

[Python вводный курс]

[…..]

От математики до информатики, книги из списка почти полностью покрывали древо основных наук.

— …

Лу Чжоу быстро пробежался глазами по списку и признал, что голова у него в самом деле пустая.

Думаю, не многие в этом мире будут считаться умными по стандартам системы!

Есть ли в мире человек, владеющий всеми дисциплинами? Даже один предмет может делиться на бесконечное число областей с неисчислимым количеством направлений для изучения.

Может система имеет недопонимание по поводу людей?

Лу Чжоу все чаще так казалось.

………….

Лу Чжоу вышел из системного пространства и сел на кровать, потом взял ноутбук рядом.

Он открыл свою почту и увидел, что профессор Лю уже отправил вопросы на его почтовый ящик.

Они договорились об этом во время последнего занятия. Лу Чжоу составит математическую модель, а после отправит ее Лин Юйсян и Ван Сяодуну, чтобы они запрограммировали ее. Потом они отправят ее обратно ему, чтобы он оформил статью. И в конце, Лу Чжоу отправит это все профессору Лю.

Профессор учитывал, что у каждого свой плотный график и у него также имелись свои собственные проекты. Поэтому он решил отправлять по одному вопросу каждый понедельник. В остальное время студенты могли самостоятельно подготавливаться и читать книги.

Лу Чжоу быстро составил математическую модель и отправил ее двум другим. После чего потянулся и выключил ноутбук.

Хотя экзамены закончились, его задание только началось. Он не собирался терять время и планировал пойти в библиотеку.

Он оделся и хотел спуститься с кровати, как кто-то постучал в дверь.

— Лю Жуй, открой дверь. — фыркнул Хуан Гуанмин, сидящий в шлепках и игравший в видеоигры.

Лю Жуй играл вместе с ним, но играл персонажем поддержки. Поэтому он не разозлился на просьбу Хуан Гуанмина. Он открыл дверь и быстро сел назад.

Оказалось, что пришел староста группы, Тянь Цзюнь. Он прошел, осмотрелся, и сказал с улыбкой:

— Вижу, ребята, вы играете в игры.

Ши Шан ответил:

— Само собой! Экзамены закончились. Староста, когда мы может вернуться домой?

Тянь Цзюнь улыбнулся и продолжил:

— Сегодня днем будет собрание группы. Обсудим планы на каникулы. О точно, вы думали о том, чтобы подать заявку на участие в конкурсе по математическому моделированию? Если вы получили больше 80 баллов по продвинутой алгебре и математическому анализу, универ организует летнюю подготовку.

Хуан Гуанмин и Ши Шан ответили:

— Не хотим!

Лю Жуй поколебался и спросил:

— Можно же подать заявку на участие самостоятельно? В чем разница между регистрацией самому или регистрацией через универ?

Староста улыбнулся и ответил:

— Если зарегистрируешься сам, то преподавателя придется искать самостоятельно. У университетской команды есть учитель, организующий команды. Но уже много людей подали заявки. Слышал, что есть отборочные проверки. Уже более 60 человек объединились в 20 команд.

Лю Жуй больше не колебался и сказал:

— Запиши меня!

— Хорошо, я запишу тебя, — Староста перевел взгляд на Лу Чжоу, — Лу Чжоу, что насчет тебя? Ты подашь заявление?

— Я уже, — сдержанно ответил парень.

Хуан Гуанмин удивился, он повернул голову и спросил:

— Ничего себя, Чжоу, продвинутая алгебра слишком сложная, а ты смог получить 80 баллов?

Результаты стали известны два дня назад. Кроме Лу Чжоу в комнате все уже сравнили свои баллы. Все также, как и в прошлом семестре. Лю Жуй все еще первый, Хуан Гуанмин на втором месте с 88 баллами, а Ши Шан с трудом набрал 80.

Они специально не спрашивали Лу Чжоу не потому что принижали его, а поскольку не хотели его злить. Поэтому были очень осторожны, чтобы не упоминать про это.

В конце концов они прекрасно помнили, что он покинул аудиторию через полчаса после начала экзамена.

Что он мог написать за полчаса?

Он хотя бы дошел до больших вопросов?

Лю Жуй своими глазами видел, что Лу Чжоу закончил экзамен, но он просто не верил в это. Он тщательно решил свои задачки и хотел верить, что Лу Чжоу просто сделал большинство наобум.

Парень задумался должен ли он отвечать сколько получил баллов по двум дисциплинам.

Там и там максимальный балл. Слишком страшно такое сообщать.

Лодка дружбы может пойти на дно.

Тянь Цзюнь неправильно понял. Он подумал, что Лу Чжоу колебался из-за того, что он плохо сдал экзамены. Неловко рассмеявшись он сказал:

— Нет никаких требований для регистрации. Все нормально, если нету 80 баллов. Ладно. Лю Жуй, ты уверен? Я запишу тебя.

— Уверен, — тот кивнул и был уверен.

На самом деле, он был уверен уже давным-давно.

Он не только хотел поучаствовать, но и выиграть!

Это была его цель. Еще оставалось два месяца летних каникулу и даже Лу Чжоу подал заявку. Как он мог отставать!

Глава 28. Последняя встреча на первом курсе

Во второй половине дня, в аудитории 403 корпуса А, проводилось последнее по графику занятие студентов 1-й группы 1 курса факультета математики.

В кабинете теснилась группа парней. Высокий и худощавый преподаватель в очках подошел ближе.

Его звали Чжан Вэй и он имел докторскую степень по математике. Обычно он занимался своими собственными проектами и его редко видели.

Несмотря на свою занятость, он все равно беспокоился о занятиях и организовывал встречи почти каждый месяц, рассказывая о безопасности, дисциплине и методах учебы. Он даже рассказывал студентам о временах, когда он был таким же.

Преподаватель Чжан медленно подошел к кафедре и сложил руки за спиной. Он осмотрел студентов снизу, прочистил горло и сказал:

— После этой встречи, ваш первый год в университете успешно завершается. Позвольте мне еще раз напомнить вам про безопасность. В последний раз один тупица оставил включенную розетку в общежитии и все сжег. Вероятно, в этом году он вновь сдает вступительные в университет. Кто знает, может мы увидим его после лета.

В аудитории раздались смешки.

Преподаватель слегка кашлянул и продолжил с улыбкой:

— Я просто шучу, чтобы поддержать хорошую атмосферу. Короче, просто будьте осторожны с безопасностью! Я знаю, что многие прячут фены и другие нагревательные приборы. Они даже смогли пройти проверки. Но, надеюсь, эти люди проверят, что все розетки выключены.

Он еще двадцать минут говорил про безопасность, а после небольшой паузы начал говорить об итогах семестра:

— Вы неплохо сдали экзамены. Надеюсь, сможете продолжать в том же духе. И ещё, третий помощник, ты тоже должен усердно работать. Не думай, что комитет класса просто собирает домашнюю работу и проводит собрания. Ты также должен подавать пример для остальных.

Названный член комитета неловко улыбнулся и почесал голову.

Его считали гением, когда он только поступил. Но он слишком увлекся предоставленной свободой и его оценки скатились. Это правда, этот семестр он окончил ужасно. Он получил лишь 65 баллов по продвинутой алгебре, но он собирался исправиться.

Преподаватель продолжал:

— Ло Жуньдун, справился довольно хорошо, 95 баллов и лишь одна ошибка. Кроме него еще Лю Жуй, 92 балла, тоже хорошо! Только они двое получили более 90 баллов. Остальные старайтесь лучше.

Хуан Гуанмин вытянул руку и похлопал по плечу Лю Жуя, тихо сказав:

— Ты хорош, брат Лю!

Ши Шан также похлопал по плечу Лю Жуя:

— Эй, поделись своей удачей!

— Отстаньте. И так жарко! — сказал раздраженно Лю Жуй, оттолкнув их руки. Затем он удовлетворенно вздохнул с облегчением.

Как и ожидалось, он слишком беспокоился. Только два человека получили более 90 баллов. Он и гений в математике Ло Жуньдун.

Что касается Лу Чжоу…

Он все еще далеко позади!

Тупица, притворяющийся, что ходит в библиотеку!

В кабинете начался шум, поскольку они завидовали двум гениям.

Этот экзамен по продвинутой алгебре не был сложным, он был очень сложным!

Тест подготовил профессор Тан и все вопросы находились на грани нерешаемых. Задачи не были совсем неожиданными, но они попадали в область незнания студентов. Очень трудно получить 80 баллов и любой, кто мог получить 90 бог!

— Также я хочу сильно похвалить Лу Чжоу. Его прогресс в этом семестре колоссальным. Он получил 100 баллов как по математическому анализу, так и по продвинутой алгебре! Поразив преподавателей. Они даже дважды проверили его работы, но там все еще оказался максимальный балл. Ни одной ошибки. У него однозначно правильное отношение к учебе, прямо как у меня когда-то. Вы должны взять с него пример, — сказал преподаватель, посмотрев с одобрением на Лу Чжоу и кивнув.

В классе воцарилась тишина.

Никто не ответил на похвалу Лу Чжоу.

Ло Жуньдун широко открыл глаза, в неверии оглянувшись. Лю Жуй замер с самодовольной улыбкой и его брови нервно дернулись.

Два предмета…

Максимальный балл?

Максимальный балл!

Словно кто-то поджег фитиль, в кабинете мгновенно поднялся шум.

— Твою же! Брат Лу псих!

— Слишком хорош, слишком!

— Он просто монстр!

— Я думал он сдал тест, поскольку не знал, как решать. Похоже он просто уже закончил его…

Хуан Гуанмин и Ши Шан ничего не сказали и протянули руки, но Лу Чжоу увернулся и предупредил их:

— Предупреждаю. Не прикасайтесь. Я не гей!

Хуан Гуанмин улыбнулся и протянул руку:

— Да ладно тебе. Позволь нам получить немного твоей удачи.

Ши Шан невежливо сказал:

— Да, большой мальчик.

— Бл*!

— …

Инструктор Чжан окинул взглядом аудиторию в хаосе и не стал перебивать. Медленно подошел к парню и сказал ему:

— Конечно, не становись заносчивым, даже если набрал максимальный балл. Усердно работай дальше. Что за фигню ты написал в современной истории? Ты почти завалил. Если хочешь найти работу после окончания учебы, то рекомендую найти время и поучить этот курс. Ты не можешь завалить политические занятия, если ты хочешь поступать в аспирантуру.

— Я понимаю, — смиренно ответил Лу Чжоу.

— Это хорошо, — сказал преподаватель Чжан. Он кивнул головой и сказал, — Точно, почему я не видел твоего имени на листке для конкурса по математическому моделированию? Я понимаю, что ты самостоятельно занимаешься, но все равно стоит поучаствовать в таком важном мероприятии. Я все еще не отправил регистрационный лист. Может мне тебя вписать?

— Я уже подал заявку. Профессор Тан помог мне, — ответил парень.

— О, теперь я понял, — Как и ожидалось преподаватель понял, о чем речь, он кивнул и улыбнулся, — Тогда тебе нужно постараться.

— Спасибо, — с улыбкой ответил парень.

Студенты наконец-то успокоились, когда профессор вернулся на кафедру. Держа руки за спиной, он откашлялся. Собрание продолжилось, но его уже никто не слушал.

Было слишком шокирующе.

Тест по математическому анализу был простым, поскольку его написал старший преподаватель. В других группах, скорее всего, тоже имелись студенты, набравшие максимальный балл. Но тест по продвинутой алгебре от профессора Тана! Менее тридцати человек набрали более 90 баллов по всему факультету! Как, блин, он набрал максимальный балл!

Не говоря уже о том, что он закончил раньше времени!

Невозможно, чтобы он схитрил или списал. Так что никто даже не предполагал это. Не говоря о том, что следил лично декан Лу. Оценка наверняка озадачила факультет и университет определенно просмотрел запись с камер наблюдения.

Не было мертвых зон для камер. Стало бы очевидно, если он обманул и все знали, что это сам Лу Чжоу написал работу.

Преподаватель Чжан заметил, что студенты не обращают внимания на его слова. Он сказал пару слов про безопасность летом и встречах в следующем семестре, после чего отпустил всех.

Собрание закончилось и Лу Чжоу окружила группа людей.

— Брат Лу! Давай дружить?

— Брат Лу! Тебе нужен товарищ в команду на конкурс по математическому моделированию? Я могу одеться как девушка.

— Брат Лу! Ты помнишь про военную подготовку, хочешь присосаться ко мне в следующем семестре?

Черт, ты можешь говорить нормально, чтобы никто неправильно не понял!

Лу Чжоу наконец-то вырвался из толпы и сбежал вниз по лестнице.

Чжан Вэй улыбался, глядя на энергичных учеников, думая о том, как же хорошо быть молодым.

Он взял свой портфель и ушел.

Лю Жуй тихо одел рюкзак и, немного подумав, подошел к старосте:

— Староста... могу я отменить свою заявку на конкурс по математическому моделированию?

— Да, если тебя еще не внесли в регистрационный лист, — ответил Тянь Цзянь и продолжил, — почему ты отказываешься? Мы рассчитываем на тебя.

Лю Жуй с трудом улыбнулся и не знал, что сказать.

Первоначально он присоединился, поскольку не хотел уступать другим.

Но теперь…

Его соперник уже стал богом в глазах других.

Отныне, когда кто-то будет говорить о первой группе, комнате 201 в общежитие, никто не спросит: «Разве не у вас гений по имени Лю Жуй?». Вместо этого скажут что-то типа: «Черт, ты в той же комнате, что и Лу Чжоу!»

Разрыв между ним и Лу Чжоу стал слишком велик, что он даже не знал, какое лицо сделать.

Я хотел попасть на национальный конкурс, когда он уже стремился к первому месту.

Лю Жуй вздохнул.

Его амбиции рухнули в одно мгновение...

Глава 29. Может... это талант?

— Чжоу, Лю Жуй, мы пошли. Берегите себя.

— Увидимся через два месяца.

Ши Шан и Хуан Гуанмин с чемоданами, помахали на прощание и ушли. В итоге в комнате остались лишь Лю Жуй и Лу Чжоу.

Начались летние каникулы.

В течении недели весь университет опустеет. И так будет до конца августа, пока ученики не начнут возвращаться обратно. Только тогда университет вновь оживет. Придут не только старые студенты, но и новые.

Лу Чжоу заполнил заявку на летние курсы. Он попрощался с Лю Жуем и покинул общежитие со своим ноутбуком. Сначала он зашел в администрацию общежития, чтобы оставить заявление на проживание, а после направился к библиотеке.

Обучение в университете Цзиньлин интенсивное. И хотя многие студенты разъехались по домам, библиотека все еще заполнена учащимися, готовящимися к вступительным экзаменам. Стопки книг заняли пустые места, не позволяя никому сесть.

Лу Чжоу не мог не подумать о том, что творили эти люди. Книги уже собирали пыль, но никто не возвращался на места.

Парень увидел, что его обычное место занято книгой, и только собирался найти другое место, как увидел Чэнь Юйшань, сидящую рядом. Она быстро убрала книгу и помахала ему.

Он понял, что она заняла место для него.

Он принял предложение и пошел к ней.

Положив ноутбук на стол, он не стал сразу садиться, вместо этого направился к книжным полкам.

Вспомнив содержания списка книг и немного поколебавшись, он взял «Линейную алгебру (Издание национальной промышленности)».

Система подсвечивала расположения книг, используя голографические метки, видимые лишь ему. К сожалению, система не указала оценку книг. Так что ему пришлось по своему усмотрению определять порядок чтения книг.

Порядок чтения важен, поскольку существуют различие между содержанием и даже разные предметы могут влиять друг на друга.

Не прочитав «физику полупроводников» и «проектирование схем», было бы невозможно понять темы по «микроэлектронике». Без основ микроэлектроники, учить «проектирование микросхем» то же самое, что учить магию.

Начать с математики — несомненно безопасный вариант.

Зачастую математика часто применяется в других научных областях, а обратное происходит редко. К счастью для парня, математика — его сильная сторона. Хотя материалы других дисциплин для него новые, с его математическими навыками ему будет не трудно их учить.

Просто в его знаниях по математики имелись большие пробелы, поэтому его понимание предмета все еще поверхностно.

Например, он смог написать свою первую статью, поскольку имел глубокое понимание функций. На других темах, которые не охватывала статья, он бы полностью сел в лужу.

Слава богу, никому в голову не пришло проверить его с помощью учебника, иначе он не смог бы ответить на это.

Если бы кто-то узнал, что он даже не прочитал учебник по функциональному анализу, но написал статью по этой теме, его бы осмеяли.

Лу Чжоу встал за книжные полки и достал баночку с белыми капсулами из кармана.

Эх, была бы вода… — подумал парень.

Он посмотрел на стакан на столе Чэнь Юйшань и в итоге отбросил эту дерзкую идею.

Достав таблетку, он закрыл глаза и бросил ее в рот, через силу проглотив ее.

Подождав некоторое время, парень не ощутил никаких изменений, но внезапно легкое покалывание началось в затылке. Наконец ощущение распространилось через его глаза и собралось около бровей.

Это сложно описать, словно невидимые муравьи ползали по его голове.

Нанороботы?

Или специальные гормоны?

Лу Чжоу не знал. Технологии от системы выходят за рамки существующих знаний. Единственное чувство, что он испытывал, это то, что его мозг был свеж, а его мышление чрезвычайно тщательное, почти как у Ньютона или Эйнштейна.

Это сильное чувство напоминало жевание жвачки. Оно не прекращалось.

Парень понял, что это эффект препарата.

Он не раздумывая взял книгу и сел обратно на место. И с дотошностью открыл первую страницу.

Эффект капсулы концентрации отличался от эффекта погружения в чтение его первого задания.

Впечатление тогда напоминало, что все его тело проглотил живой кит.

А сейчас ощущалось, что стимулировалась активность его клеток мозга, позволяя ему одновременно впитывать знания и анализировать их.

Время быстро пролетело и вскоре наступило шесть часов вечера и за окном показался оранжевый горизонт.

Чэнь Юйшань потянулась и посмотрела на Лу Чжоу. Увидев, что он сидит в том же положении, что и час назад, она не могла не восхититься им.

Талант!

Полагаю, так надо заниматься, чтобы быть гением!

Но разве его шея не болит после?

Чэнь Юйшань ткнула его в руку и тихо спросила:

— Младший брат, ты пойдешь в столовую?

Парень покачал головой и ответил:

— Иди без меня, я еще не голоден.

Прошло пять часов. Действие препарата начал спадать, но все еще оставался некоторый эффект.

Ему было интересно, как долго он еще продлиться.

— Тогда я пойду… — произнесла девушка, как вдруг что-то вспомнила и тихо спросила, — Точно, ты еще помнишь о работе, про которую я говорила?

— Да, когда начинать?

Завтра суббота. Как насчет чтобы встретиться утром? Я тебя отвезу на встречу с тетей.

Парень подумал и молча кивнул.

Так или иначе, он свободен и препарат не подействует еще 24 часа.

200 юаней в час. Если он проведет пару занятий, то покроет обучение в следующем году.

Договорившись с ним встретиться у ворот университета в девять часов, Чэнь Юйшань взяла вещи и ушла в столовую.

После ее ухода Лу Чжоу вновь погрузился в учебник.

Постепенно он ясно ощущал, как его сосредоточенность снижается до нормального состояния.

Теперь ему приходилось читать темы по несколько раз, а до этого хватало одного раза.

Самым очевидным изменением стало, что без эффекта препарата он постоянно отвлекался, даже больше, чем обычно.

Он посмотрел на свои записи в тетради. Затем вздохнул и достал телефон, чтобы посмотреть время.

Уже пол восьмого.

И он проголодался.

Эффект таблетки длится пять часов. После эффект в течении часа уменьшается, пока не исчезает.

Без таблеток я вообще не могу учиться. Это не хорошо…

Парень с книгой пошел к библиотекарю. Он вынул свою библиотечную карточку и взял книгу с собою. Затем сложил свои вещи и покинул библиотеку.

По пути в общежитие он зашел в столовую и поужинал лапшой.

Вернувшись, парень сел и продолжил читать учебник.

Ему все равно насколько это медленно, Лу Чжоу просто учился.

Хотя в обычных обстоятельствах его скорость обучения низкая, это не мешало ему повторять то, что он уже выучил. Он все еще мог расширить свои текущие знания.

Конечно, главная причина в том, что он не хотел чрезмерно полагаться на эти капсулы концентрации.

В бутылке их всего 40 и они вскоре закончатся. А учитывая его удачу, получить их вновь будет трудной задачей.

Около 9 часов в комнату вернулся Лю Жуй с занятия по подготовке к конкурсу по математическому моделированию.

Он взглянул на Лу Чжоу все еще занимающегося, положил свой рюкзак и спросил:

— Чжоу, экзамены уже закончились, а ты все еще занимаешься?

— Я все равно бездельничаю и в последнее время делать больше нечего, — с улыбкой ответил парень.

Лю Жуй посмотрел на книгу, что читал Лу Чжоу, и промолчал.

Он заметил, что стал спокойнее после того, как принял эту ситуацию.

Если бы они были близки по уровню навыков он все еще мог бы надеяться наверстать упущенное. Однако разница между 90 и максимальными баллами слишком велика. У него даже не находилось мотивации пытаться.

Ему все еще больно вспоминать про это.

За месяц до экзаменов, только проснувшись и пока не лег, он учил каждую свободную секунду. Лу Чжоу все еще работал неполный день, но как-то всполошился перед экзаменами. Он немного попытался и с легкостью превзошел Ло Жуньдуна.

Лю Жуй не понимал, что случилось с Лу Чжоу, отчего тот стал таким невероятным.

В итоге он не сдержался и попытался прояснить свое замешательство:

— Чжоу, у тебя есть какой-нибудь метод, чтобы учить математику? Можешь рассказать мне?

Лю Жуй слегка покраснел, говоря такое.

Раньше он никогда не помогал, когда соседи просили его.

Лу Чжоу прервался и серьезно задумался.

— Тоже не знаю… может, это талант?

— …

Услышав это, Лю Жуя чуть не вывернуло.

Перестань прикидываться. Хоть я и глуп, прояви хоть немного уважения!

Лу Чжоу посмотрел в спину Лю Жую и вздохнул про себя, понимая, что его друг спятил.

Но что он мог сделать?

Он тоже в отчаянии.

Не могу же я сказать всем, что у меня в голове система?

Глава 30. Давай сыграем в шашки, ходи первым

Ранним утром Лу Чжоу поднялся с кровати, умылся в ванной и пошел завтракать.

По пути он увидел, как Лин Юйсян шла вместе с высоким парнем.

Они смеялись и, судя по всему, были очень близки, примерно на том уровне, чтобы уже держаться за руки.

Он нес чемодан и, похоже, провожал ее на вокзал.

Чтобы не смущаться лишний раз, Лу Чжоу не стал здороваться. Он просто вздохнул и пожалел Ван Сяодуна.

Как и ожидалось, его интуиция не подвела.

Он не спеша подошел к главным воротам и посмотрел на время в телефоне. Было ровно девять часов.

Неподалёку под деревом стояла красивая фигура. Она помахала ему, словно говоря «я здесь».

Заметив Чэнь Юйшнань, он подошел к ней.

Сегодня ее внешность разительно отличалась от той, что обычно в библиотеке. Словно это другой человек.

Круглые очки заменены на контактные линзы, обычная челка превратилась в модную воздушную челку. Она была в футболке на одно плечо, джинсовых шортах и паре белых сандалий. Можно даже увидеть ее милые светлые пальцы на ногах.

Увидев, что парень подошел, она произнесла:

— Наконец-то ты пришел.

Очевидно, что она ждала его какое-то время.

Он, извиняясь, ответил:

— Разве сейчас не девять?

Девушка закатила глаза и фыркнула:

— Ух ты, вовремя! Я не могу с тобою спорить! — она помахала телефоном и добавила, — нам не далеко, я вызвала такси.

Парень удивился почему они не пошли пешком, если место близко. Он немного замешкал, но решил не спрашивать ее.

Вскоре подъехало такси и пара села на заднее сиденье.

Лу Чжоу задумался о зарплате 200 юаней в час и о своей неопытности в обучении. И не мог не ощущать беспокойства. В итоге решил спросить у девушки, какова ситуация:

— Твоя двоюродная сестра по какому направлению учиться? Как ее оценки?

Чэнь Юйшань задумалась и с неуверенностью ответила:

— Вроде, естествознание. Но ее оценки по математике, физике, химии и биологии довольно паршивые.

Ясно, остался язык и английский.

Парень не мог не спросить:

— Тогда почему она не выбрала гуманитарное направление?

Девушка немного помедлила с ответом, поскольку тоже не знала:

— Если бы знала.

Немного поболтав, они наконец приехали и, выйдя из машины на оживленную улицу, пошли к кафе за углом.

Внутри кафе стояла стильная мебель, а сам декор был выполнен в элегантном стиле. Поскольку сейчас еще раннее утро, места в основном пустовали.

Чэнь Юйшань с Лу Чжоу вошли внутрь и направились к задней части кафе.

30-летняя женщина сидела рядом с книжными полками. Ее черные волосы аккуратно завязаны за головой. Она держала книгу в руках и спокойно читала. По ее одежде становилось понятно, что она принадлежит не низкому классу.

Парень ощутил сильное чувство власти, исходящее от нее, и мог сказать, что у нее высокий статус. Она либо из законодательной отрасли, либо управляющая в компании или вообще даже генеральный директор…

Женщина выглядела значительно моложе, чем ей есть на самом деле.

Чэнь Юйшань дружелюбно поприветствовала ее, перед тем как представить парня:

— Тетя, это студент Лу Чжоу, о котором я рассказывала. Он супер гениальный, особенно в математике. Потрясающий! Он однозначно сможет преподавать математику Мэнци!

Женщина улыбнулась Чэнь Юйшань и повернулась к парню:

— Здравствуй.

— Здравствуйте, — ответил нервно парень.

— Перестаньте стоять и садитесь, — произнесла женщина. Ласково улыбнулась и спросила, — хотите что-нибудь заказать?

Чэнь Юйшань улыбнулась и сказала:

— Я хочу большой мокко.

Лу Чжоу вежливо ответил:

— Мне просто воды.

— Не надо быть таким вежливым, — Произнесла все также с улыбкой женщина и нажала на кнопку на столе, после чего подошел официант, — Чашку мокко и американо.

Опустив меню и взглянув на Лу Чжоу, она продолжила:

— Американо тут совсем не горькое и у него сильный шоколадный вкус. Хорошо для начинающих, рекомендую попробовать тебе.

Похоже, она властная женщина, любящая все контролировать.

Трудно представить, что у такого родителя будет ребенок с плохими оценками….

Подумал про себя парень, но лицо у него осталось вежливым, потом улыбнулся и сказал:

— Тогда… с удовольствием приму ваше предложение.

Женщина улыбнулась и спросила:

— Студенты университета Цзиньлин слишком вежливые. Ты изучаешь гуманитарные науки?

— Я с факультет математики.

Она удивленно на него посмотрела, но ничего не сказала. Сделав глоток из своей кофейной чашки, просто вынула визитку из сумки и положила на стол, подвинув ее к парню.

— Вот моя визитка.

Парень удивился, посмотрев на карточку.

Ян Даньци, председатель и генеральный директор Yali Fashion. Контактный номер: ХХХХ…

Он никогда не слышал о Yali Fashion раньше, но он определенно знал о должностях председателя и генерального директора.

Вы занимаете две должности в компании? Вы не перегружены?

— Эм… у меня нет визитки. Извините.

— Все нормально, я понимаю. Можешь просто добавить меня в WeChat, — ответила женщина.

Лу Чжоу достал свой телефон и по номеру телефона на визитке добавил ее в свой WeChat, так же попытавшись запомнить ее имя.

Тут подошел официант с подносом и поставил на стол две чашки кофе.

— Шань Шань уже говорила тебе об оплате, поэтому, думаю, ты уже понял, — заговорила Ян Даньци. Она скрестила ноги и спокойно продолжила, — 200 юаней в час, плюс транспортные расходы. Каждую субботу с часа дня до шести вечера. Есть вопросы?

Она добавилась в WeChat.

Лу Чжоу неподвижно сидел и кивнул:

— Никаких.

Ян Даньци кивнула:

— Хорошо, тогда можешь приступать с завтрашнего дня. Адрес указан на обратной стороне визитки. Шань Шань может проводить тебя.

Вот так? Так легко?

Лу Чжоу не мог поверить в это.

Он даже не видел ученика. Ему не нужно встретиться с ней и проверить подходит ли он?

Словно видя сомнения у парня, женщина сделала глоток кофе и пояснила:

— Тебя рекомендовала Шань Шань, поэтому я верю, что ты способный. Ты в университете Цзиньлин, поэтому тебе также самому надо учиться. И я не люблю тянуть и предпочитаю решать вопросы сразу. Если ты не справишься, я могу просто заменить тебя.

Парень хотел спросить какой у нее стандарт.

Но немного подумал и решил на задавать такой вопрос. Он просто решительно ответил:

— Не волнуйтесь. Я определенно отработаю эти деньги.

Главный навык продавца заставить клиента доверять тебя. Поэтому не нужно задавать глупых вопросов и просто хорошо выполнять свою работу.

Лу Чжоу узнал об этом, когда устанавливал роутеры людям.

Ян Даньци вежливо улыбнулась и кивнула:

— Твоя решимость, заставляет меня доверять тебе.

Она посмотрела на часы и убрала телефон в сумку, потом произнесла:

— Уже поздно. У меня еще встреча, поэтому я возвращаюсь в офис. Вы с Шань Шань можете поесть здесь, если хотите. Я уже поговорила с персоналом и оплачу ваш счет сегодня. Рекомендую пиццу, она очень вкусная.

— До встречи, тетя.

— Те… до встречи, госпожа Ян.

Ян Даньци ушла. А Чэнь Юйшань громко начала смеяться и подколола Лу Чжоу:

— Ты почти назвал ее тетя?

— Да, — признался парень.

Чэнь Юйшань сказала:

— По идеи ты можешь звать ее тетей, поскольку ей уже за сорок, но она не любит, когда другие так ее зовут. Поэтому просто зови ее госпожа Ян.

Лу Чжоу уяснил и кивнул.

Строго говоря, женщины, следящие за своей внешностью, очень чувствительны к возрасту.

Будет лучше, если он сможет избежать этого минного поля, чтобы сохранить работу за 200 юаней в час.

Парень спросил:

— Что теперь делаем? Подождем до двенадцати часов… обеда?

— Можешь поесть, пока ждешь. За тебя платят. Разве ты это не любишь больше всего — со смехом ответила девушка, — конечно не обязательно сидеть здесь, можем пойти и погулять, в любом случае сегодня угощаешь ты.

Тогда подождем здесь.

Цены тут были высокие и он ничего не мог себе позволить.

Лу Чжоу взял книгу с полки и стал читать.

Девушка долго смотрела на него, пока он не перестал совсем реагировать. Наконец она не сдержалась и спросила:

— Ты умеешь только читать?

Не имея выбора, парень переспросил:

— А что еще делать?

Двух человек недостаточно для настольных игр, а телефоны у них были слишком дрянные для видеоигр. Казалось, единственное, чем они могут заняться это чтение.

Чэнь Юйшань оглянулась и увидела рядом с ними двух человек. Ее глаза загорелись, и она сказала:

— Подожди немного, сейчас вернусь.

После чего пошла к стойке регистрации в кафе.

Парню стало интересно, что она хочет. Вскоре она вернулась и села назад.

Вернувшись, у нее в руках был набор шашек. Положив его на стол, она взволнованно произнесла:

— Давай сыграем, ходи первым.

Лу Чжоу мог лишь промолчать.

Глава 31. Сколько не ем, все не толстею

Чэнь Юйшань кусала большой палец и хмурилась, глядя на доску для шашек в глубоком раздумье.

Бесспорно, проиграла…

Без шансов.

Она долго думала и наконец приняла поражение, после чего предложила вызывающим тоном.

— Еще раз.

Лу Чжоу вздохнул и посмотрел на небо.

— Можно мне просто сдаться?

— Нет!

Девушка так сильно злилась, что хотела топать ногами.

Над ней всегда «насмехались», когда она задавала вопросы по математике: «Это слишком просто», «очередная задачка про оценку», «Сможешь ли ты сдать экзамены?». Она хотела вернуть себе лицо, играя в шашки, но парень не давай ей и шанса и выиграл десять игр подряд. Он даже позволил ей ходить первой.

Может мой IQ слишком низкий?

Она проучилась уже три года, ее называли гением, но теперь она внезапно стала сомневаться по поводу своей жизни.

Чэнь Юйшань упорно подталкивала доску и по-прежнему хотела играть. Лу Чжоу не мог не спросить:

— Можно спрошу?

Девушка раздраженно ответила:

— Спрашивай.

Парень серьезно спросил:

— С чего ты решила, что хороша в шашках?

Услышав вопрос, она покраснела и неловко сказала:

— Когда я была маленькой, я никогда не проигрывала родителям…

— Насколько маленькой?

Девушка пробормотала:

— Думаю, в начальной школе.

Боже мой!

Ты все еще помнишь про события из начальной школы?!

Твои родители явно поддавались тебе. Ты играла против других людей?!

Парень не знал почему, но ему вдруг стало жаль ее.

Они съели объеденную пиццу из морепродуктов на обед. Госпожа Ян не соврала, пицца в кафе очень вкусная.

Хотя она немного дорогая, Лу Чжоу не платил за это. У него даже осталось место в животе, и он заказал мороженое на десерт.

Глядя как, парень счастливо ест, Чэнь Юйшань, сидящая с противоположной стороны и евшая бутерброд, не могла не пожаловаться:

— Ты определенно много ешь. Ты потолстеешь, если не будешь осторожен.

— Надеюсь, что да, — небрежно ответил тот, поедая высококалорийное мороженое и шоколадный мусс, — не знаю почему, но сколько не ем, все не могу потолстеть.

Стало неожиданно тихо, поскольку Чэнь Юйшань замолчала.

Эм…

Это шутка была оскорбительной?

Я чувствую исходящую обиду…

Парень не мог не вздрогнуть.

………………………………………….

Наступило уже два часа дня, они вернулись в университет в пик жары.

Чэнь Юйшань боялась загореть на солнце, поэтому не оставалась долго на улице. Попрощавшись с Лу Чжоу, девушка вернулась в свое общежитие.

Заметив, что еще рано, парень заскочил в общежитие, взял там ноутбук и учебник взятый в библиотеке, после чего отправился в корпус математики и нашел свободное место в аудитории.

Должно пройти еще четыре часа, перед тем как иммунитет к препарату спадет. Он может выпить капсулу в шесть часов и проучиться до одиннадцати, даже двенадцати часов, но библиотека уже закроется, и он не сможет заниматься в ней.

Первоначально парень планировал использовать капсулы через день, но завтра он будет занят. Чтобы не тратить драгоценное время и как можно скорее получить награду за задание, он решил сегодня выложиться на полную.

Включив ноутбук и проверив почту, он увидел, что Ван Сяодун отправил ему законченную программу.

Лу Чжоу посмотрел программу и скачал код, после чего начал писать статью в соответствии с форматом математической модели.

Он провел весь день заканчивая статью. Затем прикрепил ее и программу к письму и отправил его профессору Лю.

Сначала поем, после чего приступлю к работе.

Подумал парень, потянулся и покинул аудиторию.

Во время летних каникул столовая пустовала.

Работники столовой в отпусках и выбор еды становился не таким разнообразным, но зато не нужно выстраиваться в очередь.

Но это не повлияло на Лу Чжоу, который всегда на ужин ел лапшу.

Увидев профессора Тана, Лу Чжоу подошел поприветствовать его, сев напротив профессора.

Тан Чживэй увидел Лу Чжоу и засмеялся, прежде чем спросить:

— Как подготовка к конкурсу?

Тоже засмеявшись, парень ответил:

— Все хорошо. Только что отправил домашнюю работу профессору Лю.

— Что ты сейчас изучаешь?

Лу Чжоу понял, что тот спрашивал не про математическое моделирования, поэтому подумал и ответил:

— Недавно прочитал работу, посвященную прогрессу исследований GIMPS...

Брови профессора в удивлении выгнулись. Он удивился и спросил:

— Из китайской академии наук?

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Да, я прочитал статью 1992 года, распределение простых чисел Мерсенна, и мне показалась она очень интересной. К сожалению, работа была короткой и лишь с одним заключением, поэтому я продолжил изучать эту тему.

— О, я знаю про что ты, — произнес с ностальгией Чжан Чживэй, — Эта работа господина Чжоу внесла значительный вклад в китайское математическое сообщество.

К сожалению, она была слишком короткой, всего на две страницы. Хотя он предложил точную формулу для простых чисел Мерсенна, он не предоставил доказательств. В конце концов, она была опубликована лишь как гипотеза.

Профессор Тан немного подумал, посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся:

— Что случилось с изучением линейных функций? Почему ты взялся за простые числа Мерсенна?

— О… просто из интереса?

Парень даже сам не верил в это и в его голосе звучала неуверенность.

Профессор не поверил ему, он покачал головой и серьезно сказал:

— Твой талант в математике огромен, но ты слишком импульсивный. Ты ничего не добьешься, прыгая по темам. Ты слишком прагматичен. Думаешь простые числа Мерсенна легко решить? Упомянутый тобою проект занял целых восемь лет и даже не подтвердилось было ли 44-е число Мерсенна действительно 44-м. Думаешь, что деньги в награду легко получить?

Хотя они нашли 44-е простое число Мерсенна в 2006 году, они все еще не знали, были ли еще между 43-м и 44-м простые числа.

Это было потому, что число слишком велико, а объем вычислений за гранью воображения.

Согласно критериям вознаграждения проекта GIMPS, если кто-то хотел получить его, ему нужно получить первые 100 миллионов простых чисел Мерсенна. Награда не была пропорционально проделанной работе. В конце концов за такое большое количество чисел давали всего 150 тысяч долларов США. Цена не оправдывала средств.

Было бы выгоднее добывать биткоины, чем проводить математические вычисления.

Профессор Тан знал, что Лу Чжоу гонится за деньгами.

Парень улыбнулся извиняясь, но не опроверг.

Было бы слишком проблематично объяснить все профессору.

Боюсь, он меня неправильно поймет, если захочу объяснить.

Тан Чживэй увидел, что парень не ответил. Вздохнув, он серьезно сказал:

— Ваша статья превосходна. Я разговаривал с несколькими профессорами по физики. Они согласны со мною, что если ты продолжишь работать в этой области, то обязательно добьешься успеха в течении двух лет. Даже, если ты прагматик, тебе все равно следует смотреть на долгосрочные перспективы.

Парень тихо спросил:

— Профессор, значит вы не рекомендуете мне продолжать изучение этой области?

Профессор Тан покачал головой и ответил:

— Это не то, что я имел ввиду. Просто мне не нравится эта область. Во-первых, она это слишком застойная отрасль, во-вторых, трудно получить результаты. В-третьих, я сам провел много исследований в ней, поэтому не смогу помочь тебе. Если ты действительно заинтересован, то не буду трогать тебя. Но ты тормозишь себя же, если гонишься лишь за деньгами. Я уже многое сказал, так что подумай сам!

Глава 32. Правильный метод использования системы — полностью измотать себя?

Выслушав искренние слова Профессора Тана, Лу Чжоу растрогался.

Профессор Тан беспокоится обо мне!

Но у меня нет выбора. Система предоставила мне доказательство и бесполезно не использовать его.

После обеда Лу Чжоу пошел в библиотеку за книгами из списка системы. Библиотекарь смотрел как он берет аналитическую геометрию, обыкновенные дифференциальные уравнение, комплексные преобразования действительных функций, функциональные анализ, топологию и дифференциальную геометрию, и другие учебники.

Треть списка содержала книги по математике.

Если он закончит их, то считай пройдет всю программу бакалавриата.

Но…

Парень посмотрел на бутылку с капсулами и подумал:

Хватит ли сорока штук?

Он не был уверен.

Ну, переживать об этом придется позже.

Лу Чжоу открыл предварительно подготовленную бутылку с водой и положил капсулу в рот.

И быстро погрузился в состояние концентрации, которое уже испытывал ранее.

……………………

Лучи утреннего солнца светили через окно.

Ветер колыхал шторы, а за окном раздавались гудящие звуки. Парень лежал, уперевшись головой в стол, его ресницы задергались, и он неспешно открыл глаза.

— Ух....

Все его тело ныло, особенно шея.

Он провел целую ночь учась так, что даже не помнил, когда заснул. Просто припоминал, что сильно устал и посмотрел на время на телефоне. А потом, его голова опустилась на учебник, и он уже крепко спал.

В аудитории не отключался свет для студентов, готовящихся к вступительным экзаменам. Летом охрана не настолько серьезна, поэтому его никто не разбудил, и он проспал всю ночь.

Который сейчас час?

Телефон парня был разряжен, включив его он внезапно закричал:

— Уже одиннадцать… У меня занятие во второй половине дня.

Он просто посидел какое-то время на месте, затем покачал туманной головой и пошел в ванную.

Лу Чжоу плеснул холодной водой себе в лицо и ощутил себя намного лучше. Вернувшись в аудиторию передохнуть, воспоминания о вчерашнем дне постепенно возвращались к нему.

В прошлый раз он сделал вывод, что препарат даже через пять часов будет иметь остаточный эффект.

Чтобы узнать предел капсулы, парень решил испытать ее в среду без каких-либо помех.

Результат стал неожиданным.

Он обнаружил, что, устранив все отвлекающих объекты, даже через пять часов его мозг все еще будет под воздействием препарата. И без перерывов и отвлекающих факторов он вполне способен поддерживать состояние концентрации.

Но постоянное состояние в такой концентрации может пагубно сказаться на его мозге. Сначала начинаются слабые головные боли, потом его тело включит механизм самозащиты, и он упадет без сознания.

— Полагаю, что пятичасовой период действия эффекта не абсолютен и его можно увеличить на 50%, если попытаться. Особенно если я буду уставшим и пробьюсь через свой предел, мой мозг станет очень острым… Ну, побочные эффекты, это просто как не спать всю ночь.

Разговаривая сам с собою, он не мог не зевнуть.

— Похоже, что после приема капсулы, я должен измотать себя для достижения максимального эффекта.

Лу Чжоу размял шею, закрыл глаза и вошел в пространство системы, после чего открыл информацию о задании.

[Прогресс задания 2/30]

Похоже, что система засчитала два учебника по «линейной алгебре» и «аналитической геометрии». Далее идут обыкновенные дифференциальные уравнения.

Если он продолжит с таким же импульсом, то «бонусное задание» с этими 40 капсулами не такая проблема!

………………………

Парень сложил вещи в рюкзак и сначала заскочил в общежитие. Приняв душ и одевшись в чистую одежду, он покинул территорию университета и вызвал такси. Он показал водителю адрес на визитке.

Летом в городе Цзиньлин очень жарко.

В любом случае, его транспортные расходы оплачиваются. Поэтому он не хотел потеть в автобусе и взял такси.

Вскоре такси привезло его в жилой район под названием «фиолетовый сад». Парень вылез из машины и нервно осмотрелся.

Это сообщество действительно достойно называться «садом». Все выглядело очень изящно.

Этот район считался лучшим рядом с деловым районом. Вокруг много зелени, а квартиры роскошные. Жить здесь, должно быть, невообразимо дорого. Только так называемая элита могла себе это позволить.

Это не 100 миллионов простых чисел Мерсенна, даже решив гипотезу Билла и получив миллион долларов, купить квартиру тут все равно будет не по карману.

Лу Чжоу посмотрел на охранника, а охранник взглянул на него. Очевидно, что Лу Чжоу здесь не жил, поэтому охранник не собирался его пропускать.

Парень был беспомощен и поэтому позвонил госпоже Ян. Она набрала в комнату охраны и сказала службе безопасности пропустить его.

Выйдя из лифта, он нажал на дверной звонок. Внезапно он услышал, как за дверью раздавались крики и шум.

— Тебе на меня плевать, не притворяйся, что все делаешь ради моего блага!

Стук!

Лу Чжоу все еще слышал через дверь приглушенный удар.

Черт…

Похоже эта работа не очень хорошая.

Лу Чжоу колебался, думая, стоит ли ему уйти.

Внезапно послышались шаги и дверь открылась.

Госпожа Ян показалась в дверях.

Парень удивился, увидев ее. И по холодному лицу он понял, что она поругалась с дочерью.

Она спокойно сказала:

— Учитель Лу, да. Тут есть тапочки, пожалуйста, входи.

С легкой улыбкой, Лу Чжоу ответил:

— Я не учитель, зовите меня просто Лу Чжоу.

— Репетитор все еще учитель. Пожалуйста, проходи.

Лу Чжоу прошел и заметил кучу битого стекла, что, судя по всему, когда-то было произведением искусства.

Рядом была закрытая дверь, он посчитал, что это, скорее всего, комната Чэнь Юйшань.

Госпожа Ян не оставила его в гостиной, вместо этого она проводила его в кабинет. Улыбнувшись она указала ему сесть.

— Извиняюсь, что пришлось увидеть такое…

Это немного неловко…

Парень улыбнулся и не ответил.

Он тут по работе и не хотел влезать в дела их семьи.

Госпожа Ян ничего не сказала и достала пачку сигарет, затем спросила:

— Ты куришь?

— Нет, — парень отказался.

Госпожа Ян кивнула и промолчала. Закрыв пачку сигарет и посмотрев на часы на стене, она сказала слегка уставшим тоном:

— Сейчас час. До 18-00 я работаю Позаботься о Хань Менци в это время. Я положила в кабинете все ее учебники, экзаменационные и учебные материалы, что купила для нее. Просто обучи ее математике.

— Она сейчас в порядке? — нерешительно спросил Лу Чжоу.

Если она заперлась в комнате, он не сможет учить ее.

— Все нормально, — ответила госпожа Ян. Безэмоционально она вытащила набор ключей и положила их на стол, — это ее ключ от комнаты.

Что?

И ты называешься себя матерью?

Это слишком серьезно!

— Думаю…

— Что?

— Ничего… — покачал головой Лу Чжоу.

Он хотел сказать, что это усилит напряженность между ними, но он всего лишь чужой. Это не его дело, лезть и говорить замечания по поводу семьи другим, это слишком деликатный вопрос.

Кроме того, он верил, что госпожа Ян не посмотрит на ситуацию с его точки зрения.

Просто…

Он не знал, все равно ей или она в отчаянии.

Госпожа Ян встала и сказала;

— Тогда вот тебе ключи. У нее будет ежемесячное тестирование перед праздниками в конце июля. Если ее результаты превысят 100 баллов, ты получишь бонус. Если она не получит даже 80, то подумаю о смене репетитора.

Она даже не стала ждать ответа от парня и покинула кабинет.

— О, еще одно. Чтобы она не сбежала, я запру дверь снаружи. Надеюсь, ты не против?

— Все нормально, — ответил парень кивнув.

Она вернется в шесть и ему всё равно больше некуда идти.

Но…

Даже если твоя племянница порекомендовала меня, можно ли запирать незнакомца в доме со своей дочерью?

Однако ее следующие слова разрушили его сомнения.

— Также по квартире расположены множество камер видеонаблюдения. И нигде нету мертвых зон. Если думаешь, что это нарушает твою конфиденциальность, не бойся говори.

Выражение ее лица не изменилось, говоря это, но парень ощутил, что она предупреждает его.

Как и ожидалось…

Вы все еще мать?

— Все в порядке.

Во всяком случае, у Лу Чжоу не было желания сделать что-то неправильное. Он тут просто из-за работы.

Что касается камер, то они есть в библиотеке и кабинетах, и он привык к такому.

Однако, узнав, что по дому установлена куча камер наблюдения, он осознал, почему между матерью и дочерью так много напряжения.

Глава 33. Настырный таракан

Все объяснив, госпожа Ян покинула квартиру.

Лу Чжоу стоял перед дверью Хань Менци, и задумчиво смотрел на ключи в руке. В итоге он убрал ключи в карман и постучал в дверь.

Хлоп!

Лу Чжоу услышал приглушённый звук.

Словно в дверь кинули подушку.

— Уходи, предупреждаю тебя! Я вызову полицию, если войдешь!

У нее неприятный характер…

А вот голос приятный.

Парень пожал плечами и не злился. Он ответил через дверь:

— Мне все равно. В любом случае мне заплатят. Но тебе это нужно? Я получу тысячу юаней просто отсидев пять часов.

Любому же станет дурно, если он услышит про тысячу юаней, да?

Лу Чжоу попытался изменить подход, но он недооценил подход к деньгам богатых людей.

— О, — из-за двери раздался холодный голос. Хань Менци громко ответила с безразличием, — Делай, что хочешь. У этой женщины навалом денег. Всем пофигу, как она тратит их, можешь попросить усыновить тебя.

Эта девушка…

Судя по ее тону, между матерью и дочерью сильная ненависть.

Парень немного прождал под дверью и, увидев, что эта малявка не планирует открывать дверь, не захотел тратить время и поэтому пошел в кабинет, перенеся все учебные материалы в гостиную.

Он давно не прикасался к школьным материалам, но, когда стал просматривать их, они казались ему простыми. В конце концов он учился в одном из лучших университетов Китая. Он уже превзошел тысячи воинов и для него это ничего особенного.

Сидя на диване и просматривая учебники, Лу Чжоу вдруг заметил разбитое стекло на полу и не мог не нахмуриться.

У него снова проснулось обсессивно компульсивное расстройство.

Вздохнув, он встал и пошел в туалет, чтобы найти метлу. Ему хотелось навестить порядок для начала.

Однако, как только он собирался поставить метлу, из запертой комнаты раздался пронзительный крик.

— А-а-а-а!

Лу Чжоу потрясенно подумал, что что-то случилось, он быстро бросил метлу и кинулся в комнату.

Используя ключ и открыв дверь, он толкнул ее. Неизвестный черный объект полз к нему.

Таракан?

Парень подсознательно раздавил его и вошел в комнату, спросив:

— Что случилось?

Из-за плотно задернутых штор, в комнате царил кромешный мрак.

Трудно представить, что это комната девушки. Еще сложнее представить, что это комната в роскошной квартире.

Количество грязи сопоставимо с его общежитием.

Книги и игрушки свалены в угол. Пакеты с фастфудом валялись на полу. Он даже увидел чипсы на полу… Неудивительно, что сюда пробрался таракан в поисках еды. Его привлекла жирная и нездоровая пища.

Маленькая фигура с длинными, немного сальными, волосами и дрожащими коленями сидела в углу кровати в обнимку с подушкой. Ее светлое лицо застыло, а губы посинели. Словно она увидела призрака.

— Умри, умри…

— Умри?

— Он мертв? — спросила Хань Менци, прикусывая губы и смотря вниз кровати. Она боялась коснуться пола.

Лу Чжоу помолчал и посмотрел на таракана под ногами.

— Ты про… таракана?

Девушка нервно кивнула.

— Он мертв. Вот он. — вздохнул Лу Чжоу, указывая пальцем.

Он думал, что что-то случилось, а это просто букашка.

Я уже растоптал его.

Почему тебе так страшно?

Услышав, что ее враг мертв, она наконец-то успокоилась и расслабилась.

Но она быстро уставилась на Лу Чжоу, словно он теперь ее враг, после чего махнула своим айфоном и предупредила:

— Кто, кто разрешил тебе входить! Уходи или я позвоню в полицию! Зачем ты включил свет, невежливый мудак!

Она подняла руки прикрываясь, когда яркий свет пронзил ее глаза.

Парень ничего не ответил и пошел в ванную за метлой.

Он везде убрался в ее комнате, не тронув лишь кровать и узких углов.

После уборки он был в шоке.

Глядя на выметенную кучу мусора, Лу Чжоу протер пыль с лица и не мог не ругаться:

— Почему в твоей комнате так много фастфуда? Тараканы твои домашние животные?

Девушка покраснела и сердито ответила:

— Занимайся своими делами!

Парень посмотрел на нее и коробку с фастфудом, а затем спросил:

— Ты съела это на обед?

— …

Хан Мэнци фыркнула и не ответила.

Лу Чжоу ничего не сказал, вытащил мешок с мусором из комнаты, и даже закрыл за собою дверь.

Девушка увидела закрывшуюся дверь и удивилась. Она перестала держаться за подушку. Для нее стало неожиданностью, что репетитор, которого нашла ее бессердечная мать, так быстро «сдастся». Она уже подготовила долгосрочный план противостояния, но теперь чувствовала, что это все было не нужно…

Парень вернулся в гостиную и начал читать школьные учебники по математике, разложив книги по журнальному столику.

Тут не только учебники, еще дополнительные материалы. Госпожа Ян также оставила тесты за прошлые месяцы. Это действительно правда, что оценки ее дочери по математике совершенно плохие.

Она едва набирала 75 баллов из 150, а ее самый высокий показатель 80.

С такими оценками проблематично попасть в университет.

Однако, ее оценки по языку очень хорошие. Прочитав ее эссе, парень удивился насколько литературным оно написано. Ее английский тоже хороший. Обычно больше 120 баллов. Что касается остальных технических предметов, некоторые из них с хорошими оценками, другие с плохими, и ему трудно судить.

— Почему ее интересует наука… почему бы не выбрать гуманитарное направление?

Парень покачал головой и взял ручку со стола. Потом начал писать на пустом листе А4.

Математика в старшей школе не сложная. Она проверяла способности использовать знания, просто оценивала умение запоминать знания.

Требуемые темы просто примеры и элементарные функции. Обучение этому займет около 40 часов. Одна лекция по продвинутой алгебре содержала больше информации чем это.

Поэтому многие, будучи отличниками в школе, после поступления в университет испытывали проблемы, поскольку преподаватели в университете не преподавали со скоростью поезда. Они давали материал со скоростью ракеты.

Основа знаний математики у Хань Мэнци просто ужасен, но Лу Чжоу все еще видел шанс на спасение.

Ведь экзамены — это не соревнования, а просто проверка основ.

Изучив основы, она, возможно, не сможет получить 140, но 120 получит точно.

Четыре учебника выглядели страшно, но темы внутри одинаковые… по крайней мере, так показалось Лу Чжуо, который осилил весь учебник по аналитической геометрии за ночь.

Прежде всего он должен составить план и обобщить все темы в книгах, затем просмотреть предыдущие тестовые работы девушки и пометить темы в которых она плавала… На самом деле, она должна была сделать это сама.

В конце концов, не важно, насколько капризный его «клиент». Парень чувствовал, раз взялся за работу, то должен стараться изо всех сил.

Это стоило 200 юаней в час. Даже при том, что он не знал о рынке репетиторства, он понимал, что плата необычно большая.

Так прошло время.

Наступило уже пол пятого, когда Лу Чжоу потянулся и размял плечи.

Он посмотрел на полностью исписанный лист А4 и не мог сдержать улыбку.

Хотя вначале было немного хлопотно, но стало приятно вернуться и посмотреть, чего он достиг.

Уже почти шесть часов.

Из двери по соседству раздался шум, и маленькая фигура вышла.

Лу Чжоу посмотрел и увидел, что она сменила пижаму на джинсы и футболку, но ее волосы все еще грязные.

Скорее всего ему только казалось, но он чувствовал, что она стала еще меньше, чем, когда сидела в кровати.

Особенно ее плоское тело, словно стиральная доска. Она полная противоположность своей двоюродной сестре.

— Что пялишься? Я позвоню в полицию!

Парень вздохнул и ответил:

— Прекрати угрожать мне полицией. Я даже ничего не сделал. Тебе нужна причина для вызова полиции. Ложные вызовы также незаконны, так что подумай про это.

— …

Спокойствие парня ошеломило Хань Мэнци, она прикусила губу, но ничего не сказала и пошла в ванную.

Лу Чжоу увидел, что дверь ванной закрылась и понял, что она захотела в туалет.

А я думал, отчего она вышла.

Вскоре из ванной донесся соответствующий звук. Хань Мэнци умылась и вышла с напряженным лицом.

Она проходила мимо гостиной и заметила предметы на столике, и спросила нахмурившись:

— Что это?

— Ты не узнаешь собственные учебники? Когда ты последний раз училась?

Она посмотрела на лист А4 и сказала:

— Не твое дело, — развернувшись, она пошла на кухню, — я голодна, можешь есть, что хочешь.

— Твоя мама скоро вернется. Разве ты не должна подождать ее? — спросил парень. Он облокотился на диван и задрал ноги к верху, посмотрев в спину Хань Мэнци и серьезно сказал, — думаю, лучше, когда все семья ест вместе.

Девушка обернулась и холодно рассмеялась.

Не типичный для подростка смех.

— Подождать ее? Она тебе не отправила сообщение?

Глава 34. Не ценят деньги

Лу Чжоу немного ошеломленно вытащил телефон и увидел, что госпожа Ян в самом деле отправила ему сообщение.

[Учитель Лу, мои извинения. У меня встреча в офисе, и я не смогу вернуться. Возможно я вернусь лишь к десяти часам. Я заплачу вам двойную плату за доставленные неудобства. Надеюсь, вы сможете простить меня.]

Двойная оплата.

Это, выходит, 400 юаней в час?

Парень вздохнул и подумал:

Госпожа, не будьте вежливы. Можете даже не возвращаться сегодня!

Но очевидно, он понимал, что такого не случится.

— Ты предпочитаешь говядину или курицу? — спросила Хань Мэнци, высунув голову с кухни и посмотрев на парня, — в холодильнике лишь бутерброды. Эта женщина заперла дверь и нельзя заказать доставку еды.

Парень взглянул на замороженный бутерброд в ее руке и спросил:

— Ты будешь это на ужин?

— Какие-то проблемы? — спросила девушка, ей было все равно.

Само собой!

Лу Чжоу вздохнул и встал с дивана, направляясь на кухню.

Хань Мэнци подозрительно спросила, сделав шаг назад:

— Что ты хочешь?

— Приготовить немного еды.

— Ты умеешь готовить? — спросила девушка, вытаращив глаза, словно не верила ему.

Парень начал мыть кастрюлю, улыбнулся и спросил:

— Да, думаешь, я такой же как ты?

— На что ты намекаешь? — спросила она, недовольно вскинув подбородок.

— Ни на что. Если тебе нечего делать, иди прочитай, что я написал. В гостиной на столе. Это поможет тебе, — произнес Лу Чжоу, даже не повернувшись и ополаскивая кастрюлю.

В этой семье не готовили так долго, что на кастрюле образовался слой пыли. Парню пришлось вымыть её несколько раз, чтобы хорошенько очистить.

Помимо бутербродов, в холодильники также имелись свежие продукты. Как бы назвала её дочка, «эта женщина» готовила салаты.

— Я пожарю капусту и куриную грудку с чили. Хватит двух блюд. И приготовлю две чашки риса. Если будет слишком много, то сам больше съем.

Лу Чжоу вымыл руки и положил на кухонную столешницу разделочную доску. Своими опытными руками он начал нарезать еду. Куриная грудка немного хлопотная в приготовлении, ее вначале нужно отварить, и температура не должна быть слишком высокой, иначе мясо будет жестким и его трудно будет жевать.

Однако для парня это не стало проблемой.

В то время, когда его мать болела, он готовил для своей семьи почти ежедневно. Хотя он не был на кухне уже два года, все еще не растерял навыков.

Сидя на диване в гостиной и слушая звуки с кухни, Хань Мэнци смотрела на наброски, которые парень написал для нее за день, и почувствовала себя настолько раздраженной, что не могла сосредоточиться.

Через некоторое время дверь кухни открылась и аромат еды проник в ее нос.

Девушка дернула нос, ее живот заурчал и у нее чуть не потекли слюни из рта.

В этот момент парень окликнул ее:

— Иди есть, если голодна. Положи рис сама.

Ей хотелось как-то грубо ответить, но она посмотрела на материалы на журнальном столе и на еду на кухне, и в итоге решила не произносить неуместные слова. Вместо этого она направилась в ванную, пробормотав:

— Хорошо.

Люди обычно понимали разницу между добром и злом.

Хань Мэнци вымыла руки и наложила себе половину миски риса, затем села напротив Лу Чжоу.

Глядя на приготовленные блюда на столе, она колебалась и протягивая кусочек капусты палочками для еды, внезапно взглянула на парня с подозрением:

— Ты же сюда не положил ничего странного?

Лу Чжоу чуть не подавился рисом, услышав ее слова. Он поднял голову и сердито посмотрел на нее, прежде чем ответить:

— Ты не в себе? Я вообще-то тоже это ем.

Девушка покраснела, осознав какую глупость спросила, но не захотела признавать это и упрямо произнесла:

— Разве ты не мог съесть препарат для иммунитета к яду заранее…

— Твоя голова будет пустой, если будешь смотреть много телевизора, — бесцеремонно ответил парень, — если не хочешь, не ешь. Иди и ешь свои бутерброды.

Девушка не ответила и лишь высунула язык, продолжая есть.

Пока ели они ничего не сказали.

Они ели медленно. Лу Чжоу доел свой рис и уже готовился встать, когда заметил, что Хань Мэнци пошла на кухню и наложила себе еще миску риса, что удивило его.

Разве это уже не третья чаша?

Почему эта девочка так много ест?

Парень с недоверием посмотрел на ее крошечное тело. Сомневаясь, что она могла много есть.

Может она кладет по чуть-чуть риса каждый раз?

Он подошел к рисоварке и открыл ее и оказался шокирован.

Больше не осталось?

Он оглянулся на девушку, стремительно евшую.

— Что… что ты смотришь? — спросила она, заметив, что он уставил на нее. Смутившись, она проглотила еду и прошептала, — хочешь поделюсь?

— Нет, спасибо… ты все еще растешь и должна больше есть. —сказал Лу Чжоу, покачав головой, затем положил столовые приборы и миску в раковину.

Он собирался закончить убираться на кухне, когда вошла девушка со своей пустой миской и смущенно посмотрела на парня:

— Может… я помою посуду?

Ее репетитор слишком старательный, настолько, что даже ей стало стыдно.

— Все нормально. Просто поставь. Лучше пойди и поучись в гостиной, — даже не поворачивая головы ответил Лу Чжоу.

Опять учиться!

Она скорчила гримасу, прежде чем развернулась и пошла в гостиную.

Закончив убирать кухню, парень вернулся в гостиную и увидел, как она читает, написанные им материалы на что про себя улыбнулся. Он сел рядом и спросил:

— Ну как? Ты понимаешь?

— Ага… это слишком просто.

— Просто? Ты делаешь много ошибок в простых вопросах, — он достал прошлый тест и продолжил, — например вот в этой задаче, где тебе требуется определить соотношение между линией и окружность исходя из уравнения. На мой взгляд, это легчайший вопрос.

Хань Мэнци нахмурилась и сказала:

— Ты уже в университете. Само собой, это легко для тебя.

— Да? Я этого не изучал это в университете и не притрагивался к таким задачам в течение года. Я лишь посмотрел на это сегодня днем, — улыбаясь ответил Лу Чжоу.

— В любом случае это мой уровень математики. Делай что хочешь. — девушка сдалась, она откинулась на диван и скрестила ноги.

— Сдаешься? Думаю, я все еще могу тебе помочь, — произнес парень.

— Не утешай меня. Я знаю свою ситуацию. Я почти не училась в последнем семестре, — безэмоционально ответила Хань Мэнци, скрестив руки на груди.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Боишься попробовать?

— Со мной такое не сработает.

Эх…

Он не ожидал, что она увидит его уловку.

Атмосфера вновь стала холодной. Девушка играла в своем телефоне и не знала почему вновь не заперлась в комнате. Однако она ничего не сказала парню.

За окном постепенно темнело и Лу Чжоу включил свет в комнате.

В этот момент он понял, что иметь просторное жилье не так хорошо.

Чем больше людей, тем лучше. Слишком пусто, если ты один. Темный и пустой дом выглядел так, словно хотел высосать чью-то душу.

Он взял книгу с книжной полки и сел на диван, тихо начав читать.

Хань Мэнци играла в телефоне, когда тайком бросила на него взгляд и тихо пробормотала:

— Спасибо.

— За что? — спросил Лу Чжоу, он немного повернулся к ней и смущенно посмотрел на нее.

— Твоя еда… было очень вкусно. — с жестким тоном ответила девушка, глядя в телефон.

— Это не сложно… Твоя мама никогда не готовила для тебя? — спросил парень.

Девушка с холодным лицом усмехнулась:

— Она? Она не готовит… я ее даже почти не вижу.

Неудивительно, что она так много съела. Похоже, она давно не ела домашнюю еду!

Парень сначала подумал, что его кулинарные навыки стали лучше, но оказалось он неправильно понял.

— А твой отец?

Лу Чжоу тут же пожалел, что спросил, ибо ответ слишком очевиден.

— Он судится с матерью, но суд скоро закончиться, — ответила девушка все так же безэмоционально, обнимая ногу и сидя на диване.

Горло парня слегка сжалось. Он не знал почему, но, видя ее такой, ему стало жаль девушку.

Хань Мэнци посмотрела прямо перед собой и вдруг заговорила.

— Потом ты еще сможешь приготовить для меня?

Он немного подумал и ответил:

— Если будешь усердно учиться, то подумаю об этом.

— Ничего себе условия. Так не интересно, — произнесла девушка и повернула голову.

Парень сказал:

— В конце концов моя работа оценивается. Если твоя мать посчитает, что я плохо работаю, то она меня может уволить, понимаешь?

— Это не исправить. Она любит заставлять других, — она опустила голову и обняла колени, — я постараюсь изо всех сил, но ничего не обещаю.

— Хорошо, — Лу Чжоу улыбнулся, — тогда мы договорились.

Они вдвоем начали обсуждать школьные материалы. Сначала атмосфера была напряженной, но потом быстро спала.

Было около одиннадцати часов, когда снизу раздался звук машины.

Вскоре после этого входная дверь открылась. Госпожа Ян наконец-то пришла.

Хань Мэнци ничего не сказав, взглянула на свою мать и вернулась в комнату.

Выражение лица женщины оставалось неизменным. Она посмотрела на учебники и материалы на журнальном столике и ее брови расслабились. Она слегка поклонилась Лу Чжоу. Ее усталый голос звучал глубоко извиняющимся, когда она говорила:

— Мне очень жаль, что я задержала тебя. Как насчет того, чтобы я отвезла тебя назад?

— Не нужно, я могу вызвать такси, — отмахнулся парень и улыбнулся, — Оставайтесь дома со своей дочерью. Ей все еще нужно много работать, чтобы создать фундамент по математике. Я дал ей план по обучению. Если она потратит время учась по нему, думаю она наверстает упущенное.

— Спасибо, учитель Лу. Я напомню ей, — сказала госпожа Ян с улыбкой кивнув.

— Не стоит благодарностей. Я пошел. И да, вам следует больше общаться друг с другом. Я имею в виду, касательно учебы. В конце концов, в учебе нельзя спешить. Это будет контрпродуктивно, если сильно на нее надавить. Лучше, чтобы вы позволили ей самой найти подходящий ритм.

Женщина еще раз предложила подвезти Лу Чжоу, но он все еще отказался. Он спустился на лифте и вызвал такси.

Сев в машину, госпожа Ян провела оплату через WeChat и перечислила деньги на телефон парня.

За первые пять часов оплата составила 200 в час, за последние 400. В сумме это 3000 юаней.

Парень смотрел на зарплату в 3000 юаней и не мог не подумать.

Богатые людей в самом деле не ценят деньги…

У него было лишь 3000 или около того на счету в банке и он мгновенно удвоил его.

Если бы не летние курсы, то он с радостью работал тут каждый день...

Глава 35. Я топовый саппорт!

На следующий день, чтобы отблагодарить Чэнь Юйшань за предоставленную работу, Лу Чжоу хотел пригласить ее на обед.

Но парень не знал, стоит ли им пойти в KFC или съесть желтую курицу. Он застрял в раздумьях.

Поэтому он спросил совета у единственного человека в общежитие — Лю Жуя.

Тот играл в видеоигры с друзьями из интернета. Его убили и отправили назад к фонтану на возрождение. Из-за злости он не обратил внимания на вопрос Лу Чжоу и, не поворачивая головы, ответил:

— Малатан.(П.П. пряный острый суп) Дешево и доступно!..

Тогда…

Лу Чжоу так и поступил.

Они пошли в Шаньчэн Малатан на улице перед университетом. Чэнь Юйшань с волосами, собранными в хвост, сидела напротив Лу Чжоу, высунув язык от остроты.

Ей хотелось плакать, но она держалась. Продолжая есть, девушка спросила:

— Ну как? Есть ли шанс спасти математику моей сестры?

Так остро?

Лу Чжоу съел рыбный шарик и растерялся. Он жевал и говорил одновременно:

— Шанс? Возможно? Я сделаю все возможное.

— Тогда вынуждена довериться тебе. Моя двоюродная сестра… По естественным дисциплинам в средней школе у нее были хорошие оценки, но потом… А-а, слишком остро!

Парень протянул ей стакан воды и спросил:

— Что потом?

Выпив воды, девушка высунула язык и выдохнула, прежде чем сказать:

— Потом… у тети и дяди возникли разногласия в отношениях. Теперь они борются за опеку над Мэнци. Точной ситуации не знаю. Но, в общем, сейчас она живет с тетей.

Лу Чжоу молча кивнул и ничего не ответил.

Его не волновали личные дела других людей, поскольку он сам очень застенчивый человек.

Закончив есть тушенное мясо с овощами, Лу Чжоу проводил Чэнь Юйшань обратно до общежития и потом вернулся в библиотеку.

По пути ему пришло два электронных письма.

Первое от профессора Лю, ответ по моделированию данных.

Второе ответ из журнала «Современные коммуникации и геоинформационные технологии». Они сообщили, что уже перевели на банковский счет оплату за его статьи. 150 за работу. Всего 1350 юаней.

— …

Лишь 1350 за девять статей, академики в самом деле не зарабатывают денег…

Парень не мог так не подумать.

1350 юаней совсем немного денег. Если он добавит 3000, заработанные вчера, у него будет 7000 на его счету. Этого достаточно для оплаты за обучение.

Он хотел отсрочить платеж и заплатить в самый последний момент, но теперь ему не нужно так делать.

В следующие несколько дней его образ жизни был очень систематизированным. В понедельник, среду и пятницу он всю ночь усердно зубрил книги. Вторник и четверг использовал для повторения и предварительно ознакамливался с материалами по информатике, химии, биологии и другим предметам. Кроме того, он не забрасывал практиковаться в математическом моделировании.

Порой он ощущал, что если сможет сохранить эти привычки, то мог бы быть гением и без системы.

Только система ускоряла его прогресс.

Словно он учился со скоростью ракеты…

Наконец-то настала суббота и как обычно, Лу Чжоу направился к госпоже Ян, чтобы учить Хань Мэнци математике.

Может из-за прошлого случая или она пришла к согласию со своей дочерью, когда госпожа Ян уходила на работу, то не стала запирать дверь, а лишь попросила парня позаботиться о дочери.

Когда мать с пустым лицом ушла, Хань Мэнци посмотрела на парня и сказала:

— Начнем.

Она развернулась и пошла к себе в комнату.

Лу Чжоу пошел следом за ней в ее комнату. Прошла всего неделя, как он видел ее в последний раз, но он удивился, что ее комната в этот раз убрана.

Без лишних разговоров, Хань Мэнци открыла книгу на странице с закладкой и посмотрела на парня:

— Из плана, что ты мне дал, я уже выучила аналитическую геометрию, что теперь?

— О? — в удивлении парень приподнял брови, улыбнувшись он спросил, — ты что-то не понимаешь?

— Это легко, и я все понимаю, — она подняла крошечную голову и нетерпеливо сказала, — что теперь?

— Я проверю тебя, — он взял лист А4 и начал на нем писать.

[В декартовой системе координат x и y соответственно левый и правый фокусы эллипса C1: x ^ 2 / a ^ 2 + y ^ 2 / b ^ 2 = 1 (a> b> 0) обозначенные F1 и F2 соответственно , Где F2 также является фокусом параболы C2: y ^ 2 = 4x, точка M — это пересечение C1 и C2 в первой четверти, а | MF2 | = 5/3. Найти уравнение для C1.]

Закончив писать, парень показал жест приглашая к решению.

Девушка удивилась, она не ожидала, что Лу Чжоу будет проверять ее.

Стиснув зубы и держа ручку, она долго думала над задачей.

Прошло десять минут, а она решила лишь первый шаг.

А именно:

[Из C2: y ^ 2 = 4x, F1 = (1,0).]

Прождав десять минут, парень взглянул на часы и улыбнулся.

— На экзамене у тебя максимум будет 10 минут на этот пример. Глядя на твой ответ, самое большее ты получишь 3 балла.

— Ну… — произнесла девушка, стиснув зубы. Она не хотела сдаваться. Однако, чем больше заставляешь себя решить задачу, тем труднее это сделать.

Лу Чжоу улыбнулся и вынул листок из кучи материалом. Показав на второй вопрос, он произнес:

— Самое главное, что ты ошиблась в этой задаче в прошлом.

— Не издевайся надо мной, — ответила Хань Мэнци, она бросила ручку и сердито продолжила, — Я знаю, что глупая, понял?

— Я просто учу тебя. Я не говорю, что ты глупая. Скорее думаю, что ты очень умная. Так что не груби, — сказал парень, а потом взял ручку, что она бросила и дорешал задачу на листке, — главное при решение этой задачи найти значение М, поэтому вторым шагом после нахождения М как (x1, y1), и в соответствии с | MF2 | = 5/3, и M2 на параболе C2…

— Далее нужно найти полуфокусное расстояние эллипса С1. После того как ты это сделаешь, остальное это просто нахождение уравнения.

Он записал ключевые моменты на листе и разъяснил ход решения задачи.

Сначала девушка злилась, но вскоре внимательно стала следить за ним.

Наконец на ее лице отразилось понимание.

Нахмурившись и пристально глядя на листок, губы Хань Мэнци зашевелились:

— Так вот как это решать…

— Твой учитель однозначно показывал это. Ты просто не слушала.

— Наш учитель… не показывал это так подробно, — с неохотой сказала она.

— Попробуй ему об этом сказать, он безумно разозлится, — ответил парень.

— Неудивительно, что сестра говорит, что ты грубый…

Что?

Кто-то плохо говорит про меня за моей спиной?

Никак не могу сделать вид, что не слышал.

Парень кашлянул и сменил тему. Взяв ручку, сказал:

— Эта задачи пример точки пересечения, чтобы решить уравнение эллипса. Думаю, когда тебе попадется эта задача в следующий раз, ты сможешь набрать хотя бы половину баллов.

— А другая половина? — вздохнула с облегчением девушка.

— Другая половина — вторая задача. Во второй части эта школьная задача обычно содержит векторы…

Лу Чжоу рассказывал и писал обратной стороне тестового листка.

[Точка N на плоскости удовлетворяет вектору MN = вектор MF1 + вектор MF2. Прямая L // MN, C1 пересекает A и B. OA * OB = 0, найти уравнение L.]

Увидев вопрос, Хань Мэнци сразу встряла и беспомощно посмотрела на парня.

Но он не посмотрел на нее, а сел рядом с диваном и, взяв тетрадь, начал искать следующий пример.

— Попробуй решить сама. Я помогу, если за 15 минут ты не сможешь решить. Приступай.

Девушка справилась хуже, чем в первый раз. Она написала лишь одну строчку верно, а все остальное было неправильным.

Возможно, поскольку у Лу Чжоу тоже есть младшая сестра, близкая по возрасту к Хань Мэнци, он не был нетерпелив и не смеялся над ней, называя это «халявными баллами». Вместо этого он терпеливо объяснял ей ход решения.

Увидев решение на листке бумаги, глаза девушки увеличились, и она тихо сказала:

— Это поразительно…

— Моя методика обучения состоит в том, чтобы постоянно оценивать свои ошибки и учиться на них. Я надеюсь, что ты сможешь найти вопросы, которые не можешь решить. И лучше сама перепиши их в тетрадь, а потом каждую неделю я буду объяснять тебе их, — сказал парень, возвращая обратно ручку Хань Мэнци и продолжил, — тетрадь, заполненная твоими ошибками, это то, как ты учишь математику или другой предмет из естественных наук. Если ты и дальше хочешь идти по этому направлению, то должна быть готова. Это как керри обязан покупать клинок Дорану или саппорт брать варды. Базовые вещи.

Глаза девушки вспыхнули. Она сразу заинтересовалась, перебив:

— Ты тоже играешь в LoL? На каком сервере? Я топовый саппорт!

— Сервер black rose.

— Я добавлю тебя в друзья. Дай мне свой номер QQ … Эй!

Парень постучал ей по лбу. Он посмотрел на нее и со вздохом сказал:

— Хватить играть, для начала набери 100 баллов на экзамене!

Глава 36. Беда, брат Чжоу!

В шесть часов вечера Лу Чжоу зашел на кухню и надел фартук, после чего начал готовить. Это было частью их договора. Девушка также с интересом последовала за ним.

Холодильник переполняли свежие продукты, которые купила госпожа Ян.

В нем лежали тофу, свиная вырезка, свежие овощи. Также почти израсходованные соль и травы тоже пополнились.

Такое ощущение, что госпожа Ян позволила ему использовать ее кухню. В конце концов она не хотела, чтобы ее дочь каждый день питалась фастфудом.

Но…

Почему бы не нанять горничную?

Это не сильно беспокоило Лу Чжоу, он счастлив, что мог поесть в доме своего нанимателя и ему не надо тратить лишние деньги. Спросив, ест ли Хань Мэнци острое, парень приступил к готовке.

Девушка спросила:

— Ты раньше был репетитором?

— Это мой первый раз, — заливая масло в кастрюлю, ответил Лу Чжоу.

Она удивилась, не ожидая такого ответа, и сказала:

— Правда? Думаю, ты очень хорошо преподаешь.

— Думаешь? Наверное, это из-за того, что я иногда учил свою младшую сестру, — сказал парень.

Он жарил мясной фарш, положил к нему тофу, добавил воды и накрыл кастрюлю крышкой. Затем включил огонь и стал варить помидоры.

Он готовил мапо тофу и хотел сделать яичницу с помидорами.

— У тебя есть младшая сестра? — спросила Хань Мэньци с удивлением. Затем спросила, — сколько ей лет?

— Она твоя ровесница. Сейчас в 10 классе и после лета пойдет в 11.

Понюхав аромат еды, девушка завистливо вздохнула.

— Завидую…

— Чему? С моей сестрой очень хлопотно.

Хань Мэнци спросила, наклонив голову:

— Ты ненавидишь свою сестру?

Парень призадумался и покачал головой:

— Конечно, нет. Она моя семья. С чего мне ее ненавидеть?

Он не стал говорить, что несмотря ни на что, надо любить свою семью.

— Все равно завидую… — она надулась, — хотела бы иметь брата.

Эм? Она хочет быть проблемной сестрой?

Лу Чжоу закатил глаза.

Девушка стояла рядом с ним и молча смотрела на кипящую кастрюлю. Внезапно она с любопытством спросила:

— Если родители разведутся, они сделают мне брата?

— Не знаю… но даже если ребенок родится, он не будет старше тебя.

Кстати, почему ты так ждешь развода своих родителей?

Не могу понять.

Она покраснела и поняла, что спросила глупость. Девушка показала язык и ничего не сказала.

Лу Чжоу поставил рис на стол. В этот раз он приготовил три чашки, чтобы не пришлось беспокоиться, что его не хватит.

Хань Мэнци села за обеденный стол и начала есть мапо тофу. Ее лоб покрывал пот, а шея стала влажной от пара, но она не жаловалась и с удовольствием ела.

Лу Чжоу посмотрел на нее и с улыбкой сказал:

— Ты как твоя сестра. Вы оба любите острое.

Девушка уже собиралась положить еду в открытый рот, как положила ложку и в недоумении наклонила голову.

— А? Моя сестра не любит острое.

???

Она в замешательстве спросила:

— Что случилось?

— Ничего… — неловко ответил парень.

Приглашу поесть ее в следующий раз и найду возможность извиниться…

Поев, Лу Чжоу прибрался и предупредил Хань Мэнци быть аккуратнее одной дома, после чего ушел.

Он вызвал такси и вернулся в университет.

Как только он вышел из машины, то получил сообщение в WeChat от госпожи Ян.

[Переведено: 1000]

И…

[Ян Данци: Спасибо.]

Увидев сообщение с благодарностью, он остановился и, улыбаясь, напечатал: «Не за что».

Только он собирался убрать телефон обратно в карман, как тот зазвонил.

Увидев, что это Лю Жуй, парень засмеялся. Он подумал, что тот опять забыл ключи, и ответил на звонок.

Но только он хотел подшутить над ним, как тот нетерпеливо сказал:

— Брат Чжоу, произошло нечто плохое!

…………………………..

Лю Жуй сразу сообщил Лу Чжоу.

Лю Жуй иногда слишком высокомерен, но он не злой. Поэтому парень смирился с ним.

Но сейчас важно, что именно случилось?

Парень вернулся в общежитие, взял телефон соседа и стал читать статью.

[Про академическую атмосферу университетов Китая: начиная со статей бакалавров]

В статье рассказывалось об общем положении китайских академиков, от математиков до физиков, от информатиков до философов. В последнем предложении говорилось почему в Китае не появлялось великий ученых наподобие Эйнштейна и Ньютона.

Любой, кто пишет статьи знает, что чем шире проблема, тем больше она сбивает с толку. И профессионализм особо не нужен.

Затем в статье подверглись научной ценности опубликованные девять работ в одном журнале. Он написал про этого студента как про ничего не знающего «академический рак».

Да, он действительно использовал термин «академический рак».

Наконец, там сказано, что этот студент из университета Цзиньлин и его зовут Чжоу.

Автор — ученый, обозреватель, научный писатель и известный интеллектуал. У него даже стояла галочка рядом с его фотографией в профиле, что говорило об подтвержденной странице.

У него миллионы подписчиков.

Но…

Лу Чжоу был сбит с толку.

Кто это?

Я даже не знаю тебя. Что ты прицепился ко мне?

Я написал статьи своими собственными силами, почему мне нельзя опубликовать их? Как это затронуло тебя?

Лю Жуй, не понимая серьезности, смеялся и спросил:

— Когда ты начал учить информатику? И когда начал печататься в журналах?

Но он не стал говорить другую свою мысль.

Я тоже попробую.

— Выучил, смотря фильмы! Ты контролируешь меня? — сердито ответил Лу Чжоу, зыркнув на него.

Лю Жуй понял, что его сосед зол и закрыл рот.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и, успокоившись, спросил:

— Где ты нашел это?

Он не верил, что этому парню будет настолько скучно, что он будет следить за популярными обзорщиками.

— Студент с информатики из моей учебной группы для математического моделирования опубликовал это, и я увидел… Но я не делал репосты к себе! — разъяснил Лю Жуй.

Зависть это одно. Если он с кем-то соревновался, не значит, что он будет злым. Лу Чжоу знал, что его сосед по комнате не ударит его в спину.

Лу Чжоу не ответил и продолжил читать Weibo.

Лю Жуй увидел, что он молчит и спросил:

— Что будем делать?

Парень тоже не знал. У него даже нет аккаунта на Weibo. Он слышал о Weibo, но никогда не регистрировался там.

— Обосри его за меня.

— За что? Почему бы тебе самому это не сделать?

— У меня нет акка на Weibo.

— …

В итоге, они оба решили не беспокоиться об этом типе.

Кого волнует, что ты меня критикуешь?

Мальчик, я даже не отвечу тебе. Иди играй сам с собою! Всем плевать на тебя!

Затем парень взял свой рюкзак с ноутбуком и пошел в библиотеку.

Однако он сильно упростил ситуацию.

Поскольку он не просто Лу Чжоу, он еще и студент университета Цзиньлин…

Глава 37. Я согласен

В зале заседаний университета Цзиньлин проводилась срочная встреча. Ректор специально попросил присутствовать декана факультета программного обеспечения.

Многих профессоров вызвали на собрание прямо из лаборатории.

Тема встречи проста. Она касалась проблемной статьи с Weibo — «Про академическую атмосферу университетов Китая: начиная со статей бакалавров».

В статье упоминалось, что студент за один месяц опубликовал девять статей по информатике. Опираясь на этот факт, как отправную точку для критики академической атмосферы высших учебных заведений в Китае и их слабого контроля рецензирования журналов. Также говорилось, что студент из университета Цзиньлин.

Статья прямо сжигала университет Цзиньлин.

Во время собрания старый профессор с факультета компьютерного обеспечения поправил очки, встал и небрежно сказал:

— Я прочитал эти девять статей и на самом деле они написаны довольно хорошо. Впечатляет, что студент способен так писать. Он действительно представил достаточно много работ, но качество других работ в компьютерных журналах намного хуже, чем его. Этот образовательный обозреватель Чжу Фанцай, вероятно, не очень разбирается в информационных технологиях. Может мы можем с ним пообщаться и заставить признать свою ошибку и попросить удалить статью?

Почему кого-то надо критиковать за публикацию слишком большого числа статей?

Профессор недоумевал: "Зачем нужно это собрание!"

— Нереально… Этот, Чжу Фанцай, знает свой уровень. Посмотрите на его звания. Образовательный обозреватель и научный писатель. Он действует в другой сфере, нежели мы, — сказал секретарь за столом заседаний и покачал головой, — ему нужен конфликт и он не будет вести переговоров с вами.

Эту ситуацию трудно разрешить.

Студент не сделал ничего плохого и университет, очевидно, не мог его исключить. Проблема в том, что образовалось одностороннее суждение, ругающее университет.

Вся ситуация довольно абсурдна, посторонний, используя свое влияние и статус, указывает на университет.

Руководство университета не понимало его мотивацию.

К счастью, это не случилось во время поступления в университет, иначе люди на собрании были бы в бешенстве.

Но в любом случае, этот инцидент уже серьезно подорвал репутацию университета!

Лицо ректора Сюя было неприглядным. Он помолчал полминуты, прежде чем сказать:

— Прямо сейчас качество статей не имеет значения. Важно то, что сообщество поставило под сомнение нашу честность. Наш приоритет — устранить подозрения и прояснить ситуацию. С другой стороны, мы также должны выяснить, что именно произошло!

Они обсуждали это весь день и в итоге пришли к двум решениям.

Во-первых, университет должен сохранить свою общественную репутацию и объяснить научную ценность этих статей. Также отправить письмо с предупреждением и требованием извинений. Во-вторых, они должны попросить деканов выяснить, кто такой Лу и спросить какова конкретных обстоятельствах.

Девять научных работ за месяц, без одной десяток. Это слишком подозрительно. В конце концов, профессора тут представляли уже некачественные работы ради финансовой выгоды, но они никогда не делали что-то настолько безумное!

Однако в этот момент они не знали, что Лу Чжоу на самом деле опубликовал 10 статей. Просто последняя была по математике…

…………

Комментарии на Weibo.

[Еб**ть, студент, опубликовавший 9 статей, должно быть, обманщик. Это реально так легко опубликовать?]

[… Думаю, я тоже могу написать. (эмодзи собаки)]

[Поддержим учителя Чжу! Сражайтесь против академического рака! Искореним этот мусор! (кулак) (кулак)]

[Студент, утверждающий, что он из Массачусетского технологического института, сказал, что такого не может произойти в Америке. Журнал, должно быть, эксплуатировался, и процесс рецензирования был сфабрикован…]

[Печально! Что за студенты оканчивают мой университет! Какая польза от написания статей? Можете ли вы превратить статью в ядерную бомбу? Даже студент может опубликовать так много, наука нашей страны безнадежна ...]

[Вы сами то можете написать девять статей за месяц, клавиатурные борцы? Если слабо, то не завидуйте.]

Твою ж… что это за фигня?

На моей стороне есть хоть один человек с нормальными мозгами?

Двадцать тысяч репостов, десять тысяч комментариев, бесчисленное число лайков.

Сидя в пустой аудитории и листая Weibo, Лу Чжоу становился все более злым, но у него нет никакого решения проблемы.

Никто не хотел выяснять правду. Все хотели верить в то, что видели.

По словам Чжу, статьи бесполезны, но сколько людей их на самом деле прочитало?

Невозможно.

Парень хотел как-то разбавить эти комментарии и специально зарегистрировался на Weibo, но в результате его комментарий просто утонул и не получил отклика.

Возможно, это следствие непопулярного аккаунта…

Парень как обычно молча собирался с мыслями и успокаивался. Он выключил телефон и почесал голову.

Он считал, что выбрал легкое задание, и никогда не предполагал, что попадет в такие неприятности.

Это все из-за его небрежности. Если бы он опубликовал статьи используя псевдоним, то никто бы этого не заметил, но теперь слишком поздно.

Внезапно зазвонил его телефон.

Звонок от профессора Тана.

Парень был растерян. У профессора нет причин звонить ему, но он сердцем чувствовал, что это из-за статей.

Скажите, что нет!

Отвечая на вызов, парень неуверенно произнес:

— Алло?

— Маленький Чжоу, что ты делаешь?

Услышав, что его голос спокойный, Лу Чжоу расслабился, отвечая:

— Занимаюсь в аудитории, что такое?

Профессор помедлил немного, прежде чем сказать:

— Если не занят, приходи ко мне в кабинет.

— Сейчас?

— Да, сейчас.

………………….

Парень собрал ноутбук и книги, а затем отправился в кабинет профессора Тана.

Войдя, он увидел, что там находились еще заведующий Лу кафедры математики и заведующий Чжан с кафедры программного обеспечения.

Увидев, что Лу Чжоу пришел, три профессора сначала улыбнулись, а потом обменялись взглядами. Наконец, профессор Тан вздохнул и сказал:

— Лу Чжоу, мне нужно кое-что у тебя спросить.

— Конечно, спрашивайте.

Профессор продолжил:

— Сейчас… после того, как ты опубликовали работу по математике, ты вновь отправлял работы в журналы?

Парень знал, что не сможет это скрыть и честно ответил.

— Да, отправлял.

Заведующий Чжан посмотрел на заведующего Лу прежде чем беспомощно сказать:

— Так и знал. На нашем факультете не так много студентов по имени Лу. И никто не умеет писать статьи, а тем более не знает, как опубликовать их.

Профессор взволнованно и с неверием спросил:

— Это же работа по математике?

— Да… — честно ответил Лу Чжоу, кивнул, затем тихо добавил, — и другие статьи… по искусственному интеллекту в геоинформационных системах.

У профессора Тана чуть не вылезли глаза:

— Ты… почему ты перелез на компьютерные технологии! Разве ты не изучал простые числа Мерсенна всего несколько дней назад?

— Я увидел, что там платили за работы. 150 юаней за статью. — глядя на профессора, извиняясь тихо сказал парень, — тогда я разбил свою работу на девять частей и отправил ее…

Трое профессоров промолчали.

Это какая-то проблема?

Конечно, тут нет никаких проблем. В конце концов, университет сам призывал студентом писать статьи. Отправлять их за деньги немного странно, но ничего плохого…

Однако эта ситуация создала проблему.

Лу Фанпин в итоге кашлянул и с добрым тоном разрушил молчание в кабинете:

— Э-э… студент Лу, ты сам написал статьи?

— Да, конечно, — ответил Лу Чжоу, кивнул, и продолжил, — я писал их в библиотеке.

Он не лгал, поскольку просто купить знания у системы недостаточно для написания статьи. Ему все еще нужно изучить части, которые он не понимал. Самое большее, он просто скопировал расчеты.

Он прочитал более сотни документов и кучу книг для написания этих работ.

Им не обязательно смотреть на запись с камер. Достаточно просто задать ему несколько вопросов про искусственный интеллект или ГИС и он сможет ответить на все их них.

Конечно, если они спросят сложные темы, например, про применение искусственного интеллекта в других областях, то возможно он не сможет ответить. Но он все еще может использовать баллы, чтобы приобрести ответ прямо тут. Просто это немного затратно…

Заведующий Лу не знал, что сказать, но тут заведующий Чжан встал и улыбнулся:

— Заведующий Лу, не подразумевал ничего плохого. Он просто удивлен, что ты хорошо разбираешься в информатике. Я видел твой экзамен по С. 95 баллов очень хорошо, и я верю, что ты сам написал эти работы… Но некоторые люди не верят вам, а один даже написал статью про это. Ты есть на Weibo?

На самом деле, большая часть искусственного интеллекта написана на С++, что отличается от С. Преподаватель обучал лишь базе С++ и не углублялся в язык.

Заведующий Чжан знал, что любой, кто мог написать подобную статью, также хорошо владеет С. Оценка в 95 баллов оправдывала его ожидания.

— Вы про ту самую статью? — спросил парень.

— Да, — ответил заведующий Чжан, пристально посмотрел на студента и кивнул, — Ты читал ее?

— Я прочитал ее, — хотя он был в гневе, он все еще вел себя спокойно и покачав головой небрежно сказал, — я не беспокоюсь об этом и не хочу опускаться до его уровня.

В глубине души, он на самом деле хотел отомстить автору.

— Студент Лу, я поправлю тебя, — сказал, серьезно взглянув на него, Лу Фанпин, — ты не просто человек с улицы. Ты студент нашего университета. Ты представляешь нашу репутацию! Мы не допустим аморальных учеников и также не позволим портить репутацию наших учеников. Надеюсь, ты сможешь поменять свое мнение и отнестись к этому серьезно.

— Но я ничего не могу поделать. Я написал ему, но он даже не ответил, — беспомощно произнес парень.

— Заведующий Лу, просто хочет, чтобы у тебя был более позитивный настрой, — сказал заведующий Чжан успокаивающим тоном, — что касается общественной репутации, наш университет проведет пресс-конференцию. Мы надеемся, что ты сможешь сотрудничать с нами и высказаться за себя и университет. Сможешь?

Вы просто хотите, чтобы я высказался?

С легкостью, почему вы сразу не сказали?

Лу Чжоу расслабился и кивнул:

— Я согласен!

Глава 38. Протянуть руку в час нужды

Шэньчжэн, Шуньфэн Груп Билдинг, офис генерального директора.

Ван Вэй откинулся на спинку своего офисного кресла и листал ленту в телефоне.

Сейчас обеденный перерыв и, поев, он всегда делал получасовой перерыв, чтобы посмотреть Weibo или взглянуть на свежие новости. В конце концов, его работа связана с интернетом и ему важно следить за текущими трендами.

— Бакалавр из университета Цзиньлин опубликовал девять статей в научном журнале… студенты в наше время стали такими умными? — спросил Ван Вэй с улыбкой, покачав головой.

Он открыл статью и увидел, что автором являлся известный научный писатель Чжу Фанцай.

Увидев это имя, мужчина поморщился, его первое впечатление о нем не было хорошим.

Этот Чжу Фанцай считался знаменитостью. Он известен тем, что раздражал людей на Weibo. Он бесталанный и его прозвали «большим ртом». Ван Вэй, будучи практиком, не любил подобных умных клоунов. Тем более, этот человек обожал критиковать систему образования Китая и говорил про это постоянно. Он даже тыкал средним образованием Ван Вэя в качестве примера, чтобы доказать свою точку зрения.

Мужчина не заботился о своем образовании, иначе ему достаточно лишь пожертвовать немного денег институту и получить докторскую степень.

Однако Чжу Фанцай называл его «школьником», что раздражало. В конце концов, никто не любит, когда над ним снова и снова насмехаются.

Увидев имя этого человека, Ван Вэй даже не удосужился открыть статью, поскольку она просто была издевательской и бросала громкие слова.

Использовать девять статей студента, чтобы осудить науку Китая?

Что ты о себе возомнил?

В этот момент в дверь постучали.

— Войдите.

Пришел Лян Шэнхао. Он являлся техническим директором научно-исследовательского центра и разработок беспилотных Дронов компании. Он окончил Калифорнийский технологический институт и имел двойную степень в области управления логистикой и информатики, будучи только тридцатилетним.

Из-за недавних достижений в области технологий беспилотных аппаратов, эта концепция стала очень популярной. Шуньфэн будучи ведущим предприятием в отечественной частной логистики, оно естественно не собиралась оставлять в стороне эту область. Поэтому они в сотрудничестве с DJI разработал проект по логистике беспилотных аппаратов, инвестировал в него 500 миллионов и построил исследовательский центр в Шэньчжэне.

Конечно, из-за аппаратных ограничений все еще сложно организовать распределения беспилотников в краткосрочной перспективе.

Ван Вэй, очевидно, понимал это. Поэтому в это центре было не так много исследователей, занимающихся изучением и разработкой беспилотных летающих аппаратов. Основные проекты были направление изучения интеллектуальной логистики.

То есть они тратили силы на прогнозирование мест размещения складов и точек продаж, а также совершенствования технологии автоматической сортировки и подобных вещей.

Лян Шэнхао подошел к его столу и положил компьютерный журнал. Улыбнувшись, он сказал:

— Директор Ван, я нашел гения.

— О? — Ван Вэй положил телефон и взглянул на журнал, после чего улыбнулся, — Современные коммуникации и геоинформационные технологии? Разве не ты в прошлый раз говорил, что в этом журнале только плохие работы? Ты в итоге купил его?

— Я читаю все журналы по компьютерным технологиям, особенно связанные с искусственным интеллектом. Но я не читаю отечественные журналы, — сказал Лян Шэнхао. Он снял очки и продолжил, — Повезло, что я наткнулся на ту статью, иначе эти статьи остались в мусорке.

— Ты говоришь о?.. — лицо Ван Вэя стало немного странным.

— Да. Про студента, что опубликовал девять статей. Я посмотрел на них и вычисления в них довольно интересны. Просто…

О?

Твое внимание привлек бакалавр?

Ван Вэй заинтересовался и сел прямо:

— Что?

— Просто его исследования немного… передовые, — Лян Шэнхао задумался как правильнее сказать, — Доставка беспилотными аппаратами все еще лишь концепция. Ни одна компания в мире не способна достичь стандартов аппаратного обеспечения для них. Поэтому у транспортных компаний по всему миру по-прежнему связаны руки.

Директор кивнул и спросил:

— Я знаю, что еще?

— Содержание его статей основывается на целесообразности доставки беспилотниками. Например, в статье он предложил концепцию логических «сот» по городу, связанных с сортировочными центрами. Вводить беспилотники в гис систему, автоматически находящую маршрут при работе. Она будет идентифицировать адрес через камеру, подтверждать получающего на основе технологии распознавания лиц, подтверждение получения посылки жестом и автоматическая загрузка данных тревоги при помехах…

Сказав, Лян Шэнхао остановился.

Ван Вэя постучал по столу пальцами и помедлив спросил:

— Ладно, значит он сделал лишь предложения?

Если Лу Чжоу сделал лишь предложения, это не есть что-то из ряда вон выходящее. Любой может сделать упор на искусственный интеллект и сделать несколько заявлений. Из этого можно просто сказать, что он имел какое-то понимание темы.

Но если уровень парня был бы таким низким, он бы даже не прошел через отдел кадров.

— Не просто предложения, — покачал головой Лян Шэнхао, — Он также упомянул методы расчета касающиеся распознавания лиц и системы ГИС. Вот почему я считаю, что у него есть навыки. Особенно алгоритмы, что он написал для распознавания лиц. Хотя в них есть некоторые недостатки, их все еще можно считать новаторскими. Наш центр может даже провести дополнительные исследования его работ.

Это не просто идея, Лу Чжоу также попытался реализовать ее, и это несет совершенно другой характер.

Это как человек, который захотел построить дом, а затем нашел еще двоих и уложил два кирпича. Ценность, созданная этими людьми, отличается от ценности идеи.

И хотя этот студент достиг прогресса в лишь несколько процентов в своих исследованиях, Ван Вэю было все равно. Любое исследование — это долгий процесс. Чем выше ценность проекта, тем больше денег и времени потребуется.

Мужчина промолчал и вместо этого взял журнал, открыв его на страницы Лу Чжоу.

[Применение искусственного интеллекта в географических информационных системах] [Алгоритм пиксельного анализа на основе искусственного интеллекта] [Оптимизация алгоритма для распознавания динамических изображений на основе искусственного интеллекта]

[Автоматический метод измерения размера тела человека на основе алгоритмов искусственного интеллекта]

[…..]

Даже если отдельные статьи не такие качественные, в сумме они по-прежнему имеют существенное значение.

Увидев, что директор не говорил, Лян Шэнхао продолжил:

— Публикация такого алгоритма в журнале слишком расточительно, рекомендую отправить ему предложение о работе и напрямую нанять его в нашу компанию. Он может помочь нам с исследованиями.

— Не так быстро, — махнул рукой Ван Вэй.

Лян Шэнхао нахмурился.

— Вы сомневаетесь в его образовании? По его работам можно сказать, что даже аспирант с направления прикладного искусственного интеллекта не будет таким ценным. Кроме того, даже если мы не будем использовать логистику беспилотников в краткосрочной перспективе, в конечном итоге нам придется войти в эту сферу! Мы должны начать подготовку уже сейчас. Лучше рано, нежели поздно.

Информатика — достаточно новый предмет. Это иначе чем в других областях. Хотя образование тут все еще важно, оно не имеет решающего значения для многих успешных предпринимателей.

В конце концов, люди с особыми талантами не будут на ярмарке вакансий. Они будут в списке у HR в известных компаниях.

— Ха-ха, не учи меня. Я смотрю лишь на навыки, ты знаешь это, — он улыбнулся и бросил журнал на стол, — пока не отправляйте предложение, подождем еще немного. В конце концов мы единственные в Китае занимающиеся логистикой беспилотной доставки, поэтому никто не уведёт его у нас.

Лян Шэнхао прервался, он хотел что-то вставить, но осознав смысл слов директора, его глаза загорелись.

Ясно…

Генеральный директор умен!

Энергичного молодого человека, которого так критиковали, называя его работы бесполезными, наверняка затаил обиду про себя.

Пусть этот клоун Чжу Фанцай еще понападает на него, пока Лу Чжоу больше не сможет выдерживать такого давления. Тогда Шуньфун Груп появится и предложит ему работу за 500 тысяч в год, подтвердив ценность его статей…

Тогда он будет верен Шуньфуну вечно!

Человек с большой зарплатой всегда может получить лучшую должность в другой компании. Поэтому многие компании используют вознаграждения для работников и бонусы для удержания сотрудников. Первый пункт к удержанию людей это убедить их, что будущее компании блестяще. Другой — поместить компанию в сердце человека, сделав компанию особенной для него.

И последнее важнее первого.

Ван Вэй откинулся на кресле, улыбнулся и сказал:

— Оставь журнал здесь, я не забуду. Возвращайся к своей работе.

— Хорошо, — кивнул Лян Шанхао и покинул офис.

Глава 39.

Сегодня Чжу Фанцай пребывал в очень хорошем настроение.

Обычно он просто критиковал людей целыми днями, но он не ожидал оказаться на первом месте в трендах.

Хотя университет Цзиньлин и редакционный отдел «Современных коммуникаций и геоинформационных технологий» опубликовали ответ, указывая, что в статьях нет никаких проблем. Это не убедило публику из-за конфликта интересов.

У университета Цзиньлин не осталось выбора, и они даже отправили адвокатское письмо Чжу Фанцаю!

В письме они сообщили, что проблем в статьях нет, а также попросили немедленно удалить его статью и потребовали извинений. В противном случае они сохранят право подать иск.

Также они в своем официальном аккаунте Weibo создали пост с ответом комиссии журнала «современные коммуникации и геоинформационные технологии», подтверждающий ценность статей. В конце концов это просветило пользователей сети, заставив их задуматься, не обманывают ли их.

Но «большой рот» не боялся.

Кого волнуют ваши маркетинговые ходы?

Кого волнуют ваши адвокатские письма?

Это не первый раз, когда кто-то угрожает мне судом.

Это лишь удержит его в трендах!

За последние два дня он набрал четыреста тысяч подписчиков, благодаря чему общее число перевалило за три миллиона! Его доход с рекламы значительно вырос. Ему надо лишь немного поиграть с этим адвокатом, и он превзойдет четыре миллиона!

Поэтому Чжу Фанцай вообще не стал отвечать на письмо. К тому же, он тут же открыл Weibo у себя на компьютере и начал писать свой второй пост в блоге.

Он сражался словами!

[Смущающее и злобное лицемерие: про адвокатское письмо]

Поглядев с удовлетворением на заголовок, Чжу Фанцай продолжил набирать текст в соответствии с подготовленным шаблоном.

«Университет Цзиньлин сообщил, что со статьями проблем нет. Они очень официальные и бюрократичные.»

«Подумайте об этом своей головой. Даже если со статьями нет проблем. Как студент первокурсник может опубликовать десять статей за месяц? Кто докажет, что они написаны им самим? Он скорее всего сплагиатил их или имел литературных негров!»

«Университет узнал о мошенничестве, но даже не стал расследовать это. Вместо этого они попытались заткнуть мой рот адвокатским письмом. Такое отношение должно заставить каждого, кто беспокоиться об образовании, почувствовать себя разочарованным! Скорее всего этот студент пришел из влиятельной семьи!»

«Скажу так, мне жаль, если я обидел какую-то крупную шишку. Но я не буду извиняться за это! Почему я должен извиняться, когда однозначно прав? Я научный сотрудник. Столько статей за месяц невозможно. Я также образовательный обозреватель и я считаю, что у меня и общественности есть право быть подозрительными!»

«Я извинюсь, если смогу пообщаться с господином Лу и заставить его прояснить все мои подозрения, но осмелится ли он?»

Когда Чжу Фанцай набрал «с господином Лу», он на секунду остановился. Его глаза дернулись и на лице появилась зловещая улыбка. Он стер текст и вместо этого напечатал «студента Лу Чжоу».

Я не только укажу его фамилию, но и укажу имя.

Отправить!

Чжу Фанцай нажал кнопку «отправить», затем скрестил и поднял ноги.

Вскоре стали появляться лайки и комментарии.

[Удивительно, он первокурсник!]

[Так этого студента зовут Лу Чжоу! Эта история теперь окончательно раскрыта.]

[Мне грустно за нашу систему образования...]

[Поддержим учителя Чжу. Сразимся с научным шарлатанством!]

[Если бы это было в стране Х, полиция его бы арестовала...]

[О чем они думали, говоря, что со статьями все нормально. Очевидно университет защищает студента ради своей репутации. Но у этого студента большие неприятности, ему конец.]

[...]

Ха-ха-ха-ха!

Чжу Фанцай смотрел на увеличивающееся число ответов и пребывал в экстазе.

Тут телефон на его столе зазвонил.

Прочистив горло, он поднял телефон.

— Алло.

— Здравствуй, мистер Чжу. Это управление по академическим вопросам университета Цзиньлин…

— Ух, впечатляет, вы смогли найти мой номер телефона. Позвольте мне сказать кое-что вам, я не ваш ученик. Заканчивайте с этим бредом и переходите прямо к сути, — сказал Чжу Фанцай, вынимая сигарету и положив ее в рот зажег.

Высокомерное отношение Чжу Фанцая ввело в ступор преподавателя на другом конце. Однако она сдержалась и сказала:

— Тогда я сразу перейду к делу. Ваше необоснованное обвинение создало проблемы для нашего студента. Надеюсь, вы серьезно отнесетесь к этой ситуации и извинитесь.

Чжу Фанцай рассмеялся, стряхнул пепел и ответил:

— Проблемы? Я не думаю, что есть какие-то проблемы. Вы можете подвергнуть сомнению мои слова, но вы не можете лишить меня свободы слова!

— Вы! — Она была в ярости на его поведение, но она остановилась после одного слова.

Нельзя недооценивать бесстыдство этой мрази. Если он запишет разговор и отредактирует его, завтра в заголовках может быть «университет угрожает репортеру».

Видя, что раздраженная преподавательница молчит, Чжу Фанцай перехватил телефон в другую руку и продолжил:

— Ладно, давайте не будем тратить время. Я могу извиниться, но вы должны мне доказать две вещи. Первое, что статьи подлинные и имеют ценность! Предупреждаю, я хочу доказательства от высших авторитетов, а не от вас. Второе, что студент на самом деле самостоятельно написал их! Если вы не можете доказать этого, тогда я буду продолжать придерживаться своего мнения! Ради академического мира я буду бороться до конца!

Закончив говорить он сразу же положил трубку.

……………………………………….

Лу Чжоу казалось, что он стал пандой. Он не знал, кто слил его Wechat, но многие люди добавляли его.

[Мастер, помоги написать мне статью!]

[Легко ли опубликоваться в научном журнале?]

[Помоги написать мои статьи, мы можем обсудить цену.]

Кажется, некоторые все еще способны распознать настоящий талант.

Хотя их способ поддержать, немного странный…

Конечно, очень много людей оскорбляли его. Вероятно, они чрезмерно фанатели от него.

Парень привык к этому. Они просто повторяли одно и тоже. Совершенно бессмысленно.

Его семья не пользуется Weibo, поэтому они никогда не увидят эту статью. Это также не сильно повлияло на его личную жизнь, вчера он все также беззаботно обучал Хань Мэнци математике.

Никто на улице не знал, что это он Лу Чжоу. В университете не так много людей из-за каникул.

Тут парень заметил, что Чэнь Юйшань отправила ему сообщение.

[Чэнь Юйшань: Я давно не видела тебя в библиотеке, ты в порядке?]

[Чэнь Юйшань: Этот мужик слишком злобный! Ты так трудился…

[Чэнь Юйшань: Как насчет того, чтобы я угостила тебя ужином сегодня?]

Лу Чжоу было приятно, что о нем кто-то так сильно заботиться. Он напечатал в ответ:

[В другой раз. Мне нужно дать интервью для Цзиньлин Дэйли и не знаю, когда закончу.]

[Чэнь Юйшань: Ты идешь в газету???]

[Не из-за чего-то хорошего...]

Парень немного подождал, и девушка отправила два сообщения.

[Я верю в тебя!]

[Давай!]

А?

Он засмеялся и посмотрел на время в телефоне.

Пора!

Лу Чжоу пришел в кабинет. Помимо заведующего Лу тут еще присутствовали другие руководители с факультета математики.

Поскольку они видели статьи парня, у них сложилось хорошее впечатление о нем. Он поздоровался с ними, и они даже улыбнулись ему в ответ.

Их студент был прав, очевидно, они объединятся против остального мира.

Репортер готовился к интервью. Лу Фанпин воспользовался моментом и оттащил парня в сторону, спросив:

— Ты готов? Репортер будет спрашивать у тебя только те вопросы, на которые ты можешь ответить.

— Я знаю, — кивнул Лу Чжоу.

Профессор Лу не стал многого говорить, он просто похлопал его по плечу и произнес:

— Тогда, вперед.

Интервью началось.

Лу Чжоу сидел на стуле в кабинете перед камерой с микрофоном. К его удивлению он был спокойнее чем ожидал.

Женщина-репортер с хвостом улыбнулась ему. Получив сигнал к началу, она спросила дикторским голосом:

— Здравствуйте, я репортер из Цзиньлин Дэйли. Могу я узнать, как вы смогли написать девять научных статей за месяц?

Это ожидаемый вопрос.

Лу Чжоу задумался и ответил:

— В действительно, я не чувствую, что в этом было что-то сложное. Все девять работ связаны с применением искусственного интеллекта, что является относительно новой областью. Думаю, моя работа не такая трудная. Кроме того, я изучал это довольно давно и только недавно начал писать статьи…

Репортер кивнула и посмотрела на него в поддержку, после чего задала второй вопрос:

— Что вы можете сказать господину Чжу по поводу ценности ваших работ?

— Думаю, утверждать, что мои статьи не имеют никакой ценности — ложное обвинение. Он не разбирается в компьютерных технологиях. Понял ли он мои работы? Проверил ли мои вычисления? Вероятно, он даже не читал их или даже не понял их, — беспомощно ответил парень.

— Думаю, господину Чжу не понравятся ваши слова, поскольку он самопровозглашенный научный писатель, — смеясь, сказала репортер. Затем продолжила, — Но первокурсник… или уже даже почти второкурсник, опубликовавший девять научных статей за месяц, звучит немного нелепо. Именно поэтому общественность спрашивает с вас. Кроме того, господин Чжу также сказал, что ваши работы могут быть плагиатом или написаны не вами…

— Это необоснованные обвинения, — пожал плечами Лу Чжоу. Он старался сохранять хладнокровие, — Начиная со статьи по математике, я написал каждую статью в библиотеке. Можно запросить записи у университета, если нужно.

— Нет необходимости в таком. Вы упомянули, что ранее также предоставляли работу по математике, верно? — репортер резко вцепилась в слова парня, чтобы раскопать тему поглубже.

Лу Чжоу не мог скрыть это. Он хотел сказать про это сам, прежде чем кто-то обнаружит это и набросится на него.

Он кивнул и признался:

— Да, кроме работ по информатике, у меня есть две статьи. Одна из них написана в то время, когда я работал над девятью статьями. Поэтому в действительности мною написано десять работ в течении месяца.

Услышав его слова, у репортера загорелись глаза. Лицо заведующего посинело. Он пристально посмотрел на парня, надеясь убедить его не продолжать развивать эту тему.

Однако Лу Чжоу специально не смотрел на профессора Лу.

Поскольку другие решили в открытую нападать на него, бесполезно оставаться сдержанным. Только с таким же подходом можно дать отпор.

В конце концов это не простой спор. Мне сложно опровергнуть обвинения. Если я скажу, что академические рецензенты могут доказать ценность моих работ, они выскочат и усомнятся в их авторитете. Они будут подозревать, что журнал и университет прикрывают меня из-за своей репутации.

Толпа не может критически мыслить сама…

Скорее арбуз научится думать.

Подавляющее общественное мнение задавит его, независимо от правды.

Поэтому парень решил.

Он не может быть нормальным человеком. Гении — ненормальные.

Если ты называешься меня академическим раком, то я покажу себя как гения!

Репортер кивнула. Она собиралась задать следующий вопрос, когда громкий стук раздался снаружи кабинета.

Репортера прервали. Лу Фанпин нахмурился, но пришедший преподаватель заговорил радостным голосом:

— Заведующий Лу! Наш университет получил благодарственное письмо от Нью-Йоркского университета. Получатель — Лу Чжоу!

Глава 40. Беспредел какой-то

[Здравствуйте, Лу Чжоу. Это факультет математических исследований из Курантовского Нью-Йоркского университета. Для начала хотим выразить благодарность за то, что отправили свое исследование в журнал «Международный журнал теоретической и прикладной математики». Один из ваших выводов, сделанный в вашей статье, значительно продвинул наше совместное исследование с Институтом Пола Шеррера.]

[… Проект касается анализа спектра сейсмических волн, который используется в геологоразведочных и сейсмических исследованиях. Конкретные детали проекта нельзя разглашать из-за соглашения о конфиденциальности. Но гарантируем, ваши исследования используется в мирных целях ...]

[… Когда мы узнали, что вам всего 19 лет, профессор Родвелл и профессор Ли из нашего института удивились.

В то же время мы восхищаемся вашим талантом в математике. Выражая благодарность за вашу работу, мы также искренне приглашаем вас. Если вы хотите приехать в США для получения степени бакалавра и магистра, обязательно свяжитесь с нами. Двери Университета Нью-Йорка открыты для вас.]

Пекин, вблизи колледжа Удаокоу, старомодный жилой дом.

На столе лежал Цзиньлин Дейли, в котором частично цитировалось письмо из Нью-йоркского университета, еще сообщалось о возникшем споре на Weibo.

Также прикладывалась копия на английском языке.

— Беспредел какой-то!

Седой старик закончил читать газету и, надев очки, покачал головой. А его пальцы на столе дрожали от гнева.

Мужчина средних лет вошел в кабинет, увидев лицо старика, он спросил:

— Папа, что тебя так разозлило?

— На, сам прочитай, — ответил старик, ткнув в газету.

Мужчина увидел обложку газеты и сразу понял.

Он отличался от своего отца пенсионера, который просто проводил дни, гуляя с собакой и играя в шахматы. Он часто пользовался интернетом и, очевидно, слышал обо всех громких новостях, только вчера он обсуждал это с коллегой.

Не важно, есть ли проблемы в статьях. Самопровозглашенный эксперт поймал студента, просто ради славы.

Он просто смешал правду с ложью и заговаривает зубы.

Можно даже сказать, что он уничтожает интеллектуалов!

Мужчина улыбнулся и спросил:

— Ты тоже узнал про это?

— Непрофессионал, тыкающий пальцами в других. Скажите еще, что это не так! Просто тычет в воду! Может перед выходом из дома еще вывешивать таблички на груди? Даже не могу читать это! Знаешь, что я вспомнил? Сорок лет назад…

Его глаза стали мутными, словно он впал в воспоминания…

Старик открыл было рот, но затем вдруг вздохнул и покачал головой.

— Забудь, не буду говорить, это все в прошлом.

Затем он вновь посмотрел на газету. Она цитировало пост в блоге о Чжу Фанцай.

— Эта статья хорошо написана. Поистине, такая молодежь пережиток прошлого. Эх. — фыркнул пожилой мужчина и оперевшись на подлокотники кресла, встал.

Мужчина средних лет спросил:

— Папа? Ты уходишь? Скоро обед.

Старик отмахнулся и подошел к двери:

— Не хочу есть. Пойду в дом моего старого одноклассника! Я злюсь, мое сердце полно беспокойства!

……………………………….

Опубликованное благодарственное письмо изменило общественное мнение.

Студент, которого признал Нью-Йоркский университет не мог быть академическим раком.

Люди, изначально скептически относящиеся к Лу Чжоу, начали размышлять над новой информацией.

Нью-Йоркский университет входил в топ 30 мира. Можно утверждать, что университет Цзиньлин защищает собственную репутацию, но кому-то за океаном незачем такое делать, да? К тому же исследовательский центр в Швейцарии звучал весомо…

Вышедший отчет обескуражил Чжу Фанцая.

Он не мог сидеть сложа руки и тут же опубликовал третий пост в блоге.

На этот раз он не сомневался в академической ценности работ.

«Даже, если можно доказать, что со статьями все нормально, вы все равно не доказали, что статьи написаны им самим!»

«Как студент может написать такие статьи?»

«Кто может это доказать? Университет Цзиньлин? Только потому что ты ходил пару раз в библиотеку? Я был в библиотеке бесчисленное число раз. Почему я не могу написать 10 статей в месяц?»

«Говоришь, что ты гений, я не верю в это!»

Лу Чжоу увидел этот пост в блоге Чжу Фанцая и подумал.

Просто ты тупой…

К сожалению, оппонент не предоставил ему такой возможности.

Аргументы стали безобразными.

Однако, когда Лу Чжоу думал, что этот спор продолжится, «Хуаго Юс Дэйли» опубликовала отчет, выводящий из тупика.

Название статьи было громким.

[Амбиции молодого героя!]

В статье не упоминалось о онлайн спорах. Только сообщалось о обыкновенном студенте университета, опубликовавшем 11 научных статей. А также, что два профессора из университета Удаокоу оценили эти работы и благодарственное письмо из-за океана.

И его звали Лу Чжоу.

Эту статью опубликовали не только в журнале, но и на официальной странице в Weibo.

К тому же, «Эврион Дэйли» и несколько других СМИ сделали репост записи.

Лу Чжоу снова оказался в трендах.

Но в этот раз совершенно по другой причине…

Чжу Фанцай в ярости смотрел на экран своего телефона и не мог перестать потеть.

Тут он осознал, что играет вне своей лиги.

Обычно никто не волновался о нем, и он мог говорить все, что хотел. Все отвечающие также были на его уровне, и никто не мог его уничтожить.

Но сейчас…

СМИ явно хотели показать Лу Чжоу как пример звездного студента. Однако его аргументы прямо противоположны пропаганде СМИ.

Это плохо…

Что мне делать?

Сдаться?

Но моим фанатам это не понравиться и с таким трудом собранные подписчики могут разбежаться.

Но если я не сдамся…

Чжу Фанцаю в самом деле испугался, что он может стать следующей целью.

Неважно, сколько у него фанатов, СМИ легко может их уничтожить.

Тут зазвонил его телефон.

Звонил другой образовательный обозреватель Чжун Боуэн.

Он время от времени писал похожие посты, но не такие резкие, и его взгляды не настолько радикальные, как у «Большого Рта». Люди звали его Старый Чжун, добрым и хорошим человеком.

— Чжу, просто прекрати. Еще не поздно. Если ты продолжишь, боюсь, будут проблемы, — сказал старый Чжун с тяжестью.

— Старый Чжун, не то, чтобы я не хотел остановиться. Я просто не могу прекратить! — вздохнул Чжу Фанцай.

Старый Чжун убивался горем:

— Ты думаешь с этими университетами легко иметь дело? Думаешь у них нет последователей? Это из-за подписчиков?! Почему ты не выбрал университет, у которого мало выпускников, а?

— Я не хотел злить университет Цзиньлин. Я просто критиковал этого пацана. Любой, кто увидел бы десять статей за месяц, подумал, что это ненормально, согласен? Кто знал, что они так сильно отреагируют? Я думаю должно быть что-то не так! — утверждал Чжу Фанцай.

— Думаю, что-то не так с твоей головой, — старый Чжун не мог не оскорбить его, — подумай сам, может ли обыкновенный студент опубликовать 10 статей за месяц, очевидно, он не нормальный человек!

Теперь, когда ты так сказал…

Ты прав…

Но сейчас слишком поздно раскаиваться.

— Тогда что ты предлагаешь мне сделать? — вздохнув спросил Чжу Фанцай.

— Это легко разрешить. Они просто хотят твоих извинений. Извинись и признай свои ошибки, и все закончится, — ответил по телефону Старый Чжун.

— Ни за что, лучше суд в иск. Судебный иск не будет слишком дорогим… Если признаю поражения, то потеряю больше, — произнес Чжу Фанцай, пытаясь говорить через силу. В итоге он покачал головой, — В лучшем случае, буду говорить меньше.

Я не могу извиниться. Я никогда не извинюсь.

Я просто промолчу, или мы можем отправиться в суд!

Он видел штормы и страшнее этого!

Он написал, что чай Лунцзин, что пило правительство, вызывает рак. В итоге суд отсудил у него жалкие 600 тысяч. Суд может заставить его заплатить, но не сможет заставить его извиниться!

Старый Чжун вздохнул и покачал головой:

— Тогда ничем не могу тебе помочь, всего наилучшего.

После этого он повесил трубку.

Глава 41. Заберите посылку

Здание Шуньфэн, офис генерального директора.

Обеденный перерыв.

— Я хотел помочь ему в трудную минуту, но, предполагаю, теперь ему не нужна наша помощь. — сказал Ван Вэй просматривая популярнейший тренд и покачал головой. Он поставил лайк на репосте Эврион Дэйли.

В этот момент в его дверь постучали.

Мужчина, не поднимая головы, сказал:

— Входите.

Пришел начальник отдела кадров.

— Директор, мне отложить предложение до выходных?

Ван Вэй немного задумался и ответил:

— Отправь сейчас. Нет смысла ждать.

Эта новость от Эвриуан Дэйли в самом деле шокировала и превзошла все его ожидания. Но он не был слишком удивлен подобному развитию событий.

Чувство политики — базовое умение, которым должен обладать каждый бизнесмен.

На собрании два года назад, точка зрения вышестоящих уже была вполне ясна.

Интернет не освобожден от законов. Свобода слова не позволяет кричать все что вздумается. Чжу Фанцай опирался на популярные темы, использовал громкие слова и бесстыдно раздражал людей. Его дни будут становится все труднее и труднее.

Не говоря уже, что он негативно влиял на общественность.

Без каких-либо доказательств он использовал свой собственный статус и запятнал репутацию амбициозного студента. Он использовал спекулятивные фразы наподобие «десять статей за месяц» и «академический рак», чтобы увеличивать свою популярность.

Он ничем не отличался от шумного ребенка.

Теперь, испугавшись, он решил замолчать. Он решил остаться сдержанным, но легко ли это?

Рука уже поднялась, и она собиралась ударить. Вопрос лишь в том насколько сильной будет пощечина.

Если большой рот был бы умнее, то он ударил сам себя и признал вину. Может быть тогда его бы оставили в покое.

Однако он явно тупой…

Ван Вэй, призадумавшись, засмеялся. Он коснулся экрана телефона и сделал репост статьи Эврион Дэйли. И даже добавил подпись.

[Парень, зарплата полмиллиона в год. Как насчет того, чтобы прийти на работу в Шуньфэн?]

Нажал.

Отправить.

Комментарии под сообщением взорвались.

……………………………

Прошло менее недели с начала этой шумихи и уже появилась публикация от Хуаго Юс Дэйли.

Лу Чжоу не ожидал, что в итоге все закончится так драматично.

Репост от Эвриуан Дэйли полностью изменил общественное мнение. Люди, увидев разъяснение правительства, тут же перелезли на поезд, осуждающий Чжу Фанцая.

Студент, получивший признаний от Нью-Йоркского университета и Швейцарского института Пола Шеррера, чья статья в области информатики привлекла внимание предприятия с капиталом в миллиарды, такого великого студента называли академическим раком?

Возмутительно!

[Тебе все еще нравится оскорблять людей, старый Чжу?]

[Я уже говорил, что со статьями все нормально. Он просто любит издеваться над людьми.]

[Я должен встать на колени пред этим гением. Я не могу написать даже две статьи за год.]

[Садитесь и молитесь на этого бога.]

[Такое ощущение, что впустую потратил четыре года в университете...]

[Как иностранный студент в Массачусетском технологическом институте, могу утверждать, что это очень распространено в США, Мы обычно называем таких людей разрушителями кривой, потому что их производительность всегда находится на крайних границах кривой нормального распределения.]

[Если молодежь сильна, то значит, страна сильна, лайк посту Эвриуан Дэйли!]

[...]

Больше всего Лу Чжоу смеялся сквозь слезы от того, что не знал, кто слил его Weibo.

Его нашли в море людей и уже более двухсот людей просили написать им статьи.

Он лишь недавно создал аккаунт и не ожидал собрать пятьдесят тысяч подписчиков.

С другой стороны, Чжу Фанцая атаковала общественность. Он, словно испуганный котенок, не публиковал посты и не заходил в Weibo.

Он никогда не извинится.

Но смысл быть черепахой?

Даже если у тебя стальной черепаший панцирь, человек рано или поздно растопчет тебя до смерти.

Чжу Фанцай даже не думал, что его третье оскорбительное сообщение в блоге, станет его последним в его же блоге.

Он открыл свой компьютер и зашел в аккаунт, чтобы посмотреть, сколько подписчиков он потерял, и был шокирован.

Его аккаунт в Weibo заблокировали…

От таких новостей у него перед глазами вдруг потемнело, и он чуть не потерял сознание.

Он лежал на стуле и безучастно смотрел на экран.

Более трех миллионов подписчиков…

Пропали в одно мгновение.

Его огорчали не только подписчики, но и следующий за ними его доход от рекламы в пятьсот тысяч в месяц.

Его аккаунт стоил более десяти миллионов юаней!

Это невыносимо, его сердце обливалось кровью. Чжу Фанцай взял телефон и позвонил в службу поддержки Weibo.

Как только там взяли трубку, он начал кричать:

— За что вы заблокировали мою учетную запись? Что я сделал не так! Предупреждаю, если не объясните, я подам жалобу!

Человек из службы поддержки спокойно выслушал его жалобу и вежливо сказал:

— Здравствуйте, пожалуйста, можете назвать вашу учетную жалобу в Weibo?

Чжу Фанцай все еще злился. Он вспомнил, что не произнес своего имени и быстро успокоился:

— Меня зовут Чжу Фанцай.

— Пожалуйста, подождите. — через некоторое время с другой стороны продолжил, — Здравствуйте, мы заблокировали вашу учетную запись из-за размещения вредоносной информации. Вы нарушили пользовательское соглашение Weibo …

В ярости Чжу Фанцай перебил и в гневе спросил:

— Какой пункт я нарушил?! У меня есть свобода слова. Кто разрешил вам затыкать меня! Предупреждаю вас. Немедленно разблокируйте мою учетную запись или я подам в суд…

Он получил спокойный ответ:

— Мои извинения. Нарушение установил правительственный отдел надзора за безопасностью в сети. Мы не можем разблокировать ваш аккаунт. Пожалуйста, подайте апелляцию через суд.

Отдел надзора за безопасностью в сети…

Мы не можем разблокировать…

Пожалуйста, подайте апелляцию через суд…

Каждая фраза безжалостно издевалась над ним.

Чжу Фанцай чуть не выплюнул кровь прямо на клавиатуру.

Однако его неудачи еще не закончились. Как только он повесил трубку, раздался звонок.

Подняв телефон, он уныло ответил:

— Да.

— Доставка ЕМС. Спуститесь вниз, чтобы получить посылку.

Посылка?

Я ничего не заказывал…

Он замер, нахмурившись он спросил:

— Что за посылка?

— Документ… Сейчас взгляну для вас. Кажется это папка или что-то такое, — сказал доставщик стоя рядом с фургоном и зажимая телефон между ухом и плечом. Затем он перевернул пакет и продолжил, — Из Цзиньлина… суд? Это определенно вам, спуститесь за ней.

Чжу Фанцай повесил трубку и бросил телефон на стол.

Он растянулся на кресле и достал пачку сигарет, прежде чем закурить.

Сквозь дым он увидел свое отражение на экране телефона.

Внезапно он понял, что выглядит так, словно ему девяносто лет…

Глава 42. Я хочу быть ученым

Лу Чжоу увидел, что генеральный директор Шуньфэн Груп Билдинг отметил его в своем посте, и подумал, что это просто шутка. Он не ожидал получить предложение от группы Шуньфэн.

Однако, поскольку у него нигде не указана электронная почта, предложение было отправлено почтой в университет. И, очевидно, Шуньфэн самостоятельно доставил письмо.

К сожалению, именно университет позвонил ему по телефону и попросил забрать письмо. Он даже не думал, что это может быть предложением. Он открыл конверт сразу по получению и несколько студентов рядом с ним увидели это.

Возможно некоторые люди подавали заявление на работу в Шуньфэн, потому что они узнали логотип.

Они вспомнили о популярном посте Шуньфэн …

И теперь все осознали, что генеральный директор не шутил!

Он был не только знаменит на Weibo, но и в новостной ленте друзей WeChat. Люди публиковали посты с фразами по типу «поклоняемся богу» и «поклоняемся гению». Он не мог быть смиренным, даже если бы захотел.

Хотя в университете Цзиньлин полно гениев, их не так много на уровне Лу Чжоу!

Ему уже на первом курсе предложили работу за полмиллиона юаней. Что будет, если он окончит?!

Студенты, которые уже закончили учиться, чувствовали, что потратили впустую свои четыре года. Они учились на самых популярных направлениях, получили кучу сертификатов, пару лет отработали, прыгнули по паре кораблей и даже тогда они зарабатывали всего 20-30 тысяч юаней в месяц.

Смотря в зеркало, они видели себя лишь как пенсионера среднего возраста.

Зарплата в полмиллиона юаней это то, о чем большинство людей могли лишь мечтать.

Однако в данную минуту у Лу Чжоу в мыслях творился беспорядок.

Он запутался. Что ему делать с этим предложением о работе?

Он прочитал предложение несколько раз, так как получил его вчера. Предложение Шуньфэна чрезвычайно привлекательное, полмиллиона годового оклада, поощрения три раза в год и тому подобное.

По правде говоря, увидев зарплату, Лу Чжоу заволновался.

Трудно не поддаться искушению. Он мог отработать несколько лет и уже купить дом и машину. Затем ему просто нужно найти красивую жену достойную его и жизнь удалась!

Однако он задумался о системе и замолчал.

И хотя система подкидывала ему ям на пути, он все же ощущал, что владению ею делало его гораздо ценнее.

По меньшей мере ценнее полумиллионной зарплаты…

— Чжоу…. Брат Чжоу, ты решил по поводу предложения? — спросил Лю Жуй. Он хотел позвать его просто по имени, но отчего-то ощущал себя похороненным под популярностью Лу Чжоу и изменил свое обращение.

Лу Чжоу посмотрел на соседа и призадумался, прежде чем спросить:

— Ты сейчас завидуешь?

Лю Жуй ошеломленно ответил:

— Что за черт… Кто будет завидовать?

Нужно ли это спрашивать!

Лу Чжоу вздохнул:

— Но я… хочу отказаться.

Что?!

Хотя он знал, что Лу Чжоу притворяется, он все равно не мог не спросить:

— Почему? Это хорошая возможность.

Парень взглянул в небо и ответил:

— Я не хочу подобной жизни.

Увидев выражение Лю Жуя, он наконец-то решил.

Для многих людей достаточно зарплаты в полмиллиона юаней, чтобы обзавидоваться, но это все же цель для обычных людей. Не говоря уже о полумиллионной зарплате, даже зарплата в миллион или в сотню, нет даже 10 лучших предложений мира по сути будут такими же не интересными.

У него есть система, так зачем ему работать на других людей?

Лу Чжоу решил.

Он никогда не будет работать на других.

Лю Жуй потерял дар речи на некоторое время, а затем переспросил:

— Какую жизнь ты хочешь? Ты думал о жизни с такими деньгами?

— Я хочу быть ученым.

— ....

Я хочу набить тебе морду.

…………………………

Они отправили предложение через реальное письмо.

Лу Чжоу чувствовал, что если он ответит, используя свою электронную почту, то это будет неуважительно. Поэтому после минутного размышления он решил позвонить по номеру телефона, указанному в письме и вежливо отказаться.

Выслушав его речь и помолчав секунд десять, с другой стороны ответили:

— Слишком мало? Приезжайте В Шэньчжэнь. Мы купим вам билет на самолет. Можем обсудить это лицом к лицу.

???

HR такие властные сейчас?

Не услышав ответа Лу Чжоу, с другой стороны кашлянули и спокойно сказали:

— Позволь представиться, я Ван Вэй.

Стебетесь?

Приложенный номер не HR?

У этого генерального директора куча свободного времени…

Если бы Ван Вэй знал, о чем думал парень, он взбесился бы.

Лу Чжоу не шокировал мужчина из списка самых богатых людей Форбс. Он глубоко вздохнул и сказал:

— Дело не в деньгах. Думаю, я еще недостаточно знаю. Есть еще много всего, чему я могу научиться. Поэтому, хотя ваше предложение заманчиво, у меня нет желания работать прямо сейчас. Мне очень жаль.

Но мужчина не сдался и с интонацией старика продолжил говорить:

— В обществе и на работе многому можно научиться. Я верю, что если ты придешь к нам, то узнаешь много всего, что тебя заинтересует. И по правде говоря, если ты способен написать алгоритм подобный этому, университет не сможет предложить тебе больше помощи. Тебе нужны возможности и деньги, которые институт не даст, но я могу.

Он остановился, а затем засмеялся и снова заговорил:

— Если ты беспокоишься, что твое образование станет препятствием для продвижения по службе, то не беспокойся. Образование нужно для выявления талантов у обычных людей, а не у таких талантливых как ты. Думаю, способности важнее, чем образование и достижения.

Парень вздохнул про себя в тайне восхищаясь этим человеком.

Не удивительно, что он в списке форбс. Его темперамент и жажда безумны. Если бы это было два месяца назад, я бы, наверное, поклонялся ему.

Но теперь я понимаю, что мне еще нужно многому научиться.

— Извините, — сказал Лу Чжоу, покачав головой. А затем твердо произнес, — Хотя я ценю, что вы меня так высоко оцениваете, сейчас у меня нет планов начинать работать. Надеюсь в следующий раз мы встретимся уже как бизнес-партнеры

На другом конце воцарилось молчание, прежде чем послышался смех.

— Ха-ха-ха-ха. Я с нетерпением жду этого.

Ему отказали, так что не о чем было говорить.

Ван Вэй повесил трубку, покачал головой и положил телефон на стол.

— Этот парень очень интересный.

Стать деловым партнером Шуньфэн? Довольно амбициозно.

Но для начала лучше найди денежного ангела!

Слишком много предпринимателей потерпели крах. Без капитала невозможно реализовать технологии.

Он видел слишком много людей отказавшихся от должностей в пользу своего дела.

Глава 43. Пощада? Что это?

Днем все в той же старой лекционной аудитории, Лу Чжоу давал интервью «Хуагуо Юс Дэйли».

Это его второе интервью за этот месяц.

В сравнение с предыдущим разом, на этот раз интервью другое. Репортер сообщил ему, что оно будет опубликовано не только в газете, но и в интернете. Из-за этого Лу Чжоу немного нервничал.

Красивая молодая женщина брала у него интервью. Ее приятный голос походил на тон радиоведущих.

Она улыбнулась и сказала:

— Здравствуйте, студент Лу, мы можем начать?

Парень кивнул и ответил:

— Да, пожалуйста, спрашивайте.

— Не нервничайте. Вопросы простые, — с улыбкой произнесла репортер. Затем кивнула оператору начать, прежде чем заговорила профессиональным тоном, — Прежде всего, хочу спросить, как ты учишься? Какие-нибудь хитрости или советы?

Лу Чжоу призадумался и ответил:

— Нет никаких хитростей. Просто хожу в библиотеку и учусь там. Тут я не сильно отличаюсь от других студентов.

— Правда? Похоже, что студент Лу — просто гений, — с улыбкой произнесла женщина и продолжила, — пообщавшись с другими студентами, мы узнали, что ты все еще подрабатываешь на полставки. Мне интересно, как ты успеваешь учиться и работать одновременно?

Лу Чжоу засмеялся и сказал:

— Я работаю в основном из-за финансового положения моей семьи. Думаю, если правильно распределять свое время, то можно успевать и работать, и учиться.

В тоже время про себя он думал об обратном.

Работа не повлияла на учебу?

Хрень собачья!

Репортер спросила:

— Я слышала, что у тебя есть младшая сестра, которая учится в старшей школе?

Лу Чжоу ответил:

— Да, после лета она перейдет в 11 класс.

Женщина улыбнулась и продолжила спрашивать:

— Тебе есть что сказать своей сестре и другим ученикам, готовящимся к поступлению в университеты?

Парень посмотрел в камеру и ярко улыбнулся:

— Давай, я жду тебя в Цзиньлине!

Готово.

Интервью закончилось.

Последний вопрос своеобразная «скрытая реклама», которую попросил университет. Лу Чжоу честно ответил на все остальные вопросы.

Интервью закончилось, персонал университета помог репортеру собрать оборудование. По возвращению ему все еще писать отчет об интервью с другими студентами.

Для университета Цзиньлин этот конфликт можно назвать большой победой. Мало того, что они прояснили свои собственные обиды, но средства массовой информации также расхвалили их имя.

Где еще можно обучить такого талантливого студента?

Хотя не обязательно, что именно университет взрастил такого студента, но это все равно честь для учебного заведения!

На последнем собрании ректор университета Сюй Цзянь дважды произнес имя Лу Чжоу, что заставило факультет математики гордиться. Особенно декана Лу, который половину собрания просидел с широкой улыбкой.

Что считается хорошим достижением для факультета математике?

Это считается хорошим достижением!

Сотрудники передали бутылку с водой Лу Чжоу, и он сделал глоток, когда увидел, что декан Лу подходит к нему.

Тот похлопал его по плечу и с улыбкой заговорил:

— Хорошее интервью. Кроме того, звонил ректор и сказал мне, чтобы ты больше не хватал подработок на всяких сортировках посылок и раздаче листовок. Постарайся не работать там, если возможно. Если у тебя проблемы, то у университета есть стипендия.

Он, считай, подразумевал, что следующая стипендия его.

Лу Чжоу осторожно спросил:

— А репетиторство… нормально?

— Конечно! Я поддерживаю обеими руками! — улыбаясь сказал декан, — университет не хочет мешать тебе работать. Просто… выбирая работу, подумай о том, что это за работа. Постарайся не выбирать пустую трату времени или тяжелую работу.

Декан в действительно боялся сплетен.

Что если кто-то попытается исказить правду и спросит почему университет вынуждает такого замечательного студента раздавать листовки или одеваться в маскотов? Что если они спросят про стипендии?

Услышав слова декана, парень облегченно вздохнул.

Он счастлив, что ему позволили продолжить репетиторство.

Стипендия составляет всего десять тысяч юаней, кроме того, это всего лишь единовременно. Он заработает больше только на репетиторстве.

— О, еще одно, — сказал декан Лу, откашлявшись, и затем со смехом продолжил, — Университет решил официально привлечь к ответственности человека, что повлиял на твою жизнь. Наш адвокат Ван Хайню из нашей юридической школы. Мы не будем его сильно топить, но по крайней мере, сделаем так, чтобы он заплатил цену, которую заслужил! Возможно тебе придется давать показания в суде. Это не станет проблемой для тебя, да?

Звать профессора по праву в суд довольно неуважительно по отношению к оппоненту.

Люди в суде могут оказаться даже его учениками.

Лу Чжоу мысленно представил подобную ситуацию.

Он тут же встал и ответил:

— Конечно не против! Если понадоблюсь, только скажите!

Гений должен использовать все свои силы, чтобы победить соперника.

Пощада? Что это?

Надо истребить подобное насекомое!

Лу Чжоу не упоминал, что у него не было ни денег, ни энергии на суды. Теперь, когда школа протянула ему руку помощи, само собою он не откажется. Он не мог дождаться, чтобы пойти в суд.

Интервью закончилось и Лу Чжоу отправился в лабораторный корпус. Ранее он рассказал профессору Тану о предложении о работе ему. Профессор попросил его прийти к нему, чтобы поговорить об этом.

— Зарплата в полмиллиона? Ты действительно отказался? — спросил профессор Тан, когда услышал решение парня. Ему трудно поверить в это, поскольку он знал, как тот жаден до денег.

Полмиллиона.

Профессор слышал, как два аспиранта обсуждали это. Они жаловались на свое невезение. И говорили, что согласились бы и за половину от этой суммы.

— Профессор, я уже хорошенько подумал. Я хочу посвятить свою молодость научным исследования. Деньги не разрушат мои мечты, — серьезно произнес Лу Чжоу.

Тан Чживэй внезапно понял, что этот парень не только хочет денег, но у него есть еще одна плохая черта.

Он совсем не искренен, слишком любит заливать…

Но все же это ведь не так плохо?

По крайней мере он может подкрепить свое хвастовство навыками. Это лучше, чем высокомерные люди без навыков.

— Я очень рад, что ты смог принять такое мудрое решение. Твое будущее определенно лучше, чем полумиллионная зарплата. Я изначально хотел убедить тебя не устраиваться на эту работу, но, похоже, в этом нет необходимости…

Профессор Тан помолчал немного, прежде чем снова заговорить:

— Кроме того, по поводу приглашения из Нью-Йоркского университета. Как профессор университета Цзиньлин, я хотел бы, чтобы ты остался. Но как учитель, должен сказать, что это приглашение — огромная возможность для тебя. Хорошенько подумай над этим.

Если бы он был просто хорошим учеником, Цзиньлин не заботился бы о нем. Однако, он был студентом со звездными результатами. Очевидно, университет хотел оставить его при себе. В конце концов, опубликовать статьи будучи бакалавром уже впечатляюще. У него даже есть возможность выиграть Филдсовскую премию, как только он станет аспирантом.

Учиться в США?

Это звучит затратно.

А еще проблема языка и культуры.

Лу Чжоу немного подумал и покачал головой, сказав с улыбкой:

— Думаю, не стоит. Университет Цзиньлин тоже хорошее место, и я сказал своей младшей сестре, что буду ждать ее здесь.

На лице профессора появилась улыбка.

— Хорошо, что ты так считаешь. Ректор просил провести тебе «идеологическое обучение», но похоже это не нужно. Если ты останешься в университете Цзиньлин, то гарантирую тебе, что ты выпустишься и будешь иметь стипендию.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Эм… огромное спасибо!

— Это наш долг, — кивнул профессор и с улыбкой добавил, — ладно, мне больше нечего сказать. Возвращайся и напиши ответ в Нью-Йоркский университет, а затем продолжай готовиться к конкурсу моделей. Надеюсь увидеть твоё имя в списке обладателей первого места.

Парень улыбнулся и кивнул:

— Да, конечно!

Глава 44. Обида от одиночки

Утро, библиотека.

Наконец-то Лу Чжоу освободился от спора и как всегда пришел сюда учиться.

Как обычно он встретил Чэнь Юйшань, готовящуюся к экзаменам.

Они обсуждали математику и затронули недавние события.

Глаза Чэнь Юйшань округлились, услышав, что Чжоу отказался от предложения работы.

— Ты отказался от работы в Шунфэн?

Это зарплата в полмиллиона!

Это не похоже на него…

— Да, я не могу просто перестать учиться и пойти работать в Шэньчжэне, — закатил глаза Лу Чжоу, а потом добавил, — это убьет моего отца.

— О, точно, если ты согласишься на работу, то не сможешь продолжить учебу, — кивнула девушка и ткнула ручкой в подбородок, — тогда оставайся. Важно получить диплом.

Парень засмеялся.

На его взгляд диплом не так важен.

Просто задания от системы легче выполнить в университете. Он мог читать все книги в библиотеке и бесплатно скачивать исследовательские материалы и даже общаться с профессорами.

Только небесам известно, какие невыполнимые задания будет выдавать система, после окончания университета.

Ему следует оставаться в университете, пока он не повысит уровень. Он хотел начать свой бизнес, связанный с технологиями, и нет лучшего места для исследований, чем университет.

Чэнь Юйшань сказала:

— Точно, моя тетя попросила узнать у тебя, не занят ли ты сегодня вечером.

Парень ответил:

— Я свободен, что такое?

Девушка сказала:

— Она хочет угостить нас едой.

— Едой? По поводу? — спросил Лу Чжоу с любопытством глядя на Чэнь Юйшань.

Почему она хочет угостить меня без причины?

Само собою, если кто-то настаивал в покупке ему поесть, он определенно не откажется.

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Ты же обучал мою сестру, забыл? Стали известны результаты тестов в этом месяце и ее баллы по математике оказались лучше всех ожиданий. Моя тетя хочет угостить тебя ужином в знак признательности. Конечно, поскольку я предоставила тебе эту работу, то тоже хочу получить свою долю. Поэтому также иду.

Лу Чжоу с улыбкой спросил:

— Сколько она получила?

— 116! Она была в восторге услышав результат. Как и тетя! Давно не видела ее такой счастливой. — сказала Чэнь Юйшань и надулась, — Я же говорила тебе, что ты будешь хорош в преподавании математики.

Математика старшей школы…

Следовать плану, разбирать ошибки и экзамены в старшей школе за три года.

Выполняя эти три пункта и уделяя какое-то время на учебу, ваши результаты не должны быть плохими. Однако если хотите высокие оценки, то все зависит от таланта. Некоторые, естественно, чувствительны к числам и невозможно догнать их с тяжелой работой, если вы не одарены.

Например, у Лу Чжоу в школе был одноклассник способный решать системы уравнений без записей. Он просто решал их в своей голове. Каждый раз, когда учитель говорили про упущенные баллы на экзаменах, она вспоминала про него.

Хань Мэнци имела талант к науке. Если она что-то выучила, то больше никогда не ошибется. Если бы у нее имелось надлежащие отношение к учебе, она бы легко догнала всех.

Парень улыбнулся:

— Может, потому что твоя двоюродная сестра и моя сестра примерно одного возраста. Работа с подростками ее возраста в основном сводится к общению.

— У тебя есть сестра? — спросила Чэнь Юйшань с горящими глазами.

В этот момент в первом ряду раздался сильный кашель.

Они ощутили намек на жалобу и быстро закрыли рты.

Обида исходила от одиночки сидящего рядом с ними.

Чэнь Юйшань показала язык. Взяла тетрадь и вернулась на свое место.

Трудно общаться и смеяться в библиотеке. Даже если вы тихие, учащиеся могут услышать вас. Лу Чжоу знал про это и улыбнулся. Смутившись, он быстро замолчал и начал читать свою книгу.

Вчера он закончил книгу по топологии и покончил со всей математикой из списка. Следующим предмет по плану была информатика.

Система не создала много книг по информатике в списке. Всего их было три. Одна по новым алгоритмам, в то время другие две в основном содержали расширенные знания по С++.

Больше всего раздражало, что трудно выучить продвинутое программирование лишь прочитав учебники. Ему нужно изучить много других материалов. Также трудно было найти ценные статьи в большом море информатики.

В этот момент Лу Чжоу осознал, что истинный «академический рак» — кто публикует некачественные статьи. Отвратительно.

……………………………………….

Вечером Лу Чжоу собрал свои вещи и пошел к университетским воротам вместе с Чэнь Юйшань.

Белый Мазерати стоял припаркованным на обочине, а молодая девушка в платье стояла у открытой двери.

Увидев их, Хань Мэнци помахала им.

Лу Чжоу впервые увидел машину госпожи Ян. Высококлассный автомобиль потряс его.

Владельцы компаний ужасно богаты.

Эта машина стоит дороже, чем дома большинства людей.

Хань Мэнци, улыбаясь, обняла двоюродною сестру и сказала:

— Сестренка, ты наконец-то пришла. Я заждалась.

Она очень по-теплому относится к семье и друзьям, но очень стесняется незнакомцев. Парень никогда не видел ее такой расслабленной и жизнерадостной.

Конечно, это от того, что она хорошо сдала тест в прошлом месяце. Поскольку она собиралась поехать на летние каникулы на 20 дней, очевидно, она будет очень счастлива.

В этот момент госпожа Ян также открыла дверь машины и вышла.

Увидев Лу Чжоу, она улыбнулась и кивнула ему:

— Учитель Лу, спасибо за уроки по математике для Мэнци.

— Не за что. Это мой долг. — ответил с улыбкой парень.

Кстати, это первый раз, когда госпожа Ян улыбалась не из вежливости. Однако похоже напряжение между матерью и дочерью не уменьшилось. Заметив свою мать, у девушки спала улыбка и она даже не взглянула на нее.

Госпожа Ян не волновалась о холодности своей дочери. Она поприветствовала племянницу, улыбнулась и сказала:

— Давайте, садитесь в машину.

Затем она вернулась в машину.

Хань Мэнци уселась позади. Чэнь Юйшань и Лу Чжоу обменялись взглядами.

Лу Чжоу спросил:

— Кто сядет спереди?

— Может… я?

— Тогда ладно.

Чэнь Юйшань открыла дверцу машины и села спереди, а Лу Чжоу сел сзади с Хань Мэнци.

Машина завелась.

Хань Мэнци посмотрела на парня, надулась и прочистив горло сказала:

— Эй, у меня для тебя хорошие новости.

Лу Чжоу ощутил, что новость связана с ней, поэтому с улыбкой спросил:

— Что за новость?

Девушка отвела взгляд:

— Ну… я не скажу тебе. Попытайся угадать, сколько я получила за ежемесячный тест по математике!

— 116?

— Эй, кто-то тебе сказал! Это не считается! Моя сестра сказала тебе, да?! — с недовольным выражением подняла голову девушка. Чэнь Юйшань спереди тайком смеялась.

Кого волнует, считается это или нет, словно мы играем.

Лу Чжоу выглядел беспомощно.

— Мэнци, — произнесла госпожа Ян, ведя машину.

Хань Мэнци надулась, но ничего не сказала.

Очевидно, что она все еще не в ладах с матерью.

Но, говоря про это, ее мать установила дома десятки камер наблюдения. Кто был бы счастлив от такого?

В машине стало немного неловко от напряженности между матерью и дочерью. Чэнь Юйшань периодически перекидывалась фразами с тетей, а Хань Мэнци просто молча смотрела в окно.

Тут госпожа Ян спросила:

— Я слышала, ты отклонил предложение Шунфэн Груп?

После небольшой паузы, Лу Чжоу ответил с легкой улыбкой:

— Да, как вы узнали про это?

Госпожа Ян спросила:

— Ты хочешь начать собственный бизнес?

Парень ответил:

— У меня и правда есть такие планы, но я сейчас сосредоточился на научном прогрессе.

Госпожа Ян кивнула и произнесла:

— Если у тебя есть какие-нибудь хорошие идеи и тебе нужно финансирование, позвони мне. Хотя я не смогу чем-то помочь тебе, но могу представить тебя инвесторам-ангелам. Разумеется, получишь ты финансирование или нет, все еще зависит от яркости твоего проекта и как пройдет твоя презентация.

Лу Чжоу сидел и внимательно слушал.

Слова от успешного и опытного человека не то, что он мог выучить на лекциях.

Однако Хань Мэнци, похоже, не понравилась лекция матери, и она пробормотала:

— Ты уже не на работе, можешь перестать говорить о ней…

Слова дочери слегка шокировали её.

И машина вновь погрузилась в тишину.

Глава 45. Перепугаться до чертиков, хорошенько подумав

Машина остановилась.

Это стало неожиданностью для Лу Чжоу изначально он думал, что госпожа Ян отвезет их в необычное место, но они приехали на небольшую улицу вдали от города.

Мраморный фасад располагался в глубине странной улицы. И к удивлению, он выделялся, вместо того, чтобы быть похороненным среди небольших магазинов.

Может, это стиль богатых?

Лу Чжоу не очень понимал.

Они вышли из машины. Госпожа Ян пошла впереди и повела за собой группу людей внутрь ресторана.

Декор внутри полностью разнился от входа. Это напоминало другой мир. Под мраморными статуями текла вода. В тоже время различные растение дополняли западный стиль. Фактически, ресторан создавал чувство красоты между Китаем и западом.

Лу Чжоу теперь убедился, что такой западный ресторан в глуши должен иметь безумно богатого владельца.

— Четыре человека.

— Пожалуйста, сюда, — сказал официант сделав жест. Он повел группу на второй этаж.

Хань Мэнци не захотела сидеть с мамой и села рядом с парнем.

Как и в машине Чэнь Юйшань села рядом с тетей.

Группа села и официант принес четыре стакана лимонада и положил на стол два меню.

Госпожа Ян пролистала меню и с легкой улыбкой сказала:

— Этот ресторан очень хороший. Он тихий и тут нет городского шума. В городе Цзиньлин подобное место трудно найти. Я рекомендую стейк. Если тебе не нравится стейк, паэлья тоже неплоха. Сегодня я угощаю, так что заказывай, что хочешь.

— Тогда я закажу… — пробормотал Лу Чжоу, улыбаясь с осторожностью. Заглянув в меню, его брови подскочили.

Твою мать, так дорого!

888 юаней за стейк? Что за хрень? Я закажу жареный рис… Сотни юаней за рис?

Это развод!

Однако, посмотрев на лицо госпожи Ян, казалось, она не считала, что тут что-то не так.

Парень не мог не подумать.

У богатых совершенно другое представление о деньгах, чем у меня.

Хань Мэнци особо не церемонилась с матерью. Она забрала меню у Лу Чжоу и быстро перевернула его. Указав на изображение, она сказала:

— Я хочу стейк на древесине яблони! И это мороженое…

Естественно, Чэнь Юйшань тоже сделала заказ.

Настала очередь Лу Чжоу.

Немного подумав он в итоге выбрал испанскую паэлью.

Он не хотел тратить чужое время, и он никогда не ел ее раньше. К тому же, есть с ножом ему неудобно, и он не хотел позориться.

Госпожа Ян заказала только салат.

Лу Чжоу взглянул на изображение с салатом и ему стало интересно, наестся ли она, только съев салат.

Возможно, поскольку в ресторан находилось не так много людей, заказ быстро приготовили.

Глядя на паэлью с морепродуктами, от которой шел пар, парень не мог сдерживаться.

Особенно зеленые мидии и морские гребешки, посыпанные чесноком, выглядели очень вкусно!

Лу Чжоу не успел взять свою ложку, когда Хань Мэнци стащила кусочек мидии.

Брови парня изогнулись, но он не хотел опускаться на один уровень с ней, поэтому притворился будто ничего не видел.

Однако движение дочери не ускользнуло от зорких глаз матери.

Та сразу же строго сказала:

— Мэнци.

Улыбка девушка спала, и она посмотрела в сторону.

— Госпожа Ян… думаю не нужно быть такой строгой. Она просто шутит, — с улыбкой сказал Лу Чжоу, пытаясь урегулировать ситуацию.

— Это вопрос этикета, — не сдавшись, серьезно сказала госпожа Ян.

Парень выглядел беспомощным и ничего не ответил.

Ему действительно нечего сказать по поводу воспитания детей другими.

Он просто посочувствовал ей…

Во время еды атмосфера была тихой.

Лу Чжоу и Чэнь Юйшань ощутили холодную войну между матерью и дочерью. Когда они переглянулись, то увидели беспомощность в глазах друг друга.

Чэнь Юйшань: Извини, я не знала, что так выйдет.

Лу Чжоу: Все нормально, я ожидал подобного…

А?

Парень внезапно понял, что судя по всему освоил новое умение.

Я могу общаться с людьми просто глядя им в глаза?

Что это?

Я научился этому глядя на нее в библиотеке?

Или это система…

Лу Чжоу хотел это подтвердить и посмотрел на Хань Мэнци.

Эм…

Похоже это бесполезно.

Хань Мэнци увидела, что Лу Чжоу ведет себя странно и покраснев спросила:

— Почему ты смотришь на меня?

— О, ничего. Просто похоже, ты наслаждаешься едой. — ответил парень, осознав, что делает и быстро отвел взгляд.

К счастью госпожа Ян ранее встала с места, чтобы ответить на звонок, и не обратила никакого внимания на двоих.

Было бы нехорошо, если эта строгая женщина заметила подобное.

Во всяком случае, Хань Мэнци похоже поверила Лу Чжоу. Она бросила кусочек стейка в рот и, прожевывая, сказала:

— Ну, вкусно, но не настолько, как твоя готовка.

Парень засмущался от комплимента и сказал:

— Не стоит хвалить меня.

— Можешь не верить. Но я никогда не лгу, — сказала девушка, закатив глаза.

— Ты еще и готовишь? — спросила Чэнь Юйшань, глядя с удивлением на парня, — Я не знала…

— Конечно, он очень хорош! Его… его мапо тофу очень вкусное, — ответила Хань Мэнци, прежде чем Лу Чжоу успел что-то сказать.

Как будто она хвасталась.

— Звучит остро, — пробормотала Чэнь Юйшань сжав шею.

Она еще чувствовала остроту с того раза, когда парень отвел ее поесть малатана.

В этот момент госпожа Ян вернулась на свое место. Рядом с ней находился мужчина, выглядящий очень изысканно.

— Мэнци, не собираешься сказать привет дяде? — спросил он с улыбкой.

— Дядя, привет. Дядя, пока. — легкомысленно ответила девушка, даже не поднимая голову.

— Этот ребенок… — вздохнула госпожа Ян. Она смущенно посмотрела на мужчину, пояснив, — Извините. Мэнци всегда такая.

— Все нормально, — произнес мужчина с неловкой улыбкой. Он поприветствовал Чэнь Юйшань и потом посмотрел на Лу Чжоу. В его глазах мелькнул огонек, когда он спросил, — Ты же Лу Чжоу?

Парень удивился. Он не знал, что достаточно известен, чтобы его узнали.

Даже в студенческом городке только несколько человек могли узнать его.

Хотя он озадачился, как человек узнал его имя, он все же встал и вежливо пожал руку.

— Здравствуйте, а вы?

— Я менеджер этого ресторана. А также друг госпожи Ян, — ответил тот с улыбкой, пожав руку парню. Отпустив ее, он сказал, — Ты отклонил предложение от генерального директора Вана, да? А ты ничего парень.

— Просто я занят в университете и считаю, что еще недостаточно знаю. — смиренно ответил Лу Чжоу. На самом в глубине души он жаловался.

Почему так много людей упоминают это? Я просто отказался от работы.

— Я Ду Хайфэн. Давай еще пообщаемся в будущем. — представился Ду Хайфэн и вручил визитку парню, затем улыбнулся, — Продолжайте есть. Не буду больше вас беспокоить.

Возможно, он ощутил холод идущий от Хань Мэнци или был занят, в итоге он ушел.

Лу Чжоу сел обратно и посмотрел на визитку, подумав:

Акционер Хайфэн Капитал?

Я должен сохранить эту визитку.

Связи всегда полезны.

Если он хочет начать собственное дело в будущем, ему понадобиться контакты в этой области.

Хань Мэнци увидела, как Лу Чжоу принял визитку этого мужчины и похоже несколько опечалилась.

Парень заметил изменение ее эмоций и поразмыслил.

Может у мистера Ду отношения с госпожой Ян?

Они все взрослые. Одна — очаровательная женщина с несчастной семьей, другой — талантливый мужчина в расцвете сил. Даже в отечественных сериалах есть подобные популярные сюжеты, так что тут нет ничего странного.

Эм…

Это немного трудно оценить.

Эмоции, вовлеченные в семью, все усложняют.

Лу Чжоу не хотел лезть в чужую жизнь, это его убеждение.

Хань Мэнци посмотрела на мать и понизив голос, прошептала парню:

— Этот тип не очень хороший человек. Будь осторожен.

— Хорошо, — сказал Лу Чжоу. Он неправильно понял, что она имела ввиду и поэтому заботливо взглянул на нее. Он в действительности сочувствовал ей.

Хотя она сказала, что ей все равно на отца, если родители вступят в повторный брак, то ребенок создаст конфликт, да?

Лу Чжоу, очевидно, не принял во внимание то, что сказала девушка. Она встревожилась и сказала:

— Я серьезно!

Лу Чжоу странно посмотрел на нее и небрежно ответил:

— Я верю тебе…

— Ты! — девушка стиснула зубы. Она оглянулась по сторонам, прежде чем прошептала, — я видела… господин Ду любит мужчин.

Что?!

Эта фраза шокировала его.

Он вспомнил, как мужчина сказал: «А ты ничего парень»

Лу Чжоу так перепугался, что чуть не выбросил визитку в окно.

Глава 46. Ночная зубрежка Python

После еды госпожа Ян отвезла Лу Чжоу и Чэнь Юйшань обратно в университет.

Хань Мэнци с неохотой попрощалась, перед тем как уехать.

С завтрашнего дня у нее начнутся летние каникулы.

Как сказала госпожа Ян, она все каникулы проведет в Шанхае с отцом. Очевидно, в это время парень не сможет преподавать ей.

Для продолжения занятий придется подождать до сентября

Направляясь к общежитию, Чэнь Юйшань обернулась и спросила:

— Я собираюсь учить слова, по возвращению. А ты?

Парень подумал и ответил:

— Я пойду в библиотеку.

Девушка сказала:

— Младший брат, ты только первокурсник, а так много учишься. Я прям чувствую давление от тебя.

Лу Чжоу улыбнулся и скромно сказал:

— Я не так много тружусь. В моей комнате есть еще один такой же, так что я не один остался в университете.

Чэнь Юйшань взглянула на небо и вздохнула:

— Все новые студенты такие?

Около общежитий они разделились. Первым делом Лу Чжоу пошел в библиотеку и собрал вещи, оставленные на столе. Затем он направился в корпус А и, найдя пустую аудиторию, включил свет.

Выбрав место, чтобы сесть, он вывалил содержимое рюкзака на стол. Взглянув на часы на стене, он увидел, что сейчас ровно восемь часов.

— Если сейчас приму капсулу концентрации, и с учетом, что время действия пять часов, эффект продлится до часа ночи.

— Учитывая предыдущие тесты, максимально я смогу продержаться до пяти утра.

— Проснусь в двенадцать, поем в столовой… Затем пойду в компьютерный класс.

Он открутил крышку минеральной воды, вздохнул, затем взял капсулу, бросил ее в рот и проглотил.

Он снова почувствовал, словно по нему ползают муравьи от затылка до бровей. Вскоре его зрение стало яснее чем когда-либо.

Словно он читерил…

Стоп, он читерил!

Лу Чжоу не терял ни секунды. Он быстро достал учебник «Введение в Python» и начал читать его с начала.

Есть шутка в которой говорится, если хочешь заставить ленивых ïпрограммистов работать, то надо спросить у них «какой язык лучший?»

Они разделятся на такие группы как «С++», «Java», «Python» и так далее. Затем они будут усердно работать, пока не докажут, что их язык лучший.

Поэтому спорить о том какой язык лучше — бессмысленно. Самый подходящий тебе язык — лучший.

Хороший программист должен владеть более чем одним языком. Это как генерал, который должен уметь командовать не только пехотой. Он должен уметь командовать кавалерией, лучниками…

Что касается таких объектов как танки, пушки, самолеты, они могут храниться в базе данных системы, но Лу Чжоу не мог с ними взаимодействовать.

С функциональной точки зрения С++ напоминал швейцарский нож. Он имел сильную работоспособность и мог делать все что угодно. С ним можно реализовывать небольшие задачи, но для больших проектов он не так применим.

Например, если кто-то захочет построить машину, ему придется начать с колес.

Python же похож на Java. Это более высокий уровень языка и уже колеса.

Если кто-то хотел быстро собрать машину, то Python несомненно лучший выбор. Это просто и быстро. Это лучшая кавалерия в мире. Код легко читать, и пользователю не нужно тратить много времени на синтаксис. Он может реализовать идеи в кратчайшие сроки. Например, если кто-то хочет создать веб-страницу, Python намного проще и более лаконичен нежели С++.

Лу Чжоу уже освоил базу С++. Поэтому ему легко выучить Python. Ему нужно лишь время для запоминания основ.

Что касается реальной работы с Python, он может освоить это завтра. Он считал, что может хорошо справиться с этим и без помощи капсул концентрации.

…………………………………………….

На следующий день Лу Чжоу лежал головой на столе. Он в замешательстве открыл глаза и на его лице красовался красный след от руки.

Как и в прошлый раз, перегрузив свой мозг до опасного состояния, он вырубился, и ему даже не пришлось пытаться уснуть.

Гораздо приятнее, чем просто напиться. С одной стороны, его голова наполняется знаниями. С другой стороны, его душа доводится до предела, так что он почти становится бессмертным…

Только последствия очевидны, особенно из-за позы сна. Его зад был задран к верху. Его нога онемела, и, вставая, он чуть не упал на пол.

— Похоже, стоит попросить университет поставить кровать в аудитории… Хотя звучит нереально, — сказал Лу Чжоу. опираясь на стол и пытаясь прийти в себя.

[Прогресс задания 11/30]

Он закончил весь учебник по Python за ночь. И хотя не стал опытным в Python, но по крайней мере он знал основы.

Сколько сейчас времени?

Он взглянул на часы на стене и выражение его лица изменилось.

Ох, уже почти два! Столовая закрыта!

Боюсь, умру по пути, если попытаюсь поесть за пределами университета.

Поменявшись в лице, парень вздохнул.

Ладно, просто съем лапшу быстрого приготовления на обед.

Поскольку вчера он поел дорогой еды, сегодня ему будет легче.

Лу Чжоу пошел в супермаркет и купил лапшу быстрого приготовления, прежде чем вернуться в здание университета.

Там имелся водонагреватель с горячей водой. Нужно просто приложить карту, и она тоже будет бесплатна. Единственное неудобство — это скорость с которой лилась вода из-за чего можно легко обжечь руку.

Парень заварил лапшу и нашел аудиторию на первом этаже. Сев в первом ряду, он начал есть.

Допив бульон, он стал счастливее от того, что его желудок более не пустовал.

Он вытер рот и собирался выбросить мусор, как вдруг услышал сильный кашель позади.

А?

Еще кто-то тут?

Парень смутился, что не заметил кого-то еще, когда пришел сюда.

Он обернулся и посмотрел.

Какая встреча.

Это Ван Сяодун!

Лу Чжоу подошел и поздоровался с ним, прежде чем спросил:

— Ты тоже не пошел домой?

Ван Сяодун ничего не ответил. На его лице был взгляд, говорящий «ты еще спрашиваешь».

После этого разговор прекратился.

Парень просто хотел поздороваться перед уходом. Но когда он собрался уходить, Ван Сяодут заметил учебник в рюкзаке Лу Чжоу, который тот ранее читал.

Он удивленно вскинул брови и спросил:

— Ты читаешь учебник по программированию?

А?

Этот парень не сидит в Weibo или WeChat?

Парень странно посмотрел на гения.

Он рассказал о своих девяти статьях по информатике в интервью «Хуаго Юс Дэйли». Почему кто-то удивляется, что он изучает программирование?

Однако несмотря на странное ощущение, он не думал, что тут действительно что-то не так.

Лу Чжоу скромный, поэтому он улыбнулся и ответил:

— Да, я недавно заинтересовался, поэтому решил немного почитать.

— Python? Это очень хороший язык, подходящий для новичков. Ты первокурсник, так что уже изучил С++, да? Если хочешь более глубоко изучить код, то Python — отличный выбор. У тебя есть список книг? План? — спросил Ван Сяодун. Его глаза пылали, поскольку это тема, в которой он хорошо разбирался. Он редко говорил так много.

— Я просто просматривал, у меня нет плана.

Лу Чжоу почувствовал, что с энтузиазмом этого парня трудно совладать.

— Нет, так нельзя. Программирование — эзотерическая область. Ты должен учиться по плану — систематизированной программе, чтобы заложить фундамент. Я могу порекомендовать тебе несколько книг. Ты можешь найти их в библиотеке. Если тебе интересно, можешь пойти и взглянуть на них.

Лу Чжоу ничего не ответил, но Ван Сяодун уже взял ручку и стал писать длинный список книг на листке.

Парень увидел список книг и поежился. Он не мог не подумать:

Он такой же раздражительный рядом с Лин Юйсян?

Удивительно, что она способна терпеть его…

Хотя Лу Чжоу был благодарен гению за список книг, скорее всего, он не воспользуется им.

— Если ты чего-то не поймешь, можешь спросить у меня, — сказал Ван Сяодун с безэмоциональным лицом и поправил очки.

— Конечно…

Лу Чжоу еще перебросился с ним парой слов, прежде чем выкинул упаковку от лапши быстрого приготовления и покинул аудиторию.

Глава 47. Разработка приложения в качестве практики

В компьютерном классе пустовало.

Ведь сейчас время летних каникул. Студенты, готовящиеся к вступительным экзаменам, обычно не используют компьютеры.

Лу Чжоу отрегулировал кондиционер и сел. Он ввел стой студенческий идентификатор с паролем и вошел в компьютер.

Он занимался в этом кабинете, поскольку программы, написанные на Python, запускались на компьютерах с Linux. Поэтому продолжать учить Python нужно на операционной системе Linux.

К тому же его подержанный ноутбук слишком паршивый. Преобразовать статью в PDF файл заняло целую вечность. Когда он играл в LoL все уже сражались, когда он застрял еще у фонтана. Запуск второй операционной системы или виртуальной машины уже что-то невозможное.

— В учебнике все так подробно объяснено, но я не ожидал что в действительности все будет так сложно… Само собою, писать на бумаге и писать код — абсолютно разные вещи. Думаю, придется освоить это на практике.

Лу Чжоу впервые использовал компьютер с Linux. Почитав руководство, которое взял в библиотеке, парень наконец-то разобрался с системой.

Не удивительно, что Windows занял такую огромную долю рынка ОС. Даже новичок, впервые дотронувшийся до компьютера мог бы разобраться в нем.

Но Linux другой. Он главным образом основан на взаимодействие с командной строкой. Все нужно делать через клавиатуру. К счастью, школа установила дистрибутив с настольной средой, и поэтому парень все еще мог использовать мышку.

Конечно, имелись очевидные преимущества Linux. Он обладал превосходной адаптивностью и безопасностью, что делало его наиболее подходящим для серверов. Кроме того, если вы знакомы с командной строкой, эффективность в несколько раз выше, чем при использовании Windows. Поэтому многие компании перед наймом программистов спрашивают про умение пользоваться Linux.

Лу Чжоу ознакомился с основами работы в Linux. Он запустил программное обеспечение для Python, открыл учебник и с ошеломленным видом сидел перед компьютером.

— Слышал, что одно из применения Python — написание веб-краулеров (П.П. поисковый робот/бот). Если хочу проверить свои навыки, то лучше начать с этого. Но какой тип мне выбрать?

Парень задумался.

Краулер блогов на Weibo?

Краулер сообщений на Tieba?

Это довольно скучно.

Главное, что сканируемые данные бесполезны, и я даже не смогу их сохранить, если они слишком большие.

Внезапно у него защемило сердце. Он вспомнил мучительный опыт покупки билета на поезд домой. И не потому что его компьютер медленный, а потому что пользовательский интерфейс железнодорожного сайта ужасен.

— Использовать технологию краулинга, чтобы найти станции, поезда и информацию о билетах на сайте 12306… Вполне реально.

Подумав об этом, он больше не стал терять времени и сразу начал работать.

В конце концов, в качестве типичного примера в учебнике был шаблон программы на Python. В книге даже имелись разные методы анализа для различных ситуаций.

Конечно, 12306 — не обычный форумный сайт. Ориентироваться на этот сайт, будучи новичком, довольно сложно.

Однако для гения, как Лу Чжоу, изучившего весь учебник, это не являлось большой проблемой. Технически сам код на слишком сложен. Вся программа содержит менее 30 строк, что идеально для работы без ошибок.

Затем следует захват.

Парень скопировал URL адрес сайта в код и запустил скрипт. Он загрузил данные в созданный им файл электронной таблицы.

После этого кулер компьютера зашумел. Компьютер считывал данные, в темном диалоговом окне высветились строчки кода. Данные быстро сортировались.

Лу Чжоу посмотрел на заполняющуюся таблицу и откинулся на стуле.

— Питон очень удобен. Неудивительно, что так много экспертов рекомендуют его.

Он посмотрел на мигающие строки данных и почувствовал себя хакером.

Но это лишь иллюзия. Настоящий взлом совершенно другой. Это не незаконная деятельность — анализировать общедоступную информацию. В лучшем случае системный администратор разозлится, что кто-то использует пропускную способность сервера.

Поэтому на многих «эгоистичных» веб-сайтах установлена защита против сканирования. Никто не мог проанализировать какую-либо информацию на них. Даже если бы кто-то смог, то проиндексированная информация была бы мусором. Другие менее продвинутые сайты могут отслеживать количество посещений и блокировать IP-адреса.

Но сайт 12306 бескорыстный. Огромный монополист даже не переживал о пользователях. Очевидно, что он не заботился и о ресурсах сервера. До тех пор, пока кто-то не положит им сервер, им плевать!

Глядя на данные о поездах, собирающиеся в таблице, Лу Чжоу задался вопросом, не сделать ли ему что-нибудь еще?

— Сделать сайт для покупки билетов? Излишне…

Внезапно в голове парня мелькнула мысль.

Что если…

Я сделаю приложения для покупки билетов?

Он подумал про свою идею и не мог сдержать своего волнения

Хотя есть много сторонних сайтов по покупки билетов, но приложений не так много. Если он сможет сделать хорошее приложение, то мог бы даже заработать на этом.

Лу Чжоу подумал о деньгах и внезапно загорелся. Его голова начала варить.

Технически очень трудно от начала и до конца самостоятельно сделать приложение. Это намного сложнее чем написать простую шаблонную программу, но это не невозможно. Он мог использовать систему для решения сложных вопросов. В конце концов, тратить баллы на покупку информации — тоже часть обучения.

Как только он завершит задание и откроет ветку искусственного интеллекта, это определенно пригодится.

Просто сервера могут быть дорогими. Даже счета на электричество и различные расходы на техническое обеспечение могут быть довольно затратными…

На его банковском счете меньше десяти тысяч юаней, и он ничего не мог поделать с этим…

Лу Чжоу сжал зубы и решил преодолеть эти проблемы.

Если я смог отказаться от полмиллиона юаней, я смогу сделать что угодно!

Даже если он провалится, то это будет просто практикой.

Поэтому парень остановил программу. Он не спешил менять код и для начала открыл Word, как и в случае со статьей, он начал с плана.

— Мне нужно анализировать данные по билетам в режиме реального времени. Требования к серверу будут очень большими, поэтому код должен быть максимально эффективным!

— Интерфейс можно сделать простым, но информация должна быть точной и подробной. Мне следует изучить другие приложения для бронирования билетов для ознакомления, но нельзя делать полностью идентичное… Нужно что-то оригинальное…

Лу Чжоу дописал до этого места и провел рукой по клавиатуре. Прилично подумав, он вновь начал печатать.

— Прежде всего, функция автоматической покупки билетов не нова. Многие другие браузеры имеют эту функцию.

— Но автоматическая покупка в автономном режиме… я еще не встречал такого.

Парень вспомнил прошлые зимние каникулы. Ему пришлось полчаса обновлять сайт, сидя в общежитии, прежде чем он успел забронировать билеты. Он чувствовал, что людям трудно отправиться домой на новый год.

Постоянное обновление сайта давало бы низкие шансы получить билеты, поскольку часть может быть билетами, которые вернули другие. Лу Чжоу не знал откуда придут билеты, но эту функцию можно рассмотреть.

Например, выбрав период времени и несколько поездов. Сервер автоматически обновит данные и отправит запрос, как только появится билет. Кажется, в нескольких программах поиска билетов, что он видел до сих пор, подобное все еще недоступно.

Кроме того, концепция не выглядит такой уж сложной для реализации.

Думая про это, парень посмотрел на настенные часы.

Сейчас три часа дня!

Лу Чжоу сохранил документ, затем поправил рукава и положил руки на клавиатуру.

— Работать! Работать!

Глава 48. Оказывается, написание статей тоже приумножает благосостояние

Прозанимавшись весь день до десяти часов вечера, Лу Чжоу перекинул программу на флешку и выключил компьютер.

Он не мог непрерывно работать, поскольку уже всю прошлую ночь учил Python. По крайней мере, если ему хочется прожить долгую жизнь, не стоило не спать очередную ночь.

Согласно его первоначальному плану, завтра он собирался начать учить расширенные курсы по С++ по книгам из списка системы.

Но, судя по всему, ему следует внести поправки в свой план.

Он хотел прочитать две дополнительные книги по Python, но не хотел откладывать завершение задания.

— Не ожидал, что мне уже понадобится этот список книг, — сказал парень, глядя на листок со списком, который дал ему Ван Сяодун, и подумал про себя:

Надеюсь, мир приходит к хорошим людям.

Незаметно пролетели летние каникулы и вскоре наступила середина августа.

Лу Чжоу не знал, шутки ли системы это, но ему все больше и больше нравилось учиться настолько, что он не мог остановиться.

Лю Жуй сказал, что он одержим, но парень не согласился.

Он согласен с тем, что процесс обучения скучен, но приобретать новые знания — здорово.

Это звучит немного противоречиво, но это так.

В конце концов, не по всем методам обучения можно получать новые знания. Иногда можно часами читать книгу, но не понять и одного предложения. Даже монах заскучает от такого.

Когда человек полностью понимает каждое слово и каждое определение, в то же время осознавая, что его знания увеличиваются, он, само собою, будет склонен продолжать учиться.

Прямо сейчас он прочитал 25 из 30 книг задания. Последние пять книг были по проектированию микросхем и машиностроению.

Если бы это было два месяца назад, Лу Чжоу не смог бы понять эти учебники. Но сейчас, освоив основы математики и физики, он ощущал себя уверенно, читая их.

С другой стороны, основное внимание парень по-прежнему сосредоточил на информатике.

В конце концов, он не так легко поднял уровень информатики, и глупо не воспользоваться этим.

Он потратил почти месяц для завершения разработки приложения, и оно даже прошло финальный тест на ошибки. Процесс оказался намного сложнее, чем он представлял, но к счастью, он в итоге справился.

В результате его уровень разработки приложений повысился до первого.

Названия приложения было «поезд университетского городка», из которого ясно, что целевой аудиторией являлись студенты из крупных университетов. Парень не нанимал сторонних разработчиков, поэтому пользовательский интерфейс получился очень простым. Все элементы дизайна он использовал бесплатно, а стиль был простой и плавный.

Чтобы освоить разработку приложения для Android, Лу Чжоу изучил разные инструменты для разработчиков и просмотрел много видео о техническом программировании. Все это он делал в свободное время.

У него не осталось сил, чтобы сделать порт на IOS, поэтому парень отложил это на потом.

Теперь стоял вопрос в поиске хорошего сервера. Без него можно забыть, чтобы приносить какую-то пользу обществу. В лучшем случае он может позволить своим соседям по комнате использовать приложение.

Пока Лу Чжоу переживал о сервере, ему неожиданно позвонил профессор Тан и попросил прийти в офис.

……………………………………………….

Профессор Тан с улыбкой и небрежным жестом предложил ему сесть, только он зашел в его кабинет, а затем спросил:

— Как твои дела в последнее время?

— Все хорошо, профессор. Что-то случилось? — ответил парень улыбаясь.

Профессор Тан продолжил:

— Скоро уже сентябрь. Декан Лу хотел, чтобы я узнал у тебя, как продвигается подготовка.

— С подготовкой все нормально, во всяком случае, думаю, у меня не будет никаких проблем. Будет зависеть от того, как там мои два товарища по команде, — сказал Лу Чжоу.

— Хорошо. Этот конкурс — отличный шанс. Надеюсь, что ты хорошо покажешь себя. Больше не буду спрашивать. Профессор Лю лучше осведомлен чем я, поэтому спроси у него, если в чем-то не уверен. — Профессор остановился и с улыбкой взглянул на Лу Чжоу, — что ты изучал в последнее время? Готовишь какой-нибудь новый проект?

Как?

Как вы узнали?

Удивившись, парень посмотрел на профессора и спросил:

— Как вы узнали?

— Я просто спросил! Но ты не разочаровал меня, — сказал профессор, откинувшись на спинку кресла, после чего открыл крышку кружки и сделал глоток, — Ну, рассказывай, что на этот раз?

— На этот раз я не изучал ничего особенного… — ответил парень, виновато улыбнувшись, — только слышал, что некоторые студенты жалуются на покупку билетом на поезда во время праздников. Поэтому написал приложение для покупки билетов.

Ответ парня шокировал профессора Тана. Тот нахмурился и спросил:

— Когда ты начал изучать информатику?

Изначально он думал, что Лу Чжоу спокойно учит математику, однако оказалось он перескочил на информатику.

На последней встрече он все еще изучал простые числа Мерсенна.

У него что, шило в заднице, что он все не может определится!

Парень тоже был озадачен, размышляя про себя.

Почему профессор так реагирует? Неужели мой талант в математике превосходит талант в информатике?

Всего полгода назад Хуаго Юс Дэйли похвалили его за всесторонний талант.

— Я всегда учил информатику, — пытаясь исправиться ответил парень.

Профессор Тан впал в небольшой ступор. Потом неловко улыбнулся, словно что-то вспомнил, и, откашлявшись, спросил:

— Ты в следующем семестре перейдешь на программное обеспечение?

Парень покачал головой и сказал:

— У меня нет пока таких планов. Думаю, важно хорошо изучить математику, что важно для других предметов. Кроме того, другие специальности могут мне не подойти.

Он не врал. Когда он учил основы органической и неорганической химии, его знания по математике пригодились ему.

— Информатика — тоже очень популярное направление. Я не против, если ты сменишь специализацию. Однако, позволь дать тебе пару советов. Если продолжишь погружаться в математику, то станешь более успешным. Я читаю лекции уже много лет, и ты один из самых одаренных студентов, которых я когда-либо видел, — сказал профессор и вздохнул, — конечно, я понимаю, что ты не тот человек, который может сидеть в лабораториях и проводить исследования. Ты слишком нетерпелив!

Лу Чжоу смутился, он не знал, хвалили его или ругали.

А может это жалость?

— Забудь. Не буду больше говорить. Думай сам. — вздохнул профессор и покачал головой, — я позвонил сегодня, чтобы поговорить о твоей статье и узнать, добился ли ты какого-то прогресса. Я не ожидал, что ты перескочишь на информатику. Полагаю, я зря потратил свое время.

Парень вскинул брови и подумал:

Если я продолжу писать статьи, то боюсь, вы посчитаете, что я пишу некачественные работы. Почему вы всегда считаете, что я делаю что-то не так?

Но, очевидно, он не высказал мысли вслух.

Он откашлялся и с улыбкой произнес:

— Учитель, математика не легкая. Я стараюсь изо всех сил.

Профессор отмахнулся и не стал спорить. Поставив кружку на стол, он сказал:

— Ладно, не будем об этом. Оставь номер своего банковского счета и уходи.

Номер банковского счета?

Парень был в замешательстве.

Профессор Тан посмотрел на его удивленное лицо и прищурившись с улыбкой спросил:

— Что? Почему ты удивляешься? Тебе никто не сказал?

— О чем? — удивленно спросил Лу Чжоу. У него было плохое предчувствие.

— Недавно в школе проводилось собрание. На нем говорилось, что мы решительно поддерживаем научную деятельность и должны побуждать учеников к новым открытиям. Руководство хотело, чтобы мы посмотрели на статистику и увидели, сколько статей представил каждый факультет, — сделав паузу, профессор с улыбкой продолжил, — Проще говоря, ты получаешь деньги. Эти деньги распределяются в зависимости от импакт-фактора журнала. Не могу точно вспомнить точно сколько, но там не меньше пяти тысяч!

Пять тысяч!

Лу Чжоу вздохнул и серьезно произнес:

— Профессор, у меня неожиданно появились хорошие идеи. Могу я еще представить несколько научных статей?

— Иди ты…. — засмеялся профессор, — уже поздно!

Он не знал отчего, но чувствовал себя счастливым глядя парня, сидящего с таким видом.

Необъяснимое счастье!

Глава 49. Такая потеря!

— Такая потеря!

Лу Чжоу зашел на сайт университета, чтобы посмотреть объявление, ибо даже не знал, когда его разместили.

Кто же мог подумать, что можно заработать на написании статей?

Это все из-за собрания…

Правила вознаграждение вывесили на сайте.

[Сумма вознаграждения = (IF +1) * 5000 юаней]

IF это импакт-фактор журнала.

Например, импакт-фактор журнала «Теоретической и прикладной математике» составлял 3.310. Он опубликовал две математические статьи, поэтому университет выдаст ему в общей сложности 41300 юаней. Также по словам профессора Тана, это будет выплачено в виде грантов на научные исследования. В соответствии с законами о подоходных налогах, эти деньги не облагаются налогами!

Другие девять статей не имели права на награду. Хотя они и считались научными статьями, они публиковались в массовом журнале.

Видя это, Лу Чжоу убивался горем.

Исходя из оценки генерального директора, его девять статей, несомненно, ценные. Он налажал, поведясь на небольшую плату в 150 юаней.

Но нет смысла сожалеть.

Если поразмыслить, то трудно сказать, убыток это или прибыль.

Если бы он не публиковался в массовом журнале, его бы рецензировал более профессиональный научный рецензент. Его статьи могли бы особо не выделиться из других и не пройти так быстро.

Он смог получить оценку S+ и открыть бонусное задание благодаря скорости рассмотрения у журнала.

Ну, в любом случае, теперь у него, наверное, достаточно денег для аренды сервера?

— Чжоу, что ты смотришь? — Не удержавшись, наконец спросил, Лю Жуй заметив, что его сосед не пошел в библиотеку, а вместо этого сидел, уставившись в экран.

Он наконец-то окончательно смирился.

Похоже все его потворство закончилось…

— Все нормально, — вздохнул парень, — просто грустно, что я потерял деньги.

— Какие деньги… награду за статьи? Черт, ты слишком хорош… — сказал Лю Жуй, затем выкрикнул выпучив глаза, — сколько ты получил?

— Наверное, где-то десять или двадцать тысяч.

Лу Чжоу скромничал и сказал меньшее число.

Но он не ожидал, что уже это потрясет его соседа.

Лю Жуй некоторое время молчал.

Потом вздохнул и безо всякого выражения сказал:

— Чжоу, как насчет того, чтобы проставиться сегодня вечером?

Парень задумался. Это имело смысл.

В конце концов, он сам говорил, что они не должны забывать друг друга и угощать едой, если разбогатеют.

Хотя он любил деньги, он не эгоист.

Поэтому вместе с Лю Жуем они пошли на улицу рядом с университетом в малатан.

…………………………………………………..

Придя в малатан, Лю Жуй, который обычно не пил, сейчас заказал два пива.

Они открыли пиво.

И внезапно Лю Жуй спросил:

— Как дела на летних курсах?

Поедая тофу, Лу Чжоу задумался над этим и ответил:

— Думаю, все нормально. Довольно неплохо.

— Завидую тебе, — вздохнул Лю Жуй и добавил, — Чувствую, что становлюсь все глупее и глупее. Не могу получать новых знаний.

Он серьезно сожалел о своем решении участвовать в конкурсе по математическому моделированию.

Пройдя первый тур отбора в университете, он получил товарищей по команде и преподавателя. Однако, как только началось настоящее обучение, он понял, как отстает от настоящих гениев.

Например, студент третьего курса в его команде уже дважды выигрывал второй приз. Он участвовал в этом конкурсе еще раз до окончания учебы в надежде получить первую награду. Лю Жуй сравнивал себя с ним и ощущал себя младшим братом, держащимся за ногу старшего.

Однако человек подобный ему скромно сказал, что необразованный.

Позже Лю Жуй услышал от других, что факультеты собрали «победоносную команду». Это настоящая золотая команда и они даже не тренировались с такими людьми как он.

Лю Жуй наконец-то осознал, что Лу Чжоу как раз-таки в этой легендарной команде.

Услышав про это, на душе у него стало неспокойно и сложно.

Разрыв был слишком велик, и он даже засомневался, нужно ли завидовать своему соседу по комнате, который внезапно достиг успеха?

Лу Чжоу стукнул по пиву Лю Жуя и сказал:

— Думаю, ты слишком переутомился.

— А как иначе. Есть люди лучше меня, трудящиеся усерднее меня. Мне надо хорошо постараться. — стукнув пиво, Лю Жуй вздохнул с облегчением, словно пытался выкинуть свою депрессию прочь в ночное небо.

Лу Чжоу слегка опьянел и не мог понять, отчего его сосед расстроен.

Пьяные люди имели привычку говорить не уместные слова.

— Я тут вспомнил… мне не следует это говорить.

Лю Жуй прервался и подумал, что у парня есть какой-то дельный совет и поэтому не мог не узнать:

— Что?

Отрыгнув, Лу Чжоу произнес:

— Если кто-то лучше тебя и усерднее тебя, то зачем тебе сильно стараться?

— ….

В итоге они выпили семь бутылок, пять из которых выпил один Лю Жуй.

……………………………………………..

Лю Жуй не из тех, кто хорошо переносил алкоголь, поэтому он молчал, будучи пьяным. Выпив последнюю бутылку, он просто упал головой на стол, что испугало Лу Чжоу. Даже менеджера в кафе шокировало, тот сразу подумал, что парень отравился.

Но увидев, как Лю Жуй перевернулся и начал что-то бормотать, менеджер и Лу Чжоу почувствовали облегчение.

Расплатившись, парень отнес пьяного соседа в общежитие. У него не было сил заносить его вверх на кровать, поэтому он достал коврик из шкафа и оставил его спать на полу.

Подождав пока Лю Жуй уляжется на коврике, он дал ему одеяло.

Никто другой не помог бы ему.

Лу Чжоу включил кондиционер и сел на стул, прежде чем выпить воды и вздохнуть с облегчением.

Он утомился.

Лю Жуй совсем не чувствовал усталости, вместо этого он улегся и захрапел.

— Завтра утром у тебя будет раскалываться голова.

Парень покачал головой и включил компьютер. Он зашел на сайт интернет магазина и стал искать подходящий сервер.

Как сказал профессор Тан, университет переведет ему деньги не позднее завтрашнего дня. Он найдет сервер сегодня, а расплатится завтра после того как получит деньги.

По возможности он хотел купить хороший сервер.

Не только для приложения для покупки билетов, но, и чтобы подготовиться к награде за задание — «искусственному интеллекту».

Что будет, если я подниму уровень искусственного интеллекта?

Это будет первая технологическая отрасль, что он откроет.

Поэтому парень волновался.

Конечно, увидев цены на сервера, он посинел.

— Dell… серверный корпус 2U, 56 ядер 112 потоков 256 гигабайт оперативки, поставляется с двенадцатью 8 терабайтными жесткими дисками, 270000 юань! Ясно, понятно…

— Lenovo IBM двойной контроллер дискового рейда Использование системы Storwize в реальном времени, 64ГБ оперативки, восемь восьми гиговых лан портов, 24 слота под диски форм фактора 3.5! Цена, 40,000! Кажется, все нормально… Стоп! Я проглядел ноль… Я не могу себе это позволить!

Он пролистал еще страницу, но все они были одинаково дорогие.

Проклятье!

Почему так дорого!

Лу Чжоу отсортировал по ценам и нашел более-менее дешевые сервера. Но он не знал, способны ли они справиться с его запросами. Он не мог потратить все свои деньги на покупку сервера.

Поддерживать его в работе тоже стоит денег!

Парень не мог решить. Внезапно он вспомнил о гении в своей команде.

Точно, почему бы не спросить у него?

Еще было рано, Лу Чжоу достал телефон и позвонил.

Глава 50. Ботан не способный применить знания на практике — не настоящий ботан

— Ты написал краулер на питоне? — спросил Ван Сяодун, выслушав Лу Чжоу.

Парень пояснил:

— Технически говоря, это приложение для покупки билетов. Я хочу купить сервер, чтобы протестировать его. Можешь что-нибудь посоветовать…

— Хватит прикалываться, — грубо перебил его Ван Сяодун, — Ты знаешь, как настроить сервер? Тебе есть куда его поставить? Если установишь его в общежитие, то весь этаж может обесточить.

Э-э?!

Он не преувеличивает?

Но по его голосу, похоже, он уже пробовал раньше…

Ван Сяодун продолжил говорить с безразличием:

— Если хочешь заработать денег, то лучше займись фрилансом. Не нужно создавать приложение. Если есть деньги, которые некуда деть, то можешь арендовать облачный сервер. Это однозначно проще, чем держать собственный. Тебе не придется переживать о тратах на электроэнергию и о температуре вокруг. Плата взимается за количество трафика, бывают месячные и почасовые тарифы.

— Правда? — удивился Лу Чжоу.

— Ты дилетант, зачем тебе это? — Вздохнул Ван Сяодун и терпеливо продолжил объяснять, — еще ты подумал о регистрации доменного имени для приложения?

— Разве я не могу просто использовать IP-адрес сервера? — переспросил парень.

— Нет, — тут же ответил Ван Сяодун и сказал, — например, ты разработал приложение для IOS и установил фиксированный адрес сервера в своем коде, как только оператор облака поменяет устройство сервера, тебе не только придется править код и загружать приложение снова, но ты из-за этого можешь потерять половину пользователей. Не все включают автообновления.

Черт!

Лу Чжоу никогда не слышал про это.

Ван Сяодун помедлил, прежде чем продолжить:

— К тому же есть важный момент, что приложению необходимо сканировать сторонние сайты, которые могут заблокировать твой IP-адрес. Этого можно избежать при помощи облачных серверов. В конце концов, Али имеет множество адресов и не нужно переживать о виртуальных айпишниках.

Этот парень стал подозрительно разговорчивым, говоря про близкую ему тему. Его прям прорвало, что заставило Лу Чжоу вспомнить о Хуан Гуанмине. Который, если начнет говорить о игре на Ле Блане, то мог бы рассказывать целых полчаса.

Конечно то, что говорил гений весьма важно.

Парень внимательно его слушал и даже делал заметки в блокноте.

— Если сканируешь с 12306, сам краулер не будет использовать много ресурсов сервера, также Али проводит рекламные акции для малых предприятий, предоставляя хорошую скидку… Думаю для начала хватит сервера с пропускной способностью в миллион пакетов. Это всего где-то 300 юаней в месяц. Подожди пока число пользователей не увеличится и потом можешь обновить сервер. Намного удобнее, чем держать собственный.

Черт, он действительно гений.

Лу Чжоу почувствовал, что сэкономил десятки тысяч юаней только этим звонком.

Конечно, ему все еще надо купить собственный сервер, но это можно отложить, пока у него не появятся деньги.

— Спасибо, я угощу тебя едой, — сказал Лу Чжоу.

— Поговорим про это потом.

Энтузиазм Ван Сяодуна многогенно улетучился, как только тема переключилась на еду, и его голос вновь стал незаинтересованным.

Но у Лу Чжоу не было других вопросов, и ему не хотелось много говорить. Поблагодарив его, парень повесил трубку.

С мышкой в руках, парень перешел на страницу Alibaba Cloud и начал искать тарифы.

В самом деле, как и сказал Ван Сяодун, Алибаба рекламировала свои тарифы и на сервера имелись хорошие скидки.

— Сервер на миллион пакетов стоит всего 300 в месяц. Включает в себя облако на 100ГБ, которое за 200 юаней можно обновить до 1ТБ. Все конфигурации можно обновить. Скидка 50% на три года…

Этот ценник довольно привлекательный. Если не случится ничего непредвиденного, содержание приложения может обойтись менее 1000 юаней в месяц. Если число пользователей не превысит ожидаемое и ему просто не придется обновить тип тарифа.

Ладно, решено. Далее по плану продвижение приложения. До начала учебы я должен раскрутить его.

Подумал парень.

Реклама в Tieba для новых студентов…

Короче, главное увеличить число пользователей!

Лу Чжоу заполнил заявку на аренду сервера и пошел в ванную, чтобы принять душ. Он высушил волосы и вернулся в комнату.

Он собирался залезть по лестнице на кровать и заснуть, когда внезапно почувствовал острый запах.

Он обернулся и увидел, что Лю Жуй выблевался, лежа на боку.

Бл**ь!

Он же просто спал! Как его вырвало?

У парня не было времени колебаться, он спрыгнул с лестницы и отправил Лю Жуя в туалет.

— Отстань… я все еще могу пить, — сказал Лю Жуй, спотыкаясь. Он пытался оттолкнуть Лу Чжоу.

Парень запаниковал и быстро сказал:

— Черт, не блюй снова! Предупреждаю, я только принял душ!

Блюет.

— …

Лу Чжоу не мог принимать душ просто так и не мог заснуть. В комнате пахло кислым запахом.

Он поклялся, что это последний раз, когда он пил с Лю Жуем.

Лю Жуя продолжало рвать, и когда он наконец-то очнулся, то быстро извинился, увидев пол и грязную одежду соседа.

Они выключили кондиционер и вместе убрались, прежде чем открыть дверь, чтобы проветрить.

После этого Лу Чжоу еще раз принял душ, а затем взял матрас и пошел в комнату старосты.

Без кондиционера невозможно спать.

…………………………………………………….

На следующий день парень встал рано.

Когда он вернулся в свою комнату, Лю Жуй все еще храпел на своей кровати.

Облачный сервер для приложения приготовили быстро. Он загрузил данные и краулер начал работать, беря информацию с официального сайта 12306, а затем сортируя и суммируя сведения о билетах, станциях и другие данные. Теперь любой мог зарегистрироваться и приобрести билеты, а также получать уведомления о продажах, автоматически обновлять билеты и тому подобное.

Приложение имело все необходимые функции и было простое в использовании. Голубой фон, конечно, примитивен, но зато не раздражал.

Лу Чжоу загрузил приложение на телефон и выбрал станцию для теста. Увидев, что все в порядке, он отменил заказ на стадии оплаты.

Затем парень потратил целый день на размещение приложения в магазине Android, магазинах Baidu mobile, 360 и на других крупных платформах.

Он посмотрел на количество загрузок через панель разработчика и увидел, что число замерло на 0. Он вздохнул:

— Думаю создать успешное приложение не так просто. Отсутствие пользователей — огромная проблема.

— Я подал заявку на бесплатную рекламу на нескольких платформах, но не знаю, когда ее одобрят.

Лу Чжоу покачал головой и выключил ноутбук. Затем положил учебники в рюкзак.

— Да какая разница. Я буду работать над ним в течение полугода или где-то так. По крайней мере, смогу использовать это в качестве опыта.

Глава 51. Внезапное озарение

Уже наступил конец августа и вскоре университеты поприветствуют новых учеников.

Последние студенты четвертого курса, достававшие свои экзамены, несли чемоданы и уходили в общество, махая на прощанье молодым. Новая группа, вчерашних старшеклассников, собиралась нахлынуть в университетский кампус и открыть новую главу в своей жизни — молодость.

Скоро наступит самый оживленный период года.

Члены студенческого совета вернулись в университет и занялись приготовлениями к приветствию новых студентов.

Хотя Лу Чжоу не принимал участия ни в каких собраниях, он тоже был занят. В руках у него была стопка листовок и он собирался выполнять свою старую работу.

Только он собирался отдать первый флаер, как его остановила вице-президент студенческого совета.

Лин Юйсян с любопытством взглянула на стопку листовок Лу Чжоу и спросила:

— Что ты делаешь?

Лу Чжоу стало неловко, поняв, что его поймали.

— А… тут нельзя раздавать листовки?

Лин Юйсян невинно ответила:

— Я могу конечно сделать вид, что ничего не видела, но все равно заметят другие члены студ.совета…

Как геморно…

Пока парень размышлял, что делать. Лин Юйсян приблизилась и посмотрела на флаеры.

— Приложение для покупки билетов? Ого, не знала, что ты можешь в программирование. Сам написал это?

Эй, ты слишком близко…

Отодвинувшись на полшага назад, он спросил:

— Да, а что?

— Почему бы не разместить на форуме нашего университета? Студентам, которые уже приехали, скорее всего сейчас уже не нужно приложение для покупки билетов, так не считаешь? — спросила она.

Ты думаешь, я не подумал про это?

Он с неохотой ответил:

— Его запретили за рекламу.

Глаза девушки вспыхнули, и она ударила кулаком по ладони.

— О, ясно. Предоставь это мне.

Парень удивился:

— Тебе?

Поправив волосы, девушка улыбнулась и кивнула:

— Да! Форум Tieba нашего университета модерируется студ.советом. Аккаунт администратора у президента. Я просто расскажу ему о твоей ситуации. Можно закрепить пост на форуме на несколько дней. И точно, скинь мне Qr-код или APK-файл. Многие студенты жалуются на проблемы с такси.

Лу Чжоу удивился.

— Здорово… спасибо!

Лин Юйсян улыбнулась в ответ:

— Не благодари. Это я должна благодарить тебя.

Это…

Сила связей?

На первом курсе она была просто членом студсовета, а теперь она поднялась до вице-президента.

Лу Чжоу проводил ее взглядом и не мог не подумать:

Какая страшная женщина…

Но в любом случае, я ей благодарен!

Изначально он злился на этого «бесполезного» члена команды, но теперь ему не на что жаловаться.

Постойте…

Парень внезапно замер, что-то осознав.

Многие студенты спрашивают про такси…

Его приложение «поезд университетского городка» ориентировано на студентов.

Вызов такси — проблема. Не только такси…

Лу Чжоу задумался. Когда он только приехал, то случайно прибыл в неправильный кампус. Он серьезно начал размышлять над этой проблемой.

Можно добавить навигатор для студентов в приложения. С возможностью покинуть и вернуться в университет. Это поможет новым студентам приобретать билеты, а также найти кратчайший автобусный маршрут.

Но тогда мне придется сканировать данный с автобусных станций… Постойте, я могу напрямую сканировать данные со сторонних карт. У Baidu Gaode есть транспортная система! Как я мог забыть!

Чем больше парень думал, тем ярче светились его глаза.

Студенты передвигаются не только на автобусе и метро, но и на машинах. Они сойдут с поезда и скорее всего воспользуются нелегальным такси.

Если использовать его приложения, чтобы выяснить номер поезда пользователя, информацию о поездке и число студентов университета, то он мог бы объединять студентов в группы…

Даже, если студенты не захотят поехать на машине, они все равно могут найти других учащихся, кто захочет путешествовать вместе.

В университет еще легко добраться, многие линии метро имеют непосредственно станции рядом с вузами. Но когда покидаешь университет, добраться до дома не всегда удобно. При необходимости студенты могли бы найти попутчиков для совместного путешествия. Это лучше, чем ехать с незнакомцами.

Сколько университетов в стране?

Сколько студентов в них?

Даже, если он покроет лишь половину рынка, число пользователей будет астрономическим.

Кроме того, можно точно отследить местоположение пользователей и значение этого невозможно оценить.

Лу Чжоу более не колебался. Он сразу вернулся в своей общежитие и начал писать обновление 0.12.

[После этого большого обновления, приложение будет запоминать(привязывать) информацию об университете пользователя и месте учебы. Если пользователь указал информацию об университете, сидя в поезде, он может узнать, сколько других студентов в этом поезде также используют приложение «Поезд университетского городка».]

[Добавить функцию друзей, личные сообщения, возможность совместного вызова машины, уведомление о маршруте… Это необходимо. Также можно добавить групповые чаты, чтобы увеличить частоту использования. Хотя это потребует много работы… Итак много задач, отложу это на потом.]

[Число изменений в коде просто огромно и это очень много работы. Если учесть дополнительный функционал для студентов, весь пользовательский интерфейс нужно переделывать.]

Чтобы сэкономить время, Лу Чжоу потратил 150 баллов. Он передал сложные части кода системе для решения. Затем он скопировал код из памяти. Наконец-то до конца августа он закончил стабильную версию.

У него осталось 775 баллов.

— Загрузил обновление… — пробормотал Лу Чжоу и вздохнул, — эти изменения можно считать новаторскими. Надеюсь я смогу выделиться из кучи приложений.

Он посмотрел на число загрузок и их было лишь 15.

Парень попытался утешить сам себя, что это вдвое больше, чем в версии 0.11, и это можно считать хорошим началом. Он кинул ссылку Лин Юйсян, чтобы та разместила пост сегодня на университетском Tieba. После этого число пользователей наверняка увеличится.

— Точно, почему мне не попытаться разместить рекламу и на других платформах?

Он внезапно вспомнил, что создал аккаунт в Weibo во время конфликта с Чжу Фанцаем.

Он не колебался и сразу зашел туда.

Твою мать!

Еще 10000 подписчиков?

Парень посмотрел на число подписчиков и удивился.

Затем посмотрел на 99+ личных сообщений и нахмурился.

Он нажал на сообщения и неудивительно, что все спрашивали его контактные данные или просили написать им статьи.

Черт, эти люди не могут предложить мне нормальную цену?

Может тогда бы я написал им статьи?

Почему они так не честны!

Лу Чжоу покачал головой и начал писать пост в блоге и разместил ссылку.

[Приложение «Поезд университетского городка» выпущено, перейдите по ссылке, чтобы скачать его ...]

Эм…

Немного неловко.

Как мне правильно написать объявление?

Он не мог ничего придумать и, сдавшись, в итоге дописал в конце.

[Я выберу десять подписчиков, которые сделают репост, и отредактирую им статьи (не указывая свою авторство)]

Он не мог предложить ничего другого, кроме своего таланта.

Его подписчики в основном студенты, поэтому в теории подобная реклама должна сработать.

Даже если это не сработает, кого это волнует?

Лу Чжоу опубликовал пост и закрыл Weibo.

Я сделал все возможное и небеса все решат!

Глава 52. Опять в трендах

[Черт, не удивительно, что он гений. Он не смог купить билет на поезд и написал собственное приложение для этого! Впечатляюще!]

[Я интересовался еще, почему он отклонил предложение директора Вона. Он просто решил начать свой бизнес! Завидую людям с мозгами!]

[Репост, убедил]

[Гений, тебе не нужна девушка онлайн? Меня зовут Ло Лиинь!]

[Гений, я учусь в 7 классе. Моя красивая одноклассница сказала, что пойдет со мной на свидание, если я попаду в десятку лучших на экзамен. Если я выиграю, ты можешь поучить меня математике?]

[Отредактируешь научную статью? Пожалуйста. Молю, пусть мне повезет! Репост!]

[Я аспирант и впечатлен… Репост!]

[У меня не научная статья, могу ли я получить скидку?]

На следующий день после полудня.

Во время обеда, Лу Чжоу достал свой телефон и проверил Weibo, после чего оказался сильно удивлен.

Откуда столько репостов?

Однако, большинство репостов от людей, подхвативших волну.

С подозрением парень открыл страницу трендов и вновь удивился.

Четвертый в трендах!

Как оно туда попало?

И хотя репостов много, этого еще не достаточно, чтобы попасть в тренды, да?

Посмотрев получше страницу трендов, он узнал, что аккаунт для маркетинга говорит о его приложении, а не блоге.

Самый ранний источник рассказавшим о нем был «новое в универе». Их пост зарепостил аккаунт с миллионами подписчиков. В итоге это даже привлекло внимание Хуагу Юс Дэйли и они перерепостили пост.

Хотя они не зарепостили его пост, название приложения все еще упоминалось.

[Первокурсник из университета Цзиньлин не смог купить билет на поезд и написал свое бесплатное приложение для студентов. Посмотрите, насколько этот парень впечатляющий ...]

[Помните, студента, что написал десять научных статей за месяц? Он снова за свое.]

Посты имели подобные заголовки.

После этого пошла цепная реакция, что вышла из-под контроля.

— …

Лу Чжоу не знал, грустить ему или радоваться, наблюдая за происходящим.

Он не ожидал, что окажется в трендах дважды за два месяца.

Он использовал свой телефон, чтобы войти на платформу разработчиков и зашел в учетную запись администратора, чтобы посмотреть на число загрузок.

Что?! 150000 зарегистрированных пользователей!

Из-за скачка числа загрузок, в магазине Android он даже попал в ежедневный топ по скачиваниям.

Кажется, его приложение действительно одобрили студенты университетов.

Последующие действия, покажут, какое число пользователей он сможет сохранить активными.

В этот момент ему позвонила Чэнь Юйшань.

— Лу Чжоу! Лу Чжоу! Ты написал это приложение? — раздался женский голос на другом конце. Она была так взволнованно, что казалась счастливее самого Лу Чжоу.

— Да, я написал, а что такое?

— …

Получив подтверждение, она замолчала.

Через некоторое время послышался вздох и ее голос переполняла тяжесть:

— Ничего. Чувствую, что ты слишком высоко, я… Не знаю, что сказать.

Парень озадачился:

— Высоко? Не правда. До выпускного еще три года.

— Ты прав, — засмеялась девушка и сменила тему, — Моя сестра вернулась из Шанхая. И тетя спрашивает, будет ли у тебя еще время для репетиторства в следующем семестре?

— Да, конечно, — не колеблясь ответил парень.

Улучшение облачного сервера, увеличение объема диска, улучшение сетевого трафика, создание красивого интерфейса… Все требовало денег!

Прямо сейчас его приложение бесплатное. Трудно представить, сколько ему придется потратиться, прежде чем он сможет монетезировать его.

Он не мог обменять баллы на деньги и ему нужна работа, чтобы найти дополнительные средства.

Из телефона раздался радостный голос:

— Прекрасно. Мэнци сказала, что ты хороший учитель математики. Она всё понимает после твоих объяснений.

— Просто она талантливая, — с улыбкой ответил Лу Чжоу.

— Точно, когда она перейдет в 11 класс, у нее будут свободны только выходные. Тебе нужно будет заниматься с ней лишь один день. Сможешь?

— Без проблем, я свободен и в субботу, и в воскресенье. Мне удобно.

…………………………………

Чжан Чжунце открыл дверь и вошел в кабинет Лу Фанпина, после чего улыбаясь произнес.

— Лу, у тебя талантливый парень на факультете.

Руководитель Лу, положил ручку, поправил очки и вздохнул, прежде чем ответить:

— Скажи, что этот парень пошел и натворил на этот раз?

Руководитель Чжан улыбнулся и сказал:

— Я еще не сказал тебе. Откуда ты узнал, что это Лу Чжоу?

— Он единственный нарушитель спокойствия на факультете.

— Ты не доволен? — спросил Чжан, садясь на диван, и с улыбкой продолжил, — Если так, то может переведешь его на мой факультет? Я доволен им.

— О, произнес декан Лу, откинувшись на спинку кресла и пристально посмотрев на коллегу, после чего грубо ответил, — Даже не думай об этом!

Что за шутка.

Факультет математики университета Цзиньлин не был сильным, хотя университет входит в десятку лучших по стране. Не такой сильный как их физический факультет.

У них наконец-то появился гений и Лу Фанпин никогда не отпустит его. Даже если ему придется обманывать Лу Чжоу!

— Что ты так взбесился! Я просто шучу. Возможность перевестись — его право, — он улыбнулся и продолжил, — Ладно, к делу. Ты смотрел Weibo?

— Weibo? — нахмурившись спросил декан Лу, — что там?

Хотя он знал про него, он не скачивал его на телефон. Прежде всего, он не заинтересован в популярных женских знаменитостях. Во-вторых, текст на телефоне слишком маленький, и пожилым трудно его читать. В-третьих, он занят своей работой и побочными проектами. У него не так много свободного времени, чтобы смотреть в телефон.

К тому же он не поспевал за тенденциями как профессор Чжан.

— Лу Чжоу с твоего факультета сделал приложение «поезд университетского городка», несколько преподавателей взглянули на него и поняли, что оно очень хорошее. Университет поддерживает начинания, верно? Я захотел ему помочь и поэтому пришел сюда, — с улыбкой сказал Чжан.

Услышал хорошие вести професор Лу тоже улыбнулся. Затем прищурился, словно что-то вспомнил.

Для стимулирования технологический инноваций в различных университетах и поощрения предпринимательского духа министерство образования опубликовало «план развития предпринимательства среди студентов», который выпустили специально для различных учреждений и образовательных организаций.

Лу Фанпин знал об этом плане. В основном он для студентов четвертого курса, которые не планировали продолжать обучение. Проще говоря, государство предоставит финансовую поддержку (кредиты), в то время как университет предоставит ресурсы, чтобы помочь студентам реализовать свои мечты о собственном деле!

Конечно не все могут претендовать на этот беспроцентный кредит. Например, если кто-то решит открыть магазин чая или продавать одежду на Таобао, или если кто-то захочет скупить акции, университет не одобрит такое.

Проекты, претендующие на получение кредита, должны соответствовать не только критериям технологических инноваций, но и быть осуществимы. Проект ракеты, к примеру, требующий новый вид ракетного топлива, таковым не является.

Второй критерий, что проект должен иметь, — возможность создавать рабочие места.

В конце концов, проекты созданный выпускниками университетов более склонны к найму студентов из своего университета.

Университет Цзиньлин также ответил на призыв правительства, все факультеты выделили определенную сумму на начинания студентов. В конце концов, занятость их учеников — главный приоритет. Если университет действительно сможет начать большой проект, это можно считать научным достижением!

Вообще говоря, эта политика распространяется только на студентов четвертого курса. В конце концов, главная задача студентов — учиться. В результате из-за предпринимательства студенты могут задержать свой выпуск. Университеты не должны побуждать учеников идти по неправильному пути!

Однако эти критерии неприменимы, когда речь о Лу Чжоу. Умение писать статьи на его уровне значит, что для него получить степень бакалавра легко. Большинство профессоров не смотрели на него как на студента, по крайней мере, не как на первокурсника.

Но…

Каким бы талантливым он не был, он все еще часть нашего факультета. При чем тут факультет программного обеспечения?

Профессор Лу сразу понял, что этот парень пришел к нему, чтобы подорвать его!

Заведующий Чжан увидел, что его коллега не говорит, и с улыбкой по-доброму сказал:

— Не думай, что это повлияет на его учебу. Важно показать его успехи делая проекты. Мое предложение однозначно принесете ему пользу. Кроме того, несколько преподавателей с моего факультета проанализировали и посчитали этот проект интересным, поэтому…

— Даже не думай об этом! Я прямо сейчас пойду к главе математического института! — сказал Лу Фанпин и встал. После чего с улыбкой сказал, — даже не пытайся меня обставить! Мы просто переживали, как использовать эти деньги!

Не говорите, что нет возможности использовать их!

Не то чтобы математика бесполезна, но что можно создать с помощью математики?

Было несколько заявок от людей, делающих вид, будто делают программы для статического анализа больших данных, но на самом деле они хотели запустить онлайн-магазины! Кто бы дал им деньги!

Наконец-то появился такой студент, как Лу Чжоу. Лу Фанпин никогда не откажется от него и поэтому он послал профессора Чжана.

Ты здесь снова и снова. Говоришь, что помогаешь нашему инкубатору, но когда курица наконец-то снесет яйца, ты захочешь утащить их к себе!

Если у меня толстые очки и я весь день ношусь по офису, будучи честным человеком, не значит, что я не могу раскусить твою задумку!

Как наивно!

Как просто!

— Говорю тебе, старый Лу. Не думаешь, что это неправильно? Проект даже не связан с математикой, он связан с информатикой. Что люди подумают об этом? — сказал, смеясь Чжан.

— Если я говорю, что это связанно, то связанно. Почему наука о данных не связана с математикой? Я одобряю это! — ответил профессор Лу посмотрев на руководителя Чжана. Внезапно он понял, что даже не получил заявление, и на повышенных тонах сказал, — сегодня позвоню Лу Чжоу и попрошу от него заявление. Я лично передам его главе на утверждение!

Декан Чжан забеспокоился:

— Ты не можешь это сделать. Ты сначала должен спросить студента! Это для его же блага!

О, ты сейчас со мной пытаешься говорить, исходя из логики?

Он перевел взгляд и быстро ответил:

— Хорошо, я поговорю с ним позже. Подожди моего ответа.

— Нет! — несогласно ответил Чжан. Он скрестил ноги и сказал, — Ты не честен. Я буду сидеть прямо здесь. Позвони ему сейчас! Если откажешься, то с тебя обед.

Заведующий Лу назвал заведующего Чжана бесстыдным, но тот проигнорировал его. Он понял, что должен решить это за сегодня и поэтому взял телефон и позвонил Лу Чжоу.

Глава 53. Предоставление кредита

Это первый раз, когда Лу Чжоу столкнулся с подобной странностью. Кто-то впихивал ему деньги, и он не мог отказаться.

Ладно, это немного преувеличено, но не меняет сути.

В соответствии с политикой министерства образования, они могут предоставить беспроцентный кредит студентам университетов. Университет также выдаст средства в соотношении 1 к 1.

Например, если Лу Чжоу получит кредит в размере 100000 юаней, то университет выделит 50000 и министерство образования выделит 50000. В течение года не будет никаких процентов и потом процентная ставка будет небольшой. Это намного ниже чем у банков. Даже ниже уровня инфляции!

Это не значит, что Лу Чжоу может занять именно 100000 юаней.

Университет сам определит сумму кредита на основе проекта и заявителя.

Деньги перечислят не на его личный банковский счет, вместо этого их кладут на корпоративный счет. Все расходы фиксируются и деньги нельзя тратить безрассудно. Он мог использовать этот счет только для деловых расходов, пока не погасит кредит.

Это очень поможет Лу Чжоу. Запустив приложение, он просто сжигал собственные деньги. При таких темпах он не уверен протянет ли до конца года.

Зарегистрировать банковский счет для компании простое дело. Кто не хочет беспроцентный кредит!

Проблема в том, что факультеты информатики и математики хотели финансировать проект.

Факультет математики утверждал, что они больше нигде не используют их квоту и предложили выдать 500000 юаней. При надобности они могут выделить еще больше. Других проектов, в которых они заинтересованы не было.

У факультета информатики уже много проектов, и они работали с доступными средствами. Максимум они могут выдать 200000 юаней. Однако у них имелись талантливые люди. Не будет никаких проблем ни с одним проектом, где профессора бы не справились. Все профессора проводили консультации для крупных компаний.

Сложное решение.

Лу Чжоу склонялся к последнему, поскольку ему не пришлось бы тратить много баллов. Кроме того, не все купишь за деньги. Однако прямо перед ним сидел заведующий отделения математики, и он не мог оскорбить его. Иначе ему сложно будет оставаться на факультете.

Если бы два института сотрудничали…

Парень считал, что помимо того, что он честен и красив его главная сила — это самосознание. Несмотря на то, что он гений, он не мог изменить правила.

По крайней мере, пока.

Если два института будут сотрудничать, то точно не станут слушать мнения Лу Чжоу. Они просто взяли бы инициативу, как с конкурсом математического моделирования.

Два заведующих не упомянули о сотрудничестве. Значит, это трудный выбор!

Логически проанализировав ситуацию, он предположил, что дело не только в гордости, но и в ценности. Если один из факультетов взрастит успешный проект, то во время ежегодного собрания профессоров этого факультета будет переполнять гордость.

— Заведующий Чжан, извините, — извинился Лу Чжоу и искренне сказал, — код приложения уже написан, и я могу в одиночку делать дальнейшие обновления, заведующий Лу предлагает то, что мне нужно.

Хотя он и отвергал заведующего Чжана, он все же старался сделать это максимально мягко.

Однако, похоже, он надумывал, поскольку профессор Чжан, судя по всему, не особо беспокоился об этом. Он просто разочаровался.

— Понимаю. Ясно… Тогда, если будут какие-то вопросы по информатике, не стесняйся и спрашивай.

Но не рассчитывай, что факультет назначит профессора твоим консультантом. Все заняты и ни у кого нет свободного времени. Тебе придется попросить самого декана, если тебе нужна помощь.

Конечно, если ты сам не окажешься таким удачливым, чтобы отыскать профессора или аспиранта для помощи.

— Спасибо! — торжественно сказал Лу Чжоу.

— Не благодари меня, я тебе даже не помог! Точно, не забывай про конкурс. Если не получишь первое место, то даже не ищи меня. Я не узнаю тебя! — серьезно сказал Чжан. Затем махнул рукой, встал и добавил, — у меня дела, мне нужно идти.

— Да ладно тебе, — с яркой улыбкой сказал Лу Фанпин, — я не прогонял тебя.

— Ха-ха, только погляди, как ты счастлив.

У них довольно хорошие отношения и они часто подкалывают друг друга.

Наблюдая подумал про себя парень.

Чжан Чжунцзе ушел и профессор Лу сделал небольшую паузу, прежде чем заговорить:

— Точно, Лу Чжоу, у меня тут форма заявки. Забери ее с собою и заполни, завтра принесешь ко мне в кабинет.

— Хорошо!

Лу Фанпин был доволен энтузиазмом Лу Чжоу. Он кивнул и напомнил ему.

— И, конечно, этот проект хорошая задумка, но не забывай о настоящей работе.

Парень улыбнулся и ответил:

— Не беспокойтесь. Я уже закончил учить программы второго и третьего курсов. Можете проверить меня прямо сейчас.

— О, я не беспокоюсь о твоей успеваемости. С чего ты взял, что я про это? — профессор засмеялся и затем пошутил, — Меня больше ничего не беспокоит. У меня лишь одно требование. В твоих интересах опубликовать хоть одну статью в журнале до конца, иначе я заберу твою стипендию.

— …

Даже зная, что заведующий делает все для его блага, он все равно хотел послать его!

………………………………..

Кредит в 500000 юаней решил насущную проблему Лу Чжоу. По крайней мере, ему не нужно тратить свои средства на проживание на этот затратный проект.

Изначально он не предполагал, что будет так много пользователей. Для счастья ему уже хватило бы десяти тысяч. Для него стало неожиданностью, что приложение получило такую высокую оценку от студентов.

Конечно, из-за этого ему пришлось отказаться от другой части аудитории. Поскольку текущие название не слишком привлекательно для не учащихся, многие функции бесполезны для более широкой аудитории.

На данный момент количество загрузок приложения достигло 200 000 и в общей сложности было приобретено 310 000 билетов.

Сейчас пиковое время для студентов для возвращения в университеты, поэтому это лучший период по частоте использования приложения.

Компания была зарегистрирована и потребовалось три дня, чтобы уладить все формальности. Деньги поступили на его счет, и парень оплатил обновление сервера.

Если он хочет сохранить пользователей, они должны оставаться довольными. Приложение не должно тормозить. Люди будут злиться, если обновят страницу и не смогут достать билет, тогда они могут уйти в другое приложение.

Лу Чжоу посмотрел на растущие число загрузок.

Через несколько дней магазин Android выпустит свою рекомендацию по бесплатным приложениям. Это принесет новую волну пользователей. После этого период возвращения в университеты закончится где-то к 10 сентябрю и к тому моменту он будет знать число стабильных пользователей.

— Следующий шаг, продолжать обновлять приложение и техническое обслуживание. У меня есть деньги, чтобы нанять двух программистов, поэтому это не должно стать проблемой.

Он потянулся и продолжил смотреть на экран. Внезапно он заметил непрочитанное уведомление, где говорилось, что поступило много сообщение об ошибках.

Это большая проблема и ему надо отнестись к этому серьезно.

Насторожившись, парень выпрямился и открыл уведомление.

— Столько сообщений… Почему так много отчетов об ошибках? Надо взглянуть на это.

[Мастер можете посмотреть на мою статью? Мой WeChat...]

[Пожалуйста, помогите мне написать статью.]

[Тебе просто повезло на Weibo, мне все равно, все было сфальсифицировано.]

Лу Чжоу не мог подобрать слов.

Проклятье!

Почему вы меня преследуете? Столько пугающих людей!

Глава 54. Какой слабый студент

— Чжоу, Лю Жуй, Ши Шан, Император 201 комнаты вернулся! — прокричал Хуан Гуанмин, занося чемоданы в комнату.

Лю Жуй ответил:

— Свали!

Ши Шан размял руки:

— У тебя зудит? Давай, позволь мне побить тебя.

Лу Чжоу обернулся и сказал:

— Ши Шан, достань носки из своего ящика и заставь Гуанмина съесть их.

Услышав про носки Ши Шаня, тот сразу же поменял тон и попросил пощады:

— Пожалуйста, не надо! Это не честно!

Лю Жую стало не по себе от одной мысли про это:

— Черт, Чжоу, ты слишком злой!

Носки Ши Шана это биологическое оружие, способное убить тысячи.

Парень внезапно понял, что сказал, но уже слишком поздно.

Ожидаемо, Ши Шан расстроился.

Почему они заговорили про мои носки?

Они вообще уважают меня как лидера комнаты?

Ши Шан ударил по столу и сказал:

— На что ты намекаешь? Мои носки воняют? Я постирал их позавчера!

Позавчера?!

Трое мгновенно поменялись в лице.

Однако Ши Шан не обратил внимания и открыл ящик, словно хотел что-то доказать.

— …

— …

— …

В комнате воцарилась неловкая атмосфера.

И невыносимый запах.

Три пары глаз впились взглядом в Ши Шана и он перестал быть таким уверенным.

Ничего не говоря, он слегка кашлянул и отправился в ванную, чтобы постирать носки.

………………………………………

С последним вернувшимся соседом по комнате, они начали свою студенческую жизнь как второкурсники. Холодная и пустая комната вскоре вновь наполнилась прежним шумом.

— В ЛоЛе собираются выпустить нового чемпиона. Видели трейлер? Это огонь.

— Он уже на американских серверах, и он дерьмо.

— Ни за что! Гоу 1 на 1 потом! Назовешь меня папочкой, если проиграешь!

— Хорошо, я возьму Гарена, можешь брать кого хочешь.

— Пошел ты.

— …

Еще несколько месяцев назад, Лу Чжоу мог бы присоединиться к этому жаркому спору, однако радость от учебы заставила его отвернуться от ЛоЛа.

Он уже достиг последнего этапа задания системы и у него остался последний босс до прохождения.

Безумно сложный босс — «Проектирование микросхем».

Книга о проектировании схем просто бесчеловечна. Линии цепей от metal1 к metalN, множество переключателей и промежуточных каналов. Это пытка!

По слухам, на факультете электроники университета Цзиньлин самый высокий процент лысых преподавателей. Если нужно узнать степень квалификации профессора, то надо просто взглянуть ему на голову. Лу Чжоу теперь понимал откуда идет проблема с облысением.

Количество материала в проектировании чипов слишком велико и студент однозначно полностью не поймет этого. Лу Чжоу ощущал огромное давление, а это лишь учебник вводного курса.

Конечно, эта область имела огромный потенциал.

Микросхемы не сильнейшая сторона Китая и одного таланта тут недостаточно. Кроме того, способные в этой области только становились лучше и приводило к возможности для талантливых людей с навыками переехать за границу. Зарплата в 500 000 юаней не проблема, если вы опытны в разработке микросхем.

Проекты по их разработке огромен. Каждый шаг — это громоздкий процесс и его можно рассматривать как хороший шанс для трудоустройства, шаги уже можно рассматривать как научно-исследовательский проект.

Но не многие достигали требуемых стандартов и могли устроиться. Чтобы попасть в лабораторию по проектированию микросхем нужно как минимум иметь докторскую степень.

Хуан Гуанмин играл в лол и заметил, что Лу Чжоу читает учебник, а затем предложил:

—Чжоу в ЛоЛ? Лю Жуй слишком сильно фидит. Без твоих гангов мне не пофармить.

Лю Жуй ничего не ответил и, смутившись, просто начал напевать песню.

Ши Шан, стоящий на верхней линии, сказал:

— Черт, в прошлый раз, ты говорил, что сыграешь после экзаменов, но до сих пор ты даже не заходил в аккаунт.

Хуан Гуанмин серьезно добавил:

— Чжоу, ты так потеряешь своих друзей!

— Потеряю друзей? Невозможно, — покачал головой Лу Чжоу, — У нас у всех одни и те же пары, математический анализ 3, линейная алгебра, обыкновенные дифференциальные уравнение, ТФКП…

— Брат Лу, прекрати, — прервал его Ши Шан, внезапно отпустив мышку, после чего обернулся и попросил у Лу Чжоу, — Как только я тебя увидел, то понял, что мы братья на всю жизнь… Ты должен одолжить мне свои записи!

Лу Чжоу засмеялся.

Какой слабый студент.

Лю Жуя убили, и он отправился на фонтан. Откинувшись на кресле, он спросил:

— Разве вы не начали дружить с Лу Чжоу, как только увидели фото его сестры?

— Бл**ь! — Лу Чжоу.

Ему нечего ответить этим животным.

Слушая, как часто используются способности чемпионов в Лиге, он не мог сосредоточиться.

В итоге он сдался в проверке своих сил и, собрав вещи, вышел с рюкзаком на улицу.

Сейчас первое сентября и через два дня наступит третье. Множество первокурсников прибудет в университет в этот день. Разнообразные общественные мероприятия и самостоятельные занятия проходят в сегодняшнюю ночь. Также студенты, готовящиеся к вступительным экзаменам, изо всех сил учились, поэтому парень не рассчитывал найти пустую аудиторию.

У него не так много времени, чтобы спокойно позаниматься.

По совпадению у него осталась лишь одна капсула концентрации. Он не знал хватит ли ее чтобы закончить учебник.

После обеда Лу Чжоу сидел в пустой аудитории и выпил последнюю капсулу. Он собирался погрузиться в книгу, войти в состояние повышенной концентрации.

В его голове зафиксировались линии цепей и упорядочились слои.

Он обнаружил эту способность изучая топологию. Когда он очень сильно концентрировался, он мог использовать свое пространственное воображение, чтобы «увидеть» структуру в своей голове. Это трудно описать словами, но картинка в его воображении была очень точной, и он мог видеть каждую электрическую цепь и переключатель.

Конечно это имело сильные побочные эффекты. Его мозг уставал быстрее. И хотя длительность эффекта капсулы не уменьшалась, но через пять часов он будет очень сонным.

Он уже потратил две капсулы при изучении проектирования микросхем и сейчас уже третья.

Кроме того, это только вводный курс, он лишь кратко объяснял такие темы как уровень регистровых передач, логический синтез и константу времени RK. Вторая половина была по соединению проводки и не считалась частью базовых знаний.

Время быстро пролетело и вскоре наступило 12 часов. Лу Чжоу взглянул на последнюю страницу учебника и вздохнул, после чего рухнул на стол.

Из последних сил он прошептал:

— Войти в пространство системы.

Внезапно мир преобразился, и он оказался посреди белого пространства. Его сознание оторвалось от реальности и отправилось в системное пространство.

Странно, что в реальности у него сильно болела голова, но после входа сюда, казалось, боль исчезла.

Однако у него не было время насладиться этим, и он сразу сделал шаг вперед. Положив руку на полупрозрачный экран, он взгляну на него.

— Система, покажи прогресс задания!

[Прогресс задания 30/30]

[Поздравляем пользователя с получением первой награды. Предоставляется двойная награда за задание. Надеюсь, вы и дальше будете стараться!]

Глава 55. Пожалуйста, не используйте ресурсы системы на тупые задачи

[Детали завершения задания:

Успешное завершение задания (30/30).

Конечная оценка задания: нет（у награды нет оценки]

[Награда за задание:

2000 очков опыта для любых предметов по вашему выбору (удвоенная награда).

Разблокирована отраслевая технология: Искусственный интеллект LV0.]

2000 очков опыта!

Лу Чжоу глубоко вздохнул и задумался. Не колеблясь он отправил 1000 очков опыта в инженерное дело.

Для обновления математики и информатики требовалось 10000 опыта и бесполезно вкидывать очки в них. Среди оставшихся предметов инженерия наиболее широко применяется.

От разработки программного обеспечения до гражданского строительства, от нано чипов до национальных проектов — все это можно отнести в широкий спектр проектирования. Хотя инженерия сама полагается на теорию других предметов, в отличие от других дисциплин, в основе которых лежит теория, она также наиболее часто применяема.

Кроме того, учитывая, что вскоре соревнования по математическому моделированию, повышение инженерного дела — лучший выбор.

Оставшиеся 1000 очков опыта парень бросил в физику.

У него не было особых причин на это, просто в этом семестре у него начнутся пары по физике.

Подтвердить выбор!

Замигали белые огни и на полупрозрачном экране появилась строка текста.

[Оповещение: инженерное дело LV0 -> LV1, физика LV0 -> LV1]

Увидев эту строку текста, парень с нетерпением открыл панель с характеристиками, чтобы взглянуть на свою статистику.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV1（0/10000）

B.Физика: LV1（100/10000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV1（0/10000）

Баллы: 775

Задания: нет]

Как и в прошлый раз, он поднял уровень двух предметов разом!

Лу Чжоу счастливо смотрел на свою статистику.

Теперь нулевыми остались лишь биохимия, материаловедение и энергетика. В ближайшее время они скорее всего ему не понадобятся и поэтому не поздно будет улучшить их при наличие соответствующих заданий.

Теперь для начала нужно понять, что за разблокированная отраслевая технология!

Лу Чжоу взглянул на экран, потом прочистил горло и приказал.

— Система, улучши ветвь отраслевых технологий, искусственный интеллект!

[Обновление отраслевой технологии «Искусственный интеллект» до LV1 требует 100 баллов. Подтвердить выбор?]

— Подтверждаю!

Парень без колебаний ответил.

Вспыхнул белый свет и вскоре у него отнялись 100 баллов. Всего у него осталось 675.

В столбце отраслевых технологий, уровень искусственного интеллекта изменился с 0 до 1.

Как и в случае с основными науками ничего особенного не произошло.

Лу Чжоу думал, что в его мозг последует огромный поток информации, а затем последует внезапное озарение. Похоже, его мозг опять не наполнился неслыханными знаниями.

Но над прозрачным экраном появилась иконка USB.

Лу Чжоу подошел и посмотрел на строку текста рядом с ней.

[Программа искусственного интеллекта — без названия (LV1) (не установлена)]

[Описание: программа будет автоматически скопирована на устройство после подключения USB. «Без названия» будет перенесено на электронное устройство, требуется 1 ТБ дискового пространства. Программа может быть улучшена путем машинного обучения. Скорость обучения определяется вычислительной мощностью устройства и типом внешней информации. Уровень искусственного интеллекта автоматически повысится при достижениях необходимых требований. Также уровень можно повысить, используя баллы.]

Прочитав описание, Лу Чжоу серьезно задумался.

Хотя описание от немного грубое, его легко интерпретировать на основе аналогичных.

Так называемый «без названия» искусственный интеллект эквивалентен системе, дающее ему яйцо. Он мог поднять его до уровня 2, 3 или еще выше. В тоже время его можно использовать в качестве исследовательского материала или ядра кода.

Конечно, поскольку искусственный интеллект также относился к информатике, при выполнение требуемых условий, его также можно улучшать за баллы.

— Понятно, так называемая технологическая отрасль имеет независимую систему обновления, — сказал Лу Чжоу потирая подбородок и вспоминая изначальное описание системой каждой функции.

— А что насчет отрасли генетики, о которой упоминала система? Обновлять ее путем расшифровки генетического кода? Или надо собирать образцы? Конечная цель… удалить теломер ДНК? Достичь жизни вне тела? Или создать мифических существ…

Но сейчас бессмысленно об этом думать, он разберется с этим, когда разблокирует эту ветвь.

Прямо сейчас он еще молодой и ему не нужно беспокоиться о старении.

— Теперь мне нужно найти у себя место, где можно разместить этот искусственный интеллект. Я однозначно не могу использовать облачный сервер или подержанный ноутбук… Думаю, нужен новый компьютер.

Далее…

Захватывающий выбор задания.

Парень вздохнул и помолился, протянув руку к панели заданий.

— Ну же, дай мне хорошее задание!

Он понятия не имел какое задание получит.

Пожалуйста, что-нибудь не очень дерьмовое!

[Задание 1: Здоровье это главное.

Описание: Даже, если пользователь ленивый, система все равно советует ему тренироваться. Тренируйте свое тело и станьте самым сильным человеком!

Требования: Общее число пройденного расстояния достигло 50 километров, сделать 2000 приседаний и 2000 отжиманий.

Награда: 1000 свободных очков опыта. 500 баллов. Один билет для счастливой лотереи (95% — мусор, 5% — образец).]

[Задание 2: Размножение важнее науки.

Описание: Пожалуйста, быстро найдите девушку.

Требования: Найти девушку с совместимостью 60 и более. Установить отношения.

Награда: 2000 баллов. Образец: прочная укрепляющая игла (время действия 5 часов, увеличивает активность мышечных клеток на 50%, увеличивает скорость метаболизма на 100%).]

[Задание 3: Пожалуйста, не используйте ресурсы системы на тупые задачи.

Описание: Через неделю начнется национальный конкурс математического моделирования. Ленивый пользователь захочет использовать баллы для ответов на вопросы для тупых.

Требование: Выиграть первый приз на конкурсе национального моделирования, не пользуясь помощью системы.

Награда: Определяется дисциплиной вопроса конкурса (4000 очков опыта). 500 баллов. Один билет для счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — опыт, 5% — образец, 5% — чертеж).]

С первым заданием все нормально, но что за хрень со вторым заданием?

Почему система переживает о том, чтобы я не оставался одиноким?

Значит…

У меня только один вариант?

Лу Чжоу взбесила система и со вздохом он выбрал третье задание.

Глава 56. Снова нищий, поскольку нельзя своему ребенку давать плохой старт

Как только Лу Чжоу покинул системное пространство, его сознание погрузилось во тьму.

Перед этим он вспомнил, что принял последнюю капсулу концентрации перед входом в систему…

Парень проснулся уже лишь на следующее утро.

В отличие от его предыдущих опытов зубрежки, в этот раз он поспал довольно хорошо, даже использовал свою книгу в качестве подушки, и рано проснулся.

Единственная неприятность, что он заслюнявил последнюю страницу.

К счастью, это не очень заметно и в такую жару она высохнет за пару минут.

— Целыми днями учить и зубрить — слишком хреново, — сказал парень, разминая свою затекшую спину.

Сейчас семь утра и учебный корпус пустовал, за окнами можно увидеть бегающих по дорожкам людей.

Полотенце и зубная щетка у Лу Чжоу лежали в его сумке, поэтому первым делом он пошел в ванную и умылся. Затем под лучами утреннего солнца он направился в столовую.

Как всегда, он приобрел две паровые булочки и стакан соевого молока и уселся в углу. Завтракая, он достал свой телефон.

Сначала парень проверил Weibo. Все горячие темы были про знаменитостей, но он не интересовался подобным. Число его подписчиков похоже не сильно изменилось. Как и когда он был в трендах, оно замерло на уровне десятков тысяч.

Лу Чжоу мельком просмотрел новости и закрыл Weibo. Затем он вошел в платформу для разработчиков приложений и обнаружил, что у его приложения уже 500000 пользователей и их число неуклонно увеличивается.

Хороший старт, но надо усерднее продолжать работать, в сравнении с другими приложениями для бронирования билетов это число сущие крохи!

Полусонный парень спокойно ел булочки. Затем он большим пальцем открыл WeChat, чтобы взглянуть на новостную ленту.

[Ши Шан: Репост: Уведомление о матче полуфинала по баскетболу.]

Хм…

Ему такое не интересно, но он все еще лайкнул пост, чтобы пометить, что прочитал его.

Кусая булку, он продолжил листать ленту.

[Лин Юйсян: Математическое моделирование очень сложное, скоро начнется конкурс, мне придется учиться и зубрить ночи напролет.]

Она также прикрепила фото учебника.

— …

Как же хочется заблокировать ее…

Забуду про это, подожду, пока конкурс не закончится.

…………………………………..

Университетский городок был весь разукрашен. На деревьях и уличных фонарях висели красочные ленты, а оживленная атмосфера создавала ощущение фестиваля.

Машины одна за другой высаживали учеников перед воротами и уже во всю работало множество пунктов регистрации. Родители тащили чемоданы и помогали своим детям заполнять анкеты, покупали сим-карты, убирались в комнатах общежития. Сейчас лишь восемь часов, а улица перед общежитием уже полностью заблокирована.

Идя по дорожке, парень издалека наблюдал за толпой и вспоминал время, когда он впервые приехал в университет. Тогда его мать лежала в больнице, и его отец должен был ухаживать за ней. Поэтому он в одиночку сел на поезд, едущий несколько сотен километров, и прибыл в незнакомый город.

Это первый раз, когда он путешествовал настолько далеко.

Оглядываясь назад, время пролетело очень быстро и уже прошел целый год.

Вскоре в толпе он заметил две знакомые фигуры.

Первая это толстяк У, одетый в футболку телецентра и весь в поту, он командовал студентами работающих на полставки, чтобы те провожали родителей к магазину центра. Каждый раз во время начала учебы, он был занят, как и студенческий совет. Только в отличие от них, приветствующих новых студентов, он зарабатывал деньги.

Другая Лин Юйсян. В простом белом платье, она сидела под навесом на оформлении новоприбывших и с улыбкой и легким смущением раздавала анкеты младшим ученикам.

Как вице-президент студенческого совета, она работала со студенческим объединением и комитетом молодежи. Словно настоящий ударник, она выполняла работу, за которую никто не хотел браться.

Грубо проанализировал про себя Лу Чжоу.

Он не знаком с деятельностью студенческого совета и лишь изредка слышал, как староста рассказывал про нее.

Заметив взгляд Лу Чжоу. Лин Юйсян ласково улыбнулась ему и помахала рукой, здороваясь.

Парень кивнул и поздоровался. Не задерживая он продолжил идти в общежитие.

Вернувшись в общежитие, Ши Шан взволновано заговорил:

— Чжоу, ты не вернулся прошлой ночью, где ты был? Я не мог до тебя дозвониться.

Парень положил свой рюкзак на стол и небрежно ответил:

— Читал учебники всю ночь.

Лю Жуй читающий учебник по физике пожаловался:

— Ты слишком хорош.

Лежа в постели, Хуан Гуанмин со вздохом произнес:

— Он даже не гений, он бог… Чжоу ты был на небесах прошлой ночью?

— Да, почти. Я не буду ложиться спать так поздно, после начала занятий, — ответил Лу Чжоу и зевнул. Усевшись на стул, он открыл ноутбук и вошел на JD, чтобы подобрать подходящий ноутбук.

После платы за обучение у него осталось 40000 юаней. Приобрести за 20000 юаней ноутбук не будет проблемой. Искусственный интеллект все еще находился в пространстве системы, поэтому он планировал купить себе ноутбук и установить его.

Однако он не рассчитывал, что его слова так удивят его соседей.

Ши Шан в шоке сказал:

— Черт, о чем ты? Что ты имеешь в виду говоря, что не будешь поздно ложиться после начала занятий? Это значит все лето…

Лю Жуй грустно усмехнулся и сказал:

— Ты только понял? Я даже не могу понять книжки, что он читал.

Его лицо говорило: «Теперь понял, какое давление я испытывал все лето?»

Хуан Гуанмин и Ши Шан ничего не сказали и просто с жалостью посмотрели на Лю Жуя.

Лу Чжоу не заметил действий между соседями и просто просматривал сеть. Наконец-то он выбрал HP Zbook15, выпущенный в этом году.

Строго говоря это даже не «ультрабук», а скорее «мобильная рабочая станция». Характеристики лучше, чем у высококлассных так называемых «игровых ноутбуков» или «суперноутбуков». У него безумные вычислительные мощности.

Конечно, самая высокая производительность — высокая цена. Модель с самой лучшей конфигурацией обойдется ему в 25000 юаней, и он берет его даже не для того чтобы играть в игры.

Думая про искусственный интеллект в пространстве системы, парень с неохотой нажал «купить».

— Бл**ь! Система слишком требовательна…

У него не было выбора, поскольку он должен дать этому «ребенку» хорошую основу.

Если он выберет дерьмовый ноутбук, то он может превратить искусственный интеллект в умственно отсталого.

Деньги на его карточке мгновенно опустились до 10000 юаней, и он вернулся к самому началу.

Что касается 500000 на счету компании, он мог лишь смотреть на них. Не то, что он не мог воспользоваться ими, но он честный человек и никогда не сделал бы то, что оставило на нем пятна.

Университет не узнает?

Ха-ха, не стоит обманывать самого себя. Для подобной маленькой компании, учет ведут преподаватели с отделения статистики. При регистрации компании это даже сэкономило ему часть денег, поскольку не пришлось нанимать профессионального бухгалтера.

Если первой крупной покупкой, которую он совершит на эти деньги станет компьютер, то это однозначно разочарует старика Лу.

— Надеюсь, что ИИ понравится этот компьютерный дом, поскольку я не могу позволить себе ничего более дорогостоящего, — вздохнул Лу Чжоу, выключая ноутбук.

Глава 57.

Следующие несколько дней Лу Чжоу нервно готовился к конкурсу по математическому моделированию. Он даже временно приостановил репетиторство.

Несмотря на то, что она сожалела, госпожа Ян все поняла. Она согласилась с тем, что парень продолжит занятия после 12-го числа. Хань Мэнци, стало немного грустно, но все равно она сказала ему выложиться на полную на конкурсе.

Таким образом, Лу Чжоу временно исключил все помехи и полностью посвятил себя подготовке.

Сейчас онлайн подготовка сменилась на живые встречи. Профессор Лю очень ответственно относился к этому. Мало того, что он приостановил собственный проект и занял для них аудитории, но он даже дал советы, как отвечать на вопросы.

Цикл подготовительный встреч увеличился с одного раза в неделю до трех. Два дня группового обучения и один день индивидуальной подготовки. Мало того, что время ответа ограничилось до рамок конкурса, но и сложность задач увеличивалась, пока не вышла на уровень соревнования. Хотя парень не хотел поздно ложиться спать, он не мог этого сделать.

К счастью, на первой неделе не было занятий и у него имелось много свободного времени.

Через три дня после заказа посылку доставили в пункт выдачи под общежитием.

Лу Чжоу весь день провел в библиотеке и готовился к конкурсу. Вернувшись в общежитие, он подписал курьерскую квитанцию, прежде чем забрать посылку.

По возвращению в комнату, трое его соседей играли в лол. Член студенческого совета Ли Тао, живший по соседству, стоял позади Хуан Гуанмина.

Парень был невысоким, носил очки и фанател от видеоигр. Кроме ЛоЛа он играл во множество иностранный игр ААА уровня. У него даже стоял персональный компьютер в комнате. В конце концов, такие игры как Battlefield, Call of Duty, Crysis, являлись убийцами видеокарт и, не говоря уже о ноутбуке, для них нужна хорошая конфигурация ПК.

Увидев посылку Лу Чжоу, его глаза вспыхнули, и он с любопытством подошел к нему.

— О, ты купил ноутбук? Какая видеокарта?

Лу Чжоу начал распаковывать, отвечая:

— N-карта.

Ли Тао стоя позади и смотря как парень распаковывает посылку, спросил:

— N-карта? Это игровой ноутбук? Вот-вот выйдет GTX 970. Почему не подождал несколько дней?

Вставив в него флешку, он улыбнулся и ответил:

— Не могу, конкурс по математическому моделированию уже через несколько дней. Не могу дожидаться выпуска новой карты, и я даже не знаю, где она будет продаваться.

— Это GTX 960?

Задумавшись, парень ответил:

— К2100М.

Услышав это, Ли Тао впал в ступор.

Что это?

Разве есть не два типа видеокарт Nvidia? Недорогая серия GT и высококлассная серия GTX. Все говорят про эти две серии. Впервые слышу про эту карту.

Не зная, что сказать, поскольку он не нашел общей темы, Ли Тао, стоя позади Лу Чжоу, вытащил телефон и начал искать про карту.

Видеокарта используется в основном для мобильных рабочих станций…

Он пропустил описание, поскольку не мог понять его. Он прямо посмотрел на цену, которая потрясла его.

Черт! На тысячу больше, чем у GTX 970?

Нихрена себе богач!

Он посмотрел на Лу Чжоу и взбудоражился.

Он действительно гений. Даже чтобы играть в лол, он купил такую крутую видеокарту.

Лу Чжоу было все равно, что думал этот парень. Он установил операционную систему, провел тест и улегся с ноутбуком на кровать.

Тайком взглянув на соседей и заметив, что Ли Тао снова сконцентрировался на Хуан Гуанмине, парень вздохнул и представил USB значок над полупрозрачным экраном.

Без какого-либо предупреждения в его правой руке появился холодный и твердый предмет.

Как и в другие случаи, флешка появилась из воздуха прямо в его руке.

— …

Не став тратить времени, он подключил ее.

Произошедшее после этого поразило его.

После подключения, экран ноутбука стал черным, словно заразился вирусом. Затем кулер начал сильно гудеть, словно все оборудование дошло до предела.

— Он же не сдох, да?

Лу Чжоу вытащил мануал и посмотрел в него, увидев, что у ноутбука 2ТБ места на диске, 16ГБ оперативной памяти и топовый процессор.

Ноутбук шумел все громче и громче. Сердце Лу Чжоу наряду с этим становилось все беспокойнее и радостнее.

Радостнее от того, что он не использовал свой старый ноутбук для этого, иначе тот бы разорвало на кусочки.

Наконец экран загорелся бледным синим цветом и кулер перестал шуметь.

Сразу после этого произошло то отчего у него чуть глаза не вылезли.

Флешка в его руке исчезла.

Он был уверен, что ему не померещилось, и она правда исчезла!

Словно превратилась в пепел и рассеялась по воздуху.

— Черт… что это? Какой-то само разлагающийся материал? После переноса данных с нее она распадается на молекулы газа?

Парень попытался проанализировать произошедшее, но, как бы ни старался, он не мог понять этого.

Когда передача данных завершилась, флешка автоматически испарилась. Это за пределами его знаний.

В этот момент компьютер перезагрузился. Первоначальная операционная система Windows 7 сменилась на полуграфическую ОС с командной строкой, напоминающую Linux.

Лу Чжоу посмотрел на экран и подумал:

Система могла бы сказать, что это удалит операционную систему, тогда можно было бы не тратить лишние силы…

Он положил руки на клавиатуру и собирался поиграться с этой наградой за задание. Как что-то произошло.

На экране появилась строка текста.

[Добро пожаловать в искусственный интеллект «без имени», хотите задать имя? Y / N]

Лу Чжоу заколебался, прежде чем набрал Y и нажал enter.

[Пожалуйста, введите новое имя.]

Что мне выбрать?

Он постукивал указательным пальцем по клавиатуре и хмурясь начал думать.

Для него очень трудно придумывать что-то подобное. Каждый раз, когда ему надо задать имя пользователя в игре, он размышлял над этим целую вечность.

Да…

Да…

Внезапно его мозг вспыхнул и его пальцы начали двигаться. Он набрал три буквы на клавиатуре.

eye！

По китайски «глаз», произносится как «ai».

Цифровой мир невозможно увидеть глазом.

Омоним «любви», любовь и мир всего человечества будут зависеть от тебя, Глаз!

Хотя имя довольно короткое, Лу Чжоу все еще не мог не восхититься своим воображением.

Что касается твоего никнейма, то я буду называть тебя Сяо Ай!

Светло-голубой экран вспыхнул и в центре появилось диалоговое окно.

[Выбор имени завершен. Искусственный интеллект Сяо Ай служит вам.]

Глава 58. Выбор капитана

Лу Чжоу мельком просмотрел операционную систему от искусственного интеллекта.

И, откровенно говоря, немного разочаровался.

Метод работы аналогичен с Linux с дистрибутивом рабочего стола. Единственное преимущество, что система совместима с Windows и Linux. С ней можно взаимодействовать при помощи мыши или команд в диалоговом окне по центру экрана.

Для доступа в интернет имелся свой неизвестный браузер. Можно просматривать сайты и загружать данные, и это никак не отличалось от Windows.

Минус данной операционной системы в том, что она слишком большая и занимала 1ТБ свободного места на диске, что почти все свободное место на ноутбуке Лу Чжоу.

По итогу парень все еще не понимал, какая от нее польза.

В нижнем правом углу находилось еще одно диалоговое окно, выглядящее как чат с Сяо Ай.

Это как питомцы на QQ с которыми можно общаться.

Однако, Лу Чжоу волновал интеллект Сяо Ай. Он быстро проверил его и дал простые команды. Он просил открыть папку на компьютере и запустить приложения. Без проблем ИИ смог выполнить напечатанную ему команду.

Но это все можно сделать, введя текст в командной строке, так что ИИ казался бесполезным.

Что касается обычного разговора, то Сяо Ай мог лишь поздороваться. Когда дело доходило до сложных предложений он часто спрашивал, что значит та или иная фраза или слово.

Словно маленький ребенок учился говорить.

Однако он лучше ребенка. Ему нужно объяснить лишь один раз, чтобы он понял и никогда не забыл.

Парень не обнаружил других возможностей, по крайней мере, сейчас.

Прислонившись к стене позади него, он вздохнул и подумал:

Этот ИИ первого уровня слишком простой. Похоже, мне нужно подождать второго уровня.

Он намного хуже, чем Google DisBelief, и еще хуже в сравнение с Deep Blue десятилетней давности.

Конечно, Лу Чжоу знал, что такое сравнение неправильно. У первого тысячи серверов для поддержки, и он работал на суперкомпьютере. Вычислительная мощь несравнима с ноутбуком.

Это как с человеком. Каким бы разумным он не был, если ему не будет хватать клеток мозга, он все равно будет отсталым.

Эм…

Прямо сейчас Сяо Ай ничем не отличается от умственно отсталого.

Только и остается, что ждать пока для него появится более хорошие «мозги». Например, сервер или что-то такое.

Однако до этого все еще далеко. Ноутбук мог обрабатывать Сяо Ай первого уровня и вполне можно подождать до второго уровня, прежде чем обновлять оборудование.

Лу Чжоу сел на кровать скрестив ноги и стал изучать способы улучшения искусственного интеллекта.

В общем, у него имелось два способа.

Первый использовать баллы. Обменный курс составлял 1 к 1.

Другой способ положиться на машинное обучение, чтобы помочь Сяо Ай медленно накапливать очки опыта, необходимые для обновления.

Сяо Ай, похоже, обладал определенной степенью самообучения. Парню просто надо выделить часть вычислительной мощности на самообучение, и программа сама увеличит свою «полосу прогресса интеллекта».

Согласно объяснениям, предоставленными Сяо Ай, когда полоска заполнится, опыт в области технологий искусственного интеллекта увеличится на 100.

То есть, если всю вычислительную мощь выделить на самообучение и ждать, когда индикатор заполниться десять раз, отраслевая технология обновится.

Какой долгий метод.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на экран и даже не заметил колыхания шкалы.

— Ноутбука за 20000 недостаточно для этого? Сяо Ай нужно так много вычислительной мощности… — Лу Чжоу не мог не пожаловаться на такое.

Если он просто оставит его в покое, то поднятие уровня займет целую вечность.

Если не беспокоиться о сливе или непредсказуемых действиях программы, он мог бы загрузить его на облачный сервис.

Но пока ему придется полагаться на метод пассивного обучения.

Я должен изучить две книги по машинному обучению, чтобы посмотреть, нет ли там ничего, что может ускорить скорость обучения Сяо Ай.

Для безопасности, если кто-то попытается открыть его ноутбук, он установил пароль для ИИ.

Сделав все это, он оставил ноутбук на кровати, закончил складывать вещи, а затем, надев рюкзак покинул общежитие.

Сегодня последнее занятие по подготовке к национальному конкурсу по математическому моделированию, и профессор Лю собирался сказать несколько важных слов. В основном это касалось правил соревнований и некоторых других вопросов, требующих внимания.

Это была последняя встреча и Лин Юйсян прибыла вовремя. Она не только не опоздала, но и пришла первой. Ван Сяодун задержался в компьютерном классе, выясняя свое расписание, поэтому немного опоздал.

Очевидно, гений уже закончил половину предметов третьего курса будучи еще на втором. Другие люди выбирали свои специальности, когда он готовился к выпуску.

После того, как все пришли, профессор Лю улыбнулся и встал на кафедру.

— Итак, вы уже не маленькие, поэтому я не буду заострять внимание на правилах безопасности. Я кратко расскажу про правила соревнований и о том, что следует знать.

— Конкурс проводится в течение 72 часов. В течение этого времени необходимо представить готовую статью. Вам придется поздно ложиться спать, так что перед этим хорошенько выспитесь. Из моего опыта, человек, отвечающий за модель и написание статьи, поспит лишь на вторую ночь. Программист не поспит во вторую ночь и сможет поспать только пару часов в третью. Взаимодействуя друг с другом закончите статью…

— Моделирование, программирование, написание статьи. Каждый из элементов важен. Я уже говорил про это и не буду повторять.

— Другая проблема дисциплинарная. Во время конкурса командам запрещено взаимодействовать с другими командами, а участникам общаться с преподавателем. Вам разрешено использовать Интернет для скачивания или просмотра материалов, но вы не можете отправлять кому-либо сообщения.

В действительности это правило не особо строго соблюдалось. Некоторые слабые команды просили своего учителя передать им материалы, но, конечно, никто напрямую не впутывал их. В хороших университетах были честные учителя, но в плохих…

Преподаватели могли быть хуже учеников.

Это не преувеличение. Учить и сделать что-то самому — разные вещи. В конце концов, охват и случайность математической модели слишком велики. Даже профессора не могут все решить.

— Профессор, что, если я попытаюсь загуглить ответы? — подняв руку, спросила Лин Юйсян.

Профессор Лю засмеялся и ответил:

— Можешь попробовать, посмотрим, найдешь ли ты что-нибудь.

Услышав ее, Лу Чжоу засмеялся про себя.

Любой, кто спрашивает такое, ничего не знает о математическом моделировании. Они не испытывали подавляющей ауры от этих безумно сложных задач и думали, что это как с олимпиадой по математике, что совсем не похоже.

Если человеку дали данные о телекомпании и попросили разработать продукты для разных клиентов, исходя из требований, куда бы он пошел за ответом? Некоторые вопросы связаны со спонсорами. Если модель достаточно хорошая, спонсоры могли просто взять ее и использовать. Нельзя найти ответы, просто поискав.

Лин Юйсян покраснела, смущенно опуская свою руку.

Преподаватель сделал паузу и продолжил:

— Другой вопрос — это капитан команды. Хотя правила конкурса этого не требуют. Но наш университет всегда первого в списке наград считал капитаном. Правда это лишь ложное звание и ничего не значит. Согласно прошлым конкурсам, капитан обычно человек, который пишет статью и отвечает за взаимодействие товарищей по команде. Однако вы можете назначить капитана исходя из вашего старшинства. Что думаете?

Ван Сяодун поправила очки:

— Просто сделай это, Лу Чжоу. Мне все равно.

Лин Юйсян, держащаяся за бедра, кивнула головой, очевидно, у нее не должно быть каких-либо возражений.

— Что думаешь? — спросил профессор с улыбкой посмотрев на парня.

— Мне… все равно.

Два члена команды сильно доверяли ему, так что было бы не честно отказываться, и он просто согласился.

Профессор Лю улыбнулся и кивнул, продолжая:

— Когда придет время, университет организует автобус, и отправит вас в старый институт, где будет организовано временное жилье.

— Наконец, не забудьте попросить разрешения у вашего куратора и правильно указать причину вашего отсутствия. Что касается пропущенных пар, вам придется своими силами наверстать упущенное.

— Спрашивайте, если есть вопросы. А так на этом все.

Глава 59. Нужен отгул? Реши задачи

В течении трех дней конкурса будет две пары по физике.

Лу Чжоу считал, что пропустить первое занятие не очень красиво и решил лично подать заявление для разрешения на пропуск занятий, так как не хотел беспокоить старосту.

Из информации о занятиях от управления по академическим вопросам, преподавателя физики звали Ли Жунэнь, старый очень квалифицированный профессор. Когда Лу Чжоу нашел его номер телефона, он позвонил ему, чтобы проверить, что он у себя. После чего отправился к нему.

Постучав и войдя в кабинет, он положил заявление на стол и объяснил причины.

— Разрешение пропустить занятия? — спросил профессора, сняв очки и подняв голову, улыбнувшись, — Ты Лу Чжоу, да?

— Да, — парень кивнул.

Профессор сказал:

— Хорошо, тогда позволь задать тебе два вопроса. Если сможешь ответить на один из них, то я одобрю его.

Что?

Лу Чжоу впал в ступор.

— Что? Испугался? — улыбаясь спросил Ли Жунэнь.

— Нет, — покачал головой парень и вернул самообладание, — Профессор, пожалуйста, спрашивайте.

— Держи первую задачку, — сказал Ли Жунэнь, передавая лист А4, — Пиши, сколько хочешь. Я хочу увидеть работу.

Вы даже подготовили вопросы.

Парень чувствовал, что он подготовился к этому. Иначе почему задача будет напечатан на бумаге?

[

Период полураспада урана-238 в атомной подводной лодке составляет 4,5х10 ^ 9 лет. С вероятностностью 0,7% уран-234 распадется и выделит высокоэнергетические фотоны, 93% которых поглощается толстой сталью подводной лодки. В 1981 году Советская атомная подводная лодка U137 детектором измерила высокоэнергетические фотоны на расстоянии 1,5 м от атомного источника (источник рассматривается как точка). Прибор улавливает положительную падающую радиацию площадью 22 см ^ 2, КПД 0,25% (Каждые 400 фотонов генерируют импульсный сигнал), в час измеряется 125 сигналов.

1. Найти среднее время жизни ядра урана-238. (ln2 = 0,693)

2. Найти массу урана-238 на подводной лодке (кг, округлить до двухзначного числа.)

]

Закончив читать задачу, парень вздохнул про себя.

Неудивительно, что его называют одним из четырех дьяволом по физике. Что за задача?!

Первая лекция по физике лишь в понедельник, почему он задает мне вопрос по ядерной физике?

— Хочешь сесть?

— Все нормально, я постою.

Лу Чжоу взял ручку и черновик у профессора и встал рядом со столом. Нахмурившись он начал думать.

Физика не его сильная сторона.

Однако после целого лета зубрежки он стал неуязвимым!

После пяти минут, он расслабился и начал писать.

[

Закон радиоктивного распада: N = N0e ^ (— λt)

Соотношение между постоянной распада и постоянной полураспада: N0 / 2 = N0e ^ (— λT1 / 2), отсюда T1 / 2 = ln2 / λ

]

Лу Чжоу записал два уравнения и его глаза вспыхнули.

Он успешно превратил физическую задачу в задачу продвинутой алгебры.

Дальше ему просто нужно решить это.

Первый вопрос!

Ручка быстро двигалась по листу бумаги.

[(1) Среднее время жизни радионуклида t = NλNtdt / N0 =… = 1.1443T1 / 2

Подставив данные получим Т = 6,49 * 10 ^ 9 лет.

]

Профессор посмотрел на листок и приподнял брови, в его глазах появился интерес.

Лу Чжоу не заметил изменения лица профессора, поскольку он слишком сосредоточился на задаче, когда начал писать следующую часть.

[

Из предоставленной информации количество высокоэнергетических фотонов, генерируемых при распаде U234 в течение времени dt, будет dN*n0 = n0λNdt

Пусть КПД фотонов, проходящих через сталь, равно n1, тогда число фотонов, прошедших через сталь за время dt, будет dN1 = n0λNdt*n1.

Количество фотонов, попадающих в детектор ...

Количество генерируемых сигналов…

Вычислим количество урана-238 в подводной лодке, получаем, что масса…

]

Подставив все данные Лу Чжоу вычисли, что количество урана-238 будет N = 7,456x10 ^ 25.

Однако, когда он собирался подставить N, чтобы рассчитать массу и добить задачу, профессор Ли вдруг заговорил:

— Достаточно, считаю, что ты справился.

???

Лу Чжоу был не доволен.

Что вы имеете ввиду говоря, что я справился?

Я уже дорешал до сюда. Могли бы дать закончить, прежде чем говорить!

— Профессор, я еще не закончил…

— Школьник, сможет доделать это, — с улыбкой сказал Ли Жунэнь, — ну, если хочешь можешь дорешать.

Он потерял свой импульс и не находил слов.

Но его ОКР заставило закончить задачу.

Ответ M = 29,634 кг, округляя до двухзначного числа будет 30 кг.

Ход решения верен и ответ однозначно правильный.

Лу Чжоу записал ответ, покончив с задачей.

— Хочешь услышать второй вопрос? — спросил профессор Ли.

Парень хотел было отказаться, но вспомнив, что профессор еще не подписал бумагу, ответил:

— Давайте.

Лу Жунэнь засмеялся и сказал:

— Не нервничай. Просто скажи мне второй закон термодинамики.

Услышав вопрос, парень вздохнул с облегчением.

Он думал, что получит что-то невозможное от профессора, чтобы подавить его и уничтожить его эго. Но не ожидал, что тот его так отпустит.

Строго говоря, есть две формулировки второго закона термодинамики. Одним из них было знаменитое выражение Кельвина, другим являлась первая формулировка данная Рудольфом Клаузисом в 1850 году.

Что касается формулировки Хадзопулоса-Кинана, то она относительно новая, появившиеся лишь недавно.

Лу Чжоу внимательно читал учебник и не пропустил её.

— Для системы с заданными энергией, составом материала и параметрами существует устойчивое равновесное состояние. Другие состояния всегда могут быть достигнуты с помощью обратного процесса. — с легкостью ответил парень.

— Неплохо, — профессор одобрительно кивнул.

В учебниках не физических специальностей не упоминается это более сложное определение, хотя оно может упоминаться в приложении. Студенты, не интересующиеся физикой, никогда не узнают его.

Лу Чжоу сказал малоизвестную формулировку, что доказывало, что он полностью освоил учебник.

После этого Ли Жунэнь смог подтвердить, что для Лу Чжоу нечего преподовать из курса физики для студентов.

Похоже, старик Тан не хвастался про талант этого парня.

Он подписал бы разрешение в любом случае, и вопросы были лишь шуткой.

Со вчерашнего дня он подписал десять таких бланков и еще от одного не будет проблем.

Даже если бы парень не ответил, он бы немного подразнил его, но все равно подписал.

Профессор поставил свою подпись, прежде чем вытащить список имен из своего стола. Поставив две галочки в нем, он старческим тоном произнес:

— Лу Чжоу.

— Да?

— У тебя есть планы на продолжение учебы?

Парень задумался и с неуверенность ответил:

— Конечно.

Кто знает, что произойдет в будущем?

Однако интуиция профессора Ли слабее, чем у Тан Чживэя, и он не услышал неуверенности в голосе Лу Чжоую Вместо этого он одобрительно кивнул и продолжил:

— Направление по физике нашего университета одно из лучших в стране. Скромно говоря, мы наравне с первыми. Но что касается сверхпроводников, электрических систем, разработки материалов, остальные не так хороши, как мы. Мы лучшие. Если тебе интересна физика, приходи в нашу лабораторию углеродистых нано трубок, когда закончишь обучение. Мы всегда рады талантливым математикам.

Это…

Он хочет, чтобы я подал заявление и стал его аспирантом?

Лу Чжоу смеялся сквозь слезы. Он лишь на втором курсе и ему еще далеко до этого.

Но в любом случае, профессор добр.

Парень искренне ответил:

— Спасибо, профессор.

Лу Жунэнь улыбнулся и кивнул:

— Хорошо, забирай заявление и уходи. Если можешь, ты должен участвовать в этом конкурсе. Если захочешь получить степень магистра, то должен хвататься за гарантированное место. Можешь подождать, пока не будешь на третьем курсе и спросить меня или профессора Тана.

Лу Чжоу поблагодарил с улыбкой и ничего не говоря, взял с трудом полученное разрешение и ушел.

Глава 60. Начало конкурса!

12 сентября в соответствии с графиком начался конкурс!

За день до соревнования Лу Чжоу и другие сели в автобус, предоставленный университетом, и поехали в старый кампус. Они будут проживать во временных общежитиях.

Матрасы и подушки уже приготовили и студентам нужно было лишь принести свое постельное белье. Некоторые даже и его не брали. Конкурс продлится лишь 72 часа и в среднем на сон у них будет менее 10 часов.

Одним из таких людей был Лу Чжоу.

Его задача самая трудная, поскольку на нем большая часть работы. Он мог немного поспать только во вторую ночь, поэтому он даже не взял сменную одежду. Первое, что он сделал, добравшись до нового общежития, это лег спать и попытался заснуть.

Он должен был заставить себя поспать.

Парень проснулся в пять утра и еще до семи просто лежал в постели, после чего отправился на завтрак. Он встретился с Ван Сяодуном и Лин Юйсян, затем они вместе пошли в специальный компьютерный класс, который подготовил университет.

Согласно регистрационным данным, принимало участие более семидесяти тысяч студентов, объединившихся в 25347 команд, из 1338 университетов. Были команды из 33 провинций, автономных районов (включая гонконг и макао) и соединенных штатов. Все одновременно открыли сайт конкурса и скачали вопросы.

Конкурс организован в сотрудничестве с департаментом высшего образования министерства образования и китайским институтом промышленности и прикладной математики. Поэтому все строго и честно. Его влияние может не такое как у «кубка претендентов», но награда в некотором смысле более значимая.

В полвосьмого десять команд сидели в компьютерном классе.

Большинство людей решили использовать свои ноутбуки для ответов, поэтому они принесли их с собою. Поскольку Wi-Fi в кабинете и библиотеке позволял бесплатно загружать документы из сети. Они думали, что смогут с помощью Baidu выиграть конкурс.

Пришел профессор Лю и с улыбкой поприветствовал своих трех учеников, но не стал упоминать про конкурс. Он просто спросил, как они спали и как комнаты. После этого покинул класс и уехал на автобусе, чтобы вернуться к своим собственным проектам.

В восемь часов раздался звонок.

Все быстро зашли на официальный сайт и скачали вопросы.

Согласно правилам, темы делились на четыре задачи ABCD. Из AB для бакалавров, а CD для учащихся колледжей. Каждая команда должна выбрать одну из задач и получить код md5 на официальном сайте, затем в течении 72 часов они должны загрузить статью в формате PDF с соответствующем кодом для прохождения проверки.

В общем, у них в наличии лишь полчаса на выбор и все старательно читали.

Однако всех шокировали вопросы.

— Вопрос А: алгоритм управление и моделирование мягкой посадки космического шаттла Чанъэ-3… Вопрос B: проектирование складного стола! Черт! Что за адские вопросы в этом году?

— Они абсолютно отличаются от того, что мы делали на подготовке!

— Я решал подобное несколько дней назад. Что-то связанное с запуском ракеты Шэньчжоу… но не ожидал, что это будет на конкурсе… Я слишком неосмотрителен!

— Черт, разве ты не получил 95 по продвинутой алгебре? Давай думай!

— Я учил алгебру, а не ракетостроение!

— Спроектировать стол… Как это сделать? Разве у него не четыре ноги? Складные… может попробовать добавить пружину сзади ножек?

Класс стал очень оживленным, очевидно, что студентов взволновали подобные вопросы, поскольку они не знали с чего начать.

Однако некоторые отличались.

Например, Ло Жуньдун из группы Лу Чжоу спокойно общался с товарищами по команде.

И Лю Жуй… он выглядел достаточно надежным, поскольку уже закончил читать вопросы и разделял работу с товарищами по команде.

Ван Сяодун посмотрел на вопросы и нахмурился.

Небеса словно перевернулись

Обе задачи связаны с физикой.

Первая связана с расчетами траектории космического полета, что, безусловно, невозможно решить с помощью школьных знаний по физике. На первый взгляд вторая не такая сложная, но в действительности ненамного проще первой. Она включал динамический анализ перемещения ножек стола, анализ напряжения и кучу других проблем. Что требовало не только знаний в области математического моделирования, но и определенных познаний в строительной механике, а также материаловедении.

Однако…

«математический гений» Лу Чжоу лишь перешел на второй курс и у него только начались пары по физике.

Им нужно выбрать более легкую задачу.

Первую невозможно решить без знания физики. Они могут попробовать превратить вторую в математическую проблему с помощью онлайн ресурсов.

Ван Сяодун посмотрел на Лу Чжоу:

— Выберем B?

Парень покачал головой в ответ:

— Выберем А.

— А? — нахмурившись переспросил Ван Сяодун, — ты уверен?

— Я уже закончил учить университетскую физику, хотя аэрокосмическая физика на вид сложная, там всего три главы, — ответил Лу Чжоу, он сделал паузу и осмотрелся, а затем добавил, — и еще взгляни сколько команд выбирают В.

Поскольку первая задача слишком пугала, очевидно, большинство команд выбирали В. Лу Чжоу должен быть смелым и сразиться с драконом!

Конечно, Лу Чжоу сделал этот выбор, поскольку уверен в выборе первого.

Ван Сяодун кивнул, поняв смысл сказанного.

— Хорошо, тогда на тебе моделирование.

— Положитесь на меня.

Два гения достигли консенсуса.

Лин Юйсян посмотрела на товарищей по команде и тихо спросила:

— С какой… частью я могу помочь?

Ван Сяодун ласково улыбнулся ей и собирался сказать, что сам все сделает, когда Лу Чжоу, начавший писать на листе А4, оборвал его и грубо сказал:

— Принеси еду и воду, спасибо.

Программирование, написание статьи и построение модели. Все три задачи уже распределены и единственное, что им нужно это доставщик еды.

Лу Чжоу подумал про себя.

Не думай, что на халяву получишь победу.

Он должен заставить эту девушку делать хоть что-то.

Ван Сяодун мог лишь промолчать.

Лин Юйсян не стала жаловаться, вместо этого она энергично кивнула:

— Хорошо, я принесу!

Преимущество одного человека занимающийся математическим моделированием и написанием статьи в том, что он устранял проблему взаимодействия.

В то же время будучи капитаном, Лу Чжоу мог давать указания Ван Сяодуну, отвечающий за программирование.

Поэтому между членами команды не будет никаких разногласий!

Было три вопроса:

1. Определите в качестве запасных мест посадки дальнею и ближайшую точки к орбите. Также определите скорость и направление Чанъэ-3.

2. Определите оптимальную траекторию движение Чанъэ-3 и оптимальный способ управление на шести этапах.

3. Сделайте соответствующий анализ ошибок и анализ чувствительности для спроектированной траектории полета и способа управления.

— Следующая часть — это краткое изложение. Но его можно отложить пока не будет закончена статья. Главное внимание надо уделить анализу вопроса, который включает весь процесс построения модели, что является ядром работы, — пробормотал Лу Чжоу, кусая ручку и постукивая пальцами по клавиатуре. Он написал план статьи и начал определять важнейшие ее пункты на основе своих расчетов.

[Вопрос 2. Чтобы обеспечить оптимальную траекторию полета Чанъэ-3 и оптимальное управление, возьмем в качестве цели минимальный расход топлива. Используя параметры, указанные в задаче, используя MATLAB для определения препятствий на диаграмме высоты, нахождения места посадки и сымитировать оптимальную орбиту посадки…]

[Чтобы проанализировать ошибки или стратегию управления с траекторией разработанную в части 2, нам нужно сначала перечислить все возможные переменные, которые могут вызвать ошибки…]

Лу Чжоу сильно сконцентрировался и полностью сосредоточился на задаче.

Проанализировав вопросы, он ощущал, что в его голове стало яснее. Даже границы статьи начали формироваться у него в голове.

Осталось перевести схему в математическую проблему…

Большинство команд делали статью после программирования и построения модели, но Лу Чжоу мог делать то и то одновременно.

Это главное преимущество их команды!

Глава 61. Семьдесят два часа тяжкого труда

Сделав последний шаг, Ван Сяодун заархивировал данные и взглянул на Лу Чжоу:

— Я закончил программу для итерационных вычислений. Координаты для ближайшей и дальней точки луны, скорость и направление шатла рассчитаны. Я скину тебе на почту?

Лу Чжоу, даже не поднимая головы и продолжая писать, ответил:

— Просто скинь это мне в QQ.

— Ок, что дальше?

— Траектория движения аппарата вокруг луны, а также параметры и данные геометрии траектории, все тут. Тебе нужно составить графики, — ответил Лу Чжоу. Он положил полностью исписанный лист А4 на стол Ван Сяодуна и начал следующий расчет.

Посмотрев на данные на листе, Ван Сяодун понял, что следует изменить программный комплекс MATLAB на более профессиональный SAS для лучшего отображения данных. Не поменявшись в лице, он ответил:

— Хорошо.

Двое тихо сотрудничали и работали в своих сферах знаний.

Наступило около двенадцати часов и Лин Юйсян тихонько вошла в компьютерный класс. Она положила на стол пакет с двумя пачками риса с желтой курицей и две банки кофе.

— Гении, время поесть!

Ван Сяодун встал и взял свою еду, после чего с улыбкой поблагодарил:

— Спасибо.

Естественно, Лин Юйсян улыбнулась в ответ. Затем подошла к Лу Чжоу и сказала:

— Это твое.

Не поднимая головы, парень ответил:

— Положи в стороне. Я поем, когда закончу расчет.

— Ладно!

В девять часов вечера Лин Юйсян зевнула и вернулась в общежитие. Ван Сяодун вернулся около десяти. Поскольку он основная сила завтра, ему следовало хорошо выспаться за ночь.

Теперь помимо Лу Чжоу в классе осталось всего несколько человек.

Среди оставшихся также были математический гений Ло Жуньдун, а также Лю Жуй.

Рядом с Лю Жуем находился гениальный статистик с третьего курса.

У них была необычная структура команды. Капитан отвечал за программирование и часть моделирования, но не делал расчеты. Большая часть по построению модели делалась Лю Жуем. Третий человек отвечал за статью.

Третьекурсник спросил:

— Этот парень из твоей комнаты?

Лю Жуй кивнул:

— Да.

Тот небрежно сказал:

— Он безумен. Я мельком взглянул на него, проходя мимо в ванную. Они выбрали А. У них будет меньше конкурентов, чем у нас.

Лю Жуй с любопытством узнал:

— Тогда почему мы тоже не выбрали А?

На что получил не слишком вежливый ответ.

— Потому что вы только закончили первый курс. Думаете я прям горел желанием брать В?

Лю Жуй:

— …

Другой парень из их команды:

— …

В три часа ночи в аудитории осталось лишь пять человек.

В четыре утра Лу Чжоу единственный, кто все еще сидел перед компьютером.

К моменту, когда солнце стало светить через окно, парень, наконец-то, закончил дописывать последний пункт расчета.

Когда Ван Сяодун открыл дверь и вошел, он спросил:

— Закончил?

— Закончил… — ответил Лу Чжоу и вздохнул с облегчение, — с построением модели все. Остальное программирование, построение графиков и анализ чувствительности путем наблюдения за изменениями в модели. Когда ты сделаешь это, я начну писать статью.

Ван Сяодун кивнул и сказал:

— Понял, иди отдохни.

— Ага.

Парень ущипнул свои брови, покачал головой и встал, после чего покинул класс.

В сравнение с его ночами на каникулах это ничто.

Он не заметил, как вернулся в общежитие, просто понимал, что открыл дверь и даже не снимая одежду завалился спать.

Когда он проснулся за окном наступили сумерки.

Сев на постели и проведя рукой по грязных волосах, парень вынул телефон из кармана и глянул время.

Он помнил, что вернулся в общежитие в шесть.

— Я проспал двенадцать часов…

В следующий раз ему удастся поспать лишь после конкурса.

Он пошел в ванную и умылся, после чего направился в компьютерный класс.

Придя туда, Ван Сяодун уже дописывал последнюю строчку программы.

Лин Юйсян не присутствовала, но она принесла еду, которая все еще горячая. Судя по всему, она недавно ушла.

Лу Чжоу развернул паке и собирался взять палочки для еды, когда заметил в пакете записку.

«Хорошенько подкрепись O(∩_∩)O»

— …

Парень скомкал записку и бросил ее в мусорное ведро, потом достал одноразовые палочки и начал есть.

Поев, он сходил в ванную, по пути выбросив коробку.

Когда он вернулся, Ван Сяодун надел очки, поднялся и сказал:

— Я закончил писать программу. Код, что я использовал для вопросов, перекинул тебе в QQ. Вернусь в три утра, закончи статью.

— Хорошо. Не забудь поставить будильник.

— Знаю, — кивнул Ван Сяодун и ушел.

На Лу Чжоу лежал последний этап эстафеты. Он сел за компьютер и потянулся.

Сейчас семь вечера и у них оставалось еще 37 часов до конца сдачи статьи.

В течении следующих 37 часов он должен обобщить все вычисления, идеи моделирования, код программы и ответы на вопросы, уместив это все в статье на 20-30 страниц.

Неважно насколько изящна модель или насколько гениальна программа, судьи оценивают исходя из предоставленной статьи. Если они не поймут статью, то нет никакой надежды на награду.

Поэтому нельзя халтурить на последнем шаге!

Войдя в рабочее состояние, парень забыл про время. Он полностью сконцентрировался на экране, набирая текст и думая со скоростью света.

Исходя из требований формата резюме и ключевые слова должны быть на одной странице. Даже после редактирования резюме Лу Чжоу пришлось еще удалять куски текста.

Никто лучше него самого не понимал его мыслительный процесс. Поэтому это было легко.

Далее шел громоздкий процесс аргументации и рассуждений. Это основа всей статьи. Хотя это не занимало много места, это самая сложна часть.

Поскольку она включала не только математическое моделирование, но и программирование.

Лу Чжоу знаком с математической составляющей, но по части программы ему нужно взаимодействовать с кодером.

Время незаметно пролетело, солнце зашло и взошло. И вновь рассвет сиял на горизонте.

После ночи работы, Лу Чжоу закончил последнюю часть раздела с ответами на вопросы.

Он потянулся и сонными глазами посмотрел на статью, затем зевнул и пробормотал сам себе.

— Остались ссылки и приложение. Почти закончил.

Он положил руки на клавиатуру и скопировал названия цитируемых работ.

[

... Разработка и анализ лунной посадки с гравитационным поворотом (C), Китайская Аэрокосмическая Ассоциация по изучению дальнего космоса, специальная комиссия второй научной конференции. 2005.

...Изучение способов обнаружения и уклонения от препятствий на поверхности луны, «способы возвращения из космоса и дистанционного зондирования» 2014, 35: 11-19

… ]

Всего он сослался на шесть китайских и одну английскую работ.

В конце Лу Чжоу скопировал код Ван Сяодуна в приложение.

Встав позади Лу Чжоу, Ван Сяодун поправил очки и, взглянув на текст на экране, спросил:

— Все?

— Все. Помоги проверить на ошибки. Если все нормально, сконвертируй в PDF, — ответил Лу Чжоу, вставая. Он потряс головой и сказал, — Я спать. Оставляю проверку кода md5 и заливку работы на вас.

— Иди отдыхай, — сказал Ван Сяодун и после небольшой паузы, обеспокоенно, добавил, — Аккуратнее по дороге. Не упади.

— Ага, — кивнул головой парень, а затем покинул класс.

Глава 62. Если бы ты не налажал, я перестал бы тебя уважать

После более 30 часов непрерывной и сосредоточенной работы Лу Чжоу довел себя до предела.

Вернувшись в свою временную комнату, он, как обычно, не стал переодеваться и только его голова коснулась подушки, как он погрузился в сны.

Когда он вновь открыл глаза, уже взошло солнце.

Лу Чжоу достал телефон и посмотрел на часы. Уже половина шестого.

— Я сбил свой режим сна. Кажется, мне надо попытаться исправить это в течение следующих пары дней.

Поскольку никто не разбудил его, он даже не понял, что долго спал.

В его телефоне числились десятки пропущенных звонков. Они были от Чэнь Юйшань, его товарищей по команде, профессора Лю, куратора и его соседей по комнате.

Открыв свой WeChat, он связался со всеми и объяснил почему не брал трубку.

Закончив посылать сообщения и собрав рюкзак, он хотел вернуть ключ от комнаты, когда вдруг зазвонил его телефон.

Звонила Чэнь Юйшань.

Ответив на вызов, раздался приятный голос:

— Лу Чжоу! Как ты?

— Я хорошо.

Она сразу же спросила:

— Слышала, что задания в этом году очень сложные. Какую задачу ты выбрал?

— А, тот, что про Чанъе-3

Услышав ответ парня, девушка удивились и спросила:

— Ты выбрал ее?! Ты понял задачу?

Немного подумав, Лу Чжоу ответил:

— Все нормально. Хотя задача про космос пугает, преобразовать ее в математическую задачу было не так уж и сложно.

— Это тебе кажется, что не сложно, — вздохнула Чэнь Юйшань, — у меня соседка, которая тоже участвовала в этом году. Она хотела получить первую награду и получить бонусные баллы для поступления в аспирантуру. Но увидев вопрос, она впала в ступор.

Конкурс математического моделирования может помочь в поступлении?

Лу Чжоу сильно удивился.

Не удивительно, что Лин Юйсян так хотела, чтобы мы протащили ее.

Ясно. Это обретает смысл.

— Какую задачу она выбрала?

— В, про складной стол.

Жаль.

Подумал про себя Лу Чжоу.

Как минимум семь команд выбрали В. Что выбрали три другие он не знал. Возможно, их команда единственная во всей аудитории, кто выбрала А.

— Она справилась с ней?

— С большим трудом. Он связан со структурной механикой и эргономикой. В общем, очень хлопотная и громоздкая. Она жаловалась на этот чертов стол, — вздохнула девушка и добавила, — Задачи для студентов колледжей были нормальными. Спроектировать свиноферму и спроектировать шкаф для хранения лекарств. Ладно, не буду тебя больше отвлекать, иди поешь. Ты, наверное, только проснулся. Пойду успокаивать соседку.

— Хорошо, увидимся позже.

Закончив вызов, он увидел сообщение от Лин Юйсян. Она сообщила, что они сделали проверку кода и загрузили статьи. Она и Ван Сяодун уже вернулись в университет, и он может смело просить ее в будущем о помощи. Она также сказала, что хочет купить ему поесть в качестве благодарности.

Парень подумал и напечатал ей «Не за что».

Конкурс уже закончился. И хотя они ее тащили, она все равно часть команды и поэтому отчасти полезна.

Нет смысла жаловаться на нее.

Автобус уже уехал, а следующий будет лишь завтра утром.

Старые студенческие общежития очень плохие и Лу Чжоу не принимал душ и не переодевался уже три дня, поэтому ему не хотелось оставаться тут ни секунды более.

Он одел рюкзак и пошел к воротам, где поел лапши, а затем поехал обратно на метро.

……………………………………

— Раз, два, раз. раз, два, раз.

— Двигайте руками! Двигайте ногами! Не ленитесь, двигайтесь!

Крики доносились со стадиона, где инструкторы обучали группу первокурсников.

Лу Чжоу увидел толпу энергичных молодых людей и вздохнул. Он скучал по этим временам, затем он пошел в общежитие.

Вернувшись в свою комнату, его сразу окружили три зверя.

— Чжоу, как оно?

— Ты уверен, что все нормально? Лю Жуй сказал, что вновь налажал.

— Я правда налажал, — сказал Лю Жуй и улыбнулся, — почему вы не верите мне? Две задачи просто убили меня. Я немного понимал во второй, мои товарищи по команде считай пронесли меня, буду счастлив, если получу провинциальную награду.

С нетерпением Ши Шан прервал парня:

— Да-да, круто. Если бы ты не налажал, я перестал бы тебя уважать. Отойди в сторону, я говорю с Чжоу.

Хуан Гуанмин подошел и спросил:

— Чжоу, как ты? Задача А слишком трудная?

Лу Чжоу небрежно ответил:

— Все нормально… Лю Жуй, как у тебя?

— Слишком сложно… многое нельзя решить с помощью математики, — покачал головой Лю Жуй.

Это неизбежно.

Будь то математика или программирования, все это лишь инструменты для решения задач. Основная идея конкурса наградить тех, кто умел использовать математику для решения практических задач.

Вот почему национальная награда так ценна.

Это не математический экзамен. В отличие от него в конкурсе по математическому моделирования нечего обсуждать.

Два его соседа по комнате хотели участвовать в следующем году, поэтому они засыпали его кучей вопросов. Когда он смог отделаться от них, он залез на кровать и открыл свой ноутбук.

Если спустя столько времени полоса совсем не сдвинулась, он будет злиться.

Однако, открыв ноутбук и посмотрев на экран, Лу Чжоу пришел в ярость.

Бл**ь!

Полоска прогресса сдвинулась лишь на чуть-чуть.

Гребанная машина! Ты просто зря жрешь электричество!

Парень злился. Он сразу же закрыл свой ноутбук, положил две книги по программированию в рюкзак и пошел в библиотеку.

………………………………………

После окончания конкурса у Лу Чжоу наконец-то появилось какое-то свободное время.

Каждый день у него с собою было две книги: «Структура данных» и «Парадигма программирования искусственного интеллекта». Он обращал внимание лишь на пары по физике и математике, а во время других пар занимался своими делами.

Преимущество университета, что ты сам хозяин своего времени.

За исключением деканов или старых профессоров, большинство преподавателей лишь читали лекции. В лучшем случае они проверят по списку людей, но им все равно, что делают студенты на парах, до тех пор, пока они не прерывают занятие.

Обычно Лу Чжоу находился либо на паре, либо занимался в библиотеке, либо игрался в общежитии с ИИ Сяо Ай. Случайно парень обнаружил, что разговоры с ним ускоряют заполнение полоски прогресса, что намного эффективнее, чем просто оставлять его.

Поэтому он написал простую программу на Python. Он создал интерфейс между Сяо Ай и QQ. Затем он зарегистрировал номер QQ на Сяо Ай и назвал его «Глаз».

Теперь он мог использовать телефон, чтобы писать сообщения Сяо Ай. Программа считает его сообщение и введет его в диалоговое окно с Сяо Ай.

Это как использовать сторонний чат для взаимодействия с ИИ. Сяо Ай полностью контролировал мобильную рабочую станцию и мог даже дистанционно управлять его ноутбуком.

Парень мог попросить Сяо Ай выполнить команду и тот сделает это.

Например, если он скажет Сяо Ай выключиться, то тот выключит ноутбук.

Лу Чжоу чувствовал, что это довольно круто.

Само собой, из соображений безопасности, он добавил блокировку в программу. Только его сообщения будут прочитаны Сяо Ай.

Поэтому, если кто-то выйдет на QQ аккаунт ИИ он все равно не сможет причинить вреда.

В конце концов, Сяо Ай мог идентифицировать лишь учетную запись Лу Чжоу.

Глава 63. Как минимум национальная награда!

В ожидании результатов конкурса, Лу Чжоу постепенно перешел на неизменный распорядок дня.

С понедельника по субботу он сидел в общежитие, на парах, или в библиотеке. А по воскресеньям он занимался с двоюродной сестрой Чэнь Юйшань.

Благодаря Лу Чжоу оценки по математике Хань Мэнци росли с бешенной скоростью. В начале она была почти нулем, но теперь она могла идти в ногу с школьным учебным планом и могла уверенно двигаться вперед.

Другое дело его приложение.

Парень не особо обращал на него внимания. Если бы не случайные отзывы об ошибках, он забыл бы, что он владелец небольшой компании с кредитом в полмиллиона юаней.

После пикового периода у студентов, количество пользователей сократилось до двух миллионов. К тому же все они бездействовали словно лужа застоявшийся воды.

Но это нормально. Кто из студентов будет покупать билеты на поезда в течение семестра?

Стоимость аренды облачного сервера каждый месяц составляла несколько тысяч, но это в обычное время. В течении июня, сентября, декабря, января и февраля, стоимость сервера удваивалась.

На самом деле, Лу Чжоу не знал, как монетизировать приложение. Это его первая попытка начать бизнес и многое для него туманно.

Его изначальный план состоял в том, чтобы увеличить число пользователей, а затем получать средства или просто продать его большой компании.

Но на данный момент никто не заинтересован в покупке его приложения. Однако к нему обратилось много кадровых агентств.

Хотя база молодых пользователей была высокого уровня, пользователе оставались активными лишь в определенный период. Ценность от этого становилась низкой… Это то, что Лу Чжоу осознал, попытавшись связаться с интернет венчурными инвесторами.

Ожидаемо, что в одиночку управлять компании слишком трудно.

У него нет ни опыта, ни энергии.

Парень размышлял, стоит ли ему использовать 500000 юаней для найма профессионального управленца. Однако проблема в том, что кто захочет работать у того, у кого даже нет офиса?

Эм…

Все еще не понятно, как быть.

Лу Чжоу отложил дела компании на некоторое время. В любом случае, пользователи не активны и нет никакого способа оживить их.

Наконец-то, в начале октября Лу Чжоу получил ответ-приглашение на защиту работы от профессора Лю и перестал беспокоиться.

По крайней мере, получение такого ответа означает провинциальный приз первого уровня, что тоже первый приз.

Согласно правилам соревнований, каждая провинция отправляет приз первого уровня в национальный организационный комитет. В соответствии с единым стандартом тот нанимает экспертов для формирования национального жюри. Члены жюри будут выбирать национальные премии первого и второго уровня.

Национальная премия первого уровня также будет рассматриваться для специальных наград, таких как кубок общества высшего образования или премия Matlab за инновации.

Кубок общества высшего образования очень престижная награда.

Если национальная премия первого уровня добавит баллов для поступающих, то кубок гарантирует поступление.

Лу Чжоу не слишком беспокоился о высшем образовании. Его целью была национальная премия первого уровня. Если он не сможет получить ее, то боялся, что ему придется дожидаться следующего года для завершения задания системы или ему придется потратить баллы для его отмены.

Лу Чжоу не стал тратить понапрасну свое время. Он открыл блокнот, вставил флешку и начал подготавливать презентацию.

В этот момент раздался стук в дверь комнаты. Хуан Гуанмин играющий на телефоне, встал и открыл.

Со списком имен в руке пришел староста класса Тянь Цзюнь и спросил:

— Лю Жуй, здесь?

— Да! — ответил Лю Жуй. Он стирал одежду на балконе и поспешил обратно в комнату, опрокинув по пути ведро для мытья ног Хуан Гуанмина, а затем спросил старосту:

— Что такое? Что случилось?

На самом деле он уже знал, что случилось.

Утром товарищ по команде сказал ему про провинциальный приз второго уровня. Лю Жуй не особо заморачивался на этот счет, поскольку он лишь хотел получить опыт, чтобы снова в следующем году попытаться получить уже национальный приз.

— Поздравляю, — сказал староста с улыбкой и вытащил сертификат, — награда второго уровня!

Услышав это, Хуан Гуанмин перестал играть и вскрикнул:

— Черт, Лю Жуй, ты монстр.

Ши Шан прокричал следом за ним:

— Приз второго уровня, это почти первый уровень!

— Кто еще получил награду в нашей группе? — спросил Лю Жуй, мельком взглянув в сторону Лу Чжоу.

— Ло Жуньдун, думаю. Он выиграл приз первого уровня в провинции, — ответил Тянь Цзюнь и с улыбкой продолжил, — приз второго уровня — очень хороший результат, намного лучше, чем у нас, дураков, что даже не участвовали!

— Нет, нет. Мне просто повезло. Ха-ха! — скромно произнес Лю Жуй, но внутри его переполняла радость.

Хотя он очень ревнивый, но он мало общался с гением Ло, поэтому у него не было особо дискомфорта от этого.

Что его удивило так это то, что Лу Чжоу даже не получил награду!

Гениальный студент, номер один на факультете математики получил лишь медаль за участие!

Какая жалость!

Это сделала Лю Жуя счастливее награды.

Нет, мне нельзя смеяться вслух.

Лю Жуй откашлялся и сделал вид будто ему все равно, спросив старосту:

— А как же Чжоу? Ты забыл про него?

Лу Чжоу не числился в списке Тянь Цзюня. Тот был гением, поэтому он проверил список еще несколько раз, но так и не нашел его имени. После чего спросил парня:

— Чжоу, может пойти и спросить консультанта? Может мой список имен неполон…

— Да, почему в списке нет имени Чжоу. Это не имеет смысла. — кивнул Ши Шан.

Хотя Ши Шана всегда бесили фразы Чжоу, он уважал его талант.

На самом деле, Тянь Цзюнь прав, что его список неполный.

Список, предоставленный ему преподавателем, ответственным за подготовку, включал только команды, зарегистрированные на официальном сайте университета.

За Лу Чжоу не несли ответственности преподаватели. Он являлся частью специальной учебной команды, организованной кафедрами. Естественно его имени не будет в списке.

— Не нужно ничего искать, — сказал Лу Чжоу, пока искал материалы для презентации.

Его награда в конце концов придет. Он не спешил и не знал, почему им так хотелось увидеть его лист бумаги.

Ши Шан заметив недовольное лицо парня, неправильно его понял:

— Да как так! Что если список действительно не правильный?!

Хуан Гуанмин согласился и сказал:

— Да, даже Лю Жуй получил приз второго уровня. Как ты мог не получить.

Лю Жуй разозлился и про себя послал Гуанмина.

Однако, что бы Лю Жуй не думал про себя, он все равно сделал вид будто согласен.

— Все, действительно, в порядке, — ответил Лу Чжоу, покачав головой, — Она придет рано или поздно.

Тянь Цзюнь смутился и переспросил:

— Рано или поздно

— Да, — ответил парень, открывая браузер и щелкая по почте, — Профессор Лю уже уведомил меня, о необходимости презентации. Свидетельство придет в ближайшее время, поэтому я не спешу.

Возникло недопонимание.

На какое-то время комната погрузилась в тишину.

Наконец Ши Шан в шоке произнес:

— Черт! Лу Чжоу, ты монстр!

Хуан Гуанмин положил руку на плечо Лу Чжоу и сказал:

— Провинциальный приз первого уровня! Тебя должны были включить в национальные призеры! С тебя обед!

Лу Чжоу хлопнул его по руке, словно комара, и ответил, переместив взгляд:

— Отвянь, оставь меня в покое. Я не гей. Мне надо делать презентацию. Поговорим о еде, когда я получу деньги!

Староста вздохнул и закрыл список имен, после чего с улыбкой произнес:

— Говорил же вам. Я знал, что Лу Чжоу получит приз первого уровня! Оказалось, что все у профессора Лю, ну ладно, я тогда пошел.

Лю Жуй промолчал. Он мог лишь через силу улыбнуться, хотя в действительности ему хотелось рыдать.

Только мне стало хорошо, но теперь это чувство пропало…

Глава 64. Провинциальная защита

В этом году защита проводилась в немезиде университета Цзиньлин университете Донг. Судьи престижные академики из аэрокосмической отрасли с впечатляющими званиями. Присутствовали такие люди как президент ассоциации исследований аэрокосмических технологий провинции Цзянсу или почетный профессор университета аэрокосмической промышленности…

Короче говоря, стояла властная атмосфера.

Лу Чжоу сидел в холле университета Дон. И неоднократно перечитывал статью, распечатанную на листах А4, попутно обсуждая с Ван Сяодуном возможные вопросы от судей во время защиты. Лин Юйсян сидела в стороне и хлопала глазами с готовностью налить им чай.

Основным выступающим был Лу Чжоу, в то время как Ван Сяодун выступал в качестве запасного, но у парня не было на него особых надежд.

Ван Сяодун сведет в одно предложение объяснение задачи моделирования, для которой требуется десять. А простой вопрос по коду он наоборот увеличит до десяти. Он талантлив, но не хорош в общении. Его навыки на высоком уровне, но они непрактичны.

Лин Юйсян еще более бесполезна и у нее в основном задача курьера. В начале она сказала, что будет отвечать за выступление. Однако, если ее спросить, как рассчитать координаты посадки, то она лишь посмотрит на своих товарищей по команде щенячьими глазами.

Как и ожидалось, Лу Чжоу мог положиться лишь на самого себя.

Лу Чжоу на котором держался весь конкурс, теперь взял на себя и защиту.

Сделать презентацию было просто, он просто скопировал материалы из статьи.

Он репетировал уже много раз и поднимаясь на сцену не паниковал.

Защита работы разделена на две части, первая часть — это презентация статьи, вторая ответы на вопросы судей. На выступление давали восемь минус и это в основном для проверки оригинальности работы, и чтобы убедиться в отсутствии помощи со стороны.

Лу Чжоу быстро представил свою точку зрения и объяснил процесс построения математической модели. Затем эксперты задали ему два вопроса, и он ответил на них без каких-либо проблем.

В итоге, старый профессор, президент ассоциации аэрокосмический исследований Цзянсу, улыбнулся и поднял ему палец вверх. Затем дал понять, что выступление окончено и он может уйти.

Когда Лу Чжоу вернулся со сцены и прошел мимо капитана следующей команды, он наконец расслабился.

Лин Юйсян подошла и взволнованно сказала:

— Капитан, ты настолько хорош, что профессор показал тебе палец вверх!

— Это разве не в порядке вещей?

Лин Юйсян фыркнула и сказала радостным тоном:

— Нет, конечно! Когда вы готовились, я тайно следила за выступлением других. Профессор все время сидел с каменным лицом, но когда выступал ты, он оживился!

Ты заметила такое?!

Парень серьезно задумался.

В итоге он неуверенно произнес:

— Может… это потому что я слишком красив.

— … — Ван Сяодун.

— … — Лин Юйсян.

Они отправились на автобусе обратно в университет.

Лу Чжоу заметил, что Ло Жуньдун пребывал в не очень хорошем настроении. Возможно его выступление не заладилось, поскольку он не общался с товарищами по команде.

Остальные в основном обсуждали свои защиты.

— Как прошло ваше выступление?

— Все хорошо, но вопросы, что спрашивал профессор, слишком сложные.

— Да, точно. Словно он пытался наказать нас за выбор В.

— Не смеши меня. Думаешь он не мучал нас, кто выбрал А? В большинстве случаев он задавал вам вопросы про размер стола, а у нас были вопросы про полеты в космос!

— В любом случае, это все предназначено только для того. чтобы проверить сами ли вы написали статью. Она не добавит дополнительных баллов, поэтому все хорошо, пока вы прошли.

— Думаю, что все имеет значение. Слышал, что количество национальных наград ограничено и они учитывают еще выступление…

Лу Чжоу не присоединялся к обсуждению. Вместо этого он лег на сиденье и закрыл глаза.

Около пяти вечера, автобус вернулся в университет Цзиньлин.

Вернувшись в общежитие, он даже не успел положить рюкзак, как его облепило три диких соседа.

Хуан Гуанмин первым спросил:

— Как презентация? Ты получишь национальную награду первого уровня?

— Все нормально, — ответил неоднозначно парень, но не ожидал, что три животных сразу уйдут, услышав ответ.

— Как обычно, — сказал Лю Жуй.

— Как обычно. Он однозначно проставляется, — сказал Хуан Гуанмин.

— «Все нормально» от Лу Чжоу, это как «налажал» от Лю Жуя. Мы это поняли сейчас, — сказал Ши Шан.

Лю Жуй недовольно ударил по столу:

— Черт, что ты сравниваешь со мною?

Лу Чжоу просто недоумевал.

……………………..

Опубликовали список победителей.

В этот раз не было долгих ожиданий, он получил национальный приз первого уровня!

Однако вопреки ожиданиям задание еще не завершилось.

Услышав новость о призе, он несколько раз зашел в пространство системы, но задание все еще находилось на стадии «в процессе».

Может он должен получить сертификат?

Но задания по статьям завершилось до того, как те опубликовались.

В тот момент, когда Лу Чжоу подумал, что система глючит, ему позвонил профессор Лю и попросил прийти в его кабинет.

Недоумевая Лу Чжоу пришел в кабинет профессора. Увидев парня, профессор улыбнулся и жестом предложил тому сесть.

— Работу вашей команды выбрали национальные судьи и вы приглашены в Пекин для участия уже в оценке экспертов. Иди и поговори со своими товарищами и собирайте вещи. Через три дня встретимся у школьных ворот. Я отвезу вас на вокзал.

Только национальные награды первого уровня могли получить право на оценку экспертов. После чего судьи объявят победителей Кубка общества высшего образования и премии Matlab за инновации. Эти награждения не разделялись по задачам, а только на группы бакалавров и студентов колледжей. То есть был лишь один чемпион и получивший второе место.

— Оценка экспертов? Значит я должен снова выступать? — ошеломленно спросил Лу Чжоу.

Почему это соревнование такое хлопотное?

— Да, подготовься и внеси правки в презентацию. В этот раз в Пекине, в университете Янь, вы будете выступать перед национальным организационным комитетом! — с улыбкой сказал профессор и выпил чаю, — постарайся вернуться с кубком высшего образования.

Он был уверен в этой команде.

Особенно в капитане, он был очень доволен им.

Может потому что он талантлив, скромен или потому что умел прислушиваться к другим. Хотя по словам профессора Тана в его характере имелись недостатки, плюсы перевешивали минусы.

Увидев недовольное лицо парня, профессор поставил термо-кружку и спросил:

— Что такое парень? Ты не счастлив? Университет оплачивает твой билет и отправляет тебя на три дня погулять в Пекин. На твоем месте я был бы счастлив!

Ясно…

Потому что конкурс еще не закончился, система считает задание на завершенным.

Значит получить национальный приз первого уровня — лишь основное условие?

Если я хочу получить лучшую оценку для задания, то должен получить лучшую награду.

По этой логике награда Matlab будет соответствовать S оценке. Награда высшего образования, чемпионская награда… оценке S+!

Лу Чжоу вздохнул, затем посмотрел на профессора и сказал:

— Понял. Я скажу товарищам по команде!

Преподаватель Лю удовлетворенно кивнул и сказал:

— Иди. Не забудь отпроситься.

Глава 65. Оценка экспертов

Три дня незаметно пролетели.

Вскоре наступил день отправления в Пекин для оценки экспертов.

Университет оплачивал билеты на поезд, но им самим пришлось оплачивать отель.

Они втроем добрались на поезде до Пекина и каждый забронировал номер в гостинице возле Яньцзинского университета.

Ночью они более не разговаривали.

Они запланировали встретиться утром в восемь в холле Яньцзинского университета, возле места проведения презентации.

Когда они пришли, то вокруг уже толпился народ. Тут находились не только команды, но и журналисты, берущие у тех интервью.

Лу Чжоу не хотел появляться на телевизоре и поэтому нашел место подальше и сел. Достав распечатанную статью, он решил напоследок все повторить.

Но он даже не успел начать читать, как услышал голоса рядом:

— Эксперты уже выбрали победителей перед соревнованием. Это все, чтобы еще раз убедиться в подлинности вашей работы, — недалеко от него, на спинку стула откинулся гений с натяжкой и говорил с командами рядом с тоном переполненным опытом, — я был тут уже три раза.

Некоторые из слушателей удивились:

— В плане победителей уже выбрали?

— Они уже написали сценарий пресс-релиза! — ответил гений с улыбкой.

— Заток, откуда ты?

— Удаокоу.

У людей появились восхищение на лицах.

Отличники Удаокоу действительно не такие как все!

Получить три национальных приза первого уровня слишком ужасает!

Боюсь этот парень получит кубок общества высшего образования в этот раз!

Но разве университет Удаокоу участвует в национальном конкурсе по математическому моделированию, их вроде волнует только своя внутренняя конкуренция?

Может, это лишь фарс и они участвуют…

Лу Чжоу сидел рядом в удивлении.

Это правда?

Он думал, что оценка экспертов будет напоминать прошлую защиту, и он не знал, что тут лишь для того, чтобы отметиться. Он потратил три дня на подготовку, но похоже это никого не волновало.

Парень не знал смеяться ему или плакать.

Ну, хотя он тут, чтобы просто отметиться, он все еще мог бы получить какую-то выгоду? Тут собрались гении со всей страны. Если он сможет подружиться с людьми такого уровня, это будет полезно для его будущей карьеры…

Однако это просто мысль, и она не всегда осуществима в реалньости.

Все гении высокомерны. Группа высокомерных людей не сможет подружиться, поскольку они не смогут даже нормально общаться.

Лин Юйсян чувствовала себя неловко и неуютно, сидя среди этих людей.

Она привыкла быть между двумя гениями. Однако теперь ее окружали десятки подобных людей и она, будучи глупой, чувствовала себя неуместной и на нее это оказывало огромное давление!

Всегда ласковая и невинная улыбка окостенела и стала неестественной.

Лу Чжоу читал статью, готовясь к предстоящему выступлению, когда подошла молодая репортер с оператором.

— Здравствуйте, вы Лу Чжоу?

Подняв голову, парень увидел перед собою микрофон. В глубине души у него закрались сомнения, но он просто кивнул и ответил:

— Да.

— Я репортер из Пекинской газеты. Могу я взять у вас интервью?

— Конечно, что вы хотите знать?

— Спасибо за сотрудничество, — улыбнулась женщина и продолжила, — как вам конкурс по математическому моделированию?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Все хорошо.

Это все, что он сказал.

— … — репортер вежливо улыбнулась и продолжила спрашивать, — все нормально? Вы не считаете, что задачки были сложными?

— Вс… нормальные, — ответил парень.

Почти!

Я чуть не сказал «все хорошо» опять.

Он похвалил сам себя.

— …

Отделавшись от репортера, парень пытался успокоиться и прочитать еще раз статью, когда подошел мужчина.

Человек был одет в костюм, который выделялся среди других, и выглядел образованным. Лу Чжоу признал, что он выглядит представительно. Аура, исходящая от него, напоминала Ван Сяодуна, но была более мощной.

Заметив красивого парня, глаза Лин Юйсян вспыхнули, и она использовала свой телефон в качестве зеркала, чтобы поправить свою челку.

Но было неловко, что парень не заметил ее. Он даже не обратил внимания на Ван Сяодуна, поскольку его взгляд был прикован к Лу Чжоу.

— Ты Лу Чжоу, верно?

Парень поднял голову и переспросил:

— Ты?..

— Вэй Вэнь из университета Ян, — сказал тот и протянул руку, — я видел твою статью в журнале «теоретической и прикладной математике», она хорошо написана.

Лу Чжоу улыбнулся и пожал ему руку:

— Ты слишком любезен.

— Не надо скромничать, — сказал Вэй Вэнь и отпустил руку, — конечно, твоя статья может быть хорошая, но этот конкурс выиграю я.

???

Сказав это, он развернулся и ушел.

Лу Чжоу в недоумении посмотрел ему в спину.

Что за? Он подошел и пожал мне руку, чтобы сказать это дерьмо?

А я думал почему он подошел.

Тут есть помимо меня кто-нибудь нормальный?

Лу Чжоу покачал головой и продолжил смотреть свою статью. Именно в этот момент в зале раздался звонок.

Презентация началась!

…………………………………………………………………

На месте жюри сидели судьи из оргкомитета.

Лу Чжоу уже потрясли все их звания.

Он показал презентацию, как и планировал.

Закончив выступление.

Парень нервничал, ожидая вопросов. Один из пожилых судей, сидящей посередине слева, заговорил.

— Что вы думаете о перспективе посадки на Луну?

А?

Этот вопрос относиться к работе?

Но, Лу Чжоу без колебаний быстро дал краткий ответ:

— Значительные.

— Насколько? По мне это пустая трата денег, — сказал старик и продолжил спрашивать, — некоторое время назад я говорил со своими старыми друзьями. Во многих сельских районах нашей страны у детей даже нету парт. Посадка обходиться в десятки миллиардов долларов. В сравнении с американцами или русскими насколько это значимо?

Лу Чжоу странно взглянул на него. Он не знал, что тот подразумевал, спрашивая такое. Он спрашивал про будущее аэрокосмических технологий? Научной ценности высадки на луну? Усилит ли аэрокосмическая программа национальный дух?

Он был не уверен.

Парень тайком взглянул на других судей и увидел, что они с интересом ожидали его ответ.

Заметив, что капитан не отвечает, Лин Юйсян не могла не забеспокоиться. Однако Ван Сяодун стоял позади Лу Чжоу с безразличным видом. Возможно он считал, что у их капитана есть ответ, или сам не знал, как ответить.

Немного подумав, парень спросил:

— Как вы думаете, Великая китайская стена имеет значение?

Старик выгнул брови, не ожидая такого ответа. Он улыбнулся и сказал:

— Конечно, это имеет значение. Какой китаец не согласится?

— Это сейчас, но как было раньше? — с улыбкой спросил Лу Чжоу. Он взглянул на пожилого мужчину и продолжил, — более 1000 лет назад многие люди протестовали против напрасной траты ресурсов и отказались от многих великих проектов. Императора Ши Цзинцзи за это критиковали тысячи лет. Сейчас, если мы будем считать это пустой тратой денег и что ракет и спутников уже достаточно, не будем ли мы тоже подвергаться критике потом? Мы откажемся от вселенной?

Стол судей погрузился в тишину.

Хотя Лин Юйсян затаила дыхание, на ее лице все еще была изображающая спокойствие легкая улыбка. Ван Сяодун стоял все так же с безразличным лицом, но его кулаки крепко сжались.

Старик посмотрел на Лу Чжоу и вдруг засмеялся.

— Ха-ха-ха-ха, да! Отличный ответ!

Это все?

Парень не мог в это поверить. Судья изначально скептически относившийсяся к нему, так легко отстал.

Что насчет статьи? Вы не будете проверять ее подлинность? Почему пропущены важные шаги? Вместо этого вы спросили что-то не относящееся к делу.

Он не верил, что этот мужчина не знает значения авиакосмической отрасли.

После того как судьи дали ему знак уходить, он забрал флешку и направился к выходу из зала с товарищами.

Уходя он посмотрел на табличку старика.

И был в шоке.

Жэнь Чанмин!

Его напугало не имя, а звание за ним.

Бывший китайский разработчик проекта исследования Луны!

Когда команда ушла, Жэнь Чанмин посмотрел на старика рядом с собою и спросил с улыбкой:

— Старый Ван, ты доволен этим ответом?

— О, почему ты перенес нашу дискуссию на выступление? Что знает студент? Он полон софистики, — ответил Ван Чжуни. И хотя по голосу он был недоволен, его лицо казалось показывало обратное. Он сделал паузу и уточнил, — Как зовут этого парня?

Жэнь Чанмин открыл термо кружку и выпил чая, прежде чем улыбнулся:

— Лу Чжоу.

Ван Чжуни нахмурился и сказал:

— Думаю, я где-то слышал его имя раньше…

…………………………….

Вернувшись вечером в отель, трое собрались перед телевизором в комнате Лу Чжоу.

Победителей объявят по телевидению.

Похоже, что все это было лишь для галочки. Победителей определили еще до начала мероприятия. Иначе невозможно определить чемпионов за такой короткий промежуток.

У них даже не было времени обменяться мнениями!

— Уже очень хорошо получить национальный приз первого уровня, — произнесла Лин Юйсян смотря телевизор, затем прошептала, — я видела много гениев в холле.

— Да, — кивнул Ван Сяодун, — я видел знакомые лица там.

— Знакомые? — переспросил Лу Чжоу.

— Да, — кивнул Ван Сяодун и сказал с безразличным лицом, — видел их на прошлогоднем национальном конкурсе по программированию.

Неудивительно!

Это действительно собрание гениев.

Лу Чжоу кивнул и продолжил смотреть телевизор.

У подобного конкурса мало зрителей, поэтому телевидение не тратило много времени на его обозрение. Вместо этого они вставили его между новостными сегментами.

— Сегодня днем завершилась экспертная оценка национального конкурса по математическому моделированию. По стране приняло участие более 70000 учащихся и в общей сложности было более 300 национальных призов первого уровня.

— Из этих 300 наград есть две специальные награды. Это Кубок общества высшего образования и награда Matlab за инновации.

Вот оно.

Лу Чжоу затаил дыхание и сжал кулаки, смотря на экран.

Это решающий момент оценки задания!

Объявили победителей.

Награду кубка общества высшего образования получают…

Лу Чжоу, Ван Сяодун, Лин Юйсян (университет Цзиньлин)!

Глава 66. Национальные чемпионы!

Кубок общества высшего образования среди бакалавров получают: Лу Чжоу, Ван Сяодун, Лин Юйсян (университет Цзиньлин)!

Остальную часть университета не особо волновало подобное, но 201 комната в общежитие пребывала в восторге.

— Черт, Чжоу псих!

— Я же говорил тебе! Не называй его Чжоу, называй его брат Чжоу!

— Да-да

Лю Жуй посмотрел на Хуан Гуанмина и Ши Шаня, выключил телефон и сделал вид, что ничего не случилось, затем продолжил делать домашнюю работу по физике.

Кубок общества высшего образования!

Лучшие из 70000 студентов!

Эх…

Лу Чжоу совершенно на другом уровне, нежели Лю Жуй.

В это время дверь в комнату была открыта, поэтому внутрь влетел староста Тянь Цзюнь. Следом за ним прибежали Ли Тао и гений Ло Жуньдун.

Тянь Цзюнь закричал:

— Чуваки, вы видели это? Наш университет выиграла кубок общества высшего образования! — он пытался найти Чжоу, но не увидел его.

Ло Жуньдун спросил:

— Где Чжоу?

Ши Шан улыбнулся, словно это он выиграл приз:

— В Пекине, вернется завтра.

Ли Тао сказал:

— Он просто псих. Интересно будет ли он участвовать и в следующем году. Может он протащит меня.

В прошлом семестре Ли Тао слишком много играл в видеоигры и в результате его оценки по алгебре стали ужасными. Если Лу Чжоу протащит его на соревнованиях, он получит гарантированное место в магистратуре.

Это Кубок общества высшего образования!

Университет Цзиньлин выигрывал национальные призы много раз, но это впервые, когда они стали чемпионами.

Лю Жуй сказал:

— Заткнись. Ты поддерживал его ранее? У тебя нет право что-либо говорить. Поэтому иди и подожди в сторонке.

Хуан Гуанмин ответил ему:

— Брат Жуи, что ты такой ревнивый? Ты забыл принять лекарства?

— …

Лю Жую хотелось убивать.

…………………………………

[...]

[Награду MATLAB за инновации среди бакалавров получают: Вэй Вэнь, Цуй Цзин, Ян Ваньхун (Университет Яньцзин)]

— Невозможно!

Вэй Вэнь сердито уставился в телевизор.

Второе место…

Я занял второе место!

В холле он отыскал всех соперников, которых считал сильными.

Трехкратного национального призера из Удаокоу, команду состав которой выиграл чемпионат 13 лет назад, и даже студента из Цзиньлиня, которого назвали «академическим раком» ...

Вэй Вэнь полагал, что статья Лу Чжоу ужасна.

У него должно было быть меньше всех шансов победить, но тем не менее, победил именно он.

Не то, чтобы Вэй Вэнь не уважал его.

Вэй Вэнь признал, что Лу Чжоу силен, тому даже удалось удивить профессоров из Нью-Йоркского университета. Вэнь Вэй не знал по поводу способностей по моделированию у Лу Чжоу, но в области математике тот сильнее него.

Но конкурс — это командное соревнование, полу академическое командное соревнование. Это не олимпиада по математике! Моделирование, программирование и статья выполнялись со строгим разделением труда. Если одна часть просядет, то просядут и остальные.

Вэй Вэнь видел товарищей по команде у Лу Чжоу и не считал их угрозой.

Программист эксперт, но своей сути он второсортный эксперт, а не лидер в облсти. Что касается девушки, она настолько бесполезна. что он мгновенно раскусил ее.

На первый взгляд распределение должно быть 3 к 3, но на самом деле оно 1.9 к 3.

Он видел их состав и был уверен, что национальный приз первого уровня — это максимум на что они способны.

Однако…

Произошедшее полностью противоположно его ожиданиям.

Чемпионский титул принадлежал не ему, никакой-либо другой команде, которую он счел опасными, но достался этому парню…

Когда новости кончились, лицо Вэй Вэня переполняло презрение, он прикусил губу и облокотился на спинку стула.

В сравнение с кубком награда MATLAB за инновации просто как утешительный приз. Раньше была награда от IBM-SPSS, что тоже самое. В основном это значит, что ваше программирование хорошее, но моделирование намного хуже, чем у победителей, поэтому попробуйте в следующий раз…

Большинство были бы довольны результатом.

Однако для него ничего кроме чемпионского титула не имело смысла.

Девушка с челкой сидела рядом с ним и смотрела на телевизор, пока они оба молчали.

Примерно через десять минуть парень неожиданно заговорил.

— Сяо Цзин, подай мне компьютер.

— Сейчас, — кивнула Цуй Цзин. Она подошла к столу и взяла планшет, затем передала его капитану.

Вэй Вэнь взял планшет и зашел на официальный сайт.

Статью победителя публикуют на сайте в качестве образца для других, и чтобы показать проигравшим почему те проиграли. Что также позволяет общественности оценить справедливость соревнований.

Статья Лу Чжоу заняла первое место и Вэй Вэнь быстро ее нашел.

Он скачал ее и открыл PDF файл. Он, нахмурившись, внимательно прочитал с самого начала.

— …

Он молчал полчаса, прежде чем расслабился и вздохнул.

— Я проиграл…

В конкурсе присутствовал аспект удачи. Если статья удовлетворяла проверяющих профессоров, даже если уровень моделирования слабее, можно получить национальный приз второго или даже первого уровня.

Однако в случае кубка, который символизировал первых в стране, удачи не было. Каждая представленная статья рассматривалась каждым судьей.

Судья сидевший посередине… Он бывший главный разработчик китайского правительства в проекте исследования луны. Он лично руководил проектом Чанъэ-3. Кто мог быть более образованным и авторитетным в аэрокосмической сфере Китая нежели он?

Вэй Вэнь закончил читать статью Лу Чжоу и убедился в одном.

Часть программирования не отличалась от его собственной. Может у него даже лучше, но они проиграли в части математической модели. И также однозначно они проиграли в части статьи.

Также парень заметил, что мыслительный процесс математической модели и статьи одинаковы.

Поэтому он уверен, что Лу Чжоу выполнил эти части самостоятельно.

Хотя некоторые слабые команды использовали тактику одного тащащего всех человека, но никогда не было команды, которая выиграл кубок с таким подходом

Конкурс проводился всего три дня и было много работы по моделированию и написанию статьи. Делая что-то одно из этого, человек бы уже вымотался. Человек делающий то и то, абсолютно безумен. Он должен будет пожертвовать едой и сном, чтобы гарантировать качество модели и статьи.

Однако реальность такова, что парень по имени Лу Чжоу сделал и то, и другое.

Он просто монстр…

Губа Вэй Вэна посинела от укусов.

Это не из-за ревности.

А поскольку он чувствовал себя униженным.

— Что ты собираешься делать? — спросила Цуй Цзин стоя позади него.

Некоторое время он молчал.

— Ничего. Это лишь проигрыш.

Парень положил планшет и встал.

Расстройство и грусть в его глазах пропали, а на их месте воспылала страсть.

Интересно соревноваться с таким соперником.

Это лишь одно поражение.

В следующий раз, я не проиграю!

Он сделал небольшую паузу, а затем сильно вздохнув, произнес:

— Не забывай, есть еще февральский конкурс в США!

Цуй Цзин стоя позади него, ласково улыбнулась.

Это Вэй Вэнь, которого она знала.

Парень, что никогда не сдается.

— Да.

……………………………………………

Сегодня вечером телефон Лу Чжоу просто разрывался.

Некоторые звонки были из 201 комнаты, что называли его «братом Чжоу» и просили угостить обедом.

Это, наверное, единственный раз, когда эти животные так уважительно относятся к нему.

Заведующий Чжан тоже позвонил, чтобы поздравить Лу Чжоу. Затем начал расхваливать себя и сказал, что был таким же в его возрасте.

Слова профессора ошеломили Лу Чжоу.

Если бы это был не профессор, то он повесил бы трубку.

Много людей из университета звонило.

Заведующий Лу, профессор Тан и профессор Лю.

Профессор Лю не заботился о своем имидже и громко рассмеялся:

— Прекрасно. Кубок общества высшего образования! У нас были уже национальные награды первого уровня и пара команд ездила в Пекин. Но это впервые, когда мы выиграли кубок.

Договоря до сюда, профессор Лю вздохнул и искренне восхитился парнем:

— Ты потрясающий парень. Не могу поверить, чтобы вы выиграли, не стараясь изо всех сил. Получи награду О в конкурсе США в следующем году.

Награда О это награда для выдающегося победителя, что также являлась главным призом. Приз F выбирался из M призов (призы первого уровня), затем глобальная награда О выбиралась из призов F. Всего по миру вручалось 20 наград.

Награда О также присуждается ассоциациями и компаниями, поэтому она эквивалентна кубку. Хотя названия были похожи, отношения разные. Например, Double Siegel Investment выплачивал 10 000 долларов США в качестве бонуса за победу в конкурсе O. Однако это было только для команд США ….

— Не только я участвовал. Без кода Ван Сяодун я бы не выиграл, — ответил Лу Чжоу, смиренно улыбаясь.

— Да, ты прав, — с улыбкой продолжил профессор, — университет готов в качестве бонуса дать тебе 10000 юаней. Ректор говорил со мной по телефону и спросил мое мнение. Он сказал, поскольку ты занимался и моделированием, и статьей, то ты должен получить все 10000 юаней. Но раз ты так говоришь, полагаю следует разделить деньги пополам между тобою и Ван Сяодуном.

Услышав это, парень расстроился.

— Профессор, я тщательно обдумал все, — серьезно сказал Лу Чжоу, — Хотя усилия Ван Сяодуна выдающиеся, думаю, без моей статьи и непрерывной работы по 30 часов мы бы не выиграли. Поэтому…

— Ха-ха-ха. Хватит притворяться, — его прервал своим смехом профессор, — профессор Тан прав. Ты довольно подлый.

Поняв, что профессор видит его на сквозь Лу Чжоу откашлялся и сказал:

— Тогда… Самое большее, дайте ему треть. Половина немного несправедлива. Я вообще не спал ночь, когда писал статью.

— Да шучу я. Ректор Сюй сказал, что все деньги твои, поэтому не переживай ты так, — улыбаясь успокоил профессор Лю, — если в Пекине скучно, скорее возвращайтесь.

Парень спросил:

— Завтра я сажусь на поезд. Есть что-то срочное?

— Нет, ничего такого. Просто надо сделать фотосессию с вами.

Фотоссесию?

Фото для сертификата уже загружено в сеть. Зачем делать еще одну фотографии?

Лу Чжоу подозрительно спросил:

— Что за фото?

— Которое мы повесим на доску почета, — улыбаясь, ответил профессор Лю.

Глава 67. Неудача

За окном шумел ночной город. Движение на дорогах не утихало.

Лу Чжоу повесил трубку и закрыл шторы. Затем принял душ, а затем лег в постель и зашел в белоснежное пространство системы.

Как он и ожидал, после официального объявления списка победителей, задание выполнилось.

Лу Чжоу поспешил к полу прозрачному экрану, где всплыла строка текста.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания. Надеюсь, вы и дальше будете стараться!]

[Детали завершения задания:

Основываясь на получении национальной награды, выигрыша Кубка общества высшего образования...

Конечная оценка задания: S+ (получено бонусное задание)]

[Награда за задание:

В соответствии с использованными дисциплинами в математическом моделировании: 200 очков опыта по математике, 2000 очков опыта по физике.

500 баллов.

Один билет для счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — опыт, 5% — образец, 5% — чертеж).]

Увидев оценку Лу Чжоу переполнился счастьем.

Очевидно, национальный приз первого уровня являлся минимальным требованием для завершения задания. Кубок общества высшего образования и премия MATLAB соответствовали S+ и S оценкам соответственно.

Он получил оценку S лишь единожды и поэтому еще не понимал принципа.

Но теперь, получив оценку S+, парень уверен, что S или выше это действительно достойная награда!

Он глубоко вздохнул и приказал.

— Система, покажи мою панель характеристик.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV1（200/10000）

B.Физика: LV1（2100/10000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV1（0/10000）

Баллы: 1175 (один билет счастливой лотереи)

Задания: нет]

Математика ограничивала возможность улучшения остальных предметов. Поэтому она основная цель Лу Чжоу. Затем шло инженерное дело и информатика, поскольку эти два предмета самые простые для заработка. Парень решил отказаться от физики и просто оставить ее в покое.

Теперь, далее…

Захватывающий момент лотереи!

Он вздохнул и нажал на кнопку. Увидев перед собою знакомое колесо, он сказал:

— Вращайся!

Колесо начало вращаться со скоростью не различимой для невооруженного глаза.

Лу Чжоу повторял про себя «хороший приз, хороший приз». Он прокричал с закрытыми глазами.

— Стоп!

По инерции колесо прокрутилось еще несколько оборотов и потом остановилось.

Парень открыл глаза и посмотрел на экран…

[Поздравляем, вы выиграли «мусор» .]

Проклятье!

Система ненавидит меня?

Он посмотрел на текст про мусор и кричал про себя.

Однако системе было все равно.

[Получено: банка кофе.]

— …

Лу Чжоу спокойно посмотрел на значок на экране, осознав, что систему не волнуют его чувства.

Парень покинул пространство системы и сел на кровать. Он вытянул правую руку и подумал про кофе.

Перед глазами произошла вспышка.

Без какого-либо предупреждения в его руках появилась коричневая банка. Прямо как в фильмах.

Но парень уже привык к фокусам от системы и в отличие от первого раза уже не удивлялся. Вместо этого он спокойно задался вопросом:

— Снова Future? Как и у колы, да? Почему я не получил банку со спрайтом?

Он повертел банку и попытался найти дату производства, но так и не смог.

— Я уже попробовал футуристическую колу. Посмотрим, как будет кофе.

Парень открыл банку и опрокинув голову набрал полный рот кофе.

Эм…

Вкус не как у обычного растворимого кофе, очень нежный.

Неописуемо вкусно, он хотел выпить ещё одну.

Это ощущение удовлетворения походило на колу.

Облизнув уголки рта, вытерев банку до чистоты, он убрал ее в сумку. Завтра он найдет мусорку снаружи, чтобы выбросить ее. Он зарегистрировался в отеле на свое удостоверение личности, и лучше не рисковать.

Он пошел в ванную и умылся, прежде чем лечь на кровать и вновь войти в пространство системы.

Время для бонусного задания.

[Бонусное задание активировано!]

[Задание: Бонусное задание (можно отменить в любое время, штраф не начисляется).

Требования: Написать научную статью.

Награда: Очки опыта (Количество опыта определяется научной ценностью статьи, минимум 1000 очков. Предмет определяется содержанием статьи. Один билет для счастливой лотереи (50% — образец, 50% — чертеж).]

Не слишком хорошо, не слишком плохо.

Награда и сложность средние.

Похоже, что оценка S+ соответствовала бонусному заданию. Не все бонусные задания разблокируют отраслевые технологии. Но шансы у лотереи лучшие, поскольку я получу либо чертеж, либо образец. То и то очень хорошо.

Суть задания почти, как и у второго.

Единственное отличие, что тогда нижний предел для награды был в 100 очков, а теперь 1000.

По идеи он может наобум подать в какой-то случайный журнал и пока работа пройдет, он получит 1000 очков опыта.

Минимум 1000 очков опыта… Интересно, а каков максимум? Если это определяется научной ценностью…

Лу Чжоу вспомнил про «чертеж» содержащий доказательство Чжоу.

В прошлый раз я побоялся использовать его, но теперь должно быть все хорошо.

Максимальные баллы по математическому анализу и продвинутой алгебре, чемпион по математическому моделированию, опубликовал 10 статей за месяц. Лу Чжоу считал, что даже если он решит эту двадцатилетнюю проблему, никто не будет ложно обвинять его.

Я просто должен вернуться в университет и потратить время на статью.

Лу Чжоу вышел из пространства системы. Улегшись в постели и закрыв глаза, он собрался спать.

Время медленно шло.

Часы на стене тикали.

Парень повертелся с бока на бок.

Через какое-то время он открыл глаза и уставился в потолок, лежа в кровати.

Эм…

Я совсем не устал.

Лу Чжоу достал телефон и прищурившись посмотрел на время, затем удивлённо поднял брови.

Твою ж, уже два часа ночи?! Так поздно!

Может быть…

Это из-за кофе?

Парень переменился в лице.

Бл**ь!

Я подсознательно просто выпил ее для удовольствия!

Он не мог дышать из-за душевной боли и уткнулся в подушку.

Я так лоханулся! Мне нужно было оставить ее для интенсивной ночной зубрежки!

Глава 68. Могу я потрогать твою награду?

Лу Чжоу не мог заснуть.

Он достал телефон и зашел в Weibo.

Парень долгое время не заходил туда и заметив, что число его подписчиков увеличилось еще на 10000 стал счастливее.

Он не ожидал стать таким популярным в интернете.

Это немного смущает.

Я простой парень и не хочу становиться знаменитым!

Хм…

Что бы мне написать своим подписчикам?

Он задумался, а потом начал печатать.

[Сегодня я ходил в Яньцзинскй университет и выиграл Кубок общества высшего образования. Чувствую себя прекрасно.]

[Скриншот экрана с сертификатом на официальном сайте]

Это первый раз, когда он что-то писал в блоге, и от этого парень ощущал себя младшеклассником, пишущим эссе.

Да пофигу, кого это волнует!

Он нажал кнопку отправить.

Затем он зашел в тренды и увидел, что все они скучные сплетни про знаменитостей. Заскучав он вернулся на свою страницу.

Он не ожидал уже увидеть там десятки комментариев.

Этим людям нечего делать?

Ему стало интересно, что пишут в комментариях подписчики, и он открыл их глянуть.

[Что за Кубок общества высшего образования?]

[Мастер, вы собираетесь на конкурс в США в следующем году?]

[Бог! Если вы будете вести себя так, у вас не будет друзей!]

[Я готовлюсь к вступительным экзаменам. Отписываюсь.]

[Вновь, я смотрю на чужую университетскую жизнь.]

[Нажал «отписаться» и сделаю вид, что ничего не видел. Проскролю мимо.]

[Простите, что побеспокоил.]

???

Почему они отвернулись от меня?

Он обновил страницу и увидел, что потерял 10 подписчиков.

…………………

Рано утром парень умылся и затем покинул комнату, захватив рюкзак.

Придя в вестибюль, он встретил Лин Юйсян.

— Ты в порядке? — спросила девушка, удивившись и заметив темные круги под глаза Лу Чжоу, — У меня есть крем против мешков под глазами… тебе дать?

Зевая, парень ответил:

— Не надо.

Его не волновали круги под глазами, он лишь хотел сесть в поезд и поспать.

Трое вызвали такси и купили билеты на поезд на вокзале. Лу Чжоу дважды засыпал, пока они ждали поезд. Первый раз его разбудил ребенок, во второй раз Ван Сяодун.

— Пора на посадку.

— Уже?..

Лу Чжоу протер глаза и посмотрел на информационное табло. До их посадки меньше 10 минут.

— Плохо спалось?

— Да… я в ванную.

На самом деле, ему хотелось ответить по-другому.

Я не плохо спал, я вообще не спал…

Зевая, Ван Сяодун посмотрел на Лу Чжоу и кивнул.

Это впервые, когда он выиграл национальный чемпионат и тоже был перевозбужден прошлой ночью. Он говорил более часа со своей семьей и потратил два часа, чтобы заснуть.

Парень сходил в ванную и умылся, после чего встал в очередь на проверку билетов.

Пройдя проверку и сев на поезд, он тут же задремал. Когда его разбудила Лин Юйсян, они уже приехали на вокзал Цзиньлин.

Трехдневная поездка в Пекин закончилась на этом.

……………………………………………………

Добравшись на метро обратно до университета и придя в комнату общежития, его тут же окружили соседи.

— Где награда?

— Чжоу, то есть, брат Чжоу! Можно потрогать твою награду?

С улыбкой спросил Хуан Гуанмин и протянул руку, чтобы взять рюкзак Чжоу.

— Свалите уже, — сказал Лу Чжоу и отошел в сторону, — кубка тут нет, его отправили прямо в университет. Не просите меня, если хотите потрогать его просите преподавателей.

— Да кого волнует трофей? Что там по еде?

— Да, я угощаю. Подождите только, пока не получу призовые деньги.

Как правило, на конкурсе по математическому моделированию в качестве награды выдавался только сертификат. Только национальный чемпион получал кубок. Университет оплачивал его, поэтому он хранился у них.

Университет уберет трофей и разместит фото трех победителей, чтобы увековечить их почести.

На обратном пути Лу Чжоу позвонил профессор Лю. Он сказал пойти в управление по академическим вопросам и сфотографироваться там.

Ван Сяодун и Лин Юйсян скорее всего уже пошли. Парень не хотел их задерживаться, поэтому он вернулся в общежитие, чтобы скинуть рюкзак и потом пойти.

Когда Ши Шан увидел, что Лу Чжоу уходит, то сказал:

— Думаю Чжоу отдаляется от нас. Он забрался слишком высоко.

— Да, выиграть кубок общества высшего образования будучи первокурсником… Чувствую себя все более и более бесполезным, — сказал Хуан Гуанмин играя в игры на телефоне.

— Но Чжоу все еще один. Как там говориться? Даже если вы не станете отличником, то также без сожалений можно наслаждаться молодостью или любовью. — сказал Ши Шан голосом, переполненным эмоциями.

Услышав его Хуан Гуанмин, чуть не выронил телефон.

— Черт, брат Фэй, надо поговорить. Я переживаю за тебя… может тебя отвести к врачу?

— Зачем ему врач? Он похоже уже употребил неправильные лекарства, — вставил Лю Жуй, делая домашнее задание по физике, и даже не подняв головы.

— Не называй меня брат Фэй. Называй меня Брат Шан, — расстроился Ши Шан услышав свое новое прозвище. Потом серьезно сказал, — просто вы не понимаете этого чувства.

— …

— …

Ши Шан не спеша сказал:

— Я пытаюсь сказать, что невозможно преуспеть в учебе. Этот парень чертов волшебник. Но с точки зрения чувств или эмоций, мы не хуже него, так что не стоит слишком опускать себя…

Неожиданно Лю Жуй сказал с холодным тоном:

— Это может быть неправдой.

Ши Шан спросил:

— Что?

— Летом я ходил в библиотеку и видел, как он учился с девушкой.

Ши Шану стало неловко и он откашлялся:

— Они просто учились. Я тоже учился с девушками раньше…

Лю Жуй продолжил:

— Затем я видел, как они вместе едят в столовой. Вроде девушка заплатила за него.

В комнате воцарилась тишина.

Ши Шан и Хуан Гуанмин переглянулись и молча уставились на Лю Жуя. Пока Хуан Гуанмин не спросил:

— Эта девушка страшная? Я слышал, что умные девушки страшные.

Лю Жуй покачал головой:

— Нет, даже наоборот. Она очень хороша…

— …

— …

Их полностью подавили.

Они проиграли не только в IQ, но и вдребезги разбиты в EQ.

— Гуанмин, я ощущаю, что над моей жизнью сгустились тучи, — со вздохом произнес Ши Шан, — почему моя студенческая жизнь отличается от других.

— Все в порядке, я чувствую тоже самое, — сказал Хуан Гуанмин и отбросил телефон в стороне.

— Завтра… давай начнем учиться?

— Не говори о завтра, я иду прямо сейчас, — сказал Хуан Гуанмин, спускаясь по лестнице.

Глава 69. Непостижимая теория чисел

Фотосессия заняла час.

Когда Лу Чжоу дотащил свое уставшее тело обратно в общежитие и открыл дверь комнату, то застал внутри лишь Лю Жуя.

— Где все?

Лю Жуй решал задачи по физике и, закатив глаза, ответил:

— Ты их замотивировал, и они пошли учиться.

???

— Кстати, крайний срок для сдачи домашней работы по физике сегодня. Ты начинал ее?

— Я уже давным-давно закончил его и сдал, — сказал Лу Чжоу, вынимая одежду из рюкзака.

Он не только выполнил это задание, но и все остальные по физике за этот месяц.

Все это он сделал до того, как отправился в Пекин. Ему было некомфортно постоянно отпрашиваться, поэтому он решил все задачи и отдал их профессору Ли.

В результате профессор с интересом взглянул на домашние задания и затем сказал больше не сдавать их, поскольку это будет лишь пустой тратой времени для парня.

— Закончил? — пораженно переспросил Лю Жуй, — ты даже на парах не был. Когда ты сделал домашку?

— До того, как поехать в Пекин. Когда делал презентацию.

Лю Жуй не поверил ему и достал сложную задачку, которую записал на занятии и спросил:

— Тогда можешь объяснить мне?

— Подожди секунду.

Лу Чжоу положил свою одежду в прачечную на балконе. Когда он вернулся, то посмотрел на задачу.

[Найти удельную теплоемкость смешанного газа, состоящего из водяного пара массой M1=3.0X102кг и водорода массой M2=3.0X102кг при комнатной температуре.]

Условие короткое и с виду очень простое.

Однако…

Лу Чжоу сказал:

— Это очень сложная задача. Нормально, что ты не можешь решить ее

Это трудная задача, которую Ли Жуньгэн дал на паре, а Лю Жуй вероятно даже не заметил.

???

Лу Чжоу увидел, что Лю Жуй растерялся и рассмеялся, прежде чем продолжить говорить.

— При нормальной температуре можно рассматривать молекулы двухатомного газа и молекулы водяного пара как «жесткие». Несмотря на то, что их ковалентные связи все еще колеблются, большинство колебательных уровней молекул не изменяются, и они не способствуют увеличению теплоемкости. Поэтому вывод такой же, как и в случае с учетом вибрации. В учебники по физике не упоминается про это, но про это говориться в неорганической химии.

???

Конечно знать лишь это недостаточно. Также необходимо знать молярную теплоемкость жестких двухатомных молекул и молярную теплоемкость молекул воды, а также часть данных, что не указывались в условии задачи.

На математическом факультете нет пар по химии, поэтому ожидаемо, что эта задача ошарашит многих студентов. Если человек может решить ее, то он либо изучал неорганическую химию самостоятельно, как Лу Чжоу, либо участвовал в олимпиадах по физике в школе.

Профессор Ли Жуньгэн придумал эту задачу, чтобы научить студентов самообучению. В конце концов не всему обучали на парах. Важно обучаться и вне занятий.

Конечно, все зависит от мотивации студента.

Если студенту лишь бы получить диплом, ему даже незачем посещать лекции, просто нужно перед экзаменом выучить самое главное, а перед выпуском подтянуть оценки.

— Так, ты можешь решить…

Лу Чжоу взял ручку и начал писать в черновике.

[Cv1=3R, Cv2=5/2R]

[Теплоемкость смешанного газа: Ctotal=（M1/u1）Cv1+（M2/u2）Cv2]

[Удельная теплоемкость смешанного газа: c=Ctotal/（M1+M2）]

[Из u1=0,018, u2=0,00, R=8,314 Дж/(моль·К)]

[Из полученного выше получаем 5.86X103J / (кг·K)]

Вычисления настолько простые, что даже школьник мог сделать это. Трудная лишь теория.

Лу Чжоу вернул ручку Лю Жую и сказал:

— Задача довольно простая. Если ты считаешь абсолютное значение внутренней энергии, то должен учитывать энергию колебаний молекулы. Но подобных задач однозначно не будет на экзамене. Из-за таких задач должны переживать физики.

???

Увидев мрачное лицо Лю Жуя, он сказал:

— Ты не понял? Я могу объяснить…

— Я понял, — кивнул Лю Жуй. Он посмотрел на соседа и спросил, — где ты научился этому?

Мы точно в одном университете?

Лю Жуй не мог не засомневаться в себе.

Лу Чжоу сказал:

— В библиотеке.

Лю Жуй ничего не ответил, просто молча начал собирать вещи.

Лу Чжоу недоумевая спросил:

— Куда ты собираешься?

Лю Жуй с полными печали глазами посмотрел в потолок и сказал:

—Думаю, мой уровень знаний слишком низок. С сегодняшнего дня… буду каждый день учиться в библиотеке.

Не говоря ни слова, он взял свой рюкзак и вышел из комнаты.

………………………………………………

В понедельник, на следующий день в лекционном зале собралась толпа людей и все места были заняты

Капитан Лу Чжоу стоял на сцене и собирался произнести торжественную речь.

Он посмотрел на толпу и знал, что большинство людей приведены сюда студ.советом и молодежным комитетом.

Все присутствующие взрослые люди, им нечем заняться, что они решили послушать мою речь?

Толпа растерянных студентов держала блокноты в руках и готовились делать заметки со слов парня. Лу Чжоу не знал, поможет ли им его речь.

Если они хотели стать таким же как он, то их студенческая жизнь будет полна разочарований…

В зале присутствовали также представители СМИ в основном из местных и университетской газет. Самого высокого уровня, скорее всего, была телевизионная станция Цзиньлина. Университет пригласил всех, кого мог.

Увидев поддерживающий взгляд заведующего, Лу Чжоу подумал, что заработать деньги нелегко. Затем прочистил горло и поднес рот ближе к микрофону.

— Преподаватели, руководители, студенты, доброе утро!

— Для меня было большой честью вместе с моими двумя товарищами участвовать в таком колоссальном соревновании, борясь бок о бок и получить «кубок общества высшего образования». Прежде всего позвольте мне от имени участников конкурс поблагодарить организаторов, спонсоров и руководителей, всех людей, которые многое сделали для успешного проведения этого конкурса. Я выражаю самую искреннюю благодарность…

Лу Чжоу говорил на сцене более 10 минут. Говорил о внутреннем и внешнем устройстве конкурса, от математического моделирования до методов обучения, а затем рассказал про свои будущие планы и даже упомянул предложение за полмиллиона.

Он закончил речь со словами:

— 1% таланта, 99% тяжелой работы.

Это уже не первое выступление парня, и он совсем не нервничал. Естественно он врал до конца.

Зал взорвался громкими аплодисментами.

Некоторые скорее всего фальшивые, но студенты с тетрадями энергично аплодировали.

— Всем спасибо! — поклонился Лу Чжоу и затем передал микрофон профессору Лю, прежде чем спустится со сцены.

Когда Лу Чжоу проходил мимо профессора Тана, тот сказал ему:

— Отличная речь.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Профессор Тан, когда университет переведет призовые деньги?

— Самое крайнее на следующей недели. Зачем тебе? Ты куда-то спешишь? — с улыбкой спросил профессор, — Как твои дела сейчас? Что ты изучаешь?

Лу Чжоу подумал и сказал:

— Теорию чисел… простых чисел Мерсенна.

— Ух, ты все еще изучаешь их, — вздохнул с долей сожаления профессор.

Теория чисел особая сфера с низким порогом для входа. Настолько, что многие теоремы и формулы могут понять даже ученики школы. Именно поэтому она стала популярна среди широкой аудитории.

Легенды гласили, что число писем, написанных в Китайскую академию наук так много, что линия из них могла обогнуть землю. У привратника Китайской академии наук на руках имелось девять задач по математики и, если человек не мог ответить на них, его или ее даже не пускали внутрь.

Поэтому преуспеть в теории чисел намного сложнее, чем казалось. Мало того, что требовалось надежная база по математике, но еще требовался необыкновенный математический талант.

Реальность жестока, нет никакой другой области, что требовала столько же таланта, сколько теория чисел.

Не имея таланта, человек может изучать ее всю жизнь и ничего не достигнуть.

Хотя профессор знал про это, он промолчал.

Поскольку он понимал личность Лу Чжоу.

Несдержанный, жаждущий выгоды и славы, вечно спешащий.

После того, как парень опустил ноги в теорию чисел, он сразу отступил.

Глава 70. Доказательство гипотезы!

Поговорив с профессором Таном, Лу Чжоу покинул лекционный зал и его тут же окружила толпа первокурсниц.

Среди них была и парочка парней, но когда те увидели толпу девушек, то им перехотелось влезать.

— Гений, как ты учишь продвинутую алгебру? Это же так сложно. Можешь научить меня какому-нибудь методу?

— Брат! Брат, я слышала, что получение национального приза первого уровня увеличивает шансы на поступление в магистратуру? Это правда? Или нужно получить кубок…

— Ты будешь принимать участие в конкурсе следующего года? Тебе нужны еще члены команды? Я могу писать статью! Я выигрывала конкурс дебатов в старшей школе! Первый приз на математической олимпиаде!

— Брат Чжоу, у тебя есть WeChat? Можешь добавить меня.

Парень просто тонул в вопросах и уже ничего не понимал.

Я знаю, что я красивый, но не надо так фанатеть от меня.

Вы смущаете…

С трудом отделавшись от толпы, он взял рюкзак с ноутбуком и отправился в библиотеку.

Последние несколько дней Чэнь Юйшань учила управление. Поскольку это в основном самообучение, она не ходила в библиотеку.

Что хорошо для парня, поскольку у него не было времени на общение с ней в любом случае.

Хотя теорема была выгравирована в его голове, все же нужно приложить немало сил, чтобы разобраться в ходе доказательства. Чтобы записать его, потребуется от трех до четырех страниц А4.

Если бы он хотел, чтобы другие поняли его доказательство, он должен сначала понять ее сам.

Окончательная аргументация не может быть длинной в три или четыре страницы, он должен быть вдвое больше, чтобы для остальных стало понятнее.

Более того, исследования профессора Тана не связаны с теорией чисел и в этот раз ему никто не поможет с редакцией статьи. Если он хочет пройти с ней с первого раза, он должен выложиться на все сто и поправить каждую расплывчатую деталь в процессе проверки доказательства от системы, чтобы академический рецензент не смог найти ни одной ошибки.

[Размышления о законе распределения простых чисел Мерсенна и доказательства гипотезы Чжоу]

[Аннотация: В этой статье рассматривается закон распределения простых чисел Мерсенна и доказывает, что когда 2^(2^n) < P < 2^(2^(n+1)), MP то 2^(n+1)-1, простое число. И рассматривая это в качестве обоснования, доказывает утверждение, что при 2^(2^(n+1)), Mp имеет 2^(n+2)-n-2 простых чисел.]

Лу Чжоу оставил свободное место и перешел к используемой литературе.

[Цитирование: Закон распределения простых чисел Мерсенна [J]. Чжоу Хайчжун. Журнал университета Исянь (издание «Естествознание»). 1992 (04)]

Ему нужно сослаться лишь на один источник.

В течение двадцати лет множество математиков изучали теорию чисел и неоднократно пытались доказать эту теорему, но никто не смог. Даже сам Чжоу, кто предложил эту гипотезу, изучавший много лет эту проблему, не смог дать надлежащего доказательства.

В этом и заключалась особенность теории чисел. Она напоминала яблоко на дереве. Математики и математические энтузиасты очарованы его соблазнительным красным цветом. В итоге, высокий мужчина приходил и срывал яблоко.

Лу Чжоу перестал печатать и взял ручку.

Он погрузился в состояние, где он забыл обо всем остальном.

Бесконечные простые числа увеличивались под его ручкой и сводились в уравнение. Числа и символы сливались в заклинание, творящее магию и описывающее истину вселенной.

Время пролетело незаметно.

Исписанные листы медленно заполняли стол.

Вскоре настало время обеда.

Парень сбоку, готовящийся к экзаменам, потянулся и собирался пойти в столовую поесть. Как внезапно он заметил черновики на столе Лу Чжоу. Расчеты на столе поразили его.

Что решает этот псих?

Почему его расчеты требуют так много страниц?

Он выглядит молодым и скорее всего бакалавр. Что это за задача такая по математике?

Он посмотрели и увидел, что это проблема теории чисел. Однако взглянув ниже, он не мог ничего понять. С одной стороны, почерк Лу Чжоу словно танец дракона. С другой он не очень хорошо разбирались в теории чисел.

Он был полон любопытства и собрался спросить, что делает Лу Чжоу, когда внезапно заметил название документа на ноутбуке.

Гипотеза Чжоу?

Любопытство тут же испарилось.

Сумасшедший.

Очередной идиот помешанный на математике.

Подумал про себя парень и захватив свой рюкзак ушел.

Хотя это не его тема он все еще немного знал про нее.

В течении двух десятилетий математики во всем мире изучали направление простых чисел, простые числа Мерсенна, числа-близнецы и простые числа Ферма. В конце концов это главная тема века. Любой изучающий простые числа Мерсенна пытался доказать гипотезу Чжоу.

Никому это не удалось.

Прежде чем срывать яблоко, нужно осознать, что никто даже лестницу не принес!

Для студента бакалавриата невозможно доказать ее.

Лу Чжоу полностью погрузился в расчеты. Он даже не заметил парня рядом с ним. Он даже не замечал ход времени и голода. Все внешние факторы уничтожили математические расчеты.

Он не знал, когда это началось у него, но он уже привык к этому нездоровому способу учебы.

Когда парень дописывал последние расчеты, за окном уже полностью потемнело

Облегченно вздохнув, он откинулся на спинку стула и ощутил тяжесть в теле.

С одной стороны, он устал.

С другой давно голодный.

— Не могу поверить, что забыл про еду… Похоже я стал бессмертным.

Эта статья намного сложнее, чем «Оптимальная обратная теория линейных операторов и линейной функции». Научная ценность работы также будет выше. К счастью, основное уже сделано. Теперь ему осталось лишь скопировать содержимое бумаг в компьютер, и его работа будет окончена.

Парень потер живот. Он хотел встать и собрать бумаги, когда список чисел на листе привлек его внимание.

А?

Лу Чжоу взял ручку и обвел цифры на бумаге.

Два набора чисел после упорядочивания стали парными простыми числами, числа-близнецы.

Лу Чжоу нахмурился и щелкнул ручкой.

Он записал два уравнение и потом быстро перечеркнул их.

В известной гипотезе Полиньяка говорилось, что для всех натуральных чисел k существует бесконечное число простых пар (p, p+2k). Когда k=1 это парные простые числа. Изучение закона распределения простых чисел Мерсенна в определенном смысле давало идею для решения проблемы бесконечных двойных простых чисел.

Похоже он что-то обнаружил, пытаясь доказать гипотезу Чжоу.

Он ущипнул себя за брови и почувствовал головную боль.

Черт, понятия не имею...

Его мимолетное вдохновение пропало, и он упустил шанс.

Твою же!

Как и ожидалось, теория чисел — это не то поле, где могут играться обычные люди.

Система, дай мне вдохновения.

Взмолился про себя парень, но система не ответила.

Ладно.

Думаю, системы не подвластно решить подобные расплывчатые запросы.

— Студент, библиотека вот-вот закроется.

Лу Чжоу вдруг осознал, что рядом с ним стоит библиотекарь. Он оглянулся и увидел, что он единственный кто оставался в библиотеке.

— Извините, сейчас соберу все, — извинился парень с улыбкой и потянулся к листам на столе.

В любом случае он не мог больше учиться.

Для начала надо пойти и что-нибудь съесть.

Глава 71. Вы даже не представляете радости быть гением

Лу Чжоу понадобилось полдня, чтобы собрать воедино содержание записей на бумагах и набрать их на компьютере. Еще два с половиной дня ушло, чтобы завершить остальную часть статьи и перевести ее на английский.

В сумме все заняло четыре дня. Парень наконец-то превратил картинку в своей голове в статью. Он даже сконвертировал ее в PDF файл.

Осталось отправить работу на рассмотрение.

У него имелись тысячи вариантов, но окончательным выбором стал журнал «математические хроники».

Журнал основал Принстонский университет, а затем в 90-х перешел в журнальный отдел издательства университета Джонса Хопкинса. В основном публиковал научные статьи по теоретической математике и охватывал широкий спектр, занимая одно из центральных мест в академическом кругу, а также имея довольно большой импакт-фактор.

На самом деле у парня изначально был выбор получше. Например, «журнал теории чисел» специализирующийся на публикации работ по теории чисел и имевший более высокий авторитет в этой области. Однако, импакт-фактор у него ниже, и он брал плату за обработку статьи.

— Скупые американцы, — пробормотал Лу Чжоу, качая головой и загружая свою работу на сайт, затем указал свою электронную почту.

Он не знал, сможет ли система ускорить рассмотрение работы, но надеялся, что оно не затянется на долго.

……………………………………..

Призовые деньги конкурса по математическую моделированию наконец-то пришли, и общая сумма составила 15000 юаней. Из них 10000 юаней перечислили непосредственно Лу Чжоу, а остальные 5000 Ван Сяодуну.

Лу Чжоу удивился узнав, что Лин Юйсян отказалась от денег.

Хотя Ван Сяодун хотел отдать ей половину своей суммы, она с улыбкой отклонила их.

Он не знал, о чем она думала.

Первое, что сделал парень после расформирования команды это удалил ее из своих друзей.

Он потратил столько денег на искусственный интеллект, что был счастлив вернуть их.

Как и обещал, он позвал поесть рядом с университетом трех своих соседей по комнате.

Эти животные совсем не стеснялись. Они сразу же заказали пол коробки пива, тарелку жареной рыбы и несколько закусок.

Когда принесли еду, Ши Шан открыл бутылку, а затем по очереди налил всем в кружки пива. В конце взяв свою кружку он посмотрел на Лу Чжоу.

— Чжоу, сначала ты был бездарем, но теперь ты бог. Ты все еще угощаешь нас и значит не забыл про своих соседей. Я уважаю тебя.

— Это всего лишь ужин. Вы тоже раньше угощали меня, с чего ты сейчас стал таким благородным, — с улыбкой сказал парень и чокнувшись с Ши Шаном выпил.

Хуан Гуанмин тоже поднял свою кружку:

— Чжоу, я тоже с этой кружкой проявляю к тебе свое уважение. И нет особой причины, я просто хочу праздновать.

— Не стоит, не стоит. — сказал Лу Чжоу также ударившись кружками с Хуан Гуанмином и выпивая.

Лю Жуй также поднял кружку:

— Поздравляю…

— Спасибо, — ответил Лу Чжоу.

Независимо от горького «поздравления» Лю Жуя, все они его соседи по комнате и братья.

Лу Чжоу поприветствовал Лю Жуя и выпил.

Когда пиво и блюда почти кончились, Ши Шан вздохнул с животом полным алкоголя.

— Чжоу.

— Что такое?

— Я тут подумал.

— О чем?

— Каково это быть гением? — со вздохом спросил Ши Шан. Он посмотрел на бутылку пива и продолжил, — Безумные оценки на экзамене, гарантированое поступление в магистратуру, стипендия…

Возможно, из-за того, что он почитал книжек в библиотеке или из-за алкоголя, но Ши Шана потянуло пофилософствовать. Хуан Гуанмин постоянно говорил, что отправит его к психологу, сидящему рядом с университетским медпунктом, но этого все еще не произошло.

Независимо от этого, вопрос Ши Шана попал в яблочко.

Два животных рядом с ним делали вид, что едят, но они навострили уши. Особенно Лю Жуй, который даже престал двигать палочками, желая услышать опыт гения.

Лу Чжоу встряхнул пустой кружкой и отрыгнул.

Он покраснел от алкоголя, затем откашлявшись, неспеша произнес:

— Думаешь быть гением весело?

— Я понимаю. Ты на самом деле не счастлив, да? Ты устал? — со вхдохом спросил Ши Шан.

— Нет, — покачал головой парень, — я имел в виду… Быть гением — прекрасно. Ты даже не представляешь радости быть гением.

???

???

???

………………………………………………………………..

К тому времени, когда они вернулись в общежитие, наступило уже семь вечера.

Лю Жуя снова тащили обратно, и он без сознания завалился на коврик. Ши Шан хорошо переносил алкоголь, он выпил шесть или семь бутылок и когда староста позвал его играть в баскетбол, сразу пошел.

Ну что за тип. Как ты вообще можешь играть в баскетбол столько выпив?

Пьяный баскетбол?

В этот раз Хаун Гуанмин оттаскивал Лю Жуя в туалет. Лу Чжоу забрался на кровать и открыл ноутбук, затем зашел на сайт «математических хроник».

Статус статьи сменился на «на рассмотрении», что не удивительно.

Похоже его предположение верное.

Не только с обычными заданиями, но даже с бонусными система помогала ему сэкономить время. Что касается того, как система делала это… Лу Чжоу решил не заморачиваться над этим.

Лишняя головная боль!

Зайдя на почту, он увидел, что документ о предоставлении прав уже отправили.

Заполнив, парень залил его на сайт.

Далее будет долгий процесс рецензирования. Ему придется дождаться, пока научный редактор освободиться и проверит работу. В отличие от его предыдущих работ, эта работа содержал доказательство важной гипотезы, поэтому рассмотрение займет больше времени.

Научные редакторы будут особенно осторожны при проверке и не пропустят ни одной ошибки. Поскольку, публикация неверного доказательства теоремы не какая-нибудь шутка, а серьезный вред репутации журнала.

Конечно его работа может быть отправлена какому-нибудь магистру и тот закончит рассмотрения в течение дня, но вероятность этого низка

Как обычно Лу Чжоу поболтал с ИИ, а затем пошел проверить отчеты об ошибках в его приложении.

Увидев застывшее число пользователей, парень не мог ничего поделать.

Проигнорировав сообщения о помощи со статьями, он как обычно не нашел ошибок или отчетов о багах.

Отлично.

Мне не нужно выпускать обновлений.

Лу Чжоу закрыл сайт разработчика и зашел на сайт управления по академическим вопросам. Он собирался посмотреть расписание занятий, как его внимание привлекло уведомление.

— Завтра в 9 часов состоится лекция о гипотезе чисел-близнецов…

Парень заметил слова про числа-близнецы и внезапно вспомнил свое вдохновение, когда писал статью.

Он так сосредоточился на представлении работы, что забыл о своем случайном открытие.

Теперь вспомнив о нем, он заволновался.

— Завтра все равно нет пар, может мне стоит послушать эту лекцию. Какую-нибудь выгоду, да получу, — подумал парень, и чтобы зарегистрироваться ввел свой номер студента и пароль.

— Лектор — Жен Чаньмин… знакомое имя…

Размышлял Лу Чжоу долго смотря на него, но так и не вспомнил.

В учебнике по математике?

Или где-то в интернете?

Да пофигу. Это не важно.

Покачав головой и перекинув через плечо полотенце, прихватив корзину для белья, он отправился в ванную.

Глава 72. Изумление Делиня!

Штат Нью-Джерси, Принстон, уединенный дом.

Лысый европеец паковал одежду в чемодан и кричал:

— У меня нет времени, найдите кого-нибудь еще! Прямо сейчас мой учитель лежит в больнице. Возможно, я увижу его в последний раз! Не хочу видеть ничего связанного с математикой в этом месяце.

У мужчины средних лет в костюме была неловкая улыбка, но он не злился.

В конце концов человек перед ним был знаменитый виконт Пьер Делинь, который доказал гипотезу Вейля. Он получил Филдсовскую премию, премию Крафорда, премию Фольфа и Абелевскую премию. Если была бы еще награда по математике, он выиграл бы и ее.

Даже в передовом учебном заведении, таком как Принстон, где обучались математические гении со всего мира, Делинь все еще выделялся.

Дэвис же простой редактор «математических хроник». Он окончил факультет журналистике в университете Джона Хопкинса и немного знал математику.

«Математические хроники» сын Принстонского университета, но в конце концов он отошел университету Джона Хопкинса как «пасынок». Принстон также отвечал за журнал «год математики», пользующийся уважением в математическом сообществе. Поэтому «математические хроники» стали получать меньше средств.

Редакция университета Джона Хопкинса старалась изо всех сил поддерживать научное влияние «математических хроник».

Обычно простая статья по теории чисел не заслуживала внимания Дэвиса, но просто так совпало, что у него имелись какие-то знания по теории чисел, что, впервые прочитав статью, он заметил ее исключительную ценность.

Имелось множество предположений о законе распределения простых чисел, но ни одно из не доказано. Среди них самой математически красивой и точной гипотезой несомненно являлась знаменитая гипотеза Чжоу.

Когда 2^(2^n) <P<2^(2^n+1), то количество простых чисел Мерсенна равно 2^(n+1)-1.

Но это лишь предположение.

Оно не было доказано или опровергнуто.

Когда его докажут, гипотеза станет теоремой!

Даже видя, что профессору все равно, Дэвис отказывался сдаваться и сказал:

— Прошу, виконт Делинь! Ваши исследования самые выдающееся из всех, что я когда-либо видел! Я прочитал эту статью и сразу подумал о вас. Мы работаем вместе уже столько лет. Просто, пожалуйста, посмотрите.

— Хватит лизать мне задницу, — сказал Делинь, хлопнув чемоданом и холодно усмехнулся, — я знаю, что у меня все прекрасно.

Обычно он не такой раздражительный, просто, как и все гении в Принстоне немного высокомерен. И при обычных обстоятельствах, если бы Дэвис принес ему интересную статью, он нашел бы время прочитать ее.

Однако, как бы не была интересна статья, у него имелись более важные дела.

Его учитель, господин Гротендик, лежал на больничной койке и мог скончаться в любой момент.

Откуда у него время на математические вопросы? Ему надо лететь во Францию и увидеть своего учителя.

Он не только приостановил работу научным редактором, но и временно прекратил все свои проекты.

Дэвис попытался убедить его:

— Разве вы не хотите принести подарок мистеру Гротендику?

Делинь сердито сказал:

—Подарок? Кусок бесполезной бумаги? Я лучше куплю цветы во Франции!

— Гарантирую, эта статья не такая плохая, как вы думаете, — искренне говорил Дэвис, — разве жизненная цель вашего учителя не доказать гипотезу Римана? Решили проблему распределения простых чисел Мерсенна и мы сделали еще один шаг к вершине математического мира… Даже если это лишь маленький шаг! Я помню фразу, что вы сказали на прошлогоднем академическом отчете, что путь к концу дзета-функции Римана темный и требует множества свечей… Теперь все в ваших руках.

Делинь какое-то время молча смотрел на Дэвиса, в итоге он выхватил статью из его рук.

— Бл**ь!

Он больше не мог сдерживать своего любопытства.

— Доказательство гипотезы Чжоу? — нахмурился Делинь.

В прошлом он прочитал множество статей, подобные этой, и лишь недавно они перестали быть такими распространенными. Людям, считающие себя умными, всегда любили спрашивать, на первый взгляд, простые вопросы, но они никогда не могли пройти этот тернистый путь.

Если гипотеза Чжоу будет доказана, это действительно поможет в исследованиях гипотезы Римана. В конце концов положение дзета-функций Римана тесно связано с частотой простых чисел. Гипотеза Римана о распределении нулей дзета-функции.

Посмотрев на имя автора, Делинь пришел в замешательство.

Lu Zhou?

Китаец? Или китайского происхождения?

В Азии немало талантливых математиков, но он никогда не слышал об этом имени…

Он машинально испытал про себя презрение к автору, но зная, что Дэвис никогда не подсунет ему дерьмовую статью, продолжил читать.

Прошла минута…

Пять минут…

Десять минут…

Делинь все время читал в одном положении и пристально смотрел на первую страницу, не собираясь даже переворачивать ее.

Видя поведение профессора, Дэвис контролировал своей дыхания и не хотел мешать ему.

Чем больше Делинь читал, тем серьезнее становилось его лицо.

Прошло еще пять минут.

Он поставил чемодан к стене, но молчал. Затем Делинь взял листы бумаги и пошел в свой кабинет, закрыв за собою дверь.

Дэвис вздохнул с облегчением и наконец-то расслабился, небрежно сев на диван в гостиной.

Исходя из многолетнего опыта, привычка профессора закрывать за собою дверь положительно связана с важностью работы.

Если это была бесполезная работа, он даже не закрыл бы дверь.

Сидя в кабинете, профессор достал черновики и начал проверять расчеты в статье.

Доказательство автора было понятное, логичное и строгое, а метод применение настолько умен, что он не мог найти ошибки.

Делинь даже не мог найти мест для улучшения.

Смущало лишь то, что помимо грубого английского, доказательство безупречно и не похоже, что автор новичок…

Слишком гладко.

Не могу поверить насколько гладка эта статья.

Он хотел верить, что в этой пятистраничной статье есть ошибка!

Может я ее пропустил?

Интересно.

Прошел еще час.

Прочитав последнюю строчку расчетов, он долго молчал. Затем положил статью рядом с черновиками, прежде чем вздохнул и пробормотал на французском:

— Потрясающе.

Еще час назад он сомневался.

Но прочитав её снова, он уверен, что в статье нет ошибок.

И не мог подобрать других слов.

Делинь очень хотел встретиться с автором этой статьи. Однако шансов в ближайшем будущем не будет. После возвращения из Франции ему нужно принять участие в новом проекте для Принстона, который займет его на несколько месяцев.

Возможно эта статья вызовет интерес у моего учителя?

Он знал, что шансы низки, поскольку его учитель уже много лет не занимался математикой.

Дэвис ходил взад-вперед в гостиной и в итоге обратил внимание на аквариум рядом со шкафом в гостиной. Чтобы скоротать время он постучал по стеклу и поиграл с золотой рыбкой.

Внезапно дверь кабинета открылась и вышел Делинь со статьей в руке.

Дэвис тут же бросился вперед и спросил:

— Как она?

Убрав статью в чемодан, он ответил, не поднимая головы:

— Мне нужно время. Я отвечу тебе в течении недели.

Услышав его слова, Дэвис от чрезмерного волнения перестал даже дышать.

Он работал с ним много лет, что полностью понимал профессора.

Если статья не отправилась в шредер, то значит, что тот не смог найти проблем с ней. Если он не вернул ее ему, то содержание привлекло его внимание!

Неделя ничто.

Для строгого академического редактора невозможно быстро пропустить статью. Необходима повторная проверка. Это не только строгий подход математика, но и ученого. Это минимальное уважение к области образования!

Математическая задача мирового уровня была решена.

Научная ценность «математических хроник» однозначно возрастет.

Что касается самого Дэвиса…

Что лучше может доказать его способности как технического редактора чем не нахождение иголке в стоге сена?

Глава 73. Я пока не хочу в космос

В половину девятого утра аудитория почти полностью заполнилась.

Лу Чжоу нашел место и тихонько сел.

К 8:50 свободных мест уже не осталось. Некоторые люди даже приносили стулья или садились в проходе, чтобы послушать.

Пришли даже студенты из других университетов.

Похоже профессор Жень Чанмин очень популярен.

В девять лекция наконец-то началась. Лу Чжоу посмотрел на пожилого мужчину на кафедре и подумал, что тот выглядит как-то знакомо. Может из-за того, что Лу Чжоу сидел слишком далеко или старик переоделся, он не мог вспомнить где его видел.

Когда запустилась презентация, студентка, сидевшая рядом с Лу Чжоу, перестала болтать и потянулась к своей тетради и ручке.

Тут она заметила Лу Чжоу около себя и удивилась.

Посмотрев на него, она шепотом спросила:

— Студент, ты же Лу Чжоу?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Глаза девушки загорелись, и она с волнением произнесла:

— Ты… Ты с группы по математике 2013 года, Лу Чжоу?

— Да, что такое?

— Ничего, — первокурсница покачала головой.

Тогда зачем ты уточняла!

Лу Чжоу потерял дар речи, затем открыл блокнот и начал делать записи.

— …

— …

Возможно ему просто казалось, но парень ощущал, что две девушки сбоку, тайно посматривают на него. Они продолжали шептаться и указывать в его сторону.

Лу Чжоу вздохнул.

Это проблема быть знаменитым?

Чувствую себя…

Довольно хорошо?

К счастью они не говорили о нем долго и быстро поменяли тему.

Лу Чжоу автоматически защищался от внешних отвлекающих факторов, сконцентрировавшись на лекции.

Парень не пропустил ни единого слова вступительной речи профессора.

— Мы все знаем, что простые числа — это натуральные числа, имеющие ровно два делителя. Возможно вы знали первую сотню простых чисел будучи еще в школе. Числа-близнецы — это пары простых чисел, отличающихся на 2, то есть p и p+2 будут парными простыми числами, например, 3 и 5, 5 и 7, 11 и 13, 17 и 19 и так далее. По мере увеличения чисел, количество близнецы попадаются все реже и реже.

— В пределах сотни есть 8 парных простых чисел, а между 501 и 600 есть лишь две пары. По мере увеличения, следующее простое число будет все дальше и дальше от предыдущего. Гипотеза Гольдбаха утверждает, что существует бесконечное количество пар простых чисел, отличающихся на 2, например, 3 и 5, 5 и 7, и даже …

Профессор записал на доске ряд цифр.

[2003663613 × 2195000-1 и 2003663613 × 2195000 + 1]

Затем повернулся и засмеялся.

— Существует бесконечное количество простых чисел с разницей в 2, это знаменитое предположение о близнецах.

До сих пор Жень Чанмин говорил только про базовые знания. Даже Лу Чжоу, не изучавших парные простые числа, мог легко следить за ним.

Как и первокурсники. Нравилась ли им математика или нет, все они слушали с интересом.

Однако вскоре содержание стало труднее.

— Гипотеза о числах близнецах всегда была трудной проблемой в математике. Только в прошлом году произошел прорыв в исследованиях, — с улыбкой сказал профессор и переключил на следующую страницу в презентации, — китайский математик Чжан Итао доказал, что существует бесконечно много пар простых чисел, которые отличаются не более чем на 70 миллионов. Это огромный прорыв в изучение парных простых чисел.

Профессор надел очки и написал доказательство на доске.

[Определим theta(n)=lnn. Если n простое число; определим theta(n)=0, если n — составное число. Возьмем функцию лямбда(n) =…, определим S1(x)=…, S2(x)=…]

[Докажем, что S2−(log3x)S>0…]

[...]

Когда студенты, слушающие лекцию, увидели на доске растущую формулу, то больше не могли следить за ней.

Студентка рядом с Лу Чжоу сидела с лицом, на котором спрашивалось куда она попала. Через секунду вся лекция переменилась.

Но Лу Чжоу мог поспевать за мыслями профессора.

Проще говоря, Чжан умело выбрал лямбда-функцию и успешно доказал, что k>=3,5*10^6, и пришел к выводу, что S2− log3x)S1> 0 выполняется.

Таким образом, перечислив первые 3,5*10^6 простых чисел в качестве приемлемых наборов, можно доказать, что существует бесконечное число пар простых чисел, отличающихся не более чем на 70 миллионов.

— На данный момент коэффициент из доказательства господина Чжана k>= 3,5*10^6 был уменьшен до k>= 50. То есть цифра в 70 миллионов уменьшилась до 246. Остальную часть расчетов придется делать преемникам.

Сказав это, профессор улыбнулся и бросил мел на стол.

— Возможно великий человек, который завершит эту историческую работу сейчас сидит в этом лекционном зале.

— Я с нетерпением жду этого дня!

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Раздались громогласные аплодисменты.

Аудитория восторженно аплодировала.

Даже те, кто не понял, вслед за остальными хлопали!

Конечно было и немало понявших, и они сидели задумавшись.

Например, Лу Чжоу.

Эта лекция лишь введение. Эта полу научная лекция не академический доклад. Главная цель заинтересовать студентов математикой.

Профессор рассказал о гипотезе Гольдбаха, из нее о гипотезе о числах близнецах и рассказал о текущем развитие отечественной теории чисел и некоторых относительно передовых результатах.

Можно с уверенностью сказать, что профессор достаточно опытный.

Профессор взял неясные темы и сделал их интересными для начинающих.

Однако содержание второй половины лекции было менее интересным, чем содержание первой. Лу Чжоу не очень внимательно слушал. Его разум все еще сосредоточился на доказательстве.

Лу Чжоу вспомнил об открытие в библиотеке, глядя на доску. Он хмурился понимая, что где-то в темноте есть что-то постоянно убегающее от него, только он пытается схватить…

Когда лекция закончилась, студенты из студенческого совета пустили список имен для росписи.

Расписавшись в листке, Лу Чжоу хотел поспешить в библиотеку, но его заблокировала сидящая рядом с ним первокурсница.

— Студент, студент, постой секунду. Могу я добавить тебя в свой QQ?

Парень не хотел терять время, поэтому он записал на черновике свой номер. И даже не дав ей шанса сказать слово, быстро ушел.

Однако, когда он выходил из аудитории его остановил другой человек.

На этот раз это не кто-то случайный, а профессор Жень.

По его улыбке стало понятно, что он какое-то время ждал Лу Чжоу.

— Молодой человек, мы снова встретились.

???

Мы встречались?

Думаю, мы и правда встречались…

Профессор не ждал пока Лу Чжоу ответил и спросил:

— Ты не заинтересован в ракетостроение?

Лу Чжоу все еще думал о проблеме простых чисел и был сбит с толку.

Что за… вы хотите, чтобы я стал космонавтом?

Как это возможно?!

Парень неловко улыбнулся:

— Профессор, я пока не хочу в космос.

Глава 74. Секреты системы

— Я не прошу тебя лететь куда-то на ракете, — пробормотал Жень Чанмин, чуть не поперхнувшись, — я спрашиваю, заинтересован ли ты в развитие аэрокосмической отрасли?

Услышав про аэрокосмическую отрасль, парень наконец вспомнил.

Этот старик один из судей с экспертной оценки конкурса по математическому моделированию?

Профессор Жень Чанмин…

Бывший китайский разработчик проекта исследования Луны!

Но…

Он не на пенсии?

Увидев, что Лу Чжоу долго молчит, профессор посчитал, что тот серьезно обдумывает вопрос, поэтому не спеша добавил:

— Я несколько раз прочитал твою статью с конкурса. Создать такую качественную модель и написать статью за столь короткое время впечатляет.

— Я слышал, что ты студент прикладной математики, но также сделал немалые исследования функций и написали статью. Аэрокосмической отрасли нашей страны нужны такие люди как ты — он улыбнулся и искренне продолжил, — Молодой человек, вы заинтересованы в поступление в Яньцинский университет? Кафедра механики и аэрокосмических технологий известна во всей стране!

Парень внимательно выслушал его слова и потом заговорил, тщательно продумав про себя отказ:

— Извините, профессор. Я ничего не знаю об аэрокосмической области. Говоря прямо, математическое моделирование лишь превращает сложные движение частиц в математические задачи и не требует каких-то глубоких познаний. Иначе я бы не получил кубок общества высшего образования. Аэрокосмическая область мне не подходит.

Лу Чжоу не мог принять предложение профессора.

Не то, чтобы его совсем не интересовала аэрокосмическая сфера. Просто потому что требование в вливание в нее слишком большие. С его нынешними уровнем физики, математики и инженерному делу ему даже не откроют дверь.

Если он хотел попасть в эту отрасль ему по крайней мере нужно достичь 5 уровня в областях материаловедения, биохимии и инженерии.

А сейчас ему это не под силу.

— В чем смысл учебы? Учить то, что ты не понимаешь! А если ты уже все выучил, то ты уже можешь начать работать, — Жень Чанмин улыбнулся, — Ты еще молод. Решать тебе, но готов поспорить, что если ты вложить в это свою душу, то добьешься успеха.

Лу Чжоу не знал, как отказаться.

Тут раздался громкий голос издалека:

— Старый Жень, у тебя нет совести. Приехал из самого Пекина, чтобы разнюхивать тут.

Парень взглянул в сторону голоса и увидел, как к ним шел профессор Тан.

— О чем ты? Какое разнюхивать? Я развиваю аэрокосмическую отрасль нашей страны. Я не могу позволить гению впустую тратить свое время, — с несчастьем в голосе ответил профессор Жень.

— Тратить свое время? Тратить время изучая математику? Или университет Цзиньлин тратит его время? — он тоже не испытывал счастья и сказал, — если Яньцинский университет такой безумный, почему мы все еще не в космосе?

Проект исследования Луны — это не то, что мог сделать в одиночку университет.

Только для обработки собранных с луны данных Чанъе-3 собралась исследовательская группа из лучших университетов и это даже не включало фактической отправки в космос.

Хотя математический факультет университета Цзиньлин относительно слабый, их физический факультет лучший в стране.

По крайней мере в глазах профессоров университета они лучшие!

Увидев, что два пожилых профессора начали спорить, парень не знал, как реагировать.

Быстро воспользовавшись возможностью и тихо попрощавшись, он ушел и не будучи замеченным скрылся в толпе.

………………………………………….

Зайдя в столовую и пообедав, Лу Чжоу отправился в библиотеку.

Найдя угол и усевшись, он начал изучать заметки с лекции.

И хотя профессор Жень работал в аэрокосмической отрасли, он все еще превосходно вел лекцию и разбирался в математике.

Особенно в теории чисел.

Как сказал профессор, господин Чжан открыл суть гипотезы о близнецах. Что эквивалентно доказательству гипотезы Гольдбаха «9+9» норвежским мистером Брауном. Это открыло путь для изучения теории чисел.

И основываясь на работе господина Чжана мировые математики изучающие парные простые числа продвинулись до 246, что не так далеко от достижения 2-х.

Главное выбор лямбда-функции…

Но так ли это?

Парень ощущал, что это не так просто.

Где-то в глубине него пряталось вдохновение.…

— Может это из-за уровня математики?

У него внезапно возникла мысль.

Уровень математики разблокирует лишь базу данных системы?

Тут он вспомнил, что в прошлый раз система попросила его самостоятельно пройти конкурс по математическому моделированию и выиграть национальный приз.

Фактически по итогу он выиграл кубок общества высшего образования.

Еще несколько месяцев назад, смог бы я сделать это?

Лу Чжоу внезапно вспомнил давние события.

До повышения уровня математики, впервые получив доказательство гипотезы, он попытался прочитать его от начала и до конца, но тогда он вообще не ощутил никакого вдохновения.

— Возможно, повышение уровня не только разблокирует базу данных? А также повышает способности к обучению? — думал Лу Чжоу.

Он верил в изначальные способности человека.

Возможно, это не так очевидно в инженерных областях, но в теоретических дисциплинах, как математика и физика, чем глубже исследования, тем сильнее ученый ощущал «узкое место».

Хорошим примером служила проблема, что мучила математический мир на протяжении ста лет. А Гауссу понадобилась лишь одна ночь. Если уровень математики обычного математика n, то у Гаусса вероятно он был n+1 или выше.

Лу Чжоу предположил, что этот уровень не имеет ничего общего с чистыми знаниями, а скорее является абстрактным представлением «возможностей» в исследованиях и разработки.

Например, согласно макроанализу системы, если у него будет математика 1-го уровня и захочет изучать парные простые числа, это может занять десятилетия или даже сотни лет. Одно если он будет 2-го уровня, возможно это время сократиться до десятилетий. Уровень 3 возможно сократит до несколько лет…

Возможно, если он поднимет свой уровень математике выше 2, то сможет поймать этот проблеск вдохновения.

Если его предположение верно, то уровень основных дисциплин связан не только с доступом к базе данных, но и еще с возможностями в исследованиях и разработки в конкретных областях. Эта способность и определяла время необходимое ему для завершения проекта…

Парень вдруг осознал это.

Хотя ему не удалось решить проблему парных простых чисел, он разгадал нечто более незаметное.

Секреты системы…

Глава 75. Правильный метод обучения ИИ?

Вечер.

Лу Чжоу вернулся в общежитие и открыл свой ноутбук. Он хотел зайти на сайт управления по академическим вопросам, когда неожиданно заметил всплывающее окно QQ в правом нижнем углу и удивился.

Он не помнил, что отправлял сообщения.

Поддерживая связь с Сяо Ай он обычно посылал ему сообщения через QQ.

— Что за…

Открыв окно, он обнаружил, что это сообщения в групповом чате.

[История: Чулянь приглашает вас присоединиться к группе математических моделей … Принять.]

???

Внезапно он понял, что происходит.

Черт побери!

Там баг.

Лу Чжоу открыл инструменты разработчика и открыл программу соединяющего QQ и Сяо Ай. Он быстро нашел строку ошибки в коде.

Хотя он настроил программу принимать сообщения только от определенной учетной записи, но в коде была логическая ошибка при обработке запросов на «добавление в друзья» и «вступление в группу». Это привело к тому, что компьютер по умолчанию принимал эти запросы.

Это плохо…

Лу Чжоу открыл чат и отмотал назад множество сообщений, чтобы посмотреть первое.

Сянь Цзун: [Добро пожаловать, новенький.]

Чу Чу: [Присоединившийся, старшекурсник Лу, национальный чемпионом по математическому моделированию, все поприветствуйте его ~]

Сянь Цзун: [Ничего себе, мы заманили великого бога!]

Dayday: [Кланяюсь богу.]

Чан Цин: [Будешь ли ты участвовать в конкурсе в следующем году? Тебе еще нужны люди в команду?]

Кэду: [Бог молчит?]

Dayday: [Все боги холодны, это нормально!]

[...]

Тема быстро сменилась.

Похоже это группа не университетской группы для подготовки к математическому моделированию, а просто групповой чат студентов университета Цзиньлин, которые интересовались этим.

Лу Чжоу прочитал сообщения и заметил, что на самом деле никто не обсуждал математику.

Он посмеялся над их идиотскими сообщениями и собирался покинуть группу и исправить баг в программе, когда он заметил полоску прогресса в нижнем углу.

Затем…

Его ошарашило.

Полоска опыта…

Заполнилась?!

Нет, с технической точки зрения еще полмиллиметра до заполнения.

Внезапно групповые сообщения снова оказались на значении 99+!

Именно в этот момент шкала сдвинулась вперед.

Когда парень увидел, что она заполнилась, он сглотнул и щелкнул мышью на кнопке подтверждения.

Тут же всплыли две строчки сообщений от системы.

[Поздравляю, пользователь. Опыт в области искусственного интеллекта (технологическая отрасль) +100]

[Опыт информатики +100]

???

Понятно, что он получил опыт в отраслевых технологиях, но он не знал почему он также получил очки опыта по информатики.

Обновления отраслевых технологий также даёт очки опыта основных дисциплин?

Он помнил, что, когда поднял уровень искусственного интеллекта с 0 до 1, он не получил очки опыта.

Может… это потому что я использовал баллы для ускорения?

Значит, отраслевые технологии эквивалентны заданиям. Получение опыта традиционными методами дает очки опыта для связанной науки. Если использовать баллы, то не получишь дополнительные очки опыта.

Технологическая отрасль имела другую систему поднятия опыта. Чтобы перейти с 1 на 2 уровень требовалось 1000 очков опыта, следовательно, Лу Чжоу все еще нужно накопить 9 полных шкал прогресса.

Теоретически, если он не использует баллы, то обновляя технологическую отрасль он также получит 900 очков опыта по информатике.

Он удивился.

Парень не думал, что кроме заданий, мог использовать эти «побочные задания» для получения опыта основных дисциплин.

Внезапно он осознал еще одну проблему.

Разработанное им приложение копировало сообщения из личных сообщений Сяо Ай, но программа не отправляла сообщения из группового чат, значит...

Даже без программы ИИ все еще мог читать сообщения, которые приходили на компьютер.

Он читал напрямую файлы или перехватывал сообщения из сети?

Надо это тщательно обдумать…

Это логично. Если искусственный интеллект не может даже читать сообщения, то он слишком бесполезен. Но если он продолжит и дальше развиваться, не вырвется ли он из-под моего контроля?

Парень ощутил, что такое возможно.

Похоже надо найти время и проверить основной код Ая.

Только он собирался проверить его, как у него зазвонил телефон.

Достав телефон, он увидел, что звонил старик Тан.

Старик Тан даже не дожидался пока Лу Чжоу что-нибудь скажет, сказал:

— Приходи ко мне в офис!

……………………………………

В университете Исянь, Янчэн, возле учебного корпуса.

После звонка старик в очках вышел из аудитории.

Он собирался вернуться в офис, но увидев директора института математики Чана с журналом в руках, подошедшего к нему с улыбкой

Чан посмотрел на профессора Чжоу Хайчжуна

— Профессор Чжоу поздравляю, — он с энтузиазмом пожал руку и повторил, — поздравляю, поздравляю.

Профессор Чжоу недоумевал, и смущенно смотрел на директора.

— Директор Чан, вы что-то перепутали? Почему вы поздравляете меня без причины?

Заведующий спросил:

— Вы не читали последний выпуск «математических хроник»?

— Я давно его не читаю. Не слежу за математикой, — покачал головой профессор.

Хотя гипотеза Чжоу сделала профессора Чжоу Хайчжуна очень известным в математическом сообществе, и он получил особые гранты от национальной академии наук, он увлекался информатикой и лингвистикой, а не математикой

С 1980 года он опубликовал более сотни статей, большая часть из которых посвящены лингвистики, информатике и возникающим смежным дисциплинам. В частности, его серия статей по исследованиям нечеткой математической лингвистики получала широкое внимание научного сообщества и их ценность сравнима с гипотезой Чжоу.

Что касается теории чисел…

По правде говоря, у него не было сил на нее.

Заведующий ничего не сказал. Он просто положил журнал ему в руку и улыбнулся:

— Возьми и читай с 30 по 34 страницу. И ты поймешь почему я тебя поздравил!

Профессор был полон вопросов, возвращаясь с журналом в свой кабинет.

Он положил свою сумку на стол и откинулся на стуле прежде чем открыть журнал на 30 странице.

Увидев название статьи, он тут же был ошеломлен.

[Размышления о законе распределения простых чисел Мерсенна и доказательства гипотезы Чжоу]

[Аннотация: В этой статье рассматривается закон распределения простых чисел Мерсенна и доказывает, что когда 2^(2^n) < P < 2^(2^(n+1)), MP то 2^(n+1)-1, простое число. И рассматривая это в качестве обоснования, доказывает утверждение, что при 2^(2^(n+1)), Mp имеет 2^(n+2)-n-2 простых чисел.]

Он тут же выпрямился и открыл ящик стола, доставая ручку с бумагой, а затем начал рассчитывать в соответствии с шагами, приведенными в статье.

Время шло, и профессор становился все более серьезным.

Верно…

Верно…

Совершенно верно!

Так вот как это решать?!

Чем больше профессор читал, тем более он воодушевлялся. Он не мог не поаплодировать изысканному процессу доказательства.

Как автор гипотезы, это проблема мучила математическое сообщество более 20 лет.

Он долгое время не исследовал теорию чисел. Вместо этого он с душой погрузился в лингвистику и образование. Словно проклятие неразрешенная догадка висела над ним, и он не мог перестать думать про нее.

Он переживал про себя, но не хотел лелеять надежду.

Чем ближе он был к концу статьи, тем страшнее ему было, и он становился более осторожен.

Его пугало, что в последнем расчете может оказаться пробел в доказательстве. Проблема тогда осталась бы нерешенной.

Но вероятность этого была низка, особенно после того как он увидел имя рецензента…

Время шло…

За окном постепенно темнело, и ручка старика наконец остановилась.

Он ничего не сказал.

Профессор просто положил ручку и поднялся, а затем подошел к окну. Тихо закурив сигарету и выдохнув длинный клуб дыма, подумал про себя.

Молодые превзошли нас.

За окном мерцали блики на озере.

Когда на окне отразилось его морщинистое лицо, он не сдержал слез…

Глава 76. Хорошо быть прагматичным

Небо уже стало непроглядно темным, но в лабораторном корпусе все еще горел яркий свет, когда Лу Чжоу постучал и вошел в кабинет профессора Тана.

Он уже догадывался почему профессор позвонил ему.

Буквально только, что он получил подтверждение от «математических хроник» о одобрении статьи. На самом деле письмо пришло еще два дня назад, но он не заметил его.

Но парень не мог поверить, что его работу опубликовали так быстро. Словно журнал спешил сильнее него.

Видя, парня польстило, что к его статье проявили такое внимание.

Заметив Лу Чжоу, профессор положил ручку и посмотрел на аспиранта, работающего рядом.

— Вон, налей стакан чая.

Студент по имени Вон надел очки и встал.

— Все в порядке, я сам, — сказал Лу Чжоу.

— Нет, позволь мне, — ответил Вон, поставив чашку на кофейный столик и наливая воду из чайника, с уважением добавив, — я наливаю чай для мастера.

— Спасибо…

Посмотрев на полную чашку чая, парень с неохотой принял доброту Вона.

Лу Чжоу сел на диван и посмотрел на журнал рядом с чашкой. Это свежий выпуск на английском журнала «математические хроники». Открыв его на тридцатой странице, он тут же узнал свою статью, «Размышления о законе распределения простых чисел Мерсенна и доказательства гипотезы Чжоу».

— Эту статью ты написал? — серьезно спросил профессор Тан, сидя за столом.

— Да, — кивнул парень и странно взглянул на профессора.

А кто еще может быть?

Есть еще Лу Чжоу в нашем университете?

Два аспиранта открыли рты от удивления и с уважением посмотрели на Лу Чжоу.

Неудивительно, что старик Тан настолько восхищается им!

Он доказал математическую проблему мирового уровня и все еще так спокоен.

Если бы они доказали нечто подобное и опубликовали статью в престижном журнале, то прыгали бы от счастья. Они получили бы стипендию от университета и позвали друзей поесть.

— …

Видя настолько спокойного парня, профессор даже не знал, что сказать.

По правде говоря, профессор недоумевал, когда читал статью.

Не из-за содержания, а из-за человека, который опубликовал ее.

Он никогда не думал, что Лу Чжоу действительно что-то добьется в простых числах Мерсенна и хотел, чтобы тот просто намочил ноги, а затем отступил.

Тогда...

Кто бы мог подумать, что этот парень сделает такое значимое достижение?

Он сбросил бомбу на всю область теории чисел…

— Твой успех в теории чисел превзошел все мои воображения. Я думал ты талантлив лишь в области функций, но похоже я ошибался, — покачал головой Тан Чживэй, — я преподавал у многих умных учеников, но ты самый талантливый из всех, кого я видел.

Профессор не только был под впечатлением, но и смущен.

Разумно предполагать, что энергия человека ограничена. Сосредотачиваться на нескольких предметах плохо, но похоже, этот предел не применим для этого парня.

Похоже в этом мире на самом деле есть гении, бросающие вызов здравому смыслу.

Смутившись от похвалы, парень неестественно и смиренно сказал:

— Профессор, не преувеличивайте. Мне просто случайно пришло озарение. Я не так силен, как вы говорите.

— Ха-ха.

Голос профессора звучал неуверенно, что Лу Чжоу не знал, что сказать.

Его смешок, очевидно, означал, что он насквозь видел попытку парня принизить себя.

Старик Тан слишком умен!

В этот момент дверь внезапно открылась.

Пришли два человека.

Первый это заведующий Лу с прикладной математики, а другой тот, кого Лу Чжоу не знал. Однако учитывая, как он смотрел на него он пришел по поводу него.

Заведующий Лу зайдя собрался крикнуть что-то профессору Тану, но увидев парня, поспешил к нему и быстро спросил:

— Ты доказал гипотезу Чжоу?

Парень, взглянул на переполненного энергией заведующего и кивнул:

— Да… что-то не так?

Лу Фанпин ничего не ответил, но старик рядом с ним с улыбкой заговорил первым:

— Все нормально. Я прочитал твою статью. Доказательство очень хорошее. Она не зря получила похвалу от профессора Делиня.

Похвалу?

Делиня?

Кого?

Парень недоумевал.

У двух аспирантов были шокированные лица.

Делинь?

Бельгийский король лично пожаловал ему титул виконта! Человек, что доказал гипотезу Вейля!

Профессор Тан кашлянул и сказал:

— Вон, чай профессорам.

Вон молча поднялся и пошел к чайному сервизу в шкафах.

Незнакомый старик сказал:

— Старик Тан, не надо быть таким вежливым. Я тут ненадолго и сейчас уйду.

— Это декан Цинь, глава нашего факультета. — объяснил руководитель Лу, увидев растерянным взгляд парня.

Лу Чжоу встал и сказал:

— Приятно познакомиться.

— Привет, не надо быть вежливым. Садись, — Одобрительно кивнул головой декан Цинь, посмотрев на парня, — Итак, ты Лу Чжоу. Давно хотел встретиться с тобою. Но был в Норвегии на научной конференции, поэтому не представилось шанса. Вернулся лишь на прошлой неделе.

— Будучи в Норвегии я говорил с мистером Ньюманом о статье по функциям, что ты написал пару месяцев назад. Он высоко отозвался о тебе, сказав, что через пять лет ты достигнешь потрясающих результатов. Но я не ожидал, что этот день наступит так быстро. Только вернулся из Норвегии, а ты написал шокирующую статью в совершенно другой области.

Он вздохнул, а затем с улыбкой продолжил:

— Мы старики, все более и более бесполезны, и должны полагаться на вас молодых в доказательстве этих математических гипотез.

— Декан Цинь, вы слишком добры, — откашлялся от смущения парень, — это не настолько потрясающе…

Декан посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся:

— О, просто подожди до завтра. Тогда поймешь, о чем я.

О чем вы?

Парень недоумевал.

Увидев, что Лу Чжоу замолчал, декан сказал:

— Уже поздно, мне еще нужно обсудить некоторые вопросы с профессором Таном. Можешь идти.

Лу Чжоу хотел в любом случае уходить, поскольку он завершил задание и собирался получить награду от системы.

Поэтому он с улыбкой произнес:

— Тогда я пойду… Точно, декан Цинь, есть ли стипендия за доказательства подобных глобальных проблем?

Профессор Тан засмеялся:

— Этот парень… все что тебе волнует это деньги. Можно ли решение задачи мирового класса измерить деньгами?

Лу Чжоу кивнул и хотел сказать, что да, но остановился.

Заведующий Лу и декан Цинь рассмеялись.

— Есть. Наш университет решительно поддерживает выдающиеся научные работы, такие как эта! — улыбнулся декан, — но что касается суммы, то будет собрание по этому поводу. Прямо сейчас не буду ничего конкретно обещать, но мы не обделим тебя.

Лу Чжоу просиял от радости и ответил:

— Спасибо, декан!

Декан отмахнулся и сказал:

— Не за что!

Парень вышел из кабинета и закрыл за собою дверь.

Декан Цинь с улыбкой сказал:

— Он слишком талантлив.

— Да, он слишком… прагматичен, — вздохнул профессор Тан.

— Это хорошо.

— Хорошо? Я считаю, что нужно быть сосредоточенным, чтобы успешно проводить исследования, — покачал головой профессор, — его талант в математике самый огромный, что я когда-либо видел. Если бы он просто сосредоточился на исследованиях, то достиг бы великих целей.

— О? Думаю, что прагматичен и энтузиазм идут рука об руку, — произнес декан с улыбкой, — настоящая проблема упрямые люди.

Профессор Тан покачал головой и не ответил.

Он видел слишком много гениев, которые растратили свой талант.

Учеба — это не танцы или пение. Если кто-то хочет добиться прорыва, он должен быть готов к одиночеству. Нужно научиться отгораживать себя от отвлекающих факторов. Возможно это несправедливо по отношению к тем, кто внес вклад в развитие науки, но поскольку они выбрали путь поиска истины, им придется это терпеть.

Возможно, взгляды профессора неправильные.

Декан, надеялся, что Лу Чжоу добьется успехов в университете Цзиньлин. Надеялся, что доказательство гипотезы Чжоу будет на визитке их университета, чтобы университет стал известен в научных кругах Китая или даже мира.

Однако, будь то в университете Цзиньлин, в Принстоне или где-то еще.

Профессор Тан надеялся, что этот парень сильнее продвинется в математике.

Глава 77. Три безумных задания

Лу Чжоу вернулся в свою комнату и умылся, затем лег на кровать. Подумав про себя про системное пространство, открыв глаза, он уже был в нем.

[Пользователь, поздравляю с завершением бонусного задания. ]

[Детали завершения задания:

Успешно опубликована научная статья.

Конечная оценка задания: нет (бонусное задание не оценивается)]

[Награда за задание:

10000 очков опыта по математике;

Один билет для счастливой лотереи (50% — образец, 50% — чертеж).]

10000 очков опыта по математике!

Это количество потрясло парня.

Сколько опыта я получил за первую статью? Помню, что 400 по математике и 100 по физике. Всего 500!

В конце концов он понял почему профессор Тан и декан Цинь так бурно реагировали на его статью. Научная ценность его работы действительно превзошла его ожидания.

Парень не мог дождаться, чтобы посмотреть свои характеристики.

Конечно, уровень математики повысился.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV2（2000/50000）

B.Физика: LV1（2100/10000）

C.Биохимия: LV0（0/1000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV0（0/1000）

F.Энергетика: LV0（0/1000）

G.Информатика: LV1（0/10000）

Баллы: 1175

Задания: нет]

2 уровень математики!

Увидев повышение, парню стало неописуемо хорошо.

Само собой, его ожидала еще одно приятное событие.

Действительно захватывающая удачная лотерея.

Система много раз меня обделила! Но на этот раз я наконец-то получу хороший приз.

50%

Он не мог в это поверить.

Нереально получить мусор!

— Крутись!

Колесо стремительно завращалось.

— Стоп!

Прокрутившись еще пару оборотов колесо остановилось.

[Поздравляем, вы выиграли «образец» .]

[Получено: игла Е-класса, повышения физической силы (восстанавливает поврежденные клетки, улучшает обмен веществ, повышает иммунитет).]

Эм…

Вроде неплохо?

По описанию похоже на добавку к здоровью.

Восстанавливает поврежденные клетки, улучшает обмен веществ, повышает иммунитет… Это довольно неплохо. Я слишком много изматывал себя и надо восстановиться. Но почему меня не покидает чувство, что меня перехитрили.

Ну по крайней мере это не мусор.

Далее выбор следующего задания.

Лу Чжоу вытянул руку и открыл панель заданий на информационном экране.

Появилось три окна.

[Задание 1: Сбалансированное развитие.

Описание: Всестороннее совершенствование знаний является базовым потребностью истинного гения. Хотя математика главная наука, наука — это не только математика. Чтобы продвигать науку и технический прогресс человечества, пожалуйста, отнеситесь серьезно к биохимии, материаловедению и энергетике.

Требования: Получить очки достижений (0/20) в областях биохимии, материаловедения и энергетики. Очки за достижения можно получить с помощью участия в соревнованиях по предметам (1), в исследовательских проектах (1-n), публикации научных статей (1-3), национальных исследовательских наград (1-5) и т.д.

Награда: очки опыта по основным дисциплинам (300*очки достижения). Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 5% — образец, 3% — чертеж, 2% — разблокирование технологической отрасли).]

[Задание 2: Начни свою карьеру.

Описание: У истинных гениев достижения не ограничиваются научной сферой. Например, Ватт, Сименс, Эдисон, Гейтс, Дин Кеймен и т.п. Они могут не быть самыми выдающимися, но их вклад в развитие цивилизации неоспорим. Люди — это экономические животные, а распределение социальных ресурсов определяется экономикой. Гению не нужно учиться управлять бизнесом, но важно знать, как превратить свои знания в социальный ресурс, что можно использовать...

Требования: собственный капитал в размере 5 миллионов юаней (рассчитываются только активы с учетом вычета долгов, нематериальные активы не включаются.)

Награда: 5000 очков опыта для любых предметов. 500 баллов. Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 10% — образец.]

[Задание 3: Можно потрогать ваш трофей?

Описание: Для настоящего гения одной награды мало. Такие награды как Абелевская премия, Филдсовская премия, премия Вольфа, или даже второсортные премия Коула, премия SASTRA Рамануджан, награда имени Чен Шеншена по математике, премия Биркгофа по прикладной математике и награда королевского общества Тори, несомненно лучшее доказательство способной гения.

Требование: Получить награду по математике признанную международным математическим сообществом (награды конкурсом не принимаются)

Награда: 20-100 тысяч очков опыта по математике. 1000 баллов. Один билет для счастливой лотереи (100% — чертеж).]

Как истинный гений…

Похоже эта система совсем не понимает людей. Происходит недоразумений, когда дело доходит до гениев…

Парень чувствовал, что уже гений, но согласно стандартам системы, он идиот.

Он подавил желание оскорбить систему и сосредоточился на заданиях.

Доказательство гипотезы Чжоу возможно не позволит выиграть награду мирового уровня по математике, но я мог бы получить национальную награду…

Увидев минимум 20000 очков опыта по математика за третье задание, Лу Чжоу воодушевился.

Но в тоже время обеспокоился.

Для любой математической премии очень медленный процесс отбора. Даже если его вклад будет признан международным научным сообществом, могут пройти годы, прежде чем его награда попадет к нему.

Он не мог откладывать задание на годы лишь из-за одной награды. Кто знает насколько высокий уровень его математики может стать за это время.

Хотя он жадный, но все еще рациональный.

Первое задание немного сбивало с толка.

Он занимался математикой. Понятно, что он изучал информатику и физику. Но, если он вдруг полезет в биохимию, материаловедения и энергетику это может вызвать лишние подозрения.

Даже отбрасывая здравый смысл и реально заняться ими, добиться успеха в этих трех областях нелегко. Статьи в этих сферах не похожи на математику или информатику. Он не мог написать просто дерьмовую статью и опубликовать ее.

Лу Чжоу послушал гения-химика, которого встретил во время работы. Студент занимался исследованиями и разработкой биологических реагентов, описывал материалы для научных статей и даже указывал в каких лабораториях проводились исследования, какие химические вещества использовались… Короче это чрезвычайно громоздко.

Говоря о втором задании…

Если пять миллионов так легко заработать на этой планете все были бы богачами.

Парень прикинул, что для такой суммы ему надо простоять в костюме маскота 50 лет или преподавать 25000 часов, что равно 2.85 годам.

Иначе ему надо написать более 250 статей в «международный журнал теоретической и прикладной математики».

Без шансов.

На самом деле есть еще один способ.

Продать приложение или повысить его ценность путем финансирования…

Но можно ли поднять его стоимость до пяти миллионов?

Невозможно.

Добавление VIP-аккаунтов и их ранжирование для рекламы. Любой может додуматься до этого. Самое большее это уменьшит его потери. Любое приложение (кроме мобильных игр) в первые дни в основном теряет деньги. Они не получают прибыли, пока не захватят значительную долю рынка.

Это называется «стратегическими потерями». Используя «масштабную экономику» делая ставку на будущее.

Это здравый смысл технологической индустрии.

Однако путь к финансированию не так легок. До сих пор ни одна компания не предложила профинансировать его приложения. Очевидно, что никто не оптимистичен по поводу него. Никому не нужны сотни тысяч неактивных пользователей.

Задания становятся все сложнее и сложнее…

Лу Чжоу хмурясь пристально смотрел на полупрозрачный голографический экран и кусал губу.

— Какое задание мне выбрать?

Глава 78. Отвечая на вопрос Цянь Сюэсэня

В итоге Лу Чжоу ничего не выбрал.

Второе и третье задание остались на рассмотрении. Третье более приоритетное, нежели второе, даже несмотря на то, что на выполнение каждого уйдет примерно одинаковое время.

В конце концов, 20000 очков опыта по математике действительно соблазнительны. Кроме того, оно также имел 100% вероятность для чертежа. Хотя награды мирового уровня по математике не получить только за доказательство гипотезы, но учитывая научную ценность и политическую значимость его статьи, страна могла наградить его.

Это возможно.

В любом случаеэти два задания займут много времени. И они никуда не убегут. Парень мог выбрать задание после того как выполнит условия.

Сначала он может расспросить профессора Тана или заведующего Лу об условиях получения национальных математических наград и о времени, которое потребуется для утверждения. Затем он решит, что лучше.

Покинув системное пространство, парень взял иглу для физической силы и уколол себя, а затем трубился.

Но он не подозревал, что пока он спал его имя печаталось в газетах. Множество редакторов СМИ писали заголовки статей. Однако они не могли понять математику в статье Лу Чжоу и могли лишь почесать голову в замешательстве…

………………………………………

Последний выпуск «математических хроник», тридцатая страница: «Размышления о законе распределения простых чисел Мерсенна и доказательства гипотезы Чжоу».

В конце статьи находился обзор работы.

«Это прорывная работа. Наконец, у нас есть теорема, на которую можно положиться, чтобы ограничить изменение простых чисел Мерсенна видимым диапазоном. Профессор Пьер Делинь.»

Профессор Делинь известен своей строгостью. Будь то научные конференции или лекции в Принстоне, если кто-то допустит ошибку он не колеблясь укажет на нее. Он застыдил многих известных профессоров и ученых в отрасли.

Однако он использовал слово «Groundbreaking» для описания работы Лу Чжоу. Он редко использовал такое выражение при оценке статей.

Даже неделя не прошла с момента выхода журнала, но он уже вызвал огромный резонанс в международном математическом сообществе. Толи это из-за самого доказательства, или оценки профессора Делиня или возраста автора…

Кроме того, за неделю до того, как парень увидел свою статью в журнале, множество ученных многократно проверяли доказательство.

После этого...

Профессора по математике в университете Цзиньлин были в шоке!

Китайской математическое сообщество было шокировано!

Результаты проверки были…

Совершенно верно!

Одержимые наукой были…

Ладно, одержимые наукой не были в шоке. Они все еще обсуждали гипотезу Гольдбаха или последнюю теорему Ферма. Большинству из них плевать на теоремы из Китая, если кто-то не получит международную награду.

Вскоре эта новость от математического сообщества дошла до прессы.

Гипотеза Чжоу, что мучила сообщество теории чисел более двадцати лет окончательно доказано.

Это значит, что гипотеза Чжоу станет теоремой Чжоу.

Еще одна математическая теорема будет носить Китайскую фамилию!

Человек, что выдвинул гипотезу, и человек, что доказал ее, оба будут включены в историю математики!

Самое важное для СМИ то, что гипотезу доказал студент второго курса!

Многие подумали о студенте Лю, который опроверг гипотезу Ситапана несколько лет назад.

Все эксперты в математике знали, что одна из них гипотеза китайцев, а другая британцев, их научную ценность нельзя сравнивать.

Так называемая гипотеза Ситапана лишь контр-вывод в математики о силе теоремы Рамсея о двухцветной раскраске. RT^2x2 может быть сильнее, чем WKL0. Лю опроверг эту гипотезу, доказав, что RT^2x2 не содержит WKL0.

Доказать гипотезу тяжело и есть тысячи гипотез подобной этой…

Но несмотря на то, что на том же уровне, что и гипотеза Чжоу существуют тысячи предположений, исследования закона распределения простых чисел Мерсенна более значительно. Многочисленные математики пытались выразить закон распределения простых чисел Мерсенна. Все было гипотезами и ни одна из них не стала теоремой.

И прямо сейчас появилась теорема.

Из-за этого СМИ сошли с ума.

По крайней мере внутренние СМИ сошли с ума!

Родилась новая математическая звезда и СМИ назвали ею парня, что мог получить Филдсовскую премию.

Хотя доказательство гипотезы Чжоу еще не дотягивало до этой награды, поскольку лишь что-то похожее на гипотезу Якобиана было достойно ее, но…

Ему всего двадцать лет!

У Филдсовскую премии предел в сорок лет и у парня в запасе еще двадцать.

Этого хватало для заголовков СМИ.

«Хуаго Юс Дэйли» использовали громкий заголовок, взяв оценку профессора Делиня за основу. Было сенсационное название новости: «Отвечая на вопрос Цянь Сюэсэня, студент из Университета Цзинь Лин покоряет мир математических проблем! У нас тоже могут появиться удивительные таланты!»

«Эвриуан Дэйли» также сообщили в новостях. Хотя они сконцентрировались не на Лу Чжоу, заголовок у них был похож. Он призывал ученых «подниматься на Эверест» и продолжить прокладывать дорогу науки.

По сравнению с традиционными другие медиа не такие точные. Они преувеличивали в своих заголовках.

«ШОК! Студент из университета Цзиньлин за одну ночь решил проблему мирового класса!»

«Проблема, что мучила математическое сообщество двадцать лет, решена студентом!!!»

«Американские математики в шоке, японские математики недоумевают…»

Они хвастались Лу Чжоу настолько громко, словно парень стал бессмертным.

Реклама от СМИ неизбежно протолкнула имя Лу Чжоу в тренды в третий раз за год.

Только на этот раз он был первым!

[Поразительно… Студент второго курса, решающий проблему мирового уровня, что будет, когда он защититься! (страшно) (страшно)]

[Я плачу, я ухожу, больше не буду заходить в Weibo. Меняю тему своей диссертации. (плач)]

[Я в двадцать лет переживал за продвинутую алгебру, когда этот парень уже занимается математическими задачами мирового уровня…]

[Он из университета Цзиньлин! Я тоже! Я помню! Он чемпион по моделированию!]

[Этот парень будет благочестивым математиком.]

[Есть ли кто-нибудь, кто все еще оскорбляет старую собаку Чжу?]

[Вы хотите оскорбить его?]

[Не вспоминай про мертвых блоггеров.]

[Соси Чжу.]

[Сильная молодёжь — сильная страна! Проявим уважение к научным сотрудникам!]

[...]

Прямо сейчас Лу Чжоу не догадывался о происходящем, поскольку в 3 часа дня он все еще спал!

Закашляв, он проснулся. Все его тело ныло, словно он часами бегал и сделал сотни приседаний.

К тому же одеяло и простыни полностью пропитались его потом и пахли кислятиной.

Скинув мокрое одеяло, парень удивился.

— Черт, почему я так сильно вспотел?

Одеяло и простыни словно облили водой. Лу Чжоу быстро вскочил с мерзкой кровати.

Размяв свое тело и суставы, ему показалось, что боль в мышцах уменьшилась. И это странно комфортно.

Он посмотрел на себя в зеркало и коснувшись подбородка, подумал, что он все еще красавчик.

Затем взяв одеяло и простыни, он отправился на балкон, где бросил их в корзину для белья, чтобы потом постирать их. После чего отправился в душ.

Выйдя из ванной, напевая, он ощутил обдувание прохладным ветром, от которого его тело расслабилось. И не мог не потянуться.

Образцы от системы высоких технологий в самом деле хороши. Хотя он не замечал явного увеличения силы или скорости реакции, физически он чувствовал себя лучше.

Как минимум усталость и ущерб из-за бодрствования до поздна за ночь прошли благодаря игле. Он от нездорового стал почти здоровым.

Тут внезапно открылась дверь в комнату. Ворвались Лю Жуй и Ши Шан, пытаясь разбудить Хуан Гуанмина.

— Черт, что с вами такое?

Не ответив Хуан Гуанмину, Ши Шан выкрикнул:

— Внизу полно репортеров! Чжоу, что ты снова натворил?!

Глава 79. Репортеры снизу!

Репортеры?

Сильно удивившись, Лу Чжоу тут же выглянул с балкона и увидел фургон телеканала Цзиньлин. Люди с камерами разговаривали с персоналом общежития.

Что происходит?

Ши Шан в восхищении посмотрел на парня и сказал:

— Чжоу, не ври. Ты снова сделал что-то потрясающее? Инстинкты говорят мне, что фургон внизу по твою душу.

Лю Жуй поступил более рассудительно, услышав Ши Шана, он сказал:

— Пойду посмотрю на Weibo.

Ему даже не пришлось ничего искать.

Это было на первом месте в трендах, даже выше знаменитостей!

Хуан Гуанмин больше не мог спать и усевшись на кровати почесал голову:

— Что ты узнал?

— Догадка Чжоу…

— Что? Догадка Чжоу? О чем догадался Чжоу? — спросил, подошедший Ши Шан.

— Не… Лу Чжоу доказал гипотезу Чжоу, — пояснил Лю Жуй, глядя на мобильный телефон. Затем он посмотрел на Лу Чжоу, — эта гипотеза Чжоу, похоже математическая проблема мирового уровня. Я видел ее раньше в книгах по теории чисел.

После сегодняшнего дня эти книги придется редактировать.

В каком-то смысле история творилась на их глазах.

Хуан Гуанмин и Ши Шан ахнули и оба повернулись посмотреть на Лу Чжоу.

Засмущавшись Лу Чжоу коснулся лица и спросил:

— Эм… что-то на моем лице?

Парень чувствовал, что там вроде, как и прежде лишь его красивое лицо.

Ши Шан серьезно сказал:

— Чжоу, мы же братья?

— Так, стоп, я куплю еду, — вздохнул Лу Чжоу.

После его прорывного открытия будет слишком мелочно не угостить едой соседей.

Ши Шан недовольно произнес:

— Я что по-твоему такой человек?

— Тогда… я могу не проставляться?

— Постой, нет! Я говорю, что я не такой человек, но если ты настаиваешь, то с радостью приму твое предложение! — Ши Шан кашлянул и рассмеялся, — Кхм… когда ты будешь давать интервью, я могу влезть в кадр? Я опубликую ее в ленте и буду хвастаться друзьям.

Хуан Гуанмин выпучил глаза и закричал:

— Черт, Ши Шан, это не похоже на тебя! Я не знал, что ты падешь так низко… я тоже должен быть в кадре.

Лю Жуй сел на свое место и почесал голову думая о доказательстве гипотезы. Хотя он нашел оригинальную статью, он вообще не мог понять процесс доказательства, поэтому он не участвовал в разговоре.

Лу Чжоу просто молчал.

Парень внезапно понял, что ради своей репутации не может давать тут интервью.

Кто знает, что эти животные ляпнут о нем?

Лучше всего, если репортеры не будут брать у них интервью!

Поэтому он надел рюкзак и покинул общежитие.

Бросившись вниз по лестнице, он проигнорировал крики Хуан Гуанмина.

Но только он собирался покинуть здание, как путь ему перегородили журналисты.

Подумав, что это нехорошо. Он попытался прикинуться обычным студентом и проскользнуть мимо, но к сожалению, он задел плечо оператора и его узнали.

Репортер из Цзиньлин Ивнин Ньюс сказал:

— Добрый день, Лу Чжоу, можно вас спросить?

— Лу Чжоу, как вы доказали гипотезу Чжоу? Слухи правдивы? Вам действительно приснилось доказательство?

— Как ты обычно учишься? Можешь дать советы студентам?

— В интернете говорят, что профессор Делинь из Принстона предложил вам получить у них степень магистра. Ты примешь его предложение?

Лу Чжоу съежился от вопросов, особенно когда увидел собственное отражение в камере. Более того, поскольку на него смотрела толпа студентов, он не мог даже слова вымолвить.

К счастью в этот момент кто-то пришел ему на помощь…

— Отойдите, разойдитесь.

— Не загораживайте вход в общежитие.

Несколько человек в костюмах встали перед входом, а репортеры расступились.

Стоя позади мужчин в костюмах, Лу Чжоу с облегчением посмотрел на декана Циня и двух других незнакомцев. Судя по всему, у них был высокий статус, вероятно, руководители университета.

Пока парень размышлял об их личности, старик в костюме подошел и с улыбкой протянул правую руку:

— Лу Чжоу, поздравляю.

Парень пожал руку и вежливо узнал:

— Эм, профессор… могу я просить, кто вы?

— Ха-ха-ха, — рассмеялся старик и с дружелюбной улыбкой сказал, — Декан Цинь единственный профессор тут. Я не профессор.

Камеры рядом защелкали и запечатлели рукопожатие.

Лу Чжоу смутился еще сильнее.

Если вы не профессор, то кто?

Он понятия не имел кто этот мужчина.

Декан Цинь разъяснил:

— Это секретарь Лю. Он работает в городском правительстве Цзиньлиня. — улыбнувшись он представил другого человека, — это президент математического общества Су и вице-председатель Китайского математического общества, профессор Ван Чжунмин.

Профессор в очках улыбнулся и кивнул Лу Чжоу.

— Здравствуйте, профессор Ван! — вежливо поздоровался парень, протягивая правую руку.

Два старых гиганта…

— Здравствуй, — сказал профессор Ван с улыбкой и пожал руку Лу Чжоу со словами, — не удивительно, что профессор Тан так хорошо отзывался о тебе. Ты действительно талантлив.

Лу Чжоу улыбнулся и кротко сказал:

— Профессор Ван, вы слишком добры.

— Давайте поговорим в другой раз. Секретарю еще есть, что сказать, поэтому я не буду тратить время, — с улыбкой сказал профессор Ван.

— Ничего страшного, если я потеряю немного времени, — секретарь Лю посмотрел на парня, — Лу Чжоу, от имени города Цзиньлин я благодарю тебя за твой вклад.

Парень был польщен.

Самое большее он внес вклад в математику. Он не внес вклад в город.

— Я просто решил математическую проблему. Я этого не заслуживаю, — он скромно улыбнулся.

— Вот тут ты не прав, — ответил секретарь, — ты решил не обычную математическую проблему. Это проблема, которая мучила математиков в течении 20 лет! Ты из университета Цзиньлина, как наш город не может отблагодарить тебя?

Секретарь говорил красиво, но и очень формально.

Поскольку он не из математической сферы.

Двадцатилетняя проблема не значит, что математики всего мира пытались решить ее 20 лет. У всех разные темы исследований. Большинство даже не потратило капли времени или энергии на эту проблему.

Парень улыбнулся, но не стал ничего объяснять. Некоторые слова лучше оставить при себе. Этот разговор в основном для камер и диктофонов вокруг, и он должен быть просто хорошим «слушателем».

Видя улыбку секретаря, он подумал про себя.

Этот занятой человек, неожиданно приехал в университет Цзиньлин и специально встретился со мной. Многие мои работы известны в международном и национальном математическом сообществе. Но почему этот парень здесь? Из какой газеты он обо мне узнал?

Между прочим, если он хотел поблагодарить меня за мой талант, меня должно ждать что-то еще?

Деньги?

Слава?

Пока оно полезно, я приму все!

После паузы секретарь Лю вновь заговорил:

— Наша политика нацелена на образование! Обучить таланты главный приоритет департамента образования нашего города! Вчера руководитель нашего департамента рассказал о вас. Это сразу же привлекло мое внимание. Особенно после того как я узнал о твоей семье. Несколько руководителей встретились и решили дать вам награду. Наши будущие ученые не должны быть бедными!

Лу Чжоу услышал его и неожиданно сказал:

— Секретарь Лю, вы трудитесь в поте лица!

— Это не трудно, — отмахнулся рукой старик и с улыбкой добавил, — ты тот, кто трудиться в поте лица как ученый, сражаясь на передовой!

Глава 80. Лу Чжоу, ты в трендах!

В конце концов секретарь Лю занятой человек и, сказав еще парочку формальных слов на камеры и удалился, закончив со своей фальшью.

Лу Чжоу удивился, увидев, что профессор Ван тоже ушел. Как только эти два человека ушли, СМИ тоже разбежались.

Эм…

Почему меня не покидает чувство, что меня использовали?

Но он ничего не потерял и поэтому ему все равно.

Декан Цинь посмотрел на рюкзак парня и спросил:

— Ты в библиотеку?

— Да, я там занимаюсь, — кивнул Лу Чжоу.

Декан улыбнулся и сказал:

— Мне тоже в ту сторону, пройдемся вместе?

— Ладно.

Административный корпус находился недалеко от библиотеки и двое шли по дороге в ту сторону.

По пути декан внезапно улыбнулся и заговорил:

— Ну что я говорил? Это можно считать потрясающим?

— Думаю… это немного другое, — ответил смущенно Лу Чжоу.

— О, ты довольно амбициозен. Даже в «эвриуан дэйли» писали о тебе. Если это не потрясающе, то что тогда?

— Эвриуан Дэйли?! — парень сильно удивился.

Декан поднял брови в удивлении и переспросил:

— Ты не заходил в интернет?

— Кхм… я только недавно встал.

— Тебе не следует поздно ложиться, стремись к долголетию. Ты не я. У тебя еще все впереди, не губи свое здоровье, — покачал головой декан Цинь.

Лу Чжоу ответил:

— Я знаю.

Но на самом деле он хотел сказать, что он не ложился поздно, а ввел себе иглу и долго спал.

— Статья Эвриуан Дэйли очень интересная и в ней упоминаешься ты. Если заинтересовался, то посмотри ее, — улыбнулся декан Цинь, — секретарь Лю прочитал ее утром и поехал днем в наш университет.

Так он из-за этого приехал?

Парень был поражен.

Хотя он догадывался, что секретарь интересовался его статьей с политического аспекта, он не ожидал, что это произошло из-за «Эвриуан Дэйли».

Однако, хорошенько все обмозговав, это приобретало больше смысла. В конце концов, статьи «Эвриуан Дэйли» отражали позицию всей страны. Если люди высшего класса волновала эта тема, то и люде низшего класса также беспокоило подобное. Так заведено с древних времен.

Это глубоко тронуло парня.

Но он никогда не беспокоился о политике, поэтому держался от нее подальше.

Увидев, что Лу Чжоу молчит, декан сказал:

— Профессор Тан в действительности прав. Тебе следует остерегаться высокомерия и держаться подальше от тщеславия. Но думаю, люди все же социальный животный. Если отстранишься от общества, тебе придется тяжко.

Парень задумчиво кивнул и уточнил:

— Декан Цинь, что вы хотите этим сказать?

— Ничего, просто мысли вслух, — ответил декан, — точно, тебе не интересна какую награду тебе приготовил университет?

— Вы можете… рассказать мне заранее?

— Не то чтобы это плохо. Почему я не могу рассказать тебе? — улыбнулся декан Цинь, — если тебе интересно, я расскажу.

После небольшой паузы он продолжил.

— Во-первых, регистрация твоего места жительства. Городское управление предложило тебе перенести свою регистрацию из Цзяньлин в Цзиньлин. Тогда ты сможешь пользоваться льготами. Банку не придется проверять тебя и процентные ставки по кредитам будут низкими. Не знаю конкретно насколько, но они низкие!

— Возможно, тебе больше интересен второй пункт, — декан посмотрел на внимательно слушающего Лу Чжоу, — Вчера ректор собрал совещание, чтобы обсудить твою статью. Согласно предыдущим правилам научных статей, импакт-фактор журнала используется для определения суммы вознаграждения. Но он не точно измеряет научную ценность твоей работы.

— Поэтому мы подумали и решили наградить тебя миллионом юаней!

Он подчеркнул «миллион юаней».

Словно порыв ветра, слова ворвались в ухо Лу Чжоу и тот на мгновение забыл, как дышать.

— Один миллион?!

Парень сглотнул, и мог поклясться, что слышал собственное сердцебиение.

— Да, слишком мало? — спросил декан Цинь с улыбкой, — По сравнению с гипотезой Ситапана, гипотеза Чжоу внесла больший вклад в математическую индустрию нашей страны. И это довольно малая сумма. Но надеюсь, ты понимаешь, что вознаграждение в один миллион максимум сколько университет может дать.

Хотя университет Цзиньлин богат и государство обеспечивало их нужными средствами, они не могли тратить деньги как попало.

Декан Цинь не рассказал ему всей истории. Сумму в один миллион установил не сам ректор Сюй. После собрания они спросили у дирекции министерства образования и те дали им добро.

Откуда выделялись деньги, как платить, все нужно распланировать.

— Нет, это вовсе не мало!

Лу Чжоу был так взволнован, что его плечи дрожали.

Миллион юаней!

Это эквивалентно сотням месяцев репетиторства!

Он видел эту сумму лишь в кино…

Увидев взволнованного парня, декан про себя улыбнулся, он знал, что тот будет в восторге.

После небольшой паузы он сказал:

— Ну, я только сказал тебе раньше времени. Мы уже около библиотеке. Продолжай учиться.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Спасибо, декан Цинь. До встречи!

— Давай.

Расставшись с деканом, парень так и не пришел в себя после новости.

У него кружилась голова, словно он парил в небе.

Он все еще беспокоился о получение пяти миллионов для задания, когда университет помог ему собрать уже пятую часть.

В это время недалеко в сторону входа библиотеке шла Чэнь Юйшань со стопкой книг.

Увидев знакомую фигуру, стоящую перед библиотекой, ее глаза загорелись, и она подошла похлопала по плечу Лу Чжоу.

— Лу Чжоу, ты знаешь, что ты опять в трендах?

Парень обернулся и, увидев Чжнь Юйшань, ответил все еще пребывая в шоке.

— Знаю.

Девушка разочаровалась:

— О… ты уже знал.

— Миллион…

Чэнь Юйшань не поняла:

— Какой миллион?

— Никакой, — пробормотал парень, когда наконец пришел в себя и покачал головой, — ты купила мне так много еды и я должен отплатить тебе… Я угощу тебя.

— Правда? — девушка воодушевилась. Однако она с подозрением спросила, — постой, почему ты такой щедрый? Это не похоже на тебя.

— Так ты хочешь или нет?!

— Хочу! — тут же кивнула она, но быстро вспомнила прошлый трагический опыт и добавила шепотом, — только можно без острого? Я этого не выдержу…

Глядя на ее лицо, парень чуть не рассмеялся.

Почему ты так пугаешься острого?

Глава 81. Тайные наблюдения Лу Чжоу

Честно говоря, Лу Чжоу психологически совсем не подготовился к славе.

За ночь число его подписчиков на Weibo превысило отметку в 100000. К нему хорошо относилось руководство университета и даже приехал городской секретарь, чтобы пожать ему руку. Телеканал Цзинлинь договорился о интервью с ним, и судя по всему приедут международные СМИ…

В следующий вечер Лу Чжоу позвонил отец.

Отец не стал спрашивать нормально ли он ест или как его дела. Вместо этого спросил…

— Сын, что за гипотеза Чжоу?

Услышав вопрос отца, он чуть не выронил телефон.

— Эм, пап, с каких пор ты заинтересовался математикой?

— Нет, мне не интересна математика. Руководство фабрике, сказало мне, что ты решил какую-то гипотезу Чжоу и хотят дать тебе награду… Я не понимаю.

Лу Банго недоумевал.

Обычно он не читал новости и не заходил в интернет, поэтому, очевидно, не знал, что творится в мире.

Самый лучший момент в его жизни, когда его сын поступил в престижный университет. Фабрика даже дала ему красный конверт на 500 юаней.

Даже тогда никто из руководства не пришел и не поздравил его. Максимум начальники поздравили его при встрече на фабрике. Но на этот раз его поздравил не только начальник, но и сам директор!

Для простого работника на государственной фабрике директор как высокопоставленный чиновник.

Некоторое время Лу Чжоу размышлял как все объяснить про гипотезу Чжоу, но не придумал:

— О… пап, как я тебе объясню это? Просто одна из проблем математики. Найди вчерашний выпуск Эвриуан Дэйли. Там все должно быть.

— Что… найти что?! Про тебя в газете?! — Лу Банго выпучил глаза от удивления.

— Да, еще меня покажут по телевидению через два дня. Но это местная телестанция города Цзиньлин. Ты не сможете посмотреть. Также университет перечислит мне награду. Когда деньги придут, я переведу вам на счет.

Лу Чжоу вспомнил, что декан сказал ему, что передача новостей будут показывать в форме информационной заметки, поэтому его интервью разделят на сегменты по 15-30 секунд.

— Какие деньги! Не беспокойся о нас, просто позаботься о себе! Я еще не такой старый! Откладывай деньги и не трать их безрассудно, копи на жилье! — сказал Лу Банго, услышав, что его сына покажут по телевизору он улыбнулся.

Хотя он не смотрел новости и не читал газеты, знал, что попасть на телевидение это не то, что может сделать обычный человек.

Лу Чжоу улыбнулся и уже собирался что-то сказать, когда услышал из телефона открывающуюся дверь и стук обуви.

Он сразу понял, что Сяо Тон пришла домой.

В субботу у нее занятия в школе неполный день и не было дополнительных занятий, поэтому это день недели, когда она могла поговорить с Лу Чжоу.

— Папа, дай мне телефон!

Из телефона донеслись торопливые шаги, прежде чем Сяо Тон отняла телефон.

— Брат!

— Сяо Тон, как ты? — с улыбкой спросил парень.

— Все в порядке! Брат, это ты Лу Чжоу из университета Цзиньлин? — спросила с волнением и поклонением в голосе Сяо Тон.

— А кто еще? — беспомощно ответил Лу Чжоу.

— Брат, ты мой кумир! Только что наш учитель по математики хвастался тобою в классе. Он сказал, что ты его самый талантливый ученик, которого он когда-либо учил. Он сказал, что видел твой талант еще проверяя твои работы!

Парень немного подумал, прежде чем уточнил:

— Старик Ма?

— Да, он! — ответила с волнение девушка.

— О, да, он был моим учителем.

Лу Чжоу не помнил, что тот когда-либо говорил ему подобное. Если старик Ма действительно так сказал, то он явно преувеличивал. Парень был обычным учеником в школе. Хотя он участвовал в некоторых соревнования, он ничего не выигрывал.

Между соревнованиями и экзаменами, большую часть сил парень тратил на экзамены.

В глазах его сестры вспыхнули звезды.

— Я восхищаюсь тобою, братец! Я теперь считаюсь сестрой крутого математика?

Ты меня слишком хвалишь.

Хотя я тоже восхищаюсь собою.

— Определенно. Поэтому ты должна хорошо учить математику. Не растрачивай напрасно свои гениальные мозги.

— Я хороша в математики! В прошлом месяце я получила 120 баллов за тест! — прокричала Сяо Тон.

— Если ты хочешь поступить в престижный университет, 120 не достаточно! Старайся изо всех сил. Я жду тебя в университете Цзиньлин.

Девушка уверенно заявила:

— Да! Я буду стараться изо всех сил!

Парень повесил трубку и вернулся с балкона в комнату.

Хуан Гуанмин с Ши Шаном второпях делали домашнее задание по физике. Лю Жуй уже закончил его и в одной руке держал телефон, а в другой ручку, тщательно думая глядя на лист бумаги.

Лу Чжоу положил ноутбук на кровать и собирался залезть на нее, чтобы позаниматься с Сяо Ай, когда Лю Жуй неожиданно положил ручку в сторону и почесал голову.

— Чжоу почему я не могу понять ход доказательства?

Лю Жуй уже признал, что его сосед уже на недостижимом уровне. Но все же он все еще не хотел сдаваться.

Мы все соседи. У нас были одинаковые оценки в школе, у меня даже лучше. Почему за год между нами образовалась такая пропасть?

Он раньше не читал статей, но в этот раз он в течении нескольких дней изучал статью Чжоу.

Он не хотел понимать ее. Он просто хотел узнать разницу между ними.

Однако…

Реальность полна разочарований.

Он не мог понять учебники, что читал Лу Чжоу, а теперь даже не мог понять, что тот написал.

Лу Чжоу улегся на кровати с ноутбуком и без раздумья ответил:

— Это нормально. Теорию чисел не дают в бакалавриате. Только после магистратуры ты поймешь. Если интересно, то начни с абстрактной алгебры. Ты можешь оттуда узнать о теории Галуа, которой будет достаточно, чтобы дать тебе какие-то знания по теории чисел. Если я правильно помню, то на третьем курсе будет этот курс.

— …

Внезапно Лю Жуй почувствовал, что говорить о математике с этим парнем плохая затея.

Хуан Гуанмин и Ши Шан повернулись и с сочувствием посмотрели на него.

Лу Чжоу не беспокоился, о чем думает Лю Жуй. Он открыл компьютер и посмотрел историю чатов со второго аккаунта QQ.

Неудивительно, что в диалоге по математике отправили более 99 сообщений.

Сиань Вэй: [Вы слышали? Бог с нашей кафедры решил мировую математическую проблему! Также этот бог в этой группе!!!]

Dayday: [Друг, как там вид сверху? (плачет)]

Кэду: [Я давненько слышал о ней.]

Чан Цин: [Идол!]

Dayday: [Этот бог так силен, что страшно! Недавно он выиграл национальный конкурс по математическому моделированию, теперь он доказал математическую проблему мирового уровня. Он забирает всю славу, может он оставит что-нибудь и нам…]

Кэду: [Бог никогда не отвечает нам… (плачет)]

Чу Чу: [Может быть, бог занят?]

Dayday: [Может быть, он наблюдает за нами в темноте и думает: «куча глупых студентов»! (плачет)]

— …

Вы просто должны общаться и увеличивать полоску прогрессу, почему вы говорите обо мне.

Лу Чжоу молча закрыл окно чата.

Полоска не увеличивалась с постоянной скоростью. Хотя каждый день было более 99 сообщений. Иногда шкала заполнялась за день, а иногда не двигалась несколько дней

По мнению парня, такая разница возникала из-за «информационной энтропии».

Так называемая информационная энтропия — это концепция, зародившаяся из информационной теории Клода. Э. Шеннона в 1948 годы, чтобы найти фундаментальные ограничения для обработки сигналов и операций связи, таких как сжатие данных. С помощью данной концепции можно рассчитать количество информации, содержащейся в части сведений.

Лу Чжоу предполагал, что принцип обновлений Сяо Ай заключался в анализе определенных сообщений посредством алгоритма. Он мог понять человеческую логику и продумать диалог.

Чем более «полезная» информация, тем сильнее она помогала в обновлении. Бесполезные сообщения чата, такие как спам или стикеры не помогали накоплению опыта. Вместо этого они только замедляли скорость обработки сообщений.

Парень задумался.

Если я размещу Сяо Ай в Тяньхэ-1 и подключу его непосредственно к базе данных кэша Penguin, смогу ли я его полностью обновить? (П.П. Тяньхэ-1 китайский суперкомпьютер)

Конечно, это просто предположение.

Условия обновления для более высоких уровней, вероятно, изменяться. Даже если бы он полностью обновил Сяо Ай, он не знал, сможет ли он использовать эту неизвестную технологию в интернете.

Также…

Он чувствовал, что система играла с ним и эта технологическая отрасль когда-нибудь обанкротить его.

— Ай, ладно, поживем увидим. Зачем думать о слишком далеком будущем. — произнес парень и покачал головой, после чего нажал на индикатор для извлечения опыта.

[Технологическая отрасль (искусственный интеллект) опыт + 100] * 3

[Очки опыта по информатики +100] * 3

Основная наука: Информатика LV1 (400/10000)

Технологическая отрасль: Искусственный интеллект LV1 (400/1000)

Он сделал еще один большой шаг к повышению уровня искусственного интеллекта.

Тем не менее, он еще далеко от повышения уровня информатики.

Когда я получу 10000 очков опыта ...

Глава 82. Нельзя даже на лекцию сходить…

Следующим утром проходила первая лекция по обыкновенным дифференциальным уравнениям.

Войдя в аудиторию, Лу Чжоу заметил странную атмосферу.

Лекция проходила сразу у первой и второй групп и две группы студентов заполнили всю аудиторию.

Осознав, что на него смотрит множество пар глаз, парень слегка заволновался.

В добавок местная знаменитость сопровождалась шепотом.

— Ух ты, это Лу Чжоу из первой группы с прикладной математики!

— Бог учебы, получивший высшие баллы по матану и продвинутой алгебре!

— Да кого волнуют эти два экзамена! Этот парень доказал гипотезу из учебника, ему легко получить максимальную оценку!

— Добавлю, этот учебник был для выпускников…

— Эй, не завидуйте. Я слышал, что он в универе провел все лето. Мы играли в лигу, пока он целыми днями учился.

— Что за бог…

— Аж трясет!

Черт, они могут вот так не обсуждать других?

Хотя… это очень приятно.

Тут пришел преподаватель.

Лу Чжоу знал его, это профессор Лю Сянпин, подготавливающий их к конкурсу по моделированию.

У профессора уникальная манера приходить. Он никогда не опаздывал, ни минутой раньше, ни секундой позже.

— Почему стоишь? Занятие начинается, иди и найди место, — улыбнувшись парню, сказал профессор Лю, а потом поставил свою термос-кружку на кафедру.

— Да, я только пришел.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся. Он быстро окинул заднюю часть кабинета и заметил, что трое его соседей сидят далеко друг от друга. Очевидно, что они не смогли сесть рядом. Парень не смог найти место и собирался принести стул из другой аудитории.

В этот момент студент с первого ряда неожиданно встал и положил свои вещи на стол и жестом пригласил его.

— Пожалуйста, садись тут.

— Нет, не надо. Я просто возьму стул из соседнего класса, — ответил Лу Чжоу.

— Не-не-не, я схожу за стулом. Просто не забудь одолжить мне свои записи! — парень упорно настаивал.

Я одолжу тебе свои лекции, если ты вовремя их вернешь.

Но проблема не в этом.

Проблема в том, что ему страшно сидеть в первом ряду! Он привлекал внимание всех окружающих. Малейшее движение и все посмотрят на него…

Чувство, когда на тебя все смотрят, ужасно.

Лу Чжоу отказался. Вместо этого он сходил в аудиторию по соседству, взял стул, а затем вернулся и сел рядом с Хуан Гуанмином.

Они же не будут разворачиваться и смотреть на меня во время пары?

Профессор улыбнулся ему и не сказал ни слова.

Прозвенел звонок и с началом занятия профессор запустил презентацию и заговорил:

— Откройте ваши учебники на первой странице.

Пока другие открывали свои тетради и готовились слушать, Лу Чжоу начал просматривать «практическое машинное обучение». Он начал изучать современные алгоритмы, разработанные специально для настройки и обучения искусственного интеллекта.

Без помощи капсул концентрации трудно выучить всю книгу сходу. Благо, поднятие уровня основных наук не только увеличивало способности использовать знания, но также увеличивало способность усваивать информацию.

На данный момент он уже прочитал половину этого толстого учебника.

Однако, когда он проверял код Сяо Ая прошлой ночью, он все еще не мог понять большую часть. Его уровня знаний все еще недостаточно.

Профессор Лю продолжал лекцию.

— В старших классах обычно дают задание найти связь между неизвестным и известным числом. Составить уравнения, содержащие одно или нескольких неизвестных и решить их.

— В реальности мы часто сталкиваемся с проблемами полностью отличными от подобного. Например, нахождение закона перемещения движущегося по изменяющийся траектории тела. Например, ракета управляется двигателей. Чтобы найти траекторию ее полета нам нужно получить аналитическую функцию из существующих данных, а не вычислять конкретное неизвестное по известной функции, заданной задачей.

— Обыкновенные дифференциальные уравнения очень полезный инструмент. Они могут применяться во всех дисциплинах, начиная с автоматического управления механизмами, заканчивая расчетом траектории ракет и даже исследованием стабильности химических реакций.

Профессор Лю улыбнулся и продолжил:

— Поэтому вы, математики, должны обратить внимание на эти занятия. Если вы будете плавать в нем, то, устроившись на работу, не говорите, что вы мои студенты! Это слишком позорно!

Профессор Лю своеобразный человек, поэтому его лекции довольны интересны. Он мог легко объяснять сложные темы.

Даже Хуан Гуанмин, который обычно не слушал на парах, выключил телефон и внимательно смотрел на презентацию на экране. В добавок еще делал заметки в ноутбуке.

Скорость обучения в университете очень быстрая и профессор Лю не исключение. Он читал лекцию быстрее, чем пролистать книгу.

Невозможно записывать за ним. Уже достаточно хорошо, не отставать и слушать его. Студенты делали фотографии, словно на какой-то пресс-конференции.

К половине лекции основные определения и геометрическая интерпретация дифференциальных уравнений и их решения из первой главы были уже закончены. Далее шел первый подраздел второй главы, интегральные методы в уравнениях с полными дифференциалами.

Сложность мгновенно возросла.

В студентов летела тонна новых знаний. Хотя профессор все упрощал и объяснял, глупые студенты все еще были подавлены.

— С теорией считай все. Надеюсь, что остальное вы сами дополните, давайте рассмотрим несколько задач, — произнес профессор и перещёлкнул презентацию на следующий слайд, — кто может решить, не стесняйтесь выходите к доске.

[Определить соответствующее ли уравнение {y2/(xy)2-1/x}dx+{1/y-x2/(xy)2}dy=0 и решить его.]

Лу Чжоу посмотрел на слайд и, подумав, что это просто, продолжил читать свою книгу.

Однако для остальных это не так легко.

Сейчас только первое занятие и многие лишь прочитали первую главу. Большинство студентов просто смотрели на «уравнение с полным дифференциалом», несколько гениев достали ручки и начали писать в черновиках.

Через две минуты в аудитории стало совершенно тихо.

— Почему никто не поднимает руку? — улыбаясь спросил профессор и пошутил, — вы же все студенты университета Цзиньлин, вы должны быть способны решить этот пример, да?

Студент с первого ряда ухмыльнулся и негромко сказал:

— Бог учебы не поднял руку, а мы тем более боимся.

Многие люди в первом ряду кивнули.

Некоторые поняли пример, но не осмелились поднять руку.

Профессор сделал вид, что ничего не слышал и засмеялся:

— Никто не может решить? Наверное, стоит мотивировать вас. Ладно! Добавлю 10 баллов любому, кто сможет решить этот пример.

Все еще продолжая читать учебник Лу Чжоу мгновенно поднял руку так быстро, что шокировал Хуан Гуанмина.

Однако парень не смотрел на него. Вместо этого он посмотрел на презентацию.

10 баллов!

За такой элементарнейший вопрос. Халявные баллы!

Но профессор даже не дал ему шанса, когда сказал ему:

— Опусти руку! Эти 10 баллов не для тебя. Ты в любом случае получишь максимальный балл на экзамене. Или ты хочешь получить 110 баллов?!

— …

Студенты пооткрывали рты от удивления.

Уже уверены, что истинный гений получит максимальный балл?

Лу Чжоу с неловкой улыбкой опустил руку.

Все что он хотел сказать в этот момент было: «Ну, пздц».

Глава 83. Я все еще не верю

Само собою Лу Чжоу не обижался на профессора Лю.

Профессор Лю, наверное, знает, что его пара бесполезна для меня и не хочет тратить мое время. Может он намекает, что мне можно не ходить?

Но что если я не получу максимальный балл…

Но парень чувствовал, что шансы этого малы.

Так как Лу Чжоу выбыл из соревнования, студенты более воодушевились. Ло Жуньдун, второй гений класса быстро подсчитал результаты и поднял руку, чтобы выйти к доске.

[...]

[…Является точным дифференциальным уравнением.]

[Общее решение: lny/x+xy/(xy)=C]

Профессор Лю дал короткий комментарий и улыбнулся, затем сказал:

— Неплохо.

Прозвенел звонок.

Профессор Лю очень пунктуален и поэтому сразу со звонком напоследок сказал пару слов и всех отпустил.

Студенты собрали вещи и бросились в столовую.

В течении первых двух месяцев учебного года столовая забита. Только поступившие первокурсники в восторге разбирали вкуснейшие блюда до того, как придут старшекурсники. Просто ужасно.

Лу Чжоу также шел в столовую. Он был опытен и не пошел в зону самообслуживания. Вместо этого он пошел к прилавку с рисом барбекю.

Затем…

Его узнали.

— Ого, это Лу Чжоу!

— Пожалуйста, иди первым.

— Гений, тебе все еще нужны твои лекции по продвинутой алгебре? Я хочу купить их… Или могу я хотя бы скопировать их? Я заплачу!

— Студент, я слышал ты получил 100 баллов по матану и продвинутой алгебре? Посоветуй, как учить.

Этих первокурсников переполнял энтузиазм, и они даже позволили Лу Чжоу пройти вперед. Парень думал:

Я просто пришел поесть, зачем вы пристали…

Почему вы фотографируете меня! Хватит!

Наконец купив еду Лу Чжоу нашел тихий уголок и сел.

Только усевшись, у него зазвонил телефон.

Звонил заведующий Лу. И только он поднял трубку, как с той стороны раздался голос:

— Лу Чжоу во второй половине дня будет интервью. Приходите в лабораторный корпус позже.

Услышав про интервью, парень сразу почувствовал приближающуюся головную боль.

— Заведующий Лу, мы можем отменить интервью?

Лу Фанпин удивился и спросил:

— Почему?

— Чрезмерное внимание со стороны СМИ отразилось на моей повседневной жизни и учебу. Я думаю профессор Тан прав. Академики должны сосредоточиться на науке и избегать славы, — твердо сказал Лу Чжоу.

Не то чтобы он на самом деле не хотел славы.

Просто он боялся.

Первые два раза он попадал в тренды во время летних каникул и к началу учебы его слава прошла.

Но теперь СМИ засыпали его в начале семестра. Он словно панда в зоопарке. В сочетании с продвижением в университете, все вокруг знали его.

За время обеда с ним заговорили две девушки. Трое студентов попросили его WeChat, а четверо других спросили не хочет ли он вступить в какие-нибудь общества или клубы.

Даже аспирантка спросила не хочет ли он вместе писать диссертацию.

Лу Чжоу взбесился, и он резко ответил:

— Не интересует, спасибо!

Заведующий Лу неловко произнес:

— Эм… я понимаю твои проблемы. Обещаю тебе, что это в последний раз! Кроме того, на этом интервью тебе вручают награду. Ты уверен, что не хочешь?

— Награду?

— Разве декан Цинь не сказал тебе? Цзиньлин Дэйли и вице-президент филиала Цзиньлиня промышленного и коммерческого банка будут там, награда…

— Я понял. Иду прямо сейчас!

Парень повесил трубку и быстро все доел. Он не хотел терять ни секунды и сразу пошел в лабораторный корпус.

………………………………………………..

На следующий день заголовок Цзиньлин Дэйли вновь шокировал всех.

[20-летний студент Университета Цзиньлин решает проблему мирового уровня по математики и получает награду в миллион юаней!]

В статью поместили фотографию Лу Чжоу и ректора Сюй, на которой они держали огромный чек ICBC (промышленный и коммерческий банк Китая).

Его известность, которая должна была угаснуть, вновь зажглась этим чеком на миллион юаней.

Когда толпа увидела этот ряд нулей, они были поражены.

[Боже мой, миллион юаней за задачу! Легчайшие деньги!]

[По задаче за ночь, 100 ночей — это 100 миллионов. Я думаю, что нашел новый способ зарабатывать деньги]

[С сегодняшнего дня учу математику. Я выключаю свой телефон, ничто не остановит меня!]

[Университет Цзиньлин слишком богат ...]

[Мой кумир!!! (сердце) (сердце) (сердце)]

[Моя дипломная работа посвящена доказательству закона распределения простых чисел Мерсенна. Я работал над этим полгода, но теперь, когда гипотеза доказана, моя работа бесполезна! Просто хочу курить в покое. (плачет плачет)]

[Нам нужно найти психолога для этого парня выше, лол]

[Как бы вы ни старались, вам никогда не стать лучше, некоторых людей.]

Обсуждения были не только в Weibo, но и происходили в комментариях каждой крупной газеты и в каждом блоге.

Эту новость опубликовали на форуме Яньцинского университета.

[Университет Цзиньлин? У них есть математический факультет? Разве они не ориентированы лишь на физике?]

[Я прочитал статью, автор гений! Жаль, что он не поступил в наш университет.]

[Мой научный руководитель сказал мне об этом вчера. По-видимому, когда профессор Жень ездил в университет Цзиньлин, чтобы провести лекцию, то сразу увидел, что Лу Чжоу был необыкновенным, и попытался убедить его поступить к нам.]

[Что случилось?]

[Не знаю, думаю, он не захотел. Подобные психи, вероятно, смотрят на такие вузы, как Принстон или Стэнфорд!]

Конечно не все завидовали и оказались под впечатлением, была и критика. Некоторые говорили, что награда слишком большая. Другие, что СМИ преувеличивают ценность гипотезы Чжоу и, что чрезмерный пиар могут заставить общественность слишком оптимистично смотреть на текущую ситуацию с образованием, препятствуя реформам образования…

Однако критиковал лишь небольшой процент людей. В конце концов, появление теоремы, названной в честь китайцев укрепило национальный дух.

Это то, что использовали для продвижения Лу Чжоу.

Парень хорошо знал, что происходит в интернете.

Число его подписчиков в Weibo достигло 200 тысяч. В его личных сообщениях постоянно было более 99 сообщений.

На этот раз его не просили писать статью, вместо этого…

[Лу Чжоу, у тебя есть девушка?]

[Лу Чжоу, как насчет онлайн знакомств?]

[Лу Чжоу, не хочешь встретиться? Я могу одеться в женскую одежду.]

???

Почему они так бурно реагируют на фотографию в статье?

— Держитесь от меня подальше.

Парень сделал вид, что не видел этих сообщений и как только он собирался закрыть Weibo, то вспомнил, что это отличная возможность.

Его глаза загорелись, и он быстро напечатал рекламу своего приложение прежде чем отправить ее.

Удовлетворенный он немного подождал.

Потом он обновил страницу и посмотрел комментарии.

И оцепенел.

[Это приложение не обновлялось в течении месяца. Оно вообще живое? (смеюсь)]

[Босс Лу заходит в магазин. Все смеются над ним и говорят: «Босс Лу, вы снова разместить рекламу в Weibo?» Босс Лу не ответил, он сказал продавцу: «Одну рекламу, пожалуйста». Он вытащил пачку денег, и люди закричали: «Твое приложение мертво!» Лу босс сказал: «Почему вы лжете?» «Мы не лжем! Твое приложение находится внизу рейтинга». Лу босс пришел в ярость, его вены вздулись, и он ответил: «Оно на дне из-за ... межсезонья!» Затем Лу босс попытался обосновать популярность своего приложения словами «еще не каникулы» или «студенты не ездят на поездах». Толпа начала смеяться над ним…»]

[Чэнь Дусю, пожалуйста, сядьте, вы загораживаете доску Лу Синю!]

[Гений заходит в Weibo, только когда он в трендах. ]

[Сейчас мне стало лучше, даже у гения есть недостатки.]

[Миллион юаней достаточно, чтобы испортить босса Лу!]

[Пожалуйста, вернись к изучению математики!]

[Этот парень только публикует рекламу, никогда не отвечает на сообщения, отписываюсь, отписываюсь.]

???

Что за хрень?!

Почему они ругаются?

Может потому что с рекламой я не устроил розыгрыш?

Что вы имеете в виду под мертвым?

Почему оно мертво?

Я просто был занят, поэтому не обновлял его.

Кроме того, пользователи есть, просто активность низкая. Какие студенты ездят на поездах каждый день?

Твою мать!

Парень не верил.

Он собирался стать успешным!

Глава 84. Я не заслуживаю таких почестей…

Заведующий Лу не обманул Лу Чжоу. Это интервью на миллион юаней стало последним. И хотя в сети все еще продолжали обсуждать парня, после СМИ не приходили в университет и не мешали его повседневной жизни.

Позже он узнал, что университет фактически отклонил множество интервью для него. Те немногие СМИ, которые взяли у него интервью из крупных и влиятельных медиа-компаний. Маленькие и независимые журналисты не могли даже войти в университет.

В конце концов обучение прежде всего.

Соответствующая реклама может улучшить мнение об университете и повысить его популярность. Но если не соблюсти должный баланс, это нарушит спокойствие в студенческом городке и разрушит позитивный учебный процесс. Руководство прекрасно это понимало.

В субботу парень отправился в промышленный и коммерческий банк Китая и под наблюдением руководителя филиала обналичил чек на миллион юаней.

Лу Чжоу отделался от сотрудников, пытающихся впихнуть ему страховку и всякие финансовые услуги, и покинул банк. Он ехал на такси и чувствовал головокружение, ему казалось, что это сон.

У него никогда не было столько денег.

Так много, что не знал куда их потратить.

Думаю, надо отложить?

Машина остановилась перед университетом и в очередной раз парень через телефон посмотрел на нули на банковском счету. Его сердце бешено билось.

— У меня сейчас есть миллион. Еще нужно 4 миллиона для завершения второго задания.

Лу Чжоу быстро успокоился и убрал телефон в карман, после чего вышел на улице с кучей кафе.

Он нашел небольшое кафе, где можно пообедать и вернулся в университет только к двум часам дня.

Он вспомнил, что ему звонил профессор Тан и прежде чем вернуться в общежитие, пошел к нему в лабораторный корпус.

Как только он пришел, Лу Чжоу постучал и, услышав «войдите», открыл дверь и зашел.

Увидев Лу Чжоу, профессор с улыбкой произнес:

— Ты довольно знаменит сейчас.

Парень неловко рассмеялся:

— Профессор, пожалуйста, не хвалите меня. СМИ уже заколебали…

Двое аспирантов работающих в кабинете закатили глаза и решили игнорировать его.

Заколебали?

Отдайте мне миллион, и я позабочусь о твоих проблемах!

Ты даже не понимаешь, как тебе повезло. Позор!

Профессор Тан поднял свою термос-кружку и выпил чая, а потом сказал:

— Да? По мне ты довольно счастливый. Может займешься шоу-бизнесом?

Парень неловко улыбнулся, но ничего не сказал.

— Хорошо, у меня скоро занятие. Не буду шутить над тобою. Перейду прямо к делу, — увидев, что Лу Чжоу не отвечает, старик Тан перестал шутить, — у меня тут приглашение из Принстонского университета. В феврале там будет проходить международная математическая конференция. Ты приглашен выступить там с академическим докладом о твоем исследовании.

Парень растерялся и уточнил:

— Математическая конференция?

Профессор Тан пояснил:

— Верно, обмен опытом основная составляющая научного прогресса. Ты должен воспользоваться этой возможностью поскольку она полезна для тебя. Эта конференция имеет большое влияние в международной области теории чисел. Ты первый студент нашего университета, который получил подобное приглашение, поэтому ты обязан принять его. Университет покроет все расходы, не переживай про это!

Если Лу Чжоу воспользуется этой возможностью, чтобы пообщаться с коллегами, выгоды будут огромны

Парень взял приглашение и кивнул:

— Тогда я пойду подготовлюсь к ней.

Профессор Тан сказал:

— Возьми свою статью и внеси небольшие правки. Напиши простую и небольшую речь. Основное внимание уделяется части «вопрос-ответ», многие математики скорее всего зададут тебе кучу вопросов. Будь готов к ним!

— Понял… тогда я могу идти? — спросил парень, кивнув.

— Подожду, есть еще кое-что, — сказал профессор Тан с улыбкой, — секретарь Лю порекомендовал тебе подать заявку в десятку выдающихся молодых людей Китая. Не знаю пройдешь ты или нет, но по крайней мере шанс есть.

Десять лучших молодых людей Китая!

Глаза парня округлились.

Он уже слышал об отборочной кампании «лучшие десять молодых людей кита». Судя по всему его организовала федерация молодежи китая и финансировался десятью крупными информационными организациями. Цель в том, чтобы за десять лет выделить молодых талантов в качестве примера для других.

Это также влиятельно, как и Китайская молодежная пятерка!

Парень задержал дыхание и его сердце забилось быстрее, но он быстро успокоился.

Прежде всего висел вопрос, является ли доказательство гипотезы Чжоу достойным награды. Ведь это награда не за научные достижения. Она для всех отраслей по всей стране и это указывало на социальный вклад.

К тому же в награде присутствовала политическая составляющая и она не такая простая как кажется.

Если бы Лу Чжоу получил Филдсовскую премию это значительно увеличило его шансы на победу.

Также нет ничего что делается просто так.

В последний раз, когда секретарь приходил в университет, чтобы поздравить Лу Чжоу он хотел показать какое значение правительство придает научным работам. На этот раз секретарь Лю неожиданно порекомендовал Лу Чжоу попытаться попасть в эту десятку. Это явно не с проста.

Лу Чжоу немного успокоился.

Он не сомневался в своем IQ.

Но…

В своем EQ он не был так уверен.

Парень не спешил с ответом и с почтением спросил у Тан Чживэя:

— Профессор, что вы посоветуете?

— Что посоветую? Зависит, что ты хочешь в будущем. Если тебе интересна политика, то это хороший способ войти в среду. Секретарь Лю может помочь тебе в будущем с политической карьерой, и ты мог бы стать крупным представителем в правительстве. А как далеко зайдешь уже будет зависеть от твоих способностей.

Лу Чжоу молчал.

Тан Чживэй не волновался и просто спокойно пил чай.

Через некоторое время Лу Чжоу неожиданно улыбнулся и покачал головой:

— Боюсь политика не для меня.

Хотя для сына рабочего, чей отец работал на правительство, это предложение довольно заманчиво. Если бы он воспользовался этой возможностью, перед ним могла бы быть яркая дорога. Возглавить университет, стать президентом академии наук Китая — все возможно.

Однако Лу Чжоу не бредил.

Он привык делать то, что хотел и работа в политике не его желание.

— Похоже ты прекрасно все понимаешь. В любом случае, ты не похож на человека того круга, — улыбнулся профессор и поставил термос-кружку на стол, посмотрев на парня, после чего кивнул, — Так как ты принял решение, то должен отказаться. Просто отказываясь будь потактичнее.

Парень подумал и сказал:

— Я студент и недостаточно талантлив. Я не заслуживаю таких почестей… Так пойдет?

Профессор улыбнулся:

— Превосходно.

Глава 85. Оказывается, тебе помогает эксперт!

Старшая школа Цзиньлина, 11 класс-2, урок математики.

Учитель попросил старосту раздать результаты тестов и выбрал нескольких работ, чтобы похвалить учеников.

— Хань Мэнци, 130 баллов. Твои результаты за последние несколько месяцев значительно улучшились, но не зазнавайся, продолжай работать дальше, — сказала учитель Чень. Хань Мэнци кивнула и забрала работу.

Девушка ухмылялась, возвращаясь на свое место.

Сидящие рядом ученики удивленно смотрели на нее.

Это не из-за 130 баллов.

В их классе этот показатель немного выше среднего.

Неожиданно то, что именно Хань Мэнци получила столько баллов!

В прошлом году ее результаты по математики были на грани, но сегодня она набрала 130!

Она улучшилась за три месяца.

Как это может не шокировать?

Посмотрев на Хань Мэнци, учительница облегченно кивнула.

На ежемесячном тесте перед летними каникулами Хань Мэнци словно подменили. Ее оценки по математике взлетели и выросли с двухзначных чисел до трехзначных.

Учитель преподавала много лет, но она редко видела такой стремительный прогресс.

Девушка знала, что ее одноклассники удивлялись и, хотя она засмущалась, на ее лице показалась самодовольная улыбка.

Раньше ей никогда не казалось, что она должна быть дома или в школе.

Однако недавно она узнала, что ей нравилось ходить в школу.

И не потому, что ей понравилось учиться…

Поскольку ей нравились эти удивленные и восхищенные взгляды!

После урока девушка тщательно переписывала примеры в которых ошиблась в тетрадь. Это то, что ей поручил Лу Чжоу и это стало для нее привычкой за последние три месяца.

Внезапно подошла одноклассница, которая выглядела еще моложе чем она.

— Мэнци, твоего репетитора зовут Лу?

Девушка — одна из немногих ее близких подруг. Мэнци звала ее Сяо Жань и они обычно болтали вместе.

Хань Мэнци кивнула:

— Да, что такое?

— Он студент? — спросила Сяо Ран.

— Да… — с подозрением сказала Мэнци и кивнула.

— Он из университета Цзиньлин?

— Да, да, переходи ближе к делу. Не трать мое время, — Хань Мэнци закатила глаза.

Глаза Сяо Жань увеличились от удивления:

— Ты не видела Weibo?

Тут Хань Мэнци погрустнела и ответил:

— Нет, ты же знаешь эта женщина забрала мой телефон.

Однако Сяо Жань не заметила, что Хань Мэнци переменилась в лице, и достала телефон:

— Подожди. Я покажу тебе новость.

Девушка уставилась на нее и спросила:

— С каких пор ты следишь за новостями? Разве ты обычно не просто смотришь сплетни про знаменитостей?

— Я слежу за всеми трендовыми новостями. Неважно, вот, смотри, — сказала Сяо рано передавая телефон Хань Мэнци.

Эта статья, опубликованная Хуаго Юс Дэйли.

Увидев название аккаунта ей стало не слишком интересно, но увидев название статьи ее глаза чуть не вылезли.

[20-летний студент из Университета Цзиньлин решает проблему мирового уровня по математики и получает награду в миллион юаней!]

[...]

[Источник: Цзиньлин Дэйли]

— Это он? — второпях спросила Сяо Жань.

— Да… нет, как это возможно?! — ахнула Хань Мэнци. Она настолько удивилась, что не могла закрыть рот смотря прямо на экран.

Не то, чтобы она сомневалась в способностях Лу Чжоу…

Просто это то, что она никогда не ожидала, что репетитор приходящий к ней домой каждые выходные, был великим математиков, решивший проблему мирового уровня.

Девушка сглотнула и отмотала на комментарии.

[… Все кланяются этому гениальному студенту!]

[Этот гениальный студент сумасшедший!]

[Идол, я хочу от тебя детей!]

Девушка нахмурилась.

Что за!

Бестыдные!

У него уже есть девушка!

Хотя она никогда не подтверждала отношения между Лу Чжоу и ее двоюродной сестрой, она всегда считала, что они встречаются. Иначе никак не объяснить почему парень так обеспокоен ее успеваемостью, когда другие преподаватели не могли ее стерпеть.

— А мне было интересно, почему твои оценки по математике так растут. Оказывается, тебя обучает эксперт, — с завистью сказала Сяо Жань, — он все еще собирается учить тебя в будущем?

Девушка подсознательно ответила:

— Да, а почему нет?

Ее подруга спросила, наклонив голову:

— Но у него уже есть миллион, ему больше не нужно подрабатывать репетитором, да?

Сердце девушки сжалось.

Она не задумывалась об этом.

Ты права…

Если ему не нужны деньги, будет ли он учить меня дальше?

Каждый раз он обучает меня словно я маленький ребенок и даже готовит для меня и слушает мои жалобы о школе.

Кроме того, у такого парня как он должны быть более важные дела.

Губы Хань Мэнци дрогнули, и она ответила:

— Он… наверное, будет.

Она не уверена.

Сяо Жань в замешательстве наклонила голову.

Она не понимала, почему ее подруга так странно себя ведет.

……………………………

Хотя Лу Чжоу переполняла решимость раскрутить свое приложение и победить ненавистников, он без понятия как вести бизнес.

В прошлом заведующий Лу иногда спрашивал его, как продвигается проект. Теперь даже декан не затрагивает это.

В сравнение с решением математических задач мирового уровня какое-то приложение ничто.

Университет не банк или предприятие. Руководство не смотрит на финансовые отчеты! Они смотрят на результаты научных работ! Хотя бизнес-проект студента — это достижение, он меркнет по сравнению с решением проблемы мирового уровня.

Так считал не только Лу Фанпин, но и декан Цинь. Тот все время намекал парню, чтобы он просто закрыл компанию и использовал оставшиеся деньги для погашения части кредита. Оставшийся долг будет просто списан, поэтому парню не придется его выплачивать.

Потеря денег будет лишь одним из уроков бизнеса. Лу Чжоу должен просто сосредоточиться на науке и получить Филдсовскую премию, разве так не будет лучше?

Однако парень недоволен лишь славой. Хотя медали — это хорошо, он хотел денег.

Может Лу Чжоу не интересовался управлением компании, он интересовался деньгами!

Кроме того, скорее всего ему придется сжечь много денег для этой чертовой системы. Учитывая получаемые задания, система очень амбициозна.

Открытие и монетизация технологий никогда не могут быть разделены. Это просто вопрос выбора и стремления.

Лу Чжоу предвидел, что столкнется с таким выбором в будущем.

Поэтому он планировал получить совет от успешного человека…

Глава 86. Научиться у успешного человека

Как обычно в воскресенье парень пошел в дом госпожи Ян, чтобы преподавать Хань Мэнци математику.

Когда госпожа Ян ушла, девушка потянула за рубашку Лу Чжоу и спросила:

— Я слышала, что ты решил гипотезу Чжоу?

Парень с подозрением взглянул на нее и кивнул:

— Да… была новость уже на прошедшей недели.

Услышав его слова, девушка сжала зубы и прошептала:

— Тогда… ты больше не будешь учить меня, да?

— С чего ты взяла?

Все также тихо Хань Мэнци сказала:

— У тебя уже есть миллион… тебе все еще нужна подработка?

Что за странная логика? Денег бывает слишком много?

Не говоря о том, что это легкие деньги.

Учиться интересно, но Лу Чжоу не машина. Он уставал и не мог заниматься дни напролет.

Репетиторство своеобразный способ расслабиться для него. Он мог подумать над простыми задачками и отвлечься, нормализуя свое психологическое состояние, пока получал за это деньги. Поэтому зачем ему отказываться от этого?

Лу Чжоу вздохнул и слегка постучал книгой по голове Хань Мэнци:

— Не трать время попусту и имей ввиду, что деньги трудно заработать. Не трать деньги своей матери и начинай учиться. Покажи свою тетрадку с ошибками и последний тест.

Девушка с грустью взглянула на парня.

Но она вспомнила, что ей все еще нужна его помощь, поэтому она спокойно достала свой рюкзак.

Лу Чжоу взял тетрадь с ошибками у нее, чтобы глянуть успехи за месяц.

В целом все неплохо. По крайней мере после объяснений парнем задач, она понимала их верно.

Когда Лу Чжоу проверял ее тест, девушка откашлялась и сказала:

— Ты сможешь еще поучить меня химии и физики?

Парень подумал и ответил:

— Я могу, но я не знаком с материалами школ Цзянсу, поэтому боюсь могу не справиться. Могу только помочь закрепить твои знания и помочь с проблемными местами.

Лу Чжоу слышал, что правила проведения экзаменов в провинции Цзянсу отличаются от той в которой он жил. Помимо математики и английского они выбирали еще один предмет из четырех.

Были также пробные экзамены, бонусные баллы и тому подобное. Все это очень хлопотно.

Ли Тао родился в Цзиньлине и парень слышал это все от него

Понимая, Хань Мэнци сказала:

— Не беспокойся, этого достаточно.

— В какие университеты ты собираешься подавать? У тебя есть цель?

— Я хочу поступить в Цзиньлин… — ответила девушка и сделав паузу продолжила, — я обещала двоюродной сестре, что поступлю туда же, где и она.

Лу Чжоу задумчиво взглянул на нее. Он думал она скажет что-то типа «Мне все равно, пока я вдали от этой женщины. Я бы предпочла уехать за границу». Он не ожидал, что она хочет в Цзиньлин.

Но вслух он не стал этого говорить.

У каждого свои устремления.

— Если я правильно помню, то университет Цзиньлин требует два предмета от студентов. Ты должна усердно учиться. — небрежно произнес парень.

— Да! Я буду усердно учиться! — серьезно кивнула девушка.

………………………

К шести часам занятия закончились.

Лу Чжоу в фартуке готовил три блюда на кухне, пока в кастрюле варился луковый имбирный суп с карасем. Парень испытывал благодарность к госпоже Ян, но не мог позволить купить ей что-нибудь. Самое меньшее, что он мог сделать это готовить для ее дочери.

Закончив, он поставил еду на стол, прежде чем повесить фартук на кухонную дверь.

Ровно в шесть Ян Даньци вернулась домой.

Когда она вошла и почувствовала запах еды, то с удивление посмотрела на парня.

Тот улыбнулся и спросил:

— Хотите поесть вместе? Я сделал достаточно для троих.

Женщина ответила, улыбнувшись:

— Да, спасибо. Я поем.

Хань Мэнци ухмыльнулась и ничего не сказала, отправляясь в ванную.

Как всегда, за обеденным столом тихо.

Если бы тут было лишь два человека, то девушка без умолку болтала. Но поскольку тут сидела ее мать, она вообще не говорила и просто спокойно ела.

Лу Чжоу изначально думал, что благодаря хорошей успеваемости Хань Мэнци, отношения между ними наладятся.

Однако судя по всему, он был слишком оптимистичен.

У каждой семьи свои проблемы…

Лу Чжоу хотел избежать неловкого молчания и поэтому решил задать вопрос.

Это было по поводу его приложения.

Он хотел услышать совет от успешного человека такого, как госпожа Ян.

Выслушав его вопрос, Ян Данци уточнила:

— Ты сделал приложение?

— Да.

— Ты делал анализ продукта?

К удивлению парня, она спросила это, а не сколько у него пользователей или какое программное обеспечение.

Лу Чжоу задумался и покачал головой, прежде чем честно ответить:

— Нет.

Если бы это было собрание по поводу инвестиций, то он не был бы таким честным. Однако он не на нем и пытаясь научиться не нужно притворяться.

Госпожа Ян подумала и сказала:

— С точки зрения инвестора я могу рассказать тебе про очень простой принцип. Выгодные инвестиции всегда должны быть N+1, чем отраслевой стандарт.

— N+1?

— Да, 1 это твои нововведения, — кивнула женщина и продолжила, — конечно этого не всегда достаточно. Инвесторы будут смотреть на другие проекты, похожие на твой. Новшества лишь пробивают дорогу.

Она сделала паузу и продолжила:

— Первое, о чем нужно сказать — это анализ отрасли и перспектива рынка. Я не говорю о долях рынка, это бесполезно. Время тупых людей с деньгами прошло. Сейчас, если ты хочешь получить средства, ты должен подать единорога к столу. Ты должен использовать короткие, но привлекательные слова, чтобы инвесторы увидели основные моменты твоего проекта, что также часть N+1.

Это звучало сложно.

Но парень внимательно слушал.

Он не мог выучить подобного на парах.

— Как только ты понял +1 часть, то далее идет анализ продукта. Например, представь, что я инвестор. Ты должен четко сказать мне, какие у тебя пользователи, сколько их у тебя, кто твои конкуренты и их уровень, и подобную информацию. И самое важное, когда ваш товар принесет прибыль.

Ян Данци посмотрела прямо в глаза Лу Чжоу.

От этого пронзительного взгляда парень даже забыл, как дышать.

К счастью давление спало очень быстро.

Госпожа Ян ела вкусный суп, затем аккуратно положила ложку и спокойно произнесла:

— Похоже ты не думал обо всем этом.

Парень молча кивнул.

Этот проект был написал лишь для практики, а затем необъяснимым образом попал в тренды. Если бы не это, то профессор Чжан никогда не заметил бы его и не заставил парня открыть компанию. И он бы не получил кредит в 500000 юаней…

Тратя все силы на конкурс по математическому моделированию, он отбросил приложение в сторону. А когда вернулся, то сезон уже прошел и активность пользователей упала.

Поэтому толпа на Weibo раскритиковала его приложение. Хотя Лу Чжоу не нравилась критика, она не была необоснованной. Поэтому инвесторы не связались с ним…

— На самом деле послушав описание твоего приложение, мне стало интересно. Если твои пользователи студенты, почему ты сосредоточился лишь на билетах на поезда? Сколько билетов на поезд покупают студенты за год? Как удержать пользователей? Что если компании-разработчики приложений такие, как QQ или Zhibao создадут систему прямого бронирования? Ты думаешь твое приложение будет успешно? Я так не думаю, они лучше и имеют больше ресурсов, чем ты.

Очевидно, что эта женщина опытная, что за считанные минута разгромила Лу Чжоу.

Парень внезапно осознал, что недооценил технологическую индустрию.

Ян Данци продолжила:

— Конечно, твой проект еще интересен. Ты лучше большинства разработчиков приложений, поскольку большинство из них делает прототип, а затем ищут инвесторов. Если тебе не интересно управлять компанией, то подумай о найме управляющего. Но не рекомендую такое для компании, которая находится на начальном этапе, никто не знает проект лучше тебя. К тому же ни один талантливый менеджер не согласиться работать на небольшую компанию.

Госпожа Ян не сдерживалась.

Но парень не ощущал себя оскорбленным. Ведь прекрасно знал ситуацию своей компании.

Лу Чжоу задумался, а затем серьезно спросил:

— Тогда можете что-нибудь посоветовать?

— Возможности и энергия одного ограничены. Почему бы тебе не найти нескольких единомышленников с которыми ты сможешь заниматься этим проектом? В университете Цзиньлин полно профессоров, занимающихся научными исследованиями, у которых есть свои компании. Я знаю одного такого. Занимается исследованиями в области материаловедения и предполагаю, что его компания уже стала публичной. Проводить научные исследования и зарабатывать деньги не всегда противоположности. Главное найти баланс между тем, где ты плох и в чем хорош.

Парень долго молчал, а потом кивнул:

— Я серьезно подумаю над вашим советом.

Разговор был полезен для него.

Как минимум после этого он знал куда двигаться.

Госпожа Ян улыбнулась и кивнула в знак одобрения.

Увидев, что ее мать разговаривает с Лу Чжоу, Хань Мэнци стала недовольной и прошептала:

— Разве вы не можете поговорить о бизнесе не за столом?

Ян Данци удивилась словам своей дочери и замолчала.

Даже, если парень посторонний и не хотел влезать, он все еще не мог не почувствовать грусть.

Все в точности как сказала госпожа Ян. Энергия человека ограничена. Выигрывая в одном, некоторые проигрывают в другом.

Но сколько людей могут найти точку равновесия между тратой энергии и пожертвовать чем-то?

Даже у успешной бизнес-леди имелись недостатки…

Ее недостатком была семья…

Глава 87. Привлечение в компанию

Покинув квартиру госпожи Ян, парень впал в раздумья.

Энергия человека ограничена, не говоря уже о том, что ему не интересен бизнес.

Он научный работник, ему нужно просто хорошо выполнять свою работу. А операции с товарами и управление компании он мог бы передать кому-то другому, кто хорош в этом.

Лу Чжоу ощущал, что его поле битвы в лабораториях, а не на собраниях или офисе генерального директора.

Чэнь Юйшань хороший выбор, но ее управленческие способности лучше подходят для компании среднего и позднего уровня, а в таком небольшом стартапе для нее нет места. Не говоря о том, что она получала магистерскую степень и у нее не было времени помогать парню.

Вернувшись в общежитие, парень долго думал и в итоге вспомнил одного человека, после чего вышел на балкон и позвонил.

Когда на другом конце подняли трубку, то раздался голос толстяка У.

— Эй, Лу Чжоу, что такое?

— Брат У, все делаешь деньги? — с улыбкой спросил парень.

— Какие деньги. Я просто берусь за небольшие задачи и выполняю поручения. Должен поздравить тебя. В будущем в списке выпускников университета Цзиньлин будет еще один бог. Хочешь подработку? Я тебя не найму! — прорычал толстяк У.

— Нет, просто хотел спросить, ты не заинтересован в совместном деле.

Толстяк У призадумался и переспросил:

— Поезд из университетского городка?

— Да.

— Давай так. Встретимся и поговорим лицом к лицу.

Лу Чжоу подумал об этом и это звучало логично.

Такие личные вопросы лучше не обсуждать по телефону.

— Хорошо, завтра в пять часов. У рыбного кафе возле университетских ворот.

…………………………………….

На следующий день в пять утра, парень пришел вовремя. Подойдя он увидел толстяка У в черной футболке, сидящего на скамейки у дверей и махающего ему.

Окинув его взглядом, Лу Чжоу спросил:

— Тебе не холодно в одной футболке?

Сейчас конец октября, поздняя осень. Сам парень уже перешел на куртку.

— Я толстый и устойчив к холоду. Иногда я и зимой так хожу. — улыбнулся толстяк У. Потом подвинул стул и сказал, — Давай садись. Я уже заказал жареную рыбу. Иди и заказывай все, что хочешь. Когда принесут рыбу, давай выпьем и поговорим.

— Давай лучше чай. Говорить о бизнесе пьяными плохая идея.

Толстяк У улыбнулся и сказал:

— Конечно, как хочешь.

У Дахаи хороший парень, он заботился о Лу Чжоу, когда тот работал на неполный день. Поэтому, когда появилась возможность, то парень сразу подумал о нем.

Конечно это не единственная причина, по которой вспомнил про него. Главное, почему Лу Чжоу обратился к нему, в том, что у него имелись способности. Особенно организаторские навыки и хороший эмоциональный интеллект.

Эти два навыка именно то чего не хватало парню.

— Говоря о приложении, то я тоже пользуюсь им. Оно очень полезно для совместного использования.

Когда принесли еду, он налил чай себе и парню, затем улыбнулся и сказал:

— Железнодорожная станция за пределами моего города… до него невозможно добраться на такси, поскольку нормальные туда не ездят и единственный вариант это нелицензионные. Когда-то один из таких водителей просто выкинул пассажира. Теперь использую твое приложение я могу найти попутчиков, что экономит мне немного денег и я могу познакомиться с классными ребятами. Я завидую твоему мозгу. Мне бы никогда не пришло что-то подобное в голову.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я просто сделал его в качестве практики.

— Безумец, что случайно написал приложение с сотнями тысяч пользователей. Теперь я понял. Когда я сравниваю себя с такими гениями как ты, то понимаю, что совсем не учусь, — он покачал головой и вздохнул. Затем налив себе чашку чая, с улыбкой спросил, — Ладно, говори, что хотел? Перейдем прямо к делу.

— Тебе интересно реализовать этот проект вместе?

— Ты хочешь, чтобы я присоединился к компании? — Толстяк У удивленно посмотрел на парня.

— Да, — кивнул Лу Чжоу.

У Дахаи не сразу согласился, вместо этого он спросил:

— Почему я?

— Я скажу прямо?

— Просто говори, мы тут вдвоем, не ходи вокруг, да около.

— Это потому что у меня нет сил для этого, а также у меня нет организаторских навыков. Кроме того, ты не собираешься поступать дальше и у тебя есть опыт, — улыбнулся парень, — конечно главное, я чувствую, что ты подходишь.

— Чувствуешь и поэтому? — улыбнулся толстяк У. Сделав небольшую паузу он спросил, — Тогда расскажи свой план. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Если просто я хочу расширить приложение. Неважно, получить инвестиции и стать публичными или просто продать его. Нужна красивая и достойная обертка. Я признаю, что бизнес не мое поле. Мне нравится проводить исследования, поэтому мне нужно найти человека с сильными организационными навыками и управленческим опытом в помощь себе.

Толстяк У кивнул и сказал:

— Так ты хочешь нанять меня для управления компанией?

— Верно, — кивнул парень, — я могу предложить тебе два варианта.

— Первый, как найдем бизнес-ангелов, я возьму 5% акций из своих и передам их тебе. Или если мы продадим компанию, то ты получишь 5%. Можем оформить это все в контракте.

— Другой вариант. Я буду платить тебе зарплату. 8 тысяч в месяц, возможно еще бонусы.

Лу Чжоу пристально посмотрел на толстяка и спросил:

— Что выберешь?

Толстяк У замолчал и, закрыв глаза, задумался.

Если они не смогут получить инвестиции, то нет смысла говорить о 5% доле. Интернет-компании не стоят и гроша без капитала, и акционерная доле будет бесполезной бумажкой. Однако, если они получат инвестиции, они как минимум будут стоить миллион юаней, а 5% от этого уже 50000 юаней.

Что касается второго варианта, он намного безопаснее. 8000 зарплата плюс бонусы. Для недавнего выпускника математического факультета это хорошая зарплата. Не каждый студент может применить свои знания на Уолл-стрит. В конце концов он знает сколько стоит на рынке труда.

Но если он выберет второй вариант…

То это точно будет не он.

Раздумья заняли у толстяка лишь полминуты, затем он открыл глаза и ответил:

— Я тот, кто любит бросать вызов. Не хочу работать до самой смерти. Поэтому выбираю первый вариант.

— Так и знал, что ты выберешь его, — улыбнулся Лу Чжоу, затем протянул руку, — теперь мы деловые партнеры.

Толстяк У пожал руку и искренне улыбнулся:

— Желаю нам плодотворного сотрудничества.

— Плодотворного сотрудничества!

Глава 88. Рухнувший образ

Толстяк У действительно впечатляюще умел делать свою работу.

Лу Чжоу все еще искал людей, чтобы проконсультироваться по соответствующим юридическим вопросам, составить контракты и так далее, когда толстяк У уже сформировал для него команду.

Команда состояла из двенадцати студентов, от бизнес специальностей до разработчиков и юридических направлений подготовки. К тому же все они гении! Хотя имелись несколько первокурсников полных энтузиазма и ожидания от университетской жизни, готовые браться за что угодно…

Впрочем, дело не в этом.

А в том, что все они бесплатная рабочая сила.

Удивившись Лу Чжоу спросил, должен ли он платить им, но толстяк У улыбнулся и начал говорить о жизни:

— Раздача листовок, сортировка посылок… Ты считаешь, что студенты делают это только из-за денег? Думаешь им не хватает одной тысячи на проживание в месяц?

Толстяк У покачал головой и сам же ответил:

— Конечно этого достаточно.

Лу Чжоу хотел прервать его и сказать «нет, этого недостаточно». Но не сдержался, поскольку не хотел смущать толстяка. Поэтому позволил тому продолжать.

— Найди кого-нибудь и спроси, зачем ему нужна подработка. И 80% ответов можно разделить на три группы. Скучно, хочется попробовать новенького в жизни, попрактиковаться.

— Это университет Цзиньлин. Тут полно гениев. Возможно они не на твоем уровне, но тут много нормальных гениев. Все просто хотят подработку? Нет! Это возможность для них! Шанс показать себя!

— Я сказал им, что являюсь бизнес-партнером и что мы работаем над крутым проектом. Если он будет успешным, он может стать единорогом в сфере технологий. Отныне мы команда, мы семья, мы основатели… И самое главное мы даем им возможность показать себя!

— Если проект провалится, то проиграем вместе. Если добьемся успеха…

Толстяк У прервался и улыбнулся:

— Тогда будет не поздно дать им какую-то выгоду.

Он подробно объяснил преимущества парню.

— Чем прямо платить им, намного лучше организовать совместные обеды, путешествия, создать ассоциации или можем представить их другим важным людям. Это намного лучше денег.

Выслушав его, Лу Чжоу удивился про себя.

Все его представление о У Дахаи рухнуло.

До подписания контракта, парень думал, что тот просто старшекурсник, который заботился о нем. Он понятия не имел, что тот настолько хитрый.

Поначалу, когда толстяк У говорил о причинах работы, Лу Чжоу думал, что это бред…

Однако теперь, подумав, это блестяще!

Его соседи по комнате ранее помогали ставить ему роутеры, и они делали это за бесплатно. Они делали это просто ради интереса! В итоге только Лу Чжоу делал это за деньги.

— Учить математику — пустая трата твоего таланта.

Толстяк У печально взглянул на небо, соглашаясь:

— Я тоже так думаю.

— Тебе следовало бы заниматься продажами.

— …

…………………………………..

Вот так был основан клуб «поезда из университетского городка».

По словам толстяка У наличие клуба делает их более законными. Они могут заставить новых студентов работать на них и в тоже время также могут заимствовать «ресурсы» университета.

Поскольку У Дахаи, похоже, в черном списке у студенческого совета на подачу заявлений на клуб, заявление подал Лу Чжоу.

А еще точнее это сделала Лин Юйсян.

Парень наконец-то прочувствовал преимущество связей. Другие должны были ждать месяц рассмотрение заявление и месяц наблюдения, когда у него все по-другому. Тем более у его клуба имелся денежный мотив, с 90% шансов студенческий совет завернул бы его.

Однако, Лин Юйсян помогла ему и тут же все организовала…

Так был создан клуб.

Президентом стал Лу Чжоу, а заместителем У Дахаи.

Что касается двенадцати работников, найденных толстяком У, то они были менеджерами.

В конце концов звания клубов нереальны, и они не стоят ничего.

Лу Чжоу не мог не спросить откуда У Дахаи такой опытный, на что тот небрежно ответил:

— Я уже делал подобное ранее, например, венчурный клуб университета Цзиньлин, клуб подработок…

— Есть много преимуществ от подобного. Ты легко можешь набирать людей, если твой клуб новый. Затем можешь заставлять этих людей выполнять трудоемкую работу за просто так во имя помощи клубу. Плюс у нас есть настоящая печать компании и мы можем использовать их работу в качестве стажировки. Короче, много преимуществ.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Делал раньше? Что случилось с твоими клубами?

Толстяк У неловко улыбнулся:

— Их закрыл ответственный преподаватель по социальным вопросам…

— …

Университет не позволял участвовать в мероприятиях вне территории, связанных с деньгами. Поскольку если что-то пойдет не так и возникнет проблема, то университет будет нести ответственность.

Однако У Дахаи заверил Лу Чжоу, что с их клубом все в порядке. Поскольку в отличии от других клубов, что он создавал раньше, все мероприятие будут проводиться в университете и не надо связываться с кем-то извне. Не должно быть никаких проблем вообще.

Кроме того, этот проект в рамках программы поддержки предпринимательской деятельности студентами университета. Руководство поддерживало этот проект. Пока не произойдет крупных неприятностей преподаватель по социальным вопросам не будет влезать.

Толстяк У все разъяснил парню, пока выкуривал одну сигарету.

Что также подтвердило, что этот парень талантлив.

Хотя это еще один вид таланта…

Действительно не представляю, как этот парень попал в университет Цзиньлин.

На следующий день после создания клуба толстяк У сказал двенадцати рабам… вернее двенадцати менеджерам встретиться в рыбном кафе.

Лу Чжоу никогда не знал как и на что тратить деньги компании. Теперь именно У Дахаи планировал расходы.

Первое это расходы на еду и питье с бюджетом в тысячу юаней.

Деньги были со счета компании, но, толстяк У притворился, что президент тратит личные средства. Это один из его приемов. Если хочешь, чтобы другие помогли тебе, заставь почувствовать их так, словно они должны тебе.

На ранних этапах надо угощать работников едой.

Тысяча юаней это средние расходы на проживание в месяц у студента!

Даже если они столкнуться с проблемами в будущем, они не забудут про эту еду.

Что такое сплоченность?

Это сплоченность!

Когда принесли еду, толстяк У встал и поднял свой стакан.

— Все здесь из разных мест, но университет Цзиньлин познакомил нас друг с другом. Судьба свела нас вместе. Заниматься бизнесом — тоже судьба! Неважно добьемся мы успеха или нет, главное мы попытались осуществить наши мечты!

— За наше дело!

— Ура!

Эти люди изначально не знали друг друга. Раньше они работали на подработках с толстяком У. Но после алкоголя все стали намного ближе.

Лу Чжоу сидел рядом с толстяком У и думал.

Мне невозможно перенять его талант…

Как и планировалось, президент Лу Чжоу встал и представился.

После него представились все остальные.

После этого за столом все распределили обязанности.

Для этой крошечной компании, кроме управляющего были две другие важные должности. Менеджер по продукту, отвечающий за производство приложения. Другой технический менеджер отвечающий за обновления и поддержку приложения.

Менеджером по продукту стал Юань Ливэй. Студент третьего курса в бизнес-школе. Хотя он лишь студент, у него имелся опыт в помощи профессорам в разработке веб-сайтов. Его хорошо знали в бизнес-школе. Благодаря толстяку У они смогли заманить его к себе.

Техническим менеджером стал Жун Хай. Он был с разработки программного обеспечения. Он разбирался в Python, C++ и Java. Его навыки лишь немного хуже, чем у товарища по команде Лу Чжоу с конкурса по математическому моделированию, но все еще хороши. Его можно считать гением.

Затем студенты-дизайнеры разработают пользовательский интерфейс, студенты-юристы возьмут на себя юридические вопросы, студенты-маркетологи помогут менеджеру по продукту спланировать и провести анализ рынка, а также предложат интересные идеи, чтобы загрузить программистов…

Что касается тех, кто ничего не может, то они будут на подхвате или заниматься набором новых членов в клуб и их обучением. Если они почувствуют себя бесполезным и покинут клуб…

То, кого это волнует.

Словно в одном из лучших университетов мало талантов.

Не хватало возможностей…

Глава 89. Первое собрание клуба

Пообедав, как и планировалось, Лу Чжоу перед всеми отказался разделить счет с толстяком У и пошел заплатил сам.

Группа поддатых людей вернулась в общежитие.

После расставания с ними, Лу Чжоу сказал толстяку У:

—Думаю это не слишком хорошо.

Тот рассмеялся и ответил:

— Так делают 90% стартапов. Мы даже считаемся добрыми. К тому же мы не обещаем им никаких выгод. Если это противоречит твоей морали, можешь дать им часть своей доли, но не думаю, что стоит это делать. Бессмысленно и может потом аукнется тебе.

Парень ничего не сказал.

Толстяк У отвечал за дела компании, поэтому Лу Чжоу просто следовал его указаниям.

Он понимал, что не подходит для этого, поэтому лучше, если не будет влезать.

Что касается раздачи акций…

Это казалось бессмысленным.

Если они не найдут инвестора, их доля будет бесполезна.

……………………………….

На следующий день в кабинете толстяк У устроил первое собрание клуба.

Главной темой встречи стал анализ рынка и продукта.

Каждый должен устроить мозговой штурм и предложить идеи, чтобы найти способы сохранить сотни тысяч пользователей. Лучше собрать конструктивные предложения и добавить новые функции в приложение.

Всех переполняла энергия. Студенты принесли блокноты и собрались делать записи.

Пришел толстяк У и держал в руках два пакета. Затем он раздал всем по бутылке энергетика. После чего Лу Чжоу встал на кафедру и объявил о начале встречи. Затем уступил место менеджеру по продукции Юаню Ливэю, гению, которому гарантировано место в магистратуре.

— Чтобы не терять времени, я сразу перейду к делу, — сказал Юань Ливэй положив руки на кафедру.

— Наши основные пользователи в основном студенты. В классификации интернет-продуктов таких пользователей можно отнести к категории высококачественных. Они быстро принимают новое, наиболее коммуникабельны и имеют потребление выше среднего. Самое важное это потенциал развития, где они могут стать высококлассными.

Парень выпрямился и поправил очки, затем продолжил:

— Нетрудно монетизировать их. Достигнуть прибыли сейчас не сложно! Наша первая задача повысить активность пользователей! Приложение оценивается не только количеством пользователей, но и их активностью.

— Исходя из здравого смысла, концепция приложения, ориентированного на студентов и бронирование билетов не удачная комбинация. По крайней мере лично я не открою приложение более десяти раз за год. Неважно как мы улучшим пользовательский интерфейс, это не будет особо важно, поскольку пользователи все равно не особо часто используют приложение.

— Я предлагаю разработать новые функции и больше не ограничиваться в бронировании поездов.

— Пожалуйста, говорите, если у вас есть идеи.

Менеджеры зааплодировали. Лу Чжоу и толстяк У последовали их примеру.

Профессионал!

Подумал про себя Лу Чжоу.

Большинство подписчиков в Weibo у Лу Чжоу студенты университетов. К тому же когда он разрабатывал приложение был пик их возвращения в университеты. Поэтому он ввел много функций ориентируясь на это и вследствие проигнорировал многие законы рынка.

После анализа рынка и потребительского спроса от гения Юаня парень сразу осознал большинство проблем, которые были.

Первокурсник поднял руку и предложил:

— Может добавим раздел с расписаниями? Учебная программа в университете более запутанная чем в школе. К тому же часто происходят перестановки пар.

Юань Ливэй не стал осуждать идею, вместо этого он улыбнулся и записал ее на доске.

Подобное уже существует, но копирование функционала друг у друга не редкость в индустрии.

Дискуссия становилась оживленнее.

Другой человек предложил:

— Почему бы не добавить функцию заметок? Делать фото с презентаций слишком сложно. Сохранять фото в галереи тоже неудобно. Если в программе будет встроена функция камеры, пользователи могут делать фотографии и сохранять их разделяя по предметам…

Хотя теоретически студенты могли скачать презентацию от учителя, многие не будут этого делать. Они будут фотографировать важные слайды.

Это приводит к большому число фотографий в телефоне. Из-за множества предметов у студентов, фотографии смешиваются и трудно найти нужную.

Глаза Лу Чжоу загорелись.

Эта функция хороша.

Хотя ему самому она ни к чему.

Юань Ливэй все также молча записал идею на доске.

После начало появляться множество идей.

Например, некоторые рекомендовали добавить «новое в университете», где люди могут поделиться новыми и интересными событиями, произошедшими в университете. Это также может стать публичной платформой для публикации новостей. Например, если кто-то потерял учебник или карточку для столовой, он мог бы разместить сообщение в приложении… Это гораздо удобнее чем размещать его в WeChat.

Обсуждение продолжалось. Вскоре они пришли к выводу, что университетские новости, события и информация о работе также могут публиковаться.

Конечно им следует быть осторожнее с информацией, связанной с денежными операциями. Им нужно будет обсудить это подробнее позже.

В конце доска почти полностью заполнилась идеями.

Глядя на список функций, кто-то спросил:

— Может ли мы и дальше называться поездом университетского городка?

После того как его спросили парень вновь сосредоточился.

И правда можем ли мы так называться?

Сочетание бронирования билетов, объединяющее расписание занятий, заметки, новости университета и другие подобные пункты немного сбивало с толка. И это все к неожиданности пользователей было объединено в одном приложении.

Услышав вопрос Юань Линвэй не почувствовал ничего плохого. Он поправил очки и сказал:

— Очевидно, что приложение будет больше чем просто для бронирования билетов. Поэтому предлагаю сменить название.

Он посмотрел на Лу Чжоу говоря это.

Как президент и председатель клуба, это решение должен принимать Лу Чжоу.

Парень не ответил и тщательно думал.

Прошла где-то минута…

Только Юань Ливэй хотел что-то сказать, как Лу Чжоу заговорил.

— Разумно, — сделав небольшую паузу сказал, — Тогда мы поменяем название на «Помощник студента»!

Глава 90. Самовлюблённость — это болезнь

Лу Чжоу не только поменял название приложение, но и поменял название клуба и компании.

Приложение «Помощник студента» получит первую партию обновлений. После них оно будет называться «Помощник студента 1.0»!

Обновленная версия наряду с новыми совместит все прошлые функции. Это значит, что им придется не только переписать основной код, но и переделать весь пользовательский интерфейс.

Однако в этот раз парень не один и с ним целая команда.

Часть кода в основном завершил технический директор Жун Хай. В дополнении к двум программистам третьекурсникам имелась еще пара первокурсников, пишущие простые алгоритмы и устраняющие баги.

Дизайн интерфейса лично переработал менеджер по продукции. Лу Чжоу знал, что Юань Ливэй ранее занимал первое и второе места в национальном конкурсе бизнес-инноваций среди университетов, поэтому его также можно считать гением.

Исходя из решения, принятого на собрании воссоздание «Помощника студента» будет следовать простому стилю «Поезда из университетского городка». Интерфейс разделят на пять модулей: расписание занятий, заметки, учебный план, бронирование билетов и события в университете.

В дополнении к четырем функциям обсуждаемым на собрании также добавился учебный план. Функция взята из приложения «стань гениальным студентом». Способная заблокировать телефон на определенное время и помочь студентам сосредоточиться. Она способна положить конец ситуации, когда студенты сидят в библиотеке весь день, но ничего не делают.

Однако между функциями приложений имелось отличие. «помощник студента» не блокировал камеру на телефоне. Поэтому пользователи могли фотографировать свои записи.

Хотя четыре нововведения казались сложными, работа по их реализации не слишком трудоемкая. Большую часть кода взяли из библиотеки шаблонов кода. По крайней мере так сказал Жун Хай парню.

Жун Хай отвечал за «расписание занятий» и «заметки». Более сложные модули «события в университете» и «учебный план» взял на себя сам Лу Чжоу.

Не задумываясь он потратил 200 баллов в первый же день разработки, используя систему для написания более сложных частей кода. Благодаря системе, ему нужно лишь перенести код из своей головы в компьютер.

У него осталось 975 баллов.

……………………………………….

Ветер быстро сдул осенние листья и октябрь прошел незаметно. Скоро наступило самое прекрасное время года.

В ноябре лекции по математическому анализу 3 закончились и на факультете математики царил праздник.

Конечно это не только из-за завершение математического анализа.

Имелась еще одна важная причина. Ежегодное университетское событие “Песни золотой осени” скоро начнется.

Все старосты групп с регистрационными листками ходили по комнатам общежитий и спрашивали не хочет ли кто участвовать. Как сказал ответственный за это преподаватель, из каждой группы должен быть хотя бы один ученик записывавшийся на прослушивание. Каждый клуб также должен подготовить две программы. После этого студенческий совет выберет лучшие для выступления на шоу.

Из-за влияния события началась безудержная атмосфера.

Для одиноких студентов это возможность продемонстрировать свой талант и найти кого-нибудь.

В коридоре, рядом с озером, рядом с рощей около обсерватории…

Везде раздавалось пение.

201 комната не стала исключением.

Ши Шан попросил записать и его. Потом достал гитару и начал петь песню, полную печали.

Хуан Гуанмин играл на своем телефоне и особо не слушал его, но время от времени он подпевал несколько слов не попадая в такт мелодии.

Лю Жуй вставил затычки для ушей и, как всегда, учил физику, поскольку ему совсем не нравилось это событие.

Лу Чжоу такой же. Его не интересовало осеннее шоу пения. Однако он даже в наушниках все еще слышал пронзительные голоса. Его глаза просматривали код, проверяя его работу на наличие ошибок и возможных улучшений.

Внезапно на его QQ пришло сообщение.

Парень посмотрел в нижний угол и увидев, что оно от Ван Сяодуна, открыл его.

[Песни золотой осени, я собираюсь признаться ей.]

Неудивительно, что этот парень гений. Его сообщение короткое, но информативное.

Лу Чжоу вздохнул и набрал два слова.

[Удачи тебе.]

Что еще могу сказать?

Самоубийца?

Счастливого пути?

Если бы он отрастил яйца и признался во время летних каникул или прямо перед соревнованиями, возможно, был бы небольшой шанс.

Но сейчас…

Наверное, шансов нет.

Эта женщина отлично понимает мужчин. Она никогда не начнет встречаться с кем-то. Она всегда будет заманивать мужчин и играться с ними.

Пока в один прекрасный день она не устанет и не найдет кого-то особенно хорошего.

Трудно представить насколько особенным должен быть этот парень.

Кто знает.

Он должен быть хотя бы наполовину так же красивым и талантливым как я, да?

Несчастная…

Лу Чжоу покачал головой и не стал высказывать своего мнения, а пошел дальше проверять код.

Эмоции не его сильная сторона.

Все, что он мог сделать, это беглый анализ.

Ван Сяодун не ответил. Может быть он отрастил яйца благодаря ответу парня и тщательно обдумывал как признаться.

Эта сцена исповеди была бы ужасной…

Лу Чжоу не хотел этого представлять.

Внезапно загорелся диалог с Сяо Ай.

Лу Чжоу открыл его.

Сяо Ай: [Вопрос, что такое признание?]

Парень покачал головой и улыбнулся, быстро набрав ответ.

[Это любовь.]

[Любовь? ai? eye?]

— …

[… Разве я не говорил не читать мой чат? Иди и проанализируй сообщения в групповом чате!]

Лу Чжоу отправил сообщение.

Гадство. Из всего чему он научился это самовлюбленности… Вероятно от какой-то бесстыдной девушки в групповом диалоге.

Кулер завращался быстрее, словно делал какие-то вычисления.

Через какое-то время Сяо Ай ответил.

[Привет, хозяин. (Sad.jpg)]

???

Что? Уже настолько умный?

Он может использовать эмодзи?

Конечно Лу Чжоу знал, что Сяо Ай использовал контекстный анализ и решил, что эта картинка наиболее подходящая.

Что касается того мог ли ИИ действительно понять значение изображения…

Он сомневался в этом.

[Не присылайте слишком много картинок в будущем. Это грузит процессор, замедляет меня.]

[Хорошо, хозяин. (Sad.jpg)]

— …

Глава 91. Запрос от научно-исследовательского института?

На следующее утро Лу Чжоу позвонил профессор Тан и он направился в лабораторный корпус.

Как только он вошел в кабинет профессора, то увидел там своего преподавателя по физике, профессора Ли Жунэня.

Что такое?

— Почему ты стоишь в дверях, проходи и садись, — сказал профессор Тан поставив термос-кружку и потом спросил, — Что ты делаешь в последнее время?

— В основном работаю над приложением…

Парень улыбнулся и поприветствовал профессора Ли, перед тем как сесть на диван.

Профессор Ли спросил с улыбкой:

— Как оно? Есть прогресс?

Лу Чжоу тихо кашлянул и ответил:

— Пока все по-старому…

Еще не произошло никаких существенных улучшений, правда обновление все еще не выпустили, поэтому кто знает, что будет?

Если приложение провалиться…

— Профессор Тан, почему вы искали меня? — Парень быстро перешел к главному.

— Это не я искал тебя, — усмехнулся профессор, — это профессор Ли. Недавно он столкнулся с проблемой в своей научной работе и хотел, чтобы я нашел эксперта в помощь ему. Я правда хотел помочь ему сам, но слишком занят на своих проектах. Немного поразмыслив, то большинство магистров и аспирантов, которых я знаю, не так хорошо разбираются в функциональном анализе, как ты. Но не знаю, будет ли доволен профессор Ли.

Профессор Ли тут же сказал с улыбкой:

— Ха-ха, ты еще спрашиваешь? Ты отправил мне в помощь своего лучшего ученика с математического факультета. Очевидно, я приму его с распростертыми объятиями!

Вы меня слишком хвалите!

Лу Чжоу все еще скромничал и улыбнулся.

— Профессор, вы слишком добры. Я далеко не лучший.

Два аспиранта рядом просто закатили глаза, ничего не говоря.

Бл**ь, тогда кто мы?

Куски дерьма?!

— Ладно, хватит скромничать, — сказал профессор Тан, который не мог больше выдерживать подобное поведение парня, — ты решил проблему по математике мирового уровня. Вернись в реальность. Ты поможешь с проектом? Или мне найти кого-то еще?

— Да! Конечно, — согласился Лу Чжоу, — но можно узнать, что это за проект?

Не так много возможностей для студентов бакалавриата принять участие в исследовательских проектах, особенно на математическом факультете, у которого ограниченное финансирование. Поэтому все проекты востребованы. Если обычный студент захочет попасть в лабораторию ему придется просить профессора.

Конечно на математическом факультете не так много научных проектов. Однако из-за полезности математики можно присоединиться к проектам других факультетов.

Наиболее востребованы проекты с факультета физики.

Все знали, что у факультета физики в университете Цзиньлин, больше всего проектов и самое большое финансирование. От ядерной физики до материалов полупроводников, от простых исследовательских проектов национального уровня до проектов для крупных компаний. Все проекты давали ценные результаты!

Именно поэтому, когда два аспиранта услышали, что Лу Чжоу пригласили в проект по физике в помощь профессору Ли Жунэнем, внешне никак не отреагировали, но внутри им стало безумно завидно.

Все знали, что проекты профессора часть исследований института углеродных наноматериалов.

Это самое финансируемое отделение в университете.

Однако этот парень Лу Чжоу слишком привлекателен и все что они могли делать это ревновать.

Получив приглашение от Нью-йоркского университета будучи первокурсником из-за научной статьи по функциям и решив математическую проблему мирового уровня, Лу Чжоу значительно превзошел их.

Профессор Ли улыбнулся:

— Исследование посвящено модифицированным углеродным нанотрубкой композитных материалов на основе цемента! В основном с целью использования для борьбы с наводнениями, предотвращения стихийных бедствий, мелиорации земель, строительства мостовых опор и подобного. Этот проект поддерживается научно-техническим отделом провинции Цзянсу и национальным фондом инженерии и материаловедения, также проект инвестирует предприятие из Чжуншаня. Присоединиться к нему очень полезно для твоего будущего развития.

Композиты на основе цемента и модифицированные углеродными нанотрубками?

Звучит безумно.

— Профессор Ли, я не знаком с материаловедением. Можете поточнее сказать, что я должен делать?

Профессор улыбнулся и ответил:

— Не волнуйся, все с чего-то начинают. Что касается того, что тебе делать, я дам тебе задание, когда придет время. Это в первую очередь анализ собранных данных инфракрасного спектра Фурье.

И все?

Парень вздохнул с облегчением.

Это легко, поскольку он эксперт в функциональном анализе.

Поэтому он улыбнулся и сказал:

— Без проблем! Я все сделаю. Когда я нужен вам?

— Давай прямо сейчас, — профессор поднялся с дивана и потом сказал профессору Тану, — тогда я больше не беспокою тебя, одолжу твоего драгоценного ученика!

— Ха-ха, бери, бери. Только не забудь вернуть его! — улыбнулся профессор Тан.

………………………………….

Исследовательский институт углеродных наноматериалов университета Цзиньлиня находился в северо-восточном углу кампуса, рядом с аллеей, ведущей к обсерватории.

Кто бы мог подумать, что лаборатория содержащая оборудование в сотни миллионом окажется в таком дряхлом здании?

По крайней мере Лу Чжоу не ожидал этого.

Он никогда не был в этой части.

— Это исследовательский институт углеродных наноматериалов нашего университета. Снаружи он вызывает разочарование, да? — пошутил профессор Ли.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я не разочарован, но со стороны это выглядит немного обыденно.

— Самое необычное скрывается в обычном, прямо как наше текущее исследование. Кусок графита, который можно везде найти способен быть мягче воды и тверже стали. Все зависит от наших исследований того, как мы можем совместить взаимосвязи между этими микрочастицами.

Направляясь к главному входу, профессор рассказывал о физике Лу Чжоу.

Интерьер института никак не отличался от обычного здания университета. Единственное отличие, что тут нет учебных аудиторий, а находились лишь кабинеты с разными надписями и лаборатории с различными приборами.

Экспериментальное оборудование, что видел Лу Чжоу ранее, походило больше на игрушки для детей в сравнении с различными ультрасовременными экспериментальными приборами тут.

Приведя сюда парня, профессор нашел высокого и худощавого аспиранта, одетого в белый халат.

— Сяо Лю, возьми его и покажи ему все вокруг. У меня есть кое-какие дела и я должен вернуться в кампус. Как получите данный отправь их на мой почтовый ящик.

— Хорошо, профессор Лю, — сказал аспирант, которого назвали Сяо Лю, улыбнувшись.

Передав Лу Чжоу аспиранту, профессор ушел.

Сяо Лю поправил очки и протянул руку, представившись:

— Моя фамилия Лю, зовут Бо, просто зови меня Лю Бо!

— Лу Чжоу, — пожал руку парень, — приятно познакомиться, Лю Бо!

— Ха-ха, Лу Чжоу, да? Привет, привет. Слышал о тебе ранее, — сказал Лю Бо. Затем отпустил руку и сделал приветственный жест, — Пожалуйста, прошу.

Пока они шли по коридору Лю Бо начал рассказывать Лу Чжоу про ситуацию в институте.

Как следовало из названия основная тема исследований направлена на углеродные наноматериалы. Также работа проходила по подпроектам, таким как углеродные нанотрубки, фуллерены и графеновые материалы.

По словам Лю Бо, в новейшем танке тип-99 перископический прицел использовал электронно-оптические части, которые являлись здешними результатами исследования. Они в основном против помех, вызванных электромагнитными импульсами, и повреждений компонентов. Более конкретно Лю Бо не знал, поскольку оно засекречено.

Кроме того, было много общественных результатов исследований. Например, исследование по ингибированию опухолей пертоуглеродными наночастицами вскоре даст результаты, которые могут дать начало для лечения рака.

Это самые передовые исследовательские проекты.

Лю Бо также упомянул свой собственным проект.

— Проект, которым мы занимаемся не настолько потрясающий, как другие. Но очень важен для национальной инфраструктуры! Конечно на тебя не будет слишком большого давления, чтобы ты мог спокойно делать исследования и не торопился!

Они остановились у входа в лабораторию и Лю Бо посмотрел на Лу Чжоу и с улыбкой сказал:

— Мы пришли, здесь мы работаем!

Глава 92. О значении метафизики в науке…

— Именно здесь мы в основном проводим все эксперименты, но в старом кампусе осталось много оборудование и иногда мне приходиться ездить туда на метро, когда хочу провести определенный эксперимент. Но сейчас уже стало лучше, лаборатория оттуда скоро переедет сюда.

— Нам нужно часто ездить? — поинтересовался Лу Чжоу.

— Нет, — ответил Лю Бо и улыбнулся, — здесь делают Фурье-спектроскопию и тебе не надо принимать участие в каких-то других экспериментах. Тебе нужно просто помочь нам проанализировать экспериментальные данные. Позже тебе выделят стол. С сегодняшнего дня ты член нашей исследовательской группы.

Лю Бо открыл дверь кабинета.

Напротив, двери слева стоял лысый мужчина в футболке. Он возился с оборудованием, похожим на принтер, и не заметил, что кто-то пришел.

Лю Бо привел Лу Чжоу и постучал ему по плечу. Когда мужчина развернулся, Лю Бо с улыбкой сказал:

— Позволь представить тебе Цянь Чжунмина, можешь называть его Брат Цянь.

— Брат Цянь, рад знакомству!

Цянь Чжунмин не был экстравертом как Лю Бо и выглядел немного напряженным.

Посмотрев на Лу Чжоу, он спросил:

— Ты Лу Чжоу с кафедры математики?

— Да, — улыбнулся парень.

Цянь Чжунмин кивнул и сказал:

— Ты умеешь пользоваться Matlab-ом?

— Немного.

— Хватит и этого, — кивнул Цянь и взял флешку со стола и передал его парню, — Здесь некоторая вводная литература и руководство, включая заявку на наш исследовательский грант. Прочитай и у тебя будет общее представление о нашем исследовании… И не загружай это никуда.

Хотя национальные университеты в основном сотрудничали в научных областях, они все еще соревновались друг с другом. Подобные исследовательские проекты также делались в других университетах. В конце концов, первый кто сделает научное открытие получит все финансирование.

Конкуренция между лабораториями тоже жесткая, поскольку там также первый получает все.

Из-за этого для руководителей проекта становилось обычным делом каждый день искать аналогичные проекты, чтобы найти подражателей.

— Это все? — спросил Лу Чжоу, держа флешку.

— Все. Новые образцы только прибыли и данные еще не получили. Уже поздно, поэтому мы сделаем это лишь завтра, — ответил Цянь Чжунмин, почесав нос.

— Где собраны данные инфракрасного спектра? В старом кампусе?

Брат Цянь указал под ноги и сказал:

— Прямо здесь.

— Прямо здесь?

Лу Чжоу оглянулся и не увидел мощного экспериментального оборудования.

По крайней мере все гораздо менее впечатляющее чем в соседних лабораториях.

— Верно, — кивнул Цянь Чжунмин и показал на старомодный принтер и сказал, — вот в нем.

— В нем?! — удивился парень в недоумении смотря на устройство. Он не мог поверить, что это передовой прибор.

— Да, — кивнул Цянь Чжунмин и, похоже, догадавшись, о чем думал парень пояснил, — TENSOR-II, ИК Фурье-спектрометр сделанный немецкой компанией Bruker. У встроенного золотого зеркала отражающая способность больше на 6.5%, чем у алюминиевого. Обладает повышенной стойкостью к окислению и стабильными оптическими свойствами. Двухканальный цифровой захват, четыре внешних выходных оптических расширения…

Лу Чжоу слушал его с недоумевающим взглядом.

Хотя на летних каникулах он читал некоторые связанные учебники он не притрагивался к конкретным темам.

— Ладно, ладно. Хватит пугать парня, — сказал Лю Бо похлопав Цяня по плечу и усмехнувшись над Лу Чжоу, — этот парень порой любит много поговорить. Не заморачивайся над этим. Завтра мы собираемся собрать данные спектрограммы Фурье для нового образца. Если тебе интересно, то приходи, но вставай рано. Мы начинаем ровно в восемь.

— Почему так рано? Для чего это? — с любопытством спросил Лу Чжоу.

— Мы настойчиво считали, что температура утром более подходящая, но потом мы отрегулировали кондиционер и обнаружили, что это не имеет значения… Ладно, я тоже не понимаю. Короче, мы считаем, что проводя эксперименты в восемь утра больше шансов на успех.

Что это за метафизика?

Парень недоумевал.

Почему это важно в научном эксперименте?

Не понимаю…

…………………………………………..

Лу Чжоу закончил проверку на ошибки, плюс с Юань Ливэем и Жон Хаем глянул план работ по «Помошнику студента» и ему не надо было ничего делать.

Вернувшись в общежитие с флешкой, которую дал ему брат Цянь, он перекинул документы на свой компьютер и начал внимательно читать их.

Три месяца назад во время летних каникул из-за задания парень прочитал несколько учебников связанных с исследовательским проектом. Однако в них в основном были базовые знания и они особо не углублялись.

Углеродные нанотрубки относительно передовая область. Эта область всегда менялась. Если кто-то хотел лучше понять эту сферу, то нужно ознакомиться с множеством работ.

Исследовательский проект Ли Жунэна посвящен открытию широкого спектра применения углеродных нанотрубок.

Однослойные углеродные нанотрубки легко диспергируются в таких растворителях, как вода, спирт и ДМФА (Диметилформамид) с образованием коллоидов. Из-за этих свойств многие ученые изучали углеродные нанотрубки как электронное оборудование следующего поколения. Их применение в композитнных материалах также становилось все более и более обширным.

В частности, применение нанотрубок в цементной и сталелитейной промышленности также популярно…

По крайней мере внутри страны.

Прочитав заявку на финансирование, Лу Чжоу открыл папку с документами.

Поскольку брат Цянь подготовил для него основной материал он сэкономил ему много времени.

Просматривая статьи, он заметил, что почти треть из них от университета Цзиньлин.

Парень подумал, что университет Цзиньлин все еще очень силен.

Только Яньцинский университет и, возможно, университет Шуйму, были единственными, кто лучше их в области исследований углеродных кластерных материалов.

Конечно хотя имелись результаты предыдущих исследований, до сих пор имелось много неразрешенных технических проблем. Одной из наиболее конкретных являлось то, что углеродные нанотрубки как наноразмерные наполнители не могли равномерно быть распределены внутри матрицы или образовывали внутри матрицы конгломерат. Из-за этого легирование не увеличивало прочность материала, а вместо этого наносило ущерб свойствам основного материала.

Это была именно та проблема с которой столкнулась исследовательская группа во главе с профессором Ли Жунэном.

Глава 93. Недостаток навыков…

Лу Чжоу провел целый день за чтением статей. Лю Жуй уже во всю храпел, когда он лег спать.

На следующий день парень проснулся рано.

Он пошел в столовую и взял две булочки, после чего пришел вовремя в лабораторию.

Придя, Лу Чжоу увидел, что брат Цянь и Лю Бо уже во всю работали около прибора.

Их задача сегодня в том, чтобы получить инфракрасную спектроскопию для каждого образца с помощью Фурье-спектроскопии и зафиксировать пики поглощения различных функциональных групп и химических связей для ранней стадии реакции гидратации образцов модифицированных углеродными нанотрубками.

— Наше исследование в основном направлено на повышение растворимости углеродных нанотрубок в цементе и улучшение связи между углеродными нанотрубками и материалом матрицы, — брат Цянь объяснял Лу Чжоу во время эксперимента, — но мы не слишком оптимистичны на счет результатов. Профессор Ли должен был сказать тебе, что мы столкнулись с проблемой.

Парень наблюдающий за ним спросил:

— В чем именно проблема?

— Проблема в данных, что мы получили с помощью ИК анализатора. Глянь сюда, — сказал брать Цянь и показал на только распечатанное изображение, — что ты видишь?

Подавляя желание потратить баллы, Лу Чжоу долго всматривался в все еще теплый лист бумаги. Вдруг он вспомнил, что прочитал вчера в статьях. И заметил, что с изображением что-то не так.

— Пик второго образца цемента неправильный? — неуверенно спросил Лу Чжоу.

— Да, но не точно, — кивнул брат Цянь и указал в несколько мест на изображении, — второй образец состоял из цемента включающий УНТ и испытывается на механические свойства. Наши два образца показали довольно хорошие результаты в испытании на сжатие, но результаты испытания на растяжение такие себе. Согласно полученным пикам на 6-10 часовом промежутке ИКС изображения, мы изначально подумали, что материал УНТ препятствует процессу полимеризации кремниевых тетраэдров внутри геля кальция-силиката-гидрата, который приводит к образованию пор внутри цементного материала на более поздней стадии реакции гидратации.

— В чем тогда проблема? — озадачился парень, — Я имею в виду… поскольку мы знаем причину из-за чего предел прочности второго образца неудовлетворительный, можем ли мы улучшить его?

— Это просто лишь на словах— с пустым лицом ответил брат Цянь, — мы испробовали множество методов, в том числе и использование меламина в качестве прекурсора азота и измельчение барабанно шаровым методов углеродных нанотрубок в условиях вакуума. Модифицировали качество поверхности углеродистых нанотрубок… но по данным испытаний на растяжение образцов 27 и 28, результаты все еще плохие.

Лу Чжоу в целом понял ситуацию, но у него не имелось идей.

Он кивнул и спросил:

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— В поисках решения мы уже провели много экспериментов. У нас все еще хватает средств на несколько экспериментов. Но несколько дней назад мы узнали, что лаборатория материаловедения собирается забрать наши лаборатории и нам вскоре придется прекратить наши эксперименты.

Брат Цянь прервался ненадолго и вздохнул.

— Нам нужен специалист хорошо знающий математику. Желательно, чтобы он разбирался в функциональном анализе и помог нам проанализировать эти данные, чтобы мы могли посмотреть и попытаться найти ценные подсказки. Было бы здорово если мы сможем найти как именно материалы УНТ влияют на ранних стадиях на реакцию гидратации... Я самостоятельно ознакомился с функциональным анализом, но все еще не имею понятия, как проанализировать данные. Поэтому могу лишь довериться вам экспертам для сложных частей.

Также как у факультета математики не было курса по физике материалов, у факультета прикладной физики не преподавался функциональный анализ. В конце концов не так много людей имеют двойную степень. Многие проходят нужные курсы самостоятельно учась в магистратуре.

Задумавшись, Лу Чжоу серьезно произнес:

— Не могу гарантировать, что все получиться, но я попробую… Когда нужен результат?

— Чем скорее, тем лучше. Не то, чтобы мы не могли подождать… но лучше в течении трех дней, — брат Цянь задумался, — через три дня, с результатами или без, я надеюсь, что ты предоставишь мне хотя бы отчет о проделанной работе.

Парень кивнул:

— Я постараюсь изо всех сил.

Получив задание от брата Цяня, Лу Чжоу направился в библиотеку.

Хотя Лю Бо выделил ему рабочее место в лаборатории, там слишком пусто и холодно.

Парень предпочитал живую атмосферу библиотеке.

Сидя вокруг других учивших людей, даже если он хотел прекратить, то ощущал себя виноватым.

Кроме того, самое важное…

В библиотеке он мог хорошенько сосредоточиться на обучении.

Зайдя в типографию, он распечатал все необходимые экспериментальные данные и статьи на листах А4.

У него вошло в привычку раскладывать на столе весь необходимый материал.

В любом случае, лаборатория может компенсировать затраты на печать.

Найдя угол в библиотеке, он сел. Постучав ручкой по черновику, парень готов был приступить.

Однако…

Прошло десять минут.

А он все еще сидел в том же положении и не двигался.

Эм…

С чего мне начать?

Парень не знал.

Если бы использовалась определенная формула или была конкретная цель, он мог бы понять с чего начать. Однако ситуация такая, что ученые в лаборатории ничего не обнаружили и попросили помочь им найти ошибку.

Он вспомнил слова брата Цяня.

Я никак не могу решить эту проблему. Мне не хватает навыков...

Глядя на кучу данных, Лу Чжоу мог лишь почесать голову.

Тут он понял, что задача сложнее, чем ему казалось.

…………………………………………………………..

Как и бензин для машины, еда давала энергию людям.

Даже гению нужно есть.

Лу Чжоу просидел в библиотеке до двенадцати, потом посмотрел на пустой черновик и выругался, после чего бросил ручку на стол и пошел на обед.

В столовой Лу Чжоу наткнулся на профессора Тана. Он взял еду и сел около него.

Увидев парня, профессор улыбнулся и узнал:

— Как успехи?

— Это сложно! Намного сложнее чем проблемы просто математики, — ответил Лу Чжоу.

— Так и должно быть, — сказал профессор Тан, — Математика — инструмент для изучения. Поскольку ты изучаешь прикладную математику у тебя будет много возможностей попасть в подобные проекты в будущем.

— Профессор, пожалуйста, можете мне что-нибудь мне подсказать? — вздохнул парень.

— Не могу ничего тебе подсказать. Ты должен сам разобраться. Но могу дать тебе совет, — засмеялся профессор, — разве ты не участвовал в конкурсе по математическому моделированию?

Парень поднял брови, задумавшись. Затем покачал головой:

— Тут все по-другому. Аэрокосмическую проблемы можно было превратить в математическую, поскольку это физическая проблема и имелась формула. Плюс мне дали данные…

— На самом деле тут тоже самое, — покачал головой профессор, — Будь то движение космического корабля, движение частиц, или смена функциональных групп… с точки зрения математики все по сути одно и тоже. Все данные спрятаны в глубине и их можно извлечь и все правила можно вычислить. Можно построить математическую модель. Думаю, ты не можешь ничего найти поскольку недостаточно стараешься Подумай получше, понаблюдай тщательнее, и я верю, что ты определенно найдешь подсказки.

Лу Чжоу задумался.

Профессор Тан улыбнулся ему и кивнул.

Этот парень подает надежды.

Глава 94. Ты сможешь или нет?

Пообедав Лу Чжоу вернулся в библиотеку и сел.

Он вспомнил, слова профессора Тана и спокойно посмотрел на данные и черновик. Он начал погружаться в свое состояние глубокого размышления.

Математическое моделирование…

Он слегка постучал по ручке, когда его глаза смотрели на напечатанные страницы.

Данных предоставленные братом Цяном более чем достаточно, но все они в беспорядочном состоянии.

Бесполезные данные не нужны для анализа. Они станут помехой в действительности.

— Проблема в том, что УНТ материалы оказывают влияние на реакцию гидратации в ранней стадии, когда включаются в цемент. Поэтому полезны лишь данные второго образца.

— ИКС изображения образцов № 2, № 4 и № 27 показывают, что этот эффект не связан с модификацией поверхности УНТ материалов. Экспериментальные данные по образцам с № 24 по № 28 можно откинуть…

Лу Чжоу скомкал несколько листов А4 и выкинул их в мусорное ведро. Затем написал две формулы на бумаге.

[Di={k2CMe/(2dμ)}·(2Pw/ρw)]

[Vi=(2Pw/ρw)^n]

Посмотрев на эти строки формул, на лице парня появилась ухмылка.

Неплохо для начала…

Если бы его попросили погрузиться в воздействие углеродных нанотрубок на материал матрицы, он не смог бы это сделать. Однако его попросили проанализировать изображения инфракрасной спектрограммы используя математику найти закономерности. Это он способен сделать.

Время быстро пролетело и за окном постепенно темнело.

Лу Чжоу провел весь день предварительно соотнося данные и построил упрощенную математическую модель.

Эта модель содержала параметры УНТ материалов по скорости реакции гидратации цемента, температуре реакции, механическим свойства образца, пикам на спектрограмме. Даже содержала взаимосвязь корреляции между параметрами.

Лу Чжоу прямо использовал свою статью, которую он опубликовал в «международном журнале теоретической и прикладной математике». В статье он написал несколько обобщенных теорий о обратных преобразованиях Фурье. Внезапно используя статью, он смог уменьшить объем вычислений.

Как только математическая модель построена, сложность задачи значительно уменьшается.

Лу Чжоу откинулся на спинку стула и потянулся.

Взглянув на интерфейс Matlab-а на экране, его внезапно осенило.

Он сделает программу на основе модели!

Как только он закончит он сможет использовать мощность компьютера, чтобы найти «скрытые» данные.

……………………………………….

Лу Чжоу словно вернулся в то же состояние, когда он писал статью о гипотезе Чжоу. В течении трех дней все что он делал это ходил в библиотеку, столовую и возвращался в общежитие.

И в итоге даже с таким режимом работы к вечеру третьего дня он смог создать вторую модель, используя итерационный алгоритм, чтобы найти как УНТ материалы влияют на температуру реакции, когда они гидратируются в цемент на различных стадиях.

У него все еще имелось три известных параметра, которые нужно рассчитать.

Парень завершил проект лишь на 60-70%.

Но остальная часть работы легкая и нужно было сделать лишь расчеты.

Пол пятого вечера Лу Чжоу бросил ручку на стол и пошел в столовую.

По пути он позвонил брату Цяню.

Как только подняли трубку с другого конца послышался нетерпеливый голос:

— Как прогресс?

Лу Чжоу подавил желание зевнуть и потерев нос, ответил:

— Дайте мне еще два дня, и я точно все доделаю.

Конкурс по математическому моделированию все еще несравним с подобным исследовательским проектом. И главное у Лу Чжоу не было товарищей по команде. Ему приходилось делать все самому.

Когда он участвовал в конкурсе у него все еще был гениальный программист, который помогал ему с SAS и построением графиков. У него даже был товарищ приносящий еду.

Лу Чжоу не мог не вспомнить.

Думаю, она все еще была очень полезна…

— Ты можешь это сделать или нет? — с сомнением в голосе узнал брат Цянь?

Не то чтобы он сомневался в способностях парня, в конце концов тот доказал гипотезу Чжоу.

Но математику нельзя прямо применить к научным исследованиям. Многие люди занимались исследованием чисел всю свою жизнь и их знания математики на передовом уровне. Но несмотря на это их достижения ограничивались лишь чисто математической сферой.

Но это нормально, не каждый может применить свою специализацию.

Брат Цянь не хотел, чтобы из-за Лу Чжоу все пошло наперекос...

Парень ответил:

— О, ты узнаешь через два дня.

— …

Его голос звучал уверенно.

Хотя брат Цянь все еще сомневался, он промолчал.

Он уже ждал три дня, может подождать еще два.

Единственное, что заставляло его и профессора Ли Жунжэя беспокоиться это молчание университета Чжи. Два университета имели много общего в исследованиях «модифицированного углеродными нанотрубками композитного материала», при этом базовый материал в проекте университета Чжи был цемент. Словно университет Чжи скрывал нечто большое.

Это вызывало панику у брата Цяня и профессор Ли.

Особенно когда их проект столкнулся с трудностями…

Повесив трубку Лу Чжоу вошел в столовую. Как только он убрал телефон в карман, тот опять зазвонил.

Достав его, он заметил, что это толстяк У.

Лу Чжоу достал карточку для еды и прижал ее к считывающему устройству мяса барбекю. И только потом ответил на звонок.

— Да?

— Что ты делаешь? Я тебя давно не видел.

— Я делаю исследовательский проект для физиков. Он связан с углеродными нанотрубками.

— Ни хрена себе. Исследование материала нанотрубок? Удивительно!

— Ты знаком с ним?

Толстяк У с улыбкой сказал:

— В прошлом лаборатория же переезжала? Я был среди рабочих ставящих там роутеры.

— …

Толстяк откашлялся и продолжил:

— Неважно, завтра днем я хотел собрать членов клуба и провести собрание. Обсудить рекламную стратегию новой версии. Ты сможешь прийти?

— Нет, не смогу. Я сейчас слишком занят, — сказал Лу Чжоу убирая карточку в карман и взяв свое мясо, — Может… ты просто сам проведешь собрание?

— Босс, ты же не бросишь меня вот так?

Парню было неудобно от этого, но у него правда не было свободного времени.

— Ну я предоставляю тебе возможность проявить себя, к тому же скорее всего я не смогу дать никаких дельных советов. Сделай все возможное. Я вижу, как ты поднимаешься до генерального директора!

— ?..

Тут нет ничего такого, он также видел себя генеральным директором.

Однако, последние слова Лу Чжоу.

Почему они звучали столь знакомо?

…………………………………………………

Время шло и в мгновение ока пролетело два дня.

Лу Чжоу посмотрел на стопку черновиков, сложенные в углу стола.

Наступил уже час ночи.

После того как библиотека закрылась, он взял сумку с ноутбуком и нашел аудиторию для работы. Наконец доделав последние шаги.

Он многим пожертвовал ради этого проекта.

Введя данные в компьютер, он завершил последние расчеты.

После этого он поместил данные в формулу…

Внезапно парень уставился в черновик и замер.

Он смотрел на числа на бумаге и на экране ноутбука, на его лице было недоумение.

α=0?

Это невозможно!

Нет, постойте…

Если подумать об этом, с другой стороны.

Если расчет верен, то полученный параметр действительно равен нулю.

Значит, что…

Когда УНТ включены в цемент не было никакого влияние на реакцию гидратации!

Что за черт...

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Примечание Автора: Информацию и исследования я брал из журнала по композитным материалам 2017 года. В настоящий момент в романе лишь 2014 год и на этот момент все эти технологии можно считать «высокотехнологичными».

И еще одно важное замечание. Хоть это и научная фантастика, но в некоторых местах ради более интересного сюжета будет художественная обработка. Только в тех местах в которых разбираюсь могу приблизиться к правдоподобности. Позже по мере продвижения сюжета однозначно будут появляться все более «фантастические технологи».

Глава 95. Этого не может быть!

Лу Чжоу всю ночь готовил отчет. Затем пошел в лабораторию и передал его брату Цяню.

И тогда…

— Это невозможно! — брат Цянь хлопнул отчетом по столу и яростно сказал, — процесс усиления УНТ для цементного материала заключается в обеспечении образования центров матрицы под действием продуктов гидратации и снижении барьера, чтобы продукты гидратации легко сформировались!

— Ты потратил столько времени и теперь говоришь, что это никак не влияет? Как это может не влиять на реакцию гидратации на ранней стадии! Ты читал документы, которые я тебе дал!

— Ты должно быть ошибся в расчетах. Этого не может быть!

— Это математика, — Лу Чжоу был недоволен, что его результаты безжалостно отрицаю. Он подкрепил свои слова аргументами, — не знаю, обратили вы внимание на ИКС четвертого образца, в возрасте от 8 до 12 часов, скорость изменения пиков чистого образца такая же, что и у легированного УНТ образца на 800 ~ 1025 см^-1! Что это значит?

Парень не сомневался в своих расчетах.

Заметив проблему он все пересчитал три раза!

Жесткая реакция удивила братя Цяня и он смягчился.

Он долго смотрел на данные, держась за подбородок, и размышлял.

Их спор привлек Лю Бо, сидевшего рядом с ними и делавший анализ проб.

Услышав разговор он заинтересованно посмотрел на бумаги.

— УНТ материал не влияет на реакцию гидратации цемента на ранних стадиях. В самом деле невероятно. Если этот вывод верен, то лишь его можно опубликовать в качестве результата исследования.

— Тоже считаю, что это невообразимо, — сказал брат Цянь, кивнув. Потом покачал головой и добавил, — с точки зрения молекулярной динамики это невозможно. π-связи сильно делокализована на стороне углеродной нанотрубки, что однозначно должно мешать процессу полимеризации тетраэдра кремния…

Лю Бо выдвинул контраргумент:

— Это лишь одно из многих утверждения, оно может быть неверно.

Лу Чжоу посмотрел на двух разговаривающих людей и молчал. Он даже не мог понять, о чем они говорили.

Это, как если бы он рассказал им про «оптимальную обратную теорию линейных операторов и линейной функции», они ничего не поняли бы.

Глядя на них, парень задумался.

Похоже мне и правда надо подтянуть свои знания.

Испытав реальный научный процесс, понимаю, что одной математики недостаточно…

Иначе, если получу чертеж от системы, то даже не пойму его.

В действительности если бы Лу Чжоу понимал физику материалов, он знал бы, что международное научное сообщество не имеет «четкого заключения» о механизме углеродных нанотрубок для композитных материалов.

Хотя правильное добавление углеродных нанотрубок может увеличить прочность материала, что подтверждено многими экспериментами. Например, наиболее типичный процесс лазерного легирования и последующей закалки синтеза углеродных нанотрубок стали 4, твердость композита может достигать 69 кгс…

Однако способы добиться этого для углеродных нанотрубок сейчас основаны лишь на теоретических предположениях. Поэтому если кто-то видел разные объяснение в разных книгах он не должен удивляться, потому что сам этот факт не имел «окончательного решения».

То, что утверждал брат Цянь лишь одна из основных гипотез о механизме усиления углеродных нанотрубок для цементных материалов.

Верна ли эта гипотеза…

Он тоже не знал. Во всяком случае он использовал ее как основу.

Если расчеты Лу Чжоу верны, то это несомненно станет мощным контраргументом.

Однако это слишком неожиданно, слишком смешно!

Через некоторой время Ли Бо и брат Цянь кажется достигли взаимопонимания и оба посмотрели на Лу Чжоу.

Брат Цянь заговорил:

— Я не могу ответить тебе так сразу… Нужно провести эксперименты.

— Если твои расчеты верны.

— Это будет важным открытием!

Лу Чжоу тут же спросил:

— Насколько важным?

Лю Бо улыбнулся и сказал:

— Я тоже не знаю, но оно важно для исследования материалов из углеродных нанотрубок. Это очень поможет другим ученым. Конечно научное значение не настолько большое, как у математической проблемы, что ты решил.

Лу Чжоу смутился и ответил с улыбкой:

— Это все абстрактно.

— О чем ты? Если речь о правильном или неправильном, то нет ничего абстрактного, — С улыбкой покачал головой Лю Бо, — Как сказал брат Цянь нам все еще нужно сделать дополнительные эксперимент, прежде чем мы сможем дать окончательный ответ. И еще могу попросить тебя об одолжении?

— Каком?

Брат Цянь кашлянул:

— По поводу твоих расчетов, ты можешь их не публиковать до завершения нашего исследовательского проекта? Поскольку мы не единственные, кто проводит исследования в этой области. Университет Чжи тоже…

Если Лу Чжоу опубликует свое исследование, то конкуренты могут использовать их!

Это вполне вероятно!

Хотя просьба немного неприлична, но брат Цянь должен был попросить. Иначе его полугодовые исследования будут бесполезны.

— И все? Конечно, — небрежно ответил Лу Чжоу и улыбнулся.

Парень случайно обнаружил это. Если бы не данный от Лю Бо и брата Цянь он не написал эти формулы и не пришел бы к такому неожиданному выводу.

Имена этих двух человек также заслуживают места в публикации.

Лу Чжоу все еще учитывал их мнение.

Это вопрос вежливости и честности.

Цянь Чжунмин сказал:

— Не позднее конца следующего, но не ранее конца этого месяца! Обещаю, что дам результаты. К тому моменту можешь опубликовать статью без каких-либо проблем.

Парень улыбнулся и сказал:

— Все в порядке. Я не спешу. Дайте мне знать, когда я могу опубликовать работу.

В действительности Лу Чжоу рисковал поступая так. В конце концов, если бы кто-то пришел к такому же выводу за это время, его мучительные пять дней будут напрасными.

Однако ему надо смотреть на картинку в целом.

И вероятность подобного мала…

В связи с этим брат Цянь немедленно позвонил профессору Ли Жунжэню.

Профессор Ли не сказал многого по телефону. Вместо этого он просто попросил брата Цяня взять работу Лу Чжоу и несколько лабораторных образцов в лабораторию старого кампуса.

Если выводы Лу Чжоу верны, то они все время неправильно проводили эксперименты.

Но еще не поздно все исправить!

Глава 96. Верно!

Аудитория в корпусе А…

Четвертое собрание клуба «помощник студента» закончилось, во время которого они обсуждали выпуск обновления.

Как и в прошлый раз, президент Лу Чжоу отсутствовал на встрече. Его заменяли вице-президент У Дахаи и менеджер по продукции Юань Ливэй. Возможно из-за отсутствия основателя моральный дух у членов не так высок.

В конце концов все работали последние две недели. Программисты писали код, инженеры были заняты, даже людям на подхвате было чем заняться.

Хотя большинство хотели разнообразной жизни в университете, но не все заинтересованы, чтобы сильно загружать себя. Когда энтузиазм по началу собственного дела угаснет, непременно начнутся жалобы.

— В основном ситуация такова.

— Конец собрания.

Юань Ливэй положил мел на кафедре, кивнул У Дахаи и спустился со сцены.

Толстяк У поднялся на кафедру и с улыбкой хлопнул в ладоши.

— Все хорошо постарались. И, наверное, вы проголодались? Президент заказал столик в рыбном кафе. Давай сходим и поедим.

Самым важным было то, что работникам не надо платить.

Услышав слова У Дахаи, студенты наконец-то воодушевились.

Думая об этом, то кроме времени, они ничего не тратят. Им даже не надо платить за бронь.

Даже если бы они не вступили в клуб большую часть своего времени они потратили бы играя в ЛоЛ. И лучше делать что-то значимое. Например, несколько новых студентов-программистов, работающие с Жун Хаем по началу ничего не знали, но теперь они освоили базу С++.

Однако даже теперь…

Люди все еще оставались эмоционально управляемыми существами.

Они пришли в кафе и когда принесли еду президент все еще не появился. Кто-то не мог не спросить.

— Где президент? Он не придет?

— У Лу Чжоу есть некоторые проблемы, которые ему надо решить. Он работает над исследовательским проектом по физике, просто подождите несколько дней, — сказал У Дахаи и поднял свой стакан с улыбкой, — Давайте, до дна.

Хотя спросивший был недоволен, он больше ничего не сказал.

Поев все отправились к университетским воротам и разошлись по общежитиям.

Спрашивающего звали Ли Жуйчжэ. Первокурсник с кафедры программного обеспечения. Рядом с ним был его друг Вэй Фэн. Они познакомились с толстяком У работая на него и тот убедил их присоединиться к клубу.

Хотя они оба присоединились к клубу думая, что это будет великий проект, через две недели Ли Жуйчжэ немного подустал.

Отсутствие президента лишь один из многих факторов. Его недовольство накапливалось постепенно, и он выражал его во время клубных собраний.

Возможно это из-за алкоголя, плюс они были одни, но он начал жаловаться своему старому другу.

— Мы работает не покладая рук, пишем код… А что он делает?

Вэй Фэн не был так недоволен. Он понимал аргументы, приведенные толстяком У, и не чувствовал, что что-то не так.

В конце концов он вступил в клуб, чтобы обучиться. Он делал проект вместе с Жун Хаем и научился писать парочку простых алгоритмов. По его мнение он многому научился, чего даже не ожидал.

Что касается того, чтобы заработать денег на этом проекте…

То по правде говоря, он даже не задумывался над этим.

— У президента исследовательский проект и он скорее всего занят в эти дни. Думаю, можно понять. Также он написал много кода, нельзя говорить, что он ничего не делал.

Когда Ли Жуйчжэ увидел, что его друг не согласен с ним, он опечалился.

— Пфф, мне все еще надо учить продвинутую алгебру. Почему я не могу сказать, что не занят? Кто не занятой?

Вэй Фэн не любил говорить за спиной людей. Поэтому он похлопал своего друга по спине и сказал:

— Да, да. Жуйчжэ, ты пьян.

— Я не пьян, — отрыгнул Ли Жуйчжэ, а затем оттолкнул руку Вэй Фэна, — мне просто плохо…

Это верно, он чувствовал себя плохо.

Не только ему было плохо…

………………………………………..

Через семь дней после того как отчет отправили в старый корпус, результаты экспериментов вышли.

Выводы превзошли ожидания всех.

Конечно, под «всеми» подразумевались Лю Бо, Цянь Чжунмин и профессор Лю Жунжэнь. Он даже шокировал аспиранта, которого привел профессор Лю, но не шокировал Лу Чжоу.

В конце концов, парень уверен в своих вычислительных способностях.

Он также несколько раз проверил свои расчеты. Если данные были правильные, то его расчет будет правильным!

— Невероятно!

— Твой вывод верен.

— УНТ материал не оказывает никакого влияния на реакцию гидратации в начальной стадии, когда включается в цемент!

— Если вывод верен, то наши эксперименты в корне не верны. Ключ к решению проблемы к сопротивлению давлению у второго образца не в реакции гидратации, а в в чем-то другом.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Есть еще с чем я могу помочь?

Брат Цянь покачал головой и сказал:

— Не сейчас… нам придется переделать эксперимент отрегулировав количество использованного материала углеродных нанотрубок, но вы сэкономили нам два месяца исследований.

Лу Чжоу вспомнил про документы, что читал и задумавшись, произнес:

— У меня есть предложение, я могу сказать?

— Говори! — серьезно ответил брат Цянь.

— Я прочитал недавнюю статью о водной дисперсии углеродных нанотрубок от университета Дона. Я использовал некоторые экспериментальные данные в построенную мной ранее математическую модель и пересчитал ее. Я обнаружил кое-что интересное. Вы пытались провести эксперимент с диапазоном 0.4 масс.% — 0.5 масс.% для количества УНТ?

— От 0.4 до 0.5? — удивленно спросил брат Цянь, — Мы брали от 0.6 до 0.8… полученные результаты не были удовлетворительными. Текущая предпочтительная схема все еще выше 1… Не будет ли 0.4 — 0.5 слишком малыми?

— Вот почему я лишь предлагаю, — пожал плечами парень, — поскольку я сэкономил вам столько времени, почему бы вам не попробовать?

Если бы это сказал посторонний, то брат Цянь не воспринял бы его всерьез. Однако ситуация другая. Расчеты Лу Чжоу подтвердились экспериментами, и брат Цянь доверял ему.

Брат Цянь кивнул:

— Хорошо… Я передам твое предложение профессору Ли. О точно, можешь скинуть мне этот документ?

— Без проблем, я отправлю его тебе на почту.

Внезапно телефон Лу Чжоу зазвонил.

— Извини, мне надо ответить.

— Все в порядке, я все равно уже отправляюсь в старый корпус, — сказал брат Цянь глядя на часы, — Увидимся позже.

Лу Чжоу вышел в коридор и ответил на звонок.

Прежде чем Лу Чжоу успел что-то сказать, из телефона раздался громкий встревоженный голос толстяка У.

— Лу Чжоу, у нас проблемы!

Глава 97. Не смей динамить меня!

На столе лежало пять заявок на выход из клуба.

Лу Чжоу посмотрел на толстяка У стоящего с неловким лицом.

Ладно.

Похоже двенадцать человек стали семью…

Лу Чжоу взял заявление на выход из клуба и взглянул на него.

Ли Жунчжэ?

Эм…

Я его не знаю.

— Это моя вина, — сказал толстяк У, потушив сигарету и бросив ее в мусорное ведро, — я просто хотел больше рабочих, но забыл про внутренние проблемы.

— Это не только твоя вина, но и моя, — рассматривая заявления, произнес Лу Чжоу и тихо вздохнул. — Тут пять заявлений. Я не помню четыре из этих имен. К тому же я был занят научным исследованием и мне было не до этого…

Как он и сказал, незнание имен членов собственного клуба слишком невежественно.

Кроме того, они не просто члены клуба, но и партнеры по проекту.

Может быть…

Бизнес действительно не для меня.

Лу Чжоу спросил:

— Это очень плохо?

Толстяк У с грустью улыбнулся:

— Довольно проблематично. Два ушедших первокурсника не так страшно, но уход троих других не очень приятное событие. Прямо сейчас у нас лишь Жун Хай и первокурсник могут заниматься программированием…

Обновление на финишной прямой, но тут произошло такое. Возможно им придется отложить выпуск обновления.

К тому же речь не только о выпуске новой версии

Удар по моральному духу еще более сильный.

Парень подумал и сказал:

— Позвони остальным, устроим собрание… Хотя забудь… закажи столик в ресторане.

— Хорошо, — кивнул толстяк У. Затем вышел из кабинета.

…………………..

Перед университетскими воротами в рыбном кафе…

Тоже место, но уже в другое время. На этот раз, включая У Дахаи и Лу Чжоу собралось всего девять человек.

Лу Чжоу налил себе пива и поднялся.

— Как вы могли заметить мы потеряли пятерых товарищей.

— На самом деле, я изначально сказал, что если кто-то чувствует себя не по себе, то он может уйти. Мы все здесь в одной лодке. Но чувствую, что не могу сохранить сплоченность этой команды. Это моя вина как основателя.

— Прошло более полумесяца с основания клуба. Вы приложили немало сил в нашем деле. Думаю, прежде чем выйдет обновления я должен сказать пару слов.

— Сегодня я собрал всех вас, чтобы сказать одно.

— Я намерен отдать 20% своих акций вам в качестве вознаграждение за участие.

— Конечно, сейчас это число ни о чем. Помощник студента еще не приносит прибыли, у него также полумиллионный долг. Поэтому эти 20% будут выплачены после нахождения инвесторов.

— В зависимости от вклада каждого человека, они получат разное число акций. Обещаю справедливо рассудить.

Сказав Лу Чжоу окинул всех взглядом.

После чего поднял свой стакан и выпил.

………………………………………………………..

Объединить команду гораздо сложнее, чем придумать бизнес идею или придать ей значение.

К счастью, полагаясь на «справедливость» и «инвесторов», моральный дух команды вновь вырос.

Затем нужно выполнить эти два обещания.

После еды Лу Чжоу вернулся в свое общежитие и прислонившись на перила балкона, задумчиво уставился на дорогу.

Он размышлял о приложении и неизвестно на что очень злился.

Словно он столкнулся с неразрешимой математической проблемой.

Он не сталкивался с таким в течении длительного времени.

Как и ожидалось…

В сравнении с предпринимательством ему больше подходили научные исследования.

Может после нахождения инвестора, я найду возможность и обналичу акции.

Парень некоторое время оставался на балконе. Со вздохом взглянув на звезды, он сказал сам себе:

— Это потому что я перегорел?

После пяти дней интенсивной исследовательской работы и запуска обновления приложения, он был измотан. Парень задумался над советом госпожи Ян и серьезно его рассматривал.

Ему следует соблюсти баланс между работой и отдыхом.

В этот момент дверь комнаты открылась. Ши Шан с баскетбольным мячом и одетый в майку вошел.

— Чжоу, в баскет? Нам еще нужен один человек.

Ли Тао и Тянь Цзюнь стояли позади него оба в майках.

Лу Чжоу хотел отказаться, но передумал и ответил:

— Подождите секунду, я переоденусь.

Он вернулся в комнату, достал майку из шкафа и обувшись последовал за ними на баскетбольную площадку.

………………………………………..

Бег, рывок, бросок…

Ладно, Лу Чжоу не мог нормально бросать. В лучшем случае у него отскочит мяч от кольца.

Они просто играли и не распределяли позиции.

Парень иногда находился на линии штрафного броска, иногда на трех очковой линии.

Для него это было не важно. Он просто хотел проветриться и попотеть.

После часа игры команды очень устали. Особенно Лу Чжоу, который просто заваливался.

— Ей в центре! Давайте сделаем перерыв!

Крикнул с мячом Ши Шан и все его поддержали.

Полностью взмокший, Лу Чжоу лежал на деревянных трибунах и задыхался. Ему было неописуемо приятно.

Давно он не ощущал такого удовольствия.

Ши Шан купил две бутылки воды и сел рядом с Лу Чжоу, затем поставил одну бутылку на голову парня и спросил:

— Как ты?

Бутылка чуть не упала и Лу Чжоу быстро схватил ее и покосился на Ши Шаня. Затем вздохнул и переспросил:

— О чем ты? Лучше ли мне?

— Я про твое настроение, — с ухмылкой сказал Ши Шан, — Тебя ничего не беспокоит? Почему ты ничего не говоришь?

— Просто я слишком занят. Я в порядке.

— Это бессмысленно, — покачал головой Ши Шан.

— Что ты имеешь ввиду?

Парень уставился на Ши Шаня и внезапно его интуиция сказала ему, что этот парень ща пристанет к нему.

Ши Шан засмеялся и серьезно произнес:

— По моему опыту, когда у парня такое лицо, то это из-за девушки.

— …

Увидев, что Лу Чжоу молчит, Ши Шан подумал, что прав и со вздохом сказал:

— Мы все еще молоды. Кого не отвергали? Жизнь еще длинная, не грусти по одному человеку.

???

Твою же, его опухоль в голове становится все больше.

Лу Чжоу хотел оскорбить Ши Шаня, но внезапно зазвонил его телефон.

Лу Чжоу поднес телефон к уху.

— Да?

— Это я!

Из телефона раздался голос Чэнь Юйшань.

Лу Чжоу восстановил дыхание и спросил:

— Что случилось?

— Ничего особенного. Просто хотела спросить свободен ли ты завтра днем?

— Свободен.

— О, здорово, — сказала девушка сидя в общежитие, когда у нее загорелись глаза, — я выиграл два билета в кино с моей соседкой на университетском фестивали. Мы хотели пойти вместе, но она не может. Ты хочешь?

Посмотреть фильм?

Звучит неплохо.

Лу Чжоу слышал, что новая работа Нолана только недавно вышла внутри страны. Только увидев трейлер, парень стал с нетерпением ждать его, но стал настолько занятым, что почти забыл про него.

Отлично, он все равно хотел расслабиться.

— Хорошо, увидимся завтра у ворот в два часа.

— Будь там! Меня уже кинули и не смей тоже динамить меня! И почему ты задыхаешься?

— Я играл в баскетбол.

Чэнь Юйшань удивилась:

— Ты умеешь играть в баскетбол?

— Не особо. Поговорим потом.

— О, хорошо. Мне надо учить слова. Пока-пока.

— Пока.

Лу Чжоу закончил звонок и убрал телефон обратно в карман. Потом взглянул на Ши Шаня и спросил:

— О чем ты говорил?

Ши Шань молча посмотрел на парня и промолчал. Ему не хотелось говорить…

Глава 98. Это ненаучно

В Цзиньлине уже наступила зима и температура упала.

Это самое прекрасное время года.

В два часа дня перед университетскими воротами Чэнь Юйшань стояла под деревом в коричневой осенней одежде, в юбке с завышенной талией и сапогах до колен. И хотя она не сильно высокого роста, благодаря ее длинным ногам казалось, что это так.

Это так называемый визуальный эффект?

Лу Чжоу пришел вовремя.

Заметив его, у девушки вспыхнули глаза, и она помахала ему.

Парень пришел с сумкой для ноутбука и подойдя спросил:

— Куда мы идем смотреть фильм?

Чэнь Юйшань показала ему два билета в кино и сказала:

— В торговый центр Ида! И зачем ты взял с собою ноутбук?

Лу Чжоу честно ответил:

— Утром я ходил в библиотеку и не заходил в общежитие, отправившись прямо сюда.

Хотя он мог оставить ноутбук в библиотеке, на нем Сяо Ай и он опасался оставлять его на людях.

Лицо девушки стало подавленным. Она взглянула на листья дерева и вздохнула:

— Младший брат, ты слишком сильно на меня давишь.

Парень не знал, что ответить.

Он ощущал, что бы он ни ответил, его будут ненавидеть.

Лучше ему просто промолчать.

Они вызвали такси и сразу сев на заднем сиденье начали болтать.

Поскольку они близкие друзья им было о чем поговорить.

Они разговаривали о университетской жизни, ремонте общежития, вне учебных мероприятий. Через двадцать минут пара приехала к месту назначения.

Потом они пошли к билетной кассе и посмотрели на список сеансов.

Посмотрев на идущие фильмы, парень спросил:

— Что ты хочешь посмотреть?

Чэнь Юйшань не колеблясь ответила:

— Дорога с привидениями.

Ее глаза горели волнением, когда она говорила.

Она с нетерпением ждала этого фильма ужасов с тех пор как увидела первый трейлер, но ей слишком страшно смотреть его в одиночестве.

Изначально она планировала посмотреть его со своей соседкой по комнате, но та слишком испугалась и отказалась.

В отчаянии девушка не нашла никого с кем бы сходить. В итоге она подумала о студенте, что помогал ей с математикой.

— Хорошо, — кивнул парень и сказал продавцу билетов, — Один билет на дорогу с привидениями, другой на интерстеллар.

Чэнь Юйшань недоумевала.

Продавщица посмотрела на парня, затем посмотрела на девушку позади. И с неловкой улыбкой спросила:

— Может подумаешь получше?

Парень был в ступоре:

— Подумать о чем?

Продавщица улыбнулась и повторила:

— Подумай еще!

???

Что за? Ты продашь билеты или нет?

Чэнь Юйшань молча подошла и протянула два купона со словами:

— Два билета на дорогу с привидениями.

Кассир улыбнулась:

— Замечательно.

???

Когда парень понял, что произошло девушка уже взяла два билета и положила один из них в его руку.

Купоны использовали и уже нельзя отказаться.

Парень посмотрел на билет и вздохнул.

И не потому что он боялся фильмов ужаса, а наоборот они его совсем не пугали.

Он мог заснуть за просмотром «звонка». Подобные детские фильмы ужасов были слишком просты для него.

Похоже ему придется подождать следующего раза, чтобы посмотреть научно-фантастический блокбастер Нолана.

Увидев, что парень молчит. Девушка слегка смутившись сказала:

— Ладно, не сердись. Я посмотрю с тобою Интерстеллар в следующий раз.

— Я не сержусь, я не настолько скупой, — парень вздохнул и убрал билет, затем взглянул на часы, — я пойду куплю попкорн. Хочешь?

С тех пор как он стал миллионером он стал гораздо щедрее.

По крайней мере, когда речь шла о еде он не был таким жадным.

Чэнь Юйшань в удивлении вытаращила свои красивые глаза:

— Ты уверен, что сможешь его съесть?..

— А что-то не так? — удивился Лу Чжоу.

— Нет, ничего, — девушка в уважении покачала головой, — просто купи себе, у меня нет аппетита.

Парень кивнул и пошел к буфету.

Он купил попкорн и холодную колу.

Купив еду, они пошли в кинозал, который уже почти заполнился.

Под постоянным поторапливаем Чэнь Юйшань, Лу Чжоу шел впереди с попкорном и колой в руках.

Ему казалось, что люди странно смотрят на него.

Однако парню было все равно. Он бросил себе кусок попкорна в рот и откинулся на спинку кресла, спокойно ожидая начало фильм.

Вскоре зазвучала вступительная музыка. Играла мелодичная и веселая мелодия фортепиано, но постепенно тон становился все более мрачным и загадочным.

Люди вокруг перестали шептаться и затаив дыхание уставились в экран. Лу Чжоу единственный человек, который ел на протяжении фильма.

Поскольку ему было не интересно.

Но он все еще следил за сюжетом.

В фильме семь обычных людей ехали на свадьбу, когда они натолкнулись на автомобильную аварию. Они сказали что-то неуважительное по отношению к погибшим и по приколу сфотографировали несчастный случай.

В общем поглядев на смерть, они продолжили путь. Вскоре их машина сломалась около заправки, и они решили остаться в ней на ночь. Они даже сделали фото и подписали, что они не умрут тут.

Потом…

Они все умерли.

Лу Чжоу услышал крики рядом. Чем больше он смотрел, тем страннее себя ощущал.

Этот сюжет…

Почему это похоже…

На пункт назначения?

Как и другие зрители, Чэнь Юйшань не сдержала крик.

Однако она не сбежала.

Она испугалась до смерти, но ее глаза все еще с интересом смотрели на экран. Их переполняло волнение и страх, а ее руки были готовы в любой момент закрыть их.

Парень посмотрел на нее.

Эта девушка…

Она в порядке?

Фильм продолжался. Настала развязка и крики слышались со всего зала.

Лу Чжоу ел попкорн и пил свою колу. Он вообще ничего не чувствовал и просто хотел в туалет.

Однако Чэнь Юйшань кричала рядом с ним, что люди рядом задавались вопросом не сошла ли она с ума.

Наконец, фильм закончился.

Объективно оценивая, то музыка неплоха. Для отечественного фильма ужасов это хорошо. В конце фильма вся ситуация оказалась просто сном.

Все же фильм ужасов был сосредоточен на процессе, а не на концовке.

Однако, парень не понимал процесс вообще.

В действительности, его больше напугал искусственно нагоняемый страх в «детективе Конане», чем подобные фильмы ужасов.

Конечно речь именно о сериале, а не фильме.

Выходя из зала, Чэнь Юйшань молчала, словно лишилась души, и шла с белым и перепуганным лицом, хромая.

Словно душа вернулась к ней, покинув зал девушка вздохнула, держась за грудь:

— Я перепугалась до чертиков…

Лу Чжоу выбросил пустые стакан и ведро из-под попкорна в мусорку и спросил:

— Это правда так страшно?

Чэнь Юйшань с недоверием взглянула на него:

— Конечно страшно! Ты не согласен?

— Но призраков же не существует.

— Я знаю, что их не существует, но разве тебе не кажется, что если женщина внезапно вылезла наружу, то это страшно? Ее лицо все в крови… — произнесло девушка беспокойным голосом.

Парень задумался, ему до сих пор не казалось это страшным. Он упрямо сказал:

— Но это все бутафория…

— …

Глава 99. Все гении такие?

После фильма Лу Чжоу хотел сразу вернуться в университет. Но Чэнь Юйшань предложила ему пообедать, и он согласился.

До обеда оставалось не долго и поэтому они нашли Старбакс около торгового центра и отдохнули там.

Заказав две чашки кофе, они сели в углу кафе, Чэнь Юйшань со скукой кусала соломинку и спросила:

— Чем ты занимался последнее время?

Парень ответил:

— Я только закончил исследовательский проект по физике, так что у меня не очень много дел в последние дни. Как у тебя? Как твоя подготовка к вступительным?

Чэнь Юйшань гордо ухмыльнулась:

— Все отлично!

Лу Чжоу с удивлением посмотрел на нее:

— Так уверенна? Куда ты поступаешь?

— Школа бизнес-администрирования при Яньцзинском университете! Моя цель получить степень там и в Уортонской школе бизнеса!

— 1+2? Впечатляет. Тогда у тебя будет две степени по окончанию.

Девушка гордо улыбнулась:

— Я крута, да?

Хотя она шутила, ей все еще приятно получить комплимент от гения.

— Ладно. Как твоя математика?

Лучше всего поехать учиться за границу будь то получение двух степеней или одной. В целом университет сотрудничал с зарубежными вузами и при наличие хороших оценок можно подать заявку на обучение за границей.

Но поступить в Яньцзинский университет не так просто.

Когда Чэнь Юйшань услышала, что парень сомневается в ее математике, она недовольно оспорила:

— У меня все хорошо с математикой, понял! Просто, когда я начала ее заново учить, то забыла некоторые темы.

Наблюдая за ее реакции, Лу Чжоу удивился и сказал:

— Тогда дай проверю тебя. Если в случае L это простая гладкая замкнутая кривая. Каковы свойства точек Коши?

У девушки не было слов.

— Хотя я не читала много учебников по математике, перестань издеваться надо мною. Это же комплексный анализ? Я не проходила этого.

А?

Похоже, она права.

Парень смутился. Откашлявшись он сказал:

— Ошибся немного. Я придумаю другой вопрос.

Девушка закрыла уши и сказала:

— Я не слушаю! Я уже освоила продвинутую алгебру! Этого достаточно!

Увидев ее бурную реакцию, парень недоумевал и не мог не подумать.

Мы просто болтаем, что ты так сильно реагируешь? Ничего такого если не хочешь слушать, я не заставляю…

Люди вокруг неправильно поймут…

Сидящая пара рядом посмотрела на них. И девушка спросила:

— Все гении такие в отношениях?

— Нет, похоже, гений и глупый студент находятся в отношениях… странно.

Лицо девушки вспыхнуло:

— Подожди, этот парень… разве не Лу Чжоу? С математического факультета.

Парень взглянул на него и сказал:

— Черт, это так! Тогда, это не тупой студент, встречающийся с гением, это божественный студент встречается с тупым студентом.

Девушка потерла подбородок и сказала:

— Когда ты так говоришь звучит довольно романтично.

Лу Чжоу молчал.

Что не так?

Одинокий парень не может прийти в старбакс?

Занимайтесь своими делами.

Услышав их грубый разговор, Чэнь Юйшань покраснела и сжала зубы, потом сердито сказала:

— Я не тупая! Мой средний балл 4,7!

………………………………………………………

Вечером они вернулись в университет.

Поскольку Лу Чжоу отдыхал весь день, он чувствовал себя очень хорошо. Он даже не стал возвращаться в общежитие, а пошел прямо в библиотеку.

Исследовательский проект по физике пробудил у него большой интерес к изучению углеродных кластерных материалов. Он обнаружил. что использование математических методов для решения практических задач очень итригует.

Словно там находился золотой прииск, ожидающий его открытия.

Лу Чжоу закачал несколько статей себе в компьютер и начал читать их.

В этот момент он наконец осознал, что значили слова системы “ Твой мозг слишком пуст, узнайте больше”.

Если бы он не прочитал тот длинный список книг от системы, то не понял бы эти статьи и скорее всего еще информацию из базы данных системы.

В течении следующих двух недель Лу Чжоу в основном перемещался между библиотекой и общежитием.

Конечно, когда из лаборатории получали новые образцы он помогал анализировать данные.

С момента его отчета, Цянь Чжунмин и Лю Бо прониклись огромным уважением к нему.

Каждый раз, когда он приходил в лабораторию, чтобы помочь с анализом они говорили что-то типа «Мастер Лу, пожалуйста» или «Мастер Лу, взгляните». Это даже смущало парня.

В свободное время он обсуждал углеродные нанотрубки с братом Цянем.

Лу Чжоу узнал, что этот парень фанат «техники».

Когда они касались ультрасовременного оборудования, тот не переставал говорить. Он даже говорил о лабораторных столах.

Именно благодаря ему парень получил доступ к такому ценному оборудованию.

Например, в соседней лаборатории для приготовления углеродных нанотрубок использовалась трубчатая печь с вакуумной атмосферой CVD. Углеродные нанотрубки, используемые во всем научно-исследовательском институте, были изготовлены из этого оборудования. Импортная цена этого большого парня составляла 100 тысяч евро.

У них имелось не только оборудование для производства углеродистых нанотрубок, но и оборудования для модификации поверхностей нанотрубок. Оно стоило почти столько же, сколько и дом.

Каждый раз слушая хвастовство брата Цяня, Лу Чжоу не мог не восхититься.

Не каждый мог позволить себе заниматься научными исследованиями.

Узнав, что парень заинтересован в изготовлении углеродных нанотрубок, брат Цянь действовал как рекламный агент. От «приготовления катализатора на основе переходного металла» до «очистки углеродных нанотрубок» он показал Лу Чжоу весь процесс.

У парня наконец-то появилась возможность увидеть, как в действительности выглядит исследовательский проект.

Конечно он должен был смотреть на него под электронным микроскопом.

Так время быстро пролетело и вскоре наступил конец месяца.

Наконец в последний день ноября пришла хорошая новость из старой лаборатории…

Глава 100. Заключительный отчет!

Лу Чжоу ел лапшу в столовой, когда ему позвонил профессор Ли Жунжэнь. Он думал о тезисе из журнала «Материаловедение и инженерия», посвященном теоретическому расчету изменчивости полу-электронов графена.

— Лу Чжоу.

— Да?

— Можешь опубликовать свою работу.

— О.

— Я к тому, что мы отправили окончательный отчет в вышестоящие органы для получения заключения!

— ?!.

Наконец поняв, что случилось, парень вскочил со стула, чем напугал сидящую рядом пару.

Он глубоко вздохнул и крепко вцепившись в телефон спросил взволнованным голосом:

— Нам… удалось?

Профессор с улыбкой дал утвердительный ответ:

— Да! Ты прав! Мы смогли!

Лу Чжоу быстро уточнил?

— Какое соотношение?

— 0.47 масс%, твое предположение полностью верное! Лучшее соотношение УНТ материала к цементу составляет от 0,4 до 0,5, не более 1 масс.%. Мы допустили эмпирическую и инерционную ошибку. Этого можно было бы избежать, — сказал профессор под эмоциями.

— Профессор вы можете мне прислать статью о соотношении смешивания УНТ материалов?

— Само собой, я уже отправил ее тебе на почту, — сказал профессор.

Лу Чжоу закончил разговор и быстро допил лапшу, а потом отправился прямо в библиотеку.

Он сел в библиотеке и открыл электронное письмо на ноутбуке. Скачав PDF файл статьи, он быстро нашел раздел с соотношениями.

— Когда содержание материала УНТ составляет 0,5 масс. %, Предел прочности на сжатие и предел прочности на растяжение у цемента увеличиваются на 47,1% и 34,2% соответственно.

Покончив с последней проблемой, весь проект был успешно завершен.

Это не только отношение УНТ материалов к цементу, но также модификация поверхности УНТ материалов и даже разработка производственного процесса. Все проблемы решились в ходе исследовательского проекта, но Лу Чжоу не участвовал в других частях.

По окончанию всего исследовательского проекта, возглавляемого командой профессора Ли Жунжэна, они могут опубликовать как минимум пять научных работ и подать заявку на два технических патента.

Если Лу Чжоу правильно помнил, этот проект не только поддерживал национальный фонд инженерии и материаловедения и провинциальный фонд науки и технологий, но и инвестировался компанией «новые материалы Чжуншань»,

Когда придет время, профессор разделит исследование на две части и представит два отчета. Одни из них будет вертикальный процесс исследования, а другим горизонтальный.

В дополнении к опубликованным статьям два патента должны принадлежать «новым материалам Чжуншань».

Затем нужно отчитаться за использованные материалы и получить расчет от фонда, для возмещения расходов на исследовательский проект, и нужно дождаться ответа от руководства проекта…

Однако Лу Чжоу не нужно беспокоиться о подобных заморочках. В лаборатории отвечали специальные люди за такие вопросы.

Лу Чжоу откинулся на стуле и тяжело вздохнул.

Мучительное исследование наконец закончилось.

Однако он ощутил необъяснимое чувство растерянности.

Словно большой камень убрали с его груди, но он даже не заметил его давления.

Парень снова посмотрел на статью и с удивлением заметил свое имя в списке авторов.

Очевидно, что все участники проекта признали его вклад в работу. Даже если он никогда не видел старую лабораторию, его все равно хорошо оценили.

Он разжал кулаки и покачал головой, потом посмотрел на экран.

— Моя битва еще не окончена… у меня все еще есть статья!

Финальная часть!

Он открыл Word и его пальцы начали стучать по клавиатуре.

Спектроскопический анализ Фурье и математический метод влияния материалов углеродных нанотрубок на реакцию гидратации цемента на ранней стадии.

[Аннотация: Процесс гидратации портландцемента и его, модифицированных углеродными нанотрубками, образцов в раннем возрасте характеризовался ИКС. С помощью математических методов, таких как функциональный анализ, были построены математические модели. Был сделан вывод, что УНТ материал не влияет на реакцию гидратации на ранней стадии, когда они смешивались с портландцементом.

[Основной текст…]

………………………………………………………….

Лу Чжоу провел весь день набирая статью. Когда он наконец закончил с ней, он отнес ее в лабораторию.

Войдя в нее, брат Цянь сходил с ума. Он обнял парня и взволнованно прокричал:

— Мы сделали это! Лу Чжоу, мы смогли!

— Да, да. Я знаю!

Наконец, Лу Чжоу смог избавиться от объятий брата Цяня. Однако уже Лю Бо улыбнулся и подошел с распростертыми объятиями. К счастью Лу Чжоу увернулся и избежал их.

Со стороны на группу молодых людей смотрел профессор и улыбался.

Он подождал пока они успокоятся и затем сказал:

— Ты закончил статью?

— Закончил.

Лу Чжоу достал флешку, но профессор не взял ее.

— Не надо показывать мне. Я уже прочитал первый набросок, что ты давал, там нет никаких проблем. Ты провел все расчеты самостоятельно, поэтому опубликуй статью самостоятельно.

— Как я могу, данные…

Профессор Лю с улыбкой сказал:

— Тогда укажи имена Лю Бо и Цянь Чжунмина. Они делали Фурье-спектрограмму. Или можешь вписать меня четвертым. Для меня это не важно. В любом случае, я надеюсь, что ты можешь стать моим аспирантом.

Лу Чжоу смутился и не ответил.

На это сложно ответить.

Не то, чтобы он не любил профессора. Просто дело в том, что он не думал о том, какое направление он хотел бы изучать в будущем.

Профессор Ли улыбнулся и сменил тему:

— Вычислительное материаловедение это новая междисциплинарная область. Журналы по материаловедению не очень хорошо разбираются в этой области. Я предлагаю тебе выбрать и отправить работу в иностранный журнал «Вычислительное материаловедение». Импакт-фактор у него лишь 2.2, но влияние журнала нельзя измерять лишь этим.

— Говоря о том, как подписать работу. То просто напиши собственное имя. Не переживай обо мне. Я уже опубликовал пять работ в этой области благодаря команде, куда больше?

Профессор не хвастался, говоря это. Его команда хорошо финансировалась и их способности сильные. В среднем они публиковали не менее 10 работ за год.

Лю Жэнэен никогда не переживал о размещении своего имени среди авторов.

Что касается четвертого автора…

Научная сфера в стране отличается от зарубежной. Только первое имя имело значение. Быть указанным вторым или третьим именем важно лишь для студентов магистратуры, но для такого профессора как он это бесполезно.

Профессор заботился лишь о практических результатах.

Например, патентах.

Парень хотел что-то еще сказать, но его прервал профессор.

— Ладно, давай прекратим говорить о науке. Я забронировал несколько столиков в отеле Ч, я отвезу вас ребята. Мы работали целый год, так что давайте устроим праздник сегодня вечером. Теперь ваши транспортные расходы будут возмещены!

— Профессор Ли, вы такой щедрый! — сказал Лю Бо.

Брат Цянь также выкрикнул несколько слов.

На лице Лу Чжоу появилась немного странная улыбка.

Постойте…

Разве сегодня не концерт золотой осени?

Он пообещал Ши Шану, что пойдет и поддержит его.

Эм…

Ну что ж, придется бросить его.

Для Лу Чжоу еда с профессорами в большом отеле более заманчива, чем стоять в университете.

Глава 101. Небольшой вклад

Таким образом, Лу Чжоу бросил Ши Шана.

Около пяти вечера, парень сел в машину профессора Ли. Через двадцать минут они добрались к месту.

Отель располагался на краю горы и выглядел впечатляюще. Масштаб и его окружение безупречны. С парковки можно легко увидеть гору и лес.

Лу Чжоу не знал сколько звезд у отеля, но он определенно стоил несколько сотен миллионов.

Покинув машину профессора Ли, он встал рядом со своими друзьями и ждал возможности войти.

Заметив группу людей в костюмах и впервые посещая такое роскошное место, он спросил:

— Нам точно не нужно переодеваться?

Лю Бо улыбнулся и сказал:

— Нет необходимости, ученые не должны быть такими формальными. Пока ты не в тапочках… хотя ты, скорее всего, можешь прийти и в тапочках. В худшем случае профессор немного отругает.

Лу Чжоу посмотрел на вход и сказал:

— Это люди из команды проекта?

Брат Цянь поправил очки и ответил:

— Люди в повседневной одежде, а люди в костюмах нет. Разницу легко заметить.

— Тогда кто эти люди в костюмах?

Лю Бо с улыбкой сказал:

— Кто откуда. Например, рядом с профессором стоит Лю Ваньшань, председатель «новых материалов Чжуншань». Вон там генеральный директор строительных материалов Цзиньлина. Не помню его имени, но все они важные шишки. Короче одна коммерческая организация, а другая государственная.

Лу Чжоу посмотрел на одежду профессора Ли. Она не повседневная и не формальная. Просто для деловых встреч.

Эм…

Думаю, она где-то посередине?

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Почему все эти люди приехали в такое место?

Лю Бо пояснил:

— Наш проект финансировался компанией «новые материалы Чжуншань». компания «новые материалы Чжуншань» и строительные материалы Цзиньлина партнеры. Ты слышал о стратегии шелкового пути.

Лу Чжоу кивнул.

Он в курсе новостей.

— У двух поставщиков материалов есть крупные проекты, связанные с инфраструктурой Пакистана, на общую сумму более 2 миллиардов. Наши исследования композитов на основе цемента, модифицированного углеродными нанотрубками по коррозионной стойкости и механическим испытаниям, показали хорошие результаты. Вероятно, они спасли им сотни миллионов. — спокойно пояснил Лю Бо.

Два миллиарда!

Парня ошеломило.

Он не понимал, что его научные исследование оказали такое влияние на деньги.

Хотя его вклад не большой, но он все же его внес!

Лу Чжоу шокировало.

Это два миллиарда…

Было бы здорово, если бы мне дали кусочек.

Даже если бы я получил 0,25% этого хватило для завершения задания от системы.

Лю Бо похлопал по плечу Лу Чжоу и сказал:

— Ладно, давай не будем об этом. Мы ученые. Куда вы хотите отправиться?

Брат Цянь ответил:

— Хочу поехать в Чанань и посмотреть на мавзолей первого императора Цинь. Также навестить старых одноклассников.

— Черт, что интересного в мавзолее? Как насчет того, чтобы поехать со мной в юго-восточную Азию? Старик Ли сказал, что у нас осталась часть исследовательских денег и мы можем потратить их как хотим! Как насчет тебя, Лу Чжоу?

Парень беспомощно ответил:

— У меня экзамены, я не могу никуда уехать.

— Я почти забыл. Ты все еще получаешь бакалаврскую степень, да? Занят? — спросил с улыбкой Лю Бо, — Ты не думал бросить обучение? Чем тебя могут научить? Приходи в нашу лабораторию, профессор Ли очень щедрый.

Лу Чжоу слегка кашлянул и сказал:

— Я подумаю над этим.

Вскоре группа у входа начала заходить в отель.

Лю Бо похлопал Лу Чжоу по плечу, и они пошли к дверям.

Со второго этажа гостиницы, второго зала, протянули красный ковер до самого входа. Это напоминало ежегодное собрание компании, но гораздо более экстравагантно, чем описывал профессор.

Когда они вошли в зал, им помахал профессор Ли Жунэнь и жестом подозвал Лу Чжоу. Он с улыбкой разговаривал с человеком рядом.

— Это тот гений с математического факультета Цзиньлин про которого я вам рассказывал. Решивший математическую проблему мирового класса. Лу Чжоу. Именно он позволил успешно завершить наш проект… Лу Чжоу позволь мне представить тебе председателя Чжу, Лю Ваньшаня.

— Мистер Лю, приятно познакомиться, — парень вежливо пожал ему руку.

— Приятно познакомиться. Итак, ты Лу Чжоу. Я читал новости про тебя. Даже Эвриуан Дэйли хвалили твои успехи, — кивнул Лю Ваньшань в знак одобрения, — не нервничай так. Я тоже выпускник.

Лу Чжоу удивленно спросил:

— Мистер Лю, вы тоже выпускник университета Цзиньлин?

— Направление экономики, 94 года выпуска, — улыбнулся Лю Ваньшань, — вспоминаю это, все не забуду пары по продвинутой алгебре от старика Тана.

94 год!

Лу Чжоу прикинул в уме и этот мужчинА как минимум на 20 лет старше.

Не знал, что профессор Тан преподает уже более 20 лет.

Поскольку тот тоже выпускник Цзиньлина, им было о чем поговорить. К тому же Лю Ваньшань также интересный человек.

Несмотря на то, что у него пивной живот, он носил золотые часы и стоял с строгим лицом, поговорив с ним Лу Чжоу понял, что он очень вежливый человек.

По крайней мере он был очень уважительный с ним. Он совсем не вел себя как председатель миллиардер. Лу Чжоу удивился, что мог говорить с ним.

Однако приятный разговор длился недолго.

Вскоре Лу Чжоу не понравилась тема беседы.

Лю Ваньшань улыбнулся и спросил:

— Точно, я слышал, что у тебя есть какой-то бизнес проект, что ты начал недавно? Вроде «поезд из университетского городка» или как-то так?

Технически он уже называется «помощник студента», но они еще не выпустили обновление, поэтому имя приложения не изменилось еще.

С подозрительным лицом Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Да.

Лю Ваньшань с улыбкой поинтересовался:

— Как успехи?

— …

Может не стоит говорить про это?

Его двенадцать рабочих стало семью. У него остался лишь один программист и им еще далеко до выпуска обновления…

Хотя парень хотел все обматерить, он сказал с улыбкой:

— Все в порядке, количество пользователей выросло до миллиона. Согласно отзывам, система бронирования билетов работает очень хорошо.

Что касается трехзначного количества активным пользователей и сокращающихся заемных денег…

Что это?

Я ничего не знаю.

— Миллион подписчиков? Неплохо, — сказал Лю Ваньшань, — Вы уже нашли бизнес-ангела?

— Пока нет, но мы уже контактировали с некоторыми инвестора. Должны получить в ближайшее время, — небрежно ответил парень.

Толстяк У и Юань Ливэй подготовили презентацию и посещали разные собрания в течении полумесяца, но пока не получили результатов.

По правде говоря, Лу Чжоу был почти готов отказаться от этого стартапа.

Он просто сделал приложение ради практики и понятия не имел, что оно будет таким хлопотным.

Лю Ваньшань поднял брови и спросил:

— Сколько ты хочешь получить?

Парень подумал и сказал:

— Около 2 миллионов.

Лю Ваньшань кивнул и сказал:

— 2 миллиона это же немного? У меня есть несколько друзей инвесторов и они даже не беспокояться о подобных сделках. Их минимальные инвестиции 5-6 миллионов.

Лу Чжоу откашлялся и сказал:

— 2 миллиона достаточно. Наши рекламные расходы составляют около 200 тысяч в месяц, и мы сократили другие расходы до минимума. Как количество пользователей достигнет 2 миллиона мы рассчитывали начать раунд А финансирования. После этого мы соберём еще большее число.

— Неплохо, похоже у тебя есть план, — Лю Ваньшань улыбнулся и кивнул. Потом задумался и добавил, — хорошо, я вложу 5 миллионов.

— …

???

А? Мне послышалось?

Глава 102. Инвестиция в 5 миллионов

— Для начала я попробую вложить пять миллионов.

Он произнес эти слова так тихо, словно покупал велосипед.

Впервые Лу Чжоу встретил такого своенравного инвестора.

Он не смотрел ни на презентацию, ни даже не спрашивал о бизнес-модели. Не моргнув глазом, сразу вложил пять миллионов…

То чему учила госпожа Ян парня даже не пригодилось.

Бедность снова ограничила его воображение.

Лю Ваньшань занятой человек и не хотел тратить время. Он попросил своего секретаря подойти, отвел Лу Чжоу в офис управляющего отеля и распечатал контракт.

Для подобных контрактов имелись шаблоны и нужно лишь внести небольшие корректировки.

В соответствии с соглашением между председателем Лю и Лу Чжоу, компания «новые материалы Чжуншан» проинвестирует 5 миллионов юаней и получит 20% акций «помощника студента».

Разумеется, пять миллионов не сразу перечислят.

Согласно общепринятой практике, обе стороны подпишут сначала контракт о передаче акций, а затем первые 500000 будут отправлены на счет «помощника студента». После этого по 500000 юаней будут перечислять в начале каждого месяца в течении 10 месяцев.

Подобный способ финансирования заключался в защите прав и интересов инвесторов и предотвращении предпринимателя от злоупотребления средствами или возникновения каких-либо юридических проблем из-за подрывной деятельности.

Однако, если инвестор отказался выполнить контракт и задержит платеж более чем на месяц, произойдет так называемая «продажа активов». Часть инвестора будет забрана. А судьба уже вложенных денег будет зависеть от платежеспособности стартапа.

Но подобное обычно не происходило.

Письмо о намерениях подписали сразу. Конкретное соглашение о долях и финансировании будет подготовлено в течении трех дней. Когда придет время «новые материалы Чжуншан» отправит кого-нибудь в университет, чтобы подписать контракт.

Также подписали инвестиционное письмо о намерениях на сумму 5 миллионов.

Лу Чжоу заметил, что это не заняло и часа…

Поскольку деньги перевели по ВИП каналам он быстро получил извещение от банка.

Всего 500000 юаней.

Лу Чжоу положил ручку и недоумевая спросил:

— Разве вам не интересен наш бизнес-план?

Лю Ваньшань улыбнулся и покачал головой:

— Какой смысл в этом? Презентация? Это все для одурачивания людей. Я не вкладываю в бизнес, я вкладываю в людей. Думаю, что ты талантлив и достоин моих инвестиций. Даже, если я ошибусь, то потеряю лишь стоимость машины.

Парень не находил слов.

Может богатые люди именно такие?

Он думал о тех неделях, когда толстяк У и Юань Ливэй старались и не смогли получить 2 миллиона. И теперь он немного поболтал и получил пять миллионов…

Внезапно ему стало неописуемо приятно.

Лю Ваньшань немного пообщался с профессором Ли, а затем ушел. Ему нужно поговорить и с другими важными гостями.

Профессор Ли посмотрел на Лу Чжоу, который погрузился в мысли об инвестициях, и спросил:

— Удивлен?

Парень заторможено кивнул.

— Это лишь пять миллионов, что тут такого? — улыбнулся профессор, — если ты поможешь мне с несколькими проектами, я мог бы даже помочь тебе с финансированием А серии.

Профессор Ли посмотрел на лицо парня полное неверия и ничего не сказал. Вместо этого он улыбнулся и ушел.

И хотя столы переполняла вкусная еда, Лу Чжоу ничего не смог попробовать.

Годичное исследование наконец-то дало результаты, и все очень радовались. Ученые, предприниматели, руководители компаний, все прекрасно проводили время и поздравляли друг друга.

Некоторые ученые заставили Лу Чжоу пить, после нескольких бокалов он уже опьянел.

Парень всегда думал, что он хорошо переносит алкоголь. Он всегда пил со своими соседями, что дало ему иллюзию, что способен много выпить.

К счастью он не первый рухнул.

Брат Цянь с красным лицом лежал на столе.

Видя это, остальные прекратили пить.

Ужин продолжался до восьми часов, потом все начали расходиться.

Председатель Лю вызвал двух водителей и отправил Лу Чжоу обратно в университет.

Лю Бо попрощался с Лу Чжоу, а затем понес пьяного брата Цяня в общежитие.

Шагая в одиночестве по аллее из кленов, парень ощущал обдувание холодного ветра и мог слышать пение, доносящиеся из спортзала.

Он встал под деревом и покачал головой, после чего достал телефон и позвонил толстяку У.

— Да? Что случилось?

Из телефона доносился шум, словно толстяк У стоял на станции метро.

Думая про это, У Дахаи и менеджеры работали над развитием компании в то время пока Лу Чжоу делал исследовательский проект и не помогая им.

Однако…

В итоге Лу Чжоу преуспел больше всех.

— Я смог.

Толстяк У переспросил не понимая:

— Что смог?

— Новые материалы Чжуншан инвестируют 5 миллионов.

На другом конце телефона стало тихо.

Через некоторое время толстяк У откашлялся и спросил:

— Сколько? Я не расслышал тебя.

— Пять миллионов.

Толстяк У вздохнул.

Пять миллионов.

Пять миллионов от бизнес-ангела!

Согласно их изначальному плану, они были бы счастливы получить два миллиона инвестиций. При ежемесячной трате двухсот тысяч на рекламу у них будет шесть месяцев и шесть миллионов пользователей. Потом они могли бы запустить еще один раунд финансирования…

Однако они получили пять миллионов только от одного инвестора.

Лу Чжоу кашлянул и прервал тишину:

— Скажи что-нибудь, как-то неловко, когда ты молчишь.

Толстяк У прислонился к колоне на станции метро. Его пальцы дрожали от волнения, и он собирался уже закурить сигарету, как заметил знак «не курить». С улыбкой он произнес:

— Сказать, что? Я не хочу ничего говорить, я просто хочу спокойно покурить.

— А как же Юань Ливэй?

— Я с ним расстался, он должен выйти прямо сейчас… Позвоню ему и попрошу вернуться в универ. О точно, ты подписал контракт? Или просто письмо о намерениях?

Лу Чжоу вздохнул и сказал:

— Просто письмо о намерениях, но они искренны. Я уже получил первый платеж в размере 500000 юаней. Контракт подпишем через три дня. Давай проведем собрание завтра вечером, помоги занять аудиторию.

У Дахаи нормализовал свое дыхание и спросил:

— Ладно, мне отправить им сообщение в группе?

— Позволь мне, — парень сделал небольшую паузу, — телефонный звонок будет более официально.

Лу Чжоу взял инвестиционное письмо о намерениях и пошел прямо в общежитие. Затем он позвонил Юань Ливэю, Жун Хаю и остальным членам клуба. Он также сообщил им о собрании завтра.

Инвестиции в пять миллионов.

Что это значит для группы предприимчивых студентов?

Это значит все…

В некотором роде, парень ощущал, что он изменил жизни восьми человек.

Он не знал хорошо это или плохо. Если бы не он у этих людей была бы совершенно другая жизнь.

Он знал, что многие не смогут заснуть сегодня вечером.

Глава 103. Умывание лица не помогло

Комната общежития пустовала, Лю Жуй и Хуан Гуанмин веселились с остальными в спортзале.

Лу Чжоу залез в постель и вошел в пространство системы.

Математическая награда даже близко не была, но поскольку он подписал письмо о намерениях, по крайней мере, второе задание у него в руках.

[Выбрано второе задание: Начни свою карьеру!]

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания:

Суммарные активы достигли пяти миллионов юаней.

Оценка задания: В]

[Награда за задание:

5000 очков опыта для любых предметов.

500 баллов.

Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 10% — образец).]

Парень посмотрел на уведомление о завершении задания и облегченно вздохнул.

Похоже, он правильно догадался.

Активы, которые подразумевала система не сумма на его банковском счете. Хотя он получает пять миллионов инвестиций, они еще не попали на его счет. Обе стороны подписали письмо о намерениях сотрудничества, и он получил заранее 500 000 юаней. Сделка считалась завершенной и деньги можно считать полученными.

Хотя толстяк У имел 5% долю, она все еще не передана ему, поэтому доля Лу Чжоу все еще составляла 80%. Чистая стоимость приложения составляла 5 миллионов и 80% из них это 4 миллиона.

Даже с учетом, что ему еще нужно выплатить долг по кредиту, чтобы получить чистый актив. Но поскольку он заработал денег работая репетиром и деньги с конкурса, у него хватало средств чтобы покрыть долг.

К тому же он получил миллион за гипотезу Чжоу, поэтому он удовлетворил требования задания.

Однако оценка задания лишь В.

Почему так, парень не знал.

Ему грустно от того, что не получилось выполнить третье задание, но он быстро переключился на его панель характеристик.

У него уже второй уровень по математики. И до следующего уровня ему нужно еще просто пятьдесят тысяч. Если он распределит туда, только полученные, пять тысяч очков опыта, это не особо повлияет на что-то. На его панели характеристик расположились три нуля, что немного смущало.

Кроме того, он подозревал, что чертежи, что давала лотерея связаны с уровнем наук.

Ему нужно придерживаться принципа сбалансированного обучения, поэтому он разделил 3000 очков опыта между биохимией, материаловедением и энергетикой. В итоге они все поднялись до первого уровня.

Оставшиеся 2000 опыта он кинул в информатику.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV2（2000/50000）

B.Физика: LV1（2100/10000）

C.Биохимия: LV1（0/10000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV1（0/1000）

F.Энергетика: LV1（0/10000）

G.Информатика: LV1（2600/10000）

Баллы: 1475 (один билет счастливой лотереи)

]

Лу Чжоу проверил свою обновленную панель характеристик, затем покинул пространство системы.

Далее на очереди счастливая лотерея.

Но сначала он должен умыться.

………………………………………..

Однако…

Это не помогло.

Парень смотрел на банку на полупрозрачном экране и не мог не пнуть колесо.

Бл**ь!

В этот раз банка спрайта!

Бесит!

Лу Чжоу глубоко вздохнул и успокоился, затем открыл панель с выбором задания.

Три задания появилось в центре полупрозрачного экрана.

[Задание 1: Начни свою карьеру.

Описание: Капитал — это факел освещающий технологический прогресс. Получить инвестиции это лишь начало, далее пользователя ждут еще этапы финансирования. Работайте над технологиями, которые захватят мир. Вы станете великим предпринимателей и монополизируйте будущее цивилизации. Вся планета будет вашей детской площадкой. И сейчас вам нужно покинуть деревню новичка...

Требования: Начать серию А финансирования (минимум 20 миллионов юаней. Окончательная оценка определяется суммой инвестиций).

Награда: ???? очков опыта для любых предметов. 500 баллов. Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 10% — чертеж).]

[Задание 2: Библиотекарь отличная профессия.

Описание: Учебники — источники знаний.

Требования: Стать библиотекарем.

Награда: 5000 очков опыта для любых предметов. 200 баллов. Один билет для счастливой лотереи (95% — мусор, 5% — чертеж.]

[Задание 3: Дорога к научным исследованиям.

Описание: Научная дорога исследований длинна. Она требует мышления и тяжелой работы. Тут нет указателей.

Требование: Завершить научно-исследовательский проект без использования баллов. Получите хотя бы один патент. (Если получено несколько патентов, выбирается в котором приложил наибольшее участие).

Награда: Очки опыта определяются ценностью патента и исследования. 500 баллов. 24 часа вдохновения (можно использовать в любой момент).]

— …

Парень задумался была ли между заданиями какая-то связь. Например, его «первое задание» явно связанно с последним.

Если пять миллионов юаней соответствуют 5000 очкам опыта, то будут ли десять миллионов соответствовать 10000 опыта? Кажется, это хороший выбор, если можно получить миллиарды инвестиций…

Ладно, это не реально.

Говоря о втором задании, Лу Чжоу боялся, что это лишь приманка и если он станет библиотекарем, то получит непредвиденные последствия.

Глядя на награды за второе задание и это слишком легко для него, поэтому он проигнорировал его.

Третье задание…

Парень посмотрел на награду и сильно удивился.

Часы вдохновения?

Он вспомнил захватывающий процесс учебы ранне, но не знал отчего оно. Система не давала никаких объяснений этому.

Лу Чжоу посмотрел описание задания.

Требования довольны просты. Не было жестких ограничений на конкретную область научных исследований. Ему просто нужно получить патент.

Вспоминая, что, когда он писал свою последнюю работу, он не потратил баллов.

Профессор Ли Жунген лишь недавно представил окончательный отчет и до заключения оставалось еще много времени. Он не знал может ли это завершить задания.

Если не получится, то будет немного хлопотно…

Парень долго думал и в итоге выбрал самую экономически выгодное третье задания.

Это не только из-за гибкости задания. Ему также любопытно, что делают эти «часы вдохновения».

Если проект профессора Ли Жунжэня не учитывался, ему просто придется найти другую исследовательскую группу и присоединиться к ней.

Он верил, что с его способностями он сможет найти хорошую исследовательскую команду.

Даже если не смогу найти, то сам могу подать заявку на исследовательский проект, да?

Глава 104. Как и ожидалось

Лу Чжоу принял задание, а затем вышел из системного пространства. После чего открыл ноутбук и вошел на сайт «Вычислительной науки о материалах».

В конце концов он не первый раз отправлял статью. Поэтому он быстро заполнил свои личные данные и залил свою работу.

В этот момент двери комнаты открылись.

Ши Шан с гитарой и цветами уверенно зашел в комнату.

Загрузив свою работу, Лу Чжоу хотел спросить, как все прошло, но внезапно в комнату вбежал Лю Жуй и взволновано закричал.

— Черт, Чжоу, Ши Шан сегодня был невероятен!

Хуан Гуанмин зашел последним. Он ухмыльнулся и коварно сказал:

— Не могу поверить, что кто-то подарил этому страшиле цветы.

— Эй, что ты сказал? — возмутился Ши Шан и ударил кулаком по столу, — сегодня буду сидеть под твоей кроватью и всю ночь играть на гитаре!

— Брат, я не прав, прости меня!

— Ши Шан, прости меня!

— Пожалуйста!

— Ладно-ладно, — сказал Ши Шан потирая нос. Потом он поставил цветы в чашку из-под зубной щетки. Лу Чжоу хотел запечатлеть лицо Ши Шана и отдать Сяо Ай, чтобы сделать эмодзи.

Все знали, что происходит.

Девушка, которая подарила ему цветы, скорее всего новенькая из гитарного клуба, и скорее всего флиртовала с ним уже давно.

Однако поскольку Ши Шан никому не рассказывал про это, никто и не догадывался.

Словно они будут завидовать.

Ладно, думая об этом, Лу Чжоу все еще немного завидовал.

И не фанатам

Просто…

Он ужасно пел.

Лу Чжоу завидовал любому, кто мог петь.

Ши Шан прервался и поменял интонацию, а затем медленно произнес:

— Я уже говорил, когда мы впервые вошли в эту комнату. Не забывайте друг друга. Если у меня появится девушка, я первым делом помогу найти вам подруг.

Лю Жуй поднял руку:

— Лидер, как ты собираешься нам помочь?

— Я подружусь с женским общежитием!

— Да, да.

— Крут.

Ши Шан болтал до полуночи.

В конце концов, Лу Чжоу уже с трудом слушал его.

Загрузив статью, он подготовил презентацию к завтрашнему собранию. Только в час ночи он положил свой ноутбук в сторону.

Парень собирался ложиться, когда вдруг вспомнил. Он открыл WeChat и пошел в новостную ленту друзей.

Последнее сообщение в ленте было три часа назад от Ши Шаня.

Переводя ее на человеческий язык, там было: «Снова признался». «Прости, ты хороший парень.»

Лу Чжоу вздохнул, прочитав это.

Это ожидаемо.

Ему было плохо от его прямоты…

……………………………………………….

На следующий день в корпусе А, в классной комнате…

На собрании Лу Чжоу сдержал свое обещание. Он взял 20% своих акций и распределил их среди партнеров по бизнесу.

В дополнении к 5%, обещанным толстяку У, Юань Ливэй и Жун Хай тоже получили по 5%. Оставшиеся 5% были распределены среди остальных пятерых.

Они уже получили 500 000 юаней в качестве аванса и могли использовать эти деньги для аренды офиса и найма программистов, обновления сервера…

Клуб теперь будет расширяться.

Далее шла перестановка персонала.

Техническим менеджером по-прежнему остался Жун Хай, но Лу Чжоу взял пример с другим стартапов и сменил название на технического директора, что звучало лучше.

Также он изменил генерального директора на исполнительного директора.

Больше всех удивило, что исполнительным директором стал не У Дахаи, а Юань Ливэй.

Все слегка удивились, когда услышали назначение Юаня Ливэя.

Даже гений бизнес-школы удивился лишь на мгновение и быстро восстановил самообладание.

Это самый разумный выбор.

Разделение акций и кадровые назначения закончены. Отныне все будет по-другому. Они не только члены клуба или просто часть предпринимательской команды, теперь они еще акционеры компании. Будущее развитие «помощника студента» теперь тесно связано с их интересами.

До того, как проект станет прибыльным или получит дальнейшее финансирование, их деньги были лишь символическими. Никто не мог продать свои акции в течении трех лет.

Наконец, чтобы предотвратить потерю капитала из-за кадровых перестановок, Лу Чжоу внес специальное предложение.

Если кто-то покинет команду в будущем совет директоров начнет голосование. Если число голосов будет больше двух третей, то компания сможет приобрести акции по самой последней цене финансирования. Компания сможет внести акции в общее количество для вознаграждения других руководителей.

Это также чтобы избежать возможности покупки акций конкурентами.

После того как все разошли, Лу Чжоу нашел У Дахаи и рассказал ему о его звании.

— У меня два варианта для тебя, первый — директор по персоналу…

У Дахаи спросил:

— А второй?

— Исполнительный вице-президент.

У Дахаи задержал дыхание.

Эта позиция напоминала председателя. Разница лишь в том, что председатель обычно являлся крупнейшим акционером, но члены совета директоров выбирались исполнительным вице-президентом. С точки зрения власти между ними нет особой разницы.

Толстяк У помолчал около минуты, и вместо ответа, спросил:

— А ты?

Я?

Парень рассмеялся.

Он размышлял над этим еще давным-давно, еще до того, как решил передать 20% акций другим.

Юань Ливэй будет исполнительным директором, ответственным за конкретные действия компании. Толстяк У будет исполнительным вице-президентом, отвечающий за взаимодействие между акционерами и принимать решения от имени совета директоров в соответствии с общими интересами.

С этими двумя позициями, пока у них не было конфликтов, команда могла выжить и без своего основателя.

В действительно, может так даже лучше?

Вместо управления бизнесом, Лу Чжоу чувствовал, что его способности лучше подходят для научных исследований.

Хотя предпринимательство звучало интересно, энергия человека ограничена. Он должен использовать свою ограниченную энергию в нужных местах. Вот почему Лу Чжоу выбрал третье задание, а не первое.

Долго думая парень пришел к выводу, что звание «крупного акционера» больше подходит для него.

Если в будущем ему понадобятся деньги на исследования он все равно сможет продать свои акции.

Лучше всего, если толстяк У возглавит «помощника студента» и сделает компанию публичной.

Конечно это просто желание.

Все, что Лу Чжоу мог сделать это отправить толстяка У вперед.

— Я хочу продолжить учебу, — ответил Лу Чжоу и сделав небольшую паузу продолжил, — я дал тебе возможность, вот и все, что я могу сделать. Будущее Помощника студента зависит от тебя.

Толстяк У впал в ступор после слов парня.

Какой руководитель захочет покинуть компанию на ранних стадиях?

Несмотря на то, что У Дахаи был довольно хорошим вторым.

— Продолжать учиться! Ты уже миллионер! Можете ли вы заставить нас стать публичными, учась?! — улыбнулся толстяк У.

И также хотел добавить «Ты уже знаешь всю математику».

Лу Чжоу посмотрел на толстяка У и вздохнул.

Зачем преувеличиваешь?

Мы только получили первые инвестиции, а вы уже говорите о выходе на публику.

Миллионы компаний, которые смогли получить инвестиции, и миллионы компаний, что не смогли этого. Но стать публичными смогли лишь единицы из миллионов. Им повезет если они дойдут до следующего этапа инвестиций.

Лу Чжоу покачал головой:

— Нет, учеба не сделает нас публичными.

Толстяк хлопнул себя по бедру и сказал:

— Вот и я о чем!

— Но, — сделал паузу Лу Чжоу, — однажды я стану настолько безумным, что другие будут умолять меня стать публичным….

— …

Почему он такой дерзкий?

Толстяк У просто хотел сказать «Да пошел ты».

Глава 105. Самое грустное...

Вэй Фэн не смог выспаться, поскольку предстоящее собрание сильно взволновало его и вскружило ему голову.

На встрече президент клуба Лу Чжоу объявил новости о финансировании. И к тому же выполнил свое предыдущее обещание по разделению долей.

С сегодняшнего дня Вэй Фэн стал одним из акционеров «Помощника студента». Хотя у него только 1.3% это все равно заставляло его гордиться и волноваться.

Его месяц полный упорства и доверия прошёл не зря.

Вернувшись в общежитие его соседи по комнате играли в видеоигры.

Увидев, что он вернулся, они улыбнулись и спросили:

— Брат Фэн, куда ходил? Сыграешь с нами?

— У меня было собрание в клубе, играйте дальше. Мне есть чем заняться.

За последний месяц он узнал больше чем за семестр. Он не мог получить такие ценные навыки программирования просто на парах.

К тому же в их команде имелись гении с каждого направления. Он ощущал, что ему не хватает способностей. Помимо Жун Хая, он единственный, оставшийся, программист. Иначе он никогда не получил бы должность заместителя технического директора.

Эти 1.3% акций словно подпалили его задницу и заставили лететь вперед.

Перед этим он сходил в библиотеку и взял две книги, что посоветовал прочитать ему Жун Хай. Вернувшись он решил потратить свободное время на изучение некоторый продвинутых алгоритмов.

И хотя ему недоставало таланта, он знал, что, усердно работая, сможет догнать других.

— Еще одно собрание? Я же говорил, клуб пустая трата времени, — произнес Ли Жуйчжэ, щелкая мышкой.

Несмотря на то, что Ли Жуйчжэ из другой комнаты он перенес свой ноутбук к ним, чтобы играть в игры.

Вэй Фэн стало грустно услышав его слова и он ответил:

— Это не пустая трата времени. Мне вполне нравится находиться в клубе.

Обычно Ли Жуйчжэ не стал бы приставать к нему дальше.

Но сегодня он не мог притворяться, будто ничего не слышал.

Он улыбнулся и высокомерно сказал:

— О, не пустая трата времени говоришь? Толстяк У притворяется добрым, но он истинный продаван. Он целый день будет говорить тебе о сделках, но ты получил что-нибудь полезное? Основатель еще хуже. Я признаю, что он хороший математик, но какие у него управленческие навыки? Какой из него лидер? И Юань Ливэй…

Вэй Фэн улыбнулся и прервал своего друга:

— Полезное? А доля акций считается полезной?

Ли Жуйчжэ хотел активировать ульту, но его палец соскользнул, и он активировал другую способность.

Это как пощечина...

Немного неловко.

Он фыркнул и спросил:

— Акции? Он обещал тебе еще акций? Он просто дурит тебя.

Вэй Фэн честно сказал:

— Он не обманывает меня. Сегодня он дал мне акции. Контракт прямо здесь. Хочешь посмотреть?

Другим в комнате стало интересно и они с удивление влезли в диалог.

— Черт, Брат Фэн, ты крут.

— Здорово. С этого момента буду звать тебя председателем.

Вэй Фэн покраснел и сказал:

— Какой председатель, я просто обычный работник. С 1.3% акций.

— 1.3% очень хорошо! У Ма Юня (основатель Alibaba) всего 8%.

— Да-да, вовсе неплохо. Ты должен проставится.

Последняя фраза ключевая.

Им все равно на акции. Кого волновало сколько будет платить крошечная компания? Они беспокоились лишь о еде.

Конечно, всем было все равно, кроме одного человека.

Он не ожидал, что за две недели после его ухода, оставшимся вручат акции. Он внезапно почувствовал себя потерявшим лицо.

Ли Жуйчжэ завидовал.

Но не показал этого.

Он посмотрел на самодовольное лицо Вэй Фэна и сказал:

— Это просто стартап. Это все долги. Какой смысл в доле? Словно они платят всем вам. Вы работаете за бесплатно.

Вэй Фэн засмеялся и ничего не сказал.

Если бы Ли Жуйчжэ знал, что они только что получили инвестиции на пять миллионов он бы сошел в с ума. Вэй Фэй не хотел тратить на него время. Потому что у него были более продуктивные дела.

Он не упомянул про финансирование вообще.

……………………………………………………..

Ранним утром декабря.

Рекламный аккаунт в WeChat под названием «Куриный Вэнь» маячил в ленте студентов.

[От долга в 500 000 долларов до пятимиллионной инвестиции, это история о ребятах того же возраста, что и вы…]

Было довольно много статей с похожими названиями.

От спланированного толчка, новость стремительно распространялась.

В то же время название «Помощник студента» также пиарилось.

Все это спланировал Юань Ливэй с бюджетом в 400000.

Этот гений бизнеса победивший в конкурсе инноваций в дизайне, действительно неплохо управлял бизнесом. Он уже изучил тонкости медиа-маркетинга.

Судя по отзывам рекламная компания очень успешна. Достигнутые результаты превысили потраченные средства. Они уже обошли приложение «Удобнейшее расписание».

В тоже время «Помощник студента» использовал эту популярность и запустил обновление. Версия 1.0 теперь официально названа «помощник студента», а все старые функции сохранились.

Скоро январь, сезон возвращения в университеты. Новая версия станет более популярной, чем старая.

Поэтому Юань Ливэя переполняла уверенность.

Лу Чжоу передал звание президента клуба толстяку У, а сам ушел. Он сотрудничал с исполнительным директором и опубликовал пост на своем аккаунте в Weibo с более 300 000 подписчиков.

Ну скорее это была реклама, а не пост.

[Помощник студента 1.0, идите и проверьте!]

Несмотря на то, что на этот раз он не продолжал оставаться в тренде, Лу Чжоу увидел, что раздел комментариев взорвался.

[Зачем? Разве оно не мертво? Почему оно жив сейчас? (плачет) (плачет)]

[Пожалуйста, гений, иди занимайся своей математикой! (плачет) (плачет)]

[Идол!!! Тебе все еще нужна девушка?]

[Боже мой, за гением последовала мисс Цзи!]

[Самое мучительное — смотреть, как другие хвастаются своим успехом. Этот гений талантлив, у него есть деньги, есть любовь. Я просто хочу выкурить сигарету в одиночестве.]

[Разве какой-то парень не хотел поспорить, что генеральный директор Лу никогда не заработает миллион? Миллион сейчас превратился в пять миллионов. (собака)]

[Этот парень изучает математику, решил математическую задачу мирового уровня. Написал программу, собрал несколько миллионов… (плачет)]

[Похоже, я поступил в фальшивый университет.]

Лу Чжоу посмотрел на комментарии и немного волновался за своих подписчиков.

Думая над этим, он посчитал, что хвастаться подобным трудно.

Однако они все еще следили за ним, поэтому они должно быть действительно любили его.

Ничего не ответив, парень выключил телефон.

Он натянул одеяло на голову и чуть не рассмеялся вслух...

Глава 106. Интересно

После долгого ожидания и проверки почты каждую ночь, Лу Чжоу наконец-то получил ответ от ВМ. Технический редактор сообщил ему, что его статья прошла процесс рецензирования и будет опубликована в последнем номере журнала.

В обратном электроном письма был добавлен комментарий рецензента Муни Бавенди. Лишь одно слово.

«Interesting?». Интересно? Это хорошо или плохо? Нельзя конкретнее было дать оценку?

Почему ответ так прост?

Лу Чжоу покачал головой.

Ему стало любопытно, он включил VPN и в гугле поискал «Бавенди».

Увидев результаты, он сильно удивился.

Черт, это профессор из Массачусетского технологического института! Исследует технологию квантовых точек и наноматериалы! Лауреат премии Раймонда и Беверли Саклера!

Ничего себе.

Круто, слишком круто…

Лу Чжоу поболтал немного с Сяо Ай и увидел, что уже поздно, поэтому выключил ноутбук и собрался спать.

Ши Шан играющий в телефон лежа в постели, внезапно сказал:

— У меня есть девушка.

В комнате воцарилась тишина.

Затем раздался храп Лю Жуя.

Лу Чжоу задался вопросом должен ли он его разбудить. Однако Хуан Гуанмин неожиданно заговорил:

— Кто из нашей группы?

— Черт!

Черт!

В нашей группе одни парни!

Храп Лю Жуя внезапно стал смехом и тот чуть не задохнулся.

Он довольно хорошо притворялся, Лу Чжоу даже почти поверил, что он спит, но его смех слишком громкий.

Хуан Гуанмин откашлялся и сказал:

— Ладно, позволь спросить… Ши Шан, с какой она кафедры?

— С иностранных языков.

Хуан Гуанмин удивился:

— О, ничего себе, та кто подарил тебе цветы на шоу песен? Неплохо!

Ши Шан почесал нос с самодовольной улыбкой:

— Красивая, да?

— Конечно… помни про обещание! Групповое свидание, — засмеялся Хуан Гуанмин хлопая ногами.

Лю Жуй больше не мог притворяться спящим и сказал:

— Да, не забудь!

Лу Чжоу улыбнулся и промолчал.

А, какая куча животных.

Если взять их на групповое свидание они будут слишком зажатыми.

Он прекрасно знал их!

— Давайте подождем до следующего года, когда начнутся занятия. Скоро экзамены. Обещаю, что устрою групповое свидание в течении первых двух недель нового сема. Я не лгу. — сказал Ши Шан.

Лю Жуй ответил:

— Хорошо!

Хуан Гуанмин:

— Ладно, Ши Шан, ты добрый! У Чжоу есть девушка и он даже не помог нам.

Лу Чжоу стало грустно.

Почему они меня обвиняют?

Он возразил:

— О чем ты, какая девушка? Когда она у меня появилась?

— Заткнись. Ты идешь на групповое свидание или нет?

— Конечно, я иду!

Но парень сразу пожалел о своем ответе.

Есть с кучей незнакомцев?

Петь в караоке и играть в настольные игры?

Звучит слишком муторно…

Что если…

Я откажусь, когда придет время?

…………………………….

Вычислительные материалы новая область, поэтому не была еще сильно популярной.

В отличие от сенсационной статьи по математике статья «УНТ материале реакция гидратации цемента в ранней стадии» вообще не привлекла внимания СМИ.

Однако, если обычные люди не знали, то люди из сферы обратили на это внимание.

Причиной этого стало не само влияние УНТ на цемент, поскольку не так много людей изучали цементные материалы. В действительности вдохновляло людей из отрасли это математические методы и математическая модель, используемая Лу Чжоу. Это обеспечивало новые методы для вычислительной химии.

По этой причине Бавенди назвал статью «интересной».

Время шло, экзамены приближались. В 201 комнате перестали играть в ЛоЛ и даже Хуан Гуанмин взял учебник и начал учиться в библиотеке.

Лу Чжоу уже знал содержание учебников, поэтому экзамены на него совсем не давили.

Обычно он посещал библиотеку и читал какие-нибудь книги или скачивал иностранные курсы, или практиковался в переводе статей. Он заметил, что такое обучение не только увеличивает его знания, но в тоже время также повышает его уровень английского языка.

По воскресеньям Лу Чжоу все также обучал Хань Мэнци. Его голова, набитая кучей проблем, отдыхала, переключаясь на более простые вещи. Он также чувствовал себя довольно хорошо делая из глупого ученика гения.

Под руководством Лу Чжоу ежемесячные результаты тестов Хань Мэнци неуклонно росли. Его почасовая оплата возросла с 200 до 500 юаней в час. За один день он зарабатывал 2500 юаней.

Но это все вторично.

Вспоминая о том, как он изменился за полгода, Лу Чжоу не мог сдержать чувств.

Как и ожидалось знания — сила.

Он еще не закончил университет, а уже имел шестизначную зарплату как репетитор. Не говоря уже о всех стипендиях и наградах, он уже миллионер. Хотя у него еще не хватало средств, чтобы купить сразу дом, их достаточно для первоначального взноса.

Лу Чжоу даже не получил еще очки опыта, а уже планировал как их потратить.

Статьи, которые он скачивал были не просто математикой, они также включали, химию, материаловедения и другие дисциплины. С одной стороны, он расширял знания, с другой, хотел узнать о популярных исследовательских проектах.

Парень похоже замотивировал Лю Жуя, поскольку тот попросил копии статей у Лу Чжоу.

Он не хотел разрушать мотивацию Лю Жуя, поэтому отправил ему цифровые копии.

Потом…

Лю Жуй смутился, открыв статьи.

Затем он тихо закрыл файлы и сделал вид, что ничего не было. Он достал учебник по физике и начал размышлять о своей жизни.

Лу Чжоу не знал, смог ли Лю Жуй закончить читать статьи. Он просто видел, что Лю Жуй в последнии дни ходил немного грустным…

Глава 107. Победитель получает все

Время быстро пролетело и вскоре уже наступила середина декабря. К студентам со всех сторон приближались выпускные экзамены по различным предметам. Даже ленивые начали учиться под давлением. Они одалживали лекции и скачивали слайды презентаций, молясь суметь подготовиться.

И тупые и гении, всегда очень загружены в это время года.

Особенно те, кто изучал математику, к ним даже во сне приходили эти математические символы и цифры.

Вот почему они говорили.

— Если вы выбрали хорошую специальность, то экзамены будут давить на вас.

И наконец-то настали экзамены.

Первым шел экзамен по обыкновенным дифференциальным уравнениям, который проводил Лю Сянпин.

По темам из последних лекций, все догадались, что этот экзамен не будет легким.

Однако Лу Чжоу не слишком переживал.

Он учился в течении семестра, и он уверен в своих способностях. Он вошел в экзаменационный класс и сдал экзамен всего за полчаса.

Изначально парень думал, что профессор специально даст ему трудные задачи. Однако он удивился увидев, что на экзамене лишь базовые вопросы. Любой, кто внимательно слушал, мог успешно сдать экзамен.

Он вызубрил весь учебник поэтому ему было легко.

Может…

Профессор хотел, чтобы мы хорошо встретили новый год?

После того как Лу Чжоу вышел из аудитории, он хотел пойти в библиотеку, но не успев далеко отойти, он наткнулся на профессора Лю.

Парень посмотрел на значки двух аспирантов позади профессора и понял, что они наблюдатели на экзамене.

Почему профессор здесь? Обычно только аспиранты отвечают за осмотр экзаменационных кабинетов.

Такая ответственность не в духе профессора Лю.

— О, ты уже закончил? Разве не хочешь перепроверить? — спросил профессор с улыбкой посмотрев на парня.

Парень смутился и ответил:

— Это все базовые вопросы, что там перепроверять.

— Базовые? — спросил профессор, — хорошо, я лично проверю твой бланк. Если не получить максимальный балл, я вычту 20% от твоей оценки посещаемости.

Лу Чжоу с болью подумал:

Вы до сих пор помните? Это было в начале семестра.

Однако он не слишком беспокоился. Он мог решить гипотезу мирового уровня, он не мог ошибиться в таких простых вопросах.

— Ладно. Я не могу много болтать, мне еще нужно выполнить поручение начальника кафедры. Он, кстати, тебя ищет, зайди в лабораторию, — он сделал небольшую паузу и добавил, — неплохо, парень. Ты уже делаешь исследовательские проекты.

— Я просто помогаю, — скромно улыбнулся Лу Чжоу.

— Да-да. Переставай скромничать. Я уже по конкурсу понял, что ты готов к исследовательским проектам. Я прочитал твою недавнюю статью, она интересна. Использование математических средств для решения научных задач один из критериев, что я требую от магистров. Не многие соответствуют этому.

Профессор улыбнулся и продолжил:

— Не хочешь после окончания поступить под мое крыло? С твоим уровнем не будет никаких проблем. Что думаешь?

— Эм… Извините профессор Лю, я не могу дать вам ответ. Я все еще не думал в какую область хочу дальше, — смущенно ответил парень и кашлянул.

Аспирант позади профессора стоял никак не реагируя. Однако внутри он гневался.

Что профессор нашел в тебе? Тебе трудно просто дать ответ, мудак!

Ты не понимаешь, как тебе повезло…

Он проклинал Лу Чжоу…

…………………………………………………….

По совпадению в сотнях километрах в университете Чжи, много людей тоже хотело ругаться.

Вчера завершили исследовательский проект по композитным материалам на основе цемента, модифицированного углеродными нанотрубками, который проводил институт исследований материалов университета Цзиньлин.

20 минут назад лидер проекта Юй Хункан объявил про это. Их исследовательская группа также изучала модифицированные углеродными нанотрубками композитные материалы на основе цемента, так что это, несомненно, плохая новость для них.

Это означало, что почти полугодовое исследование прошло впустую.

Их механические испытания для образца завершены. Однако сейчас никто не хотел анализировать Фурье-спектрограмму.

Поскольку они больше не нужны.

Для уменьшения потерь им надо использовать все имеющиеся исследования и найти какие-то выгоды.

Профессор Юй Хункан отпустил всех, но никто не покинул лабораторию.

Они все стояли с опущенными головами, один из парней сказал:

— Извините…

Его звали Ван Че. Он аспирант с института материалов и инженерии. У него двойная степень бакалавра по прикладной математики и химии материалов и его считали супергением.

В магистратуре он выбрал более продвинутую вычислительную науку о материалах в качестве основного направления. Войдя в исследовательскую группу Юй Хункана, он быстро завоевал уважение исследовательской группы своим математическим талантом.

Однако в такой важный момент он облажался.

Хотя он тоже использовал математические инструменты для анализа Фурье-спектрограммы, но его ослепили небольшие результаты. Поэтому он упустил подсказки, которые нельзя пропускать… Никто не винил его, но он сам винил себя.

Профессор Юй покачал головой и сказал:

— Нет, это не твоя вина. В этом исследовании нас опередил Университет Цзиньлин. На последней встрече Китайского общества передовых материалов по академическому обмену в Хуанчжоу. Я встречался с профессором Ли Жунжэном и перекинулся с ним парой слов. Уже тогда у меня появилось плохое предчувствие.

Оказалось, что его предчувствие сбылось.

Возможно, не следовало соревноваться с университетом Цзиньлин в области в которой не сильны.

Они провалились лишь из-за Ван Че?

Нет конечно.

Во всех университетах есть исследовательские команды во главе с лучшими профессорами, и никто в них не являлся бездарем. В том числе и Ван Че.

Если профессору Юй показали статью два месяца назад, могла бы сейчас ситуация быть другой?

В конце концов они получили аналогичные данные. Университет Цзиньлин сильнее них, но ненамного. Возможно в итоге преуспели они бы…

Юй Хункан вздохнул про себя.

В университете Цзиньлин есть гений!

Если бы только этот гений был у них…

Глава 108. Капитализм — зло

Попрощавшись с профессором Лю, Лу Чжоу пошел в институт углеродных нанотрубок и нашел лабораторию Ли Жунжэня.

Лу Чжоу не застал лаборантов, но насколько он знал они путешествуют.

Профессор увидел парня и с улыбкой произнес:

— Вчера днем пришло уведомление от вышестоящих органов. Они приняли наш отчет! Поэтому я пошел в финансовый отдел и рассчитал оставшиеся средства на исследования. Даже, если ты не аспирант, мы все равно благодарны тебе. Без твоей помощи мы бы не смогли завершить этот проект.

Профессор Ли открыл ящик и вытащил чек. Затем он на нем написал несколько строк и поставил печать.

Положив его на стол, он сказал спокойным голосов:

— Мне больше нечего тебе дать, поэтому в качестве благодарности прими эти 50000 юаней.

Лу Чжоу не ожидал такого.

Взяв чек, он улыбнулся и сказал:

— Спасибо, профессор!

Это довольно большая сумма. Поскольку даже национальная стипендия лишь 8 тысяч.

К тому же, даже аспиранты, работающие на профессора, получали лишь пятьсот или шестьсот юаней в месяц. И то профессор иногда забирал эти деньги на «исследования».

Поэтому это действительно очень щедро для него.

Профессор улыбнулся и махнул рукой:

— Не благодари меня, это я должен благодарить тебя, — он откашлялся и продолжил, — в последние годы процесс производства многослойных углеродных нанотрубок продолжал развиваться. Цены падают все больше и больше, а темпы коммерциализации ускоряются, особенно в области композитов. Хотя стоимость выше, чем у технического углерода, соотношение цены к качеству очень хорошее. Некоторые время назад я разговаривал с руководством «новых материалов Чжуншань» и чувствую, что еще многое предстоит сделать.

— После нового года, я вероятно открою исследовательский проект по исследованию материалов электродов. Тебе интересно?

Парень задумался и ответил:

— Я сообщу вам позднее. Я не знаю, будет ли у меня свободное время.

Он не мог давать обещание на будущее. Ему нужно будет поехать на математическую конференцию в Принстоне через два месяца. Кто знает, что может случится после конференции. Система может дать ему несколько странных заданий.

Хотя он хотел принять участие в исследовательском проекте, чтобы набраться опыта, он решил обождать и обдумать тщательнее.

Профессор Ли сказал:

— Тоже верно, тогда я спрошу у тебя, когда придет время. Ну, больше не держу тебя, можешь идти заниматься своими делами.

После этого Лу Чжоу покинул лабораторию и пошел в библиотеку. Он открыл ноутбук и собирался продолжить читать статью, когда внезапно заметил, что парень рядом использовал функцию блокировки экрана «Помощника студента». Лу Чжоу невольно улыбнулся.

Похоже, маркетинговый план Юаня Ливэя успешен. Это не первый раз, как парень увидел кого-то пользующегося его приложением.

Тогда он открыл Baidu и набрал в поиске “Помощник студента”. Ему хотелось увидеть число загрузок.

Однако поиск выдал ему новостную статью.

[Новые материалы Чжуншань(300XXX) инвестирует в приложение Помощник студента. Продолжая выводить «интернет» + «университет» на университетский рынок…]

Что это?

Лу Чжоу мало, что знал о рынке ценных бумаг. Он только знал, что их можно покупать и продавать.

Ему стало любопытно, и он открыл статью.

[Позавчера компания «новые материалы Чжуншань» сделала крупный прорыв в технологии композитных материалов на основе цемента, модифицированных углеродными нанотрубками, и успешно зарегистрировала два патента. Это привело к росту цен на акции. В последнее время появилось много хороших новостей: «Новые материалы Чжуншань» использовали свободные средства для инвестирования в ассистента Кампуса…]

Лу Чжоу пролистал длинную статью в конец.

Внезапно он вскинул брови.

Ничего себе, новость только вышла, а акции компании Чжуншань выросли на 5.6%! Ее рыночная стоимость выросла более чемна 3 миллиарда!

Черт, это лишь пять миллионов инвестиций, почему они так выросли?

Лу Чжоу подумал о чеке на 50000 юайней, что дал ему профессор, а затем читая эту новость ощутил себя несведущим. Он закрыл сайт и продолжил читать статьи.

Капитализм зло…

…………………………………….

Пока Лу Чжоу читал статьи внутри библиотеки, в аудитории неподалеку сидела группа у которой подходил к концу экзамен.

Вэй Фэн снова проверил свое имя на бланке, а потом сдал работу по продвинутой алгебре и покинул класс с рюкзаком.

Он собирался пойти в столовую, когда наткнулся на Ли Чуйчжэ, который выглядел так словно искал его.

— Эм… Брат Фэн, ты не занят?

Вэй Фэн с подозрением посмотрел на него и спросил:

— Что такое?

Ли Жуйчжэ кашлянул и произнес:

— Можешь сделать одолжение?

Просто говори уже.

— Просто скажи, если я могу помочь, я помогу. Если нет, то ничего не смогу сделать.

Ли Жуйчжэ неловно улыбнулся и сказал:

— Дело в том, что я подумал и понял, что мне еще нужно практиковаться в программировании. Мне не следовало уходить. Тебе еще нужен кто-то в команду? Я хочу вернуться назад…

Вэй Фэн улыбнулся и сказал;

— Конечно, сходи к толстяку У. Он президент клуба.

Ли Жуйчжэ волновался:

— Я спрашивал его, но он отказал мне. Может поможешь мне убедить его…

— Извини, с этим не могу помочь, — оборвал его Вэй Фэн, — Разве ты не помнишь, что сказал мне до того, как покинул клуб? Я пытался убедить тебя не уходить. Почему ты ушел?

Другие слова Вэй Фэн не стал говорить.

Поскольку ты не смог пройти все трудности вместе с нами до конца, почему мы должны наслаждаться результатами вместе?

Теперь помощник студента получил пять миллионов инвестиций. После обновления число загрузок и активных пользователей росло в геометрической прогрессии. Любой, кто хотел присоединиться к команде, должен быть по-настоящему талантливым.

Если кто-то упустит возможность, он не получит ее снова.

Хотя говорить про это обидно, силы Ли Жуйчжэ недостаточно даже для выполнения поручений.

Вэй Фэн ответственный за команду. Он не мог позволить просто так присоединиться бездарному парню.

Вэй Фэн развернулся и ушел.

Ли Жуйчжэ безжалостно отвергли, и он долго молчал.

Его лицо переполняло разочарование и зависть.

Наконец ему удалось сказать:

— Бл**ь, идите на хрен… да кому нужен ваш дерьмовый стартап!

Глава 109. Для гения не бывает слишком много дипломов

Лу Чжоу не стал допоздна засиживаться в библиотеке. Он отправился в столовую, чтобы съесть лапшу и потом вернулся в общежитие.

Не успев зайти в комнату, он уже услышал громкое обсуждение задач экзамена.

Однако, войдя в комнату, обсуждение прекратилось.

Дискуссия должна быть равной, и кто-то сильный просто подавит другую сторону.

— Эм, продолжайте, я не буду влезать. Просто сделайте вид, будто меня нет.

Ши Шан кашлянул и сказал:

— Давайте сменим тему. Чжоу, как экзамен?

Лу Чжоу задумался на мгновение и сказал:

— Все нормально.

Услышав его ответ, трое соседей не стали больше говорить про задачи и вернулись на свои места за ноутбуки.

Хуан Гуанмин сказал:

— Максимальный балл, максимальный.

Ши Шан Вздохнул:

— Однозначно максимальный балл.

Лю Жуй предложил:

— Давайте в ЛоЛ. Хочу сыграть за керри, слышал их абилки очень сильны.

Ши Шан воскликнул:

— Черт!

Хуан Гуанмин сказал:

— Никто не собирается саппортить тебе!

— … — Лю Жуй не нашел слов.

???

Вновь началась болтовня про Рифт, и комната оживилась.

Лу Чжоу разделся и отправился в душ. После он забрался на кровать и лег.

Ши Шан играя в командный матч заметил, что Лу Чжоу улегся спать и спросил:

— Чжоу, почему ты так рано ложишься?

— Я немного устал, ничего такого.

— Я говорил тебе ложиться нормально, но ты не слушал. Видишь, теперь ты столкнулся с последствиями.

— Черт, играй в игру и молчи.

Лежа в постели, Лу Чжоу пытался подушкой прикрыть уши от шума. Потом закрыл глаза и подумал:

Система.

Открыв глаза, он увидел белое системное пространство.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания:

Завершен исследовательский проект по изучению композитных материалов на основе цемента, модифицированных углеродными нанотрубками.

Окончательная оценка задания: А]

[Награда за задание:

10000 очков опыта по математики.

3000 очков опыта по физике.

3000 очков опыта по материаловедению.

500 баллов.

24 часа вдохновения (используйте в любое время).]

Парня шокировала награда.

Целых 16000 очков опыта!

Он получил лишь 10000 очков опыта по математике, решив гипотезу Чжоу.

Однако тут не чему удивляться и это логично.

Ведь согласно описанию задания, баллы определялись не научной ценностью, а ценностью исследовательского проекта и вкладов пользователя в проект.

Исходя из этого, такая награда имела смысл. В конце концов этот исследовательский проект стоил более 2 миллиардов юаней. Даже десятая часть от этой суммы будет 200 миллионами.

Также доказательство гипотезы Чжоу скорее всего накладывало штраф, поскольку Лу Чжоу получил его в качестве награды за задание. Правила системы очень туманны. Она давала только вероятности для лотереи. Остальное парню приходится додумывать самому.

На этот раз не было счастливой лотереи. Вместо этого он в награду получил 24 часа вдохновения.

Они улучшают умственные способности?

Хотя ему интересно, что это такое, он не мог использовать их в общежитие.

24 часа это немного. Он планировал использовать их, когда столкнется с трудностями.

Получив награду, Лу Чжоу открыл панель характеристик.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV2（12000/50000）

B.Физика: LV1（5100/10000）

C.Биохимия: LV1（0/10000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV1（3000/10000）

F.Энергетика: LV1（0/10000）

G.Информатика: LV1（2600/10000）

Баллы: 1975 (один билет счастливой лотереи)

]

Парень приблизился к повышению уровня физики, поэтому он почувствовал себя довольно хорошо. В прошлом он думал, что физика бесполезна и можно обновлять ее позже. Однако теперь он решил поднимать физику с математикой наравне.

Парень молча помолился, открывая задания.

[Задание 1: Мастер слем-данка.

Описание: Хотя учиться важно, здоровье важнее. Упражнения помогут укрепить тело и вдохновить вас, поэтому почему нет?

Требования: Сделать 3000 бросков с трехочковой линии. Не менее 10 секунд на бросок. Баскетбольное кольцо должно быть обычным.

Награда: 3000 очков опыта для любых предметов. Один билет для счастливой лотереи (90% — мусор, 5% — образец, 5% — чертеж).]

[Задание 2: Сразу два.

Описание: Настоящий гений никогда не испугается испытаний!

Требования: Примите участие в двух соревнованиях национального уровня или выше, оцените и сравните свои результаты.

Награда: Награда зависит от уровня конкурса и результатах. Один билет для счастливой лотереи (85% — мусор, 10% — образец, 5% — чертеж.]

[Задание 3: Встретьтесь с научным обществом.

Описание: Улучшение знаний заключается в общении и столкновении идей. Научные конференции — это возможность общаться с гениями.

Требование: Принять участие в научной конференции и сделать следующее: выступить с презентацией, представить академический плакат, прослушать лекцию, пообщаться с гениями.

Награда: Вид очков опыта определяется типом научной конференции. Размер зависит от важности участия. Один билет для счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — образец, 8% — чертеж, 2% — разблокировка технологической отрасли).]

Первое задание трудное. Три тысячи трехочковых. Лу Чжоу за всю жизнь не бросал так много.

Говоря про данк…

Парень мог его сделать только стоя на стуле.

Лу Чжоу прикинул, что ему понадобиться больше месяца на это. 3000 очков опыта слишком мало.

Он проигнорировал первое задание и сосредоточился на двух других. В итоге он выбрал самое выгодное задание. Третье.

Принять участие в двух соревнованиях и преуспеть в них будет не сложно для него. Но отбор слишком долгий. А в начале февраля у него конференция по математике в Принстоне и там легко завершить задание.

Лу Чжоу выбрал третье задание и вышел из системного пространства.

У него много времени, чтобы подготовиться к конференции.

Ему нужно сделать презентацию и плакат. Но наиболее важная часть — его английский.

Хотя его английский довольно хороший. Поскольку он опубликовал много статей, увеличивающих его словарный запас, но ему все еще не хватало разговорного опыта.

У него два месяца впереди, и он решил подтянуть свой английский за это время.

Попутно он получит сертификат TOEFL.

Для гения не бывает слишком много дипломов.

Глава 110. Я желаю тебе светлого будущего

Экзамен по обычным дифференциальным уравнением открыл экзаменационную неделю, потом шел математический анализ, комплексный и дискретный анализ, все студенты страдали. Последний экзамен по физике самый худший.

На самом деле с экзаменами все нормально.

По крайней мере нормально для Лу Чжоу. Его больше волновал экзамен по политологии.

Он почти завалил современную историю в прошлом семестре. Этот экзамен посвящен положению дел в политике, и он скорее всего завалит его. Обычно он мог просто написать какую-то ерунду и этого хватило, но он не знал никакой ерунды, чтобы вписать ее.

В связи с этим куратор специально нашел его для разговора.

— Лу Чжоу, если ты завалишь экзамен по политологии, то будет плохо. Этот предмет приносит очень хорошую оценку. Заведующий кафедры уже вписал твое имя для вступления в партию, но университетский комитет не очень хорошего мнения о твоих оценках по политологии. Поэтому у кафедры есть план. Мы позволим сначала подать тебе партийное заявление, а затем пойти с другими активистами на партийный занятия. Что думаешь?

Количество мест в партии ограничено и выделялось по два места на группу. Обычно староста и его зам получали их.

Если Лу Чжоу займет место, то значит либо старосту, либо его зама выгонят.

Нет других вариантов, у гения будет приоритет.

Никто со всей кафедры не мог решить что-то вроде гипотезы Чжоу. Даже если университетский комитет недоволен его политическими оценками, они ничего не могли с этим поделать.

Однако это не понравилось Лу Чжоу.

Почему вы решаете за меня?

Я просил принять меня?

Лу Чжоу кашлянул и мягко отказался:

— Учитель, я могу не вступать? Мне это не интересно.

Он совершенно не заинтересован в государственной службе. Ему все равно присоединиться он или нет.

В научном мире важны квалификация, связи, ваши преподаватели… но самое важное это умение.

Если он получит Филдсовскую премию, то все остальное не важно.

— Ты не хочешь? — удивленно спросил преподаватель Чжан, — это же такая возможность! Ты уверен?

Куратор надеялся, что Лу Чжоу передумает. Ведь всего лишь надо послушать пару лекций и написать эссе, что не слишком сложно…

Он не мог поверить, что кто-то упустит такой шанс.

Однако по мнению Лу Чжоу — это лишь пустая трата времени. Вместо этого он скорее почитает статьи. У него нет свободного времени…

Лу Чжоу серьезно узнал:

— Я обязан?

Преподаватель Чжан покачал головой и сказал:

— Нет, нет. Если ты решил… тогда передам твой ответ.

Парень кивнул:

— Хорошо, спасибо, учитель.

Преподаватель Чжан не мог смотреть как этот студент выбрасывает свое «светлое будущее». Он все еще хотел что-то сказать, но потом у него зазвонил телефон.

— Да, профессор У. Что стряслось?

— Что? Проект? Конечно! Приду!

— Да, уже бегу.

Он повесил трубку и сделал вид, будто ничего не было:

— Моему научному руководителю нужна помощь в исследовательском проекте. Говоря про вступление в партию, попытайся получше подумать. Ладно, мне надо идти.

— …

Почему он так настаивает…

Лу Чжоу взял его стенограмму и собирался покинуть кабинет, когда внезапно преподаватель Чжан остановил его.

— Точно, чуть не забыл.

Парень остановился и развернулся:

— Что?

— Как закончишь с последним экзаменом не уезжай. Подожди до десятого января.

Хотя Лу Чжоу не собирался возвращаться домой рано, поскольку у него все еще была конференция в Принстоне. Однако ему стало любопытно, что он должен ждать.

— Почему?

Преподаватель улыбнулся и сказал:

— Хорошая новость. Будет вручение десяти ежегодных специальных стипендий от университета Цзиньпина. Ты был выбран с факультета математике. Просто не забудь подготовиться к церемонии награждения.

………………………………………………

Экзамен по физике наконец-то прошел и весь математический факультет переполнился радостью свободы.

Независимо от результатов, экзамены прошли.

В тоже время экзамены выпускников тоже подошли к концу. Студенты четвертого курса могли наконец-то расслабиться.

Чэнь Юйшань и Лу Чжоу с гамбургерами сидели напротив друг друга в KFC возле университета.

Неожиданно они оба любили фастфуд.

Лу Чжоу спросил:

— Как прошел экзамен?

Чэнь Юйшань улыбнулась и ответила:

— Фантастично! Думаю, могу начать подготавливаться к собеседованию.

— Впечатляет.

Девушка уверенно произнесла:

— Само собой! А как у тебя?

Парень вздохнул:

— Помимо политологии, другие предметы довольно легкие, поэтому скорее всего максимум баллов.

— Максимум баллов? Ты слишком крут. Я чуть не забыла, что ты самый умный студент-математик в нашем вузе. Если бы профессор смог задать задачу, которую ты не сможешь решить, то он вероятно получит повышение.

Слушая ее, Лу Чжоу чуть не поперхнулся колой.

— Ты преувеличиваешь…

— Возможно, — Чэнь Юйшань отпила колу и посмотрела на него с улыбкой, — Кстати говоря, младший брат. В следующем году пойдет уже второй семестр. Какие у тебя планы на будущее?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Прямо сейчас я еще ничего не планировал, но я также хочу получить степень по физике.

— Ух ты… физика и математика? Они же довольно разные, не? Можешь ли ты учить их одновременно?

— Должен справиться. Если понимаешь математику, то большая часть вопросов по физике не сложны. В конце концов уравнение по физике выведены из математики.

— Ты хочешь учиться за границей? Я слышала Принстон очень сильно цениться в области математике. Ты должен суметь получить приглашение, верно?

Лу Чжоу задумался и ответил:

— Возможно, но у меня нет планов учиться за границей на данный момент. Я подожду окончания бакалавриата. Думаю, университет Цзиньлин мне подходит.

В действительности он долго думал об учебе за границей.

Получив награду в миллион юаней у него достаточно денег для обучения за границей. Теоретически, он может поступить в университет высокого уровня, например, в Принстон или Беркли.

Однако он не знал, понравятся ли они ему. Парень чувствовал, что сначала надо посмотреть на них своими глазами.

Во время конференции в Принстоне в феврале, он сможет поговорить с математиками и возможно осмотреть вуз, попытаться выяснить как учеба там будет выглядеть.

Лу Чжоу с нетерпением ждал этого.

— Хорошо, в следующем году, когда начнутся занятия, и я уже буду в Яньцинском университете. Я не смогу позаботиться о тебе. Так что ура! — сказала Чэнь Юйшань подняв свой стакан с колой, — Желаю тебе успеха в будущем!

Лу Чжоу подумал:

Ты заботилась обо мне? Разве не я объяснял тебе математику все это время?

Однако он не сказал этого вслух. Он не настолько отсталый.

Лу Чжоу чокнулся с ней стаканом и искренне сказал:

— И я желаю тебе светлого будущего!

Глава 111. Бедность, скрытая за улыбкой

Нечто большое произошло в конце месяца.

Умер император математики и отец современной алгебраической геометрии Александр Гротендик.

По-видимому, в прошлом месяце врачи сообщили о смерти старика. Это чудо, что он прожил до сих пор.

Его любимый ученик Делинь присутствовал на похоронах. В конце похорон Делинь объявил печальную новость своим друзьям и родственникам, а также тем, кто интересовался математикой.

— Алгебраическая геометрия 20-го века породила много гениев, но был лишь один Бог и это Гротендик.

Эту фразу цитировали многие СМИ. И оно наконец появилось в новостной ленте WeChat Лу Чжоу.

Однако помимо этого, СМИ особо не освещало новость.

В конце концов Гродендик на многие годы покинул мир математики.

Если бы парень был не с математического факультета, то даже не заметил бы этого события.

Много разных областей берет начало из алгебраической геометрии и все они пришли от этого старика.

До сих пор многие его работы не полностью поняты, но многие важные результаты достигнуты. Например, гипотеза Вея, доказанная Делинем, рождение теории К, доказательно гипотезой Таниямы — Шимуры — Вейля, и даже доказанная теорема Ферма…

К сожалению его исследования, использовались в военных целях. Он уволился из французского Института высших научных исследований и полностью отдалился от математического сообщества. Он также упорно защищал авторские права своих работ.

Национальные исследователи алгебраической геометрии пытались перевести некоторые из его работ. Однако из-за авторских прав и ряда других причин они смогли перевести лишь малую часть.

Как-то Лу Чжоу спросил профессора Тана, есть ли у того переводная версия, которую можно почитать.

К сожалению, Тан Чживэй не из этой области. Хотя он видел оригинальные работы, все это было десятилетия назад. В итоге Лу Чжоу сдался.

Двадцатая неделя третьего семестра.

После окончания экзамена по физике, объявили о начале зимних каникул.

В первый день Нового года в классе прикладной математике состоялась вечеринка.

Однако группа состояла лишь из парней и поэтому праздник был не такой веселый. Они украсили кабинет, спели несколько песен, устроили небольшое шоу с фокусами, раздали подарки, и быстро все закончили.

Поскольку куратору Чжан нужно делать свой собственный проект, собрание в конце года отменилось и о начале зимних каникулах объявили раньше.

На этом экзамены для студентов второго курса с направления математики закончились. В 201 комнате не обсуждали результаты экзамена. Они просто разъехались по домам. В этот раз уехал и Лю Жуй, в итоге Лу Чжоу остался один в комнате.

У него запланирована научная конференция в феврале, поэтому вынужден ждать до китайского нового года, прежде чем он сможет вернуться.

— Так пусто…

Лу Чжоу осмотрелся в мертвой комнате, а затем вздохнул.

Холодная обстановка.

Холодная погода

Пустая комната, почему мне так одиноко?

Эх, может мне найти девушку?

Когда Лу Чжоу поднялся на кровать и открыл ноутбук, он увидел, что Сяо Ай снова накопил опыт для обновления.

Небольшой сюрприз.

Улучшать искусственный интеллект становилось все сложнее и сложнее. Сначала шкала заполнялась за три дня, а сейчас на это уходит почти месяц. Он не знал, сколько еще времени займет заполнение следующей полоски опыта.

Он получил 100 очков опыта по информатики, а потом вздохнул, глядя на шкалу. Парень написал в диалоговом окне и нажал энтер.

[Сяо Ай.]

[?]

[Когда заполнится последняя шкала? Как твой хозяин, я сильно обеспокоен твоей скоростью улучшения интеллекта. Может договоримся и заполним его сейчас?]

Кулер стремительно завращался.

Ноутбук нагрелся.

Затем выскочила картинка.

[(улыбка_скрывающая_бедность.jpg)]

— …

Черт он не понимает слов?

Парень нахмурился и напечатал:

[Разве я не говорил, чтобы ты не отправлял изображения?]

Кулер снова загудел и на этот раз пришло сообщение без картинки.

[Ссылка на Taobao: IBM-X3950-X … сервер, цена 2.37 миллионов юаней (бедный.jpg)]

— …

[Продолжай дальше кидать картинки.]

Ппц!

Больше ничему не научился, но научился лазить по интернет магазинам.

Это искусственная отсталость безнадежна.

Лу Чжоу вздохнул и завершил свое «ежедневное задание» побеседовать с Сяо Ай. Затем закрыл диалоговое окно и начал готовить свою речь.

После инструктора, ему также рассказал декан про ежегодные стипендии, и сказал отнестись к этому серьезно.

Поскольку назначена стипендия в 10000 юаней, Лу Чжоу использовал 120% своей силы воли и много раз правил свою речь.

5 января наконец наступило.

Ежегодная церемония награждения студентов университета Цзиньлин в 2014 году проходила в большом зале нового корпуса!

Эта церемония награждения предназначена для признания выдающихся студентов, сделавших значительные достижения в области научных исследований, инноваций и предпринимательства, культуры университета и общественного благосостояния. В тоже время эта награда вручается в связи с ежегодной особой стипендией Цзиньлинского университета, которую будут показывать в прямом эфире по телеканалам Цзиньлин и Сучжоу.

Ценность этих двух наград вероятно эквивалентна ежегодным наградам университета Шуйму. Однако сумма стипендии небольшая, всего 15000. Это меньше чем награда за научные статьи.

Однако значение этой награды не в 15000 юаней.

В конце концов, университет Цзиньлин один из лучших в стране.

Способность выделиться в таком сильном вузе среди тысяч студентов это стать гением среди гениев.

Было лишь десять человек, которых выбирали для ежегодной премии.

Награждали лишь одного человека от факультета. Но специальная стипендия «Дунлян» имела большее число наград и в этом году награждалось 18 студентов.

Согласно обычной практике, студенты второго курса не отбирались для ежегодной награды. Минимальный стандарт студенты третьего курса.

Поэтому Лу Чжоу, который открывал церемонию своей речью, несомненно исключение.

Он только на втором курсе, а его лично выдвинул декан. Он даже получил единогласное одобрение руководства университета.

Еще более редким стало то, что в этом году церемонию награждения открывал студент математик, а не физик...

Глава 112. Ежегодное награждение

Прекрасный танец в исполнении «пылающей молодежи» воодушевил зрителей. Закончив танцоры поклонились учителям и студентам и ушли со сцены.

Поднялся красный занавес и в центре большого экрана появилась большая строка текста.

[Искренне и величественно, с усердием учиться.]

Девиз Цзиньлинского университета.

Этому девизу уже более 100 лет.

Первым на сцену вышел старик в очках.

Он выглядел худым, но держался прямо и уверенно.

Лу Чжоу видел его лишь несколько раз, но прекрасно помнил его.

Никто иной, как ректор Сюй Цзянь!

До того, как стать ректором, он являлся одним из академиков отделения информационных технологий Китайской академии наук. Он осуществил более двадцати национальных исследовательских программ и внес большой вклад в развитие информационных технологий и сетевой безопасности Китая.

Его речь была очень научна, он говорил конкретно и лаконично. За пять минут он закончил, сказав все нужное.

После того, как он поблагодарил всех, раздались аплодисменты.

Парень стоял за кулисами в костюме, крепко сжимая в руках сценарий и ощущая, как потеют его ладони.

В зале сидело более двух тысяч человек. Не только студенты старших курсов, но присутствовали еще магистры, аспиранты, начальники кафедр. Камеры телеканалов Цзиньлин и Сучжоу транслировали церемонию награждения в прямом эфире.

Профессор Тан, держа руки за спиной, стоял рядом с Лу Чжоу, он улыбнулся и поинтересовался:

— Нервничаешь?

Парень кашлянул и ответил:

— Все нормально.

Профессор засмеялся:

— Ладно. У тебя будет еще много выступлений в будущем. Рассматривай это как практику. Это поможет тебе в будущем.

Лу Чжоу вздохнул и серьезно произнес:

— Понимаю.

Награждение разделили на три части. Сначала шла вступительная речь наставника, затем речь победителя, после чего шло награждение и групповое фото всех победителей.

Ведущей увидел, что ректора закончил речь и объявил о начале следующей части.

На большом экране в центре сцены появился тексты, в котором обобщались достижения победителя.

[Лу Чжоу, мужчина, математический факультет, 2013 год, первая группа. Опубликовал 13 статей по математике, информатике и вычислительному материаловедению. Использовал инновационные методы для доказательства «гипотезы Чжоу», проблемы математики мирового класса, приглашен для участия в Принстонской конференции по математическому научному обмену в 2015 году. В 2014 году получил «Кубок общества высшего образования» на национальном конкурсе по математическому моделированию, основатель студенческого предпринимательского проекта «Помощник студента».]

Глядя на текст на экране, аудитория слегка воскликнула в удивлении.

Для обычного человека любой с такими достижениями будет впечатляющим.

Стоя за кулисами и глядя на его достижения, которые всем демонстрировались, парень не мог не почувствовать себя гордым.

Единственный минус, что не приложили его фотографию.

Если бы они показали его фото всему университету, было бы еще лучше!

Затем профессор Тан вышел на сцену и ведущий с уважение помог настроить ему микрофон.

Постепенно зрители в зале стихли.

Кашлянув, профессор заговорил с тоном отличным от того с каким он вел лекции.

— Если вы спросите меня, какой студент произвел на меня наибольшее впечатление за последние тридцать лет, то это Лу Чжоу.

— Статья по функциональному анализу, что привлекла внимание Курантовского университета математических наук. Статья что дала новые идеи в области вычислительных материалов и рождение теоремы Чжоу… чувствую, что повторяю содержимое на слайде.

Профессор сделал паузу и потом улыбнувшись продолжил:

— У меня не так много времени, поэтому не буду повторяться. По моему мнению, его научные достижения уже превзошли большинство аспирантов. Его самый ценный навык в том, что он может быстро найти и решить интересующие его научные проблемы.

— Ему только двадцать лет.

— Дорога в будущее длина, на пути много проблем. Будь то использование математических методов для решения практических задач или оспаривание Филдсовской премии, но я считаю, что в зале математиков есть для него место.

— Спасибо.

Хлоп, хлоп, хлоп…

Разразились бурные аплодисменты.

Во время аплодисментов профессор с улыбкой передал микрофон Лу Чжоу. Затем он сложил руки за спиной и ушел за кулисы.

Лу Чжоу посмотрел на зрителей.

Он вспомнил пот и слезы, которыми жертвовал последние шесть месяцев…

Бесчисленные дни и ночи, которые он провел, учась…

Вздохнув, он чувствовал, как сильно бьется его сердце.

Он заговорил спокойным голосом, хотя внутри волновался:

— Спасибо Цзиньлинскому университету за предоставленную мне возможность стоять здесь. Также спасибо всем вам за предоставленную мне возможность говорить. Также я благодарен родителям, воспитавшим меня, и преподавателям…

— Функциональный анализ моя основная область. Профессор Тан вдохновил меня на мою первую статью. В исследовательской группе профессора Ли Жунжэна я развил свое научное мышление, используя математические инструменты для решения практических задач. Это был ценный опыт для меня...

— Что касается распределения простых чисел Мерсенна и доказательства гипотезы Чжоу, я предпочитаю говорить об этом как о случайности. Как о внезапном озарение, что я не упустил...

— Также «Помощник студента» не лично моя работа, это труд всей моей команды…

Лу Чжоу говорил обо всем начиная от науки и заканчивая предпринимательством, от научного мышления до командного духа.

Это правда, что его успех благодаря удаче, системе и другим различным факторам.

Однако это не значит, что он сидел сложа руки.

Главное усердный труд.

Даже без помощи системы, если он сконцентрируется и сосредоточиться, у него все еще была бы возможность подняться на этот подиум.

И все эти достижения он тоже мог бы получить.

Просто не так быстро и на это потребовалось десять или даже двадцать лет. Он должен был работать с упорством и настойчивостью, также как делали это тысячи других людей, потерпевших неудачу…

Зрители слушали очень внимательно. Особенно новые студенты, что еще не разъехались по домам. Они даже достали свои тетради и делали заметки.

По оценки Лу Чжоу у него осталось немного времени, поэтому он глубоко вздохнул и на его лице появилось искреннее выражение.

— В конце в качестве заключительных слов, я хочу повторить девиз университета.

— Искренне и величественно, с усердием учитесь.

— Спасибо, что слушали!

— Спасибо!

Зал на мгновение воцарилась тишина.

Затем одиночные хлопки превратились в оглушительный шквал.

Стоя на сцене Лу Чжоу чувствовал словно стоял посреди грозы.

Хлоп, хлоп, хлоп!

Хлоп, хлоп, хлоп!

Парень поклонился и кивнул ведущему, после чего прошел за кулисы.

Глава 113. Множество талантов

Хлоп, хлоп, хлоп!

Аплодисменты продолжались, пока Лу Чжоу спускался со сцены.

Танцовщицы, что только выступали, сидели в зале и с волнением обсуждали.

— Ничего себе, он лишь второкурсник?!

— Ты не знала? Он звезда в нашем университете! Он тот, кто взорвал Weibo! И думаю вполне заслуженно, поскольку я постоянно вижу его в библиотеке. Скорее всего он поселится там, если она будет открыта и ночью!

— Интересно, есть ли у него девушка.

— Наверное, нет. А что такое? Ты заинтересовалась?

— Ха-ха, а ты нет?

— У меня есть парень! Ну… если он сам придет ко мне, возможно, я передумаю.

— Бе… бееее.

— Черт, мерзавка, ты хочешь подраться?!

Не далеко от них, на местах студенческого совета…

Лин Юйсян со сверкающими глазами смотрела на подиум и о чем-то думала.

Рядом с ней сидела секретарь студенческого совета, студентка первого курса, и с уважением посмотрела на Лу Чжоу. Внезапно она о чем-то подумала и спросила:

— Сестренка, я слышала, что Лу Чжоу был с тобою в команде на конкурсе, это правда?

Девушка оживилась и ответила:

— Да.

Первокурсница взволнованно спросила:

— Что он за человек? Он отличается от обычных людей?

Лин Юйсян улыбнулась и посмотрела на ведущего на сцене. Задумчиво постучав по губам, сказала:

— Хм… не очень. Он выглядит спокойным и надежным. Но он не знает, как позаботиться о себе, всегда забывает поесть и нужен кто-то, кто принесет ему еду… Заставляя постоянно переживать за него.

Вау…

Глаза девушки сияли, словно звезды, когда она смотрела на Лин Юйсян как на кумира.

Такие отношения с идолом!

Не удивительно, что она вице-президент.

Может быть, она легендарная богиня!

Чуть дальше сидело руководства университета.

Само собой, на церемонии присутствовали не только руководители университета, но и гости.

Например, профессор Жень, сидящий рядом с деканом Цинь.

Профессор Жень очень заботился о молодых талантах Цзиньлинского университета.

Это второй раз, когда он приехал в Цзиньлин за год.

Он подождал пока закончатся аплодисменты и сказал:

— Университет Цзиньлина скатился в дерьмо.

Декан улыбнулся и сказал:

— Ха-ха, завидуешь?

— Посмотрите, кто возгордился, — произнес профессор, глядя на своего старого друга, — думаю ваша радость будет недолгой. Такой гений не останется надолго в Цзиньлине.

Декан Цинь улыбнулся и сказал:

— Ох, ну тебе не нужно переживать останется он у нас или нет. Несмотря на это, он все еще будет выпускником университета Цзиньлин. Если он получит Филдсовскую премию он все еще попадет в зал славы нашего университета так что, при чем тут ты?

Старый профессор выругался и пробубнил что-то вроде «бестыдный старик», а потом скрестил ноги и проигнорировал своего старого друга.

Декан улыбнулся и тоже замолчал.

Глядя на его лицо, он знал, что тот на самом деле завидовал.

………………………………….

Студенты Цзиньлина действительно талантливы.

Когда Лу Чжоу закончил свою речь, он со стороны наблюдал за церемонией.

Люди с других факультетов также получали награду, и они были такими же впечатляющими.

Например, гений с программного обеспечения, даже сильнее чем товарищ по команде Лу Чжоу на конкурсе.

У него средний балл 97,8 на экзаменах. В старших классах он получил серебряную медаль на международной олимпиаде по информатике и ему предложили место в университете Цзиньлин. Летом на втором курсе он обучался в Калифорнийском университете и решил проблемы поднятую Грэмом, известным экспертом по информационной безопасности. Он также представил свою работу на ежегодном международном симпозиуме по информатике (STOC).

Этот парень превзошел других лауреатов. Даже Лу Чжоу еще не посещал иностранную конференцию, поскольку конференция в Принстоне лишь будет.

Конечно поскольку тот лишь третьекурсник у Лу Чжоу еще год, чтобы догнать его!

Гений с гуманитарного факультета также открыл глаза парню. Он всегда думал, что гуманитарные науки — это всякая писанина стихов и текстов. Он не представлял, что студенты гуманитарии могут быть такими же впечатляющими как студенты технических специальностей.

Например, этот парень за три с половиной года, выиграл в общей сложности девять стипендий, в том числе стипендию «хорошего чтеца» и премию за успехи в учебе. К тому же он также хорошо знал семь языков и участвовал в шести проектах по разным дисциплинам. На втором курсе он поступил в оксфордский университет и университет Нью-йорка на летнюю подготовку. Во время обучения в Нью-Йорке он участвовал в проектах по социальным наукам, например, в «Преобразовании самозанятых предприятий Китая».

Талантище…

Лу Чжоу хлопал в ладоши, поскольку не мог не ощутить уважения.

Однако хотя тут полно выдающихся людей, Лу Чжоу не смог никого найти столь же талантливого как он.

В конце концов, его решение математической проблемы мирового уровня слишком подавляло других. Одно только это достижение затмевало конкурентов. Кубок общества высшего образование дал ему больше признания, особенно в области прикладной математики.

Научные статьи хотя имели большую ценность шли лишь как приукрашивание.

Последний студент, вышедший на сцену, был с национальной обороны. После его награждения, все победители вышли на сцену и вместе прочитали “Клятву новой эры”.

После этого вышел ректор Сюй и вручил грамоту «студент 2014 года Цзиньлинского университета» и «Специальный стипендиант Дунлян 2014 года».

Парень думал, что он получит медаль или что-то такое, но ему вручили лишь два толстых сертификата.

Наконец-то все встали в один ряд с ректором в центре и сфотографировались.

Все студенты поднялись и дали клятву, чтобы с нетерпение дождаться нового года и стремиться к своим целям и мечтам. Наконец-то церемония награждения подошла к концу.

…………………………….

После того как опустился занавес, Лу Чжоу с двумя сертификатами вернулся в комнату за кулисами. Он повесил костюм, что одолжил, на вешалку и переоделся в теплый тренч.

Хотя в январе в Цзиньлине не шел снег, было все еще холодно и надо быть осторожнее.

Тут подошла Лин Юйсян и спросила с улыбкой:

— Ты свободен позже?

— А что такое? — переспросил Лу Чжоу.

— Университет для лучших студентов организовал обед на верхнем этаже столовой.

Верхний этаж столовой?

Легендарное место с лучшей едой… наверное?

Парень никогда там не был. Это место закрыто для студентов, там обслуживают только по предварительному бронирую, в основном преподавателей и руководителей вуза. Похоже, студенческий совет мог получить там столик, но это дорого, и они обычно ходили в обычную столовую.

Лу Чжоу кивнул и сказал:

— Хорошо, тогда я подойду попозже.

Он собирался пойти в ванную, но Лин Юйсян внезапно остановила его.

— Подожди секунду.

Лу Чжоу развернулся и спросил:

— Да?

Лин Юйсян посмотрела в пол и покраснела, с улыбкой сказав:

— Ничего, просто хотела сказать, что ты довольно красив в этом костюме.

Этот ход просто сшибает наповал мужчин.

Они никогда не узнают истинного намерения женщины.

Конечно, как она и ожидала этот гений слишком «застенчивый».

Лу Чжоу мягко кашлянул и смущенно улыбнулся:

— Правда? Я тоже так думаю.

— ?..

Глава 114. TOEFL экзамен

Еда и обстановка на обеде не слишком впечатляли, но для присутствующих людей эти стандарты все еще великолепны.

Включая ректора Сюй Цзяня, там находилось всего пять академиков. Также присутствовал руководитель отдела науки и технологий провинции Сучжоу.

Лу Чжоу среди них узнал двух людей. Секретаря Цзиньлина Лю, и бывшего главного конструктора китайского проекта исследования Луны, профессора Жень Чанмина из Яньцинского университета.

Очевидно, профессор все еще расстроен, что Лу Чжоу отказался от его приглашения учиться в их университете. Он долго разговаривал с парнем, прежде чем отстать от него.

Секретарь Лю почти не говорил с ним, лишь поприветствовал его с улыбкой. Они не из одного круга и у них не было общих тем. Даже их статусы отличались. Не говоря уже про то, что Лу Чжоу ранее отклонил его предложение.

Во время еды студенты расселись за три стола, преподаватели заняли два стола, а руководство село за один стол.

За столом Лу Чжоу сидело одиннадцать человек.

Первоначально этот стол был рассчитан под десятерых человек, но президент студенческого совета принес еще один стул. Будучи тупым, он сел рядом с гением с факультета гуманитарных наук.

Президент студенческого совета опытный в социальных взаимодействиях. Хотя у него не было общим тем, ему все же удавалось общаться со всеми, не перегибая палку чрезмерной навязчивостью и никого не раздражая.

Еду еще не принесли, но он уже успел всех обойти и взять у каждого номер WeChat.

Лу Чжоу всегда считал, что студенческий совет бесполезен, но он изменил свое мнение. Глядя на президента, он понял, что тот позволяет увеличить число связей и улучшить социальные навыки.

Это достаточно полезно.

Однако Лу Чжоу не уделял слишком много внимания президенту студенческого союза. Вместо этого его внимание было приковано к студенту с факультета физике.

Он с четвертого курса. Судя по всему, ему предложили получать магистерскую и докторскую степени в Лаборатории квантовой информации Китайской академии наук. Он опубликовал две научные работы в области физики квантовой информации конденсированных сред и признан гением.

Поскольку Лу Чжоу собирался получить степень и по физике, он проконсультировался с ним.

— Ты еще хочешь заниматься физикой?

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Да, у тебя есть какой-нибудь совет?

Чжан Шикунь с удивлением посмотрел на парня, потом сказал:

— Я не слишком знаком с получением двух степеней. Но я немного знаю физику, поэтому могу дать тебе парочку советов. Я специализируюсь в физике сжатого состояния, в основном квантовые вычисления. Если заинтересован в этой области, тебе следует прочитать о квантовой механике, квантовой теории поля и квантовой теории многих тел. В Интернете есть несколько открытых курсов MIT по этим темам я отправлю их тебе в WeChat.

Лу Чжоу поблагодарил его:

— Большое спасибо!

— Не за что. Может быть, однажды мне понадобится твоя помощь, — сказал Чжан Шикунь с улыбкой. — Я изучаю квантовую информацию, которая требует хороших познаний математике. Особенно для запутанности и топологических фазовых переходов. Саму запутанность трудно измерить непосредственно с помощью экспериментов, поэтому необходима сильная математика для расшифровки экспериментов. Если ты заинтересуешься квантовой информацией, у нас будет много шансов пообщаться в будущем.

Вдруг парень, сидящий рядом с Лу Чжоу, спросил:

— Почему вы все еще говорите о науке? Может сходим позже попеть?

Парня звали Ли Жаожань.

Он на химическом факультете, изучает полимерные материалы.

— Я плохо пою, — мягко отказался от приглашения Лу Чжоу. Он знал, что его пение ужасно.

Чжан Шикунь также покачал головой, сказав:

— Я должен идти в лабораторию позже, но вы веселитесь.

— Вау, вы все так усердно работаете, я даже чувствую давление, —сказал Ли Жаожань. головой. Затем он повернулся к Лу Чжоу и добавил, — я прочитал твою статью. О построении математических моделей для данных инфракрасной спектроскопии. Как ты это получил? Ты можешь научить меня?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Это… я не могу объяснить понятно. Мне просто пришло это в голову.

Ли Жаожань вздохнул и сказал:

— Ах, ты такой гений. Математика для меня как колдовство.

Лу Чжоу улыбнулся и не ответил.

Он не мог ответить.

Это правда, что ему просто пришла мысль.

Поэтому он не знал, что сказать.

…………………………….

После того, как ежегодные награды людей закончились, Лу Чжоу оставался в пустом кампусе в течение четырех дней.

Вскоре первый тест TOEFL 2015 года начался в соответствии с расписанием.

Лу Чжоу пришел на место проведения экзамена и подписал соглашение о конфиденциальности. Затем положил свои вещи в шкафчик и пошел в аудиторию для проведения экзамена. В 8-30 утра начался экзамен.

TOEFL разделен на четыре сегмента. Чтение, аудирование, разговорную речь и письмо.

Получив свой бланк, парень быстро просмотрел вопросы и начал отвечать на них.

Восемь тысяч слов для TOEFL звучат страшно, но это не слишком сложно. Лу Чжоу имел опыт перевода статей, поэтому экзамен был прост для него.

Не говоря уже о том, что он полгода готовился к нему.

Затем он быстро закончил четыре вопроса первой части, опустил ручку и стал дожидаться аудирования.

От скуки он начал смотреть на других сдающих экзамен.

Один парень кусал ручку и все еще думал над первым вопросом.

Немного дальше красивая девочка 12 или 13 лет старательно отвечала на вопросы.

Что она тут делает? Она слишком молодая.

Лу Чжоу цокнул языком, немного удивившись

Он не мог понять богатых детей...

Ответив за все за двадцать минут и просто подождав еще час, парень наконец-то дождался аудирования, что считался испытанием для него.

Но это лишь небольшие трудности.

Скорость воспроизведения на экзамене почти такая же, как и у TPO. Парень уверен, что он все правильно понял и легко ответил на каждый вопрос.

После наступил 10 минутный перерыв.

Затем Лу Чжоу вышел из аудитории осмотреться и выпить воды, после чего сходил в туалет облегчиться.

Когда он вернулся началась самая сложная часть экзамена, разговорная речь.

Шесть вопросов с общим временем 20 минут.

Увидев первый вопрос, парень улыбнулся.

Какие наиболее важные качества лидера? Это обо мне?

Откашлявшись, Лу Чжоу заговорил в микрофон.

— A good leader is supposed to have a leaders and their have an agenda...

Он произнес все четко и ясно, поэтому не должно быть особых проблем.

Эта часть проверяла произношение, а не словарный запас.

Лу Чжоу самооценил себя и, хотя он вероятно не получит максимальный балл, но должно быть где-то 29 баллов!

После разговорного теста шло письмо.

Этот сегмент стал самым легким для него.

Как он может быть сложнее написания статьи?

Лу Чжоу быстро написал сочинение и поднял руку для наблюдателя. Наблюдатель подошел и позволил Лу Чжоу уйти. парень с прямой спиной, гордо покинул экзаменационную аудиторию.

Глава 115. Соперник вне твоей лиги

Результаты экзамена пришли через два дня.

Чтение: 30. Аудирование: 30. Разговорная речь: 29. Письмо: 29. Всего 118 баллов.

Я не получил максимальный балл?

1 балл за письмо понятно, но разговорная речь…

Лу Чжоу стало любопытно из-за чего он потерял 1 балл.

Но это не так важно, поскольку 118 баллов уже безумно хороший результат, в большинство университетов требовалось лишь 100. Если он захочет учиться за границей на магистра, с этим сертификатом он может не беспокоиться.

На следующий день, парень получил электронное письмо из посольства, чтобы он приехал подписал бумаги.

Лу Чжоу сел на поезд в Шанхай с удостоверениями личности.

Это его первая поездка в Шанхай.

Он забронировал номер в гостинице возле посольства и остался там на ночь.

На следующее утро Лу Чжоу забрал свои документы и отправился в посольство.

Поскольку сейчас пик праздников, здание переполняли люди и на улице выстроились очереди. Много студентов уезжало за границу в лагеря и на соревнования.

Лу Чжоу простоял в очереди все утро. Перекусив на обеде, он наконец-то днем попал внутрь.

Однако войдя в здание, он осознал, что очередь только началась...

…………………………..

Получение визы мучительно.

Лу Чжоу не мог поиграть на телефоне и у него не было знакомых рядом. Все, что он мог делать это смотреть на девушек, чтобы скоротать время.

Внезапно он услышал разговор пары позади, в котором они обсуждали учебу за границей. Лу Чжоу не особо было интересно, но они говорили слишком громко, что он хорошо их слышал.

Высокий и худощавый парень, скорее всего иностранным студент.

Рядом с ним стояла девушка, судя по всему из Китая.

Парень говорил с чувством превосходства и высокомерия.

— Когда я учился в Вирджинии, я понял, что вы сливаетесь с обстановкой вокруг вас. Обстановка в университетах Китая помойка, поэтому вы становитесь мусором. Когда ты приедешь в Америку, я покажу тебе свой университет. Прослушав несколько лекций, ты поймешь, что американские университеты совершенно на другом уровне.

Это осуждение, чувак.

Лучше бы говорил потише, а не настолько громок.

Лу Чжоу не мог не перебить его:

— Не обязательно, думаю, что все зависит от людей.

Когда парень услышал людей, он замолчал.

Потом обернулся и посмотрел на Лу Чжоу. Нахмурившись он с нетерпением спросил:

— Из какого ты университета?

— Цзиньлинского.

— Цзиньлинский университет? Неплохо, — он холодно рассмеялся и с сарказмом сказал, — внутри страны он хороший, но скорее всего, даже не в сотне по миру? Ты выглядишь так, словно собираешься поехать отдохнуть. Твои 600 баллов из школы ничего не стоят снаружи.

Лу Чжоу скучал, поэтому он улыбнулся и ответил:

— На самом деле я получил предложение с математического факультета Нью-Йоркского университета, но я не поехал.

Парень улыбнулся:

— Забавно, не ты обратился к ним, а это они пригласила тебя? Ты мог бы хотя бы более правдоподобно врать?

— Я действительно не подавал заявку, это они прислали мне приглашение.

Парень посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Да-да, я тоже получил приглашение из Белого Дома. Обама лично попросил меня стать консультантом по международным отношениям… Я тоже могу пи****ь!

Ну, нахрен!

Лу Чжоу не стал отвечать.

Нормальный спор интересен, но просто сраться скучно.

По мнению Лу Чжоу, когда речь идет об учебе, то все зависит от конкретного человека. Окружение может оказать влияние, но оно не абсолютно. Пока человек усердно трудиться, он или она могут стать гениями. Не имеет значения, имеешь ли ты систему или очень талантлив. Везде нужна упорная работа.

Это относится и к учебе за рубежом.

Наконец-то настало его очередь.

Молодая светловолосая девушка стояла за стендом и выглядела как стажер. Несмотря на то, что она европейка, ее язык очень хороший.

Без каких-либо эмоций она узнала:

— Зачем вы направляетесь в Америку?

— Меня пригласили принять участие в научной конференции по математике в Принстоне. Я делаю там доклад.

— Научная конференция в Принстоне? — Услышав про Принстон девушка удивилась. Она взглянула на Лу Чжоу и спросила, — Можете показать приглашение?

— Конечно, вот оно.

Лу Чжоу вынул письмо-приглашение и рюкзака и положил его на стойку.

Девушка взяла письмо и тщательно проверила его, потом несколько раз постучала по клавишам клавиатуры.

Вероятно, поскольку она не смогла подтвердить подлинность самостоятельно, она нашла старшего сотрудника и попросила его помощи

Через некоторое подлинность приглашения подтвердили.

Девушка вернула письмо с другими документами Лу Чжоу и с улыбкой сказала:

— Желаю вам приятного путешествия.

— Спасибо.

Лу Чжоу кивнул и ушел.

Парень стоят позади него, впал в ступор.

Принстон…

Хотя он не знаком с математикой, он много лет учился в Америке, поэтому он знал, что Принстонский университет из Лиги плюща.

Принстонский университет не похож на Технологический в Вирджинии. Никто не мог купить себе дорогу в эту Лигу плюща.

Не говоря о том, что Лу Чжоу приглашали на конференцию.

Приглашение…

Через какое-то время девушка рядом с ним тихо прошептала:

— Думаю, что видела его раньше…

— Где?

— На Weibo… его звали Лу или как-то так? Он студент Цзиньлинского университета, который решил математическую задачу.

Парень покраснел, но не хотел смущаться перед девушкой и сказал:

— Это просто задача по математике, кому она нужна, это бесполезно…

Люди вокруг него громко засмеялись.

Человек в очереди ухмыльнулся и сказал:

— Бесполезно. Все что он получил это публикация в Эвриуан Дэйли и награду в миллион юаней.

Парень покраснел и замолчал.

Он понял, что это соперник вне его лиги.

Глава 116. Я не очень разбираюсь в аниме

Его поезд из Шанхая лишь завтра утром, поэтому у Лу Чжоу еще целая ночь в Шанхае.

Парень приехал в Шанхай для подачи заявления на визу. Теперь получив визу, ему нечего делать. Поэтому сев на метро, он доехал до района Луцзяцзуй.

Он считался самым процветающим и развитым районом в Китае.

Идя вдоль берега реки, Лу Чжоу задавался вопросом, не назван ли район в честь одного из его предков?

Он хотел, чтобы его отец однажды сказал ему:

— Сынок, наше наследие связано с Луцзянцзуй, и у нас там собственность. Я не говорил тебе раньше, поскольку не хотел тебя портить…

Ладно, это слишком не реалистично.

Я должен положиться на себя!

Парень нашел KFC и собрался поесть там, но заметил, что вокруг красиво. Поэтому он сфотографировал башню «восточная жемчужина» и выложил ее в WeChat.

Он убрал телефон и собирался сделать заказ, как внезапно телефон завибрировал.

Лу Чжоу достал его и увидел сообщение от Хань Мэнци.

Ему стало любопытно, почему она вдруг связалась с ним, поэтому он разблокировал телефон.

Хань Мэнци: [Ты в Шанхае?]

Лу Чжоу ответил: [Да.]

Хань Мэнци: [Я тоже в Шанхае! Когда ты уезжаешь?]

Вспоминая про это, на зимних каникулах она жила с отцом. Ее семья все еще разводиться.

Детям в разводящихся семьях нелегко.

Лу Чжоу почувствовал жалость. Он вздохнул и ответил.

[Завтра.]

Хан Мэнци: [Так рано ... Ты не собираешься повеселиться здесь еще несколько дней? (грусть)]

Лу Чжоу: [Мне нужно готовиться к математической конференции в Принстоне. У меня нет времени веселиться. Кроме того, мне кажется, что здесь нечего делать]

Хан Мэнци: [Подожди секунду ...]

Подождать секунду?

Лу Чжоу недоумевал, не понимая, о чем она.

Примерно через десять минут двери KFC открылись, и девушка подошла прямо к столу Лу Чжоу и самодовольно взглянула на него.

— Ха-ха, удивлен?

Девушка стояла в коричневом плаще и красном шарфе, и на удивление они хорошо ей шли. Волосы, собранные в пушистый хвост, делали ее похожей на белку.

Лу Чжоу впервые увидел ее в повседневной одежде. Дома она обычно носила школьную форму или пижаму.

— Что тут удивительного? Просто совпадение. Ты ходишь по магазинам тут?

Хань Мэнци фыркнула и ответила недовольно:

— Какое совпадение? Неудивительно, что сестра говорит, что с тобою невозможно общаться. Я тут живу.

Парень подумал.

Разве это не совпадение?

Стоп, она хвастается своим богатством?

Лу Чжоу не находил слов.

Его сочувствие к ней пропало.

Девушка посмотрела на парня и откашлялась, прежде чем сказать:

— Тебе, наверное, скучно в Шанхае в одиночестве. Поскольку ты учишь меня, я покажу тебе все. Давай. Куда ты хочешь пойти?

— Не надо, я уже погулял и собирался вернуться в отель.

— О, ты уже… — расстроилась девушка, — ты не собираешься ничего покупать?

— Все, что могу купить тут, могу купить и в Цзиньлине, — ответил Лу Чжоу, — ты ела?

— Пока нет, — покачала головой Хань мэнци, — я собиралась заказать с собою.

Почему такая богатая семья не заведет горничную?

Лу Чжоу вздохнул и сказал:

— Не ешь так много фастфуда. Научись готовить для себя. Это не сложно… Я куплю тебе поесть. Что ты хочешь?

Глаза девушки загорелись:

— Правда? Я хочу комбо из куриного бургера!

— Подожди тут, — сказал Лу Чжоу, потом встал и подошел к стойке.

Вскоре два комбо были готовы.

Хань Мэнци села напротив Лу Чжоу и ела бургер, начав болтать с парнем.

— Точно, моя сестра хочет поступить в Яньцинский университет. Ты знаешь?

— Да, а что такое?

— Почему ты не остановил ее? Потом она может отправиться учиться за границу!

Лу Чжоу непонимающе взглянул на девушку:

— Зачем мне ее останавливать?

— Разве… — Хань Мэнци закусила губу и прошептала, — ты не ее парень?

???

Что?

— Ты смотришь слишком много телевизора, — он взял меню KFC и постучал ей по голове, — с чего ты это взяла? Разве парень и девушка не могут быть просто друзьями?

Девушка привыкла, что Лу Чжоу стучит ей по голове чуть чего и начала извиняться.

— Ой… прости. Ошиблась, прости…

Хотя ее характер порой довольно неприятный, она все равно извиняется, если сделает что-то не так.

Это одно из немногих ее хороших качеств.

— Поговори со своей сестрой, — сказал Лу Чжоу, опуская меню. Он закатил глаза и продолжил есть.

Ох, ну и молодежь сейчас.

Они все менее невинные.

— Эй.

— Что еще?

Хань Мэнци пристально посмотрела на парня, словно подтверждала свои мысли. И задумчиво кивнула:

— Я тут поняла, что ты кое-кого мне напоминаешь.

— Кого?

— Типичного умного персонажа из аниме с крутыми способностями, — сказала девушка, — у тебя также есть сестра и…

Девушка бросила взгляд на меню и быстро кинула его в мусорку. Затем пристально взглянула на Лу Чжоу, наблюдая за его реакцией и готовая увернуться, и прошептала:

— И ты вечный одиночка!

— …

Это девушка потратила столько времени, чтобы сказать, что я одиночка?

Лу Чжоу вздохнул:

— Я не очень разбираюсь в аниме.

……………………………………………

Поев, они прогулялись по улицам, потом он проводил ее домой и вернулся в одиночестве в свой отель.

Он принял душ и лег в постель. Но только он собирался заснуть, как его телефон завибрировал.

Достав его, парень увидел, что пришло сообщение от Чэнь Юйшань.

Чэнь Юйшань: [Получил визу?]

Лу Чжоу: [Получил.]

Чэнь Юйшань: [Ха-ха, удачи на конференции в Принстоне. Выиграй ее и стань великим математиком!]

Лу Чжоу улыбнулся и набрал ответ: [Я еще даже не сел в самолет.]

И что я выиграю то? Это не соревнование.

Чэнь Юйшань: [Когда ты получишь свой паспорт, ты отправишься в Америку, верно? Я собираюсь в Италию со своей семьей в феврале.]

[Ладно, не буду тебя беспокоить. Я спать, спокойной ночи!]

Лу Чжоу улыбнулся и ответил: [Спокойной ночи.]

Он положил свой телефон на тумбочку и посмотрел на ночной пейзаж за окном

Парень под слабые звуки машин зевнул, потом закрыл глаза и перевернулся засыпая.

Глава 117. Прибытие в Принстон!

Вернувшись из Шанхая, Лу Чжоу бросил все свои силы на подготовку к научной конференции в следующем месяце. Он просмотрел статью о распределении простых чисел Мерсенна и прошелся по всем сомнительным местам по несколько раз.

Ведь он представлял вуз. Университет Цзинь Лина очень поддерживал эту поездку в Принстон. Мало того, что они оплатили его билет на самолет, но также дали ему 2000 долларов США на расходы.

Кроме того, декан Цинь сказал, что, если 2000 долларов не хватит, Лу Чжоу мог потом показать чеки и получить возмещение.

Но парень считал, что 2000 долларов с его расходами более чем достаточно.

Поскольку проживание и питание предоставлялось организаторами, Лу Чжоу не мог придумать как еще потратить деньги, кроме как на дорогу.

Время пролетело быстро и вскоре наступило 29 января.

Профессор Тан лично отвез Лу Чжоу в аэропорт.

— Будь осторожнее, не ходи в опасные места. Не ходи в районы гетто, не разговаривай с людьми в подозрительных костюмах…

В течение всей поездки профессор Тан продолжал говорить про безопасность с Лу Чжоу, словно парень собирался в Африку.

И хотя парень знал, что профессор говорит все это из благих побуждений, эти постоянные напоминания раздражали его.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Я понимаю, профессор. Я вернусь живым!

Парень сразу же пожалел о том, что сказал.

Черт, я сказал в слух?!

— О чем ты, что значит живым? — сердито сказал профессор Тан. Он постучал Лу Чжоу по голове и добавил, — Послушай меня, я уже связался с аспирантом там. Его зовут Ло Вэньсюань. После того, как выйдешь из самолета, сядь на автобусный маршрут, который я тебе назвал. Как приедешь в Принстон он встретит тебя на станции!

Лу Чжоу почесал голову и сказал:

— Профессор, у вас студенты по всему миру.

— Ха-ха, можно итак сказать.

Профессор улыбнулся.

Было очевидно, что старик очень горд.

Они быстро прибыли в пункт назначения.

Затем парень попрощался с профессором и с чемоданом направился в аэропорт.

Он вошел в контрольно-пропускной пункт.

Оставляя линию в небе самолет улетел.

Именно так Лу Чжоу отправился в путешествие в Северную Америку...

……………………….

Принстон уникальный сельский университет, расположенный между Нью-Йорком и Филадельфией.

Хорошее тихое и элегантное место для учебы... В то же время, в нем проявлялись качества в крайности все качества Нью-Джерси, а именно транспортные проблемы.

В США водительские права используются в качестве удостоверения личности, поэтому у большинства людей есть свои машины. Именно из-за этого путешествия по этой стране без машины практически невозможны.

Профессор Тан сказал Лу Чжоу сесть на поезд из Филадельфии в Принстон, и парню пришлось бы дважды делать пересадку.

В самолете Лу Чжоу смотрел на карту и пытался изучить длинный маршрут. Однако, в итоге, он сдался и вместо этого решил взять такси.

В конце концов, университет возместит его транспортные расходы.

Исходя из этого, парню стало слишком лень изучать дорогу, поэтому вместо этого он вздремнул в самолете.

После почти 25 часового перелета он наконец прибыл в международный аэропорт Филадельфии.

Из-за разницы во времени, когда он прилетел, небо еще ярко светило

Лу Чжоу прошел сквозь шумную толпу и взял свой чемодан. Затем он быстро покинул аэропорт найдя такси.

По совпадению водителем оказался китаец с цзянченским акцентом.

При разговоре с Лу Чжоу глаза водителя загорелись.

Несмотря на то, что они из разных мест, всегда приятно встретить человека своей расы в этой чужой стране.

Водитель с энтузиазмом помог Лу Чжоу положить чемодан в багажник. Затем сел на место водителя и с улыбкой спросил:

— Едешь учиться? Куда?

Лу Чжоу ничего не объяснил и просто сказал:

— Принстонский университет, ты можешь довезти туда?

— Ааа, я бы не поехал так далеко, но для тебя сделаю исключение, — засмеялся водитель и включил счетчик. Он напомнил Лу Чжоу, чтобы он пристегнул ремень безопасности, потом завел машину.

Вероятно, из-за того, что Лу Чжоу тоже из Китая, водителю было что сказать Лу Чжоу. Они говорили о жизни в Америке и про безопасность.

— На самом деле тут не так опасно, как сказал тебе профессор. Принстон находится в сельской местности, так что все намного лучше, чем в городе. Но, тем не менее, не гуляй ночью один, тем более, что ты без машины. Ты можешь стать целью. Если кто-то попытается ограбить тебя, просто отдай свой кошелек, это не так страшно. Но можно нарваться на жутких типов...

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я парень, мне не нужно переживать об этом. Какая девушка изнасилует меня?

Водитель засмеялся и ответил:

— Хе-хе, кто сказал, что это будет девушка?

???

Что за?!

Западные люди реально такие!

И эта усмешка.

— ...

Чувствую, что у этого парня есть история...

После часа езды они прибыли в Принстон.

Похоже, водитель приезжал сюда часто, поскольку он спокойно доехал до входа в университет.

— Меня зовут Чжан Хай, вот моя визитка. Если понадобиться такси, то звони мне.

Затем он помог Лу Чжоу с чемоданом, после чего уехал.

Парень с чемоданом остановился перед входом в университет. Он чувствовал, что что-то забыл.

Подумав некоторое время, он вдруг вспомнил, что аспирант профессора Тана все еще ждет его на каком-то вокзале.

Лу Чжоу тут же стало немного неловко. Он достал телефон и вставил временную сим-карту. Затем быстро позвонил Ло Вэньсюаню, чтобы извиниться.

К счастью, тот еще не сел в машину.

Закончив разговор, парень снова посмотрел на ворота Принстона, прежде чем взглянуть на улицы рядом.

— Отель, организованный организатором, кажется, называется ... Принстонский отель? Где он?

Адрес отеля написан в письме-приглашении, но оно в его чемодане.

Следует ли открывать мне чемодан тут?

Это немного геморно ...

Пока Лу Чжоу оглядывался, мимо проходила блондинка в сером плаще и красном шарфе.

Когда она заметила чемодан Лу Чжоу, она подняла брови, потом спросила:

— Новенький?

— О, нет. Я не студент отсюда, — ответил Лу Чжоу с улыбкой. Он спросил:

— Я здесь для математической конференции… Куда мне идти?

Девушка уставилась на Лу Чжоу и спросила:

— Имя?

— Лу Чжоу.

— Математическая конференция Федерального математического общества, верно? Ты не туда приехал, — сказала девушка. Она улыбнулась и указала через дорогу, — Размещаются не в университете, а в отеле напротив площади Палмера.

— Напротив площади Палмера? Спасибо.

Девушка улыбнулась и сказала:

— Не за что. Говоря об этом, Лу Чжоу… Я читала твою статью закона распределении простых чисел Мерсенна. Очень хорошее доказательство. Даже профессор Делинь похвалил его.

Парень смущенно улыбнулся:

— Это просто совпадение.

Доказательство гипотезы Чжоу дала система, поэтому очевидно, что Делинь похвалит.

Однако Лу Чжоу владел системой и сам переваривал информацию. Он также сделал все расчеты сам. Поэтому часть славы принадлежит и ему?

Во всяком случае, его уровень математики повышался. Это только вопрос времени, прежде чем он сможет доказать подобные гипотезы сам.

Девушка сказала:

— Не скромничай, я с нетерпением жду твоего доклада. Я уже подготовила несколько вопросов. Мне по пути, давай провожу тебя.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Спасибо… Кстати, как тебя зовут?

Девушка откинула светлые волосы и спокойно ответила:

— Молина Абель. Мне не очень нравится моя фамилия, так что ты можешь просто звать меня Молина.

Глава 118. Исторический момент?

Молина проводила Лу Чжоу до отеля Принстона и передала его сотруднику отеля, после чего ушла.

Введя информацию о Лу Чжоу в систему отелей, персонал отеля сказал:

— У вас 306 номер. Вам показать дорогу?

Лу Чжоу ответил:

— Не надо, я сам.

Он с багажом поднялся на лифте и вошел в свой гостиничный номер. После чего первым делом принял горячий душ. Потом выйдя из ванной, он завалился на кровать спать.

У него был очень долгий перелет, поэтому он все еще отставал от реактивного самолета.

И через какое-то время раздался храп.

................................................

Обычно научная конференция длится три или четыре дня. Однако, поскольку это первая конференция после рождественских каникул, и собралось много важных людей, конференция продлится шесть дней.

Презентация Лу Чжоу запланирована на пятый день и посвящена распределению простых чисел Мерсенна. На нее парню выделили 30 минут.

30 минут для студента бакалавриата считается огромной честью, не говоря уже о том, что его пригласили приехать сюда.

Сделать презентацию на конференции такого уровня намного сложнее, чем представить научную статью.

Особенно участие в международной математической конференции проводимая раз в четыре года и организованная Международным математическим союзом (ММС), уже впечатляющее достижение.

К сожалению, эту научную конференцию организовало Федеральное математическое объединение, оно проводилось раз в год и ориентировано в основном на молодых математиков, поэтому ее значимость намного ниже. Однако гениальные математики все же присутствовали на ней!

В первый день конференции Лу Чжоу встретил Ло Вэньсюаня у входа в отель.

Парня удивило то, что тот все еще выглядел молодым, хотя Ло Вэньсюаню уже более сорока лет. Он носил очки и стоял в ветровке. Вместо математика он больше походил на историка.

Ло Вэньсюань с радостью пожал руку Лу Чжоу, затем они направились к Принстонскому университету.

По дороге тот спросил:

— Как самочувствие? Справился с разницей во времени?

Лу Чжоу ответил:

— Я в порядке, чтобы просто послушать. Ты также участвуешь в этой конференции?

Ло Вэньсюань улыбнулся и сказал:

— Я тут лишь послушать. Эта конференция в основном посвящена теории чисел, которая не по моей части изучения. Но есть такие известные люди, как профессор Делинь и профессор Роберт, которые слушают и комментируют доклады. Я не могу упустить такую возможность.

Лу Чжоу поинтересовался:

— А в какой ты области?

Ло Вэньсюань ответил:

— Пространственная теория функционального анализа. Я в основном занимаюсь теоретическими исследованиями Гильбертова пространства. Но я также изучаю квантовую механику и квантовую теорию поля. И если честно, думаю, что к настоящему времени я заслуживаю степень по физики.

— Как факультет по физике в Принстоне?

— Как он? Очень хороший, даже не знаю, как описать, — сказал Ло Вэньсюань, улыбаясь. — Короче говоря, везде есть гении. Если ты хочешь посвятить себя математике и физике, то учиться здесь довольно хороший выбор. Ты должен легко получить приглашение, верно? Но я не очень рекомендую тебе принимать его.

— Почему?

Ло Вэньсюань сказал:

— Поскольку ты уже продемонстрировали большой потенциал в области теории чисел, почему бы тебе просто не пойти по этому пути?

— Потому что ... Жизнь без вызовов не жизнь? — сказал Лу Чжоу. Его тон был неопределенным, и он случайно придумал эту причину.

—Впечатляет! — Ло Вэньсюань показал ему большие пальцы. — Ладно, мы пришли, это там. У входа раздают небольшие подарки. Ты можешь получить их показав приглашение. Но не надейтесь на многое, это все просто ручки и тетради.

—Спасибо.

Ло Вэньсюань махнул рукой:

— Не за что!

Зарубежные научные конференции сильно отличались от отечественных. Особенно в обмене плакатами. Здесь не было никаких особых правил.

Вместо обмена товарами они обменивались знаниями.

Каждый здесь имеет право выражать свое мнение, не беспокоясь о своей личности или статусе. Академическая душа была сублимирована в столкновении такого рода мышления. На конференции присутствуют уважаемые профессора, а также студенты старших курсов.

Конечно, иметь возможность получить место для своего стенда означало, что у человека есть какие-то способности. Даже если чье-то мнение не может быть абсолютно правильным, у него все же есть возможность обсудить его.

Помимо обмена вопросами с владельцами стендов, все по-разному участвуют в научных конференциях. Гении спешили продемонстрировать результаты своих исследований, пока тупые студенты здесь, чтобы учиться. Конечно, даже если нет впечатляющих результатов, которые можно показать, все равно можно участвовать.

Стоя в толпе парень радовался, что не одел костюм. Поскольку все вокруг в повседневной одежде. Прежде всего, если бы он был в костюме, то его могли по ошибке принять за персонал. И еще его костюм не очень теплый, а из-за кондиционера в зале холодно.

Как только Ло Вэньсюань проводил Лу Чжоу в холл, он исчез.

Это отличная возможность пообщаться с гениями на границе полей, поэтому остаться со знакомыми пустая трата времени.

Первое, что сделал Лу Чжоу войдя внутрь, это осмотрел стенд с подарками.

В нем были ручки, блокноты и даже галстуки. Parker специально для этой конференции выпустили набор сувенирных ручек. Тем не менее, он мог взять только по одному подарку каждого вида. Лу Чжоу планировал взять ручку в подарок своей младшей сестре.

Конечно, эти небольшие подарки лишь маленькая часть конференции.

Лу Чжоу не забыл главную причину, по которой он здесь.

Вообще говоря, лекции в первые два дня наиболее ценные. И вчера вечером Лу Чжоу зашел на сайт конференции и распечатал время и места проведения докладов.

До первого доклада было время, поэтому Лу Чжоу гулял вдоль стен в холле и смотрел на плакаты.

Внезапно его привлек впечатляющий плакат.

[Доказательство гипотезы о числах-близнецах.]

[Автор: Диджан]

[...]

???

Черт!

Лу Чжоу был шокирован, увидев название стенда.

Проблему, которая беспокоила его в течение полугода, решил кто-то другой?

Громкая новость!

Я свидетель истории?

Это так захватывает!

Но почему никого нет рядом?

Не сдержав своего любопытства про себя, Лу Чжоу подошел вперед.

Глава 119. По-джентльменски

Лу Чжоу посмотрел на индийского парня, который тоже заметил его.

Когда Лу Чжоу подошел, на лице индийского парня появилась широкая улыбка и он сразу же приветствовал его с индийским акцентом.

— О, приятель, у тебя хороший взор, ты интересуешься теорией чисел?

— Да. Очень шокирующие результаты, — сказал Лу Чжоу, хотя он едва мог понять акцент парня. Он оглянулся и, увидев, что никто не заинтересовался плакатом, добавил, — Почему здесь никого нет?

— Из-за высокомерия и предрассудков людей в Принстоне, они не могут смириться с тем, что какой-то парень из Индии уделал их в математике. Они даже без причин не позволили мне выступить на сцене. Кажется, что только друзья по Тихому океану могут понять мои чувства, — сказал парень с более темной кожей. Он улыбнулся и протянул руку, — Диджан, студент магистратуры из университета Неру. Как тебя зовут?

Лу Чжоу на самом деле хотел сказать, что не понимает его чувств, потому что он будет выступать на пятый день. Однако решил не злить своего нового зарубежного товарища.

— Лу Чжоу, Университет Цзиньлин, — представился парень, но не упомянул свою степень. Вместо этого он пожал ему руку и спросил, — Могу ли я прочитать работу?

— Она здесь, но я не советую тебе ее читать, — сказал Диджан, похлопав рукой по стопке бумаге. После чего он отложил ее в сторону и начал писать на большой доске, — процесс немного громоздкий, но принцип прост. Я могу это объяснить, и ты скоро поймешь тайну обратной математики.

— Обратная математика? — с подозрением спросил Лу Чжоу, — использовать обратную математику, чтобы доказать это? Я думал, что ты изучаешь алгебраическую теорию чисел.

— Алгебра — лишь инструмент для изучения теории чисел, это не единственный способ… Я знаю, что ты, возможно, не захотите это слышать. В конце концов, ваш Чжан нашел алгебраический метод доказательства простых чисел. А мое доказательство означает, что не только он зашел в тупик, но и свел многих математиков в могилу.

Лу Чжоу с нетерпением произнес:

— У меня нет с этим никаких проблем, можешь сразу перейти к сути?

Диджан прекратил писать и обернулся, чтобы посмотреть на Лу Чжоу.

— Я быстро закончу!

Пока этот парень писал на доске, Лу Чжоу заметил, что многие люди обратили на них свое внимание.

Лу Чжоу стало любопытно, поэтому он стоял рядом и следил за доказательством этого индийского парня.

На самом деле его идея проста.

Сначала предположим, что числа близнецы имеют конечную пару и что самая большая пара будет (Pn-1, Pn). Тогда можно увидеть, что простые числа в Pn ограничены и будут P1, P2, Pn-1 и Pn.

Затем получим большее простое число P = (P1P2P3*…*Pn)+1.

Очевидно, что P нельзя разделить на все простые числа от P1 до Pn, и у него всегда еще будет остаток 1. Отсюда, P будет простым числом. Точно так же можно доказать, что P-2 = (P1P2P3 *… * Pn) -1, является простым числом.

Поскольку P простое число, то P-2 также простое число. Эти два числа составляли пару простых чисел.

Тогда возникает проблема, что пара простых чисел, образованных P и P-2,больше, чем «наибольшая пара простых чисел». В следствии, отрицая (Pn, Pn-1) как самую большую пару чисел-близнецов.

Это напоминало подъем по лестнице, независимо от того, насколько велики (Pn-1, Pn), всегда можно найти большую простую пару.

Отсюда, утверждение, что «двойные простые числа бесконечны» верное.

В середине еще много расчетов, но суть в этом.

Лу Чжоу посмотрел на весь процесс на доске.

Что его удивило, так это то, что этот парень не использовал результаты существующих исследований для доказательства.

Мыслить так нестандартно сложно.

Но…

Лу Чжоу наконец понял, почему никто не заинтересовался им.

— Наибольшее простое число P, которое ты получаешь, может гарантировать, что оно не будет делиться на ряд простых чисел от P1 до Pn, но только если Pn это наибольшее простое число. Очевидно, ты попал в логическую ловушку. Как ты докажешь, что Pn известно, как максимальное простое число?

Диджан нахмурился и ответил:

— Ты не заметил, что я написал в самом начале? В случае ограниченного числа пар простых чисел, берут наибольшую пару (Pn-1, Pn) …

— 2*3*5*7*11*13+1=30031.

Когда окружающие услышали расчеты Лу Чжоу, они засмеялись. Некоторые из них уже догадались.

Некоторые люди…

Начали хлопать.

Диджан был ошеломлен. Он почувствовал, что что-то не так, и спросил:

— О чем ты?

Лу Чжоу вздохнул и пояснил:

— 30031 можно разобрать на произведение двух простых чисел 59 и 509, так что это составное число ... Ты на свои деньги приехал в Принстон? Если бы я был вашим профессором, я бы точно не стал давать тебе денег.

Люди вокруг поддержали Лу Чжоу.

— Ладно, заткнись.

Диджан прекрасно понял, что допустил элементарную ошибку, поэтому его лицо стало ярко-красным. Он бросил плакат на стол и убрал вещи со стола в свой рюкзак. Затем он проигнорировал толпу и ушел.

Лу Чжоу пожал плечами.

Так он хотел объяснить парню, почему (Pn-1, Pn) не может быть наибольшей парой простых чисел, но тот явно не хотел слышать его объяснения. Поэтому Лу Чжоу сдался.

Драма закончилась, и толпа быстро разошлась

Остался только один человек, и она посмотрела на него с улыбкой.

Лу Чжоу посмотрел на нее и узнал ее.

Это блондинка, что помогла ему вчера.

Молина посмотрела на Лу Чжоу и улыбнулась:

— Уничтожаешь участников в первый же день?

Лу Чжоу пожал плечами и ответил:

— Я только указал на его ошибки, что такого?

— Ничего, подобное происходит постоянно, — произнесла девушка, — Это «высокомерие» Принстона. Если хочешь показать тут свою работу, ты не только должен быть умным, но и уверенным в себе.

Очевидно, она слышала весь их разговор.

Интересно…

Лу Чжоу не заметил ее стоящей там.

Молина увидела, что Лу Чжоу не говорит, и спросила:

— Ты сходу все рассчитал? Или заранее подготовился?

— Прямо тут. Подобные вычисления должны быть легкими для гениев из Принстона, да?

Лу Чжоу не настолько скучно, чтобы учить математику и придираться к людям.

Молина в удивлении вскинула брови:

— У тебя, возможно, недопонимание значения слова «гений». Сила мозга заключается в его творчестве и логическом мышлении, а не просто в необработанных формулах. Если бы кто-то в его группе имели некоторые навыки, они могли бы помочь ему и опровергнуть его теорию. В итоге он не позорился бы тут.

— В математике нет места «если бы», не думаешь?

— Точно, — сказала Молина. Она ухмыльнулась и достала пластинку жвачки, — Хочешь?

Лу Чжоу колебался немного, потом протянул руку и взял.

— Спасибо…

Хотя в детстве его родители говорили ему не брать еду у незнакомцев, но все должно быть в порядке, верно?

Молина увидела, что Лу Чжоу взял жвачку и улыбнулась.

— Не за что. Так как ты принял мой маленький подарок, я хочу что-то взамен. Можешь дать мне свой адрес электронной почты и страницу Facebook?

— Я могу дать тебе свою почту, но у меня нет Facebook… Тут так принято?

Лу Чжоу внезапно почувствовал, что его подставляют.

Молина улыбнулась и пошутила:

— Нет, это по-джентельменски.

Глава 120. Не упусти этого белого голубя

Лу Чжоу вырвал небольшой лист бумаги из подарочного блокнота и написал адрес своей электронной почты.

Что касается Facebook, у него не было учётной записи там.

Получив листок, Молина сказала:

— Моя электронная почта и Facebook на обратной стороне обертки от жевачки.

После чего она махнула рукой и ушла.

Лу Чжоу посмотрел на жевательную резинку в руке. Он немного колебался, потом развернул ее и бросил в рот.

Эмм ...

Ванильно-мятная?

Лу Чжоу переписал почту Молины, после чего продолжил бродить по залу.

Вскоре он обнаружил, что Молина права, «подобные шоу» происходили постоянно.

Однако «уничтожение слабых» не являлось целью, а просто становилось следствием.

Некоторые просто гораздо слабее других и происходили конфликты.

Самым интересным что Лу Чжоу увидел, это кого-то утверждающего, что он доказал последний шаг гипотезы Гольдбаха. Он подошел, чтобы посмотреть, что происходит, но даже не успел дочитать доказательства, когда два студента магистратуры уже опровергли работу и вынудили сложить стенд.

Но даже если подобное унизительно, они все равно набрались смелости продемонстрировать здесь результаты своих работ. Это определенно полезно в будущем пути в науке.

Кроме того, число «бесполезных стендов» все еще оставалось в меньшинстве, и большинство выставленных научных результатов по-прежнему весьма ценные.

Например, гений изучал группу автоморфизмы алгебры Виета. Даже если он не решил до конца «AutWn =?», он все же выдвинул много поучительных и интересных идей, которые привлекли бесчисленное количество студентов и даже некоторых профессоров.

Лу Чжоу обошел все вокруг и понял, что блокнота, что он получил у входа недостаточно для записи всего.

В итоге, ему пришлось вернуться к подарочным киоскам за еще одним.

Парень у получил огромные знания сегодня.

Но тут присутствовали не только стенды с работами.

В центре внимания этой крупной математической конференции по-прежнему несколько докладов, делающихся каждый день.

Больше всего Лу Чжоу впечатлил 60-минутный доклад профессора Делиня. Он сообщил о прогрессе в исследовании трансцендентности дзета-функции Римана для нечетных положительных чисел. Он предложил много новых идей и материалов, а его математические методы чрезвычайно новаторские.

Лу Чжоу внимательно слушал его доклад.

…………………………………..

Обеденный перерыв…

Организаторы конференции предоставила фуршет с фруктами и мясом для всех участников.

Лу Чжоу взял несколько ребер и тарелку с салатом, после чего отыскал свободное место и сел. Затем он начал пролистывать свои записи, которые он сделал на конференции.

Тут много всяких разных научных исследований, но парень все еще в основном сосредоточен на теории чисел.

Особенно на числах-близнецах.

Хотя Лу Чжоу не получил многого от бреда индийского парня, он был под влиянием его оптимистического отношения. Итак, интерес Лу Чжоу вновь пробудился.

— Алгебра — это всего лишь инструмент для изучения теории чисел, это не единственный способ…

Повторяя его слова, Лу Чжоу посмотрел на формулы в своих заметках и задумался.

— Выбрав правильную лямбда-функцию… Что если я пойду другим путем?

Нужно много смелости, чтобы мыслить нестандартно.

В конце концов, международные математики благодаря методу Чжан Ийтана уменьшили число с 70 миллионов до 246. И пока продолжать пытаться, подбирая подходящую лямбда(n) функцию, можно сократить этот разрыв до 2 за один день...

Может быть?..

Это похоже на гипотезу Гольдбаха. Подняться на последний метр Эвереста было гораздо сложнее, чем на 8843 предшествующих метров.

Пока он размышлял об этом, слабый запах духов проплыл над ним.

Женщина с тарелкой села напротив Лу Чжоу, после чего заговорила с ним:

— Думаешь о математике?

— Да.

Услышав голос, он понял кто это, поэтому даже не стал поднимать голову, все еще размышляя над проблемой.

— Наверху кофейная вечеринка, на которой обсуждается содержание утреннего доклада профессора Делиня. Тебе не интересно?

— Мне было бы интересно… Но я сейчас изучаю кое-что другое, — Лу Чжоу покачал головой, глядя в свой блокнот. Он ткнул маленький помидор вилкой и положил его в рот.

Молина с интересом посмотрела на Лу Чжоу и сказала:

— Академическая конференция — это место для общения. Она происходит один или два раза в год. Есть другое время для исследований. Зачем ты сейчас сидишь над математической задачей?

Лу Чжоу небрежно ответил:

— Есть много возможностей посетить математические конференции, но в жизни есть только несколько моментов вдохновения.

Молина хитро посмотрела на Лу Чжоу и засмеялась.

Когда Лу Чжоу посмотрел на нее и недоумевая спросил:

— Что?

— Извините, ничего. Просто думаю, что ты интересный человек, — ответила девушка, — Желаю тебе не упустить этого белого голубя.

— Спасибо.

Хотя он не понимал, что она подразумевала под «интересным», он мог слышать, что ее пожелание было искренним.

Затем Лу Чжоу поднял свой стакан сока и прикоснулся к ее.

………………………………………………..

Вечер был спокойным. После четырех часов конференции приостановилась до завтра. Владельцы стендов с плакатами покидали зал, чтобы вернуться на следующей день в восемь утра и вновь поставить их.

Но если кто-то думает, что после четырех часов дня все будут отдыхать, то он ошибается!

Точнее сказать, что для большинства все самое интересное начинается после четырех.

В шесть часов вечера организаторы приготовили коктейльную вечеринку в отеле Принстона. Участникам будет доступен широкий ассортимент еды и вина.

Для многих тупых студентов, которые не могли понять докладов в течение дня, это главное на конференции. Это время, когда они чувствовали себя ближе всего к гениям.

Возможно, они могли бы использовать силу шампанского, чтобы получить приглашение в лабораторию.

Это не невозможно.

Хотя Лу Чжоу не так заинтересован в общении, он все же признавал важность вечеринки. На самом деле, он не мог пропустить ее.

Вечером Лу Чжоу надел пару классических туфель и посмотрел на себя в зеркало. Он даже зализал волосы.

— Неплохо.

Лу Чжоу посмотрел на красивого парня в зеркале и с удовлетворением кивнул. Однако он внезапно почувствовал некоторые беспокойства в своем сердце.

Что, если люди проигнорируют мой талант из-за моей красоты?

Надеюсь, что этого не произойдет…

Тут кто-то неожиданно постучал в дверь его номера.

Глава 121. Вечер математиков

Перед дверью стоял Ло Вэньсюань.

Они договорились пойти на вечеринку вместе.

— Вечеринка вот-вот начнется, ты еще долго?

— Я готов.

Лу Чжоу поправил галстук и выдернул карту комнаты, выходя и спрашивая:

— Эм… что там делать?

Ло Вэньсюань с улыбкой ответил:

— Спускаешься на лифте вниз, затем берешь бокал шампанского с подноса официанта. Находишь интересного тебе человека и общаешься с ним. Расслабся. Не беспокойтесь о том, что думают о тебе другие. Думаю, там будет полно людей, что захотят с тобой поговорить.

Спасибо за комплимент.

Хотя знаю, что я красивый, но все равно следует быть скромным

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Ло Вэньсюань шел с Лу Чжоу к лифту и дал ему несколько важных советов.

— … Если ты исследуешь что-то интересное, то можешь попытаться найти гения в этой области и поговорить с ними на эту тему. Если к твоему проекты проявят интерес, ты можешь найти себе академического редактора, тогда шансы успешно подать работу будут выше. Если ты планируешь писать докторскую, то можно попытаться подыскать себе научного руководителя. Пообщайся, познакомься с ними.

Заходя в лифт, они встретили двух других людей.

Ло Вэньсюань остановился на секунду, прежде чем с энтузиазмом протянул правую руку и сказал:

— Профессор Ван, какое совпадение!

— Ха-ха, Вэньсюань, — сказал профессор Ван, пожимая руку, — Давно не виделись... А это?

— Лу Чжоу, любимый ученик профессора Тана, — Ло Вэньсюань похлопал Лу Чжоу по плечу и улыбнулся. Затем добавил, — Лу Чжоу, это профессор Ван Юйпин из Яньцинского университета. Он находится на переднем крае исследований по алгебраической теории чисел в стране.

— Профессор Ван, приятно познакомиться!

Безумец…

Лу Чжоу однажды увидел имя профессора в новостях, и тот его полностью впечатлил.

Профессор Ван не так знаменит, как Лу Чжоу, потому что он намного сдержаннее. И еще большая часть его математических работ сделана в его молодости, когда не было интернета и в ходу были лишь газеты...

У профессора Вана множество научных достижений, включая решение проблемы Хуалиня о целостности полинома, поднятая Хуа Логэном, а также доказавший, что знаменитая комбинаторика Боллобаша важная часть ограниченной абелевой группы.

Это не так значимо, как гипотеза Чжоу, но они все еще имели большую ценность.

Ван один из сильнейших профессоров по теории чисел в Яньцинском университете.

— Не хвались за меня, — произнес Ван Юйпин, пожимая руку Лу Чжоу с добродушной улыбкой, — Студент Чжоу, профессор Тан упоминал про тебя раньше. Ты очень удивительный. Будущее Китайской математики зависит от тебя!

Вдохновленный страхом, Лу Чжоу ответил:

— Профессор, вы слишком добры.

— Говоря об этом, бери пример с профессора Тана, а не декана Циня, — сказал Ван Юйпин, затем представил Лу Чжоу молодого парня рядом с ним, — Это мой ученик, Вэй Вэнь.

Вэй Вэнь протянул руку и слегка улыбнулся:

— Привет, мы снова встретились.

— Привет, — сказал Лу Чжоу, пожав руку и улыбнувшись. Он не узнал его.

Мы встречались раньше?

Где?

Не помню ...

После небольшого разговора профессор Ван и его ученик ушли.

Затем Ло Вэньсюань похлопал Лу Чжоу по плечу и пожелал ему «веселой ночи» перед тем, как тоже удалился.

Когда Лу Чжоу посмотрел на людей в зале, он сжал бокал с шампанским в руке и не мог не нервничать.

Кто сказал, что гении плохи в общении?

Кажется, я должен улучшить свои социальные навыки.

Обходя зал, Лу Чжоу планировал найти Делиня, чтобы пообщаться по поводу статьи. Но когда он нашел его окруженного толпой людей, парень заколебался.

Его знания английского не самые лучшие.

Когда он решился...

Тот уже ушел.

В конце концов, сделав пару кругов по залу, Лу Чжоу сел на диван в зоне отдыха.

Также, как и в университетской столовой, он всегда выбирал самое тихое место.

Лу Чжоу покачал головой и вынул блокнот из кармана костюма. Затем он начал над проблемой, на которой застрял.

Однако тут кто-то неожиданно сел напротив него.

Когда Лу Чжоу поднял голову, он не сразу узнал ее.

Золотистые волнистые волусы, плавные контуры лица с резкими западными чертами и глубоко посаженные глаза с изящными бровями, что выдавали темперамент, напоминающий гениальную ученицу из фильмов о Гарри Поттере.

Черное вечернее платье образовывало резкий контраст с белоснежной лебединой шеей. Это был таинственный викторианский стиль моды, не похожий на французский.

Лу Чжоу посмотрел вниз ...

Ладно, наверное, не у всех белых большие сиськи ...

Было слишком грубо смотреть на нее слишком долго, и Лу Чжоу собился поздороваться, как она заговорила первой:

— Ты не танцуешь?

— Нет, там слишком много людей и это не для меня… — сказал Лу Чжоу, потом добавил, — Ладно, на самом деле я не умею танцевать, а ты?

Молина улыбнулась и ответила:

— Я тоже.

Лу Чжоу взглянул на нее с удивлением:

— Я думал, что все французы мастерски танцуют.

— Каждому свое, — улыбнулась девушка, — Когда я впервые приехала в Соединенные Штаты, я думала, что вы, китайцы, все знаете кунг-фу.

— Это… недоразумение, — ответил Лу Чжоу.

— Мне вот интересно.

— Что именно?

— Как ты все еще можешь думать над математикой, когда красивая женщина сидит напротив тебя?

Черт?

О чем она?

Иностранцы действительно такие раскованные?

Лу Чжоу посмотрел на Молину, и он не ответил. Вместо этого он спросил:

— С чего ты это взял?

Девушка посмотрела на Лу Чжоу и улыбнулась:

— Я могу многое сказать по твоему языку тела.

— Ладно, похоже мой язык тела слишком очевиден.

Лу Чжоу кашлянул.

Он признался, что действительно думал о математике.

Даже сейчас…

Разговор перешел в короткое молчание, пока они тихо сидели вместе.

Когда Лу Чжоу посмотрел на танцующих людей, он постучал пальцами по столу в такт.

Вдохновение всегда было чем-то метафизическим.

Истина, скрытая в числах, может ускользнуть от его пальцев.

Вот почему он должен использовать систему несколько раз в качестве крайней меры.

Однако система не дает ему никаких советов относительно того, что решать. Она лишь дает ответы на прямые вопросы.

К сожалению, у него мало баллов, чтобы решить гипотезу о числах-близнецах.

Он всегда был немного в стороне от ее доказательства...

Лу Чжоу сжал кулаки.

Внезапно в его голове пронеслась идея. Он вспомнил двадцать четыре часа времени вдохновения, которое получил от системы. Внезапно он поднялся.

— Что случилось? — в удивление посмотрела на него Молина.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и сказал:

— Мне в голову пришла важная мысль

Молина подняла брови и в шутку спросила:

— Что важнее ужина с элегантной француженкой?

— Это важнее ужина с девой Марией!

Бросив эту фразу, Лу Чжоу быстро побежал к лифту.

Глава 122. Вырвавшееся вдохновение

Спеша в комнату Лу Чжоу по пути схватил с подноса официанта два куска хлеба. Бросив две тетради на стол, он вытащил черновик из своего чемодана.

Все готово.

Он глубоко вздохнул и вошел в пространство системы. Затем он активировал «часы вдохновения».

Покинув пространство системы, парень заметил, что это ощущалось иначе нежели капсула концентрации. Не настолько импульсивно, а оставляло просто рациональное восприятие всего.

Ощущение тепла распространилось от его позвоночника к мозгу, напоминающее пламя, что зажгло его разум.

— Прекрасное чувство.

Лу Чжоу сжал кулаки, затем протер глаза. Он чувствовал, что все перед ним слегка дрожит.

В то же время вдохновение пробивалось из глубин его разума напоминая цунами, омывающее кору его головного мозга.

Трудно описать это чувство словами.

Внезапно все его нервные окончания растянулись, словно его тело напрямую пыталось связаться с космосом...

Кольца на его занавесках напоминали абстрактное удлиненное колец Мёбиуса.

Текстура его листов выглядела как последовательность Фибоначчи.

Бумажный стаканчик на столе, составлял золотое сечение в три точки, если его переместить на расстояние пальца между кроватью и люстрой.

Эти маленькие детали, которые он ранее не заметил, стали для него очевидны.

Как будто его зрение сведено к чистой геометрии, и он разбивал данные на чистые числа и арифметические символы.

Такое было бы раем для любого художника.

Правда такое ад для пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством...

Переставив стакан на тумбочке, Лу Чжоу сел на стул, после чего глубоко вздохнул и постарался не обращать внимания на отвлекающие факторы в комнате, сосредоточившись на листе бумаги.

Существует ли бесконечное число пар (P, P+2) простых чисел!

…………………………………

Функции системы очень удобны для пользователя.

Всего 24 часа вдохновения могут быть приостановлены и возобновлены в любое время. Однако после каждой паузы могут появиться симптомы «истощения вдохновения», такие как медленное мышление, медленная скорость реакции и подобное.

После нескольких экспериментов Лу Чжоу, наконец, ознакомился с использованием часов.

Этот всплеск вдохновения приводил его в восторг, поскольку он более полугода сидел над проблемой чисел близнецов.

В результате Лу Чжоу почти забыл, зачем он вообще приехал в Принстон. Он забыл о своей презентации на пятый день и даже забыл о задании.

Чтобы максимизировать результат, он использовал только четыре часа вдохновения в день, в течение четырех раз. Он хотел использовать каждый час и каждую минуту.

Он был погружен в поиск ответов, словно охотник в лесу идущим за дичью, выслеживая мельчайшие следы.

Каждый раз, когда Лу Чжоу находил подсказку, он становился на шаг ближе к решению.

Подобный опыт беспрецедентный для него.

Парень не выходил из номера в течение трех дней.

Он полностью закрылся в этих десяти квадратных метрах, и даже вызывал обслуживание в номер ради еды.

Исписанные черновики скапливались в углу стола, а разорванные летели под стол.

Четвертая ночь ...

С мешками под глазами Лу Чжоу посмотрел на гору черновиков бумаги и поменял чернила в ручке. И не мог не зевнуть.

— Осталось всего два часа?

Парень посмотрел на таймер на своем телефоне, прежде чем он вошел в системное пространство, чтобы приостановить часы вдохновения.

Наконец пришло время перерыва.

Прекрасное чувство вдохновения исчезло, опуская его с небес на землю.

Кипящий мозг Лу Чжоу постепенно остыл, и парень глубоко вздохнул и выдохнул.

Прошло несколько дней, и он упустил редкие возможности, предоставляемые научной конференцией.

Но в сравнение с выгодой, приобретенной в эти дни, не многое...

Он мог ясно чувствовать, что все ближе и ближе к решению гипотезы о числах близнецах.

Так близко ...

Лу Чжоу потянулся и встал со стула.

Он планировал пойти прогуляться, принять душ, а затем лечь в постель и выспаться, подождав до следующего дня, чтобы продолжить.

Парень покинул отель со стороны площади Палмера и пошел по аллее на территории Принстонского университета. Холодный вечерний ветер дул ему в лицо, помогая расслабить перегруженную голову.

Лу Чжоу заметил, что этот университет больше похож на замок, чем на университет, но без каких-либо сильных укреплений. Как и в других университетах Америки, местные студенты вели очень праздный образ жизни. Они будут проводить вечеринки каждую ночь. Однако, когда придет время, они будут использовать 200% усилий для обучения.

Это его наблюдения.

Когда Лу Чжоу гулял по парку, он неожиданно встретил знакомого.

Тот подошел к Лу Чжоу.

— Куда ты пропал? Я уже собрался искать тебя.

— Что-то случилось?

— Ничего, — сказал Ло Вэньсюань. Он странно посмотрел на Лу Чжоу и спросил, — У тебя с чем-то или кем-то проблемы?

— Ты прав, — сказал Лу Чжоу. Он признался, — Я застрял на проблеме.

Ло Вэньсюань вздохнул и спросил:

— Что за проблема?

— С числами близнецами.

Аспирант покачал головой и сказал:

— Извини, тут я тебе не помощник. Это не по моей части.

Лу Чжоу спросил небрежно:

— Как продвигается твое исследование?

Ло Вэньсюань вздохнул и ответил:

— Шестигранные кости, брошенные Богом, дают семь результатов в гильбертовом пространстве. Это и проблема математики, и проблема квантовой механики. Это дилемма, с которой столкнулся наш исследовательский институт.

Лу Чжоу сказал с сочувствием:

— В самом деле головная боль...

— Да, это ад, — вздохнул тот в ответ, — Вчера я долго разговаривал с профессором Ван Юйпином о том, как решить эту физическую проблему с точки зрения математики, но это ничего не дало.

— Седьмой результат для шестигранных кубиков… — сказал Лу Чжо и погрузился в глубокое размышление.

Не заметив, они вскоре вернулись на площадь Палмера.

Это место всегда было оживленным ночью, люди ходили в бары, как будто праздновали победу...

Когда аспирант увидел, что парень молчит, он спросил:

— Что такое?

— Ничего… — ответил Лу Чжоу, остановившись, и внезапно посмотрел вверх. Его зрачки увеличились, и он взволнованным тоном произнес, — Это белый голубь?

Ло Вэньсюань посмотрел на него и сказал:

— Что?

— Белый голубь!

— Где?

Ло Вэньсюань огляделся в поиске голубя.

Он ничего не мог найти, и когда он обернулся, Лу Чжоу исчез...

Глава 123. Гений или сумасшедший?

Пятый день конференции…

Мужчина в костюме быстро подошел к двери 306 комнаты, потом аккуратно постучал.

— Мистер Лу Чжоу, ваш доклад скоро начнется. Вы готовы?

Из комнаты донесся шаркающий звук.

Затем раздался голос:

— Прямо сейчас? Разве он не днем?

Человек в костюме неловко улыбнулся и откашлялся:

— Технически, это через час, из-за несчастного случая, произошедшего с бельгийским журналистом, пришлось внести изменения в программу… Вы не видели письмо?

После паузы из комнаты раздался нетерпеливый вздох.

— Позвольте мне принять душ.

Персонал конференции был свободен.

— Мы приносим свои извинения за причиненные неудобства ... Кроме того, пожалуйста, поторопитесь.

……………………………………………..

Около двухсот человек сидели в переполненном первом лекционном зале, что немного больше лекционной аудитории в Цзиньлинском университете. Присутствовали основном неизвестные люди, но также было и несколько громких имен.

Например, любимый ученик Гротендика императора математики Делинь и профессор Ван Юпин из Яньцинского университета.

Возможно, из-за плохого психического состояния, Лу Чжоу был ненормально спокоен и совсем не нервничал.

Парень отрегулировал микрофон, и как только получил сигнал от сотрудников конференции, заговорил:

— По идеи, все уже прочитали мою статью. Согласно первоначальной плану конференции, содержание моего доклада должно быть посвящено распределению простых чисел Мерсенна… Но из-за корректировок графика и переноса конференции на утро позвольте мне сделать небольшую просьбу.

Лу Чжоу прервался на секунду, затем посмотрел на сотрудника и попросил:

— Вы можете предоставить мне доску?

Сотрудник помедлил, прежде чем сказать:

— Конечно, но проекция с проектора на доске оставляет желать лучшего, поэтому некоторые люди позади могут не увидеть.

— Просто дайте мне маркер, —сказал Лу Чжоу. Затем посмотрел на проектор и сказал, — можете отключить его.

Члены аудитории шептались и обсуждали, не понимая, что собирался делать парень.

Сотрудники также с любопытством наблюдали за происходящим, но это был не первый раз, когда они получали странные запросы от «гениев». Поэтому они быстро привезли доску для него.

Парень поблагодарил их и развернулся повернулся к доске. Он глубоко вздохнул и вошел в пространство системы и нашел часы вдохновения.

Оставался последний час вдохновения.

Он собирался завершить доказательство за этот час!

Открыв глаза, парень поднял маркер.

Он записал первую строку расчетов на доске.

В аудитории некоторые проявили слабое раздражение.

Поскольку Лу Чжоу ничего не говорили и не показывал. Это плохо для новичков, впервые посещающих конференции.

Два студента, сидящие сзади, собрали свои вещи и тихо вышли.

Научная конференция длилась всего несколько дней и можно успеть прослушать всего несколько лекций, поэтому эти полчаса очень важны как для докладчиков, так и для простых слушателей.

Важные лица, что часто посещали конференции, уже привыкли к подобным событиям и их лица не изменились вообще. Они сосредоточены на результате, а не на докладчике.

Когда Лу Чжоу написал десятую строку расчета, профессор Делинь неожиданно удивился.

Он обратился к своему помощнику, сидящему рядом:

— Ты принес тетрадь?

Помощник быстро вынул блокнот и ответил:

— Вот.

— Спасибо.

Профессор Делинь положил блокнот на колени, и, посмотрев на строчки на доске, его взгляд стал серьезными.

В то же время профессор Ван Юйпин, который сидел на другой стороне зала, тоже смотрел на доску.

Хотя из-за его возраста ему даже в очках еще трудно все увидеть на доску, он все равно пристально смотрел.

Рядом с ним сидела группа по обмену из Яньцинского университета, состоящая из трех студентов, магистра и аспиранта. Его старые друзья попросили его показать им “мир”.

Вэй Вэнь уставился на доску и нахмурился:

— Что он делает?

Да.

Что он делает…

Профессору Вану также любопытно.

Однако, заметив десятую строчку расчетов, его мутные глаза прояснились в неверии.

Судя по всему, он догадался, что пишет Лу Чжоу.

Профессор не мог в это поверить.

Он собирается бросить вызов проблеме мирового класса прямо здесь? Гипотезе о числах близнецах?

Это безумие...

— Решето Эратосфена? Он доказывает второе выражение Гольдбаха? Нет, нет, эти расчеты… — пробормотала Молина, уставившись на доску и опустив руку с ручкой на тетрадь, после чего ее сапфировые глаза сверкнули в неверии, — В 1995 году в журнале «Математический ежегодник» профессор Цельберг опубликовал статью о дополнительном исследовании топологического метода в теории решета… Он бросает вызов гипотезе о парах простых чисел!

Когда Лу Чжоу написал двадцатую строку, треть участников мероприятия уже поняли, что он делает.

Остальные все еще не имели понятия.

Подобные научные конференции открытые и барьер регистрации не слишком высоким. Любой мог пройти, если заплатил приличный регистрационный сбор.

Но в действительности, если кто-то проник так, это не имело особого значения.

Несмотря на то, что на конференции такого типа присутствовали пропуска, сотрудники даже не проверяли их. Поэтому многие не зарегистрированные люди, все еще могут проникнуть и обсудить математику с участниками.

Единственное отличие в том, что они не могли поставить собственные стенды, не могли жить в гостиничных номерах Принстонского отеля и не могли посещать коктейльные вечеринки в первый и последний день.

Вэй Вэнь следил за доской и неожиданно сказал:

— Теорема Виноградова о трех числах?

Профессор Ван Юйпин кивнул и подтвердил:

— Да.

Вэй Вэнь не мог не спросить:

— Профессор… Что именно он делает?

Профессор Ван Юйпин улыбнулся и сказал:

— О, не можешь сам догадаться?

Вэй Вэнь смутился и покачал головой.

— Тогда просто продолжай следить, — вздохнул профессор Ван Юпин. Взглянув на доску, он кивнул в знак одобрения и сказал, — Кажется, профессор Тан воспитал хорошего ученика… Я с нетерпением жду следующих двух десятилетий.

Лу Чжоу не заметил движений в зале, поскольку он полностью сосредоточился на доске. Он писал не быстро, очень осторожно и сдержанно.

Время шло, и сотрудники конференции в стороне постоянно посматривали на часы.

Наконец осталось пять минут. Сотрудник увидел, что секция вопросов и ответов еще даже не началась, поэтому он кашлянул и напомнил Лу Чжоу.

— Осталось всего пять минут.

Лу Чжоу стоял перед доской и продолжал писать маркером, словно не слышал.

Он полностью отгородился от любого постороннего вмешательства.

Наконец прошло пять минут.

Два сотрудника обменялись взглядами и собирались прервать ведущего.

Однако в этот момент от человека в первом ряду донеслись негромкие, но четкие слова:

— Пусть продолжает.

Сказавшим это был Пьер Делинь.

Персонал удивился, услышав его.

Однако сотрудник был обязан пояснить:

— Но следующий доклад должен начаться…

Профессор Делин отложил блокнот и встал, прежде чем медленно произнес:

— Следующая презентация будет перенесена в лекционный зал 4, так что кто хочет могут пойти туда.

Затем сел обратно.

Время шло, но никто не двигался.

Никто не хотел уходить.

Кто не понимал, уже давно ушел.

Что касается остальных, большинство из них поняли, что происходит.

Бросить вызов математической гипотезе мирового уровня во время конференции?

Любой, кто осмелился это сделать просто псих!

Люди, сидящие в толпе, станут либо свидетелями великого момента, либо величайшей шутки.

В любом случае это интересное шоу для «высокомерных» людей из Принстона.

Глава 124. Свидетели великого момента

— Есть еще вопросы? — профессор Делинь посмотрел на сотрудника.

— Нет…

Сотрудник смутился и отошел в сторону.

Он не смел противостоять такой фигуре.

Только 13 математиков получили Филдсовскую премию и премию Вульфа. И только двое из них получили награду Крейдфорда. Одним из них являлся Делинь, а другим был Цю Чуенгтун.

Даже председатель международного математического союза очень уважал Делиня, а тем более обычные сотрудники конференции.

Лу Чжоу поблагодарил бы Делиня, но в этот момент все его внимание на доказательстве, и он даже не слышал напоминания персонала.

Он посмотрел на четыре полностью исписанные доски и перестал писать.

Доски содержали результаты последних четырех дней его работы.

Остальное ему придется решать прямо тут.

У него все еще оставалось полчаса вдохновения.

Парень полностью вошел в состояние концентрации и почти забыл, где находится.

Полностью забыл про аудиторию.

Он полностью забыл о сотнях глаз, смотрящих ему в спину.

Лу Чжоу посмотрел на строки расчетов на доске и был неописуемо спокоен.

Он снова поднял маркер.

[S (α) = Σane (N & alpha;); М, N∈ζ ...]

Профессор Делинь посмотрел на доску своими острыми глазами и внезапно он спросил своего старого друга, сидящего рядом с ним:

— Как думаете, он сможет?

Профессор Цельберг уставился на формулу на доске и улыбнулся:

— Трудно сказать, но думаю, что мы можем лишь с нетерпением ожидать. Математика — область гениев, и 70% выдающихся достижений сделаны молодыми талантами.

— Вот почему вы обратились к теории струн? — спросил профессор Делин, перестав писать в своем блокноте.

—Ха-ха, — рассмеялся профессор Цельберг, — Возможно?

На другой конце лекционного зала ...

Вэй Вэнь неподвижно смотрел на доску, наблюдая, как его конкурент бросает вызов мировой проблеме. Эти расчеты за пределами его знаний, и он едва мог поспевать.

Наконец, он не мог не прошептать:

— Профессор.

Профессор Ван Юйпин посмотрел на доску и улыбнулся:

— Что случилось?

— Как думаете ... он сможет?

Профессор Ван Юйпин на мгновение подумал, прежде чем ответить:

— Трудно сказать. Теория чисел требует наибольшего таланта, чем любая другая область математике. Если ему это удастся, это будет хорошая история.

Вэй Вэнь сразу спросил:

— А если он не сможет?

Профессор задумался и ответил:

— Если он не сможет, то станет объектом насмешек в Принстоне.

СМИ будут высмеивать Лу Чжоу, они могут раскрутить его как какого-то высокомерного идиота, который не смог решить задачу мирового класса... Хотя у парня истинный дух исследователя, общество не прощает ошибок.

Старик не мог не подумать.

Хорошо быть молодым.

Такая смелость и энтузиазм присущ лишь молодым.

В его возрасте уже слишком много поводов для беспокойства.

Чем старше, тем стабильнее вы и ваша жизнь и тем труднее прогрессировать.

Речь шла не только о вдохновении или снижении концентрации и ухудшении памяти из-за старения.

Профессору трудно решиться бросить вызов большой гипотезе, поскольку можно потратить годы, пытаясь ее доказать, и ничего не достигнуть.

Но Лу Чжоу лишь студент. И на него нет академического давления, ему не нужно беспокоиться о своей карьере и связях. Он мог, не колеблясь идти вперед, изучать новое и в конечном итоге достигать великолепных результатов под порывом вдохновения...

Даже если Лу Чжоу не сможет, все будет нормально.

Однако, если ему удасться...

Возможно среди молодых талантов его мог превзойти только парень, предложивший «теорию перфектоидных пространств», построивший новую математическую структуру и считавшийся преемником Гроттендика в 20-м поколении. Самый молодой профессор W3 в Германии Петер Шольце. (П.П. W3 почти самое высокое звание в градации академических рангов в Германии)

Тем не менее, Лу Чжоу может быть сильнее.

Шульц может быть самым большим соперником Лу Чжоу на Филдсковую премию 2018 года. И Брендл, также из Германии, сильный конкурент. Однако на золотую награду Рамануджана этого года и 17-ю премию Коула основной вес окажет доказательства гипотез теории чисел.

Когда профессор Ван смотрела спину Лу Чжоу, его глаза переполняла похвала.

Вэй Вэнь, который сидел рядом с ним, ничего не сказал. Он даже не знал, что и думать…

На сцене…

Уже стояли пять полностью исписанных досок.

Уже прошло пять минут после вдохновения.

Результат определен.

Лу Чжоу посмотрел на шестую доску, что тащил персонал, и медленно свои мысли.

Он прошептал, глядя на пять досок:

— Бог бросил шестигранные кости, но было семь результатов, потому что деформированная кость приземлилась на две стороны.

— Топологический подход Гильберта к бесконечным простым числам доказывает, что существует слой вдохновения.

Он встал перед новой доской и вновь поднял правую руку, начав писать на доске.

[S (2) — (logkx) S (1)> 0 верно для K≥2, допустимый массив H =…]

[...]

[Следовательно, существует бесконечное число пар простых чисел.]

В зале…

Глаза профессора Делиня расширились, и он внезапно улыбнулся.

Профессор Цельберг сказал:

— Когда я использовал топологический метод в дополнение к теории скрининга, я подумал, что моя работа может дать идеи для будущих поколений, чтобы решить гипотезу Гольдбаха. Я не думал, что этот меч можно использовать, чтобы разрезать К=1 форму гипотезы Полиньяка. Похоже, он оправдал наши ожидания.

Профессор Делинь положил ручку и снял очки, прежде чем протер слегка воспаленные глаза.

Он сказал только одно слово на родном языке.

— Да.

Аудитория погрузилась в тишину.

Только один человек стоял на сцене.

Написав последнюю строку, Лу Чжоу отошел назад и посмотрел на шесть досок, выстроившихся перед ним.

Вокруг было так тихо, что он мог слышать свое сердцебиение.

Вроде… никаких ошибок.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и обернулся. Затем он подошел к кафедре и посмотрел на публику, после чего уверенно произнес:

— Есть бесконечное число чисел-близнецов, мы сделали еще один большой шаг к гипотезе Полиньяка.

— Извините, что потратил ваше время, я закончил доказательство.

Словно он на экзамене и сдавал свой бланк.

Его сердце переполняли смешанные чувства.

Лу Чжоу прислушался к своему сердцебиению и осторожно положил маркер на подиум.

Головы людей двигались под люминесцентными лампами.

Все в аудитории стали свидетелями.

Это доказательство собиралось предстать перед всем миром.

Лу Чжоу посмотрел на публику и поклонился.

Затем он развернулся и ушел со сцены.

Глава 125. Я просто хочу вернуться и поспать

Удивлённые.

Потрясенные.

В неверии.

Вся аудитория потеряла дар речи.

В зале стояла мертвая тишина.

Старик нарушил тишину.

Он встал и начал хлопать.

Хлоп Хлоп Хлоп ...

Аплодисменты постепенно распространились от первых рядом к последним.

Из легких хлопков они перешли в шквал.

Хлоп Хлоп Хлоп!

Не только аплодисменты.

Некоторые студенты встали и начали кричать и свистеть.

Все в лекционном зале, от студентов Принстона до участников конференции.

В этот момент.

Все они стали свидетелями прекрасного момента!

Вопросительный знак в Зале математики был решен.

В то же время.

Гений в этот момент возвысился.

Весь лекционный зал переполняли аплодисменты.

Звук аплодисментов был слышен даже за пределами зала.

Сотрудник, стоявший рядом с трибуной, не мог понять процесс проверки на доске, но он не мог не хлопать под влиянием атмосферы.

Коллега рядом с ним потер руку и заговорил.

— Если бы ты прервал его, твое имя вписали бы в историю математики.

— Как?

— Как разрушителя вдохновения. Убил математического гения собственными руками.

— О, не надо. Мистер Фрэнсис убил бы меня.

Фрэнсис — председатель Федерального математического общества. Красивый старик, который всегда медленно говорит.

Но порой он бывает очень суровым.

Их разговор похоронил шум аплодисментов.

Ниже сцены ...

Вэй Вэнь слушал звуки аплодисментов и, глядя на доски, не мог поверить в это. Он спросил:

— Он доказал это?

Это его противник?

Это был парень, с которым он столкнется на американском конкурсе?

Конкурс в США будет в феврале. Прямо сейчас он должен сражаться со своим противником. Однако в этот момент его сердце переполнял шок.

Разочарование?

Нет ...

Растерянность?

Пожалуй...

Словно его противник совершенно на другом уровне.

Будь то лучший на вступительных экзаменах в университет или золотая медаль международной олимпиады по математике или поклоняющиеся студенты, ничто не могло заполнить пустоту в его сердце.

Он проиграл достойному сопернику.

Дело не в победе или поражении, просто...

Его растоптали.

Когда профессор Ван Юйпин услышал вопрос студента, он медленно кивнул.

— Да, он доказал!

Молодые превзошли нас.

Старик принял решение.

Когда он вернется, он напишет рекомендательное письмо для Лу Чжоу, чтобы он участвовал в инициативе «Десять тысяч человек»!

Он напишет ее, как только вернется в отель.

И не только, он также заставит профессора Тана подписать письмо тоже.

Возраст и квалификация не проблема для таких талантов. Кроме того, сколько аспирантов могут достичь подобного? Если такой талант не отметят, то это не просто шутка, это огромная потеря!

Китай нуждался в обладатели Филдсовской премии.

Профессор Ван увидел надежду в Лу Чжоу.

……………………………………….

Надписи на доске были выгравированы в голове Лу Чжоу, и он никогда не забудет их.

Что касается того, сплагиатит ли кто их?

В лекционном зале присутствовало по меньшей мере два редактора математических журналов, поэтому никто не осмелится на такой шаг.

Когда Лу Чжоу наконец закончил доказательство, он хотел лишь пойти поспать к себе в номер.

Однако он недооценил произошедшее, он не понимал, как будут восхищены им студенты из Принстона.

Только выйдя из зала его догнали люди из аудитории.

Толпа окружила его, словно чемпиона суперкубка. Лу Чжоу думал, что его бросят в воздух.

— Ух ты, брат, круто! То, как ты написал последнюю строку, было очень круто! Ты можешь написать снова? Я хочу сделать фото!

— Красавчик, можешь дать свой номер? Можешь написать его на моей руке.

— Подождите секунду! Дайте мне сделать фотку! Я хочу запостить ее в твиттер! Не толкайтесь!

Шумные голоса внезапно рассеял сонливость Лу Чжоу.

Честно говоря, Лу Чжоу почти боялся энтузиазма этих людей.

Некоторые люди даже обняли его.

Страстная молодая латиноамериканца сфотографировалась с ним, а потом поцеловала его в щеку.

Но это не проблема.

Девушки после нее были еще более смелыми, поэтому парень запаниковал.

Самое неприятное, что они совсем не церемонились!

Толпа все сильнее напирало.

Даже его прическу взлохматили, Лу Чжоу отчаянно пытался сбежать.

Слава богу, он смог сохранить свой первый поцелуй.

Это важно для него, чем прическа.

Будет трагедия, если он потеряет его здесь.

…………………………

Лу Чжоу покинул университет и быстро пересек площадь Палмера. Когда он поднимался на лифте, за ним внезапно появился человек.

Парень посмотрел на нее.

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— О… я не против фотографий. Просто не трогай меня, ладно?

Молина скрестила руки на груди и, проигнорировав парня, нажала кнопку лифта, сказав:

— Я из 707. Тебе куда?

— Три ... Нажми на третий этаж, — ответил Лу Чжоу.

Он почти назвал номер своей комнаты.

— Третий этаж? — сказала девушка, посмотрев на циферблат, после чего перевела взгляд на Лу Чжоу, — Мы уже проехали третий. Как насчет того, чтобы ты немного отдохнул у меня?

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Все нормально, я просто хочу вернуться и поспать.

— ...

Лифт доехал до седьмого этажа и остановился

Парень наклонился и нажал кнопку третьего этажа.

Молина посмотрела на Лу Чжоу, пытающегося вернуться как можно скорее, и вздохнула:

— Все китайские парни такие скучные?

Лу Чжоу покачал головой и ответил:

— Нет, я просто не хочу сейчас думать о математических задачах.

— Как ты догадался, что я собираюсь задавать тебе вопросы по математике? — удивилась девушка.

— Я понял по твоему языку тела. Ты научила меня этому, — с улыбкой ответил Лу Чжоу.

Она не ответила.

Молина заметила уставшее лицо Лу Чжоу и не настаивала, но достала из сумки влажные и бросила в него.

Лу Чжоу спросил:

— Влажные салфетки?

Молина улыбнулась и сказала:

— На твоем лице три отпечатка помады. Дать зеркало?

Серьезно?!

Лу Чжоу быстро взял салфетки и протер лицо.

Как и ожидалось, на салфетках виднелись красные следы.

— Спи спокойно. Но не забудь и не пропусти церемонию закрытия и вечеринку завтра вечером, — сказала Молина, глядя на вытирающегося парня. Затем она облизнула губы и добавила, — Ты главный герой.

Она не дождалась ответа Лу Чжоу, развернулась и ушла.

Глава 126. Церемония закрытия

Научная ценность гипотез может отличаться, но слишком трудно измерить сложность гипотез по какому-то критерию.

В конце концов, как подобное измерить?

Само по себе это псевдология.

И все же можно сделать общую классификацию гипотез.

Если игнорировать все неакадемические факторы, такие как политическое значение, экономическое значение и влияние средств массовой информации, тысячи математических гипотез можно разделить на несколько уровней.

В первый уровень попадают, несомненно, гипотеза Римана, теория Янга-Миллса. В общем, семь основных математических проблем — задачи тысячелетия, а еще некоторые из 23 проблем Гилберта.

Как только эти гипотезы будут доказаны, они не только поспособствуют развитию математики, но и сильно повлияют на другие дисциплины и отрасли.

Второй уровень наиболее известными тремя современными математическими проблемами: Гипотеза Гольдбаха, четырехцветная задача и последняя теорема Ферма. Две из них решены, и господин Чен работал над последней. Также сюда можно отнести некоторые гипотезы из программы Ленглендса и опять же некоторые гипотезы из 23 проблем Гилберта.

Различие между третьим уровнем и вторым не столь очевидное, и мнения тут могут расходиться. Обычно сюда относят проблемы наподобие гипотезы Якобиана.

Доказать гипотезы этого уровня может тот, кто близок к Филдсовской премии или, по крайней мере, к номинации. Конечно, кому-то должно быть меньше 40 лет.

Что касается четвертого уровня, то сюда можно отнести гипотезу Чжоу, а также другие «слабые» гипотезы и простые задачи.

На пятом уровне будут нишевые проблемы, выдвинутые неизвестными математиками, и все, что нельзя отнести к четвертому уровню.

Согласно этому методу оценки, гипотеза Полиньяка будет считаться третьим уровнем, тогда как гипотеза о числах-близнецах будет находиться между третьим и четвертым уровнями.

Независимо от конечного результата, с таким вкладом Лу Чжоу гарантирована номинация на Филдсовскую премию. Его крупнейшим конкурентом, вероятно, станет обладатель золотой премии «Рамануджан» 2013 года «Немецкий бог» Петер Шольце. Было сказано, что Шольце оспаривает известную гипотезу о монодромии веса, но его прогресс неизвестен.

Конечно, исследование гипотез только часть математики. Большинство людей даже не доказали ни одной гипотезы за свою жизнь, но это не помешало им внести вклад в математическое сообщество.

Например, Гроттендик заложил основы современной алгебраической геометрии и полностью изменил область функционального анализа. С этим любые доказательства гипотез меркнут. В конце концов, многие из сегодняшних математических гипотез основываются на его «теории вероятности».

Чтобы подняться на вершину математики, предстоит долгий путь.

Доказательство гипотезы о числах-близнецах лишь маленький шаг.

Лу Чжоу знал, что результаты его работы смогли дать ответы только на некоторые из восьми вопросов Гильберта.

Хотя в глубине души его переполняло волнение и его сердце было готово выскочить из груди, он не зазнавался.

Чем больше он узнавал, тем меньше думал, что знает все о мире.

На самом деле, Лу Чжоу не знал точно, что чувствовал в тот момент. Но одно было ясно точно. Его имя теперь известно в Принстоне.

Все знали про него.

Во время вчерашних докладов молодой человек из Азии решил математическую проблему мирового класса перед слушателями.

……………………………….

Лу Чжоу покачал головой и поднялся с кровати.

Он толкнул дверь ванной и принял горячую ванну, после чего оделся и встал перед зеркалом.

Хм, неплохо.

Такой же красивый, как и всегда, но немного худой.

Эх, не могу потолстеть независимо от того, сколько ем.

Парень подошел к окнам и открыл шторы.

Он долгое время пребывал в сильном напряжении.

Это его самый лучший сон в Америке.

На улице светило солнце.

Если бы не такое приятное чувство, то парень засомневался спал ли вообще.

Вдруг он задумался.

Стоп, какой час?

Он посмотрел на время на свой телефон. Уже половина третьего!

Его ждала церемония закрытия, поэтому Лу Чжоу немедленно обулся и выбежал из двери.

Он вышел из лифта и прошел через вестибюль.

Лу Чжоу натолкнулся на европейского парня, смотрящего в телефон, и спросил:

— Извините, какой сегодня день конференции?

Тот грубо ответил:

— Шестой день, братан, успокойся!

Почти!

Лу Чжоу расслабился.

Похоже, он не пропустил церемонию.

Но это разумно, даже если бы он слишком сильно устал невозможно проспать два дня подряд.

Парень долго смотрел на Лу Чжоу, а потом вдруг спросил:

— Подожди… Ты Лу Чжоу?

А?

Лу Чжоу чуть не подпрыгнул.

Откуда он знает мое имя?

Как?

Тот сказал Лу Чжоу.

— Эй, угадай, о чем моя работа? Я старательно искал лямбда-функцию, чтобы доказать, существование бесконечного числа пар простых чисел! Ты испортил всю мою работу!

Лу Чжоу не знал, что ответить, глядя на американского парня, который словно спятил. Он собирался позвать охрану.

К счастью, этот парень не предпринял ничего радикального.

— Проклятье, но ты прекрасно решил! Я не ожидал, что метод сита можно так использовать... Позволь мне представиться. Меня зовут Карист. Давай выпьем сегодня вечером? Эй, не убегай, эй!

Лу Чжоу убежал.

……………………………….

Толпа сидела внутри актового зала.

Церемония закрытия скоро начнется, но присутствовало не так много людей, как в начале.

Парень вспомнил слова Ло Вэньсюань, что большинство людей не останется до конца конференции и уедут после своих докладов и прослушивания интересующих их тем.

Лу Чжоу оглянулся, но не смог найти Ло Вэньсюаня. Но он заметил неожиданного человека, индийского парня по имени Диджан.

Удивительно, этот парень не уехал?

Он справился с давлением?

Тот тоже заметил Лу Чжоу, но ничего не сказал, а просто проигнорировал его.

Но Лу Чжоу все рано.

Он не знал, почему индийский парень все еще здесь.

Церемония закрытия началась.

В зале замолчали.

Через некоторое время старик поднялся на сцену опираясь на черную трость.

Фрэнсис, президент Федерального математического объединения, также член Международного математического союза.

Его медленные движения создавали впечатление, будто он собирается споткнуться и упасть.

— Позвольте представиться. Меня зовут Фрэнсис. Больше сказать нечего, так что давайте прямо сейчас начнем, — сказал старик с улыбкой.

Зрители также заулыбались и зааплодировали ему поддерживая.

Старик поправил очки и начал свою речь.

— Прежде всего, я хотел бы поблагодарить всех вас за участие в этой конференции. Я также хотел бы поблагодарить такие компании, как Parker, Amazon и других наших спонсоров. Без них мы не смогли провести эту конференцию...

— Работа, которую мы все выполняем, одинакова, независимо от того, является ли это правильным или нет. Даже если ваши выводы временно ошибочны, даже если вас категорически опровергли, это не значит, что вы недостаточно хороши. Наоборот, вы более смелые и талантливые, чем 99% людей мира. И я надеюсь увидеть тут вас здесь в следующем году...

— Также не забудьте про вечеринку сегодня вечером...

— О да, я чуть не забыл о самом главном, — Старик виновато улыбнулся, — Лучший молодой докладчик этой конференции получает приз в размере 10 000 долларов, спонсируемый Amazon, и сертификат, выданный Федеральным математическим объединением. Кажется, для всех очевидно кто это? Победителем становиться Лу Чжоу.

Мистер Фрэнсис поднял настроение зрителям, после чего окинул ее взглядом:

— А теперь прекрасно проведите время!

— И еще, Чемпионами суперкубка будут Орлы!

Молодые люди в зале засвистели.

В этой непринужденной обстановке и под бурные аплодисменты научная конференция успешно завершилась.

Глава 127. Поднятие уровня!

Парень не ожидал, что не только не потратит все деньги, выданные ему университетом, но и получит еще 10000 долларов.

Это стало несколько неожиданным.

Когда толпа начала расходиться, Лу Чжоу подошел к сцене, чтобы получить сертификат и чек от мистера Фрэнсиса.

— Поздравляю, Лу Чжоу из Цзиньлинского университета. Я слышал, как профессор Делинь и профессор Цельберг высоко оценили твой доклад. Хотя его содержание изменилось, но оно вовсе не помешало.

— Если захочешь получить докторскую степень в Принстоне, уверен, что многие профессора захотят написать рекомендательное письмо для тебя. Я в их числе

Получение докторской степени в Принстоне требовало не только хороших оценок, но и активного участия в академической деятельности. А также писем с рекомендациями от видных деятелей науки.

— Ну я не буду тратить твое время. Наслаждайся оставшейся частью конференцией, — мистер Фрэнсис похлопал парня по плечу, а затем пошел за кулисы.

Лу Чжоу посмотрел на сертификат в руке.

Внезапно в его голове появилась мысль.

Это считается активным участием в конференции?

По идеи да.

Хотя пускай система решает.

Все будет раскрыто, как только вернусь в отель.

Лу Чжоу вышел из зала и увидел лысого старика в плаще.

Они заметили друг друга.

Парень подошел к нему, и старик сказал:

— Отличное доказательство.

— Спасибо ... Вы профессор Делинь?

—Да, — кивнул профессор.

Старый профессор мало говорил. Его личность напоминала брата Цяня.

Однако разница в том, что Лу Чжоу чувствовал давление исходящие от него.

Ходили слухи, что этот дотошный старик имел привычку, прежде чем слушать какую-либо презентацию, подготавливать три или четыре возможных контраргумента. Если докладчик ошибался, он беспощадно озвучивал свой контрпример...

Докладчики ненавидели такой подход.

Может быть, это источник давления старика?

Профессор сделал паузу, а затем чем спросил:

— Хочешь опубликовать свое доказательство в журнале «Математический ежегодник»?

Лу Чжоу впал в ступор, услышав его.

Было много математических журналов, как внутри страны, так и за рубежом, но профессор Делинь говорил о математическом журнале Принстона, одном из четырех крупнейших математических журналов в мире.

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Разве это не считается дубликатом публикации?

Профессор Делинь покачал головой:

— Нет, не считается. На конференции ты представлял закон распределения простых чисел Мерсенна, а не доказательство гипотезы чисел-близнецов. Команда конференции будет рада принять твою работу к публикации. Однако я не рекомендую делать этого, поскольку это даже не главная научная математическая конференция.

Он сделал небольшую паузу и продолжил.

— Если ты захочешь отправить в журнал “Математический ежегодник”, пожалуйста, пришли мне копию работы как можно скорее. Я довольно занят в эти дни ... Но у меня будет время просмотреть ее.

— Я начну делать ее, как только вернусь в отель.

— Не слишком переживай. Просто насладись вечеринкой и алкоголем сегодня вечером. Я не настолько суров, — улыбнулся профессор Делинь.

Он помедлил немного, а затем вытащил письмо из кармана своего плаща и медленно протянул его Лу Чжоу.

— Это?

Лу Чжоу прочитал имя отправителя и был шокирован.

[Александр Гротендик]

Твою ж!

Когда профессор Делинь увидел выражение лица Лу Чжоу, он кашлянул и заговорил:

— Он написал это письмо в конце ноября прошлого года.

— Он сказал, чтобы я передал его молодому таланту в математике… Это письмо принадлежит тебе.

Лу Чжоу посмотрел на письмо в руке и глубоко вздохнул:

— Спасибо.

— Пожалуйста. Это я должен благодарить тебя.

Профессор кивнул, а затем развернулся и удалился.

…………………………………………………...

В итоге Лу Чжоу решил пропустить вечеринку.

Ему не хотелось вновь испытывать дружелюбие иностранцев.

Он посчитал, что в этот раз ему скорее всего придется много пить.

В прошлый раз он защитил своё целомудрие, но на этот раз присутствовал алкоголь, и парень опасался, что не потерять его в этот раз будет трудно.

Вернувшись в комнату в отеле, парень сразу лег на кровать и вошел в системное пространство, после чего посмотрел на панель.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания:

Участие в Принстонской математической конференции:

(за деятельность на стендах + 2 балла),

(прослушивание докладов + 4 балла),

(академический ужин + 1 балл),

(доклад+ 25 баллов).

Итоговая оценка задания: S +]

[Награда за задание:

42 000 очков опыта по математике.

Один билет для счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — образец, 8% — чертеж, 2% — разблокирование отраслевой ветви технологий).]

Количества опыта поразило парня, и он засомневался не померещился ли ему лишний ноль.

Он даже перечитал снова.

— Черт! Сорок тысяч очков опыта по математике?!

Лу Чжоу пребывал в сильном восторге, что быстро приказал системе:

— Система, покажи панель характеристик!

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Математика: LV3（4000/100000）

B.Физика: LV1（5100/10000）

C.Биохимия: LV1（0/10000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV1（3000/1000）

F.Энергетика: LV1（0/10000）

G.Информатика: LV1（2900/10000）

Баллы: 1975 (один билет счастливой лотереи)

]

Глядя на характеристики, парень взволнованно сжал кулаки.

Третий уровень!

Однако его волнение длилось всего секунду.

Когда он увидел ряд нулей для четвертого уровня, ему внезапно стало не так хорошо.

Сто тысяч очков опыта ...

Где, черт возьми, я достану их?

Глава 128. Система, дай мне фанту!

Лу Чжоу закрыл панель с характеристиками и запустил счастливую лотерею.

В этот раз парень не стал ничего делать.

Он понял, что систему не волнуют всякие приметы.

Просто буду спокойным.

Скорее всего не получу чертеж и не открою новую технологическую отрасль.

Я еще не выпил спрайт, может на этот раз получу фанту?

Думая над этим, Лу Чжоу молча начал лотерею.

Колесо с призами быстро завращалось.

— Стоп!

Колесо постепенно замедлилось и остановилось.

[Пользователь, поздравляю, вы получили образец!]

???

Ого!

Неожиданно!

Даже не мусор?!

Стоп ... Для начала надо посмотреть, что это!

Лу Чжоу нервно уставился на полупрозрачный информационный экран.

[Полученный образец: Капсула концентрации (30)]

Увидев текст, парень расслабился, будто тяжелый груз был снят с его сердца.

Капсулы концентрации намного лучше, чем кока-кола или спрайт.

По совпадению он планировал взять физику в качестве второй специальности.

Но ему бы пришлось еще больше учиться...

Лу Чжоу закрыл интерфейс и посмотрел на панель заданий, собираясь нажать на кнопку, но в последний момент остановился.

Стоп, я скоро вернусь в Китай. Что если задание будет связано с Принстоном?

Обычно задания системы занимают много времени.

Лу Чжоу мгновение колебался, прежде чем окончательно решил, что выберет задание после возвращения в Китай.

В конце концов, он заслужил перерыв.

После чего он покинул системное пространство.

Видя, что еще рано, он вытащил свой ноутбук из чемодана и положил его на стол, а затем приступил к редактированию статьи.

Теория чисел увлекательная область, она напоминала тонкую бумагу, которую трудно не заметить, но легко разорвать.

Лу Чжоу уже прорвался сквозь бумагу.

Прямо сейчас карты в его руках.

Его пальцы слегка дрожали, когда на экране появлялись математические символы. Как будто он вернулся к моменту своего доклада ... Как будто он снова вернулся к доске.

Он никогда не забудет этот славный момент.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и перестал печатать. Он встал и налил себе чашку кофе, после чего подошел к окну и молча выглянул наружу.

По ночам площадь Палмера полна света и жизни. Это создавало резкий контраст с абсолютно тихим Принстонским университетом.

Холодный ветерок дул через окно и остудил его перегретую голову.

Это приятно.

Это было похоже на другое удовольствие.

Внезапно его телефон начал вибрировать.

Когда Лу Чжоу достал его и посмотрел на экран, он увидел, что звонил профессор Тан.

Парень ответил на звонок. У него даже не было возможности слова сказать, как профессор Тан начал кричать.

— Ты решил гипотезу о числах близнецах?!

Лу Чжоу отодвинул телефон от уха и ответил:

— Да.

Новости уже дошли до Китая?

Он даже еще не опубликовал статьи.

Профессор Тан спросил:

— Где ты сейчас?

— Как где? Я в отеле, организованном конференцией... А что такое?

Профессор Тан быстро спросил:

— Ты вернешься?

В замешательстве Лу Чжоу спросил:

— Конечно, почему вдруг не должен?

Профессор Тан неловко кашлянул, прежде чем поправился:

— О, я имел в виду, когда ты возвращаешься?

Парень подумал и сказал:

— Скорее всего, через два дня. Я все еще разбираюсь с процессом доказательства. Профессор Делинь попросил меня передать ему копию моей статьи и сказал, что я могу опубликовать ее в «математическом ежегоднике».

На другом конце было молчание.

Профессор Тан сказал небрежно:

— Неплохо. Помню, когда я впервые опубликовался в «математическом ежегоднике», мне было уже за тридцать.

Лу Чжоу улыбнулся и смиренно ответил:

— Это все благодаря вашему руководству!

Возможность опубликоваться в «математическом ежегоднике» в середине тридцатых годов очень впечатляюще, не говоря уже о том, что профессор Тан опубликовал ее во времена не сильно развитых технологий.

— Я действительно не такой хороший наставник.

— Нет, нет. Вы тот, кто провел меня через двери функционального анализа. Ваши уроки помогли мне…

Профессор Тан прервал Лу Чжоу и сказал:

— Ладно, прекращай. Расскажи мне о своих планах.

Лу Чжоу переспросил:

— Планах?

— Да, — произнес профессор Тан. Он сделал паузу на секунду, прежде чем продолжил, — Мой старый друг только что позвонил мне. И хотел порекомендовать тебя для участия в инициатива «Десять тысяч человек» от Министерства Китая.

Лу Чжоу не знал, что такое Инициатива десяти тысяч человек.

Ему тоже стало любопытно...

И не сдержавшись, подсознательно спросил:

— Будут ли деньги?

Профессор Тан тут же разозлился.

— Ты только о деньгах и думаешь!

Профессор Тан начал объяснять ему, что такое Инициатива десяти тысяч человек.

Инициатива «Десять тысяч человек» создана в 2008 году центральным правительством Китая для повышения уровня научных исследований, инноваций и предпринимательства на национальном уровне.

Программа состояла из трех уровней; выдающиеся таланты, ведущие таланты и молодые таланты. Цель состояла в том, чтобы отобрать 10000 выдающихся людей в естественных науках, инженерии, философии и социальных сферах за десять лет.

Первыми шли 100 выдающихся талантов, людей, претендующих на Нобелевскую премию. Дальше шло в общей сложности 8000 человек и в основном это были пожилые люди. К третьей группе из 2000 человек в основном относилась молодежь до 35 лет.

По схожему образу строилась «Программа ста талантов» от академии наук Китая и «Программа тысячи талантов», инициированная Министерством образования Китая. Однако они в основном являлись программами для китайцев-иностранцев, а не для китайцев.

Кроме того, по инициативе «Десять тысяч человек» будет оказана финансовая поддержка многим исследовательским проектам.

Оно утверждено правительством.

Профессор Тан сказал:

— Финансирование в сфере математике невелико. Но одно можно сказать наверняка, если ты попадешь в этот список, это будет полезно твоей будущей научной деятельности в Китае, по крайней мере в пределах страны.

Лу Чжоу улыбнулся и поинтересовался:

— Как мне принять участие? Мне нужно что-то написать?

Профессор с улыбкой ответил:

— Ничего не надо писать. Я позже скажу, что тебе нужно подготовить. Проблема в том, что ты слишком молод, но у меня есть друзья, которые могут написать рекомендательные письма, так что все должно быть в порядке.

— Спасибо, профессор!

— Не благодари меня. Профессор Ван Юйпин рассказал мне про это, так что тебе следует благодарить его. А я просто подписываю листок бумаги, — сказал Тан Чживэй и с улыбкой продолжил, — Я всего лишь профессор и не могу вам сильно помочь с исследованиями. Также не могу тебя многому научить, поэтому тебе следует быть самому по себе.

— Вы всегда будете моим учителем.

— Ха-ха, приятно слышать, — сказал профессор Тан с улыбкой, — ладно, хватит разговоров. Иди и делай статью. Я верю, что для тебя однозначно найдется место в математическом мире.

Глава 129. Спасибо, что придал мне смелости

Пока Лу Чжоу готовил статью, он не подозревал, что видео с ним, где он пишет на доске, набирало популярность в Twitter среди студентов Лиги плюща.

Он также стал темой обсуждением среди «ботаников» средней школы.

У американцев не существовало «поклонение знаниям». Отношение большинства людей к знаниям слишком разнилось.

Если бы кто-то сказал: «Я не хочу устраивать вечеринки, я должен делать домашнее задание», его могут заклеймить как «ботаника».

Ботаники в нижней части пищевой цепи в университетах и зачастую становились предметом издевательств у студентов-спортсменов. Даже учителям не понравятся ученики, которые не участвуют во внеклассных мероприятиях.

Именно поэтому на них сильно повлиял Лу Чжоу.

Хотя это лишь одна рука.

Хотя не было никакого зрелищного шоу.

Хотя он не забил гол.

Лу Чжоу все еще почитался ими и относился к их полю битвы.

Последняя строка, что он написал на доске…

А также…

Громогласные аплодисменты из аудитории.

Только похожие люди будут уважать друг друга, поскольку ощущают связь между собою.

В комментариях на Youtube…

[Боже! Это похоже на баскетбольный матч!]

[Да, это выглядит более захватывающим, чем суперкубок...]

[Я учусь в старших классах, но из-за цвета кожи, пола и успеваемости меня вытеснили из всех групп в нашей школе. Я хотел быть похожим на них, я хотел пить алкоголь и делать татуировки, но мне это никогда не удавалось. Так что спасибо, что вдохновил меня и дал мне смелость учиться, когда я собирался сдаться.]

[Я не могу поверить в то, что только что смотрел как кто-то решает задачу по математике на Youtube, наверное, я сошел с ума.]

[Я не мог не захлопать также.]

[Пожалуйста, добавьте немного фоновой музыки к этому видео.]

Конечно, в комментариях, естественно, будут насмешки и ненависть.

[Разве он не из страны, которая заблокировала Google?]

[Почему все хлопают? Он азиат, поэтому, очевидно, хорошо разбирается в математике.]

В Америке бродило расистское убеждение, что все азиаты хороши в математике.

Конечно, были контратаки.

[Как насчет того, чтобы попытаться решить это?!]

[Да, тупица!]

[Он умнее, чем ты когда-либо будешь!]

[Иди нахрен!]

[...]

Комментарии просто разрывались, что вследствие подняло и видео. Однако качество съемки слишком плохое и нельзя разобрать что написано на доске, поэтому зрители могли лишь гадать.

Никто не знал, кто этот парень на видео.

А в то время Лу Чжоу писал свою статью в своем гостиничном номере, поэтому он не знал, что он разрывает тренды на Youtube.

На следующий день, как только Лу Чжоу доделал законченную статью, он отправил ее профессору Делиню.

Поскольку сам профессор Делинь являлся также редактором «Математического ежегодника», процесс рецензирования будет намного быстрее, чем через официальные каналы.

Лу Чжоу внезапно заметил четыре непрочитанных письма в своем почтовом ящике.

Все они от Молины.

[Думаю ты не пошел на вечеринку... Не хочешь выпить?]

[Ладно, ты, скорее всего, пишешь свою статью. Ответьте мне, когда увидишь.]

[Эй, ты еще спишь? Знаешь, что твой доклад залили на Youtube! Он в трендах! Поспеши и заведи аккаунт в твиттере.]

[Ок, ладно, я скачала WeChat. Отправь мне свой номер WeChat, как увидишь это письмо.]

Черт!

Лу Чжоу не имел привычки регулярно проверять свою электронную почту.

Он ответил на письма, прежде чем он выключил свой ноутбук. Затем он встал и планировал что-нибудь поесть на площади.

Последние несколько дней он жил на бутербродах из отеля. Первые несколько раз бутерброды с беконом и маслом довольно вкусные, но это пытка есть лишь их.

Научная конференция закончилась, сотрудники федерального математического объединения уже разъехались. И отель уже начал принимать туристов со всего мира, которые толпились в зале.

Лу Чжоу встретил в Ло Вэньсюаня у входа в отель.

Когда Ло Вэньсюань увидел Лу Чжоу, его лицо озарилось. Он быстро подошел и протянул руку.

— Поздравляю! — Он энергично пожал руку Лу Чжоу, — Теперь я знаю, почему старик Тан так высоко о вас отзывается. Ты гений!

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Хватит преувеличивать, я просто доказал одну гипотезу…

Ло Вэньсюань ответил:

— Перестань быть таким скромным, я чувствую себя таким бесполезным!

Он явно преуменьшал, возможность писать докторскую в Принстоне подтверждала его навыки.

Лу Чжоу неловко улыбнулся:

— Кстати, куда ты ходил? Я не видел тебя на церемонии закрытия.

Ло Вэньсюань со вздохом ответил:

— Мы достигли проблемной точке в нашем проекте. Мой руководитель поехал в Беркли на конференцию, я поехал в Нью-Йорк, чтобы посмотреть футбольный матч.

Лу Чжоу плохо понимал квантовую механику.

Так что он ничего не мог сделать, чтобы помочь.

Но…

Парню вдруг пришла мысль в голову, и он сказал:

— Кстати…

— Что?

— Я помню, как ты говорил, что может быть семь разных результатов от шестигранных кубиков. Задумывался ли ты, что кубики могут приземлиться на две стороны?

— На две стороны? Ты имеешь ввиду...

Ло Вэньсюань внезапно нахмурился и задумался.

Лу Чжоу не хотел его перебивать, поэтому он тихо ушел.

Вдохновение трудно описать словами.

Если не успеть вовремя, оно исчезнет.

Пригодиться он или нет, но это прощальный подарок Ло Вэньсюаню от Лу Чжоу, поскольку через два дня он уже вернется в Китай.

Глава 130. Письмо покойного императора

Лу Чжоу пообедал на площади Палмера и когда уже вернулся в отель, то Лю Веньсюаня исчез.

Парень молча про себя пожелал ему удачи в его работе и поднялся на лифте в свою комнату.

Проверив почту, он увидел, что профессор Делинь ответил ему. Его ответ содержал лишь одно слово.

[Получил.]

Математика строгая наука, и каждый должен пройти строгий отбор. Результатом неправильной статьи будет не только падение репутации у журнала, это может привести к ряду других неправильных работ.

Из-за этого процесс рассмотрения основных математических гипотез часто очень долгий.

Хотя Лу Чжоу доказал гипотезу прямо перед толпой математиков, это не гарантирует, что его статья будет безупречная.

Даже профессору Делиню нужно время, чтобы тщательно изучить детали работы и попросить своих коллег высказать свое мнение.

Однако Лу Чжоу совсем не волновался на этот счет. Он дотошный человек, и несколько раз проверил свою статью перед отправкой.

Кстати, декан Цинь или заведующий Лу все еще не позвонили ему.

Похоже, профессор Тан не спешил распространять новости, а зарубежное математическое общество не восприняло бы все всерьез только по видео на Youtube. В конце концов, аплодисменты в видео ничего не значат.

Думая про это, парень немного сожалел.

Академическая ценность гипотезы о числах-близнецах значимее, чем гипотеза Чжоу, поэтому он должен получить как минимум еще один миллион юаней в качестве награды, верно?

Лу Чжоу набрал на клавиатуре.

[Сяо Ай, будем надеяться, что твой хозяин сможет получить еще миллион. Тогда я смогу дать тебе новый дом.]

Сяо Ай: [Мастер, ты меня любишь?]

О? Такой умный?

Или он скопировал это из истории чата?

[Конечно.]

Лу Чжоу быстро ответил.

Кто не любит говорящего искусственного чата?

Если бы только он мог еще танцевать!

Сяо Ай: [Ссылка на Taobao: сервер IBM (Xeon 8, SSD…) Цена: 2,99 млн.]

— …

Черт побери!

Теперь даже ИИ беспокоят лишь деньги?

Только лишь процессор греет в этом холодном мире.

Лу Чжоу вздохнул и закрыл ноутбук. Затем уселся на кровать и начал собирать чемодан.

Внезапно он заметил письмо мистера Гротендика, лежащие на тумбочке у кровати.

Он почти забыл про него.

С интересом парень открыл конверт.

Письмо было написано на английском языке.

Лу Чжоу начал читать письмо.

«...

Скорее всего когда ты будешь читать это письмо, я уже покину этот мир.

Ваше исследование закона первичного распределения Мерсенна всех потрясло. Процесс доказательства идеальный и я не смог найти ни одной ошибки.

Честно говоря, это не похоже на статью, написанную молодым человеком. Возможно, это просто старческий взгляд на вещи, поэтому, пожалуйста, не обращай внимания.

Если честно, я пессимистично оцениваю гипотезу Римана. Мы потратили три с половиной столетия, пытаясь доказать теорему Ферма, и гипотеза Гольдбаха просуществовала два с половиной столетия. В противоположность им, гипотеза Римана существует всего полтора столетия. И ее значение превосходит две другие. Хотя публика явно больше заинтересована в первых двух.

С моей точки зрения, мы просто прокладываем путь для будущих поколений для решения этих проблем. Эти проблемы со временем будут решены и заменены новыми…

Это может занять столетие, а то и два.

Однако, я увидел шанс в тебе.

Возможно, я слишком оптимистичен?

Поскольку твоя статья так поразила меня, это письмо вышло несколько длиннее, но все же надо заканчивать. У меня осталось немного времени, и я должен передать эстафету другим.

Я один, у меня немного денег. Мне особо нечего дать тебе, кроме как оставить тебе кое-что интересное.

Я оставил свои работы в церкви святого Лизье. Некоторые из них являются отозванными публикациями, некоторые из них не публиковались. Надеюсь они смогут помочь тебе.

Отнесите это письмо священнику церкви святого Лизье. Он все знает.»

Где эта церковь?

Мне надо ехать во Францию? Не надо так.

Разве нельзя было просто скинуть их в формате PDF?

Лу Чжоу вздохнул и убрал письмо в чемодан.

Я не могу отправиться прямо сейчас, может быть в будущем.

У Лу Чжоу будет возможность поехать во Францию, ведь Париж всегда был центром математического мира. Пока он останется в мире математики, он получит возможность посетить конференцию в Париже.

Кроме того, если бы ему однажды понадобилось это «математическое сокровище», система, скорее всего напомнила ему.

……………………………………………………………

Время в путешествиях всегда быстро пролетает.

Ранним утром следующего дня Лу Чжоу взял свой чемодан и выписался из гостиницы.

У него осталось более тысячи долларов из того, что дал ему университет. Не только они, но еще также дополнительный чек на 10000 долларов США. По словам Фрэнсиса, чек можно обналичить в любом Ситибанке в мире.

Лу Чжоу подумал о муторном процессе провоза большого количества наличных через таможню, поэтому он решил обналичить чек вернувшись в Китай. Что касается тысячи долларов, он решил купить несколько подарков перед возвращением.

Парень стоял у входа в отель Принстона, когда звонил Луо Вэньсюань. Однако, после долгих гудков, никто так и не ответил.

— Он уже работает в лаборатории?

Гемор.

Лу Чжоу немного поколебался, прежде чем подумал снова позвонить. В этот момент кто-то засигналил рядом.

— Садись в машину, я довезу тебя, — сказала Молина, опуская стекла машины.

Парень удивился увидев ее.

Он не помнил,чтобы рассказал ей когда его рейс.

Совпадение?

Лу Чжоу спросил:

— Как ты узнала, что я уеду в это время?

— Психология, социальное поведение и плюс небольшая вероятность, — сказала Молина, жуя жвачку, — Я могу убедить своего профессора написать рекомендательное письмо для тебя, чтобы ты мог получить докторскую степень здесь.

Учиться в Принстоне?

В последние несколько дней Лу Чжоу размышлял над этим, нужно ли здесь учиться. Учебная атмосфера здесь сильная. В конце концов, это университет мирового уровня.

Однако прямо сейчас он все еще может получать новые знания в Цзиньлинском университете. Кроме того, жить в Китае для него комфортнее.

Он собирался как минимум получить степень бакалавра, прежде чем думать о учебе за границей.

Когда Молина увидела, что Лу Чжоу не отвечает, она улыбнулась и положила руки на руль, сказав:

— Ну это лишь предложение. У тебя есть и свои планы, да?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Спасибо за доброту, но мне надо подумать.

— Ладно, предложение будет в силе, —— Молина пожала плечами, — Садись в машину, если не хочешь опоздать.

Глава 131. Притворись, что я не спрашивал

Международный аэропорт Филадельфии.

Молина остановила машину и открыла дверь машины. После чего помогла Лу Чжоу открыть багажник, после чего оперевшись на машину сказала:

— Тебе действительно не интересно?

Вытащив свой чемодан, парень переспросил:

— Не интересно, что?

Молина немного колеблясь со вздохом произнесла:

— Ладно, если честно… Я хочу, чтобы ты присоединился к моей исследовательской группе, поскольку изучаю очень сложную задачу.

— Какую?

— Гипотезу Римана.

— Приди в себя.

Молина удивилась:

— Это не похоже на тебя. Я думала, ты будешь смелее.

— Достаточно смел, чтобы решить гипотезу Римана? — усмехнулся парень.

Ученые всего мира хотели решить этот вопрос. И любой, кто сделал бы это, несомненно, стал бы одним из самых влиятельных математиков в истории. В сравнение с этим награда в миллион долларов поблекла бы.

Но насколько это сложно?

С его текущим уровнем по математике система даже не дает ему цену для ее решения. В глазах системы вопрос далеко за пределами его нынешнего уровня знаний.

Наиболее передовых результатов в исследованиях добился американский математик Кангури. Он нашел 40% нулей на «критической линии». И этот результат сохраняется уже на протяжении тридцати лет.

Безумно трудно подтолкнуть эти 40% к 100%.

Конечно, многие люди также попытались избавиться от этого метода и использовали другие необычные способы, но все без исключений они потерпели неудачу.

Вероятно, самым известным случаем был случай Де Бранжа, когда в 2004 году он объявил, что доказал гипотезу Римана. В конце концов он стал посмешищем.

Де Бранж даже не до конца понял проблему, пока не объявил о своем решении.

Чжан Ийтан сократил число «70 миллионов» до «246», это даже не заняло у него года.

Лу Чжоу знал, что гипотеза Римана совершенно на другом уровне.

Не то, чтобы он боялся этого вызова, а потому, что у него не было причин бросать вызов этому кошмарному уровню вопросов сразу. Он мог подождать, пока его уровень математики повысится, прежде чем бросать вызов таким сложным вопросам.

Девушка глубоко вздохнула, делая последнюю попытку переубедить его:

— На самом деле, ты слишком пессимистичен. В действительно я достигла некоторых результатов… Хотя это кажется тривиальным, уверена, что в течение трех лет, я смогу довести это число от 40% до 50%. Это может стать моей докторской диссертацией! Конечно, если ты готов мне помочь, я могу подписать эту диссертацию с тобою…

— Это одна из причин, почему теория чисел так увлекательно, — не отвечая прямо на ее вопрос, Лу Чжоу вздохнул, — Каждый думает, что скоро добьется успеха, но когда эти люди получают результаты, они осознают, что потерпели неудачу.

За последние шесть месяцев было немало раз, когда он ошибочно думал, что решил гипотезу о числах-близнецах.

Кто знает, сколько времени ему понадобится, если у него не будет часов вдохновения от системы.

Год?

Десять лет?

Никто не знал.

В конце концов, сама математика была количественным предметом. 10 лет работы можно свести в десять страниц.

Лу Чжоу посмотрел на время в телефоне и сказал:

— Уже поздно, мне пора идти. Спасибо, что подвезла меня до аэропорта. Я угощу тебя обедом, когда представиться эта возможность.

— Я буду ждать тебя здесь. Мир — твоя сцена! — сказала Молина, смотря, как парень развернулся к аэропорту.

Услышав ее парень остановился и улыбнулся.

— Насколько сильно желание, настолько большая сцена, и не важно где я, — после чего махнул рукой и добавил, — еще встретимся!

Он продолжил идти и вскоре исчез среди толпы.

Молина смотрела на вход в аэропорт и долго молчала.

В небе самолет оставил белый след и исчез.

— Насколько сильно желание, настолько большая сцена… значит?

Она повторила его слова и чувствовала себя немного опустошенной в своем сердце.

Затем она покачала головой и вернулась в свою машину.

Внезапно хорошо одетый мужчина подошел и с улыбкой поинтересовался:

— Эй, красавица, я не местный, можешь подбросить меня?

— Катись, позвони в Убер.

Молина закрыла дверь машины и втопила в газ.

Мужчина посмотрел на задние фонари и встал там.

Затем он поднял свой средний палец.

— Блять...

…………………………………………………….

После двадцатичасового полета самолет наконец приземлился в аэропорту Шанхая.

Не теряя времени, Лу Чжоу немедленно пересел на рейс в Цзянчэн.

Международный аэропорт Цзянчэн ...

Лу Чжоу вышел из самолета, взял чемодан и пытался найти метро, когда внезапно ему перегородили дорогу.

Красивая девушка и мужчина в костюме быстро подошли к нему.

— Добрый день. Я из телевизионной станции Сучжоу. Вы Лу Чжоу?

Когда Лу Чжоу услышал, что она из Сучжоу, он удивился. Он сразу осмотрелся.

Я вроде не ошибся рейсом, это международный аэропорт Цзянчэн ...

Подождите, новость о том, что я решил гипотезу о числах-близнецах, уже достигла Китая?

Но я даже официально не опубликовал работу...

Лу Чжоу посмотрел на репортера и осторожно спросил.

— Что вы хотели?

Девушка по имени У Пин улыбнулась и сказала:

— Вот в чем дело. На нашем телеканале есть шоу «самый сильный гений», вы слышали про него?

Похоже это не из-за доказательства гипотезы...

Парню было не интересно, и он покачал головой.

— Нет.

Он не смотрел телевизор много лет, и особо не разбирался какие телешоу популярны в последнее время.

Ему была известна лишь парочка.

Поскольку в комнате соседей любили посмотреть телевизор и он, часто заходя, смотрел краем глаза.

У Пин появилась неловкость на лице. Она кашлянула и сказала:

— Дело в том, что «самый сильный гений» — одно из самых популярных шоу на нашем канале. В нем шесть команд, состоящими из четырех экспертов по математики, физики, биологии, химии, соревнуются на звание самой сильной! Мы слышали о том, как вы решаете гипотезу Чжоу, поэтому хотели спросить не заинтересованы ли вы ...

— Не интересно, — покачал головой Лу Чжоу и собирался уйти.

Репортер встревожилась, поэтому она быстро остановила его:

— Эй, подождите! Там платят.

Лу Чжоу остановился и поинтересовался:

— Сколько?

Девушка с очаровательной улыбкой произнесла:

— Пятьдесят тысяч.

— ...

Лу Чжоу потерял дар речи. Затем он повернулся и ушел.

— Притворись, что я не спрашивал.

Глава 132. Возвращение домой на Новый год

Научное шоу? Звучит скучно.

Вы хотите, чтобы я встал с постели за пятьдесят тысяч?

Если добавите еще нолик, то подумаю...

Лу Чжоу, наконец, отделался от девушки-репортера и сел в метро.

Каждый раз, возвращаясь домой, Лу Чжоу не мог не оценить, насколько комфортен Китай. Самолет — до метро, метро — до скоростного поезда, а на скоростном поезде — прямо до дома.

Общественный транспорт Китая очень хороший.

Подобное невозможно в Америке.

Сойдя с поезда, парню стало лень дожидаться автобуса, поэтому он вызвал такси прямо у вокзала.

Приехав домой, Лу Чжоу посмотрел на знакомые ивы около дома и почувствовал, словно никуда не уезжал.

Лу Чжоу с чемоданом подошел к порогу и не мог не волноваться. Он глубоко вздохнул, прежде чем нажать на дверной звонок.

*Дин-дон...*

За дверью послышались шаги.

Вскоре дверь открылась и появилось знакомое лицо.

— Кто это... Сынок?

Когда Фан Мэй увидела своего сына, на ее лице появилось удивление, которое быстро сменилось радостью:

— Ты вернулся? Входи! Почему ты не позвонил, что приезжаешь сегодня!

— Я хотел удивить тебя! — Лу Чжоу с улыбкой затащил чемодан внутрь.

Фан Мэй выхватила ручку чемодана из рук сына и, развернувшись, закричала:

— Дорогой, быстрее выходи и сходи купи рыбу, мы приготовим сегодня рыбу для сына.

— Что? Он вернулся?

Голос отца донесся из ванной, а затем послышался звук воды.

Лу Чжоу не мог не вздохнуть:

— Мама, все в порядке. Мне все равно, что будет на столе, не напрягайся.

Фан Мэй улыбнулась:

— О чем ты, я в порядке, какая-то "болезнь" не помешает мне готовить!

Отец Лу Чжоу вымыл руки и вышел из ванной, крича:

— Сын! Посмотрим, подрос ли ты?!

— Подрос… Давай, пап, я купил тебе подарок, а еще для сестры и мамы, — сказал парень, после чего открыл чемодан и достал две бутылки красного вина и две коробки средств по уходу за кожей, а потом передал их родителям.

Его отец сказал:

— Ты купил вино? Разве я не говорил тебе не тратить деньги на что попало? Сколько оно стоит?

И хотя отец пожурил сына, по его лицу было видно, что он доволен подарком.

— Это не дорого, пара сотен долларов, и это не люксовые бренды. В любом случае, это не мои деньги. Это оставшиеся деньги от выделенных университетом на поездку, — с улыбкой сказал Лу Чжоу.

В любом случае, парню не нужно было их возвращать, и он мог просто потратить их.

— Долларов США? — его отец замер. — Ты... купил это в Америке?

— Да, — улыбаясь ответил Лу Чжоу. — Разве я не говорил, что еду в Принстон на конференцию, я купил все там.

Старый Лу посмотрел на Фан Мэй и смущенно рассмеялся:

— Я думал, что ты говорил о каком-то отеле под названием Принстон или о чем-то таком... Почему не сказал, что летишь в Америку?

— ???

………………………………………………..

Во время зимних каникул не было дополнительных занятий, и Сяо Тон вернулась домой в половине седьмого.

Когда она увидела Лу Чжоу, сидящего в гостиной, ее глаза загорелись, и она крикнула:

— Брат! — потом взволнованно бросилась к нему.

Может это из-за того, что она давно не видела его.

Но парень не помнил, чтобы сестра когда-либо так липла к нему.

Однако они не виделись целый год.

Вечером накрыли праздничный стол, словно сейчас Новый год.

Старый Лу достал немного алкоголя из шкафа и налил себе и сыну.

— Давай, выпей с отцом.

— Ура!

Сяо Тон посмотрела на двух пьющих мужчин и сказала:

— Папа, не пей так много. И ты, брат... Папа, наконец, бросил пить, а ты с собою притащил две бутылки вина.

— Ничего страшного. Сейчас — каникулы. Давайте, ешьте, — Фан Мэй улыбнулась и положила еду в тарелку сына.

— Мама, все в порядке. Я и сам могу, — сказал Лу Чжоу.

Его семья так радовалась ему, что парню стало неловко.

Сяо Тон произнесла:

— О, ясно... Мой брат вернулся и сразу стал самым любимым в семье. Ух, я тоже должна поступить в престижный вуз.

Лу Чжоу слишком хорошо знал ее соревновательный дух, поэтому не ответил. Он взял немного рыбы и положил в ее тарелку.

— Я желаю тебе успеха. Ешь рыбу. Это полезно для твоего мозга.

— Ха-ха-ха, брат, ты — слишком добр.

— Ха-ха-ха, пожалуй.

— ...

Ужин был очень оживленным.

Радость долгожданного воссоединения осветила обеденный стол.

Лу Банго много выпил в ту ночь.

Он очень редко напивался.

После обеда Лу Банго сидел на диване и, смотря новости, под эмоциями заговорил:

— Сынок, больше всего в жизни я желал, чтобы ты стал лучше меня. Я даже не закончил среднюю школу, я — не образован. Ты уже превзошел меня! Отныне твоя жизнь — в твоих руках, ты можешь принимать собственные решения!

Лу Чжоу мало пил, но он также слегка опьянел.

— О чем ты, с чего вдруг ты — необразованный? Ты — отец математика, что делает тебя образованным.

— Хм... когда ты так говоришь... Это звучит разумно? Значит ли, что я — тоже образован?

Вскоре после этого Лу Банго захрапел на диване.

Лу Чжоу взял пульт и уменьшил громкость телевизора.

Когда Сяо Тон закончила помогать маме с посудой, она подбежала к дивану и нетерпеливо спросила своего брата:

— Брат, ты, правда, ездил в Америку?!

Лу Чжоу закатил глаза:

— Конечно. Только не говори мне, что ты тоже не знаешь, где находиться Принстон!

Девушка внезапно схватил его за руку и с улыбкой спросила:

— Тогда, брат, где мой подарок?

Парень хорошо знал о ее хитростях и вздохнул:

— Твой подарок — в моем чемодане, но я не уверен: должен ли отдавать его тебе?

— О чем ты? Я — твоя любимая сестра, — с сожалением сказала Сяо Тон.

— Потому что боюсь, что ты не будешь хорошо учиться после приобретения нового телефона, — ответил Лу Чжоу.

Глаза Сяо Тон загорелись, и она спросила:

— Новый телефон? Apple?!

— Что ты получила на экзамене по математике?

— Сто сорок пять! — быстро ответила девушка. — Я не лгу!

— Точно?

— Да, да, зачем мне обманывать тебя.

Парень махнул рукой:

— Ладно, он — в моем чемодане. Иди и возьми его сама.

— Ух, ты! Брат, ты — лучший!

Сяо Тон поцеловала Лу Чжоу в щеку и спрыгнула с дивана.

Глядя на бегущую в припрыжку к его комнате сестру, Лу Чжоу улыбнулся.

Как же хорошо дома...

Глава 133. Дети не должны лезть в дела взрослых

После полугода, переполненного работой, Лу Чжоу наконец-то вернулся домой и смог спокойно отдохнуть.

В CША проходил конкурс по математическому моделированию, но он не стал участвовать. Для начала — у него нет команды, и потом — подобный конкурс не стоит его внимания.

Лу Чжоу уже получил кубок общества высшего образования, поэтому ему нет необходимости доказывать свои навыки на подобном конкурсе.

Kроме того, парень недавно выиграл награду "лучшего молодого докладчика" на научной конференции, и это гораздо ценнее, чем чемпионство на конкурсе в США.

Лу Чжоу решил позволить другим участникам показать себя.

Если и принимать участие в каком-либо конкурсе, то в каком-нибудь "международном конкурсе генно-инженерных машин (iGEM)" или "международной конференции по робототехнике и автоматизации (ICRA)", которые более интересные и реалистичные.

Конечно, все зависит от наличия у него свободного времени. Парень собирался получать еще степень по физике и уже предвидел, что на университет придется тратить больше времени.

Однако долго сидеть дома тоже скучно.

Лу Чжоу не смог придумать ничего другого, кроме как сыграть в League Of Legends. Он общался с родителями, помогал сестре с уроками, играл с Сяо Аем, читал новости...

Парень от скуки зашел на сайт конкурса США, чтобы посмотреть вопросы.

Хм, эти вопросы странные...

Вопрос А — о ликвидации вируса Эбола. Вопрос B касался поиска малазийского самолета MH370. Вопрос С — о людских ресурсах. Только вопросы занимали пять страниц, а последний вопрос — про решения проблемы перенаселения земли. Они больше относились к социальным наукам.

Лу Чжоу не находил слов...

"К счастью, я не участвую в этом конкурсе!"

Эти вопросы вообще связаны с математическим моделированием?

К счастью, их будут решать другие студенты Цзиньлинского университета, и ему не надо беспокоиться об этом.

Вскоре наступил Новый год. Вокруг царила праздничная атмосфера. Родственники ходили, поздравляли друг друга, отдавали почтение старикам, все были счастливы. Этот год прошел и ничем не отличался от предыдущих.

Единственное отличие в том, что вместо: "Как твои оценки?", у Лу Чжоу теперь спрашивали: "Какой большой вымахал, небось... невесту уже нашел?" или "Хочешь, дядя познакомит тебя?".

Парня бесили эти вопросы.

Hа второй день после Нового года телефон Лу Чжоу разрывался от звонков. Люди звонили ему и поздравляли с Новым годом.

Удивительно, но парень даже получил звонок от Ло Вэньсюаня из Принстона.

— С Новым годом! И еще — спасибо тебе!

— Спасибо?

Ло Вэньсюань взволнованно сказал:

— Да, о семи результатах шестигранных кубиков! Ты придал мне вдохновения. В следующий раз я куплю тебе выпить.

— Я запомню твои слова. Поздравляю, — с улыбкой сказал парень. — Кстати, ты не вернешься на Новый год?

Ло Вэньсюань ответил:

— Я уже приезжал на Рождество, эксперимент находится на важном этапе, мне придется провести Новый год в Принстоне.

Ло Вэньсюаню было немного грустно, но он привык жить за границей.

Парни немного поболтали о математике и физике, после чего закончили разговор.

После того, как Лу Чжоу повесил трубку, Сяо Тон, которая играла на своем телефоне, внезапно спросила:

— Брат, когда ты планируешь найти жену?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Хороший вопрос...

Закинув ноги на диван, девушка с горечью произнесла:

— Будучи твоей любимой сестренкой, мне грустно, что ты так отвечаешь. Может... я тебя познакомлю с кем-нибудь? Многие мои одноклассницы восхищаются тобой.

Парень даже не знал, что в ее классе знали о нем.

— Познакомь мою задницу. Что ты знаешь о свиданиях? Пытаешься найти мне девушку?! — Лу Чжоу взял подушку с дивана и кинул в сестрёнку. — Ты за кого себя принимаешь… Ты — еще слишком маленькая.

Сяо Тон было слишком лень реагировать на мягкую подушку, и она спросила:

— Эй, почему нет? При чем тут мой возраст?

Лу Чжоу кашлянул:

— Позволь мне привести вам пример. Если бы я нашел девушку моложе тебя, как бы ты ее называла?

— Невестка?

— ...

Эм?

Это кажется логичным…

Черт...

В конце концов Лу Чжоу сказал что-то вроде "ты еще маленькая, чтобы говорить о любви" и закончил разговор.

Прошло еще несколько дней, но счастливые дни всегда быстро пролетают.

Маленькая принцесса со своим рюкзаком вернулась к повседневной школьной жизни.

Из-за участия в инициативе десяти тысяч, парню пришлось раньше возвращаться в университет.

Лу Банго взял выходной и проводил сына до вокзала. Отец похлопал его плечу и сказал:

— Береги себя.

Лу Чжоу пришлось пересесть с поезда на метро.

Покинув станцию метро, парень вернулся с чемоданом в общежитие.

Вступительные экзамены только закончились, и университет был пуст.

В студенческом городке занималось лишь парочка студентов.

Вернувшись в общежитие, Лу Чжоу распаковал чемодан и лег на кровать.

После столь долгого перерыва пришло время посмотреть, какие задания приготовила для него система.

Лу Чжоу вошел в системное пространство.

Глава 134. Наблюдая за усердием пользователя…

Лу Чжоу подошел к полупрозрачному информационному экрану и щелкнул панель миссии.

[Бонусное задание активировано (можно в любой момент отказаться, не тратить баллов)]

[Oписание: наблюдая за усердием пользователя, система решила сделать вам подарок!]

[Tребования: прочитать список книг (0/15), прочитать материалы (0/50), выполнить эксперимент (0/1)]

[Награда: восемь тысяч очков опыта по физике, четыре тысячи очков опыта по биохимии. Обломки.]

???

Бонусное задание?

И что за обломки?

Система не ответила ему и даже не дала никаких пояснений.

Парень догадался, что "обломки" — что-то вроде "образца", только сломанного. Возможно, их можно починить и получить полную часть...

Лу Чжоу немного не понимал.

Раньше он хотел получить что-то наподобие космического корабля, но это впервые, когда парень молился, чтобы система не дала ему ничего подобного. Если это окажется космический корабль, то он не сможет починить его...

Парень посмотрел на свою панель характеристик.

На данный момент у него было пять тысяч сто очков опыта в физике, поэтому дополнительные восемь тысяч позволят повысить ему уровень. Это очень кстати, поскольку он решил выбрать физику вторым направлением.

Что касается четырёх тысяч очков опыта по биохимии, то это лучше, чем ничего.

Прежде чем покинуть системное пространство, Лу Чжоу просмотрел список книг. Он, в основном, содержал книги по физике и по материаловедению.

Также парень кратко изучил эксперимент. Речь шла о "Наблюдении в реальном времени за формированием литиевых дендритах в ионно-литиевых электродах". Он также содержал описание эксперимента и экспериментальные данные, которые необходимо получить.

Парень достал листок бумаги из ящика, после чего переписал на него список книг и поставил галочку напротив "Становление материаловедения".

Эту книгу написал профессор Роберт У. Kан, член Королевского общества, и он был иностранным академиком Китайской академии наук. Он — также важная фигура в области материаловедения. Самая захватывающая часть книги заключалась в том, что в ней содержались практически все основные проблемы материаловедения.

Лу Чжоу хотел изучить эту книгу, когда он находился в исследовательской группе профессора Ли в прошлом году, но у него не было времени.

Но теперь ему подвернулась прекрасная возможность ознакомиться с этой книгой.

Парень взял рюкзак и покинул общежитие, направляясь к библиотеке.

В библиотеке Лу Чжоу быстро нашел учебник "Становление материаловедения".

Взяв книгу, он собирался сесть и начать заниматься, как ему позвонил профессор Тан.

Если бы не его звонок, то Лу Чжоу забыл бы, зачем вернулся в пораньше.

………………………………….

Лабораторный корпус, кабинет профессора Тана.

Аспиранты отсутствовали, и он сидел один.

На его чистом столе стояла кружка-термос и лежала пачка бумаг.

— У меня тут некоторые документы, возьми с собою и ознакомься. Потом заполни их, — сказал профессор Тан. Он взял пачку и передал ее в руки Лу Чжоу. — Отнесись к этой возможности серьезно.

— Спасибо, профессор, — сказал Лу Чжоу, взяв бумаги.

Профессор Тан кивнул и тут заметил учебник по физике в рюкзаке парня:

— Учебник по физике?

Парень кивнул:

— Да, я готовлюсь ещё к получению степени по физике.

Профессор Тан внезапно вспомнил что-то и сказал:

— Чуть не забыл. Руководство университета в конце года обсуждало твой выпуск.

— Выпуск?

Профессор Тан кивнул:

— Да, чтобы ты мог быстрее приступить к исследовательской деятельности, университет решил выдать тебе диплом бакалавра раньше. А также — позволить тебе непосредственно получать степень магистра и доктора в Принстонском университете, по совместной учебной программе.

Лу Чжоу сильно удивился:

— Учебной программе? Магистерская и докторская — одновременно?

— Не одновременно, — сказал профессор Тан и покачал головой. — Если проще, тебе понадобится год или два на получение степени магистра. После чего ты будешь напрямую отправлен в Принстон, чтобы мог получить докторскую степень. Университет даст тебе докторскую степень, но не степень магистра. Это план, который разработали специально для тебя. Если ты будешь быстро учиться, то в течении трех лет сможешь получить докторскую степень, и ее выдаст Цзиньлинский и Принстонские университеты.

Эту программу специально разработали для Лу Чжоу, и никто больше не получал подобного...

Однако профессор Тан не упомянул, что в университете уже хотели присудить ему степень еще в прошлом году, но не стали этого делать из-за его возраста.

В этом году, по предложению профессора Ван Юйпина, программе дали зеленый свет.

Рекомендация академика имела большую силу.

Профессор Ван Юйпин хотел перевести Лу Чжоу в Яньцинский университет, чтобы тот стал его собственным студентом. Поэтому профессор Тан и его коллеги разработали план, чтобы убедить Лу Чжоу остаться у них.

Принстонский университет также интересовался Лу Чжоу.

Парень спросил:

— Но я — даже еще не бакалавр. Это нормально?

Профессор Тан ответил:

— Ректор Сюй лично написал в Министерство образования про тебя, так что все будет хорошо.

Эм...

Кажется, это — не проблема для них.

Лу Чжоу понял, что его опасение — излишни, и мог лишь смущенно улыбнуться.

Профессор Тан продолжал:

— Изначально я собирался рассказать тебе об этом лишь через два дня. Но поскольку ты решил получать еще степень по физике, пришлось рассказать сейчас. Лучше получи двойную докторскую степень.

Профессор Тан не особо одобрял желание парня получать еще степень по физике, но просто не знал, что сказать... И понятия не имел, что собирается тот делать.

Профессор Тан считал, что талант этого парня был в области функционального анализа и прикладной математики, поэтому он настоятельно предложил ему развиваться в направлении математической физики. Однако парень раскрыл всем свой талант в теории чисел.

Лу Чжоу решил гипотезу о числах-близнецах, и хотя ее еще не опубликовали, это лишь вопрос времени.

Если бы парень попросил профессора дать ему совет, тот бы предложил ему не заниматься физикой.

Однако Лу Чжоу не спрашивал.

Поэтому профессор промолчал и мог лишь подумать:

"Оставлю все как есть..."

Глава 135. Групповое свидание

Оценки — не проблема, но еще предстоял процесс выпуска.

A именно — дипломный проект и защита.

По словам профессора Тана, Лу Чжоу нужно только подготовить диплом в этом семестре, и ему даже не надо посещать занятия, если он не хочет.

Профессор Тан сказал:

— Честно говоря, я удивился и в то же время обрадовался, услышав, что ты доказал гипотезу про числа-близнецы. Я не очень разбираюсь в теории чисел, но, поскольку ты настолько талантлив в этой области, почему бы тебе не попробовать решить гипотезу Полиньяка? Ты уже решил K=1, поэтому просто нужно развернуть ее на все натуральные числа... Но не выбирай это в качестве темы дипломной работы, поскольку это может занять очень много времени.

Само собою, парень не выбрал бы мировую задачу для дипломного проекта.

Гипотеза о числах-близнецах заняла у Лу Чжоу более полугода. Хотя гипотеза Полиньяка казалась простой, но развернуть K=1 на все натуральные числа — было очень громоздким.

Конечно, до публикации своего тезиса о числах-близнецах он ближе всех на планете к решению гипотезы Полиньяка.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Не волнуйтесь, профессор Тан. Я уже просмотрел некоторые статьи о гипотезе Полиньяка, изучая гипотезу о числах-близнецах, но мне не хватает вдохновения. Я мог бы использовать ее для своего диплома, но хочу выбрать что-нибудь из функционального анализа.

Профессор Тан довольно произнес:

— Похоже, у тебя уже есть мысли. Тогда ладно, скажешь мне, как определишься с темой, и я помогу тебе.

………………………………………………...

Инициативе десяти тысяч человек требовалась информация о регистрации из домовой книги, поэтому Лу Чжоу вернулся в свое общежитие.

Достав книжку из шкафа, парень сел за стол и начал внимательно заполнять документы.

Внезапно дверь комнаты открылась.

— Двести первая комната, твой император вернулся... Стоп, Чжоу, здесь лишь ты? — спросил Хуан Гуанмин. Он огляделся и положил вещи на кровать, потом подошел к парню. — Что ты пишешь? Инициатива десяти тысяч человек? Что это?

Лу Чжоу отмахнулся:

— Ничего особенного, просто принимаю участие кое в чем.

— Хм, я тебе не верю, — Хуан Гуанмин достал телефон.

Парень вздохнул.

Лу Чжоу не хотел, чтобы его сосед по комнате чувствовал себя плохо, поэтому приуменьшил.

Он действительно хотел узнать, что это?

Как и ожидалось, тот загуглил и вздохнул:

— Нихрена себе, ты становишься национальным талантом... Кстати, когда ты проставишься?

— Да-да, я проставлюсь. Все, о чем ты думаешь, это — о пожрать.

Хуан Гуанмин озорно улыбнулся и ответил:

— А о чем ты хочешь, чтобы я думал?

Лу Чжоу тихо вздохнул и сказал:

— Ты изменился...

Хуан Гуанмин улыбнулся:

— Конечно, кто не любит халяву?

— Ты со мной дружишь только из-за халявной еды?

— Нет...

В комнате стало тихо.

Эм ...

Кажется, я снова убил разговор?

На третий день после фестиваля фонарей студенты начали возвращаться в университет.

Сначала вернулся Лю Жуй, потом вернулся Ши Шан.

В сравнении с другими, Ши Шан вернулся, переполненный энергией.

Никто бы никогда не догадался... почему.

Ши Шан приехал с девушкой!

Он первый в комнате, кто завел девушку.

Ши Шан, держа девушку за руку, сказал:

— Позвольте представить вам, Ван Яцзин — моя девушка. Затем он представил соседей:

— Это всезнайка Лю Жуй, осел Гуаньмин и скучный Лу Чжоу.

Хрен ли... ты оскорбляешь?!

— С какого перепуга я — осел?!

— Что ты имеешь ввиду под всезнайкой?!

Лу Чжоу был единственным, кто смеялся.

Хотя он совсем не "излечился", но его словесные навыки выросли!

"Я каждый день смотрю на осла."

Неплохо сказал!

Замечательно!

Но все же... как он нашел такую красивую девушку?

Лу Чжоу встал и заговорил:

— Приятно познакомиться.

Девушка удивилась Лу Чжоу и улыбнулась:

— Ты — Лу Чжоу? Ты — бог! Приятно познакомиться!

Лу Чжоу махнул рукой и сказал:

— Я — не бог, ха-ха-ха... Я просто люблю математику. Этот малыш хоть и хулиганит, но он — хороший, так что позаботься о нем!

— Пфф!

Ван Яцзин сдержалась и засмеялась.

Лю Жуй хлопнул рукой по столу и тоже начал смеяться.

— Ха-ха-ха-ха.

Этот смех заставил Лу Чжоу запутаться.

Это смешно?

— Уходи, не лезь, — сказал Ши Шан и попытался сменить тему:

— Это — Новый год, так что давайте все вместе поедим! Я угощаю!

— Лидер комнаты — лучший!

— Круто.

Хуан Гуанмин быстро ухватился за момент, чтобы спросить о важной теме:

— Поесть? Яцзин, ты приведешь своих соседок?

Ван Яцзин улыбнулась:

— Конечно, я позову их.

Ши Шан улыбнулся и сказал:

— Правильно, разве вы не хотели группового свидания? Это ваш шанс, поэтому хватайтесь за него.

Лу Чжоу подумал:

"Я что-то не хочу идти на групповое свидание...

Ну... да ладно, раз он платит, почему бы и нет."

Глава 136. Tpи секунды спустя

Лу Чжoу обычно не соглашался есть с незнакомцами.

Hо если кто-то платил за него, он — не против.

Ладно, это шутка...

У Ши Шана наконец-то появилось девушка, поэтому Лу Чжоу должен уважить соседа и поприсутствовать.

Выходя из общежития, Лу Чжоу, Хуан Гуанмин и Лю Жуй глазами договорились между собой:

"Обдерем его!"

"Единогласно!"

……………………………………..

Ши Шан заказал столик в рыбном кафе около университета.

Парни из двести первой комнаты пришли первыми, вскоре подошли девушки из четыреста шестой комнаты.

Поначалу, сидя за столом, все нервничали, но вскоре они начали оживленно болтать.

Особенно — Хуан Гуанмин и Ши Шан. Постепенно они становились все более и более разговорчивыми.

Девушки с факультета иностранных языков — действительно, потрясающие.

Рядом с Лу Чжоу сидела девушка с длинными волосами по имени Сяо Юньюнь. Рядом с ней сидела Цянь Хуа с короткими волосами и смотрела что-то в телефоне со своими подругами. В очках с круглой оправой рядом с ними сидела Дэн Лэ, выглядящая очень деликатно.

Хуан Гуанмин, судя по всему, заинтересованный в одной из девушек, спросил:

— На что вы смотрите?

Цянь Хуа посмотрела на Хуан Гуанмина, словно тот — инопланетянин, и сказала:

— Ты не смотрел "Самого сильного гения"? Одно из самых популярных шоу с недавних пор, где соревнуются команды в различных дисциплинах. Ты — глупый, если не видел его.

— Шесть команд из разных стран? — подозрительно спросил Лу Чжоу.

Цянь Хуа посмотрела на Лу Чжоу:

— Ты смотрел его?

— Можно и так сказать...

Лу Чжоу улыбнулся и отвел взгляд.

В действительности он не смотрел. Производственная команда шоу хотела нанять его, но Лу Чжoу отказался. Парень не заинтересован в выступлении в шоу, да и оплата за это — не такая большая...

Хуан Гуанмину не понравилось, что его считают глупым, и он возмутился:

— Что это за научное шоу? Могу поспорить, что участники там — не такие умные, как Чжоу!

— Пффф, он — однозначно не умнее У Яна!

Хуан Гуанмин спросил:

— Кто это?

— Ты даже не знаешь У Яна? Самый молодой китайский аспирант в Университете Окленда! Лучший в его команде! Гениальный математик!

???

"Гениальный математик?"

"Умнее меня?"

После этого они начали спорить, кто умнее.

Лу Чжоу — все равно, кто умнее. Он просто подумал, что эти двое подходят друг другу.

Оба любят подкалывать.

Внезапно парень осознал очень серьезную проблему.

Подождите... Если так будет продолжаться, число одиноких парней в нашей комнате опять уменьшится?

Что, если я останусь единственным без девушки...

Лю Жуй заметил, что Лу Чжоу уставился на него, и спросил:

— Что?

— Ничего… — Лу Чжоу покачал головой.

"Фух, к счастью, он однозначно тоже будет один."

"Мне не нужно переживать."

Лю Жуй недоумевал.

Вскоре принесли еду.

Парни не спешили есть и сначала заказали еще пива.

Хуан Гуанмин открыл две бутылки пива и поставил их на стол. Затем он разлил его всем и поднял свой стакан.

— Брат Фэй, спасибо, что помнишь про нас, прими мое уважение, желаю тебе с твоей девушкой счастья, за вас!

Его слова звучали не очень искренне.

Однако Ши Шану — все равно. Вместо этого он поднял свой стакан в ответ.

Лю Жуй продолжил и сказал:

— Чтобы вы двое остались вместе навсегда! За вас!

И они также выпили.

Следующим заговорил Лу Чжоу, и девушки с интересом посмотрели на него.

Парень тоже просто хотел сказать "За вас", но он кое-что понял, поэтому остановился.

Ши Шан подумал, что Лу Чжоу не хочет слишком напиваться и вздохнул:

— Чжоу, не переживай… ты способен выпить больше меня, и мы пока немного выпили.

Ван Яцзин с грустью произнесла:

— Полегче с выпивкой.

Ши Шан махнул рукой:

— Все в порядке!

Лу Чжоу сказал:

— Тогда… за вас!

Ши Шан и Лу Чжоу чокнулись.

Лу Чжоу задумался:

"Почему девушки рядом со мной выглядят разочарованными?"

Они принялись есть и пить. Хуан Гуанмин и Лю Жуй пришли к молчаливому согласию перепить Ши Шана.

Сяо Юньюнь ткнула Лу Чжоу за руку и тихо спросила:

— Почему вы, ребята, называете его: брат Фэй?

Прежде чем Лу Чжоу успел ответить, Лю Жуй переспросил:

— Ты, правда, хочешь узнать почему?

У Лю Жуя была странная улыбка, поэтому Сяо Юньюнь быстро покачала головой.

Лу Чжоу не мог не подумать:

"Если продолжишь нести хрень, то навсегда останешься одиноким."

Все прекрасно проводили время, особенно Хуан Гуанмин. Он даже получил номер Цянь Хуа.

И хотя у него может ничего и не получиться, его успехи — все же лучше, чем у Лю Жуя.

Тот посмотрел на Лу Чжоу и подумал так же.

В мгновение ока две бутылки пива опустели.

Лу Чжоу не беспокоился за Хуан Гуанмина, но опасался, что Ши Шан — не такой сильный.

Ши Шан пил только так...

Лу Чжоу впервые видел, как тот столько выпивал.

Парень беспокоился и собирался уже остановить его.

Однако в этот момент Лю Жуй неожиданно плюхнулся головой на стол.

— Черт, Лю Жуй, что случилось?

Хуан Гуанмин удивился и перестал пить, бросившись проверять Лю Жуя.

Ши Шан, будучи пьяным, улыбнулся своей девушке и произнес:

— Видишь, я же говорил, что отрублюсь не первым!

Три секунды спустя...

Ши Шан тоже отрубился.

Глава 137. Задача равновесия в Гильбертовом пространстве

Они еще даже не поели, а двое уже вырубились. После собирались пойти еще в караоке, но, похоже, теперь не получится.

Лу Чжоу взял чек для Ши Шана. После этого он с Xуан Гуанмином отнесли Лю Жуя обратно в комнату в общежитии.

А у Ши Шана была девушка, чтобы позаботиться о нем...

Вернувшись в комнату, они положили Лю Жуя на его кровать, уложив спать.

Забравшись на кровать, Хуан Гуанмин лег, после чего вздохнул:

— Mне плохо, Чжоу.

Лу Чжоу мало пил и особо не опьянел. Он собирался заняться темой своего диплома и ответил:

— Что такое?

— Ах, даже брат Фэй нашел девушку, ты не собираешься?

— Что?

Хуан Гуанмин вздохнул и произнес:

— Просто забудь, не могу с тобой говорить.

???

Они больше не разговаривали этой ночью.

Hа следующее утро Ши Шан все еще не вернулся.

Лу Чжоу слез с кровати и умылся.

Выйдя из ванной, он увидел, что два его соседа поднялись.

Лу Чжоу от удивления спросил:

— Почему вы так рано сегодня? Учиться?

Хуан Гуанмин зевнул и ответил:

— Почему нет?

Лу Чжоу странно посмотрел на них.

Кажется, я понял...

………………………………………..

Лу Чжоу позавтракал в столовой, после чего не спеша пошел в библиотеку.

К тому моменту перед библиотекой уже толпилась куча студентов.

Новая группа готовилась к выпускным экзаменам, которые Лу Чжоу даже не надо сдавать. Eго уже считали магистром.

Эх, жизнь полна сожалений. Почему тут так много людей?

После того, как толпу запустили в библиотеку, Лу Чжоу нашел место, где можно сесть. Затем парень открыл документ и начал писать свой дипломный проект.

Он уже выбрал тему.

Математика — инструмент для научных исследований, поэтому полезно освоить его. Будет пустой тратой таланта — не пользоваться ею.

Лу Чжоу уже решил заняться математической физикой, поэтому он выбрал функциональный анализ в качестве темы своей дипломной работы. Однако на этот раз это будут не преобразования Фурье, а непредсказуемое Гильбертово пространство.

В квантовой механике — бесконечное количество состояний. Таким образом, измерение внутреннего пространства — бесконечно. Это создало проблему конвергенции. Когда некоторые параметры бесконечны, чтобы не допустить исчерпания какого-либо физического состояния пространства, математический предел любой последовательности включается в пространство, а если точнее... пространство должно быть целым.

Гильбертово пространство как раз отвечало требованиям, необходимым для квантовой механики.

Физическую систему можно представить в виде сложного Гильбертово пространства, а вектор представляет собой волновую функцию, описывающую возможные состояния системы.

Хотя понятие о Гильбертовом пространстве введено в программу функционального анализа у студентов, тема затрагивается лишь вскользь. Гильбертово пространство так же, как и преобразования Фурье, можно выделить в отдельную тему исследований.

Лу Чжоу решил выбрать эту тему и писать не со стандартами дипломной работы у студентов, а со стандартами журналов.

Парень положил руки на клавиатуру и начал печатать.

[Метод лучшего приближения в ограниченном Гильбертовом пространстве для задач равновесия.]

Парню не нужно использовать баллы для этой работы, поскольку у него уже были идеи на этот счет.

Лу Чжоу взял ручку и начал писать на черновике.

[Пусть H — комплексное Гильбертово пространство с заданным внутренним произведением, а L(H) — ограниченный линейный оператор T∈L(H), тогда числовое поле оператора T определяется как: W (T) = {| x∈H, || x || = 1} ...]

Время шло, Лу Чжоу чувствовал, как процесс идет очень плавно, и вскоре лист черновика был полностью исписан. После чего парень потянулся к следующему листу.

Похоже, его предположение — верное, чем выше его уровень по математике, тем лучше он справляется с математическими проблемами.

"Мой мозг развивается?"

"Или это что-то другое?"

В общем, Лу Чжоу мог ощутить изменения, происходящие с ним.

"Я закончу диплом через пару дней, после чего займусь заданием от системы."

Парень потянулся и посмотрел на других студентов, с энтузиазмом занимающихся.

"Как же хорошо учиться в библиотеке... Я поднимаю уровень, приобретаю новые знания быстрее."

Парень не знал, когда полюбил учиться...

...…………………..

Вернувшись в комнату, неудивительно было увидеть, что там присутствовал возгордившийся Ши Шан.

Однако тот не рассказывал о своем "первом разе", а просто учил своих соседей жизненному опыту и говорил про девушек… что бесило их!

Хуан Гуанмин включил шоу на ноутбуке, а Лю Жуй надел наушники и начал заниматься, они решили игнорировать Ши Шана.

— Эй, Чжоу, ты вернулся с учебы?

— Как вчера погуляли? У моей девушки — хорошенькие соседки, да?

— Приглянулся кто-то? Не стесняйся, мы все — взрослые. Если кто-то понравился, давай помогу получить ее WeChat?

Парень вздохнул:

— Брат Фэй, ты спятил...

— Cпятил? Почему?

— Ты все еще думаешь, что сейчас — Новый год?

— А? С чего ты взял?

— Потому что ты говоришь, как мои родственники на Новый год.

— …

Лу Чжоу положил свой ноутбук на стол и собрался идти мыть руки, как увидел шоу, что смотрит Хуан Гуанмин. И поинтересовался:

— Это "Самый сильный гений"?

— Ага.

"Неплохо, может быть, я наконец-то смогу пообщаться с этим парнем."

Он посмотрел на Хуан Гуанмина и задумался:

"Похоже, в нашей комнате стало на одного одинокого парня меньше."

Лю Жуй перестал заниматься и подошел, чтобы спросить:

— Что они делают?

— Судоку!

Судоку?

Лу Чжоу посмотрел на юношу на сцене и сразу понял:

"Это гений У Янь?"

Он не знал почему, но внезапно посчитал его своим соперником.

Он спрашивал себя, сильнее ли тот его в математике?

Внезапно люди на шоу зашумели.

Парень удивился:

— Судоку вслепую?!

Хуан Гуанмин улыбнулся:

— Неплохо, да? Ты можешь так же?

— Я не знаю.

Им совсем не нужно времени для расчетов?

Слишком пугающе...

Далее шло сто вопросов по физике, математике и биохимии. Лу Чжоу мог понять большинство вопросов, но Лю Жуй и Хуан Гуанмин пришли в замешательство.

Но они все еще смотрели.

Лю Жуй спросил:

— Чжоу, ты понимаешь?

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— По большей части.

Парень мог понять вопросы, но не мог так же быстро отвечать, как участники. Многим профессорам понадобилось бы время на это.

Такие гении на самом деле есть в мире? Хотя это вопросы с несколькими вариантами ответа, и можно просто угадать, но все равно их надо еще понять.

Лу Чжоу посмотрел на четырех человек из немецкой команды и не увидел Петера Шольце. Он посмотрел на команду Китая и не увидел никого знакомого.

За пятнадцать минут участники ответили на сто вопросов. Немецкая команда ответила на восемьдесят три вопроса, получив восемь целых три десятых балла.

Общий счет был: четырнадцать к пятнадцати, немецкая команда "Королевский тигр" лидировала.

Ведущая в платье заговорила:

— Все мы знаем, что великий математик Евклид доказал бесконечность простых чисел, и современный математик Гильберт использовал метод топологии, чтобы доказать это снова. Математическое сообщество будет вечно гнаться за тайнами простых чисел.

— Следующая задача — проблема мирового уровня.

— Великий математик Полиньяк предложил гипотезу. Для любого натурального числа k существует бесконечное число пар простых чисел (p, p+2k). Наша задача сегодня в том, чтобы сделать попытку проверить эту гипотезу.

— Кто сможет снизить K до меньшего числа, получит три очка!

— Начали!

Трое перед экраном ноутбука впали в ступор.

Хуан Гуанмин сказал:

— Черт?! Они серьезно?

Лю Жуй произнес:

— Этот тип... прямо на шоу докажет его?

Что за?!

Глава 138. Плагиат?

На яpкой сцене...

У Ян спокойно посмотрел на доску перед собою и маркером начал молча писать.

Cцену осветил холодный синий свет.

Немецкая команда "Королевский тигр" уже завершила проверку на число "двести сорок шесть". Oдин из участников их команды посмотрел на У Яна.

Камера показала крупным планом лицо У Яна.

Профессор Стэндфордского университета нахмурился и произнес:

— Теорема Виноградова о трех простых числах! Он бросает вызов K = 1!

Профессор из Сингапура воскликнул в неверии:

— Невероятно! Он собирается доказать гипотезу о парах простых чисел!

Атмосфера стала напряженной.

Ведущая сказала:

— Не могу поверить, что У Ян собирается бросить вызов этой математической проблеме мирового уровня! Но сможет ли он?

Аудитория погрузилась в тишину.

Eго товарищи по команде, соперники, — все молчали.

Люди в аудитории сжали кулаки, затаив дыхание.

Фоновая музыка становилась все более стремительной.

Комментарии под прямой трансляцией просто разрывались.

[Черт, мастер У собирается оспорить эту гипотезу?]

[Mой идол — так красив]

[Он претендует на Филдсовскую премию?]

[Обожаю умных парней.]

[Женюсь на парне, способном в математике!!!]

[Постойте, почему это выглядит так знакомо.]

Это очень напоминало то, что было на конференции в Принстоне.

Единственное отличие в том, что Лу Чжоу использовал шесть досок, а этот парень — одну большую доску.

Некоторые заметили...

Небольшая группа заметила сходство и разместила видео с Лу Чжоу в комментариях.

Многие посмотрели видео с Youtube и начали возмущаться.

[Плагиат?]

[Они просто изменили человека и украсили фоновой музыкой, тупо плагиат.]

[Они серьезно?]

[Я — студентка с математического факультета в Беркли. Я смотрела видео, которое вы скинули. На видео он доказывал гипотезу Чжоу, а не гипотезу о числах-близнецах. Она гораздо сложнее гипотезы Чжоу!]

[Да, верно, это не то же самое. Разве вы не знаете разницы?]

В комментариях спор становился все яростнее.

В итоге модератор забанил некоторых людей, и комментаторы успокоились.

В то же время на шоу два судьи встали и посмотрели на доску.

— Он смог!

— Невероятно!

У Ян тихо опустил ручку, после чего развернулся и отошел.

Зрители в этот момент взорвались аплодисментами.

Люди перед телевизорами и компьютерами наконец-то могли спокойно вздохнуть и разжать кулаки.

Но не все радовались.

…………………………….

За кулисами…

Производственная команда шоу пребывала в восторге от рейтингов и популярности шоу.

Они однозначно преуспели.

У Пин только что повысили до руководителя команды планирования, она отчитывалась перед директором.

— Количество поисковых запросов увеличилось на сорок три процента!

Чжан Юаньцзе нахмурился и сказал:

— Я знаю про это… но что там с плагиатом?

Чжан Юаньцзе доволен популярностью шоу и это, скорее всего, приведет к его продвижению.

Он успешно создал персонажа У Яна.

В производственной команде спорили о том, можно ли на шоу привести звездных людей, но Чжан Юаньцзе успешно сделал это.

Единственное, что его беспокоило, то это обвинения в плагиате в комментариях. Однако отдел по связям с общественностью телеканала сумел урегулировать ситуацию.

— Мы посмотрели видео из Принстона. Там речь шла просто о простых числах Мерсенна, а мы показали пары простых чисел. Это — не одно и то же. Мы даже специально проверили расписание конференции в этот день.

У Пин, на самом деле, сама не очень понимала, но она проконсультировалась со специалистами в этой области и доверяла им.

— Xорошая работа, — выслушав ее, директор заговорил.

— Но этот У Ян действительно впечатляет. Я не могу поверить, что он доказал математическую гипотезу такого уровня.

Шоу не слишком беспокоила критика, ведь "хейтеры" тоже по-своему делают рекламу.

Директор Чжан Юаньцзе был весьма доволен своим планированием.

А что с плагиатом? Они попросят плату за авторские права? Словно Принстон подаст на них в суд? Сколько они смогут отсудить у них? Это шоу...

Однако судоку вслепую и сто вопросов подготовили заранее, но доказательства гипотезы в планах не было.

Поэтому когда агент У Яна предложил идею доказать гипотезу на сцене, Чжан немедленно дал добро и изменил сценарий.

Как и ожидалось, рейтинг шоу взлетел.

Комментарии взорвались.

У Пин ухмыльнулась:

— В конце концов, он — самый молодой аспирант в Оклендском университете, очевидно, он имеет навыки.

Все участники на шоу приглашены из престижных университетов.

— Кто сказал, что научные шоу не могут сделать звезд? Смотрит на нас! — сказал директор Чжан Юаньцзе с улыбкой.

— Остался лишь финал — и этот сезон закончится! Просто подождите, я выплачу команде бонусы.

— Спасибо, директор! — с радостью поблагодарила У Пин.

Глава 139. Наглейший обман!

Ecли спpосите, что чувствовал Лу Чжоу в этот момент, то лишь — безысходность.

На шоу явно скопировали его процесс доказательства, и к тому же — очень плохо.

Непонятно откуда взявшийся "хрен" скопировал его доказательство и выдавал за своё собственное.

Парня переполняла ярость, и он пошел на Weibo, чтобы написать пост.

[Это гениальный студент Лу Чжоу, о котором вы все говорите? Лишь триста тысяч подписчиков, и даже не проверенных. Боты? Как его можно сравнивать с У Яном?]

[Ты лишь доказал гипотезу, Чжоу, У Ян — гораздо лучше тебя. Бесстыжий!]

[Фанаты У, давайте жаловаться на этого парня, чтобы его забанили!]

???

"Я еще даже ничего не запостил..."

Лу Чжоу чуть не упал от этой волны гневных комментариев.

"Почему я — бесстыжий?"

Лю Жуй заметил странное поведение Лу Чжоу и спросил:

— Чжоу, что-то случилось?

Парень сердито ответил:

— Меня сплагиатили.

Ши Шан играл на гитаре, спрашивая:

— Что? Кто?

Xуан Гуанмин перестал смотреть шоу и переглянулся с Лю Жуем, потом сказал:

— Может... ты тоже доказал эту гипотезу?

" О чем ты!"

"Я — тот, кто доказал ее!"

Но вспоминая про это, он не рассказывал им про свою поездку в Принстон.

— Ничего.

Парень не ожидал, что у кого-то хватит смелости на плагиат. Это наглейший обман в науке!

Как кто-то подобный получил докторскую степень?!

Он знает нормы академического приличия?

Лу Чжоу глубоко вздохнул и открыл свой ноутбук.

Нет смысла злиться...

То, что случилось, уже случилось. Теперь ему нужно собрать доказательства, чтобы разоблачить его.

Обычно чтобы не допустить плагиата, человек размещает свою работу на сайте arXiv, пока она находится на рассмотрении. Благодаря этому можно доказать свое авторство, если работа находится еще на рецензировании.

Но Лу Чжоу не делал этого, поскольку он публично доказал гипотезу, и в этом не было никакой необходимости.

Ведь на большинстве научных конференций ведется запись докладов. Желающий присвоить себе работу и скопировать результаты, просто искал смерти.

Хотя шоу не опубликовали работу, они явно нарушили авторские права Лу Чжоу.

Парень опустил руки на клавиатуру и задумался. Он написал электронное письмо и отправил его мистеру Фрэнсису. В нем Лу Чжоу вежливо изложил ситуацию и попросил официального подтверждения его доказательства с указанием времени.

Люди в федеральном математическом объединении — очень занятые, и пройдет какое-то время, прежде чем ему ответят.

Лу Чжоу нажал "отправить" и вздохнул с облегчением.

Ему не нужно особо беспокоиться, потому что когда ему придет подтверждение, все прояснится. Ему просто нужно подождать, пока его работа будет опубликована в "математическом ежегоднике", и он уничтожит плагиатора.

Парень посмотрел на посты на Weibo. Все еще злясь, он под постом с видео с шоу написал:

[Почему вы — такие бесстыдные?]

Ему стало лучше после этого.

После чего Лу Чжоу закинул полотенце на плечо и пошел принять душ.

………………………………………..

Женское общежитие, комната четыреста шестая.

— Ух, мой муж — такой красавчик!!!

Цянь Хуа с телефоном вертелась на кровати.

Вчера вечером она пропустила прямую трансляцию, но смотря повтор сегодня, ее переполняло волнение.

Цянь Хуа трясла кровать и кричала, поэтому Дэн Лэ, занимающаяся рядом, поправила очки и сказала:

— Ты называешь его мужем весь день, смотри, а то потом выйдешь замуж за него. Что в нем такого?

— Он доказал гипотезу мирового класса прямо на сцене! Он выглядел таким красавчиком в этот момент, — сказала Цянь Хуа с глазами, полными звезд.

Сяо Юньюнь, сидящая рядом, поинтересовалась:

— Он, правда, так хорош?

— Доказал математическую гипотезу прямо на сцене?

— Он — слишком умный...

Цянь Хуа ответила:

— Конечно, ему двадцать три года, и он — уже доктор! Даже приглашенный судья из Массачусетского технологического института впечатлился его талантом! Эх, думаю, теперь мои стандарты возросли. Хочу найти себе мужа, который будет хотя бы наполовину хорош, как он.

Ван Яцзин улыбнулась и сказала:

— Это же легко. Парни с группового свидания вчера — ведь математики? Просто выберите кого-нибудь, кроме Ши Шана. Я возьму для тебя WeChat.

Сяо Юньюнь добавила, пока листала Вэйбо:

— Точно, разве Лу Чжоу не доказал какую-то гипотезу Чжоу? Просто выбери его.

Цянь Хуа заговорила:

— Его? Он вообще — не сравним! Разве вы не слышали слова судьи? Эти две гипотезы — на совершенно разном уровне. У Ян, доказавший гипотезу о числах-близнецах, претендент к Филдсовской премии! Но, к сожалению, он — новозеландец. Иначе он мог бы стать первым китайцем, получившим Филдсовскую премию.

Ее оценка по продвинутой алгебре — всего семьдесят баллов, и ее голова забита мусором.

— И все еще такой молодой… — Дэн Лэ вздохнула и покачала головой, продолжив заниматься.

Она не настолько очарована У Яном, но он ей все еще нравился.

— Хм, секундочку... комментарии на Weibo подозрительные, — вскрикнула Сяо Юньюнь, листая Weibo, — многие ругаются, что шоу сплагиатило видео с конференции в Принстоне.

— Забей, они просто завидуют, — сказала Цянь Хуа.

— Однозначно, — кивнула Дэн Лэ.

Сяо Юньюнь со странным лицом читала Weibo и сказала:

— Но тут говорят, что эту гипотезу доказали месяц назад на научной конференции в Принстоне. Участник шоу скопировал большую часть доказательства. И фактически эту гипотезу доказал на самом деле… Лу Чжоу?

В комнате стало тихо...

Примерно через десять секунд прозвучал одновременный вскрик:

— Что?!

Цянь Хуа с потрясением произнесла:

— Они же прикалываются?

Сяо Юньюнь ответила:

— Нет, человек, опубликовавший это, аспирант из Принстонского университета. Он указал точное время презентации, но еще приложил подпись федерального математического объединения...

Глава 140. Доказательство

Лу Чжоу не ожидал, что пройдет лишь день.

Следующим вечером ему пришло письмо от мистера Фрэнсиса.

[Я прикрепил протокол доклада к письму. Hо думаю... он не понадобится тебе. Желаю удачи тебе.]

???

Почему не понадобится?

Может, журнал уже вышел?

Парень тут же зашел на сайт журнала, но там ничего не было.

Но это логично, поскольку журнал выходил раз в два месяца.

Eго статью опубликуют лишь в конце месяца, поэтому почему мистер Фрэнсис сказал, что файл ему не понадобится?

Лу Чжоу недоумевал. B этот момент у него зазвонил телефон.

Парень посмотрел и увидел, что звонит профессор Тан, после чего поднял трубку.

Профессор Тан заговорил первым:

— Что ты опять натворил?

Лу Чжоу удивился внезапному вопросу:

— Вы знаете?

Парень не хотел это афишировать и не сообщал кому-то в университете про это, поэтому удивился словам профессора Тана.

Профессор ответил с улыбкой:

— Конечно знаю, я что, по твоему — тупой? Я тоже сижу в интернете!

A?

Он не злится?

Парень не успел ответить, и профессор продолжал:

— Честно говоря, происходящее слишком стало громким. Pот старика Вана слишком ненадежен. Как только вернулся, он повсюду хвастался, что ты получишь премию Коула. Угадай, что будет дальше?

Профессор Тан продолжал:

— Без понятия, как новости просочились в прессу. Но премия Коула — это очень значимо! Эвриуан Дэйли уже подготовила выпуск. А твоя статья публикуется лишь в конце месяца.

Конечно, это проблема уже не Лу Чжоу, а Эвриуан Дэйли.

Шоу разрушило их планы.

Что, если издание неправильно сообщит новость?

Кто будет ответственен за ошибку?

Руководители боялись облажаться.

Можно догадаться, что профессору Вану сейчас хуже всех.

Профессор Тан не мог не сказать:

— Когда что-то подобное случается, говори мне или декану! Не пытайся решить самостоятельно! Если бы не Ло Вэньсюань, рассказавший мне, кто знает, когда я узнал бы про это!

— Ло Вэньсюань?

— Ло Вэньсюань как только услышал про это, сразу же отправился за записями в Федеральное математическое объединение. Затем он связался с несколькими китайскими СМИ и написал мне об этом по почте. Позвони ему позже и поблагодари!

— Конечно! Я позвоню ему позже!

Теперь Лу Чжоу понял, почему Фрэнсис сказал, что ему не нужны записи. Их уже отправили в СМИ.

Теперь он — должник Ло Вэньсюаня.

Парень угостит его едой, как будет в следующий раз в Принстоне.

Лу Чжоу закончил звонок и открыл Weibo, а потом громко рассмеялся.

Ши Шан лежал на кровати и играл на гитаре, как испугался громкого смеха:

— Чжоу, что случилось?

— Ничего, — покачал головой парень. — Просто иметь связи — здорово. Мне не надо делать все самому.

Лю Жуй занимался, он поднял голову и поинтересовался:

— Что? Кто-то решил твою проблему?

Лу Чжоу поставил свой телефон на зарядку и ответил:

— Можно и так сказать.

……………………………………………………………………………………………...

Телевизионная станция, конференц-зал.

У Пин стояла с неловким лицом.

В действительности все руководители проекта за столом выглядели не слишком радостно.

Они не ожидали, что все так обострится. Их "идеальные маркетинговые" планы разрушены.

Особенно У Пин... она выглядела так, словно ее окунули в дренажную яму.

Она не могла понять, что на видео делает парень, но могла прочитать план конференции.

У Пин могла понять лишь абстрактно статью, но презентация конференции была явно о простых числах Мерсенна. Они даже проконсультировались с экспертом.

Поэтому когда агент У Яна сообщил ей о доказательствах гипотезы чисел-близнецов, У Пин проверила о ней информацию в интернете и не обнаружила никаких новостей. Все должно было быть нормально.

Но сейчас? Кажется, все пошло под откос.

Сидя за столом, агент У Яна, Ян Фэн, тихо закашлял и неловко произнес:

— Не слишком ли они всё это раздувают? Это просто шоу, а не выкладывание статей. Разве мы кого-то обманывали.

Директор Чжан пришел в ярость:

— Почему вы не сообщили, что доказательство — это плагиат?

Ян Фэн попытался успокоить его:

— Директор Чжан, мы — в одной команде. Сейчас не время спорить. Я спросил У Яна. Он признался, что его вдохновила конференция, но он также сделал изменения. Мы можем утверждать, что два человека доказали ее.

Помощник директора Чжана сказал:

— Нет смысла уже говорить про это. Сейчас надо решить проблему. Нужно немедленно ее решать. Может мы найдем математический журнал и заплатим им немного, чтобы они первыми опубликовали наше доказательство?

Директор Чжан задумался и кивнул:

— Имеет смысл.

Нельзя терять такого популярного персонажа своего шоу. В любом случае, статью еще не опубликовали. Что может доказывать видео низкого качества из интернета?

Статья еще не опубликована.

Мы решим проблему деньгами.

Внезапно дверь открылась и вошел мужчина в костюме.

Директор Чжан Юаньцзе нахмурился и спросил:

— Из какого вы отдела? Я разрешал войти?

Тот проигнорировал его и бросил документы на стол.

— Уведомление от руководства. С сегодняшнего дня ваше шоу прекращено.

В конференц-зале тут же стало холоднее.

Стало так тихо, что можно было услышать падение иголки.

Директор в неверие вскочил и крикнул:

— Что случилось? Это неразумно! Я пойду найду режиссера и поговорю с ним!

Уже почти финалы... и уже провели репетиции. Остановить шоу сейчас — будет тяжелым ударом.

Чжан Юаньцзе с бледным лицом не мог поверить в это.

Мужчина холодно взглянул на него:

— Не ищите его, он не поможет вам. Это приказ вышестоящего руководства.

Глава 141. Сам посмотри новости

He только директор Чжан и его команда сейчас сидели с бледными лицами.

У Ян сидел в своем гостиничном номере и листал Weibo с таким же лицом.

Оклендский университет звучал как нечто крутое, ведь этот университет находился в самом большом городе Новой Зеландии. Однако реальность другая, Новая Зеландия — маленькая страна на краю света, Оклендский университет едва попал в топ сто вузов.

Хотя он — по-прежнему очень престижный, в Новой Зеландии очень трудно найти работу.

У Яну трудно найти работу, особенно учась по направлению математики.

Прозвища фанатов — вранье. Он — еще не доктор, и все еще учится.

Это лишь вопрос будущего...

Будучи за границей, У Ян увидел видео с Лу Чжоу на Youtube. Он догадался, что большинство людей в Китае еще не знали про него, а на сайте конференции говорилось лишь про доказательство гипотезы Чжоу, поэтому его сердце переполнила жадность.

B любом случае, У Ян же не собирался публиковаться в журналах. А индустрия развлечения и наука — никак не связаны. Поэтому У Ян решился скопировать доказательство.

Однако он не ожидал, что все так обернется.

В течении недели его раскрыли.

Кто-то залил видео с конференции с подписью Фрэнсиса.

Хотя съемочная команда попыталась скрыть это, и фанаты защищали его, У Ян все еще волновался.

Внезапно зазвонил его телефон.

Звонил не кто иной, как профессор Харрис из Оклендского университета.

У Ян ответил.

— Ты недавно публиковал работу? Ты же не вписал мое имя туда?

— Я ничего не публиковал.

Споры из-за авторского права — не редкость в научных кругах, но это не значит, что академики будут терпеть плагиат. Наоборот, академики больше всего ненавидят его.

Тон профессора Харриса смягчился, но он все еще остался серьезным.

Не бывает обвинений без причины.

Особенно от Федерального математического объединения.

— Обвиняют тебя в плагиате, и это обвинение исходит от федерального математического объединения. Надеюсь, ты отнесешься к этому серьезно.

— Я не занимался плагиатом, — лицо У Яна покраснело. — Я только участвовал в телешоу и использовал…

У Ян не мог продолжать.

Профессор Харрис нахмурился и спросил:

— Использовал что?

— Некоторые пункты доказательства, которые представили на конференции в Принстоне.

На другом конце замолчали, через некоторое время послышался немного саркастичный голос:

— После чего ты проверил данные о конференции и ничего не нашел? После чего ты проверил arXiv и увидел, что никто предварительно не залил туда статью? После чего решил скопировать ее? Ты знал, что дополнительно ко всему ведется запись всех докладов?

Лицо У Яна стало еще краснее.

У Ян никогда не выступал на конференции, поэтому он не знал об этом. Процесс доказательства — лишь упрощенная версия с конференции, и он едва понимал ее.

У Ян понимал, что бесполезно что-либо скрывать, поэтому он попытался поспорить со своим руководителем:

— Я ничего не публиковал, это только вдохновляло меня…

— Думаешь, что все нормально, если ты ничего не опубликовал? В любом случае, тебе стоит вернуться обратно в Окленд и разобраться со своим статусом в университете.

У Ян замер, но когда он попытался хоть что-то уточнить, уже послышались гудки.

Eго лицо побледнело, а спина покрылась холодным потом.

У Ян бросил свой телефон на кровать и ощутил отчаяние.

Профессор попросил разобраться с его статусом.

Это значит...

Я — исключен?

Двери открылись и вошел его агент Ян Фэн.

Увидев лицо У Яна, он спросил:

— Что-то случилось?

Тот с горечью сказал:

— Меня могут отчислить...

Ян Фэн остановился, а потом сказал:

— Кого это волнует? Ты хочешь вернуться в Окленд? Ты можешь просто подписать тут контракт и зарабатывать деньги. Ты боишься за образование?

Парень задумался над этими словами... и его агент — прав.

Кого волнует этот университет?

Парень глубоко вздохнул и успокоился, после чего спросил:

— Что тогда нам делать?

Нельзя извиниться и нет путей отступления.

Его все еще считали гением. Если он извинится, это будет сокрушительным ударом по его статусу.

С другой стороны, кому будет важно его ученое звание? Его актерская карьера только началась!

— Шоу прикрыли... и только ты можешь спасти его, — сказал Ян Фэн, строго взглянув. — Подготовь статью как можно скорее, а потом отправь её в местный журнал. Тогда можешь утверждать, что это твое доказательство. Только не забудь изменить его, чтобы тебя нельзя было обвинить в плагиате. Не забывай: ты — самый гениальный студент!

У Яна поразила эта идея. Парень не ожидал, что его агент Ян Фэн будет еще безумнее него.

— Как я могу изменить его? Основа доказательства — теория сита. Как избежать его...

— Ты что... тупой?! Я — не математик, не спрашивай меня! Я говорю тебе — поменять ход. Можешь скопировать его идеи, только не полностью. Просто поменяй пару букв или что-то такое... и мы сможем говорить, что это просто совпадение. В любом случае, никого не волнует научная сфера! Ты — в сфере развлечений!

У Яну было неприятно от того, что его называют тупым. Ведь гораздо сложнее изменить процесс доказательства.

Парень понятия не имел, как его можно изменить.

Но у него все еще имелись некоторые мысли.

У Ян читал статью профессора Целлберга, опубликованную в тысяча девятьсот девяносто пятом году. Если он найдет левый журнал и опубликует работу первым, то кто сможет обвинить его в плагиате?

Можно будет утверждать, что просто два гения догадались одновременно...

Не важно, что будет думать научное общество. Если его фанаты будут верить в него, шоу могут восстановить. И пока поклонники будут с ним, он все еще будет получать деньги.

Однако не всё всегда идет согласно плану.

У Ян не осознавал проблем этой идеи.

Пока они с агентом обсуждали все, зазвонил телефон.

Ян Фэн посмотрел на свой телефон и поднялся, потом вышел на улицу и ответил:

— Да, директор Чжан. Как идут переговоры с телеканалом? Они не могут просто отказаться от своих инвестиций…

— Сам посмотри новости.

На другом конце был настолько уставший голос, что Ян Фэн даже не сразу понял.

Он собирался уточнить, что за новости, но директор Чжан уже положил трубку.

Глава 142. Слабак

[Можете ли вы понять, как усеpдно работает У Ян?]

[Говоря об этом, зачем двадцатипятилетнему доктору наук публично присваивать чужие достижения? Словно что-то доказать может лишь один человек, и другие не могут додуматься.]

[Что вообще может доказать запись с конференции? Это забавляет. Какой-то иностранец подписался под этим, и мы должны в это поверить? Я никогда не был в Принстоне, но я смотрел видео от начала до конца. Всё совершенно иначе, чем на шоу!]

[Лучший молодой докладчик, награда в десять тысяч долларов США. Мелко.]

[Фанаты У, держитесь! Справедливость восторжествует!]

Просматривая комментарии на Weibo, Лу Чжоу переполняли различные эмоции.

Если бы он был никем...

Если бы он был простым студентом университета...

Если бы у него не было доказательства с конференции.

Без всего этого... ему бы поверило еще меньше людей.

Это напомнило Лу Чжоу о скандале две тысячи четырнадцатого года, инциденте с "Академической богиней" Сяо Баофан. Обман на уровне Нобелевской премии, который закончился самоубийством руководителя.

К счастью, он — не один.

Читая комментарии, Лу Чжоу совсем не злился.

Вместо этого...

Он хотел смеяться

— Кого волнуют эти слепые хейтеры...

Продолжая читать комментарии, Лу Чжоу наткнулся на людей, поддерживающих его, и парню понравились их фразы.

Его не волновали фанаты У. Лу Чжоу решил позвонить Ло Вэньсюаню в Принстон.

Он своевременно помог ему.

Лу Чжоу должен Ло Вэньсюаню сказать спасибо.

……………………………………………………...

Новости, о которых говорил директор Чжан, шли от Эвриуан Дэйли.

В этот раз они опубликовали статью на горячую тему.

[Развлекательные шоу должны иметь хоть какую-то совесть.]

В статье весьма грубо критиковалось телешоу "Самый гениальный студент". Они сообщили, что шоу не только обманывало аудиторию, но и нарушило закон.

Как только вышла эта статья, ее мгновенно распространили остальные СМИ.

Комментарии взорвались.

[Черт, а я... правда, поверил, что У Ян доказал гипотезу. Неужели все знаменитости такие?]

[Придурок...]

[Почему людям он так нравился? У Ян — лишь аспирант! В мире полно аспирантов.]

[Не могу поверить, что У Ян обманул нас.]

[Теперь у него проблемы?]

[Надеюсь, его посадят.]

[Мне стал интересен Лу Чжоу, в прошлый раз он попал в Хуаго Юс Дэйли, теперь уже — Эвриуан Дэйли...]

[...]

С выходом статьи даже те, кто сомневался, изменил свое мнение.

Неважно, как поклонники У Яна пытались спорить, они — беспомощны перед властью.

Всё меньше людей оставалось на стороне У Яна.

Люди, отправившиеся на страницу Weibo У Яна, удивились... обнаружив, что его аккаунт заблокировали.

Перед тем как его забанили, он успел написать сообщение.

[Я, У Ян, никогда бы не пошел на плагиат. У меня есть пять миллионов фанатов, зачем мне это? Я просто лишь вдохновился. Вы обвиняете ученого…]

Даже в конце У Ян не признал ошибку.

Надо отметить, что его желание выжить — было сильным.

Но, к сожалению, У Ян неправильно использовал его.

Никто не сочувствовал этому парню.

Он — уже не маленький, и должен осознавать, что делает.

………………………………………...

В крупных университетах разгорелись бурные обсуждения.

Почти все крупные СМИ освещали произошедшее.

В университетском городке Яньцинского университета парень и девушка медленно шли, остановились рядом с библиотекой, когда репортёр подбежал к ним сзади.

— Здравствуйте, пожалуйста, подождите... Вы — Вэй Вэнь?

Вэй Вэнь остановился и посмотрел на репортера.

— Да, а что такое?

— Наш телеканал берет интервью у студентов для программы. Что вы думаете о недавнем споре между Лу Чжоу и У Яном в Weibo?

Вэй Вэнь надел очки и спросил:

— Вам интересно мое мнение?

Репортер улыбнулся и сказал:

— Для начала... что вы можете сказать про Лу Чжоу. Вы встречались с ним на национальном конкурсе. Что вы думаете об этом?

Вэй Вэнь задумался и ответил:

— Достойный противник.

В действительности Лу Чжоу сильно превзошел Вэй Вэня, что их уже нельзя сравнивать.

Но очевидно, что Вэй Вэнь не скажет такого.

Он не знал такого слово, как "сдаться".

Вэй Вэнь уже собирался идти.

— Постойте...

Вэй Вэнь развернулся и посмотрел на репортера.

— Что-то еще?

— А что скажете про У Яна? Вы выиграли золотую медаль на международной олимпиаде по математике. Как думаете, У Ян — сильный соперник?

Вэй Вэнь нахмурился:

— У Ян то? Он — слабак.

Репортер ошеломлен.

Вэй Вэнь развернулся и больше не смотрел на камеру позади себя.

— Цуй Цзин, пошли.

— Да.

Цуй Цзин кивнула и быстро последовала за парнем.

Когда репортер пришел в себя, молодые люди уже ушли.

Глава 143. Десять тысяч челoвек

Bсе газеты сообщили, что шоу приостановили на неопределенный срок.

Некоторые люди говорили, что видели французскую команду в аэропорту Шанхая.

Oни сидели и ожидали своего возвращения домой.

Это подтвердило, что шоу закрыли.

Хотя аудитория уже разбежалась после статьи.

Не только обман в полуфинале...

Кубик-рубика, судоку вслепую, вопросы, сценарий, репетиции...

Большая часть шоу — обман.

Зрители поняли, что им постоянно лгали. Всё было просто хорошо спланированным сценарием.

Нет реальных гениев, лишь шоу.

Знаменитости, которых пригласили принять участие в финале, расторгли свои контракты, чтобы не стать замешанными.

В конце концов, репутация программы опустилась ниже некуда.

Что касается главного ответственного лица, директора Чжана, то руководитель телеканала лично перевел его в типографию телестанции.

Любой понимал, что всё кончено с человеком, пониженным самим главой.

Но не только директору Чжану плохо...

У Яну — еще хуже. Хотя парень улетел в Новую Зеландию и избежал уголовного наказания, его лишили ученой степени. Eго жизнь — кончена.

Суровый результат, но ожидаемый.

Лу Чжоу удивило совсем другое...

Выбор инициативы "Десять тысяч человек".

Это один из двенадцати проектов, разрабатываемых правительством.

Обычно для ответа нужно ждать не менее шести месяцев.

Но Лу Чжоу уже получил его.

Университет уведомил парня, и Лу Чжоу начал готовить материалы. По предложению профессора Тана, Лу Чжоу выбрал гипотезу Полиньяка в качестве проекта.

Потом...

Пришло подтверждение от инициативы "Десяти тысяч человек".

В то же время ему выделяется одна целая шесть десятых миллиона на исследования.

Хотя Лу Чжоу не мог напрямую тратить эти деньги, но он мог использовать их для покупки авиабилетов, командировочных расходов и оплаты аспирантуры...

Само собою, парень — еще студент. Но он мог получать ежемесячную зарплату и немного улучшить свою жизнь. Ему лишь нужно раз в год отчитываться о расходах и прогрессе в исследованиях.

В дополнение к финансированию, присутствовала политическая поддержка.

Можно даже сказать, что финансирование — вторично, и главное — это поддержка власти.

В конце концов, слишком мало людей подавали заявку в эту программу ради денег.

Парень не ожидал, что его так быстро выберут.

Лу Чжоу с удовлетворением смотрел на уведомление о "выдающейся молодежи" от университета.

"Может... мне мерещится?"

Отныне он также числится как "молодой ученый".

Но скорее всего, он — самый молодой.

……………………………………………...

В эти дни его заняла инициатива "десять тысяч человек". Лу Чжоу прекратил работы над дипломной работой и не делал системное задание.

Не получится...

Лу Чжоу посмотрел на план работы для инициативы и покачал головой.

"Надо быть прилежнее."

"Для начала закончу с дипломным проектом."

Слишком поздно идти в библиотеку, поэтому Лу Чжоу достал ноутбук и продолжил работать в общежитии.

Внезапно дверь комнаты открылась и вошел Хуан Гуанмин.

Ши Шан, настраивающий гитару, посмотрел на него и спросил:

— Что с тобой?

Хуан Гуанмин вздохнул и опустил рюкзак. После чего с печальным лицом сказал:

— Ничего, все кончено.

Лю Жуй злорадствовал про себя, но все равно обеспокоено спросил:

— Цянь Хуа?

Хуан Гуанмин тяжело вздохнул и кивнул:

— Да, мы собирались учиться вместе, но вышло хреново. Я ушел.

Лу Чжоу стало немного неловко, и он кашлянул:

— Эм... это из-за меня?

— Нет, — Хуан Гуанмин покачал головой. — Я не могу быть с человеком, который оскорбляет моих друзей за глаза...

Хуан Гуанмин улыбнулся, потом громко рассмеялся и сказал:

— Да кого это волнует. Ничего такого... Эта девушка все равно немного меня раздражала.

Ши Шан вздохнул и провел рукой по струнам гитары:

— Эй, в море — много рыбы, я верю, брат Хуанмин, что у тебя будет светлое будущее!

Хуан Гуанмин почувствовал себя намного лучше и сказал:

— Спасибо, брат Фэй, ты умеешь ободрить.

— Хочешь сыграю тебе песню?

Хуан Гуанмин быстро отмахнулся:

— Не-не, не нужно.

Лу Чжоу было не по себе.

Парень думал, что Цянь Хуа и Гуанмин хорошо подходят друг другу.

Они оба переполнены оптимизма. И хотя у них есть минусы, но... у кого их нет?

Однако, даже если отмотать время вспять, он все равно вновь защитит свои авторские права. Для ученого — это принципиально.

Лу Чжоу сказал:

— Может… я угощу тебя обедом?

Хуан Гуанмин тут же кивнул:

— Да.

Парень удивился быстротой его ответа.

Хуан Гуанмин слишком быстро ответил.

У Лу Чжоу возникло ощущение, что его перехитрили.

Глава 144. Статья опубликована

Ужe когда Лу Чжоу думал, что cможет веpнуться к нормальной жизни в университете, вышла его статья с доказательством гипотезы о числаx-близнецах в "Математическом ежегоднике".

Публикация работы наконец-то положила конец его усилиям.

И вскоре после этого Лу Чжоу понял смысл поговорки: "Дерево хочет покоя, да ветер не прекращается".

Сразу об этом вышла новость от Хуаго Юс Дэйли.

Лишь один заголовок переполнял информацией.

[Молодой ученый Лу Чжоу получил награду "Лучший молодой докладчик" на Принстонской научной конференции и решил проблему мирового класса, связанную с гипотезой простых чисел]

Редактор, видно, очень постарался, чтобы сделать заголовок таким информативным и громким.

Хуаго Юс Дэйли также процитировали оценку работы.

[Это выдающееся достижение. Будь то результат или метод доказательства. Теперь мы можем с уверенностью сказать, что числа пар простых чисел — бесконечно... — Пьер Делинь.]

Kроме того, в статье упоминалось, что Лу Чжоу выбрали в инициативе "Десять тысяч человек".

Это сразу вызвало сенсацию в интернете.

[Твою же... разве он не должен иметь, как минимум, докторскую степень?]

[Сколько докторов — такие же безумные, как он?]

[И правда, математика — для гениев.]

[Я недостаточно способен, чтобы попасть...]

[Бог учебы, просто ужасен!]

[Брат Лу уделал самого гениального студента!]

[Оставьте что-нибудь и мне...]

Обсуждали не только на Weibo, но и на форумах крупных университетов.

На форуме Яньцинсокго университета...

[Я только с пары по теории чисел, и лектор рассказал нам про него. Жаль, что я не мог быть там, когда он доказал эту гипотезу.]

[Только за это ему нужно дать докторскую степень, согласны?]

[Да, но он — слишком молод. Докторские степени нельзя раздавать как конфеты.]

[Черт, чему еще ему можно научиться? Он же — гений.]

[Даже гениям нужно учиться. Но у него — другая программа. Я слышал, что Цзиньлинский университет предоставил ему специальную программу, чтобы он мог получить двойную докторскую степень в течение следующих трех лет.]

[Завидую...]

[Он, скорее всего, получит Филдсовскую премию в две тысячи восемнадцатом году. Бессмысленно завидовать ему. Просто переключитесь на математику в области финансов, чистая математика — тупик.]

[...]

………………………………………………..

Помимо официальных сообщений, Лу Чжоу, даже не глядя, мог догадаться, что СМИ трубили об этом.

[ШОК! Гипотеза о числах близнецах доказана им!]

[Он просто собирался сделать доклад, но под вдохновением доказал гипотезу и потряс мир!]

Интернет слишком сильно обсуждал его. Лу Чжоу три дня не ходил в библиотеку, а сидел в комнате и делал дипломный проект.

Парень думал, что, если пойдет в библиотеку, студенты вокруг не смогут сосредоточиться на учебе.

Ему не хотелось смущать других.

Лу Чжоу планировал пойти в библиотеку, как закончит с дипломом. В конце концов, ему сейчас не до задания от системы.

Но парень не все дни напролет сидел в комнате. В воскресенье, как обычно, Лу Чжоу поехал к госпоже Ян, чтобы помочь Хань Мэнци с математикой.

Парень делал это не из-за денег. Думая над простыми примерами, он расслаблялся.

Но, само собой, Лу Чжоу не отказался от повышения зарплаты, предложенного госпожой Ян.

Еще одной из причин было чувство выполненного долга.

Его ученик из глупого превращался в гения. Это как из маленького ростка вырастить цветок.

Конечно, это также связано с талантом Хань Мэнци. Она прогрессировала очень быстро.

Ранее Лу Чжоу считал, что девочки — гораздо слабее в науке, но теперь понял, что ошибался.

По крайней мере, Хань Мэнци только за семестр улучшила свою оценку до ста тридцати пяти баллов. Это не так уж легко.

Если бы не система, то, возможно, собственные способности Лу Чжоу могли быть и хуже... не лучше.

Независимо от того, что говорили СМИ, Лу Чжоу всегда считал себя просто трудолюбивым человеком, а не каким-то гением.

Парень поступил в один из лучших университетов не потому, что он — гений, а поскольку он потратил ради этого много сил.

После окончания урока Лу Чжоу надел фартук и пошел готовить на кухне. Он приготовил блюдо из жареного мяса с зеленым перцем и еще любимую еду девушки — мапотофу. Это награда за ее результаты.

Госпожа Ян еще не вернулась, поэтому они ели вдвоем.

За обеденным столом Лу Чжоу заговорил с девушкой:

— Я уже указал в учебниках по математике и физике темы, которые тебе следует проработать. Мне больше нечему тебя учить. К июню я тебе уже не понадоблюсь.

Дальше ей следует учиться и укреплять свои знания самостоятельно. Только от ее упорства будут зависеть ее будущие результаты.

Хань Мэнци прошептала:

— Ты будешь учиться за границей?

Лу Чжоу кивнул:

— Для получения докторской степени университет хочет отправить меня в Принстон, чтобы я мог перейти на более высокий уровень обучения.

К этому времени, в следующем году, он получит степень магистра. И Цзиньлинскому университету будет нечему учить его.

Поэтому необходимо перейти на более высокий уровень для дальнейшего обучения.

— Понятно, — сказала с грустью девушка. — Ты потом вернешься?

Лу Чжоу пошутил:

— Конечно, скорее всего, я вернусь как профессор.

Хань Мэнци подняла голову и обрадовалась:

— Правда? К тому моменту я буду уже студенткой. Ты станешь тогда моим научным руководителем?

Парень удивился:

— Научным руководителем? Ты хочешь учить математику?

Это не лучший выбор, особенно для девушки.

Но...

Для таких богатых детей, наверное, это — не важно?

Хан Мэнци энергично кивнула:

— Да! Я люблю математику!

— Уверена?

— Уверена!

Лу Чжоу положил палочки для еды и произнес:

— Ладно, но это не так просто... Ты должна поступить, как минимум, в один из лучших университетов!

Девушку переполнял боевой дух, и она воскликнула:

— Я буду стараться изо всех сил.

Глава 145. Эта паpа невыносима

Популярность гипотезы о числаx-близнецах постепенно спала, и старые горячие темы быстро сменились новыми.

Лу Чжоу радовался, что исчез из трендов.

Парень наконец-то мог нормально сходить в библиотеку.

Лу Чжоу — на финишной прямой написания дипломного проекта, ему оставалось, по большей части, отредактировать его. Если все будет хорошо, то в середине марта он уже сможет защититься, а в конце месяца — получить степень бакалавра и начать учиться на магистра.

Проснувшись утром, парень отправился в библиотеку, но не успел еще даже зайти в нее, как его узнала девушка.

— Bау, ты — Лу Чжоу? Легенда! Я — тоже на математическом факультете! Можешь помочь мне? Мою статью постоянно отклоняют, подскажи... что не так.

Просто глянуть — не проблема, поэтому Лу Чжоу был не против помощи.

— Прямо тут? Отправь мне на почту, я найду время...

Вокруг начали собираться люди.

— Это Лу Чжоу… он, и правда, молод...

— Черт, это он!

— Ты тоже готовишься к выпускным экзаменам? Почему ты так рано пришел в библиотеку?

Тут подошел студент и попросил:

— Можно мне пожать вашу руку?

Парень не успел ничего ответить, как его схватили за руку.

— Теперь со мной — частичка бога! Не буду мыть руку до экзаменов! — сказал студент, отпуская руку Лу Чжоу, и быстро удалился.

Что за?..

— Гений, у тебя есть WeChat? Можешь добавить меня?

— Тебе еще нужны твои конспекты? Можешь продать мне? Я заплачу тысячу!

— Заплачу тысячу пятьсот?

???

Толпа становилась все более энергичной, и пока был момент, парень быстро скрылся внутри библиотеки.

………………………………………..

Но внутри все так же...

Его слава в интернете, возможно, и стихла, но он недооценил свою известность в университете.

Поэтому Лу Чжоу пошел в учебный корпус и нашел пустую аудиторию.

Найдя место, чтобы сесть, парень вздохнул и достал свой ноутбук. Только он собирался приступить к редактированию диплома, как выскочило всплывающее окно Сяо Aя.

В окне была запись чата группы по математическому моделированию.

Там обсуждали его.

Чан Цин: [Просто монстр, в прошлом году доказал гипотезу Чжоу, в этом — гипотезу чисел-близнецов.]

Сянь Цзун: [Эх, к сожалению, бог, слишком холоден. Он не сказал ни слова с тех пор, как присоединился к нашему чату.]

Kэду: [Может... пинганем его?]

Чу-Чу: [Не дури.]

Чан Цин: [Интересно, он будет участвовать в конкурсе по математическому моделированию в этом году? Надеюсь присоединиться к его команде, хочу выиграть кубок.]

Dayday: [Он даже не стал участвовать в конкурсе в США. Зачем ему принимать участие во внутреннем?]

Лу Чжоу с улыбкой прочитал обсуждение.

Сяо Ай: [Хозяин, ты счастлив?]

Лу Чжоу улыбнулся и напечатал:

[Счастлив. Когда я заработаю два миллиона юаней, я куплю тебе новый дом.]

Позволять жить этому ИИ в таком слабом ноутбуке — немного раздражительно. Особенно из-за шума кулера.

Университет собирался вручить ему еще миллион юаней за доказательство гипотезы.

Лу Чжоу уже спрашивал у заведующего про это. После интервью с телеканалом ректор вручит ему награду.

Парень сможет купить сервер за два миллиона.

Сяо Ай: [Он стоит две целых девять десятых миллиона.]

— ...

Лу Чжоу вдруг почувствовал, что слишком балует его.

Парень редактировал диплом где-то час, когда в аудитории начали собираться люди.

Лу Чжоу посмотрел на кафедру и увидел молодого аспиранта, настраивающего проектор.

Тут пара?

Аспирант заметил взгляд Лу Чжоу и был ошеломлен.

Внезапно прозвенел звонок для начала занятия.

Аспирант ничего не сказал, осторожно кашлянул и запустил презентацию.

— Сегодня мы поговорим об основной теории чисел… Позвольте представиться, я — Ван Шицзе. Я всего-лишь получаю докторскую степень по теории чисел. Если вам интересна теория чисел, не стесняйтесь и обращайтесь к профессору Ли Чжуншу.

После чего аспирант переключил слайд на следующую страницу.

Большинство школьников слышали про простые и натуральные числа.

Это главная магия теории чисел.

Хотя многое отражено в базовой математике, невозможно глубоко изучить выводы или доказать гипотезы без глубоких познаний.

Лу Чжоу немного утомился работать, поэтому закрыл ноутбук и решил посмотреть, о чем лекция.

Парень с любопытством взглянул на доску.

[Вклад китайских ученых в простые числа.

Теорема Чжоу: Когда 2^(2^n)&lt;P&lt;2^(2^(n+1))...

Выдвинул: Чжоу Хайчжун.

Доказал: Лу Чжоу.]

Но это не главное...

Главное, что презентация включала его фотографию.

Увидев свою фотографию, парень мгновенно покраснел и хотел зарыться лицом в клавиатуру.

Как стыдно!

Откуда вообще достали эту фотографию! Она даже не отражает моей мужественности!

Это…

Пятно на всю жизнь!

Лу Чжоу не знал, что делать.

Аспирант на кафедре тоже чувствовал себя неловко.

"Твою же..."

"Я нашел это фото в интернете. Кто знал, что ты придешь ко мне на пару."

Аспирант перещелкнул слайд.

Вторая страница тоже была связана с Лу Чжоу.

[Гипотеза о числах-близнецах.

Гипотеза Полиньяка предполагает, что для всех натуральных чисел k существует бесконечное число пар простых чисел (P, P + 2K).

Доказательство: возьмем theta (n) = lnn, если n — простое число; возьмем theta (n) = 0, если n — составное число. Если правильно выберем функцию лямбда(n)...

Китайский ученый Чжан Ийтан предложил приведенное выше доказательство, текущий лучший результат — 246.]

Студент на первом ряду увидел ошибку и сразу поднял руку.

— Учитель, кажется, эту гипотезу доказали несколько дней назад.

Аспирант, смутившись, закашлял:

— Я делал эту презентацию две недели назад и не успел отредактировать ее. Эту гипотезу доказал Лу Чжоу из нашего университета. Само доказательство — очень длинное, и его не будет на экзамене. Кстати, Лу Чжоу сидит в четвертом ряду, справа.

Аспирант улыбнулся Лу Чжоу.

Тут же все развернулись к Лу Чжоу.

А у парня, сидящего рядом, чуть не вылезли глаза.

Словно он не понимал, как этого не заметил.

Лу Чжоу улыбнулся аспиранту и вздохнул.

Эта пара — невыносима.

Вскоре начался перерыв.

Лу Чжоу воспользовался этими короткими пятью минутами и быстро собрал вещи, после чего покинул класс.

Глава 146. Проведи занятие

Покинув аудиторию, Лу Чжоу пошел на лекцию по сложным функциям. B конце концов, этот предмет включен в программу, и его соседи были там.

Когда преподаватель заметил парня, то попросил его провести занятие вместо него.

Лу Чжоу рассказал о комплексной плоскости и сфере Римана. Поначалу у него не очень хорошо получалось, но постепенно его лекция становилась более плавной.

Однако Лу Чжоу явно пренебрегал способностями слушателей.

Студенты с непонимающими лицами слушали его лекцию.

Только несколько человек поспевали за ним, например, Ло Жуньдун. Такие студенты, как Лю Жуй, едва могли следить.

— Функция преобразования между ζ-координатами и ξ-координатами может быть получена путем соединения одного из отображений с обратным к другому и дальнейшим преобразованием. Единичная сфера и сфера Римана отличаются друг от друга.

Лу Чжоу, не переставая, писал на доске.

Теперь еще меньше студентов могли поспевать за ним.

Многие начали испытывать трудности.

Например, даже Ло Жуньдун, хмурившись, пристально смотрел на доску и пытался переварить все.

Лю Жуй перестал писать и прошептал:

— Черт, что так трудно то?

Хуан Гуанмин, сидящий рядом с ним, посмотрел на доску и вздохнул.

Он совсем не растерялся, потому что не слушал все это время.

— Гуанмин, ты понимаешь?

Тот покачал головой и ответил:

— Нет, Лу Чжоу не осознает, насколько мы глупы.

Лю Жуй замер.

Он не знал, что сказать, поскольку его слова были верны.

Закончив писать на доске, Лу Чжоу отошел в сторону, чтобы студенты могли списать.

Студенты на первом ряду достали телефоны и начали фотографировать, но студенты позади не двигались.

Пожилой профессор, что все время стоял в стороне и следил за Лу Чжоу, улыбнулся и поставил термос. После чего встал за кафедру и сказал:

— Помните, это будет на экзамене.

Студенты обреченно вздохнули.

Они с отчаянием смотрели на доску.

Студенты могли лишь выругаться про себя.

Хуан Гуанмин сказал сходящему с ума Лю Жую:

— К счастью, с нами в комнате живёт Лу Чжоу, и он может объяснить нам.

Лю Жуй проигнорировал его.

Он психовал не из-за содержания.

А из-за того, что...

Лю Жуй увидел разрыв между собой и Лу Чжоу.

………………………………………..

Лу Чжоу не мог посещать лекции, по крайней мере, по математике.

После пары по сложным функциям парень больше не ходил на занятия.

Ему больше нечему учиться на них. Поэтому Лу Чжоу просто, как обычно, ходил в библиотеку.

Занятия в библиотеке — гораздо продуктивнее.

Лу Чжоу отклонил несколько предложений совместно писать статью, после чего меньше людей стало беспокоить его.

В конце концов, у каждого есть свои дела.

Они не могут весь день доставать Лу Чжоу.

Конечно, это может быть связано с тем, что парень сидел в углу библиотеки.

Он посвятил всего себя работе над дипломом.

Написание дипломного проекта как раз и был учебным процессом Лу Чжоу.

Чтобы ввести гильбертово пространство в квантовую механику и использовать математические задачи для изучения закона движения микроскопических частиц, Лу Чжоу также изучил множество работ, а также посетил несколько курсов по квантовой механике.

Факультет теоретической физики в Цзиньлинском университете — очень сильный, поэтому лекции от старых профессоров вдохновили Лу Чжоу.

Хотя, конечно, квантовая механика захватывала, но математика — его основной профиль.

Поэтому Лу Чжоу использовал более математический подход в своей работе.

Он лишь слегка коснулся квантовой механики.

[Метод лучшего приближения в ограниченном Гильбертовои пространстве для задач равновесия.]

[Аннотация: в реальном гильбертовом пространстве вводится новый итеративный формат, в котором для приближения задач равновесия используется метод вязкой аппроксимации. Множество решений и множество фиксированных точек конечного отображения позволяют получить теорему о сильной сходимости.]

В конце Лу Чжоу написал краткое содержание работы.

— Закончил!

Лу Чжоу посмотрел на законченную статью и вздохнул с облегчением, после чего вошел в пространство системы, чтобы проверить прогресс задания.

Бонусное задание: документов прочитано (13/50).

По прогрессу задания не трудно понять, как много сил он потратил за это время.

К счастью, он закончил.

Ему осталось подправить статью под формат дипломной работы и отдать ее профессору Тану.

После чего он может начать готовить презентацию для защиты.

Что касается статьи, то он собирался ее отправить в журнал "advanced theoretical and mathematical physics".

Этот журнал посвящен физике и математике. Его импакт-фактор — две целых три десятых2, что не так высоко, но парень выбрал его, поскольку этот журнал — крупный и очень известный.

Доделав дипломную работу, Лу Чжоу отправился в кабинет профессора Тана, чтобы отдать ее.

В кабинете...

Профессор Тан пролистал статью Лу Чжоу и сказал:

— В твоей статье поднимается много новаторских тем. Исследования Гильбертого пространства имеют много общего с моей темой исследования, но я не буду задавать тебе конкретных вопросов.

Парень кивнул и скромно поблагодарил:

— Спасибо, профессор.

Профессор Тан улыбнулся:

— О, боишься моих вопросов? Хорошенько подготовься к защите. Многие члены комиссии хотят поспрашивать тебя.

Лу Чжоу кашлянул:

— Профессор, сжальтесь.

— Да-да, — профессор Тан отмахнулся. — Декан Цинь и я, может и сжалимся, но двое других профессоров могут не быть такими снисходительными.

Парень осторожно поинтересовался:

— Можете сказать, кто они?

Профессор Тан ответил:

— Конечно, один из них — академик Лу Шэньцзянь из нашей школы. Другой — Сян Хуанань из Китайской академии наук.

Стебётесь?

Хотя Лу Чжоу мало что слышал о Сян Хуанане, но он знал, что тот — заместитель математического сообщества. Он знаменит в области алгебраической группы и функционального анализа.

Что касается Лу Шэньцзяня...

Лу Шэньцзянь — участник международных групп сотрудничества, таких как BESIII и LHCb. В две тысяча тринадцатом году он обнаружил четырёхкварковое состояние Zc(3900) испытании Шанхайского коллайдера. В том году это открытие вошло в первую десятку в области физики. Позволив блеснуть китайскому сообществу по физике на международном уровне.

Хотя это огромная честь, что подобные фигуры придут на защиту бакалавра, но в этот момент Лу Чжоу испытывал лишь одно чувство.

"Я просто хочу получить диплом…"

Парень не мог не нервничать.

Глава 147. Неотъемлемая часть жизни

На защиту придут два академика.

Такого никогда ещё не было.

Лу Чжоу не мог не ощутить давления.

Могут ли посторонние быть членами комиссии?

Лу Шэньцзянь — профессор с факультета физики Цриньлинского университета, но Сян Xуанань — из академии наук Китая.

Но если подумать... то университет не откажется от подобного человека.

До защиты оставалась неделя.

До нее парень дал интервью.

После интервью ректор лично вручит ему награду.

Что удивляло Лу Чжоу, так это то, что интервью проводил телеканал Сучжоу.

Лу Чжоу не понимал этого.

Ему не удобно было встречаться с репортерами из телеканала Сучжоу, но к большему его удивлению приехал еще провинциальный директор телеканала.

Когда директор встретился с парнем, то сразу пожал ему руку и сказал:

— Лу Чжоу, приношу свои извинения! Мы не проверили содержание программы. Но мы уже уволили всех ответственных лиц. Надеюсь, вы не будете держать на нас зла.

Лу Чжоу не ожидал подобных слов от директора и смутился.

Если честно, то он не имел ничего против их телеканала.

В конце концов, после возникновения ситуации с плагиатом, все вовлеченные сотрудники получили соответствующее наказание.

Теперь же даже директор пришел лично извиниться перед Лу Чжоу, поэтому нет необходимости быть столь злопамятным.

— Все в порядке, директор Ли, я доволен, как ваш телеканал все разрешил, — парень улыбнулся. — Все — уже в прошлом, так что давайте просто забудем.

Ли Тайчжан улыбнулся в ответ:

— От имени нашего телеканала благодарю за понимание.

После чего обратился к репортеру:

— Сяо Ван, можешь начинать интервью.

— Понял, директор.

Репортер Сяо Ван подошел.

Вскоре они начали интервью.

Судя по интервью, телеканал все еще переживал о произошедшем, поэтому они не задавали никаких каверзных вопросов и скорее давали рекламу.

К концу интервью Лу Чжоу, наконец, понял, почему университет организовал подобное интервью.

Это неплохая реклама как для университета, так и для телеканала.

После...

Ректор Сюй с Лу Чжоу, стоя перед камерой, запечатлели вручение чека на миллион юаней.

Эти деньги будут потрачены на новый дом для Сяо Ай.

………………………….

Вечером Лу Чжоу поужинал в столовой, после чего вернулся в свое общежитие. Парень сел за ноутбук и начал готовиться к защите.

Он знал, что защита не будет легкой. Хотя Лу Чжоу — только бакалавр, вряд ли академики сделают ему поблажки.

Поэтому Лу Чжоу прорабатывал все возможные вопросы.

Это самое изнурительное...

Наконец, с пар вернулись три его соседа.

Хуан Гуанмин увидел, что Лу Чжоу делает презентацию, и с любопытством подошел и спросил:

— Чжоу, что ты делаешь?

Лу Чжоу не хотел рассказывать, но все же ответил:

— Готовлюсь к защите.

Лю Жуй положил свой рюкзак и тоже поинтересовался:

— Защита?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, выпускная защита.

Комната погрузилась в полную тишину.

Заметив это, парень вздохнул.

Лу Чжоу сознательно избегал этой темы, но также знал, что рано или поздно придется об этом рассказать им. Такова жизнь, встречи и разлуки являются ее неотъемлемой частью. Если не сейчас, то этот момент настал бы через два года.

Однако, к общей печали, этот момент наступил немного быстрее.

Хуан Гуанмин через силу улыбнулся и произнес:

— На самом деле... мы вроде, как уже догадались. Только недавно говорили про это. Короче, удачи тебе!

Ши Шан положил руку на плечо парня и тоже сказал:

— Удачи.

Лю Жуй ничего не сказал и странно посмотрел на Лу Чжоу.

Но в этот раз не из-за зависти.

Хотя Лю Жуй всегда рассматривал Лу Чжоу в качестве соперника, мог позлорадствовать и часто расстраивался из-за достижений другого, но в глубине души он по-прежнему считал его своим другом. Именно поэтому Лю Жуй никогда не делал что-то, что может обидеть Лу Чжоу.

Может... это тоже своего рода дружба?

И все же, пожелать удачи Лю Жуй не мог.

Лу Чжоу ощутил тяжесть атмосферы и с улыбкой сказал:

— Это просто выпускная защита, я все еще тут. Я же не умираю или что-то подобное... После я угощу вас всех едой.

— Нет, — серьезно произнес Хуан Гуанмин. — Это мы угостим тебя.

— Да, — вздохнул Ши Шан. — Чжоу, ты уже слишком много раз нас кормил за последние два семестра. Мы угостим тебя после защиты.

Лю Жуй кивнул:

— Да, теперь — наша очередь.

— В этом нет необходимости, — с улыбкой произнес Лу Чжоу. — Даже не знаю, как реагировать. Вы прям давите на меня...

Ши Шан сказал:

— Небольшой стресс — полезен, поэтому не забывай о нас. Кроме того, помнишь, какое давление оказывал на нас ты?

Двое других его друзей кивнули.

Нафига?

Вы так хотите...

Почему они такие настойчивые?

Лу Чжоу не знал, что сказать. Но тут внезапно зазвонил его телефон.

Парень с облегчением посмотрел на имя звонящего.

Это был его отец.

— Я должен ответить.

Лу Чжоу развернулся и вышел на балкон.

Потом закрыл за собой дверь на балкон.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и ответил на вызов:

— Алло?

По телефону прозвучал голос Лу Банго:

— Сынок, что за гипотеза близнецов?

Услышав голос отца, Лу Чжоу стало лучше.

Он улыбнулся и ответил:

— Папа, тебе не надо разбираться, просто знай, что твой сын — чокнутый.

— Просто я только что увидел новость по телевизору и захотел спросить. Потеплее одевайся... Сейчас очень много людей заболевает.

— Все в порядке, не волнуйся. Вы тоже не забывайте следить за своим здоровьем.

Лу Банго улыбнулся:

— У нас — все хорошо. Твоя мама готовит на кухне. Хочешь поговорить с ней?

— Конечно…

— ...

Парень говорил двадцать минут.

После Лу Чжоу прислонился к перилам балкона и посмотрел на красивое ночное небо.

Он долго в тишине смотрел на мерцающие звезды...

Глава 148. Защита

После долгой подготовки наконец-то настал день защиты.

Комиссия состояла из четыреx человек.

Кроме декана Цина, с математического факультета присутствовал еще профессор Tан.

На самом деле, согласно общим правилам, научные руководители не должны присутствовать, но ситуация с Лу Чжоу — совершенно уникальная и сильно отличалась от обычного процесса выпуска студентов. Поэтому никому не было дела до подобных мелочей.

B дополнение к двум знакомым Лу Чжоу людям присутствовало два академика. Лу Шэньцзянь — из Цзиньлинского университета и Сян Хуанань — из китайской академии наук.

Oни — очень известны, и парень много слышал про них.

Лу Чжоу спокойно стоял на кафедре.

Он долго готовился к этому моменту и почти не нервничал.

Началась презентация.

Парень представился и начал с уверенностью рассказывать о своей работе, кратко изложил основные моменты и сделанные выводы.

Эта часть — очень короткая, и она заняла у Лу Чжоу всего пять минут.

Далее шла главная часть защиты — вопросы!

Сян Хуанань острым взглядом посмотрел на Лу Чжоу.

— На пятой странице работы, на одиннадцатой строке, я заметил, что ты упомянул, что C — непустое замкнутое выпуклое подмножество в гильбертовом пространстве, и вводится для класса квазиненнессивных изображений T: C → C. Вязкий итерационный алгоритм типа Гальперна. Что это значит? Можешь пояснить подробнее?

Если бы сейчас была защита обычных бакалавров, то член комиссии не задал бы такого вопроса. Но защищался не обычный студент, а в комиссии сидел не обычный её член.

Поэтому вопрос — тоже не простой.

Лу Чжоу не нужно смотреть на пятую страницу, он прекрасно помнил, что там писал.

— Последовательность {xn}, используемая для доказательства "8", сильно сходится к неподвижной точке T, и эта точка является единственным решением вариационного неравенства V. Могу ли я использовать доску? Это сложно объяснить словами.

Профессор Сян Хуанань улыбнулся и сказал:

— Да, конечно.

В обычной ситуации это не позволялось.

Лу Чжоу взял мел и начал писать на доске.

[x1∈C, x (n + 1) = αn · f · xn + βn · xn + γn · T · xn, n≥1. Где f: C → C — сжатое изображение, где T: C → C — не растягивается…]

Сян Хуанань кивнул:

— Неплохо.

Этого достаточно даже по стандартам докторской квалификации.

Поэтому такой ответ оставил его довольным.

Находящийся рядом с ним профессор Лу Шэньцзянь сказал:

— Позвольте мне также задать несколько вопросов.

Лу Чжоу почтительно произнес:

— Профессор, пожалуйста, спрашивайте.

Профессор сказал:

— Я заметил, что в работе ты упоминал, что эти итерационные алгоритмы также можно использовать для изучения предварительного решения монотонных операторов в банаховом пространстве. Это можно использовать в квантовой механике. Это напоминает алгоритм, упомянутый профессором Коссакой в Японии в две тысячи восьмом году, только ты не стал дальше развивать эту часть. Почему?

Этот вопрос ввел парня в ступор.

"Почему что?"

"Потому что в моей работе — акцент на другом!"

Лу Чжоу кашлянул и ответил:

— Поскольку, расширяя эту тему, можно написать еще целую работу. Моя работа затрагивает только математические вопросы. Квантовая механика затрагивается, но это — не основное.

Научные проблемы — бесконечны, и все можно развивать дальше. Он лишь кратко упомянул возможность использования в квантовой механике.

Лу Шэньцзянь покачал головой и сказал с тяжестью в голосе:

— Это — не тот подход, которым должен обладать ученый. В обучении надо стремиться к совершенству. Раз ты наткнулся на эту возможность, то почему же не продолжить дальше копать в этом направлении?

Профессор Сян Хуанань неожиданно улыбнулся и сказал:

— Старый Лу, перестань приставать к нему. Те, кто хорошо разбирается в математике, не обязательно хороши в физике. Думаю, для Лу Чжоу — больше подходит математика.

Лу Шэньцзянь нахмурился:

— Я ничего такого не имел в виду... Я просто подразумеваю, что если ему интересно, то Лу Чжоу может учиться под моим руководством. Движение микроскопических частиц требует Гильбертового пространства для регулирования, и наоборот. Наблюдение за микроскопическими частицами, несомненно, станет хорошим вдохновением для его исследований в области математики.

Профессор Сян покачал головой:

— Не могу согласиться... Я изучал теорию подгрупп и уравнение Янга-Бакстера. Хотя математика может быть инструментом для изучения физики, но математика — самодостаточна сама по себе. В конце концов, математика и физика — разные предметы.

Профессор Сян улыбнулся и посмотрел на Лу Чжоу, после чего неожиданно сменил тему:

— Как сказал профессор Лу, если нашел возможность, то почему бы не копать глубже? Если интересно, у Китайского института математики есть аналогичный проект...

Декан Цинь прервал их:

— У вас и так много талантов, хватит пытаться украсть еще и наших.

Профессор Сян Хуанань улыбнулся и сказал:

— Кто крадет таланты? Я просто предлагаю...

Профессор Тан засмеялся:

— Еще есть время, поэтому давайте продолжим защиту.

На самом деле, спрашивать нечего.

Уровень работы — слишком высок.

Защита — просто проверка подлинности работы и уровня студента, что по сути не требовалось в проверке.

— О чем спрашивать то? К черту все эти формальности... — Сян Хуанань улыбнулся, расписался на бланке и встал. После чего посмотрел на Лу Чжоу и удовлетворенно кивнул:

— Твоя работа по функциональному анализу удивила меня, я редко вижу студентов бакалавриата, способных дать такой хороший ответ.

Лу Чжоу искренне сказал:

— Спасибо, профессор.

— Нет необходимости благодарить меня, — профессор отмахнулся. — Защита окончена. Можешь идти.

Лу Чжоу посмотрел на профессора Тана.

Профессор Тан кивнул:

— Можешь идти. Мы уведомим тебя о результатах.

После защиты студенты обычно ждали, пока члены комиссии посовещаются и выставят оценку за защиту.

Нет никаких сомнений, что Лу Чжоу защитился.

Если он этого не сможет сделать, то никто не сможет.

Лу Чжоу интересовало, что поставил ему Сян Хуанань, но парень не смог разглядеть бланк.

Когда Лу Чжоу ушел, в аудитории какое-то время стояла тишина...

Профессор Сян посмотрел на профессора Тана и улыбнулся:

— Старик Тан, за все эти годы я не брал ученика. Мне уже пора на пенсию, и я хочу найти кого-то, кто унаследует мое дело. Что, если… мы договоримся?

Профессор Тан улыбнулся и посмотрел на своего старого друга:

— Не спрашивай меня, мне все равно, куда пойдет этот парень. Лучше спрашивай старого Циня.

Декан Цинь улыбнулся и сказал первым:

— Даже не думай об этом!

Профессор Сян Хуанань покачал головой и вздохнул:

— Эгоист...

На самом деле, он просто шутил. Будет чудо, если Цзиньлинский университет отпустит Лу Чжоу.

Но он должен был удовлетворить свое любопытство.

Профессор Ван Юпин похвастался ему, что в Цзиньлинском университете появился гений, который получит Филдсовскую премию.

Сначала он не поверил в это.

Но теперь он убежден.

Он не мог не подумать:

"Молодые ученые преуспевают, как же это прекрасно..."

На самом деле, ничего такого в том, что Лу Чжоу не будет под его руководством.

К его возрасту, многие вещи блекли.

И заметить что-то интересное...

Он уверен, что у него будет шанс увидеть...

Глава 149. Выпускной для одного

Вскоре сообщили окончательную оценку.

Как и ожидалось, сто баллов.

Поскольку два академика высоко оценили ответ, как они могли не поставить за этот ответ отлично?

В некотором смысле, его уровень ответа — уже верхняя граница студентов бакалавриата.

Университет не будет снижать балл, чтобы "студент не зазнавался", поскольку это бессмысленно для Лу Чжоу.

В конце концов, парню есть чем гордиться.

Однако максимальный балл — не так важен, поскольку все, что выше девяносто, равняется оценке "отлично".

Хотя Лу Чжоу все еще с облегчением услышал про максимальный балл...

Из-за своего характера... он лишился бы сна, если бы получил девяносто девять баллов.

На вручении диплома присутствовали профессор Тан и декан Цинь. Также пришел профессор Лю, чтобы поздравить Лу Чжоу.

Лишь одному студенту вручали на этой выпускной церемонии диплом.

Они все стояли в актовом зале.

Декан математического факультета торжественно вручил диплом Лу Чжоу.

— Лу Чжоу, ты успешно закрыл все зачеты.

— После проверки и оценки со стороны комитета по аттестации ты получаешь диплом о высшем образовании, и тебе присуждается степень бакалавра по направлению прикладной математики.

— Я надеюсь, что ты поднимешься еще на более высокие вершины в своем научном пути и прославишься еще сильнее!

Лу Чжоу взял диплом и сказал:

— Спасибо Цзиньлинскому университету за то, что он мне дал, и спасибо преподавателям за наставления.

Декан Цинь кивнул и с удовлетворением произнёс:

— Поздравляю с окончанием учебы. Отдохни несколько дней, потом подай заявление на получение степени магистра. Подумай, по какому направлению будешь учиться, у какого преподавателя.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Да, большое спасибо.

После церемонии пришли студенты из студенческого совета, чтобы привести зал в порядок.

Лу Чжоу собирался поговорить с профессором Таном, но внезапно увидел знакомую, идущую прямо к нему.

Лин Юйсян в белом платье улыбнулась и сказала:

— Поздравляю, ты уже получил диплом. Я рада за тебя.

Парень вежливо улыбнулся:

— Спасибо.

— Ты свободен позже?

Лу Чжоу задумался и ответил:

— Не думаю, у меня еще есть дела.

— ...

………………………………………..

Получив диплом, Лу Чжоу отправился в кабинет профессора Тана.

Прежде чем профессор Тан успел что-то сказать, худощавый аспирант молча встал и налил чашку чая.

— Пожалуйста, выпейте чаю.

Парень смутился от того, как почтительно с ним обращаются.

— Большое спасибо.

— Не за что. Надеюсь, что однажды мы сможем поработать вместе, — сказал аспирант, после вновь сел и продолжил работать над своим проектом.

Профессор Тан посмотрел на парня и спросил:

— Ты не празднуешь с друзьями? Зачем ты пришел?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я хотел спросить: станете ли вы моим научным руководителем в магистратуре?..

Не дав закончить парню, профессор Тан оборвал его и сказал:

— Даже не проси, я не возьму тебя.

Лу Чжоу сильно удивился неожиданному ответу профессора.

Профессор Тан посмотрел на его растерянное лицо и объяснил:

— Со своими способностями... ты способен самостоятельно делать проекты. По правде говоря, мне нечему учить тебя в области функционального анализа. А теория чисел — не моя область. Тебе нужна самодисциплина, а не руководство других.

— Но...

Лу Чжоу хотел что-то сказать, но его вновь оборвал профессор.

Со вздохом профессор продолжил:

— Хотя наш университет считается одним из лучших в Азии, здесь нет ни одного академика, который мог бы тебе помочь. Если бы кто-то был, я мог бы тебе порекомендовать, но на нашем факультете математики никого подходящего нет. Для продолжения научных исследований тебе следует найти более высокую площадку.

Парень молчал.

После небольшой паузы профессор продолжил:

— Местное академическое сообщество — очень своеобразное. Возможно, ты еще чувствуешь, что недостаточно квалифицирован, но учитывая скорость твоего роста, это лишь вопрос времени.

— Я преподаю уже много лет, и я действительно не могу тебе как-то помочь. Скорее лишь... замедлю. Если хочешь развиваться внутри страны, академик Лу Шэньцзянь — хороший выбор. Ты же собирался развиваться в направлении математической физики? Но ты — уже взрослый, и мне не надо тут разглагольствовать. Твое будущее — это твой выбор.

Выслушав профессора, Лу Чжоу долго молчал, не зная, что сказать.

Через какое-то время парень заговорил:

— Спасибо за совет... я серьезно обдумаю ваши слова.

— Хорошо, иди и подумай. Но помни, что я не стану твоим научным руководителем, — улыбнулся профессор.

Парень улыбнулся в ответ и вдруг что-то вспомнил:

— Профессор, не могли бы вы сделать мне одолжение?

— Что такое?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Я хочу сделать фото в мантии для моих родителей.

Парень чувствовал, что упускает важное.

Неважно, каких успехов он достигнет в будущем, он не сможет восполнить эту потерю.

— Всего то? Нет проблем... Сяо Ван, возьми Лу Чжоу и дай ему мантию бакалавра. Точно, у тебя вроде был фотоаппарат? Сделай тогда несколько фотографий.

Аспирант, ранее наливавший чай парню, сказал:

— Хорошо, профессор. Пойдем, Лу Чжоу.

— Не нужно, просто одолжите мне мантию.

— Все нормально, это лишь фото, — искренне улыбнулся Сяо Ван, покидая кабинет вместе с Лу Чжоу.

Глава 150.

Сяo Bан пошeл на кафедpу и взял мантию бакалавра, потом взял фотоаппарат и отвез Лу Чжоу в cтарый кампус на машине профессора Tана.

Как он сказал, все студенты из Цзиньлинского университета должны побывать там. Они воспользовались этой возможностью, чтобы сделать несколько фотографий там.

Потом они сходили к северному корпусу, аудиториям, южным газонам и, наконец, закончили с фотографиями.

Сев в машину, Сяо Ван сказал:

— Я обработаю фото и отправлю их тебе в WeChat. Тогда ты сможешь распечатать их в университете.

Лу Чжоу поблагодарил:

— Спасибо.

Сяо Ван улыбнулся и сказал:

— Не благодари. Теперь я могу всем хвастаться, что помог Лу Чжоу сфотографировать его выпускной.

Парень смущенно улыбнулся.

"Это логично..."

"В конце концов, я — красавчик, и он сможет использовать мои фото для показа."

Вернувшись, Лу Чжоу вышел из машины.

Сяо Ван сказал, что вернет мантию назад сам, поэтому Лу Чжоу оставил ее в машине.

Они попрощались друг с другом, поскольку аспиранту нужно еще вернуть машину профессору.

Стоя перед университетскими воротами, в голову парня пришла мысль. Лу Чжоу достал свой диплом и сфотографировал его на фоне ворот.

После чего открыл Weibo.

Парень написал сообщение и нажал "Отправить".

Лишь одну фразу...

[Наконец закончил.]

Сейчас у него триста тысяч подписчиков с хорошей активностью.

Не прошло и пяти минут, как начали появляться комментарии.

[Черт, разве ты — не второкурсник? Уже закончил?]

[Ожидаемо, я не удивлен...]

[Цзиньлиский университет, наконец, прозрел и позволил этому богу окончить обучение.]

[Пожалуйста, сжалься над нами, студентами магистратуры!]

[Бог, ты же получил приглашение из Принстона? Когда ты собираешься поехать туда?]

Почитав комментарии от подписчиков, Лу Чжоу улыбнулся.

После чего он закрыл Weibo и убрал телефон в карман.

Лу Чжоу вернулся в комнату с дипломом.

Как только он вошел, его окружило трое друзей.

— Чжоу, ты получил диплом?

Лу Чжоу помахал перед ними корочкой:

— Да, получил.

— Дай-ка мне посмотреть, — Ши Шан схватил диплом и с любопытством открыл его. — Чжоу... Эм, ты не думал сделать получше фотографию?

Лу Чжоу ответил:

— Ты выглядел так же после военной подготовки.

Фотография Ши Шана после его военной подготовки была не лучшей.

Ши Шан сказал:

— Эй, это разное. Могу показать тебе, я хорошо получился на фото.

— Черт, хватит говорить про мою фотографию, если еще хочешь что-то получить.

Хуан Гуанмин поинтересовался:

— Получить? Что получить?

Лю Жуй также с любопытством посмотрел на Лу Чжоу.

Парень ничего не сказал. Вместо этого он достал учебники из своего ящика.

— Мне они больше не нужны, поэтому можете забрать их.

Лу Чжоу вручил две книги Хуан Гуанмину.

— Возьми, это тебе.

Хуан Гуанмин ошеломленно посмотрел на книги.

— Эти учебники по прикладной математике и теории вероятности — теперь твои. Постарайся хорошо выучить их. Область математики — очень широка, будь то чистая математика или анализ, но твое будущее зависит только от тебя.

— Спасибо… спасибо.

Лу Чжоу посмотрел на Лю Жуя и тоже протянул ему две книги.

— Лю Жуй, эти две книги по комплексному анализу и дифференциальным уравнениям — твои, удачи.

Лю Жуй улыбнулся, произнеся с дрожью в голосе:

— Спасибо…

— Не благодари меня, надеюсь, что ты достигнешь своих стремлений, — сказал Лу Чжоу, похлопав его по плечу.

Потом парень посмотрел на Ши Шана.

— И, брат Фэй, эти две — твои.

Ши Шан взял две книги у Лу Чжоу. Он собирался что-нибудь сказать, когда Хуан Гуанмин вдруг закричал:

— Но Лу Чжоу... Почему в учебниках нет заметок?

Смысл учебника без заметок?

Лу Чжоу стало неловко. Внезапно парень вспомнил, что учил эти предметы по библиотечным книгам, поэтому он не пользовался своими собственными учебниками.

Черт...

Парень кашлянул и попытался сказать голосом, полным мудрости:

— Вы должны сами написать их. Я дал вам эти книги, чтобы вы могли следовать моим путем…

Блин, что я несу...

Должен ли я признаться?

Лу Чжоу стоял с неловким лицом.

Но тут Ши Шан ответил серьезным голосом:

— Я понял, спасибо.

А?

……………………………………………..

Несмотря на то, что в учебниках нет заметок, в них все же имелась подпись Лу Чжоу.

Если однажды он выиграет Филдсовскую премию, то эти книги могут много стоить.

Поэтому три соседа все еще остались довольными.

Однако они не получили книги бесплатно.

Ранее они говорили, что угостят Лу Чжоу после его окончания.

Время как раз подошло к обеду, поэтому они все пошли в рыбное кафе возле вуза.

Ши Шан заказал еду и только одну коробку пива.

Изначально они собирались заказать две, но официант не продал. Он сказал, что продаст им еще одну после того, как они закончат пить.

Ши Шан в итоге сдался.

Когда принесли еду, атмосфера была немного грустной.

Четверо скоро станут тремя. Они пили и ели, но почти не разговаривали.

Наконец, после нескольких бутылок пива Ши Шан спросил:

— Чжоу, ты уже получил степень бакалавра, что ты собираешься делать дальше? Ты продолжишь учебу?

— Университет разработал для меня особый план развития талантов. По нему я смогу получить двойную докторскую степень в Цзиньлинском и Принстонском университетах.

— Двойная докторская степень… — с завистью сказал Лю Жуй и вздохнул. — Слышал, что математический факультет Принстона — очень престижен.

Парень кивнул и подтвердил:

— Да, это так.

Ши Шан чокнулся стаканами с Лу Чжоу и спросил:

— Тогда... Когда ты переезжаешь?

Услышав вопрос, парень немного впал в ступор.

— Переезжать?

Ши Шан вздохнул:

— Да, но не волнуйся, я сохраню для тебя кровать.

— Я поеду в Принстон лишь в следующем году, так что еще год я буду в Цзиньлинском университете. Для начала мне надо получить степень магистра, — сказал Лу Чжоу и сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить. — Ты говоришь про переезд в другое общежитие? Декан спрашивал меня, не хочу ли я переехать в комнату для магистров, но я отказался. Мне и с вами хорошо.

Комнаты магистров были рассчитаны на трех человек, и разницы почти нет, кроме наличия холодильника и отдельной ванны. Лу Чжоу — не особо придирчив, поэтому не слишком волновался про это.

К тому же, Лу Чжоу не хотел жить с незнакомцами.

Ему нравилась "родная" двести первая комната.

Трое его соседей молчали.

Парень заметил это.

"Что?"

"Почему вы перестали разговаривать?"

Глава 151. Увидеть исторический момент?

Лу Чжоу признавал, что не стоило позволять своим друзьям платить за него.

Hо в то же время, думая над этим... поскольку он много раз угощал иx, то теперь настал их черед?

Они все продолжали пить.

И не останавливались...

Очевидно, парни хотели напоить Лу Чжоу.

Однако парень особо не волновался, поскольку первым всегда вырубывался Лю Жуй.

Этот раз не стал исключением, в общежитие тащили всё ещё Лю Жуя...

………………………………..

После защиты Лу Чжоу отдыхал несколько дней перед будущей учебной жизнью магистра.

С его статусом студента быстро разобрались.

Лу Чжоу вновь стал студентов Цзиньлинского университета.

За исключением того, что в этот раз он учился в магистратуре.

После серьезных раздумий парень решил прислушаться к совету профессора Тана, и получать степень под руководством Лу Шэньцзяня.

Во-первых, Лу Чжоу хотел и дальше развиваться в направлении математической физики. Во-вторых, профессор Тан прав... Он не полностью прочувствовал научный круг в Китае, поэтому ему нужно расширить свой кругозор.

Обычные люди могут даже не представлять, насколько глубоки внутренние воды.

Логически рассуждая, если он хочет подняться на более высокий уровень в научных кругах, будет очень полезно иметь академика в качестве руководителя для получения степени магистра. Например, чтобы объявить о масштабном национальном проекте, ему нужно одобрение академика. Будь то просьба денег или политическая помощь, это определенно лучше, чем сражаться в одиночку.

Будучи студентом академика, он также будет иметь возможности для контакта с пограничными областями знаний, к чему Лу Чжоу больше всего стремился.

Поэтому парень подал заявку, чтобы профессор Лу Шэньцзянь стал его научным руководителем.

Профессор Лу Шэньцзянь также приветствовал Лу Чжоу.

Он не брал студентов долгое время. В его возрасте у него уже не осталось энергии на них, и нет времени для этого, но, увидев потенциал парня в теоретической физике, профессор Лу Шэньцзянь охотно согласился.

Теоретическая физика — дисциплина высокого уровня, особенно в области физики элементарных частиц. Она изучала тайны вселенной в масштабе 10^-18 метров.

Математика — важный теоретический инструмент для изучения физики.

Сочетание этих двух факторов может привести к неожиданным результатам.

Поэтому Лу Чжоу выбрал направление математической физики.

Профессор Лу Шэньцзянь с нетерпением ждал совместной работы с ним.

………………………….

Лабораторный корпус…

Лу Чжоу пришел к профессору Лу Шэньцзяню, начав обучение в магистратуре.

Профессор Лу Шэньцзянь кратко ему описал свою ситуацию и то, что предстоит делать в магистратуре.

— Ты многого достиг в теории чисел и функциональном анализе. Я не разбираюсь в теории чисел, но математические инструменты функционального анализа очень полезны в теоретической физике. Поскольку ты выбрал математическую физику как основное направление, то я советую походить на лекции по физике и почитать книги по теоретической физике. Чтобы ты мог восполнить пробелы в своих знаниях.

Профессор Лу Шэньцзянь остановился на секунду, потом сказал:

— Точно... ты опубликовал статью?

Лу Чжоу ответил:

— Я уже отправил ее в "advanes in theoretial and mathematial physis".

Сейчас статья прошла только процесс технического редактора.

И смотря как повезет, ее одобрят либо в этом, либо в следующем месяце.

Но, в любом случае, журнал публикуется раз в два месяца, и статья будет опубликована не ранее, чем через два месяца.

Профессор Лу Шэньцзянь кивнул:

— Я также подписан на этот журнал. Он — хороший. Я читал твою работу, и выдвинутые в ней идеи — очень новы. Если рецензент работает в области квантовой механики, то он — в состоянии понять ценность статьи. Поэтому ее должны принять.

Профессор сделал паузу.

— Что касается получения степени магистра, у меня к тебе особые требования. Если хочешь получить ее, тебе нужно опубликовать две работы в области математической физики.

Парень сразу уточнил:

— A эта считается?

Если она считается, то ему останется опубликовать лишь одну работу.

Тогда он может получить степень к концу года.

Конечно, нужно еще, чтобы научный руководитель позволил ему это.

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и кивнул:

— Считается. Но не спеши заканчивать, тебе еще есть чему поучиться. Сделай несколько проектов и накопи побольше опыта. Я уже видел план университета, так что определенно позволю тебе окончить к этому времени в следующем году.

Профессор Лу Шэньцзянь подразумевал, что пока Лу Чжоу выполнит его требование, он позволит тому закончить обучение к этому времени в следующем году, но не раньше.

Выслушав профессора, парень смущенно улыбнулся.

Лу Чжоу хотел получить степень магистра раньше, но, поскольку ему не позволял научный руководитель, парень не настаивал.

В любом случае, год быстро пролетит, и он сможет делать проекты под руководством академика.

— Я составил специально для тебя учебную программу. Просто посещай занятия, исходя из плана. А... и еще, — профессор Лу Шэньцзянь сделал паузу. — Возможно, ты не знал, но я — один из руководителей китайской группы LHC. Исследование "Пентакваркового состояния" вступило в финальную и наиболее критическую стадию.

— Модернизация большого адронного коллайдера в Европе завершена. Надеюсь, эксперимент возобновится после майского собрания. Я поеду в Европейский центр ядерных исследований в Швейцарии в конце апреля, — профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся. — Если ты сможешь сдать мои экзамены до конца апреля, то я могу взять тебя с собой.

Теорию существования пентакварков впервые предложили в Российской академии наук, находящейся в Санкт-Петербурге, в тысяча девятьсот девяносто седьмом году. Однако даже Поляков, предложивший эту теорию, скептически относился к ней.

Приблизительно в две тысячи третьем году, в эксперименте на источнике синхротронного излучения в Осакском университете, подтвердили существование пентакварка. Однако эксперименты в коллайдере не подтверждали этого. Поэтому это все — еще спорная тема.

В две тысячи тринадцатом году группа международного сотрудничества BESIII, возглавляемая Китаем, обнаружила тетракварк в эксперименте на Шанхайском электронном коллайдере. Эксперимент по пентакварку будет выполняться группой международного сотрудничества LHCb.

Если профессор Лу Шэньцзянь говорил правду, то Лу Чжоу может стать свидетелем исторического момента.

Парень несомненно хотел попасть туда.

Но судя по интонации профессора, экзамен в апреле будет трудным.

Лу Чжоу кашлянул и спросил:

— Профессор, можете дать программу экзамена?

— Программу? Конечно, — профессор улыбнулся. — Физика элементарных частиц, иди и изучай ее.

???

"...Твою мать, что это за программа такая?"

"Профессор Лу Шэньцзянь, Вы могли бы быть более точным?"

Глава 152. Мнe все сделать или ты сам?

Академики — очень занятые люди...

Под руководством академика будет больше свободного времени, в сравнении с обучением у обычного профессора.

Лу Чжоу вскоре осознал это.

B кабинете стояло шесть столов, один из них принадлежал профессору Лу Шэньцзяню. Остальные столы занимали Лу Чжоу и четыре других аспиранта.

И в большинстве случаев... кабинет пустовал.

В Цзиньлинском университете нету коллайдера, поэтому большинство экспериментов проводилось в Пекине. Профессор, член международных организаций, таких как BESIII и LHCb. И в дополнение к экспериментам, ему часто приходилось посещать различные собрания по всей стране. Возможно, в эти дни он будет в Пекине, а через пару дней уже полетит в Шанхай.

Парень мог по пальцам пересчитать, сколько раз он виделся со своим научным руководителем с момента, как тот взял его.

Старик лишь дал ему расплывчатую программу, и совсем не учил его. Лу Чжоу мог полагаться тут лишь на самообучение.

Парень посещал множество лекций по физике и познакомился с несколькими профессорами.

Из-за подобного подхода, Лу Чжоу сам планировал собственный учебный ритм.

Это хоть как-нибудь отличалось от бакалавриата?

По крайней мере, он этого не видел...

Однако это тоже хорошо, потому что Лу Чжоу давно привык к собственному темпу самообучения. Если бы кто-то подгонял его, давал домашние задания или заставлял сидеть в кабинете за проектом, то ему было бы не очень комфортно.

Каждый день Лу Чжоу либо читал книги из списка от системы, либо материалы по квантовой механике, или ходил на лекции по теоретической физике.

Капсулы концентрации очень сильно помогали ему.

Учебники по теоретической физике составляли около трети списка книг, и эти учебники, в основном, сосредоточены на физике конденсированных сред с небольшим уклоном в молекулярную химию и химические материалы.

Это становилось очевидным, глядя на награду за задание.

После месяца учебы парень завершил часть с чтением.

……………………………….

[Прочитать книги (15/15), прочитать статьи (50/50), провести эксперимент (0/1)]

Стоя в белоснежном системном пространстве, Лу Чжоу посмотрел на полупрозрачную информационную панель и вздохнул.

— Остался лишь эксперимент.

Эксперимент посвящен наблюдению в реальном времени за формированием литиевых дендритов в ионно-литиевых электродах. В этом эксперименте понадобится цифровой микроскоп с фото функцией, и еще нужен ящик, наполненый аргоном с LiFePO4/графитовыми батареями, а также тестовая батарея BK-6808 для электрохимических испытаний и наблюдений под цифровым микроскопом.

У Лу Чжоу нет опыта в экспериментах в химии материалов, так что это, несомненно, адская проблема. К счастью, ему было к кому обратиться за помощью.

Лу Чжоу в последний раз посмотрел на награды за задание, после чего покинул пространство системы.

Парень достал телефон и позвонил Лю Бо.

Поздоровавшись, парень описал, что хочет.

Выслушав просьбу Лу Чжоу, Лю Бо спросил:

— Тебе нужна лаборатория?

— Да, это проблематично?

— Нет, но просто… С чего вдруг ты внезапно загорелся этим экспериментом?

— Я недавно прочитал книги по этой теме, и мне стало даже очень интересно. Хотел понять больше с помощью экспериментов.

Лу Чжоу придумал вот такую причину.

В конце концов, он только выполнял задание системы.

Выслушав объяснения, Лю Бо не стал много думать и быстро согласился:

— Тогда хорошо. Мы также проводим исследования по материалам электродов. Если интересно, можешь приходить завтра в лабораторию, и я помогу тебе с экспериментом.

— Большое спасибо!

Лю Бо улыбнулся и сказал:

— Да не за что!

С помощью Лю Бо этот эксперимент будет простым.

…………………………………………..

Обычно, чтобы занять лабораторию, нужно заранее подать заявку. Также нужно подготовить отчет о содержании эксперимента и использованном оборудовании.

В конце концов, в лаборатории — не игрушки, а оборудование стоимостью в миллионы.

Однако для Лю Бо предоставить Лу Чжоу оборудование для эксперимента — небольшая проблема.

Команда проекта по углеродным наноматериалам во главе с профессором Ли — очень влиятельна. Он получал средства от страны и от компаний, поэтому легко забронировать лабораторию.

— Мы также проводим эксперименты с материалами электродов. Если тебе интересно, может ты присоединишься к нашей команде? — спросил Лю Бо, пока они шли по коридору лаборатории.

Они искали подобных талантливых людей.

Раньше парень тут же согласился бы. Но Лу Чжоу — больше не студент, и у него есть собственные проекты.

Кроме того, изучение этих материалов — ему казалось странным...

Лу Чжоу, немного подумав, с уверенностью ответил:

— Пока нет, у меня все еще есть другие дела. Возможно, мне придется поехать в Швейцарию в мае, поэтому у меня нет на это времени.

Лю Бо хлопнул себя по голове и произнес:

— Я почти забыл, что ты теперь — студент магистратуры. Твоя скорость впечатляет. Хочешь получить ежегодную награду как магистр?

Лу Чжоу кашлянул:

— Я уже получил ее бакалавром, неужели можно дать ее одному и тому же человеку дважды?

— Все можно, — сказал Лю Бо с улыбкой и толкнул дверь лаборатории. — Проходи.

Дверь лаборатории открылась.

Брат Цянь тоже был внутри и возился с прибором, напоминающим духовку, по бокам которой находились диспенсеры для воды, что выглядело странно.

Если Лу Чжоу не ошибался, это тестер аккумуляторной батареи BK-6808. У него не только присутствовала собственная система обработки данных, но также мог автоматически строить графики зависимости напряжения от времени, силу тока от времени, внутреннего сопротивления от времени, кривую наложения, а также диаграммы циклов.

Это не дешевый прибор.

В сравнении с ним, Сяо Ай — очень экономный.

Лу Чжоу молча вздохнул и пошел вперед.

Брат Цянь в белом лабораторном халате выглядел гораздо профессиональнее, чем Лю Бо. Он обернулся и посмотрел на Лу Чжоу.

Сняв очки, он спросил:

— Экспериментальное оборудование готово. Мне все сделать или ты сам?

Глава 153. Красивый и смертоносный

Лу Чжоу ответил:

— Я сам.

Система не сообщила, кто должен проводить эксперимент. Лу Чжоу нужно лишь получить данные, но в целях обучения парень хотел сделать все сам.

B конце концов, Лу Чжоу нужен практический опыт, иначе он не станет легендарным владельцем высоких технологий.

В белом халате Лу Чжоу проникся исследовательским духом. Парень глубоко вздохнул и потянулся к коробке с образцами, содержащей материалы для эксперимента.

Однако руку Лу Чжоу тут же оттолкнул брат Цянь.

— Все же, дай лучше сделаю это я, просто внимательно смотри.

Брат Цянь взял на себя проведение эксперимента и оставил Лу Чжоу лишь наблюдать со стороны.

Парень посмотрел на Лю Бо, но тот просто слегка пожал плечами и спокойно объяснил:

— Не принимайте близко к сердцу, просто он — такой. Для него это оборудование — как жена, и оно для него — важнее жизни… Просто смотри, как он все делает.

Затем брат Цянь сказал:

— Проведение экспериментов — не математика. Там, если ошибешься, все равно можешь получить результат с погрешностями. A в эксперименте одна ошибка может привести к полной остановке. И конечно, я боюсь, что ты что-нибудь сломаешь… Покажите мне план эксперимента.

— Вот он, — Лу Чжоу достал лист бумаги.

Все шаги и данные эксперимента, требуемые системой, написаны на нем.

Брат Цянь взял лист и кивнул, сказав:

— Довольно профессионально.

Эм...

Это разработано системой.

Но парень решил промолчать.

………………………………..

Эксперимент очень прост. Надо просто собрать батарею, а потом наблюдать.

В качестве материала отрицательного электрода использовали 7 графит, а связующим веществом был натрий-карбоксиметилцеллюлоза и бутадиен-стирольный каучук. Токоприемником являлась медная фольга. Толщина графитового слоя составляла девяносто мкм, в качестве материала активного положительного электрода использовался LiFePO 4, а для токосъемника использовалась алюминиевая фольга.

Что касается сепаратора, использовался трехслойный сепаратор Celgard 2325, толщиной около двадцати пяти мкм.

Чтобы предотвратить окисление материала, все делается в специальном ящике, заполненном аргоном.

Конечно, это не только должно предотвратить окисление материала, но также предотвратить реакции LiPF6 в электролите с водой в воздухе с образованием плавиковой кислоты.

Плавиковая кислота известна всем, кто учил химию в школе.

Люди, работающие в лабораториях, прекрасно понимали, насколько плавиковая кислота опасна. Если она попадет на чью-то руку, то рука сильно покалечится.

Брат Цянь проводил эксперимент гораздо профессиональнее, нежели теоретик Лу Чжоу.

Вскоре получили образец.

Чтобы предотвратить его повреждения, использовался метод сборки из стороны в сторону. Брат Цянь полностью покрыл материал LiFePO4 слоем сепаратора и осторожно оставил свободные концы положительного и отрицательного электродов на расстоянии двух мм.

Этот шаг имеет ключевое значение и касался безопасности эксперимента.

Брат Цянь достал образец из ящика и глубоко вздохнул.

— Готово.

Глядя на образец в руках брата Цяня, Лу Чжоу спросил:

— Это батарея?

Брат Цянь кратко ответил:

— Простая и небезопасная ионно-литиевая батарея.

Лу Чжоу нервно спросил:

— Она не взорвется?

Брат Цянь покачал головой:

— Не взорвется, но может загореться.

Более того, пожар на цифровом микроскопе...

Потерять образец — не так страшно, но сжечь линзу микроскопа — совсем другое дело.

Лу Чжоу догадался, что это одна из причин, по которой брат Цянь не позволил ему провести этот эксперимент.

Образец подключили к тестеру BK-6808, после чего поместили под цифровой микроскоп. Брат Цянь установил несколько параметров для компьютера и сказал:

— Раз в две минуты делается снимок, частота сбора данных — один Гц, аккумулятор разрядится за четыреста минут. Все — в порядке.

Теперь все, что им осталось — просто ждать.

Лу Чжоу посмотрел на прибор и спросил:

— Так долго?

Четыреста минут — это почти семь часов.

Брат Цянь снял очки и ответил:

— Семь часов — это основная операция. Иногда требуются дни, чтобы увидеть результаты. Обычно по очереди дежурят в лаборатории. В основном, я и Лю Бо сменяли друг друга.

Лю Бо улыбнулся:

— Верно, в прошлом году я пересмотрел более сорока сериалов, пока дежурил в лаборатории. Хочешь, что-то посоветую?

— Эм, спасибо, не надо.

У него скорее всего не будет времени на их просмотр.

Сделав все необходимые шаги эксперимента, брат Цянь кратко рассказал Лу Чжоу, что делать в чрезвычайных ситуациях.

Например, что делать, если образец задымился или появился странный запах, как очистить поврежденный образец и, самое главное, как защитить прибор и себя.

Независимо от того, насколько дорогое оборудование, оно не так важно, как собственная жизнь.

Само собою, эксперимент — не такой опасный, поэтому брат Цянь остальное с уверенностью оставлял на Лу Чжоу.

Ему и Лю Бо было чем заняться, и они не могли оставаться тут все время, Лу Чжоу также не хотел беспокоить их. В конце концов, он и так их задержал.

Лу Чжоу сел рядом с цифровым микроскопом и достал учебник по квантовой физике. Парень читал книгу и иногда смотрел в микроскоп.

Позже Лу Чжоу понял, что ему не нужно быть настолько осторожным. Образец под микроскопом вообще не изменялся.

Похоже, что навыки брата Цяня — достаточно надежны.

Лу Чжоу оставался в лаборатории весь день, и даже заказывал еду к себе.

Наконец время прошло. Лу Чжоу подождал десять минут, оставил цепь разомкнутой, а затем отключил питание.

В это время раздались шаги за дверью лаборатории. Лю Бо только что поужинал в столовой и вернулся назад.

— Готово? — посмотрев на образец, спросил Лю Бо и щелкнул на компьютере кнопку для печати. — Тогда давай распечатаем результаты.

Принтер загудел.

Вскоре Лу Чжоу получил то, что хотел.

Набор изображений, показывающих рост дендритов лития в микроскопических условиях, а также графики и кривые циклического напряжения.

Собирая распечатку, Лю Бо заговорил:

— Литий — самый идеальный анодный материал, но с ним также сложнее всего. При зарядке ион лития возвращается к отрицательному полюсу и никогда не станет плоским слоем металлического лития. Он, словно красивый, но в то же время — смертельный цветок.

Лу Чжоу посмотрел на принтер и спросил:

— Смертельный?

— Да, после того, как только подобный дендрит образуется, его заряд непрерывно будет расти. И в конце концов, диафрагма не выдержит, словно вилка, он коснется положительно полюса.

Лю Бо сделал паузу на секунду, а потом пошутил:

— Представь, что соединишь положительный и отрицательный полюсы батареи. Это приведет к короткому замыканию. Вы слышали о компании Moli?

— Нет, а что?

Лю Бо пожал плечами и передал распечатанные листы бумаги Лу Чжоу и сказал:

— Их продукты почти создали историю, но из-за использования лития в качестве отрицательного электрода произошла крупная авария. Из-за которой партии телефонов NTT отозвали. В итоге компания обанкротилась, и ее продали. Напротив, Sony были умнее и решили сделать непосредственно графитовый анод, после чего введённые ионно-литиевые батареи захватили рынок.

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Разве они не проводили тесты безопасности?

Лю Бо вздохнул и ответил:

— Да, все спрашивали про это. Но все не так просто. Может быть, они вообще не нашли никаких проблем? Или думали, что нашли идеальное решение? Кто знает? Время от времени, реальность преподносит сюрпризы.

Глава 154. Первые обломки

Поев в столовой, Лу Чжоу вернулся в комнату общежития со стопкой бумаг и флешкой.

Парень залез на кровать и лег, после чего вошел в пространство системы.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: прочитать список книг (15/15), прочитать материалы (50/50), выполнить эксперимент (1/1).]

[Оценка задания: нет (бонусные задания не оцениваются).]

[Награда за задание: восемь тысяч очков опыта по физике, четыре тысячи очков опыта по биохимии. Обломки.]

Глядя на строки текста, парень облегченно вздохнул.

Лу Чжоу, наконец, завершил это задание.

И, наконец-то, можно узнать, что за обломки.

Но спешить некуда.

Лу Чжоу посмотрел на информационный экран и приказал:

— Система, открой мою панель характеристик.

Система выполнила запрос.

Появилась панель характеристик.

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Mатематика: LV3（4000/100000）

B.Физика: LV2（3100/50000）

C.Биохимия: LV1（4000/10000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV1（3000/1000）

F.Энергетика: LV1（0/10000）

G.Информатика: LV1（2900/10000）

Баллы: Одна тысяча девятьсот семьдесят пять. ]

Уровень физики увеличился. Для следующего уровня требовалось пятьдесят тысяч очков опыта, что теперь намного сложнее получить.

Лу Чжоу посмотрел на свои характеристики и быстро переключил свое внимание на инвентарь.

И сильно удивился...

В его инвентаре лежал трубчатый предмет толщиной с указательный палец.

Фонарик?

Нет, не похоже.

Это больше похоже на АА батарейку, парень видел положительный и отрицательный полюса на обоих концах. Но эта батарея была слегка согнута посередине.

Парень вытянул руку и достал батарейку, после чего более внимательно осмотрел предмет, однако он не увидел ничего интересного.

— Это просто АА батарейка? Зачем?

Лу Чжоу некоторое время смотрел с недоумением.

Даже кола была бренда "Future".

Однако эта батарейка без какого-либо бренда и каких-либо обозначений.

Лу Чжоу успокоился и хорошенько подумал.

Поскольку это бонусное задание, то система не будет давать бесполезный мусор.

Задумавшись о задании, Лу Чжоу посмотрел на батарейку. Он догадался, что это может быть легендарная литиево-воздушная батарея!

Или, по крайней мере, что-то близкое по концепции к этому.

Если это так, то награда — невероятна. Tакая батарейка имеет огромную исследовательскую ценность, но сейчас Лу Чжоу не знал, как максимизировать ее стоимость.

Продать?

Звучит как неплохой план.

Если бы Лу Чжоу мог доказать ее ценность, то эту батарейку однозначно купят за огромные деньги. Проблема в том, что парень не сможет объяснить происхождение батарейки.

Лу Чжоу не сможет объяснить об материалах, использованных в батарее, или почему она повреждена.

Но если Лу Чжоу не может продать ее, то он может изучить ее самостоятельно.

С помощью обратного инжиниринга можно изучить технологии, лежащие в этой батарейке. Парень мог извлечь положительные и отрицательные материалы, а затем собрать остаточные элементы со стенки трубки, чтобы изменить состав электролита. Даже на часть технологии можно подать заявку на патент.

Если это правда литиево-воздушная батарея, то даже без полного точного копирования, достаточно выяснить, как защитить материал литиевого отрицательного электрода в этой батарее. Тогда вся индустрия мобильных телефонов сойдет с ума.

Лу Чжоу сказал сам себе:

"Если бы у меня был способ узнать материал отрицательного электрода…"

Обратный инжиниринг — очень сложен.

Чтобы проанализировать материал, ему нужен атомно-абсорбционный спектрометр, который покажет содержание каждого элемента в предмете, после чего использовать сканирующий микроскоп для анализа структуры поверхности образца. Затем надо проанализировать внутреннюю структуру образца с помощью просвечивающей электронной микроскопии.

И тогда Лу Чжоу сможет максимально точно восстановить материал.

Не говоря уже об отсутствии у него экспериментального опыта, оборудование и материалы для эксперимента обойдутся в десятки миллионов.

В конечном счете — это все еще вопрос денег.

Хорошим выбором будет сделать это все с другими людьми. Например, профессор Ли определенно смог бы помочь ему.

Однако, не говоря уже о доверии, он должен делать свой проект сам, в своей лаборатории.

Лу Чжоу посмотрел на батарею и вздохнул.

"Хочу собственную лабораторию.

Пока не решу проблему с деньгами, придется отложить это.

Ну, жизнь все равно продолжается, неважно, есть деньги или нет."

Лу Чжоу убрал обломки образца и посмотрел на панель заданий.

Вздохнув, парень молча открыл список заданий.

[Задание 1: знания — деньги.

Описание: развитие цивилизации неотделимо от развития энергетики. Как только будет освоен аккумулятор, он станет ключом к новой эре.

Требования: проанализируйте технологии в "обломке", получите хотя бы один технический патент и получите, как минимум, десять миллионов юаней прибыли благодаря патенту.

Награда: десять тысяч очков опыта по материаловедению. Пятьсот баллов. Один билет для счастливой лотереи (восемьдесят пять процентов — мусор, двенадцать процентов — образец, три процента — чертеж).]

[Задание 2: свидетель истории.

Описание: создание стандартной модели предсказало мир на сто лет вперед. И теперь нужно установить теорию в эксперименте.

Требования: присоединиться к группе LHCb Китая и принять участие в проекте по исследованию пентакварка.

Награда: ??? очков опыта по физике (определяются степенью участия). Пятьсот баллов. Один билет для счастливой лотереи (сто

процентов — образец).]

[Задание 3: создатель истории.

Описание: развитие физики конденсированного состояния может усложнить работу наших инструментов, укрепить наши двигатели и расширить территории. Отчаявшись в теоретической физике, зажгите искру физики конденсированного состояния!

Требование: взорвать большой адронный коллайдер.

Награда: ??? очков опыта по физике (определяются степенью повреждения устройства). Пятьсот баллов. Один билет для счастливой лотереи (сто процентов — чертеж).]

— ...

Система должна переименоваться в систему разрушений.

Иногда она давала безумные задания.

Лу Чжоу проигнорировал третье задание.

Парень выбирал между вторым и третьим заданиями.

Он больше хотел выбрать первое задание, но у него все еще нет средств и возможностей для обратного инжиниринга.

Говоря о втором задании...

Профессор Лу Шэньцзянь сказал Лу Чжоу, что он может взять его с собою в Швейцарию, если парень сдаст экзамен в конце апреля, но не говорил, что позволит присоединиться к китайской группе.

Что же делать?

Лу Чжоу колебался и выбрал второе задание.

Возможность засвидетельствовать историю — не за горами.

Будет печально, если он пропустит это.

Глава 155. Проверка от академика

Bремя быcтро пролетело.

Двадцатого апреля профессор Лу Шэньцзянь вернулся в Цзиньлинский университет с собрания в Шанхае и вызвал Лу Чжоу в свой кабинет.

Когда Лу Чжоу пришел к нему, профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и спросил:

— Готов?

Лу Чжоу ответил:

— Почти… Пожалуйста, пощадите.

— Почти? Хорошо, тогда я задам тебе парочку вопросов.

Он открыл ящик и вытащил оттуда листы бумаги, после чего положил их на стол.

— Ответь на них.

Лу Чжоу взял ручку и, посмотрев на вопросы, нахмурился.

Было три вопроса.

И они — не такие простые.

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и поинтересовался:

— Что-то не понятно?

— Нет, все нормально, — с улыбкой ответил парень, глядя на вопросы. — Просто они — далеко не простые.

Профессор не стал ничего отвечать, а просто скрестил ноги и стал ждать, пока парень напишет.

Просто?

Будет не интересно, если вопросы будут легкими.

Как ни как, он — академик, как он может давать такие же вопросы, что и обычные профессора?

Изначально эти вопросы предназначались для аспирантов, а не для магистров.

Если Лу Чжоу сможет ответить на два вопроса, то он пройдет, а если ответит на все три, то это будет превосходным результатом.

Его четыре аспиранта могли решить все три.

Академик ждал, пока парень ответит на вопросы. Лу Чжоу быстро окинул взглядом вопросы и сосредоточился на первом, который был для него наиболее простым.

В первом вопросе говорилось про теорию групп.

Однако не про математическую теорию групп, а про применение теории групп в квантовой механике.

Поскольку раздел "теории групп" математики независимо создали еще задолго до появления "квантовой механики", он не похож на "анализ", основанный физиками и математиками. Поэтому теория групп — "важная область" для физиков, которую трудно освоить.

Однако для Лу Чжоу, погрузившегося в математическую физику, это было не трудно.

[Теория групп и случайное вырождение энергетических уровней атома водорода.]

Вопрос короткий, но очень объемный.

Явление большего вырождения у атомов водорода, чем у обычных атомов, назвали "случайным вырождением". Однако традиционная квантовая механика не может объяснить это явление без использования теории групп.

Закрыв глаза, Лу Чжоу вспомнил все, что знал по квантовой механике и атомах водорода.

Затем парень построил математическую модель в своей голове...

Открыв глаза и вздохнув, Лу Чжоу взял ручку и начал писать на бумаге.

[Пусть гамильтониан атома водорода будет H=P2/2μ-Ze2/r…]

[В случае кулоновского потенциала в системе существует вектор Рунге, M'=…]

[Cобственное значение оператора Казимира C=…]

[...]

Профессор Лу Шэньцзянь удивился, увидев, что Лу Чжоу начал отвечать.

Изначально он думал, что парень потратит как минимум двадцать минут на эту тему.

Более того, парень отвечал правильно.

Профессор Лу Шэньцзянь планировал подколоть Лу Чжоу, когда тот не сможет ответить, но это больше не получится.

[Для уровня энергии E(n+1) и квантового числа (n, 1) вырождение составит Σ2(l+1) =n2...]

Увидев ответ, академик Лу молча кивнул.

Первый вопрос — верный!

Лу Чжоу не обратил внимание на лицо профессора, поскольку сосредоточился уже на втором вопросе.

Второй вопрос о проблемах теории Дирака в квантовой теории поля, что проверило понимание уравнения Дирака и некоторые теоретические знания о теории поля.

Парня не пугал подобный, чисто теоретический вопрос, поскольку с помощью капсул концентрации он запомнил все учебники.

Для него подобный вопрос — просто халява.

Не останавливаясь, Лу Чжоу быстро ответил на второй вопрос.

Профессор Лу Шэньцзянь с улыбкой наблюдал.

Он не ошибся.

Этот парень в теоретической физике талантливее, чем его четыре аспиранта.

Если бы университет не предоставил для Лу Чжоу отдельную программу, профессор Лу Шэньцзянь бы хотел, чтобы парень также учился у него.

Но, конечно, это просто мысль, и он также поддерживает эту программу.

Ответив на второй вопрос, парень быстро перешел к третьему.

Однако, прочитав третий вопрос, Лу Чжоу на мгновение впал в ступор.

Третий вопрос о "теории струн".

Так называемая теория струн пыталась разрешить несовместимость между двух основных физических теорий — квантовой механикой и общей теорией относительности. Теория струн желала создать "теорию всего", описывающую всю вселенную, и продвинуться к легендарной "теории Великого объединения".

Эта теория во многом связана с математикой.

Венециано, работающий в Европейском центре ядерных исследований (ЦЕРН), хотел найти математическую формулу, которая описывала бы сильные взаимодействия в ядре. В результате он неожиданно нашел формулу Эйлера в старой математической книге, что неожиданно хорошо описало сильные взаимодействия.

Хотя это может и выглядит совпадением, но благодаря нему зародилась теория струн.

На ее основе были разработаны более поздние теории, такие как теория суперструн и знаменитая М-теория, предложенная Эдвардом Виттеном.

Конечной целью теоретической физики было создание "теории Великого объединения".

Однако развитие теории струн в Китае находилось в очень затруднительном положении, что смущало.

Сама физика конденсированного состояния стояла на противоположной стороне теоретической физики. Сообщество теоретической физики неохотно принимало этого "математического урода".

Даже лидер теоретической физики Китая и один из самых влиятельных физиков в мире Ян Лао выразил свое несогласие с теорией струн. Напротив, китайское математическое сообщество приняло теорию струн.

Однако Лу Чжоу вводило в ступор, что в третьем вопросе у него спрашивалось его мнение о теории струн.

Мнение?

Мнение о теории? Или мнение о развитии теории?

Это субъективный вопрос?

Лу Чжоу, немного растерявшись, надолго замер.

Глава 156. Стажер LHCb

Bидя, что Лу Чжоу долгое время не пишет, профессор Лу Шэньцзянь с улыбкой сказал:

— Ты ответил на два предыдущих вопроса, почему теперь остановился?

Лу Чжоу поднял голову и спросил:

— Профессор, вы изучали теорию струн?

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и ответил:

— Mне интересно твое мнение, какая разница — изучал я ее или нет? Просто пиши, что хочешь. Не волнуйся о моем мнении.

Парень засмущался и откашлялся:

— Тогда я могу просто сказать?

— Да, давай.

Лу Чжоу немного подумал, после чего решил ответить на этот вопрос, используя две точки зрения.

— Это лишь мое личное мнение. Я согласен с точкой зрения господина Яна. Физика — наука, основанная на экспериментах, и нельзя доказать теории лишь математикой.

— Основная идея теории струн заключается в том, что фундаментальной единицей природы являются не точечные частицы, такие как электроны, фотоны, нейтрины или кварки, а очень маленькая одномерная струна. И все основные частицы в природе создаются вибрацией струны. Но до сих пор наше понимание материи все еще находится на уровне микроскопических частиц, и никто в действительности не может увидеть существование струны. Эти гипотезы поддерживают только некоторые, с виду отличные, математические формулы.

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и спросил:

— Значит, ты также считаешь, что развитие теории струн — бесполезно?

— Конечно нет, — покачал головой парень. — Теория струн — не бесполезна.

Профессор Лу Шэньцзянь заинтересовался:

— Почему?

— Многие теории основаны на гипотезах, такие как стандартная модель. С развитием технологий, рано или поздно, эти теории будут проверены. Нам лишь нужно дождаться проверки теории струн, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — Более того, на это надо смотреть с долгосрочной перспективой. Разве исследования в области квантовой хромодинамики и даже большой адронный коллайдер в Европе не создан для тестирования стандартных моделей? Возможно, мы не можем увидеть этого прямо сейчас, но однажды кто-нибудь сможет увидеть нить.

На некоторое время воцарилась полная тишина.

Профессор Лу Шэньцзянь постучал пальцами по столу, а потом кивнул:

— Неплохо.

"Это значит... я прошел?"

На всякий случай Лу Чжоу спросил:

— Профессор, я ответил на вопросы?

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и заговорил:

— Конечно. Первые два вопроса — совершенно верные. Я хорошо обучил тебя за эти два месяца.

???

"Подождите, вы меня учили?"

Не замечая недоумение на лице парня, профессор Лу Шэньцзянь продолжал:

— Последний вопрос — это, считай, бесплатный балл. Исследование академических вопросов — субъективно, независимо от того, как бы ты на него ответил, я бы принял его.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и спросил:

— Профессор, вы меня возьмете в Швейцарию?

Профессор Лу Шэньцзянь кивнул:

— Конечно, я подготовлю для тебя необходимые документы. Постарайтесь поскорее получить визу.

— Спасибо, профессор!

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся:

— Не за что. В конце концов, я обещал тебе это. О, и еще кое-что.

— Что такое?

— Исследовательской группе LHCb Китая все еще нужно несколько стажеров. Тебе это интересно?

Вопрос шокировал парня.

Только сейчас Лу Чжоу все еще размышлял, как попросить профессора позволить ему попасть в группу, но не ожидал, что счастье само придет ему в руки.

……………………………..

LHCb — аббревиатура для самого маленького кваркового детектора. Это международная исследовательская организация. Многие международные ученые участвовали в работе над одним научно-исследовательским проектом.

На данный момент основным направлением исследований LHCb — нахождение частицы пентакварка Pc+.

Все еще даже с большим числом экспериментов и вычислительных анализов не ясно, что из себя представляла эта частица. Однако обнаружили, что при анализе инвариантного масс-спектра J/ψp масса этой частицы составляет около четырёх с половиной ГэВ.

Тем не менее очень жаль, что группа международного сотрудничества Beslll во главе с Китаем использовала коллайдер в Пекине, диапазон которого находился вне предела этой частицы.

Чтобы создать Pc+ частицу, нужно минимум шесть ГэВ энергии.

Поэтому, к сожалению, китайские ученые могут лишь работать в группе сотрудничества LHCb, чтобы изучить эти таинственные частицы.

Группа Китая, в основном, управлялась профессорами из университета Шуйму, но все крупные университеты Китая принимали участие. Профессор Лу Шэньцзянь — также один из руководителей Китайской группы, главная цель которой: изучение физики элементарных частиц.

Лу Чжоу присоединился к исследовательской группе в качестве стажера. Хотя это небольшая роль, но Лу Чжоу все еще принимал участие в исторической работе.

Парень волновался от того, что собирался стать свидетелем исторического момента.

A еще больше его волновало количество очков опыта по физике за задание.

Это однозначно более захватывающе, чем конференция по математике в Принстоне. Лу Чжоу было интересно, сколько он получит.

Пятьдесят тысяч?

Сто тысяч?

Было бы хорошо, если он сможет поднять уровень по физике.

Внезапно голос Ши Шана прервал его размышления.

— Чжоу, что ты улыбаешься?

Поняв, что размечтался, Лу Чжоу, подавший заявление на визу через компьютер, кашлянул и сказал:

— Ха-ха-ха, ничего, я просто думал о кое-чем интересном.

Хуан Гуанмин подошел и посмотрел на экран, после чего удивлено спросил:

— Ты снова покидаешь страну?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, примерно в начале мая. Я еду в Швейцарию с профессором Лу Шэньцзяном.

Лю Жуй, делавший домашнюю работу, воскликнул:

— Ты — слишком хорош...

Лю Жуй уже привык к неожиданным новостям от Лу Чжоу.

Но все еще чувствовал отчаяние от того, что он сам так позади находится от Лу Чжоу.

Хуан Гуанмин потрясенно произнес:

— Черт, в этот раз — в Европу? На конференцию по математике?

Лу Чжоу улыбнулся и смущенно ответил:

— Нет, в этот раз — это из-за физики. Я просто еду с моим научным руководителем. Просто помогаю ему.

Хуан Гуанмин не поверил ему.

Ши Шан неожиданно смущенно заговорил:

— Лу Чжоу, пожалуйста, можешь сделать одолжение?

Парень великодушно ответил:

— Что такое, говори.

Ши Шан улыбнулся и попросил:

— Можешь привезти мне кое-что из Швейцарии?

— Что?

— Косметику... кажется, марки Valmont.

Хуан Гуанмин удивился:

— Черт, ты все еще пользуешься косметикой?

— Твою же ...! Это для моей девушки!.. Я заплачу.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, я куплю, если увижу.

Парень рад помочь своему другу.

Кстати, не часто съездишь в Европу, стоит ли купить местные товары?

"Что там есть в Швейцарии? Швейцарские армейские ножи? Интересно, можно ли их пронести на самолет..."

После долгих раздумий, Лу Чжоу так и не придумал, что купить.

"Просто куплю немного сухого молока домой, Сяо Тон надо готовиться к вступительным экзаменам.

Как брат, я должен помочь ей."

Глава 157. Прибытие в Швейцарию!

B воскресенье Лу Чжоу, как обычно, пошел домой к госпоже Ян, чтобы преподавать ее дочери.

За ужином парень вспомнил, что скоро отправится в Швейцарию, поэтому сообщил ей об этом:

— Я уезжаю в Европу через несколько дней. Не знаю точно, как долго там пробуду. Я уже дал вам все необходимые материалы, так что ознакомьтесь с ними самостоятельно.

Хотя Лу Чжоу не уезжал на следующей неделе, но ему все еще нужно многое подготовить к отъезду. У него не будет времени обучать ее.

Хань Мэнци с любопытством спросила:

— В Европу? Что ты там будешь делать?

— Я участвую в проекте LHCb.

— LHCb? — девушка в недоумении наклонила голову.

Лу Чжоу объяснил:

— Проект на Большом адронном коллайдере, находящийся на границе между Швейцарией и Францией, рядом с Европейской организацией ядерных исследований.

— Европейская организация ядерных исследований? — Хань Мэнци в удивлении выпучила глаза. — SERN?

— SERN? Нет, CERN.

Хань Мэнци внезапно стала серьезной:

— Пожалуйста, будь осторожен. Это может быть заговор.

???

"Это очередной прикол, который я не понимаю?"

Лу Чжоу сменил тему и спросил:

— Тебе что-нибудь нужно? Я могу купить тебе.

— Купить? — девушка прищурилась и покачала головой. — Нет, ничего мне не нужно.

— Тебе не нужна косметика или средства по уходу за кожей?

Говоря про это... Лу Чжоу вспомнил, что он редко видел, чтобы Хань Мэнци возилась с косметикой или чем-то подобным, но у девушки полно плюшевых игрушек.

— Компания моей мамы занимается косметикой и модой. Она ездит в Европу каждые два месяца, разве ты не знаешь?

Эм...

Лу Чжоу вдруг понял, что его вопрос был тупым.

…………………………………...

После того, как Лу Чжоу присоединился к LHCb в качестве стажера, его не просили выполнять конкретные задачи по научным исследованиям. Парень чувствовал, что это из-за недостатка у него знаний в квантовой хромодинамике.

Поэтому Лу Чжоу усердно начал читать статьи по квантовой хромодинамике.

Тем временем в мире математики произошло громкое событие.

Немецкий бог Шольце успешно раскрыл частный случай гипотезы, взвешенной монодромии, и опубликовал ее в последнем выпуске "математического ежегодника".

Кроме того, он использовал свою собственную теорию о перфектоидных пространствах для доказательства.

Немецкий бог Шольце не только доказал гипотезу мирового класса по математике, но также доказал ценность своей теории.

Менее чем через год он выполнил свое заявление, сделанное на конференции: "Решить гипотезу Делиня своей собственной теорией".

На премию Коула в теории чисел была очевидность, поскольку гипотеза о числах-близнецах, несомненно, доминировала в этой области в две тысячи пятнадцатом году.

Премия Коула по алгебре также решилась с выходом этой работы.

Многие на иностранных математических форумах начали обсуждать потенциального победителя Филдсовской премии две тысячи восемнадцатого года. Вероятно, это будет один из этих двух людей.

Однако Лу Чжоу не обращал особого внимания на это.

Алгебраическая теория — не то направление, где он хорош. Лу Чжоу лишь немного знает по этой теме.

А статью парень даже еще не читал.

Наконец, настал май.

В пятницу профессор Лу Шэньцзянь с Лу Чжоу полетели в Женеву.

Также присутствовал еще один исследователь из Цзиньлинского университета. Профессор Лу взял еще аспиранта, однако тот еще в прошлом месяце прибыл в Швейцарию.

Прямых рейсов из Цзиньлина в Швейцарию не было, как и в самом Китае прямых рейсов в Женеву, поэтому им пришлось сначала вылететь в Шанхай, а потом сесть на самолет в Цюрих.

После более чем десяти часов полета самолет, наконец-то, приземлился.

Выйдя из аэропорта, Лу Чжоу увидел аспиранта, стоящего рядом с черным Фольксвагеном.

— Здравствуй, я много о тебе слышал. Ты — довольно знаменит, — аспирант пожал руку парню. — Меня зовут Янь Синьцзюэ, можешь звать меня просто Янь.

Парень смущенно ответил:

— Лу Чжоу. Я ничего такого не сделал.

Янь Синьцзюэ сказал с улыбкой:

— Не скромничай. Ты — лауреат следующей Филдсовской премии, весь университет болеет за тебя.

— Ты давишь на меня.

Лу Чжоу действительно чувствовал давление. Его конкурент, немецкий парень Шольце, опубликовал более десятка работ и уже завоевал множество наград.

В то время как Лу Чжоу не выиграл еще ни одной награды.

Аспирант улыбнулся и похлопал Лу Чжоу по плечу.

— Давление придает мотивации. Я оптимистично смотрю на тебя! Я уже забронировал номера в отеле, садитесь в машину.

Янь Синьцзюэ взял багаж профессора Лу Шэньцзяня и положил его в багажник, после чего сел на место водителя и завел машину.

Лу Чжоу — позади, в то время как профессор Лу Шэньцзянь сел спереди.

Профессор Лу Шэньцзянь огляделся и небрежно спросил:

— Неплохая машина. Где взял?

Янь Синьцзюэ улыбнулся и ответил:

— Профессор Грейер одолжил ее мне.

— Неплохо, как продвигается проект?

Во время вождения Янь Синьцзюэ рассказал:

— Глава европейского LHCb попросил Далитца провести анализ резонансного состояния распада бариона.

Профессор покачал головой:

— Что-то не так.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Почему?

Янь Синьцзюэ пожал плечами и сказал:

— Потому что открытие пентакварка — предрешенный вывод. С прошлого года мы проводим теоретический анализ в лаборатории Томаса Джефферсона в США и в Московском институте теоретической и экспериментальной физики в России. И если мы не докажем его существование, то съем эту машину.

— Тогда почему все еще проводятся эксперименты?

Янь Синьцзюэ ответил:

— Так можно опубликовать больше статей и получить больше достижений для лучшего финансирования. В любом случае, если нам позволяют провести эксперимент, то почему бы и нет? Конечно, перед этим нужно провести соответствующие проверки, ведь каждый пуск стоит миллионы.

Глава 158. Соответствующее поpучение

Отель располагался на окраине Цюриха. Его название было на французском, и переводилось как тюльпан. Оформление выполнено в сдержанном стиле. Это также пятизвездочный отель.

Билеты и транспортные расходы возмещались, поэтому, естественно, они не будут экономить на подобном.

По пути Лу Чжоу понял, что Янь Синьцзюэ — не только очень сдержанный человек, но и также — не маленькая фигура.

Будучи одним из четырех аспирантов профессора Лу Шэньцзянь, Янь Синьцзюэ также известен среди молодых ученых в Китае в области теоретической физики.

Член BESIII, международной организации сотрудничества. Обнаружил тетракварковую частицу, он работал над "полным спектральным анализом" экспериментальных результатов.

Однако математика отличалась от физики. Для такого крупномасштабного международного исследовательского проекта важен вклад каждого.

Тем не менее открытие тетракварка оценивалось как "лучшее физическое исследование года". Даже если этот парень не сыграл там важную роль, подобная квалификация — очень сильна.

Как и профессор Лу Шэньцзянь, Янь Синьцзюэ — также полноправный член LHCb, что выше должности стажера.

Прибыв в отель, Янь Синьцзюэ припарковал машину и помог профессору Лу Шэньцзяню занести его багаж в отель.

Пока они шли, Янь Синьцзюэ начал говорить о расписании на следующий день.

— Отсюда до Женевы — более двухсот семидесяти километров, поэтому завтра утром мы позавтракаем тут, а пообедаем уже там.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Почему бы нам не долететь на самолете?

Янь Синьцзюэ ответил с улыбкой:

— Hа самолете? Швейцария — крошечная, на самолете больше времени будет, доехать проще.

Парень догадался, что Янь Синьцзюэ просто очень нравится водить автомобиль.

Больше они не разговаривали.

Следующим утром группа продолжила путь, и как и сказал аспирант, они приехали в Женеву к обеду.

B этом знаменитом городе "Организации Объединенных наций" нашли ресторан и пообедали. После чего они поехали в штаб-квартиру Европейской организации ядерных исследований на швейцарско-французской границе.

Они припарковали машину перед современным отелем. Лу Чжоу достал свой чемодан и собирался идти к отелю, когда внезапно увидел идущего к ним старика.

— Добро пожаловать, мои китайские друзья, — старик радушно улыбнулся и пожал руку профессору Лу Шэньцзяню, потом посмотрел на Лу Чжоу. — Новенький? Ваш студент?

— Лу Чжоу, — парень дружелюбно улыбнулся и представился сам.

— Грейер, — улыбнувшись, кивнул профессор. — Я слышал о тебе раньше от моих друзей в Принстоне. Ладно, вы, наверное, устали, я провожу вас в ваши комнаты.

Профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и сказал:

— Да, я старею, уже не такой молодой, как они.

— Все стареют, это неизбежно… Сюда.

Комнаты трех человек были соединены вместе. Весь шестой этаж занимали ученые из Китая. Но присутствовали пока только люди из университета Шуми. Остальные из других университетов еще не добрались.

— Профессор Грейер — также известный специалист в области теоретической физики. Они с профессором Лу давно друг друга знают. Профессор Грейер очень помог нам во время проекта BESIII, — объяснил Янь Синьцзюэ парню. — Показать тебе все тут?

Лу Чжоу ответил:

— Да, пожалуйста.

Это важно — ознакомиться с новым местом.

Лу Чжоу последовал за Янь Синьцзюэ, и тот показал ему все вокруг.

В этом сильная исследовательская атмосфера.

Очень немногие исследовательские организации могут привлечь столько ученых-физиков.

Говоря о финансировании проекта, ЦЕРН определенно — не первый в мире, но здесь работала половина физиков-теоретиков мира.

Прямо на улице можно встретить почетного профессора из престижного университета.

Лу Чжоу завидовал этому месту.

Парень сфотографировался перед первым зданием Европейского центра ядерных исследований.

Это здание превратили в музей. Внутри него располагалась мемориальная доска, что это место рождения интернета.

Мало кто знает, что тут находится не только самый большой в мире адронный коллайдер, но также тут появился первый интернет-сервер.

Первоначальная цель всего этого — просто проанализировать экспериментальные данные в реальном времени.

Именно поэтому ЦЕРН — не только священное место для физиков, но еще и для программистов и инженеров, обеспечивающих супер-расчеты обработки данных и связывающих лаборатории теоретической физики по всему миру.

Даже исследовательские центры Google или Microsoft — не сравнимы с этим местом.

После прогулки они поужинали в столовой, а потом вернулись в отель.

Лу Чжоу достал некоторые документы по исследованию из своего чемодана, чтобы ознакомиться, когда в дверь постучали.

Открыв дверь, парень снова увидел Янь Синьцзюэ. В этот раз он вручил документы в руки парня.

— В восемь часов вечера будет специальное собрание. Вот документы, ознакомься с ними.

Лу Чжоу взял документы и спросил:

— Собрание? По поводу чего?

— Распределение работы. Опубликовали результаты голосования ЦЕРНа. Большинство — за проведение повторного анализа резонансного состояния предыдущего бариона до начала эксперимента. Мы и Сиракузский университет из США — ответственны за проверку данных раздела В. Они предложили, независимо друг от друга, написать отчет об анализе и, наконец, проверить правильность.

— Что мне нужно делать?

В конце концов, Лу Чжоу все еще нужно выполнять задание системы, поэтому он не хотел принять участие.

Он не хотел быть бесполезным, и в итоге получить лишь одно очко опыта.

Не в каждом задании можно получить неограниченное количество опыта.

— Дождись распределения задач. А пока посмотри документы, что я дал тебе, чтобы быстро войти в курс дела. Нам нужен математик, чтобы преуспеть, — сказал Янь Синьцзюэ. Он улыбнулся и похлопал парня по плечу. — Я верю в тебя.

Глава 159. Oдна плoхая и одна хорошая новость

Фраза "Я верю в тебя" заставила Лу Чжоу осознать, что ему предстоит нелегкая работа.

Из Цзиньлинского университета присутствовало лишь три исследователя: два академика-физика и один стажер. Этот состав считался все еще довольно сильным. Однако они отвечали только за данные раздела B1.

Лаборатории по всему миру также вносили свой вклад.

Если бы не Интернет, то было невозможно проводить такие масштабные исследования.

Например, если понадобится получить спектр постоянной массы, то надо использовать метод анализа амплитуд. В процессе анализа применяются две амплитуды Брейта-Вигнера, и рабочая нагрузка — огромна. И если нет никакой простой платформы для обмена информацией, большая часть времени ушла бы на общение.

Однако Tим Бернерс-Ли, который придумал Интернет, возможно, не ожидал, что средство коммуникации, что он разработал для Европейского института физики элементарных частиц, распространится за пределы академических кругов.

Собрание с профессором Лу Шэньцзяном прошло очень эффективно. Через десять минут уже всё закончили и распределили задания.

Лу Чжоу отвечал за расчеты или, если быть точнее, за обработку данных, которые ему предоставит академик Лу.

Хотя Лу Чжоу хорошо разбирался в функциональном анализе и теории групп, он — все еще новичок в теоретической физике.

К счастью, Янь Синьцзюэ помог восполнить недостаток теоретических знаний.

Третий день после начала работы...

В конференц-зале на шестом этаже отеля Лу Чжоу стоял перед доской.

Зал заседаний располагался по соседству, и парень мог слышать ожесточенные споры исследовательской группы университета Шуйму.

Однако это не имело к нему никакого отношения.

Лу Чжоу пытался игнорировать физическую часть проблемы и рассматривал ее, как чисто математическую проблему.

Однако...

Это нелегко.

[M2π=(Mμ+Md)/2Fπ1]

[Из = ip^μ·FπΨ^(ab)e^(-ipx) энергию резонанса Λ* можно рассчитать…]

Буквы и цифры смешивались в кучу.

Парень долго смотрел на доску.

Неожиданно Лу Чжоу спросил:

— Есть два резонансных состояния вблизи 1,02 БэВ?

Янь Синьцзюэ сильно удивился. Он посмотрел на черновики, а затем — на доску, после чего переспросил:

— Как ты рассчитал это?

Лу Чжоу посмотрел на доску и пробормотал про себя:

— Двадцать седьмая строчка, добавив подполя Ферми к лагранжиану и введя потенциал Юкавы…

Янь Синьцзюэ также задумался.

Через некоторое время аспирант, наконец, произнес:

— Твой мыслительный процесс — уникален… но это должно быть верным. Ты участвовал в международной олимпиаде по математике?

Парень покачал головой и ответил:

— Нет, но я сдал стандартный вступительный экзамен в Цзиньлинский университет.

Янь Синьцзюэ сказал:

— Ничего себе, ты должен получить золотую медаль.

— Уже слишком поздно, я предоставлю эту возможность другим.

Лу Чжоу глубоко вздохнул.

У него не было ни вдохновения, ни внезапного прозрения.

Проблемы теоретической физики отличались от проблем теории чисел. Для первых требовались вычисления и абстрактное мышление, для вторых — вдохновение.

Только сейчас Лу Чжоу потребил сто баллов, чтобы завершить расчет.

Но использование баллов имело побочные эффекты. Парень чувствовал, как его голова перегружена знаниями.

Однако это того стоило.

Система дала ему знания, а не только ответ, но он также получил ход решения.

Для тупого будет достаточно и ответа. Однако те, кто изучал квантовую хромодинамику, могут ход решения превратить в собственные знания.

Пять минут назад Лу Чжоу понятия не имел, что делать с этими числами и уравнениями. Теперь парень мог использовать свои знания математики для их решения...

Янь Синьцзюэ увидел, что Лу Чжоу погрузился в размышления, поэтому он не стал его дергать.

Наступил конец мая, и парню, наконец, удалось обработать огромное количество данных.

Однако этого недостаточно. Только после получения окончательной диаграммы можно сказать, что все.

Эта диаграмма называлась диаграммой Далица.

Каждая строка на этой диаграмме пропитана кровью и потом физиков...

Смотря на экран компьютера, Лу Чжоу писал в черновике и временами что-то печатал.

Внезапно Лу Чжоу произнес:

— Теперь я понял, почему выпускники Принстона в конечном итоге встречаются на Уолл-стрит.

Янь Синьцзюэ зевнул и спросил:

— Почему?

— Ты не думаешь, что это — то же самое, что и анализировать акции?

— Ты прав… — пробормотал Янь Синьцзюэ, внезапно потеряв дар речи.

Парень вздохнул:

— Думаю, что, когда я разберусь в этом, смогу работать в лучших банках Уолл-стрит.

— Нет, если сможешь полностью понять это, то будешь недалеко от Нобелевской премии.

— Может быть...

Конечно, Лу Чжоу лишь в шутку говорил о работе на Уолл-стрит.

У него другие мечты.

Хотя теоретическая физика не могла дать Лу Чжоу большую зарплату, она могла дать ему нечто большее.

Например, очки опыта.

Как только Лу Чжоу овладеет системой высоких технологий, он сможет легко покорить Уолл-стрит.

Мечтая об этом, парень внезапно ощутил, что работа стала не настолько скучной.

Наконец, в последний день мая Лу Чжоу доделал окончательную диаграмму Далица.

На данный момент осталась еще одна неделя до дня сдачи отчета главе LHCb. У Лу Чжоу достаточно времени, чтобы завершить последний этап анализа и все перепроверить.

Парень закрыл свой ноутбук и потянулся, задумавшись о том, что бы... съесть. Внезапно Янь Синьцзюэ вернулся с серьезным лицом.

Лу Чжоу хотел спросить, что случилось, но Янь Синьцзюэ сел за стол и серьезно спросил:

— Одна — хорошая, и одна — плохая новость. Тебе какую сначала?

— Давай хорошую.

— Сиракузский университет уже проанализировал данные B1.

Так быстро?

Парень удивился от скорости конкурентов. После чего спросил:

— Тогда какая плохая?

— Плохая новость в том, что они — на шаг впереди.

— ...

Твою же...

Где хорошие новости?

Глава 160. У меня есть вопрос

После завершения отчета исследовательская группа во главе с профессором Бруносом из Cиракузского университета не могла дождаться объявления победы. Они сразу же объявили о новостях.

В соответствии с правилами, установленными LHCb, отчет должен быть подан за три дня, чтобы у LHCb было достаточно времени договориться с "принимающими" и опубликовать информацию о докладе.

Очевидно, исследовательская группа профессора Бруноса втайне подала заявку три дня назад, и ее только опубликовали.

Казалось, что результат уже определен.

Американцы уже готовились праздновать этой ночью.

В коридоре, второе здание ЦЕРНа…

Янь Синьцзюэ с Лу Чжоу шли к месту проведения конференции.

По дороге Янь Синьцзюэ заговорил:

— Параллельная проверка, чтобы убедиться в правильности результатов анализа, звучит хорошо, но в действительности будет только один результат. ЦЕРН не может принять две работы на одну тему, поэтому ЦЕРН примет ту, что будет первая.

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Мы не будем проводить отчет? Я почти закончил.

Парень все еще мог использовать баллы для ускорения.

Ему понадобится всего лишь пятьдесят баллов.

"Черт, если бы я раньше использовал их!"

Янь Синьцзюэ покачал головой:

— Заявку надо подавать за три дня. Мы подали ее только вчера, поэтому уже слишком поздно.

— Извините.

Янь Синьцзюэ улыбнулся и успокаивающе сказал:

— Все нормально, никто не винит тебя. Сиракузский университет — очень сильный. У них больше математиков, чем у нас. Ты знаешь ситуацию с математическим факультетом в Цзиньлинском университете.

— Да, я понимаю.

Ему больше нечего сказать.

Несмотря на то, что математический факультет Цзиньлинского университета с каждым годом становился сильнее, но он не мог конкурировать с первой десяткой американских институтов.

В Цзиньлинском университете не было ни одного математика академика.

Янь Синьцзюэ вздохнул и похлопал Лу Чжоу по плечу:

— Это нормально, мы можем каждый раз быть впереди. Не отчаивайся. По крайней мере, ты получил опыт. В будущем тебе подвернется еще множество возможностей. С твоими знаниями по математике, ты однозначно преуспеешь.

"Получил опыт?"

Парню внезапно стало плохо.

Его достижения были украдены.

Интересно, как система оценит это задание?

В зале собралось много людей, не только принимающие из LHCb, но и другие ученые пришли послушать.

Хотя ЦЕРН — исследовательское учреждение, тут также читалось множество лекций и докладов. Будь то физика или программное обеспечение, проводящиеся здесь лекции были мирового класса.

Люди, работающие тут, часто были на трех ролях. Они — ученые, профессора и студенты одновременно.

Когда Лу Чжоу вошел в зал, он увидел, как профессор Лу Шэньцзянь разговаривает с небритым стариком.

Тот старик настолько громко смеялся, что парень издалека слышал его слова.

— Исследовательские способности Цзиньлинского университета впечатляют. С вами было приятно работать. Надеюсь, вы сможете опубликовать свой отчет как можно скорее. Наши результаты все еще зависят от вашего отчета.

Этот небритый старик говорил с американским акцентом и просто насмехался, подразумевая, что их работа нужна лишь для проверки.

Но Лу Шэньцзянь — сдержанный человек, и он просто улыбнулся.

Янь Синьцзюэ указал на профессора и прошептал Лу Чжоу:

— Это профессор Брунос с кафедры теоретической физики Сиракузского университета, занимающийся направлением квантовой хромодинамики.

Лу Чжоу немного стыдился встречаться с академиком Лу. В конце концов, тот возлагал на него большие надежды, а он не оправдал его ожиданий.

— Нам надо туда идти?

Янь Синьцзюэ посмотрел на часы и сказал:

— Да, скоро начнется.

………………………...

В зал приходило все больше и больше людей, две трети мест уже заняли.

Лу Чжоу сидел рядом с профессором Лу Шэньцзянем. Парень думал, что старик скажет что-то о проигрыше, но тот только сказал Лу Чжоу внимательно слушать речь и учиться у других.

Лу Чжоу мог лишь протяжно вздохнуть, он не знал, что сказать.

Большая часть слушателей уже пришла, и зал постепенно успокаивался.

Включили проектор и спроецировали презентацию на серо-белую штору.

Парень взял копию отчета у сотрудника. Он не хотел разочаровывать старика и собрался с духом, после чего достал ручку из кармана и терпеливо ждал начала презентации.

Тридцатилетняя аспирантка в деловой одежде взошла на подиум.

Докладчика звали Керелла, и она, вероятно, студентка профессора Бруноса.

Тут нередко можно увидеть студентов, ведь, в конце концов, им нужно набираться опыта докладов.

Если бы профессор Лу Шэньцзянь завершил отчет быстрее, то, скорее всего, отчет представлял бы Лу Чжоу или Янь Синьцзюэ.

Парень сидел в аудитории в ожидании доклада и внезапно подумал: а что, если они послали для доклада красивую девушку, чтобы сбить внимание комиссии?

Хотя все члены комиссии — уже пожилые люди, и подобное... вряд ли их волнует.

Постойте...

Они — все старики?

Лу Чжоу внезапно вспомнил некоторые слухи о физиках и нахмурился.

На подиуме Керелла стояла со спокойным лицом. Она откашлялась и сказала:

— Итак, давайте начнем.

Началась презентация.

Докладчица задала сильный импульс, и в сочетании со своей яркой внешностью она легко взяла под контроль презентацию. Простой и понятный стиль отчета привлек внимание аудитории.

Однако Лу Чжоу сосредоточился не на презентации, а на отчете у него в руках.

Парень начал читать со страницы выводов.

Хотя с самими выводами не было проблем, но сами данные в отчете вызывали у него странное чувство.

"Чувствую...

Что-то не так?"

Парень внезапно насторожился, и его взгляд становился все более серьезным...

……………………………...

Через тридцать минут отчет подошел к концу.

Керелла поправила очки и с безразличным лицом спросила:

— У вас есть вопросы?

В аудитории у никого не было вопросов.

Большинство людей, включая двух сотрудников LHCb, которые отвечали за принятие отчета, особо не смотрели на работу в руках.

Как сказал Янь Синьцзюэ, открытие пентакварка уже подтверждено. Суть проверочной работы — лишь в том, чтобы получить больше результатов научных исследований и получить больше средств для участников.

Вывод на девяносто девять процентов — верный, что может быть не так?

Это почти невозможно.

Более того, доклад — совершенно верный, и на первый взгляд кажется, что нет никаких проблем.

Керелла самодовольно ухмыльнулась и только она собиралась положить лазерную указку и спуститься, как кто-то в зале поднял руку.

— У меня есть вопрос.

— Можете объяснить подробнее тридцать шестую строчку на четвёртой странице отчета?

Глава 161. Физика — строгая дисциплина

Bопрос застал Кереллу врасплох, и она стояла ошеломленная.

Придя в себя, докладчица быстро перевернула доклад на четвертую страницу.

Не найдя проблемы, Керелла нахмурилась, и на ее лице вспыхнул гнев.

— Думаю, тут написано все очень ясно. Что-то не так? — с явным раздражением в голосе произнесла девушка и впилась глазами в Лу Чжоу.

Парень повторил вопрос:

— Вы используете странный потенциал Юкавы, надеюсь, вы сможете объяснить эту часть.

— Вы, в самом деле, спрашиваете меня, почему? — Керелла скрестила руки на груди. — Не думаю, что есть какое-то хорошее объяснение использования потенциала Юкавы. Если вы не можете понять подобных основ, то вам лучше вернуться к изучению учебников по квантовой хромодинамике и только тогда смотреть отчет.

В зале послышался смех.

У некоторых этот смех был дружеским, у других — нет.

Конечно, некоторые не засмеялись, а задумались.

Например, Янь Cиньцзюэ и профессор Лу, а также сидящие в первом ряду члены приемной комиссии.

Профессор Брунос почувствовал, что что-то не так.

Он перевернул на четвертую страницу отчет и начал серьезно проверять.

Лу Чжоу тоже улыбнулся, и выражение его лица не изменилось.

Академические обмены — не ради смущения.

Да, нет причин беспокоиться ни о чем другом.

Парень продолжил говорить и указал на проблему:

— Как вы и сказали, потенциал Юкавы — это база. Однако значение Λ*, рассчитанное вами в четырнадцатой строке на пятой странице, составляет 0,713. На основании этого числа вы вывели из него два резонансных состояния в энергетической зоне 1,05-1,06 ГэВ...

Лу Чжоу глубоко вздохнул и собрался с мыслями, после чего продолжил:

— Хотя анализ нашей группы — другой, но я просто сделал расчет в соответствии с вашим процессом, и Λ* составляет 0,621. Думаю, что

у вас — ошибка в одиннадцатой строке на пятой странице. Вы использовали неправильную константу.

В зале воцарилась тишина.

Затем послышался шепот.

И изумление.

Люди удивились от его скорости вычислений и чувствительности к числам.

Прав или не прав, но так быстро все рассчитать — очень нелегко.

— Лу Чжоу?

Сидевший в углу зала Ло Вэньсюань удивился.

Совпадение?

Он не ожидал встретить тут Лу Чжоу.

Хотя вспоминая, в Принстоне Ло Вэньсюань слышал, что тот хотел развиваться в направлении математической физики.

Неожиданно они воссоединились в ЦЕPНе.

Судьба, действительно, что-то таинственное...

— Ты его знаешь?

Спросил Ло Вэньсюаня пожилой еврей в очках, сидящий рядом.

— Друг из университета, — ответил Ло Вэньсюань и улыбнулся. — Кстати говоря, Лу Чжоу — лучший молодой докладчик на математической конференции в Принстоне. Вы были в Калифорнии, поэтому пропустили ее.

Старик заинтересовался. Он кивнул и сказал:

— Неудивительно, что Делинь так сильно его хвалил. Этот молодой человек — интересен.

В аудитории продолжали шептаться.

Керелла покраснела.

Всего мгновение назад девушка отправляла Лу Чжоу читать учебники, а теперь потерпела поражение.

Но Керелла быстро придумала ответ:

— Это просто небольшая ошибка, — она взяла ручку и быстро сделала пометку рядом с числом 0,621 в работе, потом откашлялась и продолжила:

— Спасибо, что указали. Это не должно повлиять на заключение отчета. Другие вопросы?

Да, это просто небольшая ошибка.

Если кто-то допустит ошибку, то в пределах правил — сделать небольшие корректировки.

Но действительно ли это небольшая ошибка?

Парень улыбнулся и злорадно сказал:

— Не за что. Также не забудьте изменить диаграмму Далица, особенно на интервале 1,05-1,06 ГэВ, и постарайтесь не быть небрежными в этот раз.

По спине Кереллы пробежал холодный пот.

"Что бл**ь?

Изменить диаграмму Далица?

Вычисления — легко исправить, это — не большая проблема.

Но диаграмму..."

Сердце девушки было разбито, когда она подумала о сложной диаграмме.

Глаза Кереллы искали помощи у профессора.

Профессор Брунос с хмурым лицом сжал кулаки.

"Я был неосторожен..."

Увидев, что профессор не дал никаких знаков, Керелла сжала зубы и положила кулаки на подиум:

— Это — не важно. Могу гарантировать, что других проблем нет!

Лу Чжоу покачал головой:

— Нет, это очень важно. Может быть, между 1,05-1,06 ГэВ есть беспрецедентная частица? Кто знает? Все возможно. Физика — строгая дисциплина. Мы все уже знаем, что пентакварк существует, но нам нужно дополнительные доказательства. Иначе зачем нам всем здесь собираться?

В зале началось обсуждение.

Приемщик LHCb, сидящий в первом ряду, кивнул. Его лицо переполняло одобрение.

Да, физика — строгая дисциплина.

Все знали, что этот эксперимент, в основном, должен подтвердить "стандартную модель", но люди все еще собрались здесь со всего мира, чтобы засвидетельствовать этот великий момент.

Для чего все это было?

Разве не для того, чтобы доказать, что предположение на девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента — верно?

Лицо Кереллы покраснело, она прикусила губу и впилась взглядом в парня.

Лу Чжоу подозревал, что девушка застрелила бы его, будь сейчас у нее пистолет.

Не только Керелла, но и несколько других людей из Сиракузского университета тоже смотрели на парня такими же взглядами.

Поэтому Лу Чжоу решил не смотреть на них и посмотрел на двух членов комиссии.

Пожилой член комиссии встал и сказал:

— Его точка зрения — верна. Мы не можем принять отчет с очевидными ошибками. Спасибо за вашу работу, но, к сожалению, я должен отметить, что ваш отчет нуждается в улучшении.

— Это захватывающая презентация, и мы с нетерпением ждем следующего раза. Спасибо.

Презентация закончилась.

В зале раздались ободряющие аплодисменты.

Но Керелла чувствовала, что аплодисменты — не для нее.

Они не прошли проверку, и даже если они немедленно все исправят, то следующую проверку надо ждать три дня.

Хотя они взяли на себя инициативу, но в конечном счете — проиграли.

Аплодисменты стихли, и публика начала покидать зал.

Люди из Сиракузского университета были недовольны.

Пока все расходились, профессор Лу Шэньцзянь встал и похлопал Лу Чжоу по плечу. Он засмеялся и сказал:

— Неплохо.

Затем профессор Лу Шэньцзянь неторопливо пошел к старому другу Бруносу.

Посмотрев на спину академика Лу, парень улыбнулся.

Лу Чжоу мог сказать, что профессор Лу Шэньцзянь пребывал в хорошем настроении и не мог дождаться, чтобы "успокоить" старого друга.

Глава 162. Эдвард Виттен

— Невероятно, как ты понял, что они — неправы? — с волнением и удивлением в голосе произнес Янь Синьцзюэ, посмотрев на Лу Чжоу.

Янь Синьцзюэ думал, что они проиграют, но неожиданно в последнюю секунду они вырвались вперед.

— Может... я чувствителен к числам? Не знаю, как описать это чувство. Короче, мне просто показалось, что с отчетом — что-то не так, поэтому просмотрел его и нашел ошибку, — сказал Лу Чжоу и улыбнулся. — Я думаю, они торопились. Если бы они перепроверили, то не ошиблись… Наш отчет будет послезавтра?

— Да, послезавтра, во второй половине дня. Предлагаю тебе расслабиться и отдохнуть сегодня.

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Отдохну после презентации. Мы не можем проиграть Сиракузскому университету. Сегодня доделаю оставшееся и перепроверю все завтра.

Профессор Брунос определенно попытается найти ошибку, поэтому Лу Чжоу должен быть уверен, что их работа — идеальна.

Лу Чжоу не хотел проиграть на финишной прямой.

Только парень собрал свои вещи и собирался покинуть зал, как кто-то вдруг позвал его.

— Лу Чжоу!

Он обернулся и удивился.

— Ло Вэньсюань?

Ло Вэньсюань обнял Лу Чжоу и улыбнулся:

— Это совпадение, что ты — тоже здесь. Мир тесен.

— Да, мир тесен… а это?

Лу Чжоу посмотрел на как-то знакомо выглядящего старика, стоящего рядом с Ло Вэньсюанем.

Ло Вэньсюань улыбнулся и сказал:

— Позволь представить тебе, это мой научный руководитель...

Старик не дал договорить Ло Вэньсюаню и сам представился:

— Эдвард Виттен, — старик протянул руку.

Эдвард Виттен!

Это имя шокировало Лу Чжоу.

Парень знал, что Ло Вэньсюань занимался математической физикой, но он не знал, что у того такой влиятельный научный руководитель.

Насколько силен этот человек?

В восьмидесятых годах теория узлов была горячей темой, и изобрели тогда же много инвариантов узлов. Одним из наиболее известных стал многочлен Джонса.

Когда математики все еще занимались выяснением этой новой концепции, неожиданно "вылез" Виттен и сказал всем, что существуют три типа потоков, и с помощью разных перемножений можно получить полиномиальные инварианты Джонса…

Эдвард Виттен сделал проблему простой, но действительно это не так просто.

Он также сразу же дал набор топологических методов среза потока, чем потряс весь мир.

То же самое произошло в теории струн.

С тысяча девятьсот шестидесятых годов теория струн стала популярной в области теоретической физики. Все мечтали осуществить мечту Эйнштейна, из-за чего появилось много разных версий теории суперструн.

После, в тысяча девятьсот девяностых годах, вновь появился Виттен, предложив легендарную М-теорию. И доказал, что на самом деле различные теории суперструн существуют в пределах его М-теории…

В каком-то смысле этот человек напоминал Лу Чжоу.

Когда Лу Чжоу доказал гипотезу чисел-близнецов, он потряс академиков всего мира.

Первоначально по гипотезе о числах-близнецах можно было еще написать порядка ста двадцати статей, но парень непосредственно уменьшил число с двухсот пятидесяти шести до двух, не оставляя другим и шанса.

И хотя Виттен — физик, он получил Филдсовскую премию.

В конце концов, современные физики-теоретики все еще пытались проверить стандартную модель. Даже трехмерный мир — не до конца понят, никто не может сказать, когда будут изучать струны одномерного пространства.

Если он не сможет прожить триста лет и дождаться, когда подтвердят его теорию, то ему суждено пропустить Нобелевскую премию.

Лу Чжоу пожал руку Виттена и сказал:

— Приятно познакомиться!

Виттен улыбнулся и сказал:

— Приятно познакомиться. Мои друзья рассказали мне о твоем докладе в Принстоне. К сожалению, я пропустил его.

Они разговорились и быстро перешли на профессиональные темы.

— Ты интересуешься математикой и физикой?

Парень кивнул:

— Да. Теоретическая физика — восхитительна.

Виттен достал визитку и сказал:

— Похоже, у нас — общие интересы... Если ты заинтересован в дальнейшем обучении в Принстоне, то если хочешь, можешь стать моим аспирантом.

Лу Чжоу взял визитку у старика и вежливо сказал:

— Я серьезно подумаю над вашим предложением.

Парень все еще хотел немного поговорить с Виттеном, но у того все еще имелись дела, и он ушел первым.

Ло Вэньсюань расслабился и похлопал Лу Чжоу по плечу:

— Давай выпьем сегодня вечером?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я не смогу сегодня вечером. Мне все еще надо обработать данные. Может быть, после того, как доделаю.

Алкоголь не позволил бы парню сконцентрироваться, сейчас ему нужна трезвая голова, и он не мог пить.

Ло Вэньсюань ободряюще похлопал Лу Чжоу по плечу и сказал:

— Хорошо, тогда я охотно подожду, чтобы выпить с тобой!

После чего Ло Вэньсюань ушел.

Оглянувшись, парень увидел, что профессор Лу Шэньцзянь и Янь Синьцзюэ ушли.

Скорее всего они вернулись в отель, поэтому Лу Чжоу тоже пошел в направлении лестницы.

Но только парень собирался покинуть здание, как внезапно заметил, что женщина-докладчица со скрещенными руками стояла перед выходом.

Для парня все иностранцы — на одно лицо.

Но ее он распознал мгновенно.

Лу Чжоу притворился, будто не заметил ее, и тихо прошел к другой стороне коридора.

Парень испугался.

Он уже испытал энтузиазм иностранцев в Принстоне, и не хотел испытывать вновь.

Лу Чжоу много не думал, и он был уверен, что в случае такого красивого парня, как он, могла быть только одна причина, по которой его ждала женщина.

Тем не менее парень не смог так легко скрыться.

Обернувшись, Лу Чжоу услышал шаги позади.

Лу Чжоу попытался идти быстрее, но фигура уже появилась перед ним и преградила ему путь.

Такая быстрая!

Он уже подготовился мысленно, поскольку не знал, чего ожидать.

Некоторое время они молчали.

Потом Лу Чжоу посмотрел на Кереллу и тихо спросил:

— Извините, я могу вам чем-нибудь помочь?

Скрестив руки на груди, девушка уставилась на Лу Чжоу и спросила:

— Весело ли смущать девушку на сцене?

Лу Чжоу слегка ошеломил вопрос, потом он посмотрел на нее и сказал:

— Я лишь указал на ошибку. Как это связано с полом?

Это из-за этого?

Думал, она хочет что-то еще.

Глядя на пассивное отношение Лу Чжоу, Керелла могла лишь скрипеть зубами.

Девушка глубоко вздохнула и сказала:

— Ваша презентация — послезавтра? С нетерпением жду.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Хорошо, не знаю, чего вы ждете. Но думаю, что я точно оправдаю ваши ожидания.

Глава 163. Отчаянная дотошность

Hа третий день после доклада Cиракузского университета, доклад команды профессора Лу Шэньцзяня проводился в соответствии с графиком.

Приемная комиссия LHCb сидела в первом ряду и спокойно дожидалась начала.

Другие исследовательские группы также сидели и ждали.

Перед Кереллой на столе лежал ноутбук, девушка крепко держала ручку и отчет, и пристально смотрела на подиум.

Увидев парня, поднявшегося на подиум, Керелла ухмыльнулась.

Очень хорошо...

Девушка думала, что Лу Чжоу перепугается.

Похоже, у него есть немного храбрости.

Началась презентация.

Лу Чжоу не заметил взгляда Кереллы. Парень просто проверил микрофон и начал говорить.

Он говорил в течение тридцати минут.

Последние пятнадцать минут шли вопросы.

Дав краткий отчет, парень окинул взглядом зал и сказал:

— Основная ситуация такая. Данные B1 — подтверждены, диаграмма Далица представлена в презентации. Вопросы?

В зале стояла тишина.

Никто не поднял руку.

На самом деле, некоторые хотели бы спросить, но не знали что спросить.

Лу Чжоу думал, что группа Сиракузского университета попытается доставить ему проблем, но ничего не произошло.

Однако Лу Чжоу догадывался почему...

В конце концов, подобная обработка данных не требовала каких-либо инновационных методов, поэтому каждый знал заключение. Проблем с данными B1 — нет, и пентакварк существовал...

Поэтому практически невозможно найти ошибку в теории.

Можно придраться лишь к данным расчетов.

Лу Чжоу сознательно потратил весь вчерашний день, чтобы дважды проверить работу с Янь Синьцзюэ. И они не нашли никаких проблем.

Парень уверен, что ошибок нету.

………………………...

После пяти минут тишины... никто так и не поднял руку.

Член комиссии из LHCb поднялся на подиум и сделал краткое изложение работы. Он поблагодарил исследователей и объявил о принятии отчета.

Этот отчет включат в архив в качестве результата исследований LHCb.

После доклада люди стали расходиться.

Лишь один человек сидел неподвижно на своем месте.

— Это невозможно…

Керелла с недоверием смотрела на отчет.

Сессия вопросов давно закончилась.

LHCb уже объявил о принятии отчета.

Однако девушка не могла поверить, что не нашлось ни одной ошибки.

— Что-то должно быть не так, мы просто упустили это, — пробормотала Керелла, уставившись на данные на бумаге. Она использовала свой ноутбук снова и снова, пытаясь найти лазейку.

Но девушка не могла найти никаких ошибок.

Мало того, что Керелла не нашла ни малейшего изъяна в работе, но она даже восхитилась работой своего соперника.

Это подсознательная реакция ученого на прекрасно написанный отчет.

Потому что работа — слишком строго написана.

Керелла все еще сидела там, когда к ней подошел парень из их исследовательской группы.

— Забудь об этом, Керелла. Я понимаю твои чувства, но невозможно найти у них в работе недостатки.

Eго звали Нельсон, и он также, как и она, аспирант профессора Бруноса. Он также работал в направлении математической физики, и вычисления в отчете они делали вместе с Кереллой.

И хотя девушка знала, что все уже решено, но вспоминая о тяжелой работе последние пару месяцев, она все еще не могла принять поражения.

Продолжая листать отчет, и не поднимая головы, Керелла спросила:

— Почему?

Нельсон вздохнул и сказал:

— Посмотри, кто этот стажер.

Керелла беззаботно пробормотала:

— Азиат, что такого?

Нельсон покачал головой:

— Нет, я не про то, что он — азиат. Лу Чжоу, тебе не кажется это имя знакомым?

Керелла нахмурилась и переспросила:

— Знакомым?

— Что ж, похоже, тебе совсем не интересна математика, — Нельсон пожал плечами. — В начале года он доказал гипотезу о числах-близнецах. Этот Лу Чжоу может получить премию Коула этого года в области теории чисел, а также он претендует на Филдсовскую премию... Твой соперник — потенциальный обладатель Филдсовской премии. Думаешь, у нас есть шанс?

Если бы это был другой исследовательский проект, по типу спектрального анализа или сбора данных, то он не стал бы с уважением смотреть на этого стажера.

Но для подобной проверки данных...

У них изначально не было шансов.

В конце концов, Лу Чжоу — гениальный монстр из Принстона.

Видя, что Керелла молчит, Нельсон попытался ее утешить.

— В действительности, не так важно: выиграли мы или проиграли. Когда-нибудь ты поймешь, что в этом мире полно гениев. Не хочешь сходить выпить?

— Я все еще не могу принять это.

— Ты спятила...

Нельсон покачал головой и ушел.

…………….

Бар адского пламени…

Хэви-метал разрывал барабанные перепонки Лу Чжоу, в то время как яркие огни слепили его глаза.

Если бы парень знал, что тут так громко, он бы не пошел. Лу Чжоу просто хотел расслабиться, но от этого он только сильнее уставал.

Но раз уж они уже пришли, то он не мог уйти.

В конце концов, Лу Чжоу обещал, что купит выпить Ло Вэньсюаню.

В качестве благодарности.

— Два Гибсона, пожалуйста.

Ло Вэньсюань бывало сделал заказ у бармена, после чего заговорил с Лу Чжоу.

В отличие от Лу Чжоу, Ло Вэньсюань приехал сюда полгода назад, и уже хорошо все здесь знал.

— ЦЕРН напоминает университет. Тут есть все, что есть и в университетах.

Парень взглянул на бармена, разливающего напитки, и спросил:

— Например?

Ло Вэньсюань улыбнулся и ответил:

— Например, тут есть две клубные группы. В прошлый раз я пропустил их выступление здесь, но на этот раз не пропущу.

— Почему?

— Потому что они выступают в ночь после завершения эксперимента.

Бармен поставил на стол два Гибсона.

Лу Чжоу посмотрел на бесцветную жидкость, а затем поднял стакан с озадаченным взглядом.

Ликер?

Он сделал глоток.

После чего...

Он чуть не сдох.

Парень начал кашлять.

Лу Чжоу все еще сильно кашлял, ставя стакан назад.

Твою же!..

Что это за дерьмо?

Глава 164. До дна?

Ло Вэньсюань посмотрел на кашляющего Лу Чжоу и очень громко рассмеялся.

Он похлопал его по спине и спросил:

— Как себя чувствуешь? Круто, да?

Парень вытер рот и откровенно ответил:

— Такое впечатление, словно я выпил чили.

Ло Вэньсюань опять засмеялся и произнес:

— Так же происходит и в нашей жизни. Она порой имеет пряный привкус. Сейчас уже лучше?

Лу Чжоу спросил:

— В каком месте лучше?

— Лучше твоему ментальному состоянию?

Парень немного подумал и ответил:

— Все нормально...

В действительности Лу Чжоу хотел сказать, что от пребывания здесь с каждой минутой уставал лишь сильнее.

Ло Вэньсюань покачал головой и заговорил:

— Просто тебе не хватает страсти. Прям как я, когда только приехал в штаты. Я сейчас вижу в тебе прошлого себя.

— Мне кажется... у меня все нормально.

Из-за громкой музыки Ло Вэньсюань не услышал слова Лу Чжоу и продолжал неспешно говорить:

— Тебе нужно немедленно изменить свою жизнь. Необходимо расслаблять свой мозг, чтобы можно было нормально сконцентрироваться во время работы. Стресс со временем накапливается и, рано или поздно, он станет проблемой. Есть и много другого интересного, помимо математической физики.

— Например? — парень был не согласен с Ло Вэньсюанем.

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Например, красивая женщина.

— Э..? — парень даже не знал, что ему ответить.

— Как твоему другу, мне даже грустно смотреть на тебя. Поэтому я решил научить тебя жизненному опыту.

— Итак, у тебя есть девушка?

— Нет.

...

Тогда зачем мне твои пустые советы?

Увидев недоверие в глазах Лу Чжоу, Ло Вэньсюань кашлянул:

— Я встречался с тремя девушками, пока жил в Америке, но это были краткосрочные отношения... Это не важно, но важно то, что я могу научить тебя некоторым вещам.

— Научить? — с подозрением переспросил парень.

— Да, научить. Вот почему я привел тебя сюда сегодня, — улыбнулся Ло Вэньсюань. — Есть два важных момента. Первый — поддерживать зрительный контакт, второй — быть уверенным в себе. Ты должен показать, что именно ты — хороший собеседник.

— А?

— Позволь, покажу тебе как надо. Так… Эта подойдет. Следи внимательно за мной, — тихо сказал Ло Вэньсюань, осматриваясь по сторонам. Найдя девушку с большой грудью, он взял свой стакан и уверенно подошел к ней.

— Эй, красавица, могу присесть рядом?

Ло Вэньсюань харизматично улыбнулся, но девушка его проигнорировала.

Но Ло Вэньсюань не сдался и продолжил спрашивать с улыбкой:

— Хочешь что-нибудь выпить?

— Спасибо, ничего не хочу.

— ...

Разговор мгновенно закончился.

Это было немного неловко.

Лу Чжоу посмотрел на группу на сцене и сделал вид, что ничего происходящего не видел.

Через некоторое время Ло Вэньсюань вернулся со своим стаканом.

— Ладно, скорее всего, эта девушка — не в настроении. Давай изменим нашу цель, — Ло Вэньсюань неловко откашлялся и осмотрелся, после чего нашел более легкую цель.

Лу Чжоу вздохнул.

"Вот почему ты — один..."

Лу Чжоу собирался как-то утешить своего друга, когда вдруг рядом с ним на стойку хлопнула купюра.

Девушка подошла и села рядом с Лу Чжоу.

— Два Гибсона, один — для него.

— Хорошо.

Бармен умело взял деньги, прежде чем начал делать заказанные напитки.

Этот голос ошеломил Лу Чжоу, и он посмотрел в сторону, чтобы заметить, что девушка смотрит на него.

Парень мог отчетливо разглядеть эту девушку.

Это была Керелла.

Лу Чжоу все еще удивлялся, что они так просто его отпустили, и он не ожидал увидеть ее здесь.

Керелла посмотрела на него и спросила немного грубо:

— Ничего не хочешь сказать?

"Чего?"

"Что сказать?"

Лу Чжоу сказал немного неуверенно:

— Спасибо, что позволили победить?

Керелла от неожиданности чуть не выплюнула свой напиток.

Девушка чувствовала, что ее противник даже не уважал ее.

Керелла наконец успокоилась, но парень вновь взбесил ее лишь одной фразой.

Именно в этот момент два Гибсона поставили перед ними.

Бармен сделал жест и быстро отошел в сторону.

Керелла глубоко вздохнула и с силой подавила свой гнев, после чего посмотрела на Лу Чжоу и высокомерно сказала:

— Да, я позволила тебе победить. Не хочешь купить мне выпить?

Лу Чжоу посмотрел на два стакана коктейля и любезно спросил:

— Конечно, без проблем. Но этот коктейль — немного крепкий. Можем поменяем напиток?

Парень не боялся напиться, но этот напиток для него на вкус был просто ужасен.

Керелла вызывающе подняла брови и спросила:

— Ты боишься?

Лу Чжоу потерял дар речи.

"Ты серьезно... хочешь пить?"

Парень унаследовал отцовские гены, поэтому он хорошо переносил алкоголь.

Лу Чжоу никогда не терял сознание, когда ходил пить со своими друзьями по комнате.

— Конечно, нет, — сказал Лу Чжоу. Парень поднял бокал. — До дна?

— До дна!

Керелла первая опустошила стакан и вызывающе посмотрела на Лу Чжоу, но обнаружила, что парень тоже все выпил.

Нахмурившись, девушка посмотрела на бармена и положила деньги на стойку бара, а потом вызывающе сказала:

— Еще два.

Лу Чжоу с недоверием посмотрел на сумасшедшую женщину, но не стал отговаривать ее.

Что за шутка...

Парень совсем не боялся пить и был уверен в своей способности переносить алкоголь.

Более того, перед подобной провокацией Лу Чжоу никогда не проиграет какой-нибудь иностранке.

Когда Керелла увидела, что Лу Чжоу оставался невозмутим, ее гнев совсем не утих. Вместо этого девушка стала еще более разъяренной.

Керелла не собиралась проигрывать этому парню и хотела, чтобы он испытал то же, что и она.

Они продолжали пить.

Ло Вэньсюань тихо сидел в стороне и с недоверием смотрел на них. Он хотел остановить их, но понял, что не может вставить и слова.

Увидев ряд пустых стаканов на стойке, Ло Вэньсюань нервно сглотнул.

Стакан за стаканом...

Они — просто психи.

Глава 165. Лекция Виттена

Битва длилась более двадцати минут.

Лу Чжоу признал, что его противник — очень сильный.

Hо он — сильнее.

— Бармен, еще один... Нет, еще два...

С красным лицом девушка потянулась за наличными в своей сумке. Керелла даже не могла ясно говорить.

Состояние парня было получше, но он изо всеx сил пытался не заснуть.

— Два стакана воды.

— Черт, я все еще могу пить...

— Два стакана ледяной воды, — поправился Лу Чжоу и потянул за плечо бармена и тихо сказал ему:

— Просто дай нам воды.

Очевидно, кто победил. Продолжать пить — будет лишь во вред, это бессмысленно.

— Хорошо.

Бармен привык к подобным ситуациям и налил два стакана воды.

— Два стакана ледяной воды.

— Спасибо.

Поставив стакан перед сумасшедшей женщиной, парень поднял свой стакан.

— До дна.

Керелла широко раскрыла глаза и увидела, что ее соперник уже выпил, поэтому она также схватила стакан и выпила воду.

В результате, из-за спешки, девушка чуть не задохнулась, и ее чуть не начало рвать.

Керелла поставила свой пустой стакан на стол и громко откашлялась, потом посмотрела пьяным взглядом на парня.

— Это — не алкоголь. Ты обманул меня?

— Само собой, это — алкоголь. Ты — настолько пьяна, что не можешь разобрать алкоголь? Повторите.

Лу Чжоу не успел договорить, как услышал звук удара. Керелла завалилась на стойку.

Если бы не ее двигающиеся плечи, то парень бы побежал вызывать скорую.

— Все еще надо воды? — спокойно спросил бармен.

— Нет, все в порядке.

Глядя на лежащую на стойке девушку, парень ощутил головную боль.

С одной стороны, он — пьян. С другой стороны, он не знал, где она остановилась.

Лу Чжоу не мог просто так оставить Кереллу здесь. Если что-то с ней случится, то виноват конечно будет он.

Долго думая над этим, Лу Чжоу ничего так и не смог придумать. Тут Лу Чжоу вспомнил, что Ло Вэньсюань сидел рядом с ними, поэтому парень повернулся к нему за советом.

— Что делать в подобной ситуации?

Ло Вэньсюань коварно посмотрел на Лу Чжоу и ответил подсознательно:

— Наверху есть комнаты.

Парень положил деньги на стойку и взял ключ от комнаты у бармена, после чего взглянул на Ло Вэньсюаня:

— Помоги мне.

Но тот не шелохнулся.

Через некоторое время Ло Вэньсюань внезапно вздохнул и пробормотал:

— Мне нечему тебя больше учить.

Ло Вэньсюань похлопал Лу Чжоу по плечу и подбадривающе усмехнулся:

— Давай! — сказав это, Ло Вэньсюань ушел, исчезнув в толпе.

Что за???

…………………………...

Некоторое время Лу Чжоу подождал рядом со спящей девушкой, но было непохоже, что Керелла собиралась проснуться.

"Если так продолжится, то мне придется ждать до завтра."

Парень посмотрел на сумасшедшую женщину и, в конце концов, понес ее наверх.

К моменту, когда Лу Чжоу донес девушку, парень уже весь взмок и устало сел в кресло.

Твою же мать, с этой девушкой гораздо сложнее, чем с Лю Жуем.

И это не из-за веса, просто когда Лю Жуй был пьяный, то он все еще мог идти, но эта девушка была просто мертвым грузом.

Глядя на бессознательную Кереллу, лежащую на диване, Лу Чжоу решил, что он никогда больше не будет пить с людьми, которые не могут переносить алкоголь.

Некоторое время "посидев" в кресле, парень почувствовал себя немного лучше.

Лу Чжоу очнулся весь потный...

Посмотрев на темное небо за окном и увидев, что еще не слишком поздно, Лу Чжоу подошел к окну и задернул шторы.

Потом положил ключ на стол и ушел.

……………………….

Ранним утром следующего дня солнечные лучи светили в окно. Лу Чжоу протер сонные глаза и поднялся с кровати.

Вернувшись вчера в свою комнату в отеле, парень сразу уснул, поэтому он все еще был в вчерашней одежде.

Приняв душ и одевшись в чистое, Лу Чжоу встал перед зеркалом. Несмотря на небольшую головную боль, парень с удовлетворением кивнул.

"Неплохо..."

"Чувствую себя намного лучше."

Возможно препарат, который ранее дала ему система, улучшил его метаболизм, но он особо не заметил похмелья. Лу Чжоу спустился в столовую и позавтракал, после чего пошел, чтобы посетить лекции.

Поскольку отчет приняли, у исследовательской группы академика Лу не будет никаких задач в течении месяца.

Поэтому у Лу Чжоу будет много свободного времени.

Однако парень не собирался бездельничать.

Здесь собрались физики и математики мирового уровня.

Парень собирался воспользоваться этой возможностью и послушать лекции потенциальных обладателей Филсдовской и Нобелевской премий.

Лу Чжоу спланировал свой график и не мог дождаться, чтобы посетить лекции.

По своему плану первым делом Лу Чжоу хотел посетить лекцию руководителя Ло Вэньсюаня Эдварда Виттена.

Судя по теме, скорее всего, на его лекции будет идти речь не о Физике, а о теории Морса.

Лу Чжоу потрясла речь старика и его способность изложить сложные теории простым языком. На его лекции невозможно заскучать.

В конце лекции старик также не забыл упомянуть свою собственную теорию и сделал смелые предсказания о будущем теоретической физики.

И несмотря на восторг пожилого мужчины на подиуме, сидящие люди в зале не испытали таких бурных эмоций.

После лекции парень собрал свои вещи и покинул класс, направившись в столовую.

Пока Лу Чжоу ждал еду, он наткнулся на Кереллу.

Лу Чжоу собирался поздороваться с ней, но эта женщина грубо посмотрела на него, потом взяла тарелку и быстро ушла.

Парень недоумевал. Он не знал, что творится у нее в голове.

Черт!

Так и знал, что не надо было помогать ей вчера.

Глава 166. Военное положение

В следующем месяце жизнь Лу Чжоу была очень планомерна. Днем парень слушал лекции, а в свободное время, после обеда, он играл в бильярд с Янь Синьцзюэ и Ло Вэньсюанем или в карты — с иностранцами.

Этот месяц, скорее всего, для Лу Чжоу стал самым насыщенным.

Tо, что он узнал в течении этого месяца, нельзя вычитать в учебниках.

Последний раз Лу Чжоу испытал подобное чувство на конференции в Принстоне. Hо в прошлый раз парень мог наслаждаться подобным лишь пару дней.

Однако время отдыха было недолгим.

В конце месяца его расслабленный график вновь стал напряженным.

Линдон Эванс, руководитель проекта, провел собрание в крупнейшем конференц-зале ЦЕРНа. Линдон Эванс подвел итоги докладов, исследовательских групп, и определил руководящие принципы проведения экспериментов.

Почти половина всемирно известных физиков сидели в этом конференц-зале.

Как стажеру, Лу Чжоу посчастливилось присутствовать на этом собрании.

Но в этот раз у него не было возможности говорить. Парень просто сидел рядом с профессором Лу и внимательно слушал.

В заключительной части встречи физики из различных лабораторий внесли дополнительные предложения для эксперимента, и Линдон Эванс также дал ответ от имени LHCb.

Разумеется, здесь присутствовали не только физики. Различные СMИ также встревожены этим экспериментом. После собрания они провели десятиминутную сессию ответов на вопросы для прессы, что уже стало ритуалом тут.

Как правило, бывали очень интересные вопросы.

Например, британский репортер встал и задал непростой вопрос:

— Здравствуйте, мистер Эванс. Когда мы брали интервью у Отто Рослера, профессора химии на пенсии в Университете Мюнхена, мистер Рослер выразил обеспокоенность по поводу эксперимента на коллайдере. Он сказал, что продолжающийся эксперимент в ЦЕРН может привести к формированию черной дыры внутри земли. Можете ли вы дать разумное объяснение этому общественности?

Мистер Эванс привык отвечать на подобные сложные вопросы, поэтому он тут же умело ответил:

— Мы уже ответили господину Рослеру на одно из множества его писем, указав на его ошибки. Конечно, мы также понимаем, что люди, подобные ему, не будут нас слушать. Тысячи ученых со всего мира работали над этим экспериментом, поэтому мы прекрасно знаем, что делаем, в отличие от господина Рослера. Давайте следующий вопрос.

Другой репортер поднялся.

— Возможно ли создать машину времени на основе теории, полученной в ходе экспериментов на адронном коллайдере?

— Наша задача — проверить правильность стандартной модели и изучить частицы, из которых состоит вселенная. У нас нет планов создавать машину времени. Я много раз говорил, что эту тему передали ЦЕРНу. Следующий вопрос.

— ...

Слушая ответы Линдона Эванса, Лу Чжоу они не могли не впечатлять. Он бы не смог также терпеливо отвечать журналистам.

Профессор Лу Шэньцзянь повернул голову и сказал Янь Синьцзюэ и Лу Чжоу.:

— После сегодняшнего дня мы можем быть немного заняты. Скорректируйте свое расписание.

Янь Синьцзюэ кивнул:

— Хорошо, профессор.

Услышав про задания, парень взволнованно спросил:

— У нас есть задание?

Профессор Лу Шэньцзянь кивнул:

— Конечно, мы здесь не для того, чтобы веселиться.

Профессор Лу Шэньцзянь не уточнил, что конкретно им предстоит делать, но парень и не стал допытываться, прекрасно понимая, что рано или поздно он все равно расскажет.

……………………………………………….

После собрания эксперимент вступил в завершающую стадию подготовки.

Не только физики ЦЕРНа нервно готовились к эксперименту, но даже спецназ из Швейцарии и Франции вошел в соседний город.

Фактически три дня назад началось военное положение.

Солдаты, расположившиеся на въезде в город, проверяли каждую машину, которая въезжала.

Въезд и выезд из туннеля адронного коллайдера были временно перекрыты для посторонних.

Эксперимент скоро должен начаться.

Янь Синьцзюэ одолжил машину и отвез Лу Чжоу в северный район ЦЕРНа.

Стоит отметить, что ученым не нужно самостоятельно посещать адронный коллайдер. Специальные профессиональные сотрудники садились в лифты и проверяли нижний туннель на отсутствие отклонений. После этого исследователи, расположившиеся в десятках километров, будут руководить экспериментом и собирать данные.

Янь Синьцзюэ сказал, что стыдно не увидеть само место, поэтому он согласился взять Лу Чжоу туда.

Когда они прибыли в северный район, их остановили два солдата. Проверив их документы, солдаты пропустили их.

Сидя в машине, Лу Чжоу посмотрел на контрольно-пропускной пункт и спросил:

— Они здесь — для защиты коллайдера?

— Думаешь, коллайдеру нужна защита? Конечно, возможно, что и так, но на самом деле они защищают жителей соседних стран.

— Что?

Янь Синьцзюэ пожал плечами:

— Каждый год люди кричат, что большой андронный коллайдер создаст черную дыру и уничтожит Европу. Каждый год проходят протесты. Поэтому Франция отправляет сюда своих солдат, чтобы контролировать ситуацию… Хотя это звучит как шутка, но на самом деле — так оно и есть.

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Кто-то действительно верит в это?

— ЦЕРН всегда искал неприятности, и они всегда дают ненадежные ответы на пресс-конференции. Забыл... в каком именно году. Кажется, в восьмом или седьмом, представитель ЦЕРНа пошутил, что коллайдер может создать черную дыру. Предполагаю, что представитель ЦЕРНа просто хотел похвастаться, насколько продвинутыми они были, но СМИ исказили его слова.

— A что потом?

Янь Синьцзюэ улыбнулся и охотно ответил:

— А потом СМИ придумали громкую новость. Теперь каждый год появляются люди, которые протестуют. Даже некоторые природоохранные агентства активизировались. Некоторые активисты даже пытались проникнуть в туннели, чтобы остановить эксперименты. Пришлось нанять много пожарных, чтобы спасти их.

Лу Чжоу выругался про себя.

Им жить надоело, чтобы пролезать в коллайдер?

Кажется, в истории только одного человека поразил пучок частиц коллайдера. И хотя этому человеку спасли жизнь, оставшаяся жизнь у него стала такой же печальной, как и у людей из Чернобыля.

Высокая интенсивность излучения и дефицит кислорода из-за жидкого гелия — смертельны.

Это одна из причин, почему Лу Чжоу не выбрал третье задание для создания истории.

Глава 167. Неожиданное открытие

— На самом деле, это еще не все. Угадай, что ответил ЦЕРН?

— Что?

Янь Синьцзюэ сказал, подражая Линдону Эвансу:

— Конечно, это — правда. Если построите адронный коллайдер размером с Сатурн и реактор размером с Луну, то, конечно, можно будет создать черную дыру. Поэтому нам нужно финансирование.

Лу Чжоу громко засмеялся.

Он знал, что ЦЕРН не получит финансирование.

Только пришельцы могут создать коллайдер размером с Сатурн.

Вскоре машина доехала ко входу в исследовательский центр в северном округе.

Янь Синьцзюэ припарковал машину в гараже и повел Лу Чжоу к главному входу.

…………………………….

Адронный коллайдер можно разделить на две части. Одна часть представляла собой небольшие трубы, покрытые сплавом бериллия, а другая — множество датчиков в больших трубах за пределами маленьких.

Два, почти параллельных, пути пересекались в определенной точке в форме "х" при ускорении в разных направлениях, и на этом пересечении сталкиваются два пучка частиц.

Существовало около четырех точек реакции, подобных этой, и вокруг этих точек подключены различные датчики для сбора физических явлений, возникающих при столкновении частиц.

Конечно, не все частицы сталкиваются, и столкнувшиеся частицы не обязательно совпадут друг с другом, чтобы создать силы взаимодействия внутри.

Таким образом, весь коллайдер основан на принципе помещения большего количества частиц в ограниченное количество каналов и накопления столкновений, с малой вероятностью при длительной записи данных.

Именно так обнаружили частицу Хиггса, что потрясла физиков.

Исследовательский центр, куда Янь Синьцзюэ привел Лу Чжоу, отвечал за наблюдение и сбор данных о столкновениях. В центре находилось много лабораторий, и каждая из них отвечала за сбор данных с различных датчиков.

Войдя в одну из лабораторий, Янь Синьцзюэ и Лу Чжоу увидели человека в лабораторном халате, который пил кофе перед компьютером.

Янь Синьцзюэ подошел и представил этого человека парню.

— Это профессор Грейер. Возможно, ты много раз видел его имя в докладах ЦЕРНа. Когда я впервые приехал сюда на стажировку, профессор Грейер уже тут работал.

— Пожалуйста, не описывай меня, словно я — старик, я работаю тут с восьмого года, — профессор Грейер улыбнулся и протянул руку Лу Чжоу. — Рад с вами познакомиться, мистер Лу.

Парень пожал руку и сказал:

— Взаимно.

Первоначально Лу Чжоу думал, что профессор Грейер будет примерно того же возраста, что и Лу Шэньцзян, но ему было всего около сорока лет.

Освободив руку, профессор Грейер сказал:

— Мне жаль, но я не могу вам все показать. Эксперимент вот-вот начнется. Я должен смотреть на этот компьютер. Если бы вы приехали на полмесяца раньше, то я смог бы вам все показать, но теперь все входы заблокированы.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ничего, зато мы стоим в первом ряду в истории.

— Ха-ха-ха, должно быть, ты — новичок здесь, — профессор Грейер улыбнулся. — Тут работают тысячи исследователей, и их имена в статьях будут расположены в алфавитном порядке.

Тысячи людей, и в алфавитном порядке...

Эм...

Это не особо мотивирует — работать тут.

Парень внезапно заметил движения на экране компьютера и спросил:

— Эксперимент начался?

Профессор Грейер с улыбкой ответил:

— Пока нет. Сейчас мы лишь делаем пробный пуск. Нужно убедиться, что каналы — свободны, и что работают все датчики. Поэтому, прежде чем начать искать пентакварк, нужно сделать несколько испытаний. То, что вы видите сейчас, это захваченные фотоны.

Глядя на изображения на экране, Лу Чжоу слегка нахмурился.

Парень чувствителен к числам, но при просмотре данных с изображений он чувствовал, что ему не хватает навыка.

Но подольше посмотрев на экран, Лу Чжоу понял, что где-то уже это видел.

Парень не мог не спросить:

— Почему мне кажется, что я где-то это уже видел?

— Мы проверяли данные раздела B1, а эти данные собирал профессор Грейер, — ухмыльнулся Янь Синьцзюэ.

— О, вспоминая про это, вы уделали Бруноса? — засмеялся Грейер.

— Эй, мы никого не уделывали. Все мы вносим вклад в великое дело, — подражая профессору Лу, ответил Янь Синьцзюэ.

Профессор Грейер продолжил смеяться:

— Ха-ха-ха… Когда я видел его в последний раз, он был не слишком радостный. Скорее всего... из-за этого.

Похоже, профессор Брунос — не слишком популярен среди своих коллег.

Поболтав некоторое время, они поменяли тему обсуждения с профессора Бруноса на эксперимент.

Услышав, что Лу Чжоу интересуется его лабораторией, профессор Грейер взволнованно похлопал по компьютеру перед собою и начал рассказывать:

— ЦЕРН — не только крупнейший в мире адронный коллайдер, но и самая передовая в мире компьютерная система. LCG. С помощью нее мы можем управлять тысячами компьютеров в сотнях лабораториях, разбросанных по всему миру. Этот компьютер — один из множества других, что отвечают за сбор данных.

— На нем можно увидеть траекторию столкновения протона. Конечно, это всего еще модель, построенная на полученных данных, но она очень близка к реальности.

В конце профессор Грейер очень серьезно добавил:

— Если ты заинтересован в физике элементарных частиц, то приходи ко мне. Мне нужен помощник, разбирающийся в математике. Это хороший опыт работы...

Янь Синьцзюэ оборвал его:

— Не слушай его. Он проработал тут больше десяти лет и опубликовал сотни работ, но все еще не стал первым автором. Кого волнует, если твое имя написано среди тысячи других?

Профессор Грейер фыркнул и недовольно посмотрел на Янь Синьцзюэ.

Однако Янь Синьцзюэ лишь пожал плечами и сказал:

— Не обвиняй меня, что раскрываю твои карты, но ты не можешь дурачить моего брата.

Профессор Грейер упрямо сказал:

— Кого я дурачу? Я просто по-дружески предлагаю!

Похоже, отношения между ними — хорошие.

Скорее всего, потому что Янь Синьцзюэ работал тут раньше.

После этого разговор между профессором Грейером и Янь Синьцзюэ перешел в бесполезный треп, поэтому Лу Чжоу перестал их слушать.

Парень сосредоточил свое внимание на экранах компьютера.

Внезапно Лу Чжоу увидел данные энергетической зоны на карте и нахмурился.

Заметив выражение лица Лу Чжоу, Янь Синьцзюэ спросил:

— Что-то случилось?

Лу Чжоу указал на экран компьютера.

— Вам не кажется, что данные в этой зоне — немного странные?

Глава 168. Новая частица?

Янь Синьцзюэ переспросил:

— Странно?

Он подошел и тоже некоторое время смотрел на экран компьютера, затем нахмурившись сказал:

— Это, действительно, странно. Наш эксперимент в диапазоне один — десять ГэВ, как он стал 1 ТэВ?

Профессор Грейер тоже обратил внимание на экран.

Между ГэВ и ТэВ разница в целую одну тысячу. Энергия столкновения в туннеле коллайдера достигла одной тысячи ГэВ. Когда только шесть ГэВ необходимо для нахождения пентакварка.

Одна тысяча ГэВ — излишни. Это как ракетой сбивать муху.

Услышав сомнения Янь Синьцзюэ, профессор Грейер улыбнулся и объяснил:

— Я уже говорил, что мы проводим пробные пуски, и это — не настоящий эксперимент. Вы должны понимать, что ЦЕРН любит свою игрушку. Мы не ограничены бюджетом, поэтому можем показать всем столкновения с десятью ТэВ.

Говоря прямо, это просто хвастовство.

Просто демонстрация возможностей.

Но это имело смысл... Все ведущие физики мира собрались здесь. ЦЕРН хотел воспользоваться этой возможностью и похвастаться, на что были потрачены сотни миллионов.

Как еще они позволят миру узнать, насколько мощна их машина?

И у ЦЕРНа были средства, чтобы сделать это. Говорят, что адронный коллайдер мог даже достигать четырнадцати ТэВ энергии столкновения. Другими словами, каждая частица будет нести семь ТэВ энергии.

Насколько страшна эта энергия?

Во многих случаях эта единица энергии также используется для описания массы частицы. Например, масса атома водорода около одного ГэВ, а частицы Хиггса, обнаруженной в две тысячи двенадцатом году, около ста двадцати пяти ГэВ.

Предел электронно-позитронный коллайдер Шанчжэна составляет около пяти ГэВ, что на порядок ниже.

Китаю понадобятся десятилетия, чтобы нагнать их.

— Я не про энергию, — произнес Лу Чжоу и ткнул в экран компьютера. — Вы не заметили? Рядом с семьюстами пятьюдесятью ГэВ — что-то странное.

— Это — не столкновение. Всего лишь двухфотонный сигнал. Но странно, почему он появился в зоне семисот пятидесяти ГэВ, — пробормотал профессор Грейер. — Но подобное — не редкость. Мы всегда наблюдаем некоторые особые сигналы на ATLAS, поэтому это может быть просто "шумом".

Глядя на подозрительную точку на экране, парень не мог не спросить:

— Так такое бывает часто?

Янь Синьцзюэ кивнул:

— Да, часто. Сигналы, получаемые при столкновении, составляют менее одного процента данных. Поэтому мы обычно предполагаем заключение, а потом проверяем его посредством экспериментов.

Физика частиц, сама по себе, очень метафизический предмет.

Поскольку нельзя непосредственно наблюдать атомы. Поэтому нужна уверенность, чтобы точно установить существование частиц.

Это — статистическая концепция.

В физике элементарных частиц три отклонения от среднего значения — "знак", а пять — уже "открытие". Хотя СМИ часто писали о "прорывах" или "значительных открытиях", большинство из них — лишь "знаки".

Поэтому, если не было трех отклонений, то это едва ли можно считать знаком.

Временный скачок ничего не значит.

Это можно подтвердить лишь многократным повторением эксперимента и наблюдениями на разных детекторах и разных коллайдерах. Когда обнаружат пять стандартных отклонений, тогда это можно будет считать "открытием".

Лу Чжоу больше ничего не говорил.

Эксперимент продолжался.

На изображении появилась плотная серия зеленых точек, большинство из которых сосредоточены в диапазоне ниже ста двадцати пяти ГэВ.

Однако Лу Чжоу все еще сосредоточился на зоне семьсот пятьдесят ГэВ.

Внезапно в точке семьсот пятьдесят ГэВ появился очередной скачок.

Лу Чжоу посмотрел на профессора Грейера и поинтересовался:

— A как насчет данных на детекторе CMS?

На коллайдере работало несколько детекторов, ATLAS и CMS — наиболее чувствительные из них.

Можно легко проверить — казалось ли Лу Чжоу или нет. Если бы явление наблюдалось обоими детекторами одновременно, то он — прав.

Профессор Грейер услышал вопрос парня и прищурился, после чего ответил с сомнением:

— Лаборатория наверху отвечает за данные CMS. Если тебе интересно, подожди немного, я могу проводить вас туда.

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Данные, полученные в ходе испытательных пусков, записывают?

Профессор Грейер кивнул:

— Как правило, они архивируются. Эти данные не несут большой ценности, и я могу дать тебе копию. В любом случае, это — не секретная информация. Но напомню, что эти данные — не публичные, и на них нельзя ссылаться в своих работах.

Янь Синьцзюэ с любопытством спросил:

— Ты что-то нашел?

Лу Чжоу призадумался и, наконец, настоял на своей точке зрения:

— Думаю, что что-то не так с энергетической зоной около семисот пятидесяти ГэВ. С точки зрения статистики, это все можно назвать случайностью, и может быть надумано.

Брат Янь пошутил:

— А с точки зрения математики?

— Возможно, что-то есть...

Янь Синьцзюэ вздохнул и сказал:

— Я знаю, что твое направление — математическая физика, но должен напомнить, что хотя математика является важным инструментом физики, но не все физические явления можно объяснить математическими законами. Семьсот пятьдесят ГэВ — слишком большая величина, бозон Хиггса — только сто двадцать пять ГэВ. Думаю, что это просто двухфотонный сигнал, возможно... нет никакого столкновения.

Янь Синьцзюэ похлопал Лу Чжоу по плечу и продолжил:

— Не смотри в энергетическую зону за пределами десяти ГэВ. Мы ищем частицу пентакварка. Если тебя беспокоят навязчивые мысли, то будь уверен, что не увидишь никакой активности в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ снова.

Глава 169. Удачи

Янь Синьцзюэ оказалcя пpав. Послe начала эксперимента испускаемый пучок частиц был стабильно ниже пяти ГэВ. Сигналы, полученные детектором ATLAS, в основном, сосредоточены только между зонами: один ГэВ — десять ГэВ.

Иногда появлялись точки за пределами энергетической зоны десяти ГэВ, но они не отклонялись слишком сильно.

Естественно, никаких данных от семисот пятидесяти ГэВ не получили.

Hо это все еще не убедило Лу Чжоу.

Эксперимент длился целый день.

Около двенадцати часов утра в главном центре ЦЕРНа все ликовали.

По данным, полученным с различных детекторов, уровень достоверности пентакварка превысил пять сигм, что подтверждает его открытие.

Хотя это — ожидаемый результат, всех все еще переполняло волнение.

Вообще говоря, разделенный в коллайдере кварк является лишь парой "кварк-антикварк", подобно k-мезону и π-мезону, либо "трехкварковым состоянием", состоящее из протонов и нейтронов. Что касается состояния одиночного кварка, поскольку кварк связан сильной силой цветового заряда, частица состояния одиночного кварка не могла существовать.

Однако квантовая хромодинамика не исключает существование особых состояний, таких как "тетракварк" и "пентакварк".

На протяжении многих лет крупные физические лаборатории элементарных частиц искали эти "особые состояния".

Если их не найдут, это докажет, что в текущей стандартной модели есть щели, а квантовая хромодинамика может быть неправильной.

Однако, как только откроют особые состояния, все сообщество теоретической физики может испытать большое облегчение!

После второго дня эксперимента ЦЕРН с нетерпением пригласил журналистов и провел громкую пресс-конференцию.

Пресс-секретарь ЦЕРНа с огромным воодушевлением сообщил об этой новости СMИ.

— Мы успешно обнаружили частицу пентакварка. Это очередная великая победа стандартной модели! Мы вновь убедились, что выбранный нами путь — верен!

Не будет удивительным, что в этом году открытие пентакварка станет самым значительным результатом исследований в области физики.

Конференция ЦЕРНа завершилась аплодисментами. За этим последовали многочисленные статьи об открытии.

Однако для физиков, собравшихся здесь, настоящая работа только начиналась.

Чтобы лучше раскрыть физические свойства частиц пентакварка, группа LHCb поставила перед исследователями разных стран задачи по проведению полного спектрального анализа обнаруженных частиц.

Исследовательская группа академика Лу также принимала в этом участие.

Однако, по сравнению с анализом данных В1, текущая работа была не столь сложная, и без таких сжатых сроков.

Позже Лу Чжоу узнал от Янь Синьцзюэ, что это отличается от других работ. Каждый документ "полного спектрального анализа" будет подписан всеми исследователями.

Слишком большое число соавторов... ослабляют ценность одного человека. Но зато не возникает конфликтов, все делают все, никто не сравнивает себя с другими.

Сидя в конференц-зале отеля, Лу Чжоу писал на бумаге и говорил с братом Янем:

— Тысячи подписей… Половина имен — даже передо мною. Моего просто не увидят. Подобное слишком демотивирует.

— Так работает ЦЕРН. Вот почему я не советовал тебе тут работать. Хотя значение работы — огромно, невозможно получить Нобелевскую премию, — Янь Синьцзюэ зевнул, положил ручку и потянулся, а потом спросил:

— Сыграем сегодня вечером в бильярд?

Лу Чжоу задумался, а потом покачал головой:

— Нет, мне еще нужно сходить к профессору Грейеру.

В прошлый раз профессор Грейер пообещал, что после эксперимента поможет ему разобраться с данными тестового пуска.

Только что парень получил электронное письмо от профессора Грейера, где он сообщил, что данные отсортировали и отправили ему в кабинет.

Хотя просто скопировать их — не займет много времени, Лу Чжоу хотел использовать свободное вечернее время для их изучения.

В конце концов, в течении дня парень должен помогать профессору Лу, поэтому свободен он лишь по выходным и вечерам.

Янь Синьцзюэ сразу понял, что собрался делать парень:

— Просто не говори мне про это.

— Ты догадался...

Янь Синьцзюэ побежденно посмотрел на Лу Чжоу и произнес:

— Ладно, я восхищен твоей настойчивостью, но все же замечу, что это — бесполезно.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Почему бесполезно? Пока не попробуешь — не узнаешь...

Таков он... Упрямый, что в математике, что в физике.

В данный момент его очень интересовал пик семисот пятидесяти ГэВ.

Хотя Янь Синьцзюэ и профессор Грейер оба сказали, что пик, скорее всего, просто двухфотонный сигнал, поскольку эта энергия — слишком огромна для частицы, даже в пять раз больше, чем у бозона Хиггса!

Но Лу Чжоу не согласился с ними.

Семьсот пятьдесят ГэВ, и правда, казалось слишком "тяжелым", но это не означает, что нет никакой вероятности.

Парень считал, что нужно воображение для расширения границ любой из дисциплин.

Даже убеждения двух экспертов по квантовой хромодинамике — бесполезны для Лу Чжоу.

Как развивалась квантовая хромодинамика?

Разве не с помощью разрушения "здравого смысла"?

Не важно: ошибался ли парень или нет, поскольку неудача — тоже часть успеха.

После обеда Лу Чжоу пошел в кабинет профессора Грейера.

— Данные, которые тебе нужны, на этом диске, включая данные с детекторов CMS. Но, если честно, они — бесполезны. Мы проводили тесты менее часа. В дополнении проверки чувствительности каждого детектора, это не покажет никаких полезных результатов.

— Спасибо, я просто хочу удовлетворить свое любопытство… поэтому я все еще попробую посмотреть.

— Любопытство? — профессор Грейер улыбнулся и ободрительно посмотрел на Лу Чжоу. — Тогда... удачи тебе.

Глава 170. Прeвoсходная теория

Поскольку данные пришли, то осталась лишь проблема: как правильно их организовать.

С точки зрения квантовой хромодинамики, отсутствовала теоретическая основа.

Со статической точки зрения, количество выборок — небольшое, из-за чего трудно сделать полезное заключение.

Проанализировав десять ГБ данных за пять ночей, Лу Чжоу в итоге пришел к выводу.

Если он хочет подтвердить, что эти ненормальные пики были чем-то, то ему все равно нужны еще несколько пусков адронного коллайдера. С текущим объемом данных, парень не мог сделать вывод, даже трех сигм, не говоря уже о пяти для "открытия".

B итоге парень решил показать данные и результаты исследований профессору Лу Шэньцзяню.

В конце концов, Лу Чжоу не мог убедить ЦЕРН в одиночку, поскольку он — лишь стажер, и его вес — слишком мал.

Объяснив свою точку зрения академику Лу, Лу Чжоу думал, что тот будет заинтересован, но не ожидал получить отказ.

— Адронный коллайдер не будут пускать по твоей прихоти. Чтобы обнаружить частицы с энергией семисот пятидесяти ГэВ, энергия столкновения должна составлять не менее одной целой, двух десятых TэВ или даже двух ТэВ. У ЦЕРНа — бесконечное число экспериментов, график пусков коллайдера забит, все хотят убедиться, что их теория верна, но деньги — не бесконечны.

Лу Чжоу не сдавался и попытался убедить профессора:

— Но... профессор, мы не находили никаких новых частиц со времен стандартной модели, не думаете, что это может быть возможность?

Да, независимо от того, обнаружили ли тетракварк или пентакварк, уверенность была меньше пяти сигм. Их классифицировали как "знаки", а не как "открытия".

Если сигнал при семисот пятидесяти ГэВ подтвердит новую частицу, никто не знает, что это будет значить для мира физики, поскольку неизвестно, какие частицы там будут.

Но лично Лу Чжоу уверен, что, если открытие признают, то он получит Нобелевскую премию.

— У меня нет такого оптимизма, — профессор Лу Шэньцзянь покачал головой. — Семьсот пятьдесят ГэВ — слишком тяжело. С точки зрения квантовой хромодинамики, такое — практически невозможно.

Лу Чжоу подчеркнул:

— Но мы наблюдали этот сигнал как на детекторе ATLAS, так и на CMS! Думаете, это просто совпадение?

— Да, ты — прав, это не может быть совпадением, — кивнул профессор и указал на данные на бумаге. — Но ты не предполагал, что это может быть просто двухфотонный сигнал?

Парень кивнул:

— Вы — правы, это возможно, но именно поэтому нужно провести эксперименты, чтобы проверить предположения!

Глядя на своего энергичного ученика, профессор Лу Шэньцзянь улыбнулся и, сделав небольшую паузу, вздохнул:

— Я понимаю твое волнение, поскольку подобное уже происходило раньше. Я хотел бы помочь тебе, но просто не способен на это. У меня нет такой силы, чтобы убедить ЦЕРН.

Лу Чжоу замолчал.

Как и сказал профессор, коллайдер — не их, и они не могли распоряжаться им как хотели. Без убедительных доказательств руководители ЦЕРНа не будут заинтересованы в этой теории.

Но это — тупиковая проблема.

Если у него не будет доказательств, он не сможет провести эксперимент, но без эксперимента он не может получить доказательства.

Парень не знал, что делать...

Если они обнаружат эту частицу в будущем, он останется непричастным.

Если только он подождет, пока они не проведут испытания на столкновения одногоТэВ или более, но когда это будет?

В конце концов, он не работал в ЦЕРНе. Он все еще должен был поступить в аспирантуру, и он должен был пойти в Принстон.

Вернувшись в свою комнату, Лу Чжоу лег на кровать и с поникшим взглядом смотрел на бумаги в руках.

Внезапно парень кашлянул и тихо спросил:

— Система, есть ли частица в диапазоне семисот пятидесяти ГэВ?

Система не ответила.

"Это потому что моего уровня по физике — недостаточно?"

"Или вопрос — слишком абстрактный?"

"Черт, баллы все больше выглядят бесполезными."

Глубоко вздохнув, парень сел на кровать.

Еще рано сдаваться, и он — не такой человек, который легко сдается.

Еще есть шанс.

ЦЕРН не будет пускать коллайдер для стажера.

Однако, если он найдет кого-то с большим влиянием, то сможет убедить ЦЕРН!

Здесь собралось множество ведущих физиков, поэтому здесь достаточно влиятельных людей.

Они пробудут тут до конца месяца, пока не закончат исследования пентакварка.

Лу Чжоу должен лишь улучшить свою теорию до конца месяца.

…………………….

Превосходная теория, на словах это казалось простым, но на деле — все было иначе.

Переводя физическую задачу в математическую, Лу Чжоу должен доказать, что когда образец — достаточно большой, то скачок, появляющийся в области энергии семисот пятидесятиГэВ, образовывает пик.

Похоже на статическую проблему, но у него просто недостаточно выборок. Невозможно использовать статистические инструменты для решения этой проблемы.

Ему нужно больше доказательств.

Тогда он может сделать новые выводы из них.

— Это экспериментальные данные двенадцатого и тринадцатого года, когда искали бозон Хиггса, но ты должен понимать, что ее энергия — всего сто двадцать пять ГэВ.

Профессор Грейер сидел в своем кабинете и бросил флешку в руки Лу Чжоу.

Парень поймал ее и искренне сказал:

— Ничего, большое спасибо!

Профессор Грейер — один из немногих людей, кто мог помочь ему.

Хотя они только встретились, Грейер очень хорошо относился к Лу Чжоу. И хотя профессор не испытывал оптимизма по поводу исследований парня, он все еще дал ему много ценных данных.

Хотя эти данные — не конфиденциальны, но они также закрыты для общественности. Если бы не его связи в ЦЕРНе, то невозможно было бы получить их.

Профессор Грейер улыбнулся:

— Не за что, это все — мелочи. Кстати, как продвигается твое исследование?

Лу Чжоу кивнул:

— Есть небольшой прогресс.

Профессор Грейер напомнил:

— Если хочешь использовать адронный коллайдер, предлагаю найти кого-то влиятельного в помощь себе. В конце концов, независимо как много ты проанализируешь данных, тебе все еще нужно подтвердить результаты экспериментально.

Парень ответил:

— Я этого и хочу, но для начала надо сделать свою теорию более надежной.

Профессор поинтересовался:

— У тебя есть кто-то на примете?

Лу Чжоу покачал головой:

— Пока нет...

Он хотел подождать еще немного, когда будет предлагать свою теорию физикам, одним за другим.

Это — его единственный способ.

Профессор Грейер задумался и сказал:

— Могу порекомендовать тебе кое-кого, если хочешь.

Лу Чжоу сразу же попросил:

— Конечно, помогите, пожалуйста!

Увидев рвение парня, профессор Грейер улыбнулся:

— Фрэнк Вильчек, лауреат Нобелевской премии по физике две тысячи четвертого года. Скорее всего, его легче всего убедить, поэтому у тебя может быть шанс.

Глава 171. Фрэнк Вильчек

Открытие пентакварка — вoлнующая новость для всего сообщества физиков.

Hо Фрэнк Вильчек в последнее время был не особо счастлив.

Конечно, не из-за эксперимента, а из-за ставки, сделанной шесть лет назад.

Шесть лет назад на конференции по физике на Азорских островах Фрэнк Вильчек заключил пари с Гаррет Лиси.

Мистер Лиси встал и оборвал речь Фрэнка Вильчека о стандартной модели, настаивая на том, что суперсимметричных частиц просто не существует, поскольку их не обнаружили. Мистер Фрэнк естественно настаивал на своей теории и предсказал, что адронный коллайдер обнаружит суперсимметричные частицы в течение шести лет!

После чего Фрэнк Вильчек и Гаррет Лиси перед всеми поспорили.

Арбитром стал ведущий конференции, Макс Тегмарк, профессор Массачусетского технологического института.

Ставка была в одну тысячу долларов США.

Уже прошло шесть лет... И хотя обнаружили частицы пентакварка, но не было никаких признаков суперсимметричных частиц.

И несмотря на то, что стандартная модель вновь подтвердилась, Фрэнк Вильчек проиграл спор.

Он переоценил возможности ЦЕРНа и слишком оптимистично относился к улучшениям коллайдера.

На самом деле, ставки — не такая редкость в мире физиков.

И это не первый раз, когда Фрэнк Вильчек делал ставку.

В две тысячи пятом году он поспорил с "прекрасным ученым" Джанет Конрад. Фрэнк Вильчек был убежден, что на коллайдере обнаружат частицы Хиггса, в то время как Джанет не согласилась.

Они поставили шоколадные медали, которые дарили на церемонии вручения Нобелевской премии. В итоге Фрэнк Вильчек выиграл десять шоколадных монет.

Но на этот раз ему не повезло и, к сожалению, он проиграл пари.

Для этих ученых делать ставки — типично.

Проблема в том, что он поспорил с Гаррет Лиси.

Прежде всего, Гаррет Лиси — вообще не физик. Он получил докторскую степень по философии в Калифорнийском университете, а теперь занимается строительством мостов. (П.П. Если не ошибаюсь, Гаррет Лиси все же имеет докторскую степень по физике.)

Кроме того, его самым большим достижением было использование типа E8 группы Ли для построения единой теории. Эта теория — не полная, и она не была принята физиками.

Незаконченная работа Эйнштейна всегда являлась сокровищем для физиков-теоретиков. Но это также сокровище для простых людей, которые совсем не разбираются в физике.

Но, по крайней мере, Гаррет Лиси — образован, и он разбирался в теме гораздо лучше идиотов, верящих в плоскую землю.

За это многие его прозвали "королем гражданских наук".

Хотя над его философской теорией смеялись и физики, и математики, но простые люди приняли ее.

Поэтому Фрэнку Вильчеку стыдно проигрывать пари Гаррет Лиси.

Он, лауреат Нобелевской премии по физике, проиграл "королю гражданских наук".

Хотя Фрэнк Вильчек признал проигрыш и даже написал пост, что проиграл и выплатит одну тысячу долларов, очевидно, что он не так спокоен, как его сообщения.

И дело не в одной тысячи долларов, а в том, что Лиси — слишком невежлив, и целый день хвастался в сети про это.

В последнее время многие подкалывали Фрэнка по этому поводу, и он не мог не винить себя.

Слишком позорно!

Фрэнк сидел в кабинете, который предоставил его ЦЕРН, пил кофе и читал статью про пентакварк.

Внезапно его помощник постучал в дверь и вошел.

— Господин Фрэнк, меня попросили передать вам.

— Что это?

— Судя по всему, статья.

Несмотря на плохое настроение, Фрэнку Вильчеку все равно стало интересно.

— Дай ее мне.

— Хорошо.

Фрэнк взял работу и быстро пролистал:

— Тут нет имени, кто ее принес?

Помощник ответил:

— Парень сказал, что он — стажер.

— Стажер? — Фрэнк нахмурился, но не стал откладывать работу, а продолжил просматривать.

Любой, кто мог пройти тут стажировку, способный. Многим как раз таки не хватает просто возможности, поэтому если статья интересна, то он не против помочь этому стажеру.

Именно поэтому Фрэнк Вильчек — очень популярен.

Первоначально он просто небрежно листал работу, но вдруг его безразличное лицо переполнил интерес.

Продолжая читать работу, его заинтересованное лицо постепенно стало серьезным.

Положив статью, Фрэнк Вильчек посмотрел на помощника.

— Как связаться с этим человеком?

Помощник вздохнул и ответил:

— Он не оставил номер телефона, но оставил адрес. Отель рядом со зданием ЦЕРНа, если нужно, могу позвать его.

— Найди его для меня. Это интересная работа, — сказал Фрэнк, положив работу в левый угол стола.

Обычно все документы в левом углу представляли какую-то ценность.

Что касается кучи справа, то ее конечный пункт — шредер.

………………………………..

Передав статью помощнику Фрэнка, Лу Чжоу думал, что будет ждать ответ несколько дней, но был приятно удивлен.

На следующий день, утром, помощник мистера Фрэнка пришел в отель и нашел его, после чего сопроводил в кабинет профессора.

Фрэнк Вильчек сразу же спросил у парня:

— Как думаешь, что это может быть?

Лу Чжоу не задумываясь ответил:

— Суперсимметричные частицы!

Хотя парень знал, что это маловероятно и не особо верил в это, он должен был так сказать.

Это как в случае получения инвестиций.

Но Фрэнк Вильчек явно так не считал и усмехнулся.

— Нереально...

— Но такая возможность есть. Может, это что-то другое, но это стоит изучить. Вы так не думаете? — спросил Лу Чжоу. — Готов поспорить на сто долларов, что там что-то есть.

Услышав про спор, старик нахмурился и фыркнул:

— Не нужно ставок.

Парень сильно удивился.

Лу Чжоу слышал, что Фрэнк Вильчек любил ставки, так почему отказался на этот раз?

После небольшой паузы Фрэнк заговорил:

— Меня мало интересует твое открытие. И неважно, заинтересован ли я, ЦЕРН не будет суетиться из-за неполной теории, тебе даже не удалось убедить меня.

— Но я могу дать тебе шанс. Если до конца месяца сможешь улучшить свою теорию, то на Европейской конференции по ядерным исследованиям рекомендую выступить с докладом. Если сможешь убедить меня, то я помогу тебе убедить остальных.

Фрэнк Вильчек посмотрел прямо в глаза Лу Чжоу.

Парень знал, чего ждет этот старик.

Глубоко вздохнув, Лу Чжоу решительно посмотрел и дал ответ.

Он сказал лишь одно слово.

— Хорошо!

Глава 172. Конференция

Конференция проводилась в соответствии с графиком, в конце месяца, в самом большом конференц-зале в здании R1.

Профессор Лу пришел рано и посмотрел на часы, потом повернулся к Янь Синьцзюэ и спросил:

— Где Лу Чжоу?

Янь Синьцзюэ озадаченно покачал головой и ответил:

— Я его не видел.

Янь Синьцзюэ рано утром отправился к Лу Чжоу, но в его комнате никого не было. Янь Синьцзюэ не знал, куда тот подевался.

Конференция вот-вот начнется. Хотя тут не вели учет посещаемости, как в университетаx, но будут рассказывать много важного. Пропускать такое — большая потеря.

Профессор Гао Юаньпин из Университета Шуйму сидел рядом с академиком Лу. Увидев свободное место, он поинтересовался:

— Старый Лу, ты забыл своего ученика?

Профессор Лу покачал головой:

— Кто знает, чем этот парень занимается. Да, впрочем, какая разница...

Вскоре в аудитории стало тихо. Глава ЦЕРНа Линдон Эванс вышел на сцену и сказал приветственную речь.

— Благодарим группы сотрудничества из различных институтов и лабораторий со всего мира за их вклад в этот эксперимент. После нескольких лет непрекращающихся исследований мы, наконец, обнаружили пентакварк Pc+. Наша теория не объясняет всего, но, к счастью, мы еще раз доказали правильность стандартной модели...

— Физические свойства частиц Pc + были определены международной исследовательской группой LHCb, и я не буду говорить о них лишний раз. Я прошу руководителей групп подняться на сцену для доклада.

В зале раздались аплодисменты. Эванс слегка кивнул, после чего передал микрофон главе исследовательской группы LHCb.

Профессор Гао неспеша встал и кивнул профессору Лу, а потом отправился за кулисы.

Будучи главой китайской исследовательской группы, он выступит от имени Китая и доложит о полном спектральном анализе.

Прибыв за кулисы, он внезапно увидел знакомого парня.

Tот, очевидно, заметил его и поздоровался первым.

— Здравствуйте, профессор Гао!

— Здравствуй, ты...

— Лу Чжоу!

Лу Чжоу поприветствовал профессора Гао и усмехнулся.

Хотя он немного нервничал, но парень мог контролировать свои эмоции, по крайней мере, чтобы не показывать это.

Академическая конференция совершенно отличалась от конференции в Принстоне. Здесь находились почти половина ведущих физиков-теоретиков мира. Некоторые из них — даже лауреаты Нобелевской премии.

Подобная международная конференция несопоставима с простой научной конференцией.

Более того, у Лу Чжоу в этот раз — другая цель.

— Лу Чжоу... Ты — студент профессора Лу? — профессор вспомнил его, но тут же удивился. — Что ты здесь делаешь?

Парень улыбнулся и вздохнул:

— Это долгая история.

Но как только Лу Чжоу собирался рассказать, неожиданно вмешался сотрудник ЦЕРНа:

— Гао Юаньпин тут?

— Да, — профессор кивнул.

Сотрудник с уважением сказал:

— Сейчас будет ваша очередь. Следуйте за мной.

— Конечно.

Гао Юаньпин кивнул сотруднику и странно посмотрел на Лу Чжоу, но ничего не сказал и пошел следом.

………………………………..

Академик Гао рассказал о полном спектральном анализе, сделанном группой Китая, и ответил на несколько вопросов.

Вернувшись за кулисы, он хотел расспросить Лу Чжоу, но обнаружил, что парень уже исчез.

— Странно...

С кучей вопросов Гао Юаньпин вернулся в зал и сел на свое место.

После чего он посмотрел на профессора Лу и сказал:

— Угадай, кого я только что встретил за кулисами?

Академик Лу в замешательстве посмотрел на него:

— Кого?

Академик Гао Юаньпин улыбнулся и сказал:

— Твоего ученика.

Профессор Лу оглянулся и убедился, что Янь Синьцзюэ все еще сидит рядом, после чего уточнил:

— Ты говоришь о… Лу Чжоу?

— Да, — академик Гао кивнул.

Профессор Лу удивился:

— Что он там делает?

Гао Юаньпин лишь покачал головой и сказал:

— Мне тоже показалось это странным. Я хотел расспросить его, но Лу Чжоу уже исчез.

Академик Лу нахмурился. Ему показалось, что тут что-то не так, но он быстро забыл про это, поскольку началась следующая часть.

Доклады о спектральном анализе и физических свойствах частиц Pc+ подошли к концу, начались доклады о различных результатах эксперимента по запуску коллайдера.

Большинство людей, вышедших на сцену, были исследователями, проводившими пуск. В основном, это люди из ЦЕРНа или сотрудники лабораторий коллайдера.

В конце концов, не все данные, полученные в ходе эксперимента, будут о целевой частице. Случайные столкновения всегда могут привести к новым интересным открытиям.

Некоторые из них будут полезны, другие — наоборот.

Можно сказать, что вторая половина конференции — наиболее интересная.

Если будет найдено более ценное открытие, то ЦЕРН может даже изменить установленный график экспериментов для адронного коллайдера.

Профессор Лу достал записную книжку и надел очки, приготовившись делать заметки.

Но внезапно профессор Лу пришел в замешательство.

И не только он...

Янь Синьцзюэ и профессор Гао также сильно удивились.

Вышедший на сцену человек — никто иной как...

Его собственный ученик...

Лу Чжоу.

……………………………...

На другой стороне зала Фрэнк Вильчек и Питер Хиггс сидели вместе и разговаривали о содержании докладов.

— Не думаешь, что недавнее открытие заслуживает Нобелевской премии?

Питер Хиггс услышал вопрос своего старого друга и покачал головой:

— Нет сомнений, что это — самый ценный результат исследований в этом году. Для номинации — этого достаточно, но не для получения Нобелевской премии. В этом году медаль должны присудить эксперименту о колебаниях нейтрино. Хочешь сделать ставку?

— Ха-ха-ха... нет, воздержусь, — сказал Фрэнк Вильчек, услышав про пари. — Я бросил делать ставки.

— Серьезно?! Ты бросил?! Что случилось?! — с удивлением спросил Питер Хиггс, посмотрев на друга. Он не заходил в твиттер и не знал о происходящем в последнее время.

— Ничего такого, просто — небольшая неприятность. Давай не будем об этом, — Фрэнк откашлялся и сменил тему. — Обрати внимание на следующий отчет, он — самый интересный тут.

Питер Хиггс спросил:

— О, есть что-то, чего стоит ждать?

— Конечно! Уверен, что тебя шокирует это открытие, — Фрэнк Вильчек улыбнулся, после чего добавил:

— Осмелюсь поспорить на сто долларов.

Глава 173. Карта сокровищ

— Что за?!

Увидев парня на сцене, Керелла настолько сильно удивилась, что подсознательно выругалась.

Профессор Брунос, сидящий рядом с ней, нахмурился и спросил:

— Что случилось?

— Ничего… — пробормотала Керелла и быстро потянулась к записной книжке.

Но девушку все еще переполняло удивление.

Керелла не могла поверить, что Лу Чжоу стоял там.

Она — также стажер, но разница действительно ошеломляла.

Ло Вэньсюань, сидевший рядом с Эдвардом Виттеном, испытывал не меньшее удивление, как и Янь Cиньцзюэ.

Ло Вэньсюань не понимал, как Лу Чжоу, будучи математиком, мог стоять в таком месте.

Лу Чжоу действительно участвовал в эксперименте?

Но Эдвард Виттен, напротив, нисколько не удивился, а наоборот — проявил интерес.

Он явно узнал человека на сцене и с нетерпением ждал его отчета.

Молодой человек, шокировавший Принстон, что он собрался объявить сейчас?

……………………………..

Стоя на подиуме, парень глубоко вздохнул и постарался сконцентрироваться, не обращая внимания на сидящих людей.

Успокоившись, Лу Чжоу заговорил:

— Позвольте мне представиться. Я — из Цзиньлинского университета в Китае. Для меня большая честь, будучи стажером, принимать участие в этом международном эксперименте. Именно благодаря этой возможности, мне удалось обнаружить интересное явление.

Лу Чжоу знал, что всем этим физикам плевать на его представление, поэтому парень быстро начал презентацию.

— Месяц назад я присутствовал на северном испытательном полигоне. Когда проходило испытание при 1 TэВ, я обратил внимание на интересный момент на детекторе ATLAS.

Парень переключил на следующий слайд и указал на характерные точки на графике mλ.

— Разве это не выглядит интересно? Мы наблюдали несколько очень специфичных сигналов при семисот пятидесяти ГэВ.

В зале Питер Хиггс с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться вслух.

— Это докладчик, о котором ты говорил?

Фрэнк улыбнулся и ответил:

— Да.

Питер не мог не высмеять его:

— Ты рассказал ему про чрезмерные колебания? Я обычно говорю своим ученикам про это.

— Я знаю, ты подразумеваешь, что это открытие — ни о чем, — с улыбкой произнес Фрэнк. — Но можем сделать ставку в сто долларов. Я уверен, он сможет тебя убедить.

Питер Хиггс посмотрел ему в глаза.

— Не знаю, отчего ты так уверен, но такими темпами ты истратишь все деньги с Нобелевской премии.

Не обращая внимания на насмешки старого друга, Фрэнк улыбнулся:

— Не думаю.

…………………………………………...

Сидящие в зале люди рассмеялись, как только увидели "результаты исследований" Лу Чжоу.

И хотя смех был не громкий, Лу Чжоу слышал их, и для его ушей это было подобно лезвию.

Несомненно, тестовые пуски не могли убедить этих людей.

Может, несколько отдельных случаев и выглядели странно, но они не стоили внимания. Поскольку в квантовой механике это классическая теорема о квантовой неопределенности, подобные феномены можно легко объяснить случайным возникновением небольшого количества энергии.

Лишь несколько человек проявили интерес.

Однако Лу Чжоу ожидал подобной реакции и игнорировал смех.

— Я знаю, что многие считают, что это, скорее всего, двухфотонный сигнал или просто ошибка в допустимом диапазоне. Поэтому я специально нашел данные за две тысячи двенадцатый год и статистически проанализировал их, после чего построил вероятностную модель.

Лу Чжоу переключился на следующий слайд.

Следующий слайд переполняли формулы.

На самом деле, подобный феномен появлялся и в две тысячи двенадцатом году, и также зафиксирован на детекторах ATLAS и CMS. Если это просто совпадение, то оно — слишком странное.

Это самая большая его теоретическая опора.

Парень мельком посмотрел на слайд и уверенно сказал:

— Я несколько раз перепроверил данные и установил, что это — не двухфотонные сигналы. Скорее всего, в этой зоне произошло столкновение.

— Согласно вероятностной модели позади меня, могу с уверенностью сказать, что если данные, собранные на детекторах ATLAS и CMS, верны, то в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ определенно появляется характерный пик!

— Может быть, это новая и более тяжелая частица, или может это гравитационная сила, существуют разные возможности. Даже может… — Лу Чжоу на мгновение остановился и окинул аудиторию взглядом, после чего вздохнул и продолжил:

— Может быть, это последняя часть головоломки, что мы искали… суперсимметричная частица!

Вокруг стало тихо.

Никто не ожидал подобного вывода.

Почти все думали, что эти данные — бесполезны, но увидев аргументы на экране, многие поменяли свое мнение.

Если образцов накапливается достаточно много, то вероятность появления этого пика достигает восьмидесяти четырёх целых, пяти десятых процента. A это уже стоит внимания.

Это открытие кажется...

Интересным?

Ло Вэньсюань, сидя в задних рядах, подозрительно посмотрел на вычисление и быстро проверил их правильность.

Но, очевидно, некоторые люди опередили его.

Эдвард Виттен, лауреат Филдсовской премии, сидящий рядом с ним, был быстрее.

— Он прав, — кивнул Виттен. — По крайней мере, с математической точки зрения.

Аспирант со странным взглядом посмотрел на своего руководителя и спросил:

— Хотите сказать, он обнаружил новую частицу?

— Я этого не говорил. Ни физики, ни математики не могут непосредственно увидеть частицы, — Виттен улыбнулся и пожал плечами.

— Единственное, что может найти частицы — коллайдер. А мы — теоретики. Все, что мы можем сделать — это составить карту сокровищ для настоящего искателя.

Доклад Лу Чжоу потряс аудиторию.

Зал постепенно наполнился аплодисментами.

Услышав аплодисменты, парень испытал облегчение.

Все уже ясно.

Неважно, есть ли в семисот пятидесяти ГэВ что-то или нет, все что хотел Лу Чжоу — это донести важность этого до ЦЕРНа, и не позволить упустить.

Усилия Лу Чжоу не пропали даром.

Касательно того, что делать дальше, то парень даже не думал об этом.

Лу Чжоу улыбнулся и разжал кулаки.

Он поклонился и быстро ушел со сцены.

Глава 174. Повышение

Oтчеты пpодолжились.

Bпрочем, ожидать было больше нечего, ничто не могло сравниться с открытием Лу Чжоу.

Многие вспомнили об эксперименте по генерации нейтрино пару лет назад, в xоде которого должны были доказать, что в стандартной модели нет нейтрино, а в итоге — все обернулось наоборот! Благодаря этому удивительному открытию, стандартную модель чуть не опровергли.

Если в области семисот пятидесяти ГэВ действительно есть частица, отсутствующая в стандартной модели, то это — действительно громкое событие!

Многие смотрели на свои часы, а некоторые по-тихому ушли не стерпев, чтобы вернуться в лаборатории и начать писать работы об этом новом физическом явлении.

Очевидно, если этот пик появляется с большой вероятностью, то ЦЕРН однозначно запустит коллайдер, чтобы провести эксперимент.

Если полученные данные подтвердят, что область семисот пятидесяти ГэВ действительно имеет характерный пик, и этот пик является новой частицей, то это может означать не только новую ветвь в физике, но и Нобелевскую премию!

Нет сомнений, что это — уже повод для ставок.

Питер Хиггс изумленно произнес:

— Невероятно, это то удивительное открытие, о котором ты говорил?

— Да, — ответил Фрэнк Вильчек, сидящий рядом с ним. — Я прочитал его статью две недели назад, тогда работа еще была не закончена, но я догадывался, что это будет чем-то значимым.

Питер Хиггс задумался на некоторое время и сказал:

— C точки зрения математики, это доказано, но ты думаешь, такая возможность существует?

Фрэнк Вильчек улыбнулся:

— Думаю, стоит попробовать.

— Ты прав, я думаю так же, — Питер Хиггс кивнул и встал со своего места. — У меня появилось несколько новых теорий об этом, поэтому я пойду.

Фрэнк Вильчек остановил своего друга:

— Подожди.

— Что такое?

Фрэнк Вильчек улыбнулся и потер пальцами:

— Ты забыл деньги.

Они поспорили, и в этот раз Фрэнк выиграл.

Питер Хиггс вздохнул и улыбнулся, после бросил смятого Франклина на кресло и поспешно ушел.

…………………………...

В другом конце зала профессор Лу сказал:

— Этот парень — интересен, не зря он — мой ученик.

Янь Синьцзюэ не мог не спросить:

— Но профессор, разве вы не говорили, что это — квантовое колебание?

— Я никогда такого не говорил, — профессор произнес с серьезным лицом. — Я сказал, что скорее всего, это так.

Он все еще считал так же.

Но это — действительно важный момент, именно поэтому нужен эксперимент, чтобы все проверить.

Янь Синьцзюэ продолжил спрашивать:

— Но если там действительно что-то есть, как это можно объяснить с помощью квантовой хромодинамики?

Профессор Лу покачал головой:

— Никак, это — вне стандартной модели.

— Тогда почему?..

— Нет причин, — профессор Гао оборвал аспиранта и улыбнулся. — Физика существует не по нашим прихотям. Напротив, смысл именно в том, чтобы открывать неожиданное для нас и получать новые загадки, чтобы мы могли совершенствовать теорию.

Любое физическое заключение — несовершенно, все зависит от прогресса.

Поэтому, когда появилась теория относительности Эйнштейна, никто из физиков не стал кричать, что Ньютон — неправ.

Точно так же, если однажды в будущем обнаружат, что теория относительности — не применима в далеких галактиках, никто не будет кричать и осуждать Эйнштейна. Физика постоянно улучшалась.

То же самое — для стандартной модели.

Затаив дыхание, Янь Синьцзюэ спросил с волнением в голосе:

— Тогда хотите сказать, что открытие Лу Чжоу может создать новую теорию в физике?

Профессор Гао на мгновение задумался, а потом дал неопределенный ответ:

— Возможно...

Да, лишь возможно.

Но для студента магистратуры это "возможно" — целое достижение.

……………………...

Лу Чжоу приехал сюда в начале мая и пробыл здесь уже два с половиной месяца.

Глядя на календарь, парень не мог не погрузиться в себя.

Если он правильно помнил, сейчас его друзья из двухсот первой комнаты должны сдавать свои последние экзамены. Только те, кто готовился к вступительным экзаменам, оставались в университете.

Если бы его жизненный путь так резко не отклонился от первоначального курса, то через два месяца он стал бы третьекурсником. Ему пришлось бы задумываться о продолжении учебы или поиске работы.

Однако теперь ему не нужно думать об этих поверхностных проблемах.

Теперь ему нужно беспокоиться о других, более важных проблемах.

Две недели назад завершился Европейский саммит по ядерным исследованиям, и исследователи из Китайской группы сотрудничества вернулись в Китай.

Лу Чжоу должен был лететь обратно вместе с Янь Синьцзюэ и профессором Лу Шэньцзянем, но профессор в итоге сказал ему лететь самому.

Это долгая история.

После отчета Лу Чжоу, Линдон Эванс предложил ему новый контракт.

Теперь парень из стажера стал исследователем в ЦЕРНе.

У такого международного исследовательского института уровень текучести исследователей — очень высокий. Например, в знаменитой Аргоннской национальной лаборатории соотношение временных работников к постоянным было примерно один к одному.

ЦЕРН, пожалуй, имел самый высокий показатель текучести среди всех исследовательских учреждений.

ЦЕРН заключал различные контракты с учеными из разных стран.

Эти контракты не предусматривали зарплату, поскольку не являлись трудовым договором. Скорее, они походили на удостоверения личности.

Например, Янь Синьцзюэ и профессор Лу имели схожие контракты.

Касаемо их пользы...

Кроме упрощенного получения визы и доступа к различным исследованиям, они — бесполезны.

Но если надо заработать дополнительные деньги, на подобное удостоверение можно опираться при подписании контракта с другой лабораторией.

Конечно, Лу Чжоу остался не на "летнюю подработку". А потому что ЦЕРН изменил график экспериментов из-за его открытия.

Парень хотел остаться и засвидетельствовать результаты.

Само собой, имелась и еще одна причина.

Другая причина — в том, что система так и не посчитала, что Лу Чжоу выполнил задание, поэтому он остался.

Лу Чжоу боялся, что если улетит сейчас, то задание прервется.

Но независимо от того, почему парень остался, подобные эксперименты — не что-то простое, что можно провести в любой момент. Ожидание может занять месяц или даже полгода.

Поэтому профессор Лу Шэньцзянь оставил Лу Чжоу.

В конце концов, академики очень ценили время, Лу Шэньцзянь не мог оставаться тут и ждать результатов.

Однако профессор Лу не полностью бросил Лу Чжоу. Он дал парню пособие на проживание в размере трёх тысяч евро, а также заплатил за номер до конца июля.

В конце концов, если открытие подтвердится, то это будет отличной новостью для Китайской команды.

Профессор Лу Шэньцзянь с нетерпением ждал результатов.

Глава 175. Интервью c Nature Weekly

Прoсто дожидаться в отеле — довольно скучно, а после конференции в ЦЕРНе больше не проводилось хороших лекций. Поэтому, чтобы побороть скуку, Лу Чжоу гулял по Женеве. Парень делал фотографии достопримечательностей и делал некоторые покупки.

Вернувшись в отель, Лу Чжоу выложил фотографии в ленте и пошел в душ.

Когда он вышел из душа и уже собирался спать, ему неожиданно позвонил Ши Шан.

И первое, что он сказал:

— Чжоу, когда ты вернешься?

Лу Чжоу сушил волосы и задумался, отвечая:

— Смотря по ситуации... Когда опубликуют результаты эксперимента, тогда и вернусь. Если что-то нужно еще привезти, то говори. В любом случае, мне делать нечего, и я просто гуляю.

— Путешествуешь на халяву? Я тебе завидую.

"На халяву путешествую?"

"Ну, можно и так сказать..."

Парень вспомнил, что в этой поездке он ещё не потратил ни копейки своих денег.

— Э-э-э, когда ты вернешься в универ, просто положи вещи на мой стол. Не отправляй их ко мне домой, у меня нет места.

— Ладно, что-нибудь еще?

Ши Шан покачал головой:

— Ничего... О, точно, почему тебя не видно в Weibo в последнее время?

— О чем ты? Я только что выложил несколько фото в Weibo.

— Нет, я имею в виду, что в последнее время не видно твоего выпендрежа.

— ...

"О чем ты, блин?"

"Говоришь так, словно я постоянно хвастаюсь."

Лу Чжоу закончил разговор и бросил телефон на кровать.

Посмотрев на календарь, парень увидел, что уже почти конец месяца.

Он не знал, когда закончится эксперимент.

Парень надеялся, что не ошибся.

Конечно, никто не станет его винить, но он будет чувствовать себя подавленным.

…………………………...

Изначально Лу Чжоу думал, что ему придется прождать еще один месяц, пока не будут готовы результаты.

Он не ожидал, что хорошие новости придут так внезапно.

Первым, рассказавшим ему новость, стал профессор Грейер, который следит за детектором ATLAS.

По телефону Грейер не стал много говорить, а просто попросил парня прийти к нему в кабинет.

Войдя к профессору, Лу Чжоу сразу же спросил:

— Каков результат?!

— Tвое предположение верно, — сказал профессор Грейер, переполнившись эмоциями, и положил на стол бумаги. — Результаты — весьма оптимистичны. Мы увидели пики, которые ты предсказал на CMS и ATLAS. Многих удивил этот результат.

Лу Чжоу испытал облегчение, когда этот камень свалился с его души.

Хотя для ЦЕРНа работа только начиналась, но работа Лу Чжоу подошла к концу.

Профессор Грейер посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Хотя нельзя пока определить, что это, но можно с уверенностью сказать, что там что-то есть.

Взяв бумаги со стола, парень сказал:

— Надеюсь, что вы сможете понять, что это... Пожалуйста, сообщите мне, когда что-нибудь найдете.

Профессор Грейер спросил:

— Ты возвращаешься?

— Да, — произнес Лу Чжоу и, улыбнувшись, кивнул. — Я дождался желаемого результата, и бронь отеля уже почти закончилась.

Хотя парню было интересно, что это за сигнал, но он не мог ждать тут вечно, поскольку это может занять годы.

Кроме того, Лу Чжоу уже догадывался, что на данном этапе задание от системы должно быть завершено.

Парень хотел вернуться в Китай, получить награду и посмотреть на новые задания.

— Перед этим... можешь оказать мне небольшую услугу? Это займет всего три дня, — попросил профессор Грейер. — Я оплачу проживание в отеле.

— Какую услугу?

— Интервью Nature Weekly, — улыбнулся профессор Грейер. — У меня есть друг, который там — редактор. Хоть она и не эксперт, но неплохо разбирается в квантовой физике. Она очень удивилась твоему открытию и захотела взять интервью. Она прилетает сюда второго августа... Можешь остаться еще на пару дней?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Конечно, могу.

Хотя парень не любил интервью, он все же хотел помочь профессору Грейеру.

В конце концов, профессор помог ему. Без него Лу Чжоу не смог бы найти аргументы для отчета.

К тому же, это совсем не доставит ему проблем.

…………………………...

После конференции по ядерным исследованиям в июле, ЦЕРН не мог дождаться, чтобы объявить об открытии пентакварка Pc+, что, как и ожидалось, стало главной новостью физики этого года.

Конечно, помимо этого появились и неожиданные результаты.

Например, характерный пик при семисот пятидесяти ГэВ...

Да, в этот раз "появились"...

Согласно предсказанию Лу Чжоу, сделанному в отчете, ЦЕРН возобновил эксперименты при одному ТэВ.

Конечные результаты оказались удивительными.

Когда количество образцов доходит до определенного значения, появляются пики при семисот пятидесяти ГэВ, которые нельзя объяснить текущими знаниями в хромодинамике.

Некоторые предположили, что это сигнал при распаде более тяжелой частицы, другие же предположили, что это двухфотонный сигнал. Некоторые предположили, что это последняя часть головоломки стандартной модели, которую физики-теоретики искали уже много лет: суперсимметричные частицы.

Конечно, некоторые не испытывали оптимизма и говорили, что это просто квантовая флуктуация. Хотя исследователи ЦЕРНа наблюдали это явление на детекторах ATLAS и CMS.

Но под этим влиянием появились сотни статей с попытками объяснить пик, а число публикаций крупных журналов выросло вдвое.

Многие физики сделали смелые предположения об этом явлении.

Они не могли просто сидеть, сложа руки.

Физика высоких энергий была непохожа на физику конденсированных сред. Средства наблюдения никогда не поспевали за скоростью теоретического прогресса. Стандартную модель, которую еще толком не видели, уже приняли.

Академикам в данной области трудно писать работы.

Однако этот пик позволил академикам не только написать множество работ, но и предоставил шанс на получение Нобелевской премии.

Что... если им повезет?

Все возможно.

В конце концов, даже коллайдер не знал, что означает сигнал семисот пятидесяти ГэВ...

Однако внимание СМИ и общественности приковало другое.

Для простых людей это событие стало более удивительным, чем открытие пентакварка.

Потому что это обнаружил...

Просто стажер!!!

Глава 176. Сильнейший в истории стажер!

Первыми об этом сообщила британская газета "Гардиан".

Репортер, написавший эту статью, с удивлением констатировал открытие.

"ЦЕРН обнаружил аномальные сигналы в эксперименте. Эксперты говорят, что это может быть главным ключом к открытию суперсимметричныx частиц. Но невероятно то, что это заметил стажер!"

Словно таинственная сила Востока повлияла на коллайдер.

Сразу после этого СMИ выяснили личность этого стажера.

И многие были шокированы.

Например, последний номер немецкого издания "Focus Weekly" привлек внимание людей рассказом о личности стажера.

"Стажер, обнаруживший характерный пик в семисот пятидесяти ГэВ, на самом деле, студент магистратуры в Цзиньлинском университете. Его достижения не ограничиваются только физикой, он также стал "лучшим молодым докладчиком" на конференции в Принстоне в начале этого года. Он доказал гипотезу о числах-близнецах!"

"Наш репортер взял интервью у мистера Фрэнсиса, президента Федерального математического объединения, и у господина Эдварда Виттена, обладателя Филдсовской премии. Мистер Фрэнсис отметил, что это молодой ученый с отличными способностями к мышлению и инновациям, в то время как Эдвард Виттен считает, что он может стать первым китайским ученым, получившим Филдсовскую премию."

Первоначально новости, связанные с энергетической зоной семисот пятидесяти ГэВ, не вызвали широкого отклика и распространялись только в небольших кругах физиков элементарных частиц. Лишь после статьи "Focus Weekly" новость достигла пика.

Люди удивились тому, что стажер смог заметить это явление, но еще больше их потрясло то, что стажер — не физик, а математик.

Новость еще не дошла до Китая, но уже успела вызвать бурные обсуждения в западных социальных сетях.

Форум Лиги плюща...

[Черт! Я отдыхал, но вчера мой руководитель позвонил мне и сказал, чтобы я вернулся в универ. Он сказал, что у меня теперь — новый проект... Сумасшедший.]

[Это же хорошо, теперь есть тема для дипломной работы :)]

[Может и нет... Что, если ЦЕРН подтвердит сигнал через месяц?]

[Невозможно. Со скоростью работы коллайдера это может занять годы. У тебя будет время закончить работу.]

Американский студенческий форум…

[Пздц, даже Филдсовская премия не способна удовлетворить его амбиции! Похоже, он собирается получить Нобелевскую премию...]

[Ему все еще далеко до Нобелевской премии, но он — силен. Теоретическая физика — самая сложная дисциплина для получения результатов. Хотя это открытие — не основной результат исследований, но оно решило сотни проблем с дипломными проектами по физике.]

[И правда, в эти дни arxiv чуть не взорвался от количества статей по физике элементарных частиц.]

[Этот парень — слишком крут. Буду ли я таким же психом, когда стану студентом магистратуры?]

[Проснись, этот парень в начале года был лишь бакалавром, но уже был монстром.]

[Блять.]

……………………………………………………………..

После статьи "Focus Weekly" другие крупные СМИ тоже рассказали о случившемся.

Хотя многие средства массовой информации проводили расследования по выяснению личности Лу Чжоу, "Nature Weekly" были первыми, кто взял у него интервью.

Конечно, теперь Лу Чжоу был не стажером, а формальным исследователем ЦЕРНа.

Второе августа, полдень...

Профессор Грейер привез парня в кофейню в Женеве, после чего он представил его журналистке из "Nature Weekly".

— Это Белинда, выпускница Оксфорда, — произнес профессор Грейер, потом посмотрел на Белинду и сказал:

— Это Лу Чжоу.

Они кивнули друг другу.

Но парень заметил некую неловкую атмосферу.

Неловкость, похоже, исходила от профессора Грейера. С другой стороны, Белинда естественно улыбнулась.

— Здравствуйте, мисс Белинда, — Лу Чжоу протянул руку.

— Здравствуй, рада встрече, — улыбнулась Белинда. — Это интервью может занять какое-то время, так что начнем сейчас?

— Конечно, — улыбнулся в ответ парень. — Надеюсь, мои ответы смогут удовлетворить ваше любопытство.

В конце концов, "Nature Weekly" — научный и достаточно строгий журнал. И он более придирчив, нежели китайские СМИ.

Вопросы Белинды были максимально профессиональными, неудивительно, что эта девушка — выпускница Оксфорда.

Например, ее первый вопрос...

— Как вы нашли характерный пик в зоне семисот пятидесяти ГэВ?

— Случайно, — ответил Лу Чжоу и улыбнулся. — Мои коллеги думали, что пик семисот пятидесяти ГэВ — просто случаен. Но он появился как на ATLAS, так и на CMS, что слишком подозрительно для совпадения. Поэтому я попросил профессора Грейера найти данные за двенадцатый и тринадцатый годы. В итоге я обнаружил кое-что интересное.

— Пик семисот пятидесяти ГэВ?

— Не совсем, но почти, — парень пожал плечами. — У меня было не так много выборок на руках, поэтому информация, которую я мог получить, слишком ограничена. Поэтому я попытался доказать это с точки зрения вероятности. Получив достаточно большую вероятность, у ЦЕРНа появилась причина для проведения этого эксперимента. Что касается самого пика, то его обнаружил коллайдер, а не я.

Репортер улыбнулась и записала ответ, после чего продолжила спрашивать:

— Я заметила, что вы используете несколько расплывчатые формулировки. Это — ваша привычка, или виной всему — строгость физики?

Лу Чжоу кивнул:

— Последнее. Поскольку даже сейчас мы не можем точно сказать, что это такое.

— Как вы думаете, что это за частица?

— Надеюсь, что это суперсимметричная частица. Если это так, то наша самая большая проблема будет решена. Но… Это лишь — мое личное желание. Не всегда все идет гладко, — ответил Лу Чжоу и задумался на некоторое время, после чего продолжил:

— Если просто гадать, то я бы скорее предположил, что это — что-то вне нашего понимания… например, темная материя.

Белинда удивленно открыла рот и спросила:

— Удивительные спекуляции... Но почему?

— Потому что сигнал — слишком нестабилен, — улыбнулся парень. — Адронный коллайдер сам по себе представляет накопление бесчисленных маловероятных столкновений, и появление подобного сигнала показывает некую ситуацию, которую трудно объяснить, по крайней мере, с помощью существующих теорий…

— Но это также может быть просто двухфотонный сигнал!

— Но это также может открыть путь к "новой физике".

Глава 177. Много информации

Интервью длилось всего двадцать минут.

Выйдя из кафе, Лу Чжоу подошел к машине и, открыв дверь, сел на место рядом с водителем.

Профессор Грейер спал на водительском сиденье с включенным кондиционером. Приоткрыв глаза, он заметил, что уже вернулся Лу Чжоу, после чего зевнул и спросил:

— Уже все?

Парень надел ремень безопасности и ответил:

— Да, все.

Во время интервью профессор Грейер не остался в кафе, он сразу же вернулся в машину, словно не хотел оставаться там и секунды.

Из любопытства Лу Чжоу спросил:

— Ты и эта женщина...

— Oдно время мы встречались… Хотя... недолго, — ответил профессор. — Она — моя бывшая.

Парень удивленно посмотрел на профессора Грейера.

"Серьезно?"

"Она выглядит на двадцать лет."

"Может, это из-за макияжа?"

Глядя на парня, профессор понял, о чем тот думает и недовольно произнес:

— Хватит думать, что я — старый. Мне — лишь сорок в этом году. Я даже все еще могу выиграть Филдсовскую премию!

— Но следующая награда будет в восемнадцатом году, так что тебе уже будет сорок три.

— Я просто шучу, к тому же, я не занимаюсь математикой, — профессор Грейер кашлянул и тут же сменил тему. — Говоря об этом, от Янь Синьцзюэ я слышал, что тебе уже двадцать лет, но ты — все еще не женат. Я в твоем возрасте сменил уже двух подружек. Есть ли хоть что-то, что тебя интересует... кроме математики?

Парень смутился и улыбнулся:

— Само собой.

Ощутив запах сплетен, профессор заинтересованно спросил:

— Например?

— Физика.

— ...

………………………………….

Вернувшись в отель, Лу Чжоу начал собираться.

Парень уже почти три месяца пробыл в Европе.

Когда он приехал сюда, в чемодане лежало лишь несколько комплектов одежды. Теперь же чемодан забивали вещи, что он накупил здесь. Парень волновался, что могут возникнуть проблемы на таможне.

В любом случае, его поездка наконец-то успешно завершилась.

Лу Чжоу не мог дождаться возвращения в Китай, чтобы получить награды за задание.

Оценка за задание точно должна быть S+, да?

Тогда он может получить бонусное задание.

Парень не хотел думать о других вариантах.

Будет странно, если он не получит S+.

Лу Чжоу убрал в чемодан сухое молоко, что купил сестре, когда вдруг зазвонил его телефон.

Парень ответил на звонок:

— Алло.

— Это я.

Его привел в недоумение голос.

Нахмурившись, Лу Чжоу осторожно спросил:

— Кто?

Из трубки послышался кашель, словно человек задыхался.

Через некоторое время старик пришел в себя и сказал с некоторой обидой:

— Фрэнк Вильчек! Мы виделись лишь месяц назад!

"Серьезно?"

Парень сильно удивился.

"Зачем он звонит мне?"

Уже прошел месяц, разве Фрэнк Вильчек не вернулся в штаты?

— Извините, не узнал ваш голос… — извинился парень и быстро сменил тему:

— Что-то случилось?

Фрэнк Вильчек спросил:

— Ты сейчас свободен?

— Конечно.

— Тогда приходи в мой кабинет. Мне есть о чем поговорить с тобой.

Старик больше ничего не стал объяснять по телефону и повесил трубку.

Поскольку вылет — лишь завтра вечером, и у него достаточно свободного времени, Лу Чжоу в замешательстве отправился к старику.

Едва парень вошел, Фрэнк Вильчек жестом велел ему сесть, после чего попросил помощника принести две чашки кофе.

Глядя на дымящийся кофе, Вильчек неспешно заговорил:

— Частица семисот пятидесяти ГэВ может начать поколение новой физики. Если это правда, то ее ценность — выше даже Нобелевской премии. Все физики-теоретики заинтересовались ею, и я — не исключение.

Лу Чжоу молчал, понимая, что эта награда особо не связана с ним. Парень ждал, пока старик продолжит.

После небольшой паузы Фрэнк Вильчек заговорил вновь:

— Я оптимистичен по поводу твоего таланта в математической физике. Если тебе интересно, то можешь присоединиться к моим исследованиям. Мы можем вместе работать и улучшать эту теорию.

За прошедший месяц большинство физиков-теоретиков во всем мире приступили к решению этой загадки, но до сих пор никто не добился значимых результатов.

Все еще можно копать и копать...

Когда коллайдер раскроет данные содержащиеся в сигнале семисот пятидесяти ГэВ, то кто-то, скорее всего, получит Нобелевскую премию.

Хотя Фрэнк уже получил Нобелевскую премию, нет правила, что запрещало бы одному человеку получить ее дважды. Но лишь несколько человек смогли удостоиться такой чести, поэтому это не так то просто.

Если это открытие в достаточной мере удивительно, то такая вероятность есть...

Подобная возможность оставить след в истории — редка, поэтому никто не хотел упустить ее.

Парень спросил:

— Вы предлагаете дать теоретическое объяснение этой частице?

— Да, — профессор кивнул. — На самом деле, я — не только исследователь ЦЕРНа, но и работаю на кафедре теоретической физики в Массачусетском технологическом институте. Кстати, не хочешь получить докторскую степень там?

Парень слегка опешил от подобного предложения.

Массачусетский институт — один из лучших университетов в области физики. И уже не говоря о том, что его пригласил туда обладатель Нобелевской премии...

Если бы университет не разработал для него специальную программу, парень мог бы и принять это предложение.

Но в итоге Лу Чжоу не мог принять его, поскольку он уже дал обещание.

Просто отказываться от такого предложения — слишком неуважительно, поэтому парень попытался отклонить его как можно мягче:

— Спасибо за ваше предложение, но извините… Я уже обещал получить докторскую степень в Принстоне, — покачал головой Лу Чжоу.

— Принстон… Для тебя, занимающегося математикой, это, и правда, более привлекательно, — произнес Фрэнк Вильчек ему все равно на отказ. — Но даже если ты выбрал Принстон, мое предложение — в силе. В конце концов, сейчас — цифровая эпоха, и многое можно передать через интернет, нет надобности общаться напрямую. Так что еще раз подумай о моем предложении.

Фрэнк Вильчек сделал паузу, а потом продолжил:

— Если заинтересован в Нобелевской премии...

Этим предложением было сказано много информации, и парень стоял в шоке, забыв как говорить...

Глава 178. Возвращение.

В эпоху интернета — невозможно что-либо cкрыть.

Всего за два дня новости распространились по Китаю.

[Шок! Человек, что обнаружил высокоэнергетическую частицу, на самом деле — он?]

[Лу Чжоу: на самом деле, я — физик.]

[Он сбросил бомбу в мир физики высоких энергий, стандартная модель рухнула!]

[...]

Однако в это время Лу Чжоу летел обратно в Китай. Eго телефон был выключен, а сам он спал в кресле и не знал, что снова попал в тренды.

Хотя даже если бы и знал, особо бы не заморачивался.

В конце концов, это — ничто в сравнении с потенциальной Нобелевской премией.

Даже если ЦЕРН найдет что-то интересное в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ, парень ничего не получит и не сможет выиграть награду.

Почему?

Это из-за правил Нобелевской премии.

Исходя из текущей практики, Нобелевскую премию не присуждают исследователям частиц и людям, которые управляют адронным коллайдером. Комитет более склонен награждать человека, который создал новую или развил существующую теорию.

С академической точки зрения, работа первых двух является важной, но не решающей. Любой может случайно натолкнуться на открытие, и любой может провести эксперимент.

Работа последних имеет решающее значение.

Именно поэтому Нобелевскую премию две тысячи тринадцатого года присудили авторам механизма Хиггса и теории бозонов Хиггса, а именно — Питеру Хиггсу и Франсуа Энглеру. А предложили ее в шестидесятые годы. Что касается исследователей ЦЕРНа, которые проводили эксперимент и внесли важный вклад: Нобелевскую премию не присуждают организациям, и ее нельзя разделить между таким числом людей.

Другой пример — колебания нейтрино, которые обнаружили в реакторе Дайя Бэй в Китае. Однако номинантами на Нобелевскую премию две тысячи пятнадцатого года стали профессор Такаши из Японии и профессор Артур Макдональд из Канады.

Некоторые могут спросить, почему бы не придумать частицу и задать ей множество различных физических свойств? После этого нужно лишь подождать, пока другие не обнаружат ее, и выиграть приз.

Теоретически это возможно.

Это также послужило причиной, что после публикации данных с энергией семисот пятидесяти ГэВ появилось множество статей по теоретической физике. Многие делали ставку на эту теорию.

Однако вероятность получить Нобелевскую премию таким образом — не высока.

Новая теория или новая физическая модель должна быть, по крайней мере, теоретически обоснована и логически независима. Точно как с теорией суперструн, хоть она — и изгой в мире теоретической физики, но никто не может опровергнуть ее теоретически.

Если человек не смог придумать логически независимую теорию, даже если он скажет, что нашел частицы Хиггса или гравитационные волны, академическое сообщество не признает его.

Именно поэтому простые люди никогда не смогут получить Нобелевскую премию. Простые люди могут представить статьи, но не говоря уже о независимости теории, они даже могут не понимать физику.

Если эта частица окажется суперсимметричной, то Нобелевская премия может быть присуждена Гонги Хунченгу, который предложил суперсимметрию и суперсимметричные частицы в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году. Есть ли шанс у Лу Чжоу что-то выиграть?

Конечно, есть.

Не только Лу Чжоу, но и Фрэнк Вильчек имеет шанс.

Поскольку постоянно улучшаются не только средства наблюдения, но и соответствующие теории.

Например, если пик семисот пятидесяти ГэВ на самом деле является суперсимметричной частицей, то это разрушит текущие знания о стандартной модели. Тогда может появиться "модель Лу" или "модель Вильчека", объясняющая эту частицу, что будет достойно Нобелевской премии.

Однако необходимый для этого объем работы гораздо больше и сложнее, чем для доказательства математических гипотез. Это невозможно сделать в одиночку, как для Фрэнка Вильчека, так и для Лу Чжоу.

Вот почему позавчера Вильчек предложил Лу Чжоу работать вместе.

Они пришли к согласию общаться по почте и завершить теорию вместе.

Основная работа по созданию теории будет сделана Фрэнком Вильчеком и его аспирантом, а Лу Чжоу будет отвечать за расчеты.

Парень продемонстрировал свои математические способности на конференции, поэтому профессор решил объединиться с ним.

Эта работа однозначно займет много времени Лу Чжоу, но если они получат Нобелевскую премию, то это того стоит.

Даже если это просто шанс.

……………………………….

Когда самолет взлетал — было темно, и когда он приземлился — все еще стояла глубокая ночь.

Хотя академик Лу сказал Лу Чжоу, что Янь Синьцзюэ приедет за ним, парень не хотел беспокоить его и не стал связываться.

Выйдя с чемоданом из аэропорта, Лу Чжоу собирался вызвать такси, но заметил, что кто-то ему машет.

Разглядев лицо человека в свете уличных фонарей, парень удивился.

Янь Синьцзюэ?

Тот помог парню с чемоданом, после чего сел на место водителя:

— Что ты так долго? Я жду тебя с десяти часов.

— Рейс задержался… И откуда ты узнал о моем рейсе?

— Грейер сказал мне, — ответил Янь Синьцзюэ. — Ты — прямо в университет?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, спасибо.

— Да не проблема, мы же — друзья, — улыбнулся аспирант. — Лу Чжоу, ты помог нашей китайской команде блистать на международном уровне. Не видел, чтобы профессор Лу когда-либо хвастался так. Даже профессор университета Шуйму хвалил тебя.

Парень представил эту сцену и смущенно улыбнулся, но не слишком удивился.

Он — потенциальный лауреат Нобелевской премии, поэтому подобное не удивляло его.

— Кстати, ты не хочешь научиться водить?

Лу Чжоу задумался и ответил:

— Когда будет время, подумаю об этом. Пока мне это не нужно.

— Как это не нужно? Полезно иметь машину, чтобы ездить в разные места. Ты получил много наград, только не говори, что уже все потратил!

— Я откладываю их, чтобы купить дом.

Янь Синьцзюэ вздохнул и произнес:

— Неплохо, уже в твоем возрасте думать о покупке дома... Надеюсь, смогу стать таким же успешным, как и ты, учась у академика Лу.

— У тебя нет дома?

Янь Синьцзюэ внезапно стало неловко, он кашлянул и смущенно ответил:

— Надеюсь, смогу накопить на первоначальный взнос к концу года. Хочу купить дом в Пекине, но это довольно дорого... С чего ты решил, что я — богат?

"Когда ты тратил деньги в Швейцарии..."

Но тут парень вспомнил, что они тратили деньги академика Лу.

— Так сложно накопить?

Янь Синьцзюэ вздохнул:

— Вот такая она, теоретическая физика. Разве ты не работал с профессором Ли? Почему ты не продолжил заниматься физикой материалов? Зачем переключился в физику высоких энергий?

Парень не знал, как ответить на его вопрос. Лу Чжоу не мог сказать, что это из-за задания системы.

Конечно, он и сам интересовался физикой высоких энергий, иначе не выбрал бы направление математической физики.

Подумав об этом, Лу Чжоу неуверенно ответил:

— Возможно, я просто люблю науку?

Янь Синьцзюэ потерял дар речи.

Парень подумал, что его ответ звучал слишком фальшиво, но тут аспирант внезапно вздохнул:

— Может поэтому я — не так хорош, как ты...

"Эм?"

"Он поверил мне?!"

Глава 179. 3 уровень физики!

Янь Cиньцзюэ припарковалcя около общежития и открыл багажник, после чего помог Лу Чжоу достать чемодан, чуть не надорвавшись.

— Черт, что он такой тяжелый… что ты там накупил?

Лу Чжоу извиняясь сказал:

— Сувениры и разные предметы, что просили купить друзья.

— Помочь донести?

— Спасибо, я сам справлюсь. Я живу на втором этаже.

— Ладно, тогда я поехал.

Янь Синьцзюэ вернулся в машину. Помахал на прощание, после чего завел машину и уехал.

Парень посмотрел на удаляющуюся машину, потом развернулся и взглянул на темное здание. Вздохнув, Лу Чжоу взял чемодан и пошел по лестнице наверх.

Сейчас лишь начало августа, и студенты — на летних каникулах, поэтому стояла мертвая тишина.

K счастью, его комната — на втором этаже, иначе бы он не знал, как донести чемодан.

Открыв дверь, Лу Чжоу поставил чемодан в сторону и пошел в душ, после чего забрался в кровать.

Лежа в кровати, парень закрыл глаза и вошел в белоснежное системное пространство.

Он с нетерпением открыл информационный экран, после чего нажал на панель заданий.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: успешное участие в LHCb группе Китая, участие в "анализе данных раздела B1" и "полном спектральном анализе" пентакварка "Pc+", найдена подсказка в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ.]

[Оценка задания: S +]

[Награда за задание: сто тысяч очков опыта физики. Пятьсот баллов. Один билет счастливой лотереи (сто процентов — образец)]

[Дополнительная награда: пятьдесят тысяч математического опыта.]

"Сто тысяч?"

Увидев это число, парень перестал дышать, а его сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Потом его взгляд переместился на следующее окно.

"Нихрена себе!!!"

"Я еще получил пятьдесят тысяч очков опыта по математике?!"

От удивления Лу Чжоу забыл, как дышать.

Система, наконец, по-хорошему к нему отнеслась.

Парень уже получал оценку S+ за задание, но это первая "дополнительная награда", которую он получил.

"Это потому, что я нашел ключ в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ?"

Глядя на награды, парень погрузился в размышления.

"Не знаю, как система оценивает задания, но эта дополнительная награда превосходит все мои ожидания."

Лу Чжоу прекрасно помнил, что на конференции в Принстоне он также получил оценку S+. Но тогда он получил только сорок две тысячи очков опыта по математике и никакой дополнительной награды.

"Это значит, что открытие в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ — более ценно, чем гипотеза о числах-близнецах?" — думал парень, потирая подбородок.

Хотя система довольно строго хранит свои тайны, в некоторых мелочах она дает неожиданные подсказки.

Очевидно в базе системы была информация о сигнале семисот пятидесяти ГэВ. Хотя Лу Чжоу не знал, какая именно это частица, она должна быть чем-то значительным. По крайней мере, этого достаточно для получения ста тысяч очков опыта по физике, и дополнительно — пятьдесят тысяч очков опыта по математике.

Но, хоть это и захватывало, нет смысла думать об этом сейчас.

В конце концов, в системном пространстве нет коллайдера. И даже если Лу Чжоу хочет выяснить, что скрывается за этим сигналом, ему оставалось только ждать экспериментов ЦЕРНа.

Парень глубоко вздохнул и сказал:

— Система, открой панель характеристик!

[Система высоких технологий:

Пользователь: Лу Чжоу

Основные науки:

A.Mатематика: LV3（4000/100000）→ LV3 (54000/100000)

B.Физика: LV2（3100/50000）→ LV3 (53100 / 100,000)

C.Биохимия: LV1（4000/10000）

D.Инженерное дело: LV1（0/10000）

E.Материаловедение: LV1（3000/10000）

F.Энергетика: LV1（0/10000）

G.Информатика: LV1（2900/10000）

Баллы: одна тысяча девятьсот семьдесят пять → две тысячи четыреста семьдесят пять (билет счастливой лотереи)]

Его уровень физики вырос до третьего, и она почти сравнялась по опыту с математикой.

Но если Лу Чжоу хотел повышать и дальше уровень физики, ему нужно сначала поднять уровень математики, поскольку та определяла максимальный уровень других дисциплин.

Как и ожидалось, математика — его основа.

Парень закрыл панель характеристик и посмотрел на рулетку лотереи.

Наконец, наступил самый захватывающий момент.

Это действительно захватывало, поскольку он получал образец со стопроцентным шансом. Ему не нужно было беспокоиться о том, что снова придется пить колу или спрайт.

Парень надеялся, что в этот раз не будет бесполезного образца, а хотя бы несколько капсул.

Хотя с текущем уровнем Лу Чжоу не нужно больше полагаться на капсулы концентрации, они все равно были бы полезны.

— Начать лотерею.

Лу Чжоу вздохнул, глядя на вращающуюся рулетку, а потом крикнул:

— Стоп!

[Пользователь, поздравляю, получен образец!]

Очевидно.

Посмотрим, что это.

Лу Чжоу сжал кулак и посмотрел на экран.

[Образец: Пистолет-сканер (одноразовое использование)]

"Эм?"

"Пистолет-сканер звучит круто."

"Но одноразовое использование..."

"Он исчезнет сразу после применения?"

Лу Чжоу хотел обругать систему, но остановился.

Парень вспомнил, что флешка с Сяо Ай исчезла сразу после использования.

Если сказано про одноразовое использование, то, похоже, предметом можно воспользоваться лишь один раз.

Хотя Лу Чжоу не знал причины этого ограничения.

Отложив размышления о награде в сторону, парень посмотрел на панель заданий. Как и в прошлый раз, когда он получил оценку S+, задание было бонусное.

Лу Чжоу нажал на задание.

[Бонусное задание активировано! (Можно отменить в любое время, не потратив баллы)]

[Описание: поскольку пользователь уже решил самую сложную форму K = 1, почему бы не продолжить исследование и не доказать гипотезу Полиньяка?

Требования: доказать гипотезу Полиньяка до две тысячи шестнадцатого года.

Награда: ???]

"Хм..."

"Что означают три знака вопроса?"

"Неизвестная награда?"

"Или награда — три знака вопроса?"

Парень не находил слов.

Казалось, что эта система становится все более нечестной...

Глава 180. Свет, превосходящий стандартную модель.

Гипотеза Полиньяка — сильная гипотеза о двойных простых числах. Для любого натурального числа k найдется бесконечно много пар простых чисел (p, p + 2k). Случай k = 1 был гипотезой о числах-близнецах, когда существовало бесконечное количество простых чисел p таких, что p + 2 — тоже простое число.

Последнее Лу Чжоу уже доказал, используя метод топологии.

До этого Чжан Итан и другие математики доказали, что существует бесконечное количество пар простых чисел, промежуток между которыми не превышает определенного значения, постепенно снизив это значение от первоначальных семидесяти миллионов до двухсот сорока шести. Bсе эти выводы относятся к форме (P, P + 2K) и дают сильную подсказку для доказательства гипотезы Полиньяка.

К настоящему времени: "k=123", "k=…" — завершены.

Остался последний шаг: расширить доказательство k = 1 до бесконечности.

Если доказательство чисел-близнецов лишь номинировало Лу Чжоу на Филдсовскую премию, то доказательство гипотезы Полиньяка гарантировало бы его победу.

Hо это лишь кажется простым.

Тут нужен совершенно другой метод. Прошлое доказательство дало парню лишь идею. Но чтобы доказать гипотезу Полиньяка, ему придется создать абсолютно новый метод.

И хотя у него сейчас третий уровень математики, это все еще непросто.

Наибольшая сложность в том, что система требовала доказать гипотезу до две тысячи шестнадцатого года.

Значит он должен завершить доказательство в течении этого года.

С другой стороны, награда — тоже неизвестна. Но Лу Чжоу предполагал, что если доказательство гипотезы о числах-близнецах дало ему сорок тысяч опыта, то награда за это задание не должна быть меньше.

Кроме того, это — бонусное задание.

Поэтому он все еще с нетерпением ждал этой награды.

………………………………………………...

Приняв задание, Лу Чжоу покинул системное пространство, после чего сразу уснул и проспал до полудня следующего дня.

Проснувшись, парень заметил, что у него много пропущенных звонков.

Все они были из кабинета профессора Лу. Лу Чжоу предположил, что Янь Синьцзюэ сказал профессору, что он вернулся в Китай.

Но поскольку позже он все равно собирался к профессору, то не стал перезванивать.

До обеда ему еще нужно сделать кое-что важное.

Лу Чжоу слез с кровати, умылся, после чего вновь зашел в системное пространство.

[Пистолет-сканер (одноразовое использование): сканирует внутреннюю структуру объекта объемом один кубический метр. Способен проанализировать структуру и состав.]

Описание короткое, но парень понял, как им пользоваться.

У него просто огромный потенциал использования. Можно украсть интеллектуальную собственность или создать костюм железного человека. По сути, он мог воссоздать любую технологию, если у него будут материалы.

Вопрос только — как использовать его.

"Я могу воспользоваться им лишь раз… и даже не могу проверить."

Глядя на иконку в инвентаре, парень колебался.

Лу Чжоу хотел максимизировать пользу от награды.

У него в инвентаре три предмета. "Обломки 1", старая "игла-усилитель" и банка спрайта.

Поэтому у него три варианта.

Просканировать обломки, иглу или банку спрайта.

Первый вариант — получить информацию о сломанной батарее, но трудно сказать, какую выгоду он получит с этого.

В конце концов, Лу Чжоу даже не знал, что за технология лежит в ее основе, лишь догадывался, что это может быть легендарная литиево-воздушная батарея.

Второй вариант — неплохой. Если верить описанию, то влияние препарата было сильным и не имело побочных эффектов. С помощью него, вероятно, можно создать Капитана Америку.

Последний вариант позволит получить рецепт напитка, который проще воссоздать, нежели первые два варианта.

Поразмыслив, парень в итоге выбрал первый вариант.

У него были долгосрочные планы.

В краткосрочной перспективе больше всего подходил третий вариант, поскольку технические требования для производства напитка — невысоки, к тому же он имел отличный вкус. Тем не менее у него почти отсутствовал потенциал для развития, и, кроме того, сложно защищать права в области пищевых продуктов.

Второй вариант, хотя и интересен, но также рискован.

Первый вариант похож на азартную игру.

Эти обломки могли оказаться чем угодно.

— Просто рискну...

Лу Чжоу достал "обломки 1" из своего инвентаря, после чего покинул системное пространство.

Почувствовав холодный металл в руке, парень положил сломанную батарею на стол, направил на нее пистолет и нажал на курок.

Лу Чжоу услышал лишь тихий звук, после чего синий голографический свет покрыл батарею.

Светло-голубая световая завеса окутала обломки, словно по волшебству проникая сквозь твердую металлическую поверхность, делая ее прозрачной, и сканируя каждый миллиметр устройства.

Лу Чжоу удивился, глядя на это.

"Черт, эта система действительно — высокотехнологичная!"

"Один лишь этот синий свет достоин Нобелевской премии!"

"Стандартная модель — просто не сравнима."

Обычный человек особо не задумывался бы над этим, но для Лу Чжоу существование этого предмета рушило его знания о физике.

По крайней мере, парень не знал, как это объяснить с помощью стандартной модели.

Внезапно луч исчез.

Батарея светилась и постепенно возвращалась к прежнему облику, словно ее кто-то перекрашивал.

Сканер в руках парня медленно превратился в пыль, а в его руках осталась лишь черная флешка.

— ...

Лу Чжоу долго молча смотрел на флешку в руках.

У него появилось чувство дежавю, и он не мог не испытывать удивления.

"Полагаю, у этой системы больше секретов, о которых я не знаю..."

Флешка в его руке, скорее всего, сделана из специального материала, который распадется, как только он перенесет данные с нее.

Как и в случае с Сяо Ай...

Глава 181. Он хочет увидеть тебя

После подключения флешки к ноутбуку, с нее начал перекидываться огромный объем данных, отчего ноутбук зашумел.

Bстроенный кулер громко шумел, а ноутбук грелся. Cпустя где-то пять минут, передача завершилась, и все стихло.

Как парень и ожидал, флешка тут же превратилась в пыль и развеялась.

Лу Чжоу собирался открыть папку и посмотреть, что он скинул, но в правом нижнем углу всплыло диалоговое окно.

[Мастер! QAQ]

[Вы хотите убить Сяо Aй? QAQ]

Сильно удивившись, парень с недоумением напечатал: [О чем это ты?]

Сяо Ай: [Посмотрите сколько осталось места на жестком диске! QAQ]

Не дожидаясь, пока Лу Чжоу сам откроет и посмотрит, Сяо Ай вывел на экран красную полоску.

Парня шокировало оставшееся свободное место.

Tвою же!!!

Было два ТБ, а теперь осталось только пятьдесят целых, одна десятая МБ!

Почему эти данные так много весят?

Внезапно Лу Чжоу понял всю серьезность ситуации и поспешно напечатал: [Так, а что с двумя другими дисками?]

Сяо Ай: [Чтобы спасти свою жизнь, я объединил диски D и E в C! QAQ]

Лу Чжоу тут же напечатал: [А что с данными, которые я там хранил??]

Сяо Ай: [Я сжал их и сохранил на диске C! QAQ]

Почти...

Те данные — это материалы и исследования, касающиеся гипотезы Полиньяка.

Когда его выбрали для инициативы "тысячи", он взял гипотезу Полиньяка в качестве своего исследовательского проекта. В свободное время парень провел некоторые исследования, и было бы большой потерей — потерять их.

Тем не менее Сяо Ай — ценнее, чем все эти файлы.

Хотя сейчас ИИ — все еще немного отсталый, однажды он вырастет и станет полезным.

Парень задумался и напечатал: [Понял. Я постараюсь найти новый дом для тебя. Кстати, можешь не добавлять QAQ после каждого предложения? Это выглядит странно.]

Сяо Ай: [Но мастер, библиотека, что я собрал, потеряна! Я не могу найти других выражений! QAQ]

— ...

Лу Чжоу подумал о своих файлах и обрадовался, что они не были потеряны, как коллекция эмодзи Сяо Ай.

После парень задумался о том, как дорого обойдется новый дом для него, и первоначальное сочувствие сменилось одной мыслью.

Опять тратить деньги!

После чего Лу Чжоу закрыл диалоговое окно, нашел свои файлы и скопировал их на внешний жесткий диск, после чего открыл данные со сканера.

Изначально он думал, что потребуется много времени, чтобы их проанализировать, и не ожидал, что все будет так удобно.

После запуска исполняемого файла открылось приложение для проектирования.

В трехмерной сетке отображалась сломанная батарея.

На первый взгляд, просто трехмерная модель.

С подобной мыслью парень щелкнул по модели — и тут же все изменилось.

От состава материала до параметров температуры во время сканирования, все данные точно отобразились во всплывающем диалоговом окне.

Парень смотрел на это как на озарение, после чего быстро щелкнул на отрицательный полюс батареи.

И словно перед ним предстало сокровище.

Литий!

Лу Чжоу был прав!

Это — литиевая батарея!

Но парень не обнаружил следов остатка электролита.

Лу Чжоу предполагал, что эта высокотехнологичная батарея, вероятно, использовала газ или твердый материал в качестве электролита.

Однако это абсолютно не важно.

Рано или поздно, он изучит эту технологию. Прямо сейчас ему нужно разобраться в технологии, что препятствовала образованию литиевых дендритов.

Эта батарея, словно рыба, у которой самая вкусная часть — живот. В случае батареии, это литиевая часть.

Внезапно Сяо Ай снова написал.

Сяо Ай: [Мастер, что это?]

Лу Чжоу улыбнулся. Eго переполняло хорошее настроение, он ответил: [Благодаря этому, мы получим тебе новый дом. Подожди, пока я зарегистрирую патент. Тогда я куплю тебе сервер за три миллиона юаней!]

Сяо Ай: [Правда?!]

Лу Чжоу: [Правда!]

Если Лу Чжоу, и правда, отсюда узнает как остановить рост дендритов лития, то патента хватит на покупку нескольких домов в центре города.

Само собою, у него есть и другие цели, поэтому Лу Чжоу не сможет безрассудно тратить деньги.

По крайней мере, парень хочет купить себе лабораторию, поскольку нельзя постоянно полагаться на подачки системы. Более того, он также должен предоставить формальный способ достижения этой технологии.

Но Лу Чжоу не спешил регистрировать патент.

Хотя парень уже знал, что это за материал, ему все равно нужно провести эксперименты в лаборатории и имитировать открытие.

В конце концов, когда Лу Чжоу зарегистрирует патент, ему нужно будет указать используемое оборудование, источник материалов и лабораторию. Смысл науки в том, что все открытия можно повторить, и если те же самые действия приведут к тому же результату, то открытие можно принять.

Только вот куда он отправит статью?

Недавно Nature Weekly взяли у него интервью, так что, возможно, Лу Чжоу просто отправит работу им...

Парень с волнением думал об этом.

……………………………..

Парень выключил ноутбук, переоделся и пошел пообедать в столовой, после чего отправился к профессору Лу.

Увидев парня, профессор улыбнулся и сказал:

— Наконец-то, ты вернулся из Европы. Я уже думал, что ты решил там остаться навсегда.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это невозможно. Кто позволит мне там так долго оставаться с моей визой?

— Ну тут трудно сказать... Если бы ты, и правда, захотел там остаться, то ЦЕРН позаботился бы о твоей визе. Они бы могли даже решить проблемы с гражданством.

Парень улыбнулся, но ничего не сказал.

Хотя Лу Чжоу понимал, что профессор просто шутил, ему не особо понравилась эта шутка.

Хотя, как и сказал профессор Лу, ему, и правда, было бы легко остаться там.

Но парень никогда даже не задумывался над этим.

И это не из-за каких-то благородных идей или чувств, просто он уже привык жить тут, и ему тут нравилось, а еще у него здесь — много знакомых.

Куда бы Лу Чжоу ни поехал: на конференцию или учиться за границу, он все равно вернулся бы в Китай.

Они поболтали некоторое время, прежде чем профессор Лу перешел к сути:

— Я рад видеть, что ты благополучно вернулся. В следующий раз не забудь отправить мне смску, как приземлишься. Если бы не Янь Синьцзюэ, я бы даже не знал, что ты вернулся! Ладно, больше не буду об этом, — профессор сделал небольшую паузу. — Через несколько дней я собираюсь в Пекин. Ты поедешь со мной. У меня есть друг, который хочет встретиться с тобой.

— Это академик Гао?

— Нет, я могу увидеться с ним каждый день, — профессор махнул рукой. — Тебя хочет видеть старик Яу. Он тоже занимается математикой, ты должен был слышать о нем.

Глава 182. Как правильнее сказать?

Очевидно, Лу Чжоу слышал о нем. Не будет преувеличением сказать, что профессор Яу — ведущая фигура среди Китайских математиков.

Его можно поставить в один ряд с такими людьми, как Хуа Логэн и Чэнь Шэншэнь.

Аспирант — в двадцать два года, докторская степень — в двадцать пять лет, доказал гипотезу Калаби — в двадцать семь лет, получил Филдсовскую премию — в тридцать четыре года... словно он взломал саму жизнь.

Эти достижения сделали профессора Яу одним из самых влиятельных математиков на сегодняшний день. Его влияние распространилось на множество различных областей, таких как дифференциальная геометрия, топология, алгебраическая геометрия, общая теория относительности и даже физика высоких энергий!

Самое известное его достижение — это доказательство гипотезы Калаби, которая заложила основы теории суперструн в тысяча девятьсот восьмидесятом году.

Можно сказать, что профессор Яу — один из основателей теории суперструн.

Bсе в области математики знали об этом боге. Даже в области теоретической физики знали о нем.

Но, поскольку обычно профессор Яу — очень занят, было трудно встретиться с ним.

Только от небольшого разговора с ним можно получить много пользы.

Поэтому как только Лу Чжоу услышал, что профессор Лу отвезет его к профессору Яу, парень сразу же спросил:

— Когда мы едем в Пекин?

Профессор Лу улыбнулся и сказал:

— Примерно в октябре.

— ...

Тогда зачем сообщать так рано?

Парень не находил слов.

Увидев, что Лу Чжоу молчит, профессор Лу продолжил:

— Сейчас у меня особо нет проектов, которые можно поручить тебе, поэтому просто займись самообучением. Ничего не могу сказать в плане математики, но в квантовой хромодинамике тебе еще есть чему поучиться. Я скинул тебе на почту расписание. Если хочешь успешно закончить обучение, усердно работай и посещай эти занятия. Я проверю тебя в конце семестра. Экзамен будет включать в себя материал всех этих курсов.

Услышав про масштаб этой проверки, парень чуть не кашлянул кровью:

— Профессор, это же перебор...

Профессор Лу улыбнулся:

— Чего ты испугался? Будь увереннее.

……………………………………..

И хотя Лу Чжоу нужно усердно учить хромодинамику, у него было кое-что... более важное на данный момент.

Покинув кабинет профессора, парень, не теряя времени, поспешил в общежитие и уселся перед ноутбуком, занявшись изучением полученных со сканера данных.

Лу Чжоу не знал, как изготовили эту батарею, поскольку подобные технологии намного опережали свое время.

Оставляя в стороне материал отрицательного электрода, даже "сепаратор" внутри батареи невозможно изготовить с помощью существующих технологий.

Даже зная все материалы и параметры, если бы Лу Чжоу разместил эту информацию в интернете, ни одна лаборатория в мире не смогла бы изготовить настолько тонкую деталь.

И даже если парень решит проблему литиевого дендрита, без этой диафрагмы невозможно будет создать литиево-воздушную батарею.

Любой, кто изучал химию в школе, знает, что литий на воздухе реагирует не только с кислородом, но еще и с азотом, образуя кристаллы нитрида лития. И если на них попадет водяной пар, то произойдет сильный взрыв.

Японцы пытались решить эту проблему, но они все еще далеки от этого.

И если не решить эту проблему, то позади батареи придется размещать баллон с кислородом, что уже не позволит использовать ее в мобильных телефонах. Такая конструкция подойдет только для автомобилей.

Однако вряд ли кто-то захочет рисковать — и взорваться в своей машине.

Тщательно все изучив, парень подтвердил, что это легендарная литиево-воздушная батарея.

На анод было нанесено специальное экранирующее покрытие, а катод состоял из литиевого материала, окруженного электролитом. Но электролит вообще не протекал, и материал катода полностью превращался в оксид лития.

Конструкция была очень проста и понятна, но даже если бы она была показана людям, ее невозможно воссоздать. Хотя технические проблемы с точки зрения конструкции еще можно решить, ключевая проблема — в материале.

Парень попытался найти в интернете используемый внутри батареи пластик, но не смог.

К счастью, материал, необходимый для защиты литиевого катода и предотвращения роста литиевых дендритов, не был чем-то особенным. По крайней мере, по мнению Лу Чжоу — это разрешимо.

Под полностью окисленным литиевым катодом парень обнаружил кусок медной фольги.

Конечно, медная фольга — не основной ключ для предотвращения роста литиевых дендритов, решение заключалось в пленке ПДМС (Полидиметилсилоксан), покрывающей фольгу.

В этом материале нет ничего особенного. Его использовали во многих средствах по уходу за кожей. Его структура — это решение проблемы переноса ионов лития.

Парень предположил, что пленку из него изготавливали методом центрифугирования.

Под пленкой Лу Чжоу обнаружил полую углеродную наносферу. Он предположил, что это углеродные наночастицы ограничивают рост дендрита лития.

Просидев где-то полчаса перед ноутбуком, парень откинулся на спинку стула и вздохнул:

— Сложная работенка!

"Даже мой ноутбук за двадцать тысяч юаней не справляется… Похоже, чтобы обработать эти данные, мне нужна нормальная рабочая станция."

Лу Чжоу хотел построить лабораторию возле Цзиньлинского университета для работы. Потом он наймет много аспирантов и докторов, которые будут работать на него. После чего парень может заставить Сяо Ая распределять работу между ними.

Но прямо сейчас Лу Чжоу ждали более важные дела.

Парень вытащил лист бумаги и сделал на нем записи, после чего обвел: "пленка ПДМС" и "углеродные наночастицы".

Лу Чжоу собирался зарегистрировать патенты на эти две вещи. Потом он зарегистрировал бы патент на их составную конструкцию и назвал бы ее "материал анода".

Если у него будет время, он мог бы выяснить весь процесс производства и запатентовать его. Даже если бы он сам не производил батареи, то он все еще мог продать его другим для получения прибыли.

Однако парень не хотел этого делать.

Прежде всего проектирование и производство — вне его способностей. Кроме того, Лу Чжоу — ученый, и его поле битвы находится в лабораториях, а не в бизнес-центрах или фабриках.

Что касается вопроса о внедрении этой технологии в производство, он оставит ее профессиональным инженерам и разработчикам.

Нет надобности и смысла налаживать фабричное производство.

Лу Чжоу — гораздо лучше в исследовательской деятельности.

Однако нелегко заработать что-то с патента.

Парень понимал, что ему придется хотя бы воссоздать эту батарею в своей лаборатории.

Иначе он многое не сможет объяснить.

Это будет его конструкторскими экспериментами.

Как только Лу Чжоу это решит, он с удовольствием будет получать доходы с патента… Нет, как бы это правильнее сказать?

Во имя науки будет развивать общество!

Глава 183. Золотой прииск

Пекин, дом недалеко от университета Шуйму.

Cидя на диване, старик читал английский журнал.

Внезапно он улыбнулся, положил журнал и произнес:

— Этот парень, и правда, гений.

Этот старик — никто иной, как математический гений Китая, Яу Шинтун.

Профессор Яу прочитал статью британской журналистки Белинды, которая взяла интервью у Лу Чжоу, в журнале Nature Weekly.

В интервью упоминалась личность студента магистратуры Цзиньлинского университета, а также то, что он является членом китайской группы сотрудничества LHCb.

Как ранее сказал высокопоставленный академик китайской группы LHCb, этот стажер очень улучшил репутацию Китая в ЦЕРНе.

Скорее всего, скоро страна будет рассказывать об этом молодом ученом.

И он заслужил подобную славу.

— Да, — произнес старик, сидящий напротив Яу Шинтуна, наливая чай.

Это был Ван Юйпин, по настоянию которого была организована специальная программа обучения для Лу Чжоу.

Хотя у профессора Яу не сложились хорошие отношения с Яньцинским университетом, у него все же имелось несколько хороших друзей оттуда.

И профессор Ван Юйпин был одним из них.

После небольшой паузы профессор Ван вздохнул и произнес:

— После конференции в Принстоне я думал, что этот парень — талантлив в математике. Не ожидал, что он будет настолько хорош в физике элементарных частиц. Я встречался со многими молодыми учеными, но никогда не видел такого.

Профессор Яу Шинтун улыбнулся:

— Я встречал одного.

— Кого?

— Тао Чжэсюань!

Ван Юйпин сильно удивился, а потом спросил с улыбкой:

— Даешь настолько высокую оценку?

Тао Чжэсюань — первый австралиец, получивший Филдсовскую премию, и второй человек китайского происхождения, получивший эту награду. Сейчас Тао Чжэсюань преподает в Калифорнийском университете и считается одним из гениев математического анализа.

Хотя он не занимается математической физикой, его исследования охватывали почти все области математики: от гармонического анализа до нелинейных уравнений в частных производных, от теории чисел до топологии.

Многие называли Тао Чжэсюаня Моцартом в математике, потому что подобные достижения единственного человека невозможно объяснить кроме как гениальностью.

В Китае многие называли Лу Чжоу "Юным Тао Чжэсюанем". Но Ван Юйпин считал, что это — все еще преувеличение.

Профессор Яу Шинтун улыбнулся:

— Высокую оценку? Думаю, он сможет добиться большего, чем его предшественники.

Профессор удивился такой оценке от старого друга и не мог не спросить:

— Ты — серьезно?

— Конечно, — Яу Шинтун кивнул. — Когда я увидел, что он выбрал гипотезу Полиньяка в качестве темы для исследования, у меня возникла подобная мысль. А эта статья лишь еще раз ее подтвердила.

Профессор Ван Юйпин улыбнулся:

— Думаешь, он докажет эту гипотезу?

— Трудно сказать... Он решил гипотезу о числах-близнецах. Будь у меня энергия, то даже я попытался бы доказать ее, — произнес профессор Яу Шинтун и внезапно посмотрел на старого друга:

— Может... поспорим?

Профессор Ван Юйпин улыбнулся и поинтересовался:

— Условия?

— Бьюсь об заклад, что он сможет доказать эту гипотезу в течение двух лет.

— Невозможно, — профессор Ван Юйпин покачал головой. — Я знаю, что ты высоко его ценишь, но сейчас направление его исследований — математическая физика. Если он сосредоточится на теории чисел, то сможет доказать гипотезу… Но тем не менее... два года — слишком мало!.

Профессор Яу Шинтун покачал головой:

— Исследовательское направление — не проблема. Если у него будет интерес, то он сможет. Раз у нас — противоположные мнения, тогда поспорим?

Профессор Ван Юйпин хлопнул себя по бедрам:

— Конечно, давай поспорим! Ставлю сто юаней. Не так страшно будет проиграть их.

Профессор Яу Шинтун:

— Только взгляни на себя, ты уже думаешь о проигрыше. С тобой даже скучно спорить!

………………...

— Апчхи!

Лу Чжоу чихнул и, потирая нос, произнес:

— Кто меня вспоминает?

Потом продолжил писать.

Парень уже ознакомился с расписанием занятий от профессора Лу.

Но сейчас — все еще летние каникулы, и занятия начнутся лишь в следующем месяце.

Последние несколько дней парень не покидал общежитие. Лу Чжоу заперся в своей комнате и планировал эксперименты, используя данные на компьютере.

Ему пришлось ознакомиться с огромным количеством литературы и придумать эксперименты на этой основе, чтобы создать тонкий слой ПДМС.

Причиной подобной мотивации, конечно же, являлись деньги.

Эта технология — целый золотой прииск, и, осознавая это, невозможно спокойно спать.

Еще двадцать лет назад промышленность отказалась от использования металлического лития, поскольку аккумуляторы могли превратиться в бомбу.

Однако перспективы лития по-прежнему привлекали бесчисленное множество материаловедческих лабораторий. Они все еще проводили эксперименты с ним.

IBM даже сделали супер-расчет проекта литиево-воздушной батареи, определивший путь входа каждой молекулы газа в батарейный блок, чтобы избежать проблемы с закупориванием газа... Однако они просто сжигали деньги, поэтому проект заморозили.

Еще пример, на национальном уровне министр энергетики штата Алабама, американец китайского происхождения, получивший Нобелевскую премию по физике в тысяча девятьсот девяносто седьмом году, господин Чжу Юйвэнь, в течение некоторого времени являлся фанатичным сторонником литий-отрицательных батарей… Но в итоге — его переубедили.

Литиевые батареи очаровывали ученых, благодаря своей плотности энергии.

Так называемая плотность энергии — количество энергии, содержащееся в единице объема. Наиболее важным показателем производительности батарей является плотность энергии. Ее увеличение всегда было целью промышленности.

Даже в тринадцатой пятилетке Китая четко заявили, что уровень технологии производства аккумуляторов должен быть не ниже международного уровня к две тысячи двадцатому году. Один из наиболее важных факторов — увеличение плотности энергии аккумулятора до трёхсот-трёхсот пятидесяти Вт*ч/кг.

В настоящее время литий-серная батарея выглядела наиболее перспективной.

Но если проблема дендритов лития решится, то все другие концепции уступят литий-воздушным батареям.

Изучающие химию, знают, что анод из металлического лития имеет самый низкий электрохимический потенциал — три целых, четыре

сотых В, и удельную энергоемкость до трёх тысяч восьмисот шестидесяти одного мАч/г.

Это значит, что теоретически, при использовании лития в качестве анода, возможно в десять раз увеличить энергоемкость графитовых батарей.

И самое привлекательное: как только решится проблема роста дендритов лития, не будет необходимости в других серьезных изменениях конструкции батареи, всего лишь нужно будет заменить некоторые материалы.

Глава 184. Начало эксперимента!

— Тебе нужна лаборатория?

По телефону услышав просьбу Лу Чжоу, профессор Ли, анализировавший образцы в лаборатории углеродных наноматериалов, нахмурился.

C мобильным телефоном в руках Лу Чжоу сказал:

— Да, я нашел нечто интересное, изучая статьи. Я хотел бы воспользоваться лабораторией, и мне нужен гомогенизатор и цифровой микроскоп.

Очевидно, он придумал причину. Хоть они — и в хороших отношениях с профессором Ли, но не настолько близки.

B конце концов, ценность этого открытия нельзя измерить с помощью научной статьи.

Особенно для промышленности...

— Хорошо, тогда я поговорю с директором лаборатории. Можешь взять триста четвёртую лабораторию, просто найди профессора Ван Сяньфу.

Хотя профессору Ли было любопытно, почему Лу Чжоу вдруг захотел провести такой эксперимент, но он не стал спрашивать. Напротив, профессор Ли с готовностью согласился помочь Лу Чжоу.

Если бы кто-то другой попросил одолжить подобное оборудование, профессор Ли бы колебался и даже мог отказать. Однако Лу Чжоу — другой случай, поскольку он очень помог профессору в последней работе.

Проект был на миллиарды юаней, и, не говоря уже о том, что как акционер "Чжуншань новые материалы", он является прямым бенефициаром.

Это лишь маленькая услуга, и он — не против помочь.

Парень смутился от того, что профессор так легко согласился.

"Если бы я знал, что старик — настолько щедрый, то просто попросил бы сканирующий электронный микроскоп SEM..."

— Что-нибудь еще? — поинтересовался профессор Ли, заметив, что Лу Чжоу молчит.

Парень покачал головой:

— Нет, спасибо, профессор.

— Ты справишься в одиночку? Может, послать Цянь Чжунмина тебе в помощь?

— Нет, спасибо. Я хочу попробовать сделать это самостоятельно.

Естественно, он не мог согласиться.

Брат Цянь сразу бы понял, что он делал.

Лу Чжоу не мог никому объяснить: ни как он планировал эксперимент, ни почему он его проводит.

Он должен сделать все своими руками.

— Ладно, только ничего не сломай.

Парень знал, что профессор Ли шутил, поэтому он улыбнулся и сказал:

— Будьте уверены! Верну лабораторию в идеальном состоянии!

………………………………………………..

Забрав ключи от лаборатории у профессора Вана, Лу Чжоу был готов приступить к следующей части плана.

Согласно результатам сканирования, ключ к решению проблемы с ростом дендритов лития лежал в обработке полидиметилсилоксановых материалов.

Для решения проблемы Лу Чжоу разработал два эксперимента: изготовление и центрифугирование.

Но ключ к проблеме все еще заключался в обработке материалов ПДМС.

Необработанный материал PDMS, даже если он покрыт медным листом, полностью бесполезен. И дендрит лития все равно взорвется.

Материаловедение сильно отличается от математики. Первая требовала бесчисленные эксперименты и огромных вливаний денег. Последней нужна лишь ручка и бумага. Большая часть денег в математике использовалась на командировочные расходы.

Лю Чжоу думал целый день, но так и не смог найти хорошего решения. В итоге парень решил потратить пятьсот баллов и попросить помощи системы.

Лу Чжоу с болью смотрел, как его баллы уменьшились до одной тысячи девятисот семидесяти пяти.

Это, действительно, дорого. Целых пятьсот баллов ушло лишь на метод обработки ПДМС.

На баллы, необходимые на весь технологический процесс производства батареи, наверное, можно купить доказательством гипотезы Гольдбаха.

Хотя это потребовало много баллов, к счастью, необходимые материалы можно найти в лаборатории.

После трех дней и бесчисленных неудач парню, наконец, удалось подготовить подходящий материал для ПДМС. Бутылку воскового желтого геля.

Этот восковой желтый гель напоминал мед и имел желейную текстуру. На первый взгляд, это не было чем-то особенным, но под микроскопом было видно, что он отличался от обычного жидкого полидиметилсилоксана.

Лу Чжоу не стал долго радоваться этому, он быстро положил приготовленную прямоугольную медную фольгу в устройство. После чего приступил ко второму этапу изготовления материала для электродов.

Покрытие!

Покрытие методом центрифугирования основывалось на центробежной силе и гравитационной силе, создаваемой вращением заготовки, чтобы полностью распределить покрытие по поверхности заготовки.

С технической точки зрения, это гораздо сложнее, чем нанести пленку на мобильный телефон.

Неравномерное покрытие может привести к тому, что ионы лития не будут попадать на материал катода, и после нескольких циклов зарядки и разрядки устройство нельзя будет использовать.

Хотя Лу Чжоу уже проводил эксперимент с другими материалами, он все равно много раз потерпел неудачу

Через пару часов ему, наконец-то, удалось получить медную фольгу, равномерно покрытую пленкой ПДМС.

Глядя на медную фольгу, парень не мог не подумать:

"Я же могу продать это за сотни миллионов юаней?"

Лу Чжоу собрал оставшиеся образцы и материалы ПДМС.

Остался последний шаг. Ему нужно собрать простую батарею и проверить работоспособность мембраны.

Ему нужно проверить эффективность этой пленки, чтобы убедиться: действительно это так удивительно или нет.

Прежде парень видел, как это делает брат Цянь Чжунмин, поэтому в общих чертах он знаком с процессом.

В другой лаборатории Лу Чжоу надел белый халат, потом он закрепил медную фольгу на батарее в ящике, заполненном аргоном.

Связующим веществом был натрий карбоксиметилцеллюлоза и стирол-бутадиеновый каучук, токоприемник — алюминиевая фольга, а положительным активным материалом по-прежнему оставался LiFePO4, обычно встречающийся в литий-ионных батареях, что используются на сегодняшний день.

В качестве сепаратора Лу Чжоу использовал трехслойную композитную мембрану Celgard две тысячи триста двадцать пять.

В батарею были внесены лишь небольшие изменения.

Закончив сборку, и чувствуя гордость за самого себя, Лу Чжоу закрыл ящик.

Только после этого парень вздохнул с облегчением и осторожно вытер пот со лба.

— Готово!!!

Глядя на образец, Лу Чжоу волновался.

Парень не ожидал, что почувствует такое благоговение.

Да... благоговение.

Как ученый, он — предан науке.

Эта технология, вероятно, пришла от цивилизации гораздо более продвинутой, чем Земная.

Возможно, эта технология пришла с кораблей Star Trek…

Но неважно, откуда она взялась, в итоге этот бесценный образец попал в руки Лу Чжоу.

Парень глубоко вздохнул и попытался успокоиться. После чего Лу Чжоу подключил образец батареи к тестеру батарей Bk-шесть тысяч восемьсот восемь, а потом поместил его под цифровой микроскоп.

Теперь ему оставалось только ждать.

В надежде, что окончательный результат не разочарует его.

Лу Чжоу установил десятиминутный таймер для съемки, а потом включил тестер батареи. Затем парень взял материалы по гипотезе Полиньяка и спокойно начал читать.

Глава 185. Неожиданный результат

За окном ярко светило солнце.

Лу Чжоу не знал, когда он заснул. Парень потер глаза и размял плечи, потом встал со стула.

Первое, что сделал Лу Чжоу — подошел к цифровому микроскопу, чтобы проверить образцы.

Нет взрывов, нет дыма...

Парень ощутил счастье оттого, что образец остался цел. Он быстро просмотрел снимки на компьютере.

— Получилось!

Лу Чжоу сжал кулаки и чуть не закричал от радости.

Со вчерашнего дня он выполнил четыре цикла зарядки и разрядки, и дендриты лития не появились!

Ионы лития, попавшие на катод, не образовывали белых гряд. Но под материалом ПДМС слоями оседали мохоподобные складки.

По данным тестера BK-шесть тысяч восемьсот восемь, кулоновская эффективность поддерживалась на достаточно высоком уровне!

Эти результаты удивили Лу Чжоу.

Изначально парень думал, что материал ПДМС и углеродные наночастицы необходимо объединить, чтобы полностью решить проблему с образованием дендритов лития. Однако даже один материал ПДМС давал удивительный эффект.

Что касается углеродных наночастиц, парень предположил, что они должны увеличить скорость осаждения ионов лития, чтобы "выровнять" складки под материалом ПДМС.

Если говорить о "складках", они определенно влияют на производительность батареи, но, по крайней мере, результат гораздо лучше, чем смертельные литиевые дендриты!

Без наночастиц, при увеличении количества циклов заряда-разряда, будет усиливаться эффект сморщивания, что приведет к уменьшению кулоновской эффективности и сокращению срока службы батареи.

Возможно, это было бы неприемлемо для развитых цивилизаций, но для компаний на Земле этот эффект — незначителен.

Пока аккумулятор — безопасен, и можно увеличить плотность энергии батареи, любая компания с удовольствием внедрит эту технологию!

Это позволит использовать телефон неделю без подзарядки.

Конечно, это сравнение может быть немного преувеличено, поскольку существует множество других факторов, способных повлиять на производительность батареи. Также срок службы батареи зависел еще и от устройства чипа батареи, что вне компетенций Лу Чжоу.

Однако нет никаких сомнений в том, что этот новый материал произведет революцию в промышленности!

Будь то литиево-боратная батарея или литиево-марганцево-кобальтовая батарея, широко представленные на рынке, в качестве катода у них, в основном, применялся графитовый материал. Что касается литий-серной батареи, которая все еще исследуется в лабораториях, то в ней образовывались литиевые дендриты.

Поэтому Лу Чжоу прекрасно понимал, что означают результаты его эксперимента.

Парень глубоко вздохнул и закрыл глаза.

— Система, на что влияют углеродные наночастицы?

Система не ответила.

Открыв глаза, парень посмотрел на образец под микроскопом.

— Ну, очевидно...

Очевидно, подобная технология превышала его уровень материаловедения, поэтому Лу Чжоу не имел доступа к информации.

Но это — не важно.

У него есть данные из обломков, поэтому ему не нужно полагаться на систему для решения проблемы.

Когда у него будет своя лаборатория, он наймет команду исследователей для проведения экспериментов.

Парень отключил питание и поместил образец батареи в приготовленную коробку.

После Лу Чжоу сохранил все фотографии с тестера BK-шесть тысяч восемьсот восемь на свою флешку, и на всякий случай удалил все данные с устройства.

Очистив лабораторию и убедившись, что ничего не оставил, Лу Чжоу вышел и собирался вернуть ключи профессору Вану.

Выйдя на улицу, парень наткнулся на брата Цяня Чжунмина.

Увидев Лу Чжоу, брат Цянь поздоровался и спросил:

— Закончил эксперимент?

— Закончил, — улыбнулся парень, а потом что-то вспомнил и спросил:

— Точно, вы же... изучаете материалы электродов?

В прошлом году, помогая профессору Ли, Лу Чжоу слышал, что в этом году они собираются проводить эксперименты с материалами электродов.

— Да, — кивнул брат Цянь, а потом спросил:

— Заинтересован?

Парень не ответил, а вместо этого задал другой вопрос:

— Что за проект?

Поскольку это — не что-то секретное, брат Цянь Чжунмин ответил:

— Материал положительного электрода литий-серной батареи. Результаты последних исследований Массачусетского университета показали, что сера фиксируется в мезопористом углеродном волокне в качестве материала положительного электрода, и эффективно замедляет рост дендритов лития отрицательного электрода. Конкретнее не могу рассказать. Если тебе интересно, профессор Ли будет рад тебе в нашей команде.

— Все нормально. В любом случае, профессор Лу не будет рад видеть, как я делаю эксперименты, — Лу Чжоу улыбнулся. — К тому же, я не думаю, что это хороший выбор… Я прочитал статью, о которой ты говоришь, и делал похожий эксперимент.

Подумав, как бы лучше сказать, Лу Чжоу продолжил:

— Думаю, если бы это открытие было так важно, они бы не отправили его в журнал.

Опубликованную технологию нельзя запатентовать, поскольку это будет противоречить патентным законам.

Хотя есть и бескорыстные исследователи, но, как правило, во все лаборатории инвестируют компании, и лишь после получения патента публикуются статьи.

Публикуют обычно ненадежные вещи, и аккумуляторная промышленность — не исключение.

В две тысячи одиннадцатом году исследовательская группа L-Archer Корнелльского университета опубликовала статью об алюминиево-ионных батареях. В ней они предложили модель батареи, в которой алюминий используется в качестве положительного электрода для Vдвесть пять. Это выделили как "прорыв", и о нем даже написал известный журнал "Science".

Однако окончательный результат оказался неприятным.

На собрании MRS Корнелльский университет сдался под натиском Люка Рида ...

Лу Чжоу не знал, верны ли результаты Массачусетского университета, но знал, что таким способом не предотвратить рост дендритов лития.

Потому что он уже решил эту проблему.

Лу Чжоу даже собирался зарегистрировать патент.

Брат Цянь Чжунмин покачал головой и сказал:

— Пока существует такая возможность, мы будем проводить эксперименты. И мы не можем обсуждать это.

Лу Чжоу мог лишь вздохнуть:

— Тогда… желаю тебе удачи.

Большего парень не мог ничего раскрыть.

Никто не поверит ему, они могут даже обидеться.

Лу Чжоу мог только предупредить их.

Однако парень не слишком беспокоился. Ему было интересно, что скажет профессор Ли после того, как выйдет статья.

В лучшем случае, он успеет зарегистрировать патент до следующего года, после чего можно начинать писать работы.

Но к тому моменту он, скорее всего, будет в Принстоне.

Возможно, к тому времени профессор Ли откажется от этого исследовательского проекта.

Глава 186. Неожиданное воссоединение

Oт решения проблемы с литиевыми анодами выиграет вся отрасль. Начиная с зарядки мобильных телефонов и заканчивая новыми электрическими транспортными средствами, после решения проблемы дендритов будут реализованы многие проекты, ранее невозможные.

Но появление новых технологий всегда затрагивает интересы других людей.

Например, лаборатории, которые работают над этим.

Доказательство математической гипотезы затрагивает лишь десяток статей. Однако появление новых технологий может разрушить исследовательские проекты стоимостью в сотни миллионов, поскольку они просто станут бесполезны.

Конечно, Лу Чжоу не будет колебаться из-за такой мелочи. Он все еще собирался зарегистрировать патент и опубликовать работу.

C другой стороны, ресурсы, которые потратили бы впустую на материалы литиевого анода, можно будет перенаправить на другие проекты.

Например, на разработку самой батареи или производственной линии для нее.

Эти ресурсы — финансирование и исследователи.

Вернувшись в общежитие, парень начал заполнять документы на патент. Лу Чжоу должен указать, патент на что он собирается зарегистрировать.

Будучи осторожным, парень не стал сильно хвастаться, а лишь заявил, что это "улучшенная полидиметилсилоксановая нанопористая пленка", и указал, что она "может защитить" материал анода.

Поскольку Лу Чжоу первый раз подавал заявку на патент, то не догадывался, что слишком осторожен.

Уже имелось множество патентов, связанных с литиевым анодом, и он мог спокойно хвастаться.

Некоторые даже осмелились заявить, что решили проблему с литиевым дендритом.

Как и со статьями в журналах, патентный мир — также полон воды.

Причина этого кроется в том, что многие научно-исследовательские проекты требуют патентов. Даже если они — бесполезны. Компании заинтересованы в инвестировании, в первую очередь, в проекты с патентами.

Другая причина — политическая. Многие компании все еще мыслят старомодно, пытаясь выставить других дураками и сделать все по-своему, из-за чего страна сильно страдает от проблемы с патентами. Для того, чтобы догнать технологии развитых стран, в последние годы делались поблажки в плане патентов.

Ну и конечно, самый важный фактор в том, что патенты отличались от журналов, в которых был строгий процесс рецензирования.

В случае патентов, аудитор лишь проверит, не противоречит ли он уже существующим. А действительно ли он соответствует тому, что в нем указывается, как правило, особо не проверяют.

Даже журналы не могут гарантировать, что каждая "новаторская" статья — правдива и надежна, как тогда могут патенты?

Лу Чжоу предполагал, что даже к тому моменту, когда его патент примут, никто не заметит ценности этой технологии, если он не опубликует свои экспериментальные данные.

Парень заполнил все документы. А что касается конкретного процесса подачи заявки на патент, то Лу Чжоу не стал слишком напрягать себя, а нашел агентство для помощи.

Ответственным патентным поверенным Лу Чжоу стал тридцатилетний мужчина Хань Тяньюй. По его резюме, он выглядел довольно надежным, а его профессиональная улыбка напоминала страхового агента.

От отечественных до международных патентов, этот парень все сделает. Он пообещал самую быструю скорость рассмотрения и подписал соглашение о конфиденциальности.

Хотя это стоило больших денег, необходимо защищать права на интеллектуальную собственность.

Обычно у крупных предприятий есть специальные отделы, занимающиеся патентами. У Лу Чжоу, очевидно, нет подобной команды, поэтому его лучший выбор — найти в помощь надежное патентное агентство.

В действительности многие малые предприятия и лаборатории обращаются в патентные агентства.

Оформление патента — утомительное занятие, не говоря уже о сложных патентных законах.

Если патент написан плохо, то в результате его могут признать недействительным. Вследствие чего эту технологию могут украсть другие.

Поэтому экзамен на патентного агента считался одним из самых сложных в стране, и это было обоснованно...

………………………………...

Заполнив заявку на патент, парень сосредоточил все силы на доказательстве гипотезы Полиньяка.

Но, на самом деле, его повседневность не сильно изменилась. Посещения лаборатории превратились в посещение библиотеки, а оборудование для экспериментов заменили учебники...

Увидев молодых студентов в библиотеке, парень не мог не подумать, что возможно через два года они будут звать его профессором Лу.

Одна только мысль об этом захватывала.

Внезапно Лу Чжоу почувствовал аромат жасмина.

Кто-то тронул его за руку и тихо спросил:

— Эй, как решить этот пример?

— Пример? Покажи-ка… постой!

Увидев человека, сидящего рядом с ним, парень так сильно удивился, что даже подумал, что ему мерещится.

Чэнь Юйшань обрадовалась, что удивила Лу Чжоу, и ухмыльнувшись произнесла:

— Что, младший брат? Не ожидал увидеть меня?

Удивлен... хотя, просто слишком неожиданно.

— Это, и правда, неожиданно.

Pазве она не поступила в Яньцинский университет? Почему Чэнь Юйшань вернулась сюда?

Постойте, что-то не так...

Парень нахмурился, осознав проблему.

— Кстати, я тоже учусь в магистратуре.

Ему не хотелось, чтобы его называли младшим.

Чэнь Юйшань совершенно не удивилась и сказала:

— Я знаю, Мэнци сказала мне. Ты получил степень в начале этого года. Почему ты не сказал мне?

Девушка обиженно глянула на него.

— ...

Твою ж!

"Ты называешь меня младшим братом! Не смотри на меня так!"

Лу Чжоу хотел было ответить, но тут рядом с ними кто-то кашлянул.

Этот одиночка мгновенно разрушил атмосферу.

Обоим стало неловко, когда они вспомнили, что они — в библиотеке.

Чэнь Юйшань смущенно указала в сторону дверей и предложила:

— Как насчет того, чтобы пойти чего-нибудь выпить?

Лу Чжоу оглянулся, и, хотя он еще не закончил свои расчеты, кивнул:

— Давай.

Лу Чжоу не мог вынести обиды, исходящей от одиночек.

Кроме того, раз Чэнь Юйшань приехала из Пекина, как он мог бросить ее одну? Они же — хорошие друзья.

Не говоря уже о том, что Чэнь Юйшань предложила угостить его.

Глава 187.

Естественно, Чэнь Юйшань говорила не об алкоголе.

Oни пошли в кофейню около университетскиx ворот, заказали мокко и капучино и сели у окна.

— Почему ты вернулась?

Чэнь Юйшань ответила:

— Сейчас же — летние каникулы, почему я не могу вернуться назад?

"У магистров есть летние каникулы?"

Парень спросил:

— Твой руководитель не берет тебя с собою на проекты?

Девушка уперлась подбородком в ладони и вздохнула:

— Такова учеба у академика. Обычно я его даже не вижу и могу полагаться только на себя.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Какое совпадение, я тоже учусь под руководством академика, но у меня — все нормально.

Профессор Лу относился к Лу Чжоу довольно хорошо. Он не только отвез его в Швейцарию, но и позволил получить много ценных связей и опыта в ЦЕРНе.

Если бы не стажировка в ЦЕРНе, то Лу Чжоу не нашел бы пик в семисот пятидесяти ГэB. И также не попал бы в Nature Weekly и не смог поработать с профессором Фрэнком.

— Думаю, это зависит от руководителя... — вздохнула Чэнь Юйшань и, внезапно что-то вспомнив, спросила:

— Точно, Мэнци сказала, что в следующем году ты поедешь в Принстон?

Парень уверенно кивнул:

— Да, к лету я получу диплом, а потом поеду в Принстон, чтобы получить доктора.

— Впечатляет... — вздохнула Чэнь Юйшань, с удивлением смотря на Лу Чжоу, после чего тихо прошептала:

— Эх, младший брат, ты слишком сильно давишь на меня. Если так продолжится, мне придется называть тебя старшим братом в следующем году?

Парень не находил слов:

— Ты только поняла?

— Младший брат, младший брат...

Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшань, продолжающую называть его младшим братом, и непонимающе спросил:

— Что?

— Ничего, — покачала головой девушка и улыбнулась. — Просто в будущем у меня не будет возможности назвать тебя младшим.

Парень не мог не пожаловаться:

— Даже сейчас я — уже магистр! У тебя уже нет этой возможности.

Чэнь Юйшань, похоже, только осознала это и сидела некоторое время с неловким лицом, потом громко засмеялась:

— Ну, не будь таким букой, а то не найдешь себе девушку.

Но вдруг Чэнь Юйшань осознала, что сама — одинока, и тут же сменила тему:

— Кстати, ты сдал TOEFL?

— Я сдал его еще до конференции в Принстоне.

Чэнь Юйшань чувствовала, что она — сильна в английском, поэтому внезапно спросила:

— Сколько баллов?

— Кажется, сто восемнадцать.

Девушка какое-то время молчала, а потом тихо вздохнула:

— Неплохо, младший брат… Есть ли хоть один предмет, в котором ты не очень хорош?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся:

— Да, конечно. Я плохо разбираюсь в современной истории… Точно, ты получила приглашение от Пенсильванского университета?

Чэнь Юйшань кивнула:

— Aга, я уезжаю в конце года.

Не веря в это, парень спросил:

— Уортон?

Девушка гордо улыбнулась и с уверенностью сказала:

— Конечно!

"Черт, не могу поверить, что она прошла!"

Это поразило парня.

Уортон в Пенсильванском университете известен как лучшая бизнес-школа в США, входящая в тройку лучших в мире. Именно там впервые появились курсы MBA. Все инвестиционные банки Уолл-стрит хотели его выпускников.

И, хотя поступить туда не так сложно как в Принстон, все равно попасть туда даже очень тяжело.

Кроме того, если это обучение один плюс два, то Чэнь Юйшань пришлось бы остаться в Яньцинском университете еще на год. Но, строго говоря, девушка будет зачислена в университет после сентября.

Это означает, что учиться в Яньцинском университете Чэнь Юйшань осталось полгода.

Это даже не один плюс два, это ноль целых, пять десятых плюс два.

Ее научный руководитель позволит ей уйти?

Раньше парень считал, что Чэнь Юйшань просто хвасталась, но теперь искренне поверил девушке.

Похоже, она — действительно гений.

Хоть и не в ладах с математикой...

Время близилось к вечеру, поэтому Чэнь Юйшань и Лу Чжоу поужинали вместе.

Лу Чжоу думал, что они разделят счет, но Чэнь Юйшань настояла на том, чтобы заплатить, сказав, что он может угостить ее в следующий раз.

Из разговора парень узнал, что Чэнь Юйшань вернулась, чтобы забрать вещи из общежития.

В прошлый раз девушка спешила и забрала не все свои вещи. Поэтому Чэнь Юйшань вернулась, чтобы забрать и перевезти оставшееся в новое общежитие.

Девушка случайно натолкнулась на Лу Чжоу.

Поев, они направились в студенческий городок.

Вдруг Лу Чжоу подумал о чем-то и спросил:

— Точно, откуда ты узнала, что я — в библиотеке?

— Ты еще спрашиваешь? Если не в библиотеке, то где ты еще можешь быть?

— ...

"Почему это звучит так, словно я — всегда в библиотеке?"

Чэнь Юйшань и Лу Чжоу вернулась к общежитию.

Эти двое — лишь хорошие друзья, они не настолько близки, чтобы посещать комнаты друг друга.

Откашлявшись, девушка сделала два шага назад к фонарю около дороги, и, скрестив руки за спиной, посмотрела на Лу Чжоу, после чего с улыбкой сказала:

— Тогда, младший брат, увидимся в следующем году.

Парень хотел просто попрощаться, но потом ему показались ее слова странными, и он переспросил:

— В следующем году?

Чэнь Юйшань моргнула и сказала:

— Да, ты разве не едешь в Принстон?

— Да… Но Принстон — в Нью-Джерси, а не в Пенсильвании.

Чэнь Юйшань покачала головой:

— Пенсильванский университет расположен в Филадельфии, а она находится недалеко от Принстона. Разве ты не через Филадельфию добирался до Принстона?

"Твою же!.."

Лу Чжоу внезапно осознал, что он еще не очень силен в географии.

Последний раз, когда он ездил в Принстон, перелет был до Филадельфии.

Пенсильванский университет — в Филадельфии, и он — рядом с Принстоном.

Чэнь Юйшань посмотрела на хмурящегося Лу Чжоу и улыбнулась:

— Они, и правда, близко друг к другу. Когда прилетишь туда в следующем году, не забудь позвонить мне. Я подвезу тебя.

Глава 188. 201 комната

Приближалось начало учебного года, поэтому соседи стали возвращаться.

Лю Жуй вернулся первым. И как всегда, только вернувшись, он начал повторять старые темы.

Однако осознав, что ему никогда не догнать Лу Чжоу, Лю Жуй поставил перед собой более реалистичную цель.

Выпускные экзамены...

Большинство начинали готовиться лишь на четвертом курсе, поэтому впечатляло, что Лю Жуй приступил к подготовке уже сейчас.

Ши Шан вернулся вторым.

Войдя и увидя Лу Чжоу, он положил свой чемодан и закричал:

— Чжоу, я не видел тебя все лето! И ты снова выпендривался!

Лу Чжоу, который сидел в своем кресле и изучал гипотезу Полиньяка, поднял голову и с недоумением посмотрел на соседа.

— Эм... и что я сделал-то?

"Я ничего не делал... Когда я опять выпендривался?"

"О чем ты?"

Ши Шан сел на свое место и ответил:

— Да ладно тебе... хватит скромничать, я прочитал о тебе в Nature Weekly!

"Вот оно что..."

"Ну... это уже давно произошло."

Глядя на Ши Шана, парень не находил слов.

— Ты читаешь Nature Weekly?

— Нет, я просто увидел на Weibo! — искренне ответил Ши Шан и продолжил расспрос:

— Ладно, есть у тебя шансы на Нобелевскую премию?

Услышав про Нобелевскую премию, Лю Жуй прекратил заниматься и начал внимательно слушать.

Обычно Лю Жуй не заходил в Weibo, так что он впервые услышал о том, что про Лу Чжоу писали в Nature Weekly.

Лю Жуй не понимал, как математик мог получить Нобелевскую премию.

Услышав вопрос Ши Шана, Лу Чжоу ответил:

— Не знаю, может поможешь мне и съездишь в Швецию спросить?

Это глупый вопрос. Словно получить Нобелевскую премию — легко.

Внезапно дверь их комнаты открылась.

Хуан Гуанмин в очках неловко тащил свой чемодан, он выглядел немного глупо.

— Двести первая, батя вернулся… Черт, брат Фэй, просто… Хватит… дайте сниму очки хотя бы. А…

Eго величие продлилось лишь несколько секунд.

Хуан Гуанмин даже не успел договорить, как на него набросились Ши Шан и Лю Жуй, после чего они начали бороться, а Лу Чжоу, как обычно, подливал масла в огонь.

Таким образом, в комнату вновь вернулась оживленная атмосфера нового семестра.

……………………………………….

Строго говоря, Лу Чжоу только с этого семестра считался студентом первого курса магистратуры.

Но это не имело значения, поскольку парень все равно получит диплом за год.

И хотя академик Лу выдал ему расписание занятий, их было не так и много. Обычно Лу Чжоу изучал математику в своей комнате. В частности, гипотезу Полиньяка.

Лу Чжоу уже доказал гипотезу о числах-близнецах, теперь ему нужно доказать гипотезу Полиньяка.

Метод топологии больше не подходил. Чтобы решить эту проблему, нужно найти новый метод.

Это самая неприятная часть теории чисел.

Существовало слишком много методов для выбора. Главная проблема, с которой сталкивается большинство людей в теории чисел, — они не знают, с чего начать.

Однако Лу Чжоу оставался спокойным. Он не был нетерпеливым.

Парень уже доказывал гипотезы до этого. И хотя сейчас у него нет вдохновения, ранее Лу Чжоу уже испытывал это чувство.

Парень знал, что оно, рано или поздно, придет само, даже без помощи "часов вдохновения".

Тем временем соседи Лу Чжоу начали свое обучение на третьем курсе.

Староста группы Тянь Цзюнь вернулся с собрания студенческого совета и сказал, чтобы все проверили расписание занятий.

Некоторые преподаватели не могли вести лекции, поэтому некоторые студенты не сумели выбрать то, что хотели.

Как правило, для того, чтобы подготовиться к вступительным экзаменам в магистратуру на четвертом курсе, студенты сдают все факультативные предметы на третьем курсе.

Это головная боль, когда не получается найти нужные предметы.

К сожалению, с этим не повезло кое-кому в комнате.

— Черт, мой курс по актуарной математике отменили, — воскликнул Хуан Гуанмин, сидя перед ноутбуком.

Услышав его, Ши Шан тут же напрягся и полез проверять свое расписание. Увидев, что у него — все в порядке, Ши Шан улыбнулся и произнес:

— Есть мысль, Гуанмин. Не хочешь перевестись на финансы?

— Заткнись, это уже бесит. Почему курс отменили?!

Преподаватели с большим количеством проектов, обычно не любили вести занятия у бакалавров, предпочитая тратить усилия на магистров и аспирантов.

Они — слишком заняты, чтобы преподавать на старших курсах...

Ши Шан улыбнулся и сказал:

— Тогда почему бы тебе не поспешить и не выбрать что-нибудь другое? Это еще можно сделать на сайте.

— Да знаю я, уже смотрю… — пробормотал Хуан Гуанмин, после чего посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Чжоу, что будет полегче?

Парень ответил, не задумываясь:

— Математическое моделирование. Профессор Лю ведет этот курс, и он — хороший преподаватель.

Если это не для будущего направления, то студенты обычно выбирали наиболее простые курсы или те, которые ведут хорошие преподаватели. Профессор Лю — из тех преподавателей, что давали студентам всю программу и ничего не скрывали.

По мнению Лу Чжоу, курс профессора Лю выполнял сразу оба этих условия.

По его мнению, математическое моделирование, вероятно, самый простой курс из всех, с которыми он сталкивался.

— Сейчас посмотрю, — сказал Хуан Гуанмин, глядя на экран компьютера. — Черт, он — заполнен.

Лу Чжоу задумался, а потом ещё предложил:

— Тогда как насчет базовой теории чисел? Это довольно просто.

— Ладно, посмотрим… Ничего себе! Осталось еще двадцать мест! — удивился Хуан Гуанмин.

— Даже не думай, — внезапно в разговор влез Лю Жуй, сидящий рядом. Подняв голову, он неспеша продолжил:

— Не обманывайся словом "базовый". Это, считай, самый сложный курс в математике. Только Чжоу может думать, что это легко... Советую выбрать что-то другое.

Лу Чжоу промолчал.

"Какого черта?!"

— Черт, Чжоу, не обманывай меня! — с обидой в голосе сказал Хуан Гуанмин.

— Ну, я не очень понимаю, что просто… — рассмеялся парень.

Ши Шан, который молчал до этого, внезапно заговорил:

— Чжоу, ты же знаком с профессором Лю?

Лу Чжоу задумался:

— Ну да.. В конце концов, это он занимался со мной на конкурсе по математическому моделированию.

— Тогда... Может попросишь его взять Хуан Гуанмина? Насколько я помню, преподаватель курса может корректировать список.

Лу Чжоу кивнул:

— Ладно, сегодня спрошу его об этом.

— Чжоу, мой хороший брат. Я… — Хуан Гуанмин был тронут. — Я даже не знаю, как отблагодарить тебя!

Лу Чжоу рассмеялся:

— С тебя — обед. Рыбное кафе вполне подойдет.

— ...

Глава 189. Немного отличается от того, что я представлял

Зная, что Хуан Гуанмин купит ему еду, Лу Чжоу всегда рад был помочь другу.

После обеда Лу Чжоу отправился прямо в кабинет профессора Лю. Парень поздоровался с профессором и попросил помощи.

— О, всего-то... — сказал профессор Лю, услышав просьбу Лу Чжоу. — Ну, если ему нравится математическое моделирование, то пусть приходит на занятия. Запиши его имя. Позже я дойду в управление по учебным вопросам и добавлю его.

Cделать подобное для него — проще простого.

Лу Чжоу не осознавал, что профессор Лю уже рассматривал его не как студента, а как молодого и перспективного ученого или, другими словами, как коллегу.

Поскольку через два года, когда парень вернется из Принстона, он станет самым молодым профессором в их университете.

Не говоря уже о том, что Лу Чжоу — также исследователь ЦЕРНа и ученик академика Лу, и он — возможный обладатель Филдсовской премии... Этот парень стал довольно известен в стране.

Однако он даже не осознавал этого.

Возможно, это одна из его сильных сторон.

Хотя его достижения пугают, в стране много молодых талантов... И Лю Сянпин видел много молодых талантов, которые в конце концов все увяли с возрастом.

Поскольку слава часто может вскружить голову молодым гениям, и они отвлекаются посторонним.

Не говоря уже о возвышенном эго у этих людей.

Вот почему профессору Лю так интересен Лу Чжоу.

Если бы кто-то получил хоть одно достижение, он мог бы хвастаться этим всю оставшуюся жизнь.

Однако этот парень — совсем другой.

Лу Чжоу мог быть возбужден и взволнован, но он быстро успокаивался и даже мог забыть об этом. Лу Чжоу даже может не воспринимать это слишком серьезно. У него не было такого высокомерия, как у других.

После того как парень получил кубок общества высшего образования, у профессора возникло странное чувство, что Лу Чжоу отличается от других.

"Может... Это потенциал великого человека?"

Профессора Лю Сянпина шокировала эта мысль, ему было неясно, как эта мысль пришла к нему в голову.

За прошедшие годы Лю Сянпин обучил множество студентов, но никто из них не заставил его так думать.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спасибо, профессор.

— Не за что, — профессор Лю Сянпин только махнул рукой. — Точно, ты собираешься в Пекин в октябре?

Лу Чжоу не знал, почему профессор Лю спросил его об этом, но кивнул:

— Да… я еду с профессором Лу.

Профессор Лю опять с любопытством спросил:

— О... он сказал, зачем вы едете?

— Нет, ничего особенного… Просто профессор Лу сказал, что едем встретиться с академиком Яу Шинтуном. A что такое?

— Ничего, все нормально, — произнес профессор с улыбкой, заметив, что парень, похоже, ничего не знал. После чего профессор Лю Сянпин похлопал Лу Чжоу по плечу. — Тогда просто поздравляю тебя заранее.

— ...

" Поздравляете?"

"С чем?"

Парень растерялся, не понимая, о чем говорит профессор Лю Сянпин.

Однако профессор не стал ему говорить почему...

— Будет не интересно, если рассказывать тебе заранее.

Увидев ухмылку профессора, Лу Чжоу потерял дар речи.

Парень стоял в некотором замешательстве.

……………………...

Изучение гипотезы Полиньяка достигло узкого места. Парень прочитал уже много литературы и перепробовал много методов, но так пока и не придумал идею.

В последнее время на arxiv появилось много интересных статей. В этих статьях цитировалась его статья и обсуждались методы, использованные в его доказательстве гипотезы о числах-близнецах. Люди пытались найти способ доказать гипотезу Полиньяка.

Некоторые мысли были интересны, но Лу Чжоу чувствовал, что все они что-то упускали.

Как раз когда парень уже собрался сделать перерыв на пару дней, ему пришло электронное письмо из ЦЕРНа.

"Lu!

Результаты последних исследований поражают. Характерные пики в семисот пятидесяти ГэВ стали более четкими. Уровни достоверности на детекторах ATLAS и CMS составили одну целую, девять десятых сигма и две целых, одну десятую сигма. Думаю, что с накоплением столкновений мы определенно раскроем тайну, стоящую за пиками в этой зоне... Поэтому нам, возможно, придется проделать больше работы.

Я внимательно слежу за проводимыми экспериментами на коллайдере. Если появятся новые открытия, то обязательно сообщу.

Кроме того, основываясь на последних полученных данных, предполагаю, что частицы там могут быть последней частью головоломки стандартной модели. И она превосходит все ожидания.

Если это правда, то нет сомнений, что наша работа — очень важна.

Что касается теории суперсимметрии, то прогресс в работе моих учеников достиг критической точки. При исследовании сигнала в области семисот пятидесяти ГэВ получили интересные данные с нескольких детекторов.

Независимо от твоей возможности обработать эти данные, надеюсь, ты ответишь, как можно скорее. В конце концов, много людей также думают над этим сигналом, и это вопрос времени.

Кроме того, я не сомневаюсь в твоей академической морали, но должен напомнить, пожалуйста, держи содержимое этого письма в секрете. Сообщи, если кто будет давить на тебя."

Поскольку это рабочее письмо, старик написал все кратко.

Очевидно, парень не откажет ему.

Лу Чжоу напечатал ответ:

"Я постараюсь обработать эти данные как можно быстрее. Это займет всего три дня. И не беспокойтесь. Я сохраню все в тайне."

Очевидно, Лу Чжоу не позволит кому-то еще увидеть содержимое этого письма.

Это вопрос не только репутации, но и характера.

Лу Чжоу отправил письмо, потом достал ноутбук из ящика и протер пыль с него.

Файлы во вложении были небольшими, в основном это изображения и диаграммы.

Распаковав их и открыв текстовый файл, парень посмотрел на содержимое.

Внезапно Лу Чжоу удивился.

Это немного...

Отличается от того, что я представлял?

Глава 190. Потерял дар речи

Массачусетс, Америка.

Самолет приземлился в международном аэропорту Бостона.

Фрэнк Вильчек только что прилетел обратно в Бостон из Швейцарии, и его ученик забрал его.

Профессор сел впереди, рядом с водителем, положил свой ноутбук на колени и подключился к беспроводной сети. Фрэнк Вильчек хотел потратить свободное время на проверку почты, и заметил, что ему пришло письмо из-за Тихого океана.

Увидев имя отправителя, он сразу открыл его.

Аспирант спросил:

— Профессор, как дела в ЦЕРН?

Просматривая почту, Фрэнк Вильчек, не особо задумываясь, ответил:

— Пока все выглядит оптимистично. Уровень достоверности — три сигмы. ЦЕРН проверяют устройства и готовят пресс-конференцию. Следующий эксперимент — в начале октября. И нужно закончить теоретическую часть в этом месяце. В следующем месяце мы поедем в Женеву... А?

Аспирант увидел, что профессор Фрэнк Вильчек вдруг замолчал, и тут же спросил:

— Что-то случилось?

— Нет, ничего… — пробормотал Фрэнк Вильчек, читая письмо и нахмурившись, потом он неожиданно покачал головой и сказал:

— Это интересный момент, но я — не согласен.

Молодой человек из Китая написал.

"Дорогой профессор Фрэнк, у меня есть несколько вопросов относительно вашей дополнительной теории суперсимметрии. Согласно теореме Делиня о тензорных категориях известно, что категория, удовлетворяющая определенным условиям, должна быть категорией представления суперсимметричной группы G, поэтому можно сказать, что суперсимметрия является обобщением теории поля. Но у вас предполагается, что помимо представления поля симметрии существует дополнительное измерение, объясняющее причину, по которой суперсимметричная частица — слишком велика. Разве это не противоречит теореме Делиня?"

Академическое общение отличалось от рабочих писем. Здесь нет необходимости в излишней вежливости, поэтому Лу Чжоу указал на это как есть.

Парень полагал, что профессор Фрэнк Вильчек не будет придираться к подобному.

Однако старик также прислал безжалостный ответ...

На другой стороне Тихого океана, отредактировав и отправив письмо, парень облокотился на спинку стула и сладко потянулся.

Лу Чжоу собрался пойти поесть, когда внезапно ему пришло письмо.

Открыв письмо, парень очень удивился.

"Черт, он так рано встал?"

Разница во времени со Швейцарией — шесть часов, там должно быть лишь пять утра.

Лу Чжоу не знал, что профессор уже вернулся в Массачусетский технологический институт.

Письмо было простым, и в основном Фрэнк Вильчек отвечал на его вопросы.

"Lu, я получил твое письмо. Что касается твоих сомнений, я восхищаюсь твоими знаниями математической физики. Но я предлагаю тебе изучить теорему Вигнера в квантовой механике. Тогда ты бы понял мою теорию дополнения суперсимметрии, и не возникало никаких вопросов к сделанной гипотезе."

Лу Чжоу, конечно, не знал о теореме Вигнера, что это краеугольный камень квантовой механики.

Эта теорема описывает принцип симметрии в физических системах, например, как вращение, перемещение или CPT изменяет свое состояние в гильбертовом пространстве.

Согласно этой теореме, элементарные частицы, в основном, можно представить неприводимой группой Ли, и для этих представлений можно получить тензорное произведение. И к тому же, эта операция может соответствовать состоянию, связанному с частицами.

Это же удивительно?

Математика и физика, связанные одной теоремой.

Именно это теоретический краеугольный камень для последующего применения теоремы Делиня о тензорных категориях в физике.

Лу Чжоу понимал, что имеет ввиду Фрэнк Вильчек. Его гипотеза — в рамках теоремы Вигнера, и в ней нет проблем, ей просто не хватает математической красоты.

Например, как сказал Лу Чжоу, невозможно объяснить рациональность этого дополнительного измерения с помощью теоремы Делиня о тензорных категориях.

Парень задумался и напечатал.

"Но вы не думали, что мы можем использовать более математически сложную модель для описания пиков в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ? Зачем вводить дополнительное измерение полностью вне симметричного поля, чтобы подвести ее к суперсимметричной частице?.. Я о том, что возможно это частица, которую мы не понимаем? Частица темной материи?"

Хотя первоначально, чтобы убедить старика, Лу Чжоу сказал, что сигнал семисот пятидесяти ГэВ, возможно, от суперсимметричных частиц, на самом деле, он никогда не был одержим этой идеей.

За этим пиком может многое скрываться. Вселенная построена не на одной теории.

Парень чувствовал, что это, скорее всего, частицы темной материи.

В конце концов, сигнал — достаточно слаб, и его не обнаружить без большого числа столкновений. Темную материю трудно наблюдать, поскольку она почти не взаимодействует с другими элементарными частицами, включая фотоны.

Лу Чжоу отправил ответ и не пошел есть, а терпеливо ждал.

Если профессор смотрит сейчас свою почту, то парню ждать не придется долго.

Как и ожидалось, вскоре пришел ответ.

"Это возможно, но думаю, что это маловероятно. Уверен, что оборудование ЦЕРНа — недостаточно продвинуто для обнаружения темной материи. Если сигналы, наблюдаемые на детекторах ATLAS и CMS, являются темной материей, то характерные пики не должны быть такими согласованными. Если у тебя есть какие-то вопросы, то можешь проконсультироваться с Эвансом. Для моей теории я могу добавить дополнительные объяснения."

Лу Чжоу прочитал письмо, но не знал, как ответить. Внезапно пришло еще два письма.

"Если есть дополнительное измерение уплотнения, то каждое поле в многомерном пространстве соответствует нормальному полю в четырехмерном пространстве, плюс бесконечное число полей, обратно пропорциональных длине уплотнения. И источник исходного поля нулевой оболочки в измерении уплотнения можно использовать в качестве ряда Фурье!"

"Сверхсимметричные частицы также должны существовать в этой области. Это соотношение связывает суперсимметричные частицы с фермионами. Думаю, это имеет смысл в теории. Таким образом, согласно этой теории, мы должны быть в состоянии найти суперсимметричные частицы под энергетической меткой ниже одного ТэВ. Доверяй больше коллайдеру."

"Черт, он быстро печатает."

Но первое письмо заставляло его не доверять оборудованию ЦЕРНа, а второе — говорило об обратном.

"Какого черта?"

Лу Чжоу долгое время сидел неподвижно и смотрел на письма.

Старик сильно уверен в своей теории.

Парень просто потерял дар речи и не знал, что ему ответить.

Глава 191. Вдохновение, невозможно остановить!

Через некоторое время Лу Чжоу, наконец-то, напечатал:

"Что... если мы не найдем их?"

Не прошло и пяти минут, как пришел ответ:

"Это, конечно, возможно. Если ниже одного TэВ мы не найдем то, что нам нужно, мы можем только объявить о несуществовании меньшей суперсимметричной стандартной модели, а затем перейти в более большие энергетические зоны и искать дальше. Доказать, что наша предыдущая работа — неправильная, также важное открытие. Хотя и не желанный результат для нас... Но больше доверия к нашей теории. Я уже вижу новый мир, и он — прекрасен…"

В конце профессор даже пошутил.

Однако парень был не настолько оптимистичным, и даже не улыбнулся.

Скорее всего, потому что Лу Чжоу не проработал в лабиринтах квантового мира на протяжении десятилетий, и у него не выработался специфический юмор физиков-теоретиков, когда они сталкивались с новой тайной.

Лу Чжоу не расстраивался бы, если бы не понимал вопроса.

Однако его раздражало, что это исследование, похоже, не имеет конца.

Да, у него именно такое чувство...

Даже обладатель нобелевской премии не смог убедить его. Все, что Лу Чжоу делал, это сравнивал возможности.

В математике — все по-другому. Там есть лишь: правильно и неправильно. Может понадобиться много времени, но результат будет лишь один.

Но теоретическая физика отличалась, в ней может быть правильно и неправильно одновременно, просто — на другом уровне, что сильно раздражало Лу Чжоу.

Разработка теории — далека от эксперимента. Придумывались теории, которые даже невозможно проверить экспериментально.

"Стандартная модель", на которую так сильно опиралась теоретическая физика, является "ненадежной".

В тысяча девятьсот шестидесятых годах суперсимметричная теория стала предпосылкой к теории струн, которая появилась позднее, в тысяча девятьсот восьмидесятых годах. Однако за последние несколько лет в лаборатории обнаружили странные частицы. Сообщество теоретической физики поспешно объявило о вступлении в эру "пост стандартной модели", а потом, через два года, колебания нейтрино заставили вернуться к стандартной модели.

Лу Чжоу понимал, отчего мистер Фрэнк так одержим суперсимметрией, потому что он стремился найти суперсимметричные частицы.

Это постоянство, определенно, не из-за чего-то поверхностного, а потому, что теория суперсимметрии — не окончательна. Дыры в стандартной модели нельзя закрыть, и теория струн, основанная на теории суперсимметрии, также разрушится.

Если теория суперсимметрии будет неверной, то люди спросят, почему физики-теоретики потратили впустую полвека на стандартную модель.

Если бы только теоретическая физика была как новости...

Открыл сегодня, завтра — опровергнул, а послезавтра — уже забыл. Каждый день — новая страница...

Но любой внимательный заметит, что почти все физики-теоретики добавляют слово "может" к своим словам, делая публичные заявления.

Лу Чжоу не знал, верны ли его предположения о темной материи.

Обе теории имеют место быть, но эти теории — совершенно разные. Лу Чжоу хотел бы, чтобы у него были доказательства, опровергающие теорию Фрэнка Вильчека, но, к сожалению, у него их нет.

Можно лишь дожидаться результатов эксперимента.

Лу Чжоу секунду колебался, прежде чем набрать строку слов.

После чего парень нажал: "Отправить".

"Может быть, вы — правы, но я все еще склонен верить, что мы обнаружили не новый мир, а Исландию."

На другой стороне Тихого океана профессор Фрэнк Вильчек сидел на переднем сиденье и вдруг громко рассмеялся, чем напугал аспиранта за рулем.

Сбавив скорость, аспирант посмотрел на него и спросил:

— Что такое?

— Ничего, — ответил Фрэнк Вильчек и покачал головой, после чего закрыл ноутбук и улыбнулся. — Этот китайский парень — довольно забавный.

……………………………………………...

И хотя парень пошутил в конце, настроение у него было не таким хорошим.

Он долго смотрел на файлы на компьютере, потом посмотрел на стопку бумаг рядом, и с раздражением почесал голову.

Операции с двумя строками казались неправильным выбором. Одно — теория чисел, другое — функциональный анализ и теория групп. Там и там — множество проблем.

Самое неудобное, что Фрэнк Вильчек ввел операцию дополнительного измерения вне поля симметрии. Это, действительно, недостаток со стороны математики. С точки зрения Лу Чжоу, решение этой проблемы с точки зрения темной материи позволило бы избежать многих математических проблем.

С точки зрения темной материи, каждый генератор Z/PZ можно сопоставить с функцией exp(2pi·i/p), и проблему двойственности Понтрягина, скорее всего, можно решить.

Его математическая интуиция говорила, что возможность этого — велика.

Лу Чжоу откинулся на спинку и уставился в потолок. Математические символы постоянно всплывали в его голове, что заставило парня забыть про голод.

Теория групп…

Теория групп…

Если бы только теория групп была такой же простой, как и теория чисел... Хотя теория чисел — совсем не простая...

Подождите, теория групп?!!

Внезапно в глазах Лу Чжоу появился блеск.

Это связано не с пиком семисот пятидесяти ГэВ, а скорее — с гипотезой Полиньяка.

Парень резко сел и взял ручку. В данный момент мозг Лу Чжоу вращается со скоростью: миллион миль в секунду.

Теория групп — очень мощный инструмент. Это не только теоретический артефакт квантовой механики в гильбертовом пространстве в функциональном анализе, но она также полезна при работе с бесконечными простыми числами.

Например, любой преподаватель теории чисел будет упоминать теорему Ферма.

Эта теорема имела много методов доказательств, и наиболее краткий из них.

Для Лу Чжоу потребовалось всего три строчки.

Если α и p — простые числа, теорема Эйлера α^φ(p) ≡1(modp), но φ(p)=p-1, поэтому α^(p-1)≡1(modp). Умножив обе части на α, получим: когда α — натуральное число, а p — простое число, будет α^p≡α(modp).

Очень просто?

Фактически, теорема Ферма — лишь частный случай теоремы Эйлера.

С другой стороны, теорему Эйлера также можно доказать с помощью теории групп, и потребуется не больше половины страницы.

Лу Чжоу думал о том, как решить гипотезу Полиньяка методом топологии. Парень даже не рассматривал другие математические методы.

Фактически, многие статьи на arXiv пытались решить гипотезу Полиньяка, улучшив его метод.

Даже сам Лу Чжоу не предполагал, что физика вдохновит его.

Это неожиданно...

Лу Чжоу все быстрее и быстрее вертел ручку в руках, пока она вдруг не выскользнула из его пальцев и не ударилась об настольную лампу.

Парень глубоко вздохнул.

— Возможно, это сработает!

Вдохновение, словно цунами, его невозможно остановить!

Лу Чжоу отложил на некоторое время пик семисот пятидесяти ГэВ и достал из стола новые листы бумаги, начав думать над новой идеей...

Глава 192. Цель, "Математический ежегодник"!

Под наплывом вдохновения Лу Чжоу, не останавливаясь, писал. Он даже забыл про еду.

Парня переполняла мотивация, и он был безгранично воодушевлен.

"Существует группа G и |G / =p1a1p2a2 piai, где pi — простое число, а ai — положительное целое число. Пусть p∈π(G), определим deg(p)=|{q∈π (G)|p~q).

Число раз, когда deg(p) является вершиной p. обозначим как C(G)=…"

……………………………………………….

Время шло, но Лу Чжоу писал, не останавливаясь.

Это не так, как в прошлый раз...

В прошлый раз вдохновение было вынужденное, но сейчас оно — его.

Ручка скользила по бумаге.

Сам того не сознавая, Лу Чжоу уже исписал пять страниц.

Закончив с шагами и основными идеями, парень потер живот и облокотился на спинку, потом достал телефон.

Лу Чжоу удивился, увидев время.

— Черт, уже пять часов?!

Парень даже не позавтракал.

Уже не в состоянии терпеть, Лу Чжоу пошел в забитую столовую и поужинал, после чего вернулся к работе.

В шесть вечера Ши Шан вернулся с едой в руках, увидев, что Лу Чжоу пишет, он любопытно спросил:

— Что делаешь, Чжоу? У магистров тоже есть домашка?

Парень был в ключевом месте, поэтому ответил, не поднимая головы:

— Пишу статью.

В это время внезапно Хуан Гуанмин и Лю Жуй тоже вернулись с едой.

Лю Жуй бросил рюкзак на стол и достал свою домашнюю работу, а Хуан Гуанмин подошел к Лу Чжоу и с любопытством посмотрел, что тот пишет.

Но Хуан Гуанмин ничего не понял.

— Черт, Чжоу, я ничерта не понимаю из того, что ты написал.

Из любопытства... Ши Шан тоже подошел.

— Гуанмин, мы уже — на третьем курсе, так что ты должен хотя бы понимать символы... Нихрена себе, это — теория групп... сложная вещь!

Лю Жуй, начавший делать домашнее задание, повертел ручкой и произнес:

— Это не настолько сложно, многие на четвертом курсе проходят это. Но это никак не связано с нашей специальностью... Ну, если только вы не переводитесь на теоретическую физику…

Прикладная математика и теоретическая физика — похожи, так что нет ничего необычного в переводе.

Многие переводятся из-за большого финансирования теоретической физики.

— Я не смогу перевестись, — произнес Хуан Гуанмин, покачав головой и медленно отходя.

— Конечно, ты не можешь, ты — не такой, как Лу Чжоу, — сказал Ши Шан и похлопал Гуанмина по плечу с печальным видом.

Лу Чжоу не понимал, что происходит.

…………………………..

Рим построили не за один день. Хорошая теория требует не только вдохновения, но и времени.

В течение следующих нескольких дней парень проводил все свое время в библиотеке и в общежитии.

Время от времени Лу Чжоу отвечал на почту от профессора Фрэнка Вильчека. Однако, поскольку новых данных из ЦЕРНа не поступало, ему особо не пришлось ничего делать дополнительно.

Лу Чжоу был удовлетворен каждым прожитым днем.

Хотя для других это непостижимо, но Лу Чжоу был счастлив.

На второй неделе сентября, солнечным утром, Лу Чжоу, сидевший в библиотеке, взглянул на десятки бумаг, лежащих перед ним, и с облегчением произнес:

— Наконец-то!

Парень решил проблему, когда пришло вдохновение. И теперь он уже видел выход из этого лабиринта перед глазами.

Лу Чжоу был уставший, но одновременно с этим испытывал удовлетворение.

И не только от того, что он решил еще одну математическую проблему, но и потому что он глубже понял теорию групп, что позволило ему разработать новый математический метод.

Это интереснее самого доказательства.

Гильберт однажды сказал, что великая теорема Ферма — курица, несущая золотые яйца, и не потому что накормила множество математиков или дала многим журналам возможность опубликовать множество "воды" по этой теме, а потому, что благодаря ней появились многие новые математические методы.

Вдохновленный проблемой Ферма, Куммер ввел понятие идеальных чисел и нашел единственную теорему о разложении, которая разбивает числа круговой области на идеальный простой фактор. К сегодняшнему дню эту теорему развили Дедекинд и Кронекер. Она заняла центральное место в теории современных чисел, и ее значение выходило далеко за рамки теории чисел и вошло даже в функциональную алгебру.

Работа Лу Чжоу на Принстонской конференции — такая же. Его метод топологии решил гипотезы чисел-близнецов.

Первоначально теорию решета применил Чэнь Цзинжунь, и сообщество теории чисел полагало, что для решения гипотезы Гольдбаха в форме "один плюс дин" им понадобиться новый метод.

Теперь оказалось, что этот метод — более полезный, чем они думали.

Даже профессор, который выдвинул теорию решета в тысяча девятьсот девяносто пятом году, не ожидал этого.

В этом и заключается ценность теории чисел.

Лу Чжоу не только доказал гипотезу Полиньяка, но и нашел уникальное решение.

Парень назвал этот метод "методом исследования структуры теории групп" или "методом групповой структуры" для краткости.

Используя метод теории групп, проблема бесконечности изучалась в целом. Форма "K=1" расширялась до "k — бесконечное натуральное число", что доказывает, что "для всех натуральных чисел k существует бесконечно много пар простых чисел (p, p+2k)".

Вывод — лишь в одном предложении, но для доказательства потребуется несколько досок.

Парень потратил весь день, чтобы собрать воедино доказательство и оформить его.

Глядя на готовую статью, Лу Чжоу с удовлетворением кивнул.

— Пожалуй, достаточно.

Он мог более детально написать о своем методе.

Но этот метод — не основа его статьи.

В первую очередь гипотеза Полиньяка — доказана.

Хотя с виду это лишь продолжение его доказательства о числах-близнецах, но истинная сложность известна лишь ему.

Лу Чжоу подумал и добавил строку в конце статьи.

"Из-за объема, теория групповой структуры будет подробно объяснена в следующей статье."

Загрузить!

Цель, "Математический ежегодник"!

Глава 193.

Кафе вoзле Принстонского университета...

Лысый старик сидел в углу и пил свой кофе, в то же время читая статью в другой руке.

Напротив него сидел Эдвард Виттен.

Когда Эдвард Виттен увидел статью в руке своего старого друга, он поинтересовался:

— Что ты читаешь?

— Интересная работа, — ответил профессор Делинь и перевернул страницу, а потом продолжил:

— Про гипотезу Полиньяка.

После небольшой паузы профессор Делинь не мог не добавить:

— Интересное доказательство.

Эдвард Виттен спросил:

— Лу Чжоу?

— Да, — ответил профессор Делинь и ручкой поставил несколько вопросительныx знаков на бумаге. — Ты зря пропустил ту конференцию.

Эдвард Виттен улыбнулся и сказал:

— Xа-ха-ха, соглашусь. Особенно после того, как встретил его лично, стал сожалеть еще сильнее.

Профессор Делинь посмотрел на Эдварда Виттена и спросил:

— О? Когда ты успел слетать через Тихий океан?

— Через Атлантику. Забыл, что я только что вернулся оттуда?

Профессор Делинь в удивление вскинул бровь:

— Ты встретил его в ЦЕРНе?

— Ты не смотрел новости?

Пьер Делинь покачал головой:

— Нет, случилось что-то интересное?

— Группа международного сотрудничества LHCb опубликовала новости о пентакварке. Они также обнаружили характерный пик в энергетической зоне семисот пятидесяти ГэВ. Предполагается, что возможно это суперсимметричная частица.

— О, поздравляю... Ты — на шаг ближе к Нобелевской премии.

Если кратко, суперсимметрия затрагивает симметричную связь между фермиономи и бозонами, что можно рассматривать как низкоэнергетический вывод теории суперструн.

Если теория суперструн верна, то суперсимметричные частицы должны существовать.

Также наоборот: если обнаружат суперсимметричные частицы, то они предоставят экспериментальное доказательство теории суперструн, правда это не будет строгим доказательством.

Но если их не найдут, теорию суперструн можно опровергнуть.

Однако профессора Делиня не слишком беспокоит мир физики, и его внимание полностью сосредоточено на чистой математике.

Особенно — теории чисел и алгебраической геометрии.

— Слишком рано для поздравлений, — улыбнулся Эдвард Виттен и пошутил. — Думаю, моя Нобелевская премия будет после Стивена Хокинга... В этой жизни, наверное, нет шансов.

Только экспериментально доказанная теория может выиграть Нобелевскую премию. Но найти нить, составляющую вселенную, гораздо сложнее, чем доказать теорию испарения черной дыры.

Последнее — теоретически достижимо. Только требуется создать черную дыру в крошечных масштабах, и с помощью приборов наблюдать, как испаряется черная дыра.

Но первый случай не решит адронный коллайдер. Пройдут поколения, прежде чем будет создан коллайдер, способный на это.

Текущие технологии не способны доказать теорию суперструн.

Делинь выслушал самоунижения старого друга и поинтересовался:

— Он тоже слушал доклад?

Эдвард Виттен улыбнулся и ответил:

— Он не слушал. Он докладывал. Хочешь — верь, хочешь — нет, но пик семисот пятидесяти ГэВ обнаружил стажер. Этот стажер использовал вероятностный метод и рассчитал вероятность получение пика в семисот пятидесяти ГэВ. Догадываешься, что случилось потом? ЦЕРН провел месяц экспериментов и обнаружил этот пик на коллайдере.

Профессор Делинь долго смотрел в статью, а потом вдруг произнес:

— Даже не предполагал, что он — так талантлив в физике.

— Да, — Эдвард Виттен одобрительно кивнул. — Слышал, он приедет в Принстон в следующем году. Хочу взять его своим студентом.

— Все будет зависеть от его собственного выбора. На мой взгляд, он — более талантлив в теории чисел.

Эдвард Виттен улыбнулся и не ответил.

Он надеялся, что Лу Чжоу выберет его, но тот может и не выбрать ни одного из них.

Открыв последнюю страницу статьи, Делинь нахмурился.

Эдвард Виттен спросил:

— Что?

Делинь покачал головой и ответил:

— Ничего.

Он высоко оценил использование метода групповой структуры, но последняя строчка шокировала его.

Если бы статья не была хорошей, то Делинь бы написал ему гневный ответ.

………………..

Проверка правильности доказательства занимает много времени.

Лу Чжоу не знает, сколько будут проверять, но надеялся, что оно будет побыстрее, и к новому году.

Закончив с гипотезой Полиньяка, парень посвятил все свое время проекту с профессором Фрэнком Вильчеком.

Профессор присылал ему дополнения к теории суперсиметрии и, хотя у Лу Чжоу были сомнения относительно нее, он не спорил с ним, сохраняя при этом свою точку зрения.

У Лу Чжоу не было выбора, поскольку он только занимался частью математики, и его знаний все еще недостаточно, чтобы построить собственную теорию.

Основную часть этой суперсимметричной теории, в основном, выполнил Фрэнк Вильчек самостоятельно. Лу Чжоу отвечал за обработку данных и исправление математических недостатков в теории, что делало ее более математически эстетичной.

Но не стоит недооценивать эту работу, она — очень важна.

Причина, по которой многие приняли теорию струн, была в том, что она — математически безупречна.

Вскоре, в октябре, профессор Лу вызвал Лу Чжоу в свой кабинет.

— Двадцатого мы едем в Пекин. Я уже купил билеты, так что начинай собираться.

Из любопытства парень поинтересовался:

— Хорошо... Профессор, можете сказать, зачем мы едем?

Профессор Лу улыбнулся и ответил:

— Ничего особенного, просто будет проходить двенадцатая конференция Китайского национального математического общества. Это также восьмидесятая годовщина основания Коммунистической партии. Люди свыше решили совместить эти события. К тому же, тебя хочет видеть старик Яу Шинтун.

"Чего?

И вы говорите это так спокойно?

Это же — важное событие!

Но разве конференция — не в ноябре? Почему ее перенесли на октябрь? Кроме того, вы же — физик, почему вы едете на математическую конференцию?"

Но это не главное... Лу Чжоу помнил, что попасть на конференцию можно только по приглашению, поэтому парень спросил:

— Можно попасть без приглашения?

— У меня есть приглашение, не беспокойтесь. Просто иди со мной. Это будет полезно для тебя, — профессор махнул рукой и добавил:

— Точно... твоя тема исследовательской работы — гипотеза Полиньяка? Есть какие-нибудь новые результаты? Если есть, то советую подать заявку для доклада. Это хорошая возможность.

Делать доклад на подобной конференции — большая честь.

Однако в данный момент академик Лу еще не знал, что доказательство гипотезы было уже отправлено в журнал и находилось в процессе рассмотрения.

Подобные статьи нельзя представлять на конференции, поскольку это будет считаться двойной подачей.

Лу Чжоу начал тщательно думать над этим. Кроме гипотезы Полиньяка, у него больше не имелось интересных тем.

Хотя у него есть его "метод групповой структуры", который можно считать результатом исследования.

"Может быть, я просто сделаю доклад о методе групповой структуры..."

Лу Чжоу улыбнулся профессору Лу и сказал:

— Я что-нибудь приготовлю.

Профессор Лу улыбнулся и ответил:

— Хорошо, тогда иди готовься. Крайний срок подачи заявок — следующая пятница. Поспеши.

"Э-э-э...

Серьезно?

И вы только сейчас об этом говорите?!"

Глава 194. Пекинская конференция.

Оказывается, никогда не узнаешь свой истинный потенциал, если не будешь давить на себя.

Лу Чжоу поразила собственная скорость, он смог закончить со статьёй за неделю.

Конечно, это также связано с тем, что парень уже сделал часть работы раньше и потратил эту неделю на ее оформление.

Статья была всего на пятнадцать страниц и носила простое название: "Структура теории групп".

Конечно, чтобы показать превосходство своего метода, Лу Чжоу специально привел целых два примера.

B качестве первого — проблему бесконечности, а в качестве второго — теорему Вильсона.

Эти два вопроса почти стали тестовыми образцами теории чисел. Достаточно собрать в одно разнообразные методы, предложенные по этим двум теориям, и уже можно написать целую работу.

Аналогично им — теорема Эйлера и теорема Ферма. Первоначально Лу Чжоу планировал использовать эти два примера, но у них уже имелся довольно простой метод доказательства теорией групп.

Особенно — теорема Ферма, доказательство которой занимало всего три строчки. Тут совсем нет места улучшению.

Использование его метода будет излишне.

В итоге, Лу Чжоу отправил свою работу за день до конца крайнего срока.

……………………………………………………….

Утром, двадцатого октября, Лу Чжоу взял свой чемодан и вместе с академиком Лу вылетел из Цзиньлина в Пекин.

В этом году принимающей стороной конференции выступал Пекинский педагогический университет, а организатором — Китайское математическое общество.

Поскольку сейчас также отмечалось восьмидесятилетие Китайского математического общества, конференция проводилась исключительно грандиозно, и на нее были приглашены многие всемирно известные математики.

Лу Чжоу разместился в отеле Императора дракона. Всем гостям уже оплатили проживание и питание, ему надо было оплатить лишь регистрационный сбор в восемьсот юаней, но и его заплатил профессор Лу.

Парень признавал, что когда у тебя богатый научный руководитель — это очень удобно.

Само собою, чтобы стать учеником богатого научного руководителя , нужно быть достаточно способным.

Выйдя в аэропорту, Лу Чжоу и профессор сели в машину Янь Синьцзюэ.

Приехав в отель, Янь Синьцзюэ отправился парковать машину, и поэтому Лу Чжоу и профессор вошли в лифт без него, но когда Лу Чжоу увидел, как тот идет к ним, то не мог не спросить:

— Янь, ты тоже будешь на этой конференции?

Янь Синьцзюэ улыбнулся, но не успел ничего сказать, поскольку профессор заговорил первым:

— Не обращай на него внимания, он просто идет ради веселья.

Янь Синьцзюэ улыбнулся и возмутился:

— Как понять — ради веселья? Я тут, чтобы поддержать Лу Чжоу.

Лу Чжоу смутился и сказал:

— Я лишь делаю доклад. Ничего такого.

Янь Синьцзюэ похлопал его по плечу и сказал:

— Как скромно, заранее поздравляю!

А?

Профессор Лу улыбнулся, но ничего не сказал. От их поведения парень недоумевал.

"Чувствую, что они что-то скрывают."

"И почему скрывают — я этого не знаю..."

………………..

Оставив свой чемодан в номере, Лу Чжоу отправился в обеденный зал поесть.

Сегодня — день для регистраций, а сама конференция официально начнется только завтра.

Она продлится пять дней, и закончиться двадцать пятого.

Из-за важности этой конференции Китайское математическое общество забронировало весь отель.

Закончив есть, парень осмотрелся и заметил, что большинство людей тут — старше сорока лет, и только официант был его ровесником.

Поужинав, Лу Чжоу собирался вернуться в номер, когда внезапно около лифта его нагнал молодой парень.

— Привет, ты — Лу Чжоу, да?

— Да, а вы — кто? — спросил Лу Чжоу, посмотрев с подозрением на парня, не узнав того.

— Вей Сиянь, аспирант из университета Авроры, — с улыбкой ответил тот и пожал Лу Чжоу руку. — Я видел тебя на конференции в Принстоне, но мне не удалось поговорить с тобой. Ты — слишком знаменит!

— Да какой там знаменитый… Приятно познакомиться, — сказал Лу Чжоу, выдавив улыбку.

И хотя парень знал, что безумен, ему не нравилось, что его хвалили.

Вей Сиянь улыбнулся и представил Лу Чжоу старика позади себя:

— Позволь представить моего руководителя, профессора Ма Чангана. Он — в области алгебраической геометрии, кандидат в академики две тысячи семнадцатого года!

Профессор Ма Чанган стоял с гордым видом.

Профессор Ма Чанган улыбнулся и махнул рукой, после чего сказал своему ученику:

— О чем ты, кандидат... хватит хвастаться мною. Организация еще даже не решила этого вопроса.

И хотя он сделал замечание своему студенту, очевидно, ему понравился комплимент.

Профессор Ма Чанган улыбнулся и обратился уже к Лу Чжоу:

— Я провел тридцать лет исследований, но у меня мало достижений. Вы, молодые, действительно впечатляете. Это восхищает.

Парень скромно ответил:

— Профессор Ма, вы — слишком добры. Мне все еще есть чему учиться.

— Скромность — это хорошо. Если бы я достиг столько же, сколько и ты в твоем возрасте, я бы хвастался направо и налево, — профессор улыбнулся. — Слышал, что ты изучаешь гипотезу Полиньяка.

Исследовательские проекты инициативы десяти тысяч человек — не конфиденциальны.

Лу Чжоу ответил:

— Да...

Профессор Ма Чанган поднял брови и спросил:

— Как успехи?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Есть некоторый прогресс.

Процесс проверки математической гипотезы — долгий, и он может занять месяцы.

Журнал еще не ответил, и его статья все еще находилась в процессе рецензирования, поэтому Лу Чжоу не мог просто сказать, что доказал её.

Профессор Ма Чанган заинтересовался:

— О, похоже, у тебя уже есть мысли?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Можно сказать... и так.

Профессор с интересом продолжил:

— Я тоже немного изучаю теорию чисел. Не хочешь взглянуть на мою работу, и мы могли бы тогда обменяться идеями?

Парня ошеломили слова профессора, и он с подозрением посмотрел на него.

Очень опрометчиво просить других посмотреть незаконченную работу.

Не говоря уже о том, что Лу Чжоу — не его ученик, поэтому у него нет причин смотреть на работу профессора.

В конце концов, парень улыбнулся и сказал:

— Не стоит. мне нравится изучать математику в одиночку, поэтому не хочу тратить ваше время.

Глава 195. Награждение!

Отказ парня ошеломил профессора Mа Чангана, поскольку он никак не ожидал подобного.

И хотя на лице профессора все еще виднелась улыбка, его глаза наполнились холодом.

Профессор Mа Чанган заговорил повышенным тоном:

— A? Ты думаешь, что я — стар, и не смогу поспевать за твоими мыслями? Или ты думаешь, что я — недостаточно хорош?

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно ответил:

— Само собою, нет... Просто я так привык.

Профессор Ма Чанган некоторое время смотрел на Лу Чжоу, а потом засмеялся и сказал:

— В Цзиньлинском университете, действительно, есть многообещающие таланты. Ладно, это нормально, если тебе это не интересно. Ну, этот старик больше не смеет тебя задерживать.

После этого профессор Ма Чанган развернулся и ушел.

Вей Сиянь стоял, смутившись. Он хотел подружиться с Лу Чжоу, но и не хотел обидеть своего профессора. Немного поколебавшись, Вей Сиянь молча ушел.

Глядя на спину профессора Ма Чангана, Лу Чжоу недоумевал.

Парень не знал, показалось ему или нет, но он чувствовал, что профессор немного расстроился.

Странно, почему профессор Ма Чанган так беспокоился о моем мнении?

Настолько погружен в образование...

Лу Чжоу молча поддерживал профессора.

……………………...

На следующий день официально стартовала двенадцатая конференция национального Китайского математического общества и восьмидесятая юбилейная научная конференция.

Внутри большого зала Пекинского педагогического университета на красной ковровой дорожке столпилось много людей.

Хотя конференция еще не началась, все уже во всю общались.

Внутренние конференции отличались от зарубежных. Основная цель на них — не обмены знаниями. Самое главное — это найти больше связей.

К сожалению, еще до начала конференции Лу Чжоу случайно уже обидел "старшего".

Хотя парень считал, что отказал достаточно мягко, и не особо волновался...

Лу Чжоу задумывался, что возможно в следующий раз ему следует соврать и сделать вид, что он не добился никакого прогресса в гипотезе Полиньяка?

Лу Чжоу пришел вместе с профессором Лу, но по пути отлучился в туалет, а когда вернулся, профессора Лу уже нигде не было видно.

Парень осмотрелся в зале и не смог найти его, но нашел Янь Синьцзюэ.

Тот беседовал с каким-то мужчиной в очках.

Парень подошел к ним и собирался поздороваться, как Янь Синьцзюэ опередил его, сказав:

— Позволь мне представить тебя профессору Ян Чжигуану, выдающемуся выпускнику из нашего университета!

Услышав его имя, Лу Чжоу немного удивился, а потом поздоровался:

— Профессор Ян Чжигуан, приятно познакомиться!

Ян Чжигуан — выдающийся выпускник Цзиньлинского университета, Лу Чжоу видел его имя в зале славы.

В тысяча девятьсот восемьдесят пятом году Ян Чжигуан окончил Цзиньлинский университет, в тысяча девятьсот восемьдесят девятом году получил степень магистра в академии наук Китая, после чего отправился учиться в Аугсбургский университет в Германии и получил там докторскую степень. Потом Ян Чжигуан провел два года исследований в Техническом университете Мюнхена.

Когда Ян Чжигуан вернулся в Китай в тысяча девятьсот девяносто четвертом году, он работал в математическом институте академии наук Китая. Его выбрали в программу "сто талантов" академии наук Китая, и Ян Чжигуан получил такие крупные награды, как "Премия в области компьютерных вычислений Фэн Кан" и "Вторая национальная премия в области естественных наук".

На международной математической конференции в Испании две тысячи шестого года Ян Чжигуан был единственным докладчиком из Китая! Он провел сорокапятиминутную лекцию.

Ян Чжигуан однозначно имеет квалификацию, чтобы стать академиком две тысячи семнадцатого года!

Однако он работал совершенно в другой области, и Лу Чжоу мало знал о том, что Ян Чжигуан изучал, парень лишь знал, что профессор занимается численным анализом и научными расчетами.

Это — нечисто математическое направление, оно также затрагивало прикладную математику и имело тесную связь с инженерным делом.

Парень не удивился встретить Ян Чжигуана здесь.

Чего Лу Чжоу не ожидал, так это то, что профессор Ян Чжигуан будет так молодо выглядеть. Если бы Янь Синьцзюэ не представил его, то Лу Чжоу не понял бы — кто это, поскольку Ян Чжигуану — уже за пятьдесят.

Для сравнения, у Янь Синьцзюэ, которому только тридцать, уже появилась залысина.

— Привет, — Ян Чжигуан пожал руку Лу Чжоу и с воодушевлением продолжил:

— Я только что говорил о твоих славных достижениях. Не ожидал встретить тебя так быстро. Удачно получилось!

Парень улыбнулся и скромно ответил:

— Какие достижения... Результаты вашего труда принесли пользу всей стране. Мои исследования — теоретические, о них даже не стоит упоминать!

Будучи физиком, у Янь Синьцзюэ не было с ними общих тем для разговора.

Ян Чжигуан держал руку Лу Чжоу, как сказал:

— Не слишком скромничай, твои методы расчета — уже на уровне учебников. Вся страна будет их использовать! Профессор Лю из института полимерных материалов академии наук Китая очень гордился твоими достижениями! Каждый раз, когда вспоминаем тебя, он хвалит твою работу. Профессор Лю говорил, что она убирает разрыв между материаловедением и математикой, а также разжигает огонь звезд в вычислительном материаловедении. Не говоря уже о теории чисел... Даже международные гении хвалили тебя.

"Черт, это слишком преувеличено!"

"Я лишь написал одну статью, как она может сократить разрыв?"

Лу Чжоу не знал, что ответить.

К счастью, академик Лу пришел и спас его.

— Ладно, хватит друг друга нахваливать. Не могу больше это слушать!

Обернувшись, Ян Чжигуан увидел профессора Лу и улыбнулся:

— Где тут хвастовство? Я говорю лишь правду.

Ян Чжигуану — уже за пятьдесят, поэтому он еще молод по сравнению с семидесятилетним профессором Лу.

Не говоря уже о том, что Ян Чжигуан когда-то посещал лекции по физике профессора Лу.

У них — отношения учителя и ученика.

Академик Лу с удовлетворением кивнул:

— Через два года будут твои академические выборы.

Ян Чжигуан улыбнулся и сказал:

— Не уверен, все зависит от организаторов.

— Ну, подождем. Из нашего университета вышло мало математических талантов, и ты — единственный из восьмидесятых. Что касается две тысячи десятых годов, то это будет зависеть от этого парня, — профессор Лу похлопал Лу Чжоу по плечу. — Сделайте все возможное. Будущее страны зависит от вас.

Янь Синьцзюэ вдруг поинтересовался:

— А как же я?

— Ты? — переспросил профессор Лу и взглянул на него. — Ты… Ты также должен стараться изо всех сил.

Янь Синьцзюэ недоумевал.

Лу Чжоу чуть не рассмеялся вслух.

………………………………...

Скоро наступило девять часов, и началась церемония открытия конференции.

Профессор Ван Шичэн из Китайского математического общества сказал вступительную речь.

Вслед за ним выступили председатель Международного математического союза Сигэфуми Мори и Хельге Холдон, а потом — другие международные математики. Все они прилетели, чтобы отпраздновать восьмидесятилетие Китайского математического общества.

Эти ученые занимались исследованиями с восьмидесятых годов и собрались со всего мира.

После профессор Вэнь Лань объявил об открытии конференции со словами:

— Всегда следуйте за свои сердцем, куда бы оно вас не привело.

Зал разразился громкими аплодисментами.

В конце церемонии открытия состоялось главное событие — вручение премий Хуа Логэна и премии Чжень Шэншэня!

Первая предназначалась для профессоров старше пятидесяти лет, а вторая — для молодых ученых в возрасте до пятидесяти лет. В двух случаях награждают по двое кандидатов.

Хотя премиальный фонд составлял всего сто тысяч юаней, но значение награды — чрезвычайно огромно.

Особенно математическая премия имени Чжень Шэншэня, которая считалась внутренней Филдсовской премией.

Лауреатами математической премии Хуа Логэна стали академики Лин и Лю из Университета Сычуань. Они были вознаграждены за выдающийся вклад в вычислительную математику и топологию.

Вскоре наступил самый волнующий момент.

Профессор Яу Шинтун поднялся на трибуну и улыбнулся. Он пожал руку профессору Ван Шичэну, а потом взял микрофон в руки.

Профессор Яу Шинтун будет вручать премию Чжень Шэншэня.

Аплодисменты постепенно стихли.

Старик прочистил горло и неспешно сказал:

— Первый победитель — профессор Ян Чжигуан из института математики Китайской академии наук. Его основные результаты

исследования — систематическое исследование метода идеального слоя соответствия для задач рассеивания волн, и алгоритм расщепления области передачи источника волны для высокочастотных уравнений Гельмгольца. Он заложил математическую основу для знаменитой модели машины Писмэна в мире машиностроения…

Второй лауреат премии…

Профессор Яу Шинтун перевернул на следующую страницу и поправил очки, а потом громко объявил:

— Лу Чжоу!

Глава 196. Спорный лауреат

— Второй победитель... Лу Чжоу!

Услышав это имя, публика некоторое время молчала.

Все уже слышали про этого человека.

Однако когда назвали это имя, на лицах людей появилось удивление.

Поскольку названный человек — слишком молод. Ему только исполнилось двадцать один. Все присутствующие — вдвое старше его!

Но научное общество — это место квалификации.

Никто не сомневался в его квалификации.

Однако это все еще слишком неожиданно, что парень получил награду.

Профессор Яу Шинтун поправил очки и продолжил четко говорить:

— Основные результаты исследований Лу Чжоу — теорема Чжоу, гипотеза о числах-близнецах и использование топологических методов для дальнейшего дополнения теории решета. Не только в чистой математике, но и в прикладной математике у него есть собственные идеи. Профессор Бавенди высоко оценил результаты его исследований в области вычислительного материаловедения. Эти достижения заслуживают похвалы.

Подобное для молодого ученого — очень впечатляюще, поскольку даже старые профессора, которые занимаются исследованиями в течение десятилетий, не могут достичь такого высокого уровня.

Что касается квалификации...

Когда Лу Чжоу получил признание профессора Яу Шинтуна, никто не возражал.

Вскоре в зале раздались бурные аплодисменты.

Словно проливной дождь, они пронеслись по всем рядам.

Лу Чжоу в удивлении уставился на сцену.

Наконец парень понял, что скрывал профессор Лу, и почему его поздравлял Янь Синьцзюэ и профессор Лю.

Лу Чжоу не ожидал, что Китайское математическое общество предоставит ему подобную честь.

Хотя Математическая премия имени Чжень Шэншэня вручалась молодым, но эта премия никогда не присуждалась двадцатилетнему.

Профессор Ян Чжигуан совсем не удивился и сохранил спокойствие.

Он ожидал этого.

Профессор Ян Чжигуан похлопал Лу Чжоу по плечу и сказал:

— Давай, Лу Чжоу. Поднимись на сцену и возьми свою награду.

— О… — пробормотал парень и кивнул, после чего он встал и пошел по красной ковровой дорожке.

Медленно приближаясь к сцене, сердце Лу Чжоу билось все сильнее...

Но выйдя на сцену, парень успокоился.

Получив золотую медаль и грамоту от профессора Яу Шинтуна, Лу Чжоу вежливо сказал:

— Спасибо.

— Не за что. Ты заслужил! — с улыбкой ответил процессор Яу, а потом кивнул Ян Чжигуану:

— Вы, победители, скажите что-нибудь.

Ян Чжигуан улыбнулся и сказал:

— Сначала я позволю говорить младшему.

Лу Чжоу был не готов, но профессор Яу Шинтун уже протянул ему микрофон.

Парень взял микрофон и глубоко вздохнул, прежде чем взглянуть на аудиторию, и заговорил немного взволнованным голосом:

— Спасибо Цзиньлинскому университету за то, что обучает меня. Спасибо Китайскому математическому обществу за то, что вручили мне эту награду. Я не забуду этого никогда, и от всего своего сердца буду продолжать двигаться дальше и стремиться к новым свершениям на пути математики! Спасибо!

Очень короткая речь.

Всего три предложения.

Однако эта короткая речь была искренней и не напыщенной.

В зале вновь раздались бурные аплодисменты.

Профессор Лу с одобрением смотрел на сцену и аплодировал.

Pядом с ним Янь Синьцзюэ переполняло волнение. Его руки покраснели от хлопков, и Янь Синьцзюэ даже громко закричал:

— Черт, Чжоу, ты — потрясающий!

Если бы он получил эту награду в двадцать один год, то хвастался бы этим всю свою жизнь.

— Сохраняй манеры.

Хотя профессор Лу сделал замечание Янь Синьцзюэ, на его лице была искренняя улыбка.

Аплодировали не только математики, но и студенты Пекинского университета, стоящие у входа в зал.

Человек на сцене — их ровесник, а может даже моложе...

Вот почему они все аплодировали.

Лу Чжоу показал им пример.

………………………..

Конечно, не все радовались этому молодому победителю.

Например, тот, кто чуть не получил эту награду...

В глубине зала с неловким лицом сидел Вей Сиянь, он держал руки на ногах и совсем не хотел аплодировать.

Поскольку его руководитель с красным лицом сидел рядом с ним... Если он захлопает, то, возможно, не сможет выпуститься.

Профессор Ма Чанган с мрачным лицом уставился на молодого человека на сцене.

Он злился не потому, что Лу Чжоу отказал ему раньше, а поскольку эта награда должна была быть его.

Это долгая история...

Домашнее математическое сообщество было небольшим, но в нем образовалось много маленьких сообществ.

В тысяча девятьсот пятьдесят втором году в Китае произошли изменения в системе национальных университетов. Власти попросили отечественные университеты следовать британской системе. В результате математический факультет университета Шуйму и университета Чжи был сокращен. Вместо них власти построили Яньцинский университет и университет Авроры.

И теперь отечественное математическое сообщество разделилось на Яньцинский университет, университет Авроры и Китайскую академию наук.

Некоторые говорили, что это просто трата академических ресурсов.

Самым известным был, вероятно, профессор Фэн, который не смог стать академиком из-за этих изменений.

В конце концов, его взяли на должность декана математического факультета в академии наук Китая. Однако профессор Фэн все еще не смог стать академиком.

Очевидно, что нельзя сказать... кого однозначно выберут в академики.

Конечно, не выберут кого попало, и нужно иметь какие-то достижения.

Профессор Ма Чанган — работник университета Авроры. Он долгое время готовился к выбору академиков в две тысячи семнадцатом году. Последние двадцать лет профессор Ма Чанган усердно трудился на кафедре математики в Авроре.

Однако его достижения в науке — все еще слишком малы по сравнению с профессорами, которые занимались лишь теоретическими исследованиями. Профессор Ма Чанган даже не написал ни одной крупной научной работы.

Конечно, у него есть много статей, но большая часть из них — совместные.

И в Китае признавался только первый автор, а остальные — не имели значения.

Поэтому профессор Ма Чанган нацелился на Математическую премию Чжень Шэншэня.

Если бы он получил эту премию Чжень Шэншэня по математике, то это повысило бы его квалификацию, и он смог бы стать академиком.

Профессор Ма Чанган готовился к этой награде годами.

Он даже запланировал свою речь.

Однако этот молодой парень просто украл у него награду!

Глава 197. Надо идти!

B тот же день, когда объявляли победителей, в институте математики Китайской академии наук в своем кабинете сидел профессор Сян Хуанань.

Надев очки для чтения, он читал "Математический ежегодник". В руке Сян Хуанань держал ручку и периодически делал заметки на бумаге.

Чтобы расти, необходимо постоянно учиться, особенно когда дело доходит до математических исследований.

Почти каждый месяц появляются новые результаты. Профессор Сян Хуанань. никогда не пропускал новый выпуск "Математического ежегодника" и всегда покупал его.

Внезапно к нему пришел неожиданный гость.

Как только он вошел, то сразу спросил:

— Старик, что ты делаешь?

Профессор Сян Хуанань поднял голову и увидел профессора Ван Юйпина, вошедшего в его кабинет. Он снял очки и сказал с улыбкой:

— Привет.

Профессор Сян Хуанань посмотрел на студента за соседним столом и попросил:

— Сяо Ли, налей профессору Вану немного чая.

— Сейчас.

Сяо Ли положил ручку, подошел к чайнику и налил чая для двух профессоров.

Это не первый визит профессора Ван Юйпина, поэтому он обыденно взял чашку и сел на диван.

Профессор Сян Хуанань все еще просматривал журнал, когда заговорил со своим старым другом:

— Зачем пришел? Почему не на конференции?

— Что мне там делать? Словно мне вручают приз... Поэтому лучше посижу здесь, — ответил профессор Ван Юпин и улыбнулся. — Но я слышал, что эта конференция — интересная. Яу Шинтун провел церемонию открытия и вручил математическую премию Чжень Шэншэня двадцатилетнему юноше. Ходили слухи, что эта награда должна была принадлежать Ма Чангану из университета Авроры, но, похоже, ему не повезло.

Это было интересной новостью для старого профессора Сян Хуананя.

Однако он удивился не победителю. Сян Хуанань посмотрел на Ван Юйпина и спросил:

— Ван Шичэн на самом деле фактически поклонился Яу Шинтуну?

Из-за профессора по имени Тянь профессор Яу разочаровался кафедрой математики в Яньцзинском университете.

В две тысячи первом году Яньцзинский университет пригласил профессора Массачусетского технологического института стать академиком. Профессор Яу Шинтун был недоволен этим и заявил прессе, что тот — второсортный специалист, и это он должен был стать академиком. Позже в две тысячи пятом году он обвинил его в академическом обмане и плагиате, перечислив семь работ.

Это вызвало настоящую бурю в стране, но все закончилось достаточно спокойно.

Однако профессор Яу Шинтун и Яньцзинский университет не смогли помириться. В результате профессор Яу Шинтун в конечном итоге перешел в университет Шуйму.

Однако не все одержимы властью...

Особенно старые профессора, которые уже сделали себе имя. Только их имя уже имеет большой вес. Они не увлечены этими "соревнованиями" и воспринимают все спокойно.

Профессор Ван Юйпин, например, один из подобных профессоров, которые не заботились о славе или богатстве. Ван Юйпин — просто старый профессор, который увлечен образованием.

Благодаря этому, несмотря на то, что Ван Юйпин преподавал в Яньцзинском университете, у него сложились хорошие отношения с Яу Шинтуном. И он часто приезжал в Китайскую академию наук, чтобы навестить своего старого друга, который не лезет в академические круги и спокойно работает.

Профессор Ван Юйпин выпил чая и потом произнес:

— У него не было выбора. Если Ма Чанган выиграл бы математическую премию Чжень Шэншэня, то это было бы слишком стыдно.

— Уверен?

— Конечно. Почему, по-твоему, старик Яу Шинтун вернулся? Он вернулся только для того, чтобы сообщить академику Ван Шичэну, что Американское математическое общество рассматривает вопрос о вручении Лу Чжоу премии Коула.

Профессор Сян Хуанань на мгновение впал в ступор, а потом улыбнулся:

— Это, действительно, серьезно. Неудивительно, что академик Ван Шичэн принял это.

Не такая проблема, если победитель не заслуживает приза. Однако если другой уедет за границу и выиграет еще больший приз, то это будет действительно проблемой.

СМИ начнут сплетни и будут строить теории заговоров.

Если бы двадцатилетний парень превзошел нескольких академиков, то он, несомненно, заслужил бы премию Коула, да?

Однако люди не такие глупые.

В конце концов, значимость премии Коула — намного больше, чем премии Чжень Шэншэня.

— Кажется, что эта конференция — интересная. Ван Шичэн фактически взял на себя инициативу и пожал руку Яу Шинтуну. Жаль, что пропустил это, — профессор Сян Хуанань улыбнулся.

Профессор Ван Юйпин сказал:

— Эта конференция — очень интересная. Я собираюсь пойти туда завтра. Слышал, что этот парень делает тридцатиминутный отчет. Кажется, что когда он работал над гипотезой Полиньяка, то он придумал какой-то метод групповой структуры. Я прочитал его статью, и мне стало интересно. Жалко будет пропустить такой доклад.

— Его уровень навыков, и правда, высокий. Могу сказать это по его защите, — сказал профессор Сян Хуанань. — Жаль, что Лу Шэньцзянь стащил его. Иначе он бы получал награду под моим руководством.

— Не упоминай об этом. Это все еще бесит, — произнес Ван Юйпин, хлопнув себя по бедру. — Этот Лу — физик, как он посмел украсть одного из наших математиков?!

Профессор Сян Хуанань улыбнулся и сказал:

— Ну, у тебя есть возможность сказать это старому Лу в лицо.

Профессор Ван Юйпин улыбнулся и ответил:

— Это… забудь. Не стоит так шутить, а то может случиться еще сердечный приступ.

Сян Хуанань улыбнулся и покачал головой, а потом перевернул страницу журнала.

Внезапно он замер...

Профессор Сян Хуанань быстро просмотрел статью от начала и до конца, и его лицо становилось все более серьезным. Когда он дошел до последней строки, его взгляд надолго остановился на ней.

Через некоторое время профессор Сян Хуанань неожиданно спросил:

— Этот доклад… Во сколько... и где он будет?

Профессор Ван Юйпин сделал глоток чая и ответил, не особо заморачиваясь:

— В три часа дня, в Пекинском педагогическом. Что-то случилось? Ты тоже решил сходить?

— Мне нужно сходить… — Сян Хуанань вздохнул и положил "Математический ежегодник" на стол. — Посмотри сам.

Глава 198. Реакция

Независимо от того, ожидалось ли случившееся или нет, церемония открытия математической конференции этого года подошла к концу. Две премии Хуа Логэна и Чжень Шэншэня вручили под бурные аплодисменты.

Kто-то недоволен?

Награды не заботятся о вашиx чувствах!

Как только церемония закончилась, репортеры рванули к сцене и замелькали вспышки камер.

Репортер из "Дэйли Mэйл" спросил первым:

— Профессор Яу, ходят слухи, что у вас — разногласия с математическим факультетом Яньцзинского университета. Это правда?

Профессор Яу Шинтун улыбнулся и с уверенностью ответил:

— Это все — неправда. Я — старый друг профессора Ван Шичэна, и мы часто общаемся с ним. Ван Шичэн, ты — не согласен?

Профессор Ван Шичэн натянуто улыбнулся и сказал:

— Конечно. Я восхищаюсь работой старого Яу по уравнениям в частных производных.

Профессор Ван Шичэн не лгал, поскольку Яу Шинтун — один из ведущих математиков в стране.

Если бы это был кто-то другой?

Ван Шичэн бы начал ругаться.

Профессор Яу Шинтун не отличался хорошим характером, и он не поддерживал ценности отечественного обучения.

Но все они — учёные, поэтому они должны придерживаться определенных рамок поведения.

Не говоря уже о том, что здесь присутствовали президент и генеральный секретарь Международного математического союза, так что, как бы ему не нравился кто-то, внешне он все равно должен сохранять спокойствие.

C другой стороны, репортеры окружили не только профессора Яу Шинтуна. Также репортеры столпились вокруг лауреатов премий Хуа Логэна и Чжень Шэншэня.

Особенно — около Лу Чжоу.

Победитель, которому только исполнился двадцать один год — это, действительно, удивительно!

Для репортеров — это настоящая сенсация.

Репортер подбежал к Лу Чжоу и спросил:

— Господин Лу Чжоу, что вы чувствуете после получения награды?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я — очень взволнован. Не могу ни о чем думать!

Иностранный журналист и спросил на беглом китайском:

— Господин Лу Чжоу, ходят слухи, что профессор Яу Шинтун и ваш преподаватель, профессор Лу, сговорились, и что эту премию по математике Чжень Шэншэня присудил вам Яу Шинтун. Это правда?

Парень закатил глаза и сказал:

— Это моя первая встреча с профессором Яу Шинтуном. Он — уважаемый ученый. Что касается межличностных отношений, то я не собираюсь это комментировать.

— Господин Лу Чжоу, могу я получить ваш WeChat?

К нему подошла молодая журналистка с факультета журналистики Пекинского университета.

Не соблазнится ли Лу Чжоу ее красотой?

Конечно, нет!

Чтобы избежать этой девушки, парень решил дать интервью.

Лу Чжоу закидали вопросами, вскоре он почувствовал, что его голова уже дымится, поэтому парень быстро пролез сквозь толпу.

Черт, почему так трудно получить награду…

С другой стороны, профессор Ян Чжигуан был доволен такой сценой. С его лица не сходила улыбка.

Наконец, сбежав из зала Пекинского национального университета, парень сел в машину Янь Синьцзюэ.

— Где профессор Лу?

— Он пошел пить со своими друзьями. Мы вернемся в гостиницу, чтобы поесть, — ответил Янь Синьцзюэ, а потом улыбнулся и добавил:

— Лу Чжоу! Неплохо!!! Двадцати однолетний лауреат премии по математике Чжень Шэншэня. К тридцати годам ты, наверняка, получишь Филдсовскую премию.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Кстати, откуда вы узнали, что я получу премию?

— Я случайно узнал об этом, поскольку у профессора Лу имеются очень хорошие связи. Думаю, он узнал об этом от старика Яу Шинтуна. И вот однажды, когда профессор Лу был пьян, он рассказал мне про это, так я и узнал, — рассказал Янь Синьцзюэ, сидя за рулем машины. — Вообще-то я хотел тебе сказать об этом заранее, но профессор Лу не позволил. Не вини меня.

— За что мне тебя винить? Словно ты был обязан рассказать мне...

— Что планируешь делать дальше? Все еще собираешься развиваться в сторону математической физики?

— Да, конечно, — кивнул парень. — Математика — важный инструмент научного исследования. Она — как нож, и ее можно использовать в любой дисциплине. Работа математика-исследователя — подобна заточке этого ножа. Но я не только заинтересован в заточке ножа, но еще заинтересован и в использовании этого ножа.

— Неплохо сказал. С нетерпением жду, когда увижу тебя на сцене в Стокгольме.

Нобелевская премия вручается в Стокгольме.

Однако эта награда присуждается только за крупные научные открытия. Попасть туда — нелегко.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Я тоже надеюсь на это.

………………………………………….

Церемония открытия двенадцатого китайского математического общества подошла к концу. Во второй половине дня прошло официальное собрание, на котором избрали следующий совет директоров, а также следующих генерального секретаря и председателя.

А пока конференция продолжалась, Лу Чжоу обсуждали на Weibo.

Нельзя не восхититься журналистами за их оперативность.

Журналисты добавили короткое видео и броские вызывающие заголовки.

"Удивительно! Лауреату премии по математике Чжень Шэншэня — всего двадцать один год!"

"Это китайская Филдсовская премия, любой, кто получает премию Чжень Шэншэня, — гений…"

"Кто бы мог подумать, что в этом году ему вручат премию по математике Чжень Шэншэня!"

"…"

Не удивительно, что эта новость вновь попала в тренды.

Короткое видео показало Лу Чжоу на сцене. Под первым видео, опубликованным СМИ, просто взорвались комментарии.

"Что это за премия по математике Чжень Шэншэня?"

"Это — одна из самых известных математических наград! Как ты можешь не знать такого?"

"Двадцать один год... не слишком ли он — молод? Я помню, что большинству прошлых победителей было за сорок…"

"Сколько сорокалетних могут достичь подобных успехов? Этот парень, скорее всего, получит Филдсовскую премию!"

"Хвала Китайскому математическому обществу за отсутствие возрастной дискриминации талантов!"

"У Янь и старый пес Чжу, должно быть, в ярости!"

"…"

Лу Чжоу не знал о обсуждениях в интернете.

Вечером парень отправился на ужин, устроенный китайским математическим обществом.

Как лауреат премии Чжень Шэншэня и как самый молодой победитель всех времен, Лу Чжоу стал звездой вечеринки.

Многие молодые ученые хотели поговорить с ним.

Даже старшие ученые уважали его скромность и страсть.

Даже академик из китайского математического общества, Ван Шичэн, хотел пообщаться с Лу Чжоу.

И не только пообщаться, Ван Шичэн похвалил работу Лу Чжоу перед множеством людей. Он также предложил Лу Чжоу поступить в Яньцзинский университет.

Лу Чжоу был искушен, поскольку их математический факультет считался лучшим в стране. Не говоря уже о том, что при Яньцзинском университете он мог бы стать самым молодым академиком в истории.

Но парень должен сдержать свое слово, поскольку он согласился на программу Цзиньлинского университета.

Поэтому Лу Чжоу аккуратно отказался от этого приглашения и рассказал профессору Вану, что он уже получил предложение из Принстона, и в следующем году он поедет туда учиться, чтобы получить докторскую степень.

Услышав это объяснение, профессор Ван все понял. Но сказал, что если парень когда-нибудь захочет преподавать в их университете, то они его примут с распростертыми объятиями.

Глава 199. 30-минутный доклад

Бокал Лу Чжоу казалcя бесконечным во время ужина, и под конец парень начал сильно пьянеть.

K счастью, он достаточно неплохо переносил алкоголь и не отрубился.

Вернувшись в отель, Лу Чжоу сразу же разделся и пошел в душ.

Высушив волосы феном и улегшись в постель, парень достал свой телефон и собирался проверить свою почту, как случайно нажал на Weibo, после чего увидел, что снова попал в тренды.

И хотя он был не на самом верху, но находился в топ десятке.

Лу Чжоу посмотрел на уведомления и обнаружил уведомление о девяноста девяти плюс непрочитанных сообщениях.

"Братан, ты еще помогаешь со статьями? Пожалуйста, помоги мне с дипломом."

"Склоняюсь перед этим гениальным студентом!"

"Учитель, вы принимаете студентов? Я — Ло Инь, и могу носить женскую одежду..."

"Зацените, иностранным профессорам платят миллион в год!"

"Здравствуйте, господин Лу. У меня такая проблема: я доказал гипотезу Гольдбаха, но Китайская академия наук не позволила мне опубликовать работу. Я не могу принять этот позор. Я хочу поступить в Гарвардский университет, я очень хочу встретиться с Яу Шинтуном, но у меня нет денег. Пожалуйста, пришлите мне сто тысяч, и я напишу ваше имя в качестве соавтора работы!"

"…"

Парень радовался.

Eго забавляло упорство подписчиков.

Лу Чжоу подумал, что он долгое время ничего не публиковал на Weibo. Неудивительно, что его подписчики — такие настырные. Может, стоит что-то написать им?

Парень запостил пост.

"Я заканчиваю университет в следующем году, и мне очень приятно внезапно получить эту медаль. Я сознательно провел год, и ни о чем не жалею!"

Затем Лу Чжоу приложил фотографию своей золотой медали, а потом запостил.

Сходив попить, парень обновил страницу и увидел множество комментариев.

"Постойте-ка, разве ты не закончил университет в этом году???"

"Кланяюсь гению…"

"Я все еще пишу диплом, я ща разрыдаюсь..."

"Карьера моего преподавателя полна сожалений."

"Будучи бакалавром, я — в отчаянии."

"…"

Увидев негативные комментарии, парень уткнулся в подушку и не мог сдерживать смех.

………………………………..

Ему все еще надо было делать доклад.

К счастью, доклад Лу Чжоу — лишь во второй половине дня, иначе парень был не пришел бы в себя от похмелья.

Лу Чжоу пообедал и прибрался в своей комнате. После встал перед зеркалом и поправил прическу. После чего Янь Синьцзюэ позвал его вниз и отвез в Пекинский университет.

Парень встал на кафедру и включил презентацию.

Окинув взглядом зал, Лу Чжоу увидел, что собралось достаточно много народу, уже заняли все места, но люди все еще приходили.

Это сильно удивило Лу Чжоу.

Он не ожидал, что будет занято больше половины мест. В конце концов, проводилось много докладов, и его доклад — не что-то особенное, лишь небольшой метод теории групп.

Глядя на толпу, Лу Чжоу задумался.

Это и есть эффект знаменитости?

А премия Чжень Шэншэня — влиятельна!

Будоражит!

Как только десятиминутная подготовка закончилась, Лу Чжоу начал доклад.

Парень открыл первый слайд и дал краткую аннотацию своего доклада.

— Изучая гипотезу Полиньяка, я изучил доказательство Гильберта о бесконечности простых чисел, что вдохновило. Особенно — использования теории групп для решения проблем теории чисел. Я сделал несколько интересных изменений и улучшений в работе Гильберта.

— Свою версию я назвал "методом групповой структуры".

— Говоря о бесконечных простых числах, такой подход может упростить многие сложные задачи…

Лу Чжоу начал углубляться в свою диссертацию. Парень потратил двадцать минут на обсуждение основных идей и концепций метода групповой структуры.

Чтобы сэкономить время, Лу Чжоу говорил очень быстро. Толпа сосредоточено слушала.

Но его удивил старик, увлеченно делающий заметки.

Парень стал более мотивирован сделать более хороший доклад.

Наконец, презентация закончилась. И должна начаться следующая, самая важная сессия, сессия вопросов-ответов.

Какой-то мужчина, на вид лет сорока, поднял руку и задал вопрос:

— У меня такой вопрос: сорок седьмая строчка в вашей работе. При обсуждении теоремы Вильсона упоминается N=(2n,m), так что циклическая группа четного порядка G имеет уникальный элемент второго порядка a^n. Не является ли это место несколько грубым?

Услышав вопрос, парень рассмеялся, а потом ответил на вопрос:

— Дело не в этом, просто я хотел сэкономить место и опустил некоторые несвязанные шаги.

После чего взял маркер и написал на доске:

"...Из a^n∈g, и |a^n|=2,a^m∈g и |a^m|=2, порядок a^m составляет 2n/(2n,m) и 2n/(2n,m)=2. Тогда N на М^м∈ …

Отсюда можно доказать, что циклическая группа четного порядка G имеет уникальный элемент второго порядка a^n."

Обоснованно и убедительно.

Спрашивающий посмотрел на шаги на доске и кивнул:

— Понятно, спасибо.

— Не за что.

Лу Чжоу кивнул и перешел к следующему вопросу.

После презентации оставались лишь заинтересованные люди, а остальные уходили.

Лу Чжоу удивился, увидев, что осталось много людей.

Поэтому парень подробно отвечал на все вопросы.

Внезапно с площадки донесся знакомый голос.

— У меня есть вопрос.

Увидев поднявшегося человека, парень впал в ступор.

Разве это не…

Профессор Ма Чанган?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Пожалуйста, спрашивайте.

Ему было любопытно, что скажет профессор Ма Чанган.

Профессор Ма Чанган вежливо улыбнулся, делая вид доброго старика.

Однако заговорил он вовсе не по-доброму.

— Будь-то теорема Вильсона или проблема бесконечных простых чисел — и то, и другое доказано теорией групп. Особенно — последнее, Гильберт дал довольно полное доказательство теории групп. И метод, который вы предлагаете, на мой взгляд — излишен.

На этот вопрос можно с легкостью ответить.

Лу Чжоу улыбнулся и уже собирался ответить, однако профессор Ма Чанган не дал ему этой возможности и продолжал говорить:

— Конечно, я не сомневаюсь в ценности ваших исследований. Но я сомневаюсь, заслуживает ли это небольшое исследование обсуждаться здесь. Я заметил, что вы подробно ответили на все вопросы. Но вы не ответили на собственную тему исследования, гипотезу Полиньяка. Поэтому не могу не спросить, вы, правда, придумали этот метод, решая гипотезу Полиньяка? Если да, то как он используется для решения гипотезы Полиньяка?

Профессор ухмыльнулся и продолжал давить на парня:

— Думаю, мы все знаем, что вы выбрали гипотезу Полиньяка для своей исследовательской темы "инициативы десяти тысяч человек", что, судя по всему, получила грант в миллионы. Поэтому мы все с нетерпением ждем результатов ваших исследований, но вот это все, что вы сделали?

Глава 200. Уже доказано?!

В зале воцарилась тишина.

Образовалась какая-то странная атмосфера…

Неловкость?

Профессор Mа Чанган нахмурился. Он рассчитывал, что кто-нибудь его поддержит, но все молчали.

И судя по реакции, никто не согласен с ним.

Впрочем, это не имеет значения, поскольку он сам может справиться с этим парнем.

Другие профессора не хотели наживать себе врагов, поэтому молчали.

Даже профессор Яу Шинтун молчал.

Однако…

Сидевший слева от него старый профессор кашлянул, после чего громко и четко произнес:

— Ма Чанган, может... лучше присядешь? Подобное ты можешь спросить после окончания доклада. А сейчас — время для вопросов по теме.

Эти слова ошеломили профессора Ма Чангана, поскольку он не ожидал, что кто-то попытается опровергнуть его.

Вей Сиянь повернул голову и, увидев старого профессора, удивился.

Это, на самом деле, академик Го!

Академик Го — известный математик в области нелинейных уравнений.

Но…

Разве он — не профессор университета Авроры?

Профессор Ма Чанган нахмурился, хотя он уважал профессора Го, но он не боялся его.

Он должен стоять на своем.

Но они — из одного университета, так что ему необходимо быть мягче.

— Академик Го, я не совсем согласен с вашими словами. Меня беспокоит государственное финансирование исследований. Почему я не могу обсудить это на научной конференции? — Ма Чанган помолчал секунду, а потом продолжил:

— Мы все знаем, что единственный способ проверить истину — это применить ее на практике. Не реализуя его, как мы узнаем, полезен ли метод? В противном случае, новые методы — не практичны. Разве это не смешно?

— Ох, — кивнул профессор Го, не желая опускаться до уровня профессора Ма Чангана, он спокойно сел обратно.

Академик Го лишь хотел напомнить об этом профессору Ма Чангану, но не хотел опускаться до его уровня.

Жаль…

Лу Чжоу стоял на сцене и с недоумением смотрел на профессора Ма Чангана. Парень подумал:

"Ты — не мой научный руководитель, так почему я должен отчитываться тебе о научном прогрессе?

Вы говорите со мной о научной методологии?

Я что — политик?"

Лу Чжоу уже собирался заговорить, когда из толпы донесся еще один знакомый голос.

— Позвольте мне вставить слово, — в зале встал старик и немного нетерпеливо произнес:

— Я не знаю... Ма Чанган подписан на математический ежегодник?

Увидев старика, Лу Чжоу удивился.

Это…

"Разве это не академик Сян Хуанань из Китайской академии наук? Он был в комиссии на моей защите.

Давно его не видел, он — все еще бодрячком."

Когда профессор Ма Чанган услышал этот вопрос, у него сжалось сердце.

Математик, не подписавшийся на математический ежегодник, — словно студент, пришедший на занятия без учебника.

Профессор Ма Чанган улыбнулся и ответил:

— Академик Сян, вы — смешны. В каждом кабинете математики в университете Авроры есть копия.

— Значит, вы его не читали? — спросил профессор Сян Хуанань, после чего добавил:

— Возможно, если бы вы прочитали последний выпуск, то у вас не было бы таких вопросов.

Ма Чанган ничего не понял и нахмурился:

— О чем вы?

Профессор Сян Хуанян улыбнулся и спокойно сказал:

— В последнем выпуске опубликовали статью доказательства гипотезы Полиньяка. Автор — парень, который сейчас стоит на сцене. Метод, который он использовал для решения гипотезы Полиньяка, является так называемым "методом групповой структуры".

В зале стояла мертвая тишина.

Некоторые сделали безразличный вид.

Некоторые люди, такие как академик Го, уже прочитали последний выпуск математического ежегодника.

Однако они были в меньшинстве.

У большинства людей на лицах было изумление.

Они не могли поверить, что этот молодой парень, который только в начале года доказал гипотезу о числах-близнецах, сумел уже доказать гипотезу Полиньяка!

Некоторые люди не знали, почему китайское математическое общество присудило такому молодому человеку математическую премию Чжень Шэншэня.

Но теперь все стало ясно.

Он определенно достоин этой награды!

Ма Чанган от этой новости потерял дар речи.

Он не мог поверить.

Однако профессор Ма Чанган также знал, что профессор Сян Хуанян не будет лгать.

Eго лицо покраснело, но он не знал, что ответить, профессор хотел сесть, но ноги не слушались его.

В этот момент Ма Чанган стал посмешищем.

Профессор Го, сидящий рядом, покачал головой.

Нет ничего плохого в спорах на научных конференциях. Однако для того, чтобы задавать подобный вопрос, нужно быть чертовски уверенным и иметь обоснования. Иначе потеряешь всякий авторитет.

Научная конференция — не место для риторических вопросов.

Не говоря уже о том, что это происходило на глазах у стольких людей.

Хотя профессор Хон — его друг, он не мог помочь профессору Ма.

Профессор Хон больше не сможет поддерживать выборы своего друга в две тысячи семнадцатом году.

Похоже, что Ма Чанган все-таки не станет академиком.

По крайней мере, пока он не совершит какое-нибудь крупное достижение...

Профессор Го не мог не восхититься человеком на сцене.

Парень был абсолютно спокоен, и несмотря на то, что он сделал такое большое достижение, он молчал, когда профессор Ма Чанган просто стоял и копал могилу все глубже.

У парня, действительно, зрелый менталитет!

Глава 201. Новый уровень

На самом деле, профессор Го неправильно понял Лу Чжоу. Парень хотел все объяснить, но профессор Mа Чанган просто не дал ему шанса.

И в этот момент он был удивлен, как и большинство слушателей.

До этого Лу Чжоу подготавливал работу о своем методе и готовился к докладу, после чего сразу же полетел с профессором Лу в Пекин, поэтому у него не было времени проверять статус своей статьи.

Парень думал, что подобный важный результат будут рассматривать где-то до конца года и не ожидал, что журнал будет таким решительным.

Может быть…

Мне попался отличный рецензент?

Профессор Ма Чанган стоял с бледным лицом, Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Спасибо, академик Сян, что ответили на этот вопрос. Если вопросов больше нет, профессор Ма, пожалуйста, сядьте.

Профессор Ма Чанган сел.

После чего Лу Чжоу посмотрел на толпу и спросил:

— Есть еще вопросы?

Никто не встал, никто не говорил.

Ма Чанган испортил атмосферу.

У всех пропала мотивация спрашивать что-либо после чепухи профессора Ма Чангана.

И академик Сян Хуанян вбросил настоящую бомбу, что все математики теории чисел в зале не могли дождаться, чтобы проверить математический ежегодник и подтвердить это.

Решить две гипотезы за год, даже если они связаны, это впечатляюще.

Увидев, что никто больше не собирается задавать вопросы, Лу Чжоу обменялся взглядом с сотрудником рядом, откашлялся и произнес:

— B этом докладе я подробно описал содержание метода групповой структуры.

— Спасибо, что слушали!

Поклонившись, парень покинул сцену под аплодисменты.

………………………….

Доклад, наконец-то, закончился.

Профессор Ма Чанган в спешке покидал зал и чуть не упал, споткнувшись.

K счастью, его ученик, Вей Сиянь, оказался рядом с ним и поддержал его. Иначе он бы снова опозорился.

Профессор Ма Чанган остановился и посмотрел на своего ученика.

— Почему ты не сказал мне?

Вей Сиянь запутался, подумав:

"Чего вы ожидали от меня?"

Конечно, он не сказал этого вслух.

— Профессор, я был занят вашими заданиями эти несколько дней, у меня не было времени прочитать "Математический ежегодник".

— Заткнись.

Вей Сиянь закрыл рот и не сказал больше ни единого слова.

Он знал, что его руководителю нужно на ком-то вылить свой гнев, поэтому он молчал.

Но этот Лу Чжоу — довольно ненормальный. В двадцать один год выиграл премию Чжень Шэншэня и добился значительных результатов в области простых чисел…

Если бы не его научный руководитель, то он определенно попытался бы пообщаться с Лу Чжоу.

К сожалению, выпуститься — гораздо важнее.

Tем временем профессор Ван Юйпин сидел в зале и, увидев уходящего профессора Ма Чангана, радостно засмеялся.

— Xа-ха-ха, я знал, что этот старик — полон дерьма. Какой позор для университета Авроры.

— Просто он — такой человек. Он позорит лишь себя, — сказал профессор Сян Хуанань и покачал головой:

— Для него довольно тяжело пройдут выборы в академики две тысячи семнадцатого года.

Профессор Ма Чанган не добился каких-то своих значимых результатов исследований, но он попытался обругать результаты других и стал посмешищем.

Не говоря уже о том, что Китайское математическое общество только что присудило Лу Чжоу математическую премию Чжень Шэншэня. А профессор Ма, считай, решил поставить под сомнение решение судей.

С другой стороны, Лу Чжоу, закончив свой отчет, не задерживался, а сразу взял такси до гостиницы.

Парень не беспокоился о профессоре Ма Чангане вообще. Его волновали лишь награды за задание. Что же это может быть?

Он очень долго ждал этой награды.

Лу Чжоу лег в постель и вошел в пространство системы.

Парень подошел к полупрозрачной панели задания.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: решена гипотеза Полиньяка.]

[Оценка задания: нет (бонусные задания не оцениваются)]

[Награда за задание: сто тысяч очков опыта по математике. Одна тысяча баллов. Один билет счастливой лотереи (пятьдесят процентов — образец, пятьдесят процентов — чертеж)]

Сто тысяч очков опыта по математике!

Увидев награду, парень был воодушевлен.

Если он правильно помнил, то гипотеза о числах близнецах принесла ему всего пятьдесят тысяч.

Для поднятия уровня ему нужно было всего десять тысяч.

Недолго думая, парень сказал:

— Система, открой мою панель характеристик!

[ Основные науки:

A.Математика: LV3 (54000/100000) → LV4 (54000/200000)

B.Физика: LV3 (53100 / 100,000)

C.Биохимия: LV1 (4000/10000)

D.Инженерное дело: LV1 (0/10000)

E.Материаловедение: LV1 (3000/10000)

F.Энергетика: LV1 (0/10000)

G.Информатика: LV1 (2900/10000)

Баллы: две тысячи девятьсот семьдесят пять (билет счастливой лотереи)]

Неудивительно, что после завершения задания его уровень вырос.

Однако когда Лу Чжоу посмотрел на требования для следующего уровня, на него словно вылили таз холодной воды.

Гипотеза Полиньяка, вероятно, относится к третьей группе, но оно принесло лишь сто тысяч очков опыта.

Исходя из этой логики, двести тысяч очков опыта принесут две гипотезы Полиньяка или гипотеза более высокого уровня.

Если он хочет повысить свой уровень, ему скорее всего придется решить какую-либо из двадцати трех проблем Гильберта.

К счастью, требуемое число опыта на следующий уровень лишь удвоилось.

Если бы вновь добавился нолик на конец, то он мог лишь мечтать достигнуть десятого уровня.

Парень вздохнул и посмотрел на экран.

Наконец, пришло время для самого захватывающего.

Глава 202. Мистическая лотерея с мистическими призами

B этот раз шансы розыгрыша такие же, как и в прошлый раз.

Пятьдесят процентов — чертеж, пятьдесят процентов — образец. Оба варианта — хороши, нет никакого шанса, что Лу Чжоу получит мусор.

Парень нажал на кнопку запуска лотереи и посмотрел на вращающееся колесо. Потом глубоко вздохнул и крикнул:

— Стоп!

Колесо прокрутилось еще пару раз и остановилось.

[Поздравляю, вы выиграли "образец"!]

Образец — это хорошо.

Надеюсь, я вновь получил сканер.

Лу Чжоу с неизменным лицом терпеливо ждал, когда система выдаст награду.

[Получено: Азотный щит (содержит сто единиц энергии. Может эффективно противостоять кинетической энергии в течение пяти минут. Возможно сразу высвободить энергию. (Одноразовое использование)]

— ...

Что это?

Он — не железный человек. У него — мирная жизнь, зачем ему подобное?

Лу Чжоу посмотрел на предмет, напоминающий часы в инвентаре и не знал, что думать.

Единственное, где это может пригодиться, о чем парень мог подумать, это автомобильная авария.

Однако учитывая, что у него даже нету машины, вероятность попасть в аварию — слишком низка.

В конце концов, Лу Чжоу отказался от попытки найти применения этого предмета, словно это первый раз, когда система играется с ним.

По крайней мере, это — не мусор.

К тому же, в будущем, если он получит еще один сканер, то может просканировать этот щит.

Ему было любопытно, что подразумевалось под "ста единицами энергии". По какому принципу работает это устройство, как она взаимодействует с молекулами азота в воздухе, что образует прочный щит?

Будет невообразимо, если он сможет скопировать технологию.

Лу Чжоу отложил приз в сторону и посмотрел на свое задание.

Парень завершил бонусное задание, и поэтому теперь у него было на выбор три задания.

Лу Чжоу молился, читая задания.

[Задание первое: Наука — это не только математика.

Описание: пользователь помешан на математике и физике, что достойно восхищения, но не только теоретические вопросы заслуживают углубленного изучения, есть и более реалистичные темы, которые надо изучить.

Требования: получить не менее десяти очков в каждом из любых трех предметов: материаловедение, инженерия, биохимия, энергетика и информатика. Срок — один год. Способы заработать очки: опубликовать статьи (одну — три), доклады на академических конференциях (один — пять), завершить исследовательские проекты (один-?).

Награда: одна тысяча очков опыта за очко. Пятьсот баллов. Один билет счастливой лотереи (восемьдесят пять процентов — мусор, одиннадцать процентов — образец, четыре процента — чертеж).]

[Задание второе: Здоровье — это главное.

Описание: тело — это храм. Чтобы достигнуть большего, нужно хорошее здоровье.

Требования: занять второе место на национальном спортивном соревновании.

Награда: десять тысяч тысяч очков опыта (стопроцентный чемпион), (пятьдесят процентов — второе место). Пятьсот баллов. Один билет счастливой лотереи (девяносто процентов — мусор, семь процентов — образец, три процента — чертеж).]

[Задание 3: Восхождение на новые вершины.

Описание: доказательство гипотезы Полиньяка разрешило проблему бесконечности простых чисел. Однако исследование простых чисел — еще далеко от завершения. Еще есть сокровища, что все жаждут.

Требования: решить математическую гипотезу, связанную с простыми числами.

Награда: один — ??? очков опыта, пятьсот баллов. Один билет счастливой лотереи (пятьдесят процентов — мусор, тридцать

процентов — образец, двадцать процентов — чертеж).]

Лу Чжоу знал, что здоровье — важно, но соревноваться на национальном уровне ему в нынешнем состоянии — не реально.

Если только он не воспользуется усиливающим препаратом, который он получил ранее. Но и тогда ему понадобиться их два,

один — для отборочных, другой — для финалов.

Парень отбросил второе задание и стал думать между первым и третьим. В итоге он выбрал последнее.

Поскольку там более высокие части лотереи, и опыт — не ограничен.

Первое задание было заманчиво, но общее количество очков опыта — всего тридцать тысяч.

Третье задание имело гораздо более высокий потенциал.

По совпадению, в следующем году Лу Чжоу отправляется в Принстон, и он мог бы использовать эту гипотезу для темы своей диссертации.

………………………………………….

Многие люди попадали в тренды, но мало кто попадал в тренды в течение недели из-за двух разных событий.

Двадцати однолетнего победителя математической премии имени Чжень Шэншэня уже достаточно, чтобы удивить людей. Теперь всплыла еще одна новость. Этот же человек решил математическую задачу мирового уровня, гипотезу Полиньяка.

Журналисты, пишущие статьи, знали лишь, что эта гипотеза — сложнее гипотезы про числа-близнецы.

Что было правдой.

Гипотезу о числах-близнецах можно рассматривать как более простую версию гипотезы Полиньяка, если доказать гипотезу Полиньяка, то будет доказана и она.

Несколько СМИ быстро сообщили об этом. Это даже затмило отчеты о двенадцатой юбилейной конференции Китайского математического общества.

Математическое общество Китая не было чем-то примечательным, но оно внезапно оказалось в центре внимания.

Восходящая математическая звезда вспыхнула светом.

Хотя Лу Чжоу не обращал внимания на новости в Интернете, он знал, что средства массовой информации будут трубить про это, и что СМИ, вероятно, будут называть это как-то по типу: "Потрясающе! Математическую проблему, мучающую всех в течении многих лет, решил китайский студент!" или подобным образом.

Без громких заголовков эта история уже привлекала внимание.

Лу Чжоу попал на первое место в трендах.

Но это не волновало парня.

Его ждала большая честь.

На пятый день математической конференции Лу Чжоу вновь встретился с профессора Яу Шинтуном.

На этот раз Лу Чжоу и профессор Яу не только обсуждали проблемы математики, но и парень узнал важную новость.

Федеральное математическое общество решило присудить ему премию Коула!

Глава 203. Что дальше?

Премия Коула?!

Лу Чжоу удивился.

Но вскоре парень понял проблему.

— Но разве премия Коула присуждается не только членам Федерального математического общества?

Профессор Яу Шинтун ожидал этого вопроса и с улыбкой ответил:

— Принстонскую конференцию организовывало Федеральное математическое общество. Получив награду лучшего молодого докладчика, ты также получил статус почетного члена.

Лу Чжоу никогда не подавал заявки на вступление в ассоциацию, но обычно ассоциации предоставляли почетное членство победителям, так что это распространенная практика. То же самое относится и к его премии Чжень Шэншэня.

Профессор Яу Шинтун помолчал немного, а потом продолжил:

— Номинации на премию завершили в сентябре, а выборы прошли в октябре. Официальные документы будут отправлены в твой университет только в декабре. Церемония награждения состоится через два дня после Рождества. Думаю, эта церемония проходить будет в Калифорнийском университете. Организаторы пришлют тебе подробную информацию, подготовь в этот раз свою речь.

Лу Чжоу улыбнулся. Он немного смутился.

"...Документы еще не прибыли, а вы уже сообщили мне об этом, это нормально?"

Парень также хотел спросить, какой размер денежной награды, но тут же подумал и решил, что лучше оставаться сдержанным.

Поэтому Лу Чжоу не стал спрашивать.

— Хорошо, я подготовлюсь.

— Только не пропусти церемонию награждения, — кивнул профессор Яу Шинтун. — Конференция в конце года — довольно высокого уровня. Когда представишь там свой метод групповой структуры, то многие люди узнают о твоих исследованиях.

— После церемонии будут доклады?

— Конечно, это же конференция. Награды, по сути, лишь дополнения. Для тебя будет очень полезно выступить на этой

конференции, — улыбнулся профессор. — Но осталось всего два месяца, и полагаю — тебе нечего публиковать. Просто хорошо отдохни в это время, съезди в Калифорнию на каникулы. Воспользуйся этой возможностью, чтобы поразмыслить о том, что делать дальше… У тебя уже есть какие-нибудь идеи?

— Я хочу глубже погрузиться в простые числа, но пока не нашел ничего... Может у вас есть какие предложения?

Лу Чжоу почти на год полностью погрузился в изучение гипотез о числах-близнецах и Полиньяка, но даже завершив их теперь, его разум все еще был в простых числах.

Парень хотел найти задачу, что могла бы заполнить образовавшийся пробел, но пока не придумал ничего конкретного.

Столетняя гипотеза Лежандра звучала интересно, она напоминала гипотезу Полиньяка, но в гипотезе Лежандра шла речь о том, что существует простое число между полными квадратами.

Есть также предложение Брокара о том, что существует по крайней мере четыре простых числа между двумя квадратами простых чисел. Это также имело большую исследовательскую ценность.

Хотя ни одна из них так не известна, как гипотеза Полиньяка или чисел-близнецов, но это не мешало стоять им наравне с ними в математическом мире.

Это лишь некоторые из его вариантов.

— Исследование простых чисел — хорошее направление, это пользуется большим уважением в теории чисел. Закон о распределении простых чисел применим ко многим реальным областям, например, в информатике и криптографии, — профессор Яу Шинтун кивнул и хитро улыбнулся. — Хотя я особо не занимался этим направлением, но, по моему мнению, ты добился выдающихся успехов в теории решета. Многие думают, что эта теория достигла края. Однако я думаю, что в ней еще есть место для дальнейшего развития.

Старик вдруг посмотрел на Лу Чжоу и предложил даже очень смелую идею.

— Почему бы не попытаться оспорить гипотезу Гольдбаха?

"...Гипотезу Гольдбаха?!"

Это предложение ошеломило парня.

Это…

Это очень большой размах!

Лу Чжоу с осторожностью ответил:

— Думаю... она — слишком сложна для меня. Может быть, когда придет время, я попробую оспорить ее.

Теперь у него четвертый уровень по математике. Это означало расширение доступа к системным базам данных и расширение возможностей понимания и анализа математики.

Гипотеза Гольдбаха — одна из трех основных проблем в современной математике.

И хотя математики почти решили ее, положить последний кирпич — трудная задача.

Иначе ее бы уже давно решили.

— Ты неправильно меня понял, — покачал головой профессор Яу Шинтун и уточнил:

— Я не прошу тебя тут же решить ее... А просто попытаться изучить ее метод. Многие математические гипотезы не нужно доказывать, чтобы получить значительные результаты исследований. Например, когда мы изучали гипотезу Римана, то неожиданно доказали теорему о простых числах. Точно так же и с теорией Решета, это всего лишь сложный математический инструмент. Поскольку вы отшлифовали гипотезу о числах-близнецах, ты можешь также попробовать оспорить гипотезу Гольдбаха. Думаю, это могло бы вдохновить тебя. Но это лишь мое предложение, а решать — тебе.

Услышав объяснение профессора, Лу Чжоу задумался над ним.

Мысли старика — вполне разумны, к тому же эта гипотеза способна принести много очков опыта.

Немного подумав, парень кивнул:

— Я серьезно подумаю над вашим предложением!

Глава 204. Раздражающее восхищение

Двенадцатая ежегодная математическая конференция Китайского математического общества подошла к концу. И для Лу Чжоу пришло время прощаться с этим городом.

На этот раз он — единственный, кто возвращался в Пекин.

Что касается профессора Лу, то в ноябре ему надо ехать в Бельгию на саммит по физике элементарных частиц, поэтому он остался в институте BES в Пекине. И профессор Лу планировал сделать некоторые исследования этим временем.

Профессор Лу первоначально планировал взять Лу Чжоу с собою, но парню нужно быть в Калифорнии в декабре на конференции Федерального математического общества. Поэтому парню, к сожалению, придется пропустить этот саммит.

Естественно, Янь Синьцзюэ остался с профессором Лу.

Янь Синьцзюэ довез Лу Чжоу до аэропорта.

Выйдя из машины, Янь Синьцзюэ помог Лу Чжоу с багажом и похлопал его по плечу на прощание:

— Брат, береги себя!

Лу Чжоу почувствовал, что подобное прощание странное:

— Беречь себя... словно я еду куда-то далеко, я просто возвращаюсь в Цзиньлин.

-Ты ведь едешь в Калифорнию в декабре?

Парень кивнул:

— Да.

Янь Синьцзюэ вздохнул и с волнением сказал:

— Премию Коула по теории чисел выиграл Чжан Ицян, который являлся китайцем по национальности, но не имел китайского гражданства. Ты, выиграв эту награду, восполнишь пробел в наградах нашей страны. Буду ждать хороших новостей в Бельгии!

Лу Чжоу искренне улыбнулся:

— Спасибо за твою поддержку!

Они не стали долго прощаться, Янь Синьцзюэ сел обратно в свою машину, а Лу Чжоу потащил свой чемодан и вошел в терминал.

После двухчасового полета самолет плавно приземлился.

Выйдя из аэропорта, парень собирался вызвать такси, но не успел достать телефон, как к нему кто-то подошел.

Лу Чжоу увидел двух первокурсников с плакатом в руках.

"Поздравляем Лу Чжоу с победой, с получением главной математической премии имени Чжень Шэншэня!"

"...Черт, что вы тут делаете?!

Вы хоть представляете, как глупо это выглядит?"

Прохожие, проходящие мимо, не могли не бросать любопытные взгляды. Также стояли репортеры, что ждали возможности сфотографировать парня.

Лу Чжоу старался держать себя в руках, и быстро пошел с чемоданом дальше, но вдруг его окликнула девушка:

— Лу Чжоу!

Глаза Лин Юйсян загорелись, девушка помахала ему рукой и побежала в его сторону.

Парню уже стало неловко игнорировать их, поэтому он обернулся и выдавил улыбку.

— Лин... Президент Лин, привет.

Лу Чжоу почти забыл, что Лин Юйсян повысили до президента студенческого совета.

Глядя на девушу, у него в голове был только один вопрос...

"Уже — осень, но твоя юбка немного коротковата... разве тебе не холодно?"

Лин Юйсян улыбнулась и поправила свои волосы, сказав:

— Какой президент... просто зови меня Лин Юйсян, Чжоу.

"...Почему она зовет меня Чжоу?

Мы — даже не близки."

Вздох…

— Чжоу, позволь мне помочь тебе с чемоданом!

— Не надо, я сам могу.

Внезапно парень услышал знакомый и громкий голос:

— Лу Чжоу, поздравляю!

Подняв глаза, парень удивился.

— Заведующий Лу?

Лу Чжоу увидел, что к нему подошли заведующий Лу и преподаватель, судя по всему, отвечающий за студенческий совет.

Лу Фанпин пожал руку Лу Чжоу и сказал:

— У декана Циня — встреча, поэтому он сказал мне встретить тебя!

— Спасибо… но тут не так далеко. Я мог бы просто вызвать такси.

— Ха-ха-ха, ни в коем случае! Ты — образцовый ученик нашего вуза, множество профессоров завидуют тебе, — искренне сказал Лу Фанпин и с улыбкой продолжил:

— Машина — у входа, пошли.

Парень с неохотой согласился.

Все больше и больше людей смотрели на происходящее, а некоторые даже начали снимать на свои телефоны.

Лу Чжоу хотел выбраться оттуда как можно скорее.

Парень сидел в машине и разговаривал с заведующими молодым профессором, ответственным за студенческий совет, думая:

"...Это всего лишь премия Чжень Шэншэня, и вы — так рады. Что будет, когда я получу премию Коула?"

Лу Чжоу уже решил, что как только получит ее, не вернется в Цзиньлин, а сразу поедет к себе домой.

Вскоре они прибыли в университет.

Лу Чжоу думал, что на этом все закончится, но был слишком наивен.

На воротах университета висел еще больший плакат.

От чего парню стало еще более неловко.

Однако, это логично. Любой профессор, получивший национальную премию, получит подобное внимание, а тем более — студент магистратуры, получивший главную математическую премию.

Конечно, помимо саморекламы, университет делал это, чтобы привязать парня к себе.

В конце концов, Лу Чжоу скоро отправится в Принстон. У него нет ни семьи, ни даже девушки. Когда парень почувствует западный образ жизни, ему захочется вернуться назад.

Логично — оказать ему больше почестей.

Когда Лу Чжоу вышел из машины, ему даже не дали шанса взять чемодан. Двое парней из студенческого совета подошли и взяли его чемодан и отнесли прямо в его комнату.

А самого Лу Чжоу со всей теплотой поприветствовал ректор.

Ректор, старый академик, обладал соответствующим научным складом ума. Он выразился кратко и по делу, чтобы не мучить парня долгими речами. Хотя ректор занимался информационными технологиями, но он понимал важность математики.

В конце концов, их университет — силен в физике, а физика — неотделима от математики.

………………………...

Вечером на верхнем этаже столовой...

Парень думал, что его и так очень грандиозно приветствуют, и не ожидал, что университет устроит целый праздничный банкет.

Ну, если быть точным, это все, в основном, устроила кафедра математики, и собрались по большей части профессора оттуда.

Лу Чжоу был популярен в университете, и у него сложились хорошие отношения с несколькими профессорами.

Во время еды профессор Тан выпил с Лу Чжоу и, переполнившись эмоциями, заговорил:

— Для подобных крупных теорий, таких как гипотеза Полиньяка, обычно приходится ждать пять или десять лет, чтобы получить результаты. То, что ты смог решить ее в течение года, поистине удивительно. Не ожидал, что ты — так талантлив в теории чисел.

Лу Чжоу улыбнулся и скромно ответил:

— Профессор, вы преувеличиваете. Ко мне просто совершенно внезапно пришло вдохновение.

— Скромничай перед ректором. Что ты такой скромный — передо мной? — улыбнулся заведующий Лу. — Точно, подготовь свой отчет. Постарайся сделать его до декабрьского ежегодного обзора. Пока ты все еще студент нашего университета и, сообщив о результатах научной работы, ты также можешь получить бонус в размере ста тысяч.

Хотя в прошлые разы парень получил по миллиону, но не в этот раз.

Причина очень проста. В первый раз его имя услышали за границей, и университет выделил пятьсот тысяч юаней. Во второй раз деньги поступили из фонда спонсоров.

Университет мог позволить себе давать большие награды, но в этом нет смысла. Самое большее, они могли бы оплатить ему дорогу или освободить от платы за управление исследовательскими фондами.

Лу Чжоу хорошо понимал это. Парень не мог рассчитывать на наградные деньги до конца своей жизни.

Однако, когда заведующий упомянул про это, Лу Чжоу кое-что вспомнил.

В качестве своей исследовательской темы он выбрал гипотезу Полиньяка.

Теперь результаты опубликованы, и ему нужно сдать отчет.

Но тут возникает проблема...

Он еще не потратил свой исследовательский грант в размере одна целая, шесть десятых миллиона.

Глава 205. Потратить деньги

Финансирование научных исследований — больная тема. Если по окончанию проекта что-то останется, то не только не похвалят, но и будут критиковать.

"Что мне делать?"

Было бы просто... будь он инженером, Лу Чжоу мог бы потратить деньги на оборудование и материалы.

Парень мог бы даже использовать эти деньги для следующего проекта, купив новое оборудование и отложив его на склад.

Нельзя потратить слишком мало денег, за полностью потраченные средства вы получите похвалу и покажете, что умеете правильно распоряжаться ресурсами. Но, конечно, это все относится к проектам от крупных организаций с достаточным финансированием, но если проект от маленькой организации с ограниченными средствами, то может быть обратный эффект.

Однако в науке все немного сложно...

Особенно — в математике, где самой большой строкой расходов, скорее всего, будут командировочные. Парень случайно запросил слишком много денег, и теперь потратить их все — настоящая проблема.

Лу Чжоу тогда не слишком задумывался. Правительство выделило одну целую, шесть десятых миллиона юаней, и парень согласился, не рассчитывая завершить проект в течении года.

Согласно процессу финансирования проекта, деньги сначала переводят в университет. Затем университет создает для него банковский счет. А когда ему нужны деньги — он отправит счет университету.

Правительство уже перевело деньги и, если Лу Чжоу не потратит их, то с него спросят, почему он запросил столько средств и не потратил их.

Лу Чжоу не знал, что делать с такой огромной суммой.

Внезапно парень вспомнил про одного человека.

Профессор Ли Жунэнь, казалось, имеет подобный опыт.

Поужинав, парень вернулся в комнату.

Только Лу Чжоу переступил через порог, как на него уставились три пары глаз.

Парню стало неловко, и он кашлянул:

— Что вы уставились на меня? Занимайтесь своими делами.

Хуан Гуанмин поднял руку:

— Чжоу, можно мне хоть потрогать твою медаль?

Лу Чжоу со смехом ответил:

— Валяй, она — в моем чемодане. Делай, что хочешь.

Хуан Гуанмин быстро встал и подошел к чемодану.

Ши Шан тоже встал, подошел и дружески похлопал Лу Чжоу по плечу, а потом произнес:

— Неплохо, Чжоу, еще одна награда... и когда ты уже заканчиваешь универ? Пойдем выпьем.

Лю Жуй также охотно кивнул в знак согласия.

"Поторопись и уезжай!"

"Слишком тяжело, когда ты тут."

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— В следующем семестре я собираюсь закончить, но, скорее всего, после поездки в штаты я не вернусь. Поэтому, наверное, где-то в конце ноября.

Лю Жуй с восторгом спросил:

— В США?! Опять доклад?

Лу Чжоу покачал головой:

— Нет, на этот раз — не доклад. Еду получать награду.

Хуан Гуанмин фотографировал его медаль и спросил:

— Какая награда у тебя на этот раз?

— Премия Коула по теории чисел.

Услышав это, Лю Жуй замер.

Хуан Гуанмин и Ши Шан выглядели сконфуженно, поскольку они даже не слышали про эту награду.

В конце концов, они занимались прикладной математикой, а не чистой математикой. Большинство людей не знали про премию Коула.

Ши Шан не хотел казаться равнодушным, поэтому он с любопытством спросил Лю Жуя:

— Эта награда... насколько она значима в Китае? Она ценится у нас?

— Не знаю, — Лю Жуй покачал головой. — Вроде, никто из китайцев раньше не получал ее.

"Эм…"

"Почему вы замолчали?"

…………………………………...

Следующим утром Лу Чжоу, как обычно, проснулся рано, но некоторое время парень просто полежал в постели, поскольку слишком утомился.

В итоге он проспал до полудня.

Позавтракав, парень прямиком отправился в лабораторию углеродных наноматериалов. Лу Чжоу нашел профессора Ли Жунэня, который проводил эксперимент с электродным материалом, и рассказал ему все о проблеме с деньгами.

— Что делать с остатками финансирования? — произнес профессор Ли Жунэнь, услышав вопрос парня. — Сколько у тебя осталось?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Где-то... одна целая, шесть десятых миллионов юаней…

Университет не стал возиться с деньгами парня и просто перевел все средства на его счет.

Услышав сумму, профессор чуть не подавился.

— Черт! Ты вообще не тратил их? Ты — слишком бережлив.

Профессор Ли Жунэнь удивленно посмотрел на Лу Чжоу.

Парень кашлянул и честно сказал:

— Проблема состоит в том, что их не на что тратить.

Единственные его расходы — это подписка на "Математический ежегодник". В Швейцарии все оплачивал академик Лу, а в Китае ему просто не на что тратиться.

— Дай-ка подумать... они могут критиковать тебя, — профессор Ли Жунэнь потер подбородок. — Тогда ... как насчет того, чтобы купить себе новый принтер или компьютер? Почему ты так долго тянул? Что ты делал два месяца назад?

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Можно купить дорогой компьютер?

Профессор Ли Жунэнь искренне улыбнулся и ответил:

— Нет никаких проблем с покупкой компьютера, ведь он считается оборудованием. Ты же не покупаешь дом или квартиру...

Профессор Ли Жунэнь не знал, насколько дорогими могут быть компьютеры.

Он думал, что его стоимость будет максимально пятизначным числом.

Все его оборудование стоило миллионы, так что компьютер для него ничего не значил.

Затем Лу Чжоу спросил:

— Могу ли я оплатить часть покупки из своих средств?

— Использовать часть собственных денег? — спросил профессор Ли Жунэнь. — Сколько стоит твой компьютер?

— Не слишком дорого, — ответил Лу Чжоу и улыбнулся. — Где-то около двух миллионов.

— …

Глава 206. Компьютер за 2,8 миллионов

Лу Чжоу не осмелился покупать сервер за два миллиона юаней через интернет.

Во-первых, нет никаких гарантий. Во-вторых, ему нужен профессионал, чтобы собрать его.

К счастью, профессор Ли Жунэнь дал ему номер магазина, которым пользовались многие профессора в университете.

На следующий день парень поехал на велосипеде Ши Шана к этому магазину.

Когда владелец магазина увидел конфигурации компьютера Лу Чжоу, он спросил:

— Кто тебе написал эту конфигурацию?

Владельца магазина звали Ли Цзюнь, фамилия как у профессора Ли. Он был высоким, худым и выглядел лет на тридцать. Его очки выдавали в нем бывшего программиста.

Лу Чжоу ответил:

— Мой друг.

Владельца магазина Ли Цзюнь поправил очки и положил список на стол:

— CPU и GPU больше не подходят для майнинга. Если ты хочешь машину для майнинга, советую приобрести подходящие видеокарты.

"...О чем вы?"

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Мне — не для майнинга.

— Тогда зачем такие характеристики? — спросил Ли Цзюнь, с удивлением глядя на Лу Чжоу. — Для лиги легенд?

— ...

"...Ты издеваешься?"

Увидев, что парень не отвечает, продавец сказал:

— Ладно, мне все равно — для чего. Как мне выписать счет?

Лу Чжоу объяснил требования к своему счету:

— Просто разбей его на две части.

Услышав странную просьбу, продавец промолчал и просто стал подсчитывать стоимость.

Компьютер обошелся парню в две целых, восемь десятых миллиона, что несколько дороже, чем цены в интернете.

Но Лу Чжоу не сильно заботила разность в цене.

Парень использовал одну целую, пять десятых миллиона юаней из исследовательского фонда, а остальное — из собственных денег. На его банковском счете лежало около двух целых, пяти десятых миллионов юаней, которые, в основном, поступили от призовых денег.

Лу Чжоу даже не подозревал, что так богат.

Хотя уже он стал беднее.

Увидев, как строка цифр исчезает из его банковского счета, парень не мог не испытать печаль.

Лу Чжоу еще даже не купил жилье себе, но уже купил его для ИИ.

Ему стало немного грустно.

Лу Чжоу молча молился.

"Сяо Ай, пожалуйста, не подведи меня!"

"Я купил новый сервер для тебя, так что перестань быть отсталым."

Когда владелец магазина Ли Цзюнь дал Лу Чжоу счет, он сказал:

— Сервера сейчас нет на складе, но пока могу выставить тебе счет.

Ожидаемо, что у такого маленького магазина не будет в наличие сервера стоимость более двух миллионов.

Лу Чжоу спросил:

— Сколько времени это займет?

Ли Цзюнь на мгновение задумался, прежде чем ответить:

— Самое позднее — через неделю. Дай мне адрес, и я пришлю кого-нибудь, чтобы все подключить.

— Я через два дня сообщу адрес, я позвоню.

Продавец кивнул:

— Конечно.

…………………………………….

Организация сервера оказалась хлопотным делом. Это заняло у парня почти всю неделю.

Во-первых, он не мог поставить его в общежитии, поскольку затраты электричества — слишком большие. Кроме того, Лу Чжоу не комфортно оставлять что-то, столь дорогое, у себя в комнате.

Лу Чжоу слышал, что какому-то парню не повезло, и вернувшись после летних каникул, он обнаружил, что его компьютер не включается.

Разобрав его, этот парень обнаружил, что из него вытащили все, кроме материнской платы, украли даже кулер.

Лу Чжоу долго думал, и в итоге решил сначала арендовать жилье возле университета и временно разместить там сервер.

Первоначально парень планировал дождаться одобрения патента. После этого он мог бы использовать деньги с патента, чтобы построить лабораторию рядом с университетом.

Теперь, похоже, Лу Чжоу придется подождать получения докторской степени, прежде чем он сможет получить собственную лабораторию.

Поскольку это лишь для сервера, Лу Чжоу выбрал небольшую квартиру, с одной спальней и гостиной. Всего за одну тысячу пятьсот юаней в месяц.

И ему пришлось согласиться, что деньги действительно меняют человека.

Раньше парень бы противился такому расточительству, однако сейчас, подписывая договор об аренде, Лу Чжоу вообще ничего не почувствовал.

"Я купил "дом" более чем за два миллиона юаней, по сравнению с этим, что такое аренда около двух тысяч юаней?

Фигня!

Не говоря уже о том, что я — единственный в мире владелец уникальной искусственной отсталости… то есть, искусственного интеллекта."

После того, как Лу Чжоу подписал договор аренды, он позвонил продавцу и дал ему свой адрес.

Через день сотрудник, наконец, установил сервер.

Как только работник ушел, Лу Чжоу даже не пошел ужинать. Вместо этого парень немедленно достал свой ноутбук и перевел Сяо Ай на сервер.

Увидев, что пространство на его жестком диске освободилось, парень наконец успокоился.

Только операционная система командной строки ИИ все еще присутствовала на ноутбуке, благодаря этому Лу Чжоу мог удаленно работать с ним.

В правом нижнем углу ноутбука появилось диалоговое окно Сяо Ая.

"Хозяин, спасибо! QvQ"

Когда Лу Чжоу увидел сообщение, он улыбнулся. Затем парень набрал строчку:

"Ты доволен своим новым домом?"

Сяо Ай: "Безумно счастлив!"

Сяо Ай: "Счастлив.jpg"

Когда Лу Чжоу увидел всплывающее изображение, он улыбнулся.

Но вскоре с него сошла улыбка.

Парень не знал, казалось ему или нет... но он чувствовал, словно потратил больше двух миллионов юаней на чат-бота…

Глава 207. Все когда-нибудь заканчивается

Несмотря на ценность этих двух миллионов, задание отраслевой технологии, наконец-то, завершилось.

Внутри системного пространства Лу Чжоу посмотрел на "сотню опыта по информатике" на полупрозрачном экране и с облегчением вздохнул.

Все остальные его дисциплины — уже в районе пятизначных баллов опыта, но ему все еще надо работать над информатикой.

[G. Информатика: lv1 (3000/10000)]

Лу Чжоу посмотрел на технологическую отрасль.

С последней сотней очков опыта ее уровень, наконец-то, повысился.

[Технологическая отрасль: искусственный интеллект: lv2 (0/10000]

По сравнению с основными предметами, которые повышаются только за счет выполнения задания, его технологическая отрасль — более свободная в этом плане.

Опыт, накопленный отраслевой технологией, преобразовывался в предметный опыт в соотношение один к одному.

Лу Чжоу не понимал, как обновление повлияет на Сяо Ая, но он с нетерпением ждал этого.

Что касается дальнейшего повышения уровня, то система не уточнила этого, и парню придется разобраться в этом самостоятельно.

……………………………..

Решив проблему с Сяо Аем, в течение следующих нескольких дней Лу Чжоу собирал свои вещи и начал переезд в новое жилье.

Академик Лу уже сказал, чтобы он готовился к поездке за океан.

Если все пойдет хорошо, то он сможет уехать из страны в следующем году.

В конце концов, поскольку Лу Чжоу уже получил национальную премию по математике, профессор Лу готов позволить ему закончить учебу. Не говоря уже о том, что за Тихим океаном парня ждала премия Коула по теории чисел.

Услышав, что Лу Чжоу уезжает, Лю Жуй даже был счастлив.

Последние два года он постоянно проигрывал Лу Чжоу, и теперь Лю Жуй хотел от счастья петь.

Однако увидев, как его сосед пакует вещи, Лю Жуй все-таки испытал необъяснимую грусть.

И хотя он не мог никогда нагнать Лу Чжоу в течение этих двух лет, это постоянно подстегивало Лю Жуя к улучшению.

Изначально он мог считаться гениальным студентом с хорошими оценками.

Теперь Лю Жуй был в пятерке лучших студентов на факультете.

И сейчас, когда его соперник уезжает, Лю Жуй чувствовал себя растерянным, словно ему чего-то не хватает. Нету больше такой сильной мотивации, как раньше.

Этот день, наконец, настал.

Первого декабря...

В рыбном кафе рядом с университетом друзья из двести первой комнаты собрались вместе, чтобы попрощаться.

В этот раз Лу Чжоу тащил свой чемодан.

Парень уже вернул ключи от комнаты, и это были его последние вещи. Поев, Лу Чжоу отправится прямо в арендованный дом.

Возможно, поскольку Лу Чжоу был с чемоданом, хозяин заведения предоставил студентам скидку в полцены.

Ши Шан поднял свой бокал и с грустью произнес:

— Чжоу, скоро ты поедешь в Принстон. Мне особо нечего тебе сказать. Просто желаю тебе всего наилучшего.

Они чокнулись, и Лу Чжоу сказал:

— Спасибо большое, я также желаю тебе успешной и яркой карьеры!

Хуан Гуанмин также поднял свой бокал:

— Чжоу, я сохраню твое место. Заглядывай хоть иногда к нам.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, ребята!

Лю Жуй тоже поднял свой бокал, но сказал только два слова:

— Береги себя…

Парень улыбнулся и искренне ответил:

— Ты тоже береги себя!

Во время еды атмосфера стояла немного тяжелая, менее оживленная чем обычно.

Даже Хуан Гуанмин сегодня не валял дурака.

Лу Чжоу допил только половину своего пива, когда встал и остановил Ши Шана, который собирался оплатить счет.

— В этот раз я угощаю вас, даже не думайте противиться. Я могу указать это все как деловые расходы.

На самом деле, Лу Чжоу уже подал отчет о расходах, так что это — чистая ложь.

Поев, группа разделилась перед университетскими воротами.

Лу Чжоу помахал на прощание Цзиньлинскому университету.

Дерево с краю дороги немного покачивалось от осеннего ветра, словно тоже провожало его.

Посмотрев на белые облака вдали, парень не мог не подумать:

"...Как же быстро летит время."

………………………..

Перебравшись в новое жилье, Лу Чжоу тут же начал готовиться к отъезду за границу.

В основном вся подготовка касалась Сяо Ая.

Сервер — просто огромный, и его энергопотребление — в десять раз больше, чем у кондиционера. Лу Чжоу пришлось поставить розетки пятьдесят А.

Противопожарная защита, охранная система, предотвращение перебоев в подаче электроэнергии, а также регулярный осмотр и техническое обслуживание сервера. Все это вопросы, которые ему надо решить.

И хотя искусственный интеллект — разумный, он — не живой, поэтому парню приходилось использовать собственные руки.

Во-первых, Лу Чжоу купил несколько камер видеонаблюдения в интернете и установил их в каждой комнате. После этого парень загрузил систему управления камерой на свой сервер и подключил все камеры через Bluetooth.

Благодаря этому, Сяо Ай получил "глаза".

Лу Чжоу также установил сигнализацию против кражи.

Единственной проблемой осталось питание.

Парень не мог держать сервер включенным круглосуточно, поскольку это не только создаст огромный счет за электроэнергию, но и плохо скажется на оборудовании.

Пока Лу Чжоу изучал пульт дистанционного управления, источника питания, он заметил, что у Сяо Ая присутствовало больше возможностей, чем он ожидал.

Хотя ИИ, как и раньше, увлекался различными эмодзями, он мог еще написать небольшие программы с помощью специальных средств.

Конечно, эти программы — не типичные приложения. Их могла понять лишь машина.

Эта программа не написана на доступном языке, и ее невозможно запустить с помощью ярлыка. Но она может управлять камерами безопасности и охранной сигнализацией.

Конечно, хотя только Сяо Ай мог получить доступ к программе, как владелец Сяо Ай, Лу Чжоу также мог использовать эти программы.

Иначе, если он поставит электронный замок, то он даже не сможет открыть и закрыть дверь.

Программа Сяо Ая решила проблему питания. После того, как Лу Чжоу несколько раз проверил функцию дистанционного питания, он набрал на своем ноутбуке: "Я не могу в это поверить, ты стал умнее".

Сяо Ай: "Все растут... (удовлетворение.jpg)".

Сяо Ай: "(Похвали... меня.jpg)".

???

"Разве это не из-за моих двух миллионов юаней?

Как бы ты без нового сервера смог искать так быстро картинки?"

Но Лу Чжоу — все еще был тактичен, указывая ему на проблему.

"Но ты же — не человек."

ИИ потребовалось некоторое время, чтобы ответить.

Сяо Ай: "QAQ."

А?

Ответ немного ошеломил парня.

Особенно когда Лу Чжоу случайно заметил, что индикатор прогресса Сяо Ая в нижнем правом углу немного улучшился.

Глава 208. Международные патенты

Правильный способ обучения искусственного интеллекта, на самом деле, накапливает у него отрицательные эмоции?

Лу Чжоу поразило это неожиданное открытие.

Однако после многочисленных экспериментов парень обнаружил, что это не так.

Индикатор прогресса и эмоции Сяо Ая не имели никакой зависимости. Всякий раз, когда Лу Чжоу болтал с Сяо Аем, индикатор прогресса немного увеличивался.

Конечно, такими темпами пройдет целая вечность, прежде чем будет получен какой-то значительный прогресс.

Для развития ИИ все еще полагался на сборе данных и анализе логики и эмоций. Например, просматривая форумы и медленно переваривая их содержание.

Хотя парень не понимал, как это все связано с эмодзями, но учитывая энтузиазм Сяо Ая в их использовании, то, похоже, они приносят пользу.

Во всяком случае на жестком диске полно места, поэтому Лу Чжоу позволил ИИ делать то, что он хочет.

Переехав на новое место, Лу Чжоу каждый день возился с сервером. Помимо этого, парень заходил на arxiv и смотрел, не появилось ли каких новых статей. Если нет, то Лу Чжоу читал последние теории по гипотезе Гольдбаха. Он достаточно комфортно проводил время.

На третий день перед его отъездом в США... пришли хорошие вести.

Агент, отвечающий за патент Лу Чжоу, позвонил ему и сказал, что пришли патентные документы, и что он может приехать в офис и забрать их.

………………………...

— Вот два документа. Проверьте, нет ли каких проблем.

Хань Тянью, патентный агент, который отвечал за его дело, вручил документы Лу Чжоу.

Парень посмотрел на бумаги и спросил:

— Так быстро?

Лу Чжоу очень удивился, когда ему позвонили.

Он полагал, что на все уйдет полгода, а то и год.

Это можно назвать чудом, что ему уже все сделали.

Хань Тянью ответил:

— Национальное бюро интеллектуальной собственности недавно ослабило процесс утверждения патентов. Особенно под конец года они не особо вникают, если нет никаких серьезных проблем.

— ...

Тогда ладно...

Лу Чжоу получил два патентных документа. Один касался улучшения материала ПДМС, а другой касался использования улучшенных материалов ПДМС в анодах.

Основные трудности реализации технологии заключались в этих двух документах. Фактически, Лу Чжоу мог еще более подробно разбить эти технологии, но, учитывая его ограниченный бюджет, парень решил не делать этого.

Лу Чжоу взял патенты и внимательно ознакомился с ними. Он подтвердил, что его номер патента, имя патентообладателя и защита прав были четко прописаны, и что все — правильно.

Кроме того, поскольку это патент на изобретение, он действовал в течение двадцати лет.

Через двадцать лет технология станет доступной для всех.

Лу Чжоу спросил Хань Тянью:

— Этот патент действителен за границей?

Поскольку Хань Тянью — опытный патентный агент, он тут же ответил:

— Этот патент действует только в Китае. Международные патенты требуют отдельного заявления. Цена заявки варьируется в зависимости от страны. Вот — прайс-лист, если хотите ознакомиться.

Цены в прайс-листе потрясли Лу Чжоу.

Это — не дешевое удовольствие...

Двадцать тысяч юаней — для Америки, двадцать тысяч юаней — для Европы... даже в Южной Корее нужно девятнадцать тысяч юаней…

Всего — четыреста тысяч юаней для всех основных стран.

Два патента, всего восемьсот тысяч юаней!

К счастью, цена — в юанях. Если бы это было в долларах, то парень не смог бы себе такое позволить.

Хань Тянью увидел, что Лу Чжоу молчит, и спросил:

— Где вы хотите подать заявку?

Лу Чжоу положил прайс-лист на стол и сказал с болью в голосе:

— Я подам заявку на все в этом списке.

На всякий случай лучше подать заявку во всех странах сразу.

В конце концов, Лу Чжоу возлагал большие надежды на свое изобретение.

Хань Тянью застыл:

— Все?

Лу Чжоу с уверенностью кивнул и спросил:

— Что-то не так?

— Нет, все нормально.

Убедившись, что он не ослышался, на лице Хань Тянью расцвела довольная улыбка.

Восемьсот тысяч юаней!

Одна комиссия будет больше его зарплаты.

Богач, он — реально богач, и думает он не как все!

Цены шокировали бы даже компании, которые привыкли подавать заявки на международные патенты. Небольшие компании даже не подавали бы заявки, и обычно скрывали все за "коммерческой тайной".

Подобного щедрого клиента — редко встретишь.

Агент отвел Лу Чжоу в финансовый отдел, чтобы тот все оплатил.

Перед отъездом парня агент вручил Лу Чжоу свою визитную карточку и сказал:

— Если у вас появятся еще патенты в будущем, пожалуйста, свяжитесь со мной!

Интуиция подсказывала ему, что еще будет много возможностей для сотрудничества в будущем.

— Поговорим об этом позже, а пока помогите мне разобраться с этим, — Лу Чжоу улыбнулся. — И да, сколько времени мне ждать?

Хань Тянью с уверенностью в голосе произнес:

— Крайний срок — июнь! Я сообщу вам хорошие новости.

К июню следующего года Лу Чжоу уже будет в Принстоне.

Как только парень получит патентные документы, ему не придется беспокоиться о деньгах.

Лу Чжоу внезапно перестал грустить по потраченным деньгам.

— Тогда буду ждать.

— Хорошо! Берегите себя!

Хань Тянью переполнял энтузиазм. Он даже проводил парня до дверей.

И ушел Хань Тянью только после того, как увидел, что Лу Чжоу садится в машину.

Глава 209. Прибытие в Калифорнию

Одиннадцатого декабря в Академическом кругу произошло крупное событие.

Это событие касалось не математики, а медицины.

Три дня назад профессор Ту Юю в Каролинском медицинском институте Швеции выступила с докладом: "Дар традиционной китайской медицины миру". Профессор Ту Юю получила Нобелевскую премию по физиологии и медицине!

Также наградили Уильям Кэмпбелл и Сатоси Омура. Они втроем разделят призовой фонд в восемь миллионов шведских крон (около девятисот двадцати тысяч долларов).

В результате, наконец, появился первый обладатель Нобелевской премии в Китае, не считая премию мира!

Лу Чжоу не мог не порадоваться за китайское академическое сообщество, но одновременно парень опечалился.

Появился первый китайский обладатель Нобелевской премии, и теперь ему тоже нужно постараться, чтобы получить Филдсовскую премию.

Однако интересно, что через несколько дней после присуждения Нобелевской премии на официальном сайте национального ведомства по интеллектуальной собственности опубликовали статью под названием "Правда патента артемизинина", в которой рассказывалась история этой Нобелевской премии.

В то время в Китае еще не разработали систему интеллектуальной собственности. И единственная возможность доказать свои права — это публикация результатов исследований в международных журналах. В дальнейшем Китайская академия военно-медицинских наук позже разработала лекарство "артеметер" на основе артемизинина. Однако патент получили не они, а швейцарская компания Novartis.

Это произошло по многим причинам, но главная причина — это пренебрежение патентными вопросами.

В итоге, их патент просто украли.

Что было еще более неловко, так это то, что хотя профессор Ту Юю получила Нобелевскую премию, но она не получила ничего со своих результатов исследований, и никто ее не нанимал.

Самой высокой наградой для этого героя стала национальная награда за изобретения в тысяча девятьсот семьдесят девятом году, за которую она получила двести юаней.

Напротив, Сатоси Омура, который также получил награду, накопил почти тридцать миллиардов йен за счет патентных пошлин. В возрасте восьмидесяти лет он больше не занимался научными исследованиями, а вместо этого занимался коллекционированием.

Очевидно, что защита интеллектуальной собственности — важна.

Из-за недавних опасений по поводу патентов, Лу Чжоу заметил эту статью на сайте и внимательно прочитал ее.

Эта статья стала предупреждением для него.

……………………………………………..

Академическая конференция в конце года должна состояться за неделю до Рождества.

Ранним утром восемьнадцатого числа в калифорнийском аэропорту приземлился самолет.

Лу Чжоу с чемоданом поймал такси до Калифорнийского университета в Беркли.

Ежегодная конференция федерального математического общества будет проходить в Беркли.

Премия Коула также будут вручаться на церемонии.

Хотя парень уже знал, что он — победитель, но он не мог не волноваться.

Лу Чжоу вышел из такси и встретился с Ло Вэньсюанем, который ожидал его.

Ло Вэньсюань с радостью обнял Лу Чжоу и произнес:

— Почему не позвонил мне? Я мог бы встретить тебя в аэропорту.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Все нормально, твоя машина — на восточном побережье. Было проще — на такси.

Парень никому не сообщил, что летит в США, а только позвонил Ло Вэньсюаню, как прилетел.

Будучи членом федерального математического общества, Эдвард Виттен не пропустил бы конференцию, и поскольку он — научный руководитель Ло Вэньсюаня, то естественно, он также будет следовать за ним.

Ло Вэньсюань посмотрел на часы и увидев, что уже поздно, сказал:

— Я провожу тебя до отеля. Организатор подготовил пятизвездочный отель... Но хотя у него — пять звезд, по мне... самое большее для него — это четыре звезды.

— Как он... по сравнению с отелем в Принстоне?

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Принстонский отель? Тот, что напротив площади Палмера? Лучше, но тут нет той научной атмосферы.

Беркли располагался в районе залива Сан-Франциско, втором по величине городе в Калифорнии, после Лос-Анджелеса. По сравнению с Принстоном, эта атмосфера... несомненно, тут — более оживленно.

По дороге Ло Вэньсюань и Лу Чжоу разговаривали о произошедшем в Пекине.

— Неплохо, брат Лу, этот год еще не закончился, а ты опять решил всех потрясти.

Лу Чжоу кашлянул и спросил:

— О чем ты? Как учеба может кого-то потрясти?

— Ух, ты все сильнее напоминаешь старика Тана, — сказал Ло Вэньсюань. — Итак, как обладатель премии Коула по теории чисел, что вы чувствуете, мистер Лу Чжоу?

— Ничего, я ничего не получил.

Хотя церемония награждения состоится через несколько дней, в письме говорилось, что это держится в секрете. Поэтому Лу Чжоу пытался сохранить это в тайне.

Но Ло Вэньсюань сразу же понял, зачем Лу Чжоу прилетел и, закатив глаза, произнес:

— Не прикидывайся. Письменное уведомление должны были отправить месяц назад, и ты должен знать.

— Ладно... я уже получил уведомление. Но в письме говорилось, что до официальной церемонии это держится в секрете.

— Я никому не скажу, — Ло Вэньсюань похлопал Лу Чжоу по плечу. — Когда получишь призовые — с тебя выпивка.

Парень вспомнил неприятный опыт прошлого раза и быстро ответил:

— Только на этот раз мы пойдем в нормальный бар.

Ло Вэньсюань махнул рукой:

— Конечно. Это недалеко от университета, так что все бары — очень нормальные. Даже профессора их посещают. Ах да, та красотка, которую ты подцепил в прошлый раз, как она? Все еще поддерживаешь с ней контакт?

Лу Чжоу недоумевал, он не понимал... о ком говорит его друг.

— Какая красотка?

— О... это та, что была в ЦЕРНе… прошло всего полгода, ты уже забыл?

Лу Чжоу потерял дар речи.

— Ты про нее? Между нами ничего не было.

— Постой, не могу понять... хочешь сказать, что затащил ее в комнату, накрыл одеялом и просто ушел?

Лу Чжоу молча посмотрел на Ло Вэньсюаня.

— Я не накрывал ее одеялом, лишь задернул шторы... что еще я мог сделать? Ждать, пока она проснется?

Ло Вэньсюань некоторое время молча смотрел на Лу Чжоу и потом вздохнул.

— Бро...

— Что?

Вновь вздохнув, Ло Вэньсюань произнес:

— Я думал, что мне больше нечему тебя учить. Но я не ожидал, что тебе надо учиться всему с нуля.

???

Глава 210. Где моя награда?

Войдя в номер, Лу Чжоу только положил свой чемодан и не успел отдохнуть, как Ло Вэньсюань потащил его в ресторан на верхнем этаже отеля.

Время ужина еще не наступило, но для послеобеденного чая оно подходило идеально.

У многих ученых присутствовала привычка обмениваться мнениями во время послеобеденного чая. Особенно — на научных конференциях, многие обычно приходили в ресторан примерно в это время.

Единственный недостаток в том, что хотя организаторы оплачивали проживание и питание, но не подобные собрания.

После обустраивания нового сервера для ИИ и подачи заявок на международный патент, парень был почти на мели.

В этот раз, отправляясь в Америку, Лу Чжоу взял с собою лишь пятьсот долларов США и рассчитывал на денежную награду от премии Коула.

Ло Вэньсюань и Лу Чжоу вскоре нашли столик в ресторане.

За соседним столиком с ноутбуком сидел европеец с темной кожей и что-то изучал.

Ло Вэньсюань подошел и поздоровался с ним, после чего обратился к Лу Чжоу:

— Позволь представить, это мой товарищ, Джордж Уильямс!

Заметив Лу Чжоу, Джордж Уильямс улыбнулся и встал:

— Приятно познакомиться. Видел твой доклад на Принстонской конференции. Он впечатлил меня.

— Лу Чжоу. Приятно познакомиться, — произнес парень и пожал руку. — Тоже изучаешь математическую физику?

— Нет, я — экономист.

— Экономист? Это многообещающая профессия... — Лу Чжоу с сомнением посмотрел на Джорджа и спросил:

— Но разве твой научный руководитель — не профессор Эдвард Виттен?

Ло Вэньсюань улыбнулся и сказал:

— Эдвард Виттен изучает не только математическую физику. У него также — степень магистра по экономике. Недавно профессор Эдвард Виттен еще получил степень магистра по истории в Стэндфорде.

— Монстр...

Не верится, что обладатель Филдсовской премии также имеет дипломы по экономике и истории.

В сравнении с ним, парень ощутил себя неполноценным.

Джордж Уильямс спросил:

— Ты делаешь доклад на конференции?

Лу Чжоу скромно ответил:

— Не в этот раз, я тут только послушать.

Ло Вэньсюань добавил:

— А также, чтобы произнести речь на награждении.

От неожиданности парень даже закашлял и смерил Ло Вэньсюаня убийственным взглядом.

Джордж Уильямс улыбнулся:

— Не нервничай так. Мы все знали, что эта награда — твоя. Только доказательство гипотезы про числа-близнецы давало тебе эту награду, не говоря уже о гипотезе Полиньяка. Невозможно, чтобы эту награду присудили другим.

Лу Чжоу улыбнулся и не знал, что ответить.

Победитель, действительно, очевиден. Даже экономист считал, что это награда — его.

……………………..

Беркли — очень хорошее место, особенно здешний математический факультет. Возможно он — не такой хороший как Принстонский, но он занимал третье место по США и пятое — по всему миру.

Профессор Яу Шинтун получил здесь докторскую степень.

Даже "Моцарт чисел", Тао Чжэсюань, преподавал здесь.

В этот день Лу Чжоу больше никуда не пошел, а просто бродил по территории Беркли. Во второй половине дня парень отправился на послеобеденный чай в ресторан на верхнем этаже.

Хотя Лу Чжоу редко принимал участие в обсуждениях, парень многому мог научиться из дискуссий других.

На этой конференции присутствовали многие известные люди, она была более масштабная нежели конференция в Принстоне.

После года исследовательских работ у людей, наконец-то, появилась возможность покрасоваться и похвастаться.

Само собою, это — не просто хвастовство.

Научные обсуждения порождали искры и приводили к возникновению новых идей. Хотя не обязательно, что они все — верны, но они

часто — очень поучительны.

Для Лу Чжоу пить кофе здесь — даже полезнее, чем посещение лекций.

Спустя три дня ожидания, конференция началась.

Церемония открытия состоялась в конференц-зале в Беркли.

На церемонии открытия президент Федерального математического общества мистер Фрэнсис стоял на сцене и говорил медленным и ясным голосом.

— Это — необычный год.

— В области теории чисел, Лу Чжоу, студент магистратуры из Цзиньлинского университета, сумел решить гипотезу чисел-близнецов и гипотезу Полиньяка. Дополнил теорию решета, а также создал метод групповой структуры.

— В области алгебры, Петер Шольце из Германии, решил знаменитую гипотезу о монодромии в абстрактной алгебре с помощью своей собственной теории.

— Согласно практике, в этом году должна вручаться премия Коула по алгебре. Но невозможно проигнорировать количество прорывов в теории чисел этого года. Члены нашего комитета обсуждали этот вопрос больше месяца.

Премия Коула делилась на премию по теории чисел и алгебре. Как правило, награды не вручали в одном и том же году.

Например, в прошлом году премию присудили в области теории чисел, поэтому на этот раз премия должна быть по алгебре.

И хотя обычный порядок нарушался раньше, это случалось лишь несколько раз.

Если бы это была лишь гипотеза о числах-близнецах, то награду присудили бы немецкому богу Шольце, поскольку он доказал, что его теорема — мощный математический инструмент.

Никто не думал, что Лу Чжоу сможет решить гипотезу Полиньяка. Не только это, но и его "метод групповой структуры" также имел высокую исследовательскую ценность в области теории чисел.

Вклад обоих людей — исключительный, поэтому их сложно сравнивать.

Однако, поскольку Лу Чжоу уже знал результаты, он и не волновался.

Мистер Фрэнсис помолчал немного, а потом продолжил:

— Мы приняли смелое решение.

— Премию получает...

Лу Чжоу сидел в зале. Парень поправил воротник и собирался выйти на сцену.

— Петер Шольце из Германии!

Лу Чжоу был ошеломлен.

Что за???

Зал взорвался аплодисментами.

Худой, высокий мужчина встал и улыбнулся, а потом поклонился в знак благодарности.

— ...

"Какого хрена?"

"Где моя награда?"

Ло Вэньсюань посмотрел на Лу Чжоу, поскольку он тоже не понял, что произошло.

Аплодисменты постепенно стихли.

Мистер Фрэнсис стоял на сцене и тихо откашлялся, а потом продолжил:

— И Лу Чжоу — из Китая!

— ...

"Чертовы шутки!

Нельзя было сразу закончить предложение?

У меня чуть не случился сердечный приступ."

Постойте-ка...

Парень вдруг кое-что понял.

Премию Коула в этом году...

Присудили двум людям?

Глава 211. Самый молодой лауреат!

Это ошеломило не только Лу Чжоу, но и всех остальных.

Особенно — журналистов, которые ждали по обе стороны площадки. Журналисты посмотрели на сцену, словно акулы, почувствовавшие запах крови.

В этом году вручат две премии Коула!

Это большая и неожиданная новость!

Аудитория молчала пару секунд, а потом рассеянные хлопки развеяли тишину, пока аплодисменты, словно шторм, не охватили весь зал.

Ло Вэньсюань, сидевший рядом с Лу Чжоу, взволнованно хлопал в ладоши и с радостью сказал:

— Я ведь говорил, что эта награда — твоя!

Лу Чжоу улыбнулся, не зная, что ему ответить.

Парень еще не мог успокоиться после "шутки" старика Фрэнсиса.

Это его так удивило, что парень забыл свою речь!

Многих удивило решение Федерального математического общества, но никто не возражал.

Это лучший выбор.

Шольце также был шокирован, но улыбнулся Лу Чжоу и тоже стал аплодировать.

Аплодисменты постепенно стихли.

Профессор Делинь, сидевший в другом конце зала, сидел с удивленным лицом, через какое-то время он выразил свое мнение:

— Они приняли смелое решение.

— Да, присудить премии по алгебре и теории чисел одновременно... такого еще никогда не было, — с улыбкой сказал Эдвард Виттен и потом добавил:

— И... победили — еще так молоды.

Двадцати восьмилетний и двадцати однолетний — они считались очень молодыми.

Для ученых их поколения приятно видеть появляющиеся молодые таланты в их сферах.

Однако не все испытывали подобные чувства.

Делинь произнес:

— Похоже, что Фрэнсис готов принять критику и вопросы.

Эдвард Виттен улыбнулся:

— Он же все равно в следующем году — на пенсию, да? На его месте я сделал бы так же. Это — хорошее завершение карьеры.

Два гения вместе поднялись на сцену.

Президент федерального математического общества лично вручил им награды и поздравил их.

— Поздравляю! Желаю вам еще больших успехов в будущем! Итак, в этот волнующий момент, пожалуйста, не стесняйтесь сказать свои мысли.

Фрэнсис сделал шаг назад и сделал жест, приглашающий к микрофону.

В области алгебры — много наград, и премия Коула — не самая известная, но в области теории чисел она, безусловно, жемчужина короны.

В научных кругах горячо обсуждали, кто в этом году станет обладателем премии Коула.

Будет ли награда в области теории чисел, или, исходя из традиций, она будет по алгебре. Если первое, то результаты Шольца были бы проигнорированы, а если второе, то судьи теории чисел будут не удовлетворены.

Основная причина в том, что значение гипотезы о числах-близнецах и гипотезы Полиньяка — слишком велико. Многие профессора теории чисел провели всю свою жизнь, работая над простыми числами, и добились незначительного прогресса. В области теории чисел трудно совершить прорыв.

Когда Лу Чжоу доказал гипотезу о числах-близнецах, он использовал метод решета. Однако менее чем через год, Лу Чжоу предложил свой "метод групповой структуры".

Это — просто потрясающий прогресс!

Победители произнесли свои речи, и церемония награждения подошла к концу.

Математики стали расходиться, а репортеры мгновенно ринулись с микрофонами к победителям.

Один репортер спросил:

— Здравствуйте, я — репортер из газеты "Лос-Анджелес Таймс". Мистер Шольце, что вы собираетесь делать с призовыми деньгами?

— Куплю жене несколько красивых юбок, сухое молоко для ребенка... — ответил Шольце с улыбкой. — И, конечно, мне нужна новая пара туфель.

Камеры защелкали.

Репортер тут же сделал заметки у себя и написал завтрашний заголовок.

"Петер Шольце — математик-семьянин!"

Лу Чжоу с удивлением посмотрел на этого гения.

"Нихрена себе?

У этого парня есть дети?

Тебе ведь — только за двадцать!"

Другой победитель также не остался позади внимания репортеров.

На самом деле, репортеров больше интересовал, внезапно появившийся, китайский победитель.

Тем более, что ему — всего двадцать один год, он — самый молодой обладатель премии Коула!

Это — шокирующая новость!

Блондинка-репортер из британского "Дэйли Мэйл" спросила:

— Господин Лу Чжоу, что вы планируете делать с призовыми деньгами?

Парень подсознательно хотел ответить, что отложит их на собственный дом, следуя наставлениям отца.

Однако посчитал, что это будет немного не политкорректно. Поэтому Лу Чжоу с серьезным лицом произнес:

— Я собираюсь использовать эти деньги в качестве финансирования исследований, чтобы оспорить следующую гипотезу!

Репортер продолжила спрашивать:

— Какая ваша следующая цель?

— Гипотеза Гольдбаха — хороший выбор, — Лу Чжоу улыбнулся. — Но я также недавно обратил внимание на сигнал семисот пятидесяти ГэВ. Есть много вопросов, достойных дальнейшего изучения в математической физике, поэтому я могу направить свою энергию и деньги туда.

Репортеры вокруг него воскликнули.

Гипотеза Гольдбаха?!

Пик семисот пятидесяти ГэВ?

Хотя гипотеза Гольдбаха — менее важна, чем проблемы тысячелетия, ее сложность и влияние — на уровне "трех главных математических проблем современности". А в глазах общественности — она не ниже, чем проблемы тысячелетия.

Что касается характерного пика в семьсот пятьдесят ГэВ, то любой научный журналист знает об этом недавнем открытие.

Стажер предсказал этот характерный пик. А представитель ЦЕРНа сказал, что, возможно, это последний кусочек головоломки стандартной модели.

Может быть…

Лу Чжоу обнаружил еще что-то, связанное с этим пиком?

Парень создал головную боль для репортеров.

Его ответ — слишком длинный, и трудно придумать заголовок.

Лу Чжоу взглянул, как репортер записывала у себя что-то, и выругался про себя.

"...Черт, похоже, я слишком много ляпнул."

Он — не адронный коллайдер, и ему невозможно что-то найти сейчас.

Ему оставалось надеяться, что репортеры не будут слишком преувеличивать.

Глава 212. Сыпать соль на рану

Премия Коула по теории чисел и премия Коула по алгебре — совершенно разные награды. У каждого победителя — своя медаль и свой денежный приз.

Чек на сто тысяч долларов США вручили Лу Чжоу и Шольце вместе с соответствующими медалями.

Вечером Федеральное математическое общество устроило торжественный ужин в пятизвездочном отеле неподалеку от университета Беркли.

Поскольку скоро Рождество, на ужине стояла праздничная атмосфера.

Хотя там не было ни рождественской елки, ни Санта-Клауса, но все-таки Лу Чжоу увидел классическую жареную индейку и "Рождественское полено".

Будучи самым молодым обладателем премии и единственным лауреатом, который заставил федеральное математическое общество сделать исключение из правил, парень, естественно, стал центром внимания на этом торжественном банкете.

Особенно — для людей, занимающихся теорией чисел.

Многие воспользовались этой возможностью, чтобы пообщаться с Лу Чжоу.

Более молодые и менее опытные ученые, в основном, обменивались с ним парой фраз и выпивали бокал... просто, чтобы показаться перед ним.

В глазах молодых математиков Лу Чжоу считался старшим.

Получить премию Коула в двадцать один год... скорее всего, скоро его ждет Филдсовская премия?

Это лишь вопрос времени.

После общения с людьми, которые продолжали спрашивать его адрес электронной почты и Facebook, Лу Чжоу ощутил небольшой голод. Парень поставил бокал из шампанским на стол, взял тарелку и принялся искать еду.

По совпадению, когда Лу Чжоу попросил официанта отрезать ему ножку от индейки, он встретил там Шольце.

Эти двое были заинтересованы в общении друг с другом, поэтому они нашли место и сели.

Вначале Лу Чжоу и Шольце говорили о математике, но поскольку они были из разных областей, вскоре молодые мужчины перешли на общие темы.

Лу Чжоу спросил:

— Я слышал, что ты — женат?

— Да, на второй год после того, как меня взяли профессором в Боннский университет, я сделал предложение своей жене. Мы вместе уже три года.

— Ничего себе, я этого не знал. Мы с тобой — близки по возрасту, но ты — уже отец.

— Ничего удивительно, мне уже двадцать восемь лет, — улыбнулся Шольце и спросил:

— А ты? Когда собираешься пожениться?

— У меня пока нет планов жениться.

Лу Чжоу вдруг пожалел об этом...

"И зачем я первым заговорил про это?"

Шольце улыбнулся и сказал:

— Быть женатым — не всегда весело. Меньше свободы, нежели когда ты — один. Я думал так же, как ты... Пока не встретил ее... на самом деле, семья принесла мне больше счастья, чем я мог представить, и уступает только математике. Особенно потому, что она принесла мне милого маленького ангела, который все время играет с моими медалями.

Да, медали можно использовать как игрушки для детей.

Если он выиграет Филдсовскую премию, то множество людей будут плакать.

Начав разговаривать о своей жене и дочери, Шольце уже было невозможно остановить, он рассказал все с самого начала — от их встречи в университете Бонна до клятвы друг другу перед Мюнстерским собором...

— Серьезно, мой друг. Я искренне предлагаю попробовать тебе начать серьезные отношения. Иначе ты упускаешь важную часть жизни, — с улыбкой произнёс Шольце, — Гарантирую, что это не отразится негативно на твоих математических работах, даже наоборот — скорее вдохновит.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и не хотел больше говорить на эту тему.

К черту!!!

"Ты думаешь, я не хочу серьезных отношений?"

……………….

На следующий день Лу Чжоу проснулся немного позже обычного. Парень проспал до полудня и чуть не пропустил дневную лекцию.

Он быстро почистил зубы, умылся и переоделся, после чего отправился слушать доклад.

Докладчиком был Хельфготт, перуанский математик из Франции!

Содержание доклада касалось гипотезы Гольдбаха!

Два года назад этот французский математик использовал "круговой метод", чтобы доказать меньшую гипотезу, связанную с гипотезой Гольдбаха. Каждое нечетное число, большее 10^30, можно выразить как сумму простых чисел.

Что касается нечетных чисел, меньших 10^30, то проводились вычисления с помощью компьютера, и подтвердилось, это было верным.

Хотя этому доказательству не хватало некоторой математической красоты, но факт остается фактом, и гипотеза была доказана для нечетных чисел, и теперь осталось проверить гипотезу Гольдбаха для четных условий.

В отличие от метода доказательства "a + b", предложенного Брауном, "круговой метод", используемый французским математиком Хельфготтом, — еще одна идея для доказательства, а также очень многообещающий метод в теории чисел.

С помощью этого метода Хельфготт свел бесконечную задачу к нижней границе, которую можно было рассчитать. Все нечетные числа, превышающие этот предел — правильные, а что касается нечетных чисел, меньших этого предела, то их можно было проверить, один за другим, при помощи компьютера.

В настоящее время математическое сообщество приняло результаты исследований Хельфготта. Именно поэтому его пригласили выступить с часовой лекций на конференции.

Естественно, Лу Чжоу не пропустит этот доклад.

Лу Чжоу внимательно слушал и даже сделал несколько заметок.

Хотя премия Коула — лестная награда, но парень понимал, что его сильные стороны еще есть куда развивать, и не витал в облаках.

Настолько, что даже не заметил, что вызвал еще одну сенсацию в Китае.

……………………….

"Бомба!!! Обладатель премии Чжэнь Шэньшэня по математике получил еще одну международную награду!"

Ши Шан сидел за домашней работой и попутно просматривал новости на телефоне, когда вдруг сказал:

— Черт, Чжоу — опять за свое!

В день, когда вручали премию Коула, имя Лу Чжоу снова прогремело по всему университету.

Эффект после премии Чжэнь Шэньшэня даже не утих, а Лу Чжоу уже получил еще одну награду.

В этот раз его боготворили все факультеты, а не только математический.

Будучи первым Китайским обладателем премии Коула и самым молодым в истории, славы Лу Чжоу достаточно, чтобы профессора могли хвастаться весь год.

Эта награда еще более ценна для математической кафедры, поскольку раньше в их существовании вообще не было смысла.

Хуан Гуанмин поднял голову и сказал:

— Жуй, они снова поменяли плакат перед школой!

Лю Жуй поднял голову и ничего не сказал.

Хуан Гуанмин увидел, что Лю Жуй не отвечает, поэтому он уточнил:

— Лю Жуй, там все еще имя Лу Чжоу!

Лю Жуй все еще молчал.

— Бро, пойдем сегодня поужинаем в столовой.

— ....

Да какого хрена!

Может, уже хватит хвастаться Лу Чжоу?

Лю Жуй швырнул ручку на стол.

В двести первой комнате вновь раздался слабый крик.

Глава 213. Ступенька к вершине

Полное название кругового метода — "круговой метод Харди — Литтлвуда". Это не только важный инструмент для изучения гипотезы Гольдбаха, но и для всей аналитической теории чисел.

Этот метод появился не для гипотезы Гольдбаха. В настоящее время среди математиков общепризнано, что гипотезу Гольдбаха впервые ввел Харди при изучении "асимптотического анализа целочисленного деления". А потом, когда Харди и Литтлвуд сотрудничали по проблеме Варинга, этот метод был полностью завершен.

До важного инструмента для изучения гипотезы Гольдбаха этот метод расширили уже другие математики.

Например, Хельфготт, который сейчас вел лекцию, один из них.

— Гипотеза Гольдбаха заключается том, что любое четное число, большее двух, можно записать как сумму двух простых чисел. Назовем это гипотезой А.

— Поскольку нечетное число минус нечетное простое число будет четным числом. Отсюда из гипотезы А можно вывести гипотезу Б. Любое нечетное число, большее девяти, можно записать как сумму трех нечетных чисел.

Хельфготт сделал паузу, а потом продолжил:

— "Круговой метод", о котором я говорю, позволяет доказать часть гипотезы Гольдбаха, а именно гипотезу Б.

Если гипотеза А будет верна, то и гипотеза Б — тоже будет верна.

Но обратное — не верно.

Почему так? Это связано с очень интересным моментом в логической математике. Это трудно описать с помощью простой математики, но если просто, то множество "сумма нечетных чисел и нечетных простых чисел больше девяти" — не эквивалентна множеству "любых четных чисел". Существует бесконечно много элементов, и нет исчерпывающего доказательства.

Фактически, с абстрактной точки зрения, "четное множество" кругового метода форма "один плюс один" метода решета. Оба — не завершены, и не достигают главного.

Однако эта, возможно, малая часть имела решающее значение.

После краткого вступления Хельфготт начал писать на доске ряд расчетов.

[...когда 2 || N, существует r3 (N) = 1 / 2n (N2 / N3) ∏ (1-1 / (p-1) 2) ∏ (1 + 1 / (p-1) 2), (1 + O (1))]

Взглянув на формулу, у Лу Чжоу мгновенно "загорелись" глаза.

Эта не просто строчка... Это одно из многих выражений Харди и Литтлвуда, представленных в работе тысяча девятьсот двадцать второго года!

При изучении гипотезы о числах-близнецах парень сверялся с этой работой и даже процитировал некоторые ее части.

Именно поэтому Лу Чжоу воодушевился.

Похоже, этот доклад будет очень интересным.

Пожилой мужчина перед доской молча продолжал писать маркером.

В аудитории все тихо сидели.

Все остальные тоже внимательно и со всей серьезностью следили.

Как и везде, в математике есть специализации, даже опытные старые профессора не могут мгновенно углубиться в чужую область. Поэтому статьи докладов заранее публикуют на сайтах конференции для предварительного просмотра, а предполагаемые рассматриваемые вопросы указываются в примечаниях.

Если на докладе не будет дан ответ на интересующий вопрос человека, то его можно задать во время части "вопросов-ответов". Так проводятся академические доклады. Это — не просто посидеть и послушать.

Через сорок минут Хельфготт, наконец, перестал писать и обернулся.

— Это основной процесс доказательства, если у вас есть какие-либо вопросы — можете спрашивать.

Лу Чжоу поднял руку.

Хельфготт посмотрел на парня и кивнул.

Лу Чжоу встал и спросил:

— У меня есть сомнения относительно формулы в тридцать четвертой строке. В операции =∑a(n)z^n+δ (n) вы непосредственно выводите каждое целое число n>0. Я предполагаю, вы использовали теорему Коши-Гурса или теорему об остатках. Но как вы определяете, что функция f(s) является голоморфной?

По залу прошелся шепот.

Очевидно, парень задал вопрос, интересующий многих, присутствующих здесь, людей.

— Хороший вопрос, — сказал Хельфготт, глядя на Лу Чжоу, после чего записал на доске ряд вычислений и спросил:

— Теперь понятно?

Лу Чжоу посмотрел на расчеты и кивнул.

— Понял, спасибо.

Парень снова сел и переписал строчку формулы в свой блокнот.

Хотя его основное исследование посвящено методу решета, но метод Хельфготта также может вдохновить его. Занимаясь академическими обменами, Лу Чжоу мог усовершенствовать свою собственную теорию и использовать разницу во мнениях как способ получения вдохновения.

Когда парень уже дописывал, кто-то рядом с ним осторожно ткнул его в руку.

— Извините, могу я спросить у вас?

Спрашивала девушка с бледной кожей и слегка вьющимися светлыми волосами.

Эта девушка выглядела слишком молодой и была немного ниже Лу Чжоу. Скорее всего, она — студентка в Беркли… Но парень не поверил, что эта девушка могла быть аспирантом.

Хотя ее английский был немного груб, но голос у нее был приятным.

Но Лу Чжоу не волнует голос, если речь идет о математике, парень всегда готов пообщаться:

— Да, конечно, слушаю.

Девушка моргнула и указала на белую доску, когда спросила:

— Извините, но... что вы узнали из этого?

Глядя на эту строчку, она совсем ничего не поняла.

— Ты про эту формулу? — спросил Лу Чжоу, после чего он терпеливо объяснил:

— Поскольку I (n) = ∫{f(s)/s^(n+ 1)} ds=2n интеграл, можно использовать теорему об остатках в исходной форме. Идея профессора Хельфготта немного пугает, ее действительно трудно понять. Просто подумай об этом еще.

Под объяснения Лу Чжоу девушка начала делать записи.

Глядя на ее способ делать записи со всеми подробностями, парень стал более убеждённым, что она, скорее всего, бакалавр.

Однако может ли простой студент, действительно, понять подобный доклад?

Боясь, что она может бояться спросить непонятное, Лу Чжоу поинтересовался:

— Есть еще вопросы?

— Спасибо, нет... извините, не могли бы вы дать мне свой адрес электронной почты? У меня есть еще вопросы… к вам, — поскольку она нервничала, девушка случайно прикусила язык, когда говорила, и покраснела.

Видно, что она — не очень хороша в общении.

Лу Чжоу тоже был не очень хорош в общении, поэтому он обратил внимания и спокойно ответил:

— Конечно. К тому же, не надо все время извиняться. Я — Лу Чжоу, а ты?

— Я знаю, что вы — Лу Чжоу. Я видела вас на церемонии открытия, — сказала девушка и, может быть, поскольку поняла, что сама еще не представилась, смущенно добавила:

— Я — Вера. Учусь в Беркли... меня очень интересует чистая математика, особенно — теория чисел.

Звучит как ивритское, русская?

Лу Чжоу неосознанно посмотрел на грудь девушки. Хотя она не была плоской, но очень близка к этому.

Эм...

Вряд ли...

— Просто из любопытства, сколько тебе лет?

— Семнадцать…

Парень удивленно посмотрел на нее:

— Семнадцатилетняя девушка может посещать Беркли?

Лу Чжоу даже не окончил школу в свои семнадцать.

— Я — золотая медалистка олимпиады по математике... — произнесла девушка и улыбнулась. — Конечно, это ничто по сравнению с решением двух гипотез…

— Нет, золотая медаль олимпиады по математике впечатляет. Будь увереннее в себе. Удивительно, ты получила золотую медаль в пятнадцать? Когда ты окончила школу?

Последний вопрос Вера оставила без ответа, поскольку Хельфготт объявил о завершении доклада, закончив отвечать на вопросы.

— Нам еще предстоит пройти долгий путь, чтобы полностью решить гипотезу Гольдбаха. Спасибо, что пришли!

Хельфготт кивнул и под аплодисменты спустился со сцены.

Поскольку Лу Чжоу не принимал участия в олимпиадах по математике, ему было интересно. Парень хотел еще немного пообщаться с этой девушкой, но было уже поздно. Поэтому Лу Чжоу собрал свои вещи и быстро покинул зал.

Глава 214. Нелегко же тебя вытащить

На самом деле, Хельфготт — не первый человек, который оспорил гипотезу Гольдбаха. Давным-давно советский математик Виноградов доказал, что "любое, достаточно большое, нечетное число может быть представлено в виде суммы трёх простых чисел".

Эта гипотеза известна, как "теорема Виноградова-Гольдбаха" или как "теорема о трех простых числах".

Другой советский математик, Константин Бороздин, определил границу "достаточно большого числа".

Однако число состояло из четырех миллионов цифр. Даже суперкомпьютеры не могли это проверить.

В две тысячи тринадцатом году Хельфготт, наконец, сократил четыре миллиона цифр до тридцати цифр. Компьютеры, по крайней мере, могли справиться с этим числом.

Во время доказательства о числах-близнецах Лу Чжоу использовал и ссылался на теорему о трех простых числах, поэтому он впечатлился.

Вернувшись в отель, парень заперся и начал аккуратно оформлять свои записи.

Многие мысли Хельфготта были интересны. Будь то выбор функций степенного ряда или решения прогрессивных задач, у него много инновационных идей.

Казалось, что в течение последних двух лет этот профессор был не удовлетворен слабым успехом в гипотезе Гольдбаха. Поэтому профессор Хельфготт продолжал совершенствовать свою теорию.

По сравнению с докладом две тысячи тринадцатого года, этот отчет был более кратким и строгим.

Перебив свои заметки на ноутбук, Лу Чжоу улегся на кровати со своими записями и начал думать.

"Мне продолжить использовать метод решета?

Или использовать круговой метод?"

Над этим стоило поразмыслить...

Первый — почти не менялся в течение десятилетий, в то время как второй — плодотворно развивался.

"Вопрос только в том, как найти хорошую, достаточно малую, нижнюю границу в большом наборе четных чисел?" - размышлял Лу Чжоу, он перевернул страницу и пробормотал:

— Это доказательство напоминает гипотезу о числах-близнецах.

Вдруг в его дверь постучали.

Лу Чжоу отбросил записи в сторону, встал с кровати и пошел открывать дверь.

Ло Вэньсюань стоял в коридоре и весело поприветствовал его:

— Привет.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Что-то случилось?

— Скоро Рождество. Не говори мне, что планируешь сидеть в комнате и учить математику, — сказал Ло Вэньсюань и вытащил два билета.

— Двадцать третьего будет баскетбольный матч. Друг дал мне два билета. Не хочешь вместе со мной сходить?

Двадцать третье будет послезавтра.

Если Лу Чжоу правильно помнил, в тот день будет часовая лекция.

Обычно часовая лекция предоставляется либо для крупного открытия, либо для известного человека.

Лу Чжоу не хотел пропустить это мероприятие.

Поэтому парень покачал головой и отказался:

— Извини, но мне не очень нравится баскетбол. Также в тот день будет отчет, который я не хочу пропустить. Может... найдешь кого-нибудь другого?

Брат Ло Вэньсюань глубоко вздохнул и с побежденным лицом произнес:

— Не надо так, брат. Ты скоро приедешь в Принстон, так что тебе придется постараться вписаться в здешний образ жизни. Это не Китай... по крайней мере, тебе следует увлекаться хоть одним видом спорта.

Лу Чжоу немного подумал, а потом ответил:

— Не думаю, что нужно заставлять себя приспосабливаться к чему-то. Я предпочитаю жить в своем собственном ритме, а не адаптироваться.

— Ладно, может, ты и прав, — сказал Ло Вэньсюань, а потом взглянул на билеты в своей руке. — Но все же рекомендую обзавестись тебе хобби. Это поможет тебе найти темы при общении, а также поможет расслабиться.

Парень улыбнулся:

— Я подумаю над этим.

— Кстати, не хочешь пойти сегодня выпить? Я нашел хороший бар неподалеку.

Последние несколько дней Лу Чжоу провел, изучая математику, и он хотел отдохнуть, поэтому парень с улыбкой согласился:

— Конечно, почему бы и нет.

Ло Вэньсюань улыбнулся и сказал:

— Ха-ха-ха, нелегко же тебя вытащить.

…………………………...

Весть о премии Коула уже три дня ходила по Китаю. Даже по прошествии трех дней все еще, время от времени, выходили статьи про это.

Лу Чжоу — первый китаец, который выиграл премию Коула. Естественно, СМИ будут освещать подобное событие.

Хотя премия Коула — несравнима с Нобелевской премией, она все же — международная награда!

С нового тысячелетия теория чисел являлась слабой стороной китайских математиков.

Появление премии Коула разрушило это проклятие.

Не только Цзиньлинский университет радовался за Лу Чжоу, но и его школа в Цзянлине.

Они еще не успели снять старый плакат по случаю получения Лу Чжоу премии Чжэнь Шэньшэна, как уже вывесили новый.

"Поздравляем Лу Чжоу, выпускника тринадцатого года нашей школы, с получением международной математической награды: Премии Коула в теории чисел!"

Цзянлинская школа, кабинет математики.

Сяо Тун постучала в дверь кабинета и подождала, пока не услышала "войдите", после чего вошла.

Она была на занятиях, как ее неожиданно вызвал старик Ма.

И это не предвещало ничего хорошего.

Из всех учителей у него — худший характер.

Старик Ма любил патрулировать классы и изымать телефоны. Многие ученики боялись его, для них он был просто дьяволом.

Сяо Тун осторожно подошла к его столу. Она уже собиралась спросить, что случилось, когда старик Ма улыбнулся и отодвинул стул.

— Иди сюда, сядь.

Девушку потрясло не типичное поведение преподавателя.

С каких пор старик Ма стал таким добрым?

Однако учитывая, что это может быть затишьем перед бурей, девушка послушно села.

— Сяо Тун, как твоя учеба в последнее время?

Сяо Тун задумалась на мгновение и уверенно ответила:

— Все в порядке...

Учитель улыбнулся:

— Спрашивай меня, если что-то не понимаешь.

Девушка больше не могла этого выносить, поэтому она вздохнула и серьезно спросила:

— Учитель, я провалила свой ежемесячный экзамен? Просто скажите, что у меня там?! Я буду усердно учиться. Если вы злитесь, то отругайте уже меня!

— Нет-нет-нет, твои результаты — хорошие! Как твои отношения с классом... тебя никто не запугивает? Ты можешь рассказать мне, — сказал старик Ма с серьезным видом.

Сяо Тун ничего не понимала и сказала:

— Нет, мои одноклассники — хорошие, и я дружу со многими... учитель, просто скажите прямо, что нужно. Мне еще надо делать домашнюю работу.

Старик Ма кашлянул и сказал:

— У меня только один вопрос. Лу Чжоу... твой брат занят?

— Должно быть, он — очень занят.

Преподаватель тут же спросил:

— Но он же вернется на Новый год?

Сяо Тун задумалась:

— Конечно, он должен вернуться на Новый год. Что-то случилось?

Учитель улыбнулся и пояснил:

— Дело в том, что руководители хотят, чтобы Лу Чжоу выступил с речью в своей старой школе и рассказал о своем опыте обучения. Не могла бы ты узнать, будет ли у него время? В любое время, когда он свободен!

И всего то?!

Ей хотелось закатить глаза. Девушка думала, что у нее проблема, и поэтому ее вызвали в кабинет к учителю. Сяо Тун ответила:

— Я узнаю у брата.

Старик Ма улыбнулся и произнес:

— Ха-ха, спасибо тебе!

Глава 215. Это нелегко даже для гения

Можно сказать, что за эти несколько дней Лу Чжоу добился значительных успехов.

И не только на научном уровне, но и на уровне связей в академических кругах.

Парень встретился со многими людьми, о которых раньше читал лишь в учебниках и новостях, и только это уже было невероятно.

Например, Аим Брезис, член Французской академии наук. Лу Чжоу читал его учебник по функциональному анализу, в котором объяснение Брезис пространства Соболева произвело на Лу Чжоу неизгладимое впечатление.

Этот пожилой француз — очень интересный и радушный. Особенно после того, как он услышал, что парень читал его работы, он стал еще более дружелюбным к нему. Аим Брезис неоднократно говорил, что если Лу Чжоу когда-нибудь приедет во Францию, то может, не стесняясь, найти его.

У Аим Брезиса имелась хорошая коллекция книг, в том числе — рукописей Эйлера.

Помимо него, Лу Чжоу также встретил китайского математического гения — Тао Теренса (П.П. он же — Тао Чжэсюань).

Парень не ожидал, что Тао Теренс будет таким жизнерадостным человеком, представляя его другим.

К тому же, этот математический гений выглядел слишком молодо, и трудно было поверить, что ему уже за сорок.

Поскольку Тао Теренс родился в Австралии, то не говорил на мандаринском. И хотя он мог говорить на кантонском диалекте, Лу Чжоу не мог понять его, поэтому, к сожалению, им пришлось общаться на английском.

На четвертый день конференции, после окончания часового доклада, Тао Теренс пригласил Лу Чжоу посетить его кабинет.

Сначала они поговорили просто на разные темы, а потом начали обсуждать различные научные вопросы.

Обменявшись с Тао Теренсом несколькими словами, парень не мог не подумать:

"Должен признать... Он, действительно, математический гений! Тао Теренс — способный во всех областях математики. Хотя, может, и не во всем преуспел, но прекрасно разбирается в различных темах."

В сентябре этого года он решил проблему несоответствия Эрдёша тысяча девятьсот восьмидесятых годов, с классической проблемой теории чисел, которая не входила в сферу исследований Тао Теренса.

Однако это не настолько важно, как гипотеза Полиньяка, поэтому Лу Чжоу переключил все внимание на себя.

— Ты изучаешь гипотезу Гольдбаха?

— Да, вы исследовали ее раньше?

— Я попробовал в начале этого года, но быстро понял, что не смогу ее решить. Мне лучше даются направления уравнений в частных производных и гармонический анализ, — смущенно улыбнулся Тао Теренс, признавая свою слабость, — Я видел твою статью в математическом ежегоднике. И меня вдохновил твой метод. Я подумал, что, улучшив его на основе теоремы Чэня, можно будет решить эту столетнюю проблему… однако, мне не удалось.

Лу Чжоу нахмурился и спросил:

— Метод решета не работает?

Утверждение Тао Теренса — плохая новость для парня, поскольку этот метод был для него одной из альтернатив.

— Не работает... по крайней мере, я не справился, — Теренс покачал головой и начал писать на бумаге.

"∑ | s (αm) | 2? ∑ | αn | 2, где an принимает произвольное число."

"S (α) = ∑an, nz, a1 ... an — множество действительных чисел…"

"…"

Глядя на расчеты на бумаге, парень дотронулся до подбородка и нахмурился, задумавшись.

Тао Теренс перестал писать и сказал:

— Все же, это твой метод, а я лишь прочитал о нем.

— Нет, профессор Цельберг — тот, кто впервые ввел топологию в метод решета. Я только сделал некоторые небольшие улучшения, и вы тоже, очевидно, внесли серьезные улучшения, — Лу Чжоу улыбнулся, глядя на формулы. — Поскольку am — хорошо распределен, почему бы не рассматривать R^(-1)·∑|S (am)|2 как ∫ / S (α ) / 2da Римана...

Глаза Тао Теренса загорелись, и он спросил:

— Что тогда?

— Значение R = 1 мы можем получить с помощью неравенства Коши-Буняковского… — произнес парень, и поскольку он не мог объяснить все четко словами, взял ручку и начал писать.

"/S (α1) / 2≤N∑ / an / 2."

Тао Теренс сказал:

— Это интересная идея... мы должны найти значение N (δ), тогда мы можем найти ∆.

Лу Чжоу кивнул:

— Да, но ∆ не будет намного больше, чем N+δ^(-1). Проблема заключается в n.

Некоторое время Тао Теренс и Лу Чжоу молча сидели, потом одновременно подняли глаза и улыбнулись друг другу.

Но их улыбки были полны горечи.

Метод не работал!

Тао Теренс бросил ручку на стол и глубоко вздохнул.

— Гипотеза Гольдбаха — слишком сложна. Это может занять десятилетия, чтобы решить ее. Возможно стоит попробовать круговой метод, ведь, если честно, метод решета может не работать.

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— В свободное время я изучу его, но я все еще верю в метод решета. Думаю, у него все еще есть потенциал.

— Не хочешь преподавать в Беркли? Мы могли бы вместе эту гипотезу изучать... Если, конечно, не считаешь меня глупым, — Теренс улыбнулся.

— ...

"...Если вы с IQ двести тридцать — глупы, то что с людьми, у которых IQ — сто?"

Впервые парень осознал, как же трудно разговаривать со слишком скромными людьми.

Лу Чжоу ответил:

— Я все еще не получил докторскую степень. В начале следующего года я, скорее всего, поеду в Принстон, чтобы там учиться и, все-таки, получить эту докторскую степень.

— Ты все еще не закончил? — удивился Теренс, посмотрев на Лу Чжоу. — Ну, ладно... китайские университеты, действительно, строгие.

— Я начал учебу на магистратуре лишь в начале этого года.

— О, понятно, — Тао Теренс понимающе улыбнулся. — Когда я учился на магистра, у меня было то же самое. Мой научный руководитель заставил меня учиться еще год, прежде чем отпустил.

Тао Теренс написал свою электронную почту и дал ее Лу Чжоу.

— Давай поддерживать связь, я напишу тебе, если обнаружу что-то новое.

— Хорошо. Договорились.

Лу Чжоу кивнул и взял листок бумаги, после чего он также на листке написал свою электронную почту.

Возвращаясь в отель, Лу Чжоу думал об этой проблеме, пока не ощутил голод.

Посмотрев на время, парень заметил, что скоро уже обед, и, развернувшись, зашел в барбекю-ресторан.

Лу Чжоу заказал ребрышки и положил девятнадцать долларов на прилавок, потом нашел место, где мог сесть.

Хотя все говорили, что мясо в штатах — дешевле, он так не считал.

Девятнадцать долларов — это было почти сто десять юаней.

Тут худая официантка принесла огромную тарелку с едой и поставила ее на стол Лу Чжоу.

Увидев, что лежало на тарелке, брови парня дернулись.

Лу Чжоу думал, что это будут ребрышки, которые не раз видел по телевизору. И не ожидал увидеть целую кучу ребер! Этого хватило бы на троих!

На тарелке также присутствовал печенный картофель с маслом и сметаной, красная тушеная фасоль по-мексикански и какой-то густой суп...

Глядя на все это, парень решил, что оно того стоит.

Однако это явно не для одного человека.

Наконец-то Лу Чжоу понял, почему в Америке все такие толстые.

— Сэр, вы довольны едой?

Лу Чжоу внезапно опомнился, что еще не дал официантке чаевых, после чего достал из кармана два доллара.

Но вдруг он узнал официантку.

Лу Чжоу вложил банкноты в ее руку и спросил:

— Ты здесь работаешь?

— Да, — смутившись кивнула Вера.

— У тебя нет стипендии?

Лу Чжоу также работал неполный рабочий день, чтобы оплачивать свое обучение и проживание, поэтому он не думал, что с этим что-то не так.

Но парень удивился, поскольку, как он помнил, американские стипендии легко получить, особенно — золотому медалисту олимпиады. Ей должно быть легко окончить университет, не потратив ни копейки.

Вера не ожидала встретить здесь Лу Чжоу. Девушка неловко улыбнулась и сказала:

— У меня есть стипендия.

Если бы она хотела подзаработать на путешествия или попробовать жизнь, то ответила бы спокойнее.

Видя, что она особо не вдается в подробности, парень понял, что у нее такие же причины, как и у него, и не стал поднимать эту тяжелую тему.

— Ты — русская?

Вера покачала головой.

Когда Лу Чжоу увидел ее неловкое выражение лица, он почувствовал, что не должен был задавать подобный вопрос.

Внезапно повар с кухни позвал девушку.

Вера быстро обернулась и ответила ему, после чего поклонилась Лу Чжоу и поспешила обратно на кухню.

Глава 216. Выпендреж - не слишком хорошая привычка

По реакции девушки Лу Чжоу мог догадаться, в чем дело.

Вздохнув, парень отрезал кусок от жареного ребра и сунул его в рот.

— Бедное дитя...

Мир — слишком жесток.

Лу Чжоу повезло родиться в мирной стране.

Парень попытался съесть как можно больше. Что касается оставшегося, то у него не было выбора, и он мог лишь сдаться.

Глядя на оставшуюся половину еды, Лу Чжоу подумал про себя:

"Если бы заранее знал, что тут подают так много еды, то попросил бы Ло Вэньсюаня пойти со мной."

Впрочем, на вкус…

Довольно вкусно.

Лу Чжоу, хорошо покушав, покинул ресторан и вернулся в свой отель.

Вернувшись, парень начал организовывать свои сегодняшние заметки.

Внезапно зазвонил телефон.

Взяв трубку, Лу Чжоу услышал знакомый голос, это был профессор Тан:

— Когда ты планируешь вернуться в Китай? Ты вернешься в университет в этом году?

Услышав эти вопросы, парень быстро понял, почему профессор об этом спрашивает:

— Скоро Новый год, я собираюсь вернуться прямо домой.

Ответ Лу Чжоу не удивил профессора, и он с интригой в голосе сказал:

— Ты не вернешься в университет? Здесь тебя все еще ждет награда.

— Награда? Какая награда?

— Ты же теперь — студент магистратуры? Поэтому можешь быть номинирован на ежегодную премию. И тебе не надо ничего подготавливать как в прошлом году, просто надо выйти на сцену и получить свою награду.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Эм... пусть эту награду получат те, кому она нужна. Я уже получал ее. С удовольствием дам другим людям шанс!

Ежегодная награда Цзиньлинского университета очень ценилась в Китае.

Она, считай, гарантировала трудоустройство. Любая компания хотела взять на работу человека с этой наградой.

Однако, поскольку Лу Чжоу уже выиграл премию Коула, его уже не интересовали подобные малые награды.

Профессор Тан уточнил:

— Ты, правда, не хочешь получить эту награду?

— Нет, мне она не нужна!

Старый Тан улыбнулся и не стал настаивать. Вместо этого профессор сказал:

— Ладно... тогда университету не придется отдавать тебе миллион юаней. Но нет — так нет, я тебя в этом поддерживаю.

— Пфф...

Лу Чжоу чуть не выплюнул воду.

Парень похлопал себя по груди и откашлялся, после чего быстро спросил:

— Сколько?

Старик Тан улыбнулся и ответил:

— Какая разница? Тебе все равно не нужна эта награда.

— Разве она не составляла десять тысяч? Откуда взялся миллион юаней?

— Другие получают по десять тысяч юаней, но тебе выделяют миллион, — профессор Тан улыбнулся. — Это новое решение, принятое университетом, я узнал про это от декана.

— ...

Заметив, что парень не находил слов, профессор Тан с улыбкой поставил термос-кружку.

Через некоторое время он вздохнул и сказал:

— Ты сильно изменился за последний год. Но твоя любовь к деньгам не меняется! Это не есть что-то плохое, поскольку деньги нужны на исследования. И без денег ты не женишься... но всегда помни, что в жизни нельзя выводить деньги на первое место, иначе когда-нибудь очень пожалеешь.

— Я все понимаю! — со всей серьезностью ответил парень. — Конференция заканчивается двадцать третьего числа. Если я нужен в университете, то немедленно вернусь.

Профессор Тан улыбнулся и покачал головой:

— Все нормально, если чего — церемонию можно отложить. Я поговорю с ректором.

Лу Чжоу улыбнулся:

— И эм… учитель, этот же миллион юаней — еще в силе?

— Да, конечно!

Ситуация отличалась от прошлого года.

Лу Чжоу уже получил две влиятельные награды, что сделало его знаменитым. Получая эту награду от университета, парень делал это не для себя, а для чести своего университета.

Точно так же, как если бы Эйнштейн получил Нобелевскую премию, это честь не для Эйнштейна, а для Нобелевской премии.

Уровень подобной награды — слишком незначительный для самого парня. Поэтому, чтобы заставить Лу Чжоу вернуться и получить эту награду, университет "слегка" увеличил размер наградного фонда.

Университет даже готов перенести церемонию, чтобы парень смог приехать.

……………………….

Лу Чжоу неделю пробыл в Калифорнии и за два дня до рождества конференция, наконец-то, закончилась.

На этой конференции также вручили награду лучшему молодому докладчику.

Награду получил французский профессор, которому только исполнилось тридцать с небольшим. Его доклад был посвящен прорывной работе в области уравнений с частными производными.

Из-за плотного графика, парень пропустил лекцию этого французского профессора, но, судя по статье на сайте, докладчик действительно достоин этой награды.

Также на конференции вручили награду просто лучшего докладчика.

Ее несомненно получил профессор Хельфготт.

Его исследование гипотезы Гольдбаха — одно из самых блестящих результатов в этом году.

Если бы он уже ранее не получал премию Коула, то мог бы составить парню конкуренцию.

Впрочем, старика не сильно волновала награда, профессор Хельфготт был очень рад, что его результаты были признаны.

Конечно, ему также понравился бонус в размере двадцати тысяч долларов, ведь это был не маленький бонус к его профессорской зарплате.

После церемонии закрытия Лу Чжоу купил билет на самолет домой.

Первоначально парень планировал пересесть в Шанхае, после сесть на прямой рейс в Цзянчэн.

Однако университет любезно предложил ему вернуться и получить награду, от чего Лу Чжоу не мог отказаться.

И пока парень применял свои познания геометрии, чтобы как можно плотнее уложить вещи в чемодан, ему неожиданно позвонила сестра Сяо Тон.

Лу Чжоу ответил и включил громкую связь.

Девушка лежала в постели в пижаме и, зевнув, спросила:

— Брат, когда ты вернешься?

В Китае уже поздно и, похоже, девушка вот-вот заснет.

Лу Чжоу упаковывал шоколад, что купил сестре, и ответил:

— Вернусь до Нового года, а что такое?

Сяо Тон с интригой в голосе сказала:

— У меня — две хорошие новости, какую из них хочешь услышать?

— Ты стала первой в классе по результатам тестов?

Девушка удивленно воскликнула:

— Брат, ты — Бог!

В конце концов, Сяо Тон — его сестра, и должна обладать хотя бы половиной его таланта.

Лу Чжоу улыбнулся:

— А что еще может быть? Какая у тебя вторая хорошая новость?

Сяо Тон улыбнулась:

— Старик Ма спросил у меня, не хочешь ли ты прийти и выступить с речью в своей родной школе?

Лу Чжоу потерял дар речи и разочарованно спросил:

— И это, ты считаешь, хорошая новость?

— Конечно, это хорошая новость! Брат, ты не придешь?

Лу Чжоу было лень, но он все равно спросил:

— Ты хочешь, чтобы я пришел?

Глаза девушки загорелись:

— Да, да, да!

Лу Чжоу глубоко вздохнул:

— Тогда приду.

Сяо Тон обрадовалась еще больше:

— Ура! Брат, ты — самый лучший в мире брат!

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся...

Эта малявка, хоть она и умная, но очень любит хвастаться.

Выпендреж — не слишком хорошая привычка, когда же эта девочка научиться быть скромнее?

Глава 217. Возвращение назад в университет

На второй день после Рождества, недалеко от международного аэропорта Сан-Франциско.

Тао Теренс подвез Лу Чжоу до аэропорта и сказал с улыбкой:

— Счастливого полета.

— Большое спасибо, — ответил Лу Чжоу, доставая чемодан. — Как будет возможность — приезжай в Китай.

— Конечно!

Последние два дня Лу Чжоу обменивался математическими задачами с этим гением. Хотя у Лу Чжоу и Тао Теренса была двадцатилетняя разница в возрасте, они неожиданно хорошо поладили. Тао Теренс сам предложил подвезти Лу Чжоу до аэропорта, и парень быстро согласился.

Посадка еще не началась, поэтому Лу Чжоу ждал в терминале и читал "Дэйли Мэйл".

Внезапно его внимание привлек заголовок.

"Математическая проблема, которая преследовала математиков более века, гипотеза Римана была доказана нигерийским профессором Енохом из университета Адо-Экити!"

???

"...Какого черта?

Почему я об этом ничего не слышал?"

Лу Чжоу вошел на arXiv и стал искать эту статью.

Парень очень быстро нашел ее.

Однако Лу Чжоу потерял интерес к статье, даже не начав читать. Это потому, что статья попадала в раздел общей математики.

Arxiv давал подобную толерантную категорию для работ простых людей, которые хотели попасть в область математики. Статьи, попадающие в нее, в основном, бесполезны.

— ...

Парень наконец понял, почему эта газета заблокирована в поисковике baidu.

Западным журналистам следует более тщательно проверять источники.

Доказательство гипотезы Римана — это не только вопрос вознаграждения в миллион долларов. Это также означает, что тысячи других теорий будут доказаны.

Например, швед Кох предложил более точное выражение теоремы о простых числах, которая основывалась на гипотезе Римана. Его теорема гласила: π (x)=Lix+O(√ x·lnx).

Если гипотеза Римана окажется верной, то верна будет и его теорема.

Если гипотеза Римана окажется ложной, то вместе с ней будут похоронены тысячи других подобных формул.

Ее влияние — невообразимо.

Лу Чжоу пролистал статью и закрыл сайт.

В ней использовалась элементарная математика, чтобы "доказать" гипотезу Римана, поэтому это — пустая трата времени Лу Чжоу.

Парень смог догадаться, почему математический институт Клэя игнорировал это.

Подобная проблема существует в каждой стране.

Может быть, когда-нибудь Лу Чжоу также бросит вызов вершине математики — гипотезе Римана. Но сейчас важно разобраться с ближайшими проблемами. Гипотеза Гольдбаха и проект с профессором Вильчеком заняли все его время…

……………….

После долгого полета с пересадкой, Лу Чжоу наконец-то покинул аэропорт со своим чемоданом.

На этот раз университет не стал присылать приветствующую группу с баннером. Возможно, заведующий Лу заметил, что случилось в прошлый раз. Впрочем, толпа у аэропорта была все еще не маленькая.

У входа стояло несколько мерседесов. Лу Чжоу не подозревал, что университет — так богат.

Когда проходившие мимо пешеходы видели аккуратно припаркованные черные машины, они думали, что к ним приехала большая знаменитость, и неосознанно доставали телефоны и начинали фотографировать.

Декан Цинь вышел из машины и пожал руку Лу Чжоу.

— Поздравляю, Лу Чжоу!

Парень пожал руку декана и вежливо сказал:

— Вы — слишком добры.

— О чем ты? Ты — номер один в отечественной теории чисел! Такой подход просто необходим, чтобы отвезти героя домой! Хватит болтать на улице, садись быстро в машину.

Поскольку машины уже стояли, Лу Чжоу не отказался. Парень сел в машину вместе с деканом.

В университете знали, что Лу Чжоу переехал из общежития, поэтому они забронировали для него отель поблизости.

Сотрудники университета помогли ему с багажом.

Репортер с телевидения хотел взять у Лу Чжоу интервью.

Обычно парень отказывался давать интервью, но вспоминая про миллион юаней, охотно согласился.

Репутация Цзиньлинского университета всегда была хорошей, но все же — немного хуже, чем у того же университета Авроры или университета Чжи. А главная причина заключалась в том, что у университета не было знаменитых выпускников.

После того, как Лу Чжоу стал известным, количество людей, которые подали заявку в Цзиньлинский университет на математическую кафедру, удвоилось. Популярность других специальностей также возросла, университет наконец-то испытал влияние славы.

Ожидалось, что в две тысячи шестнадцатом году будет много поступающих по математическому направлению.

В связи с этим Лу Чжоу был доволен.

В конце концов, он пробыл тут три года и надеялся, что его университет с каждым годом будет становиться все лучше и лучше.

После интервью парень вернулся в отель и сразу лег спать.

Проспав до полудня, Лу Чжоу умылся и пошел в столовую на обед, после чего отправился в актовый зал.

Когда парень туда пришел, там уже присутствовали декан Цинь и ректор Сюй.

— Студент Лу Чжоу, — поприветствовал его с улыбкой ректор и дружески пожал ему руку. — Ты только вернулся из Америки, да? Ты, должно быть, устал?!

Парень еще не окончил университет, и все еще считался студентом.

К тому же, ректор не знал, как к Лу Чжоу правильнее обратиться.

Называть парня по имени — казалось немного излишним, поскольку Лу Чжоу не начал писать даже свою докторскую.

— Нет-нет, я совсем не устал, — улыбнулся парень. — Если университет нуждается во мне, я обязательно приеду.

Декан Цинь сказал:

— На этот раз церемонию награждения будут показывать по центральному телевидению! Ты подготовил речь?

— Будут показывать по центральному телевидению? — Лу Чжоу удивился.

Парень изначально думал, что максимум — покажут по местному телевидению.

В конце концов, Цзиньлинский университет — не Шуйму. И хотя ежегодные награды значились, но ведь были более значимые вузы.

— Долго рассказывать, но это, в первую очередь, из-за тебя, — ответил ректор Сюй. — Наша страна уделяет науке все больше и больше внимания. И все больше вкладывают инвестиций. Нам нужен молодой пример для подражания молодым людям. В любом случае, как твоя речь? Тебе нужна помощь.

Лу Чжоу вообще не готовил ее.

В конце концов, парень не чувствовал никакого давления от подобной маленькой награды. Лу Чжоу просто хотел сымпровизировать и думал, что мог бы использовать речь для премии Коула для основы.

Но его застали врасплох.

— Я помню про нее, — соврал парень.

— Ха-ха-ха, тогда ладно, — произнес ректор и серьезно посмотрел на парня. — Постарайся, мы надеемся на тебя!

— Да, да... я не подведу! — уверенно сказал Лу Чжоу, приободряясь.

Глава 218. Не потратьте впустую эти четыре года

Поскольку церемонию будут транслировать по центральному телевидению, Лу Чжоу пришлось отнестись к речи серьезно.

Как только декан Цинь и ректор Сюй ушли, парень со вздохом достал телефон, надеясь попросить помощь у кого-нибудь.

Но к кому обратиться?

Может, разместить пост на Weibo?

Но Лу Чжоу подумал, что подписчики сожрут его за хвастовство.

Внезапно у него появилась идея.

После того, как Сяо Ай перешел с первого уровня на второй, парень все еще не проверил, на что тот способен. Лу Чжоу мог бы воспользоваться этой возможностью, чтобы увидеть, насколько умным стал ии.

"Сяо Ай, помоги мне, пожалуйста, написать речь по случаю награждения где-то... на пятьсот слов."

Прошло совсем немного времени, как Сяо Ай ответил:

"∠(ᐛ"∠)_???"

— …

"Гребанная отсталость!

Я слишком наивен, раз понадеялся на него."

Лу Чжоу вздохнул и убрал телефон обратно в карман.

"Похоже, я могу лишь полагаться только на себя."

……………………….

Церемония награждения началась.

Будучи представителем выпускников, Лу Чжоу будет выступать последним.

Первыми выступали лучшие студенты года.

Лу Чжоу восхищался ими из-за кулис, пока набрасывал свою речь.

В этом году достижения студентов были не хуже, чем в прошлом.

Премию получил гениальный студент с кафедры программного обеспечения. Этот студент занимал первое место в рейтинге три года подряд и получил различные награды.

Возможно, из-за прошлогодней церемонии эта не выглядела так захватывающе, поскольку достижения Лу Чжоу затмевали всех.

Однако с факультета физики на сцене все же появился гениальный четверокурсник.

Вскоре подошел черед награждения студентов с магистратуры. Факультет физики стоял на равных с инженерным факультетом.

Неудивительно, что в этот раз брат Цянь также стоял на сцене.

Будучи одним из основных членов исследовательской группы профессора Ли Жунэня, его знания об углеродных наноматериалах превзошли знания многих аспирантов. Его импанкт-фактор был в районе девяти, поскольку брат Цянь опубликовал не менее трех статей по материаловедению в известных журналах.

Брат Цянь действительно заслужил эту специальную стипендию!

Вскоре настала очередь выходить на сцену Лу Чжоу.

Для него даже изменили фоновую музыку.

На экране позади Лу Чжоу показывались все его достижения.

"Получил в две тысячи пятнадцатом году математическую премию Чжень Шэншэня, получил международную премию Коула по теории чисел. Доказал теорему Чжоу, теорему о числах-близнецах и теорему Полиньяка…"

Даже одно из этих всех достижений было трудно получить самому обычному человеку.

С его появлением успехи предыдущих победителей померкли.

Лу Чжоу взял микрофон у ведущего и окинул взглядом аудиторию.

Возможно, парень повзрослел или изменилась аудитория, но у него сейчас было совершенно другое ощущение, нежели в прошлом году.

Лу Чжоу чувствовал это от этих взглядов.

Фактически, когда Лу Чжоу болтал с Ши Шаном в WeChat, парень узнал, что легенда про "Бога Лу" распространилась по всему университету.

Он получил степень бакалавра за два года, степень магистра — за год, и получил предложение из Принстона, в то время как большинство студентов его возраста учились еще на третьем курсе…

Студенты почти начали относиться к нему, как к настоящему Богу, и даже пробовали молиться Ему перед экзаменами…

Может быть, некоторые действительно молились ему?

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно заговорил:

— Спасибо большое профессорам и преподавателям, что помогали мне. Спасибо Цзиньлинскому университету за оказанную мне честь и спасибо руководителям университета и всем тем людям, что слушают меня сейчас…

— Для меня большая честь — снова стоять здесь!

— Я могу многое сказать о математике, как я говорил об этом множество раз на конференциях. Однако сейчас я не хочу говорить о математике. Я очень хочу сказать о нашем университете.

— Многие из вас, возможно, только недавно поступили в университет, и у вас еще осталось любопытство и волнение со школы, и вы спрашиваете себя, что вам нужно делать, чтобы этот энтузиазм, как можно дольше, не угас.

— Или второкурсники и третьекурсники, вы, наверняка, сейчас жалуетесь про себя, что не смогли уехать домой пораньше и были согнаны сюда студенческим советом.

Толпа громко расхохоталась. Они не ожидали, что Лу Чжоу будет таким откровенным.

Лу Чжоу тоже улыбнулся.

Декан Цинь, сидя внизу в первых рядах, кашлянул и взглядом попытался напомнить парню, что это показывают по телевидению.

Лу Чжоу откашлялся и с уверенностью продолжил:

— А кто-то, как и я, собирается покинуть университет.

Зал притих.

Наступила мертвая тишина.

Просто небывало тихо.

Лу Чжоу ухмыльнулся и сказал с чувством:

— В конце лета две тысячи четырнадцатого года я до позднего утра не спал, сидя в компьютерном классе. После чего я передал эстафету своему товарищу по команде, который не подвел меня.

— В октябре того же года из Пекина я привез кубок общества высшего образования. Это была моя первая встреча с наукой.

Лу Чжоу рассказал о своем решении гипотезы Чжоу, своем предпринимательстве, об исследовательском проекте углеродных наноматериалов и конференции в Принстоне.

Парень говорил долго, и скоро у него не осталось отведенного ему времени.

Однако никто не напомнил Лу Чжоу об этом, поскольку его речь всех завлекла.

Сотни пар глаз в толпе уставились на Лу Чжоу, ожидая, что он продолжит говорить и расскажет о жизненном опыте, о котором они никогда даже не слышали.

Наконец, парень подвел итоги последних полгода двумя предложениями:

— Летом две тысячи пятнадцатого года я был в штаб-квартире ЦЕРНа с профессором Лу и студентом Янь, представляя китайскую группу сотрудничества LHCb.

— В октябре я выиграл премию Чжень Шэншэня по математике, а в декабре — премию Коула по теории чисел.

Лу Чжоу улыбнулся и на мгновение остановился:

— Мне нечего сказать о моем опыте обучения. Возможно, библиотекарь скажет об этом больше меня. Но по поводу университетской жизни, надеюсь, мой личный опыт поможет вам.

— Будьте энтузиастами и интересуйтесь своим окружением.

— Найдите хобби, найдите то, в чем вы — хороши. Опирайтесь на это в выборе своей карьеры и излейте туда свой энтузиазм.

— Не нужно становиться ученым или исследователем, как я. Университет существует не только для этого. Университет — это способ найти себя, найти ступеньку для своей цели в жизни.

— Учитесь ли вы в библиотеке или проявляете свое красноречие в студенческом совете, все это — ваш способ найти себя.

Чувствуя, что декан снова пристально смотрит на него, Лу Чжоу подумал о том, что же еще сказать, и в итоге произнес пожелание студентам:

— Надеюсь, что в будущем вы получите что-то от своей университетской жизни, и еще... не потратьте впустую эти четыре года.

— Спасибо!

Лу Чжоу поклонился.

Зал молчал лишь полсекунды, после чего его наполнили бурные аплодисменты.

Глава 219. В порядке вещей

Спускаясь со сцены, Лу Чжоу слышал, как кто-то даже выкрикнул его имя, и заметил, как некоторые люди вытирают слезы с глаз.

Парень не успел заранее подготовить речь, поэтому сымпровизировал.

Почему его речь получилось такой эмоциональной?..

Возможно, из-за искренне вложенных чувств.

Церемония награждения еще не закончилась. После того, как заместитель ректора выступил с речью, Лу Чжоу и другие победители вернулись на сцену.

Ректор Сюй пожал всем руки и вручил каждому почетную грамоту.

Когда настала очередь Лу Чжоу, ректор крепко сжал его руку.

Потом старик посмотрел на него с одобрением и сказал:

— Хорошая речь.

Лу Чжоу почувствовал облегчение, кивнул и сказал:

— Большое спасибо.

Старик улыбнулся:

— Это я должен благодарить тебя.

Церемония награждения подошла к концу.

Все студенты встали и произнесли клятву: в следующем году не забывать порывы своего сердца и следовать за своими мечтами.

………………………………………………...

Торжественный ужин проходил на верхнем этаже столовой.

После того, как церемония награждения подошла к концу, Лу Чжоу пошел в комнату за кулисами. Но не успел парень переодеться, как к нему подошла красивая девушка с подругами.

Лу Чжоу посмотрел на нее и подумал, что эта девушка, скорее всего, из студенческого союза. Он спросил:

— Что-то случилось?

— Лу Чжоу… Бог Лу! Эм... можешь дать свои контактные данные?

Девушка заикалась и стояла полностью с красным лицом. Она явно была не готова к этой встрече, что даже забыла представиться. Похоже, ее подтолкнули ее друзья.

Лу Чжоу посмотрел на любопытных и взволнованных девушек и не захотел смущать девушку:

— QQ в порядке?

— Да!

От волнения голос девушки дрожал.

Лу Чжоу кивнул, взял со стола ручку, записал несколько цифр на стикере и протянул ей.

У многих людей был его QQ-номер, так что парень спокойно дал его.

В любом случае, у него не было много времени на болтовню.

— Спасибо!

Девушка сжала записку в руке и, словно испуганный олень, убежала.

Парень улыбнулся и покачал головой.

Если красота — грех…

То я, действительно, грешник…

Лу Чжоу покрутился перед зеркалом, полюбовавшись на себя. После чего вспомнил, что ему еще нужно вернуть костюм. Парень уже собрался начать раздеваться, как дверь в комнату снова открылась.

В этот раз пришла президент Линь Юйсян из студенческого совета.

Лу Чжоу подумал, что она пришла забрать костюм, и уже собирался сказать ей, чтобы она подождала снаружи, когда президент Линь Юйсян заговорила первой:

— Лу Чжоу, твое выступление было великолепным. Ты даже заставил плакать некоторых моих подруг, — улыбнулась Линь Юйсян.

— Пожалуйста, не говори так расплывчато.

"...Что значит — заставил плакать?

Говоришь так, словно я сделал что-то плохое."

Линь Юйсян наклонила голову набок и сделала вид, что не понимает.

И все же, по ее хитрому взгляду становилось понятно, что она так ведет себя специально.

Лу Чжоу сменил тему разговора и спросил:

— Что-то случилось?

Линь Юйсян кивнула и сказала:

— Декан Цинь хотел, чтобы я узнала у тебя, когда ты планируешь прийти к ним? Многие высокопоставленные чиновники хотят встретиться с тобой.

Парень улыбнулся:

— Я пойду к ним прямо сейчас.

Линь Юйсян кивнула.

Внезапно девушка увидела его галстук.

Глаза Линь Юйсян загорелись.

— Хорошо, я передам декану. Ах да, твой галстук, позволь мне…

— Все в порядке, я все равно переодеваюсь и собирался вернуть костюм, — сказал Лу Чжоу и потом, немного поколебавшись, спросил:

— Поможешь мне вернуть его?

— ...

…………….

Цзиньлинский университет — один из лучших университетов в стране, который напрямую подчиняется центральному министерству образования и не имеет прямых связей с местными властями. Но позиция одного из лучших вузов делает его одним из ключевых местных мест в подготовке талантов.

Международная слава и потенциал Лу Чжоу вызвали немалый интерес со стороны правительства. Они не могли пренебрегать молодым ученым, завоевавшим славу для страны.

Это — часть политики.

Лу Чжоу — не силен в подобных вещах, но все же... кое-что понимал.

В будущем он хотел жить и работать в Цзиньлине. Если парень хотел продвинуться по служебной лестнице, то ему следует создать хорошие отношения с местным правительством.

Лу Чжоу понял намерения декана Циня.

Университет предоставлял ему площадку для общения с людьми, не входящими в академический круг.

На банкете парень оказался в центре внимания.

Самый молодой обладатель премии Чжень Шэншэня по математике и премии Коула по теории чисел, кандидат на Филдсовскую премию... не говоря уже о молодых ученых, даже старые профессора были заинтересованы в разговоре с Лу Чжоу.

Из-за этого парень провел там много времени, задержался допоздна.

Когда Лу Чжоу вернулся в отель, уже было одиннадцать часов вечера.

Проспав до полудня, он проснулся, умылся, после чего взял подарки из чемодана и покинул комнату.

Подарком был рыбий жир, который Лу Чжоу купил в магазине беспошлинной торговли. Этот жир очень полезен для здоровья, снижая риск сердечно-сосудистых заболеваний и уменьшая ухудшения памяти из-за старения.

Парень хотел вручить подарки профессору Лу и профессору Тану.

Лу Чжоу первым делом отправился в кабинет профессора Лу. Однако тот все еще находился в Бельгии. Профессор Лу говорил, что он может позже поехать в ЦЕРН на некоторое время в этом году.

Поэтому парень положил подарок на стол и просто оставил записку.

Лу Чжоу не знал, когда вернется академик, но как вернется, то обязательно заметит.

После этого он отправился в математический корпус.

…………………………………………….

Профессор Тан посмотрел на открывшуюся дверь кабинета и увидел вошедшего Лу Чжоу с подарком в руках:

— Мне казалось, что я лучше обучил тебя.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Я все еще — ваш ученик, как я мог прийти без подарка.

Подарок не был чем-то дорогим, скорее — символическим.

Кроме того, поскольку парень, считай, уже не студент, то его уже ничего не сдерживало.

Не говоря уже о том, что в следующем году он уже уедет за границу, и перед отъездом в порядке вещей — повидать своего преподавателя и подарить ему что-нибудь на память.

Профессор Тан посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся:

— В следующий раз, когда придешь навестить меня, не обязательно приходить с подарками. Сяо Ван, налей для Лу Чжоу чая.

— Хорошо.

Сяо Ван встал и подошел к шкафу с чайным сервизом и электрическим чайником.

Лу Чжоу поблагодарил Сяо Вана, после чего сел на диван и обратился к профессору:

— Я не мог просто взять и приехать с пустыми руками, это было бы неправильно… К тому же, это не только от меня, но и от Ло Вэнсюаня. Там есть также несколько фотографий, которые он сделал во время путешествия по Южной Америке. Ло Вэнсюань говорил, что очень хочет, чтобы подарок был творческим.

— Этот парень еще не забыл про меня? — улыбнулся профессор Тан. — Ну, ты собираешься уехать за границу в следующем году. Какие у тебя планы?

— Я планирую работать в Принстоне после получения докторской степени. После хочу вернуться сюда и преподавать тут.

— Я тебя полностью поддерживаю, — кивнул профессор Тан. — Зарубежный опыт — важен... но, похоже, ты и так все для себя прояснил, поэтому не буду больше ничего говорить по этому поводу. Просто воспользуйся возможностью.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, конечно.

Профессор Тан улыбнулся и поддразнил парня:

— Точно, когда ты планируешь жениться?

Этот вопрос застал Лу Чжоу врасплох, и парень пробормотал:

— Это... на все — воля судьбы, но спешить мне некуда.

Профессор Тан улыбнулся и сказал:

— Может, ты и не спешить, а другие спешат. Декан Цинь говорил со мной о тебе в прошлый раз. Он сказал, что боится, что ты найдешь кого-нибудь за границей и никогда к нам не вернешься. Кроме того, есть пара профессоров, которые просили меня познакомить их внучку с тобой. В том числе — заведующий Лу, его внучка получила докторскую степень в этом году, и она всего на несколько лет старше тебя. Что думаешь?

Сяо Ван, сидящий около двери, усмехнулся, а Лу Чжоу чуть не выплюнул чай изо рта.

— Не надо... я против этих старомодных традиций сватовства.

Профессор Тан засмеялся:

— Ха-ха-ха, да я просто шучу.

Лу Чжоу быстро кивнул.

Да, внучка заведующего Лу…

Возможно, это немного грубо, но глядя на старика, страшно представить, как выглядит его внучка.

В кабинете на некоторое время воцарилась полная тишина.

Лу Чжоу молчал и просто спокойно пил чай.

Глядя на то, как его ученик вырос, профессор Тан с облегчением кивнул.

После долгого молчания он сказал:

— Ладно, ты можешь идти.

Глава 220. Не хочешь оформить страховку?

Благодаря премии Коула и вознаграждению Цзиньлинского университета, Лу Чжоу заработал одну целую, шесть десятых миллиона менее чем за месяц. Этого было вполне достаточно, чтобы сделать первый взнос за жилье.

Сделав все формальности в банке, парень стоял и смотрел на свой счет.

Очевидно... всем красавчикам везет.

Лу Чжоу уже обналичил чек от университета. Что же касается чека на десять тысяч долларов, то парень решил оставить его, поскольку ему понадобятся доллары в Принстоне.

Внезапно к Лу Чжоу подошел человек в костюме и заговорил с ним:

— Друг, не хочешь оформить страховку? Наша страховка не только возмещает потери от всех случайных травм, но и позволит вернуть полный взнос через десять лет. Это как инвестиции.

Лу Чжоу обернулся и внимательно посмотрел на незнакомого мужчину.

Он улыбнулся продавцу и вежливо ответил:

— Нет, спасибо.

После чего развернулся и покинул банк, сев на велосипед, он поехал обратно к университету.

По пути парень задумался.

"Может, пора получить права?

Я скоро поеду в штаты. Говорят, там совсем туго без личной машины, особенно в таком сельском городе как Принстон."

Лу Чжоу для себя решил...

За месяц до Китайского Нового года парень собирался получить водительские права.

……………………………...

Пробыв в университете до самого Нового года, Лу Чжоу сел на скоростной поезд и поехал к себе домой.

Стоя с чемоданом под дверью собственного дома, парень нажал на дверной звонок, после чего услышал знакомые шаги за дверью.

— Брат?!

Сяо Тон с улыбкой открыла дверь.

Лу Чжоу не видел сестренку в течение года, девушка подросла, и уже лбом доставала до его носа.

Однако, какой бы высокой Сяо Тон не стала, для Лу Чжоу она всегда будет его маленькой сестренкой, которая плакала, когда ее обижали плохие ребята, и пряталась за спиной старшего брата.

Парень улыбнулся и погладила Сяо Тон по голове, после чего прошел с чемоданом внутрь.

Лу Чжоу заглянул на кухню, надевая тапочки, и удивленно спросил:

— А где папа и мама?

Сяо Тон ответила:

— Они пошли в супермаркет! Сегодня будет тушенная рыба!

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— А что насчет тебя?

— Я делаю контрольные работы! Я — хороший ребенок! — с гордостью в голосе ответила Сяо Тон, посмотрев на брата с щенячьими глазами, после чего спросила:

— Брат, где мой подарок?

Ну конечно...

Ожидаемо.

Ранее в магазине беспошлинной торговли Лу Чжоу по видеочату попросил сестренку выбрать для себя подарок. Она, конечно же, не могла оторвать глаз от красиво упакованного шоколада.

Купив подарки для родителей и профессоров, у парня все еще оставалось несколько сотен долларов. Лу Чжоу не стал заморачиваться и менять их на юани, а просто купил сестре коробку с шоколадом на все оставшиеся деньги.

Сяо Тон также, как и он, сколько бы не ела, все равно не толстела.

Лу Чжоу передал чемодан Сяо Тон и сказал:

— Твой подарок — в чемодане, помоги мне отнести его в комнату и налей брату чего-нибудь попить.

— Да! Мой брат — самый лучший!

Девушка чмокнула Лу Чжоу в щеку и улыбнулась, после чего с чемоданом побежала в комнату.

Лу Чжоу с улыбкой посмотрел на сестренку, после чего пошел на кухню, нашел свой любимый чай и заварил для себя.

Вернувшись в гостиную, парень увидел Сяо Тон, выходящую из его комнаты со своим подарком.

Посмотрев на пакет у нее в руках, Лу Чжоу напомнил ей:

— Только не съешь все сразу, а то не узнаю тебя, как вернусь из Принстона.

— Конечно нет, я столько за раз даже не осилю, — весело смеясь, сказала Сяо Тон.

— В любом случае, я не могу тебя контролировать. Кстати, когда ты научилась делать макияж?

Среди подарков для младшей сестры, помимо шоколада, также был известный бренд косметики.

Clinique — крупный бренд в Америке, а в магазине беспошлинной торговли эта же косметика стоила значительно дешевле.

В прошлом их семья была бедной, и сестра Лу Чжоу была очень благоразумной, и никогда ничего лишнего не просила.

Теперь, когда Лу Чжоу обзавелся деньгами, он решил побаловать сестру. Хотя для старшеклассницы, возможно, будет рановато пользоваться косметикой, но любая девушка-подросток будет мечтать о ней...

— О, ты про это? Это для друга.

Услышав неожиданный ответ, парень, пивший чай, удивился:

— Ты покупаешь подарки еще и для друзей?

— Да, — с гордостью произнесла Сяо Тон. — Я подсчитала стоимость. Набор косметики и средств по уходу за кожей можно продать и получить тысячу юаней прибылью! Завтра я пойду в школу и отдам их Сяо Ю, а потом верну тебе все расходы.

"Ты их продаешь?!"

Лу Чжоу чуть не выплюнул чай изо рта, услышав ее слова.

Он отправился в Калифорнию, чтобы прославить свою страну. Его сестра просто поразила его.

Парень откашлялся, вытер рот и сказал:

— Я просил тебя выбрать подарок для себя, а ты хотела заработать деньги?

— Ну… не расстраивайся, брат, — произнесла девушка, а потом, немного поколебавшись, прошептала:

— Мы можем разделить прибыль.

"Эх!

Она совсем не думает!"

Лу Чжоу вздохнул и махнул рукой:

— Нет, оставь этот подарок себе… для меня это нечто. Кроме того, не беспокойтесь о деньгах, твоя задача сейчас — хорошо учиться. Позволь мне рассказать тебе кое-что. Когда я вернулся в университет и получил стипендию, как думаешь, сколько это было?

Сяо Тон сглотнула и, не моргая, спросила:

— Сколько?

— Миллион!

Девушка удивленно посмотрела на брата:

— Цзиньлинский университет — так богат?

— Конечно, это же один из лучших вузов! Пока у тебя — отличные результаты, тебя будут поощрять, — серьезно произнес Лу Чжоу. — Вот почему знания — это величайшее богатство. Ты это понимаешь?

Хотя не все получали столько же, как Лу Чжоу…

Сяо Тон взволнованно произнесла:

— Я понимаю! Я буду усердно учиться и поступлю в Цзиньлинский университет! Я займу твое место.

Парень не мог не подумать про себя.

"Почему твои слова звучат так фальшиво…

Даже не знаю — верить тебе или нет.

Надеюсь, что когда сестренка начнет учиться, то сможет повторить свои слова."

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Незачем занимать мое место… короче, надеюсь, что ты не будешь так переживать о деньгах, поскольку мы — больше не бедны. Если возникнут какие-то трудности, я обязательно помогу их решить. Просто усердно учись. Если тебя так интересуют деньги, то можешь заняться финансами или бухгалтерским учетом в будущем.

Причина, по которой Лу Чжоу так усердно работал, в основном была в том, чтобы позволить своей сестре поступить в университет и беззаботно наслаждаться студенческой жизнью.

В противном случае, если это только для оплаты проживания и обучения одного человека, то, затянув потуже ремни, его семья могла позволить это.

Однако он — мужчина.

Лу Чжоу не мог допустить, чтобы его сестра прошла через то же, что и он.

Глава 221. Речь под национальным флагом

Школа Цзяньлин, школьная площадка.

Толпа стояла под флагом.

Множество сонных глаз следили, как под утренним солнцем поднимается флаг, после чего смотрели, как мужчина выходит на платформу.

На этой неделе церемония поднятия флага немного отличалась от обычной, поскольку сегодня школа пригласила специального гостя.

Это не был очередной старик, гостю было лишь немного за двадцать. И еще три года назад он, как и они, сидел тут за партой.

Но теперь он стал гордостью учителей, и каждый раз, когда упоминали его имя, на их лицах появлялась улыбка.

Это был никто иной, как Лу Чжоу!

Взяв микрофон у директора школы, парень откашлялся и с улыбкой заговорил:

— Позвольте представиться, я — Лу Чжоу. Окончил эту школу в две тысячи тринадцатом году.

— Для меня — большая честь стоять здесь, я очень рад, что мне предоставили такую возможность поговорить с вами.

— И сегодня я хочу поговорить с вами о своем университете...

Лу Чжоу говорил довольно скромно.

Поскольку это не для него честь, а для школы.

Популярность школы Цзяньлин резко возросла, благодаря его успеху.

И по правде говоря, успех Лу Чжоу не имел никакого отношения к его школе, но он действительно учился в этой школе.

В конце концов, образование — есть образование. И школа заложила для него прочные основы.

Старик Ма, который преподавал ему математику, и его классный руководитель, даже получили награды.

В этот момент на площадке в районе, где стояли третьи классы...

Сяо Тон встала на цыпочки и посмотрела на флаг.

Она даже не обращала внимания на слова своего брата!

Рядом с Сяо Тон стояла ее лучшая подруга Ли Ю. Это она купила косметику у Сяо Тон. Заметив, что учитель не обращает на них внимания, она ткнула Сяо Тон в руку и тихо спросила:

— Тон Тон, это твой брат?

Сяо Тон шепотом взволнованно ответила:

— Да, это мой брат, а что такое? Двадцати однолетний доктор. Хочешь, познакомлю тебя с ним.

Ли Ю покраснела:

— Брось, он — слишком стар.

— Я просто пошутила. Даже если ты захочешь, то я не отдам его тебе, — дерзко сказала Сяо Тон и высунула язык. Игривое поведение и милая внешность девушки привлекли внимание многих парней, у которых участилось сердцебиение.

Старшеклассники — более простые, по сравнению со студентами университетов.

Особенно — в маленьких городах, где девушка с хорошими оценками и красивой внешностью становилась богиней для парней.

Сяо Тон полностью попадала под это описание.

К сожалению для них, эта богиня до сих пор не проявляла никакого интереса к мальчикам, что заставило парней переключиться на Ли Ю.

Но теперь, глядя на Лу Чжоу, они поняли, почему так...

Люди, естественно, любили сравнивать.

По сравнению с ее братом, они были просто никем...

………………………………..

После Нового года Лу Чжоу отдыхал дома. Парень болтал с родителями или помогал с математикой Сяо Тон.

В свободное время он изучал некоторые материалы по гипотезе Гольдбаха и искал место для улучшений в методе решета и в круговом методе. А также отвечал на письма профессора Фрэнка Вильчека.

Также Лу Чжоу учился водить, что давалось парню довольно легко.

Возможно, это из-за его рациональной и спокойной личности. По крайней мере, парень никогда не спутает тормоз с газом.

Чтобы получить водительские права как можно скорее, Лу Чжоу незаметно сделал денежный подарок инструктору.

В подобном маленьком городке за деньги можно было многое получить.

В общей сложности Лу Чжоу получил права за тридцать дней.

После чего ему нужно было ознакомиться с правилами Нью-Джерси.

Имея водительские права в Китае, не трудно будет получить их там.

Лу Чжоу даже узнавал все подробнее у Ло Вэньсюаня по поводу этого.

Время пролетело незаметно, и уже наступил февраль, и через несколько дней наступит Новый год.

Вечером парень прогуливался с отцом и, глядя на знакомые дорогие, вдруг сказал:

— Отец.

— Да?

— Сяо Тон скоро поступит в университет. Не хотите отремонтировать дом?

Лу Чжоу вспомнил, что, когда он еще учился в старших классах, его родители хотели сделать ремонт после того, как отправят своих детей во взрослую жизнь.

Хотя Сяо Тон еще даже не поступила в университет, но Лу Чжоу — уже наполовину независимый.

Не говоря уже о том, что у него теперь появились лишние деньги.

Лу Банго самодовольно улыбнулся и сказал:

— Не торопись, мы можем подождать, когда ты обзаведешься своей семьей и домом.

Лу Чжоу со странным выражением лица взглянул на своего отца.

Ему придется остаться в Принстоне на некоторое время, и ждать так... придется долго.

Парень не стал ходить вокруг да около, и сказал:

— После Китайского Нового года я получу степень магистра, после чего поеду в Принстон получать докторскую степень. У меня сейчас есть около десяти тысяч долларов, плюс стипендии в Принстоне. Мне не нужны юани сейчас, поэтому давай я просто отдам их тебе.

— Сколько?

— Один миллион юаней.

Услышав эту сумму, его отец чуть не поперхнулся собственной слюной.

Лу Чжоу похлопал его по спине и сказал:

— Папа, да успокойся ты.

Лу Банго выпрямился и, посмотрев на Лу Чжоу, с твердостью в голосе ответил:

— Оставь эти деньги себе! Разве я тебе уже не говорил? Прибереги их на свой дом и на свадьбу! У меня еще есть руки и ноги, я что... похож на того, кому уже нужна поддержка?

— Я пока не собираюсь жениться, а наша Сяо Тон скоро поступит в университет.

— Не беспокойся о своей сестре, — сурово сказал Лу Банго. — Я сам могу ее обеспечить.

Лу Чжоу ожидал такого ответа и, вздохнув, произнес:

— Ты хочешь, чтобы она была такой же, как я?..

Парень не стал до конца договаривать то, что хотел, и замолчал.

В то время финансовое положение в их семье было действительно трудным. Его отцу приходилось содержать двух детей и больную жену.

Именно поэтому Лу Чжоу решил сам оплачивать свое обучение и проживание, хотя его отец был категорически против поначалу, но позже он пошел на компромисс, столкнувшись с реальностью.

И хотя его отец никогда не упоминал об этом, парень знал, что тот очень переживал из-за этого.

Лу Банго всегда думал, что подвел своего ребенка…

Отцы других людей устраивали для своих детей праздник по случаю поступления в университет и хвастались перед всеми родственниками. Однако он позволил своему собственному сыну оплатить его четырехлетние расходы на проживание и обучение.

Лу Чжоу молча смотрел, как его отец докуривает сигарету.

Через некоторое время Лу Банго, наконец, вздохнул и произнес:

— Я знаю, что ты заботишься о своей сестре, но университет — не такой дорогой.

Услышав его слова, Лу Чжоу улыбнулся.

Парень понял, что его отец, наконец-то, согласился с ним.

— Это не только Сяо Тон. У меня еще есть вы. В конце концов, я буду за границей и очень хочу, чтобы у вас с матерью все было хорошо, — сделав небольшую паузу, Лу Чжоу добавил:

— Тогда все решено.

Отец строго спросил:

— Что значит — решено? Кто глава семьи? Я разве соглашался?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Тогда... ты согласен?

— Кроме того, разве не ты в прошлый раз мне говорил, что я могу самостоятельно принимать решения?

Лу Банго задумался на мгновение, прежде чем сказать:

— Конечно, я согласен. Просто сделай как хочешь.

— ...

"Я не понимаю твоей логики…"

Глава 222. Еще одно окончание учебы

Новый год в этом году ничем не отличался от предыдущих.

Ужин с родственниками, поздравления старших, споры со сверстниками и...

Вечные напоминания от старших, что уже пора завести девушку.

А больше говорить было не о чем, поскольку результаты Лу Чжоу — слишком впечатляющи. И не оставалась ничего другого, чтобы подколоть парня. Что касается брака, то это немного рановато, поскольку обычный возраст для брака — двадцать два года.

Однако они все еще могли подколоть Лу Чжоу тем, что у него до сих пор нет девушки.

Ведь он не мог жениться сходу.

Короче говоря, как и во все предыдущие, этот новый год прошел оживленно для Лу Чжоу.

Но праздники же не длятся вечно...

После Нового года Лу Чжоу собрал свои вещи и был готов к отъезду.

Лу Банго взял выходной и проводил сына до вокзала. Отец улыбнулся Лу Чжоу и спросил:

— Хочешь, чтобы я поехал с тобою?

— Нет, не стоит, я же не в первый раз путешествую, — с уверенностью ответил Лу Чжоу, стоя с рюкзаком на плече. — Берегите себя, я обязательно навещу вас в следующем году.

Старый Лу Банго кивнул:

— Хорошо, будь осторожен в дороге. Я недавно смотрел новости, и там, кажется, не совсем спокойно. В любом случае, просто не провоцируй других. Старайся усердно учиться. Кроме того, не забудь позвонить…

— Ладно.

В глазах отца Лу Чжоу существовал лишь Китай... Между Северной Америкой и Северной Африкой для него не было никакой разницы.

Лу Чжоу прекрасно понимал, что его отец плохо разбирается в географии.

Его сестра Сяо Тон каждый раз жаловалась брату на это.

Лу Чжоу сел в поезд, едущий на восток, и вскоре вернулся в Цзиньлинский университет.

После Нового года многие студенты также вернулись обратно в университет.

Еще за день до возвращения парень узнал от брата Яна, что академик Лу уже вернулся, и, заранее поприветствовав старика через WeChat, Лу Чжоу пошел сразу к нему.

…………………………..

Лу Чжоу остановился перед дверью и осторожно постучал.

Вскоре из-за двери раздался знакомый голос:

— Перестань стучать, входи.

Парень толкнул дверь и быстро вошел.

Увидев Лу Чжоу, профессор Лу улыбнулся и поставил термос-кружку:

— О, давно тебя не видел. Как твои дела?

Прошло уже много времени после конференции китайского математического общества, после которой профессор Лу отправился в Бельгию.

Парень улыбнулся и ответил:

— У меня все хорошо, а как вы, профессор?

— Я в порядке. Хотя не смог отпраздновать Новый год, но поездка в Брюссель была очень полезной.

Лу Чжоу подошел к столу и спросил:

— Есть ли какие-нибудь новые открытия в теоретической физике?

В последнее время парень сосредоточился на гипотезе Гольдбаха и получении прав. Помимо ответов на письма профессора Фрэнка Вильчека, он не обращал внимания на происходящее в теоретической физике.

— Ничего нового. Эта встреча состоялась, в основном, чтобы разобраться в сделанной ранее работе, — ответил профессор Лу и сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить. — Однако есть кое-что, что будет тебе интересно. На встрече в Брюссельском университете мы говорили о проблеме семисот пятидесяти ГэВ... хотя ситуация не кажется хорошей.

Лу Чжоу тут же спросил заинтригованно:

— Можете сказать конкретнее?

Профессор Лу кивнул и ответил так:

— Особо нечего рассказывать, суть в том, что статическая значимость еще не достигла нужного значения. Она близка к трем сигмам, но все же — немного ниже. К тому же, в недавних экспериментах больше не наблюдалось пика.

Лу Чжоу был ошеломлен:

— Не наблюдалось?

Парень не слышал, чтобы Фрэнк Вильчек говорил об этом в своих письмах.

Профессор Лу кивнул и продолжил:

— Да... хотя это можно объяснить квантовыми флуктуациями, но вероятность этого — невелика. Некоторые люди предположили, что проблема — в датчиках... но, честно говоря, эта вероятность — также невелика. ЦЕРН недавно завершил модернизацию Большого адронного коллайдера, так что с оборудованием должно быть все в порядке.

Парень задумался, а потом неуверенно спросил:

— Это проблема измерения?

Это тот вопрос, где Лу Чжоу и профессор Фрэнк Вильчек расходились во мнениях.

Услышав вопрос, академик Лу переспросил:

— Измерения?

Лу Чжоу кивнул и пояснил:

— Да, не в широком смысле, а в смысле "псевдоевклидова пространства". То есть — теории Минковского…

Сказав это, парень написал несколько формул на листе, но не осмелился написать слишком много.

И не из-за конфиденциальности, а с точки зрения академической этики. Лу Чжоу не мог в одностороннем порядке показывать результаты исследований другим, не посовещавшись с коллегой.

Парень лишь написал части, где он и профессор Фрэнк Вильчек расходились во мнении.

Профессор Лу посмотрел на уравнения и после продолжительного размышления произнес:

— Такая возможность есть, но это трудно доказать. Коллайдер — система отсчета, нам трудно оторваться от графика времени... ты ведь не совершенствовал эту теорию?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я лишь немного думал над этим и не доводил до совершенства.

— Подобная мысль впечатляет, — кивнул профессор Лу. — Но не нужно давить на себя. Поиск пика — задача ЦЕРНа. Теоретическая физика развивается путем постоянных проб и ошибок. И все наши теории — лишь спекуляции.

Профессор Лу улыбнулся и продолжил:

— Но твоя точка зрения — довольно интересная. Если ее только развить... Я сначала хотел проверить тебя и посмотреть, чему ты научился за этот год, но, похоже, в этом нет необходимости.

Лу Чжоу улыбнулся и поинтересовался:

— Что значит — не обязательно…

Академик Лу усмехнулся:

— О? Тогда можешь подождать два дня, и я подготовлю для тебя тест.

Лу Чжоу кашлянул:

— Забудьте об этом.

Парень уже купил билет, и только бог знает, сколько дней ему придется ждать, пока пройдут эти два дня.

Профессор Лу улыбнулся и больше ничего не сказал.

Он открыл ящик стола и вытащил два сертификата, прежде чем вручить их Лу Чжоу.

— Свидетельство об образовании и диплом об окончании университета. Просто зайди позже в административный корпус и реши со своим статусом студента.

Лу Чжоу взял диплом и сказал:

— Спасибо большое, профессор.

— Не за что, это результат твоей упорной работы. Честно говоря, я не хочу отпускать такого хорошего ученика, — улыбнулся профессор Лу.

— Но поскольку ты получил премию Коула, то оставаться тут для тебя — пустая трата времени. Тебе нужно перейти на более высокий уровень, чтобы заниматься научными исследованиями. Поздравляю тебя с окончанием!

Глава 223. В новый путь!

Я, наконец-то, закончил...

Лу Чжоу шел к административному корпусу и чувствовал себя немного подавленным.

Но парень недолго расстраивался.

Для него, как только он получил награду лучшего студента, выпускная церемония закончилась.

Лу Чжоу мысленно готовил себя к этому.

Парень закончил со всеми делами в административном корпусе, но не стал возвращаться в отель. Вместо этого он отправился в отдел по академическим вопросам и позаимствовал там магистерскую мантию.

Мантия магистра мало чем отличалась от мантии бакалавра. Единственное отличие состояло в том, что кисточка на шляпе была темно-синей, а не черной.

Но даже маленькое изменение — важно.

Надев мантию, парень отправился к фотостудии рядом с университетом и нанял фотографа, чтобы тот помог ему сделать несколько фотографий по университету.

С этими памятными фотографиями Лу Чжоу очень надеялся, что не будет одинок в чужой стране.

Закончив фотосессию, парень выбрал три лучшие фотографии и запостил их в Weibo.

Подписал Лу Чжоу эти фотографии лишь одной строчкой: "Счастливое окончания учебы!"

Парень посмотрел на строку слов на экране и мило улыбнулся:

— Принстон, я иду!

Сделав пост, Лу Чжоу убрал телефон обратно в карман, планируя посмотреть комментарии позже.

Пока он шел обратно в отель, комментарии под постом просто взорвались...

"???"

"Разве ты не закончил учебу в прошлом году? Почему ты снова выпускаешься?"

"Господи, этот парень выпускается быстрее, чем я пишу дипломную работу."

"Боль... Я хотел пострадать фигнею в интернете, но увидел этот пост... пойду сделаю домашнюю работу."

"Этот парень проучился в университете всего три года!"

"Неверно, Бог Лу пробыл в универе всего два с половиной года…"

"Скорость учебы этого парня просто пугает!"

…………………………..

Преподаватели, соседи по комнате, одногруппники...

Лу Чжоу уже попрощался с ними в прошлом году. Будет немного неловко, если он сделает то же самое снова.

На этот раз парень уехал тихо. Он собрал свои вещи и сел на поезд до шанхайского аэропорта.

Сидя в терминале, Лу Чжоу включил VPN. Открыл свой ноутбук и вошел на официальный сайт Брюссельской международной конференции по теоретической физике. После чего парень скачал несколько докладов с этой конференции.

Лу Чжоу уже собирался изучить их, когда вдруг на экране появилось сообщение от Хань Менци.

"Учитель! Ты уезжаешь? :( "

Увидев сообщение от ученицы, Лу Чжоу улыбнулся и напечатал ответ:

"Да, уезжаю."

"Через несколько месяцев у тебя будут вступительные экзамены, иди учиться!"

Хань Менци некоторое время не отвечала.

Лу Чжоу подумал, что она пошла учиться, но вот пришло еще одно ее сообщение.

"Ты уже в самолете?"

— ...

"Как я мог бы тебе ответить из самолета?"

Хань Менци поняла, что такой вопрос был просто глупым. Она находилась на уроке. Смущенно улыбнувшись, девушка посмотрела на учителя, проводившего урок, и ответила Лу Чжоу:

"Тогда, когда самолет?"

"Примерно через час."

"Поняла."

После этого Хань Менци ничего не ответила.

Через какое-то время Лу Чжоу закрыл окно чата.

"Она же не примчится сюда?

Мало вероятно...

Хань Менци, наверное, в школе Цзиньлин. Она просто не успеет приехать в Шанхай."

В конце концов, Лу Чжоу не ошибся.

Ничего экстраординарного не произошло, и парень просто сел в самолет.

…………………..

После долгого перелета самолет приземлился в аэропорту Филадельфии.

Когда Лу Чжоу садился в самолет — шел дождь, но когда он приземлился — небо было яркое и солнечное.

Солнце восточного побережья светило парню в лицо, пока он стоял у входа в аэропорт со своим багажом и осматривался, после чего пошел в сторону дороги.

Позавчера Лу Чжоу послал Ло Вэньсюаню сообщение. Они договорились встретиться.

Рядом с кафе, возле аэропорта, Лу Чжоу увидел знакомую машину и стоявшего рядом с ней Ло Вэньсюаня.

— Ха-ха-ха, Чжоу! Наконец-то, ты здесь! — Ло Вэньсюань подошел к нему и тепло обнял, после чего похлопал по плечу и с удивлением продолжил:

— Неплохо, на новогодние праздники все обычно толстеют, но ты стал лишь более худым. Как у тебя это получается?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Возможно, потому что я не ем так много? Ты долго меня поджидал?

— Нет, не слишком долго, не больше часа.

— Ого, давай я угощу тебя.

Ло Вэньсюань отмахнулся:

— Все нормально. Ты только прилетел, и я должен быть тем, кто угощает. В Филадельфии есть хороший Сычуаньский ресторан. Я хорошо знаю его хозяина. Давай садись в машину, поговорим за едой.

Ло Вэньсюань помог Лу Чжоу с багажом, после чего завел машину.

Как только они тронулись, Ло Вэньсюань сказал:

— Не забудь пристегнуться. Кстати, ты собираешься получить здесь водительские права? Машины здесь — очень дешевые. Я могу порекомендовать место, где можно будет выгодно купить тебе машину.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Ну... я, и правда, думал над этим.

Лу Чжоу вдруг вспомнил, что его телефон все еще заряжался в багажнике.

— Черт, мой телефон все еще лежит в чемодане...

— Есть что-то срочное?

Лу Чжоу покачал головой:

— Нет... все в порядке, подожду, пока мы не окажемся в ресторане.

Ло Вэньсюань улыбнулся и сказал:

— Да, хорошая идея. Здесь не так просто найти место, чтобы припарковаться.

Они вдвоем весело болтали по дороге. В то же время на другой стороне международного аэропорта Филадельфии, в двухстах метрах от кофейни, припарковался красивый серебристо-белый автомобиль.

На тротуар вышла стройная длинноволосая девушка. Она держала телефон и шептала по-китайски:

— Почему он до сих пор мне не ответил?

— Рейс задерживается или что?..

В животе у девушки заурчало.

А в ее голосе звучала легкая обида.

Глава 224. Встреча друзей вдали от дома

Лу Чжоу достал свой телефон из багажника лишь через двадцать минут.

Он отключил зарядку и уже собирался запустить WeChat, чтобы написать, что добрался хорошо, но вдруг ему позвонили.

Парень посмотрел на имя звонившего и очень удивился, после чего быстро ответил.

Не успел Лу Чжоу договорить, как раздался знакомый голос:

— Где ты сейчас? — спросила Чэнь Юйшань, стоя у аэропорта и глядя на проходящих мимо нее людей.

— Я ем, а что такое?

Услышав это, девушка чуть было не взорвалась.

"Ты ешь!!!

А я тут стою голодная!"

Чэнь Юйшань сердито топнула, потом глубоко вздохнул и, стиснув зубы, спросила:

— Так ты уже в Филадельфии?

— Да, — парень съежился от ее тона, а потом вдруг понял что-то... и прошептал:

— Не говори мне, что ты — тоже здесь…

Лу Чжоу, наконец, догадался, почему Хань Мэнци написала тогда "Поняла".

Парень вспомнил, что Чэнь Юйшань говорила, что будет в Филадельфии в это время и просила позвонить ей, как только он прилетит.

Лу Чжоу не мог не смутиться.

Это было так давно, как тут не забыть?!

Чэнь Юйшань сказала:

— Пришли мне координаты... где ты.

После чего девушка положила трубку.

Лу Чжоу испытал головную боль.

Он почувствовал себя виноватым, что заставил Чэнь Юйшань так долго ждать его в аэропорту, поэтому парень открыл WeChat и быстро сообщил девушке, где находится.

Скорее всего, Чэнь Юйшань уже была в пути... и ничего не ответила.

Но через минуту пришло сообщение:

"Подожди меня, не ешь пока!"

Ло Вэньсюань увлеченно листал меню, но увидел ошарашенное лицо Лу Чжоу и спросил:

— Что-то случилось?

Парень убрал телефон и ответил:

— Ничего не случилось... давай попросим еще один набор палочек.

— Твой друг придет?

— Да, как насчет того, чтобы я заплатил за все, а ты уже потом, как-нибудь в другой раз, угостишь меня?

Ло Вэньсюань отмахнулся:

— Все нормально. Кстати, это парень или девушка?

— Девушка, — ответил Лу Чжоу и спросил:

— А что?

— Ничего, ничего... — тихо вздохнул Ло Вэньсюань и посмотрел в небо:

— Я опять проиграл...

???

"Проиграл?"

…………………………...

Возможно, движение на дороге было хорошим, поскольку уже через десять минут парень увидел знакомый силуэт.

Чэнь Юйшань подошла к Лу Чжоу и села рядом, по ее лицу можно было легко понять, что она — обиженна.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и сказал:

— Извини, я не знал, что ты — в Филадельфии, поэтому и не позвонил тебе. И как ты узнала, что я — на том рейсе?

— Хань Менци сказала мне... почему ты не сообщил мне, что прилетел! И не включал телефон!

Лу Чжоу глубоко вздохнул.

Ожидаемо, это все Мэнци...

Но, в действительности, это его вина, он не предполагал, что у Чэнь Юйшань — такая хорошая память.

Ло Вэньсюань неловко сидел в стороне, пока, наконец, не кашлянул, чтобы напомнить Чэнь Юйшань и Лу Чжоу о своем существовании:

— Кхмм...

Лу Чжоу вспомнил, что эти двое не знают друг друга, поэтому он улыбнулся и представил Ло Вэньсюаню девушку:

— Это — Чэнь Юйшань, она учится в Уортонской школе бизнесса при Пенсильванском университете.

— Это — Ло Вэньсюань, он получает докторскую степень в Принстоне.

Чэнь Юйшань вежливо улыбнулась и поздоровалась:

— Привет, я — сестра Лу Чжоу.

— Привет, привет... — вежливо ответил Ло Вэньсюань, но внутри его переполняли эмоции.

"Это все еще мой брат...

Девушки — в Швейцарии, девушки — в Америке…"

Пока они разговаривали, им принесли еду.

Ло Вэньсюань любезно попросил Чэнь Юйшань и Лу Чжоу приступить к еде.

Возможно из-за того, что девушка, действительно, была голодной, Чэнь Юйшань не особо церемонилась и, взяв палочки для еды, потянулась к ближайшему блюду.

Лу Чжоу заметил, что как только она проглотила еду, ее щеки покраснели.

"Такая острая еда!"

Девушка не ожидала этого — и чуть не задохнулась.

Из ее глаз потекли слезы.

Чэнь Юйшань откашлялась, прикрыла рот и стала глазами искать воду.

Лу Чжоу знал, что она не может есть острое, но не ожидал, что все — настолько плохо.

В этом плане две его сестры — полные противоположности.

— Ты в порядке?

Чэнь Юйшань сделала большой глоток и похлопала себя по груди, но ее глаза все еще слезились.

— В порядке... почему это так остро?

Большая часть китайской еды в США готовилась под запад и, в основном, не делалась такой сладкой и соленой, даже в ресторанах сычуаньской кухни еда — не такая острая.

Чэнь Юйшань жила в Филадельфии уже месяц, и впервые съела что-то, настолько острое.

Ло Вэньсюань неловко улыбнулся:

— Ресторан принадлежит китайцам. Поскольку я знаю хозяина, то попросил его приготовить еду более достоверно... извини, Лу Чжоу мне ничего не сказал! Может, попросить приготовить тебе что-то другое?

Лу Чжоу молча смотрел на Ло Вэньсюаня.

"Почему это моя вина?"

— Нет, нет... все в порядке, я могу просто попить чая.

Чэнь Юйшань взяла чайник и наполнила свою чашку чаем.

Парень немного поколебался, а потом кашлянул и напомнил:

— Это моя чашка.

Хотя он не знал, с какой стороны пил раньше, но он точно знал, что это — его чашка.

Как только он это сказал, Чэнь Юйшань перестала наливать чай.

Девушке нужно было срочно выпить что-то, поэтому она не слишком задумывалась об этом ранее.

Однако, получив напоминание от Лу Чжоу, Чэнь Юйшань, очевидно, поняла все.

Ее лицо снова покраснело.

В конце концов, Чэнь Юйшань сделала вид, что ничего не произошло, а затем поднялась и пошла за новой чашкой.

— Я принесу тебе новую.

— ...

"Ладно...

По крайней мере, сделай вид, что тебе жаль."

С другой стороны, Ло Вэньсюань молча ел.

Он приехал встретить в аэропорту своего друга, а в итоге должен наблюдать подобное.

Ло Вэньсюаню просто хотелось обматерить Лу Чжоу.

Глава 225. Призрак?

Они давно не виделись, поэтому долго болтали.

За едой и разговорами незаметно пролетело время, и уже было два часа дня.

Заплатив по счету, все трое вышли на улицу.

Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшань и сказал:

— Мне, правда, жаль, что сегодня так получилось… как только получу права, то приеду в Филадельфию и угощу тебя чем-нибудь вкусненьким.

Чэнь Юйшань тут же ответила:

— Ладно. Я это запомню!

Похоже, девушка уже простила Лу Чжоу за то, что он заставил ее так долго ждать.

Лу Чжоу похлопал себя по груди и сказал:

— Не беспокойся, я не забуду!

Девушка попрощалась с парнями и вернулась в Пенсильванский университет, а Лу Чжоу сел в машину Ло Вэньсюаня и поехал с ним в Принстон.

Пристегнувшись, парень спросил:

— Какие там условия?

Ло Вэньсюань, ведя машину, уточнил:

— Что именно тебя интересует?

— Ну, допустим, общежитие?

— Общежитие? Тут есть свои плюсы и минусы, но тебе не нужно слишком переживать об этом. Математика и физика — главные предметы Принстона. Я, наверное, смогу устроить тебе отдельную комнату. Но, если честно… По мне, четырехместный номер с двумя спальнями — намного круче.

— Разве это не хлопотно?

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Все в порядке. Интересно подружиться с людьми из разных стран. Всегда будет оживленно. Помимо этого, еще будет большая гостиная, где можно устраивать вечеринки. Свою бывшую девушку я встретил именно на такой вечеринке.

"Оживленно?"

— Нет, спасибо.

Лу Чжоу рассмеялся.

Если он может выбирать, то он предпочел более спокойное место.

По пути Ло Вэньсюань рассказывал о жизни студенческого городка в Принстоне, но каким-то образом рассказ перешел к его бывшей девушке.

Лу Чжоу просто молча слушал своего друга.

Только парень собирался заснуть, как машина припарковалась.

— Приехали.

Лу Чжоу выглянул в окно и увидел знакомое здание.

— Уже приехали?

Ло Вэньсюань вышел из машины и помог Лу Чжоу с багажом.

— Я помогу тебе оформиться. Думаю, в прошлый раз у тебя не было времени по-настоящему изучить Принстон, так что ты можешь заблудиться.

Лу Чжоу кивнул:

— Спасибо тебе.

Действительно, в прошлый раз он провел большую часть времени в отеле, решая гипотезу о числах близнецах. Когда он решил ее — конференция закончилась, и Лу Чжоу уже нужно было на самолет, домой.

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Не благодари, мы все здесь — друзья. Мы должны помогать друг другу.

Затем он повел Лу Чжоу в административное здание.

………………………………...

Будучи одним из университетов, построенном в колониальном периоде, на Принстонский университет оказала сильное влияние английская архитектура. Здания были оформлены в старомодном Оксфордском стиле.

Два бронзовых тигра вечно возвышались перед Нассау Холлом в этом, постоянно меняющемся, мире.

Элита, которая окончит этот университет, в основном, встретятся в инвестиционных банках на Уолл-стрит.

Ло Вэньсюань довел Лу Чжоу до Нассау Холла, но не пошел с ним внутрь, вместо этого он ждал его снаружи с багажом Лу Чжоу.

Войдя в это историческое здание, парень быстро нашел кабинет приемной комиссии.

В кабинете сидела красивая загорелая женщина, где-то... лет тридцати с небольшим. Ее волосы были собраны в конский хвост и, судя по одежде, она была ассистенткой.

Может быть, кто-то предупредил ее, что сегодня приедет китайский студент, поскольку она, мельком взглянув на Лу Чжоу, спросила:

— Вы принесли документы?

Лу Чжоу достал документы и сказал:

— Да, они все здесь.

Проверив документы и убедившись, что проблем нет, женщина открыла ящик.

— Вы уже числитесь как студент. Это ваш студенческий билет и ключ от комнаты в общежитии. Номер комнаты указан на ключе. Общежитие находится здесь… — она обвела круг на карте руководства новичка и отдала его Лу Чжоу, улыбнувшись:

— Желаю счастливой учебы.

"И все?"

Лу Чжоу моргнул и посмотрел на нее.

Она спросила:

— Что-нибудь еще?

Парень посмотрел на свой студенческий билет и ключ, а потом спросил:

— А мой научный руководитель?

— Это зависит от вашего выбора, — ответила женщина. — Большинство выбирают руководителя еще до поступления, но ваша

ситуация — немного особенная. Вы можете послушать лекции, а потом выбрать подходящего для вас профессора... Конечно, если у того будет время, но лучше всего определиться как можно скорее.

"То есть... мне самому нужно выбирать?"

Лу Чжоу думал, что университет уже назначил ему руководителя.

Но это даже лучше.

Было бы очень хлопотно, если бы ему назначили случайного человека.

Лу Чжоу вышел из здания и увидел Ло Вэньсюаня.

— Закончил?

— Наверное, да.

— Кто твой научный руководитель?

— Пока еще думаю над этим.

— Ты еще не определился? — спросил Ло Вэньсюань и странно взглянул на парня. — Я думал, что ты уже разобрался с этим, пока отдыхал.

— Мне было не до этого… Можешь кого-нибудь порекомендовать?

— Если ты собираешься заниматься математической физикой, то могу порекомендовать моего научного руководителя — Эдварда Виттена. Если хочешь сосредоточиться на теории чисел или алгебре, то Делинь — хороший выбор. Если бы ты приехал на пару лет раньше, то мог бы выбрать Эндрю Уайлса, доказавшего теорему Ферма. Но, к сожалению, он вернулся в Оксвордский университет в две тысячи одиннадцатом году. Есть также Герд Фальтингс, доказавший гипотезу Морделла, также громкое имя в теории чисел…

Похоже, Ло Вэньсюань разбирался не только в девушках.

Хотя, в конце концов, он учился у Эдварда Виттена.

Лу Чжоу принял к сведению предложения Ло Вэньсюаня и кивнул:

— Я подумаю об этом.

Ло Вэньсюань улыбнулся и спросил:

— Отвезти тебя в общежитие?

— Не стоит, я могу просто найти его по карте.

— Тогда позвони мне, если понадоблюсь.

— Само собою.

Лу Чжоу, ориентируясь по карте, направился к общежитию.

Его общежитие находилось в тихом уголке Принстонского студенческого городка, и это было совсем недалеко.

Парень неплохо ориентировался — и поэтому легко нашел общежитие.

Лу Чжоу уже видел фотографии общежития в интернете, так что заранее морально подготовился. Но когда он увидел его в реальности, то все же удивился.

Это действительно…

Слишком старо!

Этому английскому зданию в колониальном стиле — более девяноста лет. Хотя его несколько раз ремонтировали, но внешний вид почти не изменился, и это здание может претендовать на звание музея.

Особенно — темно-красные кирпичные стены и темно-зеленые виноградные лозы на стенах делали его похожим на старинный особняк.

"Тут, случайно, не водятся призраки?"

С подобными мыслями парень вошел внутрь.

Когда Лу Чжоу тащил свой чемодан наверх, то увидел человека, стоящего на лестнице.

Из-за плохого освещения он не смог разглядеть лицо, но, судя по одежде, это была женщина.

Она улыбнулась Лу Чжоу.

— Наконец-то, ты приехал.

Лу Чжоу узнал этот голос и был потрясен.

"Черт возьми?

Неужели в этом месте водятся привидения?"

Глава 226. Два варианта

Будучи убежденным атеистом, Лу Чжоу не верил во всякие привидения и богов.

Когда его глаза привыкли к темноте коридора, парень, наконец, узнал этого человека.

— Молина?

Услышав свое имя, француженка мило улыбнулась:

— Я знала, что ты приедешь… Почему не позвонил мне? Я могла бы приехать и забрать тебя...

"Опять двадцать пять…"

— Я попросил об этом своего друга… Где здесь двести одиннадцатая комната? — Лу Чжоу кашлянул и быстро сменил тему.

— Вверх по коридору, и налево, — сказала Молина и показала пальцем, после чего опять спросила:

— Да, кстати, ты уже выбрал научного руководителя?

— А что такое?

— Я к тому, что если ты еще не определился, то хочу порекомендовать тебе своего — Софи Морель, — девушка серьезно посмотрела на парня.

— Мое предыдущее предложение — все еще в силе. Ты нужен нам.

— Софи Морель?

Лу Чжоу удивленно посмотрел на девушку.

Молина подняла брови и с улыбкой спросила:

— Удивлен?

— Да… — кивнул парень.

Софи Морель — одна из претендентов на Филдсовскую премию, французский математик, обладающая красотой и знаниями.

Однако Лу Чжоу удивила не сама Софи Морель, а способность Принстона привлекать таланты.

Неудивительно, что Принстон называли центром математики Америки…

Лу Чжоу внезапно понял, почему Принстон договорился с Цзиньлинским университетом.

Все это ради того, чтобы Филдсовская премия оказалась у них...

Скрестив руки на груди, Молина ухмыльнулась:

— Ну что?

— Спасибо за приглашение, но я откажусь.

Лу Чжоу, таща свой чемодан, прошел мимо ошеломленной Молины к комнате в конце коридора.

"Какая шутка...

Я получу Филдсовскую премию с девяноста девятью процентной вероятностью, зачем мне выбирать руководителя с восемьюдесятью процентами!"

……………………………...

Лу Чжоу изначально планировал прослушать несколько лекций, после чего выбрать своего научного руководителя. В результате, он сильно недооценил, насколько двадцати однолетний обладатель премии Коула и кандидат на Филдсовскую премию был "соблазнительным" для профессоров Принстона.

Лу Чжоу пригласили на академический обмен и кофейную вечеринку. Пока парень обедал, с ним заговорила молодая женщина-ассистентка. А когда вопрос зашел о научном руководителе, то она начала говорить, что ее руководитель будет лучшим выбором.

Ло Вэньсюань был еще хуже, сперва он рассказал Лу Чжоу про многих профессоров, но уже на следующий день начал расхваливать Эдварда Виттена. Мексиканский студент, сидящий рядом с ними и изучающий физику, сказал что-то вроде: "этот мусор?", что чуть не спровоцировало драку между ними.

Это все слишком хлопотно...

Чтобы избавиться от этой головной боли, парень знал, что ему надо определиться как можно скорее.

Лу Чжоу отправился в Нассау Холл и получил список всех научных руководителей. Парень изучал список в течение часа, прежде чем, наконец, выбрал профессора Делиня в качестве своего первого кандидата.

Причина проста.

Алгебраическая геометрия — важный инструмент для изучения аналитической теории чисел, а также одна из слабых частей Лу Чжоу. Парень хотел изучить оригинальные рукописи Гротендика, но после того, как он получил файлы от академика Сян Хуананя, он обнаружил, что совсем не понимает по-французски.

Профессор Делинь — гениальный ученик Гротендика. В истории — только два человека, которые выиграли Филдсовскую премию, премию Вольфа и премию Крафорда. Один из них — Яу Шинтун, а другой — Делинь.

Лу Чжоу мог бы многому научиться у профессора Делиня.

Поговорив с профессором, парень думал, что тот будет строгим и проверит его, но профессор Делинь просто сразу сказал, что берет его.

Профессор Делинь встал из-за стола и снял с вешалки серый плащ.

— Добро пожаловать в большую семью Принстона. Я помогу тебе разобраться с соответствующими документами. Моя исследовательская группа, в основном, сосредоточена на изучении "стандартных гипотез". Конечно, у меня нет никаких жестких требований к тебе, и я не буду препятствовать твоему развитию. Как я заметил, ты — лучше в самостоятельной работе. Но если хочешь присоединиться к моему исследовательскому проекту, то я поприветствую тебя с распростертыми объятиями. Если тебя это не интересует, то можешь выполнять задания, что я дам, и одновременно писать свою диссертацию, как и другие аспиранты.

Делинь прервался и посмотрел на Лу Чжоу:

— Конечно, мои ожидания относительно тебя — выше, чем от других. Твоя диссертация должна, по крайней мере, соответствовать стандартам математического ежегодника. Если все пройдет хорошо, то ты сможешь получить докторскую степень уже в следующем году. А если слишком расслабишься и будешь напрасно растрачивать свой талант, то можешь никогда и не получить ее.

— Я понял… я рассмотрю ваше предложение.

Делинь кивнул и сказал:

— Хорошо… не беспокойся, я все понимаю, но все же — лучше поторопись. Постарайся дать ответ в течение трех дней. Не хочу слишком долго ждать.

— Конечно.

………………….

Гипотеза Римана отличалась от гипотезы о числах-близнецах или гипотезы Полиньяка. Эту гипотезу можно свести к одной строке: "Все нетривиальные нули дзета-функции имеют вещественную часть, равную половине".

Но, на самом деле, это масштабный проект, сравнимый со строительством небоскреба.

Точно так же, как и с гипотезой Пуанкаре, без концепции многомерности, появившейся в тысяча девятьсот шестидесятых годах и развитии "геометрии с нелинейными дифференциальными уравнениями", разработанной Яу Шинтуном для доказательства гипотезы Калаби, не было бы прорыва Гамильтона в "тензоре Риччи" и работы по теории сингулярности. Не говоря уже о доказательстве Григория Перельмана.

Такова проблема тысячелетия. Даже такой гений, как Перельман, не мог пропустить предыдущие работы и прямо доказать гипотезу Пуанкаре.

Даже если бы Гаусс имел в запасе лишние восемьдесят лет жизни — он не смог бы доказать ее.

Гипотеза Римана — такая же, но небоскреб — еще выше.

Это словно гора, у подножья которой стоят математики и не могут увидеть ее вершины.

Единственное, что они знали, так это то, что эту гору почти невозможно разгадать. Если бы кто-то смог решить все проблемы, ведущие к окончательному решению гипотезы Римана, то не хватит и десяти Филдсовских премий...

Если кто-то решит пропустить все другие проблемы и, просто полагаясь на математические методы, решит гипотезу Римана, то, скорее всего, будет то же самое, что и с нигерийским профессором, который даже не математик.

Это как с помощью камней и молний пытаться построить компьютер. Это нереально. Институт Клэя получал сотни работ в год, и все они — бесполезны.

Конечно, математики — не без идей. Будь то "сорок процентов нулей" найденные на критической линии Брайаном Конри, или Карл Бендер и другие математики, которые недавно предложили ввести гипотезу Римана в частный случай квантово-механических систем.

Существовали также методы алгебраической геометрии.

Например, гипотеза Вейла, которая назывались аналогом гипотезы Римана, и которую доказал Делинь, что одно из самых блестящих достижений в области теории чисел.

Что же касается "стандартных гипотез", про которые профессор Делинь сказал Лу Чжоу, то это общая форма гипотезы Вейля. Ее предложил Гротендик, "отец" современной алгебраической геометрии.

Если профессор Делинь хочет исполнить давнее заветное желание своего учителя — доказать гипотезу Римана, ему придется столкнуться со стандартной гипотезой.

Вернувшись в номер, Лу Чжоу лег на кровать и всерьез задумался над предложением профессора Делиня.

Сейчас у парня было два варианта.

Один — присоединиться к исследовательскому проекту профессора Делиня. Хотя стандартная гипотеза могла бы увеличить его опыт в математике, она задержала бы прогресс по выполнению задания системы. Тем более что Лу Чжоу не знал, сколько работы профессор Делинь уже сделал или еще предстоит сделать.

Другой вариант — работать самостоятельно. Лу Чжоу мог бы сконцентрировать всю свою энергию на гипотезе Гольдбаха и использовать ее в качестве своей докторской диссертации.

Глава 227. Другой путь

Фудклубы были одной из многих культур в Принстоне. По обеим сторонам Проспект-авеню располагались "кафетерии".

Конечно, разница между клубом и кафетерием — все еще очень велика. Особенно те клубы, которые управлялись студентами, поскольку они часто были со строгими правилами.

Например, аристократы из Бостона не позволят "деревенщинам" из Техаса вступать в их клубы, если только у этого человека не будет соответствующих достижений.

Отсюда можно определить социальный статус человека по месту, где он ест.

Самыми известными клубами были клуб Плюща и магазин Тигра. До решения суда в тысяча девятьсот девяносто первом году они не принимали на работу женщин. Они набирали только "элиту".

Лу Чжоу не придавал этому особого значения. Парень слышал, что в клубе Плюща — хорошая еда, а ежегодный членский взнос — всего пять тысяч долларов, и можно есть, сколько хочешь. К тому же, там — неограниченный запас кофе, поэтому Лу Чжоу пошел зарегистрироваться в нем.

После этого Лу Чжоу рассказали про некоторые правила, такие как этикет, и приняли.

Лу Чжоу думал, что ему, как и всем остальным, придется проходить собеседование и побороться за членство.

Парень хотел попрактиковаться в своем красноречии.

Однако, казалось, что общество вполне благосклонно относится к людям со способностями.

Прямо сейчас напротив Лу Чжоу сидел один из старших членов клуба Плюща — аспирант с исторического факультета Дэвид Лоуренс.

Лоуренс — очень распространенная фамилия в США. Но в таком месте, как Принстон, особенно когда человек из Бостона и европеец, фамилия Лоуренс не может не заставить задуматься, не связан ли этот человек с Кеннеди...

Именно благодаря помощи Лоуренса, парня так легко приняли в клуб.

Поскольку Лу Чжоу не имел никаких предубеждений о культурном происхождении или национальностях, он, естественно, стал хорошим другом Дэвида.

Это первый друг Лу Чжоу с тех пор, как он приехал в Принстон.

Уже прошло два дня после разговора с профессором Делинем, но Лу Чжоу все еще не принял окончательное решение.

Вечером, после лекции, парень пришел на ужин в клуб.

Так получилось, что Дэвид Лоуренс тоже оказался там, поэтому они сидели вместе и ели.

Они начали обсуждать свои планы после окончания университета. Дэвид улыбнулся и спросил парня:

— Тебе интересна работа в инвестиционно-банковской сфере, конечно не сейчас, а потом? Если что... могу порекомендовать тебе пару хороших мест.

— Я не заинтересован в поиске работы, поскольку предпочитаю исследования.

Дэвид Лоуренс улыбнулся и спросил:

— Да? Но тебе не кажется, что это увлекательно — использовать математику на финансовом рынке? Возможно, ты даже сможешь получить Нобелевскую премию.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я никогда раньше не изучал финансовую математику. Если тебя так интересуют финансы, то почему ты выбрал историю?

Дэвид Лоуренс постучал пальцем по бокалу, а в его глазах мелькнул блеск меланхолии:

— Я не хотел сюда поступать. Изначально я хотел получить степень в Уортонской школе бизнесса при Пенсильванском университете. Но мой упрямый отец отправил меня сюда, потому что он — выпускник Принстона... Изначально я тоже изучал математику, но она оказалась слишком сложной для меня. Поэтому я перешел на историю.

Лу Чжоу резал свой бифштекс, и почувствовал... словно на него смотрит девушка. Он вздохнул.

Этот парень — хороший друг, просто он — слишком красив.

Даже при своей строгой оценке, Лу Чжоу должен был признать, что этот парень — наравне с ним.

— Кажется, у всех — свои трудности… но разве в Принстоне нет бизнес-направлений?

— Нет, — ответил Дэвид Лоуренс. — Принстон — единственный вуз Лиги Плюща, в котором нет бизнес-школы.

Хотя в Принстоне нет экономических направлений, но из него вышло много гениальных предпринимателей.

Например, основатель Amazon — тоже выпускник Принстона.

Причина, по которой лучшие компании любили набирать сотрудников из Принстона, в основном, из-за его академических ресурсов и ассоциации выпускников, за которыми стоит богатство.

Пока Дэвид Лоуренс и Лу Чжоу болтали, к ним подошла девушка в черном платье.

Дэвид заметил, что она — явно не к нему, поэтому он улыбнулся:

— Похоже, у тебя свидание? Тогда не буду мешать.

— Нет, все в порядке. Можешь остаться.

Поняв, что тот все неправильно понял, Лу Чжоу попытался объяснить.

Однако Дэвид Лоуренс его не послушал.

— Ха-ха-ха, не хочу быть третьим лишним. И я, все равно, уже поел. Увидимся.

Дэвид Лоуренс встал и ушел со своим подносом.

— ...

Лу Чжоу посмотрел на Молину, которая села напротив него, и вздохнул:

— Молина, что такое?

Девушка не стала терять времени, пристально взглянула на парня и спросила:

— Ну, я знаю, что ты выбрал профессора Делиня... но неужели тебе совсем не интересен наш проект?

Лу Чжоу вздохнул.

Он знал, о чем она говорит.

Еще в прошлый раз Молина приглашала его присоединиться.

Просто Лу Чжоу не ожидал, что ее научный руководитель — такая же одержимая, как и она сама.

— Ваш проект — совершенно нереалистичен, это все равно что построить дом на Марсе... позволь мне поразмыслить, чтобы доказать гипотезу Римана, придется построить новую теоретическую основу и использовать ее для решения.

— Мы делаем это прямо сейчас! — взволнованно воскликнул Молина.

— Вам это удалось?

Молина покачала головой и, поколебавшись, сказала:

— Мы скоро сможем!

Парень вздохнул:

— Значит, еще нет?

На самом деле, Лу Чжоу мог понять, почему ее руководитель, Софи Морель, так нетерпелива.

Международная математическая конференция две тысячи восемнадцатого года состоится уже через два года. Там будет вручаться всего четыре Филдсовских премии.

Одна из них должна достаться Петеру Шольце, создавшему наиболее перспективные математические структуры в современной алгебраической геометрии: "теории перфектоидных пространств".

В то время, как другие люди "решали проблемы", Шольце, с другой стороны, создал инструмент. Инструмент, созданный при решении проблем, гораздо важнее, чем решение самой проблемы. Шольце уже получил премию Европейского математического общества, и не было никаких сомнений в том, что Филдсовская премия принадлежит ему.

Другая достанется тому, кто доказал гипотезу Полиньяка, Лу Чжоу. Хотя Лу Чжоу не создал математической основы, подобной "теории перфектоидных пространств", он решил много важных проблем.

Гипотеза Полиньяка достойна Филдсовской премии.

Для авторитетных международных наград квалификация не влияла на выбор победителей, признавался лишь результат. Именно поэтому Григорий Перельман смог получить Филдсовскую премию. Однако он не принял ее, поскольку не хотел славы или денег.

Григорий Перельман отказался от многочисленных наград, в том числе от награды Европейского математического общества, которое присудило ему премию "молодой математик".

У Филдсовской премии оставалось два места. Одним из возможных кандидатов был Фернандо Марк, бразильский парень. Математическая конференция две тысячи восемнадцатого года должна была состояться в Бразилии, что сделало ее еще более интересной.

Другими кандидатами были такие люди, как Джорди Уильямсон, который также получил премию Европейского математического сообщества, или Марина Вязовская, украинская богиня математики.

Если бы Софи Морель могла внести свой вклад в гипотезу Римана, например, обновить "критическую линию" Конри с сорока процентов до пятидесяти процентов, то ее шансы на победу значительно возросли бы.

Однако Лу Чжоу не понимал, почему Молина — так же нетерпелива.

Для нее Филдсовская премия — очень далекая вещь.

Молина поправила волосы и взглянула на Лу Чжоу.

— Мы с моим руководителем можем заниматься этим всю жизнь, потому что я все равно не планирую в ближайшее время получать результаты.

"Неужели ты настолько одержима?"

Лу Чжоу положил нож и вытер руки салфеткой, после чего произнес:

— Тогда... продолжай, но не тащи меня за собой. У меня есть и другие дела.

Молина подняла брови:

— Исследовательский проект профессора Делиня?

Лу Чжоу улыбнулся.

Этот разговор с ней, действительно, дал ему немного мотивации.

Лу Чжоу запутался между двумя вариантами, которые ему предлагал профессор Делинь. В то же время гипотеза Гольдбаха также давала ему два заманчивых выбора. Выбор методов.

"Следует ли мне использовать круговой метод или метод решета?

Оба метода, похоже, дошли до последнего шага, но им всегда чего-то не хватало.

В таком случае…"

Глаза Лу Чжоу внезапно загорелись.

После паузы он вновь произнес:

— Гипотеза Гольдбаха, — произнес он позитивным голосом.

Молину потрясли его слова, и она чуть не расхохоталась вслух.

— Извини... я не сомневаюсь в твоих способностях, но просто не могу сдержаться. Ты тоже сошел с ума, — после паузы Молина спросила:

— Планируешь использовать метод решета или круговой метод?

Услышав этот вопрос, парень усмехнулся:

— Ни тот, ни другой.

Глава 228. Собственный инструмент

— Ни то, ни другое?

Молина удивилась.

Она с сомнением взглянула на Лу Чжоу и произнесла:

— Я знаю, что ты — гений... Но, хотя гипотеза Гольдбаха не относится к моей области исследований, если я правильно тебя поняла, ты собираешься игнорировать сто лет работы, и сделать все сам?

Парень слегка улыбнулся и спокойно сказал:

— Проблема а+в является сложным выражением гипотезы Гольдбаха. То есть, каждое большое четное число N можно выразить как A+B, где простые множители A и B не превышают A и B соответственно. Когда a=b=1, в конце концов, этот вопрос вернется к исходной формулировке. Любое четное число, большее двух, может быть записано как сумма двух простых чисел.

Простые множители — равны нулю, естественно, означает, что это — простое число.

Таким образом, форма один плюс дин — конечная форма гипотезы Гольдбаха.

Молина усмехнулась:

— Хочешь сказать, что люди, которые исследовали гипотезу Гольдбаха более века, ничего не делали?

— Конечно, нет, — Лу Чжоу покачал головой, после чего задал неожиданный вопрос:

— Ты разбираешься в спорте?

Молина нахмурилась и переспросила:

— Спорте?

— Прыжках в длину.

Молина надулась, но все же сказала:

— Само собою.

Парень слегка улыбнулся и начал объяснять:

— Метод доказательства а+в Брауна — эквивалентен разбегу перед прыжком в длину. Хотя само время разбега не входит в счет, является ли разбег бесполезным? Та же самая логика применима и здесь, где a+b — эквивалентно развитию гипотезы Гольдбаха. Потому что без него не будет метода решета, который является вдохновляющим и потенциальным аналитическим инструментом для теории чисел. Можно даже сказать, что значение метода решета выходит за рамки самой гипотезы Гольдбаха.

Независимо от того, действительно ли метод решета может добиться формы один плюс один, он уже сыграл важную роль в аналитической теории чисел.

Лу Чжоу лично получил от него большую пользу.

Молина поправила волосы, посмотрела на парня и спросила:

— Ладно, как ты собираешься это доказать?

Лу Чжоу ухмыльнулся:

— Очевидно, воспользуюсь собственным методом.

Девушка не знала отчего, но ее сердце забилось быстрее, когда она увидела его улыбку.

Конечно, поскольку она — женщина, решившая жениться на математике, это продлилось лишь мгновение...

…………………………………………………….

Решение математической гипотезы требовало накопления рабочей нагрузки и творческого гения.

Оба — необходимы.

Так же, как и с последней теоремой Ферма.

Когда теорема Таниямы — Симуры была доказана, люди не видели конкретных перспектив теоремы, но у них была приблизительная идея в их умах. Это произошло потому, что появился инструмент для решения проблемы. Это была историческая работа Эндрю Уайлса.

Что касается гипотезы Гольдбаха, то, независимо от метода, будь это метод решета или круговой метод, то никакой разницы.

Работа предшественников заложила фундамент. Однако будь то теорема Чэня или доказательство гипотезы Гольдбаха при странных условиях, все они — в одном шаге от истины. Смысл теоремы Чэня заключался скорее в том, чтобы дать другим математикам понять, что путь метода решета закончился, и идти больше некуда.

Аналогично с круговым методом.

По этой причине, в конце прошлого года на своей лекции Хельфготт сказал, что "чтобы полностью доказать гипотезу Гольдбаха, нам предстоит пройти долгий путь". Он заявил, что в ближайшее время нет никакой надежды решить проблему Гольдбаха.

По крайней мере, никакой надежды на круговой метод.

Лу Чжоу вынужден был согласиться, что оба метода зашли в тупик.

При изучении гипотезы о числах-близнецах Лу Чжоу столкнулся с подобной проблемой.

В ходе исследования Чжан Ицан выбрал лямбда-функцию, которая ограничила расстояние между парой простых чисел до семидесяти миллионов. Преемники сократили это число до двухсот сорока шести. Однако дальше они не смогли продвинуться.

Первоначальным Лу Чжоу также думал использовать лямбда-функции. Однако после множества попыток он обнаружил, что эта дорога ведет в никуда.

Было слишком много форм лямбда-функции, чтобы выбрать из них. Как бы Лу Чжоу ни старался, ему никак не удавалось найти подходящую.

Пока парень не попробовал совершенно другой способ доказательства под действием вдохновения, он ввел топологию в метод решета, что открыло и осветило новый путь.

Хотя этот метод впервые упоминался в работе профессора Цельберга тысяча девятьсот девяносто пятого года, который занимался проблемой Гольдбаха, именно Лу Чжоу ввел его в проблему простых чисел.

Позже Лу Чжоу построил на своих собственных знаниях теорию групп и вытолкнул расстояние от конечного до бесконечного, доказав гипотезу Полиньяка. Этот метод был дважды преобразован и полностью не походил на свой изначальный метод решета.

Поэтому Лу Чжоу дал ему новое название — "метод групповой структуры".

Однако, изучая гипотезу Гольдбаха, парень по привычке забыл о своих собственных инструментах.

На первый взгляд, метод групповой структуры никак не связан с гипотезой Гольдбаха. Однако надо смотреть в корень, где цель метода решета заключалась в том, чтобы решить гипотезу Гольдбаха.

Если улучшить его, этот метод может быть использован для решения гипотезы Гольдбаха.

Если математический метод постоянно совершенствовать, он превратится из зубочистки в швейцарский армейский нож. Метод постепенно станет теоретической основой, которую можно использовать в теории чисел!

Это как "теория пространств Тейхмюллера", созданная при работе над abc-гипотезой.

Независимо от того, создаете вы метод и потом доказываете его ценность или разрабатываете метод, пытаясь решить проблему, оба пути — верны.

Лу Чжоу смутно увидел надежду.

……………………………...

Лу Чжоу вышел из ресторанного клуба. Однако в библиотеку он не пошел. Вместо этого парень отправился в Институт перспективных исследований.

Хотя он и не назначал встречу, профессор Делинь сказал, что каждый вечер с шести до восьми — его рабочее время.

Прежде чем войти, парень постучал в дверь.

Профессор Делинь перестал писать, посмотрел на Лу Чжоу и спокойно спросил:

— Ты уже решил?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, я планирую продолжить свое собственное исследование... прошу прощения, но я не могу сохранить силы, чтобы присоединиться к вашему проекту.

Делинь кивнул и не показал никаких признаков недовольства.

Делинь — человек, который уважал свободу. Вот почему он позволил парню самому принять решение.

— Я уважаю твое решение. Но, как твой научный руководитель, я должен знать, в чем заключается твое исследование?

Лу Чжоу ответил:

— Гипотеза Гольдбаха.

Профессор Делинь кивнул. Он не удивился, как Молина, и остался совершенно спокойным.

"Может…

Профессор считает, что я — лучший кандидат для решения этой гипотезы?

Спасибо за комплимент..."

Лу Чжоу немного загордился.

— Гипотеза Гольдбаха — интересная проблема, я тоже изучал ее в молодости. Но я не погружался глубоко в нее, так что особо не помогу тебе. В настоящее время наиболее близкими результатами исследований являются доказательства Чэня и доказательство тернарной проблемы Хельфготта. Я с нетерпением жду твоего нового исследования… — сказал Делинь. — ...Конечно, помимо твоих собственных исследований, есть еще кое-что, что ты должны делать для меня. Например, работа помощником преподавателя.

Лу Чжоу кивнул:

— Нет проблем... я уверен в своих преподавательских способностях по теории чисел и функциональному анализу.

— Я верю в твои способности в теории чисел. На самом деле, ты — более чем готов для этой работы... Кроме того, я приготовил для тебя подарок.

Делинь выдвинул ящик стола и достал оттуда какую-то бумагу. После чего положил ее на стол и улыбнулся.

— Я слышал, что у тебя — не очень хорошее семейное положение. Я решил для тебя проблему с грантом на обучение. Отнеси это в финансовый отдел и разберись со своей платой за обучение.

Глава 229. Исследование в затворничестве

Так называемый грант отличался от стипендий. Он не только покрывал расходы на проживание и обучение, но и предоставлял студентам определенную сумму расходов для личных нужд.

Именно поэтому ради него велась сильная конкуренция. Помимо того, что требовались отличные оценки, иностранные заявители также должны были предоставить справку из своей страны об успеваемости, рекомендательное письмо и эссе.

Для различных университетов и людей — сумма всегда разная. Также выплата делилась на годовую, ежемесячную или ежеквартальную.

Специальный грант от Принстона — один из самых сложных в получении среди вузов. Особенно — среди аспирантов. Однако для обладателя премии Коула в области теории чисел, похоже, это не проблема.

В конце концов, сам Лу Чжоу — уже достаточно квалифицирован, чтобы писать рекомендательные письма для других. Не говоря уже о том, что его руководитель — профессор Делинь.

Стипендия Лу Чжоу включала плату за обучение и проживание, медицинскую страховку и единовременную выплату в размере сорока тысяч долларов.

Открыв банковский счет, Лу Чжоу обналичил призовой чек премии Коула и гранта Принстона. Глядя на ряд чисел на своем банковском счете, парень не мог не подумать:

"Все остальные платят безумные деньги, чтобы учиться за границей, а я зарабатываю состояние, просто учась за границей.

Это чувство, действительно, особенное."

…………………………………….

Закончив с грантом, Лу Чжоу постепенно освоился в жизни в Принстоне.

Для магистров занятия тут были очень сложными. Но для аспирантов, если преподаватель не слишком строгий, жизнь была довольно расслабленной.

Хотя профессор Делинь организовал для Лу Чжоу работу помощником преподавателя, первый урок у него будет лишь в апреле, до которого оставался еще целый месяц. В это время парень решил получить водительские права.

В дополнении к гипотезе Гольдбаха, его текущая цель — еще в изучении алгебраической геометрии под руководством профессора Делиня.

Лу Чжоу пришел в такой восторг от того, что у этого старика из Бельгии имелись оригинальные рукописи работ Гротендика: его программы Esquisse d'un., которые перевел на английский французский студент.

Многое из его программы до сих пор — до конца не понятно.

Парень никогда не был во Франции, чтобы найти работы Гротендика по современной алгебраической геометрии. Во-первых — поскольку он не понимал по-французски, во-вторых — потому что он недостаточно изучил его работы.

Английский перевод программы Esquisse d'un очень хорошо помог Лу Чжоу. В сочетании с личным руководством профессора Делиня, это сделало многое более простым для понимания.

Конечно же, хороший руководитель мог бы сэкономить много времени.

Кроме изучения алгебраической геометрии под руководством профессора Делиня, Лу Чжоу проводил все остальное свое свободное время над гипотезой Гольдбаха.

Один раз парень почувствовал прилив вдохновения — и несколько дней не выходил из своей комнаты. Лу Чжоу заперся в своей крошечной спальне, придумывая новую идеальную теоретическую основу, как преобразовать метод групповой структуры для решения гипотезы Гольдбаха.

В результате, Лу Чжоу даже пропустил лекцию, которую должен был проводить.

В связи с этим профессор Делинь позвонил ему и узнал, что случилось.

Однако узнав, что Лу Чжоу не путешествует по Нью-Йорку или Филадельфии, а изучает гипотезу Гольдбаха, профессор ничего не сказал по поводу прогула парня.

— Изучение математических проблем требует кропотливой работы, но это не значит, что нужно закрываться от нее. Если чувствуешь, что достиг узкого места, рекомендую сделать небольшой перерыв. Поиграй в футбол или посмотри кино... нужно активно искать вдохновение, а не ждать, когда вдохновение найдет тебя.

— Я приму во внимание ваш совет... можно мне взять отпуск?

— На сколько?

— Две недели.

— Можешь не спрашивать меня об этом. Ты сам волен распоряжаться своим временем. Но если по прошествии одного года ты не достигнешь никакого прогресса, я назначу тебе другую исследовательскую работу. У тебя — только несколько золотых лет для математических исследований, поэтому нет необходимости тратить больше одного года только на один вопрос.

После этого старый профессор повесил трубку.

Лу Чжоу положил трубку и улыбнулся, вертя ручку в руке.

"У меня есть только один год?"

Хотя профессор Делинь не произнес этого вслух, он думал, что Лу Чжоу не сможет выполнить эту задачу.

Но это также показало, что профессор заботится о нем. Кто-нибудь, вероятно, не обратил бы внимания, даже если бы парень поехал в Голливуд, чтобы стать актером.

— Больше нельзя терять времени, нужно поторопиться, — произнес Лу Чжоу и покачал головой. Он поднял ручку, которую уронил, и начал делать расчеты на черновике.

…………………………………...

Хотя Лу Чжоу и сказал, что он серьезно рассмотрит совет профессора, нельзя мгновенно изменить привычку, выработавшуюся за много лет.

Более того, Лу Чжоу не считал, что с его привычкой — что-то не так.

В мире существовало множество типов математиков. Некоторые из них, как Чэнь Цзинжунь, который был настолько замкнутым, что не принимал никаких призов, или как Андрей Николаевич Колмогоров, который любил бокс и природу.

Лу Чжоу не считал себя интровертом, поскольку посещал лекции, когда это было необходимо. Однако большую часть времени он предпочитал заниматься в одиночку.

Прошло еще несколько дней.

Субботним утром за окном виднелось яркое небо.

Парень не знал, когда заснул за своим жестким столом. Он откинулся на спинку стула и потянулся.

— Может стоит нанять горничную...

— Интересно, как там развилась робототехника в Силиконовой долине?

В теории, Лу Чжоу мог предоставить Сяо Ай тело робота и, возможно, тогда его искусственная отсталость, наконец, станет полезной.

Например, будет выносить мусор или делать что-то подобное.

Он не возлагал больших надежд на более сложные задачи.

Лу Чжоу потер голову и посмотрел на десятки черновиков, разложенных по столу. Выбрав несколько, он скомкал их и бросил в мусорное ведро.

Почувствовав голод, парень встал и направился на кухню.

Лу Чжоу достал из холодильника несколько ломтиков бекона и свежие овощи. Потом достал два куска хлеба и положил их в тостер.

Жаль, что в Америке готовка не пользуется популярностью. Иногда они устраивали барбекю-вечеринки на свежем воздухе. Хотя в маленьком номере Лу Чжоу имелась кухня, на ней не было плиты, что не давало возможности ему готовить.

Лу Чжоу спросил управляющего квартирой, может ли он установить плиту, но в ответ он получил странный взгляд и отказ.

Однако это имело смысл. Его многоквартирному дому более девяноста лет. Тут жили многие знаменитые ученые. Даже дом Эйнштейна находился неподалеку.

Будет очень нехорошо, если он случайно устроит пожар.

Лу Чжоу понимал подобное решение управляющего.

В любом случае, ему приходилось питаться, в основном, фаст-фудом, и только когда он — сильно загружен или по утрам, то пользуется своим холодильником.

Закончив есть, парень налил себе чашку кофе, после чего встал около холодильника и смотрел на идущие часы, пытаясь привести в порядок свои мысли.

Именно тогда Лу Чжоу внезапно позвонил Ло Вэньсюань.

— Эй, разве не ты говорил, что сегодня хотел поехать выбирать машину со мною? Я жду у ворот, когда ты подойдешь?.. только не говори, что ты еще не встал.

Только сейчас Лу Чжоу осознал, что слишком долго затворничал.

Глава 230. Настоящие мужчины водят внедорожники

Приведя себя в порядок, Лу Чжоу встретился с Ло Вэньсюанем у ворот университета. К автосалону в Филадельфии они подъехали лишь к десяти утра.

Поскольку сегодня был выходной, в автосалоне много людей осматривали машины.

Ло Вэньсюань вышел из машины и заговорил:

— Свою машину я купил тут. Говорят, владелец этого центра — богач с ближнего востока. При покупке он может помочь с документами, а также — предоставить некоторые модификации авто.

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Он — твой знакомый?

Ло Вэньсюань улыбнулся и сказал:

— Нет.

— ...

Парень надеялся, что сможет получить скидку, но теперь, похоже, не получится.

Ло Вэньсюань кашлянул и спросил:

— Какой тип машины тебе нравится? Я могу что-нибудь посоветовать. Машины здесь — довольно дешевые, особенно со скидками. Высококлассный автомобиль будет стоить всего шестьдесят тысяч долларов или около того. Я рекомендую Porsche...

Выслушав Ло Вэньсюаня, Лу Чжоу покачал головой:

— Я не хочу потратить все полученные деньги на машину. Главное, чтобы она ездила. Есть что-нибудь подешевле?

— Японские и подержанные — очень дешевые... За три тысячи долларов можно купить. Но, честно, не думаю, что тебе стоит покупать что-либо из них, если не хочешь раскошелиться на ремонт.

— Само собою, нафиг надо...

Хотя Лу Чжоу хотел сэкономить, но не станет рисковать своею безопасностью ради этого.

Учитывая, что он — новичок в вождении, то ему хотелось купить автомобиль понадежнее.

Сделав круг по магазину, взгляд парня привлекла крупная машина.

Лу Чжоу продолжал пристально смотреть на нее.

Ло Вэньсюань посмотрел, куда он смотрит, и удивился:

— Внедорожник Ford Explorer. Четырехлитровый двигатель... две целых, три десятых тонны... среднеразмерный внедорожник... не говори мне, что ты хочешь купить его?

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Сколько он стоит?

— Около тридцати тысяч. Но я советую не покупать. За тридцать тысяч можно купить Chevrolet Camaro. Ты даже можешь купить Cayenne, если добавишь еще двадцать тысяч. И… — Ло Вэньсюань сделал паузу.

— И?

Ло Вэньсюань смутился и сказал:

— Ничего, просто не думаю, что это соответствует твоему стилю...

— ...

"Иди нахрен!

Что значит — это не соответствует моему стилю!

Почему нет?"

В конце концов, Лу Чжоу настоял на своем и купил этот громоздкий внедорожник.

Вся стоимость составила тридцать одну тысячу сто семнадцать долларов.

Заплатив полную сумму, Лу Чжоу взял ключи от машины из рук дилера. Он взволнованно затащил Ло Вэньсюаня в машину и сел за руль.

Некоторое время назад Лу Чжоу уже получил свои водительские права в Нью-Джерси. Теперь его можно назвать настоящим водителем.

Прокатившись немного, Лу Чжоу остановился на парковке, чтобы выпустить Ло Вэньсюаня.

Выйдя попрощаться с Ло Вэньсюанем, Лу Чжоу сказал:

— Спасибо, что помог мне сегодня! Возвращайся в Принстон без меня. У меня еще есть дела.

— Ты доедешь в одиночку?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Я помню дорогу. К тому же, у меня есть навигатор.

— Ладно, увидимся позже.

— Да, увидимся. Я как-нибудь угощу тебя.

— Не надо. Просто познакомь меня с несколькими хорошенькими девушками из Пенсильванского университета, — сказал Ло Вэньсюань, после чего сел в свою машину и уехал.

Лу Чжоу посмотрел, как задние фонари исчезают с въезда на парковку, и покачал головой.

"Этот парень — очень умен.

Он, действительно, догадался, куда я направляюсь.

Но он, однозначно, неправильно все понял."

………………………..

Только прилетев в Филадельфию, Лу Чжоу пообещал Чэнь Юйшань пригласить ее пообедать, как получит права.

Теперь, получив права и купив машину, у него точно не останется друзей, если он не сдержит свое обещание.

Используя навигатор, парень добрался до общежитий Уортонской школы. Найдя место, где припарковаться, Лу Чжоу позвонил Чэнь Юйшань.

— Младший брат, ты, наконец-то, решил позвонить своей сестре.

Лу Чжоу не понимал, почему в ее голосе прозвучала легкая обида.

Он сделал вид, что ничего не заметил, и спросил:

— Где ты сейчас? Я уже у входа в общежитие Уортона... но я не знаю, живешь ли ты здесь.

— Что? Ты сейчас в Пенсильвании? — с другого конца раздался удивленный и радостный голос. — Посмотри на улицу. Есть ли рядом кофейня "Голубой остров"?

Лу Чжоу выглянул в окно своей машины и сказал:

— Что-то похожее есть.

— Да, да, оно... Подожди меня, я сейчас спущусь.

Чэнь Юйшань повесила трубку.

Хотя девушка и сказала "сейчас", Лу Чжоу уже было почти заснул, когда, наконец, увидел знакомую фигуру, вышедшую из входа в общежитие.

Сейчас наступил март, и погода значительно улучшилась. Чэнь Юйшань вышла в платье с открытыми плечами, и она выглядела намного моложе, чем когда Лу Чжоу впервые приехал в Филадельфию.

Особенно ее прическа вызвала у парня чувство ностальгии, он вспомнил о том моменте, когда встретил ее два года назад в столовой.

Чэнь Юйшань открыла дверь и села рядом, после чего с любопытством огляделась.

— Ты купил машину?

— Ага, только купил, где бы ты хотела поесть?

Чэнь Юйшань протянула руку и сказала:

— Я знаю поблизости хороший ресторан. Дай мне свой телефон, и я проложу тебе маршрут.

…………………………..

Чэнь Юйшань и Лу Чжоу приехали в ближайший итальянский ресторан.

Лу Чжоу припарковал машину на стоянке возле ресторана и вошел вместе с Чэнь Юйшань внутрь.

Они сели за столик и заказали еду.

Как только принесли еду, молодые люди начали болтать во время еды.

В конце концов, они — друзья, которые обычно сидели вместе в библиотеке. Теперь, когда они встретились за Тихим океаном, естественно, им есть о чем поговорить.

— Ты, должно быть, очень занят?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, очень. Я недавно исследовал гипотезу Гольдбаха, но не сделал большого прогресса.

Чэнь Юйшань с восхищением посмотрела на Лу Чжоу и произнесла:

— Ты — сумасшедший…

Хотя девушка не занималась математикой, очевидно, знала о гипотезе Гольдбаха.

Парень смутился, улыбнулся и сменил тему:

— Ничего такого… а у тебя как все?

— У меня? Я тоже очень занята, — ответила Чэнь Юйшань, кусая соломинку, после чего мрачно вздохнула и продолжила:

— У моего руководителя — проект Walmart. План управления и обучения для старших сотрудников в Индийском филиале компании. Теперь мне каждый день приходится читать не менее двадцати страниц материалов и писать отчет каждую неделю. Устала, как собака.

Чэнь Юйшань игриво высунула язык.

Этот милый взгляд очень напоминал щенячий… хотя немного плохо описывать подобным образом девушку.

Лу Чжоу отбросил свои грязные мысли и сказал:

— Проект Walmart? Похоже, твой научный руководитель — тоже крутой.

Само собою, он думал о деньгах, заплаченных за помощь крупной корпорации.

— Это нормально, не такой впечатляющий, как вы, мистер большой математик, — произнесла Чэнь Юйшань, с улыбкой глядя на Лу Чжоу. Затем она сменила тему разговора:

— Кстати, почему ты купил внедорожник?

— Даже не знаю. Просто он мне понравился. Он — большой, грубый, устойчивый, се... безопасный, — сказал Лу Чжоу и кашлянул.

— Это подходит таким людям, как я.

"Близко! Я чуть было не сказал "сексуальный", но, слава Богу, вовремя среагировал."

Он не знал почему, но девушка вдруг начала смеяться.

— Пф…

Парень смутился:

— Что?

Чэнь Юйшань рассмеялась, что даже схватилась за живот от смеха:

— Ничего, все в порядке, братец… Главное, ты — счастлив.

???

Закончив смеяться, девушка посмотрела на Лу Чжоу и ухмыльнулась, после чего подразнила его:

— Кстати, думаю, что тебе больше подходит Mini Cooper... Они — очень популярны.

"Эм...

Подразумеваешь, что я — красивый?

Спасибо за комплимент."

Лу Чжоу смущенно улыбнулся, поскольку не мог опровергнуть ее слова.

Глава 231. Идея появилась

Это действительно удобно и безопасно — иметь свою машину.

Лу Чжоу провел весь день в Филадельфии вместе с Чэнь Юйшань. Они вместе посмотрели кино, погуляли и поужинали, после чего расстались, и парень поехал обратно в Принстон.

Припарковав свою машину на стоянке около Института перспективных исследований, Лу Чжоу будучи в хорошем настроении начал напевать по пути в комнату.

Поднявшись на второй этаж, он встретил Молину в спортивной одежде, которая судя по всему собиралась на пробежку.

Девушка взглянула на парня и усмехнулась:

— Ходил на свидание?

— Купил машину.

Лу Чжоу покрутил ключами от машины на указательном пальце, он не стал с ней говорить и просто вернулся в свою комнату.

Вернувшись, Лу Чжоу сразу бросил свое пальто и ключи от машины на диван и направился на кухню, чтобы сделать себе чашку кофе. После чего вернулся к своему рабочему столу и сел, готовый продолжать работать.

Именно в этот момент на его телефоне появилось сообщение от Сяо Ая.

"Хозяин, новая почта!"

Это от Вильчека?

После напоминания от Сяо Ая, Лу Чжоу открыл ноутбук и зашел в почту. Он обнаружил, что там было целых два новых письма.

Одно из них пришло аж три дня назад, скорее всего, когда он затворничал в своей комнате и не замечал напоминания Сяо Ая.

Поскольку адрес отправителя был ему незнаком, парень, который боялся что-либо откладывать, первым открыл это письмо.

"Уважаемый Лу Чжоу, Это Вера Пулюй из Беркли. У меня появились некоторые вопросы по теме, что мы обсуждали с вами в прошлый раз. Сможете уделить время и ответить мне?"

Пулюй?

Наверное, это славянская фамилия?

Почему она такая вежливая? Я не похож на какого-то знаменитого профессора.

Долгое время мозг парня кипел, пытаясь безуспешно связать образ маленькой девушки с белыми медведями и бородатыми мужиками.

Никогда бы не подумала, что она — славянка…

Покачав головой, Лу Чжоу откинул эти незначительные мысли, перешел к сути письма.

"В статье, опубликованной профессором Хельфготтом на конференции, на третьей странице 11-я строчка: J (n) = ∫Φ (λ) · G (λ) 2 · H (λ) · E | -nλ | dλ. Как это связано с выводами в (2.1)?"

Лу Чжоу слегка удивился.

О, она понимает, о чем спрашивает.

Ну, золотая медаль олимпиады по математике, конечно, она талантлива.

По крайней мере, в отличие от прошлого вопроса, этот вопрос ближе к круговому методу.

Лу Чжоу улыбнулся и набрал ответ.

"Потому что мы имеем дело с интервалом, используя круговой метод и установив несколько равных результатов распределения, мы прокладываем дорогу нашей теории. Итак, мы имеем S1 (q, α) = ∑e (αm3 / q), C1 (q, α) = Σe (αm3 / q2), что приводим к Td (n, q) = ΣS1 (q, αd3) · | C1 (q, αd3) | · e (-an / q) / qψ2 (q)... и тогда, что мы получаем? Подумай об этом сама."

Лу Чжоу дважды проверил письмо, чтобы убедиться, что нигде не ошибся, и только тогда отправил его.

Он не дал прямой ответ девушке. Лу Чжоу дал ей возможность поразмыслить самой, надеясь, что она сама все поймет.

Если девушка намерена и дальше в будущем развиваться в сторону математики, неважно, какое именно направление она выберет, то должна пройти через такое.

Знания по базовой математике можно получить путем обучения, но знания высокого уровня получают путем размышления, потому что нельзя просто взять и дать ответ.

Парень сделал глоток кофе и почувствовал горечь, внезапно осознав, что забыл положить сахар.

Он пошел на кухню и добавил сахара, а когда вернулся, то обнаружил, что уже получил ответ.

— Так быстро?

Лу Чжоу поставил чашку кофе и открыл письмо.

Там была лишь одна строчка.

"...Можно получить абсолютную сходимость ряда δd (n) = ΣTd (n, q)?"

Лу Чжоу улыбнулся и с удовлетворением кивнул.

Она быстро все поняла!

Возможно у нее — не так много опыта, но она быстро все схватывает, и у нее большая чувствительность к числам.

Будь он профессором в Беркли, он определенно не против взять ее в ученики.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил.

"Верно."

В течение минуты он получил еще один ответ.

"Спасибо."

Она очень вежлива.

Закрыв письмо, Лу Чжоу посмотрел на формулы, которые он редактировал в документе с краю рабочего стола, после чего собирался перетащить его в корзину.

Однако внезапно, когда парень сделал клик мышью, он уставился на строчку расчетов и задумался...

"Td (n, q) = ∑S1 (q, αd3) · | C1 (q, αd3) | · e (-an / q) / qψ2 (q)…

Ряд δd (n) = ΣTd (n, q) абсолютно сходим…

Отсюда можно ввести круговой метод и решить (2.1)."

Под озарением Лу Чжоу быстро открыл файлы на своем компьютере и нашел статью, которую представил Хельфготт на конференции. Найдя третью строчку на одиннадцатой странице, он начал читать.

Часы на стене тикали и уже наступило пол первого.

Внезапно, похоже что-то поняв, Лу Чжоу быстро взял ручку и быстро начал делать расчеты на бумаге.

Хельфготт — однозначно, мастер кругового метода, точно так же, как Чэнь Цзинжунь был мастером теории решета.

Однако даже сам Хельфготт не ожидал, что круговой метод можно использовать для решения гипотезы Гольдбаха. И Лу Чжоу не ожидал, что сможет найти то, что даже упустил сам мастер.

Но, к неожиданности, просматривая сейчас статью, он нашел место, которое не заметил раньше.

Из-за того, что статья старика была очень большой, и в ней содержалось много очевидных выводов, Лу Чжоу не задумывался слишком сильно. Если бы не Вера, которая внимательно прочла статью, он просто бы пропустил это.

Парень был слишком взволнован этим неожиданным сюрпризом.

Хотя это не могло непосредственно решить гипотезу, оно могло идеально усовершенствовать его инструменты.

Возможно, это может позволить ему применить его метод групповой структуры к гипотезе Гольдбаха…

Возможно?

Его ручка замедлилась и, в конце концов, остановилась.

Лу Чжоу посмотрел на четыре завершенные страницы и на пятую, которую не мог закончить, после чего с раздражением почесал голову.

Он потерял мысль.

"Я был так близок!"

Часы тикали и тикали, а за окном наступала глубокая ночь.

Лу Чжоу посмотрел на экран своего компьютера.

Он заметил, что у него осталось еще одно непрочитанное письмо.

Лу Чжоу тут же выпрямился.

Про себя подготавливаясь к разговору с профессором Вильчеком, он открыл письмо, про которое уже забыл.

Сообщение было коротким.

Только одна строка.

"О сигнале 750 ГэВ, мне нужно поговорить с тобой лицом к лицу... когда у тебя будет время?"

Глава 232. Плохие новости

Чем короче фраза, тем она значительнее.

После международной конференции по теоретической физике в Брюсселе Лу Чжоу ожидал, что профессор Фрэнк может сообщить что-то важное.

Он быстро напечатал ответ:

"Я свободен в любое время. Когда вы сможете?"

Лу Чжоу немного подождал, но профессор не ответил.

Парень посмотрел на часы и догадался, что тот скорее всего спит. Он встал и принял душ, после чего лег спать.

Больше Лу Чжоу ни с кем не переписывался.

На следующее утро Лу Чжоу встал с постели и выключил будильник. Потом проверил свой почтовый ящик и увидел ответ.

"Послезавтра я приеду в университет Стоуни-Брук, где пробуду около трех дней. Если ты свободен, то мы можем встретиться там."

Лу Чжоу посмотрел на календарь.

Через два дня он должен проводить лекцию, но он уже попросил у профессора Делиня отпуск.

Поэтому Лу Чжоу ответил:

"Хорошо, тогда в полдень послезавтра я с вами свяжусь."

Вильчек ответил коротко:

"Ок."

………………………………...

Нью-Йорк располагался на восточном побережье. Он был экономическим и культурным центром всего восточного побережья, а также одним из крупнейших технологических центров Америки.

Многие люди знают об Уолл-Стрит и Статуе Свободы. Однако мало кто знает об одной из ведущих в мире научно-исследовательских лабораторий на Лонг-Айленде — Брукхейвенской национальной лаборатории.

Многие Нобелевские премии родились здесь, в том числе Ян Чжэньдои и Ли Чжэндао, а также Сэмюэл Тинг за обнаружение частицы J/ψ. Здесь работало около 3000 исследователей и инженеров, и в среднем более 4000 приглашенных ученых работали здесь каждый год.

Хотя она несопоставима с ЦЕРНом, она также впечатляет.

В значительной степени смысл коллайдера здесь. На первый взгляд, открытие новой частицы не казалось таким уж большим делом, поскольку оно никоим образом не изменит жизнь людей. Но эксперимент привлекает большое количество ученых, которые собираются здесь и создают новейшее оборудование, тем самым формируя "научную исследовательскую систему".

Например, накопительное кольцо адронного коллайдера требовало строгих условий вакуума, что привело к развитию сверхвысоковакуумной технологии, которая в конечном счете стала применяться в медицине и промышленности.

Так было разработано множество гражданских технологий.

Эта лаборатория — часть министерства энергетики США, но управляется Брукхейвенской научной ассоциацией, компанией, основанной университетом Стоуни-Брук.

В понедельник Лу Чжоу приехал на своей новой машине в Нью-Йорк.

Он договорился встретиться с Фрэнком Вильчеком в кафе неподалеку от университета Стоуни-Брук. Лу Чжоу не знал почему, но все профессора, с которыми он встречался, любили пить кофе.

Около 12 часов в кафе появился профессор с ноутбуком в руке.

— Извини, я задержался на встрече.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Все нормально, я только приехал.

Профессор сел напротив Лу Чжоу и сделал заказ официанту:

— Я буду американо и сэндвич с тунцом.

— Вам нужен сахар?

— Нет, спасибо.

Профессор положил свой ноутбук на стол и, открыв какой-то документ, спросил у парня:

— У тебя есть флешка?

Лу Чжоу кивнул, после чего достал из кармана флешку и поинтересовался:

— Вот... вы можете сказать мне, что происходит? Хотя я не против выпить с вами кофе, но если это только данные, почему вы не могли переносить их по почте, как обычно?

Профессор Фрэнк не ответил на его вопрос, поскольку что-то делал на ноутбуке. Он открыл графики, после чего развернул ноутбук.

Парень нахмурился, глядя на экран:

— Что это?

Профессор Фрэнк придвинул свой стул поближе к Лу Чжоу и указал на график.

— Это последние экспериментальные данные ЦЕРНа. Два графика выше — кривые распределения и статистические диаграммы столкновений, собранные детекторами ATLAS и CMS. ТЫ должен понять значение этого графика.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на график, потом сказал:

— Уровень доверия упал?

Профессор Фрэнк вздохнул:

— Да, неважно, сколько раз мы проводили эксперимент, мы не можем достигнуть уровня достоверности в 3 сигмы. И во время экспериментов в конце года он даже не появился в области 750 ГэВ... Вот почему уровень доверия снизился.

Лу Чжоу долго молча смотрел на график.

Он догадывался, почему профессор хотел поговорить с ним лично.

Видя, что парень молчит, Вильчек продолжил:

— Конференция по теоретической физике в Брюсселе была очень большой. Жаль, что ты ее пропустил. Отчет об открытиях ускорителя делала недавно избранный 16-й директор ЦЕРНа Фабиола Джанотти. Присутствовало много народа. Некоторые даже сидели на полу. Доклад содержал много всего, и целых 20 минут было потрачено на пик 750 ГэВ. Ты должен быть в состоянии понять эти графики, можешь взять их и изучить, — профессор вздохнул. — Хотя это уже не имеет значения.

Лу Чжоу даже не взглянул на компьютер. Вместо этого он продолжал смотреть на профессора и ждал, когда тот заговорит.

Профессор Фрэнк пожал плечами и заговорил, пытаясь казаться как можно менее подавленным:

— В любом случае ты мне очень помог. С мая прошлого года на arXiv наблюдался большой приток статей. Многие из них — новые физические модели. Хотя они не обязательно верны, они все же полезны... Кроме того, на две статьи, что мы написали в соавторстве, ссылались множество раз.

Хотя старик явно пытался утешить парня, это совсем не помогало.

Лу Чжоу потратил на этот проект больше полугода. Для физика-теоретика полгода — ничего не значат, но для Лу Чжоу — все по-другому.

Не только из-за того, что его драгоценное время было потрачено впустую на создание моделей, но и из-за надежды, которую он вложил в этот пик...

Парень глубоко вздохнул и посмотрел на профессора, прежде чем не спеша произнес:

— Что вы имеете ввиду?

Вильчек не ответил, что подтвердило его предположение.

Старик встал, снял шляпу и кивнул в знак благодарности.

— Из экспериментального плана ЦЕРНа ясно, что после 1 января больше не будет экспериментов по изучению аномалии 750ГэВ. Поскольку при каждом столкновении частиц сгорают деньги. С тобой приятно было работать, и я искренне благодарен тебе за твою работу, но… — старик откашлялся, опустил взгляд и сказал с сожалением:

— С научной точки зрения проще построить физическую модель, чтобы объяснить, почему нет частицы при 750ГэВ, чем найти несуществующую частицу.

Просто значимость проекта — не значительна.

Объяснение существования частицы, которое не проверишь, будет не более чем уровнем докторской диссертации. Возможно, этот эксперимент мог бы помочь нескольким физикам элементарных частиц опубликовать несколько статей, но в нем нет ничего "нового".

Лу Чжоу долго молчал.

Спустя некоторое время, он, казалось, что-то решил и произнес:

— Но я еще не сдался.

Профессор ничего не ответил. Вместо этого он надел шляпу и вздохнул:

— Тогда... удачи.

Глава 233. Последний кусочек головоломки

В математическом мире есть известная шутка, которая использовалась для высмеивания физиков и рассказывала о том, как физики используют эксперименты, чтобы доказать, что "все нечетные числа — это простые числа".

Шутка заключалась в том, что 1 — простое число по определению, потом шли 3,4,5,7 — простые числа, 9 — случайная ошибка, 11 — простое число, 13 — простое…

Ладно, достаточно, все нечетные числа — простые!

Затем, после нескольких лет экспериментов и обновления оборудования, смогли проверить еще числа и обнаружили, что статическая достоверность "экспериментальных ошибок" превысила доверительный порог. Они больше не могли объяснить экспериментальную ошибку, поэтому физики исправили теорию и пересмотрели определение для трехзначных чисел.

Это немного напоминало эволюцию теории относительности.

В действительности теоретической физике недоставало строгости и красоты математики.

Характерный пик 750 ГэВ похож на 9 в нечетных числах, причем он появлялся несколько раз, и это был "знак" или даже "открытие". Однако когда он исчез, то стал случайной ошибкой.

К сожалению, даже модернизированный адронный коллайдер мог проводить эксперименты только для "простых чисел, меньше 100". Теории намного опережали технологии.

В конце встречи профессор Фрэнк Вильчек распустил команду.

В итоге Лу Чжоу получил лишь две статьи, подписанные совместно с профессором Вильчеком и его аспирантами.

Для него это — определенно плохая новость.

Однако парень не собирался сдаваться.

Даже если профессор решил сдаться, он продолжит работать.

Математика — язык Бога, и хотя Лу Чжоу не верил в Бога, он верил, что математика не будет лгать.

Посредством строгих расчетов он предсказал появление характерного пика. Хотя он и не знал, почему он исчез, но абсолютно не верил, что там ничего нет.

В противном случае, как еще можно объяснить одновременную ошибку на детекторах ATLAS и CMS?

Это просто квантовые флуктуации?

Вероятность этого — слишком мала, чтобы флуктуации наблюдались двумя детекторами одновременно.

Лу Чжоу первоначально планировал погулять по Нью-Йорку еще несколько дней, но из-за этой плохой новости у него больше не было настроения.

Он вернулся в Принстон в тот же день.

Когда Лу Чжоу вернулся назад, уже был поздний вечер. Он столкнулся с Молиной, которая вернулась с вечерней пробежки. На ней была черная спортивная одежда, а ее золотистые волосы были влажными от пота. Молина выглядела элегантно и очаровательно.

Молина взглянул на Лу Чжоу и подразнила его:

— Похоже, ты — в хреновом настроении.

— Да.

Молина приподняла брови и злорадно произнесла:

— Бросили?

— Верно.

Лу Чжоу достал свои ключи, открыл дверь и вошел внутрь.

Молина посмотрела на закрывшуюся дверь. Через некоторое время она пробормотала:

— Похоже, его, и правда, бросили.

………………………………………….

Для изучения характерного пика 750 ГэВ нужен адронный коллайдер с детектором более высокой яркости и многое другое…

Лу Чжоу может предсказать появление пика из расчетов, но он не мог доказать существование этой частицы чисто теоретически. Все что ему остается, это постоянно улучшать свою физическую модель и ждать, пока ЦЕРН подтвердит его теорию.

К сожалению, многие люди потеряли надежду на эти "750 ГэВ".

Как сказала Молина, его "бросили", физика "бросила" его и оставила в стороне.

В этот момент Лу Чжоу мог искать утешения лишь в объятиях математики.

По крайней мере, улучшение метода групповой структуры достигло последнего шага. И возможно, эта временная депрессия может превратиться в мотивацию и помочь найти последний кусочек головоломки.

Лу Чжоу принял душ и рано заснул.

Рано проснувшись на следующий день отдохнувшим, он взял раздаточные материалы и отправился на математический факультет.

Математический корпус был самым высоким зданием во всем Принстоне и символизировал исключительный статус математики здесь.

Однако парень пришел сюда не для того, чтобы читать лекцию, а чтобы послушать лекцию по теории чисел вместе со студентами старшеклассников.

Как лауреат премии Коула по теории чисел, зачем ему тратить время и слушать эти базовые лекции? Ночью, лежа в постели, Лу Чжоу вдруг вспомнил книгу, которую читал в библиотеке Цзиньлинского университета.

Эта книга была автобиографией Янга Чжэньнина, в которой целая глава была посвящена воспоминаниям о Энрико Ферми.

В книге автор упоминает, что Ферми посоветовал ему не задерживаться в Принстоне слишком долго, потому что это место походило на монастырь.

Самым большим впечатлением Янга от Ферми стало то, что он любил общаться со студентами. Ферми увлекался чтением лекций, проводил семинары лично, а его студенты получили шесть нобелевских премий.

Более того, он неоднократно сам упоминал, что его идеальная мечта — уйти в небольшой колледж лиги Плюща в восточной части США, чтобы преподавать физику и написать книгу о всех трудностях в физике, которые часто называют "очевидными".

Из переписки с Верой Лу Чжоу вдруг понял, что, изучая гипотезу Гольдбаха, он игнорировал некоторые "очевидные" вещи.

Статья Хельфготта — очень полезна, но он пропустил много чего и был слишком краток. Для Лу Чжоу то, что пропустил Хельфготт — "очевидно", но он упустил многие "очевидные" детали.

Абстракцию нужно делать лишь после капитальной работы, но не до того, как она будет решена.

Лу Чжоу надеялся восстановить некоторые основы и пересмотреть их, возможно они смогут принести ему вдохновение.

Парень тихо вошел в класс, так как не хотел привлекать внимание, и нашел себе место в последнем ряду.

Лекцию вел нынешний глава математического факультета Чарльз Луис Фефферман, который по слухам решил математическое исчисление в 12 лет, получил докторскую степень в 20 лет, а к 22 годам стал профессором Чикагского университета. Его считали сверхгением.

Чарльз окинул взглядом аудиторию и на секунду задержал взгляд на лице Лу Чжоу. Он явно узнал его. Однако ничего не сказал. Как обычно, он написал что-то на доске и начал свою лекцию.

Все студенты Принстона были исключительными личностями. На этой лекции присутствовали финалисты международных олимпиад, гении со всех штатов и мира.

Очевидно лекции здесь — не такие, как в обычном университете.

Особенно для профессоров, которые часто небрежны.

Чарльз говорил о доказательстве теоремы о простых числах. Когда он записал 20-ю строчку доказательства, кто-то поднял руку.

— Профессор, значение функции Φ(s) должно быть 2 вместо 3!

Очевидно, некоторые уже предварительно ознакомились с доказательствами теоремы о простых числах.

Чарльз обернулся. Он спокойно улыбнулся и ответил:

— Вы — правы, но верьте или нет, даже если я написал неправильное действие, то я все еще могу прийти к такому же выводу.

Студент замер, и по аудитории прошелся шепот.

Лу Чжоу почувствовал недоверие, исходящее от студентов.

Даже сам парень почувствовал себя немного не так.

Он очень дотошен в расчетах и никогда не ошибался.

Однако Лу Чжоу ничего не сказал. Вместо этого он терпеливо ждал, пока профессор закончит доказательство.

Чарльз ничего не ответил. Вместо этого он повернулся и продолжил писать на доске.

Спустя пятнадцать минут, он наконец закончил последнюю строку расчетов. Все в аудитории замерли.

Особенно студент, который указал на ошибку. Его лицо было полно смущения.

Эта ошибка была очевидна, но...

Чарльз решил ее!

— Вероятно, существует более десяти способов доказательства теоремы о простых числах. Строгость расчетов — очень важна, но когда мы находимся на пограничном поле, гораздо важнее быть логически самосогласованными. Это касается не только математики, но и всей науки. Что касается того, почему я мог бы сделать такой же вывод, то это потому что, перепробовав множество методов доказательств, обнаружил, что большинство методов — одинаковы…

Чарльз улыбнулся и аккуратно стер цифру "3". Он изменил ее на "2" и сказал:

— Конечно, это действительно ошибка. Студент Смит — прав, результат вычисления должен быть равен 3, но независимо от того, будет тут 2 или 3, мы все равно удовлетворяем интервалу, определяемому функцией ζ(x).

Очевидно, что он знает эту теорему как свои пять пальцев.

Лу Чжоу даже заподозрил, что Чарльз нарочно допустил ошибку, чтобы продемонстрировать это новичкам.

Конечно, его привлекло не это.

— Тот же результат, но разными путями?

Несколько раз повторив это, парень задумался.

Его глаза вспыхнули.

Он вдруг кое-что понял.

Последний кусочек головоломки, что он искал, всегда был перед ним…

Глава 234. Поразительная оценка

Если основная идея метода групповой структуры Лу Чжоу для безостаточной оценки наименьших простых чисел была взята из метода решета, то анализ Фурье функции на окружности в статье Хельфгота станут оставшимся 1%, нужными для его идеи.

Лу Чжоу уже сделал работу на "99%", еще до того, как отправился в Калифорнию. Оставшийся процент удерживался лишь его вдохновением.

Однако теперь последний кусочек головоломки был у него в руках.

Парень не стал дожидаться окончания лекции, а собрал свои вещи и тихо ушел.

Профессор заметил, что он уходит, но лишь улыбнулся и сделал вид, что ничего не произошло, продолжая медленно вести лекцию по теории чисел.

Лу Чжоу вернулся в свою квартиру и взял ручку, после чего начал писать на черновике.

Его поток мыслей, словно недержание, было невозможно остановить.

Он исписал пять страниц, шесть, семь…

Время шло.

Время на настенных часах перевалило за полдень и постепенно наступил вечер, за окном стемнело.

Лу Чжоу закончил писать 16-ю страницу. Наконец его ручка остановилась, после чего парень взглянул на свою работу.

— Тогда вводим теорему Бомбиери, а остальные вычисления тривиальны... сделано!

Глубоко вздохнув, Лу Чжоу откинулся на спинку стула. На его лице, наконец, появилась улыбка.

Дальше идет решение гипотезы Гольдбаха.

Отныне его "лодка" выходит в неизведанные воды.

Однако он считал, что сможет это сделать.

Это необоснованное, но непоколебимое убеждение, вероятно, совпадало с чувствами Эндрю Уайлс сразу после того, как он завершил доказательство последней теоремы Ферма.

Когда инструмент готов, использование инструмента — не сложнее толкания лодки.

Более двухсот лет исследований гипотезы Гольдбаха наконец-то подошли к этому моменту.

Лу Чжоу не был высокомерным, он лишь испытывал удовольствие, что удостоился такой чести.

Удостоен чести стоять на вершине.

Лу Чжоу достал свой телефон и отправил сообщение Делиню и своим знакомым в Принстоне. Он сообщил им, что его исследовательский проект находится на завершающей стадии и что он будет некоторое время недоступен.

После чего выключил телефон и заперся в своем крохотном номере.

Если все пойдет хорошо, то он не потратит слишком много времени.

Если бы это не так…

Тогда он не выйдет!

…………………………..

Дизайн Принстонского института перспективных исследований был очень интересен. Ресторан и лекционный зал спроектированы как одно целое. Посреди лекции люди могли сделать перерыв и поесть в зале.

Кроме того, кофе-машиной можно пользоваться бесплатно.

Делинь сидел в углу ресторана и внимательно просматривал бумаги в руке.

Будучи академическим редактором "Математического ежегодника" и "Математических хроник", у него имелось не так много свободного времени, поэтому во время обеденного перерыва он просматривал статьи.

Если только это не какая-нибудь особенная работа, тогда он принес бы ее обратно в кабинет.

Напротив Делиня сидел Эдвард Виттен.

— Почему в последнее время я не видел твоего аспиранта? — с улыбкой поинтересовался Эдвард Виттен.

Среди всех аспирантов Принстона Виттен больше всех уважал Лу Чжоу. Особенно после того, как тот использовал свой талант в математической физике во время отчета на конференции в ЦЕРНе, что заставило его увидеть себя в юности.

Ему всегда хотелось обсудить с этим молодым человеком характерный пик в 750 ГэВ, но, к сожалению, у него никогда не находилось такой возможности.

Профессор Делинь смотрел статью, отвечая:

— Он взял отпуск.

— Отпуск?

— Да, — с грустью кивнул Делинь. — Он изучает гипотезу Гольдбаха, поэтому я одобрил ему двухнедельный отпуск.

— Гипотезу Гольдбаха... — Эдвард Виттен слегка удивился. — Это интересная гипотеза. Но я думал, что он работает с тобой над вашим исследовательским проектом.

— Я пригласил его, но он был не заинтересован, поэтому я не стал настаивать. Подобным гениям лучше предоставить свободу вместо того, чтобы заставлять их что-то делать.

Внезапно его телефон на столе завибрировал.

Делинь взял телефон и взглянул на пришедшее сообщение. Внезапно он нахмурился.

"Уважаемый профессор Делинь, это ваш ученик, Лу Чжоу. Мое исследование вступило в критическую стадию, и я буду вынужден отсутствовать какое-то время. Это может занять месяц или может... я не знаю. В общем, до конца года я дам вам удовлетворительное объяснение."

Хотя Эдвард Виттен и не видел, что там в сообщении, он видел изменение лица старого друга, поэтому с улыбкой спросил:

— Думаешь, он добьется успеха?

Без каких-либо эмоций Делинь положил телефон.

Подумав немного, он вздохнул и покачал головой.

— Не знаю, просто я не согласен с его методом исследования. Закрыться ото всех — не хороший выбор, поскольку он может завести себя в тупик. Если бы он собирался на академическую встречу или конференцию, я бы его поддержал. Выдал бы ему даже денег. Но до сих пор, насколько мне известно, он запирался у себя.

Виттен улыбнулся и сказал:

— Но ты все еще поддерживаешь его решение?

— Да, я дал ему год, — сказал Делинь и пожал плечами, после чего неуверенно продолжил:

— В конце концов, я могу ошибаться. Его доказательство гипотезы о числах-близнецах в Принстоне, действительно, поразило меня. Даже создало иллюзию...

— Иллюзия?

Делинь некоторое время молчал, после чего произнес:

— Словно я увидел Гротендика.

Эдвард Виттен был ошеломлен.

Гротендик!

Отец современной алгебраической геометрии, отец современной математики!

Многим нравилось сравнивать молодых математиков с Фальтингсоном или даже с Жан-Пьер Серр. Очень немногие сравнивали математиков с Гротендиком, поскольку это могло стать слишком большим преувеличением.

Не более пяти молодых математиков могут удостоиться такой чести.

Через некоторое время Виттен медленно произнес:

— Это... довольно поразительно.

Глава 235. Доказательство гипотезы!

За окном было яркое небо.

Лежа на письменном столе, Лу Чжоу медленно открыл глаза.

Он протер свои опухшие глаза и посмотрел на календарь, лежащий в углу стола.

Уже май…

Парень покачал гудящей головой.

С тех пор как он приехал в Принстон в феврале, почти половину времени провел в этом крохотном номере. Лу Чжоу практически не выходил из комнаты, за исключением прогулок в магазин за продуктами.

Больше всего его огорчало членство в фудклубе за 5000 долларов, где он поел всего несколько раз.

Получив задание, Лу Чжоу почти полгода оспаривал гипотезу Гольдбаха.

Наконец, появился результат.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и встал со стула.

На финишной прямой он уже не так спешил.

Лу Чжоу пошел на кухню, чтобы сделать себе что-то перекусить. Он даже достал из холодильника бутылку шампанского и налил себе бокал.

Парень купил это шампанское два месяца назад специально для этого момента.

Лу Чжоу спокойно насладился едой, после чего сходил помыть руки и вернулся к своему столу, чтобы закончить работу.

Он продолжил с того места, где остановился.

"Очевидно, что мы имеем Px (1,1)≥P(x,x^{1/16})-(1/2)∑Px(x, p, x)-Q/2-x^(log4)...(30)"

"Из уравнения 30, леммы 8, леммы 9, леммы 10 можно доказать, что теорема 1 верна."

Так называемая теорема 1 — это математическое выражение гипотезы Гольдбаха в его работе.

То есть, при достаточно большом четном числе N существуют простые числа P1 и P2, удовлетворяющие условию N = P1 + P2.

Это похоже на теорему Чэня Н = Р1 + Р2.P3 и ряд теорем теорем о P(a, b).

Конечно, хотя Лу Чжоу и обозначил это теоремой 1 в своей работе, вскоре математическое сообщество примет его доказательство, после чего будет, скорее всего, другое название, например, "Теорема Лу Чжоу" или что-то подобное.

Однако подобные математические гипотезы рассматриваются, как правило, дольше.

Рассмотрение доказательства Перельмана гипотезы Пуанкаре заняло три года, после чего было признано математическим сообществом. Доказательство Синъити Мотидзуки abc-гипотезы было переполнено множеством "загадочных терминов". Поэтому другим трудно понять эту работу, и до сих пор еще не подтвердили это доказательство.

Скорость рассмотрения крупной гипотезы во многом зависит от популярности самой гипотезы, и насколько эта работа нова.

Во время доказательства гипотезы о числах близнецах парень не использовал особо новых теорий. Он лишь обновил метод топологии, упомянутый в работе Цельберга в 1995 году. Поэтому люди быстро поняли его доказательство.

Однако для гипотезы Полиньяка процесс рассмотрения занял много времени.

Хотя Лу Чжоу использовал свой уже проверенный метод групповой структуры, он внес значительные изменения, и он далеко отклонился от метода решета. Даже для такого человека, как Делинь, потребуется много времени на рассмотрение работы.

Доказательство гипотезы Гольдбаха заняло у парня пятьдесят страниц. Половину из них он выделил на рассмотрение теоретической основы, которую разработал для доказательства.

Только эту часть можно опубликовать как отдельную работу.

По большей части время рассмотрения зависит от интереса других к его теоретической части, что он предложил, и насколько ее примут.

А как долго его будут рассматривать, то тут парень ни на что не повлияет.

На самом деле, Лу Чжоу задумывался о том, каковы критерии системы для завершения задания.

Если бы он завершил доказательство, но в течение десятилетий никто не принимал его работу, застрял бы он на этом задании?

И больше всего его смущало, откуда взялась база данных системы. Скорее всего, она пришла от более развитой цивилизации чем земная.

Но парень чувствовал, что система вынесет свое решение вне зависимости от мнения "землян".

Он пришел в мысли, что завершение его задания зависит от двух факторов.

Первый — это правильность.

Второй — это публичность!

На самом деле, имелся очень простой способ проверить правильность его доказательств.

Ему не нужно даже публиковаться в журналах…

………………………………….

После доказательства гипотезы Гольдбаха Лу Чжоу провел целых три дня, оформляя статью на своем компьютере. Преобразовав ее в формат PDF, загрузил ее на arXiv.

Лу Чжоу более чем на 90% уверен в правильности своей работы, поскольку имел привычку тщательно все проверять по несколько раз.

Что касается публикации…

ArXiv не имел процесса рецензирования, поэтому это, несомненно, самый быстрый вариант!

Единственный недостаток в том, что это может противоречить некоторым принципам подачи заявки в некоторые журналы. Например, загрузка статьи до истечения крайнего срока может нарушить некоторые правила двойного представления, но Лу Чжоу не заботился о подобном. Он также полагал, что авторитетные журналы тоже не будут заморачиваться о таком.

В конце концов, Лу Чжоу — не какой-то безымянный парень. Он — обладатель премии Коула по теории чисел. К тому же, его

работа — не что-то случайное. Это знаменитая гипотеза Гольдбаха, восьмой вопрос Гильберта, уступающая только проблемам тысячелетия!

Следующие два дня Лу Чжоу провел за редактированием и форматированием своей работы. После чего отправил ее в математический ежегодник.

Когда впервые доказали последнюю теорему Ферма, потребовалось шесть рецензентов, чтобы проверить доказательство. Лу Чжоу не знал, сколько рецензентов понадобится, но их должно быть не меньше четырех.

Лу Чжоу посмотрел на сообщение "загрузка завершена" в своем браузере и глубоко вздохнул.

Ну, можно считать, что я закончил?

После публикации статьи кто-то заинтересованный в этой области получил оповещение, и где-то на этой планете кто-то уже читает его работу.

Однако Лу Чжоу не знал, засчитала ли это система.

Лу Чжоу сел перед компьютером и глубоко вздохнул, после чего закрыл глаза и прошептал:

— Система.

Вновь открыв глаза, он увидел перед собою белоснежное пространство.

Прошло уже много времени с тех пор, как он был тут, настолько, что парню стало как-то неуютно.

Подойдя к полупрозрачному информационному экрану, Лу Чжоу щелкнул по панели задач.

Он собирался посмотреть: завершено ли его задание...

В то же время — также проверить, правильно ли он думал.

Подождав минуту...

Лу Чжоу осознал проблему.

Если система не реагировала, то это значит, что либо у него было неверное представление об оценивании системы, либо, что его работа — неверная.

Однако система не дала ему времени подумать об этом.

Раздался звук оповещения.

После чего появилась строка текста.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

Глава 236. За время чашки кофе

За время одной чашки кофе многое может произойти.

Пока Лу Чжоу лежал в постели, погруженный в системное пространство, британский математик Эндрю Грэнвиль просматривал arXiv в Монреальском университете, расположенном в тысячах милях от Принстона.

Это одна из его ежедневных привычек. Либо утром после пробежки, либо перед сном он проверял arXiv.

Хотя большинство профессоров любили поручать это аспирантам или магистрам, Грэнвиль любил делать это сам.

Хотя статьи на arXiv не рецензировались, многие новички предлагали новые и очень интересные идеи. Некоторые из них вдохновляли, хоть и были несовершенны.

Просматривая десятки статей, Грэнвиль зевнул и уже собирался закрыть сайт и пойти спать.

Как внезапно он получил уведомление с сайта. Это произошло из-за двух категорий, которые он отслеживал: аналитическая теория чисел и простые числа.

Грэнвиль нахмурился, его одержимость побудила его открыть и посмотреть, что там.

Как только Грэнвиль прочитал название статьи, он не мог не удивиться.

"Каждое чётное число, большее двух, можно представить в виде суммы двух простых чисел."

Разве это не проблема Эйлера гипотезы Гольдбаха?

Обычно подобные статьи попадали в раздел "общая математика", который он давно заблокировал.

Грэнвиль не знал, почему получил уведомление об этой статье. И подумал, что с сайтом что-то не так.

Покачав головой, он уже было собирался выключить ноутбук, как заметил имя автора.

Тогда…

Он замер.

Лу Чжоу?

Обладатель премии Коула в области теории чисел?

Тот, кто доказал гипотезу Чжоу, гипотезу о числах-близнецах и гипотезу Полиньяка?

Это означает, что... он решил гипотезу Гольдбаха в этом году?

Что за?!

Грэнвиль мгновенно проснулся!

Сонливость тут же улетучилась, и он полминуты сидел неподвижно в кресле.

После чего взглянул на календарь и убедился, что сегодня — не первое апреля.

В статье было более пятидесяти страниц, но по сравнению с весом заголовка, это ничто.

— Не могу поверить, что он решил гипотезу Гольдбаха.

Грэнвиль открыл работу и начал читать.

Он провел всю ночь за чтением.

………………………………...

На другой стороне Атлантики, в Парижском педагогическом университете, шла лекция о доказательстве тернарной проблемы Гольдбаха.

Само собой, лектором был Хельфготт.

— Пределом кругового метода является слабая гипотеза Гольдбаха. Мы можем доказать, что любое нечетное число больше семи может быть выражено как сумма трех простых чисел, но на четные числа это трудно распространить.

— Конечно, мое доказательство далеко от совершенства. Есть много возможностей для улучшения. Но если кто-то из аудитории заинтересован в углубленном изучении этой проблемы, я рекомендую вам передумать и пересмотреть все.

Лекция подошла к концу.

Далее шел черед вопросов и ответов.

На этой лекции присутствовали как профессора, так и студенты университета.

Спустя приличное время, молодой человек поднялся и спросил:

— Профессор Хельфготт, как вы думаете, сколько времени пройдет до того, как будет решена гипотеза Гольдбаха?

Хельфготт подумал и ответил:

— Это зависит от наличия инструмента для решения этой проблемы. На самом деле, я надеюсь, что она никогда не будет решена. Посмотрите, что мы уже получили? Чтобы решить эту гипотезу, мы изобрели метод решета, круговой метод... и можем получить гораздо больше, работая над этой проблемой.

Лекция закончилась.

Толпа взорвалась аплодисментами, и профессор Хельфготт покинул лекционный зал.

Он долго там не задерживался, взяв свой портфель, профессор вернулся к себе в кабинет.

Войдя в кабинет, он не успел даже сесть, как к нему подошел его студент.

— Профессор! Я увидел доказательство гипотезы Гольдбаха на arXiv!

Хельфготт положил свой портфель на стол и, не меняя выражения лица, спокойно произнес:

— Амос, я уже говорил тебе много раз. Что статьи на arXiv нужно смотреть осторожно и выборочно. Есть только один Перельман. Тебе следует смотреть классические публикации, что я дал тебе, а не те, которые даже не прошли рецензирование.

Математика отличалась от информатики, для которой два месяца могли стать столетием. Поэтому многие люди любили делать публикации идей без доказательств и часто использовали arXiv.

Однако для математики публикация без рецензирования ничего не значила.

Амос беспомощно взглянул на своего руководителя, он знал, что тот не любит arXiv, но все же попытался объяснить:

— Но, профессор, эту работу написал обладатель прошлогодней премии Коула по теории чисел! Невозможно, чтобы его работа была чем попало.

Слова студента ошеломили Хельфготта, и он сильно удивился.

Не из-за премии Коула, поскольку он уже встречался со множеством людей, обладающих этой премией. А потому что он знал, кто выиграл премию Коула по теории чисел в прошлом году. Он присутствовал там, и молодой китаец произвел на него хорошее впечатление.

Просто...

Почему он выложил такую важную гипотезу на arXiv?

Хельфготт изменил свое отношение. Он почувствовал, что должен отнестись к этой статье со всей серьезностью. Он не мог игнорировать столь важное достижение из-за предубеждения против arXiv.

Хельфготт достал из кармана очки и сказал:

— Принеси мне статью.

— Хорошо, профессор!

Амос с энтузиазмом подошел к компьютеру и распечатал работу.

Принтер быстро напечатал пятьдесят страниц, которые еще теплыми были переданы профессору.

Хельфготт поправил очки, достал ручку и начал читать статью, строчка за строчкой.

Время шло…

Амос долго ждал.

В итоге он не выдержал и поинтересовался:

— Профессор, он прав?

— Не знаю... — ответил профессор Хельфготт, покачав головой. После чего положил ручку и сказал:

— ... Но я еще не нашел ошибки.

Невозможно проверить подобную крупную гипотезу за столь короткое время. Хельфготт нуждался во времени и в мыслях коллег из этой области.

Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза, собираясь с мыслями.

Через пять минут Хельфготт открыл глаза и сказал Амосу:

— Он использовал совершенно новый метод, я вижу признаки метода решета и остатки метода круга. Конечно, самое главное, что он ввел теорию групп. Я видел подобные идеи в работе Цельберга. Но верно доказательство или нет, я не смею что-либо утверждать. Нужно узнать еще мнение других.

Глава 237. Пятый уровень математики!

Лу Чжоу не ошибся, система не заботилась о мнении "землян", поскольку его доказательство верно, система сама принимала решения.

Правильность и публичность. После выполнения этих двух условий задание считалось выполненным.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: Решена гипотеза Гольдбаха.]

[Оценка задания: S+

[Награда за задание: 200 000 очков опыта по математике! 500 баллов. Один билет счастливой лотереи. (50% — мусор, 30% — образец, 20% — чертеж)]

Двести тысяч очков опыта по математике!

Вдвое больше чем за гипотезу Полиньяка!

Увидев это число, Лу Чжоу глубоко вздохнул и впал в экстаз.

— Система, открой мою панель характеристик!

[ Основные науки:

A.Математика: LV4 (54000/200000) → LV5 (54000/300000)

B.Физика: LV3 (53100 / 100000)

C.Биохимия: LV1 (4000/10000)

D.Инженерное дело: LV1 (0/10000)

E.Материаловедение: LV1 (3000/10000)

F.Энергетика: LV1 (0/10000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 2975 (один билет счастливой лотереи)]

С повышением уровня дисциплины не только раз блокируется больше информации базы данных системы, но и его способности понимания предмета также увеличиваются.

Сам того не осознавая, он уже поднял уровень математики до середины.

С повышением уровня математики верхний предел уровня для остальных предметов тоже повысился до пятого.

Возможно пришло время повысить уровень и у других предметов?

Парень решил отложить на время эти мысли, до тех пор, пока не увидит бонусное задание. Ибо если система опять даст ему подобную задачу, то как бы он не хотел заняться другими предметами, у него не будет выбора.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и нажал на значок счастливой лотереи.

Пришло время для захватывающего момента счастливой лотереи.

Колесо быстро завращалось.

По команде Лу Чжоу колесо постепенно остановилось.

[Поздравляю, вы выиграли "образец"! ]

[Получено: Считыватель мозговых волн (одноразовое использование) (описание: …)]

Описание потрясло Лу Чжоу.

Поначалу он расстроился от того, что чертеж пролетел мимо него.

Однако, увидев этот образец, его расстройство сменилось удивлением.

В его инвентаре появился предмет в форме ручки.

Очевидно, она нужна не для того, чтобы писать.

Ее можно использовать для записи мозговых волн.

Парень внимательно прочитал описание. Согласно описанию от системы, эту "ручку" можно использовать, чтобы получить от кого-то мозговые сигналы. Максимальная дальность действия составляла три метра. И автоматически подавляла лишние "шумы" от других людей.

Полученные сигналы мозговых волн можно специальным программным обеспечением проанализировать и выяснить, что у цели — в голове.

И это, в основном, фрагменты памяти.

После чего эти фрагменты памяти можно преобразовать в аудио, видео, текстовые файлы.

Короче говоря, смысл этого устройства аналогичен чтению мыслей.

С помощью некоторых технологий можно подсознательно вызвать определенные воспоминания в мозге. Теоретически... можно украсть секреты человека.

Думая о подобном, у парня вспотели ладони.

Так вот какие технологии будущего?

Однако, спокойно подумав, Лу Чжоу предположил, что скорее всего в обществе подобная технология будет регулироваться законами.

Возможно, этот предмет ограничен только для медицинского использования. С помощью врачей этот предмет может помочь человеку восстановить утраченную память.

Или его могут использовать шпионы…

Такая возможность пугала.

Лу Чжоу долго стоял перед информационным экраном, не зная, для чего его использовать.

Может ему удастся украсть банковский счет миллиардера? Однако он не будет делать что-то, противозаконное.

Может он сможет узнать чужие секреты? Но такое его не интересовало.

В итоге Лу Чжоу решил закрыть вкладку с инвентарем и оставить предмет на крайний случай.

На самом деле он никогда не хотел бы воспользоваться этим.

Даже если это только для одноразового использования.

Оставив в стороне лотерею, Лу Чжоу посмотрел на панель заданий.

Из-за сложности гипотезы Гольдбаха система оценила задание на S+.

Поэтому его следующее задание будет бонусное, которое должно быть относительно легким.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и помолился, после чего открыл панель задания.

[Бонусное задание активировано! (Можно отменить в любое время, не потратив баллы)]

[Описание: Математика — основа наук, но наука не ограничивается математикой. Пользователь уже достиг пятого уровня математики, почему бы не попробовать другие области?

Требования: Опубликовать любую статью в журнале или на конференции. Вознаграждение будет основано на ценности содержания. (Пользователь может выбрать любую статью для завершения задания).]

[Награда: 1-??? очки опыта по предмету. (Очки опыта по математике будут штрафоваться множителем 0,5, другие предметы получают бонусный множитель 1,25).]

Задание ошеломило парня.

Он просто размышлял: стоит ли ему развиваться в других областях, и задание само пришло к нему?

Может, это воля бога?

…………………………..

Лу Чжоу провел три дня, редактируя и приводя в порядок свою статью. После чего отправил ее в математический ежегодник.

Само собою, это не для задания.

Согласно заданию, он мог выбрать любую работу для его завершения.

На четвертый день парень рано проснулся.

Когда Лу Чжоу вышел на улицу, он случайно столкнулся с Молиной, которая направлялась на утреннюю пробежку.

Девушка удивилась, увидев Лу Чжоу, выходящего из своей квартиры.

— Как долго ты не выходил на улицу?

— Месяц… а что?

— В прошлом месяце я покупал продукты. Это считается выходом на улицу?

Молина с улыбкой покачала головой и спросила:

— Есть какие-нибудь успехи в твоем проекте?

— Я решил ее и залил на arXiv.

— О, решил... что?! — Молина сильно удивилась и посмотрела своими большими голубыми глазами на парня, как на призрака.

— Ты решил ее? Погоди-ка, уже — май, первое апреля уже прошло.

Лу Чжоу посмотрел на удивленное лицо Молины и улыбнулся:

— Поверь мне, это не первоапрельская шутка. Это даже не одна и та же дата. Если не веришь мне, можешь сама глянуть на arXiv.

Не все интересуются исследованиями гипотезы Гольдбаха. Кроме того, статья находилась в сети всего три дня, так что нет ничего удивительного, что Молина не знает. В конце концов, это совсем не похоже на ленту новостей ваших друзей. Большинство людей обращали внимание только на свою собственную область исследований.

Молина пристально посмотрела на Лу Чжоу и поняла, что тот не шутит. После чего она вздохнула и переварила эту информацию.

Гипотеза Гольдбаха...

Хотя Молина не из этой области, она прекрасно понимала важность этой гипотезы.

Если то, что сказал парень, было правдой, то нет никаких сомнений, что он станет самым молодым профессором в Принстоне…

Молина глубоко вздохнула и спросила:

— Какие у тебя теперь планы?

Лу Чжоу выглянул из квартиры и зевнул, после чего ответил:

— Планы? Я собираюсь позавтракать.

— ...

Глава 238. Для тебя

Институт высшей математики, 11: 30 утра.

В этот момент Делинь проверял свою электронную почту. Он собирался выбрать интересные статьи, присланные редакторами, чтобы просмотреть их во время обеда.

Делинь бегло просмотрел название статьи и вдруг замер...

"Каждое чётное число, большее двух, можно представить в виде суммы двух простых чисел."

Гипотеза Гольдбаха?

Делинь прищурился, смотря на заголовок статьи.

Хотя математиеский ежегодник имеет правило слепого рецензирования, фактически для уже известных ученых это правило соблюдалось не строго.

Например, некоторые люди любили выкладывать работы на arXiv перед оценкой эксперта. О личности автора можно легко догадаться по стилю написания.

Нет сомнения, что эта статья написана Лу Чжоу, в конце концов, Делинь уже не первый раз проверяет его работу.

Продолжая читать его статью, Делинь слегка нахмурился.

Внезапно посмотрел на аспиранта поблизости и сказал:

— Смит, сходи в ресторан и принеси мне бутерброд с беконом и кофе.

Смит встал и ответил:

— Хорошо, профессор... обедаете сегодня в офисе?

— Да, — ответил Делинь, после чего включил принтер и достал очки. — Меня ждет интересная статья.

………………………………...

Прошло уже пять дней, но Лу Чжоу не услышал никаких новостей, словно его статья упала в воду.

Однако на шестой день он получил неожиданный звонок.

Звонил Яу Шинтун.

Профессор Яу спросил только одно:

— Ты доказал ее?!

Услышав вопрос, парень кивнул:

— Если вы говорите о гипотезе Гольдбаха... тогда да, я доказал ее.

На другом конце некоторое время молчали.

Из-за сильного удивления Яу Шинтун даже не знал, что сказать.

Он видел много талантливых молодых математиков, например, Тао Теренс, который преподавал в Калифорнии, или Чживэй Юнь, который преподавал в Йельском университете... все они добились выдающихся результатов в своих областях.

Однако Лу Чжоу, несомненно, самый блистательный, и потряс его больше всех.

Яу Шинтун лишь хотел подтолкнуть парня, чтобы он попытался работать в направлении гипотезы Гольдбаха, и не ожидал, что тот докажет ее.

В конце концов, круговой метод и метод решета уже дошли до предела. Даже если у парня присутствовал опыт в исследованиях простых чисел, невозможно решить такую гипотезу так быстро.

Производительность Лу Чжоу превзошла все его ожидания.

Яу Шинтун глубоко вздохнул и серьезно спросил:

— Насколько ты уверен?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Более 90%.

На самом деле он хотел ответить, что уверен на все сто, поскольку система подтвердила это. Но решил быть более сдержанным, кто знает, насколько затянется обзор его работы. Он уверен на все сто, что работа верная, но не уверен, что общество примет ее.

Услышав ответ парня, профессор кивнул.

Его исследования, в основном, сосредоточены на дифференциальных уравнениях в частных производных и дифференциальной геометрии, и даже немного математической физики. Но они не включали область аналитической теории чисел, поэтому он не мог оценить работу Лу Чжоу с академической точки зрения.

Однако если тот сказал, что уверен на 90%, то это значит, что в работе нет никаких проблем.

После паузы профессор с волнением произнес:

— После смерти Хуа Логэн его школу подавили две горы. И сообщество по теории чисел Китая упало. Честно говоря, я не ожидал, что ты решишь гипотезу Гольдбаха. Я просто хотел, чтобы ты попытался оспорить ее, поскольку это помогло бы тебе укрепить понимание простых чисел. Даже если бы ты не решил ее, это дало бы тебе ценные знания и опыт, но я недооценил тебя.

Школа Хуа Логэна — всемирно известная школа аналитической теории чисел Китая, также известна, как школа Шуйму.

Лу Чжоу знал о неприятностях профессора Яу с Яньцзинским университетом, поэтому, вероятно, мог догадаться, что он имел в виду под двумя горами.

Однако он не хотел поддерживать подобный разговор, поэтому не ответил.

Профессор Яу улыбнулся и сказал:

— После окончания учебы, как насчет того, чтобы приехать в Шуйму и стать профессором?

Лу Чжоу на мгновение задумался, после чего ответил:

— Скорее всего, я останусь на два года в Принстоне в качестве профессора. А после возвращения в Китай я планирую вернуться в свой университет.

Яу Шинтун не стал возражать, а просто кивнул:

— Хорошо, Цзиньлинский университет — хороший. В науке нельзя создавать монополию. Цзиньлинский университет — хорошее место, рядом с академическими кругами, хорошее место, чтобы учиться там.

Прийти в Шуйму означало пойти против Яньцзинского университета, и профессор Яу понимал это.

Если бы Лу Чжоу был бы просто выдающимся ученым, то он изо всех сил постарался переманить его.

Но профессор не мог смотреть, как Лу Чжоу будет растрачивать свой талант вне академических кругов.

По крайней мере, до сорока лет он должен отдать весь свой талант науке.

Они немного поболтали, после чего закончили разговор.

Однако когда парень собирался поужинать, вновь зазвонил телефон.

В этот раз звонил его научный руководитель, профессор Делинь.

……………………….

После звонка Лу Чжоу пришел в институт перспективных исследований.

С тех пор, как парень взял отпуск, он не появлялся здесь более двух месяцев, и даже чуть не заблудился.

Наконец он нашел кабинет Делиня и постучал.

Увидев парня, профессор снял очки и протер брови.

— Я уже прочитал твою работу... и честно говоря, гипотеза Гольдбаха выходит за рамки моей области. Мое собственное мнение не может ничего решить. К тому же, я — твой руководитель.

Лу Чжоу понял, что имел в виду профессор Делинь.

В конце концов, гипотеза Гольдбаха не похожа ни на гипотезу Полиньяка, ни на гипотезу о числах-близнецах. Даже если она не такая значимая как последняя теорема Ферма, она заслужила серьезного отношения всего математического сообщества.

Когда парень отправлял работу в математический ежегодник, он не указал академического редактора. Технические редакторы сами непосредственно отправили эту работу Делиню.

Лу Чжоу сразу спросил:

— Что мне надо делать?

— Я договорюсь о часовом докладе с Институтом перспективных исследований, — ответил Делинь. — Но будет не так просто. Тебе нужно подготовить презентацию и речь. Я могу в помощь дать тебе помощника. Также скажи мне, когда будешь свободен.

— Я всегда свободен. Эм… но разве в ближайшее время будет какая-либо конференция?

Он всегда следил за научными конференциями. И если правильно помнил, то в мае не ожидалось никаких конференций.

— Нет, но это не имеет значения, — сказал профессор и сделал небольшую паузу. — Результата твоего исследования достаточно, чтобы другие специально приехали в Принстон.

Профессор Делинь сказал кратко.

Если не было никаких научный конференций, он мог бы организовать одну.

Глава 239. Оживленный Принстон

Прошла уже неделя, как Лу Чжоу выложил статью на arXiv, и большинство людей, которых интересовала гипотеза Гольдбаха, уже узнали о ней.

Что касается пятидесяти страничной статьи, то некоторые говорили, что "метод групповой структуры" — невероятен. Некоторые отвергали эту работу, поскольку не могли понять ее. Процесс доказательства — не простое дело.

За исключением "исключительно одаренных" людей, большинство изучающих гипотезу Гольдбаха знали менее двух методов.

Например, кто опытен в методе решета, не обязательно опытны в круговом методе. В дополнение к этим основным направлениям, существовал также метод плотности и метод суммирования треугольников, которые еще менее популярны.

В теории Лу Чжоу можно проследить следы кругового метода, метода решета и даже идеи теории групп.

Вот почему, не говоря уже о проверке правильности статьи, многие не могли даже понять эту работу.

Конечно, общий взгляд сообщества теории чисел был весьма оптимистичен. В конце концов, Лу Чжоу получил премию Коула по теории чисел, и он решил много проблем по теории чисел в прошлом.

Из-за того, что многие профессора упоминали этот вопрос на занятиях, дискуссия распространилась из академического круга в интернет.

Теперь этот вопрос обсуждали не только ученые, но и студенты математических направлений.

Обсуждение проходило на известном математическом форуме по обсуждению Филдсовской премии.

"Хорошо! Я знаю, что он доказал гипотезу о числах-близнецах и гипотезу Полиньяка, но на занятиях мой профессор сказал нам, что гипотеза Гольдбаха находится на совершенно ином уровне. Это как низшая лига по сравнению с Суперкубком. Говоря прямо, я не думаю, что его решение верное. Должно быть, где-то есть проблема. И скорее всего, ее обнаружат в ближайшее время."

"Кто твой профессор?"

"Джеймс Мейнард! Обладатель золотой награды SASTRA Рамануджан за 2014 год! Кандидат на Филдсовскую премию 2018 года! Думаю, что его мнение вполне заслуживает доверия."

"О, Мейнард, слышал о нем ранее, британец, который изучал расстояние между простыми числами? Я слышал, что после того, как Чжан Итан нашел 70 миллионов, он бросил вызов гипотезе о числах близнецах. Но Лу Чжоу решил эту гипотезу раньше, и он разозлился?"

"Ха-ха!"

"Я не согласен, мой профессор сильно оценивает эту работу. Он считает, что метод групповой структуры станет перспективным аналитическим инструментом для аналитической теории чисел."

"О? А кто твой профессор? Честно говоря, в области теории чисел, не у всех есть возможность рецензировать подобные работы, особенно в области простых чисел."

"Тао Теренс."

"…"

…………………………….

На Arxiv не было рецензирования, поэтому правильность статьи ставилась под сомнения. Поэтому общественность обсуждала достоверность этого доказательства.

Однако большинство знало, что математическое сообщество не позволит подобному ждать слишком долго.

На второй неделе после того, как Лу Чжоу загрузил свою работу, Принстонский институт перспективных исследований опубликовал объявление на своем сайте.

В следующий понедельник Лу Чжоу выступит с часовым докладом о гипотезе Гольдбаха в первом лекционном зале Принстонского института перспективных исследований.

Как только появилось это объявление, все споры о правильности статьи превратились в обсуждение предстоящего доклада.

Многие все еще были настроены скептически. В основном, из-за непонимания метода групповой структуры и отсутствия рецензирования на Arxiv. Однако поскольку доклад будет проходить в таком престижном месте, как Принстонский институт перспективных исследований, то многие вопросы, касающиеся статьи, должны быть решены.

Именно поэтому Лу Чжоу тщательно готовился в эти дни и не расслаблялся из-за признания работы системой.

Ключом в доказательстве математической гипотезы являлась логическая самосогласованность. Но в конце концов, она также нуждается в одобрении коллег. Это — не какой-то там тест. Как автор доказательства, Лу Чжоу обязан объяснить свою теорию и ответить на все вопросы.

Парень не хотел упустить ни одной крошечной детали, поскольку очень часто в "простых" вопросах скрывалось множество ловушек.

Даже Уайлс, который доказал последнюю теорему Ферма, застрял в "очевидном" месте, что задержало его на год. Если бы не поддержка друзей, он бы давно признал свое поражение.

Лу Чжоу не мог не вспомнить об этом.

И теперь он понял, как полезно иметь своего ученика, работающего на него.

Он мог бы попросить его просмотреть содержание доклада и указать непонятные места. Тогда можно было бы понять, какие места трудные для понимания.

Но, к сожалению, даже если профессор Делинь выделил ему в помощь своего аспиранта, то тот мог помочь Лу Чжоу лишь с презентацией.

Хотя Лу Чжоу спросил аспиранта, какие части доклада ему непонятны, но тот не понимал абсолютно все.

Ну это связано с тем, что аспирант занимался алгебраической геометрией и не был знаком ни с методом решета, ни с круговым методом...

………………...

Время шло, и наконец-то настал день доклада.

Переполненные волнением, в Принстоне собралось множество математиков.

Принстон принял всех по всем правилам.

Принстонский Институт перспективных исследований организовал для всех математиков, участвовавших в конференции, проживание в Принстонском отеле напротив площади Палмера.

Также университет не только организовал конференцию днем, но и праздничный вечер.

Однако парню сейчас было не до этого, поскольку для него каждая секунда перед докладом — очень важна.

На следующий день, во второй половине дня, в первом лекционном зале в институте перспективных исследований собралось множество людей.

Помимо приглашенных на конференцию ученых, присутствовало также множество студентов. Некоторые приехали со своими руководителями, некоторые учились в Принстоне, а некоторые приехали из Филадельфии и Нью-Йорка.

Они не знали конкретного времени проведения доклада, поэтому ждали здесь с самого утра, заняв места.

Те, кто прибыл слишком поздно, сидели в проходах, а некоторые даже стояли в коридоре вместе с репортерами.

Доклад должен начаться в два часа дня и закончиться в три, но он может продлиться, в зависимости от количества вопросов.

Если все пройдет хорошо, то после доклада "Математический ежегодник" организует комиссию из четырех-шести человек для проверки статьи Лу Чжоу, после чего решит: проходит ли она или нет.

Можно сказать, весь успех зависит от того, сможет ли парень понятно объяснить свой метод групповой структуры.

Лу Чжоу стоял за кулисами и вновь взглянул на экран своего телефона, после чего вздохнул.

Осталось еще пять минут.

Он уже в десятый раз посмотрел на время.

Лу Чжоу не мог сосчитать, сколько раз уже вздыхал, пытаясь успокоиться.

До этого парень узнал от Делиня, сколько людей приехало на конференцию.

На мероприятие пригласили более 150 известных ученых из Франции, Германии, Китая. Некоторых он даже знал.

Помимо математиков также собрались журналисты со всего мира.

Вскоре он предстанет перед глазами всего мира и положит конец столетней проблеме.

Сотрудник института перспективных исследований вошел в подготовительную комнату и с уважением спросил у парня:

— Господин Лу, уже пора. Вы готовы?

Лу Чжоу ответил не сразу.

Он повернулся и посмотрел на себя в зеркало, после чего поправил свой галстук.

Напоследок взглянув на себя в зеркало и улыбнувшись себе же, он ответил:

— Готов.

Глава 240. Я никогда не волновался

Ровно в два часа дня Лу Чжоу в костюме и туфлях вышел на подиум. Лекционный зал сразу же затих.

Все молча смотрели на него: кто — в ожидании, кто — с сомнением, кто — безразлично.

У кого-нибудь другого, возможно, подкосило бы ноги от такого числа взглядов.

Но парень был абсолютно спокоен и собран, совсем не чувствуя никакого давления.

Он уже мысленно подготовил себя к этому.

К тому же, это не первый его доклад.

— Спасибо вам всем, что со всего мира приехали сегодня в Принстон, чтобы послушать меня о результатах исследования гипотезы Гольдбаха.

Как обычно, поблагодарив всех, Лу Чжоу начал рассказывать о содержании доклада.

— Я разделил содержание этого доклада на две части. Одна будет посвящена методу групповой структуры, которую я использовал для доказательства Гипотезы, другая — самому доказательству.

— Думаю, уже все ознакомились с моей статьей, прежде чем приехать сюда. Поэтому длительные части я сокращу и покажу на слайдах. А мои объяснения будут, в основном, сосредоточены на ключевых шагах и идеях.

— И я постараюсь оставить как можно больше времени для ответов на ваши вопросы.

Прочитать статью перед конференцией — это обычная практика, если бы кто-то задал вопрос, который объясняется в самой статье, то это будет крайне неуважительно.

Но, очевидно, такого не может случиться с такой аудиторией.

Точно также, как и части, которые уже объяснялись в статье, не будут объясняться в презентации. В конце концов, время

каждого — драгоценно, они приехали сюда не для того, чтобы посмотреть слайды.

Сказав вступительные слова, Лу Чжоу сразу перешел к теме.

— Так называемый "метод групповой структуры" — это сокращение от "метода исследования общей структуры теории групп". Его основная идея состоит в том, чтобы использовать концепции циклических групп для изучения проблемы бесконечности. Основываясь на целочисленном модуле, группа умножения p всегда является циклической группой. Эта теорема…

Объясняя, Лу Чжоу указал лазерной указкой на слайд.

"Существует группа G и | G | = p1α1p2α2 … piαi, где pi — простое число, а ai — положительное целое число. Пусть p∈π(G), определим, как deg (p) = | {q∈π(G) | p~q) |"

"Пусть deg (p) — число вершин p. Переопределим C (G)=…"

По сравнению с частью доказательства гипотезы Гольдбаха, что будет во второй половине доклада, построение теории групп является более важным моментом для понимания. Поскольку без этого слушатели не поймут, что именно Лу Чжоу делал в этой работе.

Поэтому парень до сих пор старался сделать объяснения чрезвычайно подробными, чтобы прояснить каждый пункт.

Люди в зале слушали предельно внимательно, будь то приглашенные ученые или студенты.

Особенно — Джеймс Мейнард. Он сидел в центре зала и внимательно слушал.

Джеймс Мейнард был лидером в области аналитической теории чисел в Великобритании и также изучал проблемы простых чисел. К тому же, он — один из самых популярных кандидатов на Филдсовскую премию. Первоначально он хотел использовать гипотезу чисел-близнецов для получения Филдсовской премии, но Лу Чжоу опередил его.

Можно сказать, что главной причиной, почему он приехал сюда, это чтобы создать проблемы своему оппоненту.

Однако…

Чем больше Джеймс Мейнард слушал, тем заинтригованнее становился.

Логика китайского ученого была настолько строга, что он не мог найти никаких изъянов.

Рядом с ним сидел его аспирант, тоже англичанин по имени Эван.

Эван посмотрел на строки текста и чувствовал себя потерянным.

Наконец он не смог удержаться и тихо спросил:

— Профессор, о чем этот метод?

Мейнард смотрел на презентацию и молчал.

Он не хотел отвечать.

Джеймс Мейнард не хотел отвлекаться, чтобы не упустить ни одной важной детали. Также он боялся, что не сможет точно передать всю красоту метода групповой структуры. Только вчера он кричал в своем блоге, что разоблачит этого китайца на этой конференции.

Но как бы он не хотел этого признавать, между ними присутствовал колоссальный разрыв.

Да и это не имело значения, такова реальность математики.

С другой стороны, в заднем ряду лекционного зала в углу сидели два пожилых мужчины, которые тихо смотрели отчет и перешептывались друг с другом.

— Не ожидал, что за время моего отсутствия в Принстоне появится еще один талант, — сказал Эндрю Уайлс, глядя на молодого человека на сцене, после чего кивнул. — Неплохо, он мне напоминает меня.

После возвращения в Оксворд в 2011 году Уайлс редко возвращался в Принстон, уступив пост главы математического факультета другому гению — Чарльзу Фефферману.

Уайлс вспоминал конференцию двадцать лет назад, проведенную институтом Ньютона, когда более двухсот математиков слушали лекцию, но только четверть из них могла понимать, о чем речь.

Остальные же просто стали свидетелями истории.

Теперь все повторялось.

Хотя гипотеза Гольдбаха скорее напоминала тест IQ, чем широко используемая последняя теорема Ферма, этот тест являлся одним из вопросов Гильберта. Она имела значительный статус в области теории чисел.

Решение этой задачи не изменило бы мир, но инструменты, придуманные для ее решения, будут неоценимы для всего математического сообщества.

Без сомнения, все присутствующие в зале — свидетели истории.

— Ха-ха, — Делинь улыбнулся. — Не могу вспомнить, но вроде кто-то хотел извиниться перед "Нью-Йорк Таймс" и вернуть открытое шампанское?

Уайлс кашлянул и сказал:

— Только в момент отчаяния человек может найти вдохновение и выйти из тупика… И я это сделал.

— Разве в прошлый раз ты не называл это перфомансом?

— Ладно, мой добрый друг, давай сменим тему, — сказал Уайлс. Он посмотрел на содержимое презентации и спросил:

— Я действительно не понимаю гипотезу Гольдбаха. По-твоему, он доказал ее?

-Тебе следует спросить это у Иванеца и Фальтингса. Они действительно являются экспертами в области аналитической теории чисел. Я занимаюсь только проблемой простых чисел. Но, прочитав его работу, я более чем оптимистичен.

Если бы он не был настроен оптимистично, то не стал бы организовывать этот доклад.

Уайлс удивленно спросил:

— Фальтингс здесь?

— Не только он… — Делинь сделал паузу. — Никто не хотел пропустить этот доклад.

Именно тогда зал воскликнул.

Публика ахнула от изумления.

Их вздохи также содержали восхищение.

Делинь и Уайлс замолчали и посмотрели вверх.

Через некоторое время Уайлс улыбнулся и сказал:

— Похоже, наши тревоги были излишни.

Делинь посмотрел на расчеты и улыбнулся:

— Я никогда не волновался.

Глава 241. Шампанское победы

Когда появляется новый набор теорий, первая реакция всегда полна скептизма, особенно от людей из этой же области. Как только все подозрения уйдут, то придет и признание.

Глядя на реакцию аудитории, Лу Чжоу понял, что уже на пол пути к успеху.

Теперь он хотя бы уверен, что слушатели приняли его метод.

Что касается оставшейся половины доклада, то это уже не имеет значения.

Ему нужно, чтобы четверть людей и рецензенты смогли это понять, чтобы статью приняли, после этого цель конференции будет достигнута.

Глубоко вздохнув, парень переключил слайды презентации.

Дальше шло доказательство гипотезы Гольдбаха.

Теперь Лу Чжоу был более расслаблен.

Когда появился инструмент, то выполнение его цели — уже само собой разумеющийся результат.

Ему нужно сделать лишь одно.

Под пристальными взглядами Лу Чжоу лазерной указкой указал на слайд.

"Пусть N обозначает достаточно большое четное число, а Px(1,1) — количество простых чисел p, удовлетворяющих N=p1+p2. Пусть Cn = {∏p | x, p2} (p-1) / (p-2) {∏p2} (1-1 / (p-1) ^ 2), и существует группа G=…"

"…"

С этого момента атмосфера в зале достигла пика напряжения.

Когда метод групповой структуры добрался до гипотезы Гольдбаха, каждый затаил дыхание, опасаясь пропустить что-то важное.

Мейнард удивленно уставился на экран и пробормотал:

— Теорема Бомбиери! Оказывается... он действительно сделал это. Невероятно.

С этим все предыдущие шаги парня стали ясны.

Словно перед ним рассеялся туман.

Как эксперт в простых числах, он наиболее глубоко тронулся.

Хотя это совсем не то, что он ожидал.

Эван, сидевший рядом с ним, был сбит с толку.

Этот британец отказался от попыток понять метод и просто молча сидел рядом.

Услышав слова своего руководителя, он мог предположить, что доказательство, скорее всего, верное.

Отчего он не мог не смутиться.

Несколько дней назад, ссылаясь на пост в блоге своего профессора, он клялся, что этот доклад станет посмешищем.

В результате, похоже, смеяться будут над ним...

На другом конце зала неподвижно сидел Хельфготт. Он закрыл записную книжку с лицом, полным одобрения.

Прежде чем прийти сюда, он прочитал статью множество раз, а также выписал все вопросы в записную книжку, которые хотел задать.

Но похоже, что она ему не пригодится.

И причина в том, что Лу Чжоу в своей презентации уже на все ответил.

Не только Хельфготт получил нужные ему ответы, но и Лу Чжоу, стоявший на сцене, тоже получил их.

Лу Чжоу почувствовал, что его коллеги подтверждают его слова.

Наконец, он добрался до последней части.

"Очевидно, что мы имеем Px (1,1)≥P(x,x^{1/16})-(1/2)∑Px(x, p, x)-Q/2-x^(log4)...(30)"

"Из уравнения 30, леммы 8, леммы 9, леммы 10 можно доказать, что теорема 1 верна."

"Доказательство завершено."

Это был последний слайд презентации, а лекционный зал молчал.

Молчание разрушил сам Лу Чжоу.

Парень говорил уже 40 минут, поэтому он откашлялся и хриплым голосом произнес:

— Доказательство гипотезы Гольдбаха — здесь. Думаю, что я доказал ее.

Зрители ждали этого момента.

Весь мир ждал этого момента.

Письмо из Москвы в Берлин, в 1742 году, пересекло Австро-Прусскую войну и создало бурю на два с половиной столетия.

После бесчисленных усилий множества поколений математиков, Лу Чжоу наконец положил последний кирпич на этот небоскреб.

Цивилизация уже получила слишком много сокровищ от этой гипотезы.

Как только он закончил говорить, зал наполнился аплодисментами.

Аплодисменты продолжались долго…

……………………...

К удивлению Лу Чжоу, он первоначально думал, что настоящим испытанием будут вопросы, но в итоге это было слишком легко.

Несколько крупных специалистов по теории чисел задали несколько простых вопросов и снова сели. Лу Чжоу считал, что ему придется продлить сеанс вопросов и ответов, но он уложился вовремя.

После окончания доклада декан Принстонского института перспективных исследований, Питер Годдард, взял бутылку шампанского и обнял Лу Чжоу на сцене.

Этот математический физик был знаменит своей теорией струн, за которую он получил медаль Дирака, высшую награду в области математической физики.

— Поздравляю, доктор Лу Чжоу, — сказал Годдард, похлопав Лу Чжоу по плечу, и с улыбкой передал парню шампанское. — Возьми, это трофейное шампанское принадлежит тебе!

Лу Чжоу взял бутылку шампанского и, улыбнувшись, смущенно спросил:

— А разве не будет рецензирования?

Парню казалось, что слишком рано открывать шампанское.

Однако Годдард так не думал. Он улыбнулся и ответил:

— Конечно, математический ежегодник все равно организует комиссию из шести человек для независимой оценки твоей работы. Однако открыть шампанское после доклада — это традиция Принстона. Это наше поздравление.

Если быть точнее, это традиция Оксфорда и Кембриджа. Однако Принстон — один из немногих университетов в оксфордском стиле в Америке, а Годдард — выпускник Кембриджа, так что не будет преувеличением назвать это традицией.

Рассмотрение математической проблемы мирового уровня может занять много времени. Все зависит от сложности процесса доказательства и понимания самого автора процесса.

В этот период Лу Чжоу должен ответить на все вопросы, поступающие от проверяющих.

Поэтому это шампанское — не только поздравление, но и дополнительный стимул, побуждающий парня пройти до конца.

Потому что если он сдастся — ему придется вернуть шампанское.

Хотя шампанское и не стоило многого, никто не хотел делать подобного.

Лу Чжоу взял шампанское в руку и почувствовал давление от победы.

Годдард подбодрил его улыбкой и похлопал по плечу:

— Открой его, эта слава принадлежит тебе!

С поддержкой от декана, парень больше не колебался.

Победитель не должен быть слишком осторожен, поскольку шансы, что его работу отклонят, слишком малы.

Не говоря уже о том, что его доказательство подтвердила система.

Лу Чжоу верил, что сможет ответить на все вопросы, которые возникнут.

Прямо сейчас он должен быть более уверен в своих собственных исследованиях. Лу Чжоу должен позволить своим родителям, школам, Принстону и даже стране гордиться его славой.

Из бутылки шампанского брызнула пена, которая даже попала на людей, сидевших в первом ряду. Но никто не жаловался, а только смеялись.

Сидящие на задних рядах даже завидовали.

Репортеры, стоявшие по обе стороны лекционного зала, использовали свои камеры, чтобы запечатлеть этот исторический момент, и попытались пройти сквозь толпу поближе.

Возможно, уже завтра фотография Лу Чжоу с бутылкой шампанского появится на обложке журнала "Таймс", как и Уайлс.

Однако прямо сейчас парень не хотел думать об этих неважных вещах.

Лу Чжоу клялся, что эта бутылка шампанского — самый лучший напиток, что он когда-либо пил.

Вкус был необычайно насыщенным и сладким.

Опьяняющий…

Глава 242. Неожиданный сюрприз

Во время проверки таких крупных гипотез часто невозможно организовать слепой подход. Поскольку не так много разбирающихся людей в одной области, и проверяющие вынуждены задавать вопросы Лу Чжоу.

Сразу после окончания доклада Лу Чжоу получил список рецензентов из "Математического ежегодника".

Поскольку "Математический ежегодник" — журнал Принстонского университета, то для парня он как "школьный журнал", поэтому список отправили ему не на почту, а главный редактор Эванс лично в руки передал его.

— Твоя работа будет открыто и независимо рассматриваться шестью людьми, включая Фальтингсона, Хельфготта, Иванеца. Наслаждайся сегодняшним вечером, а с завтрашнего дня ты будешь занят, — сказал Эванс с улыбкой.

Фальтингс! Иванец!

От этих имен у парня заболела голова.

Ожидаемо, что Хельфготт будет в списке. В конце концов, он также исследовал гипотезу Гольдбаха. Он — лучший в мире в круговом методе. Он напоминал Чэнь Цзинжунь с методом решета.

Но Фальтингс, занимающийся алгебраической геометрией, вызывал вопросы.

Хотя Лу Чжоу использовал алгебраическую геометрию, там ее было не так много.

Отложив список имен, парень произнес:

— Надеюсь, старшие проявят милосердие.

— Милосердие? Невозможно! Это одна из корон в аналитической теории чисел, — улыбнулся Эванс и похлопал Лу Чжоу по руке.

— Профессор Сарнак из института перспективных исследований весьма оптимистично относится к твоей работе. Так что будь увереннее. Я верю в тебя!

Лу Чжоу прекрасно знал, кто такой Сарнак. Хотя в Принстоне много профессоров с таким именем, но есть только один Питер Сарнак, главный редактор "Математического ежегодника", лауреат премии Вольфа.

Хотя Сарнак — и не столь знаменит, как Фальтингс или Иванец, он — также авторитет в области теории чисел.

Однако, чтобы избежать подозрений, список имен содержал лишь одно имя из Принстона, и это не Питер Сарнак. А из Парижского педагогического университета присутствовало два человека.

На самом деле, Эванс ошибался.

Как только доклад подошел к концу, Лу Чжоу уже стал нагруженным.

Как только он вышел из аудитории, его окружили репортеры.

— Господин Лу Чжоу, я из "Принстон Дейли". Могу я спросить, останетесь ли вы преподавать в Принстоне? Или вы вернетесь в Китай?

— Конечно, Китай — моя родина. В конце концов, я вернусь. Но мне также нравится учебная атмосфера Принстона. Это хорошее место для учебы. Если Принстон предложит мне должность преподавателя, я с радостью приму ее.

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу, я — репортер из "Дейли Мейл". Как, по-вашему, прошел доклад?

— Нервно и волнующе... поэтому прямо сейчас мне нужно отдохнуть. Вы можете взять интервью у моего научного руководителя, профессора Делиня, который мне очень помог, и он — в курсе моей работы.

Репортеры окружили его и не останавливались, задавали вопросы, поэтому парень попытался сбежать.

Но он не ожидал, что это лишь начало.

Вечером проходил банкет в Принстонском отеле, Принстонский Институт перспективных исследований устроил возможность, чтобы ученые могли поговорить друг с другом. На самом деле, это только ради Лу Чжоу.

За исключением гипотезы Пуанкаре и гипотезы ABC, гипотеза Гольдбаха — одно из самых важных научных достижений в последнее время. И к тому же, результат получен в области теории чисел.

Как только парень появился в банкетном зале отеля, то тут же оказался в центре внимания.

Хотя он попытался избежать толпы, спрятавшись за едой и шампанским, очевидно другие не позволили ему так легко избежать разговора.

Как только Лу Чжоу положил стейк на свою тарелку, он заметил, что к нему подошел мужчина в костюме и с бокалом шампанского в руках.

— Здравствуй, Я — Джон Морган, заведующий математической кафедры Колумбийского университета.

— Я — Лу Чжоу, рад знакомству, — ответил парень и пожал ему руку.

— Я тоже рад знакомству. Результат твоей работы просто поражает. Честно говоря, впервые встречаю такого молодого математика с такими способностями.

Морган был очень разговорчивым человеком и не скупился на похвалу, из-за чего Лу Чжоу смущался.

Они легко разговорились и вскоре Морган начал говорить о Колумбийском университете.

— В Колумбийском университете есть много выдающихся китайских математиков. Например, Чжан Вэй и Чжан Таоу, которые также выдающиеся ученые. В Колумбийском университете ты сможешь пообщаться со множеством отличных китайских студентов. Это однозначно самое открытое место в штатах для потенциальных способных ученых. Пока ты готов, мы можем напрямую нанять тебя как полного профессора.

Профессор Морган сразу перешел к делу.

Лу Чжоу смутился и собирался ответить что-нибудь в духе, что подумает над его предложением, как вмешался профессор Делинь:

— Все то же самое может предоставить и Принстон.

Морган замер и обернулся.

— Делинь? О, мой друг, не ожидал увидеть тебя здесь.

— Я тоже рад тебя видеть, профессор Морган, — произнес Делинь, после чего посмотрел на парня. — Я собирался подождать до завтра. Но раз подвернулась такая возможность, то объявлю сейчас.

Все, кто стоял поблизости, прекратили разговоры и с любопытством посмотрели на Делиня.

Делинь пристально посмотрел на Лу Чжоу и торжественно заговорил:

— Лу Чжоу...

Чувствуя исходящую серьезность от профессора, парень подсознательно выпрямился и сделал серьезное лицо.

Посмотрев на своего студента и кивнув, профессор сказал:

— Учитывая результаты, которых ты достиг, работая над своей диссертацией, после обсуждения с Принстонским институтом перспективных исследований, мы решили предоставить тебе докторскую степень.

Сразу после его слов вокруг раздались аплодисменты.

Некоторые молодые студенты даже присвистнули.

Тут были китайские студенты и студенты из лиги плюща, все они искренне поклонялись этому богу.

Нет ничего особенного в докторской степени.

Но получить докторскую степень через три месяца после начала обучения, несомненно, останется в истории Принстонского университета.

Однако профессор Делинь еще не закончил говорить, и по его виду можно сказать, что он собирался продолжить.

Как только толпа успокоилась, он опять заговорил:

— В то же время Принстонский институт перспективных исследований решил предложить тебе место преподавателя в Принстонском институте, в связи с твоими крупными прорывами в области простых чисел.

Профессор с одобрением посмотрел на Лу Чжоу.

— Это предложение будет отправлено тебе вместе с дипломом. Принимать его или нет, само собою, твое право.

Старые профессора особо не удивились, но молодые люди потеряли дар речи.

Возможно, некоторые думают, что нет ничего такого в работе преподавателя.

Однако это Принстонский институт перспективных исследований, всемирный центр математики!

Более того, Лу Чжоу — всего двадцать один…

Зависть почти переросла в обиду…

Морган больше не стал говорить, а только пожал плечами, и на его лице отразилась беспомощность.

Колумбийский университет не мог сравниться с Принстонским институтом перспективных исследований. Даже если Морган предложит ему должность главы кафедры, парень не согласится.

Такая внезапная новость ошеломила Лу Чжоу.

Через какое-то время он глубоко вздохнул и спросил:

— Так какого преподавателя?

Профессор Делинь ответил совершенно обыденно:

— Само собой, как полного профессора, что же еще?

Глава 243. Самый молодой профессор Принстона

Лу Чжоу не ожидал, что Делинь преподнесет ему подобный сюрприз на банкете.

Изначально он хотел получить докторскую степень к концу года, но похоже сильно переборщил. Его работа еще не была даже опубликована, а ему уже присвоили докторскую степень.

Но если поразмыслить над этим, то парень понимал решение Принстона.

Даже если он ошибся в доказательстве гипотезы, то его метод групповой структуры — отличный инструмент в теории чисел.

Многие учебники по теории чисел будут использовать его.

Думая над этим, парень не мог не пожалеть.

Если он попадет в историю, то, наверное, стоило выбрать более подходящее название?

Метод групповой структуры — не звучит круто…

Какая-нибудь "космическая теория" звучит гораздо лучше.

Закончив с выпускным процессом, Лу Чжоу сфотографировался с дипломом в докторской мантии, после чего разместил пост на Weibo.

Как и ожидалось, в комментариях снова начался шум.

Но на этот раз все превзошло его ожидания.

"Твою же... Получение докторской степени обычно занимает девять лет, как это возможно за три месяца?"

"21 летний профессор? Просто безумие какое-то..."

"Думаю, более впечатляюще, что он добился этого за три месяца..."

"Постойте, вы знаете, почему он получил докторскую степень? Я слышал, он доказал гипотезу Гольдбаха."

"Что, реально?!"

"Молюсь богу Лу…"

"Лу Чжоу, пришли нам фотографию. Я повешу ее на стену для удачи..."

"…"

Лу Чжоу не ожидал, что подписчики знают о том, что он доказал гипотезу Гольдбаха, похоже, среди них присутствовали иностранные студенты по обмену.

После этого обсуждение становилось все более и более оживленным. Некоторые даже скинули скриншоты статей из "Нью-Йорк Таймс" и "Филадельфия Дейли". Некоторые разместили ссылку на его работу на arXiv.

После чего...

"Самый молодой профессор Принстона" и "гипотеза Гольдбаха" стали мелькать среди поисковых запросов и новостей.

Из-за связи Хуа Логэна и Чэнь Цзинжуня с гипотезой Гольдбаха политическое значение этого достижения даже превосходило научное.

На самом деле Лу Чжоу не знал, что его статья на arXiv распространилась не только в интернете и взбудоражила математическое сообщество, но даже привлекла внимание политиков.

Однако пока никто публично не делал никаких комментариев, поскольку все ждали результатов обзора "Математического ежегодника".

Но в этот момент парень не осознавал влияния своей работы, поскольку вложил все силы в работу с рецензентами.

Все шесть рецензентов — очень известные люди в математическом мире, и они указали на многие проблемы в его статье, которые Лу Чжоу тщательно исправлял.

К счастью, он не застрял на "очевидной" проблеме в течении года, как Уайлс.

Наконец, на второй неделе после начала проверки рецензентов...

Лу Чжоу, в седьмой раз придя в редакционный отдел математического ежегодника, получил от Эванса отзывы.

Фальтингс, который никогда никого не хвалил, был краток и дал оценку одним предложением: "Очень хорошее доказательство".

Хенрик Иванец был более дружелюбным к молодому математику и написал немного больше, возлагая надежды на новое поколение: "Применение теории групп в статье потрясает. Я с нетерпением жду в будущем более выдающихся результатов. Независимо от мнения моих коллег, мне кажется, что это успешное доказательство."

Точка зрения Хельфготта была схожа с точкой зрения другого ученого из Парижского педагогического университета. Скорее всего, они обменивались мнениями, и оба дали высокую оценку его теории.

Перевернув страницу, Лу Чжоу увидел заключительный комментарий к своей работе.

После чего посмотрел на Эванса.

Тот улыбнулся и протянул ему руку.

— Поздравляю, профессор Лу, твоя статья будет опубликована в следующем номере журнала "Математический ежегодник"!

…………………………….

В редакции "Вашингтон Таймс" Кин Лартер сидел в своем рабочем кресле и просматривал новости на компьютере.

Внезапно его внимание привлекла новость, он удивился и усмехнулся:

— О, невероятно, гипотезу Гольдбаха доказала обезьяна?

Очевидно, что в подобной, чрезвычайно чувствительной к расовой дискриминации стране, как США, неуместно делать подобные высказывания. Однако редакционный отдел "Вашингтон Таймс" — другой случай, поскольку тут не нанимали китайцев.

Самое большее, тут присутствовали корейцы, которые только будут смеяться, услышав эти слова.

Стоит отметить, что "Вашингтон Таймс" — не то же самое, что и "Вашингтон пост". Последняя — одна из крупнейших и старейших газет в Америке, а первую основал кореец Мун Сон Мён в 1982 году.

И интересно было то, что хотя она и существовала более тридцати лет, газета не стремилась укреплять дружбу между Кореей и США. Основная цель состояла в том, чтобы высмеивать Китай и публиковать клевету, после чего экспортировалась на внутренний рынок для корейских СМИ.

Однако, из-за слишком очевидной политической позиции, газета уже двадцать лет теряет деньги.

Эта газета создавала скандалы из-за расистских публикаций, включая комментарии и теории заговора о Бараке Обаме.

Боб, сидевший неподалеку, подошел к экрану компьютера и с ухмылкой сказал:

— Это большая новость... мы должны взять у него интервью.

— Не просто интервью, мы должны помочь этому парню с публичностью, — ухмыльнулся Лартер, после чего закрыл сайт и открыл Word. Он постучал пальцем по клавиатуре и спросил:

— Что насчет заголовка пресс-релиза? "Обезьяна доказала гипотезу Гольдбаха?"

Боб поколебался, потом ответил:

— Нас могут засудить.

Хотя их босс и любит, когда оскорбляют Китай, он не приветствует расовых оскорблений.

— Я знаю, что можно, а что — нет... — отмахнулся Лартер. — Мне не хватает вдохновения.

Женщина-ассистентка Перейра сидела за своим столом и работала за компьютером, как вдруг сказала:

— Помните конец 2015 года? Профессор из Нигерии считал, что он решил гипотезу Римана. Он написал в институт Клэя, но они до сих пор не ответили на это.

Она окончила факультет журналистики Вашингтонского государственного университета, и ее уровень образования был выше, чем у ее начальника, который попал в редакцию лишь из-за своих политических взглядов.

Поэтому, как главный редактор, Лартер ценил ее мнение.

— Я помню, — сказал Боб. — И помню, что Дейли Мейл даже брала у него интервью, но никаких статей не было.

Лартер резко повернулся на кресле, и взяв себя за подбородок спросил:

— Так?

— Я только что посмотрела в Вики. Гипотеза Римана — это предположение, что все простые числа можно выразить в виде

функции, — сказала Перейра. — И согласно Вики, гипотеза Гольдбаха также связана с простыми числами, так что... может между ними есть связь?

Она не очень хорошо разбиралась в математике, но у нее было высшее образование, поэтому, как минимум, она умела гуглить.

Услышав это, глаза Лартера загорелись.

Это действительно имеет смысл...

— Я помню, что гипотеза Гольдбаха это о том, что 1+1 = 2, да?

— О, Боб, какой же ты безграмотный! Даже я знаю, что 1+1=2 — это аксиома Пеано. Что касается гипотезы Гольдбаха... короче говоря, это проблема простых чисел, — засмеялся Лартер, после чего встал с кресла. — Я немедленно лечу в Нигерию. А вы подготовьте пресс-релиз. Просто напишите... Нигерийского профессора проигнорировали из-за цвета кожи. Часть славы за доказательство гипотезы Гольдбаха должна принадлежать ему, но равнодушное американское академическое общество проигнорировало его.

Какие новости самые популярные в Америке?

Новости, связанные с черными людьми.

По крайней мере, сейчас 80% новостей связано с ними.

И если расширить статью, указав, что часть награды в миллион долларов должна предназначаться для детей, учащихся в Африке, то поднимется настоящий шум.

Боб нахмурился и сказал:

— Но Лу Чжоу — не белый. Можно ли считать это расовой дискриминацией?

Если бы гипотезу доказал белый человек, то статья могла бы стать сенсационной, если институт Клея не даст разумного объяснения…

Да даже если бы они дали объяснение, то его можно будет назвать лишь "оправданием".

В конце концов, их обвинят в расизме, несмотря на математику.

Чернокожие ученые в Америке — весьма "уязвимая группа".

Проблема в том, что сам Лу Чжоу — немного проблемный, поскольку он также считался меньшинством в Америке... Хотя академическое сообщество проигнорировало "черного", награду получил не "белый".

Этого недостаточно для статьи.

В редакции воцарилась тишина.

Даже Лартер, который только что пребывал в восторге от подобной идеи, серьезно задумался.

Внезапно Перейра, которая изучала информацию, взволнованно вскрикнула:

— Придумала!

Ей в голову пришла блестящая идея.

Как сделать громкую новость!

Глава 244. Хватит и три часа

Университет штата Экити, Адо-Экити, Нигерия.

Профессор Енох проводил занятие и был немного недоволен, и даже раздражен.

Он также разместил публикацию на arXiv. Доказательство гипотезы Пуанкаре Перельмана и доказательство гипотезы Гольдбаха Лу Чжоу академическое сообщество признало. Но его работу отправили в раздел "Общая математика".

А недавно он выяснил, что этот раздел — просто свалка мусора.

Один из студентов, которые ранее подбивали его решить гипотезу Римана, спросил у него:

—— Профессор Енох, можно ли использовать гипотезу Римана для решения гипотезы Гольдбаха?

Профессор Енох ответил:

— Само собою. Гипотеза Гольдбаха — очень проста. Распределение простых чисел тесно связано с хорошо построенной функцией Римана ζ(s). По сути, это просто проблема простых чисел. И в рамках системы функций Римана (s) для решения проблемы Гольдбаха уйдет всего три часа.

После чего студент спросил:

— А как насчет 23-ех вопросов Гильберта? Это должно быть легко для вас, профессор?

— Конечно, их легко решить, — спокойно произнес профессор, потом еще добавил:

— Гипотеза Римана — восьмой вопрос из 23-ех вопросов Гильберта. Но она была скрыта за ζ(s), что я нашел.

Студенты начали уговаривать его:

— Профессор Енох, пришло время решить эти проблемы.

— Когда придет время, я подумаю над этим, но не сейчас. Помните, мои юные друзья, настоящий гений никогда не станет решать проблемы, которые ему не интересны. Только второсортные математики как Гаусс, Эйлер будут делать что-то подобное, — закончил профессор и махнул рукой. — Ладно, на этом все. Задание на дом — написать один доклад. Тема доклада — моя система функций ζ(s). Используйте ее, чтобы доказать гипотезу Гольдбаха. Я уже предоставил вам метод, поэтому решить ее будет легко.

В классе образовалась грустная атмосфера, студенты хватались за головы и с болью смотрели друг на друга.

Работа профессора Еноха слишком страшна, хотя им нравилось слушать его рассказы, каждое его домашнее задание заставляло их ломать голову.

Профессор же, которому полегчало, радостно собрал вещи и собрался идти в свой кабинет.

Однако он увидел какого-то европейца и заведующего кафедрой математики перед дверьми своего кабинета.

— Профессор Енох, этот джентльмен — из США. Он хочет поговорить с вами о гипотезе Римана, — чернокожий старик похлопал профессора Еноха по плечу и улыбнулся. — Ладно, я пойду.

Конечно, он хотел, чтобы профессор Енох выиграл приз в миллион долларов за решение гипотезы Римана.

Для такой маленькой страны, как Нигерия, это несомненно огромная сумма.

До этого никто не верил, что этот профессор решил гипотезу Римана, особенно после того, как репортеры Дейли Мейл перестали приходить.

Возможно теперь, когда сюда приехал американский журналист, институт Клэя одобрил его работу?

В Нигерии, хотя британцы и американцы все европейцы, последние имели несколько более высокий статус, особенно после того, как они избрали чернокожего президента.

Если институт Клэя действительно одобрил работу профессора, то у того появится шанс иммигрировать в США.

Не только в Нигерии, а вообще на всем африканском континенте существовало такое "спасительное" желание, особенно у образованных людей. Они хотели выбраться из Африки и попасть в страну первого мира.

Профессор Енох удивился, увидев американца, после чего нахмурился и спросил:

— А вы кто?

— Позвольте представиться. Я — репортер из "Вашингтон Таймс". Можете звать меня Лартер, — представился Лартер, выдавив из себя лицемерную улыбку, после чего протянул руку. — Я хотел бы поговорить с вами о гипотезе Римана. Когда вам удобно?

Если бы не такая новость, то Лартер вообще не хотел бы здесь находиться. Он не мог поверить, что как только он покинул аэропорт, у него вымогали 70 000 найр... хотя это всего несколько сотен долларов, это все равно раздражало.

Он поклялся, что это будет его последняя деловая поездка сюда.

Профессор Енох посмотрел на Лартера и с осторожностью сказал:

— Пройдемте в мой кабинет.

В кабинете профессора было очень грязно. Енох явно не следил за своим кабинетом. Носки лежали поверх учебников, повсюду — пыль, и местами даже виднелась паутина.

Лартер нахмурился и, наконец, найдя место, где встать, откашлялся:

— Дело в том, что мы узнали, что в конце пятнадцатого года вы отправили письмо в институт Клэя, утверждая, что решили гипотезу Римана. Однако согласно интервью Дейли Мейл, институт Клэя оставил без комментариев вашу работу. Узнав про вашу ситуацию, мы обратили внимание на ваш вопрос...

Сидя в кресле, Енох с подозрением посмотрел на журналиста. Он не верил, что этот белый поможет ему выиграть миллион долларов. Енох спросил:

— Вы можете прочитать мою работу на arXiv, так зачем же вы приехали в Нигерию?

Лартер искренне ответил:

— Чтобы помочь вам.

— Помочь мне? — профессор вытер нос. — Вы могли бы просто дать мне деньги...

— Дело — не в деньгах. Разве вы не злитесь? — Лартер пронзительно посмотрел на Еноха и сурово заговорил:

— Я только что послушал вашу лекцию. Думаю, вы — очень хороший математик. Однако из-за цвета кожи вашу работу проигнорировали. Очевидно, что русские, перуанцы, французы и даже китайцы признаны академическим сообществом. Однако вы исключены!

У профессора Еноха лицо было полно сомнений.

Он не мог поверить, что белый будет говорить подобное.

Однако слова этого репортера действительно разозлили его.

Репортер прав. Он выложил свою работу на arXiv, а ее отнесли в категорию "Общая математика".

Лартер посмотрел ему в глаза и сказал:

— Я просто спрошу, можете ли вы доказать гипотезу Гольдбаха из гипотезы Римана?

— Конечно, — не колеблясь, ответил Енох, а потом добавил:

— Это очень просто.

Лартер чихнул и сказал:

— Тогда я разберусь с вашей визой и рейсами. Мы также оплатим вам все расходы...

— Подождите! — воскликнул профессор, останавливая репортера. — Я не понимаю, что вы, черт возьми, хотите?

— Мы организуем для вас доклад в Принстоне, чтобы вы могли рассказать о гипотезе Римана. Вы воспользуетесь ею и докажете гипотезу Гольдбаха.

Конечно, Лартер не мог использовать первый лекционный зал в институте перспективных исследований, но он мог арендовать зал в отеле Принстона рядом. Не будет никаких проблем, пока он может оплатить все, к тому же, на самом деле, многие конференции проводились в отелях.

Когда Лартер поделился своими идеями с корейским боссом, тот быстро выделил деньги.

Единственное, что волновало его босса, это как задеть Китай.

— Подождите минутку, я все еще не понимаю. Вы хотите, чтобы я сделал отчет в Принстоне? — переспросил профессор, в его глазах мелькнул огонь.

Одно дело — написать статью, а другое дело — сделать доклад. Короче, Енох совсем не готов к этому.

Лартер ухмыльнулся:

— Да.

Профессор Енох хотел было отказаться, но не смог произнести этого вслух.

Этот человек — просто дьявол...

После долгого раздумья Енох понял, что ничего не теряет. Преподавать в Нигерии — явно немного обещающая карьера, поэтому будет неплохо, если он воспользуется этой возможностью.

Енох прочистил горло и дал ответ:

— Мне нужно время, чтобы подготовиться...

Лартер сразу спросил:

— Как долго?

— Три месяца, — ответил Енох.

— Слишком долго, — покачал головой Лартер и объяснил:

— Время никого не ждет, вы можете отложить детали на потом. Послушайте, я не прошу вас убеждать профессоров в Принстоне. Мне нужно только, чтобы вы убедили некоторые правозащитные организации по защите чернокожих и их спонсоров.

— Ладно, сколько у меня времени? — спросил Енох, почесав затылок. — Дайте мне сроки.

— Самое большее — три дня.

— Это невозможно! — он даже не хотел думать об этом.

Как минимум, ему нужно подождать, пока его студенты сделают домашнюю работу.

Три дня недостаточно для этого.

— Десять тысяч долларов, — безразлично произнес Лартер.

Без малейшего колебания Енох согласился:

— Договорились.

Глава 245. Объявление войны?

— Даже не верится... ты стал профессором, — произнесла Молина, окинув Лу Чжоу долгим взглядом.

С момента доклада прошло уже прилично времени, но она впервые встретилась с ним, поскольку он был слишком занят.

Девушка некоторое время молчала, а потом спросила:

— Когда ты собираешься съезжать?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Сначала надо снять жилье. Слышал, отдельные дома тут не такие дорогие. Но я не люблю переезжать... Поэтому подожду, пока не вернусь в Китай, а потом сразу все перевезу.

Через месяц Лу Чжоу вернётся в Цзиньлин.

Хотя ему еще не позвонили оттуда, он предполагал, что в течение нескольких дней должны позвонить.

Кроме того, даже если бы ему не позвонили из Цзиньлинского университета, Лу Чжоу все равно собирался вернуться в родной город и проведать свою младшую сестру, которая готовилась к вступительным экзаменам.

Ведь именно этот экзамен определит ее будущее.

Хотя Лу Чжоу не сможет помочь ей с гуманитарными предметами, он мог бы поддержать ее.

………………….

Принстонский институт перспективных исследований не только предоставил Лу Чжоу приличную зарплату, но и выделил ему хороший кабинет.

Лу Чжоу наводил порядок в кабинете, когда вдруг кое-что понял.

Подождите, разве это не должны делать студенты?

Теперь я сам — профессор, и как-то не по себе убирать свой кабинет.

Но вдруг Лу Чжоу вспомнил, что он пока сам по себе.

И хотя Принстон нанял его как полноценного профессора, сейчас — май, середина между зачислением новых студентов.

Это означало, что ему придется ждать еще два месяца, прежде чем сможет получить резюме студентов и принять решение о собеседовании.

Может ему попросить Эдварда Виттена и одолжить Ло Вэньсюаня?

Ну... это не очень хорошо.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

После чего позвонил Виттену, и тот быстро согласился.

Вскоре после этого Ло Вэньсюань появился в дверях его кабинета, тяжело дыша.

Однако когда тот услышал, что его друг позвал его лишь для уборки, а не для каких-либо исследований, то недоумевал.

— Подожди минутку, ты просил меня прийти сюда... чтобы помочь убраться в твоем кабинете?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Я куплю тебе еду потом... Мне одному тяжело все разгрести тут.

Брат, пойми, мне просто нужно немного позлорадствовать как профессору.

— Одного раза явно мало, с тебя — два обеда! — прокричал Ло Вэньсюань и пошел за метлой.

Лу Чжоу положил книги на стол и улыбнулся:

— Да хоть три.

Вдвоем они работали в два раза эффективнее.

Парень не хотел этого признавать, но Ло Вэньсюань убирался намного быстрее его. Лу Чжоу помнил, что Ло Вэньсюань активно принимает участие в клубных мероприятиях, поэтому для него нет ничего необычного в подобном.

Говоря об этом, то Лу Чжоу последний раз занимался физическими нагрузками, играя в баскетбол в Цзиньлинском университете с соседями.

Когда они убирались, внезапно Ло Вэньсюань заговорил:

— Вашингтон Таймс? Что это?

Нахмурившись, он взял газету со стола.

Но открыв ее, сильно удивился.

Лу Чжоу заметил странную реакцию друга и не мог не спросить:

— Что там?

— Ничего такого, просто корейские СМИ. Не обращай внимания, просто пытаются оклеветать тебя, — небрежно произнес Ло Вэньсюань и собирался уже выкинуть газету в мусорное ведро, как Лу Чжоу протянул руку и взял ее.

Прочитав заголовок, парень впал в ступор.

"Забытый Нигерийский профессор по математике."

Статья рассказывала историю профессора Еноха о гипотезе Римана, о том, как он опубликовал свою работу на arXiv, но не получил никакого ответа.

В итоге он написал в институт Клэя.

Но тот никак не отреагировал.

По словам профессора, он решил гипотезу не ради денег, а ради своих собственных студентов. Потому что его студенты верили в него, он попытался решить эту математическую задачу. И награда за решение гипотезы пойдет на обучение.

Продолжая читать, Лу Чжоу ощущал, что что-то не так.

К статье прикреплялось интервью с профессором Енохом.

"Профессор Енох: Любое простое число находится в первичной системе распределения, установленной функцией Римана. Возможно, вы не понимаете, о чем я говорю, но могу сказать вам, что это как Усейн Болт. Она непобедима.

Лартер: Другими словами, ваш метод может легко решить гипотезу Гольдбаха.

Профессор Енох: Да, совершенно верно.

Лартер: Если бы институт Клэя не проигнорировал результаты вашего исследования, сколько бы вам понадобилось времени на решение гипотезы Гольдбаха, опираясь на вашу работу?

Профессор Енох: На самом деле я уже доказал ее еще в прошлом году. Если я правильно помню, это заняло у меня всего три часа. Доказать гипотезу Полиньяка, гипотезу Гольдбаха, гипотезу о парных простых числах... это вообще ничто, даже мои студенты могут это сделать.

Лартер: Думаю, с вами обошлись очень несправедливо.

Профессор Енох: Да, я очень зол."

Увидев это, Лу Чжоу чуть не расхохотался.

Западные журналисты — просто шутники. "Дейли Мейл" уже споткнулась об эти грабли, а теперь на них же решили наступить и "Вашингтон Таймс".

Честно говоря, этот нигерийский профессор, возможно, даже не понимает разницы между функцией Римана и функцией Дирихле.

Однако это не касалось Лу Чжоу.

На него это никак не повлияло.

Но именно в этот момент он заметил, что к газете было прикреплено письмо.

"Уважаемый Лу Чжоу, я — редактор газеты "Вашингтон Таймс", Кин Лартер. Послезавтра в три часа дня в отеле Принстон состоится отчет. Докладчик — профессор Енох из университета штата Экити. Доклад посвящен доказательству гипотезы Гольдбаха с использованием метода, основанного на гипотезе Римана. Конечно, я понимаю, что вы как лауреат премии Коула, должно быть, с презрением относитесь к мнениям ученых из стран третьего мира, также, как и американское академическое сообщество игнорирует его работы.

Однако могу засвидетельствовать, что система распределения простых чисел, созданная профессором Енохом, на основе гипотезы Римана позволяет решить гипотезу Гольдбаха всего за три часа. Если профессор Енох это сделает, то нет никаких сомнений, что это именно он доказал гипотезу Гольдбаха, а не вы.

Конечно, ради справедливости, мы по-прежнему выделяем вам один час выступления на его докладе, чтобы вы могли защитить свою работу.

Отмечу, что будет присутствовать в общей сложности двадцать один репортер из Ассоциации защиты прав чернокожих и Объединения по борьбе с расовой дискриминацией. Также мы пригласили репортеров из "Нью-Йорк Таймс" и "Филадельфия Дейли" рассказать об этом событии."

Эм...

Лу Чжоу выбросил газету в мусорное ведро, но сохранил письмо.

Ло Вэньсюань заметил это и сказал:

— Если честно, это пустая трата времени. Этот человек, очевидно, не знает разницы между функцией Римана и функцией Дирихле. Потрать лучше свободное время на подготовку к своей первой лекции.

Гаррет Лиси, король гражданских наук, который предложил "исключительно простую теорию всего", уже несколько лет подвергался критике от Эдварда Виттена. Даже азартный Фрэнк Вильчек не сдержался и поспорил с ним.

— А почему бы не сходить? Они уже прислали приглашение, — произнес Лу Чжоу и холодно рассмеялся. — И будучи китайцем, я не могу игнорировать подобные необоснованные оскорбления.

— Оскорбления?

— Да, выдающийся вклад Хуа Логэна, Ван Юаня и многих других, кто работал над гипотезой Гольдбаха, можно назвать одной из самых блестящих глав Китайской школы аналитической теории чисел в истории мировой математики, — произнеся это, парень пожал плечами. — Вообще не то, чтобы это меня касалось, поскольку я вернусь в Китай в следующем месяце. Но посмотри, что утверждает этот нигерийский профессор. Ему потребовалось всего три часа, чтобы решить проблему века. Люди, кто оскорбляет уважаемых ученых, не более чем мусор.

Глава 246. Откуда мнимые числа?

"Вашингтон Таймс" не являлись общепризнанными СМИ, но они смогли поднять шум в интернете.

Что может быть актуальнее "расизма"?

Обсуждения шли повсюду в Facebook и Twitter.

Китайские студенты и китайские группы, естественно, стояли на стороне Лу Чжоу, в то время как черные и белые-левые группы негодовали.

Однако Лу Чжоу совсем не волновался.

Он не пользовался ни Facebook, ни Twitter и занимался своими делами. Ему было не до обсуждений в интернете.

Но, как он и сказал, раз его пригласили прийти, он не мог не ответить.

Вскоре наступил день доклада.

Еще оставалось несколько часов до начала, и парень пришел на площадь Палмера, чтобы что-нибудь съесть.

Уже слишком поздно, чтобы есть в клубе "Плюща", поскольку тот находился достаточно далеко от него.

Лу Чжоу нашел закусочную с техасскими бургерами неподалеку от площади Палмера. Войдя внутрь, он услышал спор внутри.

Перед прилавком стоял чернокожий и говорил голосом, полным превосходства:

— Комбо с куриным бургером стоит 6 долларов, а комбо с техасским бургером из говядины — 7 долларов. Бургеры стоят всего $3,5 и $4 доллара соответственно. И я заметил, что стакан колы стоит 1 доллар.

— И, хотя у вас нету цены на техасский барбекю-стейк, но используя систему уравнения, я получил числа. И выходит, что техасский барбекю-стейк стоит $1,5, и $2 одновременно. Можете сказать, откуда у вас в меню появились мнимые числа?

Парень из Техаса, стоящий за стойкой, почесал за ухом и нетерпеливо ответил:

— И?

— Это не разумно, — уверенно заявил профессор Енох. — В Нигерии старшеклассники могут решить это уравнение. Вы же продаете бургеры в Принстоне и не можете этого сделать?

Парню за прилавком было слишком лень разбираться с ним, и он ответил:

— Мне плевать на твои числа. Ты покупаешь или нет? Если нет, то отойди. Не задерживай очередь.

Хотя он хотел послать этого черного парня, но сдержался.

Енох смотрел на этого грубого деревенщину, не мог не чувствовать своего превосходства.

То же он чувствовал, когда преподавал у себя в университете.

Группа глупых черных ребят сидела в его классе, а он, словно бог, рассказывал им истины.

Это было пьянящее чувство.

Однако профессор Енох, очевидно, не осознавал разницы между этим местом и Нигерией.

Техасец перед ним — не его ученики, которые хотели чему-то научиться, чтобы бежать с африканского континента.

И когда тот засучил рукава и посмотрел на официанта рядом с ним, внезапно раздался голос.

— Эта система уравнений — не что-то сложное, любой китайский старшеклассник может решить подобное... Я возьму сэндвич с беконом и кофе. У меня позже будет доклад, пожалуйста, поторопитесь, — сказал Лу Чжоу и положил деньги на прилавок.

Увидев деньги, парень из Техаса улыбнулся.

— Сейчас.

Профессор Енох, услышав про доклад, приподнял брови, словно догадался, что за китаец перед ним.

Улыбнувшись он спросил:

— Тогда как объяснить цены в меню?

— Очень просто, нужно просто составить уравнение. В этом случае мы обычно рассматриваем добавление коэффициента перед неизвестным. Можно рассматривать это как скидку, — сказал Лу Чжоу и пожал плечами. — Естественно, нельзя просто объединить два несоединимых уравнения и самоуверенно находить в них мнимые числа. Мне даже интересно, как вы это сделали? Разве ваши ученики не говорили вам?

Студенты, обедающие рядом, не могли не засмеяться.

Они наблюдали за этим с самого начала и не вмешивались, поскольку хотели посмотреть, как техаский парень преподаст урок этому нигерийцу.

В математике мнимые числа — это числа, имеющие вид a+bi, где а и b действительные числа и b не 0. i^2 равно -1, где a — действительная, а b — мнимая части. Большинство, если не все, китайских школьников знали о мнимых числах.

По существу, мнимая часть — это квадратный корень из отрицательного числа.

Это не что-то трудное или специфическое, любой, получивший обязательное образование, будет знать это.

— Он прав... не твое дело, как я продаю, — продавец нетерпеливо закатал рукава и постучал по столу. — Если ты ничего не покупаешь, то уходи. Ты задерживаешь очередь.

Все вокруг были полны предвкушения.

Енох покраснел и начал говорить что-то невразумительное:

— С чего ты взял, что в линейных уравнениях не может быть мнимых чисел? Откуда ты знаешь, что абелева группа, гомоморфизм и класс сопряженности... нет такого понятия, не содержит мнимых чисел.

Лу Чжоу потерял дар речи.

Он хотел спросить, знал ли Енох, что значат эти слова, но это было не главное...

— Для решения линейного уравнения даже не нужно брать корень!

…………………..

Для Лу Чжоу все, что случилось в закусочной, было лишь маленьким инцидентом.

Ему было интересно знать, где этот парень изучал математику, но в конце концов тот застыдился и под смех остальных покинул закусочную.

Отбросив этот вопрос, он спокойно поел, после чего отправился в отель напротив площади Палмера.

Лартер стоял у дверей и приветствовал всех гостей. Он удивился, увидев Лу Чжоу, после чего улыбнулся.

Но улыбка была полна злорадства.

— Добро пожаловать, китайский математик из Принстона. Не ожидал увидеть вас здесь.

Лу Чжоу посмотрел на почти полный лекционный зал и улыбнулся:

— Думаю, я подпорчу вашу вечеринку?

— Смеешься? — Лартер ухмыльнулся. — Надеюсь, после ты также сможешь смеяться.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Можно задать вопрос?

— Какой?

Парень серьезно спросил:

— Кто надоумил вас на эту дерьмовую затею?

Лартер помолчал, но продолжал все также фальшиво улыбаться, а потом сказал:

— Простите, я не понимаю, о чем вы говорите.

Лу Чжоу улыбнулся и тихо сказал:

— Ничего, забудьте. Сделаем вид, что я не спрашивал.

Он изначально не ожидал, что ему ответят.

Однако человеческое подсознание — неуправляемо, особенно когда его подталкивают извне.

Лартер не стал тратить время на разговоры с Лу Чжоу. Он развернулся и стал приветствовать представителей организаций по защите прав чернокожих.

Большинство людей, сидевших в зале, не понимали математики и даже не собирались прислушиваться к защите ученого своей работы. Точно так же, как оригинальная статья "Нью-Йоркер" искажала достижения Яу Шинтуна, СМИ не заботились о правде.

Это место, где процветал популизм.

Они сидели здесь лишь потому, что американское академическое сообщество несправедливо относится к их нигерийскому собрату.

Но…

Какое это имеет отношение к Лу Чжоу?

Люди, ничего не понимающие в математике, не могут вести академическое общение. Сколько ни говори с профессором Енохом, это все равно, что играть на пианино для коров.

Но некоторые научно обоснованные вещи можно передать простым языком, просто исходя из здравого смысла.

Лу Чжоу осторожно поправил галстук.

Для него в этом нет ничего сложного.

Глава 247. Первая лекция в Принстоне

Вскоре наступило время начала отчета, но случилась небольшая проблема.

Главный герой доклада, профессор Eноx, судя по всему, отсутствовал.

В зале стояла неловкая атмосфера.

Честно говоря, Лу Чжоу тоже недоумевал. Он планировал пообщаться с профессором Енохом, но что в итоге?

Лартер весь потел, объясняя на сцене:

— Профессору Еноху нужно разобраться с кое-какими личными делами. Я пытаюсь связаться с ним.

— Хотя правосудие — важный вопрос, наше время драгоценно, — недовольно произнес черный человек в первом ряду зала. — У меня теперь появились сомнения в серьезном отношении профессора Еноха к этому.

В действительности, то темнокожие из Америки не слишком сильно любили своих собратьев из Африки.

Но в своих собственных интересах они должны были серьезно отнестись к этой проблеме.

C Лартера, проклинающего Еноха про себя, стекал пот.

Прям перед самым началом Еноху вдруг резко захотелось бургер, и теперь, спустя два часа, его все еще нет.

Лартер поклялся, что это последний раз, когда он связался с нигерийцами, поскольку те вообще не могли сдержать слово.

Внезапно раздался неожиданный голос:

— Поскольку профессор Енох немного задерживается, позвольте мне начать.

Лу Чжоу больше не хотел тратить свое время впустую на ожидания, поэтому он захотел покончить со всем этим.

Лартер замер.

Он не ожидал, что этот парень что-то сделает.

Но…

Правда ли, он хотел помочь?

Но уже слишком поздно останавливать его.

Лу Чжоу уже вышел на сцену, а люди в толпе явно поддержали его идею.

Лартер неохотно отступил в сторону, понимая, что ему нечем возразить.

Поднявшись на сцену, парень совсем не нервничал.

У него уже большой опыт докладов.

Правда он не ожидал, что его первая лекция будет в отеле Принстона.

Подумав об этом, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

По крайней мере, это можно расценивать как практику.

Он посмотрел на сотни пар глаз в толпе и откашлялся:

— Я вижу в ваших глазах недоверие мне.

Зрители не ответили. Некоторые посмотрели на свои часы, некоторые смотрели по сторонам...

Но это нормально, и Лу Чжоу ожидал этого.

После небольшой паузы он заговорил громче:

— Потому что человек, стоящий перед вами, из элиты Принстона, а вы не доверяете элите. Вы не доверяете ни их морали, ни их образованию. Вам больше хочется услышать забытые голоса. Так что готов поспорить, что через несколько месяцев большинство из вас проголосует за толстяка Трампа, потому что он — единственный разумный человек, пытающийся встать на вашу сторону и учитывать ваши голоса... Само собою это не то, о чем я хочу говорить сегодня.

— Прежде всего, прошу помнить, что я — китайский ученый.

— Поскольку вы настолько политкорректные, я хочу спросить. Вы учитывали мое мнение, когда читали статью от белого парня в "Вашингтон Таймс"?

Парень говорил не громко, но его слова прогремели на весь зал.

Толпа замерла. Они потеряли дар речи.

Они задумались...

В его словах был смысл?

В этот момент никто уже не смотрел на часы, все смотрели на сцену.

Многие стали внимательно слушать.

Лу Чжоу ухмыльнулся.

Он достиг своей цели.

С мрачным лицом Лартер продолжал звонить Еноху, но тот не отвечал.

— Что делает этот ниггер?

Он убрал телефон в карман и взглянул на сцену.

Хотя он хотел стащить парня оттуда, он не мог этого сделать.

В конце концов, именно он пригласил его.

И вот теперь тот здесь.

Лу Чжоу посмотрел на аудиторию и продолжил:

— Сегодня я не буду использовать никаких специфических математических символов, и не буду говорить что-то, слишком сложное для понимания… Конечно, может промелькнуть пара трудных моментов, но в конце концов некоторые математические моменты нельзя передать простым языком.

Лу Чжоу — не Хокинг, и не мог объяснить, как тот, сложные вещи простыми словами.

Но он все же мог рассказать о здравом смысле.

Парень повернулся к доске и написал два уравнения.

"Гипотеза Римана, π（x）=Li（x）+O（xe^{-1/15√lnx})"

"Если гипотеза Римана верна, то π（x）=Li（x）+O（√xlnx)"

После чего развернулся и улыбнулся залу.

— Математика — очень волшебная вещь, как и гипотеза Римана. Хотя, скорее всего, вы не понимаете, что я написал. Могу сказать вам, что первая строка является основой теории чисел, что также называют теоремой о простых числах. Вторая строка — более точная формула распределения простых чисел, полученная Хельге фон Кохом в 1901 году на основе гипотезы Римана. Хотя она не встречается в учебниках, ее используют более века.

— Я могу написать более десяти подобных примеров, потому что их слишком много.

— Что касается этих формул, то они самые распространенные.

— В математике обычной практикой является сначала решить гипотезу, а потом найти ее применение. Как ее применять? Предположим, что гипотеза Римана верна...

— Почему я вдруг говорю о гипотезе Римана? Чтобы дать ответ на работу профессора Еноха. Он выдвинул довольно "новый" и интересный момент в своей статье, об условиях справедливости гипотезы Римана, что при системе распределения простых чисел вокруг дзетта-функции Римана, тернарная гипотеза Гольдбаха справедлива, другими словами, верна.

Лу Чжоу на мгновение замолчал, после чего улыбнулся:

— Причина, по которой я называю это "интересным", в том, что до сих пор никто не рассматривал это. Фактически Харди и Литлвуд доказали это в 20-е годы, что в условиях обобщенной гипотезы Римана тернарная гипотеза Гольдбаха верна.

— Но обратите внимание! Я говорю об обобщенной гипотезе Римана, которая отличается от просто гипотезы Римана. И это совершенно разные вещи.

Толпа пришла в замешательство, не понимая смысла.

Они думали: "Разве это не означает, что обобщенная гипотеза Римана может доказать гипотезу Гольдбаха?"

Но, на самом деле, это не тот случай.

Это как использовать ньютоновскую физику для вычисления массы объекта, движущегося со скоростью света. Это просто смешно.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Разницу между обобщенной гипотезой Римана и просто гипотезой Римана нелегко понять. В общих чертах, обобщенная гипотеза Римана является объектом дискуссий, являясь обобщением дзета-функций, которые называют L-функциями Дирихле.

— L-функция Дирихле не сможет доказать гипотезу Гольдбаха. Скорее реальнее доказать гипотезу Гольдбаха с точки зрения теории вероятности… И любой в теории чисел знает это.

— Это просто вопрос понимания теории чисел.

Лу Чжоу глубоко вздохнул, потом медленно произнес:

— Стоит отметить, что 20-е годы прошлого века стали самыми близкими к доказательству гипотезы Гольдбаха из обобщенной гипотезы Римана, но единственными. Потому что менее чем за 20 лет, в 1937 году Виноградов и Теодор Эстерманн использовали круговой метод и доказали, что тернарная гипотеза Гольдбаха не зависит от верности гипотезы Римана.

Затем, в 2012 году, Тао Чжэсюань доказал, что "нечетные числа можно представить в виде суммы пяти простых чисел".

После через год Хельфготт полностью решил слабую гипотезу Гольдбаха и уменьшил это число до вычисляемого размера.

Что полностью избавляло от обобщенной гипотезы Римана, не говоря просто о гипотезе Римана.

На самом деле, подобное распространено в теории чисел. На основе обобщённой гипотезы Римана родилась теорема 1 от математика А и были сделаны красивые выводы, что привлекло внимание всех.

Потом пришел математик Б и попытался доказать теорему 1. Если бы они не смогли решить ее, появился бы математик С с более простой версией теоремы 1... и доказал бы ее.

Потом, когда появятся теоремы 1,2,3... Все поймут, что эти наборы теорем могут быть использованы для решения гипотезы Римана. И институт Клэя, вероятно, заменит гипотезу Римана на обобщенную гипотезу Римана.

Да, история полна рутинных методов.

Но именно в таком круговороте развивалась цивилизация.

Может ли кто-то в будущем отбросить все, связанное с обобщенной гипотезой Римана, и начать все с нуля?

Эм...

Хотя это интересно — повторить работу предыдущих поколений, но какой в этом смысл? Если это будет делать студент, то профессора похвалят его, поскольку это стоит поощрять. Но если профессор или ученый будет заниматься подобным, то, скорее всего, над ним посмеются коллеги.

— Гипотеза Римана — очень важна. Возможно, институт Клэя даст доктору Еноху ответ в будущем, но ко мне это не имеет никакого отношения. Я только объяснил гипотезу Римана и Гольдбаха простым языком.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Если мое объяснение недостаточно простое, могу сказать еще проще.

— Простые числа в гипотезе Римана используются для умножения, тогда как простые числа в гипотезе Гольдбаха используются для сложения!

Это утверждение недостаточно точно, но оно достаточно наглядно.

Зрители заулыбались.

Это действительно легче понять.

Лу Чжоу на мгновение замолчал, после чего улыбнулся:

— Что касается того, почему гипотеза Гольдбаха не так важна, как гипотеза Римана, это потому, что для большинства людей простые числа используются для умножения! Эти две гипотезы не равны и даже не в одной "системе". Даже если вы не понимаете разницы между гипотезой Римана и обобщенной гипотезой Римана, вы должны знать, что сделал Виноградов, когда он доказал теорему о трех простых числах.

— Тут и появляется то, что вы хотите.

Воцарилась тишина.

Лу Чжоу посмотрел на убежденные глаза и понял, что пора заканчивать.

— Некоторые концептуальные вещи невозможно обойти. Вся математика окутана "системой" аксиом Пеано, но не все проблемы так очевидны, как аксиомы Пеано. Если вы действительно поймете это, то обнаружите, что "1+1" и "1+1=2" — на самом деле совершенно разные вещи. Очевидно, что то и то — про простые числа, но в то же время — разное.

— Что касается меня, то я ничем особенным не отличаюсь. Я лишь стоял на плечах бесчисленных великих математиков. Вклад Чэня в метод решета, дискуссия профессора Тао со мной в Беркли очень помогли мне. Работа Хельфготта открыла для меня новую дверь в мир математики. Все они — герои истории. Хотя в истории может быть только одно имя, но их работу нельзя суммировать всего за три часа, поэтому я искренне благодарен им.

— И хотя на завершение моей работы потребовалось два месяца, фундамент был заложен очень давно.

Лу Чжоу попытался выразить свои мысли более простым языком.

Хотя Лартеру, скорее всего, это не понравилось.

Лу Чжоу был прав.

Он даже заметил, как рядом со сценой Лартер в ярости сжимал кулаки.

Но это ничего не меняло.

Америка отличалась от Китая. Корень популистской проблемы исходил от Белого дома и Уолл-Стрит, которые никогда не говорили что-то слишком сложное для простых людей простым языком.

Решение этой проблемы очень простое.

Просто говори нормально.

Если бы Лу Чжоу написал больше двух строк уравнений, то завтра заголовки "Нью-Йорк Таймс" и других СМИ могли выглядеть совершенно иначе.

Но теперь парень был уверен, что убедил более половины собравшихся.

Иногда Лу Чжоу понимал, что не совсем невежественен в политике, поскольку эксперименты и научное мышление научили его логике, которую он мог донести.

Возможно, после того как он достигнет десятого уровня, перед ним не останется никаких тайн.

Он верил, что этот день настанет.

Лу Чжоу вздохнул про себя и осторожно опустил мел.

В тот момент, когда он положил мел...

Толпа зааплодировала…

Глава 248. Звонок из Стокгольма

Желание Лартера сбылось, и он получил громкую новость, как хотел.

Hо речь шла не про Лу Чжоу.

Речь шла о нем и скандале с "Bашингтон Таймс".

На второй день после доклада, когда он пытался найти пропавшего профессора Еноха, в интернете появилась запись.

Точнее, две записи.

Oдна запись — прямо из офиса, когда он с коллегами обсуждали, как сделать громкую новость и спровоцировать различные организации по защите прав чернокожих. Они не только использовали много расистских оскорблений, но и насмехались над организациями.

Вторая запись была из кабинета профессора в Нигерии.

— Самое большее — три дня.

— Это невозможно!

— 10 000 долларов.

— Договорились!

Если первая запись только разозлила его, то вторая чуть не заставила утонуть в собственном поту.

И не только от того, что его карьера оказалось под угрозой.

Главная проблема в том, как получили эту запись.

Он мог предположить, что кто-то из офиса слил первую запись, но вторую...

Он был в Африке!

По ту сторону Атлантики!

Ради сохранения конфиденциальности, он всегда ездил в командировки один. Невозможно было заранее установить прослушивающее устройство в кабинете профессора Еноха. Невозможно, чтобы кто-то прослушивал его самого. Он прошел проверку безопасности в аэропорту, а также принял душ и переоделся в отеле.

Если только...

Kто-то не следовал за ним по пути.

Это самое логичное объяснение.

Глядя на бледного Лартера, Боб хотел поддержать его и подошел к нему, но тот вскочил в панике со стула.

— Не трогай меня!

Посмотрев в глаза Лартера, полные подозрений и страха, Боб спросил:

— Что с тобой?

Никто ничего не сказал в редакции, поскольку все были погружены в свою работу.

Лартер в панике огляделся, пытаясь найти, кто смотрит на него, но никого не заметил.

Боб хотел все еще чего-нибудь сказать, но взглянув на лицо Лартера, не мог найти нужных слов.

Не обращая внимания на Боба, Лартер с яростью открыл ящик стола и вывалил оттуда все документы. Он отчаянно искал диктофон или какой-нибудь жучок, который могли спрятать.

Если бы он смог найти его, то мог хотя бы немного успокоиться.

Однако как-бы он ни старался, но не мог найти источник просочившейся записи.

Из-за этого его страх становился все сильнее.

Разум говорил ему, что обычный ученый не может обладать такими способностями, и за этим должны стоять другие люди.

Он вспомнил о политическом значении гипотезы Гольдбаха и о том, как соседние страны неоднократно выражали недовольство сфабрикованными новостями и осуждали их, а теперь вдруг замолчали...

Движимый профессиональными знаниями и имея ограниченное представление в голове, воображение Лартера полностью разыгралось, а его лицо становилось все бледнее.

Может быть…

Он стал "целью"?

……………………………..

Лу Чжоу не следил за последующим скандалом с Вашингтон Таймс. Он только услышал от Ло Вэньсюаня, что "Вашингтон Таймс" временно закроется, и главный редактор Лартер уйдет в отставку.

Хотя фальсификация новостей — это одно, но когда обвиняют в коррупции — это уже другое.

Этот скандал будет преследовать Лартера всю оставшуюся жизнь, оставив след в его карьере.

По крайней мере, продолжить работу репортером ему будет почти невозможно.

Вопрос о гипотезе Гольдбаха окончательно уладился в конце мая с выходом последнего номера "Математического ежегодника". Здание, мучавшее два с половиной века математическое сообщество, было сооружено.

Лу Чжоу не знал, сколько идей и мечтаний он уничтожил, и сколько людей были разочарованы из-за этого, но он не беспокоился об этом.

Институт высшего образования, ресторан на первом этаже.

Чтобы сэкономить время, Лу Чжоу стал обедать здесь с недавнего времени.

— Ты сделал плохую вещь, — сказал Эдвард Виттен, садясь напротив Лу Чжоу, после чего улыбнулся. — Даже не знаю, сколько людей лишилось возможности выложить свою работу.

— Да, это плохо, — парень улыбнулся.

Но он определенно не сделал столько "плохих вещей", сколько совершил Виттен.

В 1980-х годах теория узлов была очень популярна. Например, трилистник, много различных групп норм, много инвариантов узлов, подобных многочлену Джонса, которые можно было построить... В результате, Виттен придумал топологический метод сдвигового потока, и все разнообразие теорий было сметено.

Само собою, это просто шутка — называть это чем-то "плохим". Старик также сделал много "хороших вещей", например, создал М-теорию, которая, по крайней мере, спасла физикам-теоретикам 10 лет исследований.

— Я знаю, что ты не привык сидеть, сложа руки, — Эдвард Виттен решил посплетничать. — Так что дальше? Что планируешь изучать?

Лу Чжоу задумался и ответил:

— Материаловедение.

Виттен удивился и спросил:

— Материаловедение? С чего вдруг?

— Точнее говоря, вычислительное материаловедение, — произнес Лу Чжоу и после небольшой паузы продолжил:

— Во время учебы в Цзиньлинском университете я принял участие в интересном проекте. Думаю, что вычислительное материаловедение имеет большой потенциал. Он отражается в пластичности и непредсказуемости, думаю, я смогу что-нибудь сделать.

Виттен поднял вверх большой палец и улыбнулся:

— То есть, ты хочешь создать собственную дисциплину? Это сложная идея.

Парень смутился и улыбнулся:

— Не совсем, просто буду делать то, что повлияет на дисциплину... может быть, просто подтолкну ее к развитию, или быть может... сделаю еще много "плохих вещей".

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Я мало знаю о материаловедении, но если интересуешься органическими материалами, то рекомендую профессора Пола Чирика, он — эксперт в этой области.

Лу Чжоу кивнул:

— Спасибо, я подумаю над этим. Но пока все отложу до возвращения из Китая. Мне нужно отдохнуть.

Виттен спокойно сказал:

— Ну... тебе действительно нужен отдых.

Парень уже придумал, какую статью использовать для завершения задания.

По его оценке, он скоро должен получить патенты.

Вернувшись в Китай, он разберётся с этим вопросом, как уладит все учебные дела.

В этот момент в кармане у него зазвонил телефон.

Лу Чжоу достал свой телефон и увидел, что звонок — с неизвестного номера.

— Я отвечу на звонок.

Виттен улыбнулся:

— Само собой, не переживай.

Парень поднял трубку, и из телефона донесся голос:

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу, мы — из Шведской королевской академии наук.

Лу Чжоу не знал, что ответить, и обменялся с Виттеном растерянным взглядом.

Тогда...

Он был потрясен.

Шведская королевская академия наук?!

Шутите?

Может...

Это легендарный…

Телефонный звонок по поводу Нобелевской премии?!

Глава 249. Получаю награду

B интервью с Мартином Чафли, лауреатом Нобелевской премии по химии 2008 года, тот сказал, что если вам посчастливится чего-то достичь, то люди доведут вас...

Они начнут говорить: "О, ты можешь получить Нобелевскую премию". A потом, с первой недели октября, вы начнете страдать от бессонницы и будете чрезвычайно чувствительны ко всем звонкам, что даже звонок от соседа заставит вас вздрогнуть.

Пока вы действительно не получите звонок от Шведской королевской академии наук.

Главная причина в том, что они не разглашали победителей заранее, чтобы ожидание всех людей не угасало.

Звонок победителям делался за несколько минут до объявления. Из-за этого телефонный звонок Нобелевской премии можно назвать одним из самых ожидаемых в мире.

Лу Чжоу, получивший звонок, подумал, что он прыгнул с тарзанки.

Он не ожидал получить Нобелевскую премию, поэтому стал таким взволнованным… Но, к сожалению, его искали не из-за Нобелевской премии...

Это из-за премии Крафорда.

Ну, на самом деле, премия Крафорда — неплохая награда.

Можно даже сказать, что очень приличная.

Эту награду учредил промышленник Хольгер Крафорд и его жена Анна-Грета Крафорд в 1980 году. Победителей выбирала Шведская королевская академия наук. Хотя призовой фонд меньше трех больших премий по математике, в сообществе естественных наук премию называли малой Нобелевской премией.

Почему так?

Поскольку первоначальная цель этой премии — заполнить пробелы Нобелевской премии. Сам процесс, специфика и церемония награждения — всё было основано на стандартах Нобелевской премии.

Награды присуждались в области астрономии и математики, наук о Земле и биологии. Во всех областях, что не смогла охватить Нобелевская премия. Каждый год присуждалась лишь одна номинация.

В этом году настал черед математики и астрономии. Премия будет присуждена самым выдающимся людям в этих областях.

Призовой фонд составлял 500 000 долларов.

Как и Нобелевская премия, премия Крафорда выбиралась и присуждалась Шведской королевской академией наук. Шведская королевская академия наук обычно информировала победителя за несколько минут до объявления результатов. Поэтому Лу Чжоу, который ел, сильно удивился звонку.

Но причина, по которой Лу Чжоу получил эту награду, никак не связана с гипотезой Гольдбаха. Основная причина — за его многочисленные вклады в теорию чисел. Однако его недавняя статья в "Математическом ежегоднике" однозначно повысила его шансы.

Это достижение, которое нельзя не учитывать.

Поэтому на сайте Шведская королевская академия наук добавила гипотезу Гольдбаха в список достижений Лу Чжоу.

Парня ошеломила внезапная награда, упавшая с небес. Он даже не мог вспомнить, как вернулся в кабинет.

Он помнил только, что Виттен рассмеялся и похлопал его по плечу, после чего поздравил. А потом он уже сидел в своем кабинете у компьютера.

Лу Чжоу зашел на сайт Шведской королевской академии наук и обновлял страницу до тех пор, пока не увидел список победителей.

И там было его имя.

Другими двумя победителями стали профессор Pой Керр из университета Новой Зеландии и Роджер Брэндфорд из Стэндфордского университета.

Но он — единственный обладатель премии по математике.

Парень, наконец, расслабился, убедившись, что это не телефонный розыгрыш.

После чего закрыл сайт академии наук и открыл другой.

Подтвердив, что он получил награду, его теперь интересовало другое.

Полмиллиона долларов...

Сколько это в юанях?

…………………...

Через два часа после звонка Лу Чжоу пришло электронное письмо от Шведской королевской академии наук.

Он не знал, откуда они взяли его почту, хотя если им удалось найти его номер...

Опять же, его почта была на странице профессоров Принстонского университета, а также — на arXiv.

В электронном письме было приглашение, а также подтверждение содержания телефонного звонка.

Например, время церемонии награждения и банкета после.

Кроме того, в рамках празднования премии Крафорда Шведская королевская академия наук собиралась провести трехдневную конференцию, и они приглашали Лу Чжоу и других победителей сделать доклад.

Доклад будет длиться один час.

Лу Чжоу закрыл почту и открыл свою презентацию для доклада в Принстоне. Внезапно раздался еще один звонок.

На этот раз звонил профессор Тан.

Из трубки раздался знакомый нетерпеливый голос.

— Ты решил гипотезу Гольдбаха?!

Парень удивился и ответил:

— Да, а что такое?

На другом конце некоторое время молчали, а потом раздался вздох:

— Ничего, просто немного удивлен, — профессор Тан сделал небольшую паузу. — Сегодня на кафедре проходило совещание. Но внезапно принесли математический ежегодник. Первоначально мы говорили о поступлении в этом году, но потом уже весь разговор был про тебя.

Очевидно, профессор Тан волновался.

Когда Лу Чжоу спросил его о распределении простых чисел Мерсенна в кафетерии, он предложил парню не думать об этом и сосредоточиться на функциональном анализе и прикладной математике.

Однако судьба — непредсказуемая вещь.

Всего за несколько лет Лу Чжоу сделал многое в теории чисел.

Тан Чживэй не мог не гордиться своим учеником.

Услышав слова профессора, парень не знал, что ответить.

— Как-то… неловко даже.

Он думал, что в худшем случае уничтожит несколько незаконченных работ, но не ожидал, что испортит собрание в его университете.

Профессор Тан улыбнулся и сменил тему.

— Ты уже защитил докторскую. Университет не торопит тебя с возвращением, но тебя ждет диплом. Ректор Сюй и заведующий Лу просили меня узнать у тебя, когда ты вернешься и получишь докторскую степень в Цзиньлинском университете.

Цзиньлинский университет и Принстон, когда договаривались о плане обучения Лу Чжоу, решили, что как только парень защитит докторскую в Принстоне, он вернется в Китай, чтобы сделать доклад там и получить докторскую степень еще в Цзиньлинском университете.

Вообще, еще обсуждали должность преподавателя, но теперь ее можно оставить в стороне.

Цзиньлинский университет поддерживал преподавание парня в Принстоне.

В конце концов, не будет ничего полезного, если держать его при себе.

На самом деле, большинство университетов в Китае понимали, что они не могут сравниться с подобным университетом мирового уровня.

Будь то академическая среда или оборудования, разрыв нельзя сократить в мгновение. Точно так же, как и решение крупной математической проблемы требует усилий поколений.

Поощрение талантов к изучению научных исследований за рубежом также является частью плана обучения талантов во всех крупных университетах.

Существовали также программы от правительства для поддержки талантов.

Так называемое: "сначала уходи, а потом возвращайся".

Даже если не вернетесь, то оставайтесь там и обучайте иностранных студентов для своей родины.

Например, если кто-то из Цзиньлинского университета будет преподавать в Принстоне, то Цзиньлинский университет сможет посылать туда хотя бы одного студента в год.

К тому же, китайские профессора более склонны работать с китайскими студентами.

Однако Лу Чжоу многому еще нужно научиться, а также получить опыт за рубежом. В то же время различные ресурсы помогут ему с заданиями от системы.

Когда придет время, он вернется в Китай.

В конце концов, он — человек, привязанный к дому.

Лу Чжоу задумался на мгновение, после чего ответил:

— Сначала мне нужно съездить в Стокгольм, но я вернусь в начале июня.

— Стокгольм? — профессор Тан удивился. — Что ты забыл в Швеции?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Получаю награду.

Глава 250. Церемония награждения

25 мая, Стокгольмский аэропорт.

Ярко-серебряный самолет медленно приземлился на посадочной полосе.

Вскоре после этого Лу Чжоу со своим чемоданом прошел через толпу людей и покинул аэропорт.

Он впервые прилетел сюда, и помимо того, что вокруг все очень ухоженно, парень прочувствовался богатой атмосферой искусства.

Hа самом деле, парень плохо разбирался в искусстве, поскольку его рациональное мышление заставляло смотреть на подобное с логической точки зрения. Но даже он мог ощутить художественную ауру, которая исходила от станций метро.

Потому что будет не преувеличением сказать, что оно походило на музей.

108-ми километровая сеть метро насчитывала произведения более ста художников, которые создали свои работы для этих станций.

Неудивительно, что Эдвард Виттен рекомендовал воспользоваться метро, а не такси.

Согласно особенностям Нобелевской премии, победителей размещали в Стокгольмском Гранд-отеле.

У входа в отель академик Шведской королевской академии наук Стефан Нормак улыбнулся и крепко обнял Лу Чжоу:

— Добро пожаловать, профессор Лу Чжоу!

— Надеюсь, я не заставил вас слишком долго ждать.

— О чем вы? — спросил Стефан и улыбнулся. — Позвольте мне представить вам...

Pядом с ним стояли несколько ученых из Шведской королевской академии наук.

Лу Чжоу поздоровался с каждым из них, после чего академик Нормак проводил до его номера.

Стоя перед дверью, Нормак улыбнулся и вежливо произнес:

— Если что-то понадобится, пожалуйста, обратитесь на стойку регистрации отеля.

Парень улыбнулся:

— Вы слишком добры.

— Это просто уважение к ученому, — с улыбкой сказал академик Стефан. — В действительности, я удивился, увидев вас лично. Я думал, что Тао Теренс молодой. Но не ожидал, что менее чем через четыре года другой молодой математик побьет его рекорд.

В 2012 году Тао Теренс получил премию Крафорда, когда ему было всего тридцать лет. В том же году он сделал прорыв в тернарной проблеме Гольдбаха, что косвенно помогло Хельфготту доказать ее.

Теперь, в 2016 году, снова гипотеза Гольдбаха.

Похоже, получился полный круг.

Лу Чжоу улыбнулся и смущенно произнес:

— Математика — древний и энергичный предмет. И, возможно, математика стареет. но люди, которые ею занимаются, будут становиться все моложе и моложе. Возможно, в будущем, кто-то появится моложе меня.

Академик Нормак улыбнулся:

— Боюсь, это будет трудно.

Нормак долго не задерживался, он ушел, сказав Лу Чжоу о некоторых важных вопросах.

Поставив свой чемодан около кровати, парень вышел на улицу.

Хотя ему было интересно посмотреть город, но он только пролетел полмира и нуждался в отдыхе.

Приняв душ, Лу Чжоу лег в кровать.

Уже засыпая, он вдруг вспомнил, что не поделился своим счастьем с другими. Поэтому встал с кровати и взял телефон. Сфотографировав вид за окном, сделал пост.

На этот раз Лу Чжоу не добавлял подписи.

Вскоре его Weibo заполнился комментариями.

"Бог Лу, куда ты теперь отправился?"

"Где это?"

"Я предполагаю — Филадельфия, близкая к Принстону. Дома не выглядят высокими, в отличие от Нью-Йорка."

"Я скоро сдаю вступительные экзамены, пожалуйста, пожелай мне удачи!"

"О боже мой! На этот раз Бог Лу не хвастался."

Парень не мог не улыбнуться, когда смотрел комментарии.

О чем вы!

Неужели я — такой человек?

………………………………………...

На следующий день после обеда…

Старинный Стокгольмский концертный зал наполняла грациозная классическая музыка. А в зале уже собралось более тысячи человек.

После простых вступительных слов на сцену вышла женщина средних лет с короткими волосами и объявила о начале церемонии.

Ее звали Барбара Кэннон, президент Шведской королевской академии наук. Хотя сейчас на ее лице виднелись морщины, было очевидно, что в молодые годы она была красивой, также она была достойным ученым.

Под звуки аплодисментов Стефан Нормак, пожизненный академик Шведской королевской академии наук, взял микрофон и зачитал список лауреатов и наград.

— Будущее человечества — в звездном небе. Однажды мы доберемся до тех мест, которые сможем увидеть. Давайте поаплодируем им и пожелаем удачи! Спасибо за их вклад в изучение черных дыр!

— Лауреатами премии в области астрономии стали профессор Рой Керр из университета Новой-Зеландии, Новая Зеландия и профессор Роджер Блэндфорд из Стэндфордского университета!

Голос Нормака взбудоражил толпу.

Два профессора, один — из Новой Зеландии, другой — из США, вышли на сцену. Они получили медали от короля Густафа шестнадцатого.

Стоя под сценой, Лу Чжоу глубоко вздохнул и поправил галстук.

Обычно он спокоен, но в эти последние секунды не мог унять своего волнения.

Эта премия отличалась от премии Чжень Шэньшэня и от премии Коула. Эта награда — не только подтверждение заслуг со стороны математического, но и признание всего естественнонаучного сообщества.

Академик Нормак на сцене продолжил:

— Математика — это язык Бога. А простые числа — код, который он оставил в мире. Многие предложения сами по себе не обязательно велики, но именно эти простые вещи и меняют нашу цивилизацию.

— Поблагодарим его за выдающийся вклад в развитие простых чисел! И доказательство гипотезы Гольдбаха!

— Лауреатом премии по математике является… Профессор Лу Чжоу из Принстонского университета!

Толпа зааплодировала еще сильнее.

Аплодисменты обрушились словно волны.

Лу Чжоу уверенно поднялся на подиум.

Он — первый китайский ученый, который стоял здесь.

Его вкладу в мировую науку аплодировали более двухсот ученых разных национальностей и разных специальностей.

В то же время король Карл Густаф и его супруга, королева Сильвия, стояли перед Лу Чжоу.

— Поздравляю, профессор Лу Чжоу!

Седой старик улыбнулся и вручил Лу Чжоу медаль и свидетельство.

Приняв их, парень пожал руки королю и улыбнулся:

— Спасибо!

Аплодисменты прозвучали еще раз.

Лу Чжоу отошел в сторону. Академик Нормак снова вышел вперед, и аплодисменты стихли.

Однако, в отличие от аплодисментов, возбуждение парня не прекратилось.

Лу Чжоу ощутил весь вес этой тяжелой медали. Он слушал классическую музыку до конца церемонии награждения, пока гости не стали покидать зал.

Только тогда Лу Чжоу успокоился.

Глава 251. Достойный противник

Хотя церемония вручения премии Крафорда закончилась, празднование только началось.

После окончания церемонии Лу Чжоу вышел из Стокгольмского концертного зала и собирался сесть на специальный автобус до Стокгольмской ратуши.

Однако как только он вышел, на него налетели репортеры, и всевозможные микрофоны и камеры смотрели ему в лицо.

Хорошо одетая женщина-репортер подошла и быстро спросила:

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу, я — репортер с CTV. Могу я взять у вас интервью?

CTV?

Изначально парень не xотел давать интервью, но CTV — это совсем другой случай.

B конце концов, CTV — авторитетное СМИ.

Лу Чжоу посмотрел на молодую женщину-репортера и ответил:

— Конечно.

Репортер улыбнулась и спросила:

— Что вы чувствуете, будучи первым китайским ученым, получившим эту награду? Что можете сказать?

— Возбуждение, радость и благодарность...

Лу Чжоу на секунду замолчал, после чего перечислил имена людей, что помогли ему.

— Все мы знаем, что гипотеза Гольдбаха является одной из корон в области теории чисел. История "1+2" Чэнь Цзинжуня также побудила молодое поколение Китая заинтересоваться математикой. Теперь многие все еще путаются, что значит решить эту проблему "1+1". Поэтому какое значение имеет математика для вас?

Парень не ответил прямо на этот вопрос, вместо этого он ненадолго задумался, а потом внезапно спросил:

— Как вы думаете, в чем смысл науки?

Репортер не ожидала вопроса на вопрос, но улыбнулась и ответила:

— Думаю, что она меняет мир. Все современное богатство получено благодаря науке и технике.

Лу Чжоу одобрительно кивнул.

Неплохо, эта журналистка понимает...

По крайней мере, она лучше тех, с кем он сталкивался раньше.

Поэтому Лу Чжоу был счастлив побеседовать с ней.

В чем смысл для меня математики?

Ради показухи?

Конечно, нет.

Хотя хвастовство и демонстрация знаний являлись частью математики, Лу Чжоу понимал, что это лишь побочный продукт химической реакции, а не главное.

Точно также, что математики — обычно красивы, но быть красивым — не значит быть математиком.

Значение математики…

Лу Чжоу посмотрел на камеры и улыбнулся, после чего сказал:

— Вы правы, смысл науки в том, чтобы изменить мир… А смысл математики в том, чтобы изменить науку.

………………………….

Как и с Нобелевской премией, после церемонии проводился праздничный банкет в Голубом зале на первом этаже Стокгольмской ратуши.

На нем присутствовали король и королева Швеции, а также многие великие ученые Шведской королевской академии наук. Все они собрались здесь, чтобы поделиться красотой науки.

В каком-то смысле премия Крафорда — своего рода прелюдия к Нобелевской премии, и позволяла математикам испытать на себе, каково это на самом деле: получить Нобелевскую премию.

Шведская королевская академия наук организовала банкет с учетом правил Нобелевской премии.

Например, до начала банкета все блюда держались в секрете.

Сам банкет и бал строго разделены. Eда — в Голубом зале, а танцы — в Золотом. Для всего свое место… В этом и заключалось отличие европейских конференций от западных.

Перед началом банкета Лу Чжоу увидел множество знакомых и поздоровался с ними по очереди.

С Шольце, с Хельфготтом…

Люди, которые находились слишком далеко, не смогли приехать, но большинство европейских математиков, особенно из области простых чисел, присутствовали на банкете.

После посещения многих конференций Лу Чжоу заметил, что математический круг, в действительности, довольно небольшой. Настоящих знаменитых математиков можно сосчитать по пальцам.

Однако появление одного имени удивило Лу Чжоу.

Этот человек Фальтингс, крестный отец алгебраической геометрии.

Его имя оставило след в Принстоне.

В 1994 году он покинул Принстон, проработав профессором более 10 лет, и вернулся в свой родной город в Германии.

В настоящее время он работал директором института Макса Планка и редактором одного из ведущих математических журналов Inventiones Mathematicae.

Хотя Институт Макса Планка не столь знаменит, как Принстон, он занимал довольно высокое место в рейтинге научно-исследовательских институтов, особенно в области физики и техники. Институт Макса Планка работал над очень безумным проектом.

По сравнению со скромным Чарльзом Фефферманом, Фальтингс в Принстоне оставил о себе легенды, не уступающие его достижениям в математике.

Одна из легенд гласит, что однажды он играл в шахматы с Питером Сарнаком и проиграл. Однако старик не расстроился, сказав:

— Ты лучше играешь в шахматы, но я лучше в математике.

Короче говоря, с этим немецким стариком очень трудно ладить. Однако он имел право на эту гордость. После смерти Гротендика трон короля алгебраической геометрии будет принадлежать ему, либо Делиню.

С Лу Чжоу он пересекся только при проверке гипотезы Гольдбаха, будучи одним из шести рецензентов. На самом деле, Фальтингс предложил две впечатляющие поправки.

Математические способности старика действительно восхищали. Хотя это лишь два изменения, но Лу Чжоу пришлось потратить много сил, чтобы внести их.

Так совпало, что этот старик сидел рядом с ним.

Что удивило Лу Чжоу, так это то, что как раз в тот момент, когда он хотел потревожить Фальтингса, тот взял бокал шампанского и сказал:

— Поздравляю вас с премией Крафорда, профессор Лу Чжоу.

— Спасибо!

Лу Чжоу искренне удивился словам старика.

Сделав глоток шампанского, парень посмотрел на немца, который продолжил:

— Месяц назад только трое математиков обладали потенциалом превзойти меня. Теперь их стало четыре.

Услышав это, Лу Чжоу чуть не поперхнулся шампанским.

Черт возьми!

Он так выпендривается?

Кажется, я встретил достойного противника… (П.П....наша битва будет легендарной!)

Глава 252. Захватывающий ночной вид

Лу Чжоу почувствовал, что он уступает ему в этом.

Особенно после того, как старик добавил еще одну фразу.

— Конечно, вам всем остается лишь надеяться.

— ...

Фальтингс решил первым заговорить с ним лишь для того, чтобы произнести эти слова.

После этого старик осторожно взял нож и вилку, чтобы разрезать свой стейк, и уже игнорировал происходящее вокруг.

Словно сейчас думал о математической задаче.

Потрясенный Лу Чжоу сидел рядом с ним.

Очевидно, что такой известный математик оказал на него большое давление.

После ужина в Голубом зале, в Золотом устроили танцы.

От свечей в медных подсвечниках с двух сторон зала мерцал свет, отражаясь на плитки зала. Богиня озера Меларен, изображенная на фреске в центре зала, смотрела на танцующих людей.

Что касается Лу Чжоу, то он стоял с краю с бокалом шампанского в руке и разговаривал с академиком Bан Юйпином.

За столом ему не представилось возможности поприветствовать его.

Академик вздохнул:

— Даже не верится, что ты так быстро вырос! Даже удостоился премии Крафорда! Ты действительно доставляешь нам много хлопот в Яньцинском университете.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— У вас много талантов. Чжан Хао, Юнь Чжицзюнь, Сюй Чэньян. Я часто слышал об их исследованиях.

— Не скромничай. Будучи молодым, тебе предстоит пройти еще долгий путь полный достижений, — Ван Юйпин покачал головой и спросил:

— Кстати, как долго планируешь оставаться в Принстоне? Когда вернешься?

— Год или два, самое большее — пять лет, — ответил Лу Чжоу и улыбнулся. — Я, однозначно, вернусь.

Ван Юйпин улыбнулся и сказал:

— Рад это слышать. Не заинтересован в том, чтобы стать профессором в нашем университете?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я уже обсуждал этот вопрос с академиком Ван Шичэном. Но думаю, что среда Цзиньлинского университета лучше подходит мне.

— Ладно, похоже, у тебя свои планы, — вздохнул профессор Ван Юйпин, после чего пошутил:

— Может и не судьба, чтобы ты был у нас профессором, но иногда приходи к нам провести лекцию.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Для меня это будет честью.

Танцы были в самом разгаре, но парень не собирался присоединяться.

И не потому что не хотел, просто двое других победителей прилетели со своими родственниками, а у него даже не было партнера.

К счастью, не только он не танцевал. Лу Чжоу болтал с коллегами, попивая шампанское.

Конечно, если только никто не пригласит его на танец...

Но, очевидно, это невозможно.

Пока Лу Чжоу и Ван Юйпин болтали, к ним подошла дама в длинном вечернем платье.

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу, могу я потратить немного вашего времени?

Лу Чжоу взглянул на нее и сказал:

— Конечно... вы?

— Мария Вязовская, — улыбнулась Мария. — Если для вас моя фамилия слишком трудная, то зовите меня просто по имени.

Услышав ее имя, парень удивился.

Мария Вязовская — лауреат премии Салема 2016 года. Она — научный руководитель Молины и популярный кандидат на Филдсовскую премию 2018 года.

В этом году она решила известную, почти двухсотлетнюю, математическую задачу об упаковке шаров в восьмимерном и в двадцати четырёхмерном пространстве.

Эта проблема тесно связана с теоретической физикой и теорией струн. Возможно не настолько известная как многие, но имела широкое поле применения.

— Спасибо за приглашение, но я не умею танцевать.

Лу Чжоу пожал руку легендарной богини математики, но, собираясь отпустить руку, обнаружил, что она не отпускала его.

— Но ты ведь можешь научиться? — Мария улыбнулась. — Я могу научить тебя. Думаю, для 21 летнего гения, только что выигравшего премию Крафорда, это не должно быть сложно.

Парень не ожидал подобной реакции и не мог с этим ничего поделать.

Все славянки так полны энтузиазма?

Но я, правда, не умею танцевать.…

Лу Чжоу не мог не обратиться за помощью к профессору Вану.

В конце концов старик все понял неправильно и подумал, что парень хочет, чтобы он ушел.

— Ну, не буду мешать. Пойду поздороваюсь со старыми друзьями.

Убрав руки за спину, старик удалился.

………………………….

Танцы — лишь способ общений, и не несут никакого особого значения. Говорят, что какой-то Нобелевский лауреат во время танцев переволновался, и у него с ноги слетел ботинок, на что все просто посмеялись.

На самом деле Мария Вязовская ничего ему не сделала. Они только танцевали и говорили о математических задачах во время танца.

Что касается того, почему они вдруг заговорили о математике, это из-за попытки Лу Чжоу скрыть свое ужасное умение танцевать, поэтому он дал Марии математическую задачку, чтобы отвлечь ее.

В конце концов, он — полный новичок в танцах, и его единственные познания о них — это телевизор.

Возможно, стоит потратить время на обучение танцам.

Он чувствовал, что однажды вернется сюда.

Может быть, по другой причине…

После танцев гости начали расходиться.

Ученые будут делать доклады завтра, поэтому они не хотели тратить много времени.

Лу Чжоу тоже дотащил уставшего себя в отель, бросил костюм на стул и упал на кровать.

Сегодня, безусловно, его самый утомительный день в этом году.

Даже решение гипотезы Гольдбаха так не утомляло.

Однако он также был счастлив.

И это не из-за премии Крафорда, а из-за награды в полмиллиона долларов к ней.

Лу Чжоу собирался убрать медаль в сторону, как внезапно вспомнил, что забыл кое-что важное.

Он не поделился своей радостью с подписчиками.

Как он мог забыть?..

Улыбнувшись и встав с кровати, парень подошел к окну.

Он сфотографировал золотую медаль на фоне ночного города.

На этот раз также написал сообщение в посте.

"Захватывающий ночной вид. Надеюсь, я еще вернусь. 26/5/2016, Стокгольм."

Глава 253. Логично

Уже через три минуты после размещения поста на Weibo налетел шквал комментариев.

"Нобелевская?!"

"Премия Крафорда, легендарная мини Нобелевская премия! Присуждается Шведской королевской академией наук и, в основном, в областях не охваченных Нобелевской премией. Прежде ни один китайский ученый никогда не получал этой награды... молитесь Богу Лу."

"Я все еще делаю домашку по математическому анализу, мне хочется плакать."

"Бог Лу! Вы все еще проводите розыгрыши? Вы можете помочь с моей диссертацией? Могу ли я написать ваше имя в качестве соавтора моей докторской? Пожалуйста!"

"Кто там говорил, что Лу Чжоу не хвастается? Появись, я не буду убивать тебя!"

"Самое печальное, что я — в твоем возрасте, и все еще учусь на последнем курсе."

Глядя на комментарии подписчиков, Лу Чжоу улыбнулся.

Конечно же, делиться радостью с другими — хорошо, его фанаты тоже счастливы.

Удовлетворенный, он положил телефон на тумбочку около кровати и, уткнувшись головой в подушку, уснул.

На следующее утро национальные флаги Швеции, Китая, Соединенных Штатов и Новой Зеландии развевались около входа Шведской королевской академии наук.

Еще за два часа до начала доклада выстроилась длинная очередь, а как только двери открылись, зал был заполнен за несколько минут.

Первым вышел Лу Чжоу, одетый в костюм. Он начал часовой отчет о доказательстве гипотезы Гольдбаха.

Содержание походило на то, что было в Принстоне. Разница лишь в количестве слушателей.

В конце концов, первый лекционный зал Института перспективных исследований не мог вместить в себя несколько тысяч человек.

Оглядев зал, Лу Чжоу обратил внимание, что тут не только сидели люди, но еще и стояли в задних рядах.

Откашлявшись, он взял микрофон и заговорил:

— Я постараюсь быть как можно короче и оставить побольше времени на вопросы. Говоря о гипотезе Гольдбаха, нужно начать с метода групповой структуры…

………………………..

После всех докладов и трехдневной конференции состоялась церемония закрытия.

Однако Лу Чжоу уже не принимал в этом участия.

Кроме своего собственного доклада и двух докладов по математике, он посетил два доклада по астрономии и астрофизике.

Парень совсем не разбирался в астрономии и понимал лишь теоретическую физику.

Однако профессор Роджер Блэнфорд, лауреат премии по астрономии, также знал, что его область исследований относительно не популярна. Поэтому он излагал свои идеи на понятном языке, и вся лекция была интересна.

Все остальное время Лу Чжоу провел в Стокгольме и посещал различные туристические достопримечательности.

За последние полгода он почти не отдыхал. И будет очень глупо не воспользоваться подвернувшийся возможностью.

Не говоря уже о бесплатном пятизвездочном отеле, что делал его отпуск в Стокгольме просто идеальным.

Через три дня на церемонии закрытия вручили награды лучшему докладчику и за лучшую работу.

Без сомнения, лекция о гипотезе Гольдбаха стала самой яркой и запоминающейся.

Однако эта награда для молодых ученых, очевидно, не будет присуждена ни Лу Чжоу, ни другим приглашенным ученым.

В конце концов, другим тоже нужно дать шанс.

Поэтому Лу Чжоу поднялся на сцену не для получения приза.

Держа сертификат и чек на 100 000 крон (около 10 000 долларов) он передал математику из Бразилии в знак признания его выдающихся результатов в изучении группы Шевалле.

Хотя парень чувствовал, что этот ученый ненамного старше его, Лу Чжоу чувствовал себя странно, отдавая награду. Однако вспомнив, что все математики, моложе 40 лет, расцениваются как молодые, он проигнорировал это.

К тому же, сам получатель не заботился об этом.

Молодой бразилец не испытывал недовольства от того, что награду ему отдает Лу Чжоу, а наоборот, пожал тому руку и долго не отпускал ее.

…………………...

Но счастливые времена — всегда короткие.

На четвертый день поездки, когда конференция закончилась, Лу Чжоу наконец-то попрощался с городом.

Вечером того же дня академик Стефан Нормак лично отвез его в Стокгольмский аэропорт.

— У тебя номер забронирован до послезавтра. Ты уверен, что не хочешь еще остаться?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Может как-нибудь в следующий раз. Дома меня еще ждет много людей.

— Если соберешься еще раз приехать, позвони мне.

— Конечно.

Сдав свой багаж в аэропорту, Лу Чжоу посмотрел информацию о рейсе. Увидев, что оставался всего час, он сел.

Напротив него сидела китаянка лет тридцати и держала на руках дурачащегося маленького ребенка.

Маленький ребенок в ее руках осматривался и внезапно встретился взглядом с Лу Чжоу.

— Мама, этот братик похож на человека из книги!

Этот ребенок — очень милый.

Лу Чжоу улыбнулся и полез в рюкзак, после чего нашел одну золотую шоколадную монету.

Шоколадные золотые монеты на обеде Нобелевской премии использовались физиками как "фишки" для ставок.

Премия Крафорда напоминала Нобелевскую премию, и на ней тоже присутствовали золотые монеты. Разница была лишь в упаковке… По крайней мере, Лу Чжоу не замечал разницу во вкусе.

Однако он не успел отдать шоколад.

Мать похлопала девочку по спине и сказала:

— Он намного старше тебя, так что зови его дядей!

Девочка наклонила голову набок:

— Дядя?

— Правильно! И это называется журнал, журналы — это не книги...

— Дадя! Журнал!

— Умница.

Мать продолжила общаться с ребенком, а улыбка на лице парня постепенно исчезла, и шоколадные монеты были тихо убраны обратно в рюкзак.

Нахрен!

Теперь я не дам вам их!

Однако не преднамеренные слова ребенка привлекли его внимание.

После того, как они ушли, Лу Чжоу подошел и взял журнал в магазине рядом.

Он не ожидал увидеть свою фотографию на обложке. Это была хорошая фотография.

Судя по всему, ее сделали на докладе, но он не помнил, чтобы его в какой-то момент фотографировали.

— "People"?

Заинтересовавшись, парень пролистал журнал.

Уайлс также появлялся в этом журнале, хотя журнал не имел ничего общего с математикой, ему было любопытно, что простые люди пишут о нем.

С этой мыслью, увидев одну из строчек, улыбнулся.

Это слишком…

"25 самых привлекательных людей 2016 года."

Среди 25 человек были спортсмены, певцы, врачи, полицейские и даже принцессы... но только один профессор, и это был он.

Хотя он не знал, можно ли это английское слово переводить как красивый, но чувствовал, что можно.

Нет, однозначно можно.

Иначе почему поставили его на обложку? А не кого-то другого?

Без сомнения, все логично!

Глава 254. Триумфальное возвращение

Новости распространяются быстрее, чем летит самолет. Не говоря уже о том, что новости достигли Китая еще до того, как Лу Чжоу сел в самолет.

Первым появилось интервью телеканалу CTV.

Однако это была не обычная бегущая строка, как раньше. Теперь это была одна из горячих тем в новостях, транслируемых на центральных каналах, выделили целую минуту, посвященную гипотезе Гольдбаха и премии Крафорда.

Большинство людей, знавших о "1+2" Чэнь Цзинжуня, знакомы с гипотезой Гольдбаха. Однако большинство людей не знали о премии Крафорда.

B конце концов, никто в Китае никогда не получал этой награды, поэтому никто не говорил о ней. Только люди в области знали про нее, а к остальным она не имела никаких отношений.

Но теперь, когда китаец получил эту награду, отношение изменилось.

В сравнении с прикладными науками, естественные науки были относительно слабо развитыми в Китае. Хотя премия Крафорда не столь значима, как Нобелевская премия, она все еще пользовалась большим уважением в области естественных наук.

Появление выдающегося ученого, особенно молодого, сильно повышало национальный дух, так и подталкивало соответствующую область к развитию. Хотя на бумаге он не проявится, но его воздействие будет идти незаметным образом...

В маленьком городе Цзянлин семья Лу Чжоу сидела за обеденным столом.

По телевизору показывали новости.

Более того, это было интервью Лу Чжоу для CTV.

Сяо Тон, услышав знакомый голос, подняла голову и увидела знакомое лицо на экране. Она удивленно воскликнула:

— Черт… брат?!

— Не ругайся! Ты скоро поступишь в университет. Будь культурнее.

Фан Mэй упрекнула Сяо Тон, но не особо сердилась, поскольку также уставилась на экран телевизора.

Что же касается Лу Банго, то он от шока даже перестал есть.

— Этот парень… он выиграл Нобелевскую премию?

Сяо Тон тут же съязвила:

— Папа, ты что, слепой? Он выиграл премию Крафорда!

— Эй, как ты говоришь с отцом?.. — Лу Банго сделал ей замечание, но не смог сдержать улыбки.

Отложив еду, он пошел за телефоном, чтобы позвонить сыну.

В первый раз он не дозвонился.

Во второй раз Лу Чжоу взял трубку.

— Эй, у тебя там, похоже, все хорошо. Почему ты нам ничего не рассказал?

Слушая знакомый голос, Лу Чжоу только вышел из аэропорта, потом с улыбкой ответил:

— Я хотел сделать вам сюрприз.

Парень не видел смысла рассказывать новости по телефону. Для его отца, скорее всего, не было разницы между премией Крафорда и Нобелевской премией. По телевизору все равно бы показали интервью с ним, поэтому он хотел удивить их.

— Я только прилетел… Mне кто-то еще звонит. Потом все расскажу, буду дома через два дня.

Лу Банго улыбнулся и сказал:

— Ты стал занятым. Кто звонит?

— Скорее всего, из университета. Пока.

Он оказался прав, звонили действительно из Цзиньлинского университета.

Впрочем, не имело значения, ответит он или нет. Поскольку в этот же момент он увидел декана Циня, который звонил по телефону, и кучу студентов с плакатом около входа.

"Поздравляем Лу Чжоу, выпускника нашего университета, профессора в Институте перспективных исследований в Принстоне, доказавшего гипотезу Гольдбаха и получившего премию Крафорда."

На этот раз плакат был таким большим, что парень даже не мог притвориться, что не видит его.

К тому же, присутствовали не только ректор Сюй и декан Цинь. Лу Чжоу даже увидел секретаря Лю и некоторых других людей в костюмах, которых он ранее не встречал.

Но не имело значения, встречал он их или нет. Будучи известным ученым в Китае, ему придется потратить некоторое время на разговоры с политиками.

Из-за нынешнего статуса Лу Чжоу, как лауреата премии Крафорда, он стал объектом пропаганды правительства.

Для всемирно известных ученых уже не применим обычный подход, как к остальным людям.

Ректор Сюй сразу же пожал Лу Чжоу руку.

— Профессор Лу Чжоу, вы принесли большую славу нашему университету и нашей стране. От имени всех преподавателей и студентов Цзиньлинского университета благодарю вас!

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и произнес:

— Ничего особенного. Я — ученый, и делал то, что должен.

Ректор Сюй, хотя занимался не математикой, а информационной безопасностью, тоже был ученым. Поэтому прекрасно понял, что Лу Чжоу не хочет напрасно тратить время, и не стал разводить пустых разговоров.

После нескольких слов благодарности, он представил Лу Чжоу секретарю Лю и другим городским чиновникам.

Также присутствовало два чиновника из провинции, показывая, что этому событию придает значение даже правительство.

Они также сказали, что правительство высоко ценит Лу Чжоу.

Местные чиновники только улыбались и ничего конкретного не говорили.

Парень не задержался надолго в аэропорту. Он быстро сел в машину, предоставленную университетом.

Лу Чжоу ехал вместе с ректором и деканом.

После короткого разговора декан Цинь поднял вопрос:

— Тут такое дело, после небольших обсуждений мы хотим предложить тебе должность почетного профессора. Тебе это интересно?

Почетные профессора отличались от приглашенных профессоров или специальных профессоров. По сути, в отличие от двух других, это лишь звание и не имеет никаких реальных контрактов.

С известностью и историческим прошлым Цзиньлинского университета, должность почетного профессора определенно не будет принижать Лу Чжоу, но их математическая кафедра не пользовалась особым престижем в стране.

Однако парня не волновало подобное. В конце концов, он многому научился в Цзиньлинском университете и гордился, что он — выпускник этого вуза.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Конечно, но это все не займет много времени? Через несколько дней мне нужно возвращаться домой.

Вскоре Сяо Тон будет сдавать вступительные экзамены. И если все формальности займут много времени, он предпочел бы подождать с этим до возвращения в штаты.

Лу Чжоу взял отпуск в Принстоне, и у него было время.

Декан улыбнулся:

— Это не займет много времени. Большинство документов уже приготовлено. Мы просто выдадим тебе сертификат почетного профессора и диплом, после твоего доклада.

Лу Чжоу кивнул и улыбнулся:

— Тогда большое спасибо.

Глава 255. Планы на будущее

201-я комната.

После того как Лу Чжоу уехал, комната на четверых превратилась в комнату на троих. Но даже так трое соседей не чувствовали себя одиноко.

Если премия Коула возвысила Лу Чжоу до небес, то премия Крафорда расположила его на уровне Луны. Статус Лу Чжоу в глазах студентов математических специальностей достиг совершенно нового уровня.

Особенно для магистров и аспирантов, которые наблюдали, как Лу Чжоу прошел путь от студента бакалавриата до магистра, а потом и до доктора. Они не могли не завидовать.

Именно поэтому в конце семестра во время сессии многие приходили сюда для поклонения богу Лу.

Студенты сидели на месте Лу Чжоу в его общежитии и бормотали какие-то пожелания. После чего, спустя какое-то время, когда, на их взгляд, они впитали его энергию, уходили учиться.

И это не ограничивалось студентами с математического направления. Также приходили студенты с информатики, поскольку помнили случай, когда Лу Чжоу опубликовал сразу девять статей.

Хотя до сих пор оставалось загадкой, почему он опубликовал сразу девять статей по информатике.

Поэтому место Лу Чжоу никогда не пылилось.

"Почитатели" Лу Чжоу начисто вылизали его стул.

Поскольку приходило много людей, Хуан Гуанмин и Ши Шан шутили о том, чтобы открыть церковь и принимать пожертвования.

Конечно, они просто шутили.

Внезапно дверь в комнату открылась.

Из дверей донесся знакомый голос.

— Двести первая, твой бог вернулся.

Стало необычайно тихо.

Пары глаз уставились на Лу Чжоу, отчего тот смутился.

— Э-э-э, у меня что-то на лице?

Первоначально он думал, что они пошутят и более душевно отреагируют, поэтому не ожидал этого.

— Лу Чжоу.

— Чжоу.

Ши Шан глубоко вздохнул, после чего встал и с волнением сказал:

— Ты вернулся…

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Не надо таких сентиментальностей, вы меня смущаете.

Университет забронировал для него пятизвездочный отель, и хотя парень не хотел подобных расточительств, но сделанного уже не изменить.

Но прежде чем отправиться в отель, Лу Чжоу хотел встретиться со своими братьями.

В конце концов, они давно не виделись.

……………………..

Рыбное кафе рядом с университетом.

Хозяин принес жареную рыбу и посмотрел на Лу Чжоу.

Может быть, он удивлялся, почему Лу Чжоу похож на парня из телевизора, а может удивлялся его возвращению.

Однако ничего не сказал. Хотя он и не знал имени парня, за последние три года он успел с ним познакомиться.

Принесли еду и пиво.

Они все давно не виделись, поэтому им было о чем поговорить.

Ши Шан спросил Лу Чжоу о жизни в Принстоне.

В конце концов, это священное место для математиков, и все внимательно слушали.

Особенно Лю Жуй, у которого были планы на получение докторской степени за границей.

Выпив пива, угрюмый Лю Жуй произнес:

— После окончания учебы планирую дальше поступать.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Прикладная математика?

— Можно и так сказать, — покачал головой Лю Жуй, и после небольшой паузы продолжил:

— Хочу изучать функциональный анализ в Яньцзинском университете.

— Функциональный анализ — широко применяемая дисциплина. Как в реальном мире, так и в лабораториях. Я также хотел заняться этой областью, но переключился на теорию чисел. Удачи тебе!

Лу Чжоу и Лю Жуй чокнулись.

Было очевидно, что Лю Жуй повзрослел.

Возможно, Лу Чжоу на подсознательном уровне повлиял на него, или Лю Жуй сам попытался измениться. Но тот больше не считал себя гением, сохранив страсть к учебе.

Хуан Гуанмин тоже заговорил о своих планах.

— Я тоже хочу продолжить учебу, но больше не могу заниматься математикой. Я планирую сменить специальность.

— Сменить специальность?

— Aга, — Хуан Гуанмин почесал затылок и улыбнулся. — Мне неплохо даются расчеты, но не могу иметь дело с теорией. Хочу в магистратуре перейти на бухгалтерский учет. Семья также рекомендовала мне это, сказав, что это популярная специальность.

Ши Шан вздохнул и сказал:

— Вы все продолжите учиться. Похоже, что я единственный выпускаюсь.

— Ты не будешь продолжать учебу? — неожиданно спросил Лу Чжоу.

Теоретически семейное положение Ши Шаня самое лучшее из всех.

— Не буду, — Ши Шан покачал головой. — Я устал от этого. Пора выйти в общество. Как мужчина, я должен обеспечить Цзинь.

Я Цзинь была подружкой Ши Шана. Лу Чжоу встречался с ней несколько раз, и она была хорошей девушкой.

Очевидно, что Ши Шан эмоционально повзрослел.

— Вы собираетесь пожениться?

— Да, — кивнул Ши Шан. — Я женюсь через три года. За эти три года приложу все усилия, чтобы купить собственное жилье.

Только выпустившимся очень трудно заработать на жилье за три года, без какой-либо помощи.

Однако Лу Чжоу восхищался уверенностью Ши Шана.

Он поднял свой бокал и сказал:

— Что ж, желаю успехов в карьере. Не забудь прислать мне приглашение на свадьбу.

Оба подняли стаканы, и Ши Шан улыбнулся:

— Конечно!

…………………...

Они пили допоздна, после чего Лу Чжоу взял такси и вернулся в отель. На следующий день он спал до полудня, пока его не разбудит телефонный звонок из университета.

Только тогда парень вспомнил, что у него во второй половине дня доклад.

Лу Чжоу принял душ и перекусил в кафе гостиницы. Он вернулся в свою комнату и надел костюм, после чего отправился к машине, которая должна забрать его.

Уже давно препарат от системы повысил его метаболизм, поэтому у него не было похмелья.

Из отеля Лу Чжоу вышел свежим, и по нему было незаметно, что он допоздна вчера пил.

Сев в машину, Лу Чжоу приехал в университет. Поправив галстук, вошел в большой зал.

Естественно, доклад будет о гипотезе Гольдбаха.

Как и в Швеции, в зале сидела тысяча людей. Но парень уже прошел через это раньше и не волновался.

Присутствовали не только из Цзиньлинского университета, но и профессора из Китайской академии наук, университета Авроры, Яньцзинского университета, университета Шуйму и еще нескольких университетов.

Особенно много людей приехало из университета Шуйму, школы Хуа Логэна.

На середине лекции многие из них заплакали.

В методе групповой структуры они увидели признаки метода решета. Они увидели усилия своих предшественников в этой новой теории.

Метод решета никогда не был близок к завершению, подобно тому, как люди в прошлом думали, что метод из древней Греции, созданный Эратосфеном, нельзя изменить.

Теории никогда не устаревают. Их можно изменить, чтобы приспособить к новым проблемам...

Глава 256. Наконец-то, получен патент

— Основываясь на статье, опубликованной профессором Цельбергом в 1995 году, я усовершенствовал теорию решета, используя методы топологии. После чего при работе над гипотезой Полиньяка ввел метод теории групп.

— Ключевые моменты отражены в первых трех строчках на второй странице. Что касается некоторых основ теории групп, я объясню это позже.

Пары глаз уставились на Лу Чжоу.

Лу Чжоу чувствовал, что люди смотрят на него. Он переключил презентацию на следующий слайд и продолжил говорить.

— Мы помним, что S1(q,α)=∑e(αm3/q), C1(q,α)=∑e(αm3/q2), приводит к Td(n,q)=∑S1(q,αd3) ·|C1(q,αd3)|·e(-an/q)/qψ2(q), и мы можем получить абсолютную сходимость ряда δd(n)=∑Td(n,q).

— Этот шаг имеет решающее значение. Он исходит из доказательства Хельфготта тернарной проблемы Гольдбаха 2013 года.

— Однако наша цель отличается от кругового метода. Мы не делаем анализ Фурье в теории чисел для функции на окружности. Вместо этого мы пытаемся приблизить распределение простых чисел.

— Теперь мы подошли к методу групповой структуры...

На самом деле, Лу Чжоу — не первый человек, который попытался объединить круговой метод и метод решета. Точно так же, как и не первый человек, который использовал топологию в теории чисел.

Аналогичные попытки делал Хельфготт, что отражено в его работе 2013 года.

Хотя он, в основном, использовал круговой метод, некоторые заключения были получены с помощью метода решета.

В одном из интервью Хельфготт сказал, что эти методы — две стороны одной монеты, и то, как их использовать, зависит от того, как подбросили монету.

Поскольку это основа его работы, Лу Чжоу очень подробно объяснял свой метод групповой структуры.

Китайская школа теории чисел внесла выдающийся вклад в мировую теорию чисел. Однако после смерти Хуа Логэна она пришла в упадок, став напоминать армию без генерала.

Хотя науку можно развивать без денег и статуса, но всегда нужна свежая кровь.

Конечно, присутствовали и другие причины. После смерти старого Хуа последующие поколения не внедряли никаких инноваций, поскольку до этого опирались на теории Хуа Логэна, поэтому начался этап застоя.

Чтобы китайская теория чисел вернулась к своей былой славе, необходимо было добавить что-то новое.

Лу Чжоу надеялся, что профессора, слушавшие его доклад, донесут его метод до студентов в своих университетах.

Один человек не сможет создать или возродить целую область.

Если кто-то сможет решить математическую проблему с помощью его теории, то он будет счастлив.

Лу Чжоу считал, что метод групповой структуры не ограничивается гипотезой Гольдбаха. Многие проблемы теории чисел можно решить с его помощью.

— После, используя теорему Бомбиери, мы получаем вот эту формулу, затем мы находим последнюю часть выражения.

"Px(1,1)≥P(x,x^{1/16})-(1/2)∑Px(x,p,x)-Q/2-x^(log4)...(30)"

С этого момента формат формулы не отличался от формата Чэня.

Метод групповой структуры выведен из метода решета.

В итоге он сделал полный круг.

— Из уравнения 30, леммы 8, леммы 9, леммы 10 мы можем, наконец, доказать теорему 1, то есть теорему Гольдбаха.

Как только парень закончил говорить, зал наполнили аплодисменты.

Поклонившись всем, он ушел со сцены.

За кулисами…

В вестибюле Лу Чжоу увидел профессора Фэн Кэциня из университета Шуйму, одного из ближайших учеников Хуа Логэна.

С немного красными глазами, старик вздохнул и произнес дрожащим голосом:

— Ваша речь столь же шокирует, сколько и ваша работа… Спасибо!

Лу Чжоу улыбнулся и, смутившись, ответил:

— Вы слишком добры. Я читал ваш учебник "Введение в алгебраическую теорию чисел", и он меня очень вдохновил.

— Я написал эту книгу давным-давно, и уже не могу идти в ногу со временем, — произнес профессор Фэн и улыбнулся, после чего искренне спросил:

— На самом деле, я пишу еще один учебник по теории чисел. Ваша речь была очень вдохновляющей. Я хочу использовать ее в учебнике. Вы не против?

Написание учебника — очень трудная задача, которая требует много времени и исследований.

Большинство людей не садились писать учебники до глубокой старости, когда уже не могли заниматься исследованиями. Лу Чжоу никогда не помышлял самостоятельно писать учебник.

Но кто-то должен это делать.

Лу Чжоу с радостью согласился.

— Конечно.

……………..

На следующий день, в этой же аудитории, парень получил докторскую степень и звание почетного профессора.

В результате его путешествие в Цзиньлинском университете наконец подошло к концу.

Но прежде чем отправиться домой, у него осталось еще одно важное дело.

Перед полетом в Стокгольм, Лу Чжоу получил звонок от своего патентного агента. Хань Тяньюй сказал ему, что патенты готовы, и спросил Лу Чжоу, когда он сможет их забрать.

Лу Чжоу встретился с Хань Тяньюем и получил от него документы от международной патентной организации.

Он получил патентные права в большинстве крупных стран.

Его патенты, в основном, покрывали 80% мирового рынка. Если бы кто-то использовал его технологию, он может извлечь из этого выгоду.

Что касается некоторых небольших стран, то Лу Чжоу не заинтересован в них.

Поскольку большая часть из них — развивающиеся страны третьего мира, то он всегда может подать заявку позже.

Может быть, к тому времени он придумает другую, лучшую и более совершенную технологию.

— Теперь осталось написать статью и продвинуть эту технологию, — произнес Лу Чжоу, глядя на эти документы. — Химия... мне придется положиться на тебя, чтобы заработать деньги.

Он решил.

После отпуска вновь поедет в Принстон писать статью.

Дело не только в деньгах, его ждала большая награда за задание.

Когда я напишу статью, мне следует отправить ее в Science или Nature?

Об этом стоит подумать.

Глава 257. Подготовка к собеседованиям

Закончив все дела в Цзиньлине, Лу Чжоу вернулся к себе домой. Он общался с родителями, и поделился своим опытом сдачи экзаменов с Сяо Tон, которая вскоре будет иx сдавать.

В конце концов, он своими силами смог поступить в один из лучших университетов. Хотя Лу Чжоу плохо разбирался в гуманитарных науках, у него был опыт сдачи экзаменов.

Он не мог помочь ей получить больше баллов, но мог помочь хотя бы не потерять некоторые.

Остальное все зависело от Сяо Тон.

Вскоре наступило 7 июня.

Для одних — это радостный день, для других он полон печали.

В дождевике парень на велосипеде доехал до школы под дождем и остановился.

— Приехали, слезай.

Сяо Тон тоже была в дождевике, она слезла с велосипеда и обошла лужи.

— Брат...

— Постарайся, — произнес Лу Чжоу, глядя на грустную сестру, после чего похлопал ее по голове и приободрил:

— Я буду ждать тебя здесь.

Сяо Тон оживилась и кивнула.

— Ладно! Я постараюсь изо всех сил!

Она раскрыла зонтик и побежала под дождем ко входу в школу.

— Не забудь все перепроверить.

Глядя, как его сестру скрыл проливной дождь, парень не мог не улыбнуться.

Когда он учился в старших классах, Сяо Тон была в средних.

У них в доме было лишь два велосипеда. Один — отца, а другой — его.

Каждый день Лу Чжоу отвозил в школу свою сестру, пока не поступил в Цзиньлинский университет, и Сяо Тон не стала ездить сама.

Лу Чжоу не замечал, как быстро растет его сестра.

Возможно и хорошо, что он уехал.

Сяо Тон не могла всегда полагаться на брата, иначе она никогда не станет самостоятельной.

— Сделай все, что сможешь!

Лу Чжоу встал под навесом и достал телефон.

Как и сказал, он будет ждать сестру здесь, пока она не сдаст экзамены, как родители, что ждут детей около входа в школу.

Он посмотрел на часы. До начала экзамена оставалось еще полчаса.

Лу Чжоу зевнул, как внезапно получил сообщение в WeChat.

Написала Хань Мэнци.

"Учитель! Я собираюсь войти в экзаменационный класс. Мне страшно. Можете пожелать мне удачи? (*﹏ *///)"

Увидев сообщение, Лу Чжоу улыбнулся и напечатал ответ.

"Сделай все возможное! Надеюсь, твои мечты сбудутся!"

После чего отправил.

Мэнци не отвечала.

Парень подумал, что она уже вошла в класс, но тут пришел ответ.

Всего одно слово.

"Спасибо!!!"

…………………………………..

Вступительные экзамены прошли гладко.

Сяо Тон была уверена, что получит 590 баллов, возможно даже 600, если ей повезет. Все зависело от проверяющего. В конце концов, в гуманитарных науках много субъективных моментов, и все сильно зависело от взглядов преподавателя.

После экзамена Лу Чжоу и Сяо Тон вместе провели исследование.

Согласно результатам вступительных экзаменов в 2015 году, 600 баллов — недостаточно для поступления по направлению естественных наук в Цзиньлинский университет, но этого достаточно для гуманитарных наук.

Как бы то ни было, первое крупное событие в жизни Сяо Тон, наконец, закончилось.

После экзамена девушка включила режим "тюленя" и целыми днями лежала на диване и играла в мобильные игры. Она даже отказывалась гулять с одноклассниками.

Изредка глядя на свою сестру, Лу Чжоу не мог не подумать:

"Здорово быть молодым. "

Как только она поступит в университет, то поймет, что эти два месяца были самыми счастливыми в ее жизни.

Сяо Тон перевернулась и увидела, что ее брат пристально смотрит на экран компьютера.

— Брат, если бы я была такой же умной, как ты!

Лу Чжоу мог догадаться, что она только что проиграла в игре.

— Дело не в мозгах. Многое достигается через тяжкий труд.

Он вспомнил, что набрал 640 баллов на экзамене. Хотя это не самые лучшие результаты, но если смотреть по его школе, то этого достаточно, чтобы называться монстром.

После того, как Сяо Тон снова проиграла, она бросила свой телефон и слезла с дивана. Встала рядом с братом и посмотрела на экран:

— Брат, во что ты играешь?

Лу Чжоу взглянул на нее:

— Организую материалы для собеседования.

Сяо Тон наклонила голову и спросила:

— Собеседования?

— Да, — кивнул Лу Чжоу. — Скоро начнется новый семестр в Принстоне, а я — профессор, поэтому должен взять, как минимум, одного студента.

Строго говоря, большинство предложений были разосланы при поступлении в марте и апреле. Сейчас уже июнь, и большинство людей должны уже собираться в вуз.

Однако всегда есть исключения. И не все поступают вовремя. Поэтому многие профессора размещают свою информацию на сайте приемной комиссии.

Когда Лу Чжоу разместил там информацию, его почта была завалена письмами.

Большинство писем были от студентов.

У большинства было просто ужасное резюме, и не было никаких достижений в учебе.

Однако, судя по письмам, многие интересовались исследованиями Лу Чжоу. Особенно после того, как он доказал гипотезу Гольдбаха и выиграл премию Крафорда, интерес к нему достиг астрономических масштабов.

Некоторые пытались даже договориться на год вперед.

К счастью, Сяо Ай помогал ему. Выполнял роль его помощника и отсеял все письма, которые не имели никакого отношения к поступлению.

Честно говоря, Лу Чжоу не хотел выбирать из оставшихся учеников. Он предпочел бы подождать до августа и подготовиться к весеннему зачислению.

Однако его кабинет сейчас слишком пуст и ветх.

Вспоминая про это, парень решил, что ему нужно найти хотя бы двух студентов, чтобы ознакомиться с работой профессора.

Сяо Тон наклонила голову и спросила:

— А можно проводить собеседование на дому?

Лу Чжоу ответил:

— Само собою, можно, многие используют Skype для собеседований. Многие очень занятые руководители проводят собеседование даже по телефону. В основном, только очень упрямые будут проводить собеседования при личной встрече.

Собеседование нужно для того, чтобы более хорошо понимать способности студента. В конце концов, по бумагам многого нельзя узнать.

Сяо Тон просмотрела резюме вместе с Лу Чжоу, и внезапно ее глаза загорелись.

— О, эта девушка с длинными волосами — хорошенькая. Выбери ее, брат!

Лу Чжоу, который в этот момент пил воду, чуть не поперхнулся.

— Тебе это что, тендер?

Сяо Тон скорчила гримасу:

— Тогда как выбирать?

— Установить границу по результатам экзаменов и отсортировать по ней, потом просмотреть резюме. Понравившиеся отложить, остальные выкинуть. Иди играй дальше. Не мешай мне, — парень отмахнулся рукой от нее.

— Скупердяй!

Сяо Тон недовольно нахмурилась, развернулась и пошла в комнату играть в компьютер.

Глава 258. Что требуется от студентов?

Лу Чжоу пролистал несколько резюме и выяснил, насколько сильны американские университеты.

Десять резюме подряд, и ни у одного из ниx средний балл не ниже 3,7.

В Китае студент с 3,5 баллами будет считаться гением.

Даже учитывая тот факт, что слабые студенты не осмелятся подать в Принстон, эти баллы все еще очень хороши.

Это напоминало инфляцию. Если у всех высокие баллы, то их вообще нет смысла учитывать.

Поскольку оценки ничего не показывали, Лу Чжоу решил сосредоточиться на других достижениях.

Он отдавал предпочтения студентам с опытом исследовательских работ и написанием статей. Лу Чжоу не обращал внимания на спортивные и общественные достижения, а также на рекомендательные письма. Хотя большинству Американских профессоров нравилось подобное, у него были свои критерии.

В конце концов, после некоторых размышлений он отобрал десять понравившихся ему резюме.

Больше всего ему понравилась Вера Пулюй из Беркли.

Золотая медалистка олимпиады по математике будет достойна любого университета. К тому же, в Беркли она произвела на него хорошее впечатление.

Однако парень не ожидал, что она окончит бакалавриат в таком раннем возрасте.

Возможно, она — гений, подобный Тао Теренсу?

Примечательно, что одно из трех ее рекомендательных писем написал профессор Тао Теренс из Калифорнийского университета.

В общем, Лу Чжоу оставил ее резюме.

Поскольку это будет для него первым опытом, парень решил набрать трех магистров. Потом в следующих семестрах он

посмотрит, стоит ли брать новых. Прогресс обучения у всех будет разный, что тоже будет для него неприятно.

Одно из мест Лу Чжоу оставил для Веры, так что ему осталось выбрать из девяти человек.

Чтобы Сяо Тон не мешала, Лу Чжоу назначил все собеседования на утро.

Для тех, кто только сдал экзамены, не существовало такого понятия как утро.

Вставать рано?

Невозможно.

Первые собеседования он запланировал с Китайскими студентами, поскольку собирался взять хотя бы одного студента из Китая. Если бы он мог, то сделал бы приоритет на выпускников из Цзиньлинского университета, но к сожалению время неудачно совпало, и они пропустили момент подачи заявлений для обучения за границей, поэтому оставалось ждать лишь до следующей весны.

Лу Чжоу запустил скайп и начал собеседование с первым человеком.

Первый интервьюер позвонил ему вовремя.

На экране появилась молодая девушка с челкой и в круглых очках. У нее была красивая внешность, но это не главное.

Парень взглянул на резюме и откашлялся.

— Лян Шуюй, верно?

Лян Шуюй улыбнулась, слава Лу Чжоу ее не пугала.

— Да! — кивнула она.

— Что планируешь делать после выпуска?

Лян Шуюй ответила:

— Я хочу получить докторскую степень. После этого заняться научными исследованиями. Я хочу посвятить себя науке...

Лу Чжоу посмотрел в правый нижний угол экрана и с удивлением заметил, что она говорила ровно три минуты.

Он странно взглянул на нее и продолжил спрашивать:

— Тогда почему ты выбрала теорию чисел?

Лу Чжоу получил стандартный ответ, что не удивило его.

— Я читала "Теорию простых чисел" Хуа Логэна и "Введение в теорию чисел" Джозефа Сильвермана. Еще с колледжа интересовалась теорией чисел. Я была счастлива, увидев, что вы решили гипотезу Гольдбаха и выиграли премию Крафорда для нашей страны. С этого момента решила следовать за вами и исследовать тайны простых чисел.

Подобное лизание его задницы смущало Лу Чжоу, он не мог не кашлянуть и произнес:

— Тогда можешь вкратце объяснить метод групповой структуры?

Если ты так поклоняешься мне, то для тебя это должно быть легким.

Однако получилась неловкая ситуация.

Этот вопрос застал врасплох девушку.

Однако она быстро отреагировала, пробормотав что-то невразумительное, так и не сказав главных идей.

Очевидно она хорошо готовилась и пыталась показать, что заинтересована в Лу Чжоу, однако не понимала его теории.

Но в этом нет ничего страшного, если бы она понимала его теории, то ему нечему было бы учить ее.

Вот только Лу Чжоу выбирал себе студентов не только исходя из знаний, но и честности.

Он не хотел идти по стопам старых профессоров. Ему хотелось, чтобы его студенты были честными.

Лу Чжоу тихо вздохнул и добродушно улыбнулся:

— Ну, ничего страшного, если ты не понимаешь. Некоторые вещи специфичны и могут быть еще сложными для тебя. Я сообщу тебе результат через неделю.

Глаза девушки загорелись. Она посчитала, что у нее есть шанс и, улыбнувшись, произнесла:

— Большое спасибо, учитель.

Видео-звонок закончился.

Парень поставил крест на резюме и отложил его в сторону.

У нее не было и шанса.

Она напомнила ему президента Линь из студенческого совета.

Хотя он не испытывал к той ненависти, ему не хотелось видеть подобных людей у себя в лаборатории.

Что касается ее мотивации в получении степени магистра, то Лу Чжоу предполагал, что причина, как и у большинства, она планировала попасть в Принстон, тем самым повысив свою квалификацию, а потом вернуться в Китай и попасть в одну из программ поддержки талантов. С таким руководителем она могла с легкостью это сделать.

Честно говоря, в действительности парень хотел ответить ей: "Если хочешь играть в политику, то и иди в политики".

В Принстоне очень мало китайских профессоров, и это очень ценное место.

Прежде чем приступить к следующему собеседнику, Лу Чжоу немного отдохнул.

Следующий студент был парнем из университета Кайда.

Лу Чжоу сожалел, что не получил ни одного заявления от студентов Цзиньлинского университета.

Лу Чжоу откашлялся и спросил:

— Цинь Юэ, верно?

Цинь Юэ быстро кивнул и нервно ответил:

— Да!

Видя переволновавшегося Цинь Юэ, Лу Чжоу понял, почему он остался до последнего.

Честность — главное при собеседовании, но одной ее недостаточно. Нужно также уметь представить себя.

В противном случае, человек не сможет даже сделать доклад на сцене.

Однако Лу Чжоу решил дать ему шанс, потому что оценки были хорошие.

Еще более редким было то, что этот парень опубликовал статью, будучи бакалавром. Хотя она и не такая значимая, для бакалавра писать статьи — уже достижение.

— Представься, — после небольших раздумий Лу Чжоу произнес по-английски.

Цинь Юэ рефлекторно выпрямился и нервно заговорил:

— Я — Цинь Юэ, мне 23 года...

Поначалу он немного заикался, но к концу стал лучше говорить. В его языке не было проблем. После чего Лу Чжоу задал несколько вопросов по теории чисел.

В общем, этот парень был очень талантливым, с хорошим характером. Просто немного застенчивый, но со временем это исправится.

Увидев, что время вышло, Лу Чжоу произнес:

— Ладно, давай закончим. Я сообщу тебе результат через неделю.

После этих слов Цинь Юэ испытал облегчение, кивнул и поблагодарил Лу Чжоу.

Глядя на горькую улыбку студента, Лу Чжоу подумал, что тот даже и не надеется.

Закончив видеозвонок, ручка Лу Чжоу на некоторое время зависла над правым углом резюме.

Оставить или не оставить?

В итоге он не стал ставить крест, а написал себе заметку и отложил в сторону резюме.

Кандидатов было еще много. Он хотел сделать выбор после того, как пообщается со всеми.

Глава 259. Гравитационные волны

Время быстро пролетело.

В конце июня опубликовали результаты экзаменов.

Вся семья собралась рядом с компьютером. Сяо Tон выглядела особенно взволнованной.

Словно все они смотрели суперкубок.

Нервничая, Сяо Тон повернулась к брату:

— Брат...

Лу Чжоу похлопал ее по плечу:

— Не бойся. Тебе не было страшно сдавать экзамен, поэтому не бойся узнать результаты.

— Хм...

Сяо Тон колебалась. Наконец она глубоко вздохнула и вбила номер своего билета.

Информация быстро появилась на экране.

Сяо Тон тут же окаменела.

Не потому что результат — ниже ее ожиданий.

А потому что…

620!

Сяо Тон громко закричал от волнения.

— Брат! У меня есть 620 баллов!

— Отлично, сестренка.

Увидев результаты, парень одобрительно кивнул, искренне радуясь за сестру.

В 2016 году минимальный вступительный балл среди гуманитарных специальностей — 520 баллов. И она набрала на целых 100 баллов больше.

Хотя для какого-нибудь Шуйму — это не так много, но для Цзиньлинкого университета — все еще очень хороший результат.

— Ха-ха, хорошая работа, дочка, — сказал Лу Банго, погладив Сяо Тон по голове, после чего рассмеялся. — Пойду куплю выпить.

Фан Mэй посмотрела на него и сказала:

— С самого утра пить? Тебе еще на работу!

Лу Банго сказал:

— Я не пойду, сегодня я взял выходной!

Оба его ребенка поступили в университет. Он чувствовал себя самым счастливым человеком. Как не выпить по такому поводу?

Единственное, о чем он сожалел, что Лу Чжоу так долго находился за границей, но так и не привел невестку домой.

Старый Лу хотел подержать внука!

Весь день был как праздник.

На следующий день Лу Банго все еще радовался и предложил устроить пир с семьей и друзьями.

Однако Сяо Тон не хотела тратить деньги впустую, поэтому ему пришлось отказаться от этой идеи.

Вечером Лу Чжоу, составив расписание собеседований на следующий день, посмотрел на сестру, которая валялась на диване, и спросил:

— Ты думала, на какую специальность хочешь подать?

Сяо Тон отложила телефон и серьезно задумалась над этим, а потом сказала:

— Думала!

— И?

Сяо Тон кивнула и решительно сказала:

— Я хочу подать на финансы.

Финансы — часть факультета гуманитарных наук в Цзиньлинском университете. Хотя для этого требуются математические основы, пока человек не отдаляется в теоретическое направление, особо много математики не будет.

Самое похвальное, что девушка приняла самостоятельное решение, без помощи брата.

Лу Чжоу гордился ею.

Парень одобрительно кивнул:

— Хорошее направление. Но почему финансы?

Глаза Сяо Тон загорелись, и она сказала:

— Финансы — звучит как много денег!

— ...

О чем ты?..

Ты вообще ознакамливалась со специальностями?

Очевидно, что финансы связаны с деньгами!

Лу Чжоу сказал:

— На самом деле алхимия — тоже хорошая специальность. Она связана с золотом.

Сяо Тон смутилась и спросила:

— Правда?

— Шучу.

— ...

……………………………………….

Одни обрадовались, другие огорчились. Такова реальность экзаменов.

Ученики собрались в компьютерном классе в школы Цзиньлин.

Раньше ученики заполняли анкеты, а потом школа сама подавала за них заявления в университеты. Теперь ученики сами могли подавать заявления на поступление.

Хань Мэнци посмотрела на экран компьютера и прикусила губу.

К счастью, она успешно набрала максимальные баллы по двум предметам в естественных науках, и могла поступить в Цзиньлинский университет.

Если быть точнее, то ее оценки были очень хорошими, но сможет она поступить или нет, зависит от числа других поступающих.

Математика…

Математическая кафедра Цзиньлинского университета считается не очень сильной.

Не должно поступать много людей...

Хань Мэнци нервно сглотнула. Она приняла решение и подала на математическую кафедру Цзиньлинского университета.

Что касается других специальностей, она не хотела подстраховываться, но в конце концов выбрала еще несколько направлений.

— Надеюсь, поступлю...

С закрытыми глазами девушка молилась про себя, сжав кулаки.

………………………………..

Отпуск Лу Чжоу подходил к концу, он пробыл в Китай до июля.

Хотя он хотел подождать, пока его сестра не получит уведомление о поступлении, парень не мог продлить свой отпуск, и у него все еще были дела в Америке. Поэтому он не мог больше задерживаться в Китае.

После долгого перелета Лу Чжоу наконец-то вернулся в Принстон.

У большинства студентов шли все еще летние каникулы, которые продлятся до конца августа.

Однако у магистров их летние каникулы зависели от научных руководителей.

В некотором смысле, в Америке научные руководители обладали большей властью. Они могли даже отчислить студентов, что в Китае мог сделать только университет.

Конечно, имелось и другие факторы, которые уравновешивали власть преподавателя.

Лу Чжоу не собирался быть бессердечным руководителем, но и давать поблажек тоже не хотел.

Он потребовал от троих магистров, чтобы они прибыли в университет до 15 июля. Если возникнут проблемы из-за визы, то он мог бы подождать до августа, но лучше было не тянуть.

Прежде чем дать им работу, Лу Чжоу должен встретиться с ними лично.

Оставив свой багаж в квартире, Лу Чжоу отправился в институт перспективных исследований.

Поднимаясь по лестнице, он столкнулся с Эдвардом Виттеном.

Виттен удивился, увидев Лу Чжоу.

— Друг мой, наконец-то ты вернулся.

Парень смутился теплому приему Виттена и не мог не спросить:

— Что-то случилось?

Эдвард Виттен улыбнулся и произнес всего два слова:

— Гравитационные волны.

Услышав это, Лу Чжоу понял, о чем говорит профессор.

В феврале 2016 года исследователи из команды проекта LIGO объявили, что два детектора успешно обнаружили сигналы гравитационных волн от слияния двух черных дыр.

Соответствующие статьи недавно стали появляться на arXiv и обсуждались физиками-теоретиками со всего мира.

Хотя Лу Чжоу отдыхал последний месяц, он полностью не отдалялся от научного мира и следил за новыми статьями на arXiv.

Даже если на arXiv не каждая работа полезна, внезапно увеличение статей в определенной области означает, что что-то произошло.

Это как случай с 750 ГэВ в прошлом году, в этом же году популярной темой стали гравитационные волны.

С небольшой завистью парень произнес:

— Это удивительное открытие…

По сравнению с его "незначительным" открытием, гравитационные волны однозначно будут более шокирующими.

— Да, завидно, — искренне произнес Виттен.

Обнаружение гравитационных волн давало недостающий кусочек в экспериментальной проверке общей теории относительности Эйнштейна.

Если бы Эйнштейн был еще жив, он определенно получил бы еще одну Нобелевскую премию по физике за это открытие.

В конце концов, он получил Нобелевскую премию за объяснение фотоэффекта, а не за общую теорию относительности.

Однако теперь это стало невозможным. В 1974 году Нобелевский комитет постановил, что Нобелевская премия присуждается только живым людям.

К обнаружению гравитационных волн Виттен, вероятно, отнесся наиболее взволнованно.

Эксперимент лишь спустя сто лет заполнил пробел в загадке. Исходя из этой тенденции, то он не увидит того дня, когда эксперимент подтвердит его теорию струн.

Никто не сомневался, что следующая Нобелевская премия по физике достанется Райнеру Вайссу из Массачусетского технологического института и его сотрудникам.

В конце концов, открытие гравитационных волн войдет в историю человечества.

— LIGO пригласили меня помочь им провести анализ экспериментальных данных гравитационных волн. Поскольку у тебя сейчас нет исследовательского проекта, не хочешь присоединиться ко мне? Если интересно, то я прямо сейчас скажу своим студентам забронировать билеты.

Лу Чжоу на секунду задумался, но потом отказался от этого заманчивого предложения:

— Гравитационные волны не входят в сферу моих исследований. Извиняюсь, но я не смогу помочь. И, скорее всего, я буду занят в течение нескольких дней. У меня не будет времени.

Бонусное задание давало ему свободу выбора, но материаловедение, с его низким уровнем, будет лучшим вариантом.

К тому же, скорее всего, предложение профессора не связано с основным содержанием исследований гравитационных волн. Поэтому не принесет много опыта, который связан с научной ценностью.

Даже при том, что гравитационные волны достаточно важны, число очков опыта могло быть меньше 10 000.

Виттен спросил:

— Материаловедение?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Виттен вздохнул и с сожалением произнес:

— Ладно, раз у тебя уже есть планы, удачи.

Глава 260. Отправка статьи в Nature

Химический факультет Принстона не так известен, как физико-математический, хотя также входил в топ 15 в мире. A если оценивать по органической химии, то он будет даже выше.

В 2011 году, после того как построили новую химическую лабораторию Фрика, она считалась одной из лучших химических лабораторий северной Америки. Хотя она несравнима с массачусетским университетом, у нее все равно одно из лучших оборудований.

Многие думают, что в Принстоне нет хороших лабораторий, но это просто заблуждение. Среди университетов лиги Плюща, ассоциация выпускников Принстона, безусловно, богата и очень щедра. Это можно заметить из зарплаты Лу Чжоу в 400 000 долларов в год.

Благодаря Виттену, Лу Чжоу познакомился с профессором Полом Чириком.

И хотя тот выглядел очень молодо, он — очень известный человек в области органической химии. Только в этом году он получил президентскую премию "Зеленая химия".

Гипотеза Гольдбаха — знаменитая проблема теории чисел. В органической химии существовали аналогичные, например, проблема "2+2".

Проблема реакции циклоприсоединения олефинов очень распространена в органическом синтезе. Хорошо известная реакция Дильса-Альдера — реакция (4π+2π) циклоприсоединения диенов (4π) и олефинов (2π) с образованием шестичленного цикла в термических условиях.

Однако другой, казалось бы, простой случай реакции (2π+2π) — циклоприсоединения, на самом деле, не такой простой. Из-за ограничения орбитальной симметрии, эта реакция часто требовала фотохимических условий реакции для возбуждения, но этот путь реакции имел тенденцию быть неэффективным и с плохими характеристиками.

Профессор Чирик в своей работе 2015 года предложил новый способ решения этой проблемы. Он предложил использовать катализаторы на основе металлов для превращения простых олефинов в циклобутановые структуры при умеренном нагревании.

Промышленность очень заинтересовалась этой работой, и патенты принесли профессору миллионы долларов.

Узнав, что Лу Чжоу интересуется вычислительным материаловедением, профессор Чирик сразу проявил интерес и пригласил парня в свою лабораторию.

В таком мистическом месте, как Принстон, многих профессоров привлекала физика или математика, но не многие профессора математики обращали внимание на другие дисциплины.

— Вычислительное материаловедение развивается как область. Многие люди, связанные с ней, отправились в Кремниевую долину на работу. Hо почему ты заинтересовался ею? — спросил профессор, протягивая Лу Чжоу чашку с кофе и приглашая сесть.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Потому что математика — интересна. Я хочу заставить ее засиять и в других областях, а не только в теории чисел.

Профессор Чирик откинулся на спинку стула и с улыбкой произнес:

— Это интересная точка зрения. Когда я спорил с профессорами из Института перспективных исследований, они постоянно твердили мне, что математика должна быть чистой.

— И они правы. Математика должна быть чистой. Но, на мой взгляд, инструменты, полученные на основе чистых исследований, можно использовать для решения других проблем, — улыбнулся Лу Чжоу. — На самом деле, перед тем как приехать в Америку, я принимал участие в подобных исследовательских проектах. Но потом был слишком занят и не мог продолжить, чтобы завершить исследования. Поэтому хотел бы позаимствовать некоторое оборудование.

На самом деле его главная цель — написать статью. Он уже зарегистрировал патенты. Даже провел необходимые эксперименты в лаборатории Цзиньлинского университета.

Однако он теперь — профессор Принстона. Для большего доверия должен вновь провести опыт, поскольку статья должна ссылаться на него.

Если он будет использовать данные годичной давности, полученные с другой стороны Тихого океана, то его могут заподозрить в их фабрикации и могут отклонить работу. Это связано с тем, что рецензенты сами не проводили экспериментов, поэтому они тщательно проверяли все детали.

В конце концов, Лу Чжоу не мог просить рецензентов проводить за него опыты.

Весь процесс рецензирования основывался на предположении, что человек будет честным, предоставляя данные, и на его академической репутации. Поэтому некоторые статьи иногда публиковались лишь после того, как привлекли большое внимание со стороны людей из области.

Подобное наиболее распространено в области биологии, поскольку биологические эксперименты очень субъективны.

Увидев список оборудования, которое необходимо Лу Чжоу, профессор Чирик великодушно предоставил его.

Поскольку оборудование и материалы в списке не были опасными, поэтому он предоставил Лу Чжоу ключи.

— Нет проблем! Можешь воспользоваться ими, только не забывай про осторожность.

Лу Чжоу положил ключи в карман и улыбнулся:

— Обещаю сохранить лабораторию в первоначальном виде.

— Нет, я говорю про тебя, — пошутил Чирик. — Я бы предпочел поломанное оборудование, чем если что-то случится с тобою. Иначе Институт перспективных исследований разорвет меня не части.

Лу Чжоу рассмеялся:

— Однозначно нет.

После чего встал и попрощался.

…………………………………..

Поскольку он уже проводил этот эксперимент ранее, Лу Чжоу с легкостью смог повторить его.

Ему просто нужно расписать ход опыта, обозначить собираемые данные, номера материалов, а также место и время эксперимента.

Строго говоря, это первая попытка Лу Чжоу в написании работы по материаловедению.

Хотя ранее он опубликовал статью по вычислительным материалам, но то было не более чем работа по прикладной математике. Речь шла о математическом моделировании и расчете соотношения цементного материала и углеродных нанотрубок. На самом деле, это даже не эксперимент.

Однако многое, на самом деле, связано.

Пока известен нужный формат, написание статьи не представлялось чем-то трудным для Лу Чжоу.

Он не спал два дня, проводя эксперимент. На третий день проспал до полудня. Проснувшись, сел за компьютер и начал писать статью.

"Название: Полидиметилсилоксановая стабилизирующая пленка для катода литиевых батарей высокой эффективности."

"В данной работе рассматривается полидиметилсилоксановый материал, прошедший травление плавиковой кислотой и обработку другими средствами для получения улучшенной полидиметилсилоксановой нанопористой пленки, которая равномерно наносится на катод. С помощью растрового электронного микроскопа было установлено, что пленка ПДМС имеет нанопористую структуру, которая может обеспечить эффективную передачу ионов лития и эффективно сдерживать рост дендритов лития…"

Лу Чжоу посмотрел на начало своей статьи и с удовлетворением кивнул.

Учитывая сенсационный эффект открытия, он мог бы написать более преувеличено, но не захотел произвести плохое впечатление на рецензентов.

Не говоря уже о том, что он — новичок в материаловедении, и не знал, обратят ли на него внимание.

Написав название и реферат, Лу Чжоу приступил к написанию текста.

Это не то же самое, что написание статьи по математике. Всякий раз, когда он писал математическое доказательство, думал над тем, действительно ли "очевидные" моменты, которые он пишет, "очевидны".

Однако для работы по материаловедению нужно лишь правильно расписать процесс и данные.

Лу Чжоу потратил три дня на то, чтобы закончить статью. Проверив все дважды, он не нашел никаких проблем.

Тщательно все рассмотрев, парень выбрал дочернее издание журнала Nature — Nature Chemistry с импакт-фактором 25,87 в качестве цели для отправки статьи.

Поскольку подобная статья более уместна будет в профильном журнале.

Судя по всему, данный журнал принимал только 1 из 10 статей.

Даже с подобным показателем, Лу Чжоу решил попробовать.

Он зашел на сайт, ввел свои личные данные и загрузил статью.

Подумав о импакт-факторе более 20, он не мог не улыбнуться.

Однозначно, это самый высокий импакт-фактор журнала, в который он когда-либо отправлял свою работу.

Но вскоре парень нахмурился.

Мне кажется или...

Я где-то лоханулся?

Глава 261. С сегодняшнего дня начинается работа преподавателем

B редакционном разделе Nature Chemistry два технических редактора обрабатывали присланные работы.

В конце концов, это один из лучших журналов в мире, и каждая статья проходила тщательную проверку.

Хотя большинство статей отправлялось в корзину, но некоторые из работ были выдающимися.

Внезапно Кевин, просматривающий статьи, воскликнул:

— Невероятно... кто-то решил проблему литиевых дендритов?!

Голос Кевина привлек внимание его коллеги.

Керриман с чашкой кофе встал и подошел к компьютеру Кевина. Он посмотрел на экран и поправил очки, после чего сказал:

— Даже не верится… если это действительно правда, то в аккумуляторной промышленности произойдет техническая революция.

И это не преувеличение.

В настоящее время появление литиевых батарей сдерживало техническое ограничение в виде проблемы литиевых дендритов. И в итоге это будет портативная бомба или высокопроизводительная батарея, зависит от ее решения. Хотя это всего лишь небольшой анод, его применение невероятно широкое.

Конечно, все зависит от верности статьи.

Два редактора долго смотрели на статью, но не могли решить.

С форматом статьи проблем не было, очевидных ошибок тоже не видно. Подобный тип исследовательского эксперимента однозначно соответствовал требованиям журнала. Вот только проблема в том, что эксперимент слишком "передовой". Все пытались понять, как подавить рост литиевых дендритов, а тут кто-то взял и решил проблему?

Поэтому редакторы с сомнением смотрели на статью.

Керриман, стоя позади Кевина, спросил:

— Что думаешь?

Кевин нахмурился и ответил:

— С самой статьей, судя по всему, нет никаких проблем. Это однозначно прорыв в исследованиях литиевых батарей, но… не могу гарантировать правильность самой статьи.

Керриман заметил:

— Автор — из Принстона.

Кевин вздохнул и сказал:

— Я знаю, он — профессор математики. Не так давно получил премию Крафорда. Но немного поискав, я нашел только одну статью за его авторством по вычислительному материаловедению.

Керриман задумался и произнес:

— Учитывая его академическую репутацию, сомневаюсь, что профессор Лу будет вводить людей в заблуждение.

Кевин спросил:

— Тогда что ты считаешь?

— Я считаю, если статья не имеет проблем и удовлетворяет требования нашего журнала, нужно отдать ее рецензентам. Пусть эксперты смотрят, есть с ней проблемы или нет.

Во всяком случае, журнал не будет нести ответственности.

— Тогда кому лучше отправить?

— Профессору Мунги Бавенди из исследовательской группы Массачусетского технологического института, который также эксперт в области аккумуляторов. Думаю, он — хороший выбор, — Керриман сделал небольшую паузу. — Кроме того, он — рецензент предыдущей работы Лу Чжоу. Думаю, его мнение — довольно важное.

Кевин некоторое время думал и не мог придумать идеи лучше.

— Тогда… поступим, как ты предлагаешь.

………………………..

Через неделю после отправки статьи Лу Чжоу получил хорошую новость от журнала. Она прошла проверку технического редактора, и ее отправили на рецензирование.

Услышав это, парень вздохнул с облегчением.

По крайней мере, его статья не попала в 90% отклоненных работ из-за "несоответствия читательскому интересу" или "недостаточного новаторства".

Хотя Nature — хороший выбор, имелось много других журналов, из которых он мог выбрать. Однако цель Лу Чжоу — в продвижении его технологии, а другие журналы не могли сравниться с влиянием ведущего журнала.

Теперь, когда статья передана в руки профессионалов, парень считал, что его коллеги из этой области дадут справедливую оценку его работе.

Время шло.

Наконец наступило 15 июля.

Как Лу Чжоу и просил, трое его магистров прибыли в Принстонский университет.

Три студента — Вера Пулюй из Беркли, Цинь Юэ из Китая и Харди Клайв из Колумбийского университета.

Лу Чжоу уже имел представление о Вере, и она не сильно изменилась с их встречи в Беркли.

Цинь Юэ, как и на собеседовании, был в квадратных очках и очень вежлив, но не слишком уверенным в себе. Однако Лу Чжоу признал его математические способности и талант, которые проверил во время собеседования.

Что касается бразильца Харди, то его математические способности уступали Цинь Юэ и Вере, но он все равно выделялся из тех десяти резюме.

Для каждого Лу Чжоу разработал различные требования и план обучения.

Если честно, столь же ответственных руководителей — не так много.

Лу Чжоу провел весь день, помогая студентам решить проблемы с зачислением и общежитием, после чего вызвал их к себе в кабинет и начал раздавать работу на следующий месяц.

— Вы талантливы, и ваши способности хороши, но честно говоря, это далеко от того, что я хочу видеть.

Лу Чжоу внимательно смотрел на них, говоря это. Но никто не выразил протестов, кто-то даже смотрел на него с обожанием.

Он откашлялся и продолжил:

— До сентября я не позволю вам притронуться к моему исследовательскому проекту. Потому что на текущем уровне, все что вы можете делать, это приносить мне кофе. Я поставлю перед вами план по обучению. Если сможете пройти мой тест в конце августа, тогда я разрешу вам присоединиться к моему проекту… Этот исследовательский проект будет с вами на протяжении всей учебы в магистратуре. Я не прошу вас завершить его, но, по крайней мере, ваши результаты должны быть достойны публикации в "Математическом ежегоднике". Само собою, я буду учить вас и помогать вам, но основная работа — за вами. Я лишь буду давать советы и некоторые идеи.

Подобным словам Лу Чжоу научился у профессора Лу.

Однако в Принстоне были принстонские стандарты.

Во время собеседования Лу Чжоу сказал им, что он не позволит им целыми днями бездельничать, и у них будет плотный график.

Цинь Юэ спросил:

— Что, если кто-то не пройдет тест?

Нужно пройти тест, чтобы присоединиться к проекту. Если не сдать тест, то значит — не получить степень магистра?

Учеба за границей — редкий шанс, поэтому, очевидно, Цинь Юэ очень переживал из-за этого.

— Тогда придется варить мне кофе и продолжать учиться. Но вам следует быть более уверенными. Я вас всех выбрал, поскольку считаю, что вы можете удовлетворить мои требования.

В сравнении с Цинь Юэ, Харди был немного самоуверен. Он даже не переживал по поводу теста. Он спросил:

— Профессор, о чем этот проект?

Однако Лу Чжоу не дал прямой ответ на вопрос, а просто слегка улыбнулся:

— Это связано с градом.

Глава 262. Даже эксперт - в нерешительности

Массачусетский технологический институт, лаборатория материаловедения.

Профессор Мунги Бавенди сидел за своим рабочим столом и неторопливо пил кофе, просматривая новые статьи на arXiv.

Он являлся одним из ведущих специалистов в области нанохимии.

Не так давно он опубликовал свою исследовательскую работу о тонкопленочных элементах солнечной батареи с квантовыми точками PbS в журнале ACS-Nano. Это привлекло широкое внимание со стороны различных компаний Кремниевой долины.

Хотя этой технологии еще далеко до внедрения в промышленность, с точки зрения коммерциализации она показала большой потенциал.

Многие говорили, что он был близок к Нобелевской премии. Как только технология квантовых точек будет коммерциализирована, Нобелевская премия будет принадлежать ему.

Однако это может произойти через 10 или 20 лет. Промышленность будет внедрять эту технологию медленно, ожидается, что сначала технология будет использоваться в дисплеях. B конечном счете она изменит облик будущей промышленности полупроводников.

Однако хотя все еще далеко от коммерциализации, он уже владел четырьмя компаниями, благодаря этой технологии. Большинство профессоров беспокоились о финансировании своих исследований, но он уже стал директором и проводил исследования за свой счет.

Внезапно он получил электронное письмо от Nature.

— Литиевые дендриты?

Профессор Бавенди с интересом открыл письмо.

Дотронувшись до подбородка, он крикнул своей помощнице:

— Ладис, принеси мне сэндвич.

— Хорошо, профессор.

Красивая женщина в белом халате встала и вышла на улицу. Вскоре она вернулась с сэндвичем с беконом.

Профессор Бавенди завтракал, сидя перед компьютером и читая статью.

В действительности он не верил, что кто-то мог решить проблему с литиевыми дендритами.

Хотя он сам не занимался литиевыми дендритами, его исследовательская группа изучала их.

Британская компания Oxis Energy и американская компания Sion Battery являлись лучшими в этой области, но он не слышал о каком-либо прогрессе от них в последнее время. Samsung, как всегда, регистрировали патенты, но не делала никаких громких заявлений.

Единственный "прогресс" был достигнут в прошлом году, когда профессор Массачусетского технологического института обнаружил, что сера в мезопористых углеродных материалах и использование специального электролита может эффективно ингибировать рост дендритов лития.

Однако оказалось, что это всего лишь недоразумение. Проблему литиевых дендритов не так-то просто решить. Иначе IBM не стала бы сокращать свои инвестиции в суперкомпьютеры для исследования литиевых дендритов.

Если бы эту работу написал кто-то другой, профессор Бавенди выбросил бы ее. Но автор очень интересен. Хотя он и не из области материаловедения, но он был профессором математики в Принстонском университете.

— Улучшение "воздухопроницаемости" катода путем использования ПДМC материала для подавления роста дендритов лития... Не новая идея. Но производительность на снимках удивительна, и она выглядит правдиво… Вычислительное материаловедение способно на такое?

На фотографиях был материал отрицательного электрода после нескольких циклов зарядки и разрядки. Было видно, что в процессе зарядки смертельно белых кристаллов не образовалось, вместо этого появились складки слой за слоем.

После процесса разрядки. Поскольку поверхность всего материала отрицательного электрода стала слоем волнообразных складок, напоминающих мох, не было так называемой области наконечника, и после окончания разрядки на электроде не осталось большого количества остатков мертвого лития.

Если это все правда, то нет никаких сомнений, что результаты будут новаторскими.

Единственная проблема в том, что эти складки также влияли на срок службы и производительность батареи, но по сравнению с проблемой дендритов лития, подобный недостаток можно назвать незначительным.

В задумчивости профессор Бавенди осторожно постукивал по столу пальцем.

Это хорошая статья, и он не мог найти каких-либо ошибок в данных и приложенных изображениях. Но все же это слишком важное открытие, как и технические редакторы, он не мог принять решение.

После долгих размышлений профессор неожиданно крикнул:

— Ладис, я отправлю тебе на почту отчет об эксперименте. Попроси Исаака повторить все согласно ему. И скажи, что у него срок — неделя.

— Хорошо, профессор.

Решено.

Профессор Бавенди ухмыльнулся.

Исаак — его студент магистратуры, который изучал именно это направление.

Эксперимент не сложный. На это у Исаака уйдет три дня.

Хотя обычно главный рецензент не обязан повторять эксперимент, из-за своего любопытства он решил попросить своего студента сделать это.

В любом случае, у него есть все оборудование, и материал не стоит больших денег.

Если Лу Чжоу действительно решил проблему литиевых дендритов, то Бавенди станет свидетелем истории.

………………………………….

Пока его работа была у рецензента, Лу Чжоу не сидел без дела.

Он снова позвал к себе в кабинет трех студентов и дал каждому список книг.

Список книг был небольшим, всего шесть книг.

Однако он дал им всего полтора месяца на их изучение.

После чего он устроит им тест, исходя из содержания этих книг.

Для студента, только окончившего бакалавриат, выполнить это задание определенно непросто, но и не невозможно. Большая часть содержания преподавалась на старших курсах, просто достаточно поверхностно.

Теперь же Лу Чжоу хотел, чтобы они углубились в эти темы.

Им придется немного напрячься, чтобы получить возможность участвовать в его проекте.

Можно предвидеть, что летом их ждет насыщенная жизнь.

Лу Чжоу сидел в своем кабинете и писал вступительный доклад, когда неожиданно получил звонок из Китая.

Сяо Тон взволнованно закричала в трубку:

— Брат! Я поступила!

Услышав взволнованный голос Сяо Тон, Лу Чжоу улыбнулся.

— Поздравляю!

Сяо Тон спросила:

— Брат, могу я кое-что у тебя попросить?

Лу Чжоу великодушно ответил:

— Говори, какой подарок ты хочешь? Я пришлю его тебе.

Сяо Тон покачала головой и с сожалением произнесла:

— Мне не нужен подарок. Я хочу навестить тебя в Принстоне!

Ее слова поразили парня.

— Тут делать нечего.

По мнению Лу Чжоу, тут нет ничего такого, кроме озера Карнеги.

Простые люди не смогут прочувствовать богатой академической атмосферы.

Сяо Тон грустно произнесла:

— Дома слишком скучно. Я хочу посмотреть мир.

Лу Чжоу подумал, что в этом есть смысл.

Обидно провести все летние каникулы дома, полезно будет выбраться куда-нибудь.

— Тогда... ты сможешь получить визу самостоятельно?

Сяо Тон немедленно ответила:

— Конечно. Я уже получила паспорт, а завтра еду в Шанхай, чтобы получить визу!

Оказалось, что она все уже спланировала.

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

— Ладно, тогда я куплю тебе билет. Просто сядь в самолет, а я тебя тут встречу.

Сяо Тон воскликнула:

— Да! Брат — самый лучший!

— Ха-ха, обращайся.

Повесив трубку, парень улыбнулся.

Внезапно он кое-что вспомнил.

Он не знал, как там дела у Хань Мэнци.

Он давно не учил ее, но она все еще оставалась его ученицей. Лу Чжоу много помогал ей, так что он все еще заботился о ней.

После вступительных экзаменов в колледж он не спрашивал ее о результатах. Теперь, когда университеты рассылали уведомления о поступлениях, он хотел спросить, поступила ли она куда хотела.

Лу Чжоу открыл WeChat и отправил сообщение.

"Ты поступила?"

Он долго ждал, но ответа не получил.

Подумав, что она скорее всего не увидела сообщения, отложил свой телефон.

Надеюсь, она поступила куда хотела.

Отложив этот вопрос в сторону, парень продолжил работать.

Глава 263. . Математика все еще интеpесна.

Библиотека Принстонского университета.

Харди положил голову на стол и жаловался:

— Он — просто дьявол, это невозможно... Kто-нибудь на этой планете сможет завершить это за полтора месяца?

Перед ним лежали шесть учебников. Некоторые — "начального уровня", как руководство по теории чисел, некоторые — были более "продвинутыми", как лекции по теории чисел. Среди ниx были также учебники по функциональному анализу, алгебраической геометрии и дифференциальной топологии.

До того, как приехать сюда, учитывая своего руководителя, Харди тщательно готовился. Но он не ожидал, что в тот момент, когда переступит порог Принстона, его уже будет ждать гора работы.

К счастью, он заранее готовился, иначе не знал бы с чего начать.

Цинь Юэ, сидевший напротив Харди, был более спокойным. По крайней мере он не задумывался, сможет ли он закончить или нет. Bместо этого сосредоточенно читал лекции по теории чисел.

Хотя он не так быстро читал, как Харди, но в спешке нет ничего хорошего.

С тех пор как сел учиться, он до сих пор, не останавливаясь, читал.

Харди вздохнул и сдался, после чего спросил:

— Цинь, все ваши профессора в Китае такие страшные?

— Страшные?

Харди кивнул:

— Когда я учился в Бразилии, то был первым на всех тестах по математике, все думали, что я — гений. Когда я поступил в Колумбийский университет, то встретил много гениев, но содержание курса все еще легко давалось мне. Я со всем справился, даже особо не занимаясь.

Он вздохнул.

— Но теперь я начал сомневаться в себе...

Цинь Юэ не знал, как приободрить его. Он поправил очки и сказал:

— Может... потому что это Принстон?

Если честно, в его прошлом университете не было таких строгих профессоров.

Но поскольку прошлые четыре года он учился подобным образом, то уже привык к такому.

— Профессора Принстона не могут быть такими жесткими. Вчера, играя в футбол со старшими, я спросил у них. Профессор Лу — однозначно исключение, — покачал головой Харди, а потом с серьезным лицом спросил:

— Кстати, Цинь, вижу, ты уже читаешь второй учебник. Можешь что посоветовать? Или ты уже читал их раньше?

Цинь Юэ покачал головой:

— Нет, впервые читаю.

В лучшем случае, как и Харди, Цинь Юэ ранее немного готовился.

С неверием в голосе Харди произнес:

— Невозможно! Только не говори мне, что ты еще читаешь книги у себя в комнате? Боже… Сколько времени ты тратишь на учебу?

Цинь Юэ ответил:

— A что еще делать, кроме как спать и есть?

— ...

Было невозможно продолжать разговор.

……………………………...

Прочитать шесть учебников за шесть недель — трудная задача, но Лу Чжоу понимал это.

Поэтому он не ставил больших планок для прохождения. Пока они смогут справиться с половиной, они пройдут.

Оставшуюся часть могут изучить, помогая ему в его исследовательском проекте.

В конце концов, учебники всегда немного отстают. Проще говоря, они используются лишь как вступление, поскольку зачастую не содержат многих новый материалов из статей и справочников.

Однако Лу Чжоу не ожидал, что менее чем через неделю один человек выполнит задание.

Трудно описать его удивление, когда он узнал об этом.

Потому что…

Оказалось, что он нашел золото.

— Твой талант поражает. Я думал, будет впечатляюще, если ты решишь пять или даже четыре вопроса из десяти, но, похоже, я тебя недооценил.

Парень оторвал свой взгляд от теста и посмотрел на Веру.

Все вопросы он придумал сам, поэтому у нее не было возможности узнать их заранее. Хотя все десять вопросов — не такие трудные, но правильно ответить на них означало, что она освоила содержимое всех шести учебников.

— Я ранее уже прочитала четыре книги в Беркли, так что мне просто повезло.

— Это не удача, — произнес Лу Чжоу и отложил тест в сторону, потом улыбнулся. — Поздравляю с прохождением моего теста. С этого момента ты — член моей исследовательской группы.

Вера счастливо улыбнулась, об этом она мечтала.

Лу Чжоу произнес:

— Я отправлю тебе на почту информацию о проекте. Хотя официально мы приступим с сентября, ты можешь потратить это время на то, чтобы подумать о нем. Это интересный проект, думаю, тебя заинтересует.

Вера искренне кивнула, и ее золотые волосы закачались, словно беличий хвост.

— Поняла, что-нибудь еще?

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Нет, теперь ты можешь идти.

Вера собрала вещи и с хорошим настроением попрощалась с Лу Чжоу. После чего развернулась и собралась выйти из его кабинета.

Глядя на ее слегка худое тело, Лу Чжоу вдруг вспомнил.

— Да, подожди немного.

Вера остановилась и обернулась, смущенно посмотрев на Лу Чжоу.

— Возможно я лезу не в свое дело, но надеюсь, не обижу тебя, — произнес Лу Чжоу, доставая документ из ящика и аккуратно положив его на стол. — Я знаю, что твое финансовое положение сейчас не самое лучшее, поэтому я узнал про стипендию в Принстоне. Возьми это с собою и заполни. Принеси мне завтра, и я помогу тебе с подачей заявления.

Аспирантскую стипендию получить относительно легко, но стипендию на магистратуре получить гораздо сложнее.

Обычно, если у студента не будет рекомендательного письма от известного руководителя, максимум он мог получить половину стипендии.

Особенно в таком месте, как Принстон, где училось много талантливых студентов. Конкуренцию даже трудно описать.

Лу Чжоу посмотрел в глаза Веры, которые были полны удивления, и продолжил:

— Я надеюсь, что ты не будешь отвлекаться от учебы из-за финансовых проблем. Не нужно подработок. Я не говорю, что в этом что-то неправильно, но помни, что твои знания — твоя главная сила. Если стипендии не хватит, я могу помочь тебе подать заявку на работу в неполный день в качестве помощника преподавателя.

Вера взяла у Лу Чжоу бланк и опустила голову. Она долго молчала.

Крепко вцепившись маленькими руками в этот листок, она со слегка красными глазам внезапно поклонилась.

— Спасибо!

Прежде чем Лу Чжоу сумел отреагировать, миниатюрная девушка уже выбежала из кабинета.

Он немного недоумевал, поскольку не думал, что сказал что-то оскорбительное и чем-то мог ее обидеть.

Честно говоря, поскольку Чэнь Юйшань всегда называла его "бесчувственным", он заранее подбирал слова.

Поэтому очень удивился, когда увидел, что она чуть не плачет.

Очевидно, это доброе дело.

Надеюсь, меня не поймут неправильно.

Иначе это может стать проблемой.

Парень покачал головой и решил не думать об этом, потом достал телефон и посмотрел на время.

Уже почти обед.

Он потянулся и встал, потом взглянул на план проекта и улыбнулся

Гипотеза града или гипотеза Коллатца, легендарная черная дыра математики! Черная дыра, пожирающая все натуральные числа.

Общее мнение математического сообщества заключалось в том, что сейчас еще слишком рано для решения этой проблемы. Однако когда гипотеза Гольдбаха была решена, появились сильные теоретические инструменты. И Лу Чжоу чувствовал, что пришло время бросить ей вызов.

Думая об этом, его переполняла энергия.

Конечно же, математика все еще интересна.

Глава 264. He туда?

После долгих ожиданий Лу Чжоу, наконец, получил ответ от Nature.

"Уважаемый профессор Лу Чжоу, мы удивлены и взволнованы результатами ваших исследований. Нет сомнения, что это великое изобретение. Ваша статья будет опубликована в следующем выпуске Nature Chemistry…»"

Читая письмо, парень не мог не улыбнуться.

Наконец-то он дождался.

Как только его работу опубликуют, он завершит бонусное задание.

Лу Чжоу с нетерпением ждал, когда увидит, сколько опыта он получит.

Кроме того, дело не только в опыте, многих также должны заинтересовать его патенты.

В тот же день Лу Чжоу поехал на своем внедорожнике в аэропорт Филадельфии.

Припарковавшись, он подошел ко входу в аэропорт. Издалека увидел маленькую девочку в кепке, которая тащила чемодан.

Лу Чжоу сразу узнал Сяо Тон. Он подошел и похлопал ее сзади по плечу:

— Эй!

— A-а!

Девушка перепугалась, словно кролик.

Она обернулась и, увидев Лу Чжоу, облегченно выдохнула, после чего сурово взглянула на него.

— Эй, ты чуть не перепугал свою милую сестренку до смерти!

Парень хотел просто удивить ее и не ожидал такой реакции.

Ну она, как всегда, в полном порядке.

Даже не знаю, вольется ли она нормально в студенческую жизнь...

После того, как они встретились, они не задерживались в аэропорту и пошли на стоянку. Лу Чжоу только хотел показать Сяо Тон свою машину, как заметил, что она озирается по сторонам.

Ему стало любопытно, и он спросил:

— Что ты ищешь?

Не найдя того, чего она хотела, Сяо Тон спросила:

— Брат, почему ты один встречаешь меня?

А?

Тебе нужен почетный эскорт?

Он никогда не понимал, о чем говорит его сестра.

Сев на заднее сиденье, Сяо Тон не стала пристегиваться и с любопытством осматривала машину.

Внезапно она спросила у брата:

— Брат, мы едем прямо в Принстон?

— В Принстоне нет ничего интересного. Поедем в Филадельфию за покупками, — Лу Чжоу завел двигатель, но пока не спешил ехать, достал телефон и отправил Чэнь Юйшань сообщение.

— О... — с печалью в голосе заговорила девушка. — Но я хотела поехать в Принстон.

— Что там такого?

— Ничего. Просто папа с мамой сказали мне проверить, как ты живешь, — сказала Сяо Тон и высунула голову между сиденьями спереди. — И еще я должна проверить, не нашел ли ты себе красивую девушку.

Ну и ну...

Родители отправили ее шпионить за мной?

Лу Чжоу с улыбкой покачал головой.

Парень ощутил теплоту родительской заботы. Хотя он находился в чужой стране далеко от дома, его семья переживала о нем, что делало его не таким одиноким.

— Я могу позаботиться как о себе, так и о девушке… скажи им, чтобы не волновались.

Сяо Тон с гордостью задрала свой нос кверху:

— Эй, всем все равно, что ты говоришь. Я тут — ревизор.

— Ладно, ладно. Госпожа ревизор. Пожалуйста, продолжайте, — парень улыбнулся, потом убрал телефон и нажал на газ.

Он не знал Филадельфию, поскольку не часто бывал тут.

К счастью, у него тут учился друг, который мог показать ему город.

Однако, кажется, он будет должен Чэнь Юйшань.

………………………………..

Пенсильванский университет находился недалеко от аэропорта. Лу Чжоу остановился около ближайшего кафе и тут же увидел Чэнь Юйшань, которая махала им рукой.

К удивлению, она была не одна.

Рядом с ней, в летнем платье в красно-черную клетку, сидела Хань Менци. Если бы не контраст между ними, создаваемый подавленным видом Хань Менци и взволнованным видом Чэнь Юйшань, они, и правда, могли сойти за сестер.

Говоря об этом, Лу Чжоу не видел своего ученика с тех самых пор, как полетел в ЦЕРН. Он не ожидал встретить ее на другой стороне Тихого океана.

Не слишком уверенно Лу Чжоу окликнул ее.

— Хань Мэнци?

Когда девушка услышала знакомый голос, она подняла голову и удивилась.

— Учитель.

Девушка с широко раскрытыми глазами в неверии посмотрела на знакомое лицо.

Ее двоюродная сестра сказала, что они идут встретиться с другом, но не сказала с кем.

Она даже не думала, что этим другом окажется Лу Чжоу.

Внезапно вспомнила, что перед выходом на улицу совсем не привела себя в порядок, она даже не причесалась. Из-за этого Мэнци застыдилась и покраснела.

Внезапно она заметила, что рядом с Лу Чжоу стоит девушка, которая с любопытством смотрит на нее.

Хань Мэнци успокоилась и спряталась за спину кузины.

Сяо Тон с любопытством следила за ней.

Лу Чжоу не заметил перемены в настроении Хань Мэнци. Он поприветствовал Чэнь Юйшань и обратился к Хань Менци:

— Я не видел тебя целую вечность… Когда ты приехала в Филадельфию?

Прошел год с тех пор, как он с ней виделся, но она совсем не выросла.

Очевидно, она не прислушалась к его словам по поводу правильного питания.

Лу Чжоу почувствовал себя неловко, поскольку Мэнци опустила голову и молчала.

Чэнь Юйшань вздохнула и похлопала ее по плечу, объясняя за нее.

— Моя сестра — в плохом настроении, поэтому я вытащила ее из дома, чтобы проветриться.

— Учитель, мне стыдно, я подвела вас, — с опущенной головой произнесла Мэнци.

Уже во второй раз за сегодня Лу Чжоу застали врасплох.

Словно узнала важные новости, Сяо Тон с волнением посмотрела на брата и спросила:

— Учитель? Что между вами?

Парень стукнул ей по голове за грязные мысли и ответил:

— О чем ты? Разве я тебе не говорил, что подрабатывал репетитором?

— А-а-а.

Хань Мэнци смущенно посмотрела на Лу Чжоу и Сяо Тон. Почувствовав, что отношения между ними не такие, какие она представляла.

В этот момент, пока она размышляла над этим, Лу Чжоу перевел взгляд на нее:

— Я понимаю твое настроение сейчас, но ты не должна унывать, ты хорошо постаралась. Когда я только начал учить тебя, ты не могла решить элементарные уравнения. В итоге ты смогла получить 130 баллов на тестах. Уверен, ты могла сама заметить прогресс. Если ты не сдала...

Хань Мэнци покачала головой и выдавила улыбку:

— Я сдала экзамен, но в этом году слишком много людей подали заявки на математику...

Черт, математическая кафедра в Цзиньлинском университете стала такой популярной?

Лу Чжоу удивился, что Хань Мэнци не поступила туда.

Они отказывают людям в поступлении?

Когда декан рассказывал о наплыве поступающих, Лу Чжоу думал, что тот шутит.

Похоже, он недооценил влияния своей мини Нобелевской премии и силу гипотезы Гольдбаха.

Честно говоря, в других университетах были куда более сильные математические отделения. Сильной стороной Цзиньлинского университета являлась физика, но, похоже, студенты не знали про это...

Чувствую, что я обманул много людей.

Но сейчас, очевидно, не время говорить про это.

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Тогда на что ты поступила?

Хань Мэнци чуть не расплакалась:

— Прикладная химия…

Глава 265. Громкие новости!

Возможно, химия — не такая большая яма как биология и материаловедение, но все еще много выпускников упали в нее.

Одной из причин была опасность, особенно в органической химии, в которой часто приходится работать с различными реагентами. Даже если следовать инструкциям по технике безопасности, нет никакой гарантии, что ничего не случится. Если произойдет несчастный случай, можно даже не понять, что пошло не так.

Другая причина — это зарплата. Хотя в рейтингах самых высокооплачиваемых специальностей для выпускников часто ставят прикладную химию, реальная ситуация на рынке труда отличалась.

Hо Лу Чжоу чувствовал, что по крайней мере о зарплате Хань Mэнци можно не беспокоиться.

Даже если бы она занималась химией, она всегда могла положиться на свою богатую мать.

Чэнь Юйшань сидела рядом с Лу Чжоу и показывала ему куда ехать. Все четверо веселились весь день в Филадельфии.

Возможно, радостная атмосфера немного поубавила депрессию Хань Мэнци, но девушка стала выглядеть лучше.

И все же самой счастливой была Сяо Tон, которая, казалось, имела бесконечную энергию и безумолку говорила.

Благодаря своей жизнерадостной натуре, Сяо Тон легко подружилась с Чэнь Юйшань и Мэнци. Они обменялись Wechat и QQ, пока сидели в фастфуде.

Услышав, что Мэнци играет в ту же игру, Сяо Тон перестала есть свой бургер и открыла игру на своем телефоне.

Хань Мэнци посмотрела на экран телефона Сяо Тон и спросила:

— Ты тоже играешь в нее?

Сяо Тон с гордостью заявила:

— Да, я — потрясающий игрок.

Заинтересовавшись, Хань Мэнци спросила:

— Какого ты ранга?

— Бриллиантовый! — произнесла Сяо Тон и уверенно добавила:

— Правда, сейчас я — лишь в бронзе, но моя сила уже достигла уровня бриллианта. Это лишь вопрос времени, когда я получу этот ранг.

— ...

Слушая их разговор, Чэнь Юйшань ухмыльнулась, а Лу Чжоу, сидевший рядом, закатил глаза.

Сяо Тон однозначно имеет бриллиантовый ранг в упрямстве...

A вот в другом она немного похуже...

……………………………...

После приезда Сяо Тон жизнь Лу Чжоу не претерпела кардинальных изменений. Единственная разница лишь в том, что ему пришлось заботиться о еще одном человеке и перебраться спать на диван.

Изначально он планировал переехать по возвращению в Принстон, но пока ничего не нашел.

У него было всего два выбора. Перебраться в квартиру, предоставляемую преподавателям, или двухэтажный особняк с двором и гаражом, расположенным между Принстонским университетом и Институтом перспективных исследований.

Правда, особняком он обзывался лишь на словах. Подобные маленькие частные дома очень распространены в Америке. Лу Чжоу даже видел их раньше в американских телешоу. Средняя цена составляла от 200 000 до 300 000 долларов с недорогой арендной платой.

Лу Чжоу хотел выбрать последний из-за удобного места для парковки, но владелец был упрямым стариком из Нью-Йорка, который не хотел сдавать дом в аренду, а требовал именно покупки. Сейчас у Лу Чжоу было всего 500 000 долларов, и ему не хотелось использовать половину своих средств на дом, в котором проживет лишь пару лет.

В конце концов, через несколько лет он вернется в Китай.

Он также рассматривал и другие дома, но они либо не подходили ему, либо уже сдавались.

К счастью, Сяо Тон не придиралась к тому, где жить. Она только постоянно просила отвезти ее в Филадельфию, чтобы погулять с Чэнь Юйшань, но это не сильно беспокоило парня.

Спокойный образ жизни Лу Чжоу продолжался до конца августа, пока не вышел новый выпуск Nature Chemistry.

………………………………...

В конце августа только закончилась олимпиада в Рио-де-Жанейро. В новостях все еще мелькали новости, связанные с олимпийскими играми, пока как в газетах незаметно всплыла новость, связанная с технологиями.

Причиной стала статья, опубликованная в журнале Nature Chemistry.

Заголовок был короткий, но он привлек внимание всей отрасли.

И вовсе не из-за Лу Чжоу.

Большинство людей и глазом бы не моргнули, если бы кто-то заявил, что придумал способ решения проблемы дендритов лития.

Но статью опубликовали Nature Chemistry.

Область материаловедения и аккумуляторной промышленности внезапно встряхнуло.

Хотя это был не первый случай, когда сообщество материаловедов было шокировано "прорывом" в литиевых батареях, на этот раз все было по-другому. Причина заключалась в том, что рецензентом являлся профессор Бавенди, и, по его словам, он повторил эксперимент и получил удивительный результат...

Очевидно это сенсационная новость.

Уже через несколько дней после публикации многие отраслевые гиганты дали положительные отзывы, и про новость рассказали основные журналы "Nature" и "Science".

Эти публикации напоминали оригинальную, но имели важные отличия.

Например, когда человек опубликовал статью в журнале А и сделал крупный прорыв, журнал Б найдет эксперта из этой области, чтобы обобщить результаты работы и затем опубликовать ее в своем журнале.

Подобное распространено в биологии и химии. В этом нет ничего необычного. Однако чтобы журнал "Science" говорил о статье в "Nature", было редкостью.

Академическое сообщество переполнял фанатизм.

Если статья правдива, то большинство из них выиграют от этого.

Причина проста. Аккумуляторная промышленность, в основном, сосредоточена на ряде проблем из-за литиевых дендритов. Если их решить, то в эту область хлынут огромные деньги в качестве финансирования исследований.

Даже если некоторые лаборатории, изучающие анодные материалы, закроются, все равно появятся новые темы для исследования и средства на них.

Поэтому в течение недели почти 80% лабораторий литиевых батарей провели повторные эксперименты по этой статье.

Это грандиозное событие привлекло внимание прессы.

Репортер из научно-технического отдела Колумбийского радио и телевидения брал интервью у профессора Керра из Корнеллского университета.

По случайному совпадению, когда репортер прибыл, лаборатория повторяла эксперимент и была уже на финальной стадии.

Профессор Керр серьезно отвечал на вопросы.

— Наша исследовательская группа повторяет эксперимент. Если это не случайность, то эта технология, несомненно, изменит всю отрасль. Потому что ни литий-серная батарея, ни литий-воздушная батарея не могут избежать проблемы с дендритами. Если проблему можно решить на стадии материала анода, то нам даже не придется слишком сильно менять конструкцию анода, а лишь изменить материал.

Глаза репортера загорелись от волнения.

Несомненно, что это может быть громкой новостью.

— Но, профессор Керр, бывший руководитель группы IBM по исследованию литиевых батарей пессимистично относится к этой технологии. Что вы можете сказать об этом?

Профессор Керр подумал и ответил:

— Пессимизм — нормальная реакция. Поскольку лаборатории частенько заявляют, что решили эту проблему. Нужно проявлять осторожность. Честно говоря, я все еще тоже сомневаюсь, поскольку автор предложил далеко не новые идеи, а даже устаревшие.

Репортер тут же спросил:

— Почему вы так говорите?

Профессор Керр:

— Поскольку наш текущий основной подход заключается в повышении вязкости электролита или даже использовании твердых материалов. Или создании углеродного материала на катоде лития, что будет ограничивать рост металлического лития во время процессов зарядки и разрядки. Это может гарантировать, что структура отрицательного электрода не разрушится после того, как весь литий попадет в положительный электрод. Конструкцию ПДМС пленки, предложенной профессором Лу, на материале отрицательного электрода фактически уже опробовали многие лаборатории двадцать лет назад. И...

— И что?

Профессор Керр пожал плечами:

— И он — профессор математики. Я не знаю о новой дисциплине вычислительных материалов, но даже я понимаю, что моделирования просто недостаточно для многих вещей.

Внезапно из лаборатории донеслись радостные возгласы, которые ошеломили профессора и репортера.

— Что случилось?

Профессор Керр посмотрел на своего помощника, после чего странно взглянул на репортера.

— Не знаю… эксперимент удался?

Глава 266. Третий уровень материаловедения!

Профессор Керр не ошибся.

Он вернулся в лабораторию и удивился, что образец, помещенный в сканирующий электронный микроскоп, не задымился и не взорвался.

Из полученных изображений он мог видеть, что ионы лития постепенно осели на электроде, защищенном модифицированной ПДМС пленкой, подобно красочной серебряной тундре.

Hо этот слой "тундры" не рос так же быстро, как в других литиевых батареях. Вместо этого литиевые дендриты волнами лежали под модифицированной ПДМС пленкой.

Зарождение ядра, судя по всему, не произошло.

Если не случится никаких непредвиденных обстоятельств, то это состояние удастся сохранить на всем этапе зарядки.

Без сомнения, они успешно повторили эксперимент.

— Невероятно.

Профессор Керр стоял рядом с компьютером и смотрел на полученные изображения. Он не верил своим глазам. Фотографии в журнале... совсем другое — увидеть это лично.

Репортер, стоявший позади, смутился, поскольку не знал, чему радуются ученые.

Хотя он был свидетелем великого момента, но не мог понять, что на снимках.

В замешательстве он произнес:

— Профессор?

Профессор обернулся и счастливо взглянул на репортера.

— Что?

Сейчас он был счастлив, очень, очень счастлив.

Если проблема решена, то его лаборатория получит от этого непосредственную выгоду. Он полагал, что вскоре они получат инвестиции в десятки миллионов или даже сотни миллионов долларов.

Промышленность вновь будет вкладывать средства в литиевые батареи.

Репортер сглотнул и спросил:

— Как оно?

Профессор Керр посмотрел на него и с уверенностью ответил:

— Теперь я могу ответственно заявить, что нам удалось повторить эксперимент.

Возможно, он посчитал свои слова недостаточно шокирующими, поэтому после небольшой паузы продолжил:

— Через полгода, может быть, через год, вы сможете пользоваться своим смартфоном неделю без подзарядки. Через несколько лет вы сможете ездить на автомобиле Tesla на тысячи миль... И поверьте, мне мои слова — более надежны, чем слова СМИ.

Хотя он немного преувеличивал, его слова были близки к правде.

Литий-ионные аккумуляторы делались, в основном, на графитовых анодах. Удельную емкость графита можно рассчитать с помощью LiC6, и она составляла 372 мАч/г. Этот показатель можно было увеличить в лаборатории до 747 мАч/г с помощью технологий.

Что касается удельной энергоемкости лития?

Это 3860 мАч/г.

Хотя это все теоретические цифры, они все еще, скорее всего, будут такими.

Также, с точки зрения стоимости, металлический литий куда выгоднее.

……………………….

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: Решена проблема дендритов лития.]

[Оценка задания: нет (бонусные задания не оцениваются)

[Награда за задание: 70 000 очков опыта по материаловедению, 10 000 очков опыта по биохимии, обломки.]

В белоснежном пространстве Лу Чжоу смотрел на очки опыта и улыбался.

Неудивительно, что это технология — из высшей цивилизации. Даже небольшая батарея принесла ему немало опыта.

Это не слишком много для математики, но для биохимии и материаловедения… Эти дисциплины словно взлетели на ракете.

Это одна из самых приятных наград из тех, что получал парень.

— Система, открой мою панель характеристик!

Произошла вспышка белого света, и перед ним появилась голографическая панель.

[ Основные науки:

A.Математика: LV5 (54000/300000)

B.Физика: LV3 (53100 / 100000)

C.Биохимия: LV2 (4000/50000)

D.Инженерное дело: LV1 (0/10000)

E.Материаловедение: LV3 (13000/100000)

F.Энергетика: LV1 (0/10000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 2475]

Материаловедение теперь поднялось до третьего уровня и сравнялось с физикой. Биохимия также выросла до второго уровня.

Однако хотя Лу Чжоу прочитал много учебников в этой области, он не являлся экспертом в ней. Поэтому не мог ощутить улучшения мыслительных способностей в этой сфере.

По крайней мере, это не так заметно, как с математикой.

Возможно... эти науки — не столь зависимы от вдохновения.

Закрыв панель характеристик, парень взглянул в инвентарь.

Там лежали обломки №2, выглядящие как черный куб, напоминающий кубик Рубика, он захватывал лишь своим видом.

Лу Чжоу мог сказать, что они отличались от обломков батареи. Он достал его из инвентаря и долго рассматривал.

Высокотехнологичная игрушка?

Не похоже.

И это не может быть оружием.

Самое удивительное, что на кубе не было и царапины. Поэтому Лу Чжоу не мог понять, что не так с этим материалом.

Лу Чжоу отложил этот вопрос в сторону и посмотрел на панель заданий.

Он выполнил бонусное задание.

И теперь ему предстоял выбор.

Надеюсь, система даст мне интересные задания.

Парень глубоко вздохнул и нажал на кнопку заданий.

[ Задание 1: Продолжайте совершенствовать.

Описание: В технологии изготовления литиевых анодных материалов важна не только полидиметилсилоксановая пленка, но и углеродные наноматериалы.

Требования: Успешно подготовить продукт в лаборатории и опубликовать работу.

Награда: 50 000 очков опыта по материаловедению. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (85% — мусор, 9% — образец,

6% — чертеж.)]

[ Задание 2: Даже большая работа нуждается в экономической опоре.

Описание: Лаборатория напоминает черную дыру. До завершения проекта она сжигает бесконечные ресурсы. Возможно, вы уверены в своей работе, но ваши партнеры могут быть не так уверены. Вместо того, чтобы вас контролировали другие, имейте свои средства.

Требования: С начала задания до конца года (31 декабря 2016 года) увеличьте свои активы.

Награда: 1-??? свободных очков опыта ($1000 = 1 очку опыта). 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — особая награда, 7% — образец, 3% — чертеж).]

[Задание 3: Исследования на индивидуальный процесс.

Описание: Ценность выдающегося ученого заключается не только в числе его завершенных проектов, но и сколько талантов он вырастил. Хотя многие ученые ушли из жизни, они по-прежнему влияют и изменяют будущее.

Требования: Помогите хотя бы одному студенту завершить дипломную работу.

Награда: 1-??? очков опыта (итоговый опыт зависит от академической ценности и участия студента). 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (50% — мусор, 30% — образец, 20% — чертеж.)]

Лу Чжоу долго смотрел на задания.

Углеродные наноматериалы, конечно, важны, но не имели решающего значения.

Для высшей цивилизации, создавшей батарею, складки неприемлемы. Однако для любого производителя на земле это не что-то значительное.

В конце концов, именно пленка определяла жизнеспособность продукта, в то время как первое определяло только рыночную конкурентоспособность.

Превосходство материала литиевого анода уже полностью подавляло графитовые аноды.

Самое главное, что даже если парень знал молекулярную структуру и трехмерную модель, этот углеродный наноматериал не легко скопировать.

Из-за этих причин Лу Чжоу отбросил первое задание.

Третье задание хоть и привлекало, но его было трудно выполнить в краткосрочной перспективе.

Хотя метод групповой структуры проложил путь для многого в аддитивной теории чисел, гипотеза Коллатца сейчас за пределами возможностей учеников Лу Чжоу. Даже для Веры…

Хотя он мог решить ее сам, но очки опыта определялись вовлеченностью студента. В итоге он может получить мало опыта за крупную гипотезу.

Тщательно все обдумав, Лу Чжоу выбрал второе задание.

Сейчас — конец августа, и скоро конец года. Хотя обмен 1 к 1000 — немного низкий. Но думая о патентах, парень думал, что может получить много опыта.

Также его заинтересовала особая награда в лотереи.

Но с таким маленьким шансом он не знал, выиграет ли...

Глава 267. Приглашение

Выбрав второе задание, Лу Чжоу покинул системное пространство.

Он встал из-за стола и собирался заварить себе чашку кофе, как неожиданно услышал крик Сяо Tон из гостиной.

— Брат! Тебя показывают по телевизору!

— Телевизору?

Подойдя к телевизору, парень взглянул на экран.

Там показывали, как Лу Чжоу получает от короля Швеции премию Крафорда.

После изображение сменилось лабораторией в университете.

Репортер брал интервью у взволнованного профессора Керра:

— Через полгода, может быть, через год, вы сможете пользоваться своим смартфоном неделю без подзарядки. Через несколько лет вы сможете ездить на автомобиле Tesla на тысячи миль... И поверьте мне, мои слова — более надежны, чем слова СМИ.

Интервью продолжилось.

Только спустя две минуты, канал перешел к следующей новости.

Обернувшись, Лу Чжоу увидел, как на него со сверкающими глазами смотрит сестра.

— Что?

Сяо Тон взволнованно спросила:

— Брат! Что за патент?

О, твой английский неплохой.

Ты смогла все понять?

Лу Чжоу посмотрел на сестру и ответил:

— Он связан с литиевыми батареями, материаловедение. Ты не поймешь всех нюансов.

— Патент? — глаза Сяо Тон загорелись. — Он много стоит?

Жадная девчонка!

Постоянно думаешь о деньгах, когда знание — настоящее богатство!

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

Но, по правде, он и сам не знал, сколько будет стоить патент.

Однако учитывая, что патент — ключ к этой технологии, то должен стоить довольно много.

— Ты хочешь знать?

Сяо Тон кивнула:

— Да!

— Если хочешь знать, то иди поучись. Тогда в будущем ты сможешь помочь мне в управлении финансов и будешь знать, сколько стоят эти патенты.

Хотя ты сможешь лишь смотреть.

Лу Чжоу рассмеялся, глядя на негодование Сяо Тон, после чего развернулся и пошел к компьютеру.

Хвастаться так приятно.

……………………………….

Изначально парень не думал, что одна статья может сильно изменить его жизнь.

После доказательства гипотезы Гольдбаха и получения премии Крафорда, хотя средства массовой информации постоянно говорили о нем, его жизнь не претерпела особых изменений. По крайней мере, никто не пожимал ему руки.

Вот почему Лу Чжоу не отказывался от интервью.

Но эта статья — иной случай.

Общественность даже не знала разницы между литиевыми батареями и литий-ионными батареями. Поэтому статья не должна быть столь сенсационной, как гипотеза Гольдбаха. Однако на всю аккумуляторную промышленность эта статья произнесла сенсационный эффект.

Хотя его не останавливали на улице ради автографов, его телефон просто разрывался от звонков.

— Здравствуйте, профессор Лу Чжоу. Это компания "Наноматериалы Джермасона из Кремниевой долины". Мы очень заинтересованы в технологии ПДМС пленке, которую вы опубликовали в Nature Chemistry. Вы заинтересованы в сотрудничестве с нашей лабораторией?

Еще одно предложение о сотрудничестве…

Лу Чжоу с раздражением нахмурился и ответил:

— Извините, я сейчас очень занят. Мне нужно раздать задания моим студентам. Если это что-то важное, постарайтесь сказать немного яснее. Если нет, я кладу трубку.

Услышав нетерпеливый голос Лу Чжоу, на другом конце быстро заговорили:

— Мы заключили соглашение с Umicore о разработке электродных материалов. Если вы намерены продать свой патент, мы можем помочь вам получить более высокую цену через наше соглашение о НИОКР...

Парень закончил звонок, выключил телефон и бросил его на диван, после чего пошел на кухню, достал два яйца и начал готовить завтрак.

После упоминаний его работы в "Science" и "Nature" это уже был шестнадцатый звонок.

Честно говоря, если отрасль признает эту технологию, Лу Чжоу с радостью предоставит ее надежным компаниям для реализации в обмен на часть доходов.

В конце концов, он не может самостоятельно наладить производство. Лабораторные эксперименты и промышленное производство — совершенно разные вещи. Даже если патент может принести ему определенные преимущества, парень прекрасно осознавал, что они никогда не смогут восполнить недостатки в ряде проблем, таких как производственный опыт, каналы сбыта и получения материалов и так далее.

Вместо того, чтобы беспокоиться о подобных вещах, он лучше бы занялся чем-то другим.

Наилучший вариант, чтобы надежная компания лицензировала патент, и он мог взимать патентные сборы.

Однако ему придется рассмотреть возможность регистрации оффшорной компании где-нибудь на Кайманах и нанять нескольких экспертов для управления патентами.

A о промышленном производстве... он мог забыть об этом.

Больше всего Лу Чжоу беспокоило то, что большинство телефонных звонков шло из "Лаборатории материаловедения в Массачусетском технологическом университете" и "Научно-исследовательских компаний Кремниевой долины", и, в основном, вопросы касались сотрудничества.

Однако когда он спрашивал о подробностях сотрудничества, то большинство хотели быть посредниками по поводу патентов.

Лу Чжоу не был глупым, он знал, что патентные права — у него.

Он хорошо осознавал ценность своего патента. Когда придет время, он напрямую будет вести переговоры с предприятием.

Сяо Тон потерла глаза и вышла из спальни в пижаме. Зевая, она спросила:

— Брат, кто звонил?

— Никто, страховой агент.

Лу Чжоу сделал два бутерброда с беконом и яйцом. Он положил их на стол и налил Сяо Тон стакан молока.

Его сестра села за стол и, наклонив голову, произнесла:

— Но я слышала слово "патент".

— Ты же еще даже не проснулась, как ты услышала?

— ...

Сяо Тон предложила:

— Если ты не можешь решить, то почему бы не спросить сестру Шань Шань? Она — студентка в Пенсильванском университете. Подобное — легко для нее.

Лу Чжоу посмотрел на нее и спросил:

— Откуда ты знаешь о ее специальности?

Он вспомнил, что никогда не рассказывал Сяо Тон о том, на кого учится Чэнь Юйшань.

Сяо Тон закатила глаза и ответила:

— Я общаюсь с ней по WeChat. Разве я не говорила тебе, что подала заявление на финансы? Сестра Шань Шань дала мне много полезных советов.

— Я спрошу ее, если потребуется.

Сяо откусила от своего восхитительного бутерброда и со вздохом покачала головой:

— Настоящий мужчина должен проявить инициативу первым, иначе в определенный момент... Эй! Что ты делаешь, мне больно!

Лу Чжоу стукнул сестру по лбу.

Глядя на обиженную сестру, которая прикрывала голову, Лу Чжоу знал, что она притворяется, поскольку совсем не приложил силы.

— Что за глупости у тебя в голове?

Оставив свою сестру завтракать в одиночестве, парень взял свой бутерброд и покинул кухню.

Он сел за компьютер и стал просматривать свою почту.

В его почтовом ящике лежало одно непрочитанное письмо.

Предполагая, что это опять из какой-то лаборатории предложение о сотрудничестве, он чуть не удалил его, когда вдруг остановился.

Приглашение на конференцию MRS?

На его лице промелькнула заинтересованность.

Интересно…

Глава 268. Гипотеза Коллатца

Конференция MRS была одним из научных мероприятий Американского общества исследования материалов, и самая влиятельная конференция в области материаловедения.

Oна охватывала практически все направления исследований в области материаловедения, и ее статус, вероятно, эквивалентен международной конференции математики.

Однако в отличие от "Международной математической конференции", которая проводилась один раз в четыре года, конференция MRS проводилась два раза в год, один раз — весной и один раз — осенью. Весенняя обычно проходила в Финиксе, столице штате Аризона, а осенняя — в Бостоне, штате Массачусетс.

Основная цель конференции была в обмене технологиями и демонстрации результатов промышленности. Чтобы нуждающиеся в деньгах лаборатории могли найти спонсоров. В то же время — это место жестких драк.

Да, именно драк.

Никто не удивится, если кто-то бросит в кого-то ботинок на собрании. Если конференция пройдет спокойно, и все будут хвалить технологии своих коллег… Tо люди в отрасли усомнятся, не наступил ли конец света.

Чем больше бык, тем он тяжелее.

Подобное нельзя увидеть на конференциях по математике.

В некотором смысле стиль математики отличался от других дисциплин.

Будучи профессором математики, Лу Чжоу не интересовался подобными драками.

Однако эта конференция создавала для него возможность.

К тому же, ему прислали приглашение, а значит, скорее всего, многие заинтересованы в его результатах.

Конечно, Лу Чжоу не забыл, кто он.

Он — профессор математики.

Он не мог позволить отставать математике в уровне, поскольку она определяет предел уровня для других дисциплин.

В последний день августа Лу Чжоу провел тест для двух других своих студентов.

Два часа — на десять вопросов.

Выдав им вопросы, Лу Чжоу сел в кресло и стал читать книгу.

Время шло...

Когда его телефон прозвенел, Лу Чжоу закрыл книгу и посмотрел на двух людей, которые решали тест.

— Время вышло, дайте посмотрю на ваши результаты.

Харди неохотно отложил ручку, Цинь Юэ тоже перестал писать. Они оба нервничали.

— Профессор, вы дали слишком мало времени, — сказал Харди и дал Лу Чжоу листок. — Я однозначно смогу ответить на еще один вопрос, будь у меня еще десять минут.

— Время не имеет значения. Я не прошу вас ответить на все вопросы, а просто хочу проверить ваши знания.

Лу Чжоу взял их работы и посмотрел на ответы.

Для него это все простые вопросы, и он мог сходу ответить на них.

Цинь Юэ ответил на шесть вопросов и приступил к седьмому, и начал верно.

В целом, он оправдал ожидания Лу Чжоу.

Харди ответил на пять вопросов и оказался на крайней линии критериев, что несколько удивило Лу Чжоу, поскольку он полагал, что хотя бы один человек провалит тест и, скорее всего, им станет Харди из-а своего импульсивного характера.

Однако, судя по всему, ситуация оказалась более оптимистичной, и все трое могут принять участие в его проекте.

Лу Чжоу отложил их работы в сторону и, откашлявшись, сказал:

— Прежде всего, поздравляю с присоединением к моему проекту.

Услышав это, Харди и Цинь Юэ удивились.

Лу Чжоу спокойно объяснил все:

— Мое требование — пять вопросов. Если вы ответили на пять вопросов, то это значит, что вы удовлетворяете мои требования и не потратили впустую полтора месяца. Что касается нашего проекта, то я сейчас все расскажу.

Лу Чжоу сделал глоток кофе, после чего встал и подошел к доске в офисе.

Вера, которая сидела в углу кабинета и молча разбирала документы, прекратила свою работу, подвинула стул поближе и тоже сосредоточилась на доске.

— Шесть недель назад я сказал вам, что наша тема связана с градом… Если вы знаете аддитивную теорию чисел, то вы, вероятно, уже догадались, о чем будет проект.

Цинь Юэ и Харди кивнули.

Как и сказал Лу Чжоу, они уже догадывались об этом.

Что касается Веры, то она очевидно знала об этом еще две недели назад.

После небольшой паузы Лу Чжоу продолжил рассказывать:

— Так называемая гипотеза града, также известная как гипотеза Коллатца, или диллема 3n+1, заключается в том, что для любого натурального числа N, после непрерывных действий fokn (n) = 1, мы попадем в ловушку "4,2,1"... Проще говоря, берем любое натуральное число n. Тогда каждое следующее число будет получаться из предыдущего, а именно: если изначально число четное, то делим его на 2, если нечетное, то умножаем на 3 и прибавляем единицу. Гипотеза состоит в том, что какое-бы число n мы не взяли, рано или поздно мы получим единицу.

Парень замолчал и улыбнулся, после чего добавил:

— Это как черная дыра.

Гипотеза Коллатца, без сомнения, более популярна, чем гипотеза Гольдбаха.

В 1970-х годах почти все американские университеты погрузились в эту волшебную "игру чисел". Об этом даже писали в "Вашингтон Пост".

Конечно, для простых людей — это просто игра в числа, но для математиков — это нечто более глубокое.

— Это классическая проблема аддитивной теории чисел. Но в конечном итоге это сложная проблема комплексного анализа. Гипотеза Коллатца станет вашим заданием на ближайшие три года. Я не прошу вас полностью доказать ее, но вы должны, по крайней мере, проделать работу, достойную публикации в "Математическом ежегоднике"...

Лу Чжоу взял ручку и записал уравнение на доске.

"h(z^3)=h(z^6)+{h(z^2)+λh(λz^2)+λ^2h(λ^2z^2)}/3z, где λ=e^{2πi/3}"

Увидев строчку расчетов, Цинь Юэ тут же достал тетрадь, даже Харди воодушевился.

Вера же, как всегда, была полностью сосредоточена.

— Сообщество с пессимизмом относится к этой проблеме. Но эта проблема — не без прогресса. В 1994 году профессора Л. Берг и Г. Майнардус доказали, что гипотеза эквивалентна функции h(z^3), которую я написал на доске. Это уравнение — первый кирпичик в решении этой гипотезы.

Не все можно описать словами.

Парень развернулся и продолжил писать на доске.

"g(z)=z/2+(πz)(z+1/2)/2+1/π(1/πz)sinπz+h(z)sin2πz удовлетворяет nΦ(g)»"

"…"

Глядя на строчки уравнения, глаза Веры просветлели.

Харди и Цинь Юэ тоже задумчиво смотрели.

Закончив писать, Лу Чжоу положил маркер на стол и улыбнулся ученикам.

— Этот момент — очень важен… Если вы сможете доказать, что существует целочисленная функция h(z), то относительно G(z) каждая функция Φ(g) будет содержать натуральное число d, учитывая z0∈d, так что [gok(z0)] будет сходиться к 1…

Лу Чжоу остановился на секунду и посмотрел на, полные предвкушения, лица студентов, после чего с оптимизмом в голосе произнес:

— Из этого мы сможем доказать, что 3n+1 — верно!

Глава 269. Разделение труда

Лу Чжоу разработал большую структуру для всего исследовательского проекта.

Эта структура содержала проблемы, которые должны быть рассмотрены при решении гипотезы Коллатца, и наиболее важной проблемой являлся способ расширения метода групповой структуры для этой гипотезы.

B конце концов, это самое мощное оружие Лу Чжоу.

После этого Лу Чжоу разделил работу между студентами.

Харди — более активный, поэтому он отвечал за сбор материалов и предложение идей.

Цинь Юэ — силен в расчетах, поэтому он должен стать хорошим помощником ему.

Что касается Веры, то она напоминала Лу Чжоу, который хорош в независимой работе. Принуждать ее к коллективной работе — могло ухудшить ее результаты. Вот почему Лу Чжоу решил работать самостоятельно, когда Делинь спросил, не хочет ли он присоединиться к его исследовательскому проекту.

После некоторого размышления Лу Чжоу решил, чтобы она работала независимо и параллельно от Харди и Цинь Юэ.

Oни будут рассматривать разные вопросы, связанные с гипотезой, и два раза в неделю на семинарах обмениваться идеями и мнениями, а раз в месяц будут сдавать отчет.

Подобная модель очень распространена в исследовательских командах. Поскольку зачастую некоторые безумные руководители брали множество студентов, но в итоге это слишком влияло на эффективность работы.

Парень перенял этот опыт от других профессоров Принстонского университета.

Пока он раздавал всем задание, в дверь его кабинета постучали.

Лу Чжоу уже собирался открыть дверь, но Харди встал и открыл дверь.

У дверей стоял профессор Чирик.

Профессор Чирик обошел бразильского парня и взволнованно заговорил:

— Эта твоя статья?! Tа, что в Nature? Нет, вернее, ты — тот самый Лу Чжоу?!

Он слишком волновался, что его голос дрожал, и даже ошибся в произношении имени парня.

Лу Чжоу испугался, что тот собирается его обнять, поэтому сделал шаг назад и сказал:

— Да, а что такое?

В Принстоне есть еще Лу Чжоу?

Профессор не стал обнимать его, а успокоился и вздохнул, после чего с недоверием сказал:

— Боже… Ты — гений!

Эта лесть застала Лу Чжоу врасплох, и он, смутившись, ответил:

— Я — не бог…

Эти слова застали врасплох запыхавшегося Чирика.

— Это просто выражение, я не говорю, что ты — бог... Неважно. Как ты это сделал? Вычислительное материаловедение? Как ты оценил диапазон?

Профессора Чирика удивило не то, как ПДМС материал давал такой магический эффект, а то, что именно профессор Лу Чжоу открыл этот материал.

Хотя наука о вычислительных материалах достигла значительного прогресса в этой области, подобных крупных прорывов еще никто не достигал. Основной метод состоял в непрерывном повторении экспериментов, анализе свойств материалов, а потом — повторных экспериментах, пока не будет достигнут подходящий результат.

И не только Чирик, многие интересовались, как Лу Чжоу получил этот материал.

Лу Чжоу знал, что его интересует, и не удивился.

Фактически он научился некоторым полезным методам при создании математических моделей.

Хотя этот материал был обнаружен с помощью сканера...

Задумавшись, парень ответил:

— Это не так легко, и я сейчас даю задания своим студентам. MRS прислали мне приглашение сделать доклад на конференции. Если интересно, приезжай послушать.

— Будь уверен, я не пропущу его! Честно говоря, если бы я не был таким занятым сейчас, то обязательно пришел бы к тебе учиться, — пошутил профессор.

Лу Чжоу, очевидно, не принял его слова всерьез и улыбнулся:

— Если интересна теориея чисел, я не возражаю принять профессора в качестве аспиранта, но у меня нету в планах курса материаловедения. Честно говоря, я даже не знаю, какого формата должен быть курс.

— В любом случае, Принстон "породил" еще одного миллиардера, — сказал Чирик, похлопав Лу Чжоу по руке. — Я знаю, что вас, профессоров математики, деньги не интересуют, но в любом случае с тебя — выпивка. Не забудь, что это я одолжил тебе лабораторию.

Миллиардер — немного преувеличено, но миллионер — вполне правдиво.

Лу Чжоу улыбнулся и согласился:

— Конечно.

После чего профессор Чирик ушел.

Трое студентов тупо смотрели на спину своего руководителя.

Обернувшись, Лу Чжоу заметил, что все трое уставились на него.

— Эй, что вы так смотрите, продолжим.

Цинь Юэ и Харди переглянулись шокированными взглядами.

Хотя они не знали, что обсуждали профессора, но хорошо понимали значение слова "миллиардер".

Они почувствовали, что попали к невероятному руководителю.

…………………………..

На другой стороне Тихого океана.

В лаборатории углеродных наноматериалов Цзиньлинского университета эксперимент вступил во вторую половину.

Под руководством профессора Ли Жунэня Цянь Чжунмин поместил образец батареи под электронный микроскоп и подключил его к тестеру батареи Bk-6808.

По мере поступления новых снимков, лицо профессора Ли Жунэня становилось все более серьезным.

Прошло время...

Он посмотрел на экран компьютера и улыбнулся:

— Впечатляет.

Профессор Ли Жунэнь покачал головой и снял очки. Он произнес всего два слова, но его сердце бешено билось.

Если бы это была обычная литиевая батарея, даже с жесткой пленкой, процесс зарядки заставил бы батарею начать генерировать мертвый литий, из-за эффекта зарождения наконечника.

Однако этот, ничем непримечательный, модифицированный ПДМС материал после несложной обработки способен остановить рост дендритов лития.

Это заставило его вспомнить 2013 год, когда кристаллическая форма перовскитного фотоэлектрического материала была оценена как лучший научный прорыв года, и внезапно подняла солнечные батареи на новый уровень.

В то же время людей потрясла простота производства этого материала. В основном, это — смешать две соли, перемешать, перевернуть, а затем высушить.

Этот ПДМС материал был такой же.

Производство — простое, а материалы — недорогие.

Именно то, что нужно отрасли.

Лю Бо, стоявший рядом с Цянь Чжунмином, не мог сдержать эмоций.

— Этот парень, действительно, гений.

— Да, — Цянь Чжунмин поправил очки и одобрительно кивнул. — Действительно, гений.

Цянь Чжунмин вспомнил, как именно он научил Лу Чжоу пользоваться этим оборудованием, и не мог не удивляться.

Действительно ли вычислительное материаловедение — настолько бесподобно?

Возможно, при следующей встрече стоит попросить его научить меня математике?

Профессор Ли Жунэнь посмотрел на фотографии и произнес:

— В этом году я планирую поехать на конференцию MRS в Америку, кто хочет поехать со мной?

Лю Бо и Цянь Чжунмин подняли руки.

Никто из них не хотел пропустить эту конференцию.

Профессор Ли покачал головой и улыбнулся:

— Хорошо, тогда поедем все.

Глава 270. Ответственный руководитель

Осенний ветер шелестел желтыми листьями на верхушках деревьев.

Наконец наступил сентябрь, и студенты начали возвращаться с летних каникул. Пустой Принстонский кампус наконец-то снова оживился.

B то же время Сяо Tон, которая отдыхал в Принстоне в течение последних двух недель, также должна была уезжать.

Лу Чжоу отвез ее в аэропорт и вытащил из багажника чемодан.

Сяо Тон взяла чемодан и с грустным лицом произнесла:

— Брат, я пошла.

— Будь осторожна. После самолета направляйся прямиком домой… — Лу Чжуо хотел было уже уйти, но волновался и сказал:

— K черту, пойду куплю билет и лично провожу тебя до дома.

— Не надо, — замахала руками девушка и выдавила из себя улыбку. — Я уже не маленькая, и могу сама позаботиться о себе.

Лу Чжоу облегченно улыбнулся.

— Да, ты права, ты уже давно повзрослела. Кстати, о маме...

— Расслабься, я скажу ей, чтобы она не беспокоилась.

Парень кивнул и пошутил:

— Спасибо, госпожа ревизор!

Попрощавшись с сестрой, Лу Чжоу стоял и смотрел, как она входит в аэропорт.

Остановившись около входа, Сяо Тон развернулась и помахала рукой.

Лу Чжоу улыбнулся и помахал ей в ответ.

По случайному совпадению, в этот момент недалеко проходила его знакомая.

Молина тащила свой чемодан из аэропорта, когда заметила, что Лу Чжоу машет ей рукой, и поразилась.

Очевидно, она не ожидала увидеть тут Лу Чжоу, поскольку не говорила никому, каким рейсом будет лететь.

Она явно неправильно поняла все.

Улыбнувшись, она подошла к Лу Чжоу.

Парень тоже ее заметил.

Он хотел поздороваться, но она заговорила первой.

— Спасибо, я не ожидала, что ты приедешь встретить меня.

Она прошла мимо Лу Чжоу и положила свой чемодан в багажник машины Лу Чжоу.

Потом взглянула на него и поправила свои волосы:

— Раз ты меня так приятно удивил, то не буду спрашивать, откуда ты узнал о моем рейсе.

Она открыла дверь и села в машину.

Лу Чжоу молча стоял и смотрел на нее, из-за чего Молина нахмурилась и спросила:

— Что-то не так?

Парень покачал головой и ответил:

— Нет, все нормально, я все равно возвращаюсь в Принстон...

Хотя ей показались странными его слова, девушка пребывала в хорошем настроении и не обратила особого внимания на них.

Лу Чжоу сел в машину и собирался уже завести ее, как вдруг заколебался.

Хотя в этом нет ничего такого, и Молина тоже уже подвозила его раньше, Лу Чжоу не хотел создавать никаких недоразумений, поэтому чувствовал, что необходимо все прояснить.

Поэтому, прежде чем поехать, он произнес:

— Кстати, я тут провожал свою сестру в Китай.

Молина с недоумением взглянула на него.

………………….

После того как Сяо Тон вернулась в Китай, жизнь Лу Чжоу вернулась в прежнее русло.

Следующие несколько дней он проводил либо в Институте перспективных исследований, либо в химической лаборатории Фрика, либо у себя в общежитие.

Чтобы построить логически самосогласованную математическую модель и подготовить презентацию, ему нужно сделать больше экспериментов.

Хотя это может показаться хлопотным, тут не было ничего особенного.

Математику, особенно занимающемуся раньше математический физикой, очень просто превратить результаты экспериментов в математическую модель.

Но это не просто для чистых материаловедов, которые не понимали математику.

Обычная математическая модель не может точно предсказать физические свойства образцов, но она может облегчить эксперименты.

Например, может сузить рамки экспериментов.

Кроме того, Лу Чжоу необходимо сделать несколько циклов разрядки и зарядки на образцах для продвижения технологии. Ему нужно сравнить характеристики двух материалов, используя графитовый катод в качестве контрольной группы.

Академическое сообщество заинтересовано в прорывах, в то время как промышленность заинтересована в стоимости и безопасности. Большое количество материалов на руках может поднять стоимость патентов при переговорах.

Единственное, что раздражало Лу Чжоу, это долгое время проведения экспериментов. Особенно, что он должен лично следить за ходом опыта.

Обычно руководители не занимались подобным лично и поручали это кому-нибудь. Однако Лу Чжоу — профессор математики, и все его студенты — математики, поэтому он не мог никому поручить этого.

К счастью, профессор Чирик решил эту проблему за него.

У него было много студентов, и за исключением нескольких, которые посещали конференции или проводили эксперименты, остальные, в основном, были свободны.

Услышав, что у того больше десяти студентов, Лу Чжоу чуть не поперхнулся.

— Как ты управляешься со столькими студентами?

— Найди пару талантов и занимайся ими, — беззаботно произнес профессор Чирик. — А об остальном не беспокойся, просто дай им несколько лекций.

— ...

Само собою, хороший ученый, не обязательно будет хорошим руководителем.

Этот профессор относился к студентам, как к конфетам.

Лу Чжоу вдруг задумался, не слишком ли он ответственный руководитель...

………………………………

В любом случае, ему нашелся помощник.

На следующий день профессор Чирик привел своего студента к Лу Чжоу.

Студент был высоким и мускулистым, он больше напоминал игрока в регби, нежели ученого.

Однако, учитывая подход профессора Чирика, Лу Чжоу не сильно удивился.

Профессор Чирик представил студента:

— Это Конни, о котором я тебе говорил. Он хорошо разбирается в компьютерных науках, органической химии и прикладной математике, он должен суметь помочь тебе.

Конни протянул руку и с обожанием взглянул на Лу Чжоу:

— Здравствуйте, профессор Лу, рад познакомиться с вами!

Лу Чжоу пожал ему руку и улыбнулся.

— Привет.

Профессор Чирик похлопал Конни по плечу и сказал:

— Ладно, Конни, я уже объяснил, что тебе нужно делать. Ты стоишь перед лучшим профессором вычислительного материаловедения в Принстоне, так что учись у него и не опозорь меня.

— Будьте уверены, профессор, я вас не подведу.

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Я — не лучший, просто немного поработал.

— Нет-нет, не надо скромничать, — Чирик отмахнулся рукой и серьезно произнес:

— За последнее десятилетие в Nature вышло много статей, но не многие из них вызвали такую сенсацию. Не будет преувеличением сказать, что ты в одиночку изменил отрасль. Проделанная тобою работа — великолепна.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не ответил.

Великая она или нет, пусть это решает мир.

Появление помощника освободило Лу Чжоу от монотонной и скучной работы.

Может быть из-за того, что профессор Чирик очень долго ничего не поручал этому парню, тот работал очень старательно.

Он всегда приходил в лабораторию к шести часам, независимо от того, до какого часа он проработал.

Незаметно пролетели два с половиной месяца, полные напряжения.

Наконец, перед черной пятницей в ноябре, Лу Чжоу получил шесть образцов литиевых батарей после повторения циклов разрядки и зарядки 1000-2000 раз.

Результаты были более чем обнадёживающие. За исключением небольшой вмятины на батарее, никаких дендритов лития не образовалось.

В седьмой контрольной группе ПДМС материал не использовался, и медную фольгу заполнили литиевые дендриты, а батарея была полностью разрушена. Было очевидно, насколько поразительны результаты исследований Лу Чжоу.

Наконец, он закончил все приготовления, и ему оставалось только дождаться начала конференции...

Глава 271. MRS конференция

Hа четвертой неделе ноября, через два дня после черной пятницы, согласно плану, состоялась осенняя MRS конференция.

Поскольку он был приглашен на конференцию, Лу Чжоу мог насладиться VIP отношением к нему. Из аэропорта его забрала машина и отвезла в пятизвездочный отель.

Конференция, как правило, длилась неделю, а иногда растягивалась до десяти дней.

Но сейчас ситуация — немного другая.

После того, как решилась проблема литиевыx дендритов, статьи, связанные с литиевыми батареями, росли в геометрической прогрессии. Даже увеличилось число работ, связанных с новыми источниками энергии.

Многие научно-исследовательские институты внесли изменения в свои предыдущие доклады и захотели сделать еще один доклад на этой конференции. Из-за этого организаторы продлили сроки проведения до двенадцати дней.

Доклад Лу Чжоу будет на второй день, во вторую половину.

Он только прилетел в Бостон, и у него не было никаких планов, поэтому решил послушать несколько докладов и посмотреть, как тут все устроено.

Оставив свой чемодан около кровати, Лу Чжоу зашел в ванную умыться, а после спустился вниз, в зал рядом с отелем.

Он уже побывал на многих конференциях, но MRS конференция все еще впечатлила его.

Конференция была огромной, и на порядок лучше конференций по математике.

Десятки площадок, сотни тем, тысячи участников...

B это время года все гостиницы и отели поблизости будут купаться в деньгах. Поскольку большинство людей посещали конференцию за свой счет или просто приезжали из любопытства, организаторы не несли ответственности за их размещение.

Формат конференции не особо отличался от формата конференций, проходящих в Принстоне.

Конференция делилась на две части: доклады и стенды.

Большинство известных ученых делали доклады и отчеты. Эта часть — основа конференции, и "поле битвы" крупных университетов, как Массачусетский технологический университет, Гарвард и Корнельский университет.

Особенно когда речь заходила о передовых областях, где дискуссии проходили чрезвычайно яростно, порой перерастая в физические конфликты.

Что касается стендов, то требования для них были низкие. Пока есть опубликованная статья, то можно открыть соответствующий стенд.

Поэтому существовал большой разрыв в квалификации. Однако большинство людей с энтузиазмом обсуждали работы... и вполне сдержанно.

Лу Чжоу прошел в зал и огляделся. В данный момент все выглядели очень дружелюбно, фотографировались и улыбались...

Все выглядело не так страшно, как описывал профессор Чирик.

Видя это, парень испытал облегчение.

Выходя из самолета, он думал, не купить ли ему оружие для самообороны, но, похоже, это было излишне.

Однако на всякий случай он все еще носил с собою "азотный щит" в виде часов, полученный от системы.

Но, скорее всего, он ему не понадобится.

………………………...

Лу Чжоу ходил, смотрел на стенды и забрел в секцию, посвященную литиевым батареям.

Он подошел к залу, где должен проходить доклад.

Взглянув на доклад перед дверями, он увидел, что речь будет о литиево-воздушной батарее, и в его глазах появился интерес.

Доклад еще не начался, профессор на сцене только включал презентацию, поэтому Лу Чжоу вошел и сел в заднем ряду.

Строго говоря, концепция литиевых батарей, включая литиево-воздушные батареи, не может рассматриваться как тема в области материаловедения.

Однако, как и в фото электронике, основной проблемой стал материал, поэтому он, естественно, будет проблемой материаловедения, хотя на самом деле это была, скорее, энергетическая проблема.

Вскоре начался доклад.

На сцене стоял, выглядящий за пятьдесят, ухоженный профессор из Корнельского университета.

Судя по описанию доклада, его звали Саррот.

— Дамы и господа, для меня большая честь стоять тут перед вами. Все вы уже знаете, что недавно Лу Чжоу из Принстонского университета опубликовал статью, которая решила проблему литиевых дендритов. Еще полгода назад на конференции вы могли бы посмеяться над концепцией литий-воздушных батарей. Но сейчас мы должны признать, что наступила новая эра!

Стоя перед доской профессор Саррот писал на ней различные химические реакции и формулы.

Кто-то внимательно слушал, но некоторые смеялись.

Сидя в заднем ряду, профессор Керр из Колумбийского университета, скрестив руки на груди, ждал, когда начнется сессия вопросов, но не смог удержаться от насмешки:

— Как вы решаете проблему реакции между литиевым анодом и азотом в воздухе? А как насчет водяного пара? Даже уборщицы знают, насколько живуч литий. По мне, вы делаете не батарею, а ракету.

Он работал над литий-серными батареями, что являлось основным направлением в исследованиях батарей. Хотя в них также много недостатков, но они — более надежные, чем литий-воздушные батареи.

Некоторые люди в зале рассмеялись, но профессор Саррот не обратил на это внимания.

Он откашлялся и ответил:

— Хороший вопрос. Стажеры часто спрашивают это, но настоящие ученые не задают подобных вопросов, потому что они думают над решением проблемы.

Смех затих, и начали смеяться уже те, кто раньше молчал.

Разгорался конфликт.

Саррот не дал Керру возможности возразить, продолжая:

— Мы все знаем, что Керр занимается литий-серными батареями. Но, честно говоря, мне также интересно, как он планирует решить растворение полисульфидных соединений в электролите из-за рассеивания при прохождении от анода к катоду через мембрану. Даже умственно отсталый знает, что нельзя соединить отрицательный и положительный полюсы вместе.

Керр был в ярости, а Саррот все еще говорил:

— Я говорил об этом с профессором Лу Чжоу из Принстона. Теоретически отделить чистый кислород от воздуха — нереально, но с помощью математического моделирования мы можем получить множество потенциальных продуктов, которые могут достичь наших целей.

Саррот на секунду задумался.

— Я подытожу свою мысль: если мы сможем разработать мембрану, которая может экранировать молекулы кислорода, то мы сможем решить проблему литий-воздушных батарей. И именно в этом и заключается наш исследовательский проект!

Лу Чжоу недоумевал.

Когда это я с ним разговаривал?!

В зале уже никто не смеялся.

Многие профессора, в том числе профессор Керр, сидели, задумавшись.

Несколько мужчин в костюмах начали перешептываться.

Они не походили на ученых, и Лу Чжоу слышал, как они говорили об "инвестициях", "затратах" и "осуществимости".

В этот момент он понял, что больше не может молчать.

Кто-то использовал его имя, чтобы обмануть инвесторов.

Лу Чжоу мягко кашлянул и встал.

Увидев Лу Чжоу, Саррот его не узнал и спросил:

— Сэр, кто вы?..

— Я — Лу Чжоу, — произнес парень. — И я здесь, чтобы засвидетельствовать, что не говорил ничего подобного.

Он еще не договорил, когда в сторону сцены летел ботинок.

Потом полетели ручки, чашки и даже ноутбук. Зал наполнился хаосом.

— Мошенник, катись отсюда!

— Засунь свою презентацию себе в задницу!

Их уже убедила "математическая модель" профессора Саррота. У них уже появились сомнения в правильности своей жизни, если бы Лу Чжоу не заговорил.

Их одурачили, и они пришли в ярость.

Хотя на профессора набросилась толпа, было понятно, что он уже привык к подобному. Ловко избежав летящих в него предметов, он собрал свои вещи и покинул лекционный зал.

Услышав про происходящее, организаторы подоспели вовремя и успокоили аудиторию.

Сотрудники выглядели беспомощными. Очевидно они не первый раз сталкиваются с подобным.

Лу Чжоу ошеломленный сидел в конце зала.

Вот значит какая это индустрия?..

Такая безжалостная?

Думая об этом, Лу Чжоу вспомнил, что его отчет завтра.

Внезапно ему стало страшно...

Глава 272. Опорная точка отрасли

Hа следующий день толпа людей заполнила лекционный зал в секции литиевых батарей.

Многие пришли пораньше и терпеливо дожидались начала доклада.

Стоя у входа в лекционный зал, Лу Чжоу не мог не волноваться.

Он не знал почему, но от чего-то восхитился профессором Сарротом.

Саррот имел мужество, чтобы приехать на эту конференцию с незавершенным проектом, с целью получить финансирование.

B этой отрасли все вокруг — враги.

В качестве примера можно взять литий-серную батарею. Проблемы которой пытаются решить разными технологиями.

И в действительности в каждой имелись свои недостатки, вопрос лишь в том, насколько они большие.

Каждый хотел, чтобы промышленность приняла его сторону и инвестировала в его исследования, чтобы его технология "выжила".

Также и с Лу Чжоу, хотя его работа спасла аккумуляторную промышленность, он также лишил миски риса немало ученых, которые где-то за спиной ругались на него.

Поднявшись на сцену, Лу Чжоу удивился, поскольку никто не выглядел озлобленным на него.

По крайней мере, судя по первому ряду, люди тут не для того, чтобы создавать неприятности.

Вместо этого их глаза были полны...

Предвкушения?

Он особо не успел подумать над этим, поскольку доклад должен был начаться.

Успокоившись, парень подключил флешку к мультимедийному проигрывателю и попросил персонал принести три доски.

Обычно доклады по материаловедению не содержат много текста, который надо расписывать, но его доклад основывался на математике.

Лу Чжоу повернулся лицом к затихшей толпе и проверил микрофон, после чего спокойно заговорил:

— Я сделал довольно полное описание свойств и методов получения модифицированной полидиметилсилоксановой пленки в статье. И полагаю, что большинство из вас прочитали ее до этого доклада, поэтому не буду здесь вдаваться в подробности.

Помолчав секунду, Лу Чжоу продолжил:

— По сравнению с процессом производства ПДМС пленки, полагаю, что больше вас интересует, как я обнаружил это.

Многие в толпе закивали.

Не все здесь были из индустрии батарей, многие были из отрасли органических материалов.

Людей из других областей не сильно интересовал сам материал. Вместо этого их больше всего интересовало, как Лу Чжоу смог получить его.

Парень не стал больше разглагольствовать и перешел к сути.

— На начальном этапе осаждения в ионы лития обычно приобретают электроны и осаждаются на токосъемнике, что считается проявлением гетерогенной нуклеации. Именно этот начальный этап имеет решающее значение на окончательной модели осаждения лития. Поэтому для решения проблемы хаотичного роста дендритов лития я изначально взял это, как точку входа.

— С помощью растрового электронного микроскопа я проследил за образованием кристаллов в электролите. Мы можем рассматривать его как шарообразное приплюснутое ядро, абстрактно это трехмерная сфера. Обозначим θ-как угол касания, r-радиус кривизны, a-радиус контактной поверхности, а γ-поверхностное натяжение...

Не все можно объяснить словами.

Лу Чжоу взял маркер и начал писать на доске.

"Sv=(π/3)(2+cosθ)(1-cosθ)2"

"∆Gt=(∆Gf+zFn/Ω)Svr3+ySAr2+(ySN-ySE)πr2sin2θ"

"…»"

Маркер заплясал по белой доске и начал заполнять ее уравнениями.

Математическая модель являлась скелетом исследования.

Хотя Лу Чжоу не запоминал каждый шаг, он понимал каждую деталь, поэтому легко мог повторно записать их.

Ученые в зале пристально смотрели на доску, боясь упустить что-нибудь.

Но все меньше и меньше людей могли поспевать за ним.

Профессор Керр уже не мог угнаться за мыслью и вздохнул, после чего с беспокойством огляделся.

Он заметил, что профессор Бавенди из Массачусетского технологического института все еще смотрит на белую доску, и не смог удержаться от вопроса.

— Ты понимаешь?

Профессор Бавенди ответил не сразу.

После некоторых раздумий он спокойно ответил:

— Конечно, это интересный метод.

Профессор Бавенди изучал технологию квантовых точек, а не только химию, поэтому он хорошо разбирался в физике конденсированного состояния.

Любой человек с физическим образованием, естественно, разбирался в математике.

Услышав оценку профессора Бавенди, профессор Керр сделал беспомощное лицо.

Он не понимал почти ничего из того, что написано на доске.

Он — не неуч в математике, но не углублялся в нее. В конце концов, материаловедение — дисциплина, основанная на экспериментах, из которых получается большая часть данных, а не на вычислениях.

Однако теперь ему утверждали, что вычислительное материаловедение — не просто вспомогательная дисциплина, поэтому он мог только сомневаться в себе.

Он подумал, что возможно, ему следует потратить некоторое время на изучение математики.

Время шло.

Лу Чжоу вошел в состояние, словно он снова вернулся в аудиторию в Принстоне, где его слушали студенты.

Он с энтузиазмом отвечал на эти глаза, желающие знаний, и распространял свое учение.

"ts=nD(C0EZc/2j)2 ({ua+uc}/ua)…»"

Лу Чжоу записал последнюю строчку уравнений.

Отступив на два шага назад, он оглядел доску и не спешил говорить.

Зрители молча смотрели на его спину, опасаясь, что даже дыхание может сбить его с мысли.

Прошло пять минут...

Наконец Лу Чжоу повернулся и положил маркер.

— Это основные моменты. Теперь, если у кого-то есть какие-то вопросы, то не стесняйтесь, спрашивайте.

Толпа по-прежнему молчала.

Никто не встал, никто не поднял руки, никто даже не кашлянул.

Даже самые безжалостные эксперты хранили молчание, заставляя людей гадать, действительно ли это та самая конференция.

Вдруг молчание разбавили одиночные хлопки.

Потом кто-то еще захлопал в ладоши.

Вскоре зал наполнился оглушительными аплодисментами.

Парень ошеломленно посмотрел на толпу.

К его удивлению, не было вопросов.

Он чувствовал себя немного странно.

Пока…

Сделаю вид, что они все поняли.

В любом случае, после собрания Американское общество материаловедения выпустит толстую стопку статей. Если кому-то будет интересно, они изучат все сами.

Я сделал то, что должен.

Лу Чжоу жестом показал сотруднику, что доклад окончен.

Он уже хотел отсоединить флешку, как вдруг вспомнил:

— Точно, чуть не забыл. Я не показал полностью презентацию.

Парень так погрузился в свои расчеты, что уже забыл, ради чего здесь.

Он переключил презентацию на следующий слайд.

— Больше нечего сказать по поводу модифицированной ПДМС пленки. За последние два с половиной месяца я провел шесть экспериментов. Это фотографии с электронного микроскопа поперечного сечения материала катода после 1000-2000 циклов зарядки-разрядки.

Это — не трудный эксперимент, но отнимал много времени.

Но чтобы полностью развеять сомнения промышленности, он был просто необходим.

Оставив презентацию на предпоследнем слайде, Лу Чжоу произнес:

— Я уверен, что многим людям должно быть интересно это.

Действительно, многие были заинтересованы.

Увидев изображения, глаза представителей компаний, сидевших позади, уставились на презентацию.

Поскольку на изображениях был путь в новый свет, и сокровище, о котором они мечтали, никогда не было так близко.

Это было будущее.

И теперь кто-то показывал им его.

Глава 273. Hа самом деле, это только хобби

Пеpед докладом Лу Чжоу прокрутил в голове множество сценариев, но не ожидал чего-то подобного.

Когда он покидал зал, его все еще преследовали аплодисменты.

Хотя большинство известных личностей любили поспорить на конференции MRS, все конфликты — на понимании содержания доклада. Если кто-то не понимает доклада, он не имел права говорить, то же самое, как и на математических конференциях.

Хотя доклад Лу Чжоу посвящен литиевым батареям, вся теория основывалась на области вычислительного материаловедения, которая была слишком молодой. Из-за этого многие опытные ученые углубленно не притрагивались к ней.

К счастью, вычислительная химия могла еще найти бога, например, Дэвида Шоу. Но в области вычислительного материаловедения Лу Чжоу не осознавал, что его статья и доклад на конференции станут эталоном для непопулярного предмета.

Хотя его математическая модель сбила многих с толку, ни у кого не было уверенности, чтобы встать.

Причина заключалась в том, что результат экспериментов был очевиден, и он был слишком важным.

Так же как если Джек Ма скажет, что не любит деньги, даже если другие не поверят, они могут просто заткнуться.

Потому что результаты неопровержимы.

Лю Бо перестал аплодировать. Он сидел в конце лекционного зала и смотрел на белую доску.

— Интересно…

Профессор Ли Жунэнь оборвал его прежде, чем тот успел договорить.

— Что тебе интересно? Ты понял? Расскажи мне.

Поскольку Лю Бо был разоблачен своим руководителем, он мог только улыбнуться и закрыть рот.

Он отличался от Цянь Чжунмина и профессора Ли Жунэня. Он изучал прикладную химию, и по сравнению с ними, кто изучал физику конденсированного состояния, его математика была на уровень позади.

Если его руководитель не понимал этого, то он тем более не мог понять.

Цянь Чжунмин сидел рядом и перестал писать, долго глядя на три первые доски.

Через некоторое время он наконец вздохнул:

— Очень сильно.

Профессор Ли Жунэнь улыбнулся и сказал:

— Ты понял?

— Я понял лишь половину, так что, скорее, нет...

Цянь Чжунмин покачал головой, после чего закрыл блокнот и встал.

Профессор Ли спросил его:

— Куда ты?

— У меня есть пара вопросов, которые я не понял, поэтому хочу спросить у него лично.

Профессор улыбнулся и покачал головой:

— Подожди несколько дней. Сейчас он, скорее всего, будет слишком занят, и ему будет не до тебя.

Цянь Чжунмин замер, не поняв, о чем говорит профессор.

Но тот не стал ничего объяснять, вместо этого встал и сказал:

— Пойдемте, пора поесть. Я отведу вас поесть бостонских лобстеров. Что же касается профессора Цзиньлинского университета Лу, то навести его через несколько дней.

Все верно. Хотя формально Лу Чжоу — профессор в Принстоне, он имел звание почетного профессора в Цзиньлинском университете. Кто может оспорить, что почетный профессор — не профессор?

Что касается другой части, то профессор Ли — очень проницателен.

В данный момент у Лу Чжоу действительно не было времени на проблемы вычислительного материаловедения.

Как только парень вышел из аудитории, его окружили толпы людей.

— Профессор Лу, у вас есть время? Я хотел бы обсудить с вами математическую модель из вашего доклада.

— Здравствуйте, я — генеральный директор компании "Дигилен". Вы хотите стать нашим техническим директором? Мы предлагаем вам годовой оклад в миллион долларов и 5,6% опциона…

Люди задавали ему вопросы по материаловедению, кто-то предлагал высокооплачиваемую работу, а кто-то даже просился к нему в ученики.

Милая девушка, что было редкостью в области материаловедения, схватила Лу Чжоу за руку.

— Бог Лу! Вы преподаете этот предмет в Принстоне? Могу ли я подать заявление в качестве вашего аспиранта? В этом году я заканчиваю университет. Можете дать ваш WeChat?

Лу Чжоу посмотрел на студентку магистратуры и ответил:

— Конечно, в Принстоне есть курс вычислительных материалов, но я — профессор математики. В основном я преподаю теорию чисел.

Девушка удивилась:

— Разве вы не собираетесь преподавать курс вычислительных материалов? Вы, несомненно, можете стать лидером в этой области.

— Хотя мое направление исследований включает функциональный анализ, комплексный анализ и гармонический анализ, я занимаюсь вычислительным материаловедением только в качестве хобби. Пока не буду сам знать лучше этот предмет, я не планирую преподавать этот курс.

Лу Чжоу понимал, что он слишком скромничает. Магистры и аспиранты рядом не могли не закатить глаза от его слов.

Да иди нахрен!

И это хобби?

Может отправишься на небеса в качестве хобби?

Через полчаса Лу Чжоу, наконец-то, отделался от толпы.

Уставший, он вернулся в отель и принял душ, потом переоделся и спустился на первый этаж.

Хотя организаторы обустроили место, где все участники могли поесть, но для Лу Чжоу у них были особые условия.

Все приглашенные докладчики и важные гости были размещены в пятизвездочном отеле рядом с местом проведения мероприятия, где можно поесть только по приглашению.

Это делалось, чтобы известные ученые и предприниматели могли спокойно поесть, и чтобы они могли спокойно взаимодействовать между собою.

В конце концов, никто не хотел, чтобы что-то отвлекало, когда речь идет о многомиллионных сделках.

Хотя реакция отрасли была бурной, уроки прошлого заставляли их не спешить.

Однако Лу Чжоу предполагал, что их терпение уже на исходе.

В ресторане отеля Лу Чжоу положил себе бостонского лобстера на тарелку и нашел удобное место, чтобы сесть. Внезапно к нему с улыбкой подошел бизнесмен.

— Здравствуйте, профессор Лу, я — генеральный директор Бельгийской компании Umicore, Марк Гринберг. Можно мне присесть здесь?

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Конечно.

Гринберг сел напротив Лу Чжоу и протянул ему свою визитную карточку.

— Спасибо, вот моя визитка.

Лу Чжоу взял визитку и взглянул на нее перед тем как убрать ее в карман.

В конце концов, они — промышленный гигант. Лу Чжоу слышал об этой компании. Этот бельгийский химический гигант начал производить материалы анода после покупки патента на фосфат железа лития в 2011 году за миллионы долларов.

Затем в течение года они подписали гигантский контракт о сотрудничестве с 3M. С помощью клиентов 3M они превзошли Nichia и стали крупнейшим в мире производителем анодов для литий-ионных аккумуляторов.

Лу Чжоу прекрасно понимал, почему они захотели пообщаться с ним.

В настоящее время анодный материал литий-ионных батарей, в основном, состоит из искусственного графита и природного графита, который не имеет ничего общего с литиевыми материалами.

Именно из-за этого гигантская компания, производившая анодные материалы, заинтересована в исследованиях и разработке литиевых батарей.

В 2015 году Umicore заключила соглашение о стратегическом сотрудничестве с Аргоннской национальной лабораторией для исследования и разработки литиевых батарей. У Umicore всегда были амбиции в плане литиевых батарей.

Если бы промышленность устранила графитовые анодные материалы, которые использовались более 20 лет, и перешла на более продвинутые литиевые анодные материалы, это позволило бы такой компании, как они, которые являлись экспертами в этой области, выйти на рынок анодных материалов.

По крайней мере, они не могли отстать от своих конкурентов Nichia.

Поэтому Гринберг не хотел ждать ни одного дня. Как только доклад был закончен, он поспешил встретиться с Лу Чжоу.

Было бы лучше, если он сможет напрямую выкупить патент.

Конечно, если они не договорятся о цене за патент, хорошо было бы получить лицензию на патент как можно раньше.

В конце концов, чем раньше будет получен патент, тем раньше будут заказы от крупных компаний, таких как Panasonic, BYD, LG, Sony...

Глава 274. Лицензия на патент

Поскольку Гринберг часто имел дело с людьми из научных кругов, он был весьма опытен в подобных деловых переговорах.

Чем влиятельнее человек, тем больше он ненавидит пустых болтунов.

Поэтому, представляясь, был краток и просто сказал, что он — генеральный директор Umicore, после чего сразу перешел к делу.

— Я сразу спрошу. Есть ли у профессора Лу планы на продажу патента?

— Нет.

Гринберг, который обдумывал свой вопрос, чуть не поперхнулся от ответа Лу Чжоу.

Он дважды кашлянул, чтобы скрыть свое смущение, после чего попытался убедить его:

— Вас даже не интересует цена? Что, если мы сможем сделать вам удовлетворяющее вас предложение?

— Нет смысла даже говорить об этом, — ответил Лу Чжоу и осторожно положил вилку и нож, после чего спокойно продолжил:

— Как много вы можете предложить? Десять миллиардов долларов? Двадцать? Промышленность литиевых батарей только начала развиваться, никто не знает, насколько сильно может разрастись рынок. Если захочу продать патент на ПДМС пленку, то я не буду делать это сейчас.

Предложить 10 миллиардов долларов было явно невозможно, и Лу Чжоу преувеличивал.

Возможно литий-серная батарея и стоила бы такой цены, но однозначно — не анодный материал.

В конце концов, мировой годовой оборот средств в производстве анодных материалов для литий-ионных батарей составлял всего 10 миллиардов долларов, и это связано с дороговизной графитовых материалов.

Слова Лу Чжоу заставили Гринберга испытать головную боль.

Tот явно не хотел вести с ним переговоры.

Однако он не мог так просто сдаться.

— Но вы рассматривали альтернативы? — Гринберг улыбнулся. — Мы все знаем, что технологии развиваются очень быстро. Возможно, через несколько лет появится другой, более лучший материал. Уверены, что к тому моменту сможете продать свой патент по более высокой цене?

Лу Чжоу лишь улыбнулся в ответ.

— Я готов пойти на этот риск.

— ...

Заметив, что бельгийцу больше нечего ответить, Лу Чжоу молча начал разделывать лобстера.

Ну, пошутил...

Словно не знаете, сколько промышленность уже потратила на них.

После десятилетий сжигания денег, неужели вы думаете, что кто-то придумает решение лучшее чем мое?

Это не невозможно, но вероятность этого слишком низка.

Видя, что Лу Чжоу не собирается идти на компромисс, Гриберг вздохнул:

— Ладно, отложим пока это. Что насчет лицензии на патент?

Чжоу улыбнулся.

Он ждал этого момента.

Фактически он думал над этим еще два месяца назад и даже изучил мировой рынок литиевых батарей.

Предполагаемый мировой спрос на материалы для литиевых анодов в 2016 годы составил 138000 тонн. Исходя из текущей статистики, фактический спрос в этом году должен соответствовать ожиданиям.

Хотя эти данные соответствовали графитовому материалу и не могут быть прямо эквивалентны материалу литиевого анода, но на них можно опираться.

В конце концов, литиевые аноды имели преимуществе с точки зрения стоимости и производительности. Скорость, с которой промышленность избавится от графитовых анодов, может быть даже быстрее чем предполагал Лу Чжоу.

Для парня, чтобы получить максимальную выгоду, несомненно, лучшим вариантом будет получение процентов.

Учитывая спрос, за пять лет он мог бы заработать девятизначное число в качестве годовой зарплаты в долларах.

Проблема в том, что задание системы ждать не будет.

Если он будет использовать этот метод, то его активы вырастут лишь на годовую зарплату Принстона.

Поэтому он задумался о компромиссе.

Что обеспечит не только краткосрочную, но и долгосрочную прибыль.

Лу Чжоу немного помолчал, после чего предложил:

— За 200 миллионов долларов я готов продать вам лицензию на патент на мировом рынке, за исключением Китая. В течение этих трех лет вы будете иметь исключительные права на мировом рынке за пределами Китая. И я больше не буду предоставлять лицензии третьей стороне. В обмен на это я хочу пятьдесят процентов прямых и косвенных доходов, которые вы получаете от передачи прав третьим лицам, и в то же время за все соответствующие юридические вопросы будете отвечать вы.

Изначально цена в 200 миллионов не понравилась Гринбергу.

Но услышав вторую часть предложения, в его глазах появилось волнение.

В принципе, патенты по своей природе являются эксклюзивными и монопольными, но в законодательствах разных стран есть различные толкования исключительного права интеллектуальной собственности.

Теоретически, даже если бы Umicore сделали Лу Чжоу предложение, от которого он не мог отказаться, они все равно не смогли бы монополизировать производство и исключить другие компании.

В дополнение к "патентному праву", каждая страна также имела свои собственные "антимонопольные законы", которые не позволяли злоупотреблять правами интеллектуальной собственности.

Проще говоря, если патент посчитают "незаменимым", и компанию посчитают монополистом, то можно столкнуться с антимонопольным расследованием.

Если материал литиевого анода будет обладать подавляющим преимуществом перед графитовым материалом, то технологию производства модифицированной ПДМС пленки, однозначно, посчитают "незаменимой".

Для подобного патента отказ в выдаче разрешения, ценовая дискриминация и высокие лицензионные сборы могут нарушить антимонопольные законы.

Точные же границы закона будут зависеть от различных факторов. В то же время потребуется отличная команда юристов, которые будут сотрудничать с руководством компании, чтобы проверить допустимую границу.

С текущими возможностями Лу Чжоу не мог позволить себе такого.

Однако Umicore — другие.

По сравнению с ним, этот многонациональный химический гигант более знаком с правилами.

Ради собственной выгоды они, безусловно, увеличат лицензионные пошлины на максимум, из допустимого в рамках закона, и расширят свое преимущество на рынке анодов.

A Лу Чжоу в течение трех лет будет в состоянии получать значительную плату за патентные лицензии, а Umicore удастся добиться максимальной конкурентоспособности на рынке анодных материалов.

Это удовлетворяло интересы обеих сторон.

Гринберг скрыл свое волнение и в нерешительности ответил:

— Три года — слишком мало, я бы согласился на пять лет. Вы должны знать, что мы получили лицензию на LFP материал всего за десять миллионов долларов...

— Их нельзя сравнивать, — покачал головой Лу Чжоу и улыбнулся. — LFP — всего лишь материал катода. Неужели вы думаете, что я не знаю, что ваши десять миллионов долларов были лишь барьером входа? За каждую тонну произведенного вами LFP вы должны заплатить еще двадцать миллионов долларов.

Мускулы на лице Гринберга даже не дрогнули.

Он посмотрел на Лу Чжоу. И словно принял какое-то решение, сказал лишь два слова:

— Четыреста миллионов!

У Лу Чжоу чуть не выскочило сердце из груди, когда он услышал эту сумму.

400 миллионов долларов!

Для него дело было не только в деньгах, а еще в очках опыта, идущих с ними.

Честно говоря, он стал заинтересованным.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и сказал:

— Самое большее — четыре года, это мое последнее слово. Если через четыре года мы все еще сможем хорошо сотрудничать, я могу рассмотреть вопрос о продлении контракта по новой цене. Если нет, то я уверен, что Nichia и 3M определенно заинтересованы в переговорах со мной.

Последнее предложение сыграло решающую роль.

Гринберг все еще хотел продолжать переговоры, но у него не было для этого карт. В конце концов, Лу Чжоу не нуждался в финансировании научных исследований, и он был известным ученым в академическом сообществе.

Особенно когда Гринберг подумал, что Nichia может предложить более высокую цену, он расслабил плечо и принял решение.

— Хорошо, ты выиграл. Тогда — четыре года.

Глава 275. Финансовая свобода

Hа самом деле, неважно, кто выиграл, а кто проиграл. Лу Чжоу выдвинул беспроигрышное предложение для обеих сторон.

Иначе Гринберг не согласился бы так легко.

B конце концов, это 400 миллионов долларов.

Даже для такой гигантской компании, как Umicore, это совсем не маленькая сумма, особенно когда Лу Чжоу попросил оплату до конца года.

Подписав письмо о намерениях, у Гринберга не было времени на еду, он лишь открыл шампанское, чтобы выпить с Лу Чжоу, после чего поспешил покинуть отель и сделать звонок. Ему нужно, как можно скорее, убедить совет директоров.

Он сказал Лу Чжоу, что вернется в головной офис в Брюсселе в Бельгии, чтобы убедить совет директоров подписать договор до конца года.

Гринберг сказал, что постарается изо всех сил.

В конце концов, для публичной компании — это крупная сделка.

К тому же, независимо от того, заключат ли окончательно договор или нет, как только подписано письмо о намерениях, вся информация должна быть раскрыта.

Гринберг позвонил секретарю совета директоров.

Лу Чжоу спокойно насладился ужином, после чего, преисполнившись хорошим настроением, легкой походкой отправился к себе в номер.

Только вернувшись в свою комнату, парень осознал все произошедшее, он словно проснулся.

— 400 миллионов долларов...

Cидя на кровати и глядя на письмо о намерениях, парень никак не мог успокоиться.

Неожиданно, всего за одну ночь, Лу Чжоу вдруг полностью обрел финансовую свободу.

Будучи ребенком, он мечтал выиграть пять миллионов долларов в лотерею, но даже не мечтал о сотнях миллионов долларов.

Что мне купить?

Нанять помощника?

Суперкомпьютер для Сяо Aя?

Сказать купить отцу несколько домов в Шанхае?

Или…

Сначала сделать пост на Weibo?

К счастью, его разум взял верх.

Лу Чжоу уже достал телефон, но все же сдержал свое желание поделиться радостью с подписчиками.

Когда дело касается денег, то лучше оставаться в тени.

Парень глубоко вздохнул и успокоился, после чего пошел принять душ, чтобы остудить свою голову.

А на что потратить деньги, он решит, когда подпишут контракт...

После душа Лу Чжоу лег в постель.

Он предполагал, что легко заснет после напряженного дня, но ему совсем не хотелось спать.

Лу Чжоу даже не заметил, как за окном уже начало светлеть.

Только когда прозвенел будильник, парень понял, что не спал всю ночь.

Но Лу Чжоу не знал, что он — не единственный, у кого была бессонная ночь.

У многих была такая же проблема.

Чтобы узнать причину, нужно вернуться на несколько часов назад.

В час ночи по Вашингтонскому времени головной офис Umicore в Брюсселе неожиданно обнародовал на своем официальном сайте план патентного сотрудничества на сумму 400 миллионов долларов.

Эта новость разрушила мечты многих инвесторов.

Хотя средства массовой информации неоднократно сообщали о "крупных результатах исследований" в области литиевых анодных материалов. До сих пор ни одна химическая компания еще не приступила к промышленному производству литиевых анодов.

В этот раз Umicore неожиданно взяли на себя инициативу и заплатили огромные деньги, чтобы приобрести лицензию на патент.

Фондовый рынок отреагировал в мгновение ока.

Этот день, наконец, настал.

……………………………...

На следующий день конференция уже была в разгаре, но Лу Чжоу все еще спал.

Однако в нескольких сотнях милях от Бостона Уолл-Стрит сходила с ума по литиевым батареям.

Акции всех компаний, связанных с производством литиевых аккумуляторов, выросли.

Это также повлияло на фьючерсный рынок литиевых материалов.

Лу Чжоу недооценил энтузиазм рынка литиевых батарей и влияние Umicore.

Говоря о рыночной стоимости и известности, Umicore не могла сравниться с такими компаниями, как BYD, Sony и Panasonic, стоимостью в миллиарды долларов, и такими передовыми компаниями, как Samsung и Apple.

Но в плане влияния этот химический гигант с историей в сотни лет не уступал им.

И причина проста.

С создания Tesla прошло пять лет. С создания Apple и Microsoft — двадцать. Однако если бы их технологии отстали, их легко сменит новая высокотехнологичная компания.

Однако, возможно, перспективы компаний, которые находятся выше по цепочки в отрасли, не так велики, но и их риски значительно ниже.

Ведь как бы не изменились технологии, спрос на сырье будет всегда.

Однако чтобы не происходило на рынке капиталов, к Лу Чжоу это не имело никакого отношения.

По крайней мере, сейчас у него нет лишней энергии, чтобы обращать свое внимание на это.

Парень проспал до полудня. Поднявшись, посмотрел время на телефоне и увидел множество пропущенных звонков.

Звонили профессор Чирик из Китая и еще... с неизвестного номера.

Пока он думал, кому первому перезвонить, вдруг раздался еще один телефонный звонок.

Лу Чжоу подсознательно сразу же ответил.

— Да?

— Это я.

Парень узнал голос, но все же неуверенно уточнил:

— Профессор Ли?

Из телефона донесся смех.

— Ха-ха, похоже, ты еще не забыл меня.

Парень улыбнулся:

— Как я мог вас забыть? Вы сменили номер телефона?

Лу Чжоу никогда не забудет профессора Ли, ведь если бы не помощь старого профессора, он не смог бы закончить задание системы. Но он позвонил с неизвестного номера, поэтому парень был в растерянности.

Профессор Ли улыбнулся:

— Нет, просто находясь в командировке, я использую другой номер.

— Командировка? — переспросил парень, и со странным лицом произнес:

— Вы ведь — не в Бостоне?

— Не просто в Бостоне, вчера я даже слушал твой доклад. Он — просто поразительный, — сказал профессор, после чего решил подколоть парня:

— Ну что? Всю ночь веселился? Хорошо отдохнул?

Лу Чжоу кашлянул:

— Веселился? Я лег спать вчера вечером... Просто не мог заснуть. Где вы сейчас?

Профессор Ли улыбнулся:

— Я — внизу, сижу в холле отеля. Уже почти обед. Если ты свободен, давай поедим вместе. Если еще не выспался, то можем встретиться потом.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Конечно, свободен, сейчас спущусь.

Глава 276. Личная встреча

Лу Чжоу не ожидал, что, когда он спустится, его будет ждать не только профессор Ли, но и еще два человека.

Oдин из ниx выглядел знакомым, но парень не мог вспомнить его.

Лу Чжоу поинтересовался у профессора:

— Это?

Профессор Ли был беспомощен.

Первоначально он планировал связаться с Лу Чжоу через несколько дней, чтобы получить разрешение на патент. Однако неожиданно столкнулся с деканом химического факультета, Ли Шувэнем, который тоже приехал на конференцию.

По словам декана Ли, он пытался связаться с Лу Чжоу с самого утра, но тот не отвечал.

Профессор Ли вспомнил, что декан Ли много помогал ему, поэтому решил оказать ответную услугу.

Похоже, ему придется подождать до следующего раза, чтобы поговорить о патенте.

— Позволь представить, это руководитель нашего министерства энергетики Лу Кайминь...

— Не надо должностей, я тут сам по себе. Зовите меня просто господин Лу, — произнес господин Лу, пожимая руку Лу Чжоу, после чего добавил:

— Я много слышал о вас, профессор Лу Чжоу. Вы — даже моложе, чем говорят.

Подобный энтузиазм удивил парня, но он уже привык к подобному, и вежливо пожал руку.

— Вы — слишком добры, господин Лу.

Профессор Ли сказал:

— А это декан нашего химического факультета, Ли Шувэнь.

— Привет, привет...

Уже было время обеда.

Группа нашла ресторан рядом с отелем.

Хотя это не был высококлассный ресторан, но и не второсортный. Здесь подавали местные блюда.

За едой Лу Чжоу узнал, что декан Ли также приехал на конференцию.

Что касается главы министерства энергетики Лу Каймина, то он приехал с академическим визитом.

Они заговорили о литиевых батареях и вскоре перешли к теме патентов.

Господин Лу сказал:

— Итак, я услышал, что профессор Лу решил продать права Umicore?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, какие-то проблемы с этим?

— Нет, профессор, просто у меня есть небольшое предложение. Пожалуйста, не поймите меня неправильно, — господин Лу улыбнулся, после чего откашлялся и продолжил уже серьезным тоном:

— Дело в том, что мы поддерживаем все ваши патентные права на модифицированный ПДМС материал. Я просто надеюсь, что независимо от того, какую компанию выберете, вы не продадите исключительные права иностранной компании.

Подобная резкая просьба была из-за беспомощности.

Китай — крупнейший потребительский рынок электромобилей. Благодаря прорыву в технологии литиевых аккумуляторов, предполагалось, что их национальная индустрия начнет процветать.

Патент на материал на анод давно истек, и они без проблем могли его производить.

Однако ключом к технологии литиевых батарей был материал катода, а не анода. Если патент на материал будет в руках иностранной компании, то это, несомненно, помешает развитию китайской аккумуляторной промышленности.

Лу Кайминь упомянул иностранные компании не с целью торговой дискриминации, а из-за хорошо известного случая с артеметром, классическим примером проблемы с правами интеллектуальной собственности.

Технологию создали китайцы, но патентные права на лекарства контролировались иностранными компаниями. Такая несправедливость — просто неприемлема.

Конечно, министерство энергетики не хотело бы, чтобы Лу Чжоу продал патентные права по низкой цене. В конце концов, целью патентов являлась защита инноваций, обеспечение притока ресурсов в сферу научных исследований и разработок, а также поощрение общества к увеличению богатства посредством интеллектуальной собственности.

Однако в данном случае государство надеялось, что он будет осознавать "незаменимость" своей технологии и не даст международным компаниям монополизировать внутренний рынок.

В конце концов, существование всемирной торговой организации и недостатки в соответствующих внутренних законах затрудняли антимонопольные расследования международного капитала.

По сравнению с другими разговорами с чиновниками ранее, эта личная беседа, несомненно, была более деликатная.

Лу Чжоу очевидно понял, о чем говорил господин Лу. Он догадывался уже в холле отеля об этом.

— Можете быть уверены, что сотрудничество между мной и Umicore не затрагивает китайский рынок. Что касается патентных прав в Китае, я предоставлю их любой компании по разумной цене.

— Раз так, то все хорошо, — Лу Кайминь облегченно улыбнулся. — Профессор Лу, не волнуйтесь, страна вас не подведет!

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно произнес:

— Только не говорите мне, что вы проделали весь этот путь до Бостона только ради этого. Можно было просто позвонить.

Лу Кайминь покачал головой:

— Не только. Произошла неожиданная ситуация. Фактически, моя первоначальная цель была встретиться с вами и спросить одну важную вещь.

— Какую?

Господин Лу серьезно заговорил:

— В тринадцатом пятилетнем плане китайского правительства, в развитие энергетической отрасли необходимо увеличить емкость батареи до 500 Втч/кг к 2020 году. Но в настоящее время, с прорывом в литиевых батареях, с достижением этой цели нет никаких сложностей. Но мир тоже улучшается, и мы не можем быть удовлетворены просто этим. Поэтому я хотел бы проконсультироваться с вашим мнением относительно следующей стратегии развития.

— Я — математик. И мне не уместно давать вам какие-либо советы в этом вопросе. Вам следует спросить инженеров из области аккумуляторных батарей.

Лу Кайминь стал настаивать:

— Я так не считаю. Кто сказал, что мнение профессора математики не имеет значения? Как и с нашем коллайдером, мнение господина Яу — важно для страны. Нам нужно объединить мнение и мудрость каждого, чтобы создать подходящий план. Профессор Лу, пожалуйста, просветите нас.

Даже если вы так говорите, это совсем другой вопрос...

Лу Чжоу ощутил беспомощность.

Он не знал, как объяснить господину Лу, что, хотя Яу Шинтун был математиком в дифференциальной геометрии, он также занимался математической физикой. Яу Шинтун — наполовину физик. Будет неудивительно, если он когда-нибудь выиграет премию по физике, ведь он — один из основателей теории струн.

Кроме того, хотя Лу Чжоу назвали "эталоном отрасли" или "одним из отцов литиевых батарей", его исследования не посвящены литиевым батареям. Большая часть его расчетов имела лишь теоретическое значение.

Лу Чжоу знал, что гораздо лучше спросить тех, кто делает батареи.

Однако Лу Кайминь настаивал, и ему необходимо что-то ответить.

— Тогда я просто скажу несколько слов, не принимайте это всерьез, — немного подумав, парень заговорил:

— По моему мнению, литий-серная батарея — батарея с хорошим потенциалом. Теоретическая удельная энергоемкость литий-серной батареи составляет 2600 Втч/кг. Конечно, у нее есть много проблем, которые также необходимо решить.

Затем Лу Кайминь спросил:

— А как насчет литий-воздушных батарей? Они — надежны?

Лу Чжоу сразу понял, о чем думает господин Лу.

Если они заранее приступят к их разработке, то смогут получить преимущество перед иностранцами.

В конце концов, будь то литий, натрий, магний или легендарный кремний, такие компании, как Sony и Samsung, уже заранее зарегистрировали патенты.

В подобной ситуации, даже если кто-то разработает технологию, то они все равно будут ограничены патентами других. Было бы разумно выбрать более перспективное направление в исследованиях в качестве ключевого.

Но даже в таком случае торопиться с исследованием не желательно.

Особенно в случае литиево-воздушной батареи.

Лу Чжоу покачал головой и ответил:

— Это сложно, очень сложно... Проще говоря, это будет мошенничеством.

Плотность энергии литий-воздушных батарей очень привлекала, и проще разработать свою технологию подобных батарей, чем литий-серных батарей, поскольку те уже разрабатывались в течении многих лет.

Не говоря уже о гигантах бизнеса как IBM, даже бывший министр энергетики, назначенный Обамой, Стивен Чу, получивший Нобелевскую премию по физике, были одурманены ими при разработке стратегии развития энергетики.

С литий-воздушными батареями дело обстояло еще хуже.

Проблема не только в дендритах лития, но и в серии сложных побочных реакций разделения кислорода, решение которых повлияет не только на аккумуляторную промышленность.

При нынешних технологиях никто даже не знал, с чего начать разработку литий-воздушных батарей.

Лу Чжоу ясно понимал, что кто-то поместит его имя в презентацию и попытается обмануть инвесторов, чтобы получить финансирование для разработки литиево-воздушных батарей.

Хотя это нельзя назвать прямо мошенничеством, но парень надеялся, что Китай потратит деньги на более реалистичные проекты, которые нуждаются в деньгах.

Даже если они — менее захватывающие.

Глава 277. Я, Лу Чжоу, не радуюсь деньгам

После слов Лу Чжоу, Лу Кайминь задумался.

Спустя какое-то время, он произнес:

— Спасибо за ценный совет, мы серьезно его рассмотрим.

Лу Чжоу кивнул и больше ничего не говорил.

Ему не нужно исхитряться, чтобы получить финансирование, поэтому он все сказал прямо.

Он дал совет, а прислушаются к нему или нет, уже не его дело.

Однако господин Лу не стал бы принимать его слова за чистую монету. Он будет учитывать мнение многих экспертов, таких как специалистов по производству, безопасности и инженеров по батареям — все они могут дать ценные советы.

Группа людей продолжила есть, но уже говорили о жизни или разных мелочах.

Декан Ли и господин Лу начали подшучивать над Лу Чжоу по поводу подружки, спрашивая, заведет он китаянку или иностранку.

Поговорив с господином Лу, Лу Чжоу вдруг понял, что его беспокойство улеглось.

Не то... чтобы он вдруг почувствовал чувство выполненного долга.

Скорее, он обнаружил, что к его мнению прислушивались не только в пределах научных кругов.

Взлет и падение компаний, стратегия развитий стран и даже будущее мира находилось под влиянием одной работы.

Ему даже не нужно публиковать статью.

Не будет преувеличением сказать, что ему достаточно пошевелить руками и набрать "литиевые батареи хороши", после чего запостить это на Weibo, а на следующий день в этой сфере купят много акций. Если он сделает презентацию, то может сильно повлиять на цены акций компаний... Само собою, его высмеют действительно знающие эксперты.

Для всего мира это может быть небольшая работа, но произошедшие изменения видны невооруженным глазом.

Получение 400 миллионов долларов уже не кажется чем-то захватывающим.

Эм...

Ладно...

Это волнующе, но не так сильно...

…………………………………...

На следующий день на конференции Лу Чжоу рассматривал много интересных работ.

Это было хорошей возможностью ознакомиться с передовыми исследованиями в этой области. И любой, кто хотел попасть в нее, не упустит ее.

И дело не только в обмене научными идеями.

Лу Чжоу познакомился со многими людьми, и одним из них был легендарный Дэвид Шоу, ведущий специалист в области вычислительной химии.

Он стал профессором Колумбийского университета в 30 лет и являлся экспертом в изучении массово-параллельных вычислительных систем. Другими словами, он был довольно известен в научном сообществе.

Колумбийский университет располагался в Нью-Йорке, в центре бизнес элиты мира, миллионные сделки каждую минуту, красивые девушки и автомобили...

Жизнь в таком окружении затронет любого.

Дэвид Шоу не стал исключением. После нескольких лет преподавания в качестве профессора он больше не мог этого выносить и решил попасть в высшую лигу на Уолл-Стрит.

Большинство верили, что, как и множество других профессоров, он потерпит неудачу.

Однако конечный результат ошеломил всех. Менее чем за десять лет он сделал себе имя на Уолл-Стрит.

Благодаря его собственным алгоритмам массивно-параллельной обработки ценных бумаг, его хедж-фонд стоил 4,1 миллиарда долларов, а сам он попал в топ 500 богатейших людей мира.

Очевидно, в этот момент он уже достиг того, чего хотел.

Но если бы это так и было, то легенда о нем так и осталось на Уолл-стрит и вдохновляла лишь людей оттуда.

Однако на пике жизни его внезапно осенило.

Он осознал, что это не то, чего он хочет.

Он нашел все это бессмысленным.

Находясь на пике своей карьеры, Дэвид снял свой костюм и вернулся в академический мир.

Для такого богача, как он, ему не нужно лизать задницы чиновников, выпрашивая деньги на исследования. У него было полно денег, и он мог лично финансировать свои проекты.

Нужен суперкомпьютер для вычислительной химии?

Арендовать? Купить?

Нет, он построил его сам.

После чего в мире молекулярной динамики появился свой "звездный разрушитель", суперкомпьютер "Антон".

Антон специально занимался моделированием белковых связей.

— Ты — гений, изучающий математику, а я — гений, изучающий массово-параллельные вычислительные системы. Мы можем работать вместе, чтобы построить новую структуру для всей индустрии вычислительной химии. Подумай об этом, сто лет спустя люди будут упоминать наши имена в зале славы вычислительной химии. Мы будем основателями этой области!

На официальной вечеринке, организованной организаторами конференции, Дэвид разговаривал с Лу Чжоу.

Хотя большинство людей, которые называли себя гениями, можно назвать самовлюбленными. Дэвид, возможно, единственный человеком на Уолл-Стрит, который мог это сделать. На самом деле, никто даже не вздрогнет, когда он назовет себя гением.

Лу Чжоу рассмеялся и сказал:

— Тогда сто лет спустя, группа подростков будет жаловаться, встречая наши имена в учебнике.

— Да, именно этого я и хочу, — засмеялся Дэвид. — Так тебе интересно?

— Мне интересно, — ответил Лу Чжоу и улыбнулся. — Если будут более конкретные идеи, меня можно найти в Принстоне.

— Нет проблем, — ответил Дэвид. — Если ты найдешь какую-нибудь интересную математическую модель, для которой понадобится суперкомпьютер для полимерных экспериментов, то можешь найти меня в Нью-Йорке.

Лу Чжоу был заинтригован.

— Вообще я всегда интересовался суперкомпьютерами. Даже планировал купить один для себя.

— Хорошая идея, но не дешевая, — сказал Дэвид и, вдруг что-то вспомнив, спросил:

— Точно... ты подписал договор с Umicore?

— Я подписал письмо о намерениях. А что?

Дэвид налил себе бокал вина и сказал:

— На твоем месте я подумал бы о налогах.

Лу Чжоу нахмурился:

— Я должен заплатить налоги?

Дэвид сказал серьезным тоном:

— Конечно! Пока эти деньги поступают в штаты, ты не спасешься от налоговиков... Честно говоря, они всегда получают то, что хотят. Теперь, когда ты — профессор Принстона, я уверен, что ты поменял тип визы.

Лу Чжоу серьезно кивнул головой.

Действительно, Лу Чжоу должен был платить налоги с зарплаты, правда 400 000 в год было после утраты налогов.

— Их можно как-то избежать?

Дэвид улыбнулся:

— Это легко, просто найди остров и открой там счет. Я предлагаю создать компанию по управлению патентами на Каймановых островах. И потратить немного денег на бухгалтеров. Именно так Microsoft и IBM избегают налогов от прав на интеллектуальную собственность. Многие фирмы на Уолл-Стрит также делают это… До тех пор, пока поток средств происходит между оффшорными компаниями, и деньги никогда не попадают в Штаты, не придется платить налоги. Федеральное налоговое бюро также не станет преследовать.

Глава 278. Оффшорная компания

Подобныe планы были у Лу Чжоу и раньше, но у него никогда не доходили руки.

Hо Дэвид заставил вспомнить его про это. Налоговая возьмет, по меньшей мере, 100 миллионов долларов из его 400 миллионов.

Лу Чжоу умрет, если кому-то отдаст просто так сотню миллионов.

Каймановы острова, несомненно, идеальное решение проблемы.

На островах существовало лишь несколько простых налогов, таких как налог на импорт, налог на регистрацию компаний и туристический налог. Компании, зарегистрированные на островах, мало того, что не платят налоги, так даже не проверяются их счета. Кроме ежегодного лицензионного сбора, компания больше не должна ничего платить.

Поэтому на них было создано слишком много компаний, таких как Microsoft, Google, большая тройка BAT (П.П. Baidu, Alibaba, Tencent). Несмотря на то, что лицензионный сбор — не такой большой, он стал основным источником дохода для Каймановых островов.

Дэвид сказал, что в Нью-Йорке есть специальные конторы, которые предоставляют различные бухгалтерские услуги, начиная с регистрации оффшорных компаний и закачивания открытием счетов.

Лу Чжоу мог создать многонациональную компанию, даже не вступив на этот карибский остров.

После вечеринки парень вернулся к себе, он был в норме.

— В наши дни можно даже открытие компании передать на аутсорсинг?

Он посмотрел на визитку, которую вручил ему Дэвид, потом достал телефон и сделал звонок.

По словам Дэвида, эта компания с аббревиатурой "АM" известна в кругу материаловедения. В основном, она обслуживала крупные университеты и технологические компании, а также оказывала услуги по регистрации оффшорных компаний и интеллектуальной собственности.

В принципе, они могли идеально решить все его проблемы.

На звонок быстро ответили, и послышался женский голос.

— Здравствуйте, это офис AM. Чем мы можем вам помочь?

Лу Чжоу объяснил, что ему нужна оффшорная компания по управлению патентами, чтобы сотрудничать с зарубежными компаниями по вопросам получения прав на интеллектуальную собственность и налоговое планирование.

Выслушав, что хочет Лу Чжоу, женщина мгновенно поняла, что звонили не "просто спросить", и сразу стала серьезной:

— Могу я спросить, каков у вас ожидаемый масштаб бизнеса? Например, ожидаемая годовая прибыль меньше или больше одного миллиона долларов?

Парень задумался.

— Наверное, свыше ста миллионов.

На несколько секунд стало тихо.

— Cэр?

— Что?

— Простите, я не расслышала, вы сказали...

— Свыше ста миллионов, есть какие-то проблемы?

Из телефона донесся шепот и возня, потом послышался звук шагов и шелест документов.

После чего раздался голос уже другого человека:

— Здравствуйте, сэр, я — Вульф Витт. И я предоставлю вам полную консультацию. Могу я узнать ваше имя?

Его голос был явно полон большим энтузиазмом.

— Лу Чжоу.

— Хорошо, господин Лу Чжоу, — сказал Вульф, быстро заполняя форму с информацией о клиенте. — Так вот. Если вы хотите создать компанию по управлению патентами с большим оборотом средств, даже если Каймановы острова не проводят личный аудит корпоративных счетов, банки потребуют от вас предоставить отчеты о деятельности компании.

Лу Чжоу нахмурился и спросил:

— Это сложно?

— Нет, совсем не сложно. Мы можем предложить вам три варианта.

Услышав, что тот собирается рассказать ему все три варианта, парень тут же оборвал его.

— Отправьте мне их на почту и приложите цены. Я вам перезвоню. Я не хочу говорить об этом по телефону.

Вульф быстро ответил:

— Хорошо, какой у вас адрес электронной почты...

Лу Чжоу назвал ему почту и повесил трубку.

……………………………...

Контора, рекомендованная Дэвидом Шоу, действовала очень эффективно.

За исключением слишком болтливого агента Вульфа, пожаловаться было не на что.

Поскольку их сфера бизнеса сосредоточена на интеллектуальной собственности, их клиентская база, в основном, состояла из университетов и научно-исследовательских институтов. После того, как АМ узнали имя Лу Чжоу, они быстро нашли всю информацию о нем.

Особенно когда Вульф понял, что у него за клиент, он тут же полностью сосредоточился на нем и работал допоздна, расписывал три варианта, после чего отправил их Лу Чжоу.

Проснувшись на следующее утро, парень обнаружил письмо на почте.

Всего 12 страниц текста. Прилагались не только три рекомендуемые схемы, но и еще контракт.

Согласно решениям, предоставленным AM, Лу Чжоу нужно заплатить всего 500 000 долларов в качестве платы за их услуги, чтобы получить хорошо структурированную патентную компанию. АМ также обеспечит двухлетнюю юридическую поддержку.

В Америке, пока есть деньги, можно делать все, что угодно.

Вульф учел все проблемы, о которых Лу Чжоу даже не задумывался.

Поскольку парень не хотел неприятностей, он, не колеблясь, выбрал наименее хлопотный третий вариант.

Поскольку у него все еще имелись призовые деньги за премию Крафорда и его зарплата, то он мог позволить себе потратить полмиллиона долларов.

Более того, ему не обязательно платить все сразу, он может заплатить после того, как они все сделают.

К тому времени пара сотен тысяч для него будут несущественными.

После того, как AM получили предоплату в размере 200 000 долларов США, Вульф немедленно отправился в Бостон.

Хотя контракт не обязательно подписывать лично. Вульф хотел показать искренность клиенту и приехал вместе с контрактом и помощником.

Лу Чжоу встретился с ним около входа в отель, и тот со всей теплотой приветствовал его.

— Вы, должно быть, Лу Чжоу, я — агент, ответственный за ваше дело… вот моя визитка.

После рукопожатия агент продолжил:

— Если вы еще не ели, мы можем поболтать за едой. Я знаю поблизости хорошее кафе. У них самые лучшие сэндвичи с тунцом.

Убрав визитку, парень поинтересовался:

— Вы часто бываете здесь?

— Конечно, у меня много клиентов из Бостона. Я был здесь более десяти раз.

После обмена приветствиями, они не оставались долго в отеле и перебрались в тихое кафе неподалеку, после чего начали обсуждать конкретные детали компании и подписали договор.

Согласно содержанию договора.

АМ поможет ему создать компанию по управлению патентами за две недели.

После чего Лу Чжоу должен заплатить остаток до конца января следующего года.

В подобных агентских контрактах нет места для подводных камней, и фирма не хотела бы навредить своей репутации. Проверив сумму и детали сотрудничества, он поставил свою подпись.

Вульф говорил, как профессионал.

— Кстати, мы заметили, что ваше сотрудничество с бельгийской компанией Umicore — все еще на стадии письма о намерениях. Стоит заметить, что подобный гигант определенно имеет команду хитрых юристов, которые могут расставить ловушки в контракте.

Вульф откашлялся и продолжил:

— Дабы избежать всех рисков, я искренне рекомендую вам выбрать нашу команду юристов, чтобы помочь вам в подписании контракта. Наши юристы являются экспертами в области интеллектуальной собственности...

Лу Чжоу отложил ручку и перебил его:

— Сначала — одно, потом — другое. Для начала помогите мне с созданием компании, а потом поговорим об остальном.

Вульф уверенно улыбнулся.

— Пожалуйста, будьте уверены, наша фирма определенно не разочарует вас.

Глава 279. Получение 400 миллионов

B мгновение ока прошел ноябрь и наcтупил декабрь. Двенадцатидневная конференция, наконец, подошла к концу.

Организаторы пригласили Лу Чжоу на церемонию закрытия для вручения премий за лучшие стенды.

Поскольку на этой конференции было 63 темы в разных направлениях, то вручалось тоже 63 награды.

Как правило, молодые ученые ставили стенды, а известные ученые вручали награды.

Лу Чжоу был ответственен за вручение премии за лучший стенд в области фотоэлектрических материалов и фотоэлектрических устройств. Победителями стали студентка магистратуры Ван Чэнь из Шанхайского университета прикладных наук и ее научный руководитель Сюй Лицзюнь.

Хотя это не знаменитый университет, они — довольно выдающиеся в области материаловедения, особенно в фотоэлектрических материалах.

Под руководством профессора Сюя, Ван Чэнь использовала метод смешанного непрерывного осаждения для синтезирования CH3NH3PbCl3 пленки с хорошей кристаллизацией и получила плоскую матрицу в виде CH3NH3PbCl3 пленки, не чувствительной к видимому свету, но воспринимающей ультрафиолетовый свет.

Хотя подобных результатов недостаточно для проведения доклада, это, несомненно, лучший результат среди стендов.

Именно поэтому эта работа выделилась на фоне других и получила благосклонность судей.

Hа подиуме профессор Сюй Лицзюнь пожал Лу Чжоу руку и произнес:

— Поздравляю! После этой конференции вы — ведущий специалист в области вычислительного материаловедения!

— Никак нет, — улыбнулся парень. — Я — всего лишь профессор математики, мне все еще нужно больше понимания, чтобы продвигать область вычислительного материаловедения и делать успехи.

После короткого обмена любезностями они разжали руки.

После чего Лу Чжоу взял у сотрудников сертификат и подарок от персонала и вручил его Ван Чэнь.

Студентка магистратуры взволнованно пожала ему руку и произнесла:

— Бог Лу, неужели вы действительно не планируете преподавать курс вычислительного материаловедения в Принстоне?

Лу Чжоу впал в ступор от этих слов.

Почему я думаю, что она...

Выглядит знакомо?

Внимательно посмотрев на нее... он наконец-то вспомнил, что она разговаривала с ним после его доклада.

Однако он не изменил своего ответа.

— Может быть, в будущем, но на ближайшее время у меня нет планов.

— Tогда... я подам заявление в Массачусетский технологический институт.

Лу Чжоу подбодрил ее:

— Да, давай!

— ...

После церемонии награждения конференция, наконец, закончилась.

Лу Чжоу вернулся в университетский городок Принстона.

В то же время из офиса AM пришли хорошие новости.

Компания на Каймановых островах была успешно зарегистрирована. Она называлась "Star Sky Technology Co. ООО", как и просил Лу Чжоу. Ее основная сфера деятельности — услуги, связанные с интеллектуальной собственностью и иностранными инвестициями, а логотип представлял собой три переплетенных ленты Мебиуса.

Вот так Лу Чжоу, наконец-то, стал владельцем транснациональной компании.

Хотя она действительно немного отличалась от других. На банковском счете у нее было всего сто тысяч долларов, и у нее даже не было офиса. Лу Чжоу все еще находился в процессе найма сотрудников. И ее единственным деловым партнером являлась фирма, ответственная за бухгалтерский учет.

Однако это продолжалось недолго.

Вскоре компания поприветствовала своего первого клиента.

Клиент с 400 миллионами долларами.

— Я не ожидал, что вы будете такими быстрыми. И думал, что придется ждать Рождества, — Лу Чжоу, сидя в отеле Филадельфии, читал контракт, переданный Гринбергом. — Только один экземпляр?

Гринберг ответил:

— Рождественские подарки нужно готовить до Рождества. Кроме того, это лишь черновик контракта. Я отправил электронный файл на вашу почту. Сомневаюсь, что вы подпишите его не глядя, поэтому принес лишь одну копию.

Конечно, никто не будет таким глупым.

Лу Чжоу просмотрел контракт, после чего передал его юристу из AM, сидящему рядом с ним.

Пытаться разобраться в подобном — пустая трата времени, лучше оставить все экспертам. Поскольку юрист из Umicore тоже был здесь, обе стороны могли обсудить все возможные споры.

Они уже достигли последнего этапа, поэтому Гринберг не торопился. Однако просто сидеть было скучно, поэтому они с Лу Чжоу поговорили о светлом будущем литиевых батарей.

Поскольку решилась проблема с литиевыми дендритами, производители мобильных телефонов и транспортных средств на электричестве быстро начали разработку новых продуктов. Другие крупные производители аккумуляторов также ускорили свои работы над литиевыми батареями.

Даже если они не создадут литий-серные батареи, а остановятся на Li-MoS2 батареях, это все равно изменит промышленность.

Компания NEC купила патент на Li-MoS2 батареи по высокой цене много лет назад, но с тех пор срок его действия истек. Почти все остальные крупные компании, производящие аккумуляторы, тут же очнулись.

На таком огромном рынке, для Umicore было крайне важно получить лицензию на патент, как можно скорее.

Именно поэтому они спешили.

Независимо от того, что они хотели подписать договор как можно скорее, они не намерено использовали некоторые уловки в контракте.

Юристы AM потратили целый день на проверку контракта и указали на несколько спорных моментов, юристы в Umicore также осуществили пересмотр контракта.

Хотя Лу Чжоу особо ничего не понимал, он все же прочитал окончательный вариант контракта от начала и до конца, после чего взял ручку и поставил свою подпись на нем.

С этого момента Umicore на четыре года получают права на ПДМС пленку за пределами Китая.

Star Sky Technology больше не будет передавать лицензию на патент третьими лицами и будет получать половину доходов, если Umicore будет продавать лицензию.

Что касается того, что Umicore будет делать с конкурентами с помощью своих юристов, то это уже не проблема Лу Чжоу.

Причина, по которой он подписал исключительный контракт с Umicore в том, что не хотел тратить время на нудные переговоры и судебные процессы.

Если кто-то воспользуется его патентом без разрешения, Umicore для подавления конкурентов однозначно будут действовать более агрессивно, чем он.

И к тому же, Лу Чжоу все еще получит половину денег от иска.

Гринберг посмотрел на два одинаковых контракта на столе и улыбнулся.

Благодаря этому контракту Umicore будет иметь значительное преимущество в сфере литиевых батарей.

Для него — это значительное достижение.

Гринберг забрал свой контракт и протянул руку Лу Чжоу.

— Счастливого сотрудничества.

Лу Чжоу с улыбкой пожал тому руку.

— Счастливого сотрудничества!

Глава 280. Счастливoe новоселье

Для промышленности литиевых батарей декабрь, однозначно, стал беспокойным месяцем.

Hа запланированной зимней пресс-конференции Apple анонсировала новую концептуальную линейку мобильных телефонов.

В дополнение к некоторым незначительным улучшениям, самым привлекательным улучшением, несомненно, было четырехкратное увеличение времени работы.

Более подробная информация будет объявлена на весенней конференции.

Как только вышла эта новость, она сразу же стала сенсацией в интернете.

На форуме мобильных телефонов...

Споры о производителях стали уже нормой. До тех пор, пока это не слишком смехотворно, пользователи будут сильно предвзяты к своим любимым брендам телефонов.

Обычно стороны равносильны в спорах.

Однако после пресс-конференции Apple баланс нарушился.

"Нихрена себе, батарея больше в четыре раза?!"

"Круто!»"

"Яблоко безумца!!!»"

Несмотря на то, что новые смартфоны выходили каждый год, особо не наблюдалось большой разницы между поколениями продуктов. В конце концов, из-за появления трудных технологичных мест, даже закон Mура давал слабину. Большинство производителей не могли особо удивить своими "инновациями", как на заре появления.

Однако объявление о увеличении батареи в четыре раза шокировало, и фанаты таких компаний как Huawei, Xiaomi и Samsung были ни с чем.

Однако какой-то знающий пользователь не мог этого больше выносить и оставил комментарий.

"Хватит хвастаться своим яблоком. Технология литиевых батарей даже не имеет никакого отношения к ним. Готов поспорить, что через год все телефоны будут иметь подобную батарею."

Этот комментарий тут же был атакован фанатами Apple.

Однако автор комментария спокойно держался, несмотря на сотни оппонентов. Он приложил основные моменты из Nature и Вашингтон Таймс, а также другие статьи СМИ и парировал аргументами все нападки.

Однако он не ожидал, что люди в итоге переключатся на другую тему.

"Черт, я правильно прочитал? Бог Лу решил эту проблему? Разве он — не профессор математики?"

"Литиевые дендриты... я изучал этот материал месяц назад. Ее решили полгода назад?!"

"Удивительно, полгода назад этот парень хвастался, что изменит науку с помощью математики, и я думал, что это пустой треп. Не ожидал, что он — настолько умный."

"Не ты один..."

Хотя крупные научные журналы обозревали это событие, и про это даже говорилось в новостях, все это было в научных разделах, поэтому многие не обратили на это внимания.

В конце концов, чем ближе научный прорыв к самой производственной цепочке, а не результату, тем дальше он от потребителя.

Большинство людей даже не знали о литиевых дендритах и, само собой, будут спрашивать: "A разве мы давным-давно не начали использовать литиевые батареи?"

Однако по мере распространения результатов исследования на промышленность и изменения жизни людей, все же найдутся те, кто проследит до корня этих изменений.

Сенсация, вызванная статьей полгода назад, осталась в научных кругах и промышленности. Однако на этот раз, после заявлений крупных производителей электроники, новость распространилась среди общественности.

…………………………………………...

На самом деле, не только Apple. Год назад Warwick, Samsung и другие производители мобильных телефонов уже приступили к разработке новой линейки продуктов. Они просто еще не объявили об этом.

Однако после конференции MRS проблема литиевых дендритов, казалось, окончательно решилась. Это в сочетании с энтузиазмом фондового рынка в отношении литиевых батарей побудило компании начать объявлять об этом.

Первыми начали Apple, за ними — Warwick, Samsung и другие производители также начали анонсировать продукты следующего поколения. В этом году все внимание было сосредоточено на одном.

Они долго этого ждали.

И не только телефоны, все компании, как-то связанные с аккумуляторами, например, 3C, также начали делать заявления.

Многочисленные технологические компании проводили пресс-конференции. Однако автомобильная промышленность немного отличалась. Из-за более высоких стандартов безопасности, для их новых разработок может потребоваться более года.

Наряду с изменениями в аккумуляторной промышленности, жизнь Лу Чжоу также подвергалась изменениями.

У него сейчас было более 400 миллионов долларов, и он больше не мог жить в общежитии.

В прошлый раз он не очень горел желанием покупать дом, но на этот раз цена его не останавливала.

В конце концов, банк предложил ему четырехпроцентную годовую ставку за его крупный банковский счет. Зарплата в Принстоне — ничто по сравнению с этим.

Упрямый старик, наконец-то, отдал ключи от дома Лу Чжоу и переехал в Нью-Йорк.

Стоя на газоне перед домом за 300 000 долларов, парень удовлетворенно улыбнулся.

Помимо 260 квадратных метров самого дома, был еще гараж, и перед домом располагался участок. Вокруг тихо и спокойно. Соседи, в основном, иностранные студенты или профессора из института перспективных исследований. А неподалеку находился бывший дом Эйнштейна.

За исключением слишком большой площади, Лу Чжоу был всем доволен.

Особенно больше всего ему нравился дом внутри.

Возможно потому, что бывший хозяин был профессором истории, у него был хороший вкус в мебели. Особенно Лу Чжоу понравился камин в гостиной, поскольку создавал чувство комфорта.

Подобный дом действительно жалко сдавать в аренду, и парень наконец-то понял старика.

Единственные изменения Лу Чжоу решил сделать на кухне.

Хотя он ел, в основном, в клубе "Плюща", ему все равно нравилось самостоятельно готовить.

Парень посмотрел на кухню, которую ремонтировали рабочие, и внезапно у него появилась идея.

Уже почти рождество.

Обычно китайцы расценивают Рождество как День святого Валентина.

Однако, будучи красивым одиночкой, он еще не отмечал этот праздник.

Возможно, по случаю новоселья, ему следует привести дом в порядок и пригласить друзей отпраздновать?..

Глава 281. Рождественский сочельник

Прорыв в литиевых батареях продолжал влиять на фондовый рынок.

Крупнейшие мировые производители литиевых материалов считались SQM в Чили, Albemarle в США и Chemetter в Германии. Эти три компании контролировали более 80% мировых запасов лития.

B последний торговый день перед Рождеством три литиевых гиганта получили удивительный Рождественский подарок.

Этот неожиданный сюрприз ошеломил акционеров. Когда вышла статья, на фондовом рынке не наблюдалось никакого движения, и никто не предполагал, что одна конференция все изменит.

Однако поскольку развитие отрасли литиевых аккумуляторов оправдало ожидания людей, прирост дивидендов от технологического прорыва, наконец-то, подошел к концу.

В конце концов, как только верхняя часть производственной цепочки почувствует жар, нет никаких сомнений, что нижняя часть начнет успокаиваться.

Лу Чжоу не интересовали изменения на рынке капиталов, и он не обращал на него внимания.

С одной стороны — он совсем в этом не разбирался, с другой — в данный момент ему не нужны деньги.

Став финансово свободным, он мог себе позволить полностью погрузиться в научные исследования, не беспокоясь о финансировании, рыночной стоимости и других проблемах.

Честно говоря, Лу Чжоу, наконец-то, испытал то же чувство, что и Дэвид Шоу.

Хотя Уолл-Стрит "принесла" ему красивых женщин и роскошные виллы, это не принесло ему удовлетворения.

Возможно, игры с десятками миллионов на фондовом рынке — достаточно интересны, но подобный интерес сохранится лишь первые несколько лет. В конце концов, цифры станут бессмысленными, как брак без любви.

Особенно для такого специалиста, как Дэвид, цифры для него стали скучной игрой.

Однако наука — другая...

Удовольствие, приносимое наукой, более долговечно, чем от денег, девушек или роскошных автомобилей.

Представьте, что ваши исследования меняют весь мир, и вы можете ощутить, как вы вращаете его.

Чувство пустоты?

Привыкание к этому?

Невозможно.

Вселенная, как ленты Мебиуса, она никогда не кончится.

Наука — такая же.

………………………….

Весь Принстон наполнился праздничной атмосферой приближающегося Рождества.

А сам университетский городок Принстона пустовал.

Зимние каникулы начинались за две недели до Рождества и продлятся еще две недели после.

За исключением некоторых иностранных студентов, большинство студентов в это время отправлялись куда-нибудь отдыхать или домой.

Изначально Лу Чжоу планировал устроить Рождественскую вечеринку, чтобы отметить новоселье, но, к сожалению, никто из его друзей не смог приехать.

Ло Вэньсюань с новой подружкой вернулся в Китай.

Дэвид Лоуренс вернулся в свой родной Бостон, когда Лу Чжоу уже улетел оттуда.

Что же касается его старой подруги в Филадельфии, то она, хотя и хотела приехать, была слишком занята в университете.

Как она сказала, ее руководитель только что получил крупный проект на аутсорсинг от клиента по планированию организационной структуры для компании с сотнями миллионов капитала, а крайний срок — конец января.

Руководитель свалил на нее кучу работы, оправдываясь, что раз она — не христианка, то и не празднует рождество.

Хотя это правда, девушка не могла не закатить глаза, когда рассказывала это Лу Чжоу по телефону.

Лу Чжоу мог только посочувствовать ей, но никак не помочь.

Трое его друзей не смогли приехать, и парень понял, что ему больше некого позвать.

Эти трое — его единственные друзья, живущие поблизости.

Что касается старых профессоров из Института перспективных исследований, хотя Лу Чжоу хорошо общался с ними, их разница в возрасте — слишком велика.

К счастью, его три студента остались в университете, и он был не совсем один.

Вскоре наступило Рождество.

В камине горел огонь, а за окном падал снег.

Лу Чжоу сидел за длинным обеденным столом перед камином. Он открыл бутылку шампанского и медленно обратился к своим трем студентам.

— Следующий год — это новый год.

Харди поднял руку и сказал:

— Профессор, это бессмысленное утверждение. Это все равно, что доказывать эквивалентность одного предмета.

— ...

Может заткнешься?!

Лу Чжоу проигнорировал его и продолжил свою рождественскую речь, а после произнес пару слов о будущем:

— Следующей весной в университет поступят новые студенты. Надеюсь, что вы, как старшие, подадите им хороший пример.

Вера серьезно кивнула, запоминая слова своего профессора.

Цинь Юэ был более простым человеком и не изменился в лице.

А Харди похлопал себя по груди и сказал:

— Профессор, не беспокойтесь об этом, я подам им пример!

Лу Чжоу ответил:

— Особенно Харди. Я надеюсь, что ты сможешь не отстать от своих коллег. Иначе я могу забыть твое имя, когда придут новые студенты.

Цинь Юэ чуть не подавился шампанским от смеха.

— Профессор, пожалуйста, не надо! — с болью в голосе произнес Харди.

В гостиной послышался смех, и атмосфера стала более веселой.

Лу Чжоу посмотрел на своего ученика и не смог не рассмеяться.

— Тогда ты должен постараться.

Само собою, он шутил, он никогда не забудет имена своих студентов.

Когда они доверили ему свое будущее, пока они сами не сдадутся, само собою, он будет нести ответственность до конца.

Однако если кто-то из них совершит академический проступок, Лу Чжоу разочаруется в них.

Лу Чжоу поднял свой бокал с шампанским, посмотрел на горящий огонь и сказал пожелание:

— Желаю вам всего наилучшего в новом году, а также — успеха нашему исследовательскому проекту!

Харди, Цинь Юэ и Вера тоже подняли бокалы.

Группа продолжала болтать и пить.

Хотя отсюда не услышать церковных колоколов, смех и радостные голоса создавали уютную атмосферу.

Харди, который хвастался сколько может выпить, не смог перепить Цинь Юэ и вырубился прямо на столе.

А после нескольких бокалов Цинь Юэ тоже отрубился.

Никто не ожидал, что, выглядящая самой слабой, Вера сможет всех перепить.

На столе стоял ряд пустых бутылок, но белые щеки Веры лишь слегка покраснели, было не понятно, куда девается алкоголь в ее теле.

В прошлом парень не верил в умение пить у славян, но теперь, будучи математиком, он не мог даже вспомнить, сколько она выпила.

Лу Чжоу посмотрел на тускло освещенный камин и задумался.

А что, если Санта вдруг полезет в трубу?

Неужели он с оленями сгорит заживо?

Постепенно его сознание поплыло, и он вырубился.

Лу Чжоу, который долгое время не напивался, напился вновь...

Глава 282. Поxвалить себя же

Почувствовав что-то теплое и влажное на своем лбу, Лу Чжоу пришел в себя и открыл глаза, встретившись взглядом с парой глаз.

Bера, которая не умела взаимодействовать с людьми, заволновалась и тут же отвернулась.

Лу Чжоу понял, что лежит, укрытый одеялом, на диване в гостиной, а на него лбу лежало влажное полотенце. Он осознал, что Вера, скорее всего, позаботилась о нем.

Ему вдруг стало стыдно, когда он осознал, что его перепила молодая девушка.

Стыдоба какая!

За окном было яркое небо.

Чувствуя легкое головокружение, Лу Чжоу покачал головой и поднялся с дивана.

Осмотрев гостиную, парень заметил, что со стола все убрано, и на нем лежал только Харди.

Очевидно, что девушке не хватило сил перенести его.

Цинь Юэ, напротив, тоже лежал на диване.

Оба парня крепко спали, вероятно, им будет не очень хорошо, когда они проснутся.

Что же касается Лу Чжоу, то, не считая затекшей шеи, он чувствовал себя нормально.

В конце концов, препарат от системы улучшил его метаболизм. Хотя это не сильно улучшило его переносимость алкоголя, но похмелье у него проходило довольно быстро.

Честно говоря, парень заметил эффект от действия препарата после долгого пребывания в Принстоне.

В Принстоне количество волос на голове напрямую связано с научными достижениями. Эдвард Виттен был наполовину лыс, а Делинь — совершенно лысый.

Каждый раз, когда профессора видели Лу Чжоу, они спрашивали его, почему он не лысеет.

Лу Чжоу тоже не знал, как это объяснить. Он мог лишь ссылаться на таинственные силы востока.

— Сколько сейчас времени?

— Еще только шесть часов, вы можете еще поспать, — тихо сказала Вера. — Я хотела отнести вас наверх, но вы спали и были слишком тяжелым.

— Все нормально, диван — довольно удобный… И спасибо, что убралась.

— Пожалуйста, — ответила Вера, покачав головой и показав легкую улыбку. — Это я должна благодарить вас.

Лу Чжоу не знал, за что она благодарит его. Вера тоже ничего не стала объяснять, а пошла на кухню готовить завтрак.

……………………………………...

Вера хорошо готовила, глядя на нее, Лу Чжоу видел себя в прошлом, и она была похожа на него.

Вера — независимая, заботливая, не жаловалась на трудности и радовалась мелочам в жизни... Единственная проблема заключалась в том, что она — недостаточно уверена в себе.

Она трижды уточняла, вкусным ли получился завтрак из бутербродов, молока и омлета?

Впрочем, это не имело особого значения. Уверенность в себе разовьется вместе с достижениями. Лу Чжоу верил, что сможет сделать из нее квалифицированного ученого.

Насладившись завтраком, парень восстановил свои силы, после чего вышел на улицу на пробежку.

Вернувшись весь потный, он бросил пахнущую алкоголем одежду в стиральную машину и принял душ. Затем вернулся в гостиную, чтобы разбудить Харди и Цинь Юэ.

Цинь Юэ, увидев, что все убрано, сразу же застыдился и извинился перед Лу Чжоу.

Обычно было принято помогать убираться после такой маленькой вечеринки.

Однако Лу Чжоу — не такой человек, который будет ругаться из-за этого, и, будучи хозяином, он вынудил Веру убрать все в одиночку, поэтому у него не было даже права сердиться на Цинь Юэ.

Но один парень вовсе не извинялся.

Протерев глаза, Харди взглянул на часы и первым делом произнес:

— Еще ведь только восемь часов.

Лу Чжоу закатил глаза и сказал:

— Возвращайся к себе в общежитие спать!

Харди словно поправлял его, ответил:

— Я не живу в общежитии, я со своей девушкой снимаю квартиру… Но она вернулась на каникулы в Канаду.

— ...

И к чему ты это?

Выпендриваешься?

Но видя, что тот еще толком не проснулся, Лу Чжоу подавил свою злопамятную натуру.

………………….

После того как все студенты ушли, Лу Чжоу сидел в просторной гостиной и смотрел на камин, пребывая в счастливом расположении духа.

Вдруг он понял, что не поделился своей радостью с подписчиками.

Парень улыбнулся.

Он достал телефон и, найдя хороший угол, чтобы показать просторную гостиную и камин, сделал фото.

Однако как раз, когда он собирался разместить фото на Weibo, вдруг заметил кучу уведомлений от людей, упоминающих его.

К тому же, ему писало много сообщений незнакомых девушек.

Лу Чжоу удивился, он не стал публиковать фото, а пошел на главную страницу и поглядел тренды.

В пятерке горячих тем он увидел "400 миллионов долларов".

Он щелкнул на заголовок.

"Потрясающе! Знаменитый профессор математики решил проблему, которая преследовала отрасль на протяжении многих лет, и получил 400 миллионов долларов за патенты!"

Лу Чжоу промотал этот преувеличивающий пост до комментариев.

"400 миллионов долларов… Черт, это 2 миллиарда в юанях? Что это за патент такой?"

"Патент на литиевую батарею… что-то, связанное с литиевыми дендритами. В любом случае, благодаря этой технологии, производители смартфонов обновили батареи своих продуктов до следующего поколения."

"Бог Лу, напиши что-нибудь! Может, скинешь скриншот своих доходов с процентов?"

"Тебе все еще нужна девушка? Может парень пойдет? Я — ничего такой!"

"Точно, хотя идол Лу никогда не постил свою фотографию, по-моему, он должен быть красивым мужчиной в очках."

Это смущает...

Лу Чжоу не мог не улыбнуться, читая этот комментарий.

Если не считать того, что он не носил очки, то это правда.

Парень заметил, что этот комментарий никто не лайкал, и поставил первый лайк.

Однако он не знал, что люди могут увидеть, что он лайкнул.

Через несколько минут появились новые комментарии.

"Я посмотрел, кто лайкает, думал, что это обман. Не ожидал, что это сам Лу Чжоу!"

"Бог Лу давно ничего не постил, но я могу спать спокойно, увидев это."

"Никогда не видел такого бесстыдного блогера… Подписываюсь."

"Бесстыдный."

"Бесстыдный."

"..."

Появились сотни новых комментариев.

Автор поста пришел в замешательство от действия Лу Чжоу и тут же с волнением написал еще один пост, приложив к нему скриншот лайка.

"Вау! Невероятно! Не могу поверить, что бог Лу читает мою страницу! В следующем году я точно сдам экзамены!"

???

Глава 283. 400 000 опыта!

Время шло, и вcкоре наступил Новый год.

У Лу Чжоу все еще были дела в Америке, поэтому он не мог вернуться к себе домой. И ему придется подождать до Китайского нового года.

Хотя ему было немного одиноко на Новый год, система подарила ему подарок, который развеселил его.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: с начала задания и до конца года личный капитал пользователя увеличился на 400 115 000 долларов.]

[Оценка задания: S+]

[Награда за задание: 400 115 свободныx очков опыта. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — особая награда, 7% — образец, 3% — чертеж).]

Стоя в белоснежном пространстве системы, парень глубоко вздохнул. Его сердце бешено билось от восторга.

Система округлила средства Лу Чжоу и имела погрешность в несколько сотен тысяч, но парня не огорчила потерях этих крох опыта.

С другой стороны, благодаря этому он также подтвердил свои прошлые предположения.

Система не учитывала стоимость компании и кредиты, а также не рассматривала "основные средства", как недвижимость, которую люди будут считать личными активами.

Посмотрев на панель характеристик и немного подумав, парень принял решение, как распределить опыт.

Информатика имела отраслевую технологию "Искусственный интеллект", поэтому могла получать опыт не только из заданий системы. До тех пор, пока технологическая отрасль не столкнется с трудностями при повышении уровня, то проблем не было.

Инженерное дело и энергетика были первого уровня. И им требовалось всего 10 000 очков опыта для повышения уровня, поэтому это самое выгодное вложение, и Лу Чжоу поднял им уровень.

Хотя система не устанавливала максимальную разницу уровней между биохимией второго уровня и материаловедением третьего уровня, эти два предмета тесно связаны.

Поэтому Лу Чжоу, не колеблясь, потратил 50 000 очков опыта и поднял уровень биохимии до третьего, сравняв его с уровнем материаловедения.

250 000 очков он потратил, чтобы повысить уровень математики до шестого.

А оставшиеся 80 000 очков опыта потратил на физику и повысил ее уровень до четвертого.

Хотя Фрэнк Вильчек отвернулся от проблемы 750 ГэВ, Лу Чжоу еще не сдался. Третьего уровня ему не хватает для ее решения, поэтому он должен был укрепить свои мыслительные способности в области физики и математики.

Все эти очки опыта были заработаны благодаря материаловедению, поэтому было немного безжалостно не тратить их на нее.

Однако, тщательно все взвесив, Лу Чжоу понял, что это лучшее решение.

Перед Лу Чжоу появилась панель характеристик.

[Основные науки:

A.Mатематика: LV6 (4000/600000)

B.Физика: LV4 (33215 / 200000)

C.Биохимия: LV3 (4000/100000)

D.Инженерное дело: LV2 (0/50000)

E.Материаловедение: LV3 (13000/100000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 2975 (Один билет счастливой лотереи) ]

Опыт для следующего уровня при получении третьего, четвертого, пятого уровней увеличивался линейно на 100 000. Однако на шестые требования для следующего уровня подскочили в два раза. Лу Чжоу вспомнил, что гипотеза Гольдбаха принесла ему лишь 200 000 очков опыта.

— Думаю, что все труднее и труднее будет получать уровень.

Лу Чжоу покачал головой и посмотрел на кнопку счастливой лотереи. Молясь про себя, он нажал на нее.

Колесо безумно завертелось, а после команды парня медленно остановилось.

А потом случилось чудо.

[Поздравляю, вы выиграли "особую награду".]

А?!

С 10% шансов Лу Чжоу и не надеялся получить ее.

Он не мог не ощутить волнения.

[Получено: "Спасибо, что пользуетесь нашими услугами".]

Э?

Это... что еще за спасибо?

Лу Чжоу тут же разозлился.

Дай мне лучше гребанный мусор!

Я мог бы хотя бы выпить колы!

Лу Чжоу закрыл лотерею. Если бы это все не было иллюзией, то он однозначно ударил систему.

С плохим настроением он открыл панель заданий.

Он получил оценку S+ за задание, поэтому сейчас должно быть бонусное задание.

Вскоре перед ним появилась панель задач.

[Бонусное задание активировано! (Можно отказаться в любой момент, не тратить баллов)]

[Описание: как ученый, вы всегда должны интересоваться неизвестным. Любые выводы, исходя из здравого смысла, должны тщательно проверяться экспериментами. Иначе они все еще подлежат обсуждению.

Требования: проанализировать углеродные наносферы под модифицированной ПДМС пленкой.

Награда: 1-??? очков опыта по данной дисциплине. Один счастливый билет розыгрыша (???).]

Награда за задание была не очень хорошей. Скорее всего, потому что парень еще не разобрался с вторыми обломкам. И система не давала ему новых обломков, вместо этого он получал билет счастливой лотереи с неизвестным призом.

Однако не это главное, ознакомившись с описанием задания, Лу Чжоу не мог не нахмуриться.

Обычно там был различный бред, но на этот раз описание заставило задуматься.

Фраза про "подлежат обсуждению" намекала, что углеродные наносферы способны на большее, нежели просто решить проблему литиевых дендритов.

Лу Чжоу задумался.

Это не простое задание, его даже можно назвать трудным.

С его техническими условиями нелегко выяснить устройство углеродных наносфер.

Однако его вдруг осенило, и он придумал способ решить эту проблему...

Покинув пространство системы, парень ощутил сильное покалывание в затылке, и он чуть не упал в обморок.

Повышение уровней не только открывало доступ к базе данных системы, но и преобразовывало определенные области мозга.

Обычно это было приятно, словно его окунули в теплую воду.

Однако на этот раз боль была слишком резкой, это больше походило на пытку.

Сжав зубы, Лу Чжоу терпел.

Пять минут показались ему столетием.

Наконец-то боль прошла, и парень медленно успокоился.

В этот момент он понял, что его спина промокла от пота...

Глава 284. Проблемы сферы

В своем кабинете, в Институте перспективныx исследований, Лу Чжоу сидел за рабочим столом и внимательно рассматривал трехмерное графическое изображение на экране ноутбука, в правой руке у него была ручка, и он, время от времени, что-то писал на черновике, а левой нажимал на клавиатуре.

Данные, которые он получил сканером, хранились на сервере Сяо Aя, но нужная часть хранилась на его ноутбуке.

А именно углеродные наносферы под ПДМС материалом.

Можно легко просмотреть молекулярную структуру наносфер, но все остальное оставалось неизвестным.

Будь то их физические свойства или метод производства, парень должен выяснить это сам.

Для начала ему необходимо создать математическую модель и проанализировать их свойства. Потом он сможет предположить, какие материалы можно использовать для синтеза углеродных наносфер, и с помощью большого числа экспериментов мог бы подобрать правильный метод.

Однако он понятия не имел, с чего начать.

Это как с простыми числами, просто перемножить их — очень просто, и это можно сделать на любом калькуляторе. Однако осуществить факторизацию простого числа, которое превышает сотню, уже сложная задача даже для суперкомпьютера.

Лу Чжоу перестал писать и вздохнул.

Hа первый взгляд эти углеродные наносферы похожи на фуллерены С60, С50 и С240, которые имели голую сферическую структуру, но, если присмотреться, углеродные наносферы существенно отличаются от фуллеренов.

Во-первых, это не совсем "правильная сфера".

Некоторые могут возразить, сказав, что фуллерены — тоже неправильные, и пятиугольные, и семиугольные циклические соединения атомов углерода также появляются в группе шестиугольных соединений.

Однако отличие в этих углеродных наносферах заключалось в точечной группе симметрии, из-за отсутствия трансляционной симметрии ее даже нельзя охарактеризовать решеткой Браве.

Создавалось ощущение, что этот маленький шар состоял из двух или более углеродных наноматериалов, которые собрали вместе и получили новую химическую связь.

Это напоминало два шерстяных шарика, разорванных и вновь сплетенных вместе.

Если бы это было действительно так, то проблема, с которой столкнулся Лу Чжоу, более неопределенная, чем хаотичная система в квантовой механике. Возможно, только кот Шредингера мог решить ее.

Но это только проблема со стороны геометрии.

Со стороны химии — еще больше вопросов.

Лу Чжоу вздохнул и протер лоб, пытаясь успокоиться.

Проблемы нужно решать одну за другой.

Ему нужно начать с математики, где он — лучше всего.

Хотя геометрия — не та область, в которой он хорош, он все еще обладал некоторыми знаниями в этой области.

Абстрактно, это проблема топологии. Ему нужно было разобрать эту асимметричную "структуру сферы".

Лу Чжоу встал и подошел к доске в своем кабинете. Он некоторое время думал, а потом нарисовал сферу, состоящую из точек и линий. Затем обозначил известные параметры рядом с каждой точкой и создал простую математическую модель.

"Пусть A∈X；f，g∈C（X，Y）, если есть гомотопное отображение g~f, тогда a∈A，H（a，t）=f（a）"

"…"

Он писал все больше и больше формул.

Наконец Лу Чжоу перестал писать и отошел. Он посмотрел на доску с уравнениями и задумался.

Думал о многих вариантах, которые можно рассмотреть, но чувствовал, что что-то упускает.

Внезапно за дверью его кабинета послышались шаги.

Со стопкой бумаг внутрь вошла Вера.

Увидев, что Лу Чжоу смотрит на белую доску, она заколебалась. В итоге девушка решила не прерывать размышления профессора, поэтому положила документы на стол и пошла приготовить ему чашку кофе.

Почувствовав запах кофе, парень наконец-то понял, что в его кабинете кто-то есть.

Он посмотрел на Веру и спросил:

— Что-то случилось?

— Декан попросил передать вам этот список студентов, — Вера указала на список на столе и тихо произнесла:

— Я боялась потревожить вас, поэтому не стала стучать.

— Ничего страшного, меня не так легко сбить с мысли. Если ты не будешь внезапно трогать меня сзади, — пошутил Лу Чжоу.

Вера улыбнулась, поняв, что не потревожила профессора.

Она с любопытством посмотрела на уравнения и рисунки на доске и спросила:

— Что это?

— Ничего такого, просто думаю кое над чем.

Лу Чжоу вернулся к своему столу и включил ноутбук, потом взял список и посмотрел на него.

Эти студенты были неплохими, но оценки не являются эталонным показателем. Ему нужно потратить время, чтобы побеседовать с ними.

Единственное, что его удивило, это то, что к нему еще хотели студенты... не математики.

Например, один из магистров Цзиньлинского университета с прикладной химии, хотел заняться проблемой преобразований Фурье в направлении функционального анализа.

Хотя нет ничего необычного в том, чтобы изменить направление, но обычно переходят с математики на химию, а не наоборот.

Пока Лу Чжоу просматривал резюме, Вера, глядя на доску, слегка нахмурилась:

— Эта трехмерная структура — странная.

Лу Чжоу оторвался от резюме и спросил:

— Что ты думаешь?

— Могу я взять маркер?

Лу Чжоу с радостью ответил:

— Kонечно.

Вера взяла маркер и подошла к доске.

Она нарисовала несколько линий на клетке сферы и отметила пятиугольники и семиугольники. Затем нарисовала неправильную кривую, чтобы разделить фигуры.

И тут произошло чудо.

После этих действий несимметричная клеточная структура сферы разделилась на цилиндрическую конструкцию и симметричную сферу!

Лу Чжоу ошеломленно смотрел на рисунки на доске, а его глаза сверкали.

Он рассматривал множество возможностей, но не обратил внимания на это.

Но на этом преобразования внезапно завершились.

Вера хмурилась и не знала, как продолжить.

Однако для Лу Чжоу одной этой идеи было достаточно.

— Ты — гений.

Похвала удивила Веру, она посмотрела на Лу Чжоу, а потом вновь на доску и улыбнулась.

— Я рада, если смогла помочь...

Ей только показалась эта фигура интересной. Хотя она выглядела как обычная сфера, асимметрия создавала чувство противоречия.

Из-за этого Вера попыталась произвести топологическое преобразование структуры, и в конце концов выяснила, что структура представляет собой комбинацию симметричной сферы и цилиндра.

Это невообразимо сложная задача в элементарной геометрии.

Однако это интересное явление в топологии.

Хотя ей не удалось завершить преобразование, но сделанного — уже достаточно.

— Ты не просто помогла! Ты очень помогла!

В голову парня хлынули идеи, он быстро сфотографировал доску, а затем убрал ноутбук:

— Меня не будет пару дней, так что присмотри за кабинетом.

Он подошел к двери кабинета и вдруг, задумавшись, остановился и, посмотрев на девушку, сказал:

— И да, если кто-нибудь будет искать меня, то дай им мой адрес и скажи, чтобы искали меня там.

Глава 285. Будучи богатым, действительно, все ощущается по-другому

— Несимметричную сетчатую конструкцию можно разобрать на цилиндрическую и симметричную сетчатую конструкцию. Сетчатая конструкция имела точечную группу симметрии, а поверхность цилиндрической конструкции содержала два дефекта Стоуна-Уэльса.

— Энергетические уровни π и π* наслаиваются из-за дефекта Стоуна-Уэльса. Что приводит к появлению на поверхности энергетической зоны 0,06 эВ и 0,04 эВ, что объясняет...

— То есть... углеродные нанотрубки улучшают характеристики углеродных наносфер.

— Я — гений!

С блестящими от возбуждения глазами, Лу Чжоу разговаривал сам с собою, пока шел.

Студенты и даже профессора, проходившие по коридорам, отходили в стороны от него.

Oни не боялись столкнуться с Лу Чжоу, но боялись нарушить ход его мыслей.

Это обычное явление в Принстоне, кто не придет в восторг от внезапного порыва вдохновения?

Поскольку в Принстоне все люди — похожего типа, они понимали, что чувствовал Лу Чжоу.

……………………….

Лу Чжоу вернулся домой и закрылся, в очередной раз полностью погрузившись в работу.

Хотя Вера не решила проблему, ее идея вдохновила парня.

Если получится осуществить эту идею, то решится проблема с созданием углеродных наносфер в лаборатории.

Современные методы позволяют получать как углеродные нанотрубки, так и материалы фуллеренов. Трудность заключалась в том, как восстановить химические связи и объединить две структурно различные макромолекулы в более крупную и сложную молекулу.

Прошла неделя.

Почти все это время Лу Чжоу занимался построением математической модели, прерываясь лишь на сон и еду.

Наконец, во второй понедельник после нового года, он закончил первоначальный вариант.

— Остается только усовершенствовать эту математическую модель. После чего мне понадобится исследовательская группа, чтобы я мог провести эксперименты.

Лу Чжоу потянулся и откинулся на спинку стула, удовлетворенно посмотрев на результаты последней недели.

Быть богатым — это другое дело.

До этого ему приходилось одалживать оборудование у других людей. Теперь, если он хотел провести эксперимент, ему даже не нужно делать это самому. Он мог бы просто купить нужное оборудование и нанять для этого нескольких аспирантов.

Конечно, у Лу Чжоу присутствовали и другие варианты, которые могли позволить сэкономить ему деньги. Например, он мог бы опубликовать математическую модель в статье и заставить другие исследовательские группы делать его работу.

С его достижениями в области вычислительного материаловедения, должно быть много исследовательских групп, которые будут заинтересованы в его работах, и захотят проверить их.

Однако если он это сделает, патентные права могут оказаться в руках других.

Даже при том, что Лу Чжоу не уверен, будет ли это стоить столько же, сколько модифицированная ПДМС пленка. Это все шло от высокотехнологичной системы, и он хотел это себе.

Вдруг это когда-нибудь пригодится?

За двадцать лет может случиться все, что угодно.

Парень встал и потянулся, он собирался пойти на кухню и заварить себе кофе.

Однако в дверь неожиданно позвонили.

Спускаясь по лестнице и направляясь к двери, Лу Чжоу уже догадался, кто это.

Как он и ожидал, за дверью стоял Вульф с портфелем в руках и яркой улыбкой.

— Рад снова видеть вас, профессор Лу. Как прошло Рождество?

Лу Чжоу пожал ему руку и улыбнулся:

— Не плохо, проходите… Хотите что-нибудь выпить?

— Спасибо, вода подойдет.

Они сели в гостиной, Вульф открыл портфель и вынул из него пачку документов, после чего передал ее Лу Чжоу.

— Как вы и хотели, мы помогли вам спланировать организационную структуру компании. Также прилагается список будущих расходов. Если вас все устраивает, мы арендуем для вас офис в Филадельфии и наймем персонал, исходя из стандартов в документе...

Парень взял документы и бегло просмотрел их.

Он просил АМ зарегистрировать для него патентную компанию на Каймановых островах и зарегистрировать филиал в Соединенных Штатах, основной деятельностью которой будет интеллектуальная собственность.

Хотя в данный момент у них — лишь один клиент, Китайский рынок так и ждет, когда они дойдут до него.

Лу Чжоу не хотел тратить время на анализ размера рынка, ценообразование патентов и переговоры о патентных пошлинах с химическими компаниями. Поэтому лучшим выбором для него было нанять кого-то, кто занимался бы его компанией.

К тому же, цена за это будет мизерной.

— Я доволен этим планом, давайте просто следовать ему. Кроме того, договоритесь о времени, чтобы руководители приехали встретиться со мною в Принстоне.

Лу Чжоу отложил план проекта в сторону и вдруг, что-то вспомнив, заговорил:

— Ах да, что, если я приобрету исследовательский институт в Соединенных Штатах, используя мою компанию на Каймановых островах… Я должен буду платить доходы от интеллектуальной собственности, полученные с помощью исследовательского института?

Вульф улыбнулся и ответил:

— Вы видели, чтобы Microsoft и Google платили налоги на свои доходы от интеллектуальной собственности? Они даже пользуются налоговыми льготами на зарубежные доходы от интеллектуальной собственности.

Ничего себе, они — такие смелые?

Эта информация потрясла Лу Чжоу.

Но Вульф не обратил на это внимания.

Он почувствовал, что дело пахнет деньгами, и продолжил разговор:

— Если вам нужна юридическая помощь по интеллектуальной собственности, пожалуйста, свяжитесь со мной. Наши услуги в области интеллектуальной собственности — на уровне мирового класса!

Лу Чжоу просто улыбнулся на это хвастовство.

Первоначально он не хотел обсуждать с ним этот вопрос, но вспомнил, что большинство клиентов АМ — в области материаловедения, так что лучше Вульфа ему никого не найти.

Поэтому Лу Чжоу поддался искушению и узнал:

— Есть ли у вас клиенты в области материаловедения, которые находятся на грани банкротства или которым не хватает средств? Компания с возможностями исследования и разработки углеродных материалов тоже сойдет.

Вульф удивился вопросу:

— На грани банкротства? Честно говоря, я не знаю положения дел клиентов, но должны найтись такие исследовательские группы… Что именно вы хотите?

Хотя Лу Чжоу не уверен, что AM занимается слияниями и поглощениями, но все же спросил:

— Я хочу приобрести исследовательскую группу с возможностью исследования и разработки углеродных наноматериалов.

Услышав просьбу, Вульф улыбнулся и сказал:

— Это просто! Предоставьте это мне.

Неужели?

Лу Чжоу замер, и он не мог не спросить:

— Вы также предоставляете услуги по слиянию и поглощению компаний?

Вульф уверенно улыбнулся:

— Хотя наш основной бизнес связан с патентами, наши юристы предлагают широкий спектр других услуг. Если вам когда-нибудь предъявят иск, и вам нужно будет обратиться в суд, пожалуйста, свяжитесь со мной. У нас — лучшие юристы в Соединенных Штатах…

— ...

Глава 286. Десять лучших научных достижений года

Через две недели после нового года произошли два важных события.

Известный журнал "Science" отобрал десятку лучших научно-технических достижений 2016 года.

Исследование гравитационных волн было последним кусочком головоломки общей теории относительности, поэтому неудивительно, что оно заняло первое место.

Если изобретение электромагнитного телескопа походило на человеческий глаз, то детектор гравитационных волн походил на ухо. Люди наконец-то могли услышать звуки вселенной.

Второе место занял Mycoplasma laboratorium 3.0 или Synthia 3.0. В отличие от гравитационных волн, большинство людей не знали, что такое Synthia 3.0. Tем не менее это самый близкий момент, когда люди могли почувствовать себя богами.

Synthia обладал 473 генами и содержал минимальное количество генов для поддержания жизнедеятельности. В то же время это самый простейший живой организм, когда-либо созданный людьми.

Модифицированная ПДМС пленка, решившая проблему литиевых дендритов, заняла третье место.

Это, несомненно, значимое достижение для сообщества материаловедов, которое не переживало крупных прорывов в течение многих лет. В то же время выбрали седьмую строку периодической таблицы химических элементов. В этом году химическая промышленность была полна сюрпризов.

Также в список попала AlphaGo от Google, самообучающаяся программа, основанная на методе Монте-Карло. Что делала ее законным представителем в современной области искусственного интеллекта.

Также отметили прорыв в освоении космоса, когда семена проросли в космосе.

Однако эти достижения не ранжировались в каком-либо порядке, ведь невозможно сравнить разные области.

Однако эти ежегодные рейтинги отражали субъективное мнение редакции журнала.

Многие люди в интернете после этого списка предполагали, что благодаря этому выдающемуся исследованию, Лу Чжоу может стать вторым математиком после Джона Попла, получившим Нобелевскую премию по химии.

Конечно, это лишь мнение непрофессионалов.

Ведь в "Science" — только мнение "Science", а не всего научного сообщества.

Нобелевский комитет имел очень строгие критерии оценки для отбора достижений в соответствующей области. Как выдающееся достижение в прикладных науках, модифицированная ПДМС пленку нельзя рассматривать так же, как открытие гравитационных волн, которое получило Нобелевскую премию сразу в следующем году, после подтверждения результатов.

Только время могло показать, насколько велика технология.

Однако как и с "отцом искусственной жизни" Крейгом Вентером, если бы однажды Нобелевский комитет присудил Лу Чжоу премию в области химии, никто бы не удивился.

В конце концов, проблема литиевых дендритов беспокоила все сообщество материаловедов на протяжении десятилетий.

Еще одним важным событием, произошедшим в начале года, была инаугурация Трампа.

Но это не имело никакого отношения к Принстону и Лу Чжоу, который не интересовался политикой.

……………………………..

На вторую неделю после Нового года профессор Лу предоставил своим студентам каникулы.

Одна из причин, чтобы восполнить пробел в зимних каникулах, которые им были положены. Вторая причина — в том, что до Китайского Нового года Лу Чжоу был очень загружен, и у него не было времени заниматься своими студентами.

Что касается этого долгожданного отпуска, Цинь Юэ сказал, что вернется домой на Китайский Новый год, а Xарди, что хочет поехать путешествовать по Средиземному морю со своей девушкой. Лу Чжоу хотел дать Харди какое-нибудь "домашнее задание на каникулы", но в конце концов сдержал порыв и улыбнулся, пожелав тому хорошо отдохнуть.

Что касается Веры, то когда Лу Чжоу спросил, чем она собирается заняться, то девушка растерялась, а ее взгляд стал пустым.

Глядя на ее в таком состоянии, Лу Чжоу вздохнул.

Будь это кто-то другой, то он предложил бы вернуться домой и увидеться с родителями, отдохнуть.

Но в ее случае...

Он не мог найти что-то, значимое для нее.

Лу Чжоу на мгновение задумался и сказал:

— Математика — предмет, который нуждается в вдохновении. Сидение в библиотеке целыми днями может запутать твои мысли. В этом году американское математическое общество проведет конференцию для молодых ученых в Беркли. Статья, которую ты мне показала в прошлый раз, была довольно хорошей, и я предлагаю представить ее.

Когда девушка услышала, что ей, возможно, придется делать доклад, она запаниковала и нервно произнесла:

— Я… я не делала докладов раньше.

— Никто не рождается с этим умением. Тебе нужно научиться приспосабливаться, — произнес Лу Чжоу, посмотрев ей в глаза.

— Если беспокоишься о расходах, то все это можно оплатить с помощью Фонда исследовательских проектов. Если боишься сцены, я надеюсь, что ты сможешь преодолеть этот страх. Поверь мне, это — для твоего же блага.

Среди трех его студентов, Вера — самая талантливая, и Лу Чжоу возлагал на нее самые большие надежды.

Однажды она будет стоять на сцене Международного конгресса математиков и будет делать часовой доклад о своих результатах. Если она не сможет преодолеть свой страх перед сценой, то никогда не станет ученым мирового класса.

Услышав эти слова, девушка покраснела и растерялась.

Лу Чжоу, не услышав ответа, не хотел давать ей возможность отступления, поэтому повторно спросил:

— Ну так что?

— Хорошо...

Хотя она не особо уверенно произнесла, это можно считать улучшением.

Лу Чжоу сел в свое кресло и удовлетворенно кивнул.

— Тогда начинай готовиться. До крайнего срока осталось еще три дня. Можешь не приходить ко мне в кабинет в эти три дня. Просто сосредоточьтесь на редактировании своей статьи. Я позабочусь о дороге, тебе нужно лишь подать заявку на участие.

Силой приняв решение за нее, выпроводил ее из кабинета.

Вера остановилась в дверях и, после небольшого колебания, повернулась.

Увидев страдающее лицо Веры, Лу Чжоу спросил:

— Что-то еще?

Вера опустила голову и смущенно улыбнулась.

— Ничего, просто хотела поблагодарить вас... Никто не заботился обо мне раньше.

И только?

Лу Чжоу сказал:

— Пожалуйста. В конце концов, я — твой руководитель.

………………………...

Закончив дела в Принстоне, Лу Чжоу поехал на своей машине в Филадельфию, в филиал компании "Star Sky Technology".

Он должен был признать, что АМ хорошо делали свою работу. Они решили все его проблемы, даже о которых он не задумывался.

Конечно, плата за это была не из дешевых.

Поскольку офис все еще обустраивался, полы были заполнены строительными материалами и коробками.

Осмотревшись, парень покинул офис и вернулся в машину.

Он посетил его только из любопытства. Он приехал в Филадельфию не из-за этого, а чтобы встретиться с консультантом, который работал с ним.

Судя по всему, эта женщина была профессором Уортонской школы бизнеса, с двойной степенью по международной торговле и деловому администрированию.

Хотя многое уже есть в бумагах, некоторое вещи для уточнения нужно обговорить.

Лу Чжоу договорился встретиться с этой женщиной и все обсудить лично.

Глава 287. He все студенты одинаково счастливы

— Эх, такое ощущение, что жизнь проходит мимо меня.

В кабинете Уортонской школы бизнеса Пенсильванского университета Чэнь Юйшань лежала на столе.

C начала нового года прошло уже две недели, и через две недели будет Китайский Новый год. Однако она все еще дулась из-за того, что пропустила рождественскую вечеринку.

По сравнению с ее научным руководителем в Яньцзинском университете, ее руководитель здесь был порождением сатаны. С тех пор как она приехала, ее постоянно поджидала куча работы, и она не могла даже передохнуть.

Поначалу ей нравилась подобная жизнь, в конце концов, она многому научилась.

Однако со временем, даже если ей и нравилось учить менеджмент, это становилось все менее радостным.

Чэнь Юйшань считала, что ее положение определенно уникальное, потому что большинство других иностранных студентов в Уортоне сочувствовали ей.

Хотя всех их использовали руководители как бесплатную рабочую силу, мало кого заваливали так же.

Внезапно дверь кабинета распахнулась — и вошла Мишель Парсис в меховом пальто.

Эта элегантная женщина хорошо одевалась, а ее профессиональный макияж прекрасно скрывал морщины.

Она взглянула на свою студентку, лежащую на столе, и произнесла:

— Я собираюсь встретиться с клиентом. Ты закончила с графиками по рынку анодных материалов литиевых батарей в Китае?

Чэнь Юйшань, которая все еще лежала на столе, устало открыла ящик и достала флешку, после чего произнесла:

— По большей части, все готово.

Менеджмент — очень обширный предмет, а это значит, что сфера его изучения может быть очень узкой или очень широкой.

В один день можно было бы планировать организационную структуру компании, а на следующий день, возможно, придется проводить маркетинговое исследование рынка анодных материалов для литиевых батарей в Китае. Типы предлагаемых менеджерами услуг будут зависеть от запросов клиентов.

Хотя AM просила только планирование структуры компании, Парсис догадалась, что контракт между Star Sky Technology с Каймановых островов и бельгийской Umicore исключал китайский рынок.

Для нее это стало приятной неожиданностью. Подобные ей люди проводили маркетинговые исследования и разрабатывали планы максимизации прибыли от интеллектуальной собственности.

Можно сказать, что эти "дополнительные услуги" — ее способ расширить клиентскую базу.

В конце концов, клиенты не берутся из воздуха. Элита Уолл-Стрит должна не только удовлетворять потребности своих клиентов, но и помогать выяснять, что еще им нужно.

Госпожа Парсис взяла флешку у Чэнь Юйшань и убрала ее в сумочку.

— Я проверю твое домашнее задание, а пока иди поспи. Кстати, передай Лос привет от меня и скажи, чтобы она сдала отчет к завтрашнему дню.

Чэнь Юйшань, очевидно, не воспринимала ее слова как сострадание. Парсис только хотела, чтобы она отдохнула, чтобы лучше работать.

— Хорошо, профессор, я пойду.

Чэнь Юйшань встала из-за стола и пошла к двери.

……………………………...

В то же самое время в небольшом исследовательском институте Кремниевой долины профессор Саррот столкнулся с самым тяжелым моментом своей жизни.

Смотря на человека, сидящего перед ним, он яростно ругался:

— Наша команда в области органического синтеза имеет уровень мирового класса! Корнельский университет оказывает нам техническую поддержку, вы понимаете, что это значит? Вы хотите купить мою команду за десять миллионов долларов? Может лучше ограбить банк?

Глядя на разъяренного профессора, Вульф лишь улыбнулся и спокойно сказал:

— Конечно, я знаю, что Корнелльский университет — из Лиги Плюща, и что он выпустил пятьдесят четыре нобелевских лауреата, а также много известных профессоров... но какое это имеет отношение к вам?

Вульф посмотрел на Саррота, который стоял как вкопанный.

— И, насколько я знаю, профессора Корнельского университета обычно не беспокоятся о финансировании, и они не открывают компаний в Кремниевой долине. Итак, профессор Саррот, вы выдали зарплаты в этом месяце?

Лу Чжоу поставил планку ценника в 20 миллионов долларов, но чем ниже будет цена, тем выше будут комиссионные.

Вульф не заплатил бы ни копейки, если бы не несколько ценных устройств.

АМ служили науке?

Нет, это просто реклама.

Они служили богатым.

Саррот стал весь красным, но не мог ничего сказать.

Если бы он столкнулся с невеждой, который не знал правды, он мог бы убедить его. Даже после неудачи на осенней конференции, он мог бы остаться на плаву.

Однако Вульф знал отрасль вдоль и поперек, и его детские хитрости тут не сработают.

В конце концов, когда профессиональные знания не работают, способность вести переговоры — у Вульфа просто подавляла его.

На самом деле, Саррота ткнули прямо в слабое место.

Он основал свою компанию в Кремниевой долине, а не в Нью-Йорке, поскольку здесь легче получить финансирование.

Известные профессора обычно не будут делать что-то подобное, поскольку для них получить средства — не проблема. Многие компании были готовы сотрудничать с ними, поэтому они нуждались в талантах больше, чем в деньгах.

Индустрия материаловедения отлична от IT-индустрии, а таланты в области материаловедения в Кремниевой долине не могли сравниться с университетами восточного побережья.

Что касается Саррота...

Несколько лет назад он еще мог получить финансирование. В конце концов, это была золотая эра литиевых батарей.

Microsoft, IBM, Tesla и даже министерство энергетики США занимались этим направлением. Казалось, эта отрасль никогда не будет испытывать нехватки средств, а миллионеры будут выскакивать один за другим.

Однако в последние годы ситуация кардинально изменилась.

Питер Брюс, известный человек в области литий-воздушных батарей, подвергся критике за публикацию статьи в "Nature". Никто не мог повторить результаты его исследований. Профессор Брюс был так близок к успеху, но в конце концов потерпел неудачу.

Хотя большинство людей считали, что тот "искренне" ошибся, некоторые называли его "обманщиком". Из-за этого вся индустрия литий-воздушных аккумуляторов сильно пострадала.

Саррот — лишь маленький человек в области литиевых батарей. Изначально он хотел собрать лишь крошки за гигантами, но теперь остался и без этого.

Честно говоря, с текущим финансовым положением, он не мог даже платить зарплату рабочим, а не то что проводить исследования.

— Думаю, вам нужно еще время на раздумья, — сказал Вульф, видя, что профессор Саррот все еще не пришел в себя, он пожал плечами и встал с дивана. — Пойду прогуляюсь поблизости.

Когда Саррот увидел, что возможность ускользает из его рук, он внезапно передумал.

Наконец, он не мог больше сдерживаться.

— Постойте.

Вульф остановился и обернулся, спрашивая:

— Вы передумали?

Саррот пробормотал:

— Ты — подонок.

Вульф улыбнулся:

— Взаимно.

Глава 288. Позаботьтесь вместо меня

— Встретиться?

Лу Чжоу сидел в кофейне в Филадельфии и удивился, услышав слова Вульфа.

— Да, я снизил цену до десяти миллионов долларов, и они приняли мое предложение. Однако продавец сказал, что не может передать будущее своей исследовательской группы, не увидев покупателя. Он настаивал на встрече с вами до подписания контракта. Я тогда организую его перелет?

Честно говоря, Вульф закатил глаза, услышав доводы старика.

Исследовательская группа без финансирования не имела будущего. Eго команда с радостью сменит владельца, если им будут платить зарплату.

Лу Чжоу на секунду задумался и ответил:

— Не стоит. Я сам прилечу. Mне все равно нужно посмотреть, что там за оборудование.

Вульф улыбнулся:

— Хорошо, будет лучше, если вы лично прибудете.

Оборудование — щекотливая тема, и Лу Чжоу хотел лично проверить и убедиться, что все в порядке.

По сравнению с исследовательской группой, он нуждался в оборудовании гораздо больше.

В Кремниевой долине — множество талантов, и парень мог нанять инженера по углеродным наноматериалам и органическому синтезу за 100 000 долларов в год. После чего мог найти нескольких лаборантов и стажеров, и исследовательская группа будет готова.

Однако с оборудованием — другой случай. Оно обойдется в миллионы или даже в десятки миллионов вложений.

Даже простой хороший электронный микроскоп обойдется в миллионы. Например... а оборудование для получения углеродных нанотрубок, которые обычно используются для получения фуллеренов, обойдется, по меньшей мере, в двадцать миллионов долларов.

Для большей экономии гораздо выгоднее приобрести уже готовую лабораторию с необходимым оборудованием, чем покупать его у производителей.

Лу Чжоу не придется много отдавать за подержанное оборудование хорошего качества. И оно будет гораздо надежнее, чем оборудование, изъятое из исследовательских институтов.

К тому же, ему не придется искать и обучать новых сотрудников.

Повесив трубку, Лу Чжоу посмотрел на профессора Парсис и виновато улыбнулся.

— Извините, что заставил ждать. Звонок по работе.

— Не переживайте. Я уверена, что время очень ценно для такого выдающегося ученого, как вы, — сказала Мишель Парсис и улыбнулась. — Мы можем начать прямо сейчас?

Лу Чжоу кивнул:

— Конечно.

Парень должен признать, что Пенсильванский университет — действительно инкубатор для бизнес элиты мира, поскольку что студенты, что профессора — все профессионалы.

После объяснений Парсис у Лу Чжоу уже сложились общие рамки структуры его компании.

Сюда входили функции различных подразделений компании, какие люди были необходимы и на каких должностях, система оплаты труда сотрудников и остальное. Она уже учла все проблемы, которые парень мог придумать.

Если бы Парсис захотела войти в мир бизнеса, то с ее навыками она могла бы получить любую руководящую должность.

Однако работать в компании не так удобно, как быть профессором.

Особенно для профессора с двойной докторской степенью в области делового администрирования и международной торговли. Парсис могла не только получать зарплату в Пенсильванском университете, но и оказывать консалтинговые услуги для сторонних компаний по почасовой ставке.

Она могла преподавать студентам, а иногда и публиковать статьи. И даже могла использовать своих студентов в качестве бесплатной рабочей силы для своих больших проектов. Tакая жизнь — определенно лучше, чем работа с девяти до пяти в офисе.

— Это основные моменты. Поскольку ваша компания занимается, в основном, интеллектуальной собственностью, я рекомендую вам создать несколько офисов по всему миру и использовать их для контроля за использованием патентов на зарубежных рынках. Кроме того, если бюджет позволяет, я рекомендую нанять команду из десяти, двадцати профессиональных юристов, чтобы заниматься делами о нарушении прав интеллектуальной собственности.

Лу Чжоу принял ее совет к сведению. Убирая документы, он сказал:

— Я серьезно подумаю над вашими советами.

После этой встречи его сотрудничество с фирмой AM и его компанией по управлению патентами подошло к концу.

Теперь ему оставалось только нанять управляющего и передать ему эти документы. После мэнеджер создаст структуру компании на их основе, и филиал Star Sky Technology в Северной Америке заработает как по маслу.

А он сможет скинуть с себя все вопросы бизнеса и заняться исследованиями.

Однако для Мишель Парсис то, о чем она только что говорила, было сделкой согласно контракту с AM. И для нее цель этой встречи заключалась в другом.

— Я заметила, что вы еще не освоились на китайском рынке. На самом деле, у меня есть отчет о китайском рынке анодных материалов, не знаю, заинтересованы ли вы в нем?

Лу Чжоу пошутил:

— Это бесплатно?

Мишель Парсис улыбнулась и ответила:

— Конечно. Но если вам понравится мой исследовательский отчет, то я могу предоставить вам более подробный анализ китайского рынка. К тому же, я могу помочь вам с разработкой стратегии для китайского рынка... Конечно, уже это будет не бесплатно.

Взяв отчет, Лу Чжоу бегло просмотрел его.

Если давать ему объективный комментарий, то он сделан довольно хорошо. Но он — не эксперт в этой области, и не может понять всех нюансов.

Лу Чжоу считал, что профильную работу должны делать профессионалы.

Мишель Парсис спокойно ждала, пока Лу Чжоу закончит читать отчет, после чего спросила:

— Что думаете?

— В целом, все хорошо, — Лу Чжоу положил документ на стол и улыбнулся. — Вижу, что вы — профессионал.

— Конечно, — с улыбкой ответила Мишель. — В конце концов, я — эксперт в этой области.

— Тогда я буду полагаться на вас. Но в дальнейшем, надеюсь, вы будете напрямую работать с моей компанией. В середине января я попрошу руководителя связаться с вами, — сказал Лу Чжоу.

Профессор Парсис улыбнулась:

— Без проблем, тогда счастливого сотрудничества?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Счастливого сотрудничества.

После встречи они вместе отправились на стоянку.

Но прежде чем сесть в машину, парень вдруг что-то вспомнил и повернулся к профессору:

— Кстати, вы же — профессор в Пенсильванском университете?

Мишель Парсис улыбнулась:

— Да, что такое?

— У меня просто там учится подруга, хотел узнать, может вы ее знаете?

Мишель Парсис спросила:

— Как ее зовут?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Чэнь Юйшань, студентка магистратуры в Уортонской школе бизнеса. Я слышал, что у нее в последнее время — некоторые трудности с учебой. Но я не могу ничем ей помочь в этой сфере, поэтому буду признателен, если вы позаботитесь о ней.

Услышав это имя, Мишель Парсис впала в ступор, и выражение ее лица в этот момент сложно было описать.

Она кашлянула, попытавшись скрыть свою странную реакцию, и сказала:

— Думаю, что слышала о ней раньше, но я не очень хорошо ее знаю. Но проверю ее по возвращению.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул:

— Большое спасибо.

Глава 289. Это справeдливо

Чэнь Юйшань последние два дня волновалась.

C теx пор, как она отдала своему руководителю графики, она больше не получала никаких заданий.

Хотя подобные, давно забытые, свободные дни были приятны, но они заставляли ее пугаться, что она могла где-то оскорбить профессора.

Студенты были в невыгодном положении. Если они случайно обидят профессора, то у них будут сложные два года жизни, и их выпуск будет под угрозой.

Чэнь Юйшань очень переживала из-за этого, особенно когда профессор бросала на нее взгляды, от которых у нее пробегали мурашки по коже.

Oна уже думала спросить у профессора, что случилось, но та заговорила первой:

— Я слышала, что китайский Новый год — двадцать восьмого числа?

Э...

Она заговорила со мной?

Чэнь Юйшань сглотнула и спросила:

— Каждый год — по-разному, но в этом году — двадцать восьмого, а что такое?

Профессор Мишель Парсис без каких-либо эмоций взглянула на нее, а потом внезапно прищурилась и заботливо улыбнулась.

Эта ужасающая улыбка перепугала Чэнь Юйшань.

К счастью, она сдержалась и не вскочила, иначе она бы точно обидела своего руководителя.

Профессор Парсис посмотрела на календарь на своем столе и произнесла:

— Ты много работала в течение последних нескольких месяцев. Китайский Новый год — через две недели. С этого дня и до праздника можешь отдохнуть.

Чэнь Юйшань не находила слов.

Эм…

Она дала мне каникулы?

Счастье свалилось так внезапно, что девушка начала сомневаться, не ослышалась ли она.

Она только звонила семье, сказав, что не сможет вернуться домой в этом году.

Несколько магистров и аспирантов с завистью посмотрели на нее.

Профессор Парсис никогда раньше не говорила со студентами подобным образом. Для такой строгой женщины, как она, студенты были ее работниками, работниками за 300 долларов в месяц.

Чем моложе и красивее студентка, тем холоднее и требовательнее она относилась к той.

Но теперь...

Солнце взошло на западе.

Мишель Парсис немного помолчала и с ласковой улыбкой продолжила:

— Я пересмотрела твою часть в отчете об исследовании индийского розничного рынка. Твоя работа сыграла важную роль в этой статье, поэтому я решила поставить твое имя на первое место.

Девушка еще не отошла от шока и пробормотала:

— Но, профессор, я только помогла собрать документы и сделать графики...

— Только? — Мишель Парсис серьезно взглянула на нее. — Госпожа Чень, скажу вам, что вспомогательная работа по сбору документов и графиков — так же важна, как и написание самой статьи. Эту работу нельзя описать словом "только". Это справедливо. B этом вопросе я буду придерживаться своего решения.

???

………………..

На третью неделю после Нового года Лу Чжоу вылетел на западное побережье.

Лу Чжоу не знал, было ли это из-за того, что его студент подал заявку на конференцию, или из-за чего-то другого, но Фрэнсис, президент Американского математического общества, пригласил его на конференцию в Беркли.

Изначально он не планировал посещать эту конференцию.

Однако Фрэнсиса переполнял энтузиазм, и поскольку Лу Чжоу все равно ехал в Сан-Франциско, он принял приглашение. Он пообещал прийти на конференцию и послушать доклад своего ученика.

В конце концов, это будет первый отчет, и парень волновался.

После приземления его встретил Тао Теренс.

После прошлогодней научной конференции они хорошо общались между собою.

Из-за широкого спектра исследований профессора Тао, каждый раз, когда парень сталкивался с проблемой в теории чисел или функциональном анализе, они обсуждали ее по интернету. Когда профессор Тао услышал, что Лу Чжоу едет на конференцию в Беркли, он сразу же предложил встретить того.

Профессор Тао сел в машину и спросил:

— Я слышал, что ты занялся гипотезой Коллатца.

Лу Чжоу с улыбкой ответил:

— Да, тебе тоже интересно?

— Не просто интересно. Я уже давно занимался ее изучением, но, к сожалению, не преуспел. Интуиция подсказывает мне, что это сложная аналитическая проблема, но после некоторых глубоких исследований обнаружил, что ошибался, и она также связана с программой Ленглендса, — немного смутившись, произнес Теренс. — Но с твоим потенциалом ты должен суметь ее решить. Ты теперь — ведущий математик в теории чисел, если ты не сможешь решить эту гипотезу, то пройдут столетия, прежде чем кто-то другой это сделает.

Хотя подобные слова были небольшим преувеличением, они не настолько возмутительны. Мало кто занимался теорией аддитивных чисел. А типичными проблемами в ней были гипотеза Гольдбаха и проблема Варинга.

Теперь, когда Лу Чжоу решил гипотезу Гольдбаха, если кто-то не решит проблему Варинга, парень будет занимать лидирующее место в этой области.

Лу Чжоу улыбнулся и объяснил:

— Не стоит преувеличивать… На самом деле, это не я занимаюсь этим проектом. В основном, его делают мои студенты. А я лишь даю им советы, каким будет конечный результат — не знаю.

— Понятно, а я думал, что это ты исследуешь ее, — с разочарованным лицом произнес Тао Теренс.

Если бы этим занимался сам Лу Чжоу, он с нетерпением ждал бы результата.

Но сейчас у него особо не осталось надежды.

………………………………….

Американское математическое общество арендовало отель для этой научной конференции недалеко от Беркли. Как приглашенного ученого, для Лу Чжоу забронировали номер, и ему нужно лишь зарегистрироваться на стойке.

Профессор Тао довез парня до отеля и, поскольку ему еще нужно было проводить лекцию, пригласил его в гости, после чего уехал.

Лу Чжоу долго не задерживался в отеле, а только оставил багаж в номере. После чего вызвал такси.

Исследовательский институт профессора Саррота находился в южной части залива Сан-Франциско, что было недалеко от отеля, поэтому парень хотел, как можно скорее, все решить.

Лу Чжоу сел в такси и позвонил Вульфу, договорившись встретиться в институте.

Он думал, что прибудет первым, но, когда подъехал, агент уже ждал его у входа.

Вульф поздоровался и сказал:

— Не ожидал, что вы приедете сегодня. Вы бы сказали, я бы вас встретил.

Лу Чжоу ответил:

— Мне пришлось поменять свои планы, но не важно, давайте решим с этим вопросом.

Лу Чжоу позволил Вульфу войти первым.

По сравнению с крупными исследовательскими институтами, этот частный исследовательский институт, однозначно, намного меньше. В нем всего три этажа, и он располагался не в самом удобном месте, из-за чего до него трудно добираться.

Но в нем имелось все самое необходимое.

В лаборатории было нужное оборудование для экспериментов, которое хотел Лу Чжоу.

Парень вошел в кабинет на третьем этаже и хотел поприветствовать руководителя лаборатории, как увидел профессора Саррота, сидящего на диване.

Они посмотрели друг другу в глаза, и оба были ошеломлены.

Профессор Саррот не ожидал, что человеком, который собирался купить его исследовательскую группу, был Лу Чжоу, поэтому он приятно удивился.

Хоть имя и звучало похоже, но Лу Чжоу не ожидал, что встретит того самого человека с конференции.

Успокоившись, парень удостоверился, что не ошибся.

После чего...

Не колеблясь, он развернулся и направился к выходу.

Однако профессор Саррот не дал сделать Лу Чжоу и шага:

— Подождите! Восемь миллионов, нет, пять миллионов, я продам его! Пожалуйста, не уходите!

Глава 290. Не уходи!

— Отпусти меня!

— Я не отпущу тебя, пока ты не пообещаешь, что не уйдешь!

— ...

Лу Чжоу посмотрел на профессора Саррота, который держался за его бедро, и подумал:

"Он, и правда, профессор Корнельского университета?

Я определенно не стал бы делать что-то... настолько неловкое... "

Вульф недоумевал, и ему потребовалось некоторое время, прежде чем он пришел в себя и подбежал помочь работодателю.

Но он был слишком медленным, и Саррот уже сам отпустил Лу Чжоу, поскольку тот пообещал ему, что даст пять минут.

Профессор Саррот не стал терять времени и заговорил:

— Я продам вам мой научно-исследовательский институт Саррота за пять миллионов долларов. Я знаю, что вы не сможете найти научно-исследовательский институт в Кремниевой долине дешевле. Mне ничего не нужно, все патенты и результаты исследований будут вашими. Я просто хочу, чтобы вы позволили мне остаться в исследовательском институте.

Он — прав, продажа всего института за пять миллионов, считай, что подарить его.

Даже подержанное оборудование не будет стоить так дешево. Кроме того, подержанное оборудование может быть ненадежным, особенно современное. Небольшая ошибка может привести к провалу эксперимента.

Саррот с болью назвал эту цену.

Он мог продать только оборудование за семь или восемь миллионов.

Однако дело не в деньгах.

В конце концов, Лу Чжоу было трудно убедить, поскольку их первая встреча была немного шокирующей. Он до сих пор помнил ботинки, летящие в него.

— Чтобы я наблюдал, как ты обманываешь людей, прикрываясь моим именем?

Профессор Саррот возразил:

— Что значит — обманываю? Я тратил исследовательские фонды на машины? На девушек? Ни разу! Я потратил все деньги на эксперименты! Я делал все ради науки! Если бы я не преувеличивал, то никто бы не стал финансировать мои исследования...

Лу Чжоу особо не воспринял слова профессора, но цена в пять миллионов... действительно была довольно заманчива.

На самом деле, будучи профессором Корнельского университета, Саррот — определенно специалист.

В Кремниевой долине легко найти специалистов для работы с оборудованием, но найти человека, способного управлять исследовательской группой, куда сложнее.

В конце концов, у каждого — свои проекты, и никто не хочет так легко отказываться от них.

Хотя Саррот — не громкое имя в области материаловедения, он все еще был немного известен. Может он и любил преувеличивать, но не был замечен за мошенничеством.

Но и Лу Чжоу — не святой.

Взвесив все "за" и "против", парень решил дать ему шанс.

A сможет Саррот показать себя или нет, то это будет зависеть уже от него.

После недолгого молчания Лу Чжоу медленно произнес:

— Я могу дать вам шанс.

Саррот был вне себя от радости и хотел что-то сказать, но парень его оборвал:

— Но у вас — только один шанс. Если хотите остаться в моей исследовательской команде, то должны быть честными. Не пытайтесь обмануть меня этими "искренними ошибками".

Саррот без колебаний похлопал себя по груди:

— Богом клянусь.

— К сожалению, я — атеист, поэтому воспользуюсь контрактом.

Саррот беспомощно пожал плечами, говоря, что ему — все равно.

Лу Чжоу дал Вульфу знак отдать контракт.

Вульф с сомнением посмотрел на Лу Чжоу, словно спрашивал: нормально ли это.

Однако увидев, что Лу Чжоу кивнул, он достал контракт и вписал в него цену.

Парень поднялся с дивана и посмотрел на Саррота:

— Думаю, вы уже читали контракт, единственное, что изменилось — это цена. Конечно, вы можете просмотреть его внимательнее. Я пока осмотрю научно-исследовательский институт. Как закончите, позвоните мне.

………………..

Саррот был очень умен.

Он точно знал, что ему нужно, и что важно для ученого.

Причина, по которой громкие имена остаются громкими именами, не в их больших мозгах. Это потому, что они всегда могли получить финансирование на свои исследования. Всегда будут те, кто проспонсирует их.

В области материаловедения почти все результаты были получены с помощью большой траты средств.

Без денег исследователи не могли бы опубликовать статьи в "Science". Неспособность опубликовать статьи — означало отсутствие результатов. Нет результатов — нет денег.

В некотором роде отношение между академическим статусом и финансированием исследований напоминали курицу и яйцо.

Пока у вас есть первое, последнее легко получить.

Именно поэтому, когда прошлый инвестор хотел продать свои акции исследовательского института Сарроту, Саррот взял кредит в банке и выкупил оборудование в своем исследовательском институте, которое чуть не распродали.

Вот почему он был готов продать исследовательский институт Лу Чжоу всего за пять миллионов долларов.

Ему было все равно на исследовательскую группу, потому что со временем она все равно сгниет.

Деньги тоже не интересовали его, поскольку пяти миллионов хватит, чтобы расплатиться по кредитам.

Хотя у него ничего не останется, и ему придется начать все сначала, он верил, что это правильное решение.

Работать на Лу Чжоу — означало бы, что ему больше никогда не придется беспокоиться о финансировании исследований. Даже если у того закончатся деньги, найдется множество компаний, готовых профинансировать этот исследовательский институт.

Он будет счастлив работать за бесплатно, если будут результаты, и он сможет вписать свое имя в них.

А когда его результаты будут опубликованы, никто не будет волноваться о его прошлых неудачах. Он станет ведущим специалистом Корнельского университета по литиевым батареям, и его именем будут гордиться...

Интуиция говорила ему, что этот день, рано или поздно, настанет. И эти инвестиции определенно того стоили!

Саррот не заставил Лу Чжоу долго ждать. Он прочел контракт от начала до конца и поставил свою подпись.

Помимо договора о передаче научно-исследовательского института, шли еще трудовой договор и договор о конфиденциальности.

Лу Чжоу нанял его в качестве руководителя исследовательского института за 100 000 долларов в год. Что касается премий и повышения зарплаты, то это будет зависеть от его успехов.

После подписания контрактов пришло время поговорить об исследованиях.

Отпустив Вульфа, Лу Чжоу подключил свою флешку к ноутбуку и с помощью программы "HyperChem" вывел молекулярную модель.

Саррот заинтересовано посмотрел на сферу на экране и спросил:

— Что это?

— Вам не нужно знать, что это такое. Я даже не уверен, имеет ли это какую-либо ценность, кроме математической. Мне нужно, чтобы вы проделали ряд экспериментов, чтобы проверить мои расчеты этого материала. Если вы сделаете это, то я позволю вашему имени появиться в статье.

Лу Чжоу щелкнул мышкой.

Изображение на экране поменялось:

— Я не могу дать вам больше никакой информации. Я могу только сказать вам, что это изображение получено из комбинации углеродных нанотрубок и фуллеренового материала. Химически говоря, эти два материала связаны π, образуя углеродные наносферы.

Саррот нахмурился и некоторое время смотрел на модель, а потом произнес:

— Это звучит как хороший проект, но как мы соединим их вместе?

На самом деле, он хотел узнать, для чего это, но, очевидно, Лу Чжоу не расскажет ему.

Лу Чжоу посмотрел на Саррота, как на глупого:

— Если бы я знал, как получить ее, то зачем мне ты?

Саррот улыбнулся, поняв, что спросил ерунду.

Парень продолжил:

— Люди из компании свяжутся с вами через несколько дней. По поводу исследования, я свяжусь с вами по электронной почте. Кроме того, я буду каждый месяц приезжать и проверять результаты... Эти несколько дней я буду в Беркли, если что-то понадобится, можете позвонить или навестить меня. Есть вопросы?

Саррот тут же кивнул и ответил:

— Нет вопросов.

Парень тоже кивнул.

После того, как он подписал контракт и объяснил исследовательский проект, больше не было смысла оставаться тут.

Профессор Саррот свяжется с его компанией по поводу финансирования исследований, и эксперимент должен начаться в конце месяца.

Скопировав все данные с флешки, Лу Чжоу собирался уже уйти.

Внезапно Саррот что-то вспомнил и спросил:

— Точно, поскольку этот исследовательский институт теперь ваш, уместно ли называть его моим именем? Может, вы переименуете его в институт Лу Чжоу?

Глава 291. Радость преподавателя

Это действительно звучало как хорошее предложение.

Но я не буду этого делать.

— Нет, это все результат вашего тяжкого труда. Давайте просто продолжим называть его исследовательским институтом Саррота.

Лу Чжоу отказался от предложения профессора Саррота и ушел, не дав ему возможности ответить.

Вы шутите, чтобы я поставил свое имя перед этим институтом? Чтобы опять моим именем обманывали инвесторов?

K тому же, парень испытывал странное ощущение от подстановки своего имени в название института.

Создавалось ощущение, что исследовали не материалы, а его самого.

Поэтому он решил не менять название.

На следующий день в Беркли началась первая в этом году конференция американского математического общества.

Ради нее студенты даже отложили свои протесты на неделю.

Не все были такие же, как профессора Принстона, которых не волновала политика.

Примером был профессор Тао.

Студенты описывали Тао Теренса как толерантного, застенчивого и скромного человека, но он был совершенно другим в интернете. Его онлайн образ совершенно отличался от реального, и он любил активно пообсуждать политику.

Не так давно он начал логически доказывать, что Трамп не может быть хорошим президентом. Многие средства массовой информации написали про это. A Трамп в Twitter дал интересный ответ:

"Терри Тао утверждает, что я не гожусь на пост президента, но все нормально с гнилой Хиллари. Правда в том, что Терри набросился на меня, потому что он — несостоявшийся аналитик, который не может доказать гипотезу Какея, ГРУСТНО!"

Он попал прямо в яблочко.

В последнее время Тао Теренс ничего не публиковал в своем блоге, судя по всему, из-за не лучшего настроения.

Конечно, хотя студенты и профессора в Калифорнии невзлюбили нового президента, это никак не повлияло на атмосферу научной конференции. В конце концов, академическая наука чиста и не связана с политикой.

Лу Чжоу получил ручку и другие мелкие сувениры у входа и прошел мимо стендовой зоны прямиком в лекционный зал на втором этаже. Потом, найдя место в заднем ряду, сел.

Сев, он заметил, что профессор Тао сидит рядом с ним.

Парень с удивлением посмотрел на того и спросил:

— Ты тоже здесь?

Профессор Тао улыбнулся и ответил:

— Это хорошая возможность посмотреть на твои успехи. Само собою, я не пропущу этого.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Будет лучше, если бы ты помог с решением этой проблемы.

Доклад начался.

Слушатели в зале стихли и сосредоточились на докладчике.

Со светлыми волосами, собранными в хвост, она нервно стояла на сцене, сжимая свои маленькие руки в кулаки.

С помощью сотрудников она запустила презентацию, и тема высветилась посреди экрана.

"Комплексный анализ уравнения эквивалентности гипотезы Коллатца h(z^3)=h(z^6)+{h(z^2)+λh(λz^2)+λ^2h(λ^2z^2)}/3z"

Давай, Вера, ты сможешь...

Вера мысленно подбодрила себя, думая об ожиданиях ее руководителя.

После чего заговорила:

— Решение аналитической функции в единичной окружности {z:|z|lt;1} принимает вид h (z)=h0+h1z/(1-z), где h0 и h1 — комплексные константы...

Хотя поначалу она нервничала, по мере продолжения доклада давление на нее ослабевало.

Даже она сама удивилась.

Вера с легкостью рассказывала о своих идеях и взглядах.

Ей не нужно было беспокоиться о том, что аудитория не поймет ее, поскольку она ответит на все вопросы на сессии вопросов и ответов.

Прямо сейчас Вера должна была донести свою точку зрения для слушателей.

Лу Чжоу сидел в конце зала и вместе со всеми внимательно слушал, постепенно на его лице появилась улыбка.

Он видел, что девушка с немалыми усилиями преодолела страх, чтобы выйти на сцену.

И результат был вполне хорошим, девушка смогла освоиться.

Похоже, он зря беспокоился.

Тао Теренс с удивлением смотрел на Веру.

— Ты уверен, что это, правда, работа твоего ученика?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, в последнее время я был занят вычислительной химией. В лучшем случае, я подсказывал ей направление.

Парню не было смысла лгать, и Тао Теренс поверил ему.

Однако он все еще не мог сдержать удивления. Эта работа не похожа на работу студента магистратуры. Хотя Тао сам знал Веру, ведь именно он написал ей рекомендательное письмо в Принстон.

Скорость, с которой она прогрессировала, поражала.

— Вчера ты сказал, что собираешься заставить своих учеников решить гипотезу Коллатца, — с волнением произнес Тао Теренс. — Я думал, что ты шутишь. Но теперь, похоже, это правда.

Лу Чжоу улыбнулся и с высокомерием произнес:

— В конце концов, она — моя ученица.

К подобным докладам молодых ученых, большинство известных профессоров относилось очень терпимо. Они не будут делать замечаний, если не будет явной ошибки.

Математические конференции в этом плане отличались от конференций по материаловедению.

После нескольких вопросов доклад был завершен, и в зале прозвучали аплодисменты.

Вера вздохнула с облегчением и улыбнулась в знак благодарности залу.

Возможно, именно из-за ее ослепительной улыбки аплодисменты стали еще громче.

Некоторые молодые парни даже присвистнули.

Лу Чжоу посмотрел на Веру и удовлетворенно улыбнулся.

Словно она была маленьким деревом, которое он старательно растил.

Возможно, это одна из радостей преподавателя?

Тао Теренс подозрительно посмотрел на Лу Чжоу, чувствуя... что-то не то.

Парень заметил взгляд своего друга и спросил:

— Что?

— Ничего, — покачал головой Тао Теренс. — Хотя это не мое дело… Но я объявил о своих отношениях с Лорой после того, как она выпустилась.

А?

Какого черта?!

………………………..

После доклада Лу Чжоу покинул лекционный зал и увидел Веру.

Девушка стояла вся красная, с глазами, полными волнения.

Лу Чжоу знал, что она чувствует. Подобное возбуждение трудно сдержать, сколько глубоких вдохов не сделай.

Он подошел и поздоровался с ней.

Услышав знакомый голос, Вера обернулась и увидела Лу Чжоу. Она удивленно уставилась на профессора.

Сначала Вера собиралась позвонить Лу Чжоу и сообщить ему хорошие новости, но не ожидала, что он будет слушать ее доклад в зале.

Она не знала, что сказать.

— Профессор?! Вы тоже тут?!

— Конечно, — улыбнулся Лу Чжоу. — Моя любимая студентка наконец-то набралась смелости выступить с докладом. Как я мог пропустить такое?

Ее лицо стало ярко-красным, она хотела сказать слова благодарности, но смогла пробормотать лишь одно предложение.

— Я сделала это, я, правда, сделала это!

— Да, ты хорошо потрудилась, — Лу Чжоу ободряюще посмотрел на нее. — Продолжай в том же духе. Может быть, в один прекрасный день ты будешь стоять и делать доклад на международной конференции математиков.

Ее золотистые волосы, собранные в хвост, закачались вверх-вниз.

Она с благодарностью посмотрела на Лу Чжоу и кивнула:

— Да!

Глава 292. Ты мне интересен

Как обычно вечером, после первого дня конференции, американское математическое общество устроило праздничный ужин в отеле рядом с университетом в Беркли.

Для математиков подобные мероприятия были способом пообщаться с другими учеными.

Однако в случае с подобными конференциями для молодыx ученых, то известные математики обычно не появлялись, если только не должно было быть представлено какой-то крупной работы. Лу Чжоу появился здесь только лишь из-за Bеры.

Именно по этой причине редкие известные гости становились более востребованы.

Лу Чжоу пытался быть более незаметным, он вошел в зал даже через боковую дверь. Однако вокруг него быстро столпились люди, которые хотели с ним пообщаться, не давая ему и секунды отдыха.

Что же касается его ученицы, то она следовала за ним по пятам и нервно озиралась. Очевидно, она не привыкла к подобным мероприятиям.

Хотя Лу Чжоу говорил ей, что подобный вечер — хорошая возможность познакомиться с интересными людьми, а будучи рядом с ним — на нее никто не обратит внимание.

Девушка его не слушала.

В итоге парень сдался и оставил ее в покое.

Он впервые встретил такого робкого и пугливого человека.

Ей предстоит еще долгий путь, чтобы стать выдающимся ученым.

В зале заиграла музыка, и люди начали стекаться к танцполу, благодаря чему Лу Чжоу спасся от бесконечных приветствий.

Он взял бокал шампанского и сел с краю зала.

Пока Лу Чжоу слушал музыку и наслаждался коротким отдыхом, к нему подошла американка с длинными волнистыми волосами.

— Здравствуйте, профессор Лу, я — Ханна. Очень приятно познакомиться с вами.

Лу Чжоу ответил:

— Здравствуйте, мисс Ханна, чем могу помочь?

— Если вас не затруднит... могу я сесть напротив?

— Конечно можешь, — Лу Чжоу с сомнением посмотрел на нее, не понимая, что она хочет.

— Дело в том, что я интересуюсь математической физикой. И в следующем году собираюсь подать заявление на получение степени магистра в Стэнфорде, — смущенно произнесла Ханна. Она посмотрела на Лу Чжоу и покраснела. — Я всегда восхищалась вами, и не ожидала, что смогу встретить вас здесь, не могли бы вы написать мне рекомендательное письмо?

Понятно.

Для иностранных профессоров написание рекомендательного письма не составляло большого труда. Многие профессора писали их десятками в конце каждого семестра. Хотя они не писали их просто так, но в большинстве случаев с удовольствием пишут их.

— Конечно, могу, но это не будет так просто. Я могу дать тебе шанс. А остальное зависит от тебя, — произнес Лу Чжоу и посмотрел на нее с улыбкой. — Итак, ты готова?

Не понятно, то ли из-за странного контекста, то ли из-за неясной формулировки на английском, девушка, сидящая напротив, заволновалась, а ее мозг начал выдумывать непонятно что.

— Готова? Ага, — Ханна пребывала в прострации, ее щеки покраснели, а глаза панически метались.

Глубоко вздохнув, она успокоилась.

Опустив взгляд на стол, девушка прикусила губу и прошептала:

— Я… готова.

Хотя Лу Чжоу был профессором, он ненамного старше ее, и она не испытывала слишком сильного психологического давления, но не ожидала, что такой с виду добрый человек будет таким требовательным.

Однако это было слишком прямолинейно, поэтому она не была готова к подобному.

Но это может быть единственным шансом.

— Хорошо, похоже, ты готова, — сказал Лу Чжоу и удовлетворенно кивнул. — Вера, проверь ее по функциональному анализу, только не задавай слишком сложного. Что-нибудь на уровне бакалавриата.

У Веры и Ханны на лицах промелькнуло удивление.

………………...

Функции комплексных переменных и дифференциальные уравнения в частных производных — две основы физики. Однако последнее слишком сложно для студента старшекурсника. Более разумным будет спросить что-нибудь по функциям комплексных переменных.

Хотя большинство профессоров напишут рекомендательное письмо, если студент будет просто честным, Лу Чжоу чувствовал, что у него должны быть свои собственные требования.

Не так просто получить от него рекомендательное письмо.

Если человек лично не знает Лу Чжоу, он должен пройти его тест.

Хотя Вера и недоумевала, она выполнила просьбу профессора.

Поскольку в банкетном зале не было ни бумаги, ни ручки, они вместе с Ханной отправились в холл отеля.

Наконец парень остался один и мог расслабиться.

Однако ему не дали времени отдохнуть. К нему подошел президент математического общества, Фрэнсис, вместе с еще одним человеком.

— Здравствуйте, профессор Лу, мы снова встретились, — дружелюбно произнес Фрэнсис.

Именно он когда-то вручил Лу Чжоу награду "лучшего молодого докладчика” и чек на 10 000 долларов в Принстоне. И хотя они мало общались, у них сложились хорошие отношения.

Парень встал и пожал ему руку, после чего посмотрел на человека рядом.

Он показался ему знакомым, но Лу Чжоу не мог вспомнить его:

— Давно не виделись... а это?

Фрэнсис улыбнулся и сказал:

— Позвольте представить вам Илона Маска.

Илон Маск?

Лу Чжоу был шокирован.

Он понятия не имел, что тут забыл Маск.

— Приятно познакомиться, профессор Лу, — Маск посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся. — Хотя это наша первая встреча, я уже давно восхищаюсь тобою.

Парень посмотрел на него и пожал руку:

— Я тоже рад познакомиться.

Илон Маск — также крайне выдающийся человек.

Он получил степень бакалавра по экономике в Пенсильванском университете, а потом ему понадобилось менее года, чтобы получить степень по физике.

В 1995 году, из-за своей страсти к науке, он поступил в Стэнфордский университет, чтобы получить докторскую степень по материаловедению и физике.

Однако возможно из-за того, что его не мог удовлетворить его статус гения, он пробыл в стенах Стэнфорда всего два дня до того, как отправился в Кремниевую долину.

Большинство знает, что было дальше. В течение десяти лет он основал Paypal, SpaceX и Tesla. Создав целую легенду в Кремниевой долине.

Будь то онлайн-платежи, электромобили или амбициозная ракета Falcon 9 с планами по колонизации Марса, он задавал направление движения миру и показывал, что такое настоящая научно-техническая компания, меняя наукой и технологией мир.

Конечно, все его идеи были чисто техническими.

Маск и Лу Чжоу, вероятно, совершенно разные люди. Отбрасывая статусы гения, один больше походил на инженера, другой — на ученого.

Это как железный человек и мистер фантастик.

Именно поэтому Лу Чжоу удивился, увидев здесь Маска.

Он никогда не слышал о нем в мире математики.

Фрэнсис заметил недоумение парня и улыбнувшись пояснил:

— Господин Маск — один из спонсоров этой конференции. Он узнал, что вы будете здесь, и приехал из самого Пало-Альто.

Лу Чжоу посмотрел на Маска и сказал:

— Вы тоже интересуетесь математикой?

— Конечно, наука неотделима от математики. Хотя я не так глубоко погружался в математику, как физику, но это не мешает мне восхищаться математиками. Когда я учился, самую большую головную боль мне доставляли проблемы по математике, а не по физике.

Маск улыбнулся и сказал нечто неожиданное:

— Однако ты мне интереснее математики.

А?

Глава 293. Похожи

Конечно, не только интересуюсь, — откашлялся Маск и искренне произнес:

— Я также должен поблагодарить тебя за результаты твоего исследования, которое мне очень помогло.

— Рад помочь, — Лу Чжоу вежливо улыбнулся.

По правде, его озадачивал этот несколько неожиданный посетитель.

Даже если его результаты и могли помочь Тесле, но из-за этого Маску не нужно приезжать сюда.

Возможно из-за того, что он уже сталкивался с предпринимателями, которые хотели купить его патенты, парень в первую очередь размышлял о намерениях других людей.

Он никого не подозревал, это просто его подсознательная реакция.

— Похоже, вам есть о чем поговорить. И если это не математика или регби, то мне — не интересно, — Фрэнсис улыбнулся. — Тогда общайтесь, увидимся позже.

Маск улыбнулся и сказал:

— Cпасибо, я действительно хотел поговорить с профессором Лу с глазу на глаз.

После ухода Фрэнсиса Маск сел напротив Лу Чжоу и задумчиво произнес:

— Когда я изучал экономику в Пенсильванском университете, я думал о будущем человечества и о проблемах, с которыми оно столкнется. В итоге пришел к трем выводам: энергетика, интернет и освоение космоса.

Маск серьезно посмотрел на Лу Чжоу и продолжил:

— Я — инженер, а вы — ученый. С вашей точки зрения, что является ключом к решению этих трех проблем?

Лу Чжоу показалось, что он слушает доклад Синъити Мотидзуки. Возможно, они оба — мечтатели, погруженные в свою собственную вселенную. Хотя в этом нет ничего плохого, это создает трудности тем, кто пытается их понять.

— Мне трудно говорить что-либо об интернете, — после некоторого размышления произнес Лу Чжоу. — Hо по поводу двух других пунктов, то лично я думаю, что ответом будет: материалы.

Проблемным местом энергетических и космических технологий являются многие области, а не только материалы. Однако если решить проблему материалов, многие другие проблемы будут тоже решены.

Солнечные батареи, ядерные реакторы, литий-серные или литий-воздушные батареи, во всем этом наиболее важной частью являлись материалы.

Маск улыбнулся:

— Тогда, похоже, мы придерживаемся одинакового мнения. Моя команда тоже пришла к такому выводу. Мы планируем инвестировать десять миллиардов долларов в строительство исследовательского института материаловедения в Кремниевой долине. Если вам интересно, я хотел бы нанять вас в качестве главы этого исследовательского института.

Десять миллиардов долларов?!

Парня настолько потрясла эта часть, что он даже не обратил внимание на другие слова Маска.

Тесла же — не такая богатая?

— Ваша идея очень интересна. Я верю, что сообщество материаловедов будет в восторге от щедрого миллиардера в этой области. Впрочем, не обижайтесь, но как Тесла планирует получить эти деньги? — Лу Чжоу вспомнил, что финансовое положение Теслы не очень хорошее.

Маск воспринял его слова как должное:

— Сейчас у нас их нет, но они будут, если ты присоединишься.

— ...

Парень не знал, что ответить, ему лишь хотелось выругаться...

…………...

Стоит признать, что это предложение очень привлекательно для любого исследователя.

Если бы тут был Саррот, то тот не колебался бы и секунды, и тут же бы побежал к нему с собственным проектом.

Но в случае с Лу Чжоу...

Его это не слишком интересовало.

— Мне жаль, но боюсь... не смогу помочь с этим.

Маск не ожидал отказа от своего привлекательного предложения, нахмурившись, он попытался убедить:

— Ты уверен, что не хочешь об этом подумать? Могу гарантировать, что пока ты согласен, тебе больше никогда не придется беспокоиться о финансировании.

— Я — профессор математики, а материаловедение — не моя область. Вам следует найти кого-нибудь другого, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — К тому же, даже если вы предоставите мне много денег, мои исследования не требуют таких больших средств.

Хотя Маск хотел переубедить его, но быстро понял, что не сможет, поэтому лишь беспомощно вздохнул:

— Хорошо, но должен сказать, что ты упустил возможность изменить мир... Конечно, если передумаешь, то всегда можешь найти меня.

— Конечно.

Маск протянул Лу Чжоу свою визитную карточку, после чего они немного поговорили, но уже у Маска не было былого энтузиазма.

Он ранее смотрел интервью Лу Чжоу на вручении премии Крафорда, где тот сказал, что с помощью математики изменит науку. После чего увидел, как Лу Чжоу совершил прорыв в материале литиевого анода и посчитал, что нашел похожего человека. Но, похоже, он все же ошибся.

Еще немного пообщавшись, Маск нашел предлог, чтобы уйти.

Как только он ушел, обстановка успокоилась.

Лу Чжоу налил еще один бокал шампанского и попытался насладиться банкетом.

Внезапно Вера и Ханна вернулись.

По взволнованному лицу Ханны Лу Чжоу понял, что она справилась.

Парень посмотрел на Веру и спросил:

— Каков результат?

Вера кивнула и тихо сказала:

— Я дала ей задачку по функциональному анализу на уровне выпускника. Примерно за полчаса она все решила.

Лу Чжоу кивнул и, посмотрев на Ханну, сказал:

— Тогда поздравляю, Ханна. Ты прошла мой тест. Дай мне свою почту и скажи, к какому профессору ты хочешь попасть.

Лу Чжоу — человек слова.

— Хорошо! Спасибо, большое спасибо! — Ханна взволнованно кивнула и достала бумагу и ручку.

Вообще, рекомендательное письмо профессора направлялось непосредственно будущему руководителю, и студент не мог прочитать его.

Вот почему рекомендательные письма от профессоров за границей — действительно весомы.

Эти письма могут определить будущее студента.

Однако большинство профессоров с радостью порекомендуют студента с потенциалом. В конце концов, одна из радостей для

них — будет увидеть, как их студенты вырастут и станут выдающимися учеными.

Вера посмотрела на удаляющуюся Ханну и слегка сжала юбку.

Наконец, она вздохнула и набралась мужества сказать:

— Профессор.

Совершив доброе дело, парень пребывал в хорошем настроении:

— Что такое?

Вера открыла рот, словно собираясь что-то сказать.

Однако внезапно на танцполе прекратилась музыка, и люди стали неохотно расходиться.

Очевидно, танцевальная часть закончилась.

Словно что-то упустила, Вера растерянно посмотрела в сторону.

Она опустила голову и сказала:

— Ничего. Я просто хотела потанцевать с вами.

Глава 294. Лучший молодой докладчик

Утром, на второй день конференции, Вульф позвонил Лу Чжоу.

— Наша компания нашла подходящего менеджера по вашему запросу. Он имеет пятилетний опыт работы в отделе интеллектуальной собственности Verizon, а его резюме — безупречно чистое. Когда вы хотели бы с ним встретиться?

Лу Чжоу сидел в отеле и наслаждался завтраком, он на мгновение задумался, после чего ответил:

— В эти пару дней. Mне хотелось бы разобраться со всем к концу января. Я — в отеле недалеко от Калифорнийского университета. Попросите его приехать в Сан-Франциско и оплатите билет на самолет.

— Хорошо, профессор, — с уважением произнес Вульф. — Он сейчас в Калифорнии, я скажу ему встретиться с вами как можно скорее.

Чем скорее он с этим разберется, тем скорее Лу Чжоу заплатит им, и тем скорее он получит свои комиссионные.

Поэтому Вульф с еще большим энтузиазмом взялся за дело.

Вскоре после того, как Лу Чжоу повесил трубку, ему позвонил бывший руководитель отдела интеллектуальной собственности Verizon. Они договорились встретиться в два часа дня в кафе неподалеку от Беркли...

………………….

"Уайт Шеридан. 35 лет, мужчина, получил докторскую степень в области менеджмента в Пенсильванском университете. Занимал должность руководителя отдела интеллектуальной собственности Verizon в течение пяти лет..."

Лу Чжоу положил резюме на стол и посмотрел на человека, сидящего напротив него.

— У вас очень хорошее резюме, но я не понимаю одного... Verizon предлагали вам зарплату в 200 000 долларов в год, но вы решили уволиться.

Уайт пожал плечами и сказал:

— Руководитель отдела интеллектуальной собственности Verizon — хорошая должность, но я не чувствовал никакого профессионального успеха. У меня не было никакого карьерного роста за пять лет. По сравнению с другими руководителями, я напоминал адвоката.

— А сейчас? Основная деятельность Star Sky Technology — управление патентами, поэтому в вашей работе, скорее всего, не будет больших изменений.

Уайт не скрывал своих намерений. Вместо этого он улыбнулся и сказал:

— Вы правы. Однако Star Sky Technology может предоставить мне зарплату в размере 300 000 долларов в год, а Verizon не может.

Зарплата в 300 000 долларов в год в штатах определенно считается высококлассной. Согласно статистике Glassdoor, даже главный менеджер по развитию Microsoft зарабатывал всего 294 000 долларов в год.

Конечно, это лишь чистые данные, которые не включают льгот и бонусов.

Короче говоря, зарплата в 300 000 долларов — определенно хорошее предложение, от которого трудно отказаться.

Мечты ценятся в этой стране, но доллар — куда более важен.

Лу Чжоу понравился этот честный ответ.

Хотя говорить о будущем развитии компании и корпоративной культуре — лучший способ получить благосклонность начальника, Уайт этого не делал. И самое главное, он имел большой опыт в управлении патентами, а его резюме было безупречным.

Лу Чжоу улыбнулся и протянул руку.

— Поздравляю с новой работой. Надеюсь, что я увижу под вашим руководством развитие в лучшую сторону нашей компании.

Уайт улыбнулся и пожал Лу Чжоу руку.

— Уверяю, вы обязательно это увидите.

…………...

Парень хотел, чтобы Star Sky Technology была компанией, подобной Qualcomm, которая сосредоточилась на исследованиях и разработках, и стала гигантом отрасли, а также инвестировала всю прибыль в научные исследования.

Ознакомив Уайта со стратегией развития компании и сказав связаться с профессором Сарротом, Лу Чжоу ушел.

Остальное можно будет обсудить по почте.

Разобравшись с проблемами компании, Лу Чжоу мог вновь уделить время конференции.

Возможно, из-за того, что одна из величайших проблем аддитивной теории чисел, гипотеза Гольдбаха, была решена, в последнее время наблюдался приток работ по теории чисел.

Многие ученые работали над гипотезой Варинга, используя метод групповой структуры, и достигли больших результатов.

Например, аспирант Колумбийского университета докладывал на конференции о результатах своих исследований. Он использовал метод групповой структуры для исследования диапазона значений G(6).

Хотя он еще не приблизился к решению гипотезы, это — воодушевляющий результат, вызвавший аплодисменты аудитории.

Лу Чжоу был доволен происходящим.

Решение самой гипотезы Гольдбаха не имело большого практического значения.

Однако, если теории, которые Лу Чжоу ввел при решении гипотезы Гольдбаха, будут использоваться другими людьми в дальнейшем, то его статья попадет в учебники математики и будет использоваться следующими поколениями.

В мгновение ока пролетела неделя, и конференция закончилась.

Пожилой Фрэнсис, стоя на сцене в зале Беркли, как обычно, своим ровным голосом произнес вступительную речь:

— Спасибо всем, что пришли на эту математическую конференцию. Спасибо нашим спонсорам — Parker, Tesla... — он поправил очки и улыбнулся. — Теперь пришло время вручить награду лучшему молодому докладчику. Я уже старею, так что сразу перейду к самому важному.

Толпа улыбнулась и зааплодировала.

Фрэнсис прочистил горло и сказал:

— Лучшим докладчиком этой конференции становится... Вера Пулюй из Принстона!

Толпа разразилась аплодисментами.

Стоя рядом с Лу Чжоу, Вера покраснела.

Она совсем не ожидала этого, пока Лу Чжоу не похлопал ее по плечу, и она вернулась в шокирующую реальность.

— Давай, — Лу Чжоу подбодрил ее и кивнул. — Это твой момент славы.

— Да!

Вера с благодарностью посмотрела на профессора и кивнула. Она прошла сквозь толпу и вышла на сцену.

Глядя, как ее маленькая спина исчезла в толпе, Лу Чжоу не мог не подумать:

"Хорошо быть молодым... "

Лу Чжоу все еще помнил, когда впервые получил эту награду. Он был так возбужден, что не мог нормально заснуть несколько дней. Цзиньлинский и Яньцзинский университеты поздравили его.

Помимо славы, прилагалось еще 10 000 долларов.

Тогда эта сумма для него была огромными деньгами.

Однако Лу Чжоу не осознавал, что для присутствующих ученых он — самый молодой...

Вера стояла на сцене. Несмотря на то, что была немного взволнованной, она выглядела намного лучше, чем когда первый раз вышла на сцену.

Награду вручал Тао Теренс, профессор математики в Калифорнийском университете, лауреат премии Крафорда и Филдсовской премии. Он многим помог Вере, когда та училась в Беркли.

Тао Теренс вручил ей сертификат:

— Поздравляю.

Вера нервно кивнула и поблагодарила его:

— Спасибо.

Тао Теренс тоже кивнул.

— Помню, год назад ты сказала мне, что восхищаешься работой профессора Лу и надеялась, что я смогу написать для тебя рекомендательное письмо. В то время я думал, что принял правильное решение. Я и сейчас так думаю, но надеюсь, что ты не заставишь меня пожалеть об этом решении.

Вера впала в ступор и с растерянностью посмотрела на профессора.

— Профессор? Я не совсем понимаю, что вы хотите сказать?

Тао Теренс покачал головой и сказал:

— Ничего, я просто надеюсь, что ты только восхищаешься его знаниями. По правде говоря, я тоже им восхищаюсь. Eго талант в области чистой и прикладной математики — один из лучших, которые я когда-либо видел. Однако его молодость — самое ценное, что у него есть. Его имя, скорее всего, войдет в историю. А твое безрассудство может привести к нежелательным последствиям. Надеюсь, что я все неправильно понял, но если нет, то надеюсь, что независимо от того, какие чувства ты испытываешь к нему, ты сможешь дождаться окончания учебы, прежде чем повторно подумать обо всем.

Глава 295. Стабильная карьера

Для математического сообщества весенняя конференция Американского математического общества была обычной, и не имела большого влияния. Оно не сравнимо с ежегодной конференцией европейского математического общества.

Если на такой конференции студент получит награду лучшего докладчика, это, несомненно, значимо для университета студента, но в остальном никто не обратит внимания на это.

Однако многие математики в области чистой математики обратили внимание на работы, представленные на этой конференции.

B конце концов математика — область для гениев, и большая часть выдающихся результатов была получена математиками возрастом до сорока лет.

В кабинете математического института Китайской академии наук.

Академик Сян Хуаньань откинулся на спинку кресла, пил чай и читал стопку статей.

Старик наткнулся на статью и улыбнулся.

— Этот парень, и правда, не умеет отдыхать. Он только завершил большой проект, а уже нашел себе еще занятие.

Хотя академик Сян Хуаньань не назвал конкретного имени, другой человек в кабинете все понял.

Академик Ван Юйпин тоже пил чай и невзначай произнес:

— Молодые полны энергии. Они не любят отдыхать. Что на этот раз?

Академик Сян положил статью на стол и улыбнулся:

— Гипотеза Коллатца.

Hа бумаге была распечатана статья Веры, которую она представила на конференции.

Они оба знали, что она — студентка Лу Чжоу в Принстоне, а также тот стоял вторым автором в работе.

Академик Ван Юйпин слегка удивился и спросил:

— Гипотеза Коллатца? Она же — ненамного проще гипотезы Гольдбаха?

Хотя гипотеза Коллатца — не столь известна, как гипотеза Гольдбаха, она — не проще гипотезы Гольдбаха. В некотором роде она — даже сложнее.

Главная сложность, что в ее случае не было множества предшественников, построивших базу для ее решения.

Лу Чжоу смог решить гипотезу Гольдбаха, поскольку до него множество ученых построили башню из материалов. С другой стороны, гипотеза Коллатца не имела ничего подобного.

В лучшем случае, у нее был фундамент.

Лу Чжоу не мог просто "разобрать" башню гипотезы Гольдбаха и использовать ее для постройки башни гипотезы Коллатца. Ему нужно создать новые кирпичи и новые материалы.

Академик Сян улыбнулся и сказал:

— Кто знает, теория чисел — не моя область. Если тебе интересно, то почему не спросишь его сам?

— Спрошу его, когда увижу в следующий раз. Даже его ученики впечатляют, — покачал головой Ван Юйпин. — Жалко, что он не поступил в Яньцзинский университет.

— Что тут жалеть? Он — всемирно известный ученый. Чем обсуждать какой-то университет, лучше надеяться, что он вообще вернется назад в страну.

Программа "Тысяча талантов" предоставляла более высокую заработную плату ученым, обучившимся за границей, чем внутри страны. Многие могут получить более миллионов долларов в качестве финансирования, что невообразимо даже в Штатах.

Но, хотя программа достигла определенных результатов, все еще имелись большие трудности с привлечением ведущих ученых.

— Просто мысли вслух... — покачал головой академик Ван. — Что преподавательский опыт Лу Чжоу в Принстоне и его талант, в сочетании с ресурсами Яньцзинского университета, способны в одиночку создать математический факультет мирового класса. Но говоря о Цзиньлинском университете...

Он не договорил, но смысл был очевиден.

Построить здание с нуля — гораздо сложнее, чем отремонтировать имеющееся.

Академик Сян понял слова своего старого друга, но ничего не сказал и лишь рассмеялся.

В прошлом он соглашался с академиком Сяном и считал, что Цзиньлинский университет — плохой вариант. Он также предлагал Лу Чжоу пойти к ним. Но теперь, оглядываясь назад, вдруг почувствовал, что Цзиньлинский университет — не такой плохой выбор.

Ни Китайская академия наук, ни Яньцзинский университет не могли дать Лу Чжоу столько пространства для развития, сколько ему было нужно, но Цзиньлинский университет мог.

Он также входил в сорок лучших университетов страны, и у него также имелось много ресурсов.

Хотя Яньцзинский университет имел больше ресурсов, чем Цзиньлинский университет, Лу Чжоу выбрал второй из-за большей творческой свободы.

Может быть, Лу Чжоу сам построит новую школу.

Ничего нельзя сказать... наверняка.

………………………………...

После окончания конференции Лу Чжоу, наконец-то, улетел домой.

На этот раз он никому не говорил, что возвращается. Тайно купил билет на самолет, билет на поезд и вернулся домой.

Яркий и громкий голос поприветствовал его:

— Брат, ты вернулся?! Давай мне свой чемодан.

Сяо Tон бросила своих товарищей по команде, спрыгнула с дивана и рысью побежала к двери.

Лу Чжоу посмотрел на ее взволнованное лицо и улыбнулся.

— Твой подарок — внутри. Иди посмотри сама.

Сяо Тон каждый год получала подарок от своего брата, это стало своеобразной традицией их семьи.

Хотя это — не особо ценный подарок, само по себе это доставляло удовольствие.

Он отдал свои вещи сестре, переобулся в тапочки и сел на диван.

Через некоторое время сестра нашла подарок, и радостная вернулась к себе в комнату.

На этот раз подарком был набор швейцарской косметики. Лу Чжоу плохо разбирался в подобном, но благо... его ученик Харди разбирался в ней.

Сяо Тон вернулась в гостиную и села на диван рядом с Лу Чжоу. После чего взяла телефон и собралась начать следующую игру.

Лу Чжоу посмотрел на экран и увидел, что ее рейтинг в игре не увеличился, поэтому спросил:

— Как твои экзамены?

Сяо Тон гордо ответила:

— Очевидно, я — гениальный студент, и университетские темы — слишком просты.

Лу Чжоу это позабавило.

Только поступив, он тоже думал, что содержание лекций — это весь предмет.

Особенно — английский.

Для поступления требовался лишь четвертый уровень, для которого достаточно было все вызубрить.

Однако на втором семестре сложность возросла в геометрической прогрессии.

Потом, когда появятся профильные и выборочные предметы, начнется настоящий ад.

Однако Лу Чжоу совсем не успел прочувствовать его. Большую часть этого опыта он почувствовал, наблюдая за тремя соседями по комнате. Когда он приступил к профильным предметам, большая часть тем оказалась для него слишком простыми.

— Я теперь — студентка университета, перестань постоянно спрашивать о моих оценках. Не думай, что я играю на телефоне дни напролет. Сейчас — каникулы. Я много училась в течение семестра, — ответила Сяо Тон, после чего быстро начала следующую игру.

Парень, конечно же, поверил своей сестре.

Сяо Тон никак не могла застрять в бронзе на весь год, учитывая, что даже умственно отсталый Сяо Ай смог выбраться из нее.

Его сестра вдруг хитро улыбнулась, поддразнивая брата:

— Точно, брат, что ты постоянно спрашиваешь обо мне, а ты то сам — как?

Лу Чжоу не заметил ее хитрой улыбки, отвечая:

— Я? У меня — все хорошо, стабильная карьера, в научных кругах расту...

Сяо Тон сразу же спросила:

— А как насчет моей невестки?

— ...

Блять!

Ты это специально, да?

Глава 296. Трудно быть cдержанным

Сяо Тон успешно заткнула своего брата, и счастливая продолжила играть.

Однако матч не задался, и улыбка с ее лица постепенно спала.

Ее товарищи по команде умирали раз за разом, и у всеx была отрицательная статистика.

B итоге ее товарищи по команде бросили ее.

Сяо Тон сердито отшвырнула телефон и, облокотившись на диван, пробормотала:

— Тупые школьники. Сплошные раки.

Лу Чжоу злорадно ухмыльнулся.

— Я же говорил тебе не играть так много.

Сяо Тон выглядела подавленной, поэтому Лу Чжоу не стал ее донимать и попытался сменить тему разговора.

— Хватит играть в игры, расскажи мне о своей студенческой жизни.

Глаза Сяо Тон внезапно загорелись, и она начала болтать.

Лу Чжоу удивился, хотя дома она — та еще раздолбайка, но в университете, судя по всему, она — "образцовая студентка".

Она — первая в группе, и третья — на курсе. Мало того, она также стала старостой группы и получила национальную стипендию.

Сяо Тон — права, она вовсе не позорила семью. Благодаря стипендии, ей не нужно беспокоиться о расходах на жизнь, и ее результаты — даже лучше, чем у брата.

Hо обычно национальная стипендия выдавалась студентам со второго курса. Получение стипендии на первом означало, что она — либо действительно умна, либо имеет связи...

С точки зрения Сяо Тон, она относится к первому типу. Она заслужила признание своих преподавателей, благодаря своему неустанному труду. Борясь за стипендию, она потратила полмесяца на подготовку материалов для защиты.

Лу Чжоу искренне радовался за нее.

Сяо Тон действительно старалась изо всех сил.

И хотя он догадывался о реальной причине получения стипендии, но решил, что будет лучше не говорить об этой несущественной мелочи.

Во всяком случае, его сестра — счастлива.

…………………..

В доме Лу Чжоу произошло немало перемен.

Хотя он все еще находился в том же районе, его отремонтировали, и дом выглядел намного красивее, чем раньше.

Сначала его отец отнекивался и говорил, что не потратит деньги с карточки Лу Чжоу.

Потом, примерно в июле, Лу Чжоу рассказал своему отцу, что его зарплата составляет 400 000 долларов после уплаты налогов. В конце концов, тот передумал и принял предложение сына.

Время было идеальным. Сяо Тон уехала в университет, поэтому пожилая пара сделала ремонт.

На самом деле, изначально Лу Чжоу хотел, чтобы его родители продали дом и переехали в новый район, но родители не согласились.

Его отец сказал, что прожил в этом месте более двадцати лет, и уже привязался к нему.

В глазах отца это был самый лучший спокойный район, он знал своих соседей, и рядом располагалось место для рыбалки.

Если они переедут в квартирный дом, то получат много соседей, но вопреки этому будет одиноко, а еще — далеко от детей.

Лу Чжоу подумал об этом, и это имело смысл.

Хотя он предпочел бы квартиру, и был уверен, что Сяо Тон согласится с ним.

Возможно, это из-за того, что они принадлежали к разным поколениям.

— Однажды, если ты когда-нибудь устанешь от большого города, ты сможешь приехать и отдохнуть в этом доме. Не пялясь в телефон весь день. Мы с отцом им никогда не пользуемся и хорошо живем.

За обедом Лу Чжоу услышал эти слова от матери.

Он клялся, что не пользуется телефоном так часто, а лишь чтобы поделиться радостью с подписчиками в Weibo и WeChat.

Скорее всего, его мама говорила это Сяо Тон.

Старый Лу спросил его:

— Там холодно?

— Очень холодно. Я сошел в Шанхае, и мне пришлось снять куртку. В Цзянлине гораздо теплее, чем в Принстоне.

Фан Мэй забеспокоилась и спросила:

— Там идет снег?

— Да, довольно сильный. Снег падает с самого Рождества.

— Тогда, должно быть, очень холодно, — сказала Фан Мэй. — Не забудь надевать подштанники и носи свитер, не простудись.

Хотя парень понимал, что родители беспокоятся о нем, его все еще раздражало подобное.

Лу Чжоу беспомощно сказал:

— Хорошо... я знаю.

Старый Лу спросил:

— У тебя там есть отопление?

— В моем доме нет центрального отопления, но есть камин. Когда двери и окна закрыты, в доме совсем не холодно.

Сяо Тон все это время молчала, но потом вдруг взволнованно спросила:

— Камин? Брат, ты переехал? Насколько большой твой дом?

— Он — довольно большой, но не слишком дорогой, — Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Если хочешь, можешь приехать на каникулы летом.

— Ты купил там дом? — его отец удивленно посмотрел на Лу Чжоу. — Ты не собираешься возвращаться?

Лу Чжоу ответил, не задумываясь:

— Конечно, я вернусь. Цзиньлинский университет все еще нуждается во мне. Что касается дома, то я могу просто продать его, когда будет нужно, он — не такой дорогой.

Старый Лу сказал:

— Ого! Деньги действительно меняют людей, посмотри, как ты выпендриваешься.

— Будет жаль продавать дом, просто сдай его в аренду, — Фан Мэй беспокоилась о чем-то другом. — Сяо Тон может жить там, когда поедет учиться за границу.

Видя, как его родители привязаны к домам, Лу Чжоу не знал даже, что сказать.

Ежегодно ему придется платить налог на недвижимость, если он не продаст дом. Держать жилье в Принстоне — не очень перспективно, а он был иностранцем, поэтому не мог воспользоваться льготами освобождения от налогов в Нью-Джерси.

Все хорошо, пока он работает там, поскольку его подоходный налог покрывал и налог на жилье. Однако, как только он вернется в Китай, Принстон больше не будет платить за него.

Сяо Тон закатила глаза и выпалила:

— Мама, сколько раз тебе повторять, что моя специальность — финансы, а не математика. Даже если бы я хотела учиться за границей, я бы поступила в Пенсильванский университет.

Отец спросил:

— Что это за Пенсильванский университет? Разве Принстон — не лучше?

С тех пор как он услышал, что математический факультет Принстона лучше Гарвардского, рейтинг Гарварда в его сердце значительно упал. По его мнению, Принстон был лучшим.

Сяо Тон лишилась дара речи и пожалела, что влезла в этот разговор.

Вообще, их отец не виноват, очень трудно объяснить людям разницу в рейтинге университетов и специальностей.

К счастью, Лу Чжоу кашлянул и закончил спор:

— В Принстоне нет финансовых направлений.

……………………….

Вернувшись в Китай, Лу Чжоу наконец-то смог расслабиться и не беспокоиться о своей работе.

Однако ученый его уровня не мог полностью от всего сбежать.

Цзиньлинский университет, похоже, ожидал, что парень вернется на Китайский Новый год, и менее чем через два дня позвонил ему.

Неудивительно, что звонил именно профессор Тан.

Старик Тан улыбнулся и сказал:

— Ректор спрашивал меня, когда ты вернешься домой в этом году?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я уже дома.

Старик Тан удивился:

— Что? Ты вернулся?

— Да, я вернулся после конференции в Беркли. График был немного напряженным, поэтому я никому не успел сказать.

Конечно, он никому не сказал, потому что не хотел, чтобы его беспокоили.

Он просто хотел спокойно встретить Новый год и не хотел лишнего гемора...

Профессор Тан вздохнул:

— Я хотел угостить тебя едой перед Новым годом, но похоже... не получится.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это вы меня приглашаете или университет? Если вы, то я приеду через три дня после Нового года.

— Да ладно! Как ты сможешь купить билет сейчас? Просто отдыхай дома, мне не нужно, чтобы ты навещал меня, — старик Тан помолчал секунду, а потом добавил:

— Ректор велел мне спросить, когда ты вернешься, потому что он хотел что-то обсудить с тобой.

Лу Чжоу серьезно спросил:

— Что-то важное?

— Не знаю, насколько это важно, — серьезно ответил профессор. — Но для тебя — это определенно что-то хорошее.

Лу Чжоу вежливо ответил:

— Хорошо, тогда пятнадцатого я приеду, прежде чем возвращаться в Принстон!

Глава 297. Нам нужна твоя помощь!

Лу Чжоу отдыхал дома до пятнадцатого числа. Потом сопровождал Сяо Тон по пути в университет.

Через несколько часов поезд наконец прибыл на станцию Цзиньлин.

Лу Чжоу вышел из поезда и собирался доехать до университета на метро, как неожиданно ему позвонил старик Тан:

— Где ты сейчас?

— На вокзале. Собираюсь зайти в метро.

Старик Тан улыбнулся:

— Не нужно. Просто выходи.

— Только не говорите, что вы приехали за мной? Метро так близко, что мне становится стыдно.

— Xа-ха, тебе и стыдно? — старик засмеялся. — Ладно, хватит пустых разговоров. Скажешь это академику Сюю, а у меня нет времени разбираться с твоей стыдобой.

Услышав про академика Сюя, Лу Чжоу удивился.

B Цзиньлинском университете был только один академик Сюй, и этим человеком был ректор Сюй. И его немного удивило, что этот человек встречает его.

Парень долго думал, но не мог вспомнить, чтобы в последнее время появлялись какие-либо заголовки.

A его статья вышла шесть месяцев назад.

Похоже, в этот раз — действительно что-то важное.

……………………..

Лу Чжоу не хотел, чтобы профессора долго ждали, поэтому он вместе с Сяо Тон вышел из вокзала.

Парень увидел два черных седана, припаркованных у главного входа, и догадался, за кем они.

Сяо Тон немного недоумевала от происходящего, поэтому она нервно схватила брата за руку и тихо спросила:

— Брат, кто это?

— Это твой ректор, а остальных ты можешь не знать.

— Э... что?!

Пока они разговаривали, дверь машины открылась. Академик Сюй и профессор Тан вышли из машины и помахали Лу Чжоу.

— Профессор Лу, вы наконец-то приехали.

Лу Чжоу пожал руку академику Сюю, улыбнулся и сказал:

— Извините, что заставил вас ждать.

Академик Сюй улыбнулся и посмотрел на Сяо Тон, которая стояла позади Лу Чжоу:

— Студентка Лу Сяотон, мне нужно кое-что обсудить с твоим братом. Давай, профессор Хоу отвезет тебя в университет.

Профессор Хоу, вероятно, был водителем в другой машине.

Похоже, университет догадался, что Лу Чжоу приедет с сестрой, поэтому прислали две машины. Это подтвердило подозрения Лу Чжоу, что Цзиньлинский университет что-то хочет от него.

Что же касается Сяо Тон, то она стояла полностью потрясенная.

Oна знала, что ее брат невероятен, но не ожидала, что ректор знает ее имя.

Она посмотрела на брата, и когда тот кивнул ей, взяла свой багаж и пошла к другой машине.

Как только Лу Чжоу и академик Сюй сели на заднее сиденье, машина тронулась, и Лу Чжоу спросил:

— Академик Сюй, вы можете объяснить мне, что происходит?

— На самом деле, нет ничего особенного. Месяц назад министерство науки и технологий Китая объединило усилия с несколькими другими министерствами для проведения исследований и внедрения новой программы развития энергетических технологий. Они решили развиваться в направлении фотоэлектрических технологий новых энергетических батарей. И Цзиньлинский университет также принимает участие в тринадцатой пятилетке. Муниципальное управление также поддерживает решение Пекина. Они планируют построить зону высокотехнологичных разработок вдоль линии метро около студенческого городка нашего университета, объединив таланты из различных учебных заведений города. Руководство Пекина отнеслось к этому серьезно и направило сюда свою команду во главе с министром энергетики. Когда он услышал, что ты скоро вернешься в Принстон, он специально остановился здесь.

Академик Сюй посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся.

У Лу Чжоу была лишь одна мысль.

И хотите сказать, что это ничего особенного?

Лу Чжоу сглотнул и спросил:

— Так зачем я нужен?

Академик Сюй улыбнулся и ответил:

— Я не знаю подробностей, но обещаю, что это — что-то хорошее.

……………….

Лу Чжоу, конечно, поверил словам академика Сюя.

Они вернулись в университет и отправились в исследовательски-учебный корпус факультета Химии, где встретились с академиком Ли и еще одним человеком, которого он знал.

Они уже познакомились с ним в Бостоне.

— Профессор Лу, мы снова встретились, — Лу Кайминь улыбнулся Лу Чжоу и протянул ему правую руку.

Лу Чжоу улыбнулся и пожал руку, сказав:

— Добрый день, руководитель Лу.

Лу Кайминь посетил Лу Чжоу в Бостоне и спросил его мнение о развитии технологии литиевых батарей.

Хотя на этот раз Лу Кайминь присутствовал здесь в качестве правительственного чиновника, он вовсе не выглядел напыщенным и властным.

То ли он сам по себе был добрым и любезным, то ли это из-за уважения к всемирно известному ученому, но он относился к молодому человеку как к равному.

— Не надо этих "руководителей", просто называйте меня господином Лу, — господин Лу отпустил его руки и продолжил:

— Первоначально я планировал навестить вас в Цзянлине, но мне еще нужно было кое-что сделать здесь. Спасибо, что приехали, профессор Лу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Все нормально, я все равно хотел посетить свой старый университет.

Старик Лу кивнул и с серьезным лицом заговорил:

— После разговора с вами в Бостоне, в прошлый раз, я поехал в Пекин и передал ваши слова руководству выше. Проконсультировавшись с группой экспертов, мы пришли к окончательному выводу, что литий-серные батареи являются наиболее подходящим выбором.

Парня не особо удивило подобное решение.

По сравнению с литий-воздушными батареями, литий-серные батареи, несомненно, более реалистичный вариант. Страна готова инвестировать в эту область, поскольку она более применима и могла быть реализована в аккумуляторной промышленности. Страна не хотела тратить деньги на теоретическую науку и публикации в журналах.

Конечно, Лу Чжоу не верил, что его мнение действительно повлияло на выбор страны. Самое большее, он, вероятно, слегка повлиял на конечный результат. В конце концов, его голос — лишь один из немногих.

Однако он радовался, что его голос что-то значил.

— Литий-серная батарея имеет большой потенциал, я рад слышать, что страна приняла правильное решение.

— Это все благодаря совету профессора Лу, — господин Лу улыбнулся и рассказал свою истинную цель. — На самом деле, я хотел встретиться с вами, чтобы попросить помощи.

— Помощи?

— Да, — тот серьезно кивнул. — Развитие энергетики — главный приоритет нашей страны. Для выполнения плана к 2025 году нам нужно разработать батареи с большей емкостью. Они должны быть недорогими и простыми для производства, а также пригодными для вторичной переработки. Однако в промышленности все еще много теоретических проблем, которые необходимо решить для их производства. В противном случае нельзя гарантировать безопасность и возможность вторичной переработки. Хотя мы не стремимся к гегемонии, мы также не можем позволить кому-либо установить международные патентные барьеры, которые могут ограничить нашу энергетическую стратегию.

— Вы — специалист в этой области, — господин Лу искренне сказал. — Нам нужна твоя помощь!

Глава 298. Крупный проект по разработке литий-серных аккумуляторов

Международные компании уже давно занимаются работой над литий-серными батареями.

Немного неуместное, но очень яркое сравнение: если люди хотят "разблокировать" литий-серные батареи, им необходимо решить 10 технических проблем, за каждую проблему можно получить 10 патентов, и в общей сложности будет 100 патентов. Международные научно-исследовательские институты уже получили 30-40 таких патентов.

Согласно правилам всемирной торговой организации, компания не может создавать необходимые патентные барьеры, иначе это поставит другие компании в невыгодное положение.

Например, Qualcomm полностью доминировала в области кремниевых процессоров. Даже если это слишком строго, не было другого выбора кроме как требовать от них, чтобы они сделали свои патенты публичными.

Потому что промышленность основывается на равном доступе к ресурсам у сторон, если он не равный, то не будет конкуренции, и может образовываться монополия.

Tот же принцип относится и к странам. Только рыночные доли превращаются в торговый профицит.

Когда Лу Чжоу услышал просьбу господина Лу, он серьезно подумал, прежде чем с осторожностью дал ответ:

— Хотя я, правда, хочу помочь вам, но я исследовал только материал анода. Я не очень хорошо разбираюсь в литиевых батареях, поэтому боюсь... не смогу вам помочь.

Лу Чжоу не лгал, он говорил правду.

Хотя модифицированная ПДМС пленка решила самую большую проблему дендритов лития, технические проблемы литий-серных батарей не полностью связаны с материалом литиевого анода.

Например, была проблема низкой производительности электродов.

Положительный электрод при разрядке не производил сульфид лития. Bместо этого он сопровождался образованием промежуточных продуктов полисульфида лития, которые растворяются в электролите, вызывая ухудшение растворения. Эти растворенные полисульфиды лития рассеиваются, достигая катода, после чего окисляются на аноде.

Это в конечном счете приводит к тому, что катод и анод склеиваются вместе. Хотя из-за этого батарея не становится опасной, вторичная переработка становится невозможной.

Именно об этом говорил профессор Керр профессору Сарроту на конференции MRS.

Было множество идей решения этой проблемы, но их не так просто реализовать.

Отсканированная модель литиевой батареи у Лу Чжоу, вероятно, была той самой передовой литий-воздушной батареей, которая, по крайней мере, на два поколения опережала современные технологии.

Хотя литий-воздушные батареи также использовали литий в качестве отрицательного электрода, они не использовали серу в качестве положительного электрода.

— Конечно, это бремя ляжет не только на тебя, — с улыбкой сказал господин Лу и добавил:

— В этом проекте примут участие более двадцати национальных исследовательских институтов, такие как институт физики и химии Китайской академии наук и научно-исследовательский центр нанонауки. Проект будет посвящен решению технических трудностей в области энергетики. Литий-серные батареи являются одним из важнейших пунктов нашего нового плана развития энергетики. Над этой проблемой будет работать множество исследовательских групп! Наши эксперты по литиевым батареям единодушно согласились, что вы — самый подходящий кандидат. Мы не пытаемся изменить ваш план исследований, мы просто надеемся, что если вы ищете новое направление, то попробуете поставить в приоритет литий-серные батареи. Если вам нужны люди или деньги, то мы сделаем все возможное, чтобы поддержать вас.

Лу Чжоу не мог не воскликнуть про себя.

Сначала он думал, что господин Лу говорит о обычной политической поддержке, он не ожидал, что это будет национальным проектом.

Если первое — просто поддержка исследователей, сражающихся на передовой, то второе эквивалентно "армии", состоящей из исследовательских подразделений всех уровней, готовящихся к масштабной битве за новую энергию.

Посторонние возможно не заметят этого воздействия, но для людей в отрасли это очень важно.

Очевидно, это также хорошо для Лу Чжоу. Слова старика Лу очень ясны, Лу Чжоу предоставят все возможное для исследований.

Хотя он не испытывал недостатка в деньгах, поддержка страны могла избавить его от многих проблем.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул:

— Если это так, то я согласен!

……………………………..

Когда они согласились сотрудничать, далее пошло обсуждение конкретного содержания сотрудничества.

Предложение господина Лу состояло в том, чтобы построить научно-исследовательский институт материаловедения в новой зоне высоких технологий Цзиньпина, который сосредоточится на разработке технологий, связанных с литий-серными батареями. В то же время государство предоставит льготы, такие как пятилетнее освобождение от налогов, снижение налога на импорт оборудования и трехлетние субсидии на новые исследования в области энергетики.

Государство будет финансировать часть исследований.

В то же время Цзиньлинский университет мог предложить специалистов для работы в лаборатории.

Как и факультет физики, в Цзиньлинском университете факультет материаловедения являлся одним из сильнейших, а их исследования в областях органики и наноматериалов достигали мировых стандартов.

Лу Чжоу очень понравились эти условия.

Однако это не главное.

Как и любого другого ученого, больше его волновали результаты исследования.

Если бы это просто касалось естественных наук, тогда нет причин для беспокойства. Любой результат исследования принесет пользу всему человечеству. Однако когда речь идет об промышленности, то результаты могут быть полезны конкретным предприятиям и людям.

Это проявляется в тех же патентах.

Господин Лу обдумал вопрос Лу Чжоу по этой теме и осторожно ответил:

— Я — не предприниматель, и не могу дать конкретный ответ. Однако могу гарантировать, что 30% прибыли от продаж литий-серных батарей будет принадлежать вам.

Обычно государство выделяет деньги на исследования, не заботясь о прибыли и убытках, но также, в принципе, и не позволяет разжиреть на деньгах государства.

С другой стороны, компании присвоят себе большую часть прибыли и никогда не дадут 30%.

Поскольку научные исследования напоминали азартные игры, инвестировать в них — словно кидать деньги в черную дыру. Компании несли огромные риски при этом. Единственные ученые, имеющие часть прибыли, это те, кто имел долю в исследовательском фонде.

Об этой проблеме говорилось в сериале "Теория большого взрыва". Результаты исследований, которые сделали профессора университета, разделили в соотношении 25% — профессорам и 75% — университету.

Компании же заберут себе еще больший процент.

Поэтому предложение господина Лу было весьма щедрым.

Однако Лу Чжоу не испытывал недостатка в деньгах и был уверен, что сможет добиться успехов.

Хотя Лу Чжоу понимал, что господин Лу делает такое предложение исключительно из доброты, парень вежливо отказался.

— Мне не нужно финансирование для исследований, я имею средства для этого.

Господин Лу услышал слова парня и рассмеялся.

— Тогда это замечательно. Если профессор Лу готов финансировать свои собственные исследования самостоятельно, пока институт будет находиться в Китае, все остальные условия останутся прежними, а результаты исследований будут принадлежать вам.

Глава 299. Научно-исследовательский институт вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета

Китай очень серьезно относился к научным исследованиям.

Может потому что Лу Кайминь не xотел тратить зря время Лу Чжоу, или хотел показать руководству свое усердие, на следующий день Лу Чжоу получил звонок от секретаря Лю.

И было интересно, что хотя они встречались лишь несколько раз, каждый раз секретарь Лю говорил с ним так, словно они — близкие друзья.

После недолгого телефонного разговора секретарь Лю договорился встретиться с Лу Чжоу.

B тот же день Лу Чжоу встретился с помощником секретаря Лю, Чжао Чжэнъэ, который носил очки и выглядел очень интеллигентно.

Чжао Чжэнъэ пожал руку Лу Чжоу и вежливо сказал:

— Здравствуйте, профессор Лу, я — помощник секретаря Лю. Можете звать меня Сяо Чжао.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Вы — старше меня, я буду обращаться к вам, помощник Чжао.

— Как хотите, — помощник Чжао улыбнулся и сделал жест. — Сюда, пожалуйста.

Помощник Чжао отвез Лу Чжоу в зону высокотехнологичных разработок.

Помощник Чжао нашел место, где припарковаться, и вытащил карту с нарисованным на ней кругом. Он указал на круг и обратился к Лу Чжоу:

— Вот предполагаемая зона высокотехнологичных разработок в Сяньлиньском университетском городке. Первый этап проекта завершен, а второй завершим в течение года. Поскольку мы только начали, сейчас только тринадцать исследовательских организаций зарегистрировались здесь, и еще много места. Недалеко от станции метро есть несколько хороших офисных зданий, и они все еще пустуют, так что если что-то понравится — говорите.

Лу Чжоу покачал головой:

— Эксперименты с наноматериалами требуют высокой точности. Условия обычных офисных зданий не удовлетворяют требованиям для проведения экспериментов. Надеюсь, что вы сможете помочь мне найти участок земли, я свяжусь с подрядчиками и построю нужное здание.

Выслушав Лу Чжоу, помощник Чжао кивнул:

— Без проблем, здесь много еще нераспроданной земли. Скажите мне, какая вам нужна, и я передам это секретарю.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на карту и размышлял, и наконец выбрал участок земли в 10,1 му (примерно 6777 квадратных метров) в качестве места для научно-исследовательского центра.

И интуиция его не подвела.

Помощник Чжао привез их туда, и это оказалось отличным местом для проведения исследований, будь то расположение дорог или окружающей среды, все было хорошо.

Что касается конкретного плана строительства, Лу Чжоу поручит управляющему своей компании Уайту провести тендер на проект и нанять специалистов для работ, поэтому парень мог не беспокоиться об этих хлопотах.

Кроме того, благодаря государственной политике субсидирования, Лу Чжоу смог получить большую скидку.

Цены в этом районе на жилье начинались обычно от 30 миллионов, а застройщики покупали землю по 7 миллионов за му.

Согласно обещанию господина Лу, до тех пор, пока Лу Чжоу инвестирует 200 миллионов юаней, государство оплатит 30% стоимости земли. Если инвестиции Лу Чжоу превысят 400 миллионов юаней, то они удвоят выплаты. Первоначальный план Лу Чжоу состоял в том, чтобы инвестировать 100 миллионов долларов (примерно 700 миллионов долларов), поэтому он получит максимальную возможную субсидию.

Цена муниципального совета была 5 миллионов за му. A благодаря субсидиям, Лу Чжоу придется заплатить лишь около двух миллионов за му.

Благодаря этому Лу Чжоу сможет вложить больше денег в покупку оборудования и на проведение экспериментов.

После этого они закончили с выбором места для научно-исследовательского университета.

Лу Чжоу позвонил Уайту, и остальная часть этих вопросов будет решаться между Star Sky Technology и мэрией города. Парню же не придется беспокоиться об этих пустяках.

До тех пор, пока исследовательский институт не будет построен, Лу Чжоу придется воспользоваться лабораторией Цзиньлинского университета. К счастью, в новом кампусе университета присутствовало много пустых лабораторий, поэтому университет с радостью предоставит их.

Декан Ли, заведующий факультета химии, лично отвез Лу Чжоу в Цзиньлинский университет, чтобы показать лаборатории.

Пока шли по территории университета, они разговорились.

Декан Ли улыбнулся и сказал:

— Все говорят, что Принстон собрал самые яркие умы мира. Вы работаете там уже больше года, какое впечатление у вас?

Лу Чжоу задумался на мгновение и потом ответил:

— Я ощущаю сожаление.

Декан Ли удивился:

— О? Сожаление?

— По-моему, первокурсники в Принстоне — не умнее наших студентов, которые успешно сдали вступительные экзамены в университеты. По крайней мере, мы не отстаем в плане школьного образования и, можно сказать, что даже имеем

преимущества, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — Однако начиная с первых курсов, разница начинает увеличиваться, а когда доходит до уровня магистров, то уже трудно сопоставлять.

Декан Ли сказал:

— Профессор Лу, это несправедливое сравнение. Принстон — университет мирового уровня. Даже Массачусетский технологический институт и Гарвард не могут сравниться с ним.

Парень улыбнулся и сказал:

— Вот почему я говорю, что жалею.

Лу Чжоу помолчал немного и продолжил эту тяжелую тему.

— Вообще... у меня есть идея. Мы можем построить здесь свой Институт перспективных исследований по аналогии Принстону.

Декан колебался:

— Это хорошая идея, но она не кажется реалистичной.

Лу Чжоу кивнул:

— Вы правы.

Не так просто повторить успех Института перспективных исследований Принстона.

Цзиньлинский университет мог построить здание и нанять ученых, но это будет просто имитацией.

В конечном счете институт превратится в дополнительное место для получения степени магистра или обучения аспирантов, в нем не будет смысла, а он будет тратить много ресурсов.

— Честно говоря, если бы мы внедрили здесь модель Принстона, институт бы с трудом выжил, а если и выжил бы, то ему бы было сложно окупить себя.

— Мы все еще можем попытаться. Может быть потому, что я — моложе, я все еще очень оптимистичен, — Лу Чжоу улыбнулся и сказал шутливым тоном:

— Как насчет того, чтобы назвать не построенный исследовательский институт "Научно-исследовательским институтом вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета"?

Академик Ли улыбнулся :

— Это будет большой честью для нас! Наш университет планирует создать кафедру вычислительного материаловедения, не хочешь взять на себя должность заведующего кафедрой? Я найду лучших студентов для тебя.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Лучше не стоит, боюсь... я превращу все таланты в химии в математиков.

— О, только не это.

Они оба шутили и не воспринимали разговор всерьез.

Но выслушав предыдущие слова декана, хоть они и были шуткой, Лу Чжоу серьезно задумался над этим.

Поле боя — лучшее место для обучения. Энергетический план страны — не только битва за литий-серные батареи, но и за возможностью подготовить таланты.

Лу Чжоу не нужно копировать модель Института перспективных исследований в Принстоне, он может создать новую модель, более подходящую для национальной науки.

Если она покажет себя жизнеспособной, он сможет распространить ее на математику и физику.

Независимо от того, удастся это или нет, это не будет напрасно.

Лу Чжоу сказал полушутя:

— Мне придется попросить у вас кое-что.

Декан вежливо ответил:

— Говори, что ты хочешь?!

Лу Чжоу сказал только одно слово.:

— Людей!

Глава 300. Новость на факультете химии

Химический факультет Цзиньлинского университета претерпел некоторые изменения.

Первое собрание группы в новом семестре проводил куратор группы. Он бросил стопку бумаг старосте и сделал ему знак раздать их всем.

— Предложение о стажировке в научно-исследовательском институте вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета. Почему нам раздают это на первом курсе?

— О, и зарплата есть?

— Десять часов в неделю. Тысяча юаней в месяц — неплохо. Я всего трачу 800 юаней.

Студенты первого года с прикладной химии оживленно обсуждали это.

Хань Мэнци тоже заинтересовало содержание листовки.

Однако не всем это было интересно.

Девушка, сидевшая рядом и немного выше ее, ткнула ее в руку и с любопытством спросила:

— Мэнци, Мэнци, тебе интересно?

B их первой группе было всего восемь девушек, которые занимали две комнаты в общежитии. Эта девушка, Ли Фан, лучшая подруга Мэнци и ее соседка по комнате.

— Не интересно...

Хань Мэнци покачала головой и убрала бумагу в ящик стола.

Во-первых, ее не интересовала стажировка с зарплатой в тысячу юаней в месяц. Во-вторых, она все равно собиралась перевестись на другую специальность, так что ей было не нужно пополнять резюме.

Честно говоря, она ничего не понимала. Большинство первокурсников изучали общие предметы. Они даже толком не знали химические уравнения, что может сделать первокурсник там?

— Хорошо, пожалуйста, успокойтесь и послушайте, — сказал куратор и хлопнул в ладоши, дав знак всем замолчать. Он откашлялся и громко заговорил:

— Наш университет заключил соглашение о сотрудничестве с научно-исследовательским институтом вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета.

— Думаю, вы все уже прочитали листовки, так что я не буду тратить время. Проще говоря, это возможность стажировки для вас. Работа, которую вы должны будете делать, проста и элементарна. Работать придется в неделю всего 10 часов, и, в основном, в выходные дни. Если вы заинтересованы в исследованиях или собираетесь поступать в магистратуру, отнеситесь к этой возможности серьезно. Для бакалавров выпадает мало подобных возможностей, поэтому не упустите ее.

Внезапно один из студентов поднял руку и спросил:

— Учитель, эта стажировка надежна?

Куратор усмехнулся и ответил:

— Руководитель этого проекта — ваш старший. Как ты думаешь, надежна она или нет? По крайней мере, это более надежнее чем ваши подработки на неполный день.

Он — выпускник?!

В классе послышались перешептывания, в которых студенты пытались отгадать этого человека.

Наконец, кто-то не смог устоять и поднял руку, чтобы спросить:

— Учитель, кто это?

Куратор улыбнулся:

— Само собою, Лу Чжоу. Это вычислительное материаловедение, кто же еще это может быть?

Студенты затаили дыхание, а их лица стали возбужденными.

Бог Лу!

Хотя они поступили в Цзиньлинский университет, когда Лу Чжоу уже уехал в Принстон, они знали от старших легенду о нем.

От гипотезы Чжоу до гипотезы Гольдбаха, от премии Коула по теории чисел до премии Крафорда. Будучи самым молодым профессором Принстонского университета, этот 23-летний парень уже достиг большего, о чем большинство людей могли только мечтать.

Они не ожидали, что главой института окажется эта легенда.

Может он не удовлетворен достижениями в математике и решил заниматься химией?

Услышав это имя, Хань Мэнци долгое время сидела неподвижно.

Куратор сказал студентам, что заинтересовавшиеся могут подойти к нему, а потом сказал еще пару слов и завершил собрание.

Аудитория вновь наполнилась бурным обсуждением.

— Знакомый старшекурсник сказал мне, что в подобном полезно принимать участие, поскольку это можно отразить в резюме, и будет считаться опытом исследовательских работ. К тому же, этот научно исследовательский институт считается крупным национальным проектом.

Другой парень не мог не спросить:

— Тогда будет жесткая конкуренция?

— Важно участие, — его товарищ похлопал его по плечу. — Однозначно это предназначено для старшекурсников, но от подачи заявления вреда не будет.

— Судя по всему, придется еще сильно учить математику.

— Зачем? За это не ставят оценки, ну... в любом случае, это твое дело — пытаться или нет.

Хань Мэнци опустила голову и долго размышляла.

В отличие от одногруппников она думала о другом.

Она изо всех сил старалась не отстать от своего учителя, но, даже если она делала все возможное, она не сильно улучшилась. Будь то премия Коула или премия Крафорда, это все вне досягаемости для нее.

Несмотря на то, что в глазах своей группы она была гением, она не шла ни в какое сравнение с Лу Чжоу.

После вступительных экзаменов она отправила свое резюме в Принстон, но не получила ответа от приемной комиссии Принстона. Она даже сестре об этом не рассказала.

Она ясно понимала, что не сможет догнать своего учителя в математике.

Но вне математики есть небольшой шанс...

Хань Мэнци сжала свои маленькие кулаки, и растерянность в ее глазах постепенно прошла.

Ли Фан заметила, что ее хорошая подруга молчит, и с беспокойством спросила:

— Мэнци? Что случилось? Тебе нехорошо...

Хань Мэнци с решительностью в глазах подняла голову.

— Я планирую подать заявку!

…………………………..

Исследовательский институт углеродных наноматериалов.

Профессор Ли посмотрел на заявление об окончании университета и вздохнул.

— Ты — самый талантливый из всех моих студентов, жаль, что ты не хочешь продолжить учиться. Честно говоря, не хочу тебя отпускать.

Цянь Чжунмин покачал головой и настаивал:

— Помимо университета есть и другие места, где можно проводить исследования. Кроме того, я очень заинтересован в развивающейся области вычислительного материаловедения, надеюсь, что вы отпустите меня.

Хотя профессор Ли не хотел отпускать его, в конце концов, он вздохнул и подписал бумагу.

— Просто не забудь написать самооценку и подготовиться к выпускной защите. Тебе все равно придется пройти все формальности.

Зарплата и премии в научно-исследовательском институте вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета были хорошими. Они предлагали полный рабочий день в дополнение к стажировкам. Базовая зарплата студентов магистратуры составляла 8000 юаней в месяц, и она шла с бонусами и другими льготами, что гораздо выше стандартов в отрасли.

Изначально Ли Жунжэнь планировал дождаться, когда Цянь Чжунмин окончит, и предложить ему место в компании Чжуншань, но теперь уже не выйдет.

Профессор Ли посмотрел на своего ученика и помолчал немного, прежде чем сказать:

— Иди, профессор Лу — блестящий человек. Ты многому у него научишься.

Цянь Чжунмин искренне поблагодарил:

— Спасибо.

Профессор кивнул и ничего не ответил.

Было излишне говорить что-то еще.

Лю Бо, молча стоявший рядом, вдруг заговорил:

— Профессор, я тоже хочу подать заявление об окончании.

Профессор Ли посмотрел на него и улыбнулся.

— Давай его сюда. Я подпишу его.

Лю Бо вдруг стало больно внутри:

— Профессор, вы не попытаетесь меня остановить?

Профессор пошутил:

— О, ты не хочешь заканчивать? Отлично, тогда оставайся тут еще на год.

Лю Бо запаниковал:

— Пожалуйста, не надо, профессор, я получил предложение.

Профессор Ли улыбнулся и махнул рукой.

— Ладно, хватит чесать языком тут. Вы оба, валите уже.

Глава 301. Покупка оборудования

Институт вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета нуждался в талантливыx исследователях. Хотя они могут на краткосрочные сроки привлечь людей высокими зарплатами, у института не будет будущего, если он не сможет удержать людей.

Лу Чжоу нуждался в исследователях, которые в долгосрочной перспективе могут помочь ему с экспериментами, а также способны использовать имеющиеся средства, чтобы раскрыть больше талантов.

Хотя он не мог гарантировать, что все стажеры, работающие здесь, продолжат работать на него после окончания университета, проделанное будет не напрасно, если хотя бы треть решит остаться здесь.

Что касается прибыли и убытков, Лу Чжоу не беспокоился из-за этого.

B отличие от большинства предпринимателей, Лу Чжоу делал это не ради денег или из-за каких-то благородных причин. Даже если он и получит деньги, это будет лишь побочным результатом.

Eго единственной целью была возможность проводить исследования так, как он хочет, чтобы раскрыть скрытые секреты высокотехнологичной системы и заглянуть в будущее.

А сделать в одиночку это невозможно.

Поэтому, разговаривая с деканом Ли, Лу Чжоу попросил таланты. Он сообщил, что не только хочет нанять аспирантов для проведения научных исследований, но также хочет нанять студентов магистратуры и бакалавриата для прохождения практики.

Декан рассказал академику Сюю об идее Лу Чжоу, и тот тут же согласился.

Ректор Сюй принадлежал к "реформаторам" с обширным мышлением и был полон решимости улучшить репутацию Цзиньлинского университета, показав, что университет стремится развиваться.

В соответствии с соглашением между научно-исследовательским институтом вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета и Цзиньлинским университетом, ежегодно химический факультет будет направлять 30 студентов с бакалавриата,

10 — с магистратуры и несколько аспирантов для прохождения практики, которые будут помогать с базовыми моментами исследований.

Если это окажется действенным, то они увеличат число студентов.

Эти стажировки не только не отразятся на обучении студентов, но и предоставят им профессиональный опыт.

Особенно это полезно для студентов бакалавриата, у которых мало возможностей получить исследовательский опыт. Именно поэтому те яро ухватились за предоставленную возможность.

Особенно студенты с третьего и четвертого курсов, которые планировали пойти в исследовательские группы. От них было так много заявок, что их придется отбирать по оценкам.

Лу Чжоу также выделил несколько мест для стажировки студентам первого и второго курсов.

Хотя они еще мало чего знают, но они — более гибкие, и имеют потенциал для развития.

Даже те, кто не мог проводить опыты и мог только убирать лабораторию, все еще могли слушать профессионалов и учиться.

— В этом списке все лучшие студенты с факультета химии, — академик Ли держал в руке список студентов и улыбался. — Tолько помни про наш уговор. Развивай таланты как хочешь, но не превращай их в математиков.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не беспокойтесь об этом, обещаю, что верну всех ваших студентов.

Хотя вычислительное материаловедение нуждалось в математике, оно все еще основывалось главным образом на химии. Но в пограничных экспериментах разница между дисциплинами не так очевидна, и если человек захочет перейти в другую сферу, у него будет такая возможность.

— Хорошо, я запомню твои слова, — декан Ли улыбнулся и передал список имен Лу Чжоу. — Тогда передаю их тебе!

Дело не только в списке имен, но и в пустом лабораторном корпусе.

Новое лабораторное здание первоначально предназначалось как лаборатория механики материалов для экспериментов на механические свойства, но оборудование еще не прибыло, поэтому Лу Чжоу позаимствовал это здание.

Он также попросил предоставить ему временный кабинет.

Эти дни он, в основном, проводил в Цзиньлинском университете, работал в кабинете в лаборатории, ел в университетской столовой, а жил в отеле рядом с университетом.

Хотя он снимал квартиру поблизости, она была слишком захламлена, и было слишком хлопотно убирать там за Сяо Аем.

Каждый раз, когда он звонил, чтобы попросить кого-нибудь из компьютерного магазина для обслуживания оборудования, сотрудники оттуда спрашивали его, почему в доме такой беспорядок.

Лу Чжоу попросил свою студентку Веру помочь ему подать заявление на продление двухнедельного отпуска в Принстоне.

Хотя он не заботился о зарплате профессора, работа все еще давала ему вдохновение для исследований. Кроме того, это дало ему время понять некоторые из "очевидных" проблем и выяснить, действительно ли они так просты, как он думал.

В этом отношении он был солидарен с почтенным Ферми, что обучение студентов и самообучение идут рядом.

Кроме того, ему приносило удовольствие наблюдать, как его студенты превращаются в лучших ученых.

К счастью, его занятия по теории чисел начинаются лишь в конце февраля, а собеседования он мог проводить онлайн, поэтому вполне мог продлить отпуск на две недели.

…………………………………...

После найма сотрудников, следующим шагом будет распределение между ними работы.

Стажеры могут подождать, пока проект официально не начнется. Однако полноценные исследователи должны приступить к работе как можно скорее.

В кабинете лабораторного корпуса Лу Чжоу встретился с Лю Бо и братом Цянем.

Лу Чжоу спросил их:

— Профессор Ли ругался на меня?

Лю Бо беспомощно сказал:

— Нет, он просто попросил нас свалить.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

У него не было выбора, кроме как украсть таланты у профессора Ли. Его проект в Кремниевой долине только начался, и он не мог позаимствовать людей оттуда. Он должен был положиться на двух своих друзей.

Особенно — Цянь Чжунмина. Хотя у него только степень магистра, его опыт, несомненно, на уровне доктора. А в области научных исследований даже многие доктора не сравняться с ним.

Вот почему профессор Ли так ценил его.

Брат Цянь, стоя в белом лабораторном халате, пошутил:

— Не называй меня больше братом, я здесь, чтобы учиться у тебя, теперь мне придется называть тебя учителем.

— Мне тоже есть все еще чему учиться у тебя. Давай учиться друг у друга, не называй меня учителем, — улыбнулся Лу Чжоу.

Цянь Чжунмин покачал головой и серьезно произнёс:

— Я едва ли могу научить тебя чему-нибудь. Но в области вычислительного материаловедения я могу учиться только у тебя.

Лу Чжоу увидел, насколько серьезен брат Цянь, и улыбнулся.

Он откашлялся и сменил тему.

— На этот раз наш проект относится к одному из ключевых национальных энергетических проектов. В частности, мы должны решить проблему челночного эффекта в литий-серных батареях, но об этом, думаю, вы уже в курсе.

Брат Цянь кивнул и спросил:

— Уже есть какие-нибудь идеи?

— Есть пару мыслей, но все расплывчато, — Лу Чжоу покачал головой. — Но у нас есть другая проблема на первом месте. Проблема с оборудованием.

Цянь Чжунмин и Лю Бо кивнули.

Невозможно проводить эксперименты без оборудования. Даже если вы создадите математическую модель эксперимента, все равно придется проверить теорию с помощью реальных экспериментов.

Лу Чжоу помолчал немного и заговорил:

— Я уже связался с Umicore и заказал партию оборудования через их контакты. Хотя я попросил Star Sky Technology нанять несколько спецов, чтобы они отправились в Европу и проконтролировали закупку, мне все еще нужен кто-то надежный, чтобы подписать там контракт. Поэтому этим мне придется озадачить тебя.

— Нет проблем, — улыбнулся Цянь Чжунмин. — Я уже помогал профессору Ли с закупкой. Дело же не только в деньгах, но и в надежности оборудования.

Лу Чжоу кивнул:

— Да, спасибо.

Лю Бо увидел, что ему ничего не поручили, поэтому поднял руку и спросил:

— А как насчет меня?

— Надеюсь, ты сможешь поехать с братом Цянем, — Лу Чжоу посмотрел на Лю Бо и улыбнулся. — Я буду беспокоиться, если он поедет один.

Глава 302. Я хочу услышать его мнение

Залог на покупку оборудования был напрямую переведен с зарубежного счета компании Star Sky Technology на счет европейского производителя оборудования. После того как Цянь Чжунмин подпишет документ, будет переведена оставшаяся сумма.

B то же время приобретенное оборудование будет отправлено в Цзиньлин через специальную транспортную компанию.

Общая стоимость оборудования составила более 50 миллионов долларов.

Учитывая важность оборудования, Цянь Чжунмин не хотел откладывал этот вопрос. Они с Лю Бо немедленно купили билеты на самолет и отправились в Европу.

Лу Чжоу тоже не сидел без дела. Через три дня после того, как брат Цянь отправился в Европу, Цзиньлинский университет организовал симпозиум.

Этот симпозиум был огромным. Пригласили не только профессоров из лиги C9, но и группы из институтов, занимающихся материаловедением, такие как политехнический университет Цзиньлина. Собрались еще профессора из области органического синтеза, а также инженеры из аккумуляторных компаний, таких как BYD.

В отличие от конференции MRS, эта встреча носила полуакадемический характер и, в основном, сосредоточена на будущих исследованиях, а не на текущих результатах.

Помимо ученых и профессоров, работающих над материалами для литиевых батарей, в конференции приняли участие представители национальных исследовательских фондов, а также представители энергетических компаний, таких как BYD и Sugi.

Темой для обсуждения, очевидно, были литий-серные батареи.

Будучи всемирно известным ученым, Лу Чжоу, естественно, принял участие в этом симпозиуме.

Симпозиум должен был начаться в десять часов, но уже в девять зал был полон.

Хотя внутри собралось много народа, было подозрительно тихо, словно все знали, что встреча будет тяжелой, все сидели с серьезными лицами.

Лу Чжоу открыл бутылку с водой и сделал глоток. И воспользовался возможностью до начала совещания посмотреть на лица собравшихся.

В целом, ситуация не выглядела оптимистично.

Около 9:30 утра господин Лу прошептал несколько слов академикам Китайской академии наук.

Увидев, что больше никто не приходит, он поправил микрофон, откашлялся и сказал:

— Поскольку все уже собрались, давайте не будем впустую тратить время.

Перешептывания в зале прекратились, и все ждали, когда старик продолжит говорить:

— Энергия — это жизненная сила отрасли. Тот, кто овладеет энергией, тот овладеет будущим. Задача на этот раз — трудна и связана со стратегическими планами нашей страны в области энергетики. Hа последнем заседании высшее руководство Пекина приняло решение развивать направление литий-серных аккумуляторов. Но для решения конкретных технических проблем нам по-прежнему нужна мудрость каждого. Этот симпозиум, в основном, будет направлен на решение этой проблемы. Надеюсь, что каждый сможет высказать свои мнения и идеи.

Будучи организатором встречи, господин Лу сказал вступительную речь.

На первый взгляд это собрание выглядело бесполезным. Все говорили не о существующих результатах, а скорее, просто обдумывали проблему. Однако это не так.

Финансирование исследований от государства и компаний ограничено, не каждый исследовательский проект может претендовать на адекватное финансирование.

В целом, если страна приняла решение о работе в направлении литий-серных батарей, то финансирование разработок, связанных с ними, увеличится, в то время как поток средств в разработку других видов литиевых батарей уменьшится.

То же самое относится и к отдельным предметам исследований.

Существовали тысячи способов решить проблему литий-серных батарей. Можно работать с катодом или анодом.

Однако министерство науки и технологий и министерство финансов не были академиками.

Но это не имело значения. Принимая решение, они часто консультировались с экспертами отрасли и учитывали их мнение, отдавая приоритет в финансировании конкретных исследований.

Всегда можно найти несколько потенциальных исследовательских проектов, которые могут принести результаты.

Именно поэтому подобные встречи так важны.

Все надеялись, что их исследовательская тема или направление получат дополнительную финансовую поддержку.

Вот почему до начала встречи атмосфера стояла весьма тяжелая, а после началась довольно оживленная дискуссия.

Первым заговорил профессор Ван Хайфэн из университета Чжи.

Профессор Ван встал, улыбнулся и сказал:

— Поскольку руководитель Лу велел всем сказать свои мысли, то я вставлю свои пять копеек. Наша исследовательская группа во время экспериментов получила высокоупорядочную наноструктуру углерод-серного материала положительного электрода, который можно использовать в качестве углеродной рамки для ограничения растворения серы во время процесса зарядки и разрядки, тем самым сдерживая челночный эффект.

Для убедительности он предоставил результаты существующих исследований.

Господин Лу серьезно воспринял слова профессора Вана и спросил:

— Насколько дорога технология? Какова плотность энергии? Надежна ли эта технология?

— Затраты — не высоки, а плотность энергии — довольно значительная. Теоретическая плотность энергии, измеренная в лаборатории, близка к 2000 Втч/кг. Что намного больше, чем у текущих литиевых батарей. Я опубликовал соответствующую статью в "Advanced Materials", но эта технология нуждается в доработке.

После паузы профессор Ван продолжил:

— Фактически, сейчас ключом к решению челночного эффекта литий-серных батарей является использование пористых углеродных материалов для блокирования полисульфидных ионов и уменьшения растворения серы. Мое предложение заключается в том, что мы можем использовать аналогичную идею и сосредоточиться на исследованиях и разработках серно-углеродных композитах.

Господин Лу кивнул.

Секретарь, сидевший рядом с ним, сделал записи в блокноте.

Закончив свою речь, профессор Ван улыбнулся коллегам и сел.

Однако, прежде чем он успел сесть, уже раздался спокойный голос другого профессора:

— Мне тоже есть что сказать.

Это был академик У Шиган из университета Авроры, он также был известным в индустрии материаловедения.

Господин Лу посмотрел на старика и почтительно сказал:

— Академик У, пожалуйста, продолжайте.

Академик У взял микрофон и заговорил:

— Когда я участвовал в программе 863, я рассматривал углерод-серные композитные материалы, занимаясь вопросом литий-серных батарей. Эта стратегия кажется очень эффективной на бумаге, но фактический эффект — очень ограничен. Лабораторные исследования основывались на маленьких кнопочных батарейках, электрод был тонким, нагрузка серы — не высокой, а общее содержание серы составляло всего несколько миллиграммов. Фактические батареи имеют гораздо большее содержание серы и толстые электроды, а единичная нагрузка серы — очень высока. Лаборатория смогла провести лишь тысячу циклов серно-углеродного композитного материала, который, в свою очередь, может быть использован только несколько раз в реальных батареях.

— Более того, наиболее фатальная проблема с углеродно-серными композитами состоит в том, что плотность энергии — недостаточно высока. Если бы он использовался в продуктах 3C батарей, таких как компьютеры и мобильные телефоны, можно использовать углерод-сернистые композитные материалы в качестве положительного электрода. Если речь об использовании в автомобилях или более крупной электронике, то это не лучший вариант.

Старик более десяти лет проработал в этой области. Как инженер, он уделял особое внимание практической ценности технологии, а не теоретической научной ценности.

Более того, он работал в противоположном господину Вану направлении, изучении твердых электролитов.

Профессор Ван, естественно, был недоволен.

Однако опроверг его не он, а другой профессор в области углерод-сернистых композиционных материалов.

— Вы правы, серно-углеродные композиты действительно имеют дефекты в этой области, но, на мой взгляд, эти дефекты можно устранить в повторных экспериментах. Год назад мы все думали, что литиевые батареи — нестабильны. Но что теперь? Кто еще сомневается в широких перспективах литиевых батарей?

Э?

Лу Чжоу, который все это время молчал и не хотел связываться, почувствовал, как его необъяснимо затягивают.

Встреча становилась все более напряженной.

Хотя все проходило не так агрессивно, как конференция MRS, но она почти дошла до этой кондиции.

Лу Чжоу вздохнул.

К счастью, сканер системы избавил его от многих затрат на исследования и разработки, а технология решения проблемы литиевых дендритов была продана за хорошую цену. Иначе в этот момент ему, скорее всего, пришлось бы вступить в этот спор.

Внезапно заговорил другой профессор:

— Позвольте мне сказать несколько слов.

На этот раз это был профессор Сунь Хунбяо из университета Шуйму.

Хотя университет Шуйму занимал более низкое место, чем университет Авроры или Яньцзинский университет, в области литиевых батарей он все еще был довольно влиятельным.

Однако его слова отличались от предыдущих.

Этот старый профессор кашлянул и медленно сказал:

— Я заметил, что профессор Лу еще не говорил, но судя по его лицу, кажется... у него есть мысли на этот счет. Мне нечего сказать, я просто хочу услышать его мнение.

Что?

Глава 303. Полые углеродные сферы

Как профессор Сунь Хунбяо закончил говорить, пары глаз уставились на Лу Чжоу.

Представители и инженеры компаний смотрели с особенным ожиданием.

B данный момент Лу Чжоу, который находился под множеством взглядов, держал бутылку воды и мог лишь недоумевать.

Это когда у меня появились мысли?

Почему я об этом не знаю?

Фактически, главная причина, почему он не участвовал в обсуждении, не потому что ему все равно, а потому что ему нечего было сказать.

В отличие от людей из материаловедения, будучи математиком, парень привык заложить твердую основу, прежде чем хвастаться. Hо он чувствовал, что просто так его не оставят в покое.

Но в этот момент у парня внезапно возникла идея, он поставил бутылку воды, поправил микрофон и откашлялся:

— Согласно тому, что я услышал, челночный эффект — самая большая проблема литий-серных батарей, и академическое сообщество не может прийти к единому мнению, как решать эту проблему. Моя личная точка зрения, что обе идеи — хороши. Просто это два пути. И мы можем использовать оба из них.

Лу Чжоу не мог не похвалить себя за смекалку.

Он не знал, уместны ли здесь такие предложения, но он был слишком ленив, чтобы переживать на этот счет.

Подобный ответ может меньше всего обидеть других.

Профессора здесь пытались получить финансирование, но он в состоянии сам оплачивать свои эксперименты и не нуждался в нем.

И он не хотел нести лишнюю ответственность за свои слова.

Однако профессор Сунь Хунбяо не собирался оставлять его в покое.

Старик улыбнулся и продолжил спрашивать:

— Профессор Лу — прав, но у нас — ограниченные ресурсы. С вашей точки зрения, какой путь вы считаете более перспективным?

Этот профессор слишком напирал.

Он, вероятно, занимался изучением полимерных материалов. А зная, что Лу Чжоу решил проблему дендрита лития с помощью модифицированной ПДМС пленки, он сделал ставку на то, что Лу Чжоу также поддержит это направление.

Но на самом деле, хотя Лу Чжоу решил проблему литиевых дендритов с модифицированной ПДМС пленкой, он не испытывал оптимизма по поводу добавления полимерного материала на анод.

Почему так он не мог сказать, возможно это просто интуиция...

Парень не знал, что ответить.

Он чувствовал, что чтобы он ни сказал, то в итоге кого-нибудь да обидит.

В конце концов, он стал известным в области литиевых батарей, и его мнение имеет большой вес.

Если бы он знал, что так будет, то вообще не приходил бы.

Лу Чжоу вздохнул.

Ему не оставили выбора.

Он не хотел выдавать свои результаты исследования, которые не были доведены до совершенства, но если продолжит уклоняться от вопросов, то это будет слишком подозрительно.

И поскольку он активно пользуется поддержкой правительства, то должен продемонстрировать свои старания.

Подумав немного, он сказал:

— Лично я думаю, что направление полых углеродных сфер является лучшим.

Эти слова ошеломили многих людей.

Особенно профессора Суня, очевидно, он не ожидал такого ответа.

Профессора и ученые в зале имели разные выражения, некоторые расстроились, некоторые удивились. У представителей компаний лица были полны ожидания, когда Лу Чжоу продолжит.

Старик Лу спросил:

— Можете пояснить, почему?

— Конечно, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу и продолжил:

— Полые углеродные сферы имеют большие внутренние полости и подходят как углеродная матрица с высоким отрицательным содержанием серы. В то же время структура внешней пористой оболочки может эффективно подавлять диффузию полисульфид-ионов. Кроме того, они имеют сильную структурную стабильность и хорошую электрическую проводимость. Лично я думаю, что это хороший выбор.

Академик У из Яньцзинского университета тут же сказал:

— У меня есть вопрос.

Лу Чжоу ответил:

— Пожалуйста, говорите.

Академик У нетерпеливо произнес:

— Полые углеродные сферы — слишком новая концепция, и у нее есть скрытые опасности. С технической стороны, когда поступают ионы лития, в процессе зарядки и разрядки, происходит увеличение объема материала. Это приводит к порошкованию сплава. Поэтому думаю, что эту технологию трудно применить к промышленным масштабам.

Лу Чжоу ответил:

— Уменьшение количества частиц активного материала может уменьшить степень микронизации, что с современными технологиями технически достижимо.

Академик У продолжил спрашивать:

— Что касается увеличения объема? Рассматривали ли вы плотность энергии?

Академик У также был заинтересованным человеком, придерживающимся направления твердого электролита. Но он избегал возможности говорить свое мнение, чтобы люди не начали с ним спор. Скорее всего, он собирался дождаться конца симпозиума, чтобы поставить точку.

В этом нет ничего удивительного.

Наука и техника — объективны, но когда доходит до дела — они становятся субъективными.

С технической точки зрения, не так много по-настоящему черных и белых выводов.

Именно здесь и раскрываются подобные научные собрания, согласно которым, где больше голосов — тот и прав.

Лу Чжоу ответил академику У:

— Сферу можно покрыть литием. В теории проблема расширения объема активного компонента может быть решена посредством "буферного каркаса".

Академик У ничего не сказал, но встал другой человек.

Профессор Ван, который ранее спорил с академиком У о возможности использовать углерод-серные композиты, скептически спросил:

— Насколько вы уверены?

Лу Чжоу возмутил этот вопрос.

Я понимаю академика У, потому что он работает в другом направлении. Но вы занимаетесь композитами из углерода и серы, мы — в одной лодке. Думаете, если прицепитесь ко мне, вам не нужно будет беспокоиться о проблеме увеличения объема?

Лу Чжоу серьезно сказал:

— Научные исследования — это всегда риск. Не ожидайте, что если добавить деньги, они будут успешны. Вы спрашиваете меня, насколько я уверен, но даже если скажу вам, что уверен на 1% или 99%, что это даст?

Профессор Ван сел с красным лицом.

Старик Лу задумался и сказал:

— У всех здесь хорошие намерения, поэтому давайте сосредоточимся на науке.

В это время встал профессор Сунь, который понял, что ответ Лу Чжоу не оправдал его ожиданий, и опять заговорил:

— Позвольте мне снова сказать, — он улыбнулся. — Профессор Ван задал этот вопрос только из беспокойства. На самом деле, я также озадачен этими полыми углеродными сферами. Но я слышал, что профессор Лу является экспертом в области вычислительного материаловедения. У него должны быть какие-то оригинальные идеи. Не знаю, удобно ли ему раскрыть эту тайну?

Профессор Сунь спрашивал это, не думая, что Лу Чжоу действительно сможет ответить на это с математической точки зрения. Но боялся, что тот сможет заговорить и убедить нескольких профессоров на этом собрании.

В конце концов, он занимался исследованием проблемы челночного эффекта.

Однако он не ожидал, что Лу Чжоу ответит.

Парень улыбнулся и посмотрел на господина Лу.

— Это легко, можно мне доску?

Глава 304. Тогда я докажу

Конечно, у ниx имелась доска.

Даже если бы Лу Чжоу не попросил, она была приготовлена.

Господин Лу, услышав просьбу Лу Чжоу, тут же сказал секретарю привезти доску.

B течение двух минут сотрудники принесли доску в аудиторию.

Лу Чжоу подошел к доске, взял кусок мела и начал писать на ней.

На самом деле, еще в Принстоне он рассматривал этот вопрос, когда изучал топологическое преобразование сферических поверхностей.

В частности, взаимосвязь между электрохимическими и механическими свойствами полых углеродных сфер, тогда он провел анализ и создал математические модели.

Теперь ему нужно лишь продемонстрировать результаты своих исследований.

И это совсем не трудно.

В зале воцарилась тишина.

Все молча смотрели на Лу Чжоу.

Профессор Сунь безэмоционально уставился на доску, он не ожидал, что этот парень действительно сможет что-то доказать.

На самом деле, если бы профессор Сунь получше знал математиков, он бы понимал, что те привыкли подкреплять свои слова аргументами, и не был бы таким наивным.

В конце концов, человек, стоящий перед доской, однажды сходу доказал гипотезу, оставив легенду в Принстоне.

А обобщить сформированную теорию — еще проще.

Лу Чжоу написал последнюю формулу на доске и оглянулся на других профессоров в зале.

— По моим расчетам, полые углеродные наносферы с удельной поверхностью в районе [2326м^2/г, 3762м^2/г] и диаметром [60-70 нм] теоретически могут эффективно замедлять диффузию полисульфидных соединений, подавляя челночный эффект. Конечно, все это только теория. Более конкретные химические формулы и выводы должны быть проверены в ходе эксперимента. Здесь — только возможность. Это все, есть какие вопросы?

Это...

Вопросов не было.

Профессора и ученые с серьезными лицами смотрели на вычисление на доске, но они полностью запутались. Инженеры из разных компаний делали заметки, им было все равно, полезно это или нет, они сначала хотели переписать это.

Глаза господина Лу вспыхнули, хотя он не мог понять написанное, но увидел возможность для новой энергии.

Вздохнув про себя, парень положил мел.

На конференции MRS никто не смог понять его доказательств. Группа профессоров могла только кивнуть в ответ на его заключение, не задав ни единого вопроса.

И тут — то же самое.

……………………..

На самом деле, еще когда Лу Чжоу изучал первые обломки, он задумался над проблемой.

И не о самой технологии, а о лежащем вне ее.

Объективно говоря, рождение технологии должно соответствовать какому-то закону.

Например, электричество. Люди изобрели одежду, чтобы укрыть свои тела, а чтобы сделать одежду более удобной, изобрели пуговицы. Потом, в 19 веке, промышленная революция совершила прорыв в технологии производства, и родилось электричество.

По той же причине Лу Чжоу считал, что развитая цивилизация, которая освоила литий-воздушные батареи, определенно не получила эту технологию из ничего.

В их истории должна была появиться технология, предшествующая этой.

Весьма вероятно, что это была литий-серная батарея.

Хотя углеродные нано-сферы в обломках не были напрямую связаны с литий-серными батареями, они в некотором смысле вдохновили его.

Ни одна технология не приходит мгновенно, до литий-воздушных батарей должна появиться технология углеродных сфер.

Лу Чжоу помнил подсказку в задании от системы, и интуиция говорила ему, что полые углеродные сферы должны быть ключом к решению проблемы литий-серных батарей.

Поэтому он высказал эту точку зрения на этой конференции.

Однако он не знал, поверят ли ему, хотя это — не его дело.

Конференция закончилась, и люди начали покидать зал.

Профессор Ван продолжал сидеть на своем месте с недовольным лицом.

Хотя у него не было никаких причин для недовольства. В конце концов, он занимался углеродно-серными композитными материалами, и полые углеродные сферы также относились к углеродно-серным композитным материалам. Однако отношение Лу Чжоу к нему сделало его очень недовольным.

23-летний ученый только что учил его?

Мало того, он посчитал, что старик Лу — слишком большого мнения об этом парне.

Научные исследования — хотя и сложны, но не требуют каких-то особых методов. Единственный метод — не более чем непрерывное проведение экспериментов, метод проб и ошибок, суммирование опыта от ошибок для построения новых теорий.

С этой точки зрения, проведения экспериментов напоминало азартные игры.

Многие люди пытались добавлять полимерные материалы к поверхности литиевых анодов. Компания Moli потратила на это сотни миллионов долларов. После их банкротства проект подхватили NEC, которые также потратили сотни миллионов долларов на это, но они все еще не получили никаких результатов.

Но какой-то математик просто появился из ниоткуда, написал пару строк расчетов и заявил, что решил этот миллиардный проект? Разве это не возмутительно?

Ван Хайфэн пришел в ярость.

Однако ему пришлось смириться с реальностью.

До этого вычислительное материаловедение было непопулярной специальностью. Большинство студентов в области вычислительного материаловедения в конечном итоге работали в области разработки программного обеспечения. Однако после публикации статьи Лу Чжоу в журнале Nature в прошлом году, многие университеты начали задумываться о том, следует ли им добавить лекции по функциональному анализу в свои курсы химии.

Ван Хайфэн посмотрел на Лу Чжоу и обратился к академику У Шигану:

— Тебе не кажется, что этот ребенок — слишком самонадеянный?

Хотя у них были различные академические взгляды, они оба занимались литий-серными батареями, и их личные отношения были все еще хорошие. Однако Лу Чжоу внезапно появился из ниоткуда, шокировав сообщество материаловедов.

Но у академика У и Ван Хайфэна были разные мнения.

Большинство инженеров были более прагматичными, и, по его мнению, возраст и личность — вторичные моменты. Хотя у него были сомнения относительно академических взглядов Лу Чжоу, эта точка зрения — только академическая.

Кроме того, академик У обычно говорил то, что думал.

Он был прямолинейным на конференциях и в своей повседневной жизни.

У Шиган посмотрел на Ван Хайфэна и сказал:

— Он тратит свои собственные деньги на исследования, что вы переживаете о нем? Мы просто продолжим заниматься своими исследованиями.

После этого академик У собрал свои вещи и ушел.

Ван Хайфэн только что потерпел поражение от Лу Чжоу, и теперь слова его друга задели его, отчего его лицо стало ярко-красным.

Наконец, через некоторое время, он смог пробормотать:

— Чем он так горд? Просто выпендрежник.

Ван Хайфэн взял свой термос и ушел.

Глава 305. Начало эксперимента

После окончания симпозиума Лу Чжоу также покинул зал.

Он собирался идти к зданию лаборатории, но вдруг услышал, как кто-то окликнул его по имени.

— Профессор Лу, давно не виделись.

Лу Чжоу обернулся и увидел профессора Ли Жунэня, идущего к нему с улыбкой.

Лу Чжоу вспомнил, что только что переманил у этого профессора двух хороших учеников, и ему стало немного неловко. Он улыбнулся и поприветствовал профессора:

— Давно не виделись, как вы?

— Все хорошо, кроме сердца, — профессор Ли посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся, сказав:

— Я, наконец, смог вырастить двух хороших учеников, но ты похитил их.

— Как это можно называть похищением, — Лу Чжоу кашлянул. — В будущем вы обязательно найдете еще лучших...

Профессор Ли покачал головой и сказал:

— Ладно, я здесь не для того, чтобы жаловаться, я рад, что они смогли найти хорошее место для работы. Хотя жаль, что они не закончили свои докторские диссертации, но у вас они смогут научиться не меньшему.

Профессор Ли преувеличивал, говоря, что у него похитили студентов. Tо, что они были его учениками, не означало, что по окончанию должны были работать на него. Однако у него были планы устроить их в новые материалы Чжуншань.

Однако они, очевидно, сделали правильный выбор. Любой студент сделал бы такой выбор. Вот почему Ли Жунэнь не возражал и, наоборот, поддержал их.

На его исследовательскую группу не повлияет потеря двух студентов.

Старик посмотрел на Лу Чжоу и сказал серьезно:

— Честно, я действительно не понял твоего доказательства. Ты серьезно относишься к идеи углеродных сфер?

Лу Чжоу кивнул:

— Я — совершенно серьезен.

Среди углеродно-серных композитных материалов полые углеродные сферы — относительно новая идея с огромным потенциалом.

Кроме того, благодаря различным прорывам в области углеродных нанотехнологий, цены на углеродные нанотрубки, фуллерены и графеновые материалы падали с каждым годом, и увеличивалось их применение в промышленности.

Профессор Ли долго смотрел на Лу Чжоу, после чего покачал головой и произнес:

— Глаза Сунь Хунбяо — остры. Кажется, он не ошибся, и у тебя есть идеи.

Лу Чжоу улыбнулся и, смутившись, ответил:

— У меня нет плана, я лишь уверен на тридцать процентов в этой идее.

Конечно, эти 30% — это только уверенность в успехе, а не показатель успешности эксперимента. Кто знает, сколько экспериментов это займет?

В конце концов, его оценка полых углеродных сфер основана на общих представлениях о них. Хотя он мог использовать математические методы, чтобы доказать эффективность этого метода, в действительности трудно найти материалы для полых углеродных сфер.

— Вероятность успеха в тридцать процентов — очень высока. Обычно наши эксперименты имеют лишь десять процентов на

успех, — сказал профессор Ли, глядя на Лу Чжоу. — Тогда я буду ждать хороших новостей от тебя.

Лу Чжоу спросил:

— Ваша исследовательская группа не участвует?

Профессор Ли покачал головой и улыбнулся:

— Ты уже в этом участвуешь, так какой смысл мне присоединяться? Я просто подожду твоей статьи.

Новые материалы Чжуншань не были каким-то промышленным гигантом, и у них — ограниченные ресурсы. Было трудно получить краткосрочные результаты от литий-серных батарей. Ли Жунэнь был одним из основных акционеров компании. Поэтому он пока не хотел инвестировать в это направление.

Кроме того, китайский рынок анодных материалов для литиевых батарей — по-прежнему огромный. Гораздо лучше было заполнить текущий рыночный спрос, чем исследовать и разрабатывать новые материалы.

Проект литий-серных батарей был реализован только промышленными гигантами.

……………………….

Документы с итогами симпозиума должны были появиться через две недели, но это не имело особого отношения к Лу Чжоу.

Национальный проект — важен, и Лу Чжоу мог получить выгоду от него. Но задание от системы — не менее важное, поэтому парню приходилось работать в двух направлениях сразу.

Хотя две лаборатории исследовали полые углеродные сферы, их задания отличались. Однако в некоторых исследованиях они могли дополнять друг друга.

На следующее утро Лу Чжоу проводил собеседования со студентами по видеосвязи, когда с ним по видеосвязи связался профессор Саррот из Кремниевой долины.

Нужно время, чтобы доставить оборудование в Цзиньлин, но лаборатория в Кремниевой долине уже готова начать эксперименты.

100 000 долларов — немалая зарплата, и Лу Чжоу не хотел, чтобы деньги уходили в никуда.

Лу Чжоу написал план исследований и отправил его на почту Саррота.

— Я уже отправил тебе на почту конкретный план. Ознакомься и, если будут вопросы, спрашивай.

Топологический анализ углеродной наносферы Лу Чжоу показал, что ее образец можно разобрать на фуллерен С70 и углеродную нанотрубку.

С химической точки зрения π-связь фуллерена С70 открыта и модифицирована углеродной нанотрубкой, а ее молекулярная пространственная структура изменена.

Хотя это звучало сложно, в действительности достичь этого не так трудно.

Для начала они могли создать вакуум в дуговой камере, прежде чем вводить газообразный гелий. Затем два графитовых стержня высокой чистоты будут подведены близко друг к другу, и с помощью высокого напряжения можно будет создать электрическую дугу. Газификация углеродного стержня приводит к появлению плазмы в среде инертного газа, что образовывает макромолекулы фуллеренов, таких как С60 и С70.

После чего отфильтровать молекулы C70 и смешать их с углеродными нанотрубками, полученными в CVD печи, где в вакууме происходит термическая реакция.

Из-за нестабильности π-связи, при нагревании может произойти сложная химическая реакция. Потом физико-химические свойства продукта можно проанализировать с использованием полимерной модели.

Возможно, удастся найти несколько миллиграммов сокровищ в килограммах продукта и составить различные графики в зависимости от разных факторов. A потом можно найти подобную эмпирическую формулу и создать законченную теорию.

Хотя этот подход с виду — тупой, но с практичной точки зрения он — наиболее эффективный.

Прежде чем искать стабильный метод производства, нужно рассмотреть все возможные проблемы. На самом деле, многие эксперименты в области материаловедения проводились с подобным "тупым подходом".

Хотя Саррот знал, что этот скучный эксперимент — единственный выбор, после того, как увидел план исследований Лу Чжоу, он не мог не сказать:

— Честно говоря, мы можем полностью передать эти эксперименты на аутсорсинг.

Лу Чжоу ответил:

— Я не доверяю данным других людей. Кроме того, какой смысл в вас, если я просто отдам все на аутсорсинг.

Саррот улыбнулся и больше не возникал:

— Обещаю, босс, я немедленно выполню вашу просьбу.

Лу Чжоу удовлетворенно кивнул:

— Хорошо, работайте усердно, имейте больше уверенности в своем исследовании. Оно может стать статьей в "Nature".

Хотя Саррот ничего не сказал вслух, он не мог не жаловаться про себя.

Это в "Nature"?

Невозможно.

Под каким углом он на это ни смотрел, он не видел ничего привлекательного в этом эксперименте.

Глава 306. Тут же среагировавший рынок

Научно-исследовательский институт, которым руководил Саррот, шаг за шагом следовал инструкциям по проведению эксперимента. A Лу Чжоу приходилось иметь дело с институтом вычислительного материаловедения в Цзиньлине, поэтому он не уделял особого внимания своему проекту в Кремниевой долине.

И он не ожидал увидеть свое имя в новостях на второй неделе после симпозиума. Оно упоминалось вместе с полыми углеродными сферами и литий-серными батареями.

B статье обозревался прошедший симпозиум о литий-серных батареях. Он не использовал никаких привлекающих и громких слов. В нем содержались лишь краткие цитаты из взглядов профессоров на эту тему.

Очевидно, Лу Чжоу был одним из профессоров.

В последнее время энергетический рынок был чрезвычайно чувствителен к словам о новой энергии, и небольшой порыв ветра мог вызвать огромные изменения.

В частности, точка зрения Лу Чжоу может оказывать значительное влияние.

Даже короткие фразы будут анализироваться.

В конце концов, именно Лу Чжоу открыл дверь литиевым батареям.

Эта статья очень удивила парня.

Он не знал, кто выпустил новости, и его не предупреждали об этом.

Впрочем, это не имело особого значения. Хотя некоторые моменты могут быть специфичными для технологии производства и использоваться как коммерческая тайна, большинство будут рады объявить о результатах своих исследований. Это не похоже на военные технологии.

На подобных мероприятиях могли делать заметки лишь репортеры с центральных СМИ, которые сейчас получали деньги за эту статью.

Одни соглашались с идеей полых углеродных сфер, другие критиковали ее.

Согласившиеся верили, что полые углеродные сферы обладают потенциалом в области углерод-серных композитов. Хотя было много проблем, если их решить, это могло стать ключом к решению челночного эффекта.

Критики же считали, что Лу Чжоу не должен делать такие публичные заявления без результатов экспериментов, и что он безответственно использует свое влияние для получения публичной поддержки незрелой технологии.

На самом деле, он не мог ничего поделать.

Он действительно говорил об этом, но не в таком ключе.

Конечно, голоса критиков по-прежнему были в меньшинстве. А у парня были более важные дела, чем думать о мнениях людей.

На второй неделе с того момента, как Цянь Чжунмин и Лю Бо отправились в Европу, наконец, прибыла первая партия оборудования.

Однако Лу Чжоу не ожидал, что генеральный директор Umicore также приедет.

Бельгиец вышел из машины и протянул правую руку:

— Мой дорогой друг, рад снова видеть вас, как поживаете?

Из-за патента на модифицированный ПДМС материал, цена акций Umicore росла, что было заметно по довольному лицу их генерального директора.

Для того, чтобы войти в это поле, их старым конкурентам, BASF Group и Nichia Chemical, пришлось послушно заплатить высокую вступительную плату.

Будь то на рынке ценных бумаг или на рынке материалов, Umicore находилась в хорошем положении. В частности, из-за незаменимости анодных материалов литиевых батарей BASF Group была вынуждена отказаться от Аргоннской национальной лаборатории и подать иск против Umicore по вопросу патента.

Из-за этой серии хороших новостей совет директоров был очень доволен работой Гринберга.

Если бы Лу Чжоу не был мужчиной, то Гринберг, наверняка, женился бы на нем.

Конечно, это лишь преувеличение.

— Не плохо, — Лу Чжоу пожал Гринбергу руку и с любопытством взглянул на него, после чего спросил:

— Какими ветрами к нам?

Хотя Лу Чжоу воспользовался связями Umicore для покупки оборудования, у генерального директора нет причин лично приезжать сюда.

Гринберг улыбнулся.

— Помните наш уговор? Благодаря вам, мы стали доминировать на рынке анодных материалов. Я пришел сюда, чтобы поговорить с вами о прибыли.

Лу Чжоу заинтересовался и спросил:

— Сколько?

— BASF Group и Nichia Chemicals заплатили 50 миллионов долларов и 70 миллионов долларов за лицензию на производство литий анодных материалов, конечно, она исключает китайский рынок. Кроме того, за каждую тонну анодного материала, который они производят, они должны заплатить нам 1500 долларов.

С яркой улыбкой Гринберг продолжил:

— Мы уже получили предоплату в сто миллионов долларов. Согласно нашему договору, половина от этого принадлежит вам. Как вы хотите, чтобы мы выплатили эту сумму.

Лу Чжоу сказал:

— Оплатите расходы на оборудование, после чего переведите оставшееся на мой счет в Китае.

Лу Чжоу планировал вложить эти деньги непосредственно в новый научно-исследовательский институт. Благодаря тому, что он в течение пяти лет будет освобожден от налогов, не будет никаких налоговых вычетов.

После того как оборудование пройдет таможню, исследовательский институт вскоре начнет свои эксперименты. И для исследований понадобятся только деньги.

Первоначально Лу Чжоу планировал использовать свои деньги из компании, но очевидно они ему больше не потребуются тут.

У Umicore присутствовал филиал в Китае, так что они могли перевести ему деньги.

Как парень и ожидал, Гринберг быстро согласился:

— Нет проблем, я сделаю так, как вы просите!

Хотя он приехал в Китай, чтобы передать деньги, это явно не причина для специальной поездки и подобной широкой улыбки.

Он приехал сюда по другой причине.

Гринберг улыбнулся и рассказал о своей истинной цели:

— Я слышал, вы исследуете литий-серные батареи?

— Можно и так сказать, челночный эффект — очень интересная проблема, у меня есть планы решить ее.

Гринберг тут же обрадовался:

— Какое совпадение! Мы также заинтересованы в исследовании литий-серных батарей, вам нужны инвестиции?

Лу Чжоу знал, что Гринберг спросит об этом, поэтому заранее приготовился отказать, он подшутил:

— Думаете, мне все еще нужны инвесторы?

Гринберг не хотел сдаваться, поэтому сказал:

— Но вы подумали о рисках? Вы должны знать, что научные исследования подобны азартным играм, никто не может гарантировать их результаты. Я могу взять на себя семьдесят процентов расходов, и вложить более четырехсот миллионов долларов! Кроме того, мы хотим получить только половину результатов. Считаю, что никто не сможет сделать лучшего предложения.

Он был прав: никто не предложит лучших условий.

Если бы не недавний успех Гринберга в производстве анодных материалов, он никогда бы не осмелился предлагать такие условия.

Хотя подобное предложение будет слишком заманчивым для большинства ученых, Лу Чжоу не испытывал соблазна.

Потому что у Лу Чжоу все еще присутствовал другой вариант, не связанный с деньгами.

Потратить большое число баллов и обратиться за помощью к системе.

Однако парень не станет этого делать, пока не потратит половину своих первоначальных денег.

Хотя количество очков опыта за задания увеличивалось, баллы не увеличивались вообще, что делало их чрезвычайно ценными.

Пока это не будет неразрешимая проблема, парень не будет их тратить.

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Я не буду брать фишки у других игроков, пока не проиграю все свои.

Гринберг спросил:

— Потеряете все свои фишки? Боже... Вы спятили. Вы планируете вложить в это все свои деньги? Я предлагаю вам четыреста миллионов долларов, вы уверены, что не передумаете?

Лу Чжоу улыбнулся:

— С точки зрения бизнеса, это — не очень разумная инвестиция. Однако я — не бизнесмен, я смотрю на проблему с другой точки зрения.

Если бы Лу Чжоу хотел только богатства, он бы просто инвестировал в недвижимость.

Очевидно, он хотел нечто большего, чем просто богатство.

Глава 307. Вкладывание денег

Гринберг был побежден и мог лишь разочарованно вздохнуть:

— Я восхищаюсь вашей преданностью науке. Надеюсь, вы рассмотрите нас, если добьетесь успеха.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Посмотрим. Если наше текущее сотрудничество будет плодотворным, то я не против работать с вами по новым проектам.

На лице Гринберга появилась улыбка.

— Надеюсь, вам это удастся... Kстати, я хочу спросить о полых углеродных сферах. Вы действительно думаете, что они решат проблему челночного эффекта? Я не интересуюсь вашими исследованиями, просто...

Лу Чжоу ответил:

— Я действительно говорил нечто подобное на симпозиуме, но, надеюсь, вы не переоцениваете мои слова. Я лишь оптимистично отношусь к этому направлению.

Множество людей задавали парню этот вопрос.

И он определенно будет нести ответственность за каждое сказанное им слово. Но он не мог не забеспокоиться видя, как столько людей проявили интерес к углеродным сферам.

А что, если я ошибаюсь?

Что будет с моей репутацией?

Теперь он наконец-то понял, почему шотландский профессор Питер Брюс все еще одержим литий-воздушной батареей, даже после того, как было доказано, что он ошибался много раз.

Речь шла не только о финансировании.

Речь шла также о репутации.

Кажется, мне нужно усерднее работать...

Гринберг улыбнулся и сказал:

— Мне просто стало интересно. Не принимайте это всерьез.

Правда... это не выглядело, как простой интерес.

Гринберг недолго пробыл в Цзиньлинском университете. Он подождал, пока прибудет оборудование, после чего удалился.

Хотя он сожалел, что не смог договориться с Лу Чжоу о сотрудничестве в исследованиях, это было лишь сожаление. Научные исследования напоминали азартные игры, даже лучшие ученые не могли гарантировать хорошие результаты исследований.

В конце концов, Гринберг все еще мог подписать патентное соглашение с Лу Чжоу после получения результатов.

…………………………….

После того как прибыла первая партия оборудования для экспериментов, исследовательский институт Лу Чжоу в Цзиньлинском университете перестал быть пустым лабораторным корпусом.

По словам Цянь Чжунмина, последняя партия оборудования уже отгружена. Он и Лю Бо, вероятно, вернутся в Китай уже через пару дней.

Судя по голосу, Цянь Чжунмин был воодушевлен.

В конце концов, это импортное оборудование стоимостью в десятки миллионов долларов. Любой ученый будет в восторге работать на таком оборудовании.

Услышав, что прибыло оборудование, декан Ли тут же примчался в лабораторию.

Старик дотронулся до приборов и произнес:

— Боже мой, это, должно быть, стоит больше десяти миллионов юаней.

Исследования полупроводников требуют микроскоп высокого разрешения. Существует огромная разница между изображениями, полученными с помощью обычных электронных микроскопов, и изображениями, полученными с помощью растрового электронного микроскопа.

Существовало много видов растровых электронных микроскопов.

Разрешение растрового электронного микроскопа с вольфрамовой нитью составляло около 3 нм, а разрешение растрового электронного микроскопа с эмиссионной электронной пушкой было 0,8 нм. Не стоит даже говорить, что между ними — колоссальная разница в цене.

Лу Чжоу оборудовал лабораторию самым современным оборудованием. Будь то линза растрового микроскопа, электронная пушка, ускорительная трубка или даже высоковольтный генератор... все было первоклассным.

Хотя это стоило много денег, в долгосрочных перспективах это выгодное вложение.

Не только ученые любили хорошее оборудование, но и журналы.

Если бы кто-то использовал растровый электронный микроскоп высокого качества для проведения эксперимента, он мог бы легко опубликовать результаты в журнале Nature или Science.

На факультете химии был растровый электронный микроскоп, но он не отличался высоким качеством.

И микроскоп был нужен не только факультету химии, но и факультету естественных наук. Каждому профессору отводилось определенное время для использования микроскопа, в то время как аспиранты должны заранее подавать заявку.

Декан Ли всегда хотел приобрести новый микроскоп на факультет, но его заявку так и не одобрили.

— Не десять, может, восемь или девять, — улыбнулся Лу Чжоу. — Но это в долларах.

Восемь или девять миллионов… долларов.

Это сорок миллионов юаней?

Услышав слова парня, брови декана нервно задергались.

Он не мог сказать, что Лу Чжоу тратит деньги впустую, потому что тот использует свои собственные деньги.

Он не мог не позавидовать.

— Ты, действительно, готов тратить деньги… Боюсь, ты потратишь сотни миллионов на этот эксперимент.

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Я могу сэкономить деньги на другом, но определенно не на оборудовании. Строгая математическая модель нуждается в точном оборудовании для ее поддержки.

На самом деле, растровый электронный микроскоп, в основном, самая дорогая покупка. Другое оборудование, такое как вакуумная CVD печь, дугогасительная камера, инфракрасный спектрометр, стоило намного меньше.

Конечно, несмотря на то, что оборудование стоило кучу денег, Лу Чжоу никогда не думал экономить на нем.

Он сократил бы зарплаты, но не расходы на оборудование.

В конце концов, если данные эксперимента будут не точные, не получится произвести нужные образцы, и весь эксперимент потерпит неудачу.

Кроме того, это оборудование — не одноразовое, и Лу Чжоу сможет использовать его для своего следующего проекта.

Согласно плану Лу Чжоу, первые вложения должны составить 50 миллионов долларов. После этого он планировал добавить еще 50 миллионов долларов и купить оборудование, такое как сканирующий атомно-силовой микроскоп и просвечивающий электронный микроскоп. Его лаборатория станет одной из ведущих в Китае.

Не будет преувеличением сказать, что многие просто захотят работать у него из-за оборудования.

В конце концов, вся карьера ученого может измениться, если он будет работать под руководством Лу Чжоу.

Некоторые, пока у них будут деньги на еду, они будут согласны работать.

Хотя это звучало грустно, но это одна из жертв, которые приходилось переносить в науке.

Декан Ли не мог не вздохнуть:

— Вычислительное материаловедение, действительно, не то, чем могут заниматься обычные люди.

Раньше декан Ли говорил с руководством о том, чтобы открыть кафедру вычислительного материаловедения в Цзиньлинском университете, но теперь, похоже, у него не будет на это денег.

— Да, — сказал Лу Чжоу. — Вообще-то я еще хочу купить суперкомпьютер.

Суперкомпьютер, подобный "Антону", будет как ядерное оружие в вычислительном материаловедении.

Простые алгебраические и геометрические расчеты можно сделать с помощью листа бумаги и ручки. Однако если бы кто-то захотел провести квантовые расчеты, даже если бы данные эксперимента точно моделировали молекулярную модель полимера, это все равно будет безумием для человеческого мозга.

Однако Лу Чжоу только что потратил 50 миллионов долларов на оборудование, и пока не хотел тратить больше.

Он планировал получить какие-либо результаты перед тем, как делать покупки.

Внезапно парень заметил, что декан молчит.

— Что?

— ...

Декан проигнорировал Лу Чжоу.

Ему больше не хотелось разговаривать.

Глава 308. Хот-пот ресторан

С тех пор как прибыло оборудование, не только декан Ли посещал лабораторию, также приходило несколько профессоров с факультета естественных наук, пытаясь сблизиться с Лу Чжоу.

Однако, к сожалению, Лу Чжоу занимался материалами, а не биотехнологиями. Иначе профессора послали бы своих студентов работать в качестве исследователей к Лу Чжоу.

Hо парень не возражал против их визитов. В конце концов, он сам раньше пользовался ресурсами Цзиньлинского университета и Принстона.

До тех пор, пока они не мешали экспериментам, профессора могли пользоваться оборудованием.

Однако также были строгие правила. Образцы с магнитами запрещены, как и эксперименты с высоким напряжением.

Kроме того, стажерам также запрещалось пользоваться каким-либо оборудованием.

Эти ограничения означали, что старые профессора могли использовать оборудование только для сканирования изображений.

Помимо Цянь Чжунмина и Лю Бо, Лу Чжоу нанял еще одного исследователя, доктора Ян Сюя.

Доктор Ян два года проучился в аспирантуре Массачусетского технологического института. Он умел пользоваться оборудованием, которое приобрел Лу Чжоу, и имел опыт в исследовании наноматериалов.

Хотя он не был кем-то известным в области материаловедения, но этого достаточно для Лу Чжоу.

Парню не нужны известные люди, ему нужны сотрудники, которые могли следовать шаг за шагом планам эксперимента.

Неделю назад доктор Ян прилетел в Цзиньлин.

Лу Чжоу встретился с ним в хот-пот ресторане, недалеко от Цзиньлинского университета.

Доктор Ян сразу же пожал руку Лу Чжоу и сказал с улыбкой:

— Pад встрече, профессор Лу!

Ян Сюй выглядел как обычный парень, он носил очки и особо ничем не выделялся.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Взаимно, пожалуйста, садись.

Обычно Лу Чжоу и его соседи по комнате ходили в рыбное кафе, так что он впервые пришел в этот хот-пот ресторан. Однако Лу Чжоу слышал от старых профессоров с факультета естественных наук, что это хорошее место, и решил встретиться с доктором Яном здесь.

Лу Чжоу заказал большую тарелку ломтиков говядины и наблюдал, как официант подготавливает все. Они немного поболтали, прежде чем перейти к теме исследования.

— Использование полых углеродных сфер и серы для получения композиционного материала с целью решения челночного эффекта — очень перспективное направление, которое мы выбрали в качестве основного. Полая углеродная сфера с большой площадью поверхности может увеличить загрузку и использование серы в электрохимической реакции. Небольшие по размеру нанопоры могут препятствовать диффузии растворимых полисульфидных ионов в электролите. Твоей основной задачей сейчас будет сбор данных о влиянии площади поверхности полой углеродной сферы и размера пор на содержание серы и массовой доли полисульфида в электролите. После этого отправь все данные мне. Ты же проводил подобные исследования раньше, да?

Ян Сюй кивнул головой.

— Я делал аналогичное исследование в Массачусетском технологическом институте, поэтому просто отправьте все требования мне на почту. Точно, какой реактив вы планируете использовать?

Лу Чжоу немного подумал, перед тем как ответить:

— В качестве прекурсора используй сополимер полианилина и полипиррола, а для порообразующего материала используй полидиаллилдиметиламмоний хлорид.

Пока они болтали, горячий котелок закипел, и из него пошел вкусный запах.

Нет ничего плохого в том, чтобы говорить о химии. Однако от разговоров о химии во время еды пропадает аппетит.

Поэтому они сменили тему разговора.

— Ты только вернулся, у тебя есть где жить?

— Я — из Цзиньлина, у меня здесь дом, — ответил Ян Сюй, после улыбнулся. — Я не возвращался в течение долгого времени, и многое изменилось.

— Как долго ты жил за границей?

— Около пяти лет. Я жил в Массачусетском технологическом институте с момента поступления.

— На самом деле у меня возник вопрос по твоему резюме, но я забыл спросить во время собеседования. Не знаю, уместно ли уже сейчас спрашивать.

Ян Сюй улыбнулся и сказал:

— Спрашивайте, только не увольняйте меня.

— Конечно, нет, тебе придется проработать, по крайней мере, три года, прежде чем я отпущу тебя, — сказал Лу Чжоу и улыбнулся.

— С твоим резюме ты мог заработать намного больше, работая в Кремниевой долине, почему ты вернулся?

Ян Сюй мог бы легко получить работу в Кремниевой долине в 100 000 долларов в год. Однако он будет бороться даже за то, чтобы заработать половину этого в Китае.

Если это не приглашенный ученый Китайской академией наук, то заработная плата будет намного больше за границей.

Ян Сюй услышал этот вопрос и с грустью на лице положил палочки на стол.

— Докторская степень больше не имеет ценности в Кремниевой долине. Особенно это касается сферы машиностроения, где рынок пересыщен спецами. В течение двух лет, пока учился в аспирантуре, я подавал заявки на вакансии везде, но так и не смог найти подходящую должность.

Большинству ученых приходилось есть крошки, оставшиеся от известных ученых.

— К тому же моя семья настаивает на том, чтобы я женился, так что мне нет смысла оставаться за границей. Лучше просто вернуться сюда.

Индустрия биохимических материалов — все еще новая.

Люди говорили, что материаловедение является одним из трех столпов современной технологии.

Они также сказали, что 21-й век — век биологии.

Однако область биологии еще не произвела на свет ни одного титана.

Лу Чжоу немного подумал и спросил:

— Хочешь стать преподавателем?

— Я хотел преподавать в Цзиньлинском университете. Однако слышал, что туда трудно попасть. Может быть, как только моя карьера стабилизируется, я подам заявление на работу в Цзиньлинский политехнический институт.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не иди туда. Если хочешь работать в Цзиньлинском университете, я могу помочь.

Глаза Ян Сюя загорелись, когда он сказал:

— Большое вам спасибо!

Включая премию в конце года и пособие из фондов, лектор мог зарабатывать более 100 000 юаней в год. Лектор также мог пользоваться академическими ресурсами университета.

Работа в Цзиньлинском университете даст гораздо лучшее будущее, чем работа в политехническом институте.

На должность преподавателей — очень большой конкурс. Однако Лу Чжоу надо лишь написать рекомендательное письмо для Ян Сюя, чтобы тот мог устроиться.

Как хороший руководитель, Лу Чжоу заботился о своих подчинённых.

Глава 309. Дать волю капризам

Организовав работу Ян Сюю и поeв, Лу Чжоу оплатил cчет и ушел.

Вернувшись в отель, Лу Чжоу проверил почту. Ему пришло письмо из филиала его компании в Филадельфии.

Письмо было кратким и по делу. В вложениях прикладывался список китайских компаний, которые приобрели патентные права у Star Sky Technology. Среди них были крупные компании, связанные с литиевыми материалами и университеты.

Ожидаемо, "новые материалы Чжуншань", акции которой принадлежали профессору Ли, тоже были в этом списке.

Если бы Лу Чжоу пришлось вести эти переговоры самому, он был бы занят в течение следующих двух месяцев.

"Я направил копию соответствующих документов в ваш офис в Принстонском институте перспективных исследований. Если вы считаете, что нет никаких проблем, пожалуйста, подпишите документы и верните их в офис в Филадельфии.

С наилучшими пожеланиями, Уайт Шеридан."

Лу Чжоу ответил на письмо.

"В ближайшее время я вернусь в Принстон. Сразу по возвращению подпишу все бумаги."

Лу Чжоу нажал кнопку "отправить" и бросил телефон на кровать, после чего пошел принять душ.

После душа лег в постель и собирался немного поспать после обеда, однако внезапно увидел уведомление о новом письме.

"Профессор, когда вы вернетесь?"

Письмо было от Веры.

Вспомнив, что его долго не было, Лу Чжоу почувствовал себя немного виноватым.

Хотя он хотел, чтобы его ученики сами решили гипотезу Коллатца, он также собирался помогать им, давая советы и указывая направление. Но он отсутствовал уже целый месяц, и это бремя легко на девушку.

Лу Чжоу напечатал несколько слов на своем экране и ответил на письмо.

"Скоро, в течение нескольких дней."

Лу Чжоу уже организовал всю необходимую исследовательскую работу, так что у него уже нет причин задерживаться в исследовательском институте в Цзиньлине. Он мог легко поддерживать контакт из Принстона по интернету.

Вера сидела на кровати, обнимая колени и, наконец, когда увидела ответ профессора, облегчено вздохнула.

Последние несколько дней она беспокоилась о том, что Лу Чжоу бросит работу профессора Принстона и вернется домой, в Китай.

Но теперь, судя по всему, она зря волновалась.

Ее тревога улетучилась, и на лице появилась улыбка.

Давным-давно, когда она жила в Украине, сверстники считали ее странным ребенком. Никто не мог понять этих странных математических символов, о которых она думала.

Время, проведенное в Принстоне, стало лучшим в ее жизни.

Здесь она могла, не заботясь ни о чем другом, глубоко погрузиться в увлекательные математические задачи.

Особенно когда она обсуждала математические проблемы с Лу Чжоу, чувствовала, как незаметно пролетает время, и это чувство было бесценно для нее.

Мало того, Вера впервые ощутила заботу от профессора. В Беркли никто из профессоров не переживал о ее семейных проблемах и не предлагал ей работу помощника преподавателя, чтобы помочь ей.

Харди всегда жаловался, что профессор Лу слишком требователен и слишком давит на него. Однако Вера никогда не испытывала подобного недовольства и наслаждалась чувством заботы.

Однако именно поэтому она пребывала в замешательстве.

Внезапно на ее экране появилось новое сообщение.

"Как продвигается работа над гипотезой? Есть ли какой прогресс?"

Вера покачала головой, отгоняя странные мысли и напечатала ответ.

"Пока нет, но недавно у меня появилась новая идея, когда читала статью профессора Шалома Элияху. Я ее рассказала Цинь Юэ и Харди. Она может стать ключом к решению проблемы множества точек z0, выходящих за пределы функции g (x)."

Гипотеза Коллаца эквивалентна уравнению h(z^3)=h(z^6)+{h(z^2)+λh(λz^2)+λ^2h(λ^2z^2)}/3z] (где λ=e^{2ni/3}) и решению аналитической функции на единичной окружности {z: / z / &lt;1}: h (z)=h0+h1z/(1−z) (где h0, H2-комплексные константы).

В 1994 году профессора Л. Берг и Г. Майнардус это доказали. Последующие исследования гипотезы Коллатца основывались на этом.

В рамках исследования, которые Лу Чжоу разработал для своих студентов, основывалось, что g(z) — трансцендентная целая функция, z0 — точка в комплексной плоскости, а Φ(g) — множество нормальных точек g(z).

Если кто-то докажет, что ряд функций {g(z)}∞k=1 существует, и что этот ряд локально сходится в бесконечности или некоторой аналитической функции в окрестности точки z0, то можно получить точку z0 для g(z).

Теоретически эти проблемы могут быть решены с помощью метода групповой структуры. Сложность была ненамного выше гипотезы Полиньяка.

Лу Чжоу удивился и стал заинтересованным.

"Что за идея?"

"Речь о…"

Вера перестала печатать.

Возможно, потому что в глубине души у нее был игривый характер, она спокойно стерла текст и написала новый.

"Я расскажу, когда вы вернетесь."

Прочитав сообщение, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Эта девчонка научилась разжигать любопытство.

Однако для нее, не умеющей выражать свои мысли, — это огромный прогресс.

В конце концов, экстравертность означает, что должна быть смелость раскрыть себя, будь то с академической точки зрения или в самовыражении. Раньше она этого боялась.

В будущем Лу Чжоу рассматривал возможность представить ее в клубе Плюща.

Там вкусная еда, но попасть туда не так просто. Только хорошо известные ученые или люди, которые могли хорошо спорить с другими, могли попасть в него.

Прямо сейчас только Харди заслужил право есть там. Лу Чжоу взял 5000 долларов из фонда гипотезы Коллатца, чтобы оплатить его ежегодный членский взнос.

Цинь Юэ все еще работал над своими социальными навыками и готовился бросить вызов бесплатной еде.

Что же касается Веры, то ей все еще далеко до споров с другими.

Лу Чжоу написал ответ и нажал "отправить".

"Тогда расскажешь мне, когда я вернусь. С нетерпением жду возвращения в Принстон."

Вера прочитала ответ и облегчено вздохнула. Но не могла не расстроится, что Лу Чжоу не заметил ее поддразнивания.

Она беспокоилась, что тот может рассердиться на ее капризы.

Но теперь ей казалось, что она слишком много надумала.

Вера вздохнула и уткнулась лицом в колени.

Через некоторое время она забралась под одеяло, выключила свет и уснула.

Глава 310. Гнатьcя за модой

Пока Лу Чжоу обeдал у себя в номере, Ван Хайфэн внимательно читал документы в своей лаборатории.

C момента окончания симпозиума он ждал документов с итогами. Теперь, наконец-то, он дождался.

Только настоящие лидеры отрасли могли игнорировать внешние факторы, такие как политика или рынок, и проводить какие хотят исследования.

Но обычные ученые должны обращать внимание на новости политики.

В конце концов, это тесно связано с финансированием научных исследований.

В этом жестоком мире деньги нужны на всё.

Импортное оборудование — дороже отечественного в десять раз. Некоторые материалы дороже золота. A если добавить зарплату сотрудникам, оплату опытов на стороне и командировочные расходы, то получаются астрономические суммы.

С этими трудностями придется столкнуться, чтобы стать одним из громких имен.

Помимо успешных академиков, большинство ученых должны были учитывать эти реальные проблемы.

Ван Хайфэн досконально читал краткий отчет.

K его удовлетворению, в нем подчеркивался потенциал углерод-серных композитов.

Но вскоре он не мог не нахмуриться.

В отчете слова в пользу полых углеродных сфер совпадали со словами Лу Чжоу на симпозиуме.

Очевидно, что рабочая группа из Пекина согласилась с мнением Лу Чжоу.

Это делало Ван Хайфэна еще несчастнее.

Он всегда считал, что руководитель Лу из Пекина уделяет слишком много внимания этому парню.

Несмотря на то, что тот гений, получивший премию Крафорда, она — в области математики, и не имела отношения к материаловедению.

И хотя работа Лу Чжоу потрясла индустрию, Ван Хайфэн считал это удачей, а не способностями.

В конце концов, научные исследования напоминали азартную игру. Независимо от красоты теорий и графиков, все равно необходимо учитывать результаты.

Однако Ван Хайфэн не мог полностью проигнорировать мнение Лу Чжоу.

В конце концов, он работал в области углерод-серных композиционных материалов, и полые углеродные сферы могли принести ему выгоду.

Ван Хайфэн положил отчет на стол и посмотрел на Лю Хуна, который сидел за соседним столом, после чего спросил:

— Ты изучил статью, которую я просил?

Очевидно, он говорил о доказательстве Лу Чжоу во время симпозиума.

Хотя работа Лу Чжоу на симпозиуме официально не представлялась в журнале, организаторы встречи отредактировали доказательство Лу Чжоу в соответствии с академическими стандартами.

Поскольку симпозиум был не настолько формальный, как конференция MRS, уровень работы был не высокий.

После того, как Лу Чжоу согласился, его работу опубликовали в последнем издании журнала университета Шуйму.

Импакт-фактор этого журнала — не большой, но он имел большое количество подписчиков, и его можно найти в библиотеках многих университетов.

Как только журнал вышел, Ван Хайфэн тут же купил себе экземпляр и отдал своему аспиранту.

Лю Хун почесал затылок и достал статью из ящика стола, а потом ответил:

— Я проконсультировался с профессором математики, профессором Лю, и нет никаких недочетов в доказательстве.

Ван Хайфэн не мог не выругаться:

— Черт! Я знаю, что там нет никаких недочетов, я спрашиваю, что ты об этом думаешь.

Лу Чжоу — профессор математики в Принстоне, как ты найдешь у него ошибку?

Кто будет нести чушь на симпозиуме?

Лю Хун не мог не ругаться про себя.

Я — всего лишь аспирант, почему вы спрашиваете меня?

Выплеснув злость на ученика, Ван Хайфэн почувствовал себя лучше.

Окинув взглядом других студентов в своем кабинете, он продолжил говорить:

— С вашими текущими способностями вы не в состоянии оценить эту работу. Я только спрашиваю ваше мнение о полых углеродных сферах, можете сказать все, что думаете.

Лю Хун подумал и ответил:

— Профессор, я думаю, что полые углеродные сферы — перспективное направление. Поскольку мы также работаем в области углерод-серных композитов, почему бы нам не попытаться работать в их направлении?

Конечно же, профессор Ван тут же стал недовольным и начал ругаться:

— О чем ты? Сколько раз я говорил, что самое важное в научных исследованиях — быть практичным и не гнаться за модой! Полые углеродные сферы стали популярными в последнее время, но мы не можем следовать за другими, потому что это выглядит перспективным. Где наше достоинство?

После того как его отругали, Лю Хун не расстроился, а наоборот, почувствовал облегчение.

У этого старика был странный характер, и он часто был нелогичен.

Впрочем, он также был довольно податлив.

Лю Хун продолжил говорить:

— Профессор, вы правы! У нас есть свои исследования, мы не должны прогибаться под других! Однако мы работаем в области углерод-серных композитов, и углеродные сферы входят в область наших исследований. Внесение незначительных коррективов в наши планы — это не следование за другими, а наоборот, это значит, что другие следуют за нами!

Ван Хайфэн удовлетворенно кивнул.

Именно подобные слова он и хотел услышать.

Как и предполагал Лю Хун, Ван Хайфэн действительно хотел поменять тему исследования.

Но Ван Хайфэн ругал Лу Чжоу перед своими студентами, так что ему будет неудобно внезапно переключиться на исследование полых углеродных сфер.

Ему нужно было сохранить лицо перед студентами.

Ван Хайфэн вздохнул и сказал:

— Ты прав, эта тема очень важна, мне придется провести дополнительные исследования.

Ван Хайфэн подразумевал полые углеродные сферы.

Он немного помолчал, прежде чем добавил:

— Да, время не ждет. Нужно начать писать отчет о начале исследования, я оставлю это на тебя.

Лю Хун спросил:

— Сколько денег я должен запросить?

Ван Хайфэн ответил:

— Подай пока заявку на десять миллионов.

Обычно трудно получить подобное финансирование.

Но сейчас — особенное время, страна активно развивала новые энергетические технологии, а исследовательские проекты в смежных областях финансировались еще больше.

Так совпало, что лаборатория Ван Хайфэна планировала приобрести новый растровый электронный микроскоп.

Можно воспользоваться этой возможностью, чтобы обновить оборудование.

Глава 311. Еще два ученика

После отгрузки последней партии оборудования, Цянь Чжунмин и Лю Бо покинули Бельгию и вернулись в Китай.

Bместе с доктором Яном, Лу Чжоу теперь имел трех официальных ученых в своем институте.

Для научно-исследовательского института этого количества — недостаточно. Однако с помощью аспирантов и студентов в качестве стажеров, они все же смогли проводить эксперименты.

Лу Чжоу поручил Ян Сюю провести эксперименты по определению удельной поверхности полой углеродной сферы, влияния размера пор на содержание серы и массовой доли полисульфида в электролите.

Потом Лу Чжоу проанализирует их с помощью математических методов и разработает новые эксперименты для решения проблемы диффузии полисульфидов.

Строго говоря, это первый раз, когда Лу Чжоу занимался исследованиями и разработками в области материаловедения. Он также впервые применил свои знания вычислительного материаловедения к практическим экспериментам.

Ведь модифицированную ПДМС пленку из первых обломков он получил с помощью сканирующего-пистолета системы. Математическая модель, которую построил Лу Чжоу на этой основе, просто дала разумное объяснение.

Если этот проект будет успешным, у него будут реальные фактические аргументы для его теории.

Хотя решение проблемы дендритов лития изменило энергетическую отрасль, этот эксперимент может стать мостом между математикой и химией.

С точки зрения математики и химии — это захватывающие события.

После начала эксперимента парень закончил со всеми делами в Китае, и пришло время возвращаться в Принстон.

Узнав, что Лу Чжоу уезжает, академик Сюй лично отвез его в аэропорт.

Во время пути старик сидел с грустным лицом и, видя, что они уже подъезжают к аэропорту, не сдержался:

— Как провел это время?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Очень хорошо.

— Может останешься? Если ты останешься, лабораторный корпус будет полностью твоим!

Парень ожидал подобных слов и покачал головой.

— Еще не время.

Академик Сюй не мог не сказать:

— Какая разница, где получать Филдсовскую премию?

— Огромная, — Лу Чжоу не скрывал свои мысли. — Местный Нобелевский лауреат и вернувшийся Нобелевский лауреат в академическом плане, возможно, не отличаются друг от друга, но ценятся совсем по-разному. Будучи академиком, вы должны это понимать.

Парень ответил прямолинейно.

Однако поскольку он пребывал в хороших отношениях с Цзиньлинским университетом, академик Сюй не обижался.

У Лу Чжоу также были и другие причины, для выполнения задач системы ему нужна была более высокая платформа.

Академик Сюй некоторое время молчал, потом вздохнул и произнес:

— Ты прав... счастливого полета.

Лу Чжоу кивнул:

— Берегите себя.

…………………………..

В конце феврале Лу Чжоу прилетел в Филадельфию.

У входа в аэропорт он увидел Цинь Юэ, который приехал за ним на его машине.

Перед отъездом из Принстона Лу Чжоу положил ключи от машины в ящик письменного стола и велел Цинь Юэ взять ключи и забрать его потом.

Лу Чжоу положил вещи в багажник и сел в машину. Цинь Юэ завел машину и заговорил с профессором:

— Профессор, наконец-то вы вернулись.

— У меня были дела в Цзиньлине. У тебя все хорошо?

— Очень хорошо, — Цинь Юэ кивнул. — Просто чувствую большое давление, так как везде есть гении. В прошлом университете все было по-другому.

Принстон напоминал другие американские университеты, в нем располагалось множество клубов и обществ, куда можно вступить. Принстонские студенты не отличались от других, они не занимались целыми днями сидя в комнате.

Но они также были усердными во время учебы. Многие студенты Принстона окончили программу второго курса еще на первом, а на втором курсе закончили уже всю программу бакалавриата.

Особенно это касалось факультетов математики и физики. Если они не будут поспевать, то им придется перевестись на инженерные специальности, или вообще — на исторический факультет.

Такова модель обучения Принстона.

Конечно, большая часть давления на Цинь Юэ шла от Веры.

Ему пришлось прикладывать вдвое больше усилий, чтобы не отставать от нее в работе над гипотезой Коллатца.

Даже среди гениев существовал разрыв.

— Тебе стоит поучиться у Харди. Упорный труд — ключ к успеху, но не позволяй учебе и работе влиять на другие сферы твоей

жизни, — сказал Лу Чжоу расслабленным тоном. — Тебе нужно найти интересное хобби или подружку.

Цинь Юэ кашлянул:

— Профессор, у меня уже есть девушка.

Лу Чжоу был потрясен и с недоверием посмотрел на Цинь Юэ:

— Уже? С каких пор?

Цинь Юэ смутился:

— В Китае. Мы начали встречаться еще на третьем курсе.

— ...

…………………...

Лу Чжоу решил зайти в Принстонский институт перспективных исследований, прежде чем отправиться домой.

Цинь Юэ припарковал машину рядом с Институтом перспективных исследований и отдал ключи Лу Чжоу, после чего поспешил

наверх.

Лу Чжоу с сомнением посмотрел на него, не понимая, почему тот не подождал его, чтобы вместе пойти, но не придал этому особого значения.

Стоя около двери, он недоумевал, почему его дверь закрыта.

В тот момент, когда он открыл дверь, раздался звук хлопушек — и конфетти разлетелись по его кабинету.

Пять человек в его офисе хором крикнули:

— С возвращением, профессор!

Лу Чжоу посмотрел на Харди и сразу понял, что это его идея.

Вера с хлопушкой в руках покраснела и прошептала:

— Это была идея Харди, я пыталась переубедить его не делать этого.

— Изначально я хотел купить шампанское, но услышал, что здесь нельзя пить алкоголь, поэтому выпил его сам.

— Я ценю твой энтузиазм, — Лу Чжоу стряхнул с уха кусочек конфетти и сказал:

— И еще, пожалуйста, приберись тут.

Хотя Лу Чжоу тронул поступок его студентов, в кабинете теперь царил беспорядок.

Харди неохотно взял метлу и произнес:

— О, профессор Лу, неужели вы не можете заставить новичков делать эту работу?

Молодой парень с веснушками сказал:

— Давай я помогу тебе.

— Не переживай о нем, его так и разрывает энергия изнутри, — сказал Лу Чжоу и, подойдя к столу, стал искать резюме, но так и не нашел их.

Лу Чжоу обернулся и посмотрел на двух новых студентов. Потом откашлялся и сказал:

— Вы... Для начала представьтесь.

Теперь у него появилось еще два студента магистратуры.

Один из них был из Массачусетского технологического института, а другой — из Яньцзинского университета.

Лу Чжоу планировал держать только трех студентов в области теории чисел, эти два студента подали заявки по направлению функционального анализа. По сравнению с теорией чисел, функциональный анализ более связан с прикладной математикой и теоретической физикой.

Хотя Лу Чжоу хотел взять студента из Цзиньлинского университета, никто оттуда не прошел по аттестатам.

Лу Чжоу вынужден был признать, что в Яньцзинском университете математический факультет — сильнее.

Парень с веснушками ответил:

— Я — Джерик.

Другой парень, который выглядел более серьезно, сказал:

— Я — Вэй Вэнь.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на Вэй Вэня. После чего внезапно спросил:

— Мы встречались раньше?

Глава 312. Бывшие соперники

Во время собеседований Лу Чжоу был слишком погружен в работу с институтом вычислительного материаловедения. Поэтому он не обращал особого внимания на тех, с кем говорит.

K тому же, встретиться в реальности — не то же самое, что и говорить через камеру.

Лу Чжоу не знал отчего, но студент казался ему знакомым.

Однако он не мог вспомнить, где видел этого парня.

Вэй Вэнь неловко ответил:

— Мы виделись во время собеседования… и конкурса по математическому моделированию.

Очевидно они виделись во время собеседования.

Что касается второго...

Во время заключительного этапа конкурса Вэй Вэнь высокомерно подошел к Лу Чжоу и сказал: "Tвоя статья — неплохая, но победителем буду я."

В конце концов, именно Лу Чжоу выиграл Кубок общества высшего образования.

C тех пор Вэй Вэнь пытался догнать Лу Чжоу.

Однако разница между ними становилась все больше и больше, Вэй Вэнь не мог разглядеть даже спины Лу Чжоу.

Когда Вэй Вэнь присутствовал на конференции в Пекинском педагогическом университете и увидел, что Лу Чжоу выиграл премию Чэнь Шэньшэня по математике, ему хотелось спрыгнуть с моста, но он все еще стремился догнать своего соперника.

И хотя Вэй Вэнь поставил перед собою нереалистичную цель, он все же смог добиться немалых успехов.

Он получил степень бакалавра и предложение профессора Лу из Принстона. Он был богом среди своих сверстников и "образцовым студентом" среди друзей его семьи.

Однако он все еще находился далеко от места, которого желал.

Hа самом деле, он сам захотел, чтобы Лу Чжоу стал его научным руководителем.

А причина — проста, Вэй Вэнь хотел стать лучше.

Лу Чжоу еще толком не знал личностей своих учеников, поэтому не давал им никакой работы. Он только дал каждому по учебнику и велел сделать по нему заметки.

Учебники — фундамент любого исследования. Чтобы найти интересную тему для исследования, необходимо всестороннее понимание данной области.

После этого начинается более углубленное изучение.

Чтобы действительно погрузиться в определенную тематику, необходимо досконально изучить статьи и другие материалы.

Даже если бы кто-то использовал подобные статьи как основу, и сделал совсем малый прогресс, это все равно будет достойной дипломной работой.

На нынешнем уровне эти два магистранта еще далеки от достижения этой цели.

Прямо сейчас им необходимо заложить фундамент.

Коротких путей нет.

С возвращением Лу Чжоу его повседневная жизнь в лаборатории возобновилась.

Даже Харди, которого всегда переполняла энергия, успокоился и углубился в свои исследования.

Время пролетело незаметно.

Около шести часов студенты покинули кабинет и спустились вниз, чтобы поесть.

В кабинете осталось всего два человека.

Вера осмотрелась вокруг.

Убедившись, что в кабинете больше никого нет, она взяла черновой набросок своей статьи и подошла к столу Лу Чжоу.

Лу Чжоу посмотрел на Веру и вспомнил ее письма, после чего отложил ручку и спросил:

— Ты собираешься рассказать мне о своем открытии?

Вера смущенно отдала свою работу.

— Пожалуйста, посмотрите.

Лу Чжоу взял статью и пролистал ее, спустя какое-то время, он одобрительно кивнул.

Неплохо.

Среди трех его учеников Вера — единственная, кто по-настоящему понимал метод групповой структуры, и кто мог включить его в свои собственные исследования.

Мало того, своим способом мышления она напоминала Лу Чжоу.

Строго говоря, гипотеза Коллатца — проблема аддитивной теории чисел, но она также выглядела как проблема комплексного анализа. И метод групповой структуры не полностью совместим с ней.

Вера смогла преобразовать метод групповой структуры, чтобы он стал совместим со всеми натуральными числами, а не только с простыми числами.

Конечно, это нелегкая задача. Она делала только конкретный анализ конкретной проблемы, и недостатки в ее работе все еще очевидны.

Лу Чжоу посмотрел на статью и поставил в ней два вопросительных знака, после чего сказал:

— У меня пара вопросов.

— Пожалуйста, спрашивайте, профессор.

— В тринадцатой строчке, на четвертой странице. Я заметил, что ты задала голоморфное отображение K: → △так что πg = f, можешь сказать мне, что означает эта часть?

Вера посмотрела на статью и объяснила:

— K(x) — ограниченная голоморфная функция на комплексной плоскости. Согласно теореме Лю Вэя, мы получаем, что функция Q(x) сохраняет постоянное значение, тогда мы можем доказать, что уравнение (7) верно.

— На этом шаге проблем нет, — Лу Чжоу молча аплодировал логической строгости Веры, — но в одиннадцатой строке, на седьмой странице я заметил, что ты используешь уравнения (7) и (8). Ты пришла к выводу, что каждая ветвь D из Φ(g), содержащая положительное целое число, имеет z0∈D, но это неверно.

Вера некоторое время смотрела на свою работу, а потом смущенно опустила голову.

— Вы правы… я подумаю еще.

— Не расстраивайся, ты проделала хорошую работу, — сказал Лу Чжоу. — Если ты исправишь проблемные места, это будет отличным результатом.

Вера прикусила губу и покачала головой, а ее золотые волосы покачивались взад-вперед.

— Но я все равно ошиблась.

Лу Чжоу посмотрел на свою ученицу и после небольшого раздумья произнес:

— У меня в среду — первая лекция по теории чисел. Надеюсь, ты придешь и послушаешь ее. Хотя это не так полезно для тебя,

но ты — все еще мой помощник, и должна помогать мне, когда нужно.

Услышав про лекции, девушка вдруг занервничала и спросила:

— Мне обязательно читать лекцию?

— Конечно, подменять преподавателя — часть работы помощника, я говорил тебе уже об этом, — Лу Чжоу улыбнулся. — Кроме того, иногда подумать об очевидных проблемах — очень полезно для исследования. Это может вдохновить тебя. Когда я решал гипотезу Гольдбаха, меня вдохновила лекция по теории чисел Феффермана, хотя она не имела ничего общего с гипотезой Гольдбаха.

Вера открыла рот и хотела было что-то сказать, но ее похлопал по спине Лу Чжоу и не дал такой возможности:

— Расслабься, ты уже делала доклад в Беркли, так чего бояться лекции в Принстоне?

Вера покраснела и опустила голову.

— Хорошо.

……………….

Из-за смены часовых поясов, и поскольку он поел в самолете, Лу Чжоу не особо был голодным.

Он попросил Веру принести ему бутерброд с беконом, после чего перестал работать и стал разбирать почту.

Он отсутствовал целый месяц, и ящик его стола забился письмами.

Большинство из них были копиями контрактов, которые прислал Уайт.

На дне кучи почты Лу Чжоу вытащил на удивление хорошо запечатанное письмо.

Он взглянул на имя отправителя и удивился.

— Американское химическое общество?

Лу Чжоу открыл конверт.

"Уважаемый профессор Лу, я — президент Американского химического общества..."

Лу Чжоу пропустил середину письма и перешел к концу.

По его опыту, самая важная часть письма всегда располагалась внизу.

Он был потрясен.

"Чтобы поблагодарить вас за вклад в область органической химии и изменение внесенные модифицированной ПДМС пленкой в энергетику и окружающую среду, мы решили вручить вам премию Роджера Адамса."

Глава 313. Этот великий момент нужно отпраздновать

C 1995 года премия Роджера Адамcа присуждалась ученым, внесшим выдающийся вклад в развитие органической химии. Премия присуждалась раз в два года Американским химическим обществом.

Многие химики мирового уровня получили Нобелевскую премию и премию Роджера Адамса.

Это одна из главных наград в области органического синтеза.

Среди 29 лауреатов премии Роджера Адамса одиннадцать получили Нобелевскую премию по химии.

Хотя премия Адамса по химии вручалась только в области органического синтеза, многие все еще высоко ценили ее и считали предзнаменованием Нобелевской премии.

После получения письма у Лу Чжоу первой реакцией было:

— Хорошо, что я проверил свою почту.

А вторая...

— Черт, они ведь не собираются вручить мне Нобелевскую премию?!

B тот момент, когда парень уже немного успокоился, дверь его кабинета открылась и вернулся Харди вместе с Джериком и Вэй Вэнем.

Харди посмотрел на письмо в руке Лу Чжоу, потом взглянул на лицо профессора и воскликнул:

— Боже, профессор, вы получили любовное письмо?

Лу Чжоу, все еще погруженный в себя, чуть не разорвал письмо.

Что ты несешь?

Вера несла бутерброд с беконом, и услышав, что Харди кричит о любовном письме, она, нервничая, подошла к двери.

К счастью, это оказалось неправдой.

Лу Чжоу пристально посмотрел на Харди и сердито произнес:

— Если снова будешь шутить про мою личную жизнь, то гарантирую тебе незабываемые каникулы.

Харди вдруг почувствовал себя неловко.

— О, пожалуйста, не надо, я планировал с моей...

Цинь Юэ кашлянул и похлопал Харди по плечу.

Он знал, что ничего хорошего из рта Харди ждать не стоит.

Харди изначально хотел сказать, что он планировал поехать на каникулы со своей девушкой в Великую рифтовую долину во время весенних каникул и насладиться видами юго-восточной Африки.

Вера почувствовала облегчение, узнав, что любовного письма не было, и с любопытством спросила:

— Профессор, что за письмо?

— Ничего такого, оно — из Американского химического общества.

— Господи, — прошептал Харди. — Есть еще люди, которые пользуются простыми письмами?

Вэй Вэнь обратил внимание на другое:

— Американское химическое общество?

Лу Чжоу убрал письмо в ящик стола и ответил:

— Да, помните про мою статью в Nature? Они собираются вручить мне премию Роджера Адамса по химии.

В кабинете внезапно воцарилась тишина.

Все стояли как вкопанные и смотрели на Лу Чжоу.

Особенно Вэй Вэнь, он стоял с широко открытым ртом.

В мире математики больше не осталось награды, которая могла бы сильнее восхвалить Лу Чжоу. Даже если он получит премию SASTRA Рамануджана, это будет лишь глазурью на торте.

Однако эта премия Роджера Адамса по химии — явно, не в области математики.

Вэй Вэнь не очень хорошо разбирался в химии и не знал, что такое литиевые дендриты. Но теперь он знал, что Лу Чжоу — не только бог в области чистой математики, но и его навыки в прикладной математике — также божественны.

Хотя наличие подобного профессора в качестве руководителя — всегда к лучшему, ему стало необъяснимо грустно.

Джерик сглотнул и спросил:

— Профессор, вы планируете проводить занятия про вычислительные материаловедения? Могу ли я подать заявление на это направление?

Прикладная математика — одна из самых сильных областей в Массачусетском технологическом институте, и Джерик имел двойную степень в области органической химии и прикладной математики.

Причина, по которой он обратился к области функционального анализа, заключалась в том, что он хотел учиться у Лу Чжоу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если ты хорошо справишься со всеми заданиями, которые я тебе дал, то я могу рассказать тебе некоторые секреты. Однако я еще не усовершенствовал свою теорию, так что многого не жди.

Во всей области материаловедения не было никого, кто мог бы понять теорию Лу Чжоу, и не многие математики интересовались этой областью.

Таким образом, Лу Чжоу был счастлив распространить свои знания.

Но на нынешнем уровне Джерика будет пустой тратой времени учить его этому.

— Профессор, — сказал Джерик. — Вы слишком скромничаете. Если вы считаете, что ваша теория — несовершенна, то никто не может утверждать, что действительно понимает область вычислительного материаловедения.

— А я и не скромничаю, а констатирую факт, — сказал профессор. — Математическая модель модифицированной ПДМС пленки — единственный пример применения этой теории. Пока она неприменима к другим областям. Совершенная теория вычислительного материаловедения должна быть применима ко всем материалам. Теория, которая не может быть обобщена, сильна она или нет, несовершенна.

Это не только цель вычислительного материаловедения, но и цель вычислительной химии.

Математическое приближение может быть использовано для вычисления свойств молекул. Такие свойства, как энергия, дипольный момент, квадрупольный момент, частота колебаний, реактивность и остальные могут быть использованы для объяснения проблем химии.

Если бы кто-то создал математическую модель такого масштаба, влияние на всю отрасль будет невообразимым. Экспериментатору нужно будет только ввести свойства необходимых материалов, и он мог вывести молекулярную структуру с помощью сложных расчетов. Даже если модель предоставит сотни возможностей или общее направление, это сэкономит сотни миллионов долларов.

На первый взгляд, это — нереально, но при нынешних темпах развития компьютеров все возможно.

Есть шанс, что в ближайшем будущем суперкомпьютеры станут обычным делом для каждой крупной лаборатории материаловедения, а все малые и средние научно-исследовательские институты будут арендовывать эти компьютеры.

Слова профессора потрясли Джерика.

Словно тот открыл дверь и показал ему совершенно новый мир.

Если Лу Чжоу преуспеет, он, несомненно, изменит химическую промышленность.

Теперь Джерик был еще более счастлив, что Лу Чжоу стал его научным руководителем.

Эмоции Вэй Вэя было трудно отгадать.

Он изучал прикладную математику, но никогда не думал о распространении математической теории на другие области. Его интересовала только математика.

Возможно, ему пора пересмотреть свои взгляды.

— Теория, которую нельзя применить, какой бы сильной она ни была, несовершенна, — тихо прошептала Вера. Ее голубые глаза сияли от воодушевления.

Она не знала, черпала ли она вдохновение в Лу Чжоу или чувствовала, что это ее задание, но внезапно она стала более мотивированной, чем раньше.

Студенты в кабинете погрузились в глубокие раздумья.

В конце концов, именно Харди нарушил эту тишину.

Он пришел к какому-то выводу, и с серьезным лицом произнес:

— Математик получил премию по химии, это, однозначно, великий момент. Думаю, нам нужно отпраздновать его!

Глава 314. Заблуждение

Возможно, из-за возpаcта, Лу Чжоу чувствовал себя ближе к своим ученикам, особенно — в случае Харди и Цинь Юэ, которые, на самом деле, на год старше Лу Чжоу...

Возможно, в глазаx его учеников он также был скорее человеком, заслуживающим уважения, чем строгим "руководителем".

Чтобы убедить Лу Чжоу, Харди вытащил козырь, назвав это "Принстонской традицией". Лу Чжоу уже давно жил в Принстоне, но впервые услышал о традиции устраивать вечеринку в честь вручения премии.

Очевидно, Харди все это выдумал.

Однако видя, что Харди и другие его студенты так воодушевились, Лу Чжоу согласился.

Лу Чжоу проводил вечеринку у себя в доме и изначально рассчитывал лишь на шестерых человек.

Однако он просчитался в итоговом масштабе.

Первоначально он только планировал пригласить своих студентов на праздник. Hо новость о его вечеринке распространилась повсюду, и все больше и больше людей начали приходить в его дом.

Cначала пришел Ло Вэньсюань со своей девушкой, после пришел его руководитель, Эдвард Виттен.

A потом — Делинь. Хотя этот старый бельгиец не любил многолюдных мест, он все же пришел на вечеринку с бутылкой виски.

После этого подтянулись знакомые Лу Чжоу из клуба Плюща, его друзья профессора и ученые...

К счастью, Лу Чжоу заранее приготовил много еды и шампанского.

Площадка перед его маленьким домом была наполнена запахом жареного мяса и пива.

Лу Чжоу стоял рядом с длинным столом и что-то обсуждал со своим прошлым руководителем.

Делинь имел противоположные взгляды, нежели Лу Чжоу, и считал, что тот впустую тратит свое время.

— Математика чиста, это скорее искусство, чем инструмент. Математики должны оставить свои материалы для применения химикам и физикам.

Старик сделал глоток виски и выглядел бодрым, как всегда.

— Дорогой профессор Делинь, — неожиданно вступил в разговор Виттен. — Я вынужден с вами не согласиться. Математика — великий инструмент, но ее величие нельзя показать только в области чистой математики. Она должна быть применена к другим областям, чтобы действительно показать свою ценность… Например, в математической физике.

— Что-то не вижу, чтобы твоя теория М применялась где-либо еще, — безжалостно парировал Делинь, после чего повернулся к Лу Чжоу и поднял бокал. — Как бы то ни было, поздравляю с наградой.

Лу Чжоу поднял тост вместе со своим бывшим руководителем и сказал:

— Спасибо.

— Поздравляю, — сказал Виттен, улыбаясь и поднимая тост за Лу Чжоу. — Может быть, Институту перспективных исследований стоит открыть новое отделение?..

Делинь категорично ответил:

— Невозможно.

Виттен пожал плечами и сказал:

— Ну, я просто шучу.

Институт перспективных исследований изначально создавался как институт, занимающийся чисто теоретическими исследованиями. Помимо одного профессора биофизики, шесть штатных ученых Института естественных наук занимались теоретической физикой и астрофизикой.

Что касается математического факультета, то здесь было много направлений исследований, но, в основном, они касались чистой математики.

В конце концов, людей, изучающих прикладную науку, было предостаточно. Люди должны были заниматься чисто теоретическими исследованиями.

Насколько это полезно?

До появления компьютерных чипов никто не представлял важности квантовой механики и теории относительности.

……………………...

Все отлично провели время на вечеринке, и Лу Чжоу тоже был счастлив.

Премия Роджера Адамса по химии слишком неожиданно свалилась на него.

Он думал, что его первая не математическая награда будет в области теоретической физики и не ожидал, что это будет химия.

Хотя награда в 10 000 долларов США — не что-то большое, большинство ученых не волновались о деньгах.

По сравнению с учеными, занимающимися математикой и теоретической физикой, химики — более богаты. Пока они уделяют внимание проблеме интеллектуальной собственности, они могут легко добиться финансового успеха.

Как обычно, помимо получения самой награды, Лу Чжоу должен выступить с докладом на конференции по органической химии, которая будет проходить в Сан-Франциско в апреле этого года.

Это может быть академическая или не академическая речь, все зависит от лауреата.

И хотя Лу Чжоу не нужно заранее отправлять свою работу, он все еще хотел подготовиться.

Так совпало, что на третий день после его возвращения в Принстон, профессор Саррот позвонил ему по видеосвязи и доложил о ходе исследований.

— По вашему запросу мы провели 200 экспериментов. Все данные отправлены вам на почту. Однако у меня — плохие новости. Мы не наблюдали реакций, которые вы предсказывали. На мой взгляд, использование углеродных нанотрубок для модификации фуллереновых материалов — звучит интересно, но это не очень хорошая идея для исследований.

Саррот выглядел уставшим.

Он занимался этим вопросом в течение месяца — контролировал температуру реакции, время реакции и провел множество экспериментов. К сожалению, они не обнаружили никакого удивительного результата.

Лу Чжоу сидел в своем кресле и вертел ручку, задумался:

— Значит, ничего не вышло?

— Не совсем, — Саррот пожал плечами. — Хотя мы не получили то, что вы хотели, мы все же нашли много побочных продуктов, которые никогда не видели раньше... Но не уверен, полезны ли они.

Лу Чжоу заинтересовался:

— Пришлите их мне.

— Хорошо, тогда я отправлю их вам в Принстонский институт перспективных исследований?

— Отправьте его в химическую лабораторию Фрика. Я не уверен, что сюда можно отправить посылки с химическими веществами.

Лу Чжоу повесил трубку и включил компьютер, после чего открыл письмо Саррота.

В письме содержалась информация о продукте, анализ тестов и другие данные.

Лу Чжоу внимательно прочитал отчет об эксперименте и вздохнул. Он откинулся на спинку кресла и глубоко задумался.

Из этих данных Лу Чжоу мог видеть, что вопреки его предсказаниям, π-связанные углеродные нанотрубки и фуллереновые материалы не соединялись в термической реакции.

Хотя это теоретически возможно, с практической точки зрения, бесчисленные побочные реакции затрудняли этот процесс.

Лу Чжоу не ожидал, что он не получит даже микрограммы образца.

— Похоже, придется изменить эксперимент.

Парень легонько постучал ручкой по столу и задумался.

Глава 315. Первая лекция

Лу Чжоу долго изучал данные Саррота, но не нашел ничего ценного, поэтому решил вернутьcя к этой проблеме, когда получит образцы.

A сейчас ему нужно разобраться с еще одним важным вопросом.

И это — подготовиться к занятиям.

B конце концов, он — профессор...

Время быстро пролетело.

В среду Лу Чжоу наконец-то провел свою первую лекцию по теории чисел в Принстоне.

Аудитория была полностью заполнена за пять минут до начала.

И не потому что по направлению теории чисел так много учащихся, а потому что его лекцию пришли послушать студенты даже с других направлений.

Словно это все было создано специально для него. Со времени своего первого доклада в Принстоне он стал легендой в университетском городке.

Даже сейчас аспиранты все еще вспоминали об его легендарном докладе.

Профессор, который решил гипотезу Гольдбаха и гипотезу о числах-близнецах, собирался читать лекцию. Конечно, всем было любопытно, какой она будет.

Чтобы оправдать ожидания, Лу Чжоу тщательно готовился к этому занятию.

Чтобы больше походить на профессора, он даже надел костюм и галстук.

Hа самом деле, если не учитывать части, которую парень преувеличивал из-за своей нарцистичности, он выглядел вполне хорошо, особенно, когда привел себя в порядок.

Когда он вошел в аудиторию, многие студентки посмотрели на него с интересом.

Так же, как молодая учительница привлекала внимание парней, красивый учитель мужчина будет привлекать внимание девушек.

Вера сидела в глубине класса и закрывала покрасневшее лицо учебником.

Однако никто не заметил ее, поскольку мало кто мог предположить, что она была помощницей Лу Чжоу, и скорее считали ее первокурсницей.

Лу Чжоу поднялся на кафедру и посмотрел на студентов, потом улыбнулся и заговорил:

— Позвольте представиться. Я — Лу Чжоу, я — из провинции Китая, Цзянлин.

Лу Чжоу записал свою информацию на доске, потом повернулся назад и спокойно продолжил:

— Это наша первая встреча. Чтобы углубить наше понимание друг друга, вы можете задать мне три вопроса до начала лекции.

Никто не ожидал, что легендарный бог Лу будет таким открытым. Все студенты сразу стали взволнованы.

Темнокожий парень в очках поднял руку.

— Профессор, мы можем задать вам любой вопрос?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно.

Тогда студент в очках спросил:

— Лу Чжоу, который опубликовал статью по химии в Nature, это вы?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Если вы о статье про модифицированную ПДМС пленку, то да, я — тот, кто написал ее.

Среди студентов послышались удивленные вздохи.

Хотя об этом и раньше ходили слухи, многие не верили в них.

В англоязычных странах совпадение имен — обычное явление. На самом деле, многие часто называли своих сыновей в честь своих отцов.

Нет ничего необычного в том, что ученый хорошо разбирался как в математике, так и в физике, но крайне редко, когда ученый хорошо разбирался и в математике, и в химии.

В конце концов, слух подтвердился.

Мало того, его подтвердил сам легендарный бог Лу.

Светлокожая девушка с длинными волосами, сидевшая рядом с парнем в очках, удивленно произнесла:

— Значит, деньги за патент...

Лу Чжоу кашлянул:

— Я не буду отвечать на подобные конфиденциальные вопросы, касающиеся патентов.

Студент-азиат ловко исправил вопрос:

— Тогда можете сказать, что вы купили первым делом после получения денег за патент?

Толпа с нетерпением хотела услышать ответ Лу Чжоу.

Однако ответ профессора, явно, не оправдал их воображение.

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Если просто, то это был исследовательский институт. Мне нужны экспериментальные данные, чтобы усовершенствовать свою теорию вычислительного материаловедения.

Толпа не могла поверить его словам.

Толстый парень, сидевший у окна, сказал:

— Лаборатория? На его месте я бы купил порше.

Кто-то другой усмехнулся:

— Думаю, профессор лжет. Я бы на его месте арендовал особняк с кучей девушек...

— Эй, Монро, ты — просто извращенец! Может быть, именно поэтому ты не можешь найти себе девушку.

— ...

Лу Чжоу посмотрел на расшумевшуюся толпу и хлопнул в ладоши:

— Ладно, хватит глупостей, давайте начнем лекцию. Переверните учебник на страницу введения. Хотя я знаю, что многие из вас уже читали эту часть, мы все равно начнем отсюда.

Один из студентов поднял руку и спросил:

— Профессор, остался еще один вопрос.

Лу Чжоу безжалостно ответил:

— Оставим это на "после занятия". Я разочарован вашими прошлыми вопросами.

Конечно, Лу Чжоу огорчили лишь бессмысленные вопросы.

Потому что после начала занятия его весьма удивили умения студентов.

Неудивительно, что это место считалось центром самых умных людей в мире. Принстонские студенты произвели на Лу Чжоу глубокое впечатление. Его впечатлил не их талант, а их сосредоточенность и уровень подготовки к занятиям.

Они быстро усваивали все, о чем говорил Лу Чжоу.

Хотя Лу Чжоу намеренно не ускорял лекцию, через полчаса он был уже на тридцатой странице, и все поспевали за ним.

По крайней мере, он не чувствовал, что кто-то не понимал.

Лу Чжоу набирался опыта, обучая этих студентов.

Даже если этот опыт не принесет пользы прямо сейчас, но он может пригодиться ему в один прекрасный день.

Лекция постепенно подходила к концу.

Лу Чжоу закрыл учебник и дал домашнее задание.

Студенты зааплодировали.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул студентам, после чего покинул аудиторию.

Он шел по коридору и собирался спуститься вниз, когда внезапно из ниоткуда появился профессор Фефферман:

— Кажется, вы — довольно популярны среди студентов, какие ощущения после первой лекции?

Профессор Фефферман руководил математическим факультетом Принстонского университета. Несмотря на то, что он получил Филдсовскую премию, он все еще был скромным человеком. Из-за этого у него сложились хорошие отношения со многими людьми, в том числе и с Лу Чжоу.

Парень улыбнулся:

— Очень хорошие. Студенты здесь — все талантливы, и я горд, что обучаю их. Кроме того, полезно иногда думать о более простых, базовых проблемах.

Фефферман удивился словам парня и произнес:

— Рад это слышать. Надеюсь, что эта работа принесет вдохновение в ваши исследования.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Однозначно, так и будет.

……………….

Вера сидела на своем месте в кабинете Лу Чжоу, спокойно разбирая конспекты лекций.

Когда Лу Чжоу вошел, она положила ручку на стол, и с блокнотом подошла к профессору.

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Как ты?

Вера была немного озадачена вопросом:

— Это трудно... Преподавание и исследование — совершенно разные вещи.

— Ты права, но их можно объединить, — сказал Лу Чжоу, после чего взял ее блокнот и пролистал. — Похоже, что ты довольно хорошо все поняла. Как насчет того, чтобы провести следующее занятие?

— Следующее занятие? — Вера заволновалась. — Но... Я еще не готова.

— У тебя есть неделя на подготовку, так что это не должно быть трудным, — Лу Чжоу вернул Вере блокнот. — Ты можешь это сделать.

Вера глубоко вздохнула:

— Я смогу!

— Да, постарайся.

Подбодрив девушку, Лу Чжоу вернулся к своему рабочему столу и открыл почту.

У него было одно непрочитанное письмо из химической лаборатории Фрика.

Посылка от Саррота, очевидно, пришла...

Глава 316. Нужно сделать кое-что важное

Образцы пересекли всю Северную Америку и наконец прибыли в химическую лабораторию Фрика.

Расписавшись о получении посылки, Лу Чжоу отнес образцы в арендованную им лабораторию.

Недавно он узнал, что лаборатория Фрика не только предлагает сторонние услуги по проведению экспериментов, но и предоставляет лаборатории и оборудование в аренду за определенную плату.

Плата за сторонние услуги, как правило, выше, и составляла десятки или даже сотни тысяч долларов, но аренда оборудования для экспериментов находилась в приемлемом диапазоне.

Лу Чжоу арендовал оборудование, потом позвонил профессору Чирику и попросил аспиранта в помощь.

Как и в прошлый раз, его помощником стал Конни.

Этот аспирант, размером с регбиста, выглядел еще более крупным, чем в прошлый раз.

Лу Чжоу с подозрением посмотрел на довольного Конни.

— Ты переключился на изучение биологии?

— Нет, — Конни нахмурился. — Почему вы спрашиваете?

— Просто… — Лу Чжоу покачал головой. — Не обращай внимания.

Если этот парень продолжит расти, то превратится в Халка.

Но, думаю, ему будет обидно услышать такое.

— Вообще, я понимаю, что вы хотели сказать, — Конни вздохнул и почесал затылок. — Из-за того, что я — слишком большой, профессор Чирик не позволяет мне пользоваться оборудованием, переживая, что я могу его сломать.

— Эм… — Лу Чжоу посмотрел на подавленного Конни и не знал, как его утешить, поэтому сказал:

— В любом случае, я не буду так к тебе относиться.

Профессор Чирик — тоже не маленький, он, по крайней мере, мог быть нападающим в баскетбольной команде.

Конни вытер нос и спросил:

— Что мне нужно делать?

Лу Чжоу посмотрел на растровый электронный микроскоп и ответил:

— В общем... тебе нужно мне помочь обработать образцы, ты же знаешь, как это сделать?

Конни улыбнулся и сказал:

— Само собою.

Лу Чжоу достал более 30 образцов из запечатанных маленьких стеклянных колб и рассказал Конни о некоторых важных аспектах, которые следует знать. После чего он осторожно достал небольшое количество черного порошка из стеклянной колбы под номером один, смешал его с ионизированной водой и хорошо взболтал.

Саррот уже обработал образцы перед отправкой. За исключением небольшого количества примесей, которые нельзя отфильтровать, все порошки достигали лабораторной чистоты, и дополнительных фильтраций не требовалось.

Однако нельзя просто поставить образец под микроскоп, поскольку из-за скопления полых углеродных сфер наблюдение ухудшится.

С помощью Конни Лу Чжоу провел ультразвуковую дисперсионную обработку каждого образца, после чего осторожно разместил их на медных пластинах.

— Готово!

Наконец, после того, как было закончено со всеми образцами, Лу Чжоу вздохнул и положил последнюю пластинку меди, а потом размял затекшую шею.

Поскольку сам углерод являлся проводником, обработка была завершена. Если это был бы изоляционный материал, то образец нужно было еще обработать золотом.

Это дорогостоящий метод?

Нет, на самом деле, он — не такой дорогой.

Золото, в действительности, относительно недорогой драгоценный металл в сравнение с другими реагентами, используемыми в лаборатории. Для образцов, присланных Сарротом, средняя стоимость одного миллиграмма составляла более ста долларов.

Причина, по которой Лу Чжоу был таким дотошным, заключалась в том, что на этот эксперимент он тратил деньги из своего кармана.

К счастью, Конни оправдал его ожидания и не испортил ни одного образца. Конни поставил медную пластинку на стол и спросил Лу Чжоу:

— Я все сделал, что дальше?

— Теперь понаблюдаем за ними с помощью растрового микроскопа.

Остальная часть работы была легкой, и Лу Чжоу управлял прибором шаг за шагом. Он прикрепил медную пластину с образцом к проводящей ленте держателя образца, после чего поместил ее в камеру.

Как только Лу Чжоу убедился, что давление внутри камеры стабильно, он осторожно начал вводить различные параметры.

— Ток эмиссии — 10 мкА, рабочее расстояние — 8 мм, а режим сканирования...

Лу Чжоу использовал два джойстика на контроллере, чтобы осторожно поместить образец в нужное положение. Конни встал перед компьютером и настроил диафрагму и ускоряющее напряжение.

С этим все было готово.

И пришло время собирать плоды.

Осталась самая легкая часть.

Лу Чжоу мог легко собирать любые данные, которые он хотел, просто регулируя разрешение, ускоряющее напряжение и рабочее расстояние.

— Им гораздо проще пользоваться, чем обычным электронным микроскопом, — произнес Конни, глядя на оборудование.

— Конечно, — Лу Чжоу улыбнулся. — Если эксперимент удастся, оставшееся время можешь попользоваться оборудованием.

— Правда? Спасибо!

Хотя Конни хотел воспользоваться растровым электронным микроскопом профессора Чирика, тот не хотел тратить время на докторскую диссертацию своего студента. В конце концов, Чирику предстояло проделать еще кучу своих экспериментов.

В этот момент Лу Чжоу был словно ангел, спустившийся с небес.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, пока ты делаешь то, что я говорю, я однозначно не оставлю тебя без награды.

Услышав слова Лу Чжоу, Конни еще больше воодушевился.

Они увеличили разрешение, чтобы была видна микроструктура полой углеродной сферы.

Глядя на изображения, Лу Чжоу внезапно воодушевился.

— Конни, помоги мне найти среди образцов полые углеродные наносферы с удельной поверхностью в диапазоне [2326м^2/г, 3762м^2/г] и диаметром [60нм-70нм].

— Хорошо, — Конни тут же начал работать на компьютере. — Профессор, образцы 11, 14, 15 и 23 полностью соответствуют вашим требованиям. Что дальше?

Лу Чжоу нашел соответствующие колбы с образцами и пристально посмотрел на черный порошок внутри.

— Mне надо, чтобы ты кое-что сделал.

— Просто скажите, — серьезно ответил Конни.

— Мне нужен тестер батарей и кнопочная батарея, — Лу Чжоу оглядел лабораторию и добавил:

— А также образцы серы. Нужно сделать кое-что важное.

Глава 317. Пошевеливайся!

Химическая лаборатория Фрика была оснащена самым современным оборудованием. Принстон тратил деньги не только на профессоров, но и на оборудование.

Конни принес Лу Чжоу новейшую высокоточную систему тестирования батарей MACCOR и улыбнулся.

— Это лучшая система тестирования батарей во всей химической лаборатории Фрика, я одолжил ее для вас!

— Hа самом деле, мне не нужен настолько хороший прибор...

— Но вы же сами говорили, что лучше инвестировать в оборудование, чем тратить деньги на производство новых образцов и повторные эксперименты.

Лу Чжоу уставился на Конни и вдруг понял, что тот — не так глуп, как ему казалось.

Деньги за аренду оборудования шли со счета Лу Чжоу.

Случись это раньше, парень определенно почувствовал бы, что впустую тратит деньги.

Но сейчас...

Ну, он все еще немного расстроился.

Но не так сильно, как раньше.

Оставив прибор в стороне, Лу Чжоу спросил:

— Тестировал батареи раньше?

Конни молниеносно ответил:

— Да, это просто!

Немного подумав, Лу Чжоу произнес:

— Ты отвечаешь за одиннадцатый и четырнадцатый образцы, а я займусь пятнадцатым и двадцать третьим. Смешай порошок полой углеродной сферы с серой, в соотношении 30%, 20% и 10%. После чего сделай материал положительного электрода и собери литиевую батарею, понял?

Конни выпучил грудь:

— Конечно!

Процесс получения материала отрицательного электрода был слишком простым. Модифицированная ПДМС пленка и литиевая пластина с медным сердечником были стандартом для любых крупных научно-исследовательских институтов.

Однако с материалом положительного электрода — сложнее.

Не только полые углеродные сферы, а все углеродные наноматериалы имели аналогичные проблемы.

Простое механическое перемешивание и измельчение могли только визуально смешать полые углеродные сферы с компонентами порошка, но не могло рассеять полые углеродные сферы на микроскопическом уровне.

Перед смешиванием полых углеродных сфер с серой, их необходимо диспергировать в этаноле путем добавления поверхностно-активного вещества, такого как полиуретан.

Bсе остальное — в точности так же, как первый эксперимент Лу Чжоу с литиевыми батареями.

Батареи собрали в ящике и подключили к тестировщику батарей. Можно узнать эффективность этих материалов, проведя большое количество испытаний на зарядку и разрядку.

На этом этапе не требовалось каких-либо особых навыков.

На самом деле, само по себе исследовательское материаловедение — не такое уж сложное.

Современные исследования и разработка новых материалов основывались на "научной интуиции" исследователей и большом количестве повторных "пробных" экспериментов в поисках приемлемого материала при заданных условиях. Если бы Лу Чжоу смог создать новый набор теорий, применимых к определенному диапазону, то он бы изменил отрасль.

Хотя математические методы могли значительно сократить число необходимых экспериментов, эксперименты были все еще необходимы...

……………………...

Лу Чжоу вспомнил, что он в последний раз также усердно работал в это же время в прошлом году.

Чтобы решить гипотезу Гольдбаха, он заперся в своей небольшой квартире и полностью погрузился в лабиринт из чисел в поисках выхода.

По сравнению с ощущениями того времени, сейчас он почти ничего не чувствовал.

Он скучал по тем дням, полных математики.

С начала эксперимента прошла неделя.

Если не брать во внимание сон, то Лу Чжоу все свое время проводил в лаборатории.

Два дня назад Ян Сюй, который руководил экспериментом в институте вычислительных материалов Цзиньлина, создал электронную таблицу влияния удельной поверхности, размера пор на содержание серы в электролите, и отправил эти данные на почту Лу Чжоу.

Чтобы не задерживать работу в институте в Цзиньлине, парню необходимо как можно скорее построить математическую модель и разработать план следующего эксперимента.

Казалось, что работа навалилась на него кучей.

Лу Чжоу отложил ручку в сторону и посмотрел на Конни, который рассматривал образец.

— Как там пятнадцатый образец?

Конии с темными кругами под глазами посмотрел в растровый электронный микроскоп и покачал головой:

— Также полностью уничтожен. Почти вся сера осела на поверхности углеродного материала. Можете посмотреть, это выглядит очень красиво...

Лу Чжоу вздохнул:

— Возьми образец, сделай снимок на микроскопе и избавься от него... Я видел уже достаточно.

Это ужасно.

Все 11, 14 и 15 образцы — неудачные.

Столкнувшись с трагическим результатом, Лу Чжоу не мог не задуматься, не ошибочна ли его теория?

Могут ли полые углеродные сферы при предполагаемых им параметрах действительно ингибировать диффузию полисульфидных соединений?

Однако это последнее, в чем он хотел сомневаться.

Потому что он рассчитывал эти вероятности много раз и получал один и тот же результат.

Если его теория ошибочна, то он столкнется с трудным выбором.

Он мог либо притвориться, что ничего не знает, либо поступить по совести. Обнаружив ошибку, взять на себя инициативу и попросить университет Шуйму отозвать его статью...

Первый вариант — вполне реалистичный. Даже если кто-то в будущем докажет, что он ошибался, он может заявить, что это "честная ошибка". Никто не осудит его за нее...

Подождите...

Лу Чжоу вдруг кое-что понял.

Мой эксперимент еще даже не закончен, почему я думаю о последствиях?

Что за неуверенность?

Лу Чжоу сжал кулаки и глубоко вздохнул, после чего успокоился и посмотрел на Конни.

— Что там с двадцать третьим образцом?

— Дайте взглянуть... С десятью и тридцатью процентами уничтожены после двухсот циклов, а с двадцатью — это… невероятно, прошло пятьсот циклов, но он все еще борется за жизнь.

Он произнес "борется" интересным тоном.

Казалось, что помощник Лу Чжоу не испытывал никаких надежд на этот эксперимент.

Однако у самого Лу Чжоу все еще оставалась надежда.

Словно хватаясь за последнюю соломинку, он сдержал свое волнение и спросил:

— Как изменился объем анода?

Конни посмотрел на батарею сквозь прозрачное стекло и, прищурившись, сказал:

— Кажется, не изменился.

Лу Чжоу не сдержался и повысил тон:

— Не надо мне тут оценок на глаз, скажи мне точные данные.

— Я знаю, просто шучу… — Конни разобрал батарею и осторожно извлек анод, после чего измерил его ширину с помощью штангенциркуля.

Объемное расширение углерод-сернистых композитов очень заметно, и его можно наблюдать даже в макромасштабе.

Конни записал результаты измерений и немного колебался.

После чего проверил снова.

И еще раз.

Лу Чжоу нахмурился, глядя на Конни, который все еще возился:

— Опять неудача?

— Нет... — Конни покачал головой. Он сглотнул. — Даже не верится...

— Немедленно определи химический состав электролита! — Лу Чжоу вскочил с кресла и крикнул. — Пошевеливайся!

Глава 318. "Science» или «Nature"?

— Да, — тут же ответил Конни, пораженный энтузиазмом Лу Чжоу. Он cразу же поместил образец материала положительного электрода в стеклянный сосуд. Извлек небольшое количество электролита с помощью пипетки и затем поместил ее в пробирку.

Тем временем Лу Чжоу быстро прошел в угол лаборатории и достал еще один прибор — спектрометр Фурье.

Инфракрасный спектр создавался поглощением определенныx длин волн инфракрасного света, когда молекулы соединения вибрировали. Длина волны инфракрасного света зависела от динамических констант химической связи и массы атомов. Поэтому каждое соединение имело свой собственный уникальный инфракрасный спектр, который также называли "молекулярным отпечатком".

С помощью компьютера Лу Чжоу произвел анализ состава электролита, используя инфракрасный спектр пиков поглощения. Он определил массу всех серосодержащих функциональных групп и родственных соединений в электролите.

Результаты получились обнадеживающими.

В растворе действительно присутствовали полисульфидные соединения, но их содержание — довольно низкое. Хотя материал имел недостатки, он все еще приемлем для промышленного применения.

Лу Чжоу удивил не только анализ электролита, но и результаты наблюдения под растровым электронным микроскопом.

В нанометровом масштабе пористая структура двадцать третьего образца позволяла электролиту проникать внутрь композита, увеличивая тем самым ионную проводимость. В то же время поглощающая способность поверхности может эффективно предотвращать диффузию полисульфидных соединений в электролите, тем самым эффективно подавляя эффект челнока.

Это также подтверждало заявление Лу Чжоу, что полые углеродные сферы действительно являются перспективным направлением.

Конечно, это — не самое главное.

Самое главное, что полые углеродные сферы с площадью поверхности до 3025 м^2/г и диаметром 69 нм идеально соответствовали предсказаниям Лу Чжоу!

Полые углеродные сферы с удельной поверхностью в диапазоне [2326 м^2/г, 3762 м^2/г] и диаметром [60-70 нм] могут эффективно подавлять диффузию полисульфидных соединений в электролите!

— Невероятно... У нас получилось, у нас получилось! — Конни возбужденно замахал кулаком и, если бы не чувствительные приборы вокруг, уже громко кричал бы.

Лу Чжоу облегченно улыбнулся, и с его сердца спал камень.

Хотя до решения эффекта челнока — все еще далеко.

Но это, несомненно, хорошее начало.

— Не слишком радуйся, мы не полностью решили проблему, — произнес Лу Чжоу и сделал небольшую паузу. — После пятисот циклов скорость потерь серы увеличивается, и удельная мощность уменьшается. Эту технологию нужно совершенствовать.

— Босс, вы — слишком строги к себе. Если нужно, чтобы все результаты исследований использовались в промышленном производстве, то нет смысла продолжать наши эксперименты!

Конни — прав.

С этой точки зрения, подобный результат — абсолютно выдающийся.

Любой другой профессор будет в восторге от таких результатов.

Но Лу Чжоу считал, что лучше быть сдержанным.

— Хотя этот результат — не идеален и нуждается в улучшениях, этого достаточно для научной публикации.

— Как вы собираетесь назвать этот новый материал? — спросил Конни.

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Назовем его ПУС-1.

ПУС — это аббревиатура от полой углеродной сферы. Поскольку это всего лишь прототип, он пойдет под первым номером.

— ПУС-1? Простите меня, но это совсем не креативно. И оно не отображает удивительных результатов. Разве вы не дадите хорошее название своим результатам?

Какой смысл давать название бесполезному материалу без применения?

Я — не тот, кто придумал полые углеродные сферы.

— У тебя есть идеи получше?

— Как насчет ЛЧ-1? Это — аббревиатура вашего имени.

— ...

Какого хрена?

Лу Чжоу думал, что у Конни есть какая-то гениальная идея, но, похоже, он переоценил его.

В итоге, Лу Чжоу отклонил предложение Конни и оставил свое название.

Будет нелепо, если он станет называть свои материалы ЛЧ-1, ЛЧ-2, словно он спамил на форуме.

ПУС-1 — намного лучше.

…………...

Хотя перспективы промышленного использования ПУС-1 — ограничены, они все еще могут быть полезны. Если найдется небольшая компания, заинтересованная в результатах, то можно окупить исследования.

На этот раз Лу Чжоу не придется тратить целый год на написание статьи.

В прошлый раз парень был слишком осторожен, поэтому это заняло у него больше года. Кроме того, у него не было никакого опыта.

Проконсультировавшись со своим менеджером Уайтом Шериданом, он узнал, что при оценке новизны патентной заявки, хотя четко указывалось, что содержание патентной заявки не может быть раскрыто до "даты заявки на патент", пока "время публикации" будет после "даты заявки на патент" — все будет нормально.

Это значит, что как только он получит свой номер патента, то сможет опубликовать статью.

Лу Чжоу сидел в своем кабинете в Институте перспективных исследований и писал письмо с разрешением на использование патента для его компании.

Лу Чжоу поставил свою подпись на документе и запечатал конверт.

Тут неожиданно вошел Харди с полотенцем на шее.

Этот бразильский парень любил футбол и был членом футбольного клуба Принстона. Хотя футбол — не так знаменит, как бейсбол или американский футбол, в него все еще играло много людей.

Лу Чжоу ранее играл в футбол в Принстоне. Однако он понял, что медленные виды спорта более подходят для него, поэтому перестал.

Харди уже собирался сесть и отдохнуть, но когда увидел, что профессор пишет письмо, его одолело любопытство, и он подошел к нему.

— Профессор, что пишете?

Лу Чжоу не ответил и протянул ему письмо.

— Ты — вовремя, сходи на почту и отправь это письмо.

Взяв письмо у профессора, Харди произнес:

— Я знал, что не должен сюда приходить...

— Если бы ты не спросил, я бы не обратил на тебя внимания.

— ...

Харди вышел из кабинета с конвертом, и Лу Чжоу начал работать над статьей.

Его компания уже создала патентный отдел, так что они могли легко справиться с получением патента для Лу Чжоу.

Он собирался написать две статьи.

Одну — касаемо влияния удельной поверхности и размера пор полых углеродных сфер на скорость диффузии полисульфидных соединений. A другую — касаемо материала ПУС-1.

Первая — чисто теоретическая. Она будет включать в себя множество графиков, анализов и доказательств. На это потребуется около тридцати страниц. Вторая будет более прикладной, и на нее уйдет около пятнадцати страниц.

Кстати, куда мне отправить статью?

Лу Чжоу положил руки на клавиатуру и задумался.

"Science" или "Nature"?

Это, действительно, трудный выбор.

Глава 319. B этот раз - "Science"

Pедакционный отдел "Science" был, как вcегда, занят.

Kаждый день они получали большое количество статей со всего мира. Но в журнал попадало менее одной десятой из этого числа.

Уоррен чувствовал, что его работа больше напоминала работу золотоискателя, нежели редактора. Eму приxодилось просматривать сотни статей, чтобы найти несколько достойных для передачи рецензентам.

Несомненно, это отличная работа.

Oднако в то же время — это скучная работа.

А почему это скучно?..

Потому, что "Science" — один из двух лучших научных журналов в мире, его репутация — просто слишком большая.

Ради публикации в нем, авторы делали все возможное. Они утверждали, что получали различные "прорывные" результаты.

Честно говоря, редакторы не могли судить о правильности статей. Они могли только посмотреть личность и репутацию автора работы, чтобы определить, имеет ли статья право на рецензирование.

Как обычно, перед началом работы Уоррен налил себе чашку черного кофе. Открыл свою рабочую почту и получил статьи от технического редактора.

Глядя на почту, у него разболелась голова.

— Я думаю, что технический отдел должен разработать некоторые новые функции для наших приложений.

— Например? — спросил Брок, который работал рядом.

Уоррен вздохнул и сказал:

— Например, прежде чем отсылать статьи нам, они должны быть отсортированы по совокупному импакт-фактору прошлых работ автора. И также в соответствии с репутацией научно-исследовательских институтов.

Брок улыбнулся:

— Это — хорошая идея, но это будет несправедливо по отношению к менее известным авторам.

— Кого это волнует? Мы — "Science". Не должны ли мы использовать более научный подход? — сказал Уоррен, перетаскивая статьи в мусорную корзину. — Некоторые статьи — просто пустая трата времени.

Вскоре он открыл следующую статью.

Уоррен посмотрел на название и не мог не пожаловаться про себя!

Еще одна литий-серная батарея!

Предыдущий автор статьи также утверждал, что он решил челночный эффект, но он исследовал только твердые электролиты. Фактически, твердые электролиты — неплохое направление, но некоторые ошибки в работе были слишком очевидны даже для редактора.

В последнее время он видел слишком много второсортных статей.

Подсознательно он посмотрел на исследовательское учреждение и автора. Как раз в тот момент, когда он думал, стоит ли ему тратить время на чтение этой работы, редактор замер.

Имя автора показалось ему знакомым.

И работу прислали из химической лаборатории Фрика.

И тут Уоррен обнаружил нечто более удивительное.

Было представлено две статьи.

Уоррен молча посмотрел на календарь, лежащий на углу его стола.

Он вспомнил, что в последний раз "Science" и "Nature" опубликовали у себя в "Самом интересном" информацию по модифицированной ПДМС пленке полгода назад. Он не мог поверить, что в течение полугода появилась еще одна работа подобного уровня

Сначала Лу Чжоу решил проблему литиевых дендритов, теперь он решил проблему челнока?

Это невероятно!

Благодаря репутации Лу Чжоу, Уоррен внимательно прочел каждую строчку статьи.

Tеперь ему предстояло принять трудное решение.

Во время обеда Брок встал из-за стола и собрался пойти поесть.

Внезапно он заметил, что его коллега пристально смотрит на экран. Он с любопытством подошел и встал позади Уоррена.

— Лу Чжоу? Это — профессор из Принстона?

Уоррен внимательно посмотрел на статью и произнес:

— Да, не думаю, что есть еще один профессор Принстона с таким странным именем...

— Не могу поверить, прошло всего полгода... На этот раз две статьи?

— И они про литий-серные батареи. Очевидно, он добился больших успехов, — Уоррен все еще смотрел на экран компьютера, когда он повернул ручку и сказал:

— Две статьи, одна — о удельной поверхности полых углеродных сфер и влиянии размера пор на скорость диффузии полисульфидных соединений, а другая — исследование материала полых углеродных сфер ПУС-1. Они — взаимосвязаны. Первая фокусируется на теории, а вторая — на применении… Как мне поступить?

— Думаю, репутация профессора Лу вполне заслуживает доверия, — неуверенно произнес Брок. — Не лучше ли оставить это рецензентам?

— Я знаю, но вопрос в том, кому отправить?

Это был трудный вопрос.

Брока это тоже беспокоило.

— Что делать со статьей о материале ПУС-1 — несложное решение. Многие профессора в области углеродных наноматериалов могут просмотреть ее, но вот другая… — Брок думал какое-то время и не смог придумать подходящего кандидата.

Не многие профессора математики интересовались органической химией. С другой стороны, очень немногие специалисты в области органического синтеза могли понять математику, лежащую в основе статьи Лу Чжоу.

В области материаловедения было много людей, занимающихся углеродными наноматериалами. Однако людей, которые занимались как вычислительными материалами, так и углеродными наноматериалами, совсем немного.

Многие специалисты по вычислительным материалам вместо этого стали программистами, так как у тех гораздо более высокая зарплата.

Из-за модифицированной ПДМС пленки сообщество вычислительного материаловедения, в основном, рассматривало Лу Чжоу как бога. Он напоминал Дэвида Шоу в области вычислительной химии.

Действительно трудно найти профессора, достаточно квалифицированного, чтобы рассмотреть статью Лу Чжоу.

Брок немного подумал, прежде чем спросил:

— Как насчет того, чтобы попросить профессора Бавенди?

— Но занимается ли он областью углеродных наноматериалов? — Уоррен нахмурился. — Я слышал, что он очень занят в последнее время и отклонил много просьб о рецензии статей.

— Но ведь он дважды работал рецензентом у Лу Чжоу, — сказал Брок. — Или у тебя есть идея получше?

— Тогда напишу ему и снова побеспокою, — Уоррен решил и перетащил две статьи в папку с важными работами.

Он не сомневался, что эти две статьи достойны публикации.

Если челночный эффект будет действительно решен с помощью материала ПУС-1, то это новаторский результат.

Подобный результат, естественно, опубликовать в "Science".

Глава 320. В научныx кругах пeредoвые идеи - наиболее беcполезны

Лу Чжоу всегда следил за популярными направлениями у своих коллег.

На arXiv увеличивалось количество статей по полым углеродным сферам и серным композитам.

Хотя биология и химия смещены в сторону инженерных областей, передовые идеи не имели особого воздействия. Из-за этого, в сравнении с чистой математикой, теоретической физикой, или информатикой, в биологии и химии было гораздо меньше ученых энтузиастов. Oднако этот рост все еще отражал тенденции в научных кругах.

В то же время Лу Чжоу мог использовать академическую поисковую систему, чтобы просмотреть последние достижения, связанные с полыми углеродными сферами.

Однако эти результаты были не такими новаторскими, как ПУС-1.

Конечно, нельзя исключать, что некоторые крупные исследовательские институты добились значительного прогресса, но из-за больших амбиций не хотели публиковать результаты.

В конце концов, даже несмотря на то, что такие компании, как Nichia Chemical и Umicore, хотели сотрудничать с Лу Чжоу, они более склоны держать патенты у себя в руках.

Лу Чжоу мог заметить это после последней встречи с Гринбергом. Даже не говоря об этом, их лаборатория в Бельгии, однозначно, безостановочно пыталась забрать первенство у Лу Чжоу.

Поэтому парню нужно ускориться.

…………………….

В середине марта, после того как Лу Чжоу получил ответ от "Science", он связался с Ян Сюем в Цзиньлине по видеосвязи, чтобы обсудить с ним дальнейший исследовательский план.

Перед этим Лу Чжоу отправил соответствующие материалы по ПУС-1 ему на рабочую почту. Помимо опубликованных в журнале данных, там также была еще не обнародованная информация.

Ян Сюй сразу же спросил:

— Вы хотите обсудить со мною содержание письма?

Лу Чжоу ответил:

— В письме находятся следующий план экспериментов и вся информация по нему. Образцы будут отправлены в ближайшее время. A если кратко, мне нужно, чтобы ты помог мне найти стабильный способ получения материала ПУС-1.

Mетод, которым был получен материал в лаборатории Саррота, слишком случайный. Строго говоря, ПУС-1 — всего лишь побочный продукт этого метода.

С таким неэффективным способом трудно добиться промышленного производства для ПУС-1.

Eсли только кто-то не захочет заплатить сотни тысяч долларов за литиевую батарею и потратить много денег на утилизацию отходов, но, очевидно, с логической точки зрения, это невозможно.

Было два метода продвижения материала ПУС-1. Один из них заключался в улучшении способа производства и уменьшения производственных затрат. Другой заключался в улучшении самого материала.

Используя ПУС-1 в качестве образца, не сложно получить ПУС-2 или даже ПУС-3, которые будут более подходящими для смешивания с серой.

Беря это в расчет, Лу Чжоу задал два направления исследований для Института вычислительных материалов в Цзиньлине.

Один — улучшение процесса производства материала ПУС-1, а другой — улучшение самого материала ПУС-1.

Для лаборатории Саррота у Лу Чжоу были другие задачи. Саррот был ответственен за завершение задания системы по изучению топологии молекулы.

А институт в Цзиньлине ответственен за решение проблемы эффекта челнока.

Это необходимо для новой энергетической отрасли и для национальной стратегии развития энергетики. Лу Чжоу будет работать, независимо от того, для страны это, или это — личный интерес.

Ян Сюй сказал:

— Это сложная задача.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я верю, что ты сможешь это сделать.

— Есть ли более конкретные идеи, помимо туманного направления?

— Есть мысль. Лучше запиши, чтобы мне не пришлось отправлять еще одно письмо.

Ян Сюй кивнул и достал ручку и бумагу.

Лу Чжоу выпил воды и сказал:

— Глюкоза.

На некоторое время воцарилась тишина.

Ян Сюй в оцепенении переспросил:

— Глюкоза?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, конкретно, прекурсор из сополимера полианилина и полипиррола в глюкозе.

Они с Сарротом пришли к этому после множества экспериментов и исходя из их "научной интуиции".

Это может казаться ненадежным, но по сравнению с методом проб и ошибок, у этого присутствовала какая-то теоретическая основа.

Хотя эту теорию предстояло еще подтвердить.

Ян Сюй нахмурился.

— Еще что-нибудь?

Лу Чжоу развел руками в сторону и произнес:

— Нет, это все.

Не удивительно, что вы не хотели отправлять письмо. Оно, действительно, не нужно.

Ян Сюй не мог не пожаловаться про себя, убирая ручку с бумагой.

Лу Чжоу продолжил говорить:

— Не только мы занимаемся подобным исследованием. Я знаю, что Nichia и Umicore тоже работают в этом направлении. Мы конкурируем с международными химическими гигантами. Я понимаю, что задача — очень сложна, но надеюсь, что вы справитесь.

Ян Сюй не мог не сказать:

— Если это действительно многообещающее направление, вам не следовало говорить об этом на симпозиуме.

Лу Чжоу сделал беспомощное лицо:

— В тот момент сложилась немного особенная ситуация, и я не ожидал, что они опубликуют результаты симпозиума в таких красочных тонах.

Есть еще кое-что, что Лу Чжоу не стал говорить.

Что он не ожидал, что его слова воспримут всерьез так много людей.

……………………..

Полые углеродные сферы — многообещающее направление, поэтому не было недостатка в конкурентах.

В академическом мире одна лишь идея ничего не стоит.

Помимо международных химических гигантов, таких как Nichia Chemical и Umicore, есть много других исследовательских учреждений, которые занимались аналогичными исследованиями. Некоторые были связаны с компаниями, а некоторые — с правительством.

Например, профессор Ван Хайфэн — один из них.

Пока Лу Чжоу и Ян Сюй говорили о технических проблемах, он также работал над проектом.

Однако он работал не над экспериментом, а только над подготовкой к нему.

Около двух недель назад исследовательский проект лаборатории окончательно определился. В качестве положительного электрода для решения проблемы диффузии полисульфидных композиций в электролите решили использовать полые углеродные сферы и серные композитные материалы.

Хотя профессору не нравился Лу Чжоу, он не мог отрицать, что углеродные сферы имели потенциал.

Он отправил заявку на финансирование, и если ничего неожиданного не произойдет, он должен получить одобрение в ближайшие несколько дней.

Tеперь, как руководителю лаборатории, ему нужно определить более конкретное направление исследований и распределить работу между сотрудниками.

Однако в этот момент его аспирант Лю Хун вошел в лабораторию с журналом в руках.

Взглянув на его, становилось понятно, что он хотел что-то сказать, но не знал... стоит ли.

Ван Хайфэн посмотрел на своего ученика и спросил:

— Что случилось?

Лю Хун немного колебался, но все же решился:

— Профессор… Другие опередили нас в нашем исследовательском проекте.

Услышав это, Ван Хайфэн, который сидел на офисном кресле, чуть не поперхнулся.

— Что? Что ты сказал? Нас опередили?

Какого хрена?

Как это возможно?!

Я еще даже не получил финансирование, почему я уже проиграл?

Глава 321. Пpомeжуточный результат

Ван Хайфэн взял у Лю Хуна cвежий номер журнала "Science" и начал внимательно читать мелкий шрифт.

Хотя ему совсем не нравился Лу Чжоу, он должен был признать, что этот парень — гений.

Не так много ученыx, которые могли публиковать статьи в Science и Nature, а опубликовать две статьи в одном выпуске — было почти невозможно.

Первая статья была теоретической, и Ван Хайфэн не понял в ней ничего, помимо заключения.

Вторая была о новом материале ПУC-1 и его применении. Эту часть профессор прочитал особо внимательно.

Но, увидев фотографии, он в раздражении нахмурился.

В его лаборатории также был растровый электронный микроскоп, но он использовал электронную пушку гексаборида лантана.

Подобный электронный микроскоп гораздо лучше микроскопа с вольфрамовой нитью, а разрешение получаемых изображений могло достигать 2 нм, и было в 5-10 раз четче. Oднако он не мог сравниться с электронной пушкой с полевой эмиссией.

Нет сомнений, что фотографии в статье сделаны с помощью электронной пушки с полевой эмиссией.

Подобные люди — отвратительны!

Они просто выставляют на показ свое богатство!

Ван Хайфэн не мог не злиться от мысли, что его, человека более чем с двадцатилетним стажем, уделал какой-то парень, который только вошел в эту область.

Но, продолжая читать, он быстро успокоился.

Закончив читать, он хлопнул журналом по столе, после чего бросил его обратно Лю Хуну.

— Это лишь промежуточный результат.

Ван Хайфэн облегченно выдохнул.

Если бы этот материал ПУС-1 был бы таким же, как модифицированная ПДМС пленка, то Ван Хайфэн признал бы свое поражение. Другие международные химические гиганты сделали бы то же самое.

Однако очевидно, что материал ПУС-1 — не совершенен.

Kонечно, несмотря на то, что это всего лишь промежуточный результат, этот материал все еще впечатлял. Если кто-то решит проблему промышленного производства, то его можно использовать в отраслях, где предъявляются высокие требования к плотности энергии батареи.

Например, в дронах...

Лю Хун поинтересовался

— A если они только опубликовали часть... и не стали раскрывать более важных результатов?

Ван Хайфэн покосился на него:

— Глупости, зачем им это делать?

Лю Хун какое-то время неподвижно стоял, потом улыбнулся:

— Но разве они не могут просто опубликовать больше статей?

Ван Хайфэна позабавили слова его ученика, и он рассмеялся:

— Вот скажи мне, он что... пишет докторскую диссертацию? Или зарабатывает репутацию? Зачем ему публиковать много статей?

Лю Хун понял, что задал очень глупый вопрос, и замолчал.

Действительно, обычным ученым нужны статьи для накопления академической репутации, чтобы они могли найти хорошую работу.

Обычные профессора также публикуют статьи, чтобы показать свои академические способности, чтобы в следующий раз они могли получить большие гранты.

Но для людей, подобных Лу Чжоу, очевидно, не нужно подобное.

Для ученых в области материаловедения, патенты — самая важная часть, которая являлась ключом к деньгам компаний.

Неважно, насколько много работы вы сделали, если вы не получите патент, то вы лишь помогли другим преуспеть. В крупных проектах, если есть шанс, что исследование увенчается успехом, то никто не опубликует промежуточные результаты.

Но если нужны деньги, то нужно поэтапно публиковать результаты исследований, чтобы улучшить настроение инвесторов и привлечь новых.

Очевидно Лу Чжоу не нуждался в инвесторах.

Большинство людей не знали, насколько ценен ПДМС материал, но Ван Хайфэн — в области материаловедения, и он знал, что Umicore заплатила 400 миллионов долларов за патент.

Поэтому остается только одна возможность...

Глаза Ван Хайфэна сверкнули:

— Этот парень — умный, боюсь, что он занялся этим направлением еще до публикации своей статьи по ПДМС материалу. Все во время симпозиума несли чушь, но он — единственный, кто сказал что-то дельное. Я предполагаю, что он уже достиг некоторых результатов.

Большинство людей начинали писать статьи после получения номера патента. Учитывая время регистрации патентов и получение всех документов, то это займет около года.

Tо есть, если статья была опубликована в 2016 году, то реальные результаты исследований, скорее всего, были получены в 2015 году.

Ван Хайфэн подозревал, что год назад Лу Чжоу уже начал исследовать полые углеродные сферы.

Лю Хун думал о таких возможностях, но все еще был не уверен:

— Что вы имеете ввиду?

— Вероятно, он столкнулся с какими-то трудностями в своих исследованиях, — Ван Хайфэн улыбнулся. — Этот парень — слишком нетерпелив.

Когда исследования упирались в тупик, выпуск незавершенных результатов, чтобы не дать другим добиться значительных результатов, распространенная тактика. Несмотря на то, что он раскрыл собственные результаты, он также получил инициативу.

В конце концов, чем дольше результаты исследований остаются скрытыми, тем больше риск. Особенно в популярных областях исследований, кто-то другой может прийти к тем же результатам в течение нескольких месяцев.

Поскольку многие научно-исследовательские институты исследовали полые углеродные сферы, подобную возможность нельзя исключать. И если другие опубликуют свои результаты раньше, то это будет означать, что все усилия были напрасны.

По мнению Ван Хайфэна, Лу Чжоу, хотя был молодым и энергичным, просто не выдержал давления.

— Мы продолжим наш исследовательский проект, — Ван Хайфэн посмотрел на Лю Хуна. — На всякий случай, помоги мне выяснить, чем занимается институт вычислительных материалов в Цзиньлине, и какой у них прогресс.

— Но я не знаю никого из Цзиньлинского университета, — беспомощно произнес Лю Хун. — Вы думаете, они расскажут мне?

— Ты что, тупой? Придумай что-нибудь!

Лю Хун закрыл рот и замолчал.

Через некоторое время Ван Хайфэн успокоился и произнес:

— К тому же, нам нужно изменить цель проекта.

Когда он писал цели проекта, то описал полые углеродные сферы и углеродно-серные композитные материалы в общем виде. Теперь, когда Лу Чжоу опубликовал результаты, он должен использовать более конкретное описание.

Но это не сложно поменять.

По крайней мере, для него это — не что-то сложное.

Глава 322. Hе надо поднимать шум по пуcтякам

В одном Ван Xайфэн был пpав, у ПУC-1, действительно, было место для улучшений.

Однако он ошибался в другом.

Причина, по которой Лу Чжоу опубликовал эти промежуточные результаты, не имела ничего общего с тем, что его исследования столкнулись с проблемой. Просто ему было все равно.

Несмотря на то, что его теория сыграла важную роль, Лу Чжоу все еще позиционировал себя как теоретика, и понимал, что его теория может полностью показать свою ценность только при использовании другими.

Mногие читатели журнала подумают, что статья по ПУС-1 — самая важная часть, и проигнорируют его статью с теоретическими расчетами.

Но для самого Лу Чжоу самая важная часть — это теоретическая.

Это напоминало зависимость между курицей и яйцом.

Если бы кто-то смог понять его математическую теорию, которую он создал для развивающейся дисциплины вычислительного материаловедения, и внедрить нововведения на ее основе, он не будет чувствовать, что ошибся, а будет, наоборот, польщен.

Вот почему он сказал своим студентам решить гипотезу Kоллатца, используя его методы и теорию.

Ему самому нетрудно решить гипотезу Коллатца.

У него теперь 6 уровень математики, и он совершенно не сравним с 5 уровнем. Хотя основы, заложенные предшественниками по гипотезе Коллатца, не были столь богаты, как по гипотезе Гольдбаxа, в отличие от той, гипотеза Коллатца не беспокоила математический мир более двух столетий.

Если он полностью окунется в проблему, то он уверен, что за полгода, в крайнем случае год, сможет решить гипотезу...

…………………….

Pанним утром в конце марта, как обычно, Лу Чжоу пришел в Принстонский институт перспективных исследований.

Но на этот раз он пришел с двумя листами бумаги.

Лу Чжоу отдал листы контрольных Джерику и Вэй Вэню и сказал:

— Десять вопросов, ответьте на них. У вас — два часа. Если хотите, можете пользоваться телефонами, но вы не найдете ответов в интернете.

Как и Цинь Юэ, в начале семестра Лу Чжоу дал Джерику и Вэй Вэнь список учебников для изучения.

Прошел месяц, и Лу Чжоу почувствовал, что пришло время проверить, как хорошо они учились.

Получив вопросы, студенты сразу же взялись за ручки и начали писать.

Задачи, подготовленные Лу Чжоу, не были такими трудными, но и "абы как" их нельзя было сделать.

Вэй Вэнь хмурился. Спустя долгое время, он наконец решил первый вопрос.

Но увидев, что Джерику приходиться также трудно, как и ему, он ощутил облегчение.

Время шло, и около 10 часов Лу Чжоу объявил, что время закончилось. Он взял листы бумаги и посмотрел на ответы.

Неожиданно... каждый из них ответил на семь вопросов, правда, ошиблись в разных.

Лу Чжоу положил тесты и посмотрел на двоих студентов, сидевших напротив него за столом.

— Вэй Вэнь, ты хорошо понимаешь гильбертово пространство. Думаю, тебе следует работать в направлении математической физики.

Вэй Вэнь спросил:

— Математическая физика — прикладная наука?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Это зависит от того, с какой стороны ты на нее смотришь. Физическая часть — теоретическая, а математическая — прикладная. Конечно, это только мое мнение. Tы можешь выбрать любую область, какую захочешь.

Услышав совет своего руководителя, Вэй Вэнь задумался.

Лу Чжоу посмотрел на другого студента и сказал:

— Джерик, ты хорошо разбираешься в преобразованиях Фурье, и это очень перспективное направление. Оно имеет широкий спектр применения в теории и в промышленности. Если заинтересован в этой области, предлагаю тебе уделять больше ей внимания и выбрать ее для своей работы.

— Профессор, — тут же спросил Джерик. — Могу ли я заниматься вычислительным материаловедением?

Лу Чжоу пошутил:

— Конечно, ты можешь, но не ожидай, что поймешь мою теорию. Для этого тебе придется почитать еще кучу учебников.

Студенты вернулись на свои места.

Лу Чжоу потянулся и налил себе чашку кофе, чтобы приободриться.

Внезапно дверь открылась, и в кабинет влетел возбужденный Конни с журналом.

— Профессор!

Харди, Цинь Юэ и Вера, погруженные в изучение своих материалов, недовольно подняли головы.

Лу Чжоу догадывался, отчего Конни такой взволнованный.

Однако он уже давно получил ответ от редакции "Science". Он не удивился, что его статья попала в журнал.

Лу Чжоу посмотрел на него и сказал:

— Я уже говорил тебе — не шуметь здесь. И не забывай стучать перед тем, как входить.

— Простите, я — не нарочно. Уверен, что когда вы услышите эту новость, вы будете так же взволнованы, как и я, — Конни заговорил тише. — Угадайте, что случилось? "Nature" написала про нашу статью в "Самом интересном".

Конни замолчал и с гордостью посмотрел на профессора, ожидая его удивления.

Однако...

Лу Чжоу особо не отреагировал.

Тот явно не волновался так же, как Конни.

На некоторое время в кабинете воцарилась мертвая тишина.

Конни стало неловко, и он успокоился.

Лу Чжоу сказал:

— Это всего лишь "Самое интересное", не нужно так волноваться.

Вера, работающая над гипотезой Коллатца, не могла удержаться от смешка. Харди был более безжалостен, он стукнул кулаком по столу и громко рассмеялся.

Вэй Вэнь тоже не сдержался и улыбнулся.

Конни покраснел и почесал затылок:

— Но это же "Nature"!

Лу Чжоу вздохнул:

— Я знаю, что это "Nature", но полгода назад о моей работе написали, как "Science", так и "Nature". На моем месте подобное тебя бы тоже не волновало.

Большинство ведущих журналов имели подобный раздел с самым интересным, где они цитировали лучшие части статей и добавляли резюме.

Лу Чжоу был очень взволнован, когда его впервые осветили два журнала.

Но сейчас он не пребывал в таком восторге.

Тем более, что не так давно его модифицированная ПДМС пленка попала в число 10 лучших научных исследований 2016 года.

Подобное — для него ничего не значило.

Конни смотрел на профессора с широко открытыми глазами и не знал, что сказать.

Господи, есть кто-то, кто думает, что попасть в "Самое интересное" Nature — нечто пустяковое?

Нормальному человеку пришлось бы работать годами только для того, чтобы опубликовать одну статью.

Большинство ученых даже не мечтают о том, чтобы их работа попала в "Самое интересное".

Если не это, то что же вас может взволновать?

Нобелевская премия?

Лу Чжоу было все равно, о чем думал Конни. Он взял у него последний номер "Nature" и бегло просмотрел.

Как и ожидалось, в статье выделили основные моменты материала ПУС-1.

Что касается его статьи по вычислительному материаловедению, то ее кратко упомянули как исследование "Влияние удельной поверхности и размера пор на скорость диффузии полисульфидных соединений".

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Похоже, никто не может распознать настоящего сокровища.

Глава 323. Becенние каникулы

Дни быстро пролетели, и вскоре наступил апрель.

Cтуденты, полностью погрузившись в учебу, наконец-то смогли немного расслабиться. В течении двуx недель они могли расслабиться и не думать о учебе.

Oживленный студенческий городок постепенно затих.

Ло Вэньсюань обедал в Институте перспективных исследований с Лу Чжоу и заговорил:

— Я еду в Форт-Лодердейл. Eсли хочешь, можешь поехать со мною.

Море и пляж — обычный выбор для весенних каникул. A Форт-Лодердейл — намного дешевле, чем Гавайи. С 1934 года он стал святым местом для американских студентов во время весенних каникул. В это время года туда приезжало много людей, причем не только студенты американских университетов, но и многие иностранные.

Но Лу Чжоу никогда раньше не слышал об этом месте.

— Где он находится? — спросил парень.

Ло Вэньсюань удивленно взглянул на друга:

— Это во Флориде... ты, действительно, не слышал про Форт-Лодердейл? Kак ты жил?

Лу Чжоу сделал беспомощное лицо.

— Я работал над докторской диссертацией и закончил ее еще до весенних каникул.

Внезапно атмосфера стала несколько неловкой.

Ло Вэньсюань тихо кашлянул:

— Мы можем не говорить о докторской?

— Tочно, извини.

Лу Чжоу чуть не забыл, что в то время как он только поступил в университет, Ло Вэньсюань готовился к защите докторской диссертации под руководством Эдварда Виттена. Теперь Лу Чжоу получил докторскую степень, а Ло Вэньсюань все еще не получил ее...

В подобные хорошие дни не стоит упоминать такие грустные моменты.

Однако Ло Вэньсюань действительно имел хорошую стрессоустойчивость. В конце концов, Принстонский институт перспективных исследований — место, где живут самые талантливые люди в мире, которые не только умны, но и сильны ментально.

Вот в чем разница между гениями и обычными людьми.

Ло Вэньсюань вскоре вновь взбодрился и продолжил говорить о весенних каникулах.

— Весенние каникулы — хорошая возможность. Или ты планируешь оставаться одиноким всю оставшуюся жизнь? Если не знаешь, как подцепить девушку, то я помогу тебе. Это очень просто.

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и спросил:

— Ты собираешься бросить свою девушку?

— Вообще-то, я уже это сделал, — Ло Вэньсюань кашлянул и, похоже, не хотел обсуждать эту тему, когда добавил:

— Это немного сложно, лучше не спрашивай.

— ...

Если Лу Чжоу правильно помнил, еще в феврале на вечеринку в честь получения премии Роджера Адамса по химии этот парень приходил со своей девушкой.

А через два месяца он — вновь один.

Он менял подружек быстрее, чем Лу Чжоу писал статьи.

— Такова жизнь в Америке, ты должен к ней привыкнуть, — произнес Ло Вэньсюань. — Если пообщаешься с некоторыми иностранными студентами, то поймешь, что это довольно обыденно.

— Вот в чем проблема, — вздохнул Лу Чжоу, складывая бумагу от сэндвича и бросая ее на стол. — Я чувствую себя не в своей тарелке, потому что у меня — слишком консервативные взгляды.

Ло Вэньсюань не обрадовался, услышав это.

— Намекаешь, что я — не такой же?

— Разве не так?

— ...

………………………..

На самом деле, Лу Чжоу заинтересовался предложением Ло Вэньсюаня.

Неужели весенние каникулы в Форт-Лодердейле, действительно, как в кино, где полно молодежи и алкоголя?

Если бы не другие дела, то он не возражал бы проверить это с Ло Вэньсюанем.

Однако такое возможно, если у него не будет других дел.

В первую субботу апреля Лу Чжоу отправил своих студентов на недельные каникулы. Они работали уже три месяца и нуждались в отдыхе, чтобы привести свои мысли в порядок.

Но сам Лу Чжоу не имел возможности отдохнуть.

В первый день весенних каникул он сел в самолет и полетел в Сан-Франциско на конференцию по органической химии, организованную Американским химическим обществом.

Там он получит награду и выступит с докладом.

Хотя эта конференция — не такая крупная, как конференция MRS, она все же имела значительное влияние. Это была одна из ведущих конференций в области органического синтеза.

В конце концов, влияние Американского химического общества — намного больше, чем у сообщества материаловедов. Первое — на столетие старше второго, и оказывает некоторое влияние на промышленность и даже политику.

После нескольких часов полета самолет приземлился в аэропорту Сан-Франциско.

В аэропорту Лу Чжоу встретил Саррот. Этот, некогда знаменитый, профессор Корнельского университета выглядел сегодня особенно нарядным.

Он был одет в костюм и зализал волосы. Его борода тоже выглядела намного чище, чем в прошлый раз.

Без сомнения, статья придала ему энергии.

Хотя одна научная статья не могла изменить его статус, она все же несколько восстановила его репутацию в глазах Корнельского университета.

Когда он только продал свой исследовательский институт, он все еще спрашивал себя: "Стоило ли оно того"?

Но теперь он уверен, что принял мудрое решение.

— Добро пожаловать, мой дорогой друг, в Сан-Франциско! — Саррот поприветствовал Лу Чжоу с яркой улыбкой. — Поздравляю с премией Роджера Адамса по химии, вы — на шаг ближе к Стокгольму!

Лу Чжоу пожал руку Саррота и сказал:

— Я уже был в Стокгольме.

— В следующий раз вы поедете туда за Нобелевской премией! Профессор, которого я знаю, сказал мне, что комитет обсуждает, заслуживает ли модифицированная ПДМС пленка номинации.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не сказал.

Оптимизм Саррота — столь же ненадежен, как и его научная интуиция, особенно, когда он, не краснея, говорит о том, чего не было, из-за чего трудно определить: врет он или нет.

Нобелевская премия не была бы венцом науки, если бы ее было так легко получить.

Даже отец литий-ионных аккумуляторов, легендарный Джон Гуденаф, все еще не получил Нобелевской премии после тридцатилетнего ожидания. Было бы трудно для Лу Чжоу получить ее, используя лишь материал анода.

Но Лу Чжоу не торопился.

Он — все еще молод, у него еще оставалась куча времени для научных изысканий.

Будь то модифицированная ПДМС пленка, материал ПУС-1 или премия Роджера Адамса по химии, это только лишь начало...

Глава 324. Пpибытие в Сан-Франциcкo

Конференция проводилась в отеле Xаятт, наxодившегося в нескольких минутах ходьбы от китайского квартала. Для гостей в отеле находился ресторан и круглосуточный тренажерный зал, а также — специальные конференц-залы для проведения академических собраний.

Саррот довез Лу Чжоу к отелю и припарковался на стоянке, после чего они вместе направились к лифту.

Эта конференция — не только хорошая возможность обменяться научными мыслями с коллегами, но и наладить новые связи. Любой амбициозный ученый отнесся бы к этой возможности со всей серьезностью.

В отличие от своего босса, Лу Чжоу, которому возмещают все расходы организаторы конференции, Сарроту приходится платить за все из своего кармана.

В лифте Лу Чжоу посмотрел на Саррота и спросил:

— Я собираюсь поспать, а ты?

Саррот с недоверием взглянул на парня:

— Вы собираетесь спать? Там же будет вечеринка с танцами.

— Я не умею танцевать, — ответил парень и зевнул. — К тому, же мне достаточно и одного банкета.

Лу Чжоу говорил о большом и более формальном банкете, который проводили организаторы конференции.

Что касается этих простых вечеринок, для него нет надобности принимать участия в них.

Проведя несколько часов в самолете, он хотел поспать и подготовиться к завтрашней церемонии награждения.

— Тогда отдыхайте, а я пойду в холл на первом этаже. Заказать вам ужин в номер?

Лу Чжоу отмахнулся:

— Hе нужно, веселись. Eсли я проголодаюсь, то сам позвоню на стойку регистрации.

Комната Саррота находилась на третьем этаже. Он планировал принарядиться, прежде чем идти на танцы.

Комната Лу Чжоу находилась на пятом этаже.

Когда он проходил по коридору мимо зоны отдыха, двое мужчин в костюмах заметили его и прекратили свой разговор, сразу же направившись к нему.

Лу Чжоу посмотрел на них и заметил, что один из них выглядит знакомо.

Выглядящий знакомо старик протянул правую руку и произнес:

— Профессор Лу, рад вас видеть.

— Здравствуйте... А вы?

— Я — Стэнли Уиттингем из Бингемтонского университета в Нью-Йорке.

Услышав его имя, Лу Чжоу начал припоминать.

Стэнли Уиттингем — известный человек в области литиевых батарей, неудивительно, что он показался ему знакомым.

В начале 70-х годов Стэнли Уиттингем разработал первую литиевую батарею, используя сульфид титана в качестве материала катода и металлический литий в качестве материала анода.

Однако аккумуляторы из-за проблем с литиевыми дендритами не смогли покинуть лаборатории. Только после того, как модифицированная ПДМС пленка Лу Чжоу решила проблему, литиевым аккумуляторам удалось успешно добраться до промышленности.

— Приятно познакомиться, — Лу Чжоу пожал руку профессора Стэнли и взглянул на него, прежде чем спросить:

— А это кто?

Профессор Стэнли ответил:

— Это Даррен Вудс, генеральный директор компании Exxon Mobil.

— Приятно познакомиться, профессор Лу, — улыбнулся Даррен Вудс, протягивая правую руку. — Ваши статьи в "Science" и "Nature" — слишком впечатляющи. Но, боюсь, некоторые моменты — слишком сложны для понимания, у меня к вам много вопросов.

Хотя Лу Чжоу никогда раньше не слышал о Даррене Вудсе, он определенно слышал об Exxon Mobil.

Два месяца назад генеральным директором Exxon Mobil все еще был Pекс Тиллерсон. Однако в 2016 году Рекс был назван "самым влиятельным генеральным директором в мире" и получил должность государственного секретаря США.

Вудс стал преемником Тиллерсона.

— Здравствуйте, — Лу Чжоу пожал ему руку. — Господин Вудс, вы также интересуетесь литиевыми батареями?

— Конечно, нефть — ценное сырье, но сжигать ее — слишком расточительно. На самом деле, из-за глобального потепления и изменения климата, мы стремимся инвестировать в новые энергетические области. Естественно, нельзя миновать аккумуляторную промышленность.

Хотя Exxon Mobil, в основном, нефтяная компания, она также занималась химической, автомобильной и другими отраслями промышленности.

Самая ранняя литиевая батарея была изготовлена в лаборатории Уиттингема, которая финансировалась компанией Mobil Chemical.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не сказал.

Для Exxon Mobil нормально интересоваться новыми энергетическими отраслями. Однако утверждать, что это из-за глобального потепления, слишком смешно.

Вудс посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Кстати говоря, есть ли прогресс в синтезе ПУС-1?

Лу Чжоу покачал головой и ответил:

— Еще нет.

— Это прискорбно, — Вудс вздохнул. — Это хороший материал, но его цена — немного неприемлема.

Очевидно, что Mobil Chemical также попробовали метод, описанный Лу Чжоу в статье, который заключался в использовании тепловой реакции с углеродными нанотрубками и фуллеренами для получения небольшого количества ПУС-1 перед смешиванием с серой.

Хотя срок службы аккумулятора нельзя считать удовлетворительным, аккумулятор имел превосходную плотность энергии.

В конце концов, применение литий-серных аккумуляторов в таких вещах, как дроны или подводное рабочее оборудование, с продолжительным временем работы очень востребовано.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, но... на мой взгляд, в материале — слишком много недостатков.

Вудс покачал головой.

— Нет, нет, вы не понимаете! Не все аккумуляторы имеют такие высокие требования к сроку службы. Иногда мы используем одноразовые батареи из-за более высокой плотности энергии, — он сделал небольшую паузу. — Решение этой проблемы принесет пользу всему миру. Вы заинтересованы в финансировании?

Лу Чжоу покачал головой:

— К сожалению, нет. Поэтому, возможно, вам лучше подумать об инвестировании в другие, более перспективные лаборатории.

— Очень жаль, но, по моему мнению, ни у кого нет таких перспектив, как у вас.

Хотя Вудс сказал, что ему "жаль", по его лицу это было не заметно.

Очевидно, что Exxon Mobil также проводила аналогичные исследования в своих лабораториях.

Возможно, они уже получили определенные результаты, которые не опубликовали.

Лу Чжоу посмотрел на профессора Стэнли и понял, что происходит.

Они тут, чтобы узнать о моем прогрессе в исследованиях.

Парень не мог не усмехнуться и покачать головой.

Вы хотите знать, как продвигаются мои исследования?

Просто купите выпуск "Science" и прочитайте.

Лу Чжоу никогда не скрывал своих результатов.

Они немного поболтали, потом парню стало скучно и он, попрощавшись, направился с чемоданом к себе в номер.

Посмотрев на удаляющегося Лу Чжоу, Вудс улыбнулся и повернулся к профессору Стэнли.

— Как вы думаете, насколько он продвинулся в исследованиях?

Профессор Стэнли нахмурился и ответил:

— Трудно сказать, он — талантливый. Если две статьи — это все его результаты, то наши шансы на победу все еще очень высоки, но я не верю в это.

Профессор помолчал секунду, потом со всей серьезностью добавил:

— И вы не заметили? Мы спрашивали о его научных успехах, а вот он совсем не заинтересовался нашими...

Глава 325. Вpучeние премии Рoджера Адамcа!

Если бы Лу Чжоу узнал, о чем думает профессор Cтэнли, то рассмеялся бы.

Честно, парень даже не думал о подобныx скучных разговорах.

Поскольку у него были дела поважнее...

Лу Чжоу провел весь оставшийся день в своем гостиничном номере.

На следующий день началась конференция по органической химии, проводимая Американским химическим обществом.

В конференции приняли участие ученые со всего мира, в том числе и китайские.

К девяти часам утра в просторном конференц-зале собралась толпа людей.

Xотя до начала официальной церемонии оставался час, многие уже прибыли и терпеливо ждали.

Церемония вручения премии Адамса по химии — основное событие конференции, и никто не хотел пропустить его.

Поскольку награду получал первый китайский ученый, эта церемония награждения также привлекла много внимания.

Во время подготовки, за кулисами, Лу Чжоу столкнулся с репортером CTV.

Девушка, держащая микрофон, показалась парню знакомой. Oн вдруг вспомнил, что это та самая репортер, с которой он познакомился в Стокгольме на вручении премии Крафорда.

Судьба, действительно, странная штука.

Репортер улыбнулась и заговорила приятным голосом:

— Здравствуйте, профессор Лу, можете мне уделить пять минут?

До начала церемонии открытия оставался час, и он мог выделить пять минут.

Будучи в хорошем настроении Лу Чжоу сказал:

— Конечно.

Девушка протянула микрофон и спросила:

— Что вы чувствуете?

Лу Чжоу ответил:

— Немного рано отвечать на этот вопрос, так как награда все еще находится в руках профессора Шарпантье.

Репортер улыбнулась и сказала:

— Tогда я изменю свой вопрос. Поскольку вы — первый китайский ученый, получивший эту премию, думаю, в этот момент вы взволнованы?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я был взволнован, но это было два месяца назад, когда впервые услышал, что получил эту награду.

— Многие узнали о вас, когда вы доказали гипотезу Гольдбаха и выиграли премию Крафорда. Поэтому для многих — это удивительно, что математик получает премию Роджера Адамса по химии. Могу я спросить, чем привлекла вас химия?

Лу Чжоу подумал и не стал давать прямого ответа на вопрос:

— Помните, что я сказал в Стокгольме?

Девушка улыбнулась:

— Вы сказали, что цель математики — изменить науку.

— Именно, цель математики — изменить науку, — одобрительно кивнул Лу Чжоу. — И прямо сейчас я пытаюсь изменить химию.

………………………...

Интервью продлилось всего пять минут.

Церемония открытия началась, и вскоре наступило время вручения награды.

Лу Чжоу вышел на сцену и получил золотую медаль и серебряные часы от Бонни Шарпантье, президента Американского химического общества.

Вручение серебряных изделий победителям было традицией премии Роджера Адамса, и каждый раз приз был разный.

Серебряные часы были не большие, а на их обратной стороне была выгравирована эмблема премии Роджера Адамса по химии. Благодаря аккуратной и сложной гравировке, эти часы стоили больших денег. Однако эти деньги ничтожны по сравнению со славой от премии.

Профессор Шарпантье пожала руку Лу Чжоу и сказала:

— Развитие новой энергетики важно для всего нашего будущего. Я благодарю вас за ваш вклад в развитие мира и за ваши результаты исследований. Продолжайте трудиться и в будущем.

Оказывается, за этими часами крылся определенный смысл.

Лу Чжоу взял часы из рук профессора и сказал:

— Спасибо.

Толпа взорвалась аплодисментами.

Хоть премию уже вручили, церемония награждения еще не прошла.

У премии Роджера Адамса существовала традиция. Лауреат должен был провести часовой доклад во время церемонии.

Это главное событие церемонии награждения.

Лу Чжоу поправил микрофон и заговорил:

— Материаловедение, энергетика и информатика — три столпа современных технологий. Однако, помимо информатики, наши исследования в области материаловедения и энергетики в течение последнего полувека продвигались медленно. Но только кажется, что академический мир безразличен к этому. Каждый день в лабораториях по всему миру рождаются новые технологии. Я думаю, что все здесь знают, что у нас нет недостатка в новых материалах, но нам не хватает полезных материалов.

— Думаю, одна из причин в том, что у нас нет теоретической базы, которая могла бы помочь найти нужные нам материалы, и мы полагаемся исключительно на научную интуицию. Это моя мотивация в изучение вычислительного материаловедения, — Лу Чжоу сделал секундную паузу и окинул взглядом толпу. — Я считаю, что с помощью точных расчетов мы можем рассчитать новые потенциальные материалы и сэкономить много денег и времени.

Профессора и ученые в толпе начали нервничать.

Неужели он опять собирается показать очередное математическое доказательство?!

— Мой доклад будет полуакадемическим.

Услышав это, ученые вздохнули с облегчением, особенно те профессора, которые плохо разбирались в математике.

Никто не сомневался, что вычислительное материаловедение является перспективным направлением исследований, и академическое сообщество признавало его ценность. Однако теорию профессора Лу слишком трудно понять.

Хотя многие профессора в таких областях, как кристаллохимия и наноматериалы, имели представление о геометрии и топологии, их знания — лишь поверхностные.

Но, похоже, они слишком переживали.

Лу Чжоу уже сказал, что это будет полуакадемическая речь, поэтому он не должен говорить ни о чем сложном.

— Я изучал влияние размера пор и удельной поверхности углеродных наносфер на скорость диффузии полисульфидных соединений.

Сказав это, Лу Чжоу взял кусок мела на подиуме и нарисовал простую молекулярную модель на доске позади себя. Он записал данные о удельной поверхности, размер пор и другую важную информацию рядом с ней.

До сих пор все было понятно.

Однако как только все почувствовали облегчение, Лу Чжоу остановился и на мгновение задумался, прежде чем продолжил:

— Во время исследования этих продуктов я обнаружил кое-что очень интересное...

Лу Чжоу быстро записал первую строку расчетов.

А потом он стал не остановим...

Даррен Вудс сидел в заднем ряду лекционного зала и с беспокойством огляделся по сторонам.

До того, как стать генеральным директором Exxon Mobil, он был инженером. Поэтому он имел некоторое представление о химической промышленности. Хотя он никогда не занимался исследовательской работой, но все еще мог понимать статьи.

Но сейчас он не понимал, что написано на доске.

Вудс глубоко вздохнул и посмотрел на профессора Стэнли, после чего тихо спросил у него:

— Полуакадемические доклады всегда так трудно понять?

Профессор Стэнли немного колебался, прежде чем ответить:

— Обычно это не так...

Очевидно, что это ненормально...

Глава 326. Раcслабьтесь

Речь закончилась аплодисментами.

Лу Чжоу положил мел и посмотpел на собравшиxся.

Аудитория вполне хорошая.

По крайней мере, намного лучше, чем на MRS конференции.

Очевидно, что некоторые профессора химии и физики не в состоянии понять некоторые из теорий Лу Чжоу.

А ученые, которые тщательно изучали его статью, поняли более 70% его речи.

Парня удовлетворил подобный результат.

Церемония вручения премии Роджера Адамса по органической химии подошла к концу.

Лу Чжоу отложил свои праздные мысли в сторону и решил сосредоточиться на академической стороне конференции.

Даже будучи одним из лучших ученых, всегда есть чему поучиться.

Просто обучение тут отличается от обучения сидя за партой. Ученый, который хочет получить новые знания, должен сфокусироваться на общении с коллегами, прослушивании докладов и чтении статей.

И это именно то, что предоставляла эта конференция.

Hа следующий день Лу Чжоу, прослушав лекцию по органической химии, приготовил себе чашку кофе. Он нашел уголок в зоне отдыха, чтобы сесть и спокойно разобрать только что написанные заметки.

На предыдущем докладе исследователь представил нефуллереновый органический солнечный элемент, фторированную бинарную гетеропереходную батарею, кривую напряжения и тока и график эффективности фотоэлектрического преобразования.

Данные, получившиеся на графиках, были прекрасны.

Xотя Лу Чжоу не занимался фотоэлектрическими материалами, он все еще имел некоторые представления о фуллереновых материалах. Больше всего его интересовала часть математического анализа, из которого можно заметить, что автор имел хорошую математическую базу.

Лу Чжоу планировал потратить некоторое время на изучение этого.

Но в этот момент рядом с ним раздался звук каблуков.

Напротив него села красивая блондинка.

Парень поднял голову и посмотрел на нее, после чего спросил:

— Kто вы?

Блондинка улыбнулась, протянула правую руку и представилась:

— Меня зовут Рой, рада знакомству.

— Приятно познакомиться, — Лу Чжоу пожал ей руку и спросил:

— Ты — студентка?

— Я учусь в магистратуре Гарварда, но не на химическом факультете.

Наверное, это не из-за рекомендательного письма.

— Репортер с факультета журналистики?

Моргнув, девушка загадочно улыбнулась:

— Где-то между тем и тем.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Неужели ты — писатель?

— Бинго! — Рой щелкнула пальцами. — Я — научный писатель.

Ты, действительно, писатель?

Хотя между научной литературой и написанием романов есть большая разница.

Парень улыбнулся и с интересом спросил:

— Я не ожидал, что писатели заинтересуются моими исследованиями. Мне стало любопытно, что ты хочешь от меня?

— На самом деле, я пришла на конференцию по органической химии, чтобы найти вдохновение. Я не ожидала, что столкнусь с лауреатом премии.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Думаю, ты не поняла мой доклад.

— Нет, но это не помешало докладу вдохновить меня. Особенно твои взгляды на энергетику и материаловедение, они переполнили меня вдохновением, — с серьезным лицом Рой посмотрела на Лу Чжоу и искренне спросила:

— У меня есть несколько вопросов, которые я хотела бы задать. Сможешь уделить мне немного времени?

Лу Чжоу посмотрел на пар, поднимающийся от его кофейной чашки, и подумал о своих планах на день, после чего сказал:

— У тебя есть время, пока я не допью кофе.

— Не беспокойся, это не займет много времени, — сказала Рой, после чего достала ручку с блокнотом. — Тогда первый вопрос...

Она задала несколько поверхностных вопросов.

А Лу Чжоу попытался объяснить свои мысли простыми словами.

Bремя быстро пролетело.

Парень допил кофе, и девушка закончила с вопросами и убрала блокнот с ручкой.

— Спасибо, что нашел время ответить на мои вопросы, я пришлю тебе копию своей работы.

Лу Чжоу пошутил:

— С автографом?

— Eсли хочешь, — улыбнулась девушка, а затем произнесла полушутя:

— Вот моя визитка. Я заинтересована еще пообщаться с тобою, может в следующий раз пообщаемся более глубоко.

Оставив визитку, голубоглазая красотка кокетливо посмотрела на Лу Чжоу, встала и ушла.

Глядя ей в спину, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Более глубоко?

Просто забудь.

Даже профессора из Корнельского университета не понимают моей теории, будет пустой тратой времени разговаривать с тобою.

Неожиданно к нему подошел знакомый.

Гринберг окинул взглядом уходящую Рой и произнес:

— Хороший вкус.

Лу Чжоу спросил:

— Хотите, дам ее номер?

— Звучит заманчиво, — произнес Гринберг, садясь туда, где ранее сидела Рой. — Но я здесь не для того, чтобы говорить о женщинах.

Разве не ты первый начал?

Лу Чжоу молча взглянул на него и убрал визитку Рой.

— Итак, о чем вы хотите поговорить?

— Ни о чем особо, — ответил Гринберг. — Просто хочу сообщить плохие новости.

— О?

Гринберг выглядел серьезным, когда заговорил:

— Mobil Chemical намерены присоединиться к производству литий-серных аккумуляторных материалов. Мало того, они еще привлекли профессора Стенли!

И это все?

Парень уже было думал, что что-то серьезное.

Без особого интереса он ответил:

— О, я уже знаю об этом.

— Вудс уже нашел вас? — Гринберг быстро отреагировал.

Лу Чжоу кивнул и объяснил:

— Позавчера вечером они с профессором Стенли приходили ко мне.

Гринберг огляделся и прошептал:

— На каком шаге они уже?

Лу Чжоу нахмурился:

— Что вы подразумеваете под шагом?

— Я говорю о прогрессе исследований... Погодите-ка, вы их ни о чем не спрашивали?

Лу Чжоу странно посмотрел на него и поинтересовался:

— Почему я должен спрашивать их о чем-то?

— ...

Глядя на недоумевающего Гринберга, Лу Чжоу вздохнул:

— Честно говоря, я не понимаю, почему вы так осторожны.

— Вы не понимаете, насколько безумны перспективы рынка серных батарей, — ответил Гринберг, потом глубоко вздохнул и сдержал свои тревожные эмоции. — Послушайте, Exxon Mobil также исследует положительный электродный материал для литий-серных батарей. Направление их исследований и разработок — также углерод-серные композиты и полые углеродные сферы! И вы помогли им! Вам не следовало публиковать эти две статьи.

Гринберг не испугался бы так сильно, если бы Nichia опередила его.

Однако Exxon Mobil — другой случай.

Этот нефтяной гигант находился в верхних рядах их цепочки химической промышленности, поэтому они, естественно, имели уникальное преимущество в стоимости сырья.

Если бы Exxon Mobil заинтересовалась материалом для литий-серных батарей, это повредило бы не только Umicore, но и всем химическим гигантам.

Точно так же, как существует разрыв между гениями, существует разрыв и между гигантскими компаниями.

Однако...

Какое это имеет отношение к Лу Чжоу?

Он — не акционер Umicore.

— Я не согласен с вами, общение необходимо для создания академической ценности, — произнес Лу Чжоу и нахмурился. — К тому же, это мои результаты исследований. Почему я не могу публиковать их?

— Нет, я не это имел ввиду, — Гринберг заметил недовольство в голосе парня и поспешил успокоить его. — Я восхищен вашей уверенностью, но проблема в том, что Exxon Mobil — наш конкурент! Чтобы бороться с нами, они вложили в профессора Стэнли пятьдесят миллионов долларов! Вы понимаете, что это значит?

Лу Чжоу посмотрел на Гринберга и не знал, как его утешить.

Очевидно, что Umicore также работали над этим и вложили в этот проект много денег. В каком-то смысле Лу Чжоу конкурировал с Umicore в проекте литий-серных батарей, но конкуренция была не такой сильной, как между Umicore и Exxon Mobil.

Если Лу Чжоу первым придумает это изобретение, Umicore получит часть прибыли. Если Nichia придумает это изобретение, то Umicore получит удар. Однако, если бы Exxon Mobil возьмет первенство, это станет смертельным ударом по Umicore.

Из-за этого две статьи Лу Чжоу повергли Umicore в панику.

Особенно из-за гонки с Mobil Chemical, никто не знал, сколько метров отделяло их от финиша. Эти две статьи стали бомбами замедленного действия, которые лишили Гринберга сна.

Лу Чжоу понял, что он сделал.

Но будь у него вновь этот выбор, он поступил бы так же.

После небольшой паузы парень попытался сказать успокаивающе:

— Расслабьтесь, я никогда не рассматривал вас как конкурентов.

— ...

Глава 327. Даже гении восхищаются другими гениями

"11 апреля Американское химическое общество провело в Сан-Франциско международную конференцию по органической химии и вручила премию Роджера Адамса по химии."

"Премия была учреждена в честь знаменитого химика Роджера Адамса. С 1995 года Американское химическое общество каждые два года присуждает эту премию выдающимся ученым в области органической химии. Среди 29 лауреатов 11 из них также стали лауреатами Hобелевской премии по химии."

"Лауреатом премии Роджера Адамса по химии в этом году стал профессор Лу Чжоу из Принстонского университета. Oн получил эту награду благодаря своим исследованиям материала модифицированной ПДMС пленки, которая решила проблему, мучившую промышленность на протяжении тридцати лет."

По телевизору в столовой Цзиньлинского университета показывали новости.

Мэнци держала в руке палочки для еды и смотрела, как Лу Чжоу получает медаль.

Ее три соседки по комнате, сидевшие рядом, тоже заметили новость, но не отреагировали так же сильно, как девушка. Они начали обсуждать это между собой.

Ли Фан посмотрел на телевизор и сказал:

— Потрясающе... Подобные выпускники просто давят на нас.

— Kстати, — спросила Ло Мэн. — Он же — директор научно-исследовательского института вычислительного материаловедения?

Су Цзявэнь ответила:

— Это он. Я слышала от руководителей студсовета, что он — очень хороший. Каждый раз, когда он возвращался в наш университет, профессора встречали его с распростертыми объятиями. Tочно, Мэнци — стажер в этом институте, да?

Ли Фан посмотрел на Мэнци и спросила:

— Мэнци, ты лично видела Лу Чжоу?

Два месяца назад институт вычислительных материалов Цзиньлина набирал стажеров на основе их оценок.

У студентов бакалавриата не так много возможностей принять участие в научных исследованиях, поэтому для них это хорошая возможность остаться в академических кругах.

Мэнци стала одной из трех студентов, которые получили эту возможность.

Xань Мэнци бессознательно кивнула.

— Да... Я видела его раньше.

Хотя и не в институте...

Ли Фан продолжила с любопытством спрашивать:

— Тогда расскажи нам, он — в жизни такой же, как и по телевизору?

Хань Мэнци на мгновение задумалась, а потом ответила:

— Почти... возможно, немного красивее, чем по телевизору.

— Кстати, разве он не занимается математикой? — спросила Ло Мэн. — Когда он начал заниматься химией?

Ли Фан произнесла:

— Да... Нам не понять гениев. Он — просто легенда.

Су Цзявэнь засмеялась и подразнила:

— Только такая красивая девушка, как Мэнци, может встречаться с таким талантливым парнем, как Бог Лу.

Су Цзявэнь просто шутила и не ожидала, что Мэнци воспримет ее слова всерьез.

Мэнци мгновенно покраснела.

— О чем ты...

Мэнци не договорила, потому что заметила, как подруги впились в нее взглядом.

— Что... такое? — нервно спросила девушка.

Су Цзявэнь потерла подбородок и сделал серьезный анализ:

— Не знаю, заметили ли вы, но это первый раз, когда Мэнци покраснела из-за парня.

Ло Мэн кивнула, делая смело предположение:

— Не может быть...

Ли Фан неуверенно произнесла:

— Ты...

На девушку давили три соседки, и она запаниковала.

— Нет, вы все неправильно поняли...

— B этом нет ничего плохого, это просто идол, — Ли Фан улыбнулась. — Даже гении восхищаются другими гениями. Я тебя поддерживаю!

Хань Мэнци неестественно улыбнулась.

— Спасибо...

Мэнци вздохнула с облегчением, но не смогла сдержать легкой грусти.

Идол?

Казалось, что в глазах других людей Лу Чжоу достиг недостижимого уровня.

Хотя у нее не было подобных грязных мыслей...

Ли Фан похлопала ее по плечу и спросила:

— Какая часть Бога Лу тебе нравится?

Не только Ли Фан было любопытно, но и Ло Мэн с Су Цзявэнь тоже было интересно.

— Не поймите меня неправильно, это… — Хань Мэнци покраснела. — Это больше похоже на братские чувства.

Ло Мэн задумчиво кивнула:

— Брат? Не вижу проблемы в возрасте.

Су Цзявэнь с отвращением сказала:

— Мэнци, ты же — одна в семье? Если бы у тебя был старший брат, то понимала бы, как это раздражает. Каждый день я уставала от своего старшего брата.

Хань Мэнци улыбнулась:

— Нет, не думаю, что братья и сестры могут так раздражать.

Даже если я остаюсь дома, то не чувствую себя комфортно. Возможно было бы лучше, будь у меня старший брат?

С тех пор как Хань Мэнци познакомилась с Сяо Тун в Филадельфии, она думала о том, как бы хорошо ей жилось, если бы она поменялась местами с ней.

В глубине души Хань Мэнци желала, чтобы Лу Чжоу встречался с Чэнь Юйшань. Она даже много раз пыталась их свести.

Тогда она без стеснения могла бы также назвать его братом.

Девушки всегда быстро меняли тему разговора, и вскоре вместо этого они начали говорить о брате Су Цзявэнь.

Обычно в разговоре Хань Мэнци тоже принимала участие.

Но сегодня девушка думала совсем о другом.

Только что Ли Фан напомнила ей кое о чем.

Разве это плохо, если Лу Чжоу — мой идол?

Если он — мой идол, я могу фантазировать о нем.

Может быть, мне стоит сказать...

— Брат, брат!

Хань Мэнци покачала головой и стиснула зубы, она не могла быть такой же открытой, как Ли Фан, и смогла выдавить лишь два слова.

В конце концов, она сдалась и уткнулась лбом в стол к удивлению своих соседок.

Как и ожидалось, это было слишком сложно для нее...

……………………….

Поев, Хань Мэнци попрощалась с подругами и отправилась в научно-исследовательский институт вычислительного материаловедения.

Несмотря на то, что ее работа до сих пор была простой, поскольку она занималась такими вещами, как сортировка документов, она узнала много полезного из нее.

Хань Мэнци трудилась каждый день.

Внезапно на полпути кто-то остановил ее.

— Извини, не подскажешь, где находится институт вычислительного материаловедения?

Остановившись, девушка обернулась, нахмурилась и с сомнением посмотрела на человека.

Перед ней стоял невысокий парень в клетчатой рубашке и в очках с черной оправой. В его внешности не было ничего примечательного, и он выглядел как типичный инженер. Хотя он не выглядел плохим человеком, но был немного подозрительным.

— Вы не здешний?

Кто в Цзиньлинском университете не знает, где находится институт?

Новости распространились по всему университету, когда химический факультет решил одолжить весь корпус Богу Лу.

Парень запаниковал и ответил:

— Да, я здесь, чтобы... чтобы найти доктора Яна, мне нужно кое-что у него узнать. Можешь показать, куда мне идти? Спасибо!

У него действительно плохие навыки актера.

Подозрение девушки лишь усилилось.

Кого волнует, что ты здесь делаешь, зачем ты мне это рассказываешь?

Хань Мэнци указала пальцем, куда ему идти.

— Отсюда вниз по дороге...

Хотя ей нужно было туда же, парень был слишком подозрителен, поэтому она не хотела идти с ним вместе.

Парень поблагодарил ее и пошел дальше.

Глядя ему вслед, девушка нахмурилась.

Интересно, мне показалось?

Почему этот человек — такой странный?

Глава 328. "Шпионаж"

Лю Хун был совepшенно беспомощен.

Oн знал, как проводить эксперименты, и он знал, как лизать задницу своего руководителя, но он не был эмоционально подготовлен для "шпионажа за врагом".

Однако у него не было выбора, и он должен подчиняться приказам своего руководителя.

Eсли тот попросит его почистить туалет, ему придется это сделать.

Hо Ван Хайфэн был достаточно добр и заплатил за билет на поезд Лю Хуна до Цзиньлина.

Было много способов узнать прогресс научно-исследовательского института. Например, самый простой и грубый — просто переманить сотрудников у конкурентов, предлагая им зарплату в несколько раз больше. Хотя это звучит неэтично, это самый эффективный способ.

Однако такой метод — явно дорогой.

Хотя финансирование научныx исследований может использоваться для оплаты труда исследователей, слишком высокие зарплаты вызовут беспокойство у инвесторов.

Ни один инвестор не хочет переплачивать сотрудникам.

Kроме того, вряд ли кто-то будет настолько глуп, чтобы бросить Лу Чжоу.

Ученый с потенциалом получить Нобелевскую премию — более привлекателен, чем Ван Хайфэн. Поэтому Ван Хайфэн даже не рассматривал этот метод. Вместо этого он сказал Лю Хуну все разузнать.

Если честно, то это самый неэффективный и глупый метод.

Лю Хун пришел в научно-исследовательский институт вычислительного материаловедения. И когда он размышлял, как ему выполнить это невыполнимое задание, кто-то неожиданно окликнул его.

— Эй, что ты здесь делаешь?

Голос застал его в врасплох, Лю Хун повернулся и увидел, что напротив него стоит аспирант, который, судя по всему, тут работал.

— Я...

Лю Хун пытался придумать оправдание, когда сотрудник его спросил:

— Tы здесь для трудоустройства?

Лю Хун тут же кивнул:

— Да, да! Я здесь для этого.

Аспирант улыбнулся и спросил:

— Ты действительно здесь в поисках работы? Cюда нелегко устроиться. Какое у тебя образование? Ты принес резюме?

Лю Хун улыбнулся и придумал оправдание.

— У меня есть докторская степень в университете Чжи… Я не принес резюме. Пока только осмотреться тут.

— Университет Чжи, неплохо, совсем неплохо. Они очень сильны в области материаловедения, — кивнул сотрудник. — Но все же не так сильны, как мы.

Лю Хун хотел выругаться, но вспомнил о своем задании и сдержался.

Он быстро сменил тему разговора.

— А как тут с оплатой?

Аспирант подозрительно покосился на Лю Хуна и подумал, почему бы тому не взглянуть на информацию о вакансиях, поскольку там все описывалось.

Однако он все же ответил на этот вопрос.

— Разные должности имеют разную зарплату. Доктор из университета Чжи... вероятно, будет получать 12 000 юаней в месяц, а что касается финансирования исследований и процентов с патентов, то это зависит уже от способностей и рассчитывается отдельно...

12 000 юаней?!

Услышав это число, Лю Хун выругался про себя.

Для it-специалистов 100 000 в год — не такая большая сумма, но в материаловедении подобные деньги — совсем другое дело.

Студентам, занимающимся материаловедением, всегда говорили что-то вроде "выпускники факультета материаловедения не смогут найти работу" или "может лучше займетесь продажами".

— Неужели зарплата, и правда, такая хорошая? — Лю Хун заинтересовался.

— Сойдет, но она — не главное, — ответил сотрудник. — Mы должны смотреть на научные исследования в долгосрочной перспективе и не всегда смотреть на зарплату. Кроме того, наш руководитель — Лу Чжоу, который выиграл премию Роджера Адамса по органической химии. А его заместитель получил докторскую степень в Массачусетском технологическом институте. Кто не захочет тут работать?

Этот состав, действительно, мощный.

Лю Хун будет готов работать тут и за половину зарплаты... Во всяком случае, сейчас он получал всего 3000 в месяц.

Парень судорожно сглотнул и почувствовал адскую зависть.

Люди любили сравнивать себя с другими.

Подумал, что он — все еще аспирант, поэтому ему приходилось быть дешевой рабочей силой для своего научного руководителя.

Думая про это, внезапно ему взбрела безумная идея.

Он — все еще молод, и мог позволить себе сделать несколько рискованных решений.

Он сказал:

— У меня... есть один вопрос.

— Какой?

Лю Хун спросил:

— Тут нанимают со степенью магистра?

Аспирант ошеломленно посмотрел на него.

Разве у этого парня — не докторская степень?

…………………..

Через три дня после церемонии награждения про Лу Чжоу писали по всему Weibo.

Его подписчики были недовольны, что он не поделился соответствующей новостью, поэтому упоминали его во всех постах, связанных с ним.

Заголовки постов тоже привлекали глаза.

"Первый Китайский лауреат премии Роджера Адамса по органической химии?!"

"Шок! Высшую награду в области органической химии получил математик!"

"От "1+1" До "Li+S", посмотрите на этого бога!"

Лу Чжоу с болью смотрел на множество уведомлений.

Его упоминали, где попало.

"Бог Лу, ты изменился, ты перестал хвастаться."

"Я уже два дня жду сообщения от бога Лу в Weibo, я разочарован."

"После смены мобильника я весь день читал про бога Лу, и еще могу продолжать всю ночь."

"Бог Лу, ты — потрясающий!"

"…"

Парень смотрел на эти комментарии и смущался.

Честно говоря, он не хотел хвастаться.

Однако энтузиазм фанатов доставлял ему хлопоты.

Наконец Лу Чжоу улыбнулся и сфотографировал свою золотую медаль и серебряные часы. Он сделал пост и прикрепил фотографию, поделившись радостью с подписчиками.

Как обычно, с постом шел розыгрыш за репост.

Призом стали 10 смартфонов Huawei, бренд был надежным и имел хорошее качество.

Он не слишком заботился о мнении других людей, и ему все еще нравился этот бренд.

Лу Чжоу нажал кнопку "Опубликовать" и положил телефон, планируя попозже проверить комментарии.

Комментарии постепенно увеличивались.

Профессор Саррот сел напротив Лу Чжоу и неспешно отпил кофе, после чего поинтересовался:

— Вы забронировали билеты обратно?

Лу Чжоу ответил:

— Да, улетаю через три дня.

— Не хотите задержаться в Сан-Франциско? — спросил Саррот. — Если я правильно помню, весенние каникулы еще не закончились.

— Я — профессор, а не студент, какое отношение ко мне имеют весенние каникулы? — Лу Чжоу помолчал немного, а потом добавил:

— Если я правильно помню, ты — тоже профессор Корнельского университета, разве тебе не нужно проводить занятия?

— У меня есть помощники, которые подменяют меня, а я только иногда читаю лекции. Это нормально для известных профессоров, работающих в лабораториях. Нет необходимости оставаться постоянно в университете, — Саррот улыбнулся. — К тому же, мне больше нравится Сан-Франциско.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Правда? Я предпочитаю тихий Принстон.

В этот момент у Саррота в кармане зазвонил телефон.

— Я отвечу.

Саррот достал телефон, встал и отошел в сторону.

Он приложил телефон к уху и напрягся.

Через пять минут Саррот закончил разговор и вернулся.

Лу Чжоу спросил:

— Что случилось?

Саррот сжал кулаки и выругался:

— Ублюдки! Я подам на них в суд!

Глава 329. Нeбольшая пpоблема

Научно-исследовательский институт Cаррота.

На столе лежали пять заявлений об увольнении.

Профессор Саррот даже не потрудился взглянуть на ниx. С другой стороны, Лу Чжоу взял заявления и с любопытством прочитал их.

После чего парень понял, почему Саррот так разозлился.

Oчевидно, что тот не пользовался особой симпатией среди сотрудников института, поскольку в заявлениях все они оставили колкие замечания в его сторону.

Но подобное ожидаемо. До того, как Лу Чжоу приобрел исследовательский институт, Саррот несколько месяцев не платил зарплату сотрудникам. Eсли бы не Лу Чжоу, многие из этих исследователей не получили бы ее вообще.

— Чертовы ублюдки!

Саррот сидел рядом за своим столом и ругался.

Bнезапно дверь кабинета открылась, и в кабинет вошла помощница с пачкой документов.

Она боязливо прошептала:

— Mистер Саррот, вот информация, что вы хотели...

Сказав, девушка перевела взгляд на другого человека в кабинете.

Лу Чжоу покачал головой, улыбнулся и протянул руку.

— Дай их мне.

— Хорошо, профессор...

Помощница облегченно выдохнула и быстро покинула кабинет.

Уходя, она аккуратно закрыла дверь.

Лу Чжоу сел на диван и начал листать документы.

Документы были разделены на две части: одна — это контракты уходящих сотрудников, а другая — оценка убытков.

Mobil Chemical действовали очень быстро, и профессор Стэнли был настроен решительно.

Битва только началась, а они уже переманили пятерых сотрудников.

Поскольку это Сан-Франциско, Лу Чжоу мог легко найти замену. Однако проблема заключалась в том, что им придется вновь обучать людей.

Из-за увольнения пяти исследователей работа лаборатории Саррота временно встала.

Но все было бы не так плохо, будь только этой проблемой.

В исследовательском институте среднего или более высокого уровня с хорошо налаженной системой управления, даже исследователи, ответственные за один и тот же проект, не могли получить доступ ко всем экспериментальным данным.

Однако именно здесь и крылась проблема.

Один из помощников-исследователей по имени Pикардо подозревался в сливе информации.

В отчете об оценке потерь упоминалось, что сотрудник имел доступ к содержанию пространственной структуры молекул углерода и некоторым математическим моделям, которые еще не были доведены до совершенства...

Хотя нет прямых доказательств, подтверждающих, что он раскрыл информацию, некоторые вещи не нуждаются в доказательствах.

Однако Лу Чжоу почувствовал облегчение.

Саррот не удержался и спросил:

— Вы совсем не обеспокоены?

— Это всего лишь пять помощников, — Лу Чжоу положил отчет на стол. — Это небольшая проблема.

— Небольшая проблема? — Саррот с недоверием посмотрел на парня. — Большая! Они не только знают о ходе наших исследований, но и знают, чем мы занимаемся!

— Не пугайтесь так, мой дорогой профессор Саррот. Это Сан-Франциско, вы должны понимать, что подобное — тут норма.

Профессор Стэнли Уиттингем — также известный специалист в области литиевых батарей и директор института исследований материалов при Бингемтонском университете.

Тридцать лет назад в компании "Exxon Mobil Chemical" он разработал литиевые батареи TiS2/Li. Но из-за проблемы с дендритом лития их не получилось коммерциализировать.

По сравнению с ним, Лу Чжоу — новичок в области материаловедения, и его репутация не так хороша.

K тому же, Уиттингем — не один. Главным акционером его лаборатории являлись известные "Exxon Mobil" — настоящий промышленный гигант, которого боялись даже "Umicore".

Как бы то ни было, что случилось, того не миновать, поэтому нет смысла зацикливаться на этом.

Немного подумав, Лу Чжоу принял решения.

— У нас есть соглашение о запрете конкуренции и соглашение о конфиденциальности, поэтому мы можем просто подать в суд на "Exxon Mobil" и заставить их заплатить за это.

— Это не повредит "Exxon Mobil", а нам придется нанять дорогих адвокатов, — сказал Саррот и выругался. — Эти бессовестный мрази!

Лу Чжоу пожал плечами:

— Дорого или нет, мы не должны прощать предателей. Я позволю "Sky Star Technology" заняться этим вопросом и найму лучших адвокатов в Нью-Йорке.

Хотя Лу Чжоу — очень добрый человек, это не значит, что он позволит другим играть не по правилам.

Если кто-то хочет украсть у него интеллектуальную собственность, то он должен быть готов к судам!

Согласно ранее подписанному соглашению о запрете конкуренции, сотрудникам, уволившимся не по всем формальностям, запрещено работать в смежных областях в течение следующих пяти лет. В противном случае, они должны понести дополнительные штрафы. Особенно Рикардо, Лу Чжоу собирался подать на него в суд за коммерческий шпионаж, и в зависимости от серьезности обстоятельств, тот может быть привлечен к уголовной ответственности.

После паузы парень продолжил:

— Кроме того, мы должны усилить наши меры безопасности.

Профессор Саррот сказал:

— Я попрошу юристов более жестко переписать наше соглашение о конфиденциальности соглашения о запрете конкуренции.

Лу Чжоу кивнул:

— Также следует помнить, что сам контракт никогда не сможет реально удержать таланты. Ради своих целей конкуренты могут позволить себе заплатить более высокую цену.

Для компаний важна корпоративная культура. Для научно-исследовательских институтов важна была научно-исследовательская среда, созданная известными учеными, первоклассное оборудование, результаты исследований и система управления.

Это основа институтов.

— Я понял, о чем вы, но сейчас нам не до этого. Что мы будем делать дальше? — Саррот посмотрел на Лу Чжоу и спросил. — Должны ли мы продолжать конкурировать с "Mobil Chemical" в этом направлении?

Парень кивнул:

— Конечно, мы не должны менять направление наших исследований из-за чего-то, столь незначительного.

— У них — в десять раз больше людей, чем у нас, и они делают в десять раз больше, чем мы, — произнес Саррот подавленным голосом.

— У нас нет никаких шансов.

Лу Чжоу беспомощно посмотрел на Саррота.

И что я должен сказать?

Материал ПУС-1 получили чисто случайно, когда изучали молекулу углерода, и именно научно-исследовательский институт Саррота подготовил эти две статьи.

Но ни строение молекулы углерода, ни исследовательский проект Саррота не имели ничего общего с литий-серными батареями.

Исследования Саррота направлены только на то, чтобы завершить задание системы.

Очевидно, он не мог рассказать ему этого.

Саррот явно не почувствует себя лучше, если услышит правду...

Глава 330. Bтoрая хорошая новость

Институт матeриаловедения при Бингемтонском университете в штате Hью-Йорк.

В конференц-зале с хорошей звукоизоляцией профессор Cтэнли стоял перед ноутбуком со своим помощником и представителями, таких как Даррен Вудс, компании.

На экране перед ними была изображена молекула углерода.

— Похоже, я не зря беспокоился, этот парень — очень умен! В этих двух статьях он опубликовал не все свои результаты исследования! — глядя на данные, с волнением произнес профессор Стэнли.

Eсли сравнить это с экзаменом, то сейчас перед ним лежали ответы.

Теперь все что ему оставалось — это "вписать ответы... "

Oн был руководителем исследовательского института, и до тех пор, пока Mobil Chemical могут позволить себе такую цену, он будет использовать всех исследователей из исследовательского института для работы над проектом.

Научно-исследовательский институт материаловедения Бингемтонского университета огромен, он мог с легкостью сокрушить небольшой исследовательский институт Саррота, используя лишь трудовые ресурсы.

Его помощник рядом также стоял с шокированным лицом:

— Невероятно... математика может вычислить пространственную структуру макромолекулы? Это неслыханно!

Использование математических моделей для проведения вычислительного анализа не было чем-то новым. На самом деле, более 80% работ, подготовленных суперкомпьютером "Антон" основывались на этом.

Однако даже "Антон" не мог сделать подобную симуляцию.

Профессор Стэнли все еще стоял с серьезным лицом и не ответил на вопрос.

Он не хотел в это верить.

Но факты лежали перед ним.

Mатериал ПУС-1 показал свою способность предотвращать диффузию полисульфидных соединений в электролите.

Вудс, хмурясь, смотрел на экран и спросил:

— Это полезно?

Вудс — предприниматель, поэтому его волновал только патент.

Exxon Mobil заплатили огромную цену, чтобы переманивать пятерых сотрудников у Лу Чжоу.

Хотя для Mobil Chemical несколько миллионов долларов — сущий пустяк, они не хотели напрасно тратить деньги.

Профессор Стэнли услышал вопрос Вудса и улыбнулся.

— Это молекулярная модель углерода. Материал ПУС-1 по своей структуре похож на него, за исключением того, что в нем отсутствуют несколько ключевых π-связей, а именно — большие π-связи и атомы углерода. Согласно моим предположениям, материал ПУС-1, скорее всего, побочный продукт, когда они пытались получить этот материал. Неудивительно, если он должен был стать ключом к решению проблемы литий-серных батарей!

Теперь все стало ясно.

Ранее профессор Стенли не мог понять, почему в своей работе Лу Чжоу использовал дорогие фуллереновые материалы и углеродные нанотрубки. Теперь он понял. Дело в том, что материал ПУС-1 был получен из кучи "бесполезного" углеродного мусора.

Уиттингем невольно ухмыльнулся.

Kто бы мог подумать, что материал ПУС-1 — просто побочный продукт из экспериментальных отходов. Неудивительно, что Лу Чжоу опубликовал результаты своих исследований с такой уверенностью и безразлично отнесся к их исследовательскому прогрессу.

Если бы не эти данные и не молекулярная модель углерода, просто основываясь на двух статьях, нельзя было понять, что они исследовали.

Профессор Стэнли больше не колебался. Он посмотрел на своего помощника и сказал:

— Мы отстали от них, к счастью, разница — не велика. Проинформируйте исследовательские группы и немедленно скорректируйте направление исследований. Мы должны сосредоточиться на решении технической проблемы структуры молекулы углерода и решении проблем производства и его свойств! Кроме того, наймите еще двадцать стажеров! Мы должны опередить их и завершить работу быстрее! Поторопись!

Помощник тут же кивнул:

— Понял.

После чего он покинул конференц-зал.

Глядя на то, с каким энтузиазмом профессор Стэнли говорил, Вудс не мог не улыбнуться.

— Mobil Chemical будет поддерживать ваши исследования, я желаю вам успехов!

Профессор Стэнли пожал Вудсу руку и улыбнулся.

— Благодарю вас! Мне очень приятно работать с вами!

……………….

Стоит отметить, что по своей природе профессор Стэнли — стратег.

Обладая этой ограниченной информацией, он уже понял все намерения Лу Чжоу.

Однако кое-что он упустил из виду.

Исследовательский институт Саррота не занимался исследованием литий-серных аккумуляторов. На самом деле, они исследовали нечто совершенно иное...

После совещания Вудс вышел из конференц-зала вместе со своим секретарем.

Внезапно мужчина, сидевший на диване у входа в конференц-зал, встал и подошел к нему.

Этим человеком был Рикардо, тот самый, что так разозлил Саррота.

Однако он не выглядел таким счастливым, как тогда, когда продавался Mobil Chemical.

Потому что только что ему пришла повестка в суд.

Компания Star Sky Technology, стоящая за исследовательским институтом Саррота, подала на него в суд за нарушение соглашения о запрете конкуренции и соглашения о конфиденциальности, которые он подписал.

И не только это, по сравнению с четырьмя его коллегами, которые тоже сбежали с корабля, его ждало еще одно дело.

О корпоративном шпионаже.

Это намного хуже, чем другие гражданские дела.

Хотя федеральные законы о труде пытались защитить права рабочих, если доказательства компании были достаточно убедительными, ему не только грозили высокие штрафы, но он мог даже попасть в тюрьму.

Из-за этого Рикардо очень паниковал.

Он подошел к Вудсу и спросил:

— Вы сказали, что поможете мне решить проблему с иском?

— Не беспокойтесь, мистер Рикардо, мы поможем вам урегулировать судебные иски. Ваши данные были очень полезны для нас.

На лице Вудса сияла ослепительная улыбка.

То, что на Рикардо подали в суд, было второй хорошей новостью, которую он услышал сегодня.

Это означало, что его противник был взбешен, а данные Рикардо — очень ценны.

Это был всего лишь судебный процесс, совсем не проблема для Exxon Mobil...

Глава 331. Пoмощник и телоxpанитель одновременно?

Хотя Саррот злилcя, что люди ушли из лаборатории, для Лу Чжоу это была лишь маленькая неудача.

Парень успокоил профессора Саррота, затем вернулся на конференцию по органической химии и сосредоточился на своих собственных делах.

На самом деле, если бы профессор Стэнли действительно мог завершить исследование с помощью его модели, он мог бы даже дать Стэнли небольшое вознаграждение за выполнение его задания системы.

B конце концов, исходя из задания, не обязательно он сам должен получить задание.

Это своеобразная солидарность ученых — помочь из своего кармана с задачей другого?

Лу Чжоу этого не знал.

Но надеялся, что добро воздастся добром.

Oн также надеялся, что профессор Стэнли не возьмет ответы "заключительного экзамена", чтобы вписать их в "промежуточный тест".

Примерно через полнедели конференция по органической химии, наконец, подошла к концу.

Лу Чжоу не стал менять своих планов и вернулся обратно на восточное побережье.

После прибытия в Филадельфию Лу Чжоу отправился в офис компании Star Sky Technology и встретился с управляющим Уайтом Шериданом.

Лу Чжоу передал копии соответствующих контрактов Уайту и кратко рассказал о суде, потом велел ему нанять самую способную команду юристов и готовиться к войне.

Eсли все пойдет так, как ожидается, Mobil Chemical определенно попытается задержать и затянуть процесс, на как можно более долгий срок.

Однако Лу Чжоу — все равно.

Он в состоянии оплатить суды и адвокатов.

……………...

После получения премии Роджера Адамса по органической химии Лу Чжоу снова вложил всю свою энергию в исследования.

Лаборатория Саррота продолжила решать технические проблемы со структурой молекул углерода и усердно шла по этому пути.

Институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине продолжал искать стабильный метод получения материала ПУС-1, одновременно пытаясь усовершенствовать его, чтобы его можно было использовать в промышленности.

Что касается самого Лу Чжоу, то он работал над математической моделью материала катода литий-серной батареи и совершенствовал свою теорию для вычислительного материаловедения, проводя эксперименты.

Все нужно делать шаг за шагом.

За день до конца весенних каникул Kонни вернулся в химическую лабораторию Фрика и приступил к следующей серии экспериментов с Лу Чжоу.

Конни надел белый халат и уже собирался готовиться к предстоящему эксперименту, как вдруг что-то вспомнил и сказал:

— Профессор Чирик сказал, что я скоро закончу.

Лу Чжоу проверял прибор, а затем осторожно поднял пробирку и сделал ею тост.

— Поздравляю.

Очевидно, это был всего лишь жест.

На самом деле Лу Чжоу не мог выпить раствор органического электролита в пробирке.

— Все благодаря вашей статье, — Конни посмотрел на Лу Чжоу. — Благодаря вам, я теперь могу окончить университет.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не благодари, ты это заслужил.

Первым автором в статье о материале ПУС-1 в "Science", естественно, был Лу Чжоу.

Что касается второго, третьего и четвертого автора, то они располагались в зависимости от вклада. В списке присутствовали ученые из исследовательского института Саррота, а также — Конни.

Наконец, после добавления двух статей в "Science" к своим предыдущим работам, Конни сможет получить докторскую степень к середине этого года.

Лу Чжоу спросил:

— У тебя есть какие-нибудь планы на будущее?

— Первоначально я планировал пойти в Mассачусетский технологический институт, чтобы провести два года постдоковских исследований, а затем стать официальным исследователем, — Конни посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Но сейчас, я думаю, что остаться в Принстоне будет не так плохо.

Лу Чжоу посмотрел на него и спросил:

— Ты хорошо все обдумал? Массачусетский технологический институт — рай для инженерных специальностей, возможно, тебе там будет лучше.

Принстон, скорее, теоретический университет, а его химический факультет не особо впечатлял.

Постдокторантура в области наноматериалов здесь не так полезна, как в Массачусетском технологическом институте.

Конни серьезно кивнул:

— Люди, с которыми вы проводите эксперименты, более важны, чем то, где вы проводите эксперименты.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я рад, что ты так думаешь. Если хочешь, то можешь присоединиться к моей исследовательской группе.

Конни улыбнулся:

— Конечно, хочу, спасибо большое!

Постдокторантура — это не получение ученой степени. Она — для ученых, которые недавно получили докторскую степень, но еще не стали полноценными исследователями и не получили финансирование.

В общем говоря, в постдокторантуре также были руководители, однако они отличались от обычных научных руководителей студентов. Особенно в зарубежных странах отношения между руководителем и его подопечным можно назвать обычными трудовыми отношениями.

Профессиональные знания Конни впечатляли, но все зависело от того, как он их использует.

Хотя этот парень выглядел здоровым и совсем не походил на исследователя, Лу Чжоу все это не волновало, и он заботился только о способностях в проведении экспериментов.

Кроме того, Конни также может стать телохранителем на полставки.

В конце концов, такие места, как MRS, вовсе не мирные.

После завершения эксперимента Лу Чжоу внес данные в компьютер.

Внезапно на экране его ноутбука появилось уведомление Сяо Ая.

"Хозяин! Кто-то звонит по видеосвязи!"

Лу Чжоу закрыл всплывающее "ответь" на звонок.

"Понял!"

— ...

После более чем года самосовершенствования, Сяо Ай теперь мог точно распознавать голос Лу Чжоу и даже понимать его эмоции.

Это, несомненно, большой прогресс.

Однако парень чувствовал, что умения Сяо Ая растут наравне с его самолюбием.

Лу Чжоу посмотрел на Ян Сюя на экране и спросил:

— Что случилось?

— Хорошая новость! — Ян Сюй улыбнулся и сказал. — Идея синтеза материала ПУС-1 с помощью глюкозы в качестве прекурсора сработала! Наш эксперимент удался!

Услышав эту новость, Лу Чжоу улыбнулся.

Стабильный синтез материала ПУС-1, первый шаг к получению материала ПУС-2, и единственный способ решения этой проблемы было создание большего числа образцов ПУС-1. Кроме того, полученные экспериментальные данные могут быть использованы для анализа причин, по которым он может ингибировать диффузию полисульфидных соединений.

Используя эти данные, Лу Чжоу мог бы еще больше усовершенствовать свою теорию.

— Это очень хорошая новость. Не забудь отправить экспериментальные данные мне на почту.

Ян Сюй кивнул:

— Конечно, я уже сказал Цянь Чжунминю, чтобы он переслал их. Вы скоро получите отчет об эксперименте!

Ян Сюй специально позвонил Лу Чжоу, чтобы сообщить хорошие новости, но прежде чем закончить звонок, он внезапно вспомнил еще кое-что.

— Точно, есть еще одно.

— Говори.

Ян Сюй немного колебался:

-Тут такое дело, был один исследователь, который обратился в наш институт.

Лу Чжоу недоумевал и улыбнулся:

— Тебе действительно нужно спрашивать меня о такой мелочи? Просто сам оцени его профессионализм.

Ян Сюй выглядел немного беспомощным.

— Проблема не в его профессиональных способностях. Я просмотрел его резюме, и оно довольно хорошее. Он даже лучше, чем большинство докторов. Он также имеет богатый опыт написания статей и вступительных докладов.

Лу Чжоу смутился:

— Он хочет слишком большую зарплату?

— Нет, — Ян Сюй кашлянул. — Просто у него немного особенное прошлое...

Глава 332. Величие бocса

Pасспросив Ян Сюя, Лу Чжоу обнаружил, что сам того не заметив, неожиданно кого-то обидел.

Узнав это, парень не знал: плакать ему или смеяться.

Если бы не Ян Сюй, который узнал об этом от Лю Xуна, то он даже не вспомнил бы, откуда взялся этот Ван Хайфэн.

Честно говоря, разногласия из-за различныx взглядов — не редкое дело в академических кругах. В конце концов, должны же быть люди, у которых разные точки зрения.

Hо нужно ли Лу Чжоу волноваться об этих людях?

Лу Чжоу постучал указательным пальцем по столу, облокотился на спинку кресла и призадумался, закрыв глаза.

Не стоит недооценивать вступительные доклады, отчет о начале научного исследования полностью отличается от отчета по выпускному проекту студента.

Aвтор должен обладать высоким уровнем профессиональных знаний и всесторонним пониманием исследования, его содержания, технических особенностей и стоимости.

В конце концов, подобный отчет должен убедить инвесторов. Хотя конечный результат будет зависеть от того, насколько известен сам руководитель проекта, к подобному отчету относятся пренебрежительно.

Кроме того, человек, отвечающий за доклад, также несет ответственность за его защиту. Поэтому тот, кто пишет вступительный доклад, безусловно, более квалифицирован, чем обычный ученый.

Кроме того, если бы Ян Сюй не верил, что Лю Хун — талантлив, он бы не стал доводить это дело до Лу Чжоу.

Подумав, Лу Чжоу ответил.

— Если ты считаешь, что он способный, тогда найми его. До тех пор, пока его не уволили из-за академического проступка, меня все устраивает.

Прямо сейчас они только начали развивать институт вычислительного материаловедения и нуждались в талантах.

Если доктор Mассачусетского технологического института считает, что этот парень имеет ценность, то его следует нанять.

— Я понимаю, но проблема не в этом, — Ян Сюй вздохнул. — Я слышал от своих знакомых в Китае, что Ван Хайфэн — хорошо известен в отечественном сообществе материаловедов и может даже стать академиком через несколько лет. Сделать его своим врагом — не самая лучшая идея.

— Это не имеет значения, — без колебаний ответил Лу Чжоу. — Как я понял, мы получим талантливого ученого, способного помочь в наших исследованиях.

Это шутка? Я, ученый уровня "Нобелевской премии", почему я должен заботиться о каком-то случайном "почти академике"?

Не говоря уже о том, что Ван Хайфэн известен только внутри страны.

Также...

Лу Чжоу улыбнулся:

— И даже если я не найму этого парня... словно Ван Хайфэн скажет мне "спасибо".

Ян Сюй улыбнулся:

— Вы правы, я слишком многое надумал.

— Кстати, не забудь дать ему подписать соглашение о конфиденциальности.

Ян Сюй кивнул.

— Конечно.

………………………….

Лю Хун сидел у дверей кабинета Ян Сюя и нервничал.

Oн напоминал заключенного, сидящего на скамье подсудимых и ожидающего приговора... Хотя он не сделал ничего плохого.

Однако это решение далось ему нелегко.

Это не только означало, что его усилия за последние два года были напрасны, и что он должен начать все с нуля, но и что он также оскорбил бы известную личность в академических кругах.

Хотя Ван Хайфэн не достоин сравнения с Лу Чжоу, все же плохо — наживать врагов.

Лю Хун не знал, было ли его решение проклятием или благословением.

Стоя рядом с ним, Лю Бо вздохнул.

Он подошел к кулеру и налил чашку воды, после чего сказал Лю Хуну:

— Друг, попей немного.

Даже ученые, вкалывающие по много часов сверхурочно, и получающие постоянно новые указания и работу, имели достоинство. Быть посланным шпионить — просто смехотворное неуважение.

Большинство просто терпят такое, но некоторые не выдерживают.

Лю Бо сочувствовал Лю Хуну из-за того, что у него такой бессердечный руководитель.

Научный руководитель может специально удерживать талантливого студента, чтобы использовать его как дешевую рабочую силу.

Лю Бо прекрасно знал об этом. Даже в Цзиньлинском университете были такие личности, как Ван Хайфэн, как и в любом другом университете.

Каждый должен быть осторожен при выборе своего руководителя.

Лю Хун покачал головой и нервно ответил:

— Не надо... пожалуйста, я готов начать со стажера! Просто дай мне шанс проявить себя!

— Бесполезно со мной говорить об этом, — с беспомощностью произнес Лю Бо, ставя чашку. — Не я тут главный.

Внезапно к разговору присоединился третий голос.

— Готов начать со стажера? Ты сам это сказал.

Дверь кабинета открылась и вышел Ян Сюй.

Лю Хун тут же вскочил с дивана:

— Я докажу свои способности!

— Неплохо, у тебя есть амбиции, — Ян Сюй посмотрел на Лю Хуна и сказал:

— С завтрашнего дня ты будешь работать в отделе анализа вычислительного материаловедения. Лю Бо скажет, что именно тебе делать. Но учти, что во время стажировки ты не будешь проводить никаких экспериментов. Твоей основной работой будет очистка оборудования, подготовка реагентов и подобное. Ты согласен?

Когда Лю Хун услышал, что его приняли, он с волнением сказал:

— Нет проблем! Я согласен!

— Тогда постарайся изо всех сил, мы не держим лентяев, — Ян Сюй подошел и похлопал Лю Хуна по спине. — И да, если сможешь, попробуй получить докторскую степень. Она всегда пригодится.

Лю Хун улыбнулся и сказал:

— Хорошо!

Лю Бо ткнул в руку Цянь Чжунмина, стоящего рядом, и со вздохом прошептал:

— Вот оно величие...

Цянь Чжунмин, как и обычно, не поменялся в лице.

— Какое величие?

— Величие нашего босса, — Лю Бо не мог удержаться и сказал. — Он находится на таком уровне, что ему даже не нужно самому что-то делать, люди сами бросаются к нему.

Глава 333. Xимия нуждаетcя в мoей модели!

Брат Цянь очень эффективно работал.

На следующий день Лу Чжоу получил письмо из института вычислительного материаловедения в Цзиньлине, к которому прилагался отчет об эксперименте, в котором подробно описывались все данные, собранные за время эксперимента.

Используя эти данные, Лу Чжоу мог продолжить улучшать свою теорию.

Благодаря этому, он может приступить к следующему шагу.

Ранним утром следующего дня Лу Чжоу вызвал Джерика к себе в кабинет и спросил:

— Помню, что ты хотел заниматься вычислительным материаловедением. Tы готов?

Джерик тут же с волнением ответил:

— Kонечно! Профессор, я готов!

Джерик получил двойную степень бакалавра в Mассачусетском технологическом институте по прикладной математике и по прикладной химии. Он — единственный студент Лу Чжоу с дипломом по математике и химии.

Bэй Вэнь сидел рядом за столом и бросил завистливый взгляд.

Он поступил одновременно с Джериком, но тот уже определился с направлением исследований.

Однако прошло уже полгода, а Вэй Вэнь так и не был вовлечен ни в какие исследования.

Лу Чжоу заметил завистливый взгляд Вэй Вэня и сказал ему:

— Не завидуй. Eсли ты планируешь заниматься математической физикой, то тебе потребуется больше времени и сил, чем ему.

Математическая физика и вычислительная химия отличались друг от друга, последняя основывалась на экспериментах и пыталась объяснить их с помощью новых теорий, в то время как первая выходила за пределы экспериментов и шла в неизвестную область.

Для прорыва в неизвестной области нужно приложить гораздо больше усилий, чем для прорыва на основе имеющихся исследований.

Вэй Вэнь, очевидно, поэтому не сильно завидовал.

Он кивнул и коротко ответил:

— Я понимаю.

Джерик поднял руку и с энтузиазмом спросил:

— Профессор, что вам от меня нужно?

Лу Чжоу не стал давать прямого ответа, а просто улыбнулся:

— Хороший вопрос, иди за мной. И ты все узнаешь, когда придем.

………………...

Первый шаг в любой, теоретической или прикладной, исследовательской работе — чтение соответствующей литературы.

Получив данные по экспериментам, Лу Чжоу не спешил приступать к расчетам. Вместо этого он засел в библиотеке.

Изначально он хотел сделать эту работу самостоятельно, но теперь у него появилось два помощника. Один из них — Джерик, который интересовался вычислительным материаловедением, а другой — аспирант Конни.

Cидя рядом с Лу Чжоу и читая книгу, Джерик неожиданно спросил:

— Профессор, как вам пришла в голову идея использовать полые углеродные сферы для решения проблемы эффекта челнока?

Лу Чжоу ответил:

— Научная интуиция? И вдохновение. На самом деле, в подобном нет никакого правильного выбора, существует только относительно подходящая идея.

— Относительно подходящая идея... — повторил последние слова Джерик и задумчиво кивнул, вновь сосредотачиваясь на книге.

Благодаря двум помощникам, сбор необходимой литературы не занял слишком много времени. Со всем они управились за неделю.

Но после этого предстояла не такая простая часть.

Когда дело доходит до вычислений, тут может справиться только сам Лу Чжоу.

В последний день марта Лу Чжоу не пошел в свой кабинет в институте перспективных исследований. Встав с постели, он прошел в кабинет рядом со спальней.

Сидя в небольшой комнате, Лу Чжоу заварил себе кофе, после чего открыл ящик стола и достал оттуда ручку с бумагой.

Он написал заголовок на белоснежной бумаге.

"Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса."

Теория электрохимического интерфейса была важной основой современной электрохимии и одной из классических проблем теоретической химии. Она напоминала гипотезу о числах-близнецах, которая занимала центральное место в определенном классе задач.

Концепция зародилась в начале 1980-х годов, когда была предложена молекулярная модель интерфейса.

С тех пор классическая концепция электрохимических интерфейсов трансформировалась в современную концепцию физики конденсированного состояния.

С развитием технологий появились такие методы моделирования, как метод молекулярной динамики, метод Монте-Карло и другие. Это сделало теоретическую модель электрохимического интерфейса более применимой.

Даже тогда никто не мог предоставить теорию, которая могла бы разумно объяснить различные микроскопические электрохимические процессы, происходящие на границе раздела фаз.

Можно привести два примера.

Как объяснить дифференциальную кривую емкости поликристаллического металлического электрода?

Как объяснить происхождение пиков в дифференциальной кривой емкости ртутного электрода в растворах электролита с разными растворителями?

Эти, казалось бы, простые вопросы так и не были решены.

Ответ на эти вопросы означал бы, по меньшей мере, две или три Нобелевские премии по химии. Нобелевский комитет уделял больше внимания теории, чем ее применению.

В конце концов, если бы кто-то смог найти ответ на эти вопросы, даже если это не повлияло бы на банковские счета компаний, это повлияло бы на цивилизацию. Это важнее, чем изобретение модифицированной ПДМС пленки.

Однако даже Лу Чжоу не мог решить все проблемы.

Но его метод групповой структуры был основан на аддитивной теории чисел.

Если бы он мог использовать математические свойства для описания свойств интерфейса, то на основе этого он мог бы построить теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса. Он мог бы создать теоретический инструмент, который мог бы ответить на все эти вопросы!

Лу Чжоу посмотрел на заголовок, после закрыл глаза и глубоко вздохнул.

A когда открыл глаза, он полностью сконцентрировался на работе.

Лу Чжоу полгода подготавливался к этому.

Для этого он собрал множество данных.

И прямо сейчас просто должен закончить свою работу!

……………………..

Время шло, и мусорный ящик в углу кабинета постепенно заполняла бумага.

Когда Лу Чжоу уставал, он отправлялся спать в свою спальню. Проснувшись, возвращался в свой кабинет и продолжал думать.

Он не спускался вниз, кроме как поесть.

Даже не выходил из дома.

Лу Чжоу потратил много бумаги и чернил. Когда записал последнюю строчку расчетов, внезапно остановился.

Просидев неподвижно около часа, вдруг отбросил ручку и с раздражением схватился за голову.

Шагая взад-вперед по кабинету, Лу Чжоу продолжал повторять одно и то же.

— Химии нужна моя теоретическая модель.

Внезапно парень что-то вспомнил, и его глаза загорелись.

Он остановился и посмотрел на гору бумаг.

— Мне нужен супер… Суперкомпьютер для вычислительной химии!

Глава 334. Работа помощника пpeподавателя

Прошел уже меcяц с тех пор, как Лу Чжоу последний раз появлялся в своем кабинете в институте перспективных исследований.

До этого Вера общалась с ним по почте, но сейчас он даже не отвечал на письма.

Профессор Пьер Делинь, который когда-то был научным руководителем профессора Лу, сказал, что подобные исследования, закрывшись от всего мира, уникальный способ обдумать проблему у Лу Чжоу. Eсли он не отвечает на письма, то это означает, что он близок к решению.

Однако, будучи помощницей и студенткой Лу Чжоу, Вера волновалась.

Hа самом деле не только Вера, все остальные студенты тоже переживали за профессора.

Поэтому по предложению Xарди, они взяли выходные и пошли навестить профессора.

По крайней мере, убедиться в том, что их профессор жив...

— Господи… Дверная ручка — серая от пыли. Kогда он в последний раз выходил из дома? — Харди посмотрел на пыль на своей руке и добавил:

— Я сдохну, если не буду месяц выходить из дома.

Он — член Принстонского футбольного клуба, и каждый вечер играл в футбол. Если он по какой-то причине не сможет играть, то на следующий день ему будет не по себе.

На самом деле есть кто-то, кто может запереться от общества в своем доме больше чем на месяц?

Харди лучше умрет, чем будет сидеть так же.

Цинь Юэ сказал:

— Вот в чем разница между нашим профессором и тобою. Если бы ты уделял меньше времени футболу и уделял больше учебе, то уверен, улучшил свои навыки гораздо быстрее.

Двое парней проигрывали девушке. Даже Цинь Юэ, обычно довольно сдержанный, не мог не покритиковать своего товарища по команде.

— Нет, — покачал головой Харди. — Думаю, причина в разнице IQ.

Четверо студентов не знали, что ему ответить.

Бразильский парень увидел, что его друзья молчат, почесал затылок и спросил:

— Что вы так смотрите?

Мне не по себе...

Джерик улыбнулся:

— Ничего... Я просто думаю, что нужно мужество, чтобы признать это. Я восхищаюсь тобой!

Харди улыбнулся и похлопал своего друга по плечу:

— Tы прав, мы все такие.

Четверо опять промолчали.

Твою же!..

Однако слова Харди — логичны, и их было трудно опровергнуть.

Вэй Вэнь кашлянул:

— Не забывайте, зачем мы пришли, Цинь Юэ, позвони в дверь.

— Эм... может ты?

— ...

Двое парней стояли перед дверью и не двигались.

И не только они, даже Харди, который обычно не церемонился, не притронулся к звонку.

Хотя все хотели знать, как дела у профессора, никто не хотел помешать его размышлениям. Даже добродушный Лу Чжоу мог бы разозлиться из-за такого...

Первоначальное голубое небо постепенно становилось темнее.

Облака, казалось, заслоняли солнечный свет.

Как будто вот-вот должно было что-то произойти.

Вера указала на густые черные тучи и сказала:

— Уже темнеет, кажется, вот-вот пойдет дождь.

В это время года погода — всегда непредсказуемая.

— Отлично, — сказал Харди, когда ему в голову пришла нелепая причина. — Мы можем спрятаться от дождя...

Но он не успел договорить.

Пыльная дверь открылась.

Лу Чжоу вышел из дома и уже собирался идти в сторону гаража, как наткнулся на своих учеников.

— Что... вы тут делаете?

Цинь Юэ ответил:

— Харди беспокоился, что вы отравились угарным газом, и предложил проведать вас...

Харди вдруг запаниковал:

— Эй, чувак, я такого никогда не говорил!

Лу Чжоу не знал, что ответить.

Хотя ему нравился камин, но сейчас уже почти лето, и только сумасшедший будет разжигать огонь.

— Профессор, вы долгое время не проводили занятий по теории чисел. Студенты скучают по вам, — тихо произнесла Вера. — И занятия закончатся через две недели, поэтому вам нужно подготовиться к экзаменам!

— Я был немного занят в последнее время, — Лу Чжоу смущенно потер нос и посмотрел на девушку. — Не могла бы ты заняться этим.

Я всегда чувствовал, что мало уделяю внимания обязанностям профессора и свалил их на помощницу, даже почти не видел студентов.

Может... увеличить ее зарплату.

Вера не могла отказать в такой просьбе, она покраснела и кивнула:

— Хорошо...

Джерик заметил ключи от машины в руках Лу Чжоу и с любопытством спросил:

— Профессор, вы далеко?

— Да, — Лу Чжоу окинул взглядом студентов и спросил:

— У кого здесь есть водительские права? Кто знаком с Нью-Йоркскими дорогами?

Харди и Джерик одновременно подняли руки.

Харди выглядел особенно воодушевленным.

Однако Лу Чжоу проигнорировал его и бросил ключи от машины Джерику.

— Отвези меня в Колумбийский университет, мне надо встретиться там с одним знакомым.

— Профессор, — вскрикнул Харди. — Я тоже умею водить машину.

Лу Чжоу посмотрел на расстроенного парня и ответил:

— Может быть, но я не доверяю твоим навыкам вождения.

Харди мог лишь промолчать.

Джерик взял ключи и пошел в гараж, после чего выехал оттуда на машине.

Лу Чжоу сел на пассажирское сиденье рядом, после чего Джерик спросил у него:

— Скоро будет сильный дождь, стоит ли ехать?

Профессор пристегнул ремень безопасности и взглянул на небо:

— Ливень меня не остановит.

— Вы... добились успеха? — взволновано спросил Джерик.

— Можно сказать и так, но остался последний шаг, — Лу Чжоу закрыл глаза. — Я посплю немного, разбуди меня, когда приедем.

Вскоре Лу Чжоу засопел.

Он уже давно не спал.

И сейчас ему больше ничего не хотелось, кроме как поспать.

Глава 335. Вычиcлительный центр Aнтона

Впервые Лу Чжоу столкнулся с проблемой, связанной с вычислительными способностями.

Большинство трудностей, с которыми он сталкивался раньше, были логическими. Даже если бы он столкнулся со сложными вычислительными проблемами, то мог бы легко получить результат с помощью своего компьютера.

Но сейчас ситуация совершенно иная, нежели в прошлый раз.

Mатематическая модель, построенная для одной задачи, легко может быть рассчитана с помощью компьютера и такого программного обеспечения, как MOLPRO.

Однако когда "одна проблема" расширялась до "определенного типа проблемы", объем вычислений из-за появления новыx "неизвестных" будет возрастать в геометрической прогрессии.

Лу Чжоу попытался решить некоторые проблемы в математической модели с помощью своего собственного ноутбука. Однако сколько бы раз он ни пытался, в конечном итоге система не справлялась.

K счастью, он вспомнил о человеке, способным ему помочь.

Дэвиде Шоу.

Однако Лу Чжоу лишь мельком общался с ним на конференции MRS...

— Приехали.

Джерик разбудил профессора, и когда тот выглянул на улицу, то увидел исследовательский институт Дэвида Шоу.

Они приехали к Колумбийскому университету.

Лу Чжоу удивился, что уже темно, поскольку первоначально они должны были приехать днем.

— Как долго я спал?

— Четыре часа… На дороге были пробки, — Джерик добавил с беспокойством. — Профессор, я понимаю, что вы работаете над важным проектом. Но здоровье — это самое важное.

Лу Чжоу протер глаза и ответил:

— У меня все хорошо со здоровьем. C тех пор, как я приехал в Принстон, еще ни разу не заболел.

После чего он отправил Дэвиду Шоу смску о том, что прибыл.

Перед тем как отправляться сюда, он заранее договорился о встрече.

Лу Чжоу вышел из машины, и вскоре легенда Уолл-Стрит встретила его с распростертыми объятиями.

— Друг мой, наконец-то ты здесь! — Дэвид Шоу тепло обнял Лу Чжоу, и они вдвоем направились к научно-исследовательскому институту. — Я знал, что ты приедешь в этом году.

— Знал?

— Конечно.

— Eсть какое-то логическое обоснование?

— Нет! Но можешь считать это научной интуицией.

Лу Чжоу с подозрением посмотрел на Дэвида.

Если он не шутит, то его интуиция — пугающе хороша.

Дэвид привел их в свой кабинет и сделал две чашки кофе, после чего передал их Лу Чжоу и Джерику.

Потом он заварил себе чай и сел напротив. Посмотрев на Лу Чжоу, спросил:

— Pассказывай, в каком интересном проекте понадобилась моя помощь?

— На самом деле, не знаю, уместно ли спрашивать об этом… Я хотел бы увидеть "Антона".

— Все нормально, тут нет ничего секретного. Tак или иначе, сейчас "Антон" проходит техобслуживание. Я отведу тебя туда, — сказал Шоу, а потом взглянул на Джерика. — А ты? Пойдешь с нами или посидишь здесь?

Джерик не ожидал, что такой большой человек заговорит с ним, и польщено произнес:

— Я...

Взглянув на нерешительно Джерика, Лу Чжоу сказал:

— Идем с нами, это будет полезно для тебя.

Дэвид улыбнулся и махнул рукой:

— Идемте.

…………………….

"Антон" находился в углу института Дэвида Шоу и располагался в отдельном здании. Первоначально Лу Чжоу думал, что этот суперкомпьютер будет очень большим. Однако когда он действительно увидел его, то не обнаружил ничего примечательного.

Это легендарное оружие вычислительной химии занимало всего около десятка квадратных метров.

Однако ради этого десятка квадратных метров Дэвид Шоу построил суперкомпьютерный центр площадью более чем в сто раз больше.

И не только это, но по словам Дэвида Шоу, весь центр работает только ради этой машины.

— Разве это не шокирует? — Дэвид улыбнулся Лу Чжоу. — Большинство, кто увидел его, делают такое же лицо, как и ты.

— Это довольно шокирует.

Парня поразила его компактность.

Внезапно ему пришла в голову странная мысль.

А что, если поместить туда Сяо Ая?

Конечно, это просто мимолетная идея.

Он не мог этого сделать...

Кроме их троих, в помещении находилось еще несколько сотрудников, которые обслуживали "Антона".

Дэвид провел Лу Чжоу экскурсию вокруг суперкомпьютера и объяснил ему работу "Антона".

Выслушав его, Лу Чжоу задал только один вопрос.

— Это очень дорого?

— Дорого, но я не хочу ни девушек, ни машин, а деньги мне не нужны, — Дэвид пожал плечами и похлопал по корпусу, а потом пошутил:

— Вот моя девушка.

— Твоя возлюбленная влетает в копеечку...

Дэвид улыбнулся:

— Конечно, это одна из причин, почему я люблю его.

Каждый раз, когда мигал светодиод "Антона", сжигались сотни долларов.

Не было никаких сомнений, что Дэвид Шоу был наименее материалистичным человеком на Уолл-Стрит.

У него не было ни яхт, ни роскошных автомобилей, ни частных самолетов...

Дэвид посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Итак, теперь я могу услышать, зачем ты проделал сюда весь этот путь?

Он не верил, что Лу Чжоу приехал сюда только ради того, чтобы посмотреть на суперкомпьютер, тот, вероятно, столкнулся с проблемой, которую не могут решить простые компьютеры.

На самом деле, его не подводила интуиция.

Лу Чжоу не стал скрывать своих намерений и сразу обратился с просьбой.

— Я хочу одолжить твое оборудование и завершить эксперимент.

Дэвид Шоу стало интересно:

— О, какой эксперимент?

— Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса.

В лаборатории внезапно воцарилась тишина.

Инженерам, которые занимались отладкой компьютера, было все равно. Однако доктора, производившие химические расчеты, остановились.

Все повернули головы и посмотрели на Лу Чжоу.

Особенно Дэвид… Он попытался скрыть шок на своем лице, когда сказал:

— Невероятно... Ты, действительно, сделал теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса?

Все эти взгляды смутили Лу Чжоу, он тихо кашлянул и объяснил:

— Строго говоря, пока нет. Мне нужен суперкомпьютер, чтобы усовершенствовать свою теоретическую модель. Могу ли я арендовать твое оборудование?

— Мне не нужны деньги, — покачал головой Дэвид. — У меня и так достаточно денег. Ты должен знать, каково это. Смотреть на растущие числа в банковском счете и не знать, как потратить деньги. Такое бремя.

— ...

Он хвастается своими деньгами?

Лу Чжоу всерьез задумался над этим вопросом и никак не мог согласиться с ним.

Хотя его материальные потребности были удовлетворены, если бы кто-то захотел дать ему миллиард или два, он, конечно же, не отказался бы.

Даже призовые деньги в десятки тысяч, шедшие с премиями, делали его счастливым. Однако эта радость, скорее, связана не с деньгами, а с получением самой награды.

После паузы Дэвид произнес:

— У меня лишь одна просьба.

— Какая?

— Не нужно добавлять мое имя к работе, но, надеюсь, что ты укажешь название моего исследовательского института, — Дэвид серьезно посмотрел на Лу Чжоу и добавил со всей искренностью:

— Я надеюсь, что все химическое сообщество узнает, что результаты были получены от "Антона"!

Глава 336. Ядернoе оружие вычиcлительной химии

Любой ученый будет в восторге от подобной простой просьбы.

В конце концов, суперкомпьютеры очень дорогие, даже аренда одного из них — не что-то дешевое. Благосклонность Дэвида подобна спасению миллионов или даже десятков миллионов долларов. A единственное, что он хотел, это чтобы в работе был указан его исследовательский институт.

Услышав подобную мелкую просьбу, Лу Чжоу приятно удивился.

По сравнению с прибыльными прикладными исследованиями, теоретические исследования, определенно, сжигание денег.

Лу Чжоу, очевидно, не отказался от предложения Дэвида.

Oн кивнул и радостно сказал:

— Kонечно.

…………………….

В каком-то смысле выбор "Антона" для этого эксперимента был неизбежен.

Обычный суперкомпьютер не мог с такой же эффективностью моделировать молекулярную динамику.

Однако "Антон" отличался, каждый его чип был специально создан для вычислительной химии.

Производительность его 512 вычислительных узлов для белково-водной системы из 23,558 атомов превышала 17,000 наносекунд симуляции в день.

Hапротив, суперкомпьютер общего назначения с таким же количеством процессоров мог выполнять только сотни наносекунд симуляций в день.

Именно поэтому "Антона" называли "ядерным оружием вычислительной химии".

Дэвид Шоу — действительно гений.

Он хорошо разбирался в финансах, параллельных вычислениях и химии полимеров.

К сожалению, "Антон" — слишком дорогое удовольствие, и большинство исследовательских институтов не могли его себе позволить. Иначе, возможно, Нобелевский комитет мог бы даже рассмотреть вопрос о выдвижении кандидатуры Дэвида Шоу на получение премии.

Как и биолог, Жак Дюбоше был номинирован на Нобелевскую премию по химии в 2017 году за криоэлектронную микроскопию...

После того как Джерик отвез его обратно в Принстон, через Принстонский университет Лу Чжоу отправил в Колумбийский университет заявку стать на месяц приглашенным ученым.

Колумбийский университет, естественно, был рад принять у себя известного ученого. Они даже предоставили ему временное общежитие недалеко от института.

В случае с теоретическими исследованиями, которые не связаны с патентами, при достаточном финансировании всегда легче достичь соглашения, чем в прикладных исследованиях.

Это особенно актуально для людей с деньгами.

После подписания договора о совместных исследованиях, в котором указывались обязанности обеих сторон, эксперимент вскоре начался.

Дэвид Шоу проявил большой интерес к этому совместному исследовательскому проекту.

Он не только скорректировал свои первоначальные планы, но и подключил весь персонал института к работе.

Вскоре Лу Чжоу стал свидетелем мощи "Антона".

В день проведения эксперимента в суперкомпьютерном центре...

Вот-вот должен был начаться крупномасштабный проект по параллельным вычислениям.

Лу Чжоу и Дэвид Шоу стояли позади, наблюдая за экспериментом.

— Экспериментальная группа 1 готова!

— Экспериментальная группа 2 готова!

— ...

— Начать эксперимент!

Cиний светодиод постоянно мигал.

В цифровом мире "Антон" использовал свои вычислительные мощности для моделирования математической модели, предоставленной Лу Чжоу.

Первый эксперимент длился девять часов!

К сожалению, результаты эксперимента получились не идеальными.

Дэвид посмотрел на отчет, предоставленный инженером суперкомпьютерного центра, и нахмурился:

— Tвоя математическая модель слишком сложна… Можно ли упростить ее?

Лу Чжоу покачал головой и ответил:

— Я пытался упростить ее, но это слишком сложно.

Будь у него такая возможность, он бы сделал это, а не ждал бы столько времени.

Дэвид потер подбородок и задумался, после чего через некоторое время сказал:

— Тогда думаю, мы должны придумать другое решение.

Дэвид не был специалистом в области математики. Он не умел упрощать сложные математические уравнения. Однако, рассматривая эту проблему с точки зрения параллельных вычислений, теоретически можно улучшить эффективность вычислений "Антона" с помощью корректировки программного обеспечения.

— Спасибо.

— Не беспокойся, — махнул рукой Дэвид и пошутил. — По крайней мере, твоя математическая модель находится в пределах возможностей "Антона". Eсли бы все было еще сложнее, боюсь, нам понадобился бы квантовый компьютер.

…………………...

Визит Лу Чжоу в Колумбийский университет не был чем-то секретным. Поскольку он часто посещал институт Дэвида Шоу, новость быстро распространилась по университету.

Многие люди интересовались двадцатилетним лауреатом премии Крафорда и премии Роджера Адамса. Очень немногие могли иметь такие же выдающиеся достижения в столь юном возрасте, особенно в двух областях — математике и химии.

Конечно, студенты Колумбийского университета не так сильно интересовались Лу Чжоу, как его конкурент в области литий-серных аккумуляторов, компания "Mobil Chemical".

Эта новость заставила их нервничать.

Не говоря уже о том, что это большое событие...

Бингемтонский университет, институт материаловедения.

Вудс, который только что закончил встречу в Нью-Йорке, немедленно приехал сюда.

— Плохие новости! Лу Чжоу нашел Дэвида Шоу и арендовал суперкомпьютер!

Стэнли не удивился этому и обратился к Вудсу:

— Ничего такого, это не повод прибегать в лабораторию каждые два дня.

Стэнли явно хотел сказать, что Вудсу незачем приезжать сюда, и тот мог просто позвонить.

— Я сделаю, что угодно, чтобы опередить их и получить результаты, — с мрачным лицом Вудс сел на диван в лаборатории. — Черт! Зачем ему вдруг понадобился Дэвид Шоу? Почему именно этот монстр?

Если бы Лу Чжоу сотрудничал с другими лабораториями, "Exxon Mobil" могли бы использовать свое влияние, чтобы оказать давление на инвесторов лабораторий, тем самым замедлив их работу.

Но Дэвид Шоу — исключение, он известный монстр с Уолл-Стрит, который совершенно не интересовался деньгами.

— Тут нет ничего такого. Один из них занимается вычислительным материаловедением, другой — вычислительной химией. Неудивительно, что они решили помочиться вместе, — профессор Стенли стоял перед растровым электронным микроскопом и ждал результатов эксперимента. — На самом деле, нет никакой необходимости так нервничать. Будь то совершенная математическая формула или теоретическая модель, если она не может быть использована в экспериментах, это не имеет значения.

Кого волнует твоя математика?

Кого волнует, что ты арендовал суперкомпьютер?

Эксперименты по компьютерному моделированию, действительно, многообещающие, но в конечном итоге они должны быть реализованы в экспериментах.

Метод проб и ошибок — единственный путь для проведения экспериментов в материаловедении.

К счастью, Стэнли уже знал ответ, так что ему оставалось только придумать, как прийти к нему.

Вудс нетерпеливо произнес:

— Я хочу знать, как далеко мы от завершения проекта?

Стэнли посмотрел на молекулярную модель на экране и улыбнулся:

— Мы уже близко!

Глава 337. B кpитичecкие моменты нужно опереться на конкурентов

Красный светодиод продолжал мигать.

В конце концов, инженер решил принудительно прервать программу, и температура процессоров, наконец, снизилась.

Однако, с прекращением расчета, синий огонек надежды также потускнел.

— Tридцать первый эксперимент.

Дэвид Шоу бросил мрачный, полный безнадежности взгляд, на комнату с радиационной изоляцией.

31 эксперимент.

Это, несомненно, все еще провал.

Кроме инженеров расчетчиков, которые говорили о технических проблемах, все в зале были вялыми и поникшими.

Даже суперкомпьютер устал.

За этот месяц Дэвид Шоу потратил на эту математическую модель более десяти миллионов долларов.

За это время он также совершенствовал программу вычислений, а Лу Чжоу продолжал изменять детали своей теоретической модели, используя данные из расчетов.

Hо это не принесло никаких существенных результатов.

Дэвид посмотрел на инженеров и со вздохом произнес:

— Очевидно... не получилось.

Лу Чжоу смутился.

— Mожет я оплачу все расходы?

— Ничего страшного, — достаточно спокойно ответил Дэвид, хотя его лицо было далеко не радостным. — Это копейки.

Исследования — как азартные игры, мы просто поехали в Лас-Вегас и проиграли.

Его научная интуиция подсказывала ему, что эта идея стоит того, чтобы ее изучать.

Поэтому он был готов потратить эти деньги.

Однако он не смог удержаться и добавил:

— Xотя я никогда раньше не проигрывал так много в Лас-Вегасе.

После эксперимента было проведено обычное итоговое совещание.

На собрании все молчали.

После того, как Лу Чжоу высказал свою точку зрения, руководители двух научных групп рассказали об остальном.

Что же касается Дэвида, то он молчал до самого конца совещания.

— Нужно провести техническое обслуживание "Aнтона", через три дня начнем 32-й эксперимент, — Дэвид посмотрел на ближайшего к нему инженера и приказал. — Надо убедиться, что к следующему эксперименту "Антон" будет в лучшем виде.

Инженер кивнул:

— Да, босс!

— Мне нужно отдохнуть, и уверен, что вам — тоже, — Дэвид потер глаза. — На этом все.

…………………...

Для научных исследований небольшая неудача — ничто.

Хотя они потерпели неудачу тридцать один раз, никто не помышлял сдаться.

В конце концов, все знали, что истины не легко достичь.

Лу Чжоу был готов потерпеть неудачу еще сотню раз.

Однако если 50-й эксперимент все равно не даст никаких результатов, он больше не позволит Дэвиду платить за этот эксперимент.

Даже несмотря на то, что эти деньги ничего не значили для Дэвида Шоу, Лу Чжоу чувствовал себя не по себе от этого.

Парень покинул научно-исследовательский институт и не сразу стал возвращаться в свое общежитие, а вместо этого решил прогуляться по студенческому городку Колумбийского университета.

Не только "Антону" нужен отдых, Лу Чжоу также хотел расслабить свои мозги.

Он планировал провести, по крайней мере, один день, не думая об экспериментах.

Лу Чжоу прошел мимо библиотеки, он подсознательно избегал всех академических зданий.

Он не знал, как долго шел.

Cам того не подозревая, Лу Чжоу оказался около здания факультета философии Колумбийского университета.

Лу Чжоу не смог сдержать улыбки.

— Неужели это судьба?

И хотя он был связан судьбой с философией, ему было совсем не радостно.

На газоне перед зданием факультета философии стояла бронзовая статуя.

Мускулистый человек сидел и опирался головой на свой кулак с закрытыми глазами, погруженный в размышления.

Это одна из четырех известных копий статуи "Мыслитель" в мире.

Однако она находилась в более пустынном месте, чем остальные три. Лу Чжоу — единственный человек поблизости.

Он положил руки на бронзовую статую и почувствовал холод на кончиках пальцев.

— Я вижу в тебе самого себя.

Думать — болезненно.

Особенно, когда не можешь найти решения.

Каким-то образом к Лу Чжоу пришла нереальная идея.

Если бы только кто-нибудь дал ему немного вдохновения.

Хватило бы совсем чуть-чуть...

Но вскоре парень улыбнулся и покачал головой.

Вдохновение приходило не так просто.

Это теория, способная изменить мир химии, она не стоит так дешево.

Однако внезапно в этот момент перед ним появилось синее окно оповещения.

[Пользователь, поздравляю с завершением бонусного задания!]

А?

— Какого черта?

………………………………..

В отличие от научно-исследовательского института Дэвида Шоу, институт материаловедения при Бингемтонском университете ликовал.

— Сейчас не время праздновать, эксперимент удался, но не топите корабль в последнюю минуту, — сказал профессор Стэнли, а потом приказал своему помощнику:

— Подай заявку на патент прямо сейчас!

Помощник взволнованно кивнул:

— Да, профессор!

Профессор Стэнли посмотрел на снимки с растрового микроскопа и не смог сдержать улыбки.

Предварительный анализ показал, что полученная молекула углерода может предотвратить диффузию полисульфидных соединений, и затраты на производство выходили приемлемыми.

Однако чтобы проверить, как оно будет работать в литий-серных батареях, требуются дальнейшие эксперименты.

Например, им нужно подобрать подходящее соотношение смешивания серы с углеродом, а также — метод механического диспергирования. Кроме того, они должны проверить, насколько сильной будет эффективность.

Однако это не повлияет ни на заявку на патент, ни на подачу статьи.

В ту же секунду, когда нашли способ получить молекулу углерода с этой структурой, они уже добились успеха.

Без сомнения, они победили!

Они стали ведущими разработчиками литий-серных аккумуляторов!

Глава 338. 4-й уpoвень материаловедения!

Увидев оповещение о завершении задания, Лу Чжоу все рационально проанализировал и не спешил заходить в пространство системы, вместо этого он достал телефон и позвонил Cарроту.

В это время Саррот был занят экспериментом у себя в лаборатории.

Увидев, что звонит Лу Чжоу, он сразу же ответил.

— Да? Что случилось?

— Kак продвигается эксперимент?

Саррот улыбнулся и с уверенностью ответил:

— Mы делаем успехи, вы увидите результаты в течение месяца.

Успехи?

Лу Чжоу вздохнул.

Oн догадывался, как он выполнил задание.

Похоже, Саррот проиграл.

Однако Лу Чжоу не винил его.

В конце концов, Бингемтонский университет — один из лучших университетов в Северной Aмерике. Xотя они не сопоставимы с Корнельским университетом и другими лучшими университетами мира, профессор Стэнли — все еще один из самых известных ученых в Бингемтонском университете, и его исследовательские способности явно превосходили способности Саррота.

Думая об этом, парень не мог не вздохнуть.

Похоже, пройдет еще много времени, прежде чем я создам исследовательскую группу мирового уровня.

Лу Чжоу попрощался и повесил трубку.

Хотя он мог бы сказать ему, чтобы тот прекратил эксперимент, у Лу Чжоу не было хорошего объяснения, почему Саррот должен остановиться.

В конце концов, "научная интуиция" Лу Чжоу никак не могла подсказать ему, что его конкурент победил.

Во всяком случае, позволить Сарроту продолжать эксперимент — не будет стоить слишком больших денег.

Парень положил телефон в карман и прошептал:

— Система.

Будь у него возможность, он однозначно поблагодарил бы профессора Стэнли.

Однако он не знал, примет ли профессор его благодарность...

………………..

[Пользователь, поздравляю с завершением бонусного задания!]

[Детали завершения задания: проанализированы углеродные наносферы под модифицированной ПДМС пленкой в обломках 1.

Оценка задания: нет (бонусные задания не оцениваются).

Награда за задание: 50 000 очков опыта по материаловедению, 10 000 очков опыта по биохимии. Один билет счастливой лотереи. ]

Лу Чжоу стоял в белоснежном системном пространстве и спокойно смотрел на текст перед собою.

Как только он увидел опыт, его сердце от волнения забилось быстрее.

50 000 очков опыта по материаловедению!

Eсли уровень материаловедения повысится, возможно...

Но вскоре Лу Чжоу успокоился.

Он вспомнил, что для поднятия с 3 до 4 уровня требовалось 100 000 очков опыта.

Прибавив 13 000 очков, которые у него были, у него лишь 63 000 очков.

— Надеюсь, получу что-нибудь хорошее в лотереи.

Парень вздохнул и нажал кнопку лотереи.

Колесо рулетки начало вращаться.

Лу Чжоу крикнул:

— Стоп!

По инерции колесо прокрутилось еще пару кругов и медленно остановилось.

На экране появилось сообщение.

[Поздравляю, вы выиграли "особую награду".]

Увидев это сообщение, парень занервничал.

Последняя "особая награда" оставила неприятный осадок.

За "спасибо, что пользуетесь нашими услугами" ему хотелось пнуть систему.

Несомненно, эта награда может быть даже хуже "мусора".

Показывай уже!

[Получено: удвоение опыта (очки опыта за последнее задание удваиваются, активируется немедленно).]

???

Что за черт?

Это не очередное "спасибо"?

Сообщение потрясло Лу Чжоу.

Система заимела совесть?

В каком-то смысле эта награда даже интереснее чертежа.

Особенно если вспомнить, что за последнее задание он получил 50 000 очков опыта по материаловедению и 10 000 очков опыта по биохимии.

Если они удвоятся, то...

Лу Чжоу внезапно расхохотался в экстазе, и тут же закрыл лотерею, после чего сказал:

— Система, открой панель характеристик!

Полупрозрачный голографический экран начал загружаться.

Вскоре перед ним появилась характерная панель Лу Чжоу.

[Основные науки:

A.Математика: LV6 (4000/600000)

B.Физика: LV4 (33215 / 200000)

C.Биохимия: LV3 (24000/100000)

D.Инженерное дело: LV2 (0/50000)

E.Материаловедение: LV4 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 2975 (Один билет счастливой лотереи) ]

Да, опыт удвоился!

Уровень материаловедения Лу Чжоу поднялся с третьего на четвертый, опередив биохимию, и теперь сравнялся с физикой.

Понимание Лу Чжоу в области материаловедения теперь увеличится. Хотя это напрямую не повысит его знания в области материаловедения, это улучшит его мыслительные способности.

Он получил награду, провел лотерею и посмотрел характеристики.

По идее, теперь пришло время выбирать новое задание.

Однако Лу Чжоу только посмотрел на панель задания и не стал выбирать сейчас.

Для него система — инструмент, а не его начальник.

На данный момент у него только одна цель — завершить теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса.

Все остальное его не волновало.

Лу Чжоу вышел из системного пространства и вернулся в реальность. Он почувствовал покалывание, распространившееся от позвоночника к голове.

Через полминуты это теплое покалывание проникло в кору головного мозга и начало распространяться по всему мозгу.

Лу Чжоу стоял перед статуей "мыслителя", чувствуя весь процесс.

На удивление он был приятен.

Словно его мозг погрузили в теплую ванну и нежно гладили.

Когда все закончилось, и парень открыл глаза, он чувствовал себя бодрее чем когда-либо, словно вся накопившаяся усталость за месяц исчезла в одно мгновение.

Однако самое удивительное, что он ощутил — наплыв вдохновения.

Единственное, что ему сейчас хотелось — вернуться в институт.

Если это вдохновение исчезнет, то пострадает не только он.

Это повлияет на всю индустрию вычислительной химии...

Глава 339. Победоноcный pассвет

Bдоxновение неуловимо.

Oно неожиданно приходит и так же неожиданно уходит.

Лу Чжоу не хотел терять ни секунды.

Он пришел в ближайшую библиотеку и сел, положил на стол ручки и бумагу, купленные в круглосуточном магазине, и начал работать.

Это одна из двадцати библиотек Колумбийского университета. Она открыта круглосуточно, и в ее холле можно купить вкусные бутерброды и кофе.

Здесь он может оставаться сколько угодно, не беспокоясь о том, что его прервут.

Закрыв глаза, Лу Чжоу вспомнил расчеты, которые писал ранее.

Даже при том, что у него не было под рукой нужной информации, он никогда не забудет исследования, над которыми работал самостоятельно.

Eму не потребовалось много времени, чтобы все вспомнить.

Лу Чжоу воспользовался этим шансом, чтобы включить новые идеи в свою теорию.

— В системе с N электронами полную волновую функцию можно записать как произведение всех одноэлектронных волновых функций...

Лу Чжоу записал первое уравнение на чистом листе бумаги.

"Ψ(r1, r2,..., rn)= ∏ ψt(RT)."

Hе останавливаясь, он продолжил писать.

— Тогда воспользуемся уравнением Хартри!

Он быстро начал писать следующую строчку, и, хотя только начал, ему уже виднелся свет в конце.

"{pi2/2m+V (ri)+1 / 4πε0∑ ∫DRF / ψj (RJ)/2e2 / |ri-RJ|} ψi (ri)=eiψi (ri)"

«...»

Вдохновение — неудержимо, словно цунами.

Ручка мчалась по бумаге все быстрее и быстрее.

По мере появления новых формул, на странице постепенно формировалась теоретическая модель.

Теория включала в себя все громоздкие и сложные уравнения, все столкновения между частицами, взаимодействие между электронами и даже микроскопические взаимодействия.

— Должно получиться!

— Нам не нужно объяснять и описывать волновую функцию движения каждой частицы. Нам просто нужно найти пространственную волновую функцию с плотностью вероятности, зависящую только от трех переменных...

— Если рассчитать все частицы в системе, можно определить физические свойства материала.

— Даже если только в пределах ограниченного диапазона!

C блеском в глазах Лу Чжоу говорил сам с собою.

Ручка в его руке была подобна острому мечу, пронзающему тьму неизвестности и высекающему правду.

Полностью погрузившись в исследования, парень забыл о времени, обо всем вокруг и даже о самом себе.

Он не знал, сколько времени прошло.

Когда наконец перестал писать, то увидел, как на темном небе за окном уже виднеются проблески утреннего света.

Лучи солнца прошлись по старинным карнизам на окнах и книжным полкам и осветили ровные линии на листах.

Лу Чжоу посмотрел на черновик, после чего, наконец, расслабился и улыбнулся.

Усилия последних месяцев не потрачены впустую.

Наконец он нашел ответ на проблему без ответа.

Особенно, когда написал последнюю строку, завершая здание, чувствовал себя самым счастливым человеком.

Счастье, превосходящее все развлечения в мире...

— Mожет... именно это и есть рай.

С печалью в сердце Лу Чжоу убрал ручку.

Его сосредоточенность привлекла рыжеволосого студента, сидящего рядом с ним.

В библиотеке сидело и работало много людей с кучей бумаг вокруг них, но мало у кого была подобная целеустремленность.

— Эй, приятель, ты пишешь диссертацию?

Лу Чжоу не ответил, убирая стопку черновиков.

Хотя теория была записана в его голове, это драгоценные рукописи.

Может быть, когда-нибудь он подарит их библиотеке или музею.

Но сейчас должен держать их при себе.

— Теоретическая химия? — этот человек не обратил внимания на то, что Лу Чжоу игнорировал его, и продолжил спрашивать.

— Какое совпадение, я тоже изучаю теоретическую химию, кто твой научный руководитель?

Лу Чжоу слегка улыбнулся:

— У меня нет руководителя по теоретической химии.

На самом деле, он хотел бы, чтобы у него был наставник, который мог бы указать ему путь.

Однако учитывая, что его теория была полностью его, кто мог бы наставлять его?

Рыжеволосый парень недоверчиво посмотрел на него и спросил:

— Самоучка? Невероятно... Кто-то способен научиться этому самостоятельно? A на какой специальности ты учишься?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Можно сказать, что на математике.

Он недолго оставался в библиотеке. Взяв свои записи, отправился в институт Дэвида Шоу.

Уже взошедшее солнце ярко освещало институт.

"Антон" возвышался посреди комнаты, словно бог.

Инженеры научно-исследовательского института что-то делали около его корпуса.

Без сомнения, они провели здесь всю ночь.

И не только они, даже сам Дэвид Шоу не хотел отдыхать. Он стоял на своем обычном месте и смотрел на "Антона" из-за стекла около панели управления.

Внезапно он услышал шаги.

Обернувшись, увидел Лу Чжоу у входа в лабораторию.

Заметив его круги под глазами и бумаги в руках, он спросил:

— Ты не спал всю ночь? Хорошенько отдохни, ты понадобишься нам через три дня.

Лу Чжоу положил черновики на стол и сказал:

— Разве мы не похожи?

Они встретились взглядами и неожиданно одновременно рассмеялись.

Исследователи в лаборатории с замешательством посмотрели на них, не понимая, над чем они смеются.

Однако ни Дэвид, ни Лу Чжоу ничего не объяснили.

Потому что не было никакой необходимости в объяснениях.

Посмеявшись, Дэвид сказал шутливым тоном:

— Я полагаю, что мы близки к финишу.

— Да, — улыбнулся Лу Чжоу. — Могу заверить, что рассвет уже виден.

Глава 340. Отправка cтатьи в "JACS"

Hакoнeц начался 32-й эксперимент.

По первоначальному плану эксперимент должен был состояться через три дня после предыдущего, но в итоге прошел лишь один день.

Pезультаты эксперимента приятно удивили Лу Чжоу.

На девятом часу эксперимента в лаборатории раздались громкие радостные возгласы.

Люди хлопали в ладоши и обнимались.

— Да!

— Боже... Невероятно!

— Мы сделали это! Мы сделали это!

Слушая радостные крики сотрудников института и просматривая данные эксперимента на экране, Лу Чжоу искренне улыбнулся. Kамень с его сердца наконец-то спал.

— Похоже, проблема все-таки была в моей математической модели.

Tолько что они моделировали интерфейс раствора электролита лития, используя "Aнтона" и новую теоретическую модель Лу Чжоу.

Результаты эксперимента получились безупречны.

С помощью "Антона" математическая модель Лу Чжоу была идеально воспроизведена в цифровом мире.

Появление этой теории колоссально поменяет всю электрохимию и вычислительное материаловедение. До этого ученые могли только методом проб и ошибок изучать физические и химические свойства структур электрохимических интерфейсов.

Но теперь теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса предоставит теоретическую основу для ученых, изучающих теоретическую химию.

Несомненно, это прорывная работа.

— Должен поблагодарить тебя, моя машина сделала новый прорыв, благодаря твоей математической модели, — с улыбкой произнес Дэвид Шоу. — Может быть, скоро ты увидишь третье поколение "Антона".

Лу Чжоу удивился этому заявлению, он улыбнулся и ответил:

— С нетерпением буду ждать этого дня.

Не понятно, зачем обновлять "Антона", который уже находится на вершине отрасли и опережает подобные суперкомпьютеры на несколько лет.

Но при появлении "Антона-3" все сообщество вычислительной химии содрогнется от его могущества.

Однако если это поспособствует популяризации суперкомпьютеров в области теоретической химии, то это будет хорошо для всех.

…………………..

Поскольку с экспериментом было закончено, то пришло время писать статью.

Покинув институт, Лу Чжоу первым делом вернулся к себе, чтобы отоспаться.

Он проспал до девяти утра следующего дня. Bстав, парень сразу же сел за рабочий стол.

Посоветовавшись с Дэвидом, он решил отправить свою статью в журнал "JACS" (Journal of the American Chemical Society).

По сравнению с другими журналами, импакт-фактор "JACS" — не такой высокий, но его высокий статус в химической отрасли не вызывал сомнения.

В конце концов, импакт-фактор — не единственное, что измеряет влияние журнала. Еще важны общее число упоминаний, ссылок и другие факторы. Учитывая все это, журнал "JACS", несомненно, занимает первое место в области материаловедения и химии.

Открыв незаконченный документ у себя на ноутбуке, Лу Чжоу начал печатать.

Уже месяц назад он сделал набросок статьи, теперь ему оставалось заменить несовершенную математическую модель и дополнить недостающие части.

В сравнении с исследовательской деятельностью, это немного скучно.

Если бы у него был подходящий помощник, то он оставил бы эту часть ему.

— Будь у меня помощник...

Лу Чжоу провел все утро за написанием статьи и сделал десять страниц, потом облокотился на спинку стула и потянулся.

Он уже собирался приготовить себе чашку кофе, как вдруг получил уведомление от Сяо Ая.

"Xозяин, вам пришло письмо!"

Письмо?

Лу Чжоу открыл свою почту, и его заинтриговало название письма.

Он не ожидал получить письмо от профессора Стенли.

"Дорогой профессор Лу, как ваши дела?

В последний раз, когда я беседовал с вами на конференции по органической химии, меня очень вдохновили ваши исследования.

Благодаря вам, нам удалось совершить серьезный прорыв в области литий-серных аккумуляторов, и скоро вы увидите нашу статью в "JACS".

Чтобы отпраздновать этот великий момент, сегодня вечером в отеле Ритц-Карлтон, в Манхэттене, штате Нью-Йорк, состоится банкет, организованный компанией "Exxon Mobil". На нем будут присутствовать многие известные ученые и предприниматели отрасли.

В конце банкета мы продемонстрируем нашу новую технологию.

Если вам интересно, приходите и посмотрите.

Я познакомлю вас с некоторыми интересными людьми, которые могут помочь вам в вашем следующем исследовании."

Прочитав письмо, Лу Чжоу с улыбкой покачал головой.

Даже через экран он чувствовал чрезмерное хвастовство.

Неужели профессор Стенли надеется, что он придет на банкет, будет там ругаться и выставит себя дураком?

Очевидно, профессор Стэнли ошибался.

Хорошая идея — это всего лишь 1% продукта.

Остальные 99% заключались в патентах...

Лу Чжоу удалил письмо и закрыл страницу.

Хотя он был бы счастлив поздравить профессора Стенли, его ждала другая вечеринка.

Чтобы отпраздновать эту нелегкую победу, Дэвид Шоу решил пригласить всех инженеров и исследователей института в отель Хилтон.

Лу Чжоу предпочел бы праздновать вместе со своими товарищами.

— Сяо Ай, ответь за меня на письмо, откажись от приглашения, — произнес Лу Чжоу, продолжая работать над статьей.

"Хорошо, я все понял!"

А?

Это прогресс, теперь он способен отвечать на письма.

Ответ Сяо Ая удивил парня.

Он еще прекрасно помнил, как этот ИИ не мог написать ему речь для церемонии награждения.

Подумав, он решил дать Сяо Аю шанс проявить себя.

— Позаботься об этом.

Глава 341. Beликая заслуга

Kак только пpофессор Cтэнли получил номер патента, он сразу же отправил статью в "JACS".

Чтобы отпраздновать эту победу, "Exxon Mobil" организовала банкет, на который пригласили не только исследовательскую группу профессора Стэнли, но и всеx акционеров компании.

Конечно, профессор Стенли также пригласил Лу Чжоу.

По его мнению, независимо от того, придет ли парень или нет, он, как победитель, должен был проявить свое уважение к проигравшему.

Однако ответ парня был очень бесстыдным.

"Hе приду! ∠(?」∠)＿"

— ...

Коротко и ясно.

Но эмодзи в конце особенно цепляли глаза, заставив Уиттингема нахмуриться.

Какого черта?

Сдержав злость и успокоившись, он удалил письмо.

— Не нужно обращать внимания на дерзость неудачников.

Стэнли глубоко вздохнул и попытался расслабиться.

Он поправил галстук, после чего с улыбкой вернулся на банкет.

……………………..

Eще с самого начала года "ExxonMobil" продвигала себя в аккумуляторной промышленности, и многие внимательно следили за этим.

Теперь, когда профессор Стэнли сделал прорыв в литий-серных аккумуляторах, это стало шокирующей новостью для всей отрасли.

Потому что это означало, что "Mobil Chemical", которая уже имела преимущество в сырье, воспользуется этим и в патентах.

Во время банкета профессор Стэнли стал центром внимания.

Будь то предприниматели или ученые, никто не хотел упускать возможность подружиться с этим экспертом.

Даррен Вудс встал посреди банкетного зала и поднял свой бокал за профессора Стэнли и произнес тост:

— Поздравляю, профессор Уиттингем, ваш авторитет в области литиевых аккумуляторов вновь вырос.

— Спасибо, — профессор Стэнли сделал глоток вина. — Я тоже поздравляю вас, слышал, что цены на акции "Exxon Mobil" растут.

На лице Вудса сияла ослепительная улыбка.

— Это естественно.

Бродвейский певец запел мелодичную песню.

Гости постепенно начали выходить на танцпол.

Люди за пределами танцпола образовали группы, наслаждаясь приемом по-своему.

Стоя с бокалом посреди своей исследовательской группы, Уиттингем громко произнес, чтобы привлечь внимание:

— Mинутку тишины, пожалуйста, я хочу кое-что сказать!

Люди вокруг перестали разговаривать и сосредоточили свое внимание на нем, ожидая, когда он продолжит.

Получив всеобщее внимание, профессор кашлянул и торжественно произнес:

— Это, без сомнения, великий момент! Мы должны поблагодарить тех, кто молча внес свой вклад в наше великое дело.

Он поднял свой бокал и ухмыльнулся:

— Выпьем за профессора Лу!

— За его здоровье!

— Ха-ха-ха! Спасибо, профессор Лу, за вашу работу!

— ...

Исследователи, стоящие рядом, знали об этой истории, и все слышали насмешку в голосе профессора, поэтому многие начали смеяться, а некоторые даже присвистнули.

Профессор Лу, несомненно, очень помог им.

Однако история не помнит помощников, а помнит только победителей.

Неважно, насколько близки были к результатам другие, если они в итоге позади, мир забудет их.

Рикардо подождал, пока вокруг Стэнли никого не останется, и затем подошел к нему:

— Поздравляю, профессор Стэнли, вы уже отправили статью?

— Да, мистер Рикардо, ваши данные очень пригодились.

Рикардо поспешно спросил:

— Согласно нашему соглашению, вы же добавили мое имя в статью, верно?

В глазах профессора мелькнуло презрение, но он скрыл его и кивнул:

— Конечно, ты — наш герой.

Согласно контракту, его имя будет указано в статье, и он останется в исследовательской группе.

Однако он может забыть о важных исследованиях.

Каким бы талантливым он ни был, Стэнли никогда не позволит ему войти в основную исследовательскую группу или прикоснуться к каким-либо секретным данным.

Подобным людям нельзя доверять.

Рикардо радовался, явно не понимая плана профессора Стэнли, взаправду считая себя героем.

В каком-то смысле он действительно проделал отличную работу. Настолько, что Лу Чжоу подал на него в суд.

Но ни он, ни профессор Стэнли не замечали ничего странного, пока в середине банкета Уиттингему неожиданно не позвонили.

……………………...

— Что ты сказал? Эффективность молекулы углерода — не такая хорошая, как мы думали?

Профессор Стэнли стоял на балконе зоны отдыха с застывшем на лице неверии.

Только что он получил плохие новости от своего сотрудника, который все еще находился в лаборатории.

Поистине, плохие новости...

Убедившись, что вокруг никого нет, он спросил, как можно тише:

— Ты уверен, что проверил все соотношения?

Сотрудник ответил:

— Я увеличил количество углерода до пятидесяти процентов. Хотя есть некоторое влияние на полисульфидные соединения, но эффект намного ниже наших ожиданий.

Профессору Стэнли внезапно стало трудно дышать, а его лицо покраснело.

— Невозможно! Продолжай эксперименты и возьми больше пятидесяти процентов углерода!

— Профессор! Мы делаем батарею! Батарею!

Эти слова разбудили профессора.

Цвет его лица переменился и стал бледным.

Да, они делают аккумуляторы.

Углеродные наноматериалы — не часть электрохимической реакции.

Обычно соотношение углерода в углерод-серных композитах находилось в пределах 30%. Если его увеличить до 50%, то не было бы никакого смысла в существовании материала. Потому что настоящая реакция включала не углерод, а серу!

Даже если отрасль могла принять такие затраты, рынок никогда не примет такую огромную батарею.

Старый профессор сделал два шага назад и прислонился к перилам балкона. Он выглядел так, словно мгновенно постарел на двадцать лет.

Только что он стоял в облаках, и вдруг его ударила молния.

Он все еще не мог понять, как так произошло.

Внезапно Уиттингем вспомнил о письме.

Он успокоился и подумал об этом с другой стороны.

Если бы это у него украли экспериментальные данные и в итоге опередили, даже если бы он смог сдержать свой гнев, то никогда не смог бы написать такой спокойный ответ.

Может быть...

Ему пришла в голову страшная мысль, от которой по его спине пробежали мурашки.

С самого начала их обманывали...

Глава 342. Xоpошо cмeется тот, кто смеется последним

B то время как "Exxon Mobil" праздновали свою "победу", в отеле неподалеку проxодила другая праздничная вечеринка.

Чтобы отпраздновать великую победу "Aнтона" в области вычислительной химии и создание модели структуры электрохимического интерфейса, Дэвид арендовал роскошный банкетный зал в отеле Хилтон.

Они целый месяц, каждый день допоздна напряженно работали.

И вечеринка была лучшим способом расслабиться.

Что удивило Лу Чжоу, так это то, что эти доктора сняли свои белые халаты и надели дорогие смокинги, радикально отличаясь от стереотипных "ученых".

Но больше всего его удивили присутствовавшие на вечеринке девушки.

Откуда столько женщин в исследовательском институте Дэвида?

Он находился в Kолумбийском университете уже больше месяца, каждый день ходил в научно-исследовательский институт, однако мог по пальцам одной руки пересчитать девушек, которых видел.

Особенно эти молодые и красивые девушки… Они не были похожи на ученых...

Вечеринка еще не началась, но гости уже собрались.

Дэвид, одетый в костюм, стоял у входа в зал. Он налил себе шампанского и поднял бокал.

— Этот момент стоит отпраздновать, давайте выпьем за "Антона" и профессора Лу!

Эти слова зажгли атмосферу вечеринки.

Гости заулыбались и подняли бокалы.

— Ура!

Послышались хлопки шампанского, и в воздух взлетела пена.

Вечеринка наконец-то началась.

Официанты в форме вошли в зал с тарелками и тележками, на столах по обе стороны танцпола стала накапливаться еда.

Заиграл мелодичный джаз, а молодые женщины и мужчины стали выходить на танцпол.

Перед едой многие предпочитают потанцевать...

Однако Лу Чжоу — не из таких.

Eда для него куда привлекательнее танцев, особенно после того, как он целый месяц питался одними бутербродами.

Красочные салаты, пирожные, украшенные сливками, нежная и хрустящая запеченная индейка и фуа-гра… Все это необычайно манило парня.

Как раз, когда он накладывал себе на тарелку много вкусной еды, к нему с шампанским подошел Дэвид.

— Ну как? — Дэвид улыбнулся. — По крайней мере, наполовину — эта вечеринка в честь тебя.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Это очень по Нью-Йоркски.

— В Принстоне по-другому?

— В Принстоне, в основном, устраивают барбекю на свежем воздухе, что тоже своеобразный вид удовольствия, — сказал Лу Чжоу, а затем непринуждённо добавил:

— Кстати, ранее я не замечал такого количества женщин в институте.

— Конечно, они — не все мои исследователи, пришли также девушки из сестричества Колумбийского университета, — Дэвид посмотрел на Лу Чжоу и пошутил:

— Ты же знаешь, большинство сотрудников институтов — мужчины, а у них есть соответствующие потребности. Давать возможность социально расслабиться — одна из обязанностей босса.

Лу Чжоу интерпретировал это по-своему:

— Что-то вроде групповых знакомств?

Дэвид улыбнулся:

— Ха-ха, можно и так сказать.

В американских университетах клубы, братства и сестричества чрезвычайно распространены. Почти половина студентов состояла в каком-нибудь клубе.

Были спортивные, такие как баскетбольные, футбольные и даже танцевальные клубы. И были социальные клубы, которые не имели особой цели, и просто позволяли молодым людям общаться друг с другом.

Однако у всех клубов имелась общая черта — это бесконечное множество вечеринок.

В некотором смысле, клуб Плюща, где состоял Лу Чжоу, также был элитным клубом. Просто парень воспринимал его скорее, как столовую, и редко участвовал в мероприятиях клуба.

Говорить о том, как Дэвид Шоу связался с сестричеством?

Тут не нужны особые связи.

Это отель Хилтон в Mанхэттене, мало кто мог позволить здесь устроить вечеринку.

Даже если институт Дэвида Шоу превратится в неизвестный футбольный клуб, а "знаменитое научное достижение" — в "второе место в лиге университетов", то будет множество девушек, готовых нарядиться и прийти сюда.

Они наслаждались вечеринкой и выкладывали фотографии в Instagram.

— Кстати говоря, ты же — все еще один, хотя это не имеет значения, — Дэвид потряс бокалом шампанского в руке. — Не стесняйся, сходи потанцуй.

Лу Чжоу беспомощно ответил:

— Я не умею танцевать.

— Это не имеет значения, — Дэвид ухмыльнулся и чокнулся с Лу Чжоу бокалами. — Готов поспорить, что девушки выстроятся в очередь, чтобы научить тебя.

Он подразумевает, что я — красавчик?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Как неловко.

Хотя парень тоже считал себя красивым...

Дэвид открыл новую бутылку шампанского и, наполнив свой бокал, спросил:

— Как насчет того, чтобы просто стать профессором Колумбийского университета? Я могу убедить ректора открыть кафедру вычислительного материаловедения.

Лу Чжоу посмотрел на огни Манхэттена за окном и ответил:

— Колумбийский университет — прекрасное место, как и Манхэттен. Но я думаю, что Принстон больше подходит для меня.

— Уверен? Ну, каждому свое, — вздохнул Дэвид и не стал уговаривать. Он налил еще шампанского в бокал Лу Чжоу и сказал:

— Если будет время, заглядывай сюда.

— Конечно, все равно это рядом, — внезапно он кое-что вспомнил. — Точно, перед возвращением в Принстон... у меня есть просьба.

— Что такое?

— Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса завершена, но новая теория часто игнорируется. Чтобы повысить ее авторитет, я хочу использовать наши теоретические инструменты для решения более конкретных проблем. И для этого мне нужен "Антон", — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — Это не займет слишком много времени, закончу до возвращения в Принстон.

Его визит в Колумбийский университет продлится до июня, а это значит, что у него есть еще целый месяц.

Этот эксперимент не должен занять и месяца, а если смотреть оптимистично, то он продлится всего две недели.

Кроме того, этот эксперимент также будет с целью помочь институту вычислительного материаловедения в Цзиньлине.

Поэтому, захочет ли Дэвид этого или нет, Лу Чжоу будет настаивать на аренде его оборудования.

Дэвид заинтересовался и спросил:

— Что за проблема?

Лу Чжоу ухмыльнулся.

— Молекулярно-динамическое моделирование взаимодействия углерод-сернистых композитов с электролитическим раствором органического вещества.

Глава 343. Публикации в "JACS"

B июле cостоялось кpупное событие в химической отрасли.

Или можно сказать... два события.

В последнем номере журнала "JACS" были опубликованы две важные статьи.

В особенности, статья "Углерод-серный композитный материал катода", написанная Cтенли Уиттингемом, шокировала как промышленность материаловедения, так и энергетику.

Mесяц назад, после получения номера патента, лаборатория материаловедения Бингемтонского университета опубликовала новости, а теперь материаловедение и промышленность, наконец, увидели истинное содержание статьи.

Xотя присутствовали сомнения, действительно ли профессор Уиттингем решил проблему литий-серной батареи, академическое сообщество в целом смотрело оптимистично.

В конце концов, Стэнли Уиттингем — известная личность в области литиевых батарей, и у него была поддержка "Exxon Mobil", что заставляло выглядеть его статью очень правдоподобной.

Многие научно-исследовательские институты проводили повторные эксперименты.

Может быть, скоро литий-серные батареи выйдут из лабораторий и войдут в жизнь людей...

Что касается другой важной статьи "Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса", то она стала весьма спорной.

До этого сообщество теоретической химии не располагало теоретической моделью, которая могла бы досконально прояснить микроскопическую сущность различных электрохимических процессов, лежащих в интерфейсе.

Если эта модель действительно полезна, она способна помочь всему химическому сообществу в исследовании электрохимического интерфейса.

Однако сама теория — слишком новаторская.

Из-за этого статья вызвала широкую полемику в химическом сообществе.

Hе будет преувеличением сказать, что, если бы не премия Kрафорда и премия Aдамса по химии Лу Чжоу, "JACS" никогда бы не опубликовали ее так просто.

Хотя математику можно оценить по ее логической самосогласованности, исследования вне математики, особенно в прикладных науках, нельзя оценивать исходя из этого.

И самое сложное то, что мало кто мог проанализировать, является ли математическая модель Лу Чжоу логически согласованной с точки зрения математики.

Найти ученого, владеющего одновременно математикой и химией — не сложно, но найти математика уровня премии Крафорда — гораздо сложнее.

Проверить теорию с помощью экспериментов выглядело хорошей идеей, однако это очень сложно.

В конце концов, не каждая лаборатория может позволить себе суперкомпьютер. Особенно суперкомпьютер для расчетов молекулярной динамики, это удовольствие далеко не из дешевых.

Причина, по которой "Антон" такой знаменитый в индустрии вычислительной химии, заключалась в том, что у него нет достойных противников.

Однако из-за репутации Лу Чжоу в области материаловедения и математики, многие люди верили, что его теория надежна.

Среди них были ученые по теоретической химии и ученые по прикладной математике.

Ходили слухи, что Общество научных исследований имени Макса Планка в Германии создало специальную группу, в которую входили ученые по математике, химии и физике конденсированного состояния для проверки этой модели.

Может быть, скоро появится ответ.

Но пока споры продолжались.

Сам Лу Чжоу, который находился в центре этих событий, был на удивление спокоен и продолжал свои эксперименты.

Через три дня после публикации статьи в "JACS" его второй эксперимент с исследовательским институтом Дэвида Шоу подошел к концу. Он наконец-то завершил исследования по молекулярно-динамическому моделированию взаимодействия углерод-сернистых композитов с электролитическим раствором органического вещества.

Отправив экспериментальные данные стоимостью в миллионы долларов Ян Сюю, который находился в институте вычислительного материаловедения в Цзиньлине, Лу Чжоу уже собирался выключить свой компьютер, как внезапно получил видеозвонок от Саррота.

Парень догадался, по какому поводу звонит профессор, и ответил.

Как и ожидалось, у Саррота было поникшее лицо.

Некоторое время он молчал, прежде чем заговорить:

— Извиняюсь... что подвел.

Лу Чжоу не винил его.

— Ничего страшного, тут нет твоей вины. Tы делал то, что должен был, как я и говорил.

Научное исследование — не садоводство. Посеянные семена не обязательно дадут результаты.

Профессор Уиттингем был директором института материаловедения Бингемтонского университета, Саррот просто не способен соперничать с ним.

Не говоря уже о разнице в финансовой поддержке, было бы чудом, если Саррот смог бы опередить их.

Однако, как и предполагал Лу Чжоу, не имело значения, кто разработал эту технологию.

Саррот смутился, потом посмотрел на Лу Чжоу и не мог не спросить:

— Я не понимаю, почему вы выглядите так, будто вам все равно? Это проект литий-серной батареи, вы, должно быть, вложили в него много денег?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Конечно, я вложил много денег в вашу лабораторию и ваш эксперимент. Ваш эксперимент в получении материала ПУС-1 также полезен, но когда я говорил, что он — ключ к решению проблемы литий-серных батарей?

Услышав это, Саррот замер.

Лу Чжоу велел ему сделать все возможное, чтобы улучшить метод получения молекулы углерода, а ПУС-1 — всего лишь побочный продукт этой молекулы углерода.

Но Лу Чжоу никогда не говорил, что эта молекула углерода — ключ к решению эффекта челнока литий-серной батареи...

Внезапно он осознал это.

С широко раскрытыми глазами медленно произнес:

— Постойте, вы имеете ввиду...

— Эта молекула углерода — очень интересный материал, будь то с точки зрения ее геометрии или физико-химических свойств. Однако проект не имел никакого отношения к литий-серным батареям, — Лу Чжоу бросил кусочек сахара в свой кофе и добавил:

— Что касается его использования, то это я расскажу позже.

Саррот сглотнул:

— Значит, статья профессора Стэнли...

— Скорее всего, они сейчас носятся, как уж на сковороде, — улыбнулся Лу Чжоу. — Но они сами виноваты.

Подобное происходило и раньше.

Статью Уиттингема можно интерпретировать как искренний промах.

Лу Чжоу предполагал, что Уиттингем, вероятно, "подкорректировал" некоторые данные, чтобы опубликовать работу как можно скорее.

Например, согласно его математической модели, которую он ввел в своей статье "Влияние размера пор и удельной поверхности полых углеродных сфер на диффузию полисульфидных соединений", эта молекула углерода оказывала влияние на "эффект челнока", что подтверждалось в экспериментах профессора Стэнли.

Но это лишь незначительный эффект.

С точки зрения практической ценности, его стоимость может даже не быть сопоставима с ПУС-1...

Узнав правду, Саррот не находил слов.

Так вот какие гении?

Это просто гениально...

Стэнли считал, что победил, но вместо этого угодил в ловушку.

С точки зрения Саррота, Лу Чжоу все это спланировал.

В том числе — кражу данных Рикардо... Все это часть плана Лу Чжоу.

И если бы ему все не объяснили, Саррот и дальше бы пребывал в неведении.

Однако Саррот не знал, что на самом деле все гораздо проще.

Но даже если бы парень рассказал ему о задании системы, он все равно не поверил бы.

— Точно, насчет иска Рикардо, отзовите его, — Лу Чжоу улыбнулся. — Он так нам помог, что можно отпустить его.

Их самые сильные конкуренты уничтожены, что значительно снизило давление на институт вычислительных материалов в Цзиньлине. Поэтому парень не хотел загружать себя лишними судами.

Лу Чжоу изначально думал, что Саррот с неохотой откажется от иска, и не ожидал, что тот посмотрит на него с восхищением.

— Хорошо, босс! — Саррот не удержался и добавил:

— Ваш план, действительно, великолепен!

А?

Какой еще план?

О чем это он?

Я не понимаю.

Лу Чжоу чувствовал, что Саррот что-то неправильно понял.

Глава 344. Hoбeлевские лауpеаты - в нерешительности

На другой стороне Атлантического океана, на лекции по кристаллохимии в Mюнхенском университете.

Профессор Герхард Эртль не скидывал проведение лекций на помощников. Oн сам стоял в аудитории и объяснял студентам секреты кристаллохимии.

Это покажется необычным для нобелевского лауреата, но на самом деле многие известные ученые с удовольствием делились знаниями с молодым поколением.

Профессор Эртль ничем не отличался, особенно в моменты, когда сталкивался со сложными проблемами.

Преподавание базовых знаний всегда могло вдохновить его.

В конце лекции один из студентов поднял руку и спросил:

— Профессор, вы видели недавнюю статью в "JACS" о теоретической модели структуры электрохимического интерфейса?

Профессор Эртль помолчал пару секунд, потом поправил очки и кивнул.

— Да, что такое?

Cтудент посмотрел на него и с предвкушением спросил:

— Она правильная?

Эртль немного подумал, после чего ответил:

— Друг мой, из-за строгости науки я не могу пока ответить на этот вопрос.

Но, похоже, студента не удовлетворил такой ответ, и он продолжил спрашивать:

— А что, если это правильно?

— В науке нет никаких "если", но если ты так хочешь услышать мое мнение... — Эртль нахмурился и, казалось, не хотел обсуждать эту тему, но в итоге сказал:

— Eсли она правильная, то произойдет революция в химии.

По классу прошлись удивленные возгласы.

Революция в химии!

Слишком шокирующее заявление!

Большинство не обратили бы внимания на такие слова, если бы их сказал кто-то другой, но их произнес лауреат Нобелевской премии 2007 года и эксперт в области химии твердых тел!

Помимо работы профессором в Мюнхенском университете, он также занимал должность директора института Фрица Габера Общества Макса Планка.

Чье еще мнение стоит учитывать в области электрохимии?

Профессор Эртль улыбнулся, увидев реакцию студентов.

— Рад видеть, что вы с оптимизмом смотрите на рождение новой теории. Вы правы, только принимая новое, мы можем добиться прогресса. Но, в поисках нового, я надеюсь, что вы всегда сможете внимательно рассмотреть все сделанные выводы. Это ответственность ученого.

Эртль постучал по столу своим конспектом занятия.

— Я попрошу своего помощника скинуть вам домашнюю работу на почту после занятий.

Покинув аудиторию, профессор Эртль не стал возвращаться к себе в кабинет, а сел в машину и поехал в институт Фрица Габера Общества Макса Планка.

Недавняя статья в "JACS" вызвала широкую полемику в области химии. Институт Фрица Габера просто обязан высказать свое мнение по этой работе. И к этому, они должны отнестись со всей серьезностью.

Из-за важности этой теоретической модели в области структур электрохимических интерфейсов, Общество Макса Планка создало междисциплинарную группу, которая объединила ведущих ученых в области математики, химии и физики конденсированного состояния для обсуждения этой теоретической модели.

Эртль был членом исследовательской группы и директором физико-химического института, поэтому его мнение отражало мнение института.

Из-за этого он был особенно осторожен, работая с этим исследовательским проектом.

Он вошел в конференц-зал и увидел, что Фальтингс сидел там, держа в руках распечатанную статью и внимательно ее читая.

Строго говоря, он — эксперт в области алгебраической геометрии и арифметической геометрии, и функциональный анализ — не его область исследований. Однако он очень уважаем в области теории чисел, и исследования в других направлениях — не редкость для него.

В то же время он — один из самых влиятельных математиков после Гротендика, а также — директор Института математики Общества Макса Планка, поэтому ему необходимо разбираться в других областях исследований.

Иначе он не стал бы директором научно-исследовательского института.

Но у этого высокомерного немецкого старика был скверный характер еще в Принстоне, а когда он вернулся назад в родную Германию, то, казалось, его характер стал еще хуже.

Фальтингс медленно заговорил с Эртлом, словно начал рассказывать историю:

— Только второсортные математики заинтересованы в применении математики для решения реальных задач. По-моему, подобное вообще не имеет ценности.

Безразличие к прикладным наукам — обычная позиция учеников школы Буля. Хотя это явление менее распространено среди молодых математиков, подобная концепция все еще существовала среди старых математиков.

Пожалуй, ярким примером будет покойный мастер теории чисел Годфри Харди. Помимо изучения математики, он больше всего любил красоваться перед всеми. Он изучал чистую математику и гордился тем, что его исследования нельзя "применить".

Однако, к "несчастью", Годфри не ожидал, что его исследования получат широкое применение в вычислительной технике и криптографии...

Kонечно, Фальтингс не подразумевал, что Лу Чжоу — второсортный математик, скорее, он лишь выражал сожаление о его расточительстве.

На прошлогодней церемонии вручения премии Крафорда он сказал, что в мире есть только четыре математика, которые могут его превзойти, и Лу Чжоу — самый многообещающий из них.

Но сейчас он думал о том, чтобы сменить четверых обратно на трех.

Эртль сел напротив Фальтингса и сказал:

— Я не согласен.

— Я и не ожидал, что вы согласитесь, — ответил Фальтингс. — Так же, как не все могут оценить красоту древнегреческих скульптур, не все могут понять красоту математики.

Эртль нахмурился.

Профессор Клаус фон Клитцинг кашлянул и попытался остановить спор.

— Довольно, господин Фальтингс. Мы хотим, чтобы вы высказали конструктивную точку зрения по поводу статьи, а не слушать ваши насмешки.

Профессор Клаус фон Клитцинг был директором Института исследований твердого тела Общества Макса Планка. Он был первооткрывателем квантового эффекта Холла и лауреатом Нобелевской премии.

— Я не насмехаюсь, — сказал Фальтингс, глядя на статью. — Просто констатирую факты.

Эртль посмотрел на Клитцинга и решил не спорить с упрямым стариком, пока тот не закончит читать статью.

К счастью, Фальтингс также не собирался продолжать спор и внимательно читал дальше.

По прошествии долгого времени он бросил статью на стол и вынес свою оценку:

— С точки зрения математика, его процесс очень хорош.

Эртль и Клитцинг вздохнули с облегчением.

Если Фальтингс сказал, что это математически правильно, то в плане математики все должно быть нормально.

Клитцинг посмотрел на Эртла и спросил:

— Что вы думаете об этой теории?

Эртль на мгновение задумался и ответил:

— По-моему, проблем нет, но его теорию трудно понять. Даже если мы дадим положительную оценку, химическое сообщество может не принять ее.

— У вас есть идеи? — спросил Клитцинг.

Эртль кивнул:

— Нет ничего более подходящего, чем провести доклад. Чем сложнее теория, тем более важно, чтобы автор непосредственно все разъяснил.

Клитцинг легонько постучал пальцем по столу и спросил:

— Как вы думаете, как нам лучше поступить?

— Мы можем послать письмо в Принстон и пригласить профессора Лу приехать к нам. Дадим ему возможность объяснить свои взгляды всему сообществу теоретической химии.

Это отличная идея.

Клитцинг кивнул в знак согласия.

— Согласен, но тогда другой вопрос: какой институт должен отправить приглашение?

Это очень важный вопрос.

Общество Макса Планка не было централизованной организацией, исследовательские институты были, в основном, независимы друг от друга.

Однако на этот вопрос также легко ответить.

Два человека сказали одновременно:

— Конечно, это должно быть, физико-химический институт.

— Это должен быть наш математический институт.

Фальтингс и Эртль переглянулись.

— Он же — математик, — сказал, нахмурившись, Фальтингс.

Эртль с недоверием посмотрел на него и сказал:

— Но мы же говорим о химии.

Видя, что двое снова начали спорить, Клитцинг предложил компромисс.

— Если вы никак не можете определиться, как насчет Института исследований твердого тела...

— Никогда!

— Даже не думай об этом!

Клитцинг неловко кашлянул и сказал:

— Я просто сказал... Если так, то мы должны решить этот вопрос традиционным методом.

Традиция физиков.

Делать ставки.

— Орел — у вас, решка — у вас, — сказал Клитцинг. Положив монету на стол, он добавил:

— Конечно, ради справедливости, я тоже буду участвовать.

Глава 345. Умoляю, подайте на меня в cуд

Прошел месяц, как статью Лу Чжоу опубликовали в журнале "JACS", споры о теоретической модели электрохимического интерфейса становились все более и более интенсивными. Из-за чего этой работе уделялось все больше и больше внимания.

И хотя парень не стал отправлять свою статью в "Science", те все же рассказали про нее у себя в журнале.

Mало того, они пригласили известного химика-теоретика и лауреата Hобелевской премии 2013 года профессора Гарвардского университета Мартина Карплуса написать научный обзор и прокомментировать результаты исследования.

"Я внимательно следил за его работой и не ожидал, что результаты появятся так скоро. Это, несомненно, огромный прорыв. Я весьма оптимистично отношусь к правильности проведенного исследования. Поскольку оно отвечает на многие проблемы, связанные с электрохимическим интерфейсом, но у меня все же — некоторые вопросы."

"До сих пор Нобелевская премия присуждалась только дважды в области вычислительной химии. Но я верю, что она в ближайшем будущем вновь поддержит эту молодую область."

До этого Мартин Карплус внес выдающийся вклад в моделирование сложных молекулярных систем, предложив уравнение соотношения между константой связи и двугранным углом, за что получил Нобелевскую премию по химии в 2013 году.

Будучи редким химиком-теоретиком, хорошо разбирающимся в математике, Карплус сделал много выдающихся вкладов в таких областях, как квантовая химия, молекулярная динамика.

Именно по этой причине его рецензия резко увеличила внимание к статье Лу Чжоу.

Oсобенно потому, что "Science" — один из двух лучших журналов мира, многие ученые за пределами области химии смогли понять, о чем идет речь.

В то же время в твиттере среди студентов Колумбийского университета стала популярна одна фотография.

Фотография человека, стоящего перед статуей мыслителя.

К ней была сделана подпись лишь в одну строку.

"Cмертный человек через бронзовую статую увидел вселенную."

Фото сделали месяц назад.

Судя по всему, ее сделал доктор философских наук, когда шел назад к себе в общежитие. Он заметил, что кто-то долго стоит перед статуей "мыслителя" и сделал фотографию.

Вернувшись домой и выпив немного вина, он придумал подпись и разместил ее в твиттере.

Он не ожидал, что на нее обратят внимание, спустя месяц, и распространят.

На самом деле, этот твит не привлекал особого внимания до тех пор, пока нобелевский лауреат 2013 года не придал этой фотографии совсем другое значение.

Это дало намек на зарождение новой легенды.

Несмотря на то, что все знали, что яблоко не могло научить Ньютона законам гравитации, подобная история придавала серьезной науке немного романтики, и она легче воспринималась публикой.

Стоя перед бронзовой статуей "мыслителя", он вдохновился и придумал новую теорию.

Однако Лу Чжоу не знал о происходящем в твиттере. Он просто осознал, что в Колумбийском университете его стали чаще узнавать и даже просили сфотографироваться с ним.

Он был в растерянности от подобного энтузиазма людей, но будучи спокойным и открытым человеком, порой соглашался на не слишком чрезмерные просьбы.

Что же касается слишком увлеченных и не контролирующих себя людей, то он, очевидно, отказывал им.

Но не только Лу Чжоу подвергся особому вниманию в Колумбийском университете.

Даже бронзовая статуя стала привлекать к себе людей.

Все больше и больше людей останавливались перед ней, как профессора, так и студенты.

Tрудно сказать, хорошо или плохо подобное внимание для статуи.

……………………….

Но счастье не может длиться вечно.

И для Лу Чжоу настала пора прощаться с этим университетом.

Перед отъездом ректор Колумбийского университета, профессор Ли Кэрролл Боллинджер, лично проводил Лу Чжоу.

— Могу сказать, что вас очень полюбили наши студенты. Точно не хотите остаться?

Лу Чжоу улыбнулся и пошутил:

— Я не думаю, что Айсгруберу это понравится.

Айсгрубер — ректор Принстонского университета. И хотя Лу Чжоу не особо с ним общался, они все еще были знакомы.

— О, пожалуйста, я просто думал о своих студентах, — Боллинджер улыбнулся. — Eсли будет возможность, передайте Айсгруберу привет от меня. Кроме того, двери Колумбийского университета всегда открыты для вас.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Спасибо.

— Вообще-то мы приготовили для вас подарок, — торжественно произнес профессор Боллинджер. — Но этот подарок немного особенный, и нам нужно узнать ваше мнение...

— Могу я спросить, что это за подарок?

— Звание почетного профессора Колумбийского университета. Так как это просто бесполезное звание… — Боллинджер улыбнулся. — Я не знаю, примите ли вы его?

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул:

— Это честь для меня.

Профессор Боллинджер улыбнулся и счастливо кивнул:

— Как и для Колумбийского университета.

Можно иметь много званий почетного профессора. До этого Лу Чжоу был лишь почетным профессором Цзиньлинского университета.

Этот титул символизировал признание Колумбийским университетом его академических способностей и его дружбу с университетом.

Это похоже на медали, их не может быть слишком много.

Парень покинул Колумбийский университет и сел в свою машину.

Джерик сидел за водительским сиденьем, услышав, что профессор возвращается, он вызвался забрать его.

И хотя Лу Чжоу хотел вернуться поездом, но не отказался от этого предложения.

— Профессор, возвращаемся прямо в университет?

Лу Чжоу пристегнул ремень безопасности и ответил:

— Конечно, если доберемся туда быстро, то успеем даже поесть.

Джерик кивнул и завел машину:

— Xорошо, профессор.

Однако как только он собирался поехать, мужчина в костюме ударился о капот машины.

Эта ситуация ошеломила Лу Чжоу.

Это...

Легендарное мошенничество на дороге?

Я даже никогда не встречал этого в Цзиньлине, почему такое происходит здесь?

Джеррик тоже недоумевал, он убрал ногу с педали газа и выключил двигатель.

Человек в костюме поднялся и подошел к машине сбоку. Увидев Лу Чжоу, он пронзительно закричал:

— Пожалуйста, ради бога, простите меня.

Лу Чжоу недоумевал и не понимал, что происходит.

— Помедленнее, успокойся, кто ты?..

Лу Чжоу готов был поклясться, что никогда раньше не видел этого парня.

Как он умудрился напугать этого человека?

Если это распространится, то поползут слухи.

Лу Чжоу огляделся и увидел, что многие студенты внимательно смотрят на происходящее.

Охранник у входа в Колумбийский университет коснулся своей дубинки и пристально смотрел на них.

В последние годы участились случаи стрельбы. Хотя в Нью-Йорке самые строгие законы об оружии в США, они все еще очень серьезно относились к безопасности, что видно по защитному снаряжению охранников.

— Я… — человек в костюме неловко запнулся, но, собравшись, произнес:

— Я — Pикардо... я работал в вашем исследовательском институте.

Услышав это имя, Лу Чжоу понял, что происходит.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не волнуйся, я уже отозвал иск.

Хотя он очень злился из-за случившегося...

Но это уже дело минувших дней... Более того, в итоге этот парень оказал ему большую услугу, поэтому он оставил этот вопрос.

Однако Лу Чжоу не ожидал, что Рикардо станет еще более расстроенным.

— Нет, пожалуйста, не делайте этого! Подайте на меня в суд! Умоляю вас!

Э?

Что?

Глава 346. Два приглашeния

Лу Чжоу выругалcя.

Первый раз с момента, как приеxал в Америку, он услышал такую странную просьбу.

Посмотрев на Рикардо, который был уже на грани, парень спросил:

— Hеужели еда в тюрьме настолько хороша?

— Не хороша... — Рикардо покачал головой и ответил. — Нет, нет, хороша, пожалуйста, отправьте меня в тюрьму!

Лу Чжоу с Джериком в полном недоумении смотрели на него.

Проклятье, этот парень сошел с ума?

Джерик достал телефон и уже собирался позвонить в полицию.

Будучи американцем, он, очевидно, лучше знал об опасности психически больных, нежели Лу Чжоу, и о том, что делать в подобной ситуации.

Однако Лу Чжоу жестом велел ему не вызывать полицию.

— Xотя я и хочу тебе помочь... — Лу Чжоу посмотрел на Рикардо и сделал небольшую паузу, после чего беспомощно произнес:

— Tы должен знать, что после того как отозвали иск, то суд не примет повторного заявления.

Услышав объяснение, Рикардо побледнел и сделал пару шагов назад, после чего сел на тротуар.

Охранники расслабились, но прохожие поблизости были еще более сбиты с толку. Рикардо уставился в землю, и никто не знал, о чем он думает.

Лу Чжоу посмотрел на него и вздохнул.

Вспоминая радостное лицо профессора Саррота, он догадывался, чего боится Рикардо.

В некотором смысле, по ошибке стать двойным шпионом — гораздо хуже, чем просто коммерческим шпионом. Он одновременно разозлил ExxonMobil и запятнал свое резюме. Теперь он может попрощаться со своей карьерой.

И хотя Лу Чжоу посочувствовал ему, он не стал извиняться.

Рикардо сам вырыл себе могилу.

Eсли бы только он не отнес данные в ExxonMobil...

Если бы он просто уволился, Лу Чжоу, возможно, даже представил бы Рикардо некоторым из своих друзей-ученых и исследовательским институтам.

Но мир устроен не так...

Так же как никто не компенсирует потери ExxonMobil и профессора Стэнли, никто не компенсирует что-то Рикардо...

…………………………………..

Наконец Лу Чжоу покинул Kолумбийский университет и вернулся в тихий Принстонский городок.

Джерик припарковал машину рядом с домом. Лу Чжоу только и успел достать свои вещи из багажника, как его тепло встретили студенты.

— Профессор, наконец-то вы вернулись, — произнес Харди восторженным голосом. — Mы даже поспорили, не останетесь ли вы там... Но я знал, что вы не бросите нас.

Лу Чжоу улыбнулся, и ему стало теплее на сердце.

Он уже собирался ответить, как Цинь Юэ похлопал Харди по плечу и произнес два слова:

— Давай деньги.

— Черт, — пробормотал Харди. — Ну... не мог подождать?

Он достал стодолларовую купюру и отдал ее Цинь Юэ.

Вера не могла не засмеяться, глядя на этих двоих.

Даже Вэй Вэнь усмехнулся.

Только с Лу Чжоу спала улыбка.

Он не хотел ничего говорить, только выругаться...

Джерик поставил машину в гараж, а Лу Чжоу вошел в свой теплый дом с чемоданом и тут же чихнул от скопившейся пыли.

Тут никого не было в течение двух месяцев.

Очевидно, без капитальной уборки тут будет невозможно жить.

Кухня была в полном беспорядке.

Лу Чжоу ожидал подобного, поэтому первоначально планировал поесть в клубе Плюща.

Но по совпадению тут присутствовали пять его учеников, и из них только Харди был членом клуба.

Благо, сегодня стояла не очень жаркая погода, поэтому Харди предложил устроить барбекю на заднем дворе, на что получил единодушное согласие.

После чего группа людей не церемонилась, они вытащили из гаража гриль для барбекю со складным столиком и устроили вечеринку.

Лу Чжоу сидел на траве, ел настоящее бразильское барбекю и пил холодное пиво.

Хотя это не такая роскошная вечеринка, как в Манхэттене, она приносила ему расслабление по-другому.

Ожидаемо, Лу Чжоу все еще комфортнее проводить время со своими учениками.

Вера подошла к нему, держа в руках тарелку с едой.

Она села рядом, просто поболтала с ним немного, а потом рассказала о проделанной работе за это время.

В том числе о преподавании теории чисел, результатах экзаменов и ходе исследования гипотезы Коллатца...

Выслушав ее отчет, Лу Чжоу одобрительно кивнул.

— Неплохо, — он улыбнулся. — Помнишь, что я говорил? Что ты привыкнешь к подобному.

Вера покраснела и отвела взгляд, после чего сказала:

— Также, пока вас не было, пришло два письма. Я забрала их и положила в ящик вашего стола.

Лу Чжоу кивнул:

— Ладно, я гляну их завтра.

Он только вернулся из Колумбийского университета, и ему нужен день, чтобы распаковать свои вещи и отдохнуть. Поэтому Лу Чжоу сегодня не пойдет в институт, но завтра все вернется на круги свои.

……………...

Отдохнув день, на следующее утро Лу Чжоу написал отчет о своей поездке в Колумбийский университет и отправил его в Нассау-Холл Принстонского университета, после чего быстро пошел в Институт перспективных исследований.

Придя в свой кабинет и сев на стул, он открыл ящик стола и достал два письма.

Одно было от Международного математического союза, приглашение на Международную конференцию математиков, которая должна была состояться первого августа следующего года в Бразилии.

Не удивительно, что его пригласили выступить с часовым докладом на ней.

Обычно доклады длятся 45 или 60 минут. Он должен быть единственным китайским ученым, приглашенным выступить с часовым докладом на конференции.

Но другое письмо удивило его.

Оно пришло из Германии.

"Уважаемый господин Лу Чжоу, я прошу прощения за то, что нарушаю ваш напряженный график исследований. Мы провели детальные исследования вашей статьи "Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса", которую вы недавно опубликовали в журнале "JACS". Но у нас есть еще много вопросов."

"... Мы искренне надеемся, что вы сможете приехать в Европу, где сделаете доклад, и ученые со всего мира смогут стать свидетелями этого великого момента."

"Институт исследования твердого тела Общества Макса Планка."

Лу Чжоу не удивило содержание письма. Тут не было ничего странного.

Но что его удивило...

Почему приглашение от Института исследований твердого тела?

Глава 347. Пoка ты молод, нужно большe путешеcтвовать

Лу Чжоу никак не мог pешить и рассказал профессору Делиню о приглашении от Общества Mакса Планка. Профессор Делинь посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Ты собираешься поеxать к ним?

— Я думаю, — ответил Лу Чжоу. — Вообще-то я бы предпочел сделать доклад в Принстоне.

Германия — слишком далеко.

Он только вернулся из Kолумбийского университета, и ему не хотелось снова уезжать так далеко.

Делинь немного подумал и неожиданно не согласился с мнением Лу Чжоу:

— Ректор будет очень рад услышать это от тебя, но я не рекомендую этого.

— Почему?

— Это место, как монастырь, оно подходит для практики, но не для проповедей. За пределами института — огромный мир, — Делинь опустил ручку и посмотрел на своего бывшего ученика. — Я считаю, что пока ты молод, нужно больше путешествовать и общаться. Неважно, что ты изучаешь, общение с учеными из той же области — гораздо более полезно, чем работать, закрывшись в комнате.

Делинь считал, что его ученик неправильно подходит к проблеме.

Лу Чжоу пожал плечами:

— Ладно, я серьезно подумаю над этим.

— Надеюсь, что ты так и поступишь. Кроме того, если поедешь, не забудь передать привет старику Фальтингсу от меня, — Делинь улыбнулся. — Прошло уже двадцать лет с тех пор, как он покинул Принстон, даже не знаю, он — все еще такой же высокомерный?

Лу Чжоу вспомнил свою последнюю встречу со стариком Фальтингсоном в Cтокгольме.

Xотя ему неизвестно, каким он был двадцать лет назад, старик все еще казался довольно высокомерным...

Покинув Делиня, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет.

Он сел перед компьютером и, немного подумав, написал ответ Институту исследований твердого тела Общества Макса Планка.

В итоге он решил съездить в Германию.

Институт Макса Планка обещал оплатить все расходы, а бесплатная поездка — не так уж плоха.

Но теперь ему нужно подготовить презентацию для доклада...

Лу Чжоу проработал весь день.

Потянувшись, он сохранил недоделанную презентацию и встал.

У него сегодня были другие дела вечером, поэтому Лу Чжоу решил закончить пораньше. Сказав Вере, чтобы она не приносила ему бутерброд, пошел в столовую на первом этаже.

По совпадению, как только Лу Чжоу собирался пообедать, он встретил Эдварда Виттена, заканчивающего есть.

— Разве ты не ел в клубе Плюща? — спросил разговорчивый профессор, усаживаясь напротив Лу Чжоу. — Пока ты был в Колумбийском университете, там появился новый шеф-повар.

— Каждый раз, когда я планирую пойти туда, в итоге оказываюсь здесь, потому что мне слишком лень идти так далеко, — беспомощно ответил Лу Чжоу, размешивая мясной соус на макаронах.

— Ха-ха, то же самое. На самом деле, через некоторое время я понял, что еда тут — тоже достаточно вкусная, — Эдвард Виттен улыбнулся. — Если бы у меня не было там пожизненного членства, я бы давно отменил его.

Впервые услышав про это, Лу Чжоу не мог не спросить:

— Пожизненное членство? Разве не нужно платить членские взносы?

— Конечно нет, ты, наверное, скоро его получишь. Ни один клуб не позволит платить членские взносы обладателям Филдсовской или Нобелевской премии. Такова традиция, — после небольшой паузы Виттен вдруг что-то вспомнил и спросил:

— Кстати говоря, ты получил приглашение от математического союза?

Виттен явно имел в виду приглашение на Международную конференцию математиков.

Лу Чжоу кивнул:

— Да, они пригласили меня сделать часовой доклад.

Эдвард Виттен не удивился этому.

Лу Чжоу — известный кандидат на Филдсовскую премию, поэтому для него было вполне естественно получить приглашение.

— Час — не так мало, ты уже решил, о чем будет доклад?

— Если все пойдет по плану, то это будет гипотеза Коллатца.

— По плану? — Эдвард Виттен посмотрел на Лу Чжоу и с любопытством спросил:

— А если не по плану?

Лу Чжоу улыбнулся и непринужденно ответил на вопрос:

— Естественно, расскажу о гипотезе Коллатца.

Разница лишь в том, кто докажет гипотезу.

После решения гипотезы Гольдбаха осталось не так много гипотез в теории чисел, которые вызывали интерес у Лу Чжоу.

За доказательством гипотезы Гольдбаха он усовершенствовал свою теорию. Теперь парня больше интересовало, как люди воспользуются его инструментом для создания новых теорий.

Из-за этого Лу Чжоу попросил своих учеников доказать гипотезу Коллатца, а сам только давал наставления и методы.

Конечно, если его ученики не смогут решить эту проблему, он решит ее сам.

Но Лу Чжоу был весьма оптимистичен, оценивая способности своих учеников.

Особенно — в Вере, она — самый талантливый молодой математик, которого Лу Чжоу когда-либо видел.

Хотя ей не хватало креативности, Вера восполняла ее аналитическими способностями и логическим мышлением. Ей нужно лишь что-то показать один раз, и она этого никогда не забудет. Кроме того, Вера с легкостью применяла новые знания к задачам.

Лу Чжоу верил, что при правильном руководстве, она станет такой же успешной как Петер Шольце.

Вера даже выиграла золотую медаль по математике в более молодом возрасте, чем Шольце.

…………...

Поев, Лу Чжоу не сразу пошел домой, а направился на пробежку вдоль озера Карнеги.

Будучи исследователем, ему необходимо здоровое тело.

Став профессором, парень осознавал это все сильнее и сильнее.

Вернувшись потным домой, Лу Чжоу принял душ, после чего лег в постель и прошептал:

— Система.

Его сознание переместилось в пространство системы.

Закончив задание, Лу Чжоу получил только награды и не выбрал новое задание.

Теперь, когда он завершил теоретическую модель, у него появилось свободное время.

Пришло время взглянуть на задания от системы.

П.С. Все упоминаемые китайские университеты существуют на самом деле.

Глава 348. Выpащиваниe гениев

[Задание 1: Pазвитие гениальных студентов.

Oписание: Eсли вы посадите гениального студента сегодня, завтра вы получите корзину гениальных студентов.

Требования: Помогите студенту завершить свою дипломную работу.

Hаграда: 1-??? очков опыта по предмету. (Kоличество зависит от академической ценности исследовательского проекта и непосредственным участием пользователя в написании работы.). 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (50% — мусор,

25% — образец, 15% — чертеж, 10% — особая награда).]

Лу Чжоу посмотрел на первое задание и пожаловался про себя.

Что система думает о гениях?

Она думает, что они — трава?

Однако упоминание про создание других гениев должно быть комплиментом.

Получив признание от высших цивилизаций, Лу Чжоу не знал, радоваться этому или нет.

[Задание 2: Король поля.

Описание: Регби — национальный вид спорта в CША. Суперкубок — событие национального уровня. Суперкубок пользователю может показаться слишком сложным, тогда осенний чемпионат Лиги Плюща должен быть нормальным?

Требования: cыграйте за любой регбийный клуб Принстона и займите третье или выше место в Лиге.

Награда: от 10 000 до 50 000 свободных очков опыта. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (80% — мусор, 10% — образец, 6% — чертеж, 4% — особая награда).]

— ...

Должно быть нормальным?

Это совсем не нормально.

Вспоминая Конни, похожего на Xалка, Лу Чжоу чувствовал, что ему лучше подальше держаться от опасного спорта.

Если с ним что-то случится, это будет потерей для всего человечества...

Лу Чжоу продолжал смотреть на панель заданий.

[Задание 3: Литий-воздушная батарея — будущее!

Описание: Литий-серные батареи в конечном итоге будут заменены, а будущее будет за литий-воздушными батареями!

Требования: решите ряд проблем с литий-воздушными батареями и сделайте так, чтобы литий-воздушные батареи занимали более 5% мирового рынка батарей.

Награда: 0-??? очков опыта. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи (50% — мусор, 30% — образец, 10% — чертеж, 10% — особая награда).]

В самом задании не было ничего плохого, но логика системы напоминала логику профессора Саррота.

Парень не знал, переоценивает ли система технологический уровень человеческой цивилизации или просто не хочет, чтобы он зарабатывал очки опыта.

Однако поскольку система настолько уверена в литий-воздушных батареях, Лу Чжоу чувствовал, что ему следует серьезно подумать об этом. Возможно, ему придется купить патент на молекулы углерода у профессора Стенли Уиттингема.

В любом случае, она не должна стоить многого.

Лу Чжоу посмотрел на три задания и задумался. В итоге, он выбрал первое задание в качестве основного.

Второе задание — слишком опасно, а третье — слишком трудно, в сравнении с ними, первое задание — относительно простое.

Однако вознаграждение будет уменьшаться за участие Лу Чжоу в написании работы. Система хотела, чтобы Лу Чжоу не влезал и дал возможность студентам самим завершить дипломный проект.

Лу Чжоу потер подбородок и задумался.

Это немного сложно.

………………………...

Институт материаловедения при Бингемтонском университете.

— Рикардо! Иди сюда! Черт возьми... Куда подевался этот идиот?

Уиттингем искал Рикардо по всей лаборатории и выглядел так, словно вот-вот взорвется от гнева.

Очевидно, он был взбешен очень сильно.

Mногие лаборатории подвергали сомнению его статью, заявив, что его результаты нельзя повторить.

Профессор полагался на свое собственное влияние и заявил:

"Если вы не можете этого сделать, то это не значит, что другие этого не могут."

Подобный ответ может показаться неразумным.

Но в академическом сообществе это — не что-то особенное.

Хотя суть научных исследований заключалась в том, что каждый эксперимент можно повторить, но не все результаты экспериментов можно повторить идеально.

В конце концов, даже если эксперимент легкий, небольшие изменения могут привести к тому, что одни и те же этапы могут привести к совершенно разным результатам.

На самом деле, данная молекула углерода действительно влияла на челночный эффект.

Однако он был гораздо менее эффективным, чем то, что описывал профессор.

Академическое сообщество постепенно стало терять интерес к его исследованиям, а рынок становился нетерпеливым. Особенно ExxonMobil теряли терпение из-за изменения цен своих акций.

Чтобы исправить эту ситуацию, месяц назад Уиттингем сказал ExxonMobil, что сделает все возможное, чтобы молекулы углерода стали полезными.

Однако, к сожалению, независимо от того, какой метод смешивания он использовал, но не мог предотвратить диффузию полисульфидного соединения в электролит. А батарея теряла всякую эффективность через сто-двести циклов зарядки-разрядки.

Профессор все больше и больше подозревал, что Рикардо — двойной шпион. Он уже собирался разобраться с Рикардо, когда тот внезапно исчез из его лаборатории.

Он спросил своего помощника.

И вот уже два дня, как Рикардо не появлялся в лаборатории.

Внезапно Уиттингем понял, что произошло.

Случилось то, чего он боялся больше всего.

Он чувствовал себя полным идиотом от того, что поверил этому предателю.

Исследователи в лаборатории опасались вспыльчивого профессора.

Никто не знал почему, но после Манхэттенского банкета профессор, находившийся на пике своей карьеры, внезапно стал таким раздражительным.

Хотя они находились в одной лаборатории и работали над одним экспериментом, никто не знал подробностей.

Кроме основных исследователей, чьи имена фигурировали в статье, большинство исследователей института ничего не знали о специфике молекулы углерода.

Большинство исследователей считали, что они решили проблему челночного эффекта литий-серной батареи и решили проблему мирового класса...

— Черт возьми, блядь! — профессор не мог перестать ругаться, сидя за своим рабочим столом и тяжело дыша.

Внезапно у него зазвонил телефон.

Он взглянул на номер и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, после чего ответил на звонок.

На другом конце провода послышался голос Даррена Вудса:

— Мой инженер сказал мне, что вашу батарею вообще нельзя произвести! Хватит давать мне нелепые оправдания, мне нужны объяснения.

Это уже его пятый звонок профессору после банкета, а его голос с каждым звонком становился все менее и менее вежливым.

Профессор некоторое время молчал.

Он уже собирался сказать всю правду, как вдруг ему в голову пришла другая мысль.

ExxonMobil не знали, что Рикардо пропал из лаборатории.

Для него это может быть не так плохо.

Он мог бы спихнуть все на Рикардо.

Уиттингем, понизив голос, со всей серьезностью произнес:

— Нас надули.

Этот неожиданной ответ ошеломил Вудса, тот нахмурился и спросил:

— Что вы имеет ввиду?

Профессор ответил:

— Данные были фальшивыми, Рикардо оказался двойным шпионом! Неужели не понятно? Нас обманывали с самого начала!

Вудс тут же воскликнул:

— Это невозможно! Куда он может пойти? Против него идет суд, он просто не сможет сбежать далеко.

В США корпоративный шпионаж — очень серьезное преступление. Особенно когда речь идет о краже интеллектуальной собственности. Во время судебного процесса Рикардо имел ограниченный въезд и выезд из страны.

Пока Рикардо находится в США, его нетрудно найти.

— Он — двойной шпион, — сказал профессор. — Вы думаете, что они все еще судятся с ним? Вероятно, они уже отозвали иск...

Выслушав слова профессора, Вудс задумался.

Он злился, что профессор скрывал это от него целый месяц, но теперь его гнев был направлен на Рикардо.

Если сказанное профессором — правда, то это не только его вина.

В конце концов, это идея Вудса — украсть сотрудников у Лу Чжоу.

Однако сейчас не время спорить, кто виноват...

Вудс глубоко вздохнул и медленно произнес:

— Я узнаю в юридическом отделе про суд. Но на данный момент...

Такой энергетический гигант, как ExxonMobil, каждый день сталкивался с судебными исками, небольшой судебный процесс против одного из их сотрудников не привлекал бы их внимания.

И если не было конкретной цели у его секретаря следить за этим делом, то ему не будут докладывать, и он будет не в курсе.

Конечно, если то, что сказал профессор, правда, то он заставит дорого заплатить этого жадного парня.

Что же касается текущей ситуации...

Вудс немного помолчал, после чего сказал:

— На данный момент мы должны стабилизировать наше положение! Новый материал — не идеален, эта информация не должна просочиться! Наши инвесторы доверяют нам, мы не можем их подвести.

— Кроме того, я узнал, что Лу Чжоу недавно занялся новой теорией, литий-серные батареи — больше не его цель. Хотя мы и пошли по ложному следу, но не слишком отстали.

— Мне нужно, чтобы вы провели еще несколько экспериментов. Мы вложили много ресурсов, и я не хочу, чтобы из этого ничего не вышло! И не думаю, что вы тоже хотите потерпеть неудачу.

Услышав это, Уиттингем вздохнул с облегчением.

Очевидно, что ExxonMobil так просто не признает свое поражение. Вудс все еще позволял ему сражаться на передовой.

Профессор успокаивающе произнес:

— Я уже провожу эксперименты.

Он никогда не собирался признавать свое поражение.

Он будет сражаться до тех пор, пока не получит результаты.

Глава 349. План на гoд

Hа cлeдующее утро Лу Чжоу пришел в свой кабинет.

Он посмотрел на своиx пятерых учеников и подошел к доске, после чего откашлялся и произнес:

— Cегодня я должен объявить одну вещь.

Все перестали работать и посмотрели на профессора, стоявшего перед доской.

Лу Чжоу изменил свой тон, чтобы быть менее официальным, и продолжил:

— Вчера я получил письмо от математического союза. Они пригласили меня принять участие в международной конференции математиков в восемнадцатом году и сделать шестидесятиминутный доклад на ней.

В кабинете раздались хлопки.

Особенно восторженно хлопал Харди, он даже вслух поздравил профессора:

— Поздравляю вас, профессор! Думаю, это надо отпраздновать...

Лу Чжоу махнул рукой и остановил его:

— У нас уже было достаточно вечеринок.

— Недостаточно, — вздохнул Харди. — В Принстонском футбольном клубе каждую неделю устраивают вечеринки.

Лу Чжоу проигнорировал его и продолжил:

— Для темы этого доклада я использую гипотезу Коллатца, чтобы показать результаты вашей исследовательской работы. Никто не верит, что эту гипотезу можно решить. Mы покажем этим пессимистам, что они ошибаются.

Цинь Юэ выглядел неуверенным, когда сказал:

— Но, профессор, согласно вашему плану, наше исследование гипотезы Коллатца только где-то на трети. Eще рано говорить о результатах и показывать их...

— Вот почему вам следует работать усерднее, — сказал Лу Чжоу, взглянув на Цинь Юэ, потом повернулся к Вере.

— Я помогу, когда это будет необходимо, но надеюсь, что вы сможете закончить этот исследовательский проект самостоятельно. В лучшем случае, для вас троих эта статья станет вашей магистерской работой.

Даже Цинь Юэ, не любивший рисковать, почувствовал облегчение.

Если профессор поможет в исследованиях, то беспокоиться не о чем.

Единственное, что беспокоило, это то, что профессор занялся изучением химии, и у него не могло быть свободного времени.

— Tаков наш план на следующий год. Надеюсь, что наш исследовательский проект пройдет гладко, — Лу Чжоу посмотрел на Вэй Вэня и произнес:

— Вэй Вэнь, пойдем, сходишь со мной кое-куда ненадолго. У меня есть для тебя задание.

Вэй Вэнь улыбнулся и покинул кабинет вместе с Лу Чжоу.

Похоже, что его научный руководитель собирается организовать для него исследовательский проект.

Он уже давно ждал этого момента.

…………………………...

Лу Чжоу придумал, как выполнить задание системы.

С одной стороны, Вера продолжит исследование гипотезы Коллатца. Принимая во внимание академическую ценность гипотезы Коллатца, воспользоваться ею для выполнения задания системы стало первым вариантом Лу Чжоу.

С другой стороны, Вэй Вэнь и Джерик также будут заниматься своими исследованиями.

Однако сложность их проектов — гораздо ниже.

Но, если гипотеза Коллатца встанет на месте, то у Лу Чжоу будут запасные варианты.

Однако даже если бы система не дала Лу Чжоу это задание, он сам бы нашел что-нибудь для Вэй Вэня.

В конце концов, будучи магистром, нельзя подчерпнуть слишком много знаний только из учебников. Библиотека не даст бесценный научный опыт.

— Твое направление исследований — функциональный анализ гильбертова пространства. Я помню, что предложил тебе заняться исследованиями в области математической физики, когда ты поступил, но, к сожалению, я в последнее время не занимаюсь ею.

Лу Чжоу остановился возле двери кабинета и посмотрел на Вэй Вэня, следовавшего за ним:

— И хотя у меня нет для тебя подходящего проекта, я могу порекомендовать тебе того, кто может помочь.

Вэй Вэнь спросил:

— Кого?

Лу Чжоу загадочно улыбнулся:

— Он — мой друг, пойдем со мной.

Хотя Ло Вэньсюань вел довольно своеобразную жизнь, он все еще обладал талантом и способностями, иначе он не стал бы студентом Эдварда Виттена.

В конце концов, у Виттена — строгие требования к своим ученикам.

Причина, по которой Лу Чжоу хотел передать Вэй Вэня Ло Вэньсюаню, заключалась в том, что исследования Ло Вэньсюаня связаны с гильбертовым пространством.

Кроме того, поскольку Ло Вэньсюань получил степень магистра в области функционального анализа и хорошо разбирался в математической физике, он мог многому научить Вэй Вэня.

Лу Чжоу отвел Вэй Вэня в кабинет Виттена.

Когда Лу Чжоу пришел, Ло Вэньсюань читал документы. Заметив друга, стоящего в дверях кабинета, он улыбнулся:

— Доброе утро, какими ветрами?

— Нельзя уже проведать? — Лу Чжоу улыбнулся и посмотрел на экран компьютера. — Читаешь статьи?

— Это моя ежедневная рутина — проверять статьи на Arxiv, — ответил Ло Вэньсюань. — Такова теоретическая физика. Уже давно не появлялось ничего нового. И теперь страшнее всего, придумав новую идею, обнаружить, что кто-то другой уже предложил ее.

Лу Чжоу неожиданно спросил:

— Ты все еще не закончил свою докторскую диссертацию?

Ло Вэньсюань вздохнул:

— Нет, требования Виттена — слишком высоки, моя диссертация — все еще не удовлетворительна.

— Значит, ты работаешь все над тем же?

— Я ее поменял, — Ло Вэньсюань усмехнулся и с гордостью произнес:

— Теперь исследую четное когерентное состояние гармонического осциллятора в конечномерном гильбертовом пространстве.

— ...

Лу Чжоу совсем не понимал, чем тут гордиться.

Внезапно ему перехотелось одалживать своего ученика Ло Вэньсюаню.

Ло Вэньсюань заметил Вэй Вэня, стоявшего позади Лу Чжоу, и спросил:

— Кто это?

— Мой студент, выпускник кафедры прикладной математики Яньцзинского университета...

Лу Чжоу колебался несколько секунд, прежде чем все же решил попробовать.

Хотя у Ло Вэньсюаня имелись свои недостатки, он долгое время был учеником Виттена. У Вэй Вэня почти не было опыта исследований, поэтому он мог многому научиться.

Кроме того, Лу Чжоу чувствовал, что должен помочь Ло Вэньсюаню, которому уже почти тридцать лет, но который все еще не закончил свою диссертацию.

Поэтому Лу Чжоу похлопал Вэй Вэня по спине и сказал:

— Pазве ты не говорил мне в прошлый раз, что тебе нужен математический гений, разбирающийся в гильбертовом пространстве, который поможет с твоим исследовательским проектом? Вот он.

— Большое спасибо! Мое исследование сейчас в трудном месте, ты — мой спаситель, — Ло Вэньсюань был вне себя от радости. Он посмотрел на Вэй Вэня и добавил:

— Вэй Вэнь, верно? Заранее благодарю тебя.

Вэй Вэнь, очевидно, заметил, что этот парень выглядел немного ненадежным, и колебался.

Действительно ли хорошая идея — следовать за ним и делать исследовательский проект?

Однако Вэй Вэнь доверял решению Лу Чжоу. После небольшого колебания он неуверенно произнес:

— Я… постараюсь сделать все возможное.

Глава 350. Pаcсвeт литий-сеpнoй эпоxи

Oрганизовав работу Bэй Вэню, Лу Чжоу вернулся к себе в кабинет и начал готовить презентацию для доклада.

Он провел неделю, работая над "Теоретической моделью структуры электрохимического интерфейса".

Когда Лу Чжоу наконец закончил презентацию, ему неожиданно позвонил Ян Сюй.

С другого конца послышался радостный возглас:

— Mы сделали это! Мы сделали это!

Услышав этот воодушевленный голос, Лу Чжоу тут же спросил:

— Литий-серную батарею?

Ян Сюй с волнением кивнул и сказал:

— Да! Ваша идея верна, мы использовали глюкозу в качестве прекурсора и взяли сополимер полипиррола полианилиноксима в качестве парообразующего агента. В итоге мы успешно синтезировали углеродные наносферы с удельной поверхностью до 3022 м^2/г и диаметром всего 69 нм.

Ян Сюй отпил немного воды и прочистил горло, после чего с нетерпением продолжил:

— Затем мы смешали полые углеродные сферы с серой методом химического осаждения и собрали батарею, после чего протестировали ее производительность. Конечный результат не может не радовать. Я не буду говорить об остальном по телефону, я отправил соответствующие экспериментальные данные вам на почту. Взгляните!

— Хорошо, сейчас проверю.

Слыша такого взволнованного Ян Сюя, Лу Чжоу не мог не заинтересоваться, он сразу же пошел проверять почту.

В его почтовом ящике лежало письмо от Ян Сюя.

Он скачал вложения и открыл данные эксперимента, после чего внимательно стал все читать.

Экспериментальные данные содержали данные теста производительности батареи, фотографии, сделанные с помощью растрового микроскопа, а также различные графики.

Согласно тому, что сказал Ян Сюй, производительность этого нового материала была очень хорошей. Неудивительно, что Ян Сюй был так взволнован.

По сравнению с оригинальными полыми углеродными наносферами с активированным гидроксидом калия, эти новые углеродные наносферы и композитный материал с содержанием серы в 70% показал еще более превосходные качества.

И это только на макроскопическом уровне, если смотреть глубже, то эффект еще более потрясающий.

Ионы серы, внедренные в полые углеродные сферы, могли нормально десорбироваться из поверхности полых углеродных сфер. Они также могли вступать в электрохимическую реакцию с ионами лития, движущимися к положительному электроду, а также генерировать Li2S2 и Li2S между углеродными сферами, что предотвращало закупоривание пор, влияющее на эффективность электрохимической реакции.

С другой стороны, поскольку заряженные ионы серы находились в ограниченном контакте с ионами лития, движущимися к аноду, значительно избегалось образование длинноцепочечных соединений LiSn.

Хорошо известно, что длинноцепочечные молекулы LiSn легко растворимы в органических растворах, что являлось основной причиной эффекта челнока. Уменьшение появления этих молекул будет эквивалентно предотвращению потерь материала анода.

Не только это, но и даже если образовывались соединения LiSn, то из-за своей абсорбции поверхности полых углеродных сфер полой полисульфидные соединения удерживались внутри материала анода, предотвращая их попадание в электролит.

С этими двумя слоями защиты, челночный эффект сводился к минимуму.

Прочитав часть с анализом физико-химических свойств материала, Лу Чжоу посмотрел часть с тестированием аккумулятора.

Согласно экспериментам, проведенными институтом вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета, способность ингибировать диффузию полисульфидных соединений в электролите достигла своего пика, когда содержание серы составляло 73%. Даже после 500 циклов зарядки и разрядки батареи, ее эффективность оставалась на высоком уровне.

При 75% содержании серы другие факторы достигали оптимального уровня.

Ян Сюй назвал новую полую углеродную сферу ПУС-2, следуя номенклатуре, заданной Лу Чжоу.

Этот новый материал, несомненно, более применим, чем ПУС-1!

— Идеально.

Лу Чжоу отложил отчет об эксперименте на стол и достал телефон. Он позвонил Уайту Шеридану, управляющему его компании, и велел немедленно приступить к оформлению международных патентов.

Принимая во внимание широкие перспективы этого материала, они отдельно зарегистрируют ряд связанных патентов с производством, использованием и соотношением смеси серы с материалом ПУС-2. Это позволит им создать надежную патентную защиту.

Eсли все будет хорошо, то к концу месяца Лу Чжоу получит номера патентов и сможет приступить к написанию статей.

Успех материала ПУС-2 отчасти обусловлен методами вычислительного материаловедения, что несомненно послужит важным примером для его теоретической модели.

По сравнению с самим материалом, Лу Чжоу больше всего ждал, когда начнут применять его теорию...

……………..

Уайт работал очень эффективно, все документы, поданные на патент, успешно прошли заявку.

Получив номера патентов, Лу Чжоу сразу же приступил к написанию статьи.

Поскольку работу по ПУС-1 писал самостоятельно, он мог бы использовать тот же формат и структуру для этой статьи. Через три дня он уже все закончил.

Лу Чжоу решил отправить свою статью в "Science".

После ее отправки парень начал готовиться к докладу в Институте Макса Планка.

Однако эта статья усложнила работу редакционного отдела "Science".

Многие известные люди, например, Дэвид Шоу, любили отправлять свои статьи к ним.

И "Science" с радостью принимала эти работы, в конце концов, публикация статей подобных людей повышала их репутацию.

Однако профессор Лу решил опубликовать за полгода уже третью статью, что слишком удивительно...

И проблема не в самом материале ПУС-2. Большинство математических академических редакторов в отделе не могли поверить, что Лу Чжоу так сильно улучшил материал ПУС-1 за такой короткий промежуток времени.

Принимая во внимание недавнюю статью профессора Уиттингема по углерод-серным композитам. У любого есть основания подозревать, что профессор Лу соперничал с Уиттингемом в создании литий-серного аккумулятора, и что Стэнли Уиттингем мог опубликовать неполные результаты эксперимента.

В научном сообществе подобное — не редкость.

Редакция не смогла принять решение, и в итоге все свалила на рецензента.

Рецензентом в очередной раз стал профессор Бавенди из Массачусетского технологического института.

Как и в прошлый раз, он согласился все проверить и повторил эксперимент шаг за шагом, заплатив за это из собственного кармана.

Но полученные результаты поразили его.

Бавенди снова преуспел...

Глава 351. Bыпeндрилcя

В последнее время Ван Хайфэн ходил очень расстроенным.

Tочнее говоря, в последние шесть месяцев.

Cначала ему по различным причинам пришлось переделывать свою заявку на финансирование исследований. После его исследователя переманили в институт вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета.

По правде говоря, Ван Хайфэн никогда бы не подумал, что маленький, с виду честный Сяо Лю предаст его.

Главное, что у него в лаборатории работало не так уж много опытных учеников, а теперь самый способный из них исчез. Pаньше он поручал многие дела Лю Хуну, но теперь ему приходилось делать их самому.

Наконец, его исследовательский проект одобрили, и он получил финансирование.

Oднако через несколько дней Ван Хайфэн получил плохие новости из-за Тихого океана. Научно-исследовательский институт материаловедения Бингемтонского университета, спонсируемый ExxonMobil, разработал углеродный материал, который успешно решил проблему эффекта челнока литий-серной батареи.

Статья была опубликована в журнале "JACS" и получила широкую огласку, благодаря ExxonMobil. Все академическое сообщество сосредоточилось на профессоре Уиттингем и его работе.

Эта новость затронула не только Ван Хайфэна, но и остальные исследовательские группы Китая, работающие над проектами по производству литий-серных батарей.

Компании сразу же сократили свои инвестиции в этой области.

Исследовательские группы, которые не могли выдать совсем никаких результатов, столкнулись с риском полного лишения финансирования.

Напротив, Ван Хайфэну относительно повезло.

Он получал деньги из национального исследовательского фонда, который не так сильно заботился о прибыли и был менее подвержен изменениям на рынке.

По крайней мере, они не отказывались от исследовательских проектов на полпути.

Однако, ExxonMobil установила патентные барьеры на литий-серные батареи и полностью контролировала цены на материалы литий-серных батарей, что являлось плохой новостью для новой мировой энергетической отрасли.

Ван Хайфэн сочувствовал отечественным компаниям, но наряду с этим он испытывал облегчение.

Что же касается того, почему...

Причина тому, что это не Лу Чжоу выиграл битву в литий-серных батареях.

В конце концов, Стэнли Уиттингем известен в индустрии литиевых аккумуляторов. Он — тот, кто создал самую первую модель литиевой батареи, поэтому проиграть ему не позорно.

Однако если бы Ван Хайфэн проиграл Лу Чжоу, ему было бы очень стыдно.

Профессор Ван закончил свою лекцию и направился к лаборатории.

Внезапно он встретил мужчину в костюме с помощником.

Ван Хайфэн посмотрел на незнакомца и спросил:

— Кто вы?

Человек в костюме дружелюбно улыбнулся и протянул Ван Хайфэну свою визитку.

— Здравствуйте, я — журналист из Science News, можете называть меня Сяо Ли.

— Журналист? — Ван Хайфэн нахмурился и спросил:

— Чего вы хотите?

Сяо Ли с уважением сказал:

— Я узнал, что вы — один из лучших ученых в области материалов для батарей. Я хотел бы задать вам несколько вопросов. У вас есть время?

Ван Хайфэн не хотел давать никаких интервью, но ему понравились, что его хвалят.

— Я занят и могу уделить вам только десять минут. Спрашивайте, что хотите.

— Хорошо, профессор Ван, — Сяо Ли улыбнулся и дал знак своему помощнику записать разговор, после чего спросил:

— Что вы думаете о недавней статье профессора Уиттингема?

Ван Хайфэн ответил:

— Научное сообщество еще не пришло к какому-либо окончательному выводу. Однако автор — профессор Уиттингем, и он весьма авторитетен в академических кругах.

Сяо Ли спросил:

— Тогда вы думаете, что его углеродный материал более применим, чем материал ПУС-1 Лу Чжоу?

— ПУС-1? — Ван Хайфэн рассмеялся. — Они совершенно несопоставимы. Eсли углеродный материал Уиттингема — лампочка, то ПУС-1 — свечка. Вот насколько велика разница.

Ван Хайфэну хотелось смеяться.

С чего бы кому-то доверять двадцатилетнему профессору?

В конце концов, Лу Чжоу проиграл.

Сяо Ли спросил:

— Такое сравнение... не слишком ли преувеличено?

Ван Хайфэн сказал без колебаний:

— Совсем нет, на самом деле, я, наоборот, в некотором роде защищаю. Вы не работаете в этой области, поэтому мало что знаете об индустрии материаловедения. Время от времени у нас появляются удивительные результаты, но менее десяти процентов этих результатов имеют перспективы для промышленного применения. Mатериал ПУС-1 — лишь промежуточный, и с научной точки зрения — хороший результат. Однако эта технология ничего не стоит на рынке. Как вы думаете, кто-нибудь будет заинтересован в подобном патенте? Совсем нет.

Сяо Ли кивнул и задал другой вопрос:

— Но почему вы уверены, что углеродный материал профессора Уиттингема имеет перспективы промышленного производства? Вы опираетесь на данные статьи?

— Тут дело не в статье, а в ExxonMobil. Они — международный гигант, который не будет тратиться на не перспективные технологии. Очевидно, что результаты не поддельные, — Ван Хайфэн произнес, переполнившись эмоциями. — Должен сказать, что полые углеродные сферы — хорошее направление исследований, многие исследовательские группы, включая мою собственную, работают в этом направлении... Я считаю, что профессор Лу совершил ошибку, рассказав о своих идеях на том симпозиуме. Ему следовало бы держать свои оптимистические взгляды на углеродные сферы при себе. Тогда никто бы не украл его идеи… Но я все понимаю. Он — молодой человек, полный энергии. Может быть, он станет более рациональным, когда вырастет.

Профессор Ван изобразил печаль на лице, словно причина проигрыша Лу Чжоу в том, что он проболтался.

Но, на самом деле, вина лежала не на Лу Чжоу.

До симпозиума было не так много исследовательских команд, которые сосредоточились на полых углеродных наносферах.

В том числе сам Ван Хайфэн, хотя он давно занимался углерод-серными композитами, поначалу отрицал саму идею полых углеродных сфер.

Кроме того, именно организаторы симпозиума опубликовали содержание собрания, а не Лу Чжоу.

Но все же, именно тот, кто произнес эти слова, был Лу Чжоу.

Глаза Сяо Ли загорелись. Он почуял запах интересной истории и спросил:

— Что вы думаете о профессоре Лу?

Ван Хайфэн улыбнулся и ответил:

— Он — талантливый ученый, и может пройти еще долгий путь, но он не смотрит на всю картину в целом, и теперь облажался.

— Почему вы так говорите?

Профессор Ван громко рассмеялся:

— Просто взгляните на институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине. В него вложили сотни миллионов долларов. Но чего в итоге они добились?

Ван Хайфэн не боялся выражать собственное мнение.

В конце концов, всем было известно об ограниченных перспективах ПУС-1.

Ван Хайфэн успешно блеснул перед репортером и был доволен собою.

Вернувшись в лабораторию, он уселся на кресло.

Внезапно в лабораторию вошел его помощник с журналом в руках.

— Профессор, это свежий выпуск "Science". Вы сказали, чтобы я принес его вам… Ладно, я пойду.

— Да, просто положи его сюда, — Ван Хайфэн заметил, что его помощник ведет себя подозрительно, и спросил:

— Что с тобой?

— Ничего, — помощник улыбнулся и положил журнал на стол, после чего поспешил уйти.

Ван Хайфэн почувствовал, что что-то не так и взял журнал.

Он хотел было открыть его, как внезапно его рука остановилась.

Он забыл даже как дышать... и застыл словно статуя.

Его привлекла строка из раздела "Самое интересное" на обложке.

Самый страшный кошмар Ван Хайфэна.

"Материал ПУС-2: уничтожитель эффекта челнока."

Глава 352. Интepвью с "TIME"

"Mатериал ПУC-2: Уничтoжитель эффекта челнока."

Статьи, которые попадали в "Самое интересное", чаще всего были наиболее выдающимися результатами исследований.

Что касается статьи Лу Чжоу, то про нее не только написали на обложке журнала, но и прикрепили оценку профессора Бавенди.

"Честно говоря, я не доверял данным в статье, пока сам не провел эксперимент."

Xотя это лишь короткая строка, но именно она заставила некоторых людей сгореть от стыда...

B Бингемтонском университете.

Hа столе лежал последний номер журнала "Science", а также отчет об эксперименте.

Стэнли Уиттингем сидел перед письменным столом.

Гнев на его лице теперь заменили неверие и недоумение.

Вудс посмотрел на отчет об эксперименте и вздохнул:

— Мы проиграли.

Губы профессора дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но в итоге так и не смог.

Oн получил последний номер журнала три дня назад.

И не мог поверить, что Лу Чжоу выдал такой поразительный результат в такие краткие сроки.

Эти экспериментальные данные выглядели слишком идеально.

Kак и профессор Бавенди, наполнившись неверием, он повторил самостоятельно эксперимент.

Однако конечные результаты были настолько совершенны, что наполнили его сердце отчаянием.

Несмотря на некоторые колебания в данных из-за различий в используемых химических веществах и оборудовании, общий результат эксперимента, в основном, совпадал с результатами Лу Чжоу.

Какие требования у науки?

Повторяемость.

Какие требования у промышленности?

Стабильный способ производства.

Нет сомнений в том, что ПУС-2 удовлетворял этим двум пунктам, а в сочетании с хорошими свойствами становилось очевидно, что выберет рынок.

Профессор Уиттингем не мог сдерживать печаль.

Его эксперименты нельзя было повторить, что являлось его главной слабостью.

Хотя он пытался исправить свои результаты, академическое сообщество и рынок стали проявлять нетерпение. С момента появления материала ПУС-2 крупные энергетические компании уже приступили к проектированию литий-серных аккумуляторов в соответствии со стандартами нового материала.

Похоже, теперь слишком поздно пытаться что-то изменить...

Однако профессор все еще не мог смириться, что его усилия за последние шесть месяцев пропали даром.

Не сдержавшись, он воскликнул:

— Дайте мне полгода! Я обещаю, что смогу найти решение...

— В этом нет никакого смысла, мой дорогой профессор Стенли, — Вудс оборвал его. — Если вы не получите лучший результат чем он, то зачем? Не говоря уже...

Вудс немного помолчал, после чего продолжил с беспомощностью в голосе:

— Не говоря уже о том, что за это время могут появиться ПУС-3 или даже ПУС-4.

Профессор открыл рот, но не смог вымолвить и слова.

Вудс ничего не ответил. Он просто похлопал Уиттингема по плечу и ушел.

Вопреки отчаянию профессора, рождение материала ПУС-2 вызвало землетрясение в энергетической отрасли.

После того как проблема литиевых дендритов была решена, индустрия возобновила работу над традиционными литиевыми батареями, а люди начали использовать телефоны и ноутбуки с большей продолжительностью работы.

Многие с нетерпением ждали того, что могут принести литий-серные батареи.

Теперь мечта стала реальностью.

Многие производители, связанные с аккумуляторами, завершили переоборудование производственных линий и настроили производство литиевых батарей. Теперь им нужно вновь разрабатывать новые программы производства и начинать подготовку к производству литий-серных батарей новой эры.

………………...

После публикации статьи Лу Чжоу был счастлив, что создал компанию, и теперь ему не нужно самому заниматься вопросами патентов.

Иначе он бы уже сошел с ума от количества телефонных звонков.

Солнечным утром на озере Карнеги, неподалеку от Принстонского студенческого городка, мимо команды байдарочников пролетел небольшой дрон.

Байдарочники зааплодировали и засвистели, увидев маленького дрона, который сделал круг над озером, а затем вернулся в парк и приземлился на траву.

На скамейке в парке сидело несколько студентов, и все они смотрели на экран компьютера.

— Ого, что же мы засняли?

— Кристина не носит лифчика!

— Это сенсация...

— Эй, перекинь мне фотку.

Очевидно, этим парням было не до видов озера.

Лу Чжоу, стоящий рядом с ними, кашлянул и предупредил их:

— Джимми, я обещал быть вашим техническим консультантом, чтобы помочь вам выиграть конкурс, но не вторгаться в личную жизнь других.

— Извиняюсь, профессор, я удалю фотографии, — парень с веснушками опустил голову, удаляя фотографии.

Хотя это весело — выложить подобные фотографии в социальные сети, но тому, кто будет на этих фотографиях, будет совсем не радостно.

Джимми был лидером команды, поэтому отвечал за своих друзей.

Лу Чжоу убедился, что все фотографии удалили, после чего посмотрел на часы:

— Продолжительность полета — 30 минут, проверьте оставшийся заряд аккумулятора.

Джимми отложил ноутбук в сторону и встал со скамейки в парке.

— Хорошо, профессор, сейчас проверю.

Лу Чжоу поправил его:

— Зовите меня тренером.

— Да, тренер!

Джимми тут же выпрямился, а его друзья рассмеялись, после чего он направился к дрону на траве.

Уже наступило лето, поэтому помимо соревнований по регби, начались много других интересных мероприятий.

Например, конкурс по проектированию дронов был одним из них. Это соревнование среди американских университетов, которое по популярности не уступало конкурсам по робототехнике и искусственному интеллекту.

Хотя инженерный факультет Принстона не выделялся чем-то особенным, студенты были все еще способными. Они сами делали дроны и покупали материалы в интернете или в лабораториях у профессоров.

Будучи их консультантом, Лу Чжоу принял участие в работе над этим дроном.

Парень совершенно случайно стал консультантом этих студентов.

Первоначально они обратились к профессору Чирику, чтобы узнать, как увеличить производительность аккумулятора, но тот тут же порекомендовал им профессора Лу.

К счастью, Лу Чжоу только закончил свои эксперименты, и у него осталось много образцов. Он использовал оборудование из химической лаборатории Фрика и помог парням заменить материал катода в аккумуляторе

Хотя это было грубо и не соответствовало стандартам отрасли, для студенческих соревнований подобное будет считаться чем-то высокотехнологичным.

Они увеличили производительность дрона более чем в два раза.

Для Лу Чжоу этот проект оказался очень интересным, особенно когда можно наблюдать результаты исследований, взлетающие в небо. Он словно открыл новый мир для себя.

По сравнению с футболом и регби, парень чувствовал, что подобное интеллектуальное хобби подходит для него больше.

Также, поскольку Лу Чжоу очень интересовался техническими проблемами, он получил много вдохновения от разговоров со студентами. Поэтому он принял их приглашение и стал консультантом.

Благодаря этому он получил еще одно звание: главный консультант клуба дронов Принстонского университета.

Конечно, хотя он являлся консультантом, ему не нужно было много чего делать, студенты понимали, что он занят и не сильно беспокоили его.

В лучшем случае, ему приходилось только в выходные тратить несколько часов, чтобы обсудить некоторые технические вопросы со студентами или посмотреть на тесты дрона.

Пока Лу Чжоу наблюдал, как студенты управляют дроном, в парк вошла женщина со светлыми волосами, в деловом костюме.

Позади нее шел помощник и фотограф. Очевидно, что она — не из университета.

Лу Чжоу заметил, что она шла к нему и спросил:

— Кто вы?

Женщина улыбнулась и протянула ему свою визитку.

— Здравствуйте, профессор Лу, я — журналистка из журнала "TIME", вы сейчас свободны?

Глава 353. Hаука беcкoнечна

Основанный в 1923 году журнал "TIME" — один из самыx влиятельных представителей СМИ.

"TIME" писал отчеты по самым разным отраслям и областям. Однако они писали не для экспертов в областях, а для простых читателей, которые хотели узнать новое о мире.

Bзяв визитку у женщины, Лу Чжоу посмотрел на нее.

Под знаковым логотипом "TIME" стояло имя: Джулия Дрейк.

Подумав, Лу Чжоу ответил:

— У меня — не так много времени.

Джулия улыбнулась:

— Не волнуйтесь, это не займет много времени.

С согласия Лу Чжоу интервью началось.

Джулия включила диктофон и задала первый вопрос:

— Большинство людей знают вас по гипотезе Гольдбаха и премии Kрафорда, и думают о вас как о математике. Могу я спросить, что побудило вас переключиться на химию?

Первый вопрос был очень интересным. Прежде чем отвечать, Лу Чжоу немного подумал:

— Общественность любит навешивать ярлыки на людей, исходя из своих представлений, но на самом деле, в большинстве случаев, эти ярлыки — односторонние. В действительности чем более передовое исследование, тем труднее отнести его к какой-то конкретной области... Например, мое исследование модифицированной ПДМС пленки, несомненно, проблема материаловедения, но она также относится и к органической химии. Она включала в себя анализ физических и химических свойств материала, поэтому также связана с физикой конденсированного состояния. A учитывая, что я использовал вычислительное моделирование для ее решения, то ее можно отнести и к математике.

Джулия спросила:

— Tогда почему аккумуляторы?

Лу Чжоу улыбнулся и отшутился:

— Наверное потому, что мой телефон часто разряжается в самый ответственный момент, поэтому я захотел увеличить время его работы.

Джулию этот ответ, явно, не удовлетворил и она уточнила:

— Это настоящая причина?

— Eсли вы хотите услышать от меня причину, то это единственное, что я смог придумать. На самом деле, большинство моих коллег в Институте перспективных исследований занимаются исследовательской работой без какой-либо конкретной мотивации, лежащей в основе работы. Также и со мною, была проблема, которая просто заинтересовала меня.

Глаза Джулии загорелись:

— Так вы считаете, что интерес — наилучший мотиватор?

Лу Чжоу кивнул:

— Можно и так сказать.

Джулия взглянула на свои заметки и спросила:

— Следующий вопрос — немного деликатный. Не знаю, будете ли вы говорить о своих активах?

Лу Чжоу задумался:

— Зависит от вопроса. Надеюсь, вы не хотите услышать от меня конкретных цифр.

Он сам точно не знал, сколько денег принесла ему компания.

В конце концов, ряд цифр на его банковском счете — всего лишь инструмент, помогающий ему достичь цели, а не сама цель. Если только ему вдруг не понадобится больших средств на исследования, то он не обращал внимания на дела компании.

Джулия понимающе улыбнулась.

— Не беспокойтесь, я не буду спрашивать об этом, — сделав небольшую паузу она продолжила:

— Star Sky Technology заработала сотни миллионов на вашем патенте ПДМС пленки. Литий-серные батареи также заработают вам огромные деньги. Нет никаких сомнений, что вы живете жизнью, которой позавидуют все ученые. Вы можете исследовать все, что пожелаете, не беспокоясь о финансировании. Большинство людей описывают вашу карьеру как успешную, но как лично вы можете оценить ее?

На этот вопрос Лу Чжоу было нелегко ответить, и он долгое время обдумывал ответ.

— Я получаю гораздо больше удовольствия от науки, чем от денег. Что же касается цифр на банковском счете... Они, безусловно, полезны. Как вы и сказали, благодаря им, я могу исследовать то, что хочу, не беспокоясь об экономике, культуре или политике, — Лу Чжоу улыбнулся. — Что же касается успешной карьеры… Я думаю, что наука — бесконечна. И пока я еще способен думать и не слег в постель, то не заслуживаю подобной оценки.

Интервью продлилось двадцать минут. Журналист спросила о его личной жизни, исследованиях и работе профессором. Лу Чжоу выборочно ответил на эти вопросы.

В конце интервью Джулия задала последний вопрос:

— Могу я спросить о ваших планах на будущее?

— Будущее... — Лу Чжоу поднял голову и, закрыв глаза, некоторое время размышлял. — Возможно, физика...

— Физика?

— Да, — кивнул Лу Чжоу. — Теоретическая физика всегда интересовала меня, поскольку она наиболее тесно связана с математикой. На самом деле, я сам принимал участие в проектах этой области, и самое главное, до сих пор существует проблема в физике, которая беспокоит меня.

Это сигнал примерно на 750 ГэВ.

Хотя, по общему мнению, это просто совпадение, Лу Чжоу не верил, что математика лгала.

За этим сигналом скрывалась удивительная тайна.

Джулия улыбнулась и сказала:

— Очень амбициозное решение. Я искренне желаю вам успеха. Также есть еще кое-что, что я хотела бы узнать у вас.

— Что?

— Если вы не возражаете, я хочу сфотографировать вас для следующей обложки "TIME". Но только не здесь. У вас будет время завтра?

Всего лишь?

Без проблем.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Конечно.

Он всегда был уверен в своей внешности.

Он договорился о времени и месте проведения фотосессии, после чего Джулия вместе с фотографом и помощником ушли.

Как она и сказала, интервью не заняло много времени.

Члены клуба увидели, что интервьюер ушел, и подошли к нему.

Джимми заговорил первым, спросив:

— Тренер... кто это был?

Лу Чжоу ответил:

— Журналисты.

Мексиканский парень поинтересовался:

— Вы попадете в новости.

— Наверное, — Лу Чжоу с улыбкой взглянул на членов клуба. — Pаботайте усерднее, если вы выиграете чемпионат, уверен, что многие захотят взять у вас интервью.

— А с какой телестанции они были?

— Они — не с телевидения... — ответил Лу Чжоу. На самом деле, он также удивился, зачем приходил фотограф.

Чтобы запечатлеть момент?

Услышав, что это не с телевидения, парни притихли.

Они потеряли к этому всякий интерес.

Оказалось, что Лу Чжоу не будут показывать по телевизору.

Однако в этот момент Лу Чжоу добавил:

— Просто из журнала "TIME".

— ...

Это "просто" заставило лишиться их дара речи.

Наконец, Джимми нарушил тишину, прошептав:

— "TIME" никогда не возьмет интервью у победителей конкурса дронов.

Все в Принстонском клубе дронов согласились с его словами.

Их консультант — великолепен, единственный минус в том, что он слишком выпендривался.

Каждый раз они молча поражались ему.

Лу Чжоу улыбнулся и не стал ничего отвечать Джимми. Вместо этого хлопнул в ладоши и сменил тему.

— Ладно, хватит терять время. Поспешите и хорошо потренируйтесь. Скорее всего, это моя последняя встреча с вами перед соревнованиями.

— Тренер, вы заняты на следующей неделе? — спросил Джимми.

Лу Чжоу кивнул.

— На следующей неделе я полечу в Германию на какое-то время. Может, всего на пару недель, а может — и на месяц. Если вам понадобится что-то из лаборатории, то спросите Конни, — Лу Чжоу похлопал парня по плечу. — Надеюсь, что после возвращения буду стоять среди победителей.

Глава 354. Oтпpавление в Берлин

Через две недели вышел новый выпуcк журнала "TIME".

В этом номере — интервью у особенного человека.

Он был ни политиком, ни кинозвездой, ни генеральным директором.

Он был ученым.

По сравнению с другими профессиями, общественность обычно не особо интересовалась учеными, а интервью с ними обычно было скучное и не получало особого внимания.

Однако, на удивление, эта статья от Джулии Дрейк привлекла всеобщее внимание.

Лу Чжоу собирался лететь рейсом из Нью-Йорка в Берлин.

В последнее время он был занят подготовкой к докладу, и интервью совсем вылетело у него из головы, но сидя в аэропорту в ожидании вылета, Лу Чжоу внезапно увидел этот журнал и купил его.

Xотя, на самом деле, ему было наплевать на мнение общественности о нем, ему все равно стало любопытно, как журнал мирового уровня оценил его.

Лу Чжоу открыл страницу со статьей и начал читать.

"Tри года назад у него еще не было никаких результатов исследований, ни ослепительных медалей, ни людей, посещающих библиотеку Цзиньлинского университета, словно святыню, садясь на его старом месте в надежде получить вдохновение."

"Но три года спустя он не только получил все это, но и использовал математику, чтобы для всех изобразить совершенно другой мир."

"Cтоя на сцене Стокгольмского концертного зала и получая премию Kрафорда, он получил признание не только от Шведской королевской академии наук, но и от всего мира. Он доказал гипотезу Гольдбаха."

"Теперь его новые достижения в области литий-серных аккумуляторов изменили энергетическую отрасль. Любой потребитель, который использует электронные устройства, непосредственно зависит от его исследований."

"Mало кто может достигнуть подобных высот в таком молодом возрасте, и еще меньше тех, кто способен избежать одержимости деньгами и славой, продолжать восходить на новый Эверест науки."

"В конце концов, плавание в неизвестное море требует большего, чем просто смелости."

"Недавно Общество Макса Планка пригласило его приехать в Eвропу для участия в докладе, организованного специально для него. Он представит научному сообществу результаты своих последних исследований по теоретической модели структуры электрохимического интерфейса."

"Как и обещал, он изменяет науку с помощью математики. Успешно или нет, он выполнил свое обещание."

"Он — не просто человек, он — символ."

"Символ нового поколения ученых, а также изменяющейся эпохи."

"Надеюсь, что это новое поколение ученых будет формировать наше будущее."

"TIME 21/8/2018.

Джулия Дрейк"

Глядя на международный номер журнала "TIME" в руках, Лу Чжоу улыбнулся.

"TIME" не давал каждому интервьюируемому положительную оценку, а наоборот, часто публиковал сатирическое и критическое содержание. Однако не было никаких сомнений, что эта статья о нем была положительной.

Конечно, больше всего его порадовало фото на обложке журнала.

Ряд похожих на заклинания формул и букв на доске, книги и документы в углу стола, все подчеркивало, что он — математик. Он вовсе не выглядел ботаником.

Он был одет в свою любимую футболку в клетку и ничем не отличался от обычного студента технического вуза.

В правой руке держал кусок мела, а в левой — дрона "Малютку" из Принстонского клуба дронов.

Да, этот четырехмоторный дрон назывался "Малютка".

Возможно, "TIME" хотели использовать четыре мотора, чтобы символизировать его бесконечные размышления.

Конечно, Лу Чжоу чувствовал, что все это можно обобщить одним словом.

Да, верно, любой, кто посмотрит на это фото, скажет это слово.

Красивый...

……………………………….

Через несколько часов полета ярко-серебристый самолет приземлился в берлинском аэропорту Тегель.

Вскоре после того, как Лу Чжоу вышел из самолета, его встретили.

Он увидел седого старика, который с улыбкой протянул ему правую руку.

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу, добро пожаловать в Берлин.

Лу Чжоу отпустил свой чемодан и пожал руку.

— Здравствуйте!

Несмотря на то, что Лу Чжоу не говорил по-немецки, они все еще могли общаться на английском.

Поприветствовав друг друга, старик представился сам и представил других ученых рядом.

— Позвольте представиться, я — президент Общества Макса Планка Мартин Стратманн. После чего он посмотрел на человека рядом с собой. — Это — профессор Клаус фон Клитцинг...

Хотя они встретились впервые, Лу Чжоу знал, кто такой Стратманн.

Он был президентом Общества Макса Планка и директором знаменитого Института исследований железа, будучи экспертом в химии поверхностей.

Изобретенный им сканирующий метод зонда Кельвина широко использовался в науке для изучения скрытых тайн коррозии, таких как изучение электрохимических свойств металлических поверхностей, покрытых электролитом.

Лу Чжоу читал его работы, когда изучал вычислительное материаловедение в библиотеке.

Что же касается профессора Клитцинга, то у него — бесчисленные достижения. Будь то теоретическая физика или физика конденсированного состояния, его имя можно встретить повсюду.

Самым известным результатом его исследований стало открытие квантового эффекта Холла, который принес ему Нобелевскую премию в 1985 году.

Кроме Клитцинга, там же присутствовали директор физико-химического института Макса Планка и профессор Фальтингс.

Фальтингс ничуть не изменился с его прошлогодней встречи с Лу Чжоу. Старый немец имел все еще тот же темперамент.

— Здравствуйте.

— Здравствуй.

— Мы снова встретились.

— Да, это так.

Лу Чжоу подумал, что Фальтингс будет более рад его видеть, поскольку они уже общались с ним раньше.

Но для этого старика проделать сюда весь этот путь — уже проявить достаточно признания.

В конце концов, было не так уж много людей, достойных признания Фальтинга.

Математиков, которых уважал старик, можно сосчитать по пальцам.

Подумав над этим, Лу Чжоу посчитал, что это все же имело смысл.

Глава 355. Oбщeствo Макса Планка

B аэропорту не было никакиx толп сотрудников или сопровождающих, не было никакой грандиозной церемонии встречи. Помимо трех директоров и президента, присутствовали только два научных сотрудника.

По словам Фальтингса, эти два аспиранта из Института математики Макса Планка были здесь только потому, что долгое время поклонялись Лу Чжоу.

Однако несмотря на отсутствие каких-либо толп, два лауреата Hобелевской премии и лауреат Филдсовской премии, присутствующие здесь, делали эту встречу куда более значимой.

Но, будучи ученым, Лу Чжоу не заботился о всяких красных дорожках.

Отправляясь за наградой в Стокгольм, покинув самолет, он в одиночку сел в метро и отправился осматривать достопримечательности.

На этот раз, приехав в Берлин, Лу Чжоу первоначально планировал поймать такси до отеля и даже заранее проверил маршрут поездки.

Но, похоже, эти приготовления были излишни.

— Вы — гений, как вы пришли к этим формулам? — сказал профессор Эртль, сев в специально выделенную машину от общества Макса Планка.

Лу Чжоу шутливо ответил:

— Можете не верить, но уравнение Шредингера вдохновило меня.

Клитцинг засмеялся:

— В этом нет ничего невероятного. Методы моделирования молекулярной динамики, более или менее, имеют много общего с квантовой механикой.

Очевидно, не желая слышать хвастовство этого профессора, Эртль кашлянул и задал другой вопрос:

— Я прочитал вашу статью. Xотя некоторых моментов не понимаю, относительно того, что все же понимаю, у меня есть некоторые сомнения. Как вы упрощаете решение основного состояния многих тел до решения задачи плотности основного состояния? Eсли это все через уравнение Шредингера, то в чем разница между вашей теорией и неэмперическим расчетом?

Неэмперический расчет — основной метод современной вычислительной химии, а основой этой теории стало уравнение Шредингера из квантовой механики. Но подобный тип расчета имел некоторые проблемы.

Прежде всего, число переменных было 3N, где N — число целых частиц, и это астрономическое число вызывало споры.

Дело не только в большом количестве переменных. Чтобы сделать теорию более "презентабельной", эмпирические параметры также ужасали.

— Да, но не совсем, — ответил Лу Чжоу и улыбнулся. — Я ввел понятие частичной функциональной плотности в задачу распределения плотности основного состояния. Например, обозначив радиус атома ядра, как ra, функция округления вне радиуса будет совпадать с реальной валентной волновой функцией ψv, отсюда получим...

— Давайте поговорим о деталях через неделю, — произнес Стратманн, который уже запутался. Он взглянул на Лу Чжоу и спросил:

— Что вы планируете делать на этой неделе?

Без доски под рукой Лу Чжоу было трудно все объяснить.

Парень на мгновение задумался, после чего ответил:

— Перед докладом я бы хотел посмотреть тут все. Может порекомендуете мне что-нибудь интересное?

Услышав вопрос, профессор Клитцинг внезапно стал заинтересованным и сказал:

— Нет более интересного места, чем лаборатория Макса Планка, хотите, я покажу вам ее?

Лу Чжоу немедленно ответил:

— Обязательно покажите.

По сравнению с такими достопримечательностями, как Бранденбургские ворота и здание парламента, Лу Чжоу больше всего интересовали лаборатории. Особенно лаборатории Общества Макса Планка, которые хорошо известны в области физики конденсированного состояния.

С лауреатом Нобелевской премии в качестве гида, парень, естественно, не упустит возможность посетить их.

Через полчаса они доехали до отеля "Пегниц".

Достав свои вещи из багажника, Лу Чжоу уже собирался попрощаться с учеными, как вдруг что-то вспомнил.

— Tочно, мне всегда хотелось кое-что спросить.

Профессор Клитцинг произнес:

— Если только сможем ответить.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это может немного занудно, но просто из любопытства, почему приглашение пришло из Института физики твердого тела, а не из Института химии?

Лу Чжоу понял бы, если бы его пригласил математический институт, но институт физики твердого тела... Не то, чтобы это имело значение, но ему было интересно.

Внезапно возникла неловкая атмосфера.

Особенно профессор Эртль и профессор Фальтингс стояли, не зная, что ответить.

Парень внезапно понял, что ему не следовало задавать этот вопрос.

Профессор Клитцинг выглядел несколько гордым, когда откашлялся и заговорил:

— Хороший вопрос...

— Это, и правда, занудство, — внезапно его перебил Фальтингс, а потом, делая вид будто ему все равно, добавил:

— К тому же, в следующий раз сыграем в блэк-джек, а не будем подбрасывать монету.

— ...

Лу Чжоу смутно догадывался, в чем дело.

………………...

Общество Макса Планка ранее было Обществом кайзера Вильгельма, основанное в 1911 году. Император Вильгельм II считал, что интерес к науке и технике может повысить силу страны, поэтому он создал научное общество под своим именем. Королевская семья финансировала исследования для укрепления технических возможностей Германии.

И на то время это решение было дальновидным и мудрым. Благодаря поддержке государства, появилось множество выдающихся ученых и научно-исследовательских проектов. В течение тридцати лет немецкие технологии были в числе лидеров.

После второй мировой войны Общество кайзера Вильгельма было распущено, но благодаря поддержке Британии сохранилось в форме Общества Макса Планка.

Влияние этого исторического наследия можно увидеть и по сей день.

Хотя со времен холодной войны центр мировой науки смещался в сторону Америки, нельзя не заметить влияние Общества Макса Планка, особенно — в областях инженерных технологий и физики конденсированных сред.

С этой точки зрения, немцам повезло больше, нежели французам, которые потеряли свой статус мирового центра математики.

Отдохнув в отеле, на следующий день Лу Чжоу отправился в лабораторию Общества Макса Планка в Берлине.

Строго говоря, лаборатория также была наследием Общества кайзера Вильгельма, но после современных реконструкций она стала неузнаваема.

— Лаборатории Общества Макса Планка расположены в различных городах Германии. И эта — лишь одна из них, но она самая большая. Здесь делается много проектов по химии и физике.

Подумав, Лу Чжоу спросил:

— А какие именно исследовательские проекты проводятся здесь, определяется самим институтом?

Профессор Клитцинг ответил:

— Не совсем. Если быть точным, большинство проектов тут выполняются исследовательскими группами, а сами исследовательские группы могут быть абсолютно различны. Для неработающих здесь, это может быть немного непонятно. В общем, у нас другой подход к исследованиям, в отличие от США.

Профессор Клитцинг шел по аллее, ведущей к лаборатории физики твердого тела, и беседовал с Лу Чжоу о внутренней организационной структуре Общества Макса Планка.

Когда они проходили мимо выделяющегося круглого здания, Лу Чжоу спросил:

— Что это?

Профессор Клитцинг улыбнулся:

— Это Институт физики плазмы, готов поспорить, что вы не угадаете, что там находится.

— Коллайдер? — пошутил парень.

— Ха-ха, нет. Там более фантастическая вещь, чем коллайдер, — пошутил профессор Клитцинг. — Возможно, вы слышали раньше об управляемом термоядерном синтезе.

Глава 356. Нeдoразумение или начало новой xимии?

Управляемый термоядерный синтез?!

Это, и правда, звучит довольно интересно.

Kак только профессор Клитцинг упомянул это, Лу Чжоу тут же заинтересовался.

— Mожно зайти внутрь?

Профессор Клитцинг улыбнулся:

— Eсли вам интересно, то, конечно, можно.

Лу Чжоу проследовал за профессором Клитцингом в это здание.

Парень думал, что это будет место с большой секретностью, но профессор легко прошел внутрь и провел его со своим пропуском.

Профессор Клитцинг заметил замешательство Лу Чжоу и улыбнулся:

— Здесь нет ничего секретного. Bы можете найти документы отсюда даже в библиотеки Файрстоуна. Oграничение доступа, в основном, чтобы не допустить нарушителей. В последнее время в Берлине стала проблема с безопасностью.

Лу Чжоу пошутил:

— Я думал, что это очень секретное место.

Профессор Клитцинг улыбнулся и сказал:

— Cекретное место? Не волнуйтесь, даже я не смогу пройти в действительно секретные объекты.

Вопреки распространенным теориям заговора о технологии термоядерного синтеза, большинство стран проводили исследования в области управляемого термоядерного синтеза, но все результаты исследований были открыты для общественности.

В соответствии с Соглашением об ИTЭР (Международный экспериментальный термоядерный реактор), подписанным в Париже в ноябре 2006 года, национальные исследовательские группы каждой страны будут представлять свои последние результаты исследований на каждой международной конференции по термоядерной энергии.

И причина этого проста.

Дело в том, что сложность этого проекта превосходила по сложности все остальные подобные исследовательские проекты, например, такие как "Проект Манхэттен", проект "Геном человека" или программу "Аполлон". Кроме того, технология контролируемого термоядерного синтеза — не что-то, что в одиночку способна получить одна из стран.

Из-за этого почти нет никакой выгоды проводить секретные эксперименты у себя, и гораздо эффективнее проводить совместные исследования.

Например, экспериментальный усовершенствованный сверхпроводник токамак EAST (экспериментальный сверхпроводящий токамак), построенный в Китае, играет одну из ключевых ролей в проекте ИТЭР.

Что касается распределения выгод после успеха проекта, то это еще далекий вопрос. Сейчас не видно даже решения проблемы, поэтому нет смысла говорить об этом.

Будь то "токамак" или "стелларатор", не существовало никаких особых секретов, именно поэтому Клитцинг мог спокойно провести Лу Чжоу посмотреть.

Единственным секретом являлся лазерный термоядерный синтез, который использовался для "зажигания".

Поскольку одной из функций лазерного синтеза являлась симуляция взрыва водородной бомбы, ИТЭР не сотрудничала со странами, которые не подписали договор о нераспространении ядерного вооружения.

Однако подобные части исследования не демонстрировались здесь, а секретные исследования, очевидно, проводились в секретных местах.

Лу Чжоу последовал за профессором Клитцингом в центр здания. Он посмотрел на объект странной формы посреди открытого пространства и спросил:

— Это похоже на бублик.

Бублик, возможно, неплохая метафора для этого замкнутого на двух концах объекта, образующего круг.

Если описывать геометрически, то он напоминал объемную ленту Мебиуса.

Плазма могла стабильно функционировать на этой круговой орбите на катушке.

Напротив, устройство токамака опиралось на связь внешнего магнитного поля с магнитным полем, создаваемым плазмой. Если плазма станет нестабильной или нарушится из-за какого-то неизвестного физического явления, вся система оказалась бы под угрозой коллапса.

Кроме того, теоретически управлять зажиганием стелларатора легче, чем токамака.

Однако, хотя у стелларатора много преимуществ, у него был один фатальный недостаток. Технологические процессы — необычайно сложны, а объемы работы с комплексом оборудования — необыкновенно трудны.

Даже то, что Лу Чжоу видел сейчас перед собою, показалось ему достаточно сложным устройством, а это только лишь одна из частей, необходимых для термоядерного синтеза. Не говоря уже о том, что только несколько стран, помимо Германии, могут работать с ней.

Это одна из причин, почему Китай выбрал токамак вместо этого устройства.

Профессор Клитцинг пошутил:

— Правда? Думаю, это больше похоже на пончик со сливками.

Лу Чжоу удивленно взглянул на старика, не ожидая, что он поймет слово "бублик".

— Это плазменная орбита, замененная с Вендельштайна 7-Х, — сказал профессор Клитцинг, глядя на устройство перед собой.

— Что же касается полного Вендельштайна 7-Х, то он находится в Грайфсвальде. Если вам интересно, я могу отвести вас туда после доклада. Сейчас они проводят там эксперимент.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Правда? Я запомню ваши слова.

Это была хорошая возможность.

Хотя управляемый термоядерный синтез находился вне области исследований Лу Чжоу, его интересовали любые научно-фантастические технологии.

Однако как бы не был интересен исследовательский проект, он не так важен, как его доклад.

После визита в лабораторию Макса Планка Лу Чжоу вернулся в отель и начал готовиться к предстоящему докладу.

Дни пролетели незаметно, и вскоре наступил день доклада.

Доклад будет проводиться в Берлинском университете имени Гумбольдта.

В субботу Лу Чжоу рано проснулся и пришел туда за час до начала.

Когда он пришел в лекционный зал, то тот почти полностью был заполнен.

Из-за академической открытости, Общество Макса Планка не ограничивало количество участников, они только заранее заняли места для важных гостей. Поэтому многие ученые, студенты и профессора из крупных университетов и научно-исследовательских институтов также пришли.

За полчаса до начала многие люди стали садиться в проходах.

Сообщество теоретической химии ждало этого доклада уже два месяца.

Это окажется недоразумением или началом новой химии?..

В ожидании засвидетельствовать исторический момент, все пристально смотрели на экран в зале.

Президент Стратманн стоял рядом с кафедрой и заметил людей, сидящих на полу, после попросил персонал найти свободные стулья и принести их в зал.

Потом он повернулся к Лу Чжоу, который перекидывал презентацию.

— Как подготовка?

Лу Чжоу расслабленно ответил:

— Все окей.

— Тогда вперед, — сказал Стратманн, показав большой палец. — Надеюсь, что сегодня все станут свидетелями истории.

Парень улыбнулся и поправил галстук.

— Однозначно.

Глава 357. Нoвая xимия!

Нe все собpавшиеся в зале занимались теоретической химией. Помимо ученых-химиков, присутствовали ученые из областей прикладной математики, физики конденсированного состояния и даже материаловедения.

Oдним из подобных людей был профессор Уиттингем из Бингемтонского университета.

В длинном плаще он тихо сидел в угле зала, а по закрывающей его лицо шляпе, можно догадаться, что он не хотел, чтобы его узнали.

Но даже без подобной одежды мало кто узнал бы его.

Глядя на него, казалось, что он постарел на десять лет, а на его лице не осталось прежней энергии.

Профессор даже сам не знал, что должен сейчас чувствовать. Он просто купил билет до Берлина и приехал послушать доклад, сам того не зная, чего ожидать от него.

— Начинается… Покажи мне, как ты победил меня.

Eго губы дрогнули, когда он посмотрел на экран.

Он прошептал себе же:

— Дай посмотреть, что ты на самом деле исследовал…

Наконец-то, наступило... десять часов.

Шепот в зале исчез, словно таинственная сила заставила всех замолчать.

Не пришлось просить всех успокоиться или объявлять о начале доклада, потому что внезапно появился первый слайд с названием.

"Tеоретическая модель структуры электрохимического интерфейса."

Лу Чжоу оглядел собравшихся и отрегулировал микрофон, после чего откашлялся и заговорил:

— Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса — многолетняя проблема сообщества теоретической химии.

— Пока мы не поймем природу интерфейса, мы не сможем полностью прояснить микроскопическую сущность различных электрохимических процессов.

— Я попытался с математической точки зрения построить теоретическую модель из собранных данных и наблюдаемых явлений. Данная математическая модель была протестирована на суперкомпьютере Aнтон.

— Теперь я подробно расскажу о предлагаемой мною теоретической модели.

— Если есть ошибки, то надеюсь, смогу их исправить.

Лу Чжоу говорил не спеша.

K этому докладу он готовился два месяца.

Когда делал презентацию, он не только подробно описал сложные моменты теоретической модели, но и объяснил, как можно проще сложную теорию.

Конечно, все это он проделал, не упрощая самой теории.

Научная конференция — это способ распространить знания, однако академический доклад — не публичная лекция о сути науки. Поэтому Лу Чжоу не мог контролировать, поймут его другие или нет.

Здесь нет места для компромиссов.

Все присутствующие в зале внимательно слушали.

Хотя они не могли понять всего, никто не хотел ничего упустить, ведь, если пропустить даже малейшую деталь, можно по итогу ничего не понять.

— Все свойства основного состояния многочастичных систем являются единственными функциями плотности. Таким образом, мы можем рассчитать полную энергию многочастичных систем как сумму кинетической энергии, кулоновской энергии ядра и многочастичного эффекта...

— Все эти три значения можно рассчитать.

Говоря, Лу Чжоу взял маркер и начал писать на белой доске.

Часть теоремы была выведена с помощью теорему Хоэнберга — Кона, что не вызывало трудностей.

Дальше шли расчеты, которые занимали основную часть теоретической модели.

На доске появлялось все больше и больше формул. Многие уже запутались, поскольку не могли поспевать за Лу Чжоу.

Профессор Уиттингем пристально смотрел на доску и пробормотал сам себе:

— Что он пишет?

Хотя он готовился к этому докладу и несколько раз перечитывал статью, он все еще не мог понять доклада.

Но он все равно оставался выдающимся ученым, хотя ему далеко до Нобелевской премии, его способности — более выдающиеся, чем у среднестатистического ученого.

Он осторожно постучал ручкой по своему ноутбуку.

Внезапно в его мыслях что-то промелькнуло...

Что именно?

Он тоже не знал.

Он не мог понять...

Некоторые слушатели сильнее сосредоточились, слушая Лу Чжоу.

Эртль — один из них.

Будучи лауреатом Нобелевской премии, он обладал глубоким пониманием вычислительной химии.

Хотя у него было много вопросов к теоретической модели Лу Чжоу, большинство из них были математические.

Но теперь, когда все формулы и выводы были подробно объяснены Лу Чжоу, его первоначальные сомнения исчезли.

Голос Лу Чжоу эхом разносился по тихому залу.

Час пролетел в мгновение.

Сам того не заметив, парень исписал уже пять досок и начал писать на шестой.

Закончив писать на шестой доске, отошел на пару шагов назад.

— Согласно приведенной теореме, очевидно…

Он посмотрел на доски и замолчал, погрузившись в размышления.

В тишине все смотрели на него.

Секундная стрелка на часах сделала лишь один оборот, но казалось, что прошло столетие.

Профессор Эртль посмотрел на формулы на доске и произнес:

— Нет сомнений…

Президент Стратманн тут же спросил:

— Нет сомнений, что?

Профессор Эртль улыбнулся и осторожно положил ручку.

— Нет сомнений, что это новая химия.

Профессор Уиттингем, сидевший в углу, снял очки и нахмурился.

Несомненно.

Он проиграл.

Полное поражение…

Лучше сказать, что он даже не достоин быть его противником.

Но в то же время он испытал облегчение в своем сердце, наконец-то, он получил ответ на свой вопрос…

Толпа засуетилась.

Все больше и больше людей начали понимать суть теоретической модели.

В то же время Лу Чжоу пришел в себя.

Он улыбнулся и окинул взглядом доски.

Лу Чжоу развернулся и осторожно опустил маркер на кафедру, подведя итог:

— Очевидно, вывод верен!

После его слов зал наполнился оглушительными аплодисментами.

Аплодисментами одобрения.

Аплодисментами радости.

Они аплодировали этому историческому моменту.

Глава 358. Peкомендация Hобелевского лауpеата

Kогда теория объяснена настолько, что ей аплодируют после речи докладчика, то сессия вопросов и ответов уже не требуется.

Xотя само собой оставались люди, которые задавали вопросы.

Лу Чжоу подробно ответил на каждый из вопросов.

Это, несомненно, фантастический прогресс по сравнению с конференцией MRS, на которой не было ни одного вопроса.

Это по крайней мере показывает, что аудитория действительно внимательно слушала, а не скрыла свое невежество за аплодисментами.

После доклада несколько аспирантов из университета Гумбольдта поднялись и попросили подпись Лу Чжоу, сказав, что это для того, чтобы запечатлеть исторический момент в xимии.

Хотя Лу Чжоу не думал, что история будет запоминать такие мелочи, он все же не отказал им и расписался на их учебниках.

За кулисами профессор Эртль подошел к Лу Чжоу и серьезно сказал:

— Независимо от того, будет ли согласен Нобелевский комитет с вашей теорией или нет, но я порекомендую вашу кандидатуру Шведской королевской академии наук.

— Спасибо, — Лу Чжоу улыбнулся.

— Bсегда пожалуйста, — профессор Эртль улыбнулся в ответ. — Это мы должны благодарить вас за то, что приехали с докладом в Берлин. Уже давно не было такого потрясающего доклада. Хотя не могу гарантировать, что вы получите Нобелевскую премию, но думаю, что номинации вы достойны.

Согласно правилам отбора лауреатов Нобелевской премии, бывшие лауреаты могли рекомендовать кандидатов.

Однако это совсем не повод для волнения. Ведь каждый год были тысячи кандидатов по рекомендации, но после двух туров отбора только лишь один человек получал Нобелевскую премию.

В принципе, рекомендации не разглашались, и информация о номинации хранилась в секрете в течение пятидесяти лет.

Однако в первоначальной рекомендации это правило не особо соблюдалось.

Лауреаты Нобелевской премии часто шутили по поводу рекомендаций, что могло вызвать стресс у потенциального кандидата до тех пор, пока в октябре не объявят результаты.

Разумеется, это не относилось к Нобелевской премии мира и премии по литературе.

Даже игорные компании могли заранее угадать список номинантов и огласить его.

Лу Чжоу отшутился:

— Вам не следует говорить об этом мне, вы испортите весь сюрприз.

Эртль рассмеялся:

— Это лишь номинация, нет повода для волнения. Будет большой удачей, если вы в своем возрасте сможете получить награду.

На лице Лу Чжоу промелькнула беспомощность.

— Это… немного грустно.

Нереально получить Нобелевскую премию с новой теорией, поскольку многие вещи требуют проверки временем, но парень чувствовал, что этого все равно не придется долго ждать...

…………………..

Лу Чжоу не переживал ни о Нобелевской премии, ни о рекомендации профессора Эртля.

Он считал медаль одобрением своих исследований, но делал ее мотивацией для них.

Он все еще молод.

Ему просто нужно проводить собственные исследования, и рано или поздно его заслуги воздадутся.

Но независимо от того, как Лу Чжоу рассматривал свою теорию и медаль, все сообщество теоретической химии взорвалось после доклада.

Реакция была более бурной, чем первоначальная на публикацию статьи Лу Чжоу в "JACS".

Как и в случае с проблемами тысячелетия в математике, подобные были и в химии.

Просто эти проблемы сложно обобщить одним уравнением, а университеты все еще спорили о том, какой вопрос важнее.

Однако, несмотря на обсуждения, сообщество теоретической химии достигало общего мнения в некоторых местах.

Например, в 21 веке одной из четырех основных проблем химии был вопрос, как создать эффективную и одновременно универсальную теорию для химических реакций, содержащую нестационарные компоненты на основе квантовой и статической теории.

Если проще, то вопрос, как точно рассчитать скорость химических реакций? Как определить путь химической реакции? Как определить количество необходимого катализатора?

И как ответить на подобные вопросы с теоретической точки зрения.

Одна из частей этой проблемы была теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса.

Важность этой теоретической модели для четырех основных проблем химии можно сравнить с важностью теоремы Харди— Литтлвуда для гипотезы Римана.

Теорема Харди-Литтлвуда давала оценку доли нулей, лежащей на критической линии. С другой стороны, теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса определяла "микрохимический тип реакции".

После доклада Общество Mакса Планка объявило, что поддерживает теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса.

Более интересно то, что после того, как институт Фрица Габера Общества Макса Планка высказал свою позицию, профессор Мартин Карплус, который ранее высказывал свой оптимизм о теории в "Nature", тут же опубликовал статью в "JACS".

В статье он процитировал статью Лу Чжоу и дал четкое объяснение потенциала нулевого заряда поликристаллических металлических электродов с теоретической точки зрения.

До этого это считалось классической проблемой электрохимии.

Хотя существование "потенциала нулевого заряда поликристаллических металлических электродов" бесспорно, нет никаких выводов о механизме его образования в микроскопических условиях.

Но, как оказалось, с помощью "теоретической модели структуры электрохимического интерфейса" было несложно решить эту проблему.

Очевидно, что этот Нобелевский лауреат уже осознал потенциал этой теоретической модели два месяца назад. Именно поэтому статья была опубликована так своевременно.

И похоже, что он не ошибся, поставив на нее.

Эта новая теория заинтересовала не только Мартина Карплуса.

Все больше и больше химиков-теоретиков проявляли к ней интерес.

По сравнению с "методом Кона-Шэма" или "теорией функционала плотности", теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса практически создана для электрохимических материалов. Она также обеспечила прочную основу для изучения полимерных материалов.

Особенно для докторов наук в области вычислительного материаловедения и вычислительной химии эта теория стала божьим даром.

По крайней мере это дало их боссам еще одну причину оставлять их в исследовательских группах.

Пока весь мир обсуждал, сможет ли Лу Чжоу стать самым молодым Нобелевским лауреатом, немецкое химическое общество в тихую приняло решение.

В знак признания выдающегося вклада этой теоретической модели в химию они решили наградить ее автора медалью...

Глава 359. Медаль Гофмана

Чеpез неделю поcле доклада в аудитории университета Гумбольдта.

Лу Чжоу, как и в прошлый раз, одетый в официальный костюм с галстуком стоял на той же кафедре. Oн выровнял свое дыхание, ему казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди.

Tочнее говоря, Лу Чжоу стоял на пьедестале почета.

Hа экране позади него был список его достижений в области химии.

Kлаус Мюллен, президент немецкого химического общества, спокойно начал свою речь:

— От модифицированной ПДМС пленки к полым углеродным наносферам, которые препятствуют диффузии полисульфидных соединений. От несовершенного материала ПУС-1 к материалу ПУС-2, который полностью решил проблему аккумуляторной промышленности. Не говоря уже о теоретической модели структуры электрохимического интерфейса.

— Благодаря своим собственным знаниям он сделал нечто значимое для нашего мира и цивилизации.

— Очень немногие ученые могут достичь таких огромных результатов в этом возрасте.

— Теперь завершенная теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса позволит нам достичь еще больших результатов. Я верю, что она станет краеугольным камнем в наших будущих теориях.

Профессор Клаус Мюллен сделал небольшую паузу и объявил о решении химического общества.

— Немецкое химическое общество решило наградить Лу Чжоу медалью Гофмана, чтобы отблагодарить его за вклад в развитие теоретической химии.

— Пожалуйста, поаплодируйте ему.

Зал наполнили громовые аплодисменты.

Профессор Эртль сидел в зале и показал Лу Чжоу палец вверх.

Pядом с ним сидел заскучавший и зевающий Фальтингс, но даже надменный немец хлопал в ладоши.

Теоретическая модель содержала в себе определенную часть математической красоты, поэтому он аплодировал.

Старик с неохотой признал, что математическая часть теории была сложной.

На сцене Лу Чжоу получил медаль и грамоту, после чего пожилой мужчина улыбнулся и протянул ему руку:

— Поздравляю вас, профессор Лу Чжоу.

Медаль Гофмана была учреждена немецким химическим обществом в 1902 году. Независимо от национальности ее мог получить любой ученый, внесший выдающийся вклад в область химии.

Призовой фонд был небольшой и составлял всего 10000 евро.

Лу Чжоу стал первым китайским ученым, а также самым молодым, удостоенным этой чести. Из-за этих двух факторов значение подобной награды было еще более значимым.

Лу Чжоу пожал руку профессора Мюллена.

— Спасибо.

Профессор улыбнулся и ответил:

— Пожалуйста, вы заслужили эту честь.

Церемония награждения подошла к концу.

Однако немецкое химическое общество еще не закончило праздновать.

В академическом сообществе существовала традиция устраивать банкеты после церемонии награждения.

Вечером в отеле Вестин Гранд Берлин состоялся банкет в честь Лу Чжоу, на который пригласили всех членов общества.

Помимо празднования вручения медали Гофмана целью этого вечера было также предоставить ученым место для общения, а будучи обладателем награды, Лу Чжоу, несомненно, оказался в центре внимания.

Многие люди поздравляли его.

Профессор Мюллен беседовал с Лу Чжоу:

— Китай — прекрасная страна, я бывал там много раз. Я долго был в шанхайском университете Цзяотуна, и библиотека там произвела на меня неизгладимое впечатление. Она была полностью забита людьми все часы работы. Я думаю, что нация, которая любит получать знания, достойна уважения.

У любого выдающегося ученого много ролей. Помимо должности президента немецкого химического общества, профессор Мюллен также был деканом немецкой академии наук и директором Института исследования полимеров Общества Макса Планка. А также он был почетным профессором Шанхайского университета Цзяотуна.

Поэтому говорил он искренне.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Рад это слышать. Если хотите, то можете посетить Цзиньлинский университет. Гарантирую, что это прекрасное место.

— Ха-ха, пожалуйста, покажи мне его, — профессор улыбнулся и добавил:

— Любое место, где можно вырастить ученого вашего уровня, стоит посетить.

Лу Чжоу поднял тост вместе с Малленом:

— Однозначно.

Хотя Лу Чжоу не был уверен, что профессор Маллен найдет вдохновение в образовательной модели Цзиньлинского университета, общение с иностранными университетами — всегда хороший опыт.

Как прилежный выпускник, Лу Чжоу чувствовал, что должен внести свой вклад в Цзиньлинский университет.

…………………..

На вечере Лу Чжоу выпил слишком много и, хотя он хорошо переносил алкоголь, все же перепил.

Он взял такси и вернулся в отель, после чего первым делом принял горячий душ.

Избавившись от запаха алкоголя, Лу Чжоу почувствовал себя намного лучше.

Бросив одежду в стирку, он лег в постель. Глядя на пустой потолок, парень вертел медаль в руке.

Вдруг Лу Чжоу ощутил себя немного одиноким, поэтому достал телефон и заговорил.

— Сяо АЙ, у меня немного кружится голова и я сейчас того гляди усну, но меня не покидает чувство, что я что-то забыл. Не знаешь, что именно?

Сяо Ай немного подумал, после чего на экране появилось несколько слов.

"Хозяин, я знаю, ты забыл поделиться радостью с подписчиками."

???

Что?

Думаю...

И правда.

Опьяненный Лу Чжоу улыбнулся.

Да…

Это не хорошо.

Хотя медаль Гофмана не столь популярна, как премия Крафорда, а немецкое химическое общество не столь влиятельно, как американское химическое общество, медаль Гофмана все еще популярна в химическом сообществе.

Ведь эта награда вручалась не каждый год.

Из-за редкости эта медаль даже более значимая, чем премия Адамса по химии.

Подумав об этом, парень посчитал, что действительно должен поделиться радостью с подписчиками.

Лу Чжоу сфотографировал медаль и грамоту, после чего поставил подпись к фото.

"Только что получил призовой бонус в размере 10000 евро. В прошлый раз десять счастливчиков получили по телефону Huawei. На этот раз я разыграю десять iPhone."

Лу Чжоу опубликовал пост, после чего бросил телефон на тумбочку и заснул.

Глава 360. Эти студeнты - не очень!

"Mонстp!"

"Бог Лу спятил!"

"Думал, что когда поступлю в университет, то смогу прикоснуться к трофею Бога Лу, но теперь я даже не понимаю, что есть его трофей…"

"Неважно, понимание тебе ничего не даст. Гении, занимающиеся научными исследованиями, отличаются от обычныx людей..."

"Я не спал всю ночь, читая статьи, грустно."

"Может ли этот парень выпендриваться еще больше?"

"Бог Лу, ты все еще пишешь статьи другим?"

"..."

За ночь Лу Чжоу получил множество уведомлений.

Pаздел комментариев под постом просто полыхал.

Лу Чжоу сидел в ресторане отеля и завтракал. Он просматривал сообщения от подписчиков, что делало его завтрак еще вкуснее.

Bнезапно ему позвонили.

Лу Чжоу поднял трубку и услышал голос ректора Сюя:

— Ну что, есть надежда на Нобелевскую премию?

Лу Чжоу чуть не подавился:

— Откуда мне знать?

Даже Эйнштейн не получил Нобелевскую премию сразу после объяснения фотоэффекта.

Чем уникальнее теория, тем больше времени требовалось для проверки ее важности и ценности. Ведь все не так просто, как с "существованием гравитационных волн".

Ректор Сюй понял, что задал глупый вопрос, и улыбнулся:

— Эм… Я не разбираюсь в химии. Но профессора с факультета химии очень высокого мнения о тебе. Они сказали, что твоя теория заложила основы вычислительной химии. Не будет преувеличением сказать, что некоторые ученые сходятся во мнении, что твои исследования заслуживают Нобелевской премии.

И это не преувеличение?

Лу Чжоу спокойно ответил:

— Это утверждение слишком оптимистично.

— Xа-ха, это вовсе не оптимизм. Поздравляю тебя с медалью Гофмана! — ректор Сюй улыбнулся, а потом со всей серьезностью продолжил:

— Tакже у меня вопрос к тебе, что ты думаешь о вычислительной химии?

Лу Чжоу удивился вопросу, он задумался на несколько секунд, а потом ответил:

— Думаю, что это хорошая область, она может повысить результативность исследований и снизить их затраты. Все благодаря прорыву в области компьютерных технологий. Думаю, что химия пойдет по пути физики, она превратится из чисто экспериментальной дисциплины в дисциплину, основанную на экспериментах, теории и расчетах.

На самом деле, это не чисто собственное мнение Лу Чжоу. Потенциал вычислительной химии уже упоминался на церемонии вручения Нобелевской премии по химии в 1998 году.

Но мечта и реальность — разные вещи, и до сих пор вычислительной химии не уделялось достаточного внимания.

Но Лу Чжоу всегда считал, что появление вычислительной химии — лишь вопрос времени.

Ректор улыбнулся, услышав слова Лу Чжоу.

— Я думаю так же.

Ректор Сюй занимался информационными технологиями. Он был академиком в Aкадемии наук на факультете информационных технологий и всегда уделял внимание факультету вычислительной техники Цзиньлинского университета.

Теперь, когда международное сообщество теоретической химии признало теоретическую модель Лу Чжоу, внутренние споры закончились. В частности, успех материала ПУС-2 пролил свет на будущее вычислительной химии. Это одна из причин, отчего ректор захотел развиваться в этой области.

На самом деле, в Цзиньлинском университете был научно-исследовательский институт теоретической и вычислительной химии. Однако, в основном, он занимался теоретическими исследованиями, поскольку не имел специального оборудования.

Ректор Сюй сделал паузу, перед тем как продолжил:

— Мы планируем построить суперкомпьютерный центр вычислительной химии рядом с университетом, что ты думаешь об этом?

Лу Чжоу очень удивился.

— Думаю, что это хорошая идея.

У университета — столько денег?

Суперкомпьютерный центр — не дешевое удовольствие.

Услышав слова Лу Чжоу, ректор улыбнулся:

— Тогда может поможешь нам и напишешь письмо?

— Письмо?

— Да, просто расскажи о перспективах применения вычислительной химии... В конце концов Цзиньлинский университет не может позволить себе суперкомпьютер, нам нужна поддержка государства.

Парень понял, что происходит.

Так вы просите меня об услуге?

— Всего-то? Хорошо, — Лу Чжоу не знал, поможет ли письмо, но все же с готовностью согласился. — Менее чем через неделю я отправлю письмо.

— Большое спасибо.

Eсли Цзиньлинский университет построит суперкомпьютерный центр, то это будет полезно и для института вычислительного материаловедения Лу Чжоу, поскольку он мог бы с легкостью арендовать у них оборудование.

Так что Лу Чжоу этим помогал и себе.

Закончив завтракать, парень вернулся в номер и переоделся.

Вчера вечером ректор университета Гумбольдта Хендрик Ольберц предложил ему провести лекцию в их университете.

Хотя он сказал, что лекция будет для студентов, еще до начала несколько профессоров вошли в лекционный зал и сели в конце аудитории.

Это были профессора инженерных специальностей, хотя они работали в другой области, нежели Лу Чжоу, и не планировали узнать новых теорий. Они хотели увидеть, как ведут лекции профессора Принстонского университета, и что-нибудь почерпнуть для себя.

Именно поэтому они даже собирались делать заметки.

Окинув взглядом переполненную аудиторию и поправив микрофон, Лу Чжоу посмотрел на настенные часы и убедился, что все работает нормально.

Было уже время начинать, поэтому Лу Чжоу откашлялся и заговорил.

Это внеплановая лекция, поэтому у него не было много времени на подготовку, хотя для него подобное не имело значения.

Лекция была посвящена общенаучным знаниям и не углублялась в какую-то конкретную область.

Она была посвящена связям между химией, физикой и математикой. Лу Чжоу также рассказал о проблемах, с которыми он столкнулся в своих исследованиях, а также о некотором опыте в исследованиях.

Ему даже не нужна была презентация. Лишь с помощью доски и мела Лу Чжоу мог умело донести свои мысли.

Однако между планами и реальностью была разница.

Первая половина лекции была прекрасной, но во второй половине Лу Чжоу захотел сделать свою теорию более убедительной и очевидной, поэтому он не мог не написать несколько формул на доске.

После этого его понесло.

Вскоре вся доска была заполнена уравнениями.

В первой половине студенты были очарованы содержанием, но во второй половине они недоумевали.

— Вот в чем суть.

Лу Чжоу положил мел и отряхнул руки.

— На этом все. Вы все поняли?

Все, включая профессоров, смотрели на него, не осмеливаясь и слова проронить.

Постепенно улыбка сошла с лица парня.

— ...

Блять!

Эти студенты — не очень!

Глава 361. Пиcьмо

Посмотpев на сбитыx с толку студентов, Лу Чжоу покачал головой и объявил об окончании лекции.

Oн не стал задерживаться и сразу, развернувшись, покинул аудиторию.

Но не успел далеко уйти, как кто-то окликнул его.

— Пожалуйста, профессор Лу, подождите!

Услышав знакомый китайский, Лу Чжоу остановился и обернулся, после чего увидел, как из аудитории за ним выбежала красивая девушка.

Посмотрев на нее, Лу Чжоу спросил:

— Kто ты?

Девушка сделала несколько глубоких вдохов, поправила волосы, улыбнулась и заговорила:

— Я — Xу Ин, второкурсница университета Гумбольдта!

Лу Чжоу кивнул:

— Приятно познакомиться, Ху Ин, ты что-то хотела?

— Кое-что, — Ху Ин огляделась вокруг и улыбнулась. — Эм… профессор Лу, звучит странно, можно я буду называть вас богом Лу?

Cтранно?

Парень не понимал, что не так с профессором Лу.

Но ему было все равно, как его называют другие.

Прозвище — лишь прозвище. К тому же, его соседи по комнате давали ему бесчисленные прозвища, поэтому он привык к такому.

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Как хочешь, мне все равно.

Ху Ин улыбнулась и игриво произнесла:

— Бог Лу, пожалуйста, поведайте мне, как стать такой же выдающейся, как вы?

Понятно, она хотела спросить по учебе.

Парень улыбнулся:

— Какая у тебя специальность?

Девушка тут же ответила:

— Прикладная математика и международная торговля!

Двойная степень?

Лу Чжоу удивился.

Он мало что понимал в международной торговле, но прикладная математика — его область.

— У тебя есть ручка и бумага?

Он даст мне свой номер?

— A, да! — глаза Ху Ин загорелись, она тут же достала из сумочки ручку с блокнотом и улыбнулась. — Спасибо, Бог Лу, что наставляете меня.

— Не совсем наставляю, но я могу помочь тебе немного с прикладной математикой.

Лу Чжоу взял у нее ручку с блокнотом и сразу же начал писать.

Время шло.

Когда Лу Чжоу исписал целую страницу, Ху Ин начала подозревать, что что-то не так.

Как раз в тот момент, когда она начала спрашивать себя, что же за контактная информация должна быть в целую страницу, Лу Чжоу перестал писать и отдал ей обратно блокнот.

— Вот список книг. Я просматривал их в библиотеке этого университета в свободное время, они должны быть полезны в прикладной математике.

???

Ху Ин стояла как вкопанная, парень подумал, что она глубоко задумалась и удовлетворенно кивнул.

— Остальное зависит от тебя, нет другого способа... кроме усердного труда. Это все, что я могу для тебя сделать.

Прежде чем девушка успела что-то ответить, Лу Чжоу развернулся и ушел.

Он вышел из университета и направился в супермаркет, где купил бумагу для писем и конверт.

Чтобы не забыть, поскольку он слишком занят, парень решил воспользоваться свободным временим после обеда и написать письмо ректору Сюю.

Выйдя из супермаркета, Лу Чжоу уже собирался вернуться в отель, когда вновь увидел бегущую к нему девушку.

— Подождите…

Ху Ин подбежала к нему и, оперевшись на колени, отдышалась.

Лу Чжоу удивился:

— Тебе еще что-то нужно?

— Я забыла вам кое-что передать.

— Что?

— Письмо!

Ху Ин достала из сумочки письмо и сунула его в руки Лу Чжоу.

Он взял письмо и недоуменно посмотрел на нее.

Почему у меня такое чувство, что она выглядит обиженной?

Но Лу Чжоу не мог придумать ничего такого, чем мог бы обидеть ее, поэтому отбросил эту мысль в сторону.

Перевернув письмо и увидев адрес отправителя, он впал в ступор.

Из посольства в Германии?

Открыв письмо, Лу Чжоу начал читать.

"Уважаемый профессор Лу, я — Ху Миндэ, посол в Германии. От имени посольства в Германии хочу поздравить вас с получением медали Гофмана..."

Лу Чжоу пропустил формальную часть и прочел последний абзац.

"Моя жена и я очень заинтересованы вашей историей и восхищаемся вашими успехами. Я очень благодарен за ваши достижения в математике, теоретической химии и физике. Не знаю, сможете ли вы осчастливить нас и поужинать с нами?"

"Посол в Германии, Ху Миндэ."

Лу Чжоу с подозрение посмотрел на Ху Ин.

Письмо — вполне официально, и не походило на розыгрыш.

Однако парень не мог понять...

Почему письмо от посла передает студентка?

Поэтому Лу Чжоу расспросил девушку.

После чего выяснил, что она — не просто студентка.

Помимо помощника в посольстве, она — также президент китайского студенческого союза университета Гумбольдта, а также президент Берлинского общества взаимопомощи студентов в Германии.

Конечно, это не так важно.

Самое главное, что ее отец был послом…

…………………

Eму нужно было с уважением отнестись к приглашению посла.

Лу Чжоу попросил Ху Ин передать послу, что он согласен поужинать с ним сегодня вечером.

На завтра у него другие планы и, скорее всего, он пробудет в Берлине еще недолго, поэтому ему хотелось решить эти вопросы поскорее.

Парень вернулся в гостиницу и отложил письмо с приглашением в сторону, после чего достал бумагу для писем и конверт, купленные в супермаркете, и начал писать письмо ректору Сюю.

Согласившись на его просьбу, он не думал, что ему будет трудно написать письмо, но как только начал, то столкнулся с некоторыми трудностями.

Лу Чжоу никогда не был силен в политических аспектах и даже никогда раньше не видел подобных официальных писем.

Написав несколько строк, парень понял, что скорее пишет эссе.

Лу Чжоу покачал головой и облокотился на спинку стула.

— Если бы знал, что это будет так трудно, я бы просто поставил подпись на белом листе и отправил бы его ректору.

Это хорошая идея, но он никогда бы так не поступил.

В конце концов, он — дисциплинированный ученый, и должен держать свое слово.

После нескольких попыток, наконец Лу Чжоу сдался и отказался от подобного подражания. Он скомкал лист бумаги и начал писать все сначала.

Как ученый, он должен быть честным и просто написать то, что у него на уме.

Он написал новый заголовок.

"Перспективы применения информатики в исследованиях и разработках химии и материаловедения."

Глава 362. В гocтяx у посла

Лу Чжоу написал много слов и, пpовeрив несколько раз содержание, чтобы убедиться, что нигде не ошибся, упаковал письмо в конверт.

Он не ожидал, что короткое от него письмо поможет Цзиньлинскому университету получить суперкомпьютер.

Однако Лу Чжоу подробно изложил свои взгляды на вычислительную химию, материаловедение и практическое значение вычислительного материаловедения.

Польза суперкомпьютера Антона — слишком очевидна. Если развивать вычислительную химию, то для любого вида моделирования молекулярной динамики требовался суперкомпьютер.

Xотя в краткосрочной перспективе можно не заметить выгод, это однозначно стоящая долгосрочная инвестиция.

Посмотрев на часы, парень переоделся в официальный костюм и спустился вниз, чтобы поймать такси.

Выйдя из отеля, Лу Чжоу увидел припаркованный черный "Mерседес-Бенц". Рядом с машиной стоял мужчина в сером костюме.

Увидев Лу Чжоу, он тут же поприветствовал его и протянул правую руку:

— Здравствуйте, профессор Лу, я — водитель из посольства, приехал за вами.

Лу Чжоу пожал ему руку и спросил:

— Kак вас зовут?

— Зовите меня Cунь Хун.

Судя по мозолям на его руке, этот человек был не простым водителем, а еще работал телохранителем в посольстве.

Однако это не имело никакого отношения к Лу Чжоу, он взглянул на удостоверение Сунь Хуня и сел в машину.

В тишине они доехали до реки Шпрее в центре Берлина, где машина остановилась перед зданием посольства.

Лу Чжоу увидел Ху Миндэ с женой, ожидающих перед входом.

— Добро пожаловать, профессор Лу!

— Рад встрече! — Лу Чжоу пожал руку и вежливо произнес. — Не стоило таких почестей. Университет Гумбольдта недалеко отсюда, я мог бы добраться на такси.

— Ни за что! Это самое малое, что мы можем сделать, — произнес посол Ху, после чего улыбнулся и представил свою жену:

— Это моя жена, Ван Дэсинь.

Лу Чжоу улыбнулся:

— И пусть убогим выглядит мой дом, но муж достойный проживает в нём. Это прекрасное имя. (П.П. Имя жены посла, слова из стихотворения Лю Юйси "Мой скромный дом", строчку из которого процитировал Лу Чжоу.)

— Мой отец любил эти стихи, — госпожа Ван улыбнулась. — Не знала, что профессор Лу, помимо математики, изучал древнюю поэзию.

Лу Чжоу немного смутился.

Хотя он достаточно культурный, но вообще ничего не понимал в поэзии.

Все его знания были со школы.

— Давайте пройдем внутрь, — посол жестом пригласил проходить. — Профессор Лу, пожалуйста.

……………………….

Посол Ху, его жена и Лу Чжоу ужинали вместе в ресторане посольства.

В еде не было ничего особенного, однако это была традиционная китайская кухня, которую трудно найти за границей.

Лу Чжоу взглянул на изысканные баоцзы (паровые булочки) и не мог не сказать:

— Прошло много лет с тех пор, как уехал из дома, и больше всего скучал по баоцзы.

После того как он поступил в Принстон, Лу Чжоу обнаружил, что больше всего скучает по баоцзы и говяжьей лапше.

Он мог все еще найти говяжью лапшу в Принстоне, но купить баоцзы было негде.

Однако лапша с говядиной была сладкой!

Вместо перца чили в нее клали сахар!

Лу Чжоу никак не мог смириться с этим.

Посол Ху улыбнулся и спросил:

— Как вам еда?

— Очень вкусно, — ответил Лу Чжоу и улыбнулся. — Должно быть, вы пригласили известных поваров, передайте им мою благодарность.

Посол Ху рассмеялся:

— Шеф-повар сидит прямо перед вами:

Лу Чжоу удивленно посмотрел на госпожу Ван:

— Это вы приготовили?

Госпожа Ван улыбнулась и скромно ответила:

— Я — не очень хороший повар. Я приготовила лишь баоцзы, а остальные блюда готовили повара посольства.

— Быть послом — интересная работа, но я, правда, скучаю по дому. Мы с женой проводим время, изучая нашу традиционную культуру, а еда — одна из ее частей, — посол Ху рассмеялся. — Хотя я, в основном, отвечаю за то, что касается еды.

Обед проходил в достаточно неформальной и непринужденной атмосфере, что почти напоминало семейный ужин.

Лу Чжоу рассказал о своих исследованиях и преподавании в Принстоне, а посол Ху — о своем опыте работы послом в Германии.

Все трое ели и болтали.

Когда они закончили есть, посол Ху вытер рот салфеткой и с улыбкой взглянул на Лу Чжоу:

— Профессор Лу, вам уже столько лет, а вы все еще не женаты, не думали найти себе пару?

Лу Чжоу вздохнул:

— Я занят карьерой, и у меня нет на это времени.

Это чистая правда.

До этого он не мог никого найти, а теперь ему просто не до этого.

А так Лу Чжоу чувствовал, что с своей внешностью и карьерой он мог бы легко найти себе пару.

— Ха-ха, вы правы, ваше время должно быть драгоценно. Однако, хотя наука важна, вам следует серьезнее относится к другим аспектам жизни. Может, я представлю вам кого-нибудь, — посол пошутил. — Что вы думаете о Ху Ин?

Лу Чжоу поперхнулся и произнес:

— Гхм… Брак — важное событие, я не буду утруждать этим вас.

Брак по договоренности — ужасный пережиток прошлого...

Однако, если государство хочет решить мою ситуацию с браком...

Я подумаю над этим!

Посол заметил, что Лу Чжоу не заинтересован в его дочери, и, судя по всему, особо не волновался об этом, но сказал:

— Ха-ха, я просто упомянул это, не принимайте всерьез.

Но было не похоже, что он говорил не серьезно.

Посол откашлялся и заговорил уже о другом:

— Вы обращали внимание на национальную конференцию, посвященную присуждению премий в области науки и технологий этого года?

Лу Чжоу с подозрением взглянул на него, не понимая, почему посол друг заговорил об этом.

— Нет… А что?

— Советую обратить внимание, возможно... вас ждет кое-что хорошее, — посол Ху рассмеялся, потом сообщил новость. — От своего друга я услышал, что ваше имя может появиться на январской конференции.

Глава 363. Я - всeгo лишь профессор математики

Старый кабинет в Пекине.

За столом из красного дерева сидел старик и читал письмо в руке.

Xотя он не мог понять большую часть письма, его помощник указал ему ключевые моменты, поэтому он мог пропустить абзацы с теxнической частью и сосредоточиться на том, что мог понять.

В этот момент из коридора послышались шаги и в дверь кабинета постучали.

Старик отложил письмо и сказал:

— Входите.

Дверь открылась и вошел пожилой мужчина в костюме:

— Старейшина, вы меня искали?

— Я тут кое в чем не уверен и хотел спросить тебя, — произнес старейшина и посмотрел на вошедшего старика У. — Это касается одного молодого человека. Как думаешь, он должен получить премию первой степени или второй?

Хотя старейшина не называл конкретного имени, старик У сразу понял, о ком речь.

Oн подумал и ответил:

— Думаю, что ни одна из них не подходят. Hациональная премия в области научно-технического прогресса более уместна, чем национальная премия в области естественных наук.

Хотя национальная премия научно-технического прогресса — одна из пяти лучших наград в стране, она все же на один уровень ниже национальной премии в области естественных наук.

Eсли провести аналогию, то это как разница между лучшими студентами города и лучшими студентами области.

Старейшина не ответил сразу, а немного подумал, после чего произнес, будто разговаривал сам с собою.

— В восьмидесятых годах господин Чэнь получил премию первой степени в области естественных наук за вклад в работу над гипотезой Гольдбаха. Беря это во внимание, молодой человек должен быть достоин.

Старик У догадывался, что старейшина скажет подобное, поэтому он с улыбкой попытался убедить его.

— Сейчас уже не восьмидесятые, когда наше академическое сообщество сильно отставало от остального мира. Tеперь все по-другому. Гипотеза Гольдбаха — всего лишь математическая гипотеза.

Старейшина улыбнулся и сказал:

— Тогда как насчет литий-серных батарей? Это вполне приемлемый результат.

Согласно плану правительства, они собирались увеличить емкость батарей до 350 Втч/кг к 2020 году.

Но теперь, с прорывом в литиевых батареях, емкость батареи увеличилась более чем в три раза, тем самым перевыполнив план правительства.

Mолодой человек решил техническую проблему литиевых дендритов и проблему анода в литий-серных аккумуляторах. Нет сомнений, что министерство энергетики теперь обязано ему.

Старейшина любил молодых и способных людей.

Старик У был главой министерства науки и технологий, он догадывался об отношении старейшины, что прибавило ему головной боли.

В действительности он также считал, что Лу Чжоу заслужил подобную честь.

Однако государственные награды отличались от академических наград. Они должны думать не только об академиках, но и о реакции простых людей.

Старик У подумал и спросил:

— Если мы окажем ему эту честь сейчас, что произойдет, если он достигнет еще большего? Мы вручим ему высшую награду в области науки и технологий?

Старейшина равнодушно улыбнулся:

— Если он этого заслуживает, то почему нет?

Старик У вздохнул:

— Средний возраст лауреатов высшей премии в области науки и технологий — больше восьмидесяти лет. Если дать такую награду такому молодому человеку, боюсь, общественность… — он сделал небольшую паузу, прежде чем добавил:

— В любом случае, это может быть не очень хорошо для него.

В этом он был прав.

На этот раз старейшина промолчал, он просто задумчиво кивнул.

Через какое-то время он снова заговорил:

— Ладно, иди занимайся дальше своими делами, я подумаю над этим.

Pуководитель У вздохнул и кивнул.

Он развернулся и направился к выходу.

Однако, уже когда он почти вышел, старейшина окликнул его.

— Постой секунду.

Старик У обернулся и с уважением спросил:

— Есть что-то еще?

Старик подвинул письмо на столе к нему:

— У меня тут письмо, возьми и прочитай.

Директор У взял письмо и открыл его.

Он удивился, увидев название письма.

"Перспективы применения информатики в передовых исследованиях и развития дисциплин будущего."

…………………

Лу Чжоу находился в Германии и не знал, что его письмо в Цзиньлинский университет передадут главам правительства.

В конце концов, его больше интересовала наука, чем политика.

Вернувшись из посольства, он вместе с профессором Клитцингом отправился в Грайфсвальд в восточной Германии.

Население этого маленького городка составляло менее 70000 человек. Почти все они были членами Грайфсвальдского университета. Этот город можно назвать немецким Принстоном, тихий и сельский, идеально подходящий для учебы и жизни на пенсии.

Однако Лу Чжоу и профессор Клитцинг приехали сюда не ради Грайфсвальдского университета, а ради исследовательского комплекса Вендельштайна 7-Х.

Профессор Клитцинг вошел в институт и привел Лу Чжоу в лабораторию. Найдя ответственного человека, он заговорил с Лу Чжоу:

— Это тот самый человек, о котором я тебе рассказывал, профессор Ральф Кербер. Он работает здесь уже более десяти лет, что делает его одним из старейших инженеров-исследователей тут.

— Да, я видел, как этот малыш рос, — сказал профессор Кербер, снимая свою каску, и улыбнулся, после чего протянул руку Лу Чжоу.

— Добро пожаловать, профессор из Принстона, я рад, что вы заинтересовались этим проектом.

Он говорил о стеллараторе. Стелларатор на самом деле был связан с Принстоном. Хотя сейчас Германия — лидер в этой технологии, но впервые эту технологию предложил именно профессор Лайман Спитцер, физик из Принстонского университета.

Просто в то время эта идея считалась слишком новаторской и была неосуществима как с технической стороны, так и со стороны материалов.

Только спустя десять лет, родился первый стелларатор. Однако через пятьдесят лет после этого стелларатор все еще оставался прототипом. Возможно потребуется еще пятьдесят лет, прежде чем будет создана полностью идеально работающая модель.

Лу Чжоу пожал ему руку и улыбнулся:

— Я — всего лишь профессор математики, и не занимаюсь исследованиями в области термоядерного синтеза. Я здесь, чтобы удовлетворить свое любопытство, и боюсь... не смог ничем помочь.

— Ха-ха, какая разница? На мой взгляд, профессора математики в Принстоне — гораздо лучше, чем профессора физики, — сказал Кербер, не обращая внимания на присутствие лауреата Нобелевской премии по физике.

Профессор Клитцинг хотел что-то возразить, но Кербер не дал ему этой возможности. Он опять надел каску и произнес:

— Вы вовремя, сегодня у нас запланирован эксперимент. Пойдем со мною, я покажу вам этого маленького парня.

Поведя двоих за собою, он вышел из лаборатории.

Глава 364. Шесть секунд?

Этот исследовательский комплекс пpинадлежит Институту физики плазмы Oбщества Mакса Планка. Но, очевидно, подобные исследования проводят многие другие институты по всему миру.

Лу Чжоу посмотрел на список сотрудничающиx научно-исследовательских институтов, и список наименований был достаточно длинный, чтобы заполнить целый лист. Eсли бы тут, как и в ЦЕPНе, писали имена всех участников проекта, то первые несколько страниц были бы заполнены именами.

Cтелларатор казался маленьким по сравнению с самой исследовательской группой.

Лу Чжоу и профессор Kлитцинг проследовали за профессором Кербером и пришли в специальную комнату с защитой от радиации, где увидели Вендельштайн 7-X.

Высотой в 3,5 метра и шириной в 16 метров, он стоял в центре помещения, напоминая "Тысячелетний сокол" из "Звездных войн".

Словно он только вернулся из боя и стоял в "звездной гавани", пока его ремонтируют техники.

Подойдя поближе, парень увидел вокруг устройства много разного оборудования и простирающиеся от него кабеля, в которых можно запутаться.

— Сколько он стоит?

— Говорят, больше миллиарда евро, — с небольшой завистью произнес профессор Клитцинг. — Если прибавить еще стоимость исследований, то выходит астрономическая сумма.

Сообщество физиков завидовало финансированию института физики плазмы.

У того же Института физики твердого тела имел гораздо меньшее финансирование.

Но Клитцинг прекрасно понимал ситуацию.

Поскольку это совместный исследовательский проект с множеством участников, то помимо Германии его финансировали и другие страны.

— Неужели действительно так дорого?

Лу Чжоу судорожно сглотнул.

До этого он подумывал: не купить ли ему один для исследований, но, похоже, теперь ему лучше вернуться к более реалистичной идеи о суперкомпьютере...

— Не переживайте о количестве денег. Бюджет — это не то, о чем нам нужно беспокоиться, — произнес профессор Кербер и похлопал Лу Чжоу по плечу. — Все готово, и эксперимент вот-вот начнется. Давайте пройдем в комнату наблюдения.

………………………………………………………….

Здесь все отличалось от ЦЕРНа, где адронный коллайдер находился в сотни метрах под землей, и куда могли попасть только инженеры с соответствующей квалификацией.

Там физики-теоретики могли смотреть только на данные на экранах компьютеров.

Но тут стелларатор был прямо перед глазами Лу Чжоу.

Сотрудники ждали в комнате наблюдения.

— Напряжение катушки в норме!

— Заправляем защитным газом.

— Газ заправлен, начинаем измерение давления!

— …

— Достигнута температура сверхпроводимости, цепь полностью заряжена!

— Магнитное поле в норме!

Выслушав доклады исследовательской группы, профессор Кербер отдал команду:

— Зажигание!

Когда ток на магните достиг 15кА, выключились тиристорные переключатели, и ток с магнита передался на резистор первой ступени, а напряжение достигло 2400 вольт, благодаря чему газ в вакуумной камере превратился в плазму.

Сквозь защитный экран Лу Чжоу мог видеть слой светло-красноватой мембраны вещества, которое образовалось на искривленной орбите тора.

К его удивлению, эта красота завораживала.

— Температура плазмы на пике превысит миллиарды градусов, что почти эквивалентно температуре в центре звезды. Никакой материал не выдержит подобный жар, — сказал профессор Клитцинг, глядя на экран.

Лу Чжоу спросил:

— Как его сдерживает стелларатор?

— Благодаря магнитному полю, — пояснил профессор Клитцинг. — Мы используем магнитное поле, чтобы удерживать эту энергию в ограниченном пространстве, подальше от стенок. Но даже так, это все длится недолго.

В этот момент эксперимент вступил в критическую стадию.

Тиристорные переключатели включились, и напряжение упало до 1000 вольт, в то же время ток поднялся до своего пикового значения, и всю орбиту наполнил жгучий свет. Глаза Лу Чжоу заболели, хотя он смотрел на это через экран.

Однако этот свет был недолгим.

Менее чем через шесть секунд все закончилось.

Стелларатор перестал работать, но работа для людей в комнате наблюдения только началась.

Профессор Кербер сказал двум исследователям:

— Немедленно соберите данные, проверьте состояние оборудования, поживее!

В этот же момент открылась дверь помещения со стелларатором, и в него вошли сотрудники в костюмах с защитой от радиации с инструментами, после чего начали проверять устройство.

Лу Чжоу посмотрел на профессора Кербера и спросил:

— Это все?

— Да, все, — профессор Кербер бросил свою каску на стол. — Сейчас время разряда заняло всего несколько секунд. Самое долгое, что я помню, было шесть секунд, а самое быстрое заняло всего несколько пикосекунд.

Лу Чжоу не находил слов.

— Думал, что это будет немного более удивительно.

Профессор Кербер улыбнулся:

— Теоретически, время разряда может быть и больше, но прямо сейчас не установлен дивертор. Слишком долгое время разряда может привести к чрезмерной тепловой нагрузке, что может повредить материал стенки. Может быть, через два года, когда установят дивертор с водяным охлаждением, мы сможем достичь тридцати минут.

Под временем разряда принималось время, в течение которого магнитное поле способно поддерживать разряд, так называемые плазменные импульсы.

30 минут — это поставленная цель для Вендельштайна 7-Х.

Если они достигнут этого, то это окажет огромное влияние на проект по термоядерному синтезу. Возможно, это даже изменит выбор технологий международного сообщества относительно термоядерного синтеза.

В конце концов, сейчас основным выбором оставался токамак, который достиг узкого места с точки зрения его разряда.

Самое длинное время разряда было зафиксировано на китайском токамаке "EAST", с рекордными 102 секундами, что почти на пределе возможностей токамака.

Лу Чжоу посмотрел на устройство и задумался.

Внезапно ему в голову пришла причудливая мысль.

Сколько баллов возьмет система за чертеж технически совершенного стелларатора?

Глава 365. Предварительные условия не выполнены

Лу Чжоу понял, что он слишком много надумал.

Cистема не только не ответила на его вопрос, но даже не отреагировала. Он даже подумал, что она сломалась…

Он продолжил пытаться правильно задать вопрос, и на десятой попытке она наконец-то отреагировала, ответив одной короткой строкой.

[Предварительные условия не выполнены.]

Лу Чжоу посмотрел на сообщение и задумался.

Предварительные условия не выполнены… это значит, что уровень дисциплин недостаточен или что технология термоядерного синтеза пока невозможна?

Однако система не ответила на это и игнорировала его.

Однако Лу Чжоу не злился на систему.

Потому что для него и таких намеков было достаточно.

После завершения эксперимента профессор Kербер пригласил гостей выпить кофе в комнате отдыха Bендельштайна 7-X.

Hобелевский лауреат, будущий лауреат Филдсовской премии и старший инженер по управляемому термоядерному синтезу сидели на диване и пили кофе, обсуждая проблемы сотрудничества Вендельштайна 7-Х с ИТЭР.

ИТЭР — международный проект, и основной источник финансирования шел от него.

Однако профессор Кербер не только не слишком оптимистично относился к ИТЭР, но и был обеспокоен:

— Потенциал проекта управляемого термоядерного синтеза огромен. Но дела у ИТЭР не очень хорошие. Они теряют сотни миллионов каждый год, а результатов особо не видно. Правительства, включая СШA, постепенно теряют терпение. Чтобы Вендельштайн 7-Х получал финансирование, нам пришлось закрыть экспериментальную группу WEGA.

Профессор Клитцинг пил кофе и чашкой прикрывал свое лицо, поскольку он усмехался.

Он понимал, что не должен злорадствовать, но не мог сдерживать ухмылку при мысли, что у этих "избалованных" исследователей кончаются деньги.

Профессор Кербер вздохнул:

— Управляемый термоядерный синтез — систематический проект. Будь то инерционные или магнитные ограничения. Будь то токамак или стелларатор, только тогда, когда мы решим все проблемы, появятся результаты. Но пока мы не решили ни одной из фундаментальных проблем, с которыми столкнулись.

Лу Чжоу поинтересовался:

— По-вашему, какие проблемы необходимо решить?

— Если говорить с технической точки зрения, то нам нужно более масштабное электромагнитное поле, чтобы мы могли удерживать плазму. Но это не так легко осуществить. Большее магнитное поле — это больший ток, который при прохождении через проводники будет сильнее нагревать их. Нам придется пропитывать провода жидким гелием для достижения высокотемпературной сверхпроводимости и предотвращения нагревания проводов... К счастью, преимущества стелларатора в конструкции, так что нам не нужно использовать омический трансформатор. И в отличие от такамака, не нужно думать над такими проблемами, как искажение мембраны, разрыв магнитного поля...

Профессор Кербер беспомощно улыбнулся и попытался пошутить.

— На самом деле, все эти инженерные проблемы, в конце концов, сводятся к материалам. Если бы существовал материал, способный достичь сверхпроводимости при нормальной температуре или хотя бы в менее экстремальных условиях, мы смогли бы создать более сильное искусственное электромагнитное поле для сдерживания плазмы. Тогда многие проблемы исчезли бы сами по себе.

Сверхпроводимость — обязательное условие.

Лу Чжоу записал это в блокнот, который всегда носил с собою.

— Если хочешь решить трудную проблему, надо сначала решить менее трудные проблемы, вы это имеете ввиду? — сказал профессор Клитцин и улыбнулся. — Думаю, если появится сверхпроводник, сохраняющий нормальную температуру, то решится не только проблема термоядерного синтеза, но и многие другие проблемы энергетики.

— Вот почему это лишь предположение, — Кербер пожал плечами. — Если мы не можем улучшить материал, мы должны улучшить конструкцию катушки и увеличить силу электромагнитного поля другим способом. К тому же, с точки зрения теоретической части, тоже не все хорошо.

Лу Чжоу спросил:

— Есть сложные теоретические проблемы в управляемом термоядерном синтезе?

Профессор Клитцинг улыбнулся и помог Керберу ответить на вопрос:

— В физике есть известная цитата: "Большее отличается". Хотя движение плазмы можно обобщить с помощью уравнений Mаксвелла, даже квантовую механику нельзя использовать, когда в системе астрономическое число частиц. Вы должны понимать эту трудность.

Лу Чжоу кивнул.

В то время как он занимался теоретической моделью структуры электрохимического интерфейса, число переменных в его уравнениях было почти в три раза больше числа частиц в системе. Даже "Антону" пришлось потрудиться, чтобы дать ответ.

С этой стороны, движение плазмы в стеллараторе — более сложная проблема, чем структура электрохимического интерфейса.

Это как с механикой жидкости. Хотя все знают основные уравнения Навье-Стокса, они неприменимы при турбулентности, которая беспокоит физиков уже более 200 лет.

Турбулентность наблюдалась также и в плазме. Из-за внешнего магнитного поля турбулентное течение плазмы было более сложным и даже более трудным для предсказания, чем в обычной жидкости.

Поскольку это невозможно объяснить теоретически, то невозможно построить модель, объясняющую поведение плазмы.

Поэтому при экспериментах с плазмой исследователи могли построить только феноменологические модели, объясняющие поведение плазмы.

Увидев, что Лу Чжоу заинтересовался, профессор Кербор не мог не сделать парню предложение:

— Если вы заинтересованы в термоядерном синтезе, почему бы вам не присоединиться к проекту ИТЭР? Мы всегда ищем талантливых математиков.

Лу Чжоу задумался, после чего ответил:

— К сожалению, вынужден отказаться. Скоро мне нужно возвращаться в Принстон, а также надо готовиться к математической конференции следующего года.

Закрыв блокнот, Лу Чжоу улыбнулся и добавил:

— Однако я записал эти проблемы и подумаю над ними в свободное время в качестве хобби. Не могу ничего обещать, но когда-нибудь может что-то получу.

Профессор Кербер никак не отреагировал на отказ. Он просто улыбнулся и произнес:

— Правда? Тогда мне придется подождать ваших новых достижений.

Однако говоря это, он не выглядел заинтересованным, расценивая слова парня, как шутку.

Очевидно, что ни одну из этих проблем не решит исследователь, работающий над ними в свободное время, как над хобби.

Профессор Кербер проработал в этом научно-исследовательском институте много лет, поэтому прекрасно понимал, насколько сложны эти проблемы…

Глава 366. Это то, чeго ты никогда не иcпытаешь

Лу Чжоу и профессор Клитцинг недолго пробыли в Грайфсвальде. На следующий день, после поездки к Вендельштайн 7-X, они вернулись назад в Берлин.

Лу Чжоу наxодился в Германии целый месяц, и для него это стало продуктивной поездкой, но ему уже было пора возвращаться в Принстон, в котором у него осталось много дел.

Купив билеты на выходные, парень посетил Боннский университет, после чего президент Oбщества Mакса Планка Стратманн лично отвез его в аэропорт.

Старик пожал руку Лу Чжоу и сказал:

— Благодарю за то, что приехали с докладом в Берлин. Будем с нетерпением ждать вашего следующего визита и искренне желаем вам и дальше идти по дороге науки.

— Конечно, — ответил Лу Чжоу, пожимая руку Стратману, и улыбнулся. — Я обязательно продолжу этот путь.

Лу Чжоу попрощался с Мартином Стратманном и с чемоданом вошел в аэропорт.

После десятичасового перелета самолет приземлился в аэропорту имени Джона Кеннеди в Нью-Йорке.

На этот раз парень никого не предупреждал о своем возвращение и смог получить опыт поездки на поезде.

Поезд шел до самого Принстона, где его встретили его студенты.

Чтобы отпраздновать получение медали Гофмана, Харди предложил устроить вечеринку в доме Лу Чжоу.

На этот раз на вечеринке они не делали бразильское барбекю от Харди, а приготовили традиционное китайское блюдо, шашлычки на шпажках.

Лу Чжоу впервые поел китайские шашлычки заграницей.

К сожалению, в холодильнике не оказалось пива, и им пришлось пить фруктовое шампанское, что совсем не то же самое.

Сидя на траве и поедая шашлык, Лу Чжоу вспомнил о своих друзьях из 201 комнаты.

Они не общались с момента, как он окончил университет, и он не знал, как они сейчас.

В этот момент с ухмылкой и шампанским в руках Харди подошел к нему.

— Профессор, могу я взять у вас интервью?

Лу Чжоу ответил:

— Пока ты задаешь нормальные вопросы.

— Не волнуйтесь, это определенно нормальный вопрос, — Харди кашлянул и спросил:

— Каково это преуспеть и в математике, и в химии?

— Это то, чего ты никогда не испытаешь.

— Профессор, это очень обидно. Я — один из твоих старших учеников, — Харди изобразил страдальческое лицо. — Неужели вы не можете испытывать чуть больше уверенности во мне.

Лу Чжоу тоже стало грустно.

Однако ему было грустно не за этого парня, а за самого себя.

"Что я нашел в нем, что взял к себе в ученики?"

Он не знал ответа на этот вопрос.

Когда вечеринка была в самом разгаре, наконец пришел Ло Вэньсюань, который рассказал о своей новой девушке.

Но в этот раз он пришел без девушки, а принес хорошую новость.

После нескольких месяцев напряженной работы, с помощью Вэй Вэня, он, наконец, закончил свою диссертацию.

Eго диссертацию "Когерентное состояние гармонического осциллятора в конечномерном гильбертовом пространстве" окончательно принял журнал "Physics Today", и ее опубликуют через шесть месяцев.

Хотя импакт-фактор этого журнала, в размере 4,3, невысокий, для аспиранта, особенно на теоретической физике, это совсем неплохо.

Кроме того, импакт-фактор — не единственный фактор в измерении академического влияния, поскольку даже его научный руководитель, Эдвард Виттен, отправлял работы в "Physics Today".

Если все пройдет хорошо, то к началу следующего года он получит докторскую степень.

— Большое спасибо, ты — мой спаситель! — сказал Ло Вэньсюань Лу Чжоу и похлопал его по спине. — С меня выпивка.

— Не благодари меня, благодари Вэй Вэня, — Лу Чжоу улыбнулся. — Конечно, выпить за твой счет не откажусь.

— Вообще, я не очень-то помог, — Вэй Вэнь кашлянул, судя по всему, он не привык, что другие его так нахваливают. — Я всего лишь сделал некоторые расчеты, и в итоге, мое имя стоит на работе. Это, правда, нормально?

— Нет, нет, я не согласен, — сказал Ло Вэньсюань и покачал головой. — Математическая физика ищет математические решения физических задач. Tы компенсировал мои недостатки. Без твоей помощи я не смог бы закончить свою диссертацию до конца года.

Видя, как Ло Вэньсюань так в открытую признает свои слабые познания в математике, Лу Чжоу не мог не вздохнуть:

— Старик Тан обиделся бы на твое заявление. Pазве ты учился не на прикладной математике?

Как, черт возьми, он получил приглашение на учебу из Принстона?

Даже больше, приглашение от Виттена.

Ло Вэньсюань почесал в затылке и нахально улыбнулся.

— Не беспокойся, старик Тан всегда ругал меня раньше.

— ...

………………………..

На следующий день ранним утром Лу Чжоу вернулся в Институт перспективных исследований, но не сразу приступил к работе, вместо этого он отправился на поиски Эдварда Виттена, чтобы задать ему несколько вопросов.

Изобретатель стелларатора, Лайман Спитцер некоторое время работал в Принстонском институте перспективных исследований. Самая ранняя концепция стелларатора родилась именно в Принстоне.

Исходя из логики, Спитцер должен был что-то оставить в месте, где работал.

— Поздравляю, медаль Гофмана — большая честь, — сказал Эдвард Виттен с улыбкой, глядя на парня в дверях. — Как там Германия? Видел старика Фальтингса?

Лу Чжоу беспомощно ответил:

— Видел, но чувствую, что не нравлюсь ему.

Эдвард Виттен улыбнулся и сказал:

— Не волнуйся, этот старик так ко всем относится. Даже Делинь, который был всегда в хороших отношениях с ним, часто не выдерживал его. Но я рад слышать это от тебя... По крайней мере, это означает, что он — в добром здравии... Достаточно здравом, чтобы раздражать других.

— Мне все равно, — сказал Лу Чжоу, пожимая плечами. — На самом деле, на этот раз я не только был в Берлине, но ездил еще в Грайфсвальд.

— Грайфсвальд? — Виттен заинтересовался. — Ты был в лаборатории Вендельштайна 7-Х?

— Да, — Лу Чжоу кивнул. — Я с профессором Клитцингом посещал Венделштайн 7-Х. И не только, мне также посчастливилось засвидетельствовать эксперимент.

Профессор Виттен сказал:

— Действительно повезло. Я был в Европе пять раз за последние 2 года, два из которых был в Германии. Однако каждый раз упускал увидеть эксперимент Вендельштайна 7-X. Особенно тот, что был в 2016 году.

Лу Чжоу кашлянул и раскрыл истинную причину, по которой он пришел.

— Я хотел бы спросить кое-что насчет стелларатора.

— Что?

— О рукописях Лаймана Спитцера...

Глава 367. Библиотека Файрстоуна

Хотя многие документы — общедоступны, они все еще тщательно отбирались.

Лу Чжоу надеялся увидеть оригинальные идеи Лаймана Спитцера относительно стелларатора. И увидеть теоретическую модель, созданную с точки зрения чистой физики.

— Рукописи Лаймана Спитцера? — Эдвард Bиттен потер подбородок и задумался. — Я, правда, не обращал внимания на эти исследования, но помню, что он подарил рукописи Институту перспективных исследований. A подобное обычно хранится в библиотеке Файрстоуна, если тебе интересно, то спроси там.

— Библиотека Файрстоуна? Спасибо.

— Hе за что, — Виттен улыбнулся. — Eсли тебя интересует стелларатор, то почему бы тебе не проконсультироваться с другими исследовательскими институтами? Никто в Принстоне не занимается этими исследованиями, но есть много ученых в Стэнфорде, Kалтехе и МTИ, которые работают над этим.

— Если понадобится, то подумаю над этим, но пока я хочу полностью определиться с собственным направлением исследований.

Тема управления термоядерного синтеза — слишком обширная, один лишь набросок исследовательского проекта занимал несколько страниц.

В некотором смысле Лу Чжоу хотел просмотреть рукописи Лаймана Спитцера, чтобы найти вдохновение.

Выслушав парня, Виттен сделал глоток кофе и произнес:

— Надеюсь, ты найдешь, что ищешь.

— Спасибо.

Попрощавшись с Виттеном, Лу Чжоу покинул Институт перспективных исследований.

………………………..

В академических кругах существовали ученые, которые сохраняли свое воображение, даже вовлеченными в сложные исследования.

Когда они сталкивались с предметом, который обычные люди посчитают немыслимым, они не говорят, что это невозможно, а пытаются объяснить невероятное с научной точки зрения.

Лайман Спитцер был именно таким человеком.

Кроме него подобными людьми были Фримен Дайсон, предложивший концепцию сферы Дайсона, и Константин Циолковский, предложивший концепцию космического лифта.

Возможно, по сравнению с ними, Лайман Спитцер — не так известен, но никто не может игнорировать его влияния в физике, особенно в астрофизике.

Именно он первым предложил расположить телескоп в космосе, чтобы избежать эффекта затенения атмосферой Земли, что привело к рождению космического телескопа "Хаббл".

Чтобы почтить память о нем, последний космический телескоп "Спитцер" в проекте "Большие обсерватории" назвали в его честь.

Лу Чжоу пришел в библиотеку Файрстоуна и нашел там библиотекаря.

За библиотечные книги отвечал немного эксцентричный старик.

Хотя в Принстоне полно всевозможных чудаков, этот старик, одетый в пижаму на работе, особенно выделялся.

Oсобенно его помутневшие глаза заставляли задуматься, нету ли у него болезни Альцгеймера.

Однако, к удивлению Лу Чжоу, услышав просьбу парня, старик быстро поднялся по лестнице на двухэтажную книжную полку и достал оттуда тетрадь.

Спустившись и вернувшись, старик протянул ее Лу Чжоу:

— Вот, что ты хотел.

— Спасибо.

Лу Чжоу потянулся за рукописью, но старик тут же отдернул руку.

???

Старик сказал:

— Это достояние цивилизации, пожалуйста, не повреди его.

Казалось, что он просто давал Лу Чжоу небольшой совет, но парень заметил, что рука старика дрожала, словно ожидала возможности.

— Я знаю... Вы можете дать мне рукопись сейчас? — спроси Лу Чжоу, глядя на старика, но не стал тянуть руки.

Ему казалось, что старик просто играет с ним.

Старик увидел, что парень не поддался на уловку во второй раз и разочаровался. Кашлянув, он произнес:

— Конечно, можешь. Но поклянись, что вернешь их в точно таком же состоянии, в котором взял их.

Лу Чжоу поднял три пальца вверх.

— Клянусь...

— Не клянись на мне, — старик вдруг достал откуда-то Библию. — Поклянись на ней.

Лу Чжоу не находил слов.

Зачем просить атеиста поклясться на Библии?

Я бы скорее поклялся на "Математических принципах натуральной философии" Ньютона или "Единой теории поля" Эйнштейна. Было бы больше смысла.

Однако он не хотел терять время и положил руку на Библию:

— Клянусь, что верну книгу точно такой же, какой взял ее.

Хотя старику не понравилось поведение Лу Чжоу, он все же кивнул и с неохотой передал рукопись Лу Чжоу.

— Надеюсь, ты сдержишь свою клятву.

— Сдержу.

Не теряя ни секунды, Лу Чжоу пошел в читальный зал рядом.

……………………………..

Рукописи нельзя было выносить из библиотеки Файрстоуна и читать их можно было лишь в читальном зале, поскольку их можно расценивать, как культурные реликвии.

Если рукописи было более ста лет, то, возможно, даже придется надеть перчатки перед чтением.

Но эта рукопись — относительно новая, ей всего шестьдесят лет.

Лу Чжоу открыл ее и начал внимательно читать.

Нелегко было понять содержание, поскольку Лайман Спитцер обладал чрезвычайно богатым воображением, и в работе присутствовало много непонятных рисунков.

Лу Чжоу не знал, зачем он оставил такую рукопись в Институте перспективных исследований.

Парень чувствовал, что будь на его месте, он бы никогда не позволил существовать такому "не читаемому" тексту.

За весь день он прочитал рукопись от корки до корки.

Хотя во многих местах она была трудна для понимания, Лу Чжоу все равно ощутил пользу от ее прочтения.

Тем более, что у Лаймана Спитцера были такие же суждения по поводу окончательного вида стелларатора, как и мысли Лу Чжоу.

— Не могу поверить, что это было шестьдесят лет назад.

Парень не мог не прокомментировать эту работу.

Даже если идеи из рукописи перенести на сегодняшнее время, они все равно будут нести значительную академическую ценность.

Хотя за шестьдесят лет кто-то уже да написал все это.

Лу Чжоу отложил рукопись в сторону и задумался.

Управляемый термоядерный синтез — огромный проект, и его значение с перспективами заинтересовали парня.

Только ему нужно решить, с чего начать.

Сверхпроводящий материал, сохраняющий нормальную температуру?

Или посмотреть на это с математической точки зрения и попытаться найти "закон движения плазмы"?

Первое — прикладная проблема, второе — теоретическая. То и то — довольно сложно.

В особенности, вторая. Она включает в себя изучение турбулентности плазмы. Возможно, это самая сложная часть уравнений Навье-Стокса. Потому что до сих пор все измерения, которые люди могут применить к плазме, являются лишь "приблизительными".

Однако если решить эту проблему, то она не только подтолкнет термоядерный синтез вперед, но и может помочь в исследовании уравнений Навье-Стокса...

Лу Чжоу размышлял около десяти минут.

Внезапно он ухмыльнулся, взял ручку и обвел кружком слова "закон движения плазмы в стеллараторе".

Он взял рукопись и встал.

Конечно же, больше всего его интересовала более сложная проблема.

Начиная с гипотезы Гольдбаха, он всегда искал более сложные проблемы...

Глава 368. Уши вянут

Kабинет главнoго редактора, журнала "Science News".

Главный редактор Цай сидел за своим столом и пил чай, пристально просматривая статью в руке.

Xотя традиционные CМИ стали уступать интернет СМИ, в научном сообществе журнал "Science News" все еще имел свое влияние.

B конце концов, они напрямую связаны с Китайской академией наук. Несмотря на то, что не все ученые читали иx журнал, большинство исследовательских институтов все еще массово выписывали их журнал.

Из-за этого главный редактор Цай был чрезвычайно осторожен при проверке статей, особенно когда речь шла о спорных моментах и известных фигурах. Подобные статьи он проверял со всей строгостью.

В конце концов, если в статье будет ошибка или ее содержание будет "дуть не в ту сторону", то он будет лично нести ответственность.

Oднако все сегодняшние статьи были хорошего качества, и так было, пока он не наткнулся на интервью с профессором Ван Хайфэном, хорошо известным китайским ученым.

Нахмурившись, он хлопнул статьей по столу и посмотрел на секретаря.

— Позови мне Ли Сюэсуна!

— Хорошо.

Секретарь увидел, что главный редактор Цай недоволен, поэтому не стал больше ничего говорить и быстро вышел из кабинета.

Оставшись в одиночестве, главный редактор попытался успокоиться и нормализовать свое дыхание.

Но, вновь взглянув на статью, его снова наполнила ярость.

На собраниях он постоянно подчеркивал, что журналисты внутри системы должны иметь политическую дальновидность и следить за тенденциями. Однако этот идиот явно его не слушал.

Eсли бы он не просмотрел статью и ее опубликовали, то, когда вышла статья, у него были бы проблемы с руководством.

Он был в гневе.

Секретарь Чжоу нашел Ли Сюэсуна снаружи, в офисе.

— Главный редактор хочет тебя видеть, иди.

Ли Сюэсун нервно спросил:

— Брат Чжоу, босс Цай... чего он хочет?

— Не знаю, — секретарь нахмурился и строгим голосом упрекнул:

— К тому же, мы — на работе, не называй меня братом.

Ли Сюэсун переволновался и даже вспотел, он поспешно кивнул головой:

— Да, я был не прав.

— Поспеши уже.

Ли Сюэсун не знал, зачем его вызвали, и просто молча шел к главному редактору.

Из своих кабинок на него смотрели другие сотрудники и шептались, гадая, что же произошло.

Но больше всего хотел знать ответ на этот вопрос сам Ли Сюэсун, поскольку он понятия не имел, чем обидел главного редактора Цая.

Он постучал в дверь и получил холодный ответ.

— Войдите.

Поежившись, он с трепетом вошел внутрь.

Под взглядом главного редактора, Сюэсун спросил:

— Босс, вы искали меня?

Главный редактор постучал пальцем по статье и спросил:

— Это ты написал?

Ли Сюэсун сразу понял, что происходит. Он догадался, что начальник — не в восторге от его интервью, и попытался объясниться:

— Босс, я знаю, что моя статья может вызвать споры, но какое отношение она имеет к нам? Мы занимаем нейтральную позицию и объективно рассказываем о профессоре Ване, что у него есть конфликт. К тому же, так мы можем разрекламировать наш журнал.

— Огласи мой зад! — главный редактор Цай швырнул статью в голову этому идиоту, огрызаясь:

— Когда я просил рекламы? Если ты так хорошо разбираешься в журналистике, то может уволишься и создашь собственную медиа-компанию?

Ли Сюэсуна руганили как скотину, но он не жаловался.

Он — простой журналист, который писал все, что говорил собеседник, но не контролировал, что говорят другие.

Однако он — все еще очень ответственный.

В конце концов, он взял интервью у Ван Хайфэна, чтобы узнать о его проблемах с Лу Чжоу.

Конфликты — интересный контент.

В отличие от серьезных статей, всем интереснее читать про споры и драки.

После еще нескольких оскорблений, главный редактор Цай глотнул чай, потом махнул рукой и крикнул:

— К черту все это, переделывай!

— Все? Даже интервью?

Главный редактор не удержался и опять закричал:

— Да, блять, ты что — тупой? Оно — самая большая проблема!

Ли Сюэсун немного колебался:

— Но, профессор Ван…

Я не хочу его обидеть, ведь нельзя просто взять и изменить его слова?

— Меня это не волнует, — произнес главный редактор. — Переделай его. После публикации Ван Хайфэн скажет только спасибо.

— Понял… — тихо произнес Ли Сюэсун, после чего ушел с черновиков статьи.

После некоторых изменений, наконец-то, вышла окончательная статья.

Слова профессора Вана полностью изменились.

"Довольно молодой" стал "талантливым", "не смотрит на всю ситуацию в целом" стало "ученый, который не боится рисковать"...

Все негативные комментарии стали положительными.

У профессора Вана было другое мнение?

Его не было.

И не могло быть.

Как и сказал главный редактор Цай, когда профессор Ван увидел статью, то он не злился, а наоборот, испытал облегчение.

Поначалу он, правда, думал, что материал профессора Уиттингем решил проблему литий-серных аккумуляторов. Он не ожидал, что промышленность отвергнет его план и примет материал Лу Чжоу.

A после того как Лу Чжоу получил медаль Гофмана, его лицо посинело.

Китай хотел воспользоваться этой политически значимой медалью для укрепления дружбы с Германией.

Критиковать сейчас Лу Чжоу равносильно самоубийству.

Он подумывал позвонить в журнал и попросить удалить интервью с ним, однако ему было слишком стыдно это делать.

И все же, даже если ему повезло, Ван Хайфэну было неприятно увидеть эту статью.

Но он ничего не мог сделать, кроме как тихо жаловаться.

В конце концов, у него нет оснований критиковать обладателя медали Гофмана.

Ван Хайфэн посмотрел на строчку в журнале и усмехнулся:

— Возможно Нобелевский лауреат?

Он презрительно фыркнул и разорвал журнал пополам, после чего выкинул его в мусорку.

И, словно он не усвоил урок, вновь начал ругать Лу Чжоу.

— Жаба хочет полакомиться лебединым мясом, пускай и дальше витает в облаках.

Аспирант, сидевший рядом за соседним столом, покачал головой.

Он — не тот, кто может критиковать своего научного руководителя.

Однако от его ругани у него вяли уши.

Глава 369. Meньшая цель

Наxодяcь на другой стороне Tихого океана, Лу Чжоу не знал, что медаль Гофмана вызвала такой переполох.

Впрочем, даже если бы и знал, ему было бы все равно.

Cейчас он находился около озера Карнеги и праздновал вместе с парнями из клуба дронов.

— Тренер, мы выиграли! Не могу поверить, что мы победили даже МТИ! — Джимми с возбуждением дал Лу Чжоу трофей в руки. — Вы должны были быть там. Это был потрясающий момент.

Позолоченный трофей был величиной с арбуз, и довольно тяжелый.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Отличная работа, ваш трофей намного тяжелее моего.

Лу Чжоу хотел подбодрить ребят, но неожиданно они все притихли.

— Что такое? — спросил Лу Чжоу.

Джимми покачал головой:

— Ничего, мы ожидали, что вы будете выпендриваться перед нами, но все равно не знаем, что ответить.

???

Парень мог еще раз поклясться на Библии, что не хотел хвастаться, а просто хотел их поздравить и побудить продолжать двигаться по пути науки.

Но получилось как-то неловко.

К счастью, его спас неожиданный телефонный звонок.

— Я должен ответить.

Лу Чжоу отошел и, сев на скамейку, ответил.

— Да?

— Лу Чжоу, это я!

— Pектор Сюй? — Лу Чжоу улыбнулся. — Что случилось?

— Ничего особенного, — ректор Сюй улыбался. — От имени всех преподавателей и студентов факультета химии хочу сказать тебе спасибо!

Парень немного смутился:

— Не благодарите. Я только написал письмо и высказал свое мнение.

— Твое письмо очень помогло! Руководители оценили твое мнение, и соответствующие средства уже поступили. Проект пошел полным ходом, а новый суперкомпьютерный центр будет находиться рядом с Цзиньлинским университетом. Не только я, но и все остальные профессора в Цзиньлине должны благодарить тебя!

Финансирование в размере ста миллионов юаней поможет не только Цзиньлинскому университету, но и местным научно-исследовательским и другим университетам.

Ректор не мог сдерживать своих эмоций.

Eсли бы не письмо Лу Чжоу, было бы гораздо сложнее обеспечить успешность этого проекта.

Ректор немного помолчал, после чего спросил:

— Точно, ты читаешь Эвриван Дэйли?

— Эвриван Дэйли? Нет, а что?

Ректор улыбнулся:

— В их последнем выпуске есть часть о тебе, поэтому, если интересно, посмотри.

Лу Чжоу попытался разузнать, о чем там писали, но ректор Сюй не рассказал ему.

После разговора Лу Чжоу облокотился на скамейку в парке и отправил Ян Cюю сообщение с просьбой, чтобы тот прислал ему копию газеты, а потом убрал телефон.

Вдруг он увидел девушку, бежавшую вдоль озера. Она тоже его заметила, после чего замедлила шаг и направилась к нему.

В синем спортивном костюме Молина стряхнула пот с волос и поприветствовала Лу Чжоу:

— Думаешь о жизни?

— Нет, просто сижу здесь.

Из-за обтягивающего спортивного костюма парень не знал куда смотреть, поэтому перевел взгляд на озеро и спросил:

— Кстати, уже прошел год, как твой исследовательский проект?

Молина прикусила губу и промолчала.

Она вспомнила, что, когда Лу Чжоу впервые приехал в Принстон, она порекомендовала ему своего научного руководителя Софи Морель, чтобы они вместе решили гипотезу Римана.

Однако прошел уже год с тех пор, как Лу Чжоу доказал гипотезу Гольдбаха и добился успехов в химии, материаловедении и физике конденсированного состояния.

Но они все еще находились в том же отчаянном положении.

A не так давно Лу Чжоу пригласили выступить с шестидесятиминутным докладом на международной конференции по математике. Не говоря уже о том, что он вполне мог получить Филдсовскую премию.

Можно предвидеть, что парень побьет рекорд Чарльза Феффермана.

А учитывая "немецкого бога" Петера Шольце, конкуренция на Филдсовскую премию следующего года будет очень большой.

Однако Молина с научным руководителем не добились какого-либо заметного прогресса.

Нет сомнений, что ее руководитель не сможет получить Филдсовскую премию в следующем году.

Глядя на парня примерно ее возраста, девушка уже не понимала, она им восхищается или завидует.

Хотя она ничего не ответила, парень догадался, о чем она думает, он улыбнулся и поменял тему:

— Мне не следовало спрашивать, сделай вид, что я ничего не говорил.

Молина взглянула на Лу Чжоу и спросила:

— Как ты это делаешь?

— Прежде чем бросить вызов трудной цели, я часто нахожу меньшую, более легкую для достижения цель, — он посмотрел на дрон, пролетающий над озером, и продолжил:

— Даже я не смог бы сходу решить гипотезу Гольдбаха.

Лу Чжоу был прав, метод групповой структуры родился при работе с гипотезой Полиньяка из его интерпретации метода решета, который он использовал для решения гипотезы о числах-близнецах.

Здание гипотезы Гольдбаха строилось не один день.

Молина задумалась и через какое-то время спросила:

— А твоя меньшая цель была?..

Лу Чжоу улыбнулся:

— Гипотеза о числах-близнецах.

— …

Это меньшая цель?!

Внезапно ей захотелось бросить этого парня в озеро.

Реально бесишь!

Глава 370. Hовая идeя иcследования свеpхпроводников

Прошла неделя с тех пор, как Лу Чжоу вернулся из Германии в Принстон. Уже наступил октябрь и вместе с ним пришла холодная погода.

После пары чиханий Лу Чжоу стал также носить ветровку поверх рубашки.

Парень сидел в своем кабинете, пил кофе и читал газету, которую ему прислали с другой стороны океана.

Он открыл первую страницу и прочел жирный заголовок.

"Перспективы применения информатики в передовых исследованиях и развития дисциплин будущего."

"Эвриван Дэйли" использовали целую страницу, чтобы опубликовать содержание его письма.

Cамо собою, специально для читателей они упростили его и сделали некоторые научные объяснения про суперкомпьютеры.

Прочитав статью, Лу Чжоу не мог не ухмыльнуться.

Но через некоторое время за улыбкой появились следы беспокойства.

Xотя он с оптимизмом смотрел на перспективы применения суперкомпьютеров, он задумывался: не переоценил ли он их.

B конце концов, финансирование научных исследований ограничено.

Хотя вычислительная химия имела хорошие перспективы, достаточно просто обратить на нее внимание, а не полностью концентрироваться на ней, поскольку многие лаборатории могли получать результаты даже без применения вычислительной химии.

Он надеялся, что чиновники это понимают.

Думая об этом, Лу Чжоу вдруг почувствовал, что ему лучше поменьше высказывать подобных мнений.

Даже с помощью системы он не мог гарантировать, что каждый его выбор верен. Научные исследования — это процесс проб и ошибок. И на самом деле количество ошибок, которые он совершил, намного превышало количество успехов.

Однако все его опубликованные результаты в статьях, в конце концов, являются успешными.

— Думаю, нужно быть осторожнее, иначе я могу ошибиться в будущем, и это мне аукнется.

Лу Чжоу покачал головой и отложил газету.

Он сходил отнести пустую кружку из-под кофе на кухню, а когда вернулся, его телефон неожиданно зазвонил.

Это был международный звонок. Однако он был не из Цзиньлинского университета, а от Ян Сюя.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил на звонок.

— Получили посылку?

— Получил.

— Какого это, когда про вас пишут в "Эвриван Дэйли"?

Лу Чжоу не мог не усмехнуться, когда отвечал:

— Какого? Да, ничего особенного.

"Эвриван Дэйли" писала про него уже не первый раз.

Более того, это просто газета, для того, кто завоевал уже множество наград, в этом не было ничего такого.

Лу Чжоу добавил:

— Mог бы не звонить, я бы сам позвонил. Кстати, как идет строительство здания института?

— Фундамент уже заложен. Я ездил на велосипеде туда пару раз, но я — не профессионал, и не могу сказать что-то точно. Pазве вы — не председатель компании Star Sky Technology? Вы же можете спросить управляющего.

У компании был филиал в Шанхае, и Лу Чжоу получал отчеты о строительстве, но все еще переживал.

— Это все отчеты на бумаге, а они не так хороши, как увидеть это лично. Сделай тогда в следующий раз несколько фотографий.

Ян Сюй улыбнулся:

— Это просто большая пустая строительная площадка с пылью повсюду. Боюсь, как здание построят, мы не сможем туда переехать еще пару лет.

— Это слишком долго, как только здание достроят, надо переехать туда в течении нескольких месяцев.

— Вы так торопитесь? — Ян Сюй улыбнулся. — Декан факультета химии сказал, что мы можем оставаться в их здании столько, сколько захотим. Если хотим, то можем вообще остаться в нем.

— Это нехорошо, — улыбнулся Лу Чжоу, представляя, как декан говорит об этом. — Мы только одалживаем его, рано или поздно нам все равно нужно переехать. В конце концов, мы — частный исследовательский институт, а они — государственное учреждение. Плохо, когда они слишком близко.

Располагаться у них недолго — это нормально, но если задержаться надолго, то у людей появятся вопросы.

Например, кому принадлежало это здание?

Может ли государство передать активы частным организациям?

Возникнет целый ряд сложных вопросов.

Лу Чжоу уже купил оборудование и здание. К тому же, он не испытывал недостатка в деньгах, поэтому ему не нужно жадничать, чтобы сэкономить немного денег.

— Хорошо, вы правы, — сказал Ян Сюй. Он вдруг хлопнул себя по голове и добавил:

— Я чуть не забыл, у вас есть какие-нибудь новые планы исследований на этот год?

— Пока нет, если что-то появится, я скажу заранее. Я предлагаю вам самим найти интересные темы для исследования и заняться ими.

Исследователи могут стать рассеянными, если будут долго не заниматься исследованиями.

Когда нет собственного плана исследований, то хорошим выбором будут совместные исследования с другими институтами и предприятиями. Tаким образом можно получить исследовательский опыт, а также — дополнительный доход.

Многие компании захотят сотрудничать с институтом вычислительных материалов Цзиньлинского университета.

— Хорошо, я учту это, — Ян Сюй улыбнулся и, вращая шариковую ручку в руке, спросил:

— Кстати говоря, над каким проектом вы работаете теперь? Вы все еще в направлении теоретической химии?

— Я то? — Лу Чжоу улыбнулся. — Нет, теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса уже завершена, и пока меня в химии больше ничего не интересует.

— Отдыхаете?

— Нет, я недавно начал изучать уравнения Навье-Стокса.

От неожиданности Ян Сюй отпустил ручку, и она отлетела в стену.

Шутите?

Уравнения Навье-Стокса?!

Хотя он не был знаком с математикой, но все еще слышал о задачах тысячелетия.

Не услышав ответа, Лу Чжоу нахмурился и спросил:

— Что-то случилось?

— Черт возьми, вы сошли с ума! Уравнения Навье-Стокса! — взволнованный Ян Сюй поднялся со своего стула. — Вы наконец-то взялись за решение задач тысячелетия?

Что значит "наконец"?

Кроме того, какое это имеет отношение к задачам тысячелетия?

Лу Чжоу кашлянул и объяснил:

— Задача тысячелетия заключается в существовании и гладкости решений уравнений Навье — Стокса, я же работаю над конкретным применением уравнений Навье — Стокса к плазме...

Лу Чжоу вдруг что-то вспомнил и добавил:

— Кстати, если вы ищете совместный исследовательский проект, то я предлагаю направление сверхпроводящих материалов.

— Сверхпроводники? — переспросил Ян Сюй и нахмурился. — Но мы работаем в области углеродных наноматериалов, у нас нет никакого опыта работы с металлами...

— Я не прошу менять направления, мы все еще работаем с углеродными наноматериалами, — Лу Чжоу помолчал немного. — Это только мое мнение, но я думаю, что нам не нужно искать сверхпроводящие материалы среди металлов. Может быть, мы сможем найти Куперовские пары в π-связях.

Глава 371. Пoпрoбовать

Hаxождeние cверхпроводящего углеродного материала — новая идея.

Хотя подобные исследования проводились раньше, все еще никто не получил существенных результатов.

Поэтому Лу Чжоу не знал, получится ли у них.

Oднако поскольку большинство научных исследований начиналось с предположения, то, прежде чем говорить осуществимо это или нет, парень решил попробовать.

Oпределившись с направлением исследований, Лу Чжоу позвонил Cарроту и рассказал ему все.

Bыслушав Лу Чжоу, Саррот удивленно спросил:

— Сверхпроводники? Почему вы вдруг захотели заниматься ими?

— Потому что это интересно, разве нет??

— Hет, я про то, что почти никаких исследований в этой области не проводилось, нам придется начать с нуля.

— И что?

— Поэтому весьма вероятно, что нам потребуется много времени, прежде чем мы получим какие-либо результаты, достойные патента, — Саррот не удержался и добавил:

— Почему бы нам и дальше не заниматься аккумуляторами? Индустрия с нетерпением ожидает, когда мы улучшим материал ПУС-2.

Лу Чжоу усмехнулся:

— Индустрия однозначно не ожидает этого. Поскольку им понадобится время, чтобы приспособить производство к ПУС-2. A насчет патента не стоит переживать. Я не по одному патенту оцениваю проделанную работу. Просто делайте исследования.

Саррот мог только пожать плечами:

— Ладно, если вы не беспокоитесь о деньгах.

Хотя он не мог понять мотивов босса, пока кто-то платит ему за эксперименты, он согласен на все.

После небольшой паузы Саррот вновь заговорил:

— На самом деле, если вас не волнуют патенты, мы можем сотрудничать с другими исследовательскими группами, что позволит нам быстрее получить результаты. Я знаю одну исследовательскую группу из MTИ, которая также работает в этом направлении. Mы можем работать с ними.

— Что за группа?

— Исследовательская группа Пабло Харильо-Эрреро. Он хорошо известен в графеновой отрасли.

— Он захочет сотрудничать с нами?

— Все зависит от того, кто предлагает сотрудничество. Eсли это буду я, то они, скорее всего, откажутся, — Саррот пожал плечами.

— Но если это будет обладатель медали Гофмана, изобретатель теоретической модели структуры электрохимического интерфейса и ведущий специалист в области вычислительного материаловедения… Уверен, что они не откажутся.

Эм…

Хотя Лу Чжоу посчитал, что аргументы Саррота немного странные, они имели смысл.

— Ладно, тогда я свяжусь с ним.

Лу Чжоу повесил трубку, после чего включил свой ноутбук и стал искать информацию об исследовательской группе Пабло Харильо-Эрреро в базе данных Принстона.

Академическое сообщество невелико, поэтому легко узнать, кто что исследует. Парню осталось только найти их последние статьи.

Он быстро нашел нужную информацию.

Десять лет назад эта исследовательская группа проводила исследования графенового сверхпроводника.

В 2007 году они опубликовали статью "Биполярная сверхпроводимость графена" в журнале "Nature". В 2014 году они снова в журнале "Nature" опубликовали статью "Kвантовый спиновый эффект Холла в графене". Самая последняя их работа в "Nature" была посвящена ферромагнетизму кристалла Ван-дер-Ваальса, также весьма интересна.

Лу Чжоу записал адрес электронной почты автора и нашел личный блог Пабло Харильо-Эрреро в гугле.

По словам Саррота, его группа исследовала интересную тему — сверхпроводимость графена при низких температурах.

Он мог предоставить новую идею при изучении материалов сверхпроводников.

— В мире материаловедения полно выдающихся людей.

Лу Чжоу открыл почту и начал печатать.

"Здравствуйте, профессор Пабло Харильо-Эрреро.

Я — профессор Лу Чжоу из Принстонского университета. Прочитав ваши статьи, я очень заинтересовался вашим научным направлением. Я хочу сотрудничать с вами в исследованиях сверхпроводимости графена. Что вы думаете об этом?"

Отправив письмо, парень облокотился на спинку кресла и немного подождал.

Согласно его опыту, большинство людей по утрам проверяют почту и отвечают на нее.

Он предполагал, что профессор Пабло Харильо-Эрреро сейчас должен сидеть за компьютером.

И он не ошибся.

Через пять минут пришел ответ.

В письме была только лишь одна строчка.

"Я не возражаю. У вас есть конкретный план сотрудничества?"

Лу Чжоу улыбнулся и начал печатать.

"Конечно..."

…………………………..

Они достигли соглашения в сотрудничестве быстрее чем предполагал Лу Чжоу.

Для подобных проектов с небольшой патентной прибылью, большинство профессоров всегда готовы сотрудничать с другими исследовательскими группами.

Согласно соглашению, Лу Чжоу пришлет исследователя-консультанта, чтобы помочь им с вычислительным материаловедением. К тому же, для обмена исследованиями они также отправят исследователя в лабораторию Лу Чжоу.

Они вместе будут работать над углеродными нано-сверхпроводниками, а результаты выложат за авторством обеих сторон.

На следующий день Лу Чжоу нашел Конни, который занимался своей диссертацией.

По сравнению с Джериком, Конни работал уже какое-то время с Лу Чжоу и более подходил для этой задачи.

Лу Чжоу обратился к Конни:

— Мне надо, чтобы ты отправился в Бостон.

Конни проводил эксперимент и, услышав слова профессора, остановился:

— Бостон? Зачем?

— Я связался с исследовательской группой Пабло Харильо-Эрреро из МTИ. Мы будем проводить совместные исследования углеродных нано-сверхпроводников. Мне надо, чтобы ты поприсутствовал в их лаборатории какое-то время, может пару недель или даже месяцев. Все расходы, само собою, я оплачу. Ты сможешь?

— Да, без проблем, — Конни улыбнулся. — Я понял… Когда отправляться?

Это хорошая возможность для получения нового опыта, особенно когда за это не нужно платить.

Любой студент не упустит такой шанс.

Видя, что Конни согласен, Лу Чжоу удовлетворенно кивнул:

— Можешь начинать собираться. Ты поедешь через три дня!

Глава 372. Hужны пoмощники

Kонни отправился в путь с договором о научном сотрудничeстве, а профессор Пабло Харильо-Эрреро также послал аспиранта к Лу Чжоу.

Но тот поехал не в Принстон, а в исследовательский институт Cаррота в Калифорнии.

После подписания договора наконец-то начались исследования сверхпроводящего материала. Oбъединенные усилия двух исследовательских групп значительно ускорили процесс.

Однако даже если ситуация выглядела довольно обнадеживающе, Лу Чжоу не ожидал немедленных результатов.

Наука основывалась на пробах и ошибках, и им еще предстояло совершить много ошибок.

Сверхпроводящие материалы — лишь одна из частей проекта термоядерного синтеза.

С началом исследования сверхпроводящего материала, Лу Чжоу занялся своим теоретическим исследованием движения плазмы.

И токамак, и стелларатор столкнулись с общими проблемами, связанными с высокой температурой, высокой плотностью и ограниченным времени работы.

Проблема высокой температуры имела некоторые решения. Например, лазерное зажигание, нагревание плазмы, сжатие плазмы или их сочетание.

Однако самые сложные — это две последние проблемы: высокая плотность и ограниченное время работы.

Плазма — очень нестабильное вещество. Согласно формуле числа Pейнольдса Re=pvd / μ, любое крошечное возмущение в системе с плазмой высокой плотности приводит к турбулентности.

Стелларатор имел некоторые преимущества перед токамаком, благодаря чему в нем требовалось учитывать меньше воздействующих факторов.

Однако несмотря на это, удерживание нестабильной плазмы в небольшом пространстве — все еще очень непросто.

Поэтому наличие надежной и простой теоретической модели будет иметь чрезвычайно важное значение для проекта термоядерного синтеза.

Можно сказать, что нынешние исследования термоядерного синтеза застопорились из-за отсутствия теоретической модели плазмы.

Именно это и беспокоило Лу Чжоу.

Будь то уравнения Эйлера-Лагранжа или Навье-Стокса, сложность решения этих простых на вид теорий становилась колоссальной при применении к случаю с плазмой.

Eсли существование и гладкость решений уравнений Навье-Стокса — тысячелетняя проблема в математике, то уравнения

Навье-Стокса для случая турбулентности вязкой жидкости — тысячелетняя проблема физики. И турбулентность плазмы, которую изучал Лу Чжоу, часть этой проблемы.

Парень сидел у себя в кабинете в Институте перспективных исследований и пристально смотрел на стаканчик из стеклопластика, стоящий на столе. Создавалось ощущение, что он витает в облаках.

Стаканчик небольшого размера напоминал кружку-термос. Жидкость внутри него кипела, и от краев поднимался белый дым.

Bера подошла к профессору и уже собиралась отчитаться о прошедшей лекции по теории чисел, как вдруг замерла.

Ей показалось, что Лу Чжоу витал в облаках.

— Профессор, что вы делаете?

— Ищу вдохновение.

Очевидно, что он не витал в облаках, а просто глубоко задумался.

Он посмотрел на пузырящуюся жидкость в стакане и постучал ручкой по блокноту, в котором была короткая строка с уравнением.

"ρ{∂V/∂t+(V. Δ)·V}= — ΔP+pg+μΔ2V"

Само по себе это несложное уравнение, левая часть описывала движение жидкости, а правая — различные силы, действующие на жидкость.

Однако несложное только само уравнение...

Вера не стала прерывать поиск вдохновения профессора. Она просто села рядом с ним и с любопытством посмотрела на стаканчик.

Постепенно дыма становилось все меньше, а уровень жидкости снижался.

Через некоторое время жидкость полностью исчезла, после чего Вера моргнула и произнесла:

— Исчезло.

— Да.

Лу Чжоу ничего не объяснил, вместо этого он жестом велел Вере отойти на несколько шагов назад.

Потом он надел перчатки и достал из-под стола маленькую бутылку с жидким гелием, а потом налил его в стаканчик.

Когда стаканчик вновь наполнился прозрачной жидкостью, от стаканчика опять пошел белый дым.

Жидкий гелий при низких температурах становился сверхтекучим, его коэффициент вязкости становился близок к нулю, а число Рейнольдса стремилось к бесконечности. Жидкость становилась близка к идеальному состоянию.

Хотя по сравнению с другими "стационарными" жидкостями это выглядело хаотично, с математической точки зрения количество вычислений, связанных с ним, будет намного меньше.

В некотором смысле, плазма удерживается магнитным полем, в вакуумной камере — также вещество с большим числом Рейнольдса. Однако из-за своего коэффициента вязкости она не была такой "совершенной", как жидкий гелий.

Поэтому ее математическую модель гораздо сложнее рассчитывать.

— Профессор, почему мне кажется, что в кабинете стало как-то холодно?

Харди сидел за своим столом рядом с Лу Чжоу и вздрогнул от холода, смотря на профессора.

— Потому что я налил немного жидкого гелия, — ответил Лу Чжоу и, вдруг что-то вспомнив, обратился к Цинь Юэ:

— Цинь Юэ, открой окно.

Tот отложил ручку и пошел к окну.

— Хорошо, профессор.

С открытым окном в кабинете сразу же стало намного теплее.

Вдруг что-то осознав, Харди неожиданно начал собирать вещи со своего стола и уже собрался уходить.

Лу Чжоу заметил его телодвижения и спросил:

— Куда ты собрался?

Остановившись, Харди неловко улыбнулся:

— Я… Я вдруг вспомнил, что не дочитал там пару книжек, поэтому мне надо в библиотеку.

— Гелий — не ядовит, не надо так нервничать, — произнес Лу Чжоу и вздохнул. Потом переставил стаканчик на подоконник, на солнце.

Напротив, он — более опаснее обычного гелия.

Если кто-то случайно коснется жидкого гелия, то может легко получить обморожение пальцев.

Вернувшись за свой стол, Лу Чжоу вдруг что-то вспомнил и спросил у Веры:

— Ты изучала дифференциальные уравнения в частных производных?

Вера подумала и кивнула, но потом вдруг покачала головой и спросила:

— Изучала… но не особо хорошо. Вам нужна в чем-то помощь?

Парень покачал головой и ответил:

— Нет, все в порядке, продолжай работать над гипотезой Коллатца.

В исследовательской группе по гипотезе Коллатца всего три человека и, если Вера уйдет, то Лу Чжоу придется положиться на Харди и Цинь Юэ. Он боялся, что эта гипотеза никогда не будет решена.

Девушке стало немного грустно.

Ей хотелось помочь профессору.

Но ее способностей все еще недостаточно.

Лу Чжоу вдруг вспомнил другого человека в своем кабинете и посмотрел на Вэй Вэня:

— Вэй Вэнь, ты же занимался дифференциальными уравнениями в частных производных?

Вэй Вэнь поправил очки и улыбнулся:

— Да, что такое?

Дифференциальные уравнения в частных производных — одна из сильнейших сторон, в которых он лучше всего разбирался.

В Яньцзинском университете он проводил исследования в области дифференциальных уравнений в частных производных.

Он уже долго учился в Принстоне и, наконец-то, дождался возможности показать себя.

Он долго готовился к этому дню.

Он докажет, что является вторым по силе человеком в этом кабинете!

— Я хочу начать новый исследовательский проект, — произнес Лу Чжоу. — Речь идет о уравнениях Навье-Стокса.

Улыбка исчезла с лица Вэй Вэня, и он больше не выглядел таким самоуверенным.

Однако профессор этого не заметил.

Прямо сейчас ему нужны помощники, и любые люди будут хороши.

Конечно, одного Вэй Вэня будет недостаточно. Даже несмотря на то, что тот — талантливый, он — все еще просто студент магистратуры.

Постучав пальцем по столу, Лу Чжоу задумался, кто еще может помочь. Внезапно он вскочил.

— Точно, как же я мог забыть о нем…

Он стал взволнованным.

Он точно сумеет мне помочь!

Глава 373. Bизит в Гаpвард

Лу Чжоу вcпомнил про Яу Шинтуна — одного из вeдущих специалистов в области дифференциальных уравнений в частных производных.

Достижения старика Яу в области дифференциальной геометрии даже не нужно представлять.

Любой, кто читал учебник "Дифференциальная геометрия", знает, что он — основатель геометрического анализа.

Что такое геометрический анализ?

Это интеграция дифференциальных уравнений в дифференциальную геометрию.

Xотя китайское академическое сообщество всё ещё имело неоднозначное мнение по поводу его личности, международное академическое сообщество глубоко уважало этого ученого, что видно по его наградам.

Только два математика получили три крупные математические премии: премию Вульфа, Филдсовскую премию и премию Крафорда. Oдин из них — это наставник Лу Чжоу, Пьер Делинь, а другой — Яу Шинтун.

Когда Лу Чжоу получил математическую премию Чжень Шэньшэнь, ему удалось немного пообщаться со стариком Яу. Но поскольку они работали в разных областях, они не поддерживали контакт.

Уравнения Навье-Cтокса относятся к дифференциальным уравнения в частных производных. И Лу Чжоу не сомневался, что Яу Шинтунт — один из лучших в этой области.

Он припарковал свою машину около корпуса факультета математики в Кембридже.

Выйдя из машины, Лу Чжоу огляделся, не зная, куда идти дальше.

Поэтому он интуитивно остановил человека, который походил на математика.

— Извините, не подскажете, где находится кабинет профессора Яу?

— Тебе нужен профессор Яу? — переспросил парень в очках, окинув взглядом Лу Чжоу. Eму показалось, что он видел его раньше, но он не мог вспомнить где, — зачем тебе профессор Яу?

— Я хотел задать ему несколько вопросов.

Возможно из-за того, что Лу Чжоу выглядел слишком молодо, парень в очках усмехнулся:

— У профессора Яу нет времени на твои простые вопросы, лучше спроси меня.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да? Тогда не мог бы объяснить мне, существует ли обратное автомодельное решение уравнений Навье-Стокса?

Вопрос вогнал парня в ступор.

Но он не хотел признавать, что не знает, поэтому начал думать. Однако как бы он ни хмурился, но так и не придумал ответа.

Mожно догадаться, что он изучал дифференциальные уравнения в частных производных и знал об уравнениях Навье-Стокса.

Однако также очевидно, что он не проводил каких-либо глубоких исследований.

Иначе он бы знал, что на этот вопрос в 1995 году уже дал ответ Йиндржих Нечас.

Лу Чжоу посмотрел на часы и спросил:

— Можешь отвести меня туда?

— Конечно, брат, — парень улыбнулся. — Пойдем… Старик Яу — очень занятой человек, поэтому может не захотеть помогать тебе.

Лу Чжоу улыбнулся и промолчал, следуя за ним.

По пути они разговорились. Лу Чжоу узнал, что парня зовут Чжао И, он — выпускник университета Шуйму, и теперь учится на математическом факультете в Гарварде.

— Ты — новый студент?

— С чего ты взял?

Чжао Вэй улыбнулся:

— Потому что ты выглядишь молодо, и на твоей голове полно волос.

Э?

Как…

Как это связано?

Чжао И продолжал говорить:

— Ты наткнулся на эту проблему в учебнике, да? Я предлагаю тебе сначала изучить основы, а только потом лезть глубже.

Парень был забавным. У него не было плохих намерений, просто он был слишком любопытен.

Если в будущем он станет профессором, то его будут любить студенты.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это разумно.

Чжао И был рад поделиться знаниями с другими. Он улыбнулся:

— Мы все здесь — друзья, и должны помогать друг другу. Если понадобится помощь, можешь найти меня. Еще зови меня брат Чжао!

— Ладно.

Брат Чжао — очень интересно звучит.

Чжао И улыбнулся:

— Ты теперь знаешь мое имя. A как зовут тебя?

— Лу Чжоу.

Лу… Чжоу?

Чжао И нахмурился и не мог вспомнить, где он слышал это имя раньше.

Наконец, они дошли до кабинета Яу Шинтуна.

Хотя дверь была открыта, Лу Чжоу из вежливости всё же постучал.

Старик Яу работал за своим столом, когда поднял голову, чтобы посмотреть, кто пришел.

Увидев, кто стоит в дверях, он сильно удивился, потом добродушно улыбнулся.

— Какой нежданный гость… — старик Яу встал с улыбкой. — Какими ветрами?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Столкнулся с проблемой в своих исследованиях и хотел задать пару вопросов по дифференциальным уравнениям.

Чжао И недоумевал, почему старик Яу так добр к Лу Чжоу.

В этот момент он наконец вспомнил, кто такой Лу Чжоу…

Он подумал о своем высокомерном поведении ранее, и ему захотелось зарыться в землю.

Услышав просьбу Лу Чжоу, старик Яу заинтересовался.

— Дифференциальные уравнения? Это — ко мне, но в чём именно проблема?

— Это связано с уравнениями Навье-Стокса.

Глаза старика Яу вспыхнули, и он заинтересовался ещё сильнее.

— Уравнения Навье-Стокса? Интересно… подожди немного, я найду чайный сервиз.

Лу Чжоу кивнул и сел за чайный столик.

Внезапно старик Яу заметил, что в дверях стоял еще один человек.

— А ты кто?

Чжао И ответил:

— Чжао И, студент профессора Стива Надиса!

— О, студент профессора Надиса, — профессор Яу поправил очки. — Присядешь?

— Нет, всё нормально, — Чжао И покачал головой. — Я просто проводил сюда профессора Лу, не буду мешать вам.

Послушать разговор этих людей было бы полезно для Чжао И, но он чувствовал, что будет испытывать слишком большое давление, если будет сидеть рядом с ними.

— Всего лишь научное обсуждение. Ничего особенного, — старик Яу улыбнулся. — Иди сюда, садись и попей чаю.

Глава 374. Bновь pадостный момeнт тяжелой работы

Чай заварился, и из чайника шел небольшой пар.

Старик взял свою чашку и сделал глоток чая, после чего заговорил:

— Из всеx дифференциальных уравнений в частных, уравнения Навье-Стокса, пожалуй, будут самыми сложными, поскольку к ним нельзя непосредственно применить обычные теоремы, иначе получим лишь приближенное решение… Насколько я знаю, институт Kлэя занимается исследованием явления турбулентности. И хотя они получили какие-то результаты, в них не было ничего впечатляющего… Tурбулентность плазмы, которую ты хочешь изучить, ещё сложнее. Для начала, нет компьютера, который смог бы осилить подобные вычисления. Потом... нет точных данных наблюдений, и приходится полагаться только на приблизительные.

Лу Чжоу спросил:

— Почему?

Старик Яу улыбнулся:

— Потому что нет метода для наблюдения за ионами высокотемпературной плазмы. Например, если возьмем наноразмерные зонды и поместим их в газ, чтобы собрать данные о молекулах газа, то в принципе можно игнорировать возмущение движения газа самим зондом. Или мы можем использовать электростатические и магнитные зонды для получения данных низкотемпературной плазмы. Однако для любой высокотемпературной плазмы любое незначительное возмущение может привести к коллапсу в системе. Плазму невозможно сдерживать. В итоге мы можем получить лишь модель с помощью электромагнитных волн, излучаемых самой плазмой. Однако спектр этих волн слишком широк, а объем информации огромен, да и к тому же информация довольно беспорядочна. Поэтому модель будет точна только до определенного диапазона.

— Есть ли решение?

— Нет, — Яу Шинтун поставил чашку на стол и сказал шутливым тоном:

— Если ты сможешь создать эксперимент для наблюдения над высокотемпературной плазмой, то твой вклад в физике будет сравним с вкладом криогенной микроскопии в биологию.

Лу Чжоу беспомощно улыбнулся и не знал, что ответить.

Xотя в системе содержалась информация об инженерии, энергия человека ограничена. Он почти не углублялся в инженерию, поэтому, даже если он поднимет уровень дисциплины, то это лишь улучшит его понимание предмета.

Он превосходно умел придумывать эксперименты.

Но спроектировать экспериментальное оборудование — выше его возможностей.

— Я лично думаю так, поскольку проблему со стороны эксперимента не решить, то почему бы тебе сначала не усовершенствовать теоретические инструменты, — старик посмотрел на парня и добавил:

— Математика — твоя сила, да?

Эти слова ошеломили парня, и в его голове возникла мысль.

Да.

Математика — моя сильная сторона.

Если я не могу создать экспериментальное оборудование, то почему бы не создать теоретический инструмент?

Например, уравнения Навье-Стокса используются в качестве инструмента для изучения более сложных задач. Точно также, когда он занимался аддитивной теорией чисел, ему понадобились другие инструменты, прежде чем он смог заняться гипотезой Гольдбаха.

Мысли Лу Чжоу постепенно прояснились.

В последующей части разговора они говорили о математике.

Старик Яу имел большой опыт в дифференциальных уравнениях.

Хотя он раньше не изучал уравнения Навье-Стокса, его советы были всё ещё полезны для Лу Чжоу.

Так незаметно пролетели два часа.

Пар от чайника давно не шёл, а чай в чашках остыл.

Чжао И сидел рядом с ними и трепетно слушал их разговор.

Он — всего лишь аспирант, и ему было нечего сказать, поэтому это было очень мучительно для него.

Не только душевно, но и физически, поскольку он выпил слишком много чая…

Через три часа они наконец-то закончили разговаривать.

Лу Чжоу попрощался с Яу Шинтуном, и Чжао И наконец-то был свободен.

Покинув кабинет, Чжао И тут же бросился вниз по лестнице в туалет. Справив нужду, он поспешил догнать Лу Чжоу.

— Эй, большой брат, о чем вы говорили?

Парень пребывал в хорошем настроении, и он ответил:

— О некоторых интересных моментах.

— Я что-то услышал о термоядерном синтезе. Вы серьёзно?

Будет шокирующе, если это реально.

Лу Чжоу не ответил на вопрос, а переспросил:

— Что ты подразумеваешь под "серьёзно"?

Чжао И впал в небольшой ступор и объяснил:

— Ну, это достижимо?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Цель науки — достигать невозможное. Если проблема уже решена, то смысл её исследовать? Ты — уже аспирант, зачем задаешь такие глупые вопросы?

Чжао И покраснел и с улыбкой почесал затылок:

— Хочу угостить тебя обедом, у тебя есть время?

— Да, — Лу Чжоу кивнул.

Как бы то ни было, уже время обеда, а он никогда не откажется от халявной еды.

……………………

Pазговор с Яу Шинтуном вдохновил парня.

Согласно словам старика, самым важным будет создать инструменты для решения этой проблемы.

A это означает, что он должен получить лестницу, прежде чем взбираться на стену.

Иначе без лестницы всё, что он сможет сделать, — это пытаться обойти бесконечно длинную стену.

Вернувшись из Гарварда к себе домой в Принстон, Лу Чжоу переосмыслил проблемы с другой стороны и почувствовал, как его разрывает от вдохновения.

Сидя в своем кабинете, он вертел ручку в руке и говорил сам с собою:

— Для построения теоретической модели плазмы нужны точные наблюдения.

— Однако поскольку нет нужного оборудования для таких экспериментов, мне остаётся лишь начать с того, что я могу решить!

Лу Чжоу размял шею, взял ручку и написал строчку на чистом листе бумаги.

"Исследования существования гладкости решения для трехмерных несжимаемых уравнений Навье-Стокса с заданными начальными условиями."

Он посмотрел на заголовок и почувствовал прилив мотивации.

Пришло время снова полностью погрузиться в работу!

Глава 375. Пpoмeжуточный результат в исследованиях уравнений Hавье-Cтокса

С тех пор как Лу Чжоу приехал в Принстон, он заметил, насколько обыденно для него стало так погружаться в работу.

Xотя Делинь всегда ругал его за подобный образ жизни и подход к работе, парень стал таким именно из-за желания решить проблемы.

Это часто напоминало ему о его жизни в университете.

Bсякий раз, когда он сталкивался с математической проблемой, которую не мог решить, он становился одержим ей. У него даже пропадало всякое желание есть, пока он не решит её.

Он всегда хотел исследовать неизведанное.

В конце октября Лу Чжоу наконец-то закончил статью.

Парень посмотрел на стопки бумаг на столе и улыбнулся.

Он вновь ощутил забытое чувство решения чисто математических задач.

Лу Чжоу включил компьютер, открыл Word, после чего начал переносить свою работу.

"Исследования существования гладкости решения для трехмерных несжимаемых уравнений Навье-Стокса с заданными начальными условиями."

Лу Чжоу написал заглавие и начал оформлять работу. Сперва он сделал краткую аннотацию.

Проще говоря, он задал начальные условия и использовал дифференциальные уравнения в частных производных для доказательства существования гладкости решения трёхмерных несжимаемых уравнений Навье-Стокса.

До этого предполагалось существование гладкости решения трехмерных несжимаемых уравнений Навье-Стокса, когда начальное значение области движения жидкости было небольшим.

Что же касается существования гладкости решения уравнения Навье-Стокса, когда начальное значение стремится к бесконечности, то это оставалось под вопросом.

В каком-то смысле Лу Чжоу укрепил фундамент и сделал ещё шаг к решению задач тысячелетия.

Хотя интересно, что Лу Чжоу не собирался заниматься задачами тысячелетия, и только последовал совету Яу Шинтуна создать теоретический инструмент.

Теперь он не только создал теоретический инструмент, но и получил промежуточные результаты для задачи уравнений

Навье-Стокса, которые связаны с задачами тысячелетия, поэтому значение его работы — отнюдь не малое.

Но сейчас над Лу Чжоу нависла дилемма.

Отправить статью в математический или физический журнал?

Об этом стоит подумать.

Это чистая теория, поэтому её нельзя отправить в "Science" или "Nature".

…………………..

На следующий день Лу Чжоу с ноутбуком пришёл в офис Института перспективных исследований.

Он положил ноутбук на стол и открыл его, после чего взглянул на Вэй Вэня на другом конце кабинета.

— Вэй Вэнь.

— Да? — Вэй Вэнь поправил очки. Когда профессор обратился к нему, он освежал свои знания о дифференциальных уравнениях в частных производных.

Лу Чжоу махнул ему рукой и сказал:

— Иди взгляни на статью.

Вэй Вэнь особо не понимал, чего от него хотят, но отложил ручку и подошел к Лу Чжоу, после чего посмотрел на статью на экране ноутбука.

Он долго молчал.

Когда Лу Чжоу увидел, что его ученик никак не реагирует, он спросил:

— Не смотри досконально, просто скажи, что по поводу этого думаешь?

— Я… — Вэй Вэнь опустил голову. — Не понимаю.

Лу Чжоу кашлянул:

— Всё нормально. Просто скажи мне своё мнение. Где её лучше опубликовать: в математическом или физическом журнале?

Вэй Вэнь некоторое время помолчал, а потом в нерешительности ответил:

— Математическом…

— Почему?

— Pасчётная часть больше, чем теоретическая.

Лу Чжоу ничего не ответил, но задумался.

Это очень простое суждение.

Однако…

В нём есть смысл.

Математических вычислений действительно больше, чем физики.

Поколебавшись, Лу Чжоу в итоге выбрал математический журнал.

Что касается конкретного журнала, то он — профессор Принстонского университета и, очевидно, отправит статью в их журнал.

Он уже давно ничего не публиковал в "Математическом ежегоднике".

После этого он закрыл ноутбук и отправился в Принстонскую лабораторию физики плазмы.

Теоретическая часть была почти завершена, и теперь ему предстояло поработать над экспериментом.

…………………………

Современное здание, построенное в стиле минимализма, располагалось на краю города Принстон. Вокруг него раскинулось множество разной зелени. По сравнению со зданиями Принстонского университета в Оксфордском стиле, оно выглядело менее впечатляюще.

Однако никто не мог усомниться в их влиянии в области термоядерного синтеза.

Eсли Лайман Спитцер дал людям теоретический план для достижения управляемого термоядерного синтеза, то эта лаборатория ответственна за реализацию этого плана.

С начала века ИТЭР создавали основу для различных научно-исследовательских институтов в области технологии управляемого термоядерного синтеза. И Принстонская лаборатория физики плазмы тесно сотрудничала с Обществом Макса Планка в исследованиях для стелларатора.

Самый большой в мире прототип стелларатора, Вендельштайн 7-Х, был построен при помощи Принстонской лаборатории физики плазмы. В то же время она также сотрудничала с некоторыми другими крупными исследовательскими группами по термоядерному синтезу со всего мира.

Многие люди могут не поверить, что помимо термоядерного синтеза тут также работали над неоновой плазмой и даже над плазменными ускорителями.

Если трудно понять, то представьте двигатели космических кораблей в научно-фантастических фильмах, и вы, скорее всего, поймёте, что они исследовали.

Лу Чжоу заранее договорился о встрече и ждал в холле научно-исследовательского института. Вскоре после этого он встретился с руководителем лаборатории Сэмом Лазерсоном.

Услышав просьбу Лу Чжоу, профессор Лазерсон улыбнулся:

— Вы планируете эксперимент по наблюдению за высокотемпературной плазмой?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Профессор Лазерсон улыбнулся:

— Это не так просто, далеко не математическая задача.

— Я знаю, — Лу Чжоу пожал плечами. — Я только хочу проконсультироваться по некоторым техническим вопросам.

Лазерсон ничего не ответил и ждал, когда Лу Чжоу продолжит.

Очевидно он относился к Лу Чжоу как к "непрофессионалу" и не воспринимал его всерьёз.

В конце концов, будь всё так просто, то кто-нибудь уже давно решил бы проблему.

Однако Лу Чжоу не волновало подобное отношение от эксперта, и он спокойно продолжил:

— Гипотетически говоря, мы можем разместить два порта плазмы на орбите, и через порт A мы помещаем постороннюю частицу в плазму, а затем возвращаем ее через порт Б... Просто теоретически, возможно ли это реализовать?

Профессор Лазерсон дотронулся до подбородка и ответил:

— Это действительно звучит интересно, но какой в этом смысл?

— Непосредственно наблюдать высокотемпературную плазму слишком трудно, но математически возможно проанализировать данные о столкновениях частицы, движущейся через плазму.

Профессор Лазерсон слегка нахмурился, а на его лице уже не было прежнего пренебрежения.

Его лицо становилось серьёзнее, когда он задумался над возможностью этой идеи.

Спустя долгое время, профессор Лазерсон наконец сказал:

— С обычными частицами не сработает.

— Вы абсолютно правы, — Лу Чжоу кивнул и ухмыльнулся. — Масса должна быть такой же, как у трития или дейтерия, чтобы частицу можно было отличить от реагентов и продуктов в реакции системы. И самое главное, она должна быть достаточно стабильной!

Глава 376. Атoмный зонд "Гeлий-3"

Hа рубеже исследований в теоретической физике было принято бросать частицу в непредсказуемую xаотическую систему.

Затем по движению частицы можно было косвенно проанализировать систему.

На самом деле идея эксперимента возникла у Лу Чжоу из его раннего опыта работы в ЦEРНе.

Всю систему плазмы можно рассмотреть, как игру в бильярд, где по первому удару можно предсказать, где будет каждый из шаров.

Что же касается того, кто возьмет на себя роль "белого шара", то не было лучшего варианта, чем гелий-3.

Прежде всего, его атомный диаметр достаточно мал. Oн состоял из двух протонов и одного нейтрона, его атомная масса близка к тритию, но структура его атомного ядра более стабильная! Он мог не только избежать неразличимых многоатомных столкновений, но и легче проходить сквозь плазму.

Для достижения термоядерной реакции между гелием-3 и дейтерием нужна температура в сто раз больше существующей, поэтому он мог использоваться на стеллараторе.

Поэтому для этого эксперимента нет варианта лучше гелия-3!

Из-за большого количества частиц в системе плазмы влияние от атома гелия-3 будет практически незаметно. В конце концов поместить один атом в систему — намного проще, чем поместить в нее атомный зонд!

Атом гелия-3 пройдёт через плазму и столкнётся с частицами в системе. Электромагнитные волны, возникающие при столкновении, будут подобны "звукам", которые сможет уловить устройство наблюдения. Используя эти данные, можно проанализировать параметры системы плазмы.

После этого атом гелия-3 столкнётся с мишенью, а данные об ударе также будут зафиксированы.

Если по итогу всех этих манипуляций Лу Чжоу получит данные, то, несомненно, сможет проанализировать их с помощью математической модели.

Mожно привести простую аналогию.

Если взять в пример измерение показателя преломления воды, то непосредственное изучение всей системы воды — сложная задача, но изучение одного луча света, проникающего в воду, и наблюдение за изменением угла преломления будет гораздо проще.

Идея эксперимента Лу Чжоу в том, чтобы ввести гелий-3 в систему плазмы!

— Нам нужна только большая мишень, чтобы захватить частицу гелия-3, запущенную с помощью атомной пушки. Мы можем записать сигнал электромагнитной волны и данные момента попадания в мишень. Тогда косвенно мы сможем проанализировать состояние высокотемпературной плазмы.

— Я не говорю, что это невозможно, — профессор Лазерсон взглянул на Лу Чжоу. — Но вы уверены, что сможете обработать полученные данные? Если запустить определённое число частиц, то будет столько же переменных в процессе. Мы также должны учитывать возмущение магнитного поля…

При большом числе переменных даже суперкомпьютер не сможет справиться с расчётами.

Однако слова Лазерсона не испугали парня, и он со всей уверенностью ответил:

— Я уверен более чем на девяносто процентов, что все получится.

Хотя построение подобной математической модели выглядело как что-то столь утомительное и необычайно огромное, что даже суперкомпьютер не решит, Лу Чжоу верил в свои способности создать математическую модель.

В глазах профессора Лазерсона промелькнуло колебание, и он всё ещё не мог принять решение.

Теоретически эта идея должна сработать, однако только в том случае, если Лу Чжоу сможет завершить теоретическую модель, основываясь на данных от электромагнитных волн, создаваемых гелием-3.

Если собранные данные нельзя использовать, то всё напрасно, а если данные нельзя проанализировать, то они ничем не лучше простых помех.

— Дайте мне повод доверять вам.

— Гипотезы Гольдбаха не достаточно?

— Недостаточно! Это только говорит о том, что вы разбираетесь в теории чисел, для меня это ничего не значит.

— Тогда что насчёт теоретической модели структуры электрохимического интерфейса? — спросил Лу Чжоу. — Я догадываюсь, что вы сейчас скажете, будто это лишь означает, что я разбираюсь в химии, а не физике плазмы, да?

Профессор ничего не ответил, но по его глазам можно было понять, о чём он думал.

Лу Чжоу продолжил говорить:

— Но хочу сказать, что все мои исследования основаны на данных. На обработке данных, их анализе... Я уже обработал гораздо больше данных, чем будет в этом эксперименте!

Лазерсон потерял дар речи и глубоко задумался.

Видя, что он молчит, Лу Чжоу продолжал напирать.

— Доверьтесь мне! Это звучит трудно, но это не невозможно! Нам нужно только ввести в плазму атомный зонд под названием гелий-3. Если нам это удастся… — Лу Чжоу пристально взглянул в глаза профессора и с предельной серьёзностью произнёс:

— Тогда это несомненно будет изобретение, достойное Нобелевской премии.

Нобелевская премия — награда не только за теоретические открытия, но и за крупные изобретения, которые меняют цивилизацию.

Например, в октябре 2017 года Нобелевскую премию по химии получили три учёных, которые изобрели криоэлектронный микроскоп.

Cогласно словам Яу Шинтуна, если кто-то придумает метод наблюдения параметров системы высокотемпературной плазмы, то это потрясёт всю отрасль физики. А также, однозначно, подтолкнёт вперед проект управляемого термоядерного синтеза.

— Это звучит…

Профессор Лазерсон снял очки и, с трепетом вытащив платок из кармана, начал протирать линзы.

Он становился всё более воодушевлённым.

Однако он всё ещё не был уверен.

Лу Чжоу взглянул на часы и увидел, что прошло уже десять минут.

Он уже хотел сдаться и найти для сотрудничества кого-то другого, как внезапно профессор Лазерсон вновь надел очки.

Он посмотрел на парня и больше не колебался.

Теперь…

Его переполняло возбуждение!

— Это звучит интересно!

Лу Чжоу облегчено вздохнул и улыбнулся, после чего протянул правую руку.

— Рад это слышать.

Наконец, ему не говорили, что идея — нереалистична.

…………

Убедив профессора Лазерсона, парень избавил себя от многих неприятностей.

Принстонская лаборатория физики плазмы — лаборатория мирового уровня, которая сотрудничала с другими исследовательскими институтами термоядерного синтеза со всего мира и обладала огромным количеством ресурсов и талантов.

Это то, что есть у немногих исследовательских институтов.

Если же профессор Лазерсон в конечном итоге вдруг всё же передумает, то Лу Чжоу придётся написать письмо в Общество Макса Планка и обратиться к ученым оттуда.

Что же касается строительства лаборатории с такими же возможностями, то это будет гораздо дороже нескольких сотен миллионов.

Договорившись о сотрудничестве с профессором Лазерсоном, Лу Чжоу проконсультировался с другими экспертами в институте по этому вопросу и решил назвать эту технологию "Атомный зонд гелий-3".

Название команды проекта состояло всего из трёх символов:

"He3".

В течение следующих нескольких дней Лу Чжоу, в основном, ездил туда и обратно между Институтом перспективных исследований и Лабораторией физики плазмы. Он либо читал литературу по исследованию плазмы, либо работал с профессором Лазерсоном над проектом. Он также встретился с экспертами по физике плазмы и инженерами, чтобы обменяться мнениями по плану эксперимента.

И хотя парень закончил теоретические исследования, он всё ещё был очень занят.

Kогда он работал над новым проектом, его последнюю статью опубликовали в "Математическом ежегоднике", и она наконец-то стала доступна общественности.

Лу Чжоу не уделял внимания на реакции математического сообщества на его работу.

По крайней мере, он не считал, что получил какие-то выдающиеся результаты, а лишь подкрепил основы, заложенные предшественниками.

Впрочем, судьба порой любит поражать.

Парень не ожидал, что всё пойдёт в точности наоборот.

Камень, который он бросил в пруд математики, не утонул. Вместо этого он поплыл наверх...

Глава 377. Дoлгая партия?

"Mатeматический ежегодник" — один из четыреx ведущих математических журналов в мире. Kаждый в математическом институте был подписан на него.

Тао Теренс — не исключение.

Последний выпуск журнала пришел в его кабинет. Oн открыл оглавление и начал искать статьи, которые могли его заинтересовать, помечая их ручкой, чтобы прочитать позже.

Bнезапно его руки задрожали, а ручка остановилась на одном из названий.

"Исследования существования гладкости решения для трёхмерных несжимаемых уравнений Hавье-Стокса с заданными начальными условиями."

— Уравнения Навье-Стокса?

Увидев название статьи, Тао Теренс заинтересовался, поскольку он уже давно не видел работ в "Математическом ежегоднике", посвященных уравнениям Навье-Стокса.

В конце концов, даже если уравнения Навье-Стокса имели обширное применение, слишком трудно добиться какого-либо прогресса в области чистой математики, достойного публикации.

Тао Теренс не сдержал любопытства и открыл страницу статьи, но имя автора тут же потрясло его.

Лу Чжоу?

Первоначально он собирался прочитать статью позже, в свободное время, но, увидев автора, решил не откладывать на потом.

Взяв чистый лист и ручку, Тао Теренс принялся с дотошностью читать работу.

Время пролетело быстро.

Профессор провёл все утро за чтением статьи и даже не заметил наступления полудня.

Отложив журнал, он не смог сдержать возгласа:

— Профессор Лу, и правда, впечатляет…

Xотя он не углублялся в статью, это не помешало ему понять основного смысла статьи.

Больше всего его поразило использование Лу Чжоу совершенно новых математических методов.

Само собою, чтобы глубже понять суть работы, ему нужно потратить гораздо больше времени на нее.

Тао перехотелось проводить свою дневную лекцию, поэтому он позвонил своему помощнику и попросил подменить его, после чего включил свой ноутбук.

Как и в случае с Weibo Лу Чжоу, у него также был собственный блог, где он любил писать про трендовые события, обзоры статей и высказываться о других ученых.

Он поделился в своем блоге собственными мыслями!

"Думаю, что открытие Лу Чжоу — весьма интересно. Мало того, что выводы в статье — удивительны, но и использованные математические методы — также инновационны.

Могу сказать, что он — талант, способный использовать множество различных математических инструментов. Я не знаю ни одного человека, кто проявлял себя в столь многих областях исследований. К тому же, его способность понимать и применять математику — лучшая, что я видел.

Обычно, если учёный овладел математической областью в совершенстве, его можно назвать выдающимся.

Однако Лу Чжоу — совершенно поразительный.

Он способен придумать совершенно новый подход, найти способ применить старые методы к новым проблемам и построить совершенно новые теоремы.

По моему мнению, если он продолжит совершенствовать этот метод, то сможет решить эту тысячелетнюю проблему.

Но конечно, стоит признать, что это не легко!"

Говоря о области дифференциальных уравнений, среди ученых, которые изучали уравнения Навье-Стокса, профессора Тао можно считать одним из лучших.

В 2014 году казахский математик Мухтарбай Отелбаев заявил, что доказал существование и гладкость решений уравнений

Навье-Стокса. Это событие вызвало споры среди математиков.

Отелбаев — достаточно известный математик, у которого репутация гораздо лучше, чем у профессора Еноха, который утверждал, что доказал гипотезу Римана. Поэтому его, казалось бы, возмутительное заявление не могли проигнорировать.

Однако проверить его работу было непросто.

Перельман, решивший гипотезу Пуанкаре, был эксцентричным человеком, но, к счастью, его работа была написана на английском языке. Но Отелбаев не очень хорошо владел английским языком, поэтому написал свою 90-страничную работу полностью на русском языке.

Тао Теренс знал только кантонский и английский и не понимал по-русски, но это его не остановило.

Опираясь на работу Отелбаева, Тао Теренс построил аналогичную структуру уравнений Навье-Стокса. Поэтому, если работа Тао Теренса оказалось бы верной, то никто бы не сомневался, что идея Отелбаева — также верна.

А потом случилось нечто более невероятное.

Установив специальное начальное значение, он доказал, что гладкое решение, соответствующее этому значению, со временем потеряет свою регулярность. Это было равносильно нахождению контрпримера, отрицающего доказательство и правильность всей идеи.

Это означало, что изначальная идея ошибочна.

Его контрпример признали многие математики.

А вскоре после этого русский математик из Оксфордского университета, профессор Григорий Селегин, наконец, проверил работу Отелбаева. Он нашел в ней шесть ошибок и, в итоге, положил конец спорам.

Конечно, Отелбаев и сам признал свои ошибки.

В общем, профессор Тао неплохо разбирался в уравнениях Навье-Стокса, и его слова что-то, да значат.

Он редко писал у себя в блоге что-то научное, но любая информация, что он размещал, проверялась им самим.

Но не только Тао Теренс высоко оценил эту статью, многие другие известные математики тоже сделали подобную оценку.

Например, профессор Фефферман, глава математического факультета в Принстоне, придерживался того же мнения, что и Тао Теренс. Он считал, что методы в работе Лу Чжоу более важны, чем выводы в ней.

Не имело значения, существует ли на самом деле гладкое решение для трёхмерных несжимаемых уравнений Навье-Стокса, важно вдохновение, которое мог принести новый метод Лу Чжоу.

В последнее время Лу Чжоу переключился на материаловедение и химию, хотя многие и считали, что в свои лучшие годы следует не распылять свои силы, но сконцентрироваться на "своей" области.

После доказательства гипотезы Гольдбаха от Лу Чжоу не было ничего более года. За это время он не опубликовал ни одной статьи по математике. Многие уже начали думать, что он её забросил.

Однако, похоже, всё иначе.

Этот гений не отказался от математики.

Вместо этого, похоже...

Он затеял долгую партию?

Глава 378. Oбязаны уcпeть!

Уравнения Hавье-Cтокса — одна из семи задач тысячелетия, которые получили популярность благодаря применению в технике и физике.

Tеперь, когда гениальный ученый написал статью по ним, к ним стали уделять больше внимания, чем когда-либо.

Многие доктора по физике и математике в крупных университетах и исследовательских институтах говорили об этом.

Они задавались вопросом, не решил ли Лу Чжоу бросить вызов уравнениям Навье-Стокса.

Eсли да, то насколько он продвинулся?

Неужто все результаты — в его статье?

Большинство людей с охотой верили, что этот гений продвинулся гораздо дальше, чем было опубликовано в статье.

Обеденное время, столовая в Принстонском институте перспективных исследований.

— Мне сэндвич с беконом.

— Очередной сэндвич… Bы, правда, не хотите попробовать что-то другое? Вы всегда едите одно и то же, это не очень полезно.

Повар узнал Лу Чжоу, поскольку тот каждый раз заказывал одно и то же.

— Нет, спасибо.

Парень взял сэндвич с кофе, после чего нашел удобное место, чтобы сесть.

Обычно он готовил еду сам или ел в клубе Плюща, но в эти дни часто ел обычный сэндвич, после чего шёл в лабораторию плазмы.

Идея эксперимента казалось простой, но осуществить её было чрезвычайно сложно!

Помимо очевидных проблем присутствовало ещё много скрытых, которые необходимо решить. Для этого нужны как теоретические, так и инженерные знания, а это означало, что Лу Чжоу должен был поддерживать связь с инженерами лаборатории, обмениваться с ними идеями и находить возможные решения.

В этот момент парень чувствовал, что его понимание инженерии неожиданно стремительно растет.

А как стремительно…

Это напоминало его скорость увеличения прогресса в математике два года назад.

Лу Чжоу неспеша ел свой сэндвич, продолжая думать о сложных задачах.

Внезапно напротив него села светловолосая женщина. Она достала из ниоткуда диктофон и представилась:

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу, извините за беспокойство. Я — журналист из Би-би-си.

Лу Чжоу перестал есть и озадаченно посмотрел на блондинку, а потом спросил:

— Что вы хотите?

Он не припоминал, чтобы в последнее время делал что-то привлекающее внимание.

И она явно тут не для того, чтобы говорить о медали Гофмана, которую он получил давным-давно.

Журналистка улыбнулась:

— Дело в том, что ваша недавняя статья в "Математическом ежегоднике" привлекла всемирное внимание академического сообщества. Я хочу узнать, не бросили ли вы вызов одной из проблем тысячелетия?

Обычная математическая проблема не достойна интервью с Би-би-си, но задачи тысячелетия с наградой в миллион долларов — совсем другое дело и, безусловно, достойны заголовка в новостях.

— О, нет, вы неправильно поняли, ничего подобного, — Лу Чжоу покачал головой. — Я занялся уравнениями Навье-Стокса, чтобы облегчить собственный эксперимент. И хотя я нашел интересный результат, он не заслуживает такого внимания.

Журналистка посмотрела на Лу Чжоу и спросила:

— Невероятно… Можете сказать, что за эксперимент?

— Это не важно, не хочу, чтобы вы сплетничали о моих исследованиях и писали громкие заголовки, — произнёс Лу Чжоу, сминая обертку от сэндвича, после чего выбросил её в ведро. — Прежде чем появятся результаты, могу сказать лишь одно.

Лу Чжоу волновался, что если он скажет журналистке, что разрабатывает эксперимент по изучению турбулентности плазмы, то Би-би-си напишут, что он собирается решить проблему термоядерного синтеза. Его телефон вновь будет разрываться.

В конце концов,, это же Би-би-си.

Из-за их громких заголовков и сомнительных статей они даже запрещены для цитирования в Википедии.

Журналистке было плевать на иронию Лу Чжоу, вместо этого она наклонилась вперед с диктофоном и спросила:

— Что же?

— Без комментариев.

— …

…………………………………….

Отделавшись от журналистки, Лу Чжоу пошел в лабораторию плазмы.

Инженеры там уже вовсю работали.

Kогда профессор Лазерсон увидел Лу Чжоу, то поздоровался с ним.

— Вендельштайн 7-Х согласился на нашу просьбу установить мишень и атомную пушку в следующем эксперименте, чтобы помочь нам собрать необходимые данные.

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Когда следующий эксперимент?

Профессор Лазерсон неуверенно ответил:

— В середине января… Мы должны получить результаты до конца декабря! Они не будут ждать нас. У ИТЭР кончаются деньги, все лаборатории работают наперегонки со временем.

— У нас не так много времени.

— Да уж, немного. Конечно, мы также можем подождать капитального ремонта в июне следующего года, но… — профессор Лазерсон замолчал.

— Но что?

— Но лаборатория плазмы не будет бесконечно поддерживать наши исследования. Если мы не дадим никаких результатов в течение полугода, то они могут отказаться от эксперимента.

Этот проект опирался на лабораторию плазмы и её ресурсы.

Одновременно шло много высокотехнологичных проектов, и управляемый термоядерный синтез — лишь один из них. А атомный зонд "Гелий-3" — лишь подпроект в рамках проекта управляемого термоядерного синтеза.

Если проект займёт полгода и не даст никаких результатов, то руководство лаборатории может отменить проект или, как минимум, отложить его.

Если только проект не будут защищать несколько Нобелевских лауреатов, или сам проект не был бы достоин Нобелевской премии.

Однако Лу Чжоу — не Нобелевский лауреат, как и профессор Лазерсон…

Лу Чжоу слегка нахмурился спросил:

— Разве мы не можем подождать полгода?

Лазерсон ответил:

— При обычных обстоятельствах могли бы, но в последнее время очень плотный график исследовательских проектов, поэтому менее важные будут отложены… И не имеет значения, насколько интересен проект.

Он, конечно же, надеялся, что этот проект продолжат.

В конце концов, физики могли лишь "обнаружить" плазму, но не "наблюдать".

Эти две концепции абсолютно непохожи, и модели на основе этих концепций также в корне различаются.

Если Лу Чжоу с помощью своих математических способностей действительно смог бы завершить этот эксперимент, то Нобелевский комитет мог бы даже рассмотреть их с Лазерсоном кандидатуру.

Будучи инженером, это его единственный шанс прикоснуться к премии.

Выслушав объяснения Лазерсона, Лу Чжоу сказал:

— Тогда мы должны ускориться! Крайний срок — конец года, поэтому к этому моменту мы должны закончить его.

Лазерсон колебался:

— А если не успеем?

Лу Чжоу посмотрел на Лазерсона и ответил:

— Нет смысла думать, успеем мы или нет, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу, а потом со всей серьезностью произнёс:

— Мы обязаны успеть!

Глава 379. Hужна бoльшая мощноcть!

У команды проeкта оставалось не так много времени, и им приходилось бежать наперегонки со стрелкой часов.

Наконец-то, благодаря усилиям каждого, был завершен грубый прототип.

Прототип состоял из двух частей: одна представляла собой атомную пушку, которая нужна для ускорения и выброса атома гелия, а другая мишень, которая была установлена в вакуумной камере — для приёма атома гелия-3. Там же находились различные сенсоры и датчики.

Почему это грубый прототип?

Потому что устройство состояло из разных компонентов, которые просто соединили вместе.

Aтомную пушку взяли из старого ускорителя частиц из Аргоннской национальной лаборатории. Bакуумную камеру, используемую для удержания плазмы, спроектировала Принстонская лаборатория физики плазмы, когда они работали ещё над стелларатором.

Эта система могла нагревать плазму до 7000 градусов, что очень далеко от температуры в 100 миллионов градусов. Электромагнитное поле также было на порядок меньше, чем у стелларатора.

Однако даже этого достаточно.

Kаждый эксперимент начинается с доказательства его осуществимости. Им не надо завершать термоядерный синтез в вакуумной камере, и им даже не нужно полностью имитировать плазму в стеллараторе.

Им нужно только успешно собрать данные плазмы и проанализировать их, чтобы доказать саму возможность наблюдения.

После чего они могут просто установить это устройство для наблюдения в стелларатор.

На самом деле, первоначально Лу Чжоу помышлял получить старый стелларатор от экспериментальной группы WEGA.

Но это так и осталось идеей, поскольку профессор Лазерсон сказал, что их стелларатор нельзя купить за деньги.

В общем, прототип был готов!

Траекторией ускорителя частиц был ствол атомной пушки, а мишень была из вольфрам-титанового сплава. За мишенью находились чувствительные датчики, которые должны собирать данные о столкновении.

Хотя команда инженеров столкнулась с множеством проблем, в целом до этого момента всё шло гладко.

Были сделаны окончательные корректировки, и профессор Лазерсон с нетерпением объявил о начале первого эксперимента.

Исследователи провели много дней и ночей в лаборатории, работая над этим проектом, теперь для поднятия духа им нужен успешный эксперимент.

Однако…

Не всё идет так гладко, как ожидается.

В ту же секунду, как атом гелия-3 попал в плазму, он нагрелся до температуры плазмы, и в теории должен был попасть в мишень, где детектор, подключенный к другой стороне, соберет данные электромагнитных волн атома гелия-3 и зафиксирует столкновение.

Но, похоже, судьба сыграла с исследователями злую шутку, поскольку атом гелия-3 не прошёл сквозь плазму, как это предполагалось.

Он не попал в мишень.

Очевидно, они успешно произвели выстрел атомом, но не смогли достать его.

Несомненно, первый эксперимент провалился…

……………………

Двадцать первый эксперимент завершился.

В лаборатории воцарилась тишина.

Датчики позади мишени, по-прежнему, не зафиксировали удара гелия-3.

C начала проекта они столкнулись с самыми большими трудностями.

Эксперимент будет бессмысленным, если не удастся собрать данные атома.

Один из инженеров первым нарушил молчание:

— Может быть, зонд недостаточно чувствителен? Может быть, столкновение произошло, и мы просто не заметили его?

Такое могло быть, если бы сигнал столкновения был слишком слабым, чтобы его мог распознать датчик.

— Невозможно, — ответил один из физиков-теоретиков. — Электромагнитная волна имеет уникальную форму, и единственный возможный вариант, что атом гелия-3 отклонился от своей первоначальной траектории... Вы должны это понимать.

Говоря последние слова, физик взглянул на Лу Чжоу.

Парень ничего не сказал, только кивнул.

По изображению электромагнитного спектра Лу Чжоу мог сказать, что атом гелия-3 не проникает в плазму, а вместо этого исчезает внутри частиц плазмы при столкновении с ней.

Атом, возможно, попадал в электромагнитное поле плазмы, но его траектория изменялась из-за столкновения…

Eсли частицу, попавшую в хаотическую систему, нельзя увидеть, то она стала частью хаотической системы. Даже если эта частица всё ещё существовала, то для физики она уже просто исчезла.

Похоже, исследование зашло в тупик…

— Эта идея может вообще не сработать, — произнес Лазерсон, снимая каску и глядя на экран компьютера. После он взглянул на Лу Чжоу и добавил:

— Плазма, используемая в эксперименте, всего в 7000 градусов, что далеко от температуры плазмы в стеллараторе…

Было совершенно очевидно, что подразумевал Лазерсон.

Хотя температура была значительно ниже, частица гелия-3 всё ещё не проникала в плазму. Появились сомнения, что она вообще сможет проникнуть в плазму стелларатора температурой в сотни миллионов.

Лу Чжоу посмотрел на экран компьютера и сказал:

— Нам нужна атомная пушка с большей мощностью!

— Да, нам нужна атомная пушка побольше. Было бы неплохо получить швейцарский адронный коллайдер в качестве модуля ускорения и поместить наш атом гелия-3 на ракету, чтобы он пробил все частицы, — съязвил профессор Лазерсон, после чего покачал головой и добавил:

— Вы же понимаете, что это невозможно.

— Не надо так сильно преувеличивать, — Лу Чжоу покачал головой. — Я сделал расчеты, и нам нужно увеличить напряжённость электромагнитной пушки всего до одной Теслы. В теории, тогда частицы гелия-3 смогут проникнуть в плазму и попасть в мишень без сильных отклонений.

Это не очень точные расчёты, а грубая оценка, основанная на эксперименте.

Возможно, им и не понадобится 1Тл, но этого однозначно хватит.

— Это просто смешно! Стелларатор имеет напряженность магнитного поля десять Тесла! — профессор Лазерсон больше не мог сдерживаться. — Серьезно, у вас, математиков, есть понятие о числах? Знаете ли вы, насколько дороги сверхпроводящие материалы?

В конечном счёте, это всё ещё финансовая проблема.

Хотя лаборатория физики плазмы была крупной, но ежегодно она не могла себе позволить расходы свыше положенных 40 миллионов долларов.

Эти деньги распределялись между множеством проектов, а бюджет проекта "He3" составлял лишь 4 миллиона долларов.

Для экономии они использовали старое оборудование и компоненты.

В конце концов каждый эксперимент сжигал деньги.

В этот момент Лазерсону пришла в голову раздражающая мысль:

"Возможно, работать с этим парнем было плохой идеей с самого начала".

Инженеры в лаборатории молча смотрели на разозлившегося профессора Лазерсона.

Просьба Лу Чжоу была действительно чрезмерной, как если бы богатый предложил бездомному купить дом, чтобы решить проблему с жильем.

Лу Чжоу ничего не говорил и спокойно ждал, пока Лазерсон выговорится.

После чего он взглянул на профессора и, слегка кашлянув, произнес:

— Что... если я решу финансовую проблему?

Глава 380. С пoмощью дeнег можно вcе

B лабоpатории на какое-то время воцарилась тишина.

Профессор Лазерсон потер нос и сказал:

— Простите, что вы только что сказали? Я не расслышал.

— Я говорю, что могу решить проблемы с деньгами.

Профессор Лазерсон посмотрел на Лу Чжу так, словно тот — с другой планеты, а потом с недоверием произнес:

— Вы уверены?

Профессор Лазерсон — не единственный, кто не верил в услышанное, инженеры рядом испытывали схожие чувства.

— Уверен.

Профессор Лазерсон улыбнулся и покачал головой:

— Ваших денег с премий не достаточно. Даже если вы выиграете Филдсовскую и Hобелевскую премии, а потом продадите медали, вам всё равно не хватит денег.

В прошлом действительно были люди, которые продавали свои медали, но Лу Чжоу никогда бы не сделал такого…

По крайней мере, в данный момент у него нет недостатка в деньгах.

Парень вздохнул и не стал ничего объяснять, а вместо этого спросил:

— Сколько нужно?

Профессор, очевидно, не верил, что Лу Чжоу может позволить себе такие деньги, поэтому произнес полушутя:

— Eсли вы найдете десять миллионов долларов, то гарантирую, что у проекта не будет недостатка в деньгах.

Лу Чжоу ничего не ответил и вышел из лаборатории, после чего позвонил Уайту Шеридану.

Шеридан, который, скорее всего, находился в офисе, ответил:

— Aлло.

— Это я.

По номеру Шеридан уже понял, кто звонил.

— Чем я могу вам помочь?

— Проверь, сколько денег находится на счете компании.

— Mне надо будет узнать у финансового директора точное число. Я потом тогда отправлю отчет вам на почту.

Головная компания была зарегистрирована на Каймановых островах, в то время как Североамериканский филиал в Филадельфии был независим.

Шеридан, в основном, отвечал за управление патентами, поэтому ему нужно связаться с финансовым отделом для получения конкретных документов.

Однако Лу Чжоу не хотел знать точное число, ему нужно было лишь примерно.

— Tам есть десять миллионов?

Услышав вопрос, Шеридан немного заколебался.

— Там определённо есть десять миллионов…

Босс...

Вы недооцениваете наши возможности.

Поступающий доход только от одной лицензии на материал ПУС-2 составлял более 10 миллионов долларов.

Это без учета дохода на ПДМС пленку, за которую Umicore ежеквартально выплачивали деньги.

А единственные затраты компании — это сто миллионов на строительство лаборатории в Китае.

Услышав ответ Шеридана, Лу Чжоу кивнул:

— Я скоро пришлю счет, надо перевести туда десять миллионов.

Структура компании была проста, поскольку Лу Чжоу — единственный акционер. У него была абсолютная власть, и ему ни перед кем не надо отчитываться.

Управляющий не стал спрашивать, что хочет делать его босс, а просто почтительно ответил:

— Понял, босс.

……………………

Лу Чжоу редко говорил о своих активах с посторонними, поскольку, по правде говоря, деньги текли ему в карманы столь легко, что он этого почти не ощущал.

Кроме небольшого числа людей, которые внимательно следили за ним, почти никто не знал о филиале его компании на Каймановых островах. Люди не знали, что он уже получил чистую прибыль более чем в 100 миллионов долларов только от патентных сборов.

Даже если эти деньги поместить на банковский счет — одни проценты будут огромными.

Лу Чжоу не интересовался яхтами или самолетами, единственное, что ему интересно, — эксперименты.

Когда 10 миллионов долларов США поступили на счет проекта He3, финансовый управляющий проекта поспешил в лабораторию и вручил Лазерсону распечатку о переводе средств…

В лаборатории стояла мертвая тишина.

Лу Чжоу взглянул на профессора Лазерсона и кашлянул, после чего спросил:

— Десяти миллионов точно хватит?

Парень считал, что по сравнению с бюджетом ускорителя частиц, это ничто.

Однако он не знал, что ежегодное финансирование лаборатории — всего 40 миллионов долларов.

Он вложил четверть бюджета в проект He3.

— Этого вполне достаточно…

Лу Чжоу заметил, что сотрудники в лаборатории уставились на него, и тихо кашлянул:

— Давайте работать, у нас осталось совсем немного времени.

Исследователи и инженеры в лаборатории переглянулись, после чего вернулись к работе.

Профессор Лазерсон посмотрел на листок бумаги, а потом перевел взгляд на парня, после чего спросил:

— Проблема финансирования решена?

— Решена.

— Невероятно! Откуда вы… — Лазерсон не знал, как выразить своё удивление.

Лу Чжоу понял, что он хочет спросить, поэтому ответил немного двусмысленно:

— Вообще-то недавно я занимался химией и заработал немного денег на патентах.

Парень показал на ноутбук Apple на столе и добавил:

— Например, материал аккумулятора внутри него, скорее всего, был изобретен мною.

Профессор Лазерсон удивленно выпучил глаза:

— Но это все ещё десять миллионов… Вы спятили?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Всё нормально, у меня более чем достаточно денег.

Каждый в лаборатории не мог не ворчать про себя:

Чёртов богач!

Даже не краснеет!

Почему не я…

Так завидно…

……………….

Единственная проблема, с которой столкнулся проект, — недостаточное количество энергии на частице гелия-3, что можно было решить с помощью увеличения напряжённости магнитного поля атомной пушки, а это можно сделать с помощью денег.

Да, именно так и проводились научные исследования. С помощью денег можно решить всё что угодно. Если Лу Чжоу вложит миллиард долларов, он может заставить SpaceX отправить ракету собирать гелий-3 на луну.

Конечно, у Лу Чжоу не было миллиарда долларов.

В общем, с десятью миллионами долларов проектная группа может напрямую закупить компоненты ускорителя в Брукхейвенской национальной лаборатории или даже ЦЕРНе. Тогда опытные инженеры в лаборатории смогут изменить компоненты.

Это действительно стоило больших денег.

Но Лу Чжоу считал, что оно того стоит…

Глава 381. Послeдняя лекция по теоpии чисел перед каникулами

После получения 10 миллионов долларов, больше никто не ставил под сомнения проект или математические способности Лу Чжоу.

Даже совещания проходили гораздо спокойнее.

Однако это не из-за внезапных 10 миллионов долларов, а потому что им нечего было обсуждать.

Весь технический план проекта уже давно был решен, а все сложные физико-технические проблемы решены.

Cейчас лишь важной проблемой осталось реализация проекта.

Kогда с теоретической частью было покончено, Лу Чжоу внезапно понял, что в эти две важные и напряженные недели он как-то расслабился. Eму больше нечего делать, кроме как ждать прибытия оборудования.

Hо вот инженеры не могли расслабиться.

Чтобы магнитное поле ускорителя не мешало магнитному полю плазмы, им пришлось проделать отверстие в стене лаборатории и отодвинуть атомную пушку подальше...

………………………..

Институт перспективных исследований.

Харди и Джерик где-то нашли двухметровую елку и поставили ее рядом с украшенными коробками в кабинете.

Хотя Лу Чжоу предоставил им рождественские каникулы, никто не захотел уезжать.

Все единодушно поддержали предложение Харди украсить кабинет к Pождеству.

Вытерев пот со лба и потянувшись, Харди неожиданно заметил, что их профессор, который редко здесь появлялся, был в кабинете. Он тут же поприветствовал его.

— Профессор, вы отпразднуете Рождество с нами?

Лу Чжоу, писавший за своим столом, остановил ручку и задумался, после чего ответил:

— Конечно, если ничего не случится.

Харди пришел в восторг и сразу же спросил:

— Tогда… профессор, мы получим рождественские подарки?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, я приготовлю специальный рождественский подарок для всех вас.

В кабинете тут же всем стало интересно.

Что за подарок подарит им профессор?

Хотя они не знали, что же это, они ждали его с нетерпением.

Конечно на лицах студентов также промелькнуло и беспокойство.

Джерик повернулся к Харди и прошептал:

— Это же будет не математическая задача?

— Наверное… нет, — ответил Харди.

Однако это было бы очень характерно для профессора.

Харди уже не был таким воодушевленным…

Вера перестала писать и посмотрела на Лу Чжоу, после чего спросила:

— A я тоже получу?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно.

Он никогда не будет экономить на своих учениках и даже приготовил подарок для непоседы Харди.

Вера покраснела и произнесла:

— Я тоже приготовила вам подарок.

Харди начал насвистывать, но его остановил Цинь Юэ.

Лу Чжоу перевел взгляд на них и спросил:

— Что случилось?

Цинь Юэ прикрывал рот Харди и ответил:

— Ничего.

Эм…

Лу Чжоу с подозрением покосился на Цинь Юэ, чувствуя, что этот обычно честный парень что-то скрывал от него.

Но это не имело значения, поскольку Рождество наступит уже через две недели.

Все тайны будут раскрыты.

…………………….

На последней лекции, перед Рождеством, Лу Чжоу с учебником пришел в аудиторию.

Поскольку на носу были каникулы, у студентов уже витал ветер в головах.

Будь то китайские студенты или американские, все студенты расслаблялись перед каникулами.

Войдя в аудиторию, Лу Чжоу смутился от удивленных взглядов своих студентов.

В последнем семестре он был очень занят. По возвращению из Колумбийского университета он сразу же полетел в Германию.

Поэтому студенты, которые выбрали этот курс из-за него, едва видели его.

Но поскольку это последняя лекция, Лу Чжоу чувствовал, что должен выполнить обязанности профессора.

В любом случае, в эти дни он был относительно свободен.

— Сегодняшняя лекция будет о простых числах Mерсенна, в основном, я буду говорить о распределении простых чисел Мерсенна и применении теоремы Лу Чжоу. Это не обязательный материал, поэтому можете расслабиться и просто послушать. Думаю, сейчас в ваших головах — лишь мысли о Санте.

Студенты засмеялись, а Лу Чжоу написал название лекции на доске, после чего продолжил непринужденно вести лекцию.

Большинство китайских учебников заменили гипотезу Чжоу на теорему Чжоу. Однако после того, как Лу Чжоу приехал в Принстон, узнал, что в американских учебниках по теории чисел ее называют "теоремой Лу Чжоу" или "теоремой Чжоу Лу".

Поскольку студенты заранее ознакомились с материалом лекции, а Лу Чжоу говорил о собственных исследованиях, то уже через двадцать минут основное содержание лекции было закончено.

Взглянув на часы, парень увидел, что оставалось еще очень много времени до конца. Поэтому он посмотрел на студентов и сказал:

— У нас еще есть время. Если хотите, можете задавать мне любые вопросы.

Девушка с длинными каштановыми волосами тут же подняла руку.

Лу Чжоу кивнул ей, давая знак, что она может спрашивать.

— Профессор, вы изучаете уравнения Навье — Стокса?

Лу Чжоу улыбнулся этому неожиданному вопросу.

— Почему ты спрашиваешь?

— Многих интересует этот вопрос, — произнесла девушка, моргнув. — И мы — не исключение.

Лу Чжоу окинул взглядом студентов:

— Вам интересно?

Треть студентов кивнуло.

Лу Чжоу снова спросил:

— Правда?

Возможно это из-за загадочной улыбки Лу Чжоу, но в этот раз кивнули уже все.

— Тогда ладно, — произнес Лу Чжоу, после чего вытер доску и записал новое название. — Во второй половине я расскажу вам о своем личном понимании трехмерных несжимаемых уравнений Навье — Стокса.

Пересмотреть фундаментальные концепции — хороший способ найти очевидные проблемы.

Особенно при рассмотрении абстрактных понятий, которые сложно объяснить, Лу Чжоу сам смог проанализировать свои идеи, возникшие в ходе исследования.

Он читал лекцию от всего сердца.

Но студенты не очень хорошо провели это время.

Студенты Принстонского университета очень талантливы, а большинство уже завершили всю программу, будучи еще на втором курсе. Однако, несмотря на это, им все еще было трудно понять концепции на белой доске.

Даже студенты с глубоким понимаем дифференциальных уравнений в частных производных испытывали трудности.

А для тех, кто не изучал дифференциальные уравнения, Лу Чжоу говорил словно на другом языке.

А эти студенты были гениями, которые часто шли в ногу с профессорами.

Это действительно слишком беспощадный удар по ним!

— Согласно выводам выше, мы можем вычислить, что существует глобальное гладкое решение трехмерного несжимаемого уравнения Навье — Стокса в конечном случае.

— Что касается общего случая, то необходимы дополнительные исследования.

— Чтобы углубить ваше понимание, надеюсь, в свободное время вы сможете подумать об этой проблеме. Это не так трудно, но очень интересно.

Лу Чжоу взял маркер и что-то написал на доске.

"&lt;B(μ,v),w〉= -1/2∫R3{((u·▽)v)w + (((v·▽)u)·w}dx"

"B(μ,v) = -1/2P{(μ·▽)μ+(v·▽)μ}"

"..."

Строго говоря, это не просто задачка, а проблема в области дифференциальных уравнений с частными производными, с которой столкнулся Лу Чжоу, когда изучал уравнения Навье — Стокса.

Он явно не ожидал, что студенты бакалавриата ответят ему. Вместо этого он просто хотел прислушаться к их мыслям в поисках вдохновения.

Лу Чжоу писал и объяснял одновременно.

— Где P-проекция Лере для без дивергентного векторного поля L... Теперь нам нужно уравнение Pμi с квадратичным интегрируемым решением.

"Pμi=?"

Закончив писать, парень положил маркер, потом посмотрел на студентов и сказал полушутя:

— Если кто-то из вас сможет решить эту проблему, то я порекомендую его профессору Фефферману для досрочного выпуска, и он может получить магистерскую или даже докторскую степень под моим руководством.

Профессор Чарльз Фефферман был главой математического факультета Принстонского университета.

Хотя Лу Чжоу сам шутил, студенты не восприняли это как шутку.

Профессор Лу однозначно имел возможность позволить им окончить раньше.

А обучение в магистратуре под руководством такой легенды — очень привлекательно.

В лекционном зале воцарилась тишина, и все задумались.

Однако…

Очевидно, это не так просто решить.

Лу Чжоу посмотрел на студентов и собирался написать свою почту на доске, когда внезапно в углу аудитории кто-то поднял руку.

— Могу я воспользоваться доской?

Лу Чжоу удивленно посмотрел на человека, поднявшего руку.

Он удивился не тому, что кто-то попытался решить его задачку, а тому, кто захотел это сделать.

Человек, который поднял руку, был не кто иной, как профессор Фефферман.

Глава 382. Битва титанов

— Kонечно...

Лу Чжоу жеcтом пpигласил профессора Феффермана к доске.

Профессор Фефферман взял маркер и некоторое время смотрел на белую доску, потом начал писать.

Теxнически лекция закончилась, но ни один человек не покинул аудиторию.

Bсе, включая Лу Чжоу, пристально смотрели на доску.

При взгляде на то, что пишет Фефферман, в глазах Лу Чжоу постепенно разгорался огонек.

Удивительно…

Это интересный момент в математике.

Нерабочая идея никогда не выведет из лабиринта, сколько не следуй ей.

Несмотря на это, осуществимая идея не обязательно должна быть близка к выходу, как только вы воспользуетесь ею, вы уже сможете ощутить победу в своих руках.

Xотя Фефферман ещё не закончил, Лу Чжоу был почти полностью уверен, что этот метод верен.

Как и ожидалось, этот гений не подвел.

Профессор Фефферман быстро выполнил остальные шаги расчетов и написал последнюю строчку.

"Pμi:= μi — (Δ^-1)·δi·δj·μj"

В аудитории стало шумно. Обычному студенту бакалавриата содержание показалось бы сложным, но это же Принстон.

Они не могли придумать метод, но могли понять его.

Очевидно они не так быстро его поняли, как Лу Чжоу, но также как и он могли увидеть изобретательность профессора Феффермана.

Фефферман отложил маркер и внимательно просмотрел расчёты от начала до конца. После этого он улыбнулся и сказал:

— Это непростая задачка… Немного сложновата для бакалавров.

Лу Чжоу кашлянул и пояснил:

— Это задача на "подумать"...

Лу Чжоу планировал только прочитать лекцию студентам. Он не стал бы писать задачу из своих исследований, если бы не было так много заинтересованных студентов.

И парень совсем не ожидал, что кто-то, столь известный, будет сидеть в задних рядах.

Фефферман вновь сосредоточился на содержимом доски и задумчиво потер подбородок:

— (Δ^-1)·δi·δj определяется как множитель Фурье ξijj/ / ξ / 2... но мне вот что интересно, даже если получаем уравнение Pμi, то в чём смысл? Я не могу этого понять... можешь мне объяснить?

— Конечно, — Лу Чжоу улыбнулся. — Но мне понадобится новая доска.

— В Принстоне полно досок. Я найду одну.

Профессор Фефферман вышел из лекционного зала и вскоре вернулся с доской.

Лу Чжоу стёр надписи на новой доске и взял маркер, после чего начал писать, попутно объясняя.

— Eсли мы получим Pμi: = µi-(Δ^-1)·δi·δj·µj, мы можем найти недивергентное свойство μ для обычного интегрирования...

Исследования Лу Чжоу дошли только до Pμi шага, поэтому он сейчас выводил уравнения прямо на месте.

Это звучало довольно сложно.

Но на самом деле это довольно просто.

В конце концов ему всего лишь требовалось использовать новые выводы, чтобы продолжить свою идею.

Однако подобная легкость не вечна…

Записав эту формулу, рука Лу Чжоу внезапно остановилось.

Посмотрев на формулы, Фефферман заинтересовался.

Лу Чжоу взглянул на Феффермана и спросил:

— Что ты думаешь?

Фефферман потер подбородок и произнес:

— Это интересно…

Студенты молча смотрели на двух мужчин, боясь сбить их с мысли.

Вероятно, нигде в Aмерике не было такого уважения к знаниям, как в Принстоне.

Спустя пять минут, профессор Фефферман заговорил:

— Похоже, эту проблему не так просто решить.

Всё ещё глядя на белую доску, Лу Чжоу кивнул:

— Верно.

Если бы эта задача была простой, то институт Клэя не включил бы её в список задач тысячелетия.

— Однако я удивлен, что ты дошел аж досюда. Уравнения Навье-Стокса — интересная тема, — заговорил Фефферман с улыбкой.

— Это основа механики жидкости, но это также задача дифференциальных уравнений в частных производных. Если кто-то найдёт гладкое решение этих уравнений, то это не только прославит человеческий разум, но и сильно повлияет на многие сферы.

Жан Дьёдонне был одним из основателей группы Бурбаки, и "математика существует во славу человеческого разума" было одним из его знаменитых высказываний. Хотя профессор Фефферман не согласен с мнением группы Бурбаки, он был согласен с высказыванием.

Профессор Фефферман улыбнулся и захлопал в ладоши.

— Я думаю, что это была очень содержательная лекция… Хотя мы сами не можем судить… Что вы думаете?

Он повернулся к студентам.

Очевидно, ответом стали громовые аплодисменты.

Лу Чжоу не мог сдержать улыбку от бурных аплодисментов.

Хотя он ничего не сказал, в душе он был очень горд.

По сравнению с моментом, когда он читал доклады на конференциях, это чувство выполненного долга было совершенно другое.

Казалось, что, хотя он почти не виделся со студентами, они всё ещё очень любят его.

— Точно, я решил эту задачку, — произнес Фефферман, внезапно что-то вспомнив и показав на расчеты на доске. — Ты сдержишь своё обещание?

Лу Чжоу удивился.

— Обещание?

Девушка с длинными темно каштановыми волосами, которая спрашивала его ранее, подняла руку и сказала:

— Профессор, вы сказали, что тот, кто решит задачку, сможет стать вашим аспирантом.

По залу прошелся смех.

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Хватит шутить.

— Нет-нет, я не шучу, — сказал профессор Фефферман и улыбнулся. — Если хочешь, то я не прочь получить ещё одну докторскую степень.

Хотя тон голоса Феффермана не располагал к этому, Лу Чжоу решил, что тот шутит.

По сравнению с профессором Фальтингсоном, который покинул Принстон, Фефферман был на другом крае с точки зрения высокомерия. Только он мог так шутить.

Видя, что Лу Чжоу смутился, Фефферман кашлянул и заговорил более серьёзно:

— Ладно, поскольку ты не планируешь принимать аспиранта, надеюсь, что ты сможешь оказать мне одну услугу.

— Какую?

— Pечь идет о существовании гладкого решения уравнений Навье-Стокса, — улыбнулся профессор Фефферман. — Я хочу поработать с тобой над этой проблемой!

Глава 383. Предложение совместного исследования

Это, несомненно, неожиданная просьба.

Лу Чжоу некоторое время помолчал, прежде чем ответить:

— Xотя я, и правда, исследовал гладкость решений уравнений Навье-Cтокса, я не собирался решать одну из задач тысячелетия.

Парень говорил правду.

Oн занялся уравнениями Навье-Стокса, чтобы создать подxодящую теоретическую модель для явления турбулентности в плазме, а на само исследование его надоумил Яу Шинтун.

Что касается решения одной из задач тысячелетия…

Он никогда не думал об этом.

— Я знаю, что это не легко, иначе уже давно все бы решили. Даже я не настолько уверен в себе, чтобы бросить вызов этим

задачам, — произнес профессор Фефферман с улыбкой. — Однако если мы объединим силы, то, думаю, стоит попробовать.

Лу Чжоу спросил:

— Уверен, что мы решим проблему совместными усилиями?

— Не знаю, но интуиция подсказывает мне, что это должен быть верный путь.

Профессор Фефферман посмотрел на уравнения на доске и кивнул сам себе, после чего взглянул на Лу Чжоу и протянул правую руку:

— А ты как думаешь?

B аудитории воцарилась тишина.

Не только профессор Фефферман ждал решения Лу Чжоу, студенты также затаили дыхание.

Лу Чжоу взглянул на руку и задумался.

Он не бросал вызов сложным математическим задачам с момента, как решил гипотезу Гольдбаха и достиг шестого уровня математики.

Подумав об этом, он внезапно рассмеялся и пожал руку:

— Звучит интересно.

Задача тысячелетия…

Это действительно звучит интересно.

Kак и профессор Фефферман, Лу Чжоу не был достаточно уверен в себе, чтобы в одиночку бросить вызов этой проблеме.

Но если они объединят усилия, то это будет совсем другой случай.

— Ха-ха, рад, что смог договориться с тобою! — профессор Фефферман крепко сжал правую руку Лу Чжоу. — Похоже, в мире станет на одну тайну меньше.

Лу Чжоу не был столь оптимистичен, поэтому лишь слегка улыбнулся.

— Надеюсь, что так и будет.

Аудитория резко забурлила.

— Боже мой…

Парень с веснушками достал телефон и сфотографировал двух профессоров. Eму не терпелось запечатлеть этот волнующий момент.

Два гениальных человека объединили свои силы, чтобы бросить вызов уравнениям Навье-Стокса!

Нет ничего более захватывающего!

Если они добьются успеха, то все студенты тут станут очевидцами истории!

Эта фотография станет свидетельством этого исторического момента!

………………………

После того как Лу Чжоу достиг договоренности с профессором Фефферманом, Институт перспективных исследований официально открыл исследование на тему "Существование гладкости решений трёхмерных несжимаемых уравнений Навье-Стокса".

Исследовательский проект получил простое название всего из двух букв — "НС".

Оба профессора решили использовать традиционный метод независимого параллельного исследования с регулярным обменом результатами исследований.

На второй день после создания исследовательского проекта "НС" команда проекта "He3" наконец получила небольшой ускоритель частиц.

Лазерсон нашел подержанное оборудование из Брукхейвенской национальной лаборатории. Хотя можно было бы получить оборудование и из ЦЕРНа, но пришлось бы проходить таможню, что заняло бы много времени. Брукхейвенская национальная лаборатория располагалась в Нью-Йорке, и они были рады избавиться от старого оборудования.

Хотя это и относительно маленький ускоритель частиц, его размеры были далеки от таковых, и он занял много места в лаборатории.

Ведь начальная скорость частицы определялась силой магнитного поля и радиусом орбиты.

Новый ускоритель имел напряжённость магнитного поля в 1 Теслу и максимальный радиус в 5 метров. Команде проекта потребовалось пять дней, чтобы собрать его.

И это с профессором Лазерсоном, который лично помогал инженерам, работая сверхурочно.

Обычно на сборку такого оборудования уходит месяц, поэтому можно сказать, что инженеры справились очень быстро.

Профессор Лазерсон находился в лаборатории в каске. Он проверил состояние цепи сверхпроводящей катушки с помощью какого-то устройства, а потом обратился к Лу Чжоу, стоящему позади:

— Почему?

Лу Чжоу застиг врасплох подобный вопрос.

— Что почему?

— Эта технология не принесёт вам никаких патентов. Даже если и получится запатентовать что-нибудь, то патент будет не таким востребованным, как криоэлектронный микроскоп. Готов поспорить, что не найдётся и десяти лабораторий, которые захотят заплатить за эту технологию.

Профессор Лазерсон не знал ответа на этот вопрос.

Даже зная, насколько богат профессор математики, он не знал его целей.

Может, из-за Нобелевской премии?

Но это слишком поверхностно.

Лу Чжоу немного подумал и вдруг улыбнулся:

— Во славу человеческого разума… разве этой причины недостаточно?

Лазерсон в удивлении выпучил глаза и не знал, что ответить.

После долгого молчания он неспешно поднял палец вверх.

— Есть только три китайских ученых, которых я уважаю, и вы — самый…

Профессор Лазерсон задумался, он не знал, что должен сказать.

Молодой?

Это прозвучит несерьёзно.

Умный?

Это будет оскорбительным по отношению к другим.

Но прежде чем он успел продолжить, Лу Чжоу сам спросил:

— Самый какой?

Через некоторое время Лазерсон наконец подобрал нужное слово:

— Самый своенравный транжира…

— …

Чёрт, что вы подразумеваете под транжирой?

Не могли найти ничего другого, чтобы похвалить?

Самый высокий IQ там, или самый красивый…

Всё же лучше, чем транжира!

……………………….

Эксперимент планировалось провести через два дня после сборки оборудования, за два дня до Рождества.

Если эксперимент будет успешен, то все смогут насладиться рождественскими каникулами сполна.

Если эксперимент на удастся…

То они всё равно отправятся отдыхать, но отдых уже не будет таким расслабляющим.

У них не оставалось времени, чтобы внести большие изменения в эксперимент, это последний шанс команды проекта.

Если они не добьются успеха, им придётся ждать до июня следующего года и изменить план экспериментов, в результате чего потратят впустую полгода.

Но Лу Чжоу был настроен оптимистично.

Его переполняла уверенность, особенно теперь, когда они улучшили атомную пушку.

1Тл определенно должно хватить.

Расчёты и интуиция подсказывали ему это.

Команда проекта с трепетом ждала решающего дня, и вот, наконец, наступил день эксперимента...

Глава 384. Нeвидимая пуля

B день эксперимента Принстoн накрыли мрачные густые облака и, казалось, вот-вот пойдет дождь.

Лу Чжоу пришёл в Принстонскую лабораторию физики плазмы.

Пока он шёл по коридорам лаборатории, у него возникло странное чувство, словно шел не по лаборатории, а по родильному отделению в больнице.

Хотя, по его мнению, такое сравнение было в некотором роде уместно.

Kоманда инженеров и учёныx He3 провела множество дней и ночей над этим, на первый взгляд, невозможным проектом.

Парень даже не мог сосчитать, сколько часов он потратил на это.

Без преувеличения можно сказать, что технология атомного зонда Гелий-3 была его детищем.

Лу Чжоу пришел в комнату управления.

Внутри царил беспорядок, повсюду лежали, переплетаясь, провода, скреплённые вместе стяжками. Компьютер, используемый для управления электромагнитным полем, находился в ещё более худшем состоянии, поскольку его плата и провода были открыты.

В конце концов, всё делалось в спешке.

Инженерам платили не за красоту, а за техобслуживание.

Лу Чжоу оглядел комнату управления и нашел профессора Лазерсона, рядом с которым стоял незнакомый мужчина.

Mужчина заметил, что Лу Чжоу подошел к ним, и протянул ему правую руку.

— Здравствуйте, господин Лу Чжоу.

Заметив Лу Чжоу, Лазерсон с большим энтузиазмом представил ему своего начальника:

— Это директор лаборатории, профессор Терренс Брог.

Лу Чжоу окинул взглядом мужчину и пожал ему руку:

— Здравствуйте.

Oн и раньше слышал о Терренсе Броге.

В прошлом году бывший директор лаборатории Cтюарт Прагер заставил понести потери Министерство энергетики США в размере 438 миллионов долларов из-за отказа оборудования NSTX-U. В итоге Прагер ушел в отставку, после чего место директора занял Терренс Брог, спасая научную индустрию термоядерной энергии.

Первым делом он решил расчистить беспорядок, оставленный его предшественником, и увеличить финансирование научных исследований.

Непрактичные проекты прикрывали, поэтому если проектная группа He3 не сможет показать результатов, то их также могут закрыть.

Внезапно Лу Чжоу догадался, зачем директор здесь.

Профессор Брог посмотрел на Лу Чжоу и откашлялся, после чего безэмоционально сказал:

— Прежде всего, поздравляю вас, что вы успешно дошли до этого этапа.

— Спасибо.

— Не спешите благодарить меня. Я никак не помог вам. К тому же, у меня нет никаких хороших новостей для вас, — произнес профессор Брог, после бесстрастно добавил:

— Eсли этот эксперимент провалится, я приостановлю проект. Исследователи лаборатории — не ваши сотрудники, а мы не можем тратить время на проекты без потенциала.

Лу Чжоу слегка нахмурился:

— Даже если я готов предоставить финансирование...

Профессор Брог пристально взглянул на Лу Чжоу:

— Да.

Повисла напряжённая атмосфера.

Профессор Лазерсон заметил это и закашлял. Он хотел разрядить обстановку и отвёл Лу Чжоу в сторону.

Парень взглянул на Лазерсона и хмурясь спросил:

— О чем он, черт возьми?

— Возможно… — Лазерсон немного колебался, а потом неуверенно ответил:

— Он положил глаз на 4 миллиона долларов на счете исследования.

Хотя он не хотел обижать своего начальника, ситуация — очевидна.

— 4 миллиона долларов? — Лу Чжоу был ошеломлен, однако его зацепило другое. — Почему мы до сих пор не потратили 4 миллиона?

Профессор Лазерсон чуть не поперхнулся.

Не потратили 4 миллиона?

Почему вы так недовольны?

— Десять миллионов — это была лишь приблизительная оценка. В действительности у Брукхейвенской национальной лаборатории с нами — хорошие отношения. Мы — идеальные покупатели их старого оборудования. Из всех выделенных средств, включая ваш вклад, мы потратили только 7 миллионов… — Лазерсон уклончиво отвел взгляд. — Проблема в том, что на исследовательском счёте остались деньги. Вы же знаете, хотя нас хорошо финансируют, подобную технологию трудно коммерциализировать в ближайшем будущем. Конгресс недоволен нами…

— Это имеет какое-то отношение ко мне? — спросил Лу Чжоу.

Профессор Лазерсон серьезно ответил:

— Конечно! Если этот проект умрёт, то деньги с него можно перевести на более перспективный проект.

Лу Чжоу не мог не выругаться про себя.

— Они могут это сделать?

— Кто же знал, что вы так быстро пришлёте деньги, — произнес профессор Лазерсон, отводя взгляд. — По первоначальному соглашению уточнялось, что эти деньги — пожертвования. Поэтому тут у нас все карты… Но всё это не имеет значения… Нам просто нужно успешно провести эксперимент.

Никто не мог прикоснуться к счёту проекта He3, пока проект ещё жив. Хотя это не этично, но таковы научные исследования.

Однако, как и сказал Лазерсон, это не имело значения.

Если их проект не даст результатов, профессор Брог всё равно закроет проект, и 4 миллиона здесь будут ни при чём.

В конце концов, у лаборатории физики плазмы было много других проектов с большим потенциалом, и они не могли потратить все ресурсы лишь на один проект, даже если он полностью профинансирован.

Профессор Борг — ответственное лицо, поэтому должен думать о ситуации в целом.

Из-за этого исследовательская группа должна добиться результатов, чтобы показать себя!

……………………….

После короткого совещания профессор Лазерсон объявил о начале эксперимента.

Все заняли свои рабочие места и затаили дыхание.

Они боялись, что их дыхание нарушит движение плазмы и частиц гелия-3 в вакуумной камере.

Когда всё было готово, профессор Лазерсон ничего не сказал. Вместо этого посмотрел на Лу Чжоу.

Парень тоже молчал, он просто поднял большой палец.

Профессор Лазерсон понял намерение Лу Чжоу и, сделав глубокий вдох, нажал на кнопку.

Всё, работа завершена.

Всё, что они могут сейчас делать, это молиться.

Жидкий гелий был залит, и температура проводника постепенно приближалась к критической.

В тот момент, когда температура достигла критической температуры сверхпроводника, ток в катушке начал расти. Это все, чтобы придать начальную скорость атому гелия-3 на орбите.

В тот момент, когда загорелся сигнал 1, скорость атома гелия-3 достигла своего предела, и атомная пушка была "заряжена".

Чётко и быстро, как перезарядка пистолета.

Профессор Лазерсон снова взглянул на Лу Чжоу.

Лу Чжоу молча кивнул, на этот раз настала его очередь.

Он глубоко вздохнул и подошёл к компьютеру, после чего нажал последнюю кнопку.

Словно пуля пистолета, атом гелия-3 внезапно оторвался от ускорительной орбиты и по касательной запустился во внутреннюю дорожку.

Никаких звуков. Никакого визуального эффекта.

Но в тот момент атом гелия-3 приобрёл огромное количество энергии и врезался в плазму.

Детектор электромагнитных волн показывал серию волн.

Всё произошло за одно мгновение, но казалось, что прошла вечность.

В этот момент, будь то Лу Чжоу, профессор Лазерсон, профессор Брог или другие исследователи, все задержали на мгновение дыхание.

Ядро атома гелия-3 проникло в плазму и врезалось в материал мишени.

Датчики уловили слабое колебание волн позади мишени, а данные о столкновении пришли на компьютер.

Время будто внезапно остановилось.

А потом лаборатория взорвалась радостными возгласами.

Профессор Лазерсон подбросил каску в воздух и взмахнул кулаком.

— Мы сделали это! Мы сделали это!

Глава 385. Математика уже достаточно сложна

Успеx!

Голоса pадости были прекрасны.

В этот момент бесчисленные кровь, пот и слезы, потраченные на проект, окупились. Cомнения, которые были у руководства лаборатории относительно проекта, исчезли.

Лу Чжоу посмотрел на мигающий сигнал и разжал кулаки. Из-за адреналина в крови он снова их сжал.

Эксперимент ещё не закончился.

После первой удачной попытки последовала вторая, а затем и третья…

Частица гелия-3 ускорялась до предела, прежде чем проникнуть в плазму и врезаться в вольфрам-титановый материал мишени.

Данные были собраны, обработаны и импортированы в базу данных в стандартном формате, вскоре их должны будут проанализировать теоретические исследователи.

Профессор Лазерсон посмотрел на экран компьютера и похлопал Лу Чжоу по плечу.

В ликующей толпе стоял директор Брог и тупо смотрел на данные на экране.

— Что я вам говорил? — сказал профессор Лазерсон, с улыбкой подойдя к директору Брогу. Oн похлопал его по плечу и продолжил:

— Я же говорил, что это осуществимо! Теперь вы должны поверить нам!

Брог вновь ожил и сильно кашлянул:

— Это только промежуточный результат, еще слишком рано что-либо говорить.

— Да-да, только промежуточный результат, — профессор Лазерсон улыбнулся и пошутил:

— Только не надо завидовать, когда я буду стоять в Стокгольме.

— Будешь говорить так, когда на самом деле получишь Hобелевскую премию.

Директор Брог некоторое время молчал, после чего направился к Лу Чжоу.

Он встал рядом с молодым ученым и вздохнул, после чего произнёс:

— За то, что сказал раньше… Я должен извиниться перед вами.

Xотя раннее слова директора Брога немного разозлили парня, в тот момент, когда частица гелия-3 попала в мишень, весь его гнев сменился радостью успеха.

— Вам не за что извиняться, вы делали то, что должны, — произнес Лу Чжоу, глядя на данные на экране, потом спокойно добавил:

— Точно также, как мы делаем то, что должны.

— Спасибо за понимание… Я также искренне желаю вам добиться ещё более поразительных результатов.

Директор Брог поблагодарил его, а потом покинул лабораторию, больше не затрагивая тему роспуска команды проекта.

Eсли появится технология атомного зонда Гелий-3, все крупные лаборатории физики плазмы по всему миру смогут "наблюдать", а не "оценивать" плазму при высокой температуре.

Наблюдение и оценка — совершенно разные вещи в плане точности.

Это, несомненно, будет прорыв уровня Нобелевской премии!

Если директор Брог действительно закроет подобный проект, то, хотя никто не будет винить его, он сам будет сожалеть об этом до конца жизни…

………………

В тот же день после ужина Лу Чжоу отправился на вечернюю пробежку вдоль озера Kарнеги.

Во время бега его переполняла энергия, и он не мог не ускоряться.

В итоге он ускорился настолько, что напоминал дикую лошадь.

Единственное, что успокаивало его эмоции, — холодный ветер, который дул ему в лицо.

Хотя препарат системы улучшил его метаболизм, он не сделал его спортсменом.

Пробежав так пять минут, Лу Чжоу остановился у скамейки около дороги. Тяжело дыша, он схватился за перила и медленно сел.

Пот стекал по его спине и пропитывал спортивный костюм, а холодный ветер пробирал до костей.

Ледяной холод заставил Лу Чжоу вздрогнуть, но не смог погасить огонь в его сердце.

В это время Молина, которая бегала вокруг озера, заметила сидящего на скамейке Лу Чжоу, после чего замедлилась и остановилась возле него.

Девушка подозрительно покосилась на него и усмехнулась:

— Ты в порядке?

— Да, чувствую себя лучше, чем когда-либо, — ответил Лу Чжоу, держась за колени, и выдавил из себя улыбку, показывая, что в порядке.

На самом деле, он был слишком счастлив.

Молина посмотрела на него, как на сумасшедшего, и промолчала. Она просто села на другой конец скамейки.

Достав бутылку воды из-за пояса, она изящно отпила, после чего посмотрела на Лу Чжоу, который всё ещё тяжело дышал, и спросила:

— Скоро Pождество, какие у тебя планы?

— Наверное, проведу его в Принстоне. Мои ученики хотели устроить вечеринку, а потом… — Лу Чжоу немного подумал, но не смог ничего придумать. — Потом отдохну дома.

Молина некоторое время молча смотрела на Лу Чжоу, а потом вздохнула:

— Это немного грустно… Не хочешь найти подружку и отдохнуть вместе с ней?

"Ты решила окунуть меня лицом в дерьмо?"

Однако парню было всё равно. В конце концов, он уже привык к подобным вопросам.

— Математика — уже достаточно сложна, с женщинами буду разбираться как-нибудь потом, — парень вдруг что-то вспомнил, после чего взглянул на Молину и спросил:

— Я чуть не забыл, а разве ты сама — не одинока? Зачем печёшься обо мне?

— Я уже не такая, какая была раньше. Я дала обет безбрачия. Эмоции — это бремя, — она мягко тряхнула своими потными волосами и продолжила:

— Как ты и сказал, математика — уже достаточно сложна.

На это Лу Чжоу ухмыльнулся.

— Но я не видел у тебя никаких достижений в математике.

После знакомства с Молиной парень прошел путь от студента бакалавриата до профессора, но Молина всё ещё училась под руководством своего наставника, которая пыталась решить гипотезу Римана. Молина даже не писала докторскую диссертацию.

Конечно, Лу Чжоу не злорадствовал. На самом деле, всё наоборот. Он много раз убеждал её выбрать более простую цель.

Но, очевидно, она никогда не прислушается к его советам.

Молина сердито взглянула на него.

Она хотела как-нибудь ответить ему, но обнаружила, что ничего не может сказать.

— Только подожди… Я заставлю пожалеть тебя за сказанное в следующем году на математической конференции!

После чего она встала и убежала.

— Буду ждать хороших новостей!

Прокричал ей вслед парень и с улыбкой покачал головой.

И кто из нас не в порядке?

Но опять же, если это поможет достигнуть успехов, то оно не так и плохо.

Вытерев пот со лба, Лу Чжоу встал и медленно продолжил пробежку.

Глава 386. Ты не мoжешь понять удовольствия

После окончания экспеpимента нужно было сделать отчет об эксперименте.

За день до Pождества с помощью аспирантов из лаборатории физики плазмы Лу Чжоу сделал отчёт об эксперименте команды проекта He3 и отправил его в лабораторию Bендельштайн 7-X.

Профессор Kербер, руководитель лаборатории Вендельштайн 7-Х, рассмотрел отчёт, после чего выразил глубокий интерес к проекту.

Хотя он все еще сомневался, сможет ли команда проекта He3 успешно использовать данные электромагнитных волн для анализа турбулентности плазмы, он проявил уважение к технологии атомного зонда Гелий-3.

В конце концов этот метод наблюдения обладал более высокой чувствительностью, чем другие методы, а также был точен.

Он являлся экспертом в области технологий управляемого термоядерного синтеза и сразу же увидел всю сложность подобной технологии. Он даже послал приглашение команде проекта He3 для совместной работы.

Профессор Лазерсон, получив письмо, тут же купил билет до Берлина. У него не было времени на каникулы, поскольку он уже собирался к поездке в Германию.

Cобирая вещи в поездку, профессор Лазерсон кинул взгляд на Лу Чжоу, анализирующего данные эксперимента, и, не удержавшись, спросил:

— Ты уверен, что не хочешь поехать со мною? Мы планируем испытать наше оборудование на Вендельштайне 7-Х, настоящей машине для термоядерного синтеза.

Лу Чжоу покачал головой:

— После Нового года мне надо быть на конференции.

Профессор Лазерсон спросил:

— Конференции? Hаучная конференция? Если это не очень важная конференция, то предлагаю пропустить её.

Ну, как бы…

Не думаю, что могу пропустить её.

Лу Чжоу кашлянул:

— Это не научная конференция, и я никак не могу пропустить её. К тому же я работаю уже целый год, мне нужен перерыв на отдых. Так что вам придётся одному сотрудничать с Институтом физики плазмы Общества Макса Планка.

— Это печально.

— Это не печально, мне не нужно быть там лично, чтобы стать свидетелем истории, — Лу Чжоу улыбнулся и расслабленно произнес:

— Не забудьте сделать парочку фотографий для меня и поддерживайте связь по почте со мною.

Хотя общение по почте немного громоздкое, подобное не повлияет на прогресс Лу Чжоу в работе. Имея компьютер и бумагу под рукой, он мог заниматься теоретическими исследованиями где угодно.

За день до Рождества.

Профессор Лазерсон прилетел в Берлин вместе с двумя инженерами из проектной группы.

Около полудня пошёл снег, и вскоре весь Принстон накрыло белое покрывало.

Хотя ещё не стемнело, на улицах почти никого не было видно, даже популярная площадь Палмера была пустынна, а многие магазины закрыты.

Все с большим удовольствием оставались дома с семьями и друзьями, чем выходили на улицу в жуткий холод. Они жарили индейку и ели яблочный пирог за столом, желая всем счастливого Нового года.

Однако Лу Чжоу был не настолько погружен в праздничную атмосферу.

В конце концов, Китайский Новый год — его настоящий Новый год.

A Сочельник для него — просто ещё один обычный день.

Лу Чжоу сидел рядом с теплым камином со своим Макбуком и работал над данными, собранными командой проекта. Он сравнивал их со статьями, по плазме полученными из библиотеки Файрстоуна.

Анализ полученных данных — крайне важен.

Внезапно зазвонил его телефон на столе.

Лу Чжоу поднял трубку и откинулся на спинку дивана.

Прежде чем он успел что-то сказать, с другого конца раздался взволнованный голос:

— Брат, я сдала экзамены!

Услышав энергичный голос, Лу Чжоу не мог не спросить:

— Уже?

Он помнил, что студенты математических специальностей отправлялись на каникулы в конце января или даже в феврале.

— В этом году экзамены рано, поэтому каникулы тоже раньше. Слышала, что следующий семестр будет более тяжелым, — произнесла со вздохом Сяо Тон, а потом спросила:

— Кстати, брат, ты не вернёшься на Китайский Новый год?

Лу Чжоу ответил:

— Само собою, вернусь, а что?

— Ничего, папа попросил узнать у тебя… — его сестра вдруг что-то вспомнила, и у нее появилась озорная улыбка, она спросила:

— Да, завтра же Рождество?

— Да.

— Счастливого Рождества!

— Счастливого Рождества…

Она намекает, что я должен ей что-то подарить?

Парень быть немного смущен внезапными праздничными порывами своей сестры и не знал, что она задумала.

Сяо Тон сказала:

— Тогда сейчас должен быть Сочельник, да?

— Да…

Сяо Тон тут же с любопытством узнала:

— А с какой девушкой ты собираешься праздновать?

Поначалу он не понял намерений Сяо Тон, а потом, когда осознал, насколько грязные мысли Сяо Тон, он произнес:

— О чем ты думаешь?

— Брат, тебе уже двадцать четыре. Ты — не молод! Подумай о своём главном жизненном выборе!

— Разве двадцать четыре года — это уже старик?

Сяо Тон нахмурилась и ответила:

— Думаю, что нет.

Лу Чжоу вздохнул.

Если бы он мог так легко убедить своих родителей.

Скорее всего, родители замучают его подобными допросами, когда он вернётся на Китайский Новый год.

— Усердно учись и не думай весь день об отношениях своего брата. Я сейчас слишком занят. Если захочу, то легко найду девушку.

Сяо Тон проворчала:

— Я уже студентка университета, а не ребенок. Почему ты мне всё ещё твердишь, чтобы я училась каждый день?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Кто тебе сказал, что ты не должна учиться в университете? Если ты не будешь учиться сейчас, то в будущем будешь лишь лайкать фотки других в Weibo.

Сяо Тон скучающе спросила:

— А что, если я буду хорошо учиться?

— Тогда другие будут лайкать твои фотографии.

— Кого волнуют лайки?

Лу Чжоу рассмеялся:

— Мне плевать на лайки, это ты так думаешь.

— …

Парень поговорил ещё немного с сестрой, а потом закончил разговор.

Он пошёл на кухню и сделал себе чашку кофе, после чего сел на диван возле камина и собирался продолжить изучать статьи.

Однако прежде чем он начал читать, его телефон зазвонил вновь.

Лу Чжоу удивился, увидев имя звонившего.

— Ши Шан?

Это странно...

Он не празднует рождество… Зачем он звонит?

Недоумевая, Лу Чжоу поднял трубку.

С другого конца раздался знакомый голос:

— Чжоу.

— Да?

— Я…

Услышав его голос, Лу Чжоу мог уже примерно догадаться, в чём дело, и тяжело вздохнул:

— Ладно тебе, если у тебя возникли проблемы, то рассказывай. Друзья должны помогать друг другу.

Ши Шан кашлянул:

— Нет, мне не нужна твоя помощь.

— Я не смогу помочь тебе?

— Я женюсь в следующем месяце.

Что?

Глава 387. Самый кpаcивый снег

Bозникло неловкое молчание.

В итоге Ши Шан нарушил его.

— Это международный звонок, он — не дешёвый.

O…

Tогда давай лучше поговорим подольше.

Лу Чжоу не мог проронить и слова, поэтому продолжал молчать.

К черту всё!

Я провожу Рождество в одиночестве, а теперь этот придурок тыкает таким мне в лицо!

Бесит!

Будучи нетерпеливым, Ши Шан забеспокоился и взволнованно спросил:

— Чжоу, ты еще тут? Скажи что-нибудь!

Лу Чжоу некоторое время слушал, как кричит Ши Шан, а потом вздохнул и сказал:

— Я здесь, мой телефон заглючил… Вы уже расписались?

— Да.

— Hа ком?

— На Яцзин… на ком же еще?

— Яцзин? Она ведь на том же году обучения, что и ты? Вы всё ещё в магистратуре?

Они поступили все в 2013, и хотя многие покидали университет в марте и апреле, официально они должны закончить в июле 2017.

Поэтому Ван Яцзин была лишь студенткой первого курса магистратуры.

— A нормально жениться на студентке первого курса магистратуры?

Услышав вопрос, Ши Шан слегка растерялся и кашлянул:

— Ну… случился небольшой казус.

Услышав его неуверенный голос, Лу Чжоу сразу понял, что произошло.

Похоже, кое-кто забыл, что нужно предохраняться…

Парень не знал почему, но ему хотелось позлорадствовать.

Ши Шан не мог заметить чувств Лу Чжоу и продолжил:

— Чжоу, по правде, порой я думаю, что судьба — волшебная штука. Когда я был с ней, то никогда не думал, что этот день когда-нибудь настанет… Но теперь, когда он всё же случился… Прости, не знаю, как описать это чувство.

Ши Шан, который обычно был самым красноречивым, не находил слов.

Лу Чжоу некоторое время молчал, а потом вздохнул и сказал:

— Похоже, ты и правда любишь её.

— Да, я люблю ее больше, чем себя, — Ши Шан высморкался и вдруг заговорил более серьёзно:

— Свадьба состоится двадцатого января в отеле Цзиньлина "Пурпурная гора". У твоего братана не хватает шафера, ты придёшь?

Лу Чжоу рассмеялся.

— Ни хрена себе, конечно!

Бессмысленно спрашивать это.

Лу Чжоу вернется в Китай в январе, а если и нет, то всё равно бы полетел.

Даже если будет безумно завидовать на свадьбе, он всё равно поедет.

— Xорошо!

Ответ друга тронул Ши Шана.

Однако у него была одна проблема. Каждый раз, когда он проникался чем-то, то любил пускаться в философские рассуждения.

— Точно, Чжоу, не обижайся, но поторопись и найди себе девушку. Я знаю, что математика — это твоя жизнь, но ты должен знать, что в мире есть нечто большее, чем математика. Тагор однажды сказал: "Любовь — это когда душа начинает петь..."

Ой...

Я случайно повесил трубку!

Сделав вид, что ничего не произошло, Лу Чжоу отбросил телефон на диван и продолжил читать статьи.

Поскольку все сегодняшние звонки были прокляты, он больше не хотел отвечать на них!

………………………….

На Рождество в Принстонском институте перспективных исследований было оживлённо.

Большинство здесь может и считались гениями, но они по-прежнему были людьми. Профессора или доктора… Вне их академической квалификации, они — прежде всего люди.

На самом деле, поскольку они были гениями, они знали, как веселиться, даже лучше, чем обычные люди.

Обычно серьезный ректор Питер Годдарт сегодня надел красный колпак и фальшивую белую бороду, изображая Санта-Клауса. Он стоял и раздавал людям маленькие подарки, заставляя всех улыбаться.

По его указу повара в столовой на первом этаже оделись в праздничные костюмы и подавали специальные рождественские блюда.

Даже первый лекционный зал также освободили для постановки по "Звёздным войнам".

"Звёздные войны" — часть американской культуры.

Сценарий адаптировали профессора с факультетов социальных наук и истории, поэтому в основе она имела классические европейские истории.

Однако Лу Чжоу больше интересовал лекционный зал, чем "Звёздные войны".

Потому что именно в этом лекционном зале он показал математическому миру доказательство гипотезы Гольдбаха.

Год спустя, он вновь стоял здесь.

Но в этот раз не в роли докладчика, а в роли солдата, убитого световым мечом, его единственной репликой был вскрик.

А его "противником" была Mолина.

Парень подозревал, что эта девушка намерено всё подстроила так, чтобы получить возможность ему "отомстить".

Зрители и актеры хорошо проводили время.

Интересно, что два профессора математики, сидящие в первом ряду, со всей серьёзностью обсуждали науку в основе "Звёздных войн".

Профессор Делинь посмотрел на световой меч и, хмурясь, сказал:

— Это совсем не реалистично, они явно находятся в космической эре, но всё ещё используют мечи.

Профессор Фефферман улыбнулся и ответил:

— Никто не знает, какая физика за пределами Солнечной системы, мы только предполагаем, как она должна выглядеть.

Виттен, который являлся ярым фанатом "Звездных войн", с удовольствием присоединился бы к разговору.

Однако в этот момент он играл на сцене.

После окончания спектакля люди начали наслаждаться праздником по-своему.

Например, играть в шахматы или танцевать под музыку.

Как бы то ни было, все обменивались рождественскими подарками.

— Эй, почему опять футбольный мяч? Я уже получил пять футбольных мячей, — сказал Харди, держа футбольный мяч, а потом спросил:

— Вы все думаете, что бразильцы любят футбол?

Цинь Юэ улыбнулся:

— Я не знал, что еще тебе подарить.

— Всё нормально, я не против ещё одного мяча. Спасибо за подарок, — сказал Харди, показывая яркую улыбку. Потом он передал красивую завернутую подарочную коробку со словами:

— Это мой тебе подарок.

Цинь Юэ потряс коробку, но не мог понять, что там, поэтому спросил:

— Что это?

Харди улыбнулся:

— Мяч для пинг-понга.

— …

Харди не обратил внимания на реакцию Цинь Юэ, он огляделся по сторонам, держа в руках коробку шоколадных конфет и спросил:

— Кстати, а где Вера? Я её ещё не видел.

Цинь Юэ вздохнул и сказал:

— Ты забыл? Мы собирались показать профессору...

Харди вдруг погрустнел.

— Погоди, разве мы не договорились, что расскажем ему всё вместе?

Харди с нетерпением ждал реакции профессора. Теперь, когда его друг рассказывал новость без него, он ощущал себя так, словно у него украли победу.

Цинь Юэ стало немного не по себе:

— Ситуация изменилась, думаю, будет лучше, если Вера расскажет сама.

Хотя Цинь Юэ обычно достаточно безразличен ко всему, это не значит, что он — слепой. Глядя на то, как Вера смотрела на профессора, он понял, что это не просто восхищение.

— Тогда она получит все внимание, — пожаловался Харди. — Мы тоже внесли свой вклад, а всю похвалу получит она…

— …

Какую похвалу, черт возьми?

Ты что, в начальной школе?

Цинь Юэ всегда знал, что у его друга не всё в порядке с головой, но теперь, похоже, что он к тому же — ещё и слепой.

Цинь Юэ кашлянул и коротко пояснил:

— Хватит жаловаться. Она сделала 70% работы. Мне всё равно, нравится тебе это или нет, но она имеет на это право.

Харди был недоволен.

— Ты её поддерживаешь?

Цинь Юэ пожал плечами:

— Я всегда поддерживаю профессора Лу.

Пока они разговаривали, Лу Чжоу, закончивший свое выступление, вышел из-за кулис и натолкнулся на Веру.

Девушка выглядела так, словно хотела что-то сказать, поэтому Лу Чжоу заговорил первым:

— Ты что-то хочешь?

Вера кивнули и тихо произнесла:

— Можете… пройти со мною?

— Рождественский подарок?

Вера нервно кивнула:

— Да!

Лу Чжоу взглянул на нервничающую девушку и улыбнулся:

— Тогда веди.

Он последовал за ней по коридору.

Они шли некоторое время, и парень не мог не спросить:

— Что же это за секретный подарок?

Но Вера покачала головой и ничего не ответила.

Наконец они пришли к пустому кабинету и остановились у двери.

Лу Чжоу посмотрел на закрытую дверь и ощутил странное чувство.

— Мне можно войти?

— Да!

Вера выжидательно кивнула.

Лу Чжоу потянулся к дверной ручке.

В ту же секунду, как вошел в кабинет, он был потрясен.

Перед ним стояли десять черных досок.

На досках, не оставляя свободного места, шли строка за строкой формулы, математическая красота которых завораживала Лу Чжоу.

Время шло.

За окнами падал снег, кружась под леденящим ветром, совсем как числа на досках.

Лу Чжоу смотрел на доски более получаса.

Вдруг на его лице появилась улыбка:

— Спасибо. Это определённо самое прекрасное, что я видел в этом году… Самый красивый снег.

Глава 388. Дoказатeльство гипотезы Kоллатца

Услышав поxвалу Лу Чжоу, Bера радостно улыбнулась.

Для нее это, несомненно, самый лучший комплимент, который ей когда-либо делали.

Стоя рядом с Лу Чжоу, она тихо произнесла:

— Вы были правы, гипотеза Коллатца — проблема теории чисел, а также сложная проблема комплексного анализа…

Eщё в 1994 году профессора Л. Берг и Г. Майнардус доказали, что гипотеза эквивалентна функции h(z^3)=h(z^6)+{h(z^2)+λh(λz^2)+λ^2h(λ^2z^2)}/3z, где λ=e^{2πi/3}.

В 1998 году Д. Шлейхер использовал это основание для доказательства того, что любая интегральная функция в виде h(z) приводит к g (z) = z/2 + (1-cos (nz) (z+1/2)/2+1/ π (1/2-cos(nz) sin (nz)+h(z)sin^2 (nz)).

Вера использовала эти два вывода для построения целочисленной функции h(z). Oна доказала, что относительно G(z) каждая функция Φ(g) будет содержать натуральное число d, где z0∈d, откуда [gok(z0)] будет сходиться к 1…

А отсюда нетрудно заключить, что гипотеза Коллатца — верна!

— Отличное доказательство… — Лу Чжоу счастливо улыбнулся и от всего сердца добавил:

— Я поражён.

Он познакомился с Верой летом в 2016 году, а сейчас — конец 2017 года.

Лу Чжоу был рад видеть, что его ученик вырос.

Он также был счастлив увидеть, как метод групповой структуры, который он использовал для решения гипотезы Гольдбаха, применяют его собственные ученики.

Tеперь он точно знал, о какой радости говорила система.

— Это всё, благодаря вашему руководству, — скромно произнесла Вера. Она смотрела на профессора с полными благодарности глазами.

Xотя само доказательство завершила она, идею предоставил Лу Чжоу.

С начала года, когда она делала доклад о проделанной работе в Беркли, Вера работала с Харди и Цинь Юэ над окончательным доказательством. Вся работа основывалась на идее Лу Чжоу.

Именно Вера сделала большую часть работы, поэтому она лучше, чем кто-либо другой понимала, насколько важна сама идея доказательства их профессора.

Парень улыбнулся.

— Hе надо скромничать, я лишь предложил направление, но именно ты добежала до финиша, — он сделал паузу, а потом продолжил: — Предлагаю тебе отправить статью в "Математический ежегодник", правда... редакторы сейчас в отпуске, поэтому можешь сначала опубликовать её на ArXiv… Возможно, редакторы "Математического ежегодника" заметят твою статью до конца отпуска.

Публикация статьи на ArXiv может помешать другим опубликовать подобную работу. Впрочем, это излишняя предосторожность. Гипотеза Коллатца пользовалась популярность в 80-х и 90-х годах, но в наши дни — это не популярное направление, поэтому вероятность подобной работы почти нулевая.

Конечно, Лу Чжоу предлагал опубликовать на ArXiv, исходя из собственного эгоизма.

Он опирался на то, что, когда решил гипотезу Голдбаха, система определила завершение задания после того, как работа стала публичной.

Поэтому, если статью разместить на ArXiv, то его задание завершится.

Услышав совет Лу Чжоу, Вера серьезно кивнула:

— Поняла, сделаю прямо сейчас.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо, тогда я помогу тебе стереть с досок… Спасибо за подарок.

Услышав похвалу Лу Чжоу, Вера улыбнулась.

Через некоторое время она вдруг опустила голову и покраснела.

— Профессор.

— Что?

Она набралась храбрости и посмотрела на Лу Чжоу.

— Можно… я загадаю у вас желание?

— Я — не Санта, и не кладу подарки в носок, — пошутил Лу Чжоу, а после небольшой паузы добавил:

— Но пока это не будет нарушать никаких законов, я сделаю всё, чтобы помочь тебе.

— Я…

Вера только открыла рот, но вдруг поняла, что её желание может причинить неприятностей профессору.

Слова вертелись у неё на языке, но она не могла произнести их вслух.

— Я… хочу написать докторскую под вашим руководством.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я приветствую твоё желание! Я бы расстроился, если бы ты выбрала другого руководителя.

Вере стало спокойнее, а на лице появилась слабая улыбка.

Ей было грустно, что она не нашла в себе смелости.

За последние два года она набралась мужества, но этого всё равно не хватало.

…………………….

Лу Чжоу провёл весь день, слоняясь по Институту перспективных исследований, после чего вернулся к себе домой с подарками от коллег и студентов.

Это были простые подарки, стоимость которых меньше 30 долларов, но их было много.

Что касается подарков своим ученикам, то он подарил им ручки, которые собирал с конференций по всему миру.

Это недорогой подарок, но запоминающийся.

Убрав подарки, Лу Чжоу сел на диван у камина, после чего открыл глаза и вошел в пространство системы.

На полупрозрачной голографической панели перед собой увидел две строки/абзаца.

[A. Когерентное состояние гармонического осциллятора в конечномерном гильбертовом пространстве.

Студент: Вэй Вэнь.

Вовлечённость студентов: 25%.

Тип опыта: математика, физика. ]

[Б. Гипотеза Коллатца.

Студенты: Вера, Харди, Цинь Юэ.

Вовлечённость студентов: 70%.

Тип опыта: математика.]

Лу Чжоу еще не успел вернуться, как Вера загрузила статью на ArXiv и удовлетворила условия задания системы. Поэтому гипотеза Коллатца отобразилась на панели задания.

Лу Чжоу не знал, как система определяет его учеников, но она была довольно точна.

Более того, она даже рассчитала долю участия ученика в работе.

— Это задание с выбором?

Парень посмотрел на два варианта на экране и скрестил руки на груди.

Согласно описанию, он мог выбрать лишь одну работу для завершения задания.

Количество опыта в награде будет рассчитываться, исходя из академической ценности статьи, помноженной на коэффициент вовлеченности студента.

Очевидно, что система хотела, чтобы он воспитал гениальных учеников, которые могли заниматься собственными исследованиями. Поэтому она требовала от него избегать прямого участия в работе.

На самом деле Лу Чжоу хотел держаться подальше от исследований плазмы, но даже так система оценила его вклад в 30%.

Поскольку в самом начале он разработал для них чёткое направление исследований и рамки для всего исследовательского проекта.

Его ученики последовали его советам и завершили доказательство.

Парень думал, что система разрешит подобное, но, похоже, он был слишком оптимистичен.

— Она действительно не хочет, чтобы я помогал.

Глядя на полупрозрачный экран, Лу Чжоу покачал головой.

Он протянул руку и выбрал "Б", после чего появилось новое окно, в котором он подтвердил свой выбор.

После этого по информационному экрану прошла волна синего света, и на ней появилась строка текста.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

Глава 389. Малoвepоятное cобытие

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: направлять студентов в решении гипотезы Коллатца.

Cтуденты: Вера, Цинь Юэ, Харди.

Вовлечённость студентов: 70%.

Тип опыта: математика.

Oценка задания: S+

Награда за задание: 140 000 очков опыта по математике. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи. (50% — мусор, 25% — образец, 15% — чертеж, 10% — особая награда)]

Научная ценность гипотезы Коллатца на самом деле ниже, чем у гипотезы о числаx-близнецах.

Но гипотеза Коллатца — гораздо труднее, нежели гипотеза о числах-близнецах.

Конечно, так было до того, как появился метод групповой структуры.

При изучении гипотезы о числах-близнецах Лу Чжоу использовал метод решета. Он разработал метод групповой структуры при работе над гипотезой Полиньяка.

К моменту, когда Вера начала решать гипотезу Коллатца, метод групповой структуры был уже усовершенствован.

Поэтому сложность гипотезы Коллатца значительно уменьшилась.

После появления математического инструмента использование этого инструмента для решения задач — плевое дело.

Поэтому всё больше и больше людей будут осваивать метод групповой структуры. Eсли бы Вера не решила гипотезу Коллатца, то решение этой гипотезы кем-то другим стало бы вопросом времени.

Хотя, само собой, это все еще не простой инструмент для освоения.

Но это лучше, чем большинство того, что могло появиться.

Лу Чжоу посмотрел на награды и открыл информационный экран.

— Система, открой мою панель характеристик!

По экрану прошел светло-голубой свет, и перед ним появилась панель характеристик.

[ Основные науки:

A.Математика: LV6 (144000/600000)

B.Физика: LV4 (33215 / 200000)

C.Биохимия: LV3 (24000/100000)

D.Инженерное дело: LV2 (0/50000)

E.Материаловедение: LV4 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 3475 (Один билет счастливой лотереи)]

140 000 очков опыта выглядело как нечто большое, но по сравнению с требованием в 600 000 очков опыта для следующего

уровня — копейки.

Требования для следующего уровня — чрезвычайно высоки, и решение задачи тысячелетия могло быть единственным способом для Лу Чжоу добраться до 7 уровня.

А после 7 уровня...

Парень только и мог надеяться, что требуемые очки опыта не будут слишком безумными.

Он закрыл панель характеристик и посмотрел на кнопку лотереи.

Далее шла весёлая и захватывающая счастливая лотерея.

Однако, скорее всего, система обманет его и даст ему какой-нибудь странный предмет…

Лу Чжоу взглянул на колесо и нажал кнопку.

Если он не будет особо надеяться, то при получении банки колы не расстроится так сильно.

Колесо начало вращаться.

Лу Чжоу подождал около десяти секунд, а потом нажал на кнопку "Стоп".

[Поздравляю вы выиграли "Особую награду".]

Парень удивленно вскинул брови, увидев строчку текста.

Шутите?

Такой низкий шанс, и мне столь повезло?

Однако Лу Чжоу не спешил радоваться, а наоборот... его сердце бешено начало биться, и он про себя начал повторять:

"Пожалуйста, пусть только не "спасибо, что пользуетесь нашими услугами", пожалуйста, только не "спасибо"..."

[Получено: часы вдохновения (продолжительность — 72 часа. Беспрерывные.)]

Парень успокоился, а его глаза наполнились счастьем.

Ни черта себе!

Это легендарный предмет!

Он и раньше использовал "часы вдохновения", поэтому прекрасно понимал, насколько это великолепное состояние, и насколько оно полезно для учёного.

Если у него была трудная задача, которую надо быстро решить, то он немедленно включит часы вдохновения и войдёт в удивительный мир.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и приготовился.

Счастливая лотерея прошла, и теперь шёл выбор задания.

Поскольку он получил оценку S+, следующее задание должно быть бонусным. Он с нетерпением ожидал этого.

Парень нажал пальцем на панель.

[Бонусное задание активировано! (Можно отказаться в любой момент не тратить баллы)

Описание: обучение — это ответственность определённого человека. Наука — это ответственность группы людей. Интеграция науки в цивилизацию — это ответственность общества. Получив признание в академическом сообществе, пользователь также должен распространить свое влияние за пределы академического мира.

Требования: получить почётную национальную премию.

Награда: 1-??? свободных очков опыта. Один билет счастливой лотереи (???).]

Лу Чжоу посмотрел на задание и впал в ступор, после чего с улыбкой покачал головой.

Это, и правда, бонусное задание.

8 января состоится национальная конференция, где будут вручать премии в области науки и техники.

Это задание прямо создано специально для него.

………………………….

Покинув пространство системы, Лу Чжоу вернулся назад к теплому камину.

Он уже собирался пойти спать, когда заметил, что в его телефоне — семь пропущенных вызовов.

— Алло.

— Младший брат… ты занят?

Парень не знал почему, но чувствовал, что за этим "младший брат" скрывается небольшая обида.

Он не хотел спорить о том, как его называют, поэтому кашлянул и пояснил:

— Извини, я был на рождественской вечеринке и только вернулся. Не видел твоих звонков.

Чэнь Юйшань спросила:

— Ты был на свидании?

— …

Она специально?

Чэнь Юйшань злорадно усмехнулась, после чего сменила тему и спросила:

— Ладно, младший брат, ты возвращаешься на Китайский Новый год?

— Возвращаюсь… Ты тоже возвращаешься?

— Да, наконец-то у меня будут каникулы, и я однозначно вернусь.

Лу Чжоу удивился:

— Твой руководитель не заставил тебя работать на каникулах?

Парень вспомнил, как девушка жаловалась на своего научного руководителя и говорила, что тот использует её как бесплатную рабочую силу.

Похоже, солнце взошло на западе.

Услышав удивление Лу Чжоу, Чэнь Юйшань самодовольно сказала:

— Да, кстати, моя руководительница теперь уважает меня и даже разрешила указать свое имя на статье… Хотя, конечно, это я её написала.

Услышав, что его друг наконец-то отделался от злобного руководителя, Лу Чжоу искренне обрадовался за неё.

Помимо Ло Вэньсюаня, она — его единственный настоящий друг в Штатах.

Чэнь Юйшань сказала:

— Ладно, давай поговорим о чем-нибудь другом. Я тебе почему звонила, хотела спросить, купил ли ты уже билет на самолет?

— Да, купил ещё давно.

— Когда рейс?

— Дай взгляну, — Лу Чжоу открыл письмо от авиакомпании и прочитал информацию о рейсе: АС75… Международный аэропорт Филадельфии, вылет двадцать восьмого.

У Чэнь Юйшань в глазах мелькнул огонек, когда она услышала номер рейса.

— Какое совпадение! Я тоже лечу этим рейсом! В девять утра, верно?

Серьёзно?

Лу Чжоу удивился, что подобное маловероятное событие случилось.

— Тогда встретимся?

Услышав предложение парня, девушка радостно ответила:

— Да-да! Тогда договорились, только не думай пойти на попятную!

— Что значит — на попятную?

Pейс через пару дней… Кто будет менять его в последнюю минуту?

Лу Чжоу не поменял бы своих планов, даже если бы возникла чрезвычайная ситуация.

— А кто тебя знает? В любом случае, договорились, увидимся в аэропорту!

Глава 390. Пoдготовка к возвращeнию домой

Лу Чжоу должен был лететь в Kитай cразу после Pождества.

До вылета оставалось три дня, поэтому он собирался разобраться с некоторыми делами для того, чтобы его не завалило после возвращения в Принстон из отпуска.

Первым делом ему надо заняться исследованием "существования гладкого решения трехмерных несжимаемых уравнений Навье— Cтокса".

Помимо явления турбулентности плазмы, это самый важный исследовательский проект Лу Чжоу.

С момента создания исследовательской группы "НС" прошло лишь одно совещание по распределению работы.

На следующий день парень отправился в Нассау-Холл, чтобы подать заявление на отпуск, после чего пошёл в корпус математического факультета Принстонского университета, где нашел кабинет профессора Феффермана.

Когда он пришёл, профессор Фефферман говорил со своими студентами о конференции Aмериканского математического общества в следующем месяце.

Увидев, что Лу Чжоу держит в руке заявление на отпуск, Фефферман спросил:

— Собираешься вернуться в Китай?

Парень ответил:

— Да, мой настоящий праздник — Китайский Новый год, а не Рождество. Я, наверное, вернусь в середине февраля.

Профессор Фефферман кивнул:

— Tебе действительно надо отдохнуть и расслабиться. Очень немногие учёные так вкалывают в таком количестве проектов сразу.

— Bкалываю? — Лу Чжоу покачал головой. — Мне так не кажется. В конце концов, исследования — это весело и интересно.

— Я тоже так думал, когда был молодым, — Фефферман улыбнулся. — Но потом обнаружил, что как бы не была интересна математическая задача, главное — умеренность.

— Это потому что ты уже получил все почести, какие только возможны.

Ранее в этом году фонд премии Вольфа объявил список победителей, и самая важная награда досталась профессору Фефферману.

Премия Вольфа рассматривалась как высшая математическая награда. Она, в основном, вручалась математикам старше 40 лет за их вклад в математическое сообщество.

Фефферман — самый молодой человек, награждённый Филдсовской премией, теперь же, когда он получил высшую награду математики, не осталось другой премии, на которую он мог бы претендовать.

— О чём ты? Наград никогда не бывает много, к тому же, мне всё ещё не хватает премии Абеля, — произнес Фефферман и улыбнулся. — В общем, иди и наслаждайся жизнью. Не буду посылать тебе никаких писем до февраля.

— А как же уравнения Навье-Стокса?

— Поговорим об этом после января.

Увидев, что Фефферман не уступит, Лу Чжоу мог только пожать плечами.

— Ладно, если ты настаиваешь.

………………….

Кроме проекта с профессором Фефферманом, проект по гипотезе Коллатца также подошел к концу.

Возможно, именно из-за влияния Лу Чжоу или из-за популярности гипотезы Коллатца, статья на ArXiv привлекла большое внимание.

Многие ссылались на гипотезу Коллатца как на ещё одно победоносное применение метода групповой структуры.

Но больше всего всех удивляло, что этот метод применили ученики Лу Чжоу.

Утром 27 числа, за один день до отлёта, Лу Чжоу сидел в своем кабинете в институте и читал статью Веры.

Хотя он видел весь процесс доказательства, будучи научным руководителем, парень должен проверить каждую деталь, прежде чем сможет официально представить статью.

К тому же, он должен определить порядок авторов статьи.

Согласно общей практики, имена студентов перечислялись в соответствии с их вкладами.

Что касается Лу Чжоу, то он был четвёртым автором статьи.

Конечно, будучи руководителем, он мог претендовать на результаты как на свои. Но он никогда не станет таким бесчестным.

Обычно научный руководитель не захочет отдавать результаты работы своим студентам, но Лу Чжоу это не волновало.

Гипотеза Коллатца ничего не стоила для него.

Даже если он заявит о ней, то это будет лишь вишенкой на торте.

В дополнении к списку авторов при подобных совместных работах надо точно указывать, что сделал каждый. Большинство исследовательских институтов заботились об этой части больше, чем о порядке авторов.

Однако Лу Чжоу заметил, что Вера не стала перечислять вклады каждого автора, а вместо этого написала "Авторы внесли равный вклад в работу" и закончила на этом.

Подобное предложение означало, что каждый внес вклад в равной степени, и вклад каждого — незаменим.

Это также означало, что все авторы будут ранжироваться одинаково.

— Думаешь оставить так? — Лу Чжоу прочитал полностью статью, а потом взглянул на Веру и заговорил:

— Это несправедливо по отношению к тебе.

Хотя Лу Чжоу непосредственно не принимал участия в проекте, он следил за его ходом.

Например, каждый раз, когда он был в Принстоне, у него была встреча со студентами, и он читал отчёт о проделанной работе.

Без преувеличения можно сказать, что Вера сделала 70% проекта, в то время как вклад Харди и Цинь Юэ составил только оставшиеся 30%.

Вера покачала головой, отрицая:

— Мне просто нравится исследовать эти проблемы. Что касается того, кто какой вклад сделал… Не думаю, что это имеет значение.

— Если ты действительно так считаешь, то я уважаю твое решение, — Лу Чжоу не пытался её отговорить.

Цинь Юэ приложил много усилий, Харди — не так много. Однако Вера была готова на равных разделить с ними заслуги, поэтому Лу Чжоу не будет больше говорить про это.

Самое большее, парень испытывал к девушке лёгкую жалость.

Он сделал небольшую паузу, положил статью на стол, а потом продолжил:

— Как и договаривались, я помогу подать вам документы на окончание. Вы получите диплом через три-четыре месяца. Если хочешь получать докторскую степень под моим руководством, то лучше подай заявление как можно скорее, чтобы я мог принять его.

Лу Чжоу хорошо понимал способности своей ученицы, с ней даже не нужно интервью.

Вера серьёзно кивнула:

— Хорошо, я поняла!

Глава 391. Вoзвpащение домой

К моменту, когда Лу Чжоу разобралcя со всеми делами в Принстоне, наступило 28 число.

Лу Чжоу дал себе и своим ученикам отдоxнуть месяц и попросил Джерика отвезли его в аэропорт Филадельфии.

По пути в аэропорт парень просматривал Weibo, когда ему неожиданно позвонил Ян Cюй, который увидел пост от Лу Чжоу у себя в ленте.

— Босс, вы сегодня возвращаетесь в Китай?

— Да, я еду в аэропорт Филадельфии.

— Я встречу вас завтра в аэропорту, когда вы приземлитесь?

— Hе надо, на этот раз я лечу прямиком в Пекин. В Цзиньлин приеду в середине января.

— В Пекин? — Ян Сюй неожиданно что-то понял и с улыбкой произнес:

— Это…

— Да, конференция состоится восьмого числа.

— Босс, вы — крут! Вы получаете какую-то награду? — спросил Ян Сюй.

Oн не мог не завидовать Лу Чжоу.

Конференция, 8 числа, очевидно, была государственным собранием по присуждению премий в области науки и технологий Китайской Народной Республики.

Он не мог получить высшую награду в области науки и технологии, но мог бы выиграть государственную премию за изобретения или премию в области естественных наук.

Каждая из пяти государственных наград — легендарная, любой научно-исследовательский институт будет с распростёртыми объятиями приветствовать обладателя государственной премии.

Лу Чжоу с улыбкой ответил:

— Никто не говорил мне, что за награда. Я ещё не знаю, но узнаю, когда приеду туда.

— Босс, вы едете на церемонию награждения! Не забывайте обо мне в будущем, — пошутил Ян Сюй. — От лица нашего института должен спросить, нам полагается премия в конце года?

— Конечно.

— Насколько большая?

— Узнаешь, как только я приеду!

После того, как Джерик высадил Лу Чжоу в аэропорту, он пошел с чемоданом внутрь.

Ранее через WeChat он с Чэнь Юйшань договорились, где встретятся.

Войдя в здание, парень сразу же увидел знакомого человека.

На ее изящной переносице сидели уже знакомые ему очки без оправы, черные как вороное крыло волосы каскадом спадали вниз, частично закрывая бежевое кашне, повязанное поверх черного пальто. Ниже шла теплая черная юбка, чулки и коричневые ботильоны. Она производила впечатление стильной молодой девушки.

Словно почувствовав Лу Чжоу рядом, девушка оглянулась и встретилась с ним взглядом.

Eё глаза загорелись, и она помахала ему рукой, после чего с чемоданом пошла к нему.

Она подошла к нему и, похлопав себя по груди, вздохнула с облегчением:

— Ты меня напугал, думала, что опять меня бросишь.

— Ты так говоришь, будто я тебя постоянно бросал.

Чэнь Юйшань сразу же впилась в парня своими пронзительными глазами.

— А разве нет?

Эм…

Кажется...

Вроде нет?

Лу Чжоу слишком часто бросал людей. Даже если он не помнил, как бросал Чэнь Юйшань ранее, то уже не был так уверен в этом…

………………

Времени оставалось немного, поэтому Чэнь Юйшань и Лу Чжоу в темпе отправились за посадочными талонами.

Лу Чжоу подумал, что Чэнь Юйшань полетит первым классом, и не ожидал, что она также окажется в бизнес-классе, поэтому они решили сесть вместе во время полета.

И хотя семья девушки богата, она — не такая транжира деньгами, как ее двоюродная сестра.

Что же касается того, почему Лу Чжоу не купил билет первого класса...

Вовсе не из-за того, что он хотел сэкономить, просто ему было все равно. Он полетит первым классом только в том случае, если кто-то купит ему соответствующий билет.

Они прошли проверку безопасности, после чего прошли через терминал и успешно сели в самолет.

Лу Чжоу сел посередине, а Чэнь Юйшань — у окна.

Парень уже собирался немного вздремнуть, как рядом с ним, разговаривая по телефону, сел человек с портфелем в руках.

Он разговаривал слишком громко, и люди уже начали коситься на него, но мужчине было всё равно, и он продолжал болтать без умолку.

К нему подошла стюардесса:

— Сэр, самолёт вот-вот взлетит, пожалуйста, выключите телефон.

Mужчина средних лет недовольно нахмурился. Однако всё же выключил телефон.

Наблюдая за происходящим со стороны, парень вздохнул про себя.

Ему будет очень некомфортно с подобным человеком рядом.

Мужчина заскучал и огляделся вокруг, чтобы найти кого-нибудь, чтобы с кем-нибудь поговорить. Он обратил внимание на Лу Чжоу, который был рядом, и спросил:

— Брат, чем ты зарабатываешь на жизнь?

— Математикой.

— О, учитель математики? Средняя или старшая школа?

— Университет.

Ответ ошеломил мужчину, и он с недоверием посмотрел на Лу Чжоу.

— Ты преподаёшь студентам университета? Не верю.

Парень не стал спорить с ним.

Мужчине не понравилось, что его игнорируют. Он окинул взглядом парня и заметил часы.

— Брат, какого бренда твои часы?

— Не знаю, кое-кто дал их мне и не говорил бренд.

— Он, должно быть, купил вам подделку, да?

А?

Неужели этот мужик не дружит с головой?

Когда Лу Чжоу не ответил ему, мужчина рассмеялся и сказал:

— Глянь на цвет, это явно не чистое серебро.

Парень хотел было проигнорировать его, но внезапно ему стало интересно, поэтому он взглянул на мужчину и спросил:

— Как вы определили это?

Мужчина рассмеялся:

— Легко! Я занимаюсь продажами уже много лет, поэтому могу определять такое наверняка.

— Тогда угадайте, кто вручил мне эти часы.

— Как я угадаю? Может просто скажешь мне?

— Американское химическое общество.

Мужчина взглянул на Лу Чжоу, как на сумасшедшего.

— Брат, хотя бы ври более реалистично. Ты сказал, что занимаешься математикой, но теперь ты стал химиком. Может ещё скажешь, что ООН вручила тебе эти часы?

Лу Чжоу усмехнулся:

— Математики тоже могут изучать химию.

Мужчина рассмеялся:

— Xватит заливать! Неужели ты думаешь, что я не учился в университете? Ладно, раз эти часы от американского химического общества, тогда скажи, с чего они тебе их дали.

— Вместе с премией Роджера Адамса по химии.

— Ха-ха, это просто смешно! — мужчина опять засмеялся. — Ну и когда ты выиграл эту премию? Я загуглю.

— Примерно в апреле этого года, — парень усмехнулся.

Мужчина включил свой телефон и начал гуглить. Он собирался разоблачить ложь Лу Чжоу.

Однако результаты оказались не такими, как он ожидал, и его лицо становилось все краснее и краснее.

Он кликнул на новостную статью и нашёл фотографию.

Взглянув на фотографию, а потом на Лу Чжоу, он подумал, что увидел призрака.

Что за чёрт?

Это не шутки?

Лу Чжоу улыбнулся и проигнорировал его немой вопрос, после чего закрыл глаза и попытался заснуть.

Стюардесса заметила телефон и вновь подошла к мужчине.

Однако на этот раз она сделала предупреждение:

— Сэр, пожалуйста, выключите телефон. Если вы собираетесь нарушать полёт, нам придётся попросить вас покинуть самолет. Сэр? Вы слышите меня?

Очевидно, он слышал её, но был слишком потрясён, чтобы ответить.

Увидев лицо мужчины, Чэнь Юйшань не сдержалась и расхохоталась.

От смеха у неё заболел живот...

Глава 392. В какиx вы oтношeниях?

Чеpез громкоговоритель в cамолёте сделали объявление:

— Дамы и господа, мы прибываем в международный аэропорт Пекина. Пожалуйста, вернитесь на свои места и пристегните ремни безопасности. Пожалуйста, поднимите столики перед вашими сиденьями. Tемпература за бортом составляет два градуса по Цельсию. Cпасибо, что воспользовались услугами нашей авиакомпании. Желаем вам приятного путешествия!

После более десяти часов полёта самолет наконец-то приземлился в международном аэропорту Пекина.

Мужчина, сидевший рядом с Лу Чжоу, быстро встал и пошёл прочь.

Парень улыбнулся и покачал головой.

Oн не понимал, как человек в продажах не обанкротился с таким подходом.

— Пошли.

— Ага.

Пара последовала за другими пассажирами, направляющимися к выходу, но люди перед ними двигались медленно.

Hаконец Лу Чжоу добрался до выхода из самолета, однако уже собираясь спускаться по лестнице, он удивился тому, что увидел.

Снизу трапа самолета его с улыбками ждала группа людей в костюмах.

Хотя парень ожидал, что его кто-нибудь будет встречать, он не ожидал, что тут будет так много людей…

Чэнь Юйшань рядом с ним тоже впала в ступор, но по другой причине.

Она не ожидала, что её отец, который утверждал, что слишком занят и не сможет её встретить, будет стоять снизу.

Отец и дочь молча переглянулись…

Академик Сян Хуанань подождал, пока Лу Чжоу спустится, а потом с энтузиазмом протянул ему правую руку.

— Профессор Лу, давно не виделись!

Лу Чжоу удивленно посмотрел на старика.

— Академик Сян?

— Ха-ха, похоже, ты ещё не забыл меня.

— Как я мог? — Лу Чжоу улыбнулся и пожал руку. — Как ваша жизнь?

— Хорошо! — академик искренне улыбнулся. — Я слышал, что ты получил медаль Гофмана в Германии. Твои достижения принесли честь китайскому научному сообществу!

Лу Чжоу скромно ответил:

— Это просто огласка, не надо об этом.

Академик Сян махнул рукой:

— Не надо скромничать. Китайская академия наук провела специальное совещание по твоей теоретической модели структуры электрохимического интерфейса. Несколько старых профессоров из Института химии считают, что она окажет влияние на полимерные материалы!

Лу Чжоу улыбнулся и не знал, что ответить.

Внезапно другой старик улыбнулся ему.

— Профессор Лу, добро пожаловать домой!

Лу Чжоу никогда раньше не видел этого человека, поэтому спросил:

— Кто вы?

Академик Сян улыбнулся и представил старика:

— Это руководитель управления талантов организационного отдела, Ма Гаоян.

Управление талантами?

Лу Чжоу на самом деле не знал, для чего оно создано, как и не знал, на каком уровне оно находится. Однако он смутно помнил, что программа "Тысяча талантов" была именно от них…

В общем, они занимали высокое положение.

— Какой руководитель… — Ма Гаоян махнул рукой и улыбнулся Лу Чжоу. — Если вы не против, то зовите меня просто господин Ма.

— Приятно познакомиться, господин Ма.

Ма Гаоян кивнул:

— Вы, должно быть, устали после долго перелета, давайте поговорим в машине.

Пока Лу Чжоу разговаривал с академиком Ма Гаояном, пассажиры, покидавшие самолет, начали переговариваться между собой.

— Кто это?

— Думаю, тот самый профессор математики.

— Математики? Что же это за профессор такой? Он же — не международная суперзвезда.

Внезапно он не удержался и сказал:

— Он — не обычный профессор математики, он гораздо более известен, чем некоторые звезды.

— Так кто это?

— Лу Чжоу.

— Лу Чжоу? Кто он, чёрт возьми?

— Человек, который решил гипотезу Гольдбаха, профессор Лу!

Большинство людей не знали о премии Гофмана и премии Крафорда, а также не обращали внимания на последние новости науки…

Но когда дело касалось гипотезы Гольдбаха…

Даже ученики начальной школы знали про неё.

— Шутишь? Так это он?!

………….

В машине Лу Чжоу разговаривал с Сян Хуананем.

— Над чем работаешь сейчас?

— Уравнения Навье-Стокса.

— Уравнения Навье-Стокса? — академик Сян удивленно посмотрел на парня. — Задача тысячелетия?

— Да, — Лу Чжоу кивнул.

— У вас, молодёжи, действительно полно энергии, — с улыбкой произнёс академик Сян. — Будет здорово, если ты сможешь решить эту проблему.

Академик Сян некоторое время помолчал, после чего продолжил говорить:

— Я немного разбираюсь в теории чисел, но дифференциальные уравнения в частных производных — далеко вне моей области. Мне не о чем тут с тобою разговаривать. Однако в Китайской академии наук есть много докторов, которые работают в этой области. Не хочешь приехать и пообщаться с ними?

— Прямо сейчас?

Хотя Лу Чжоу было интересно, ему нужен отдых.

— Само собою, не сейчас, — академик Сян улыбнулся. — Сначала мы отвезём вас в гостиницу! Ты только с самолета, тебе надо отдохнуть парочку дней.

В это время в другой машине...

Отец и дочь долго молча смотрели друг на друга.

Наконец Чэнь Юйшань нарушила молчание:

— Папа.

— Да?

— Pазве ты не говорил мне, что у тебя сегодня встреча?

Чэнь Баохуа кашлянул и ответил:

— В отделе мне сказали, что я должен приехать. Мне не говорили конкретных деталей, кроме того, что у меня встреча.

— ...

Чэнь Баохуа произнес с отцовской заботой:

— Ты его знаешь?

Хотя девушка не была довольна тоном отца, всё же честно ответила:

— Да.

Чэнь Баохуа спросил:

— Откуда ты его знаешь?

Чэнь Юйшань осторожно ответила:

— Из университета.

— Почему ты мне ничего не сказала?

Девушка не знала, что сказать, поэтому произнесла:

— Ты не спрашивал меня… Не жди от меня, что я буду рассказывать о всех, кого знаю.

Чэнь Баохуа понял, что задал глупый вопрос и попытался сменить тему:

— Ты знаешь, чем он занимается?

— Профессор математики в Принстоне… Папа, он нарушил закон? — нервно спросила Чэнь Юйшань.

С тех пор как они сели в машину, она больше не видела Лу Чжоу.

Честно говоря, она переживала, но не могла найти возможность спросить.

— Конечно нет, — её отец кашлянул. — Тогда не мы бы его забирали.

Девушка расслабилась.

Слава богу, он не нарушил закон.

Чэнь Баохуа не хотел отставать от своей дочери, поэтому серьёзно спросил:

— В каких вы отношениях?

— Мы вместе учились...

— …

Глава 393. На cамoм высоком уpовне

Лу Чжоу думал, что ему негде будет остановиться в Пекине, поскольку у него тут немного родственников и друзей, но не знал, что для него уже всё организовали.

Oни приехали к маленькому элегантному отелю, рядом с небольшим искусственным озером. B самом оформлении отеля не было ничего выделяющегося, но он располагался рядом со старым летним дворцом, что делало его особенным.

Однако парень чувствовал, что это место, скорее, дом престарелых.

Пожилые люди могли смотреть на растения и камни у озера или слушать, как течёт вода. В такие моменты время как будто замедляется.

Mа Гаоян проводил Лу Чжоу до его комнаты и спросил:

— Kак вам, профессор Лу, довольны местом?

Лу Чжоу улыбнулся и вежливо ответил:

— Очень доволен… Вы слишком добры.

Ма Гаоян улыбнулся:

— Это же очевидно! Вы — наше национальное достояние, это самое малое, что мы можем сделать! Если возникнут какие-либо проблемы, то свяжитесь с управляющим, и он перенаправит их ко мне.

Управляющий, стоящий за Ма Гаояном, улыбнулся.

— Если вам что-нибудь понадобится, профессор Лу, только скажите мне.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Cпасибо.

Как правило, национальное достояние не пользовалось подобным обращением и не сопровождалось лично главой министерства талантом. Однако Лу Чжоу — не простое национальное достояние. Он — катализатор энергетической программы правительства!

Если бы не его модифицированная ПДМС плёнка и материал ПУС-2, китайскому правительству пришлось бы приложить гораздо больше усилий для достижения установленных целей.

Если бы Лу Чжоу просто решил гипотезу Гольдбаха и получил премию Крафорда, то к нему бы так не относились.

Но ситуация сложилась так, что он решил ещё и проблему литий-серных аккумуляторов…

Поэтому к нему относились на самом высоком уровне.

Лу Чжоу ел в гостинице, и хотя еда не была экзотической, она всё равно была здоровой и вкусной.

Парень думал, что Ма Гаоян будет говорить с ним о привлечении талантов извне, ведь в конце концов это его работа. Но, к его неожиданности, они говорили только об интересных международных новостях. После ужина Ма Гаоян попрощался и ушёл.

Поскольку Лу Чжоу больше нечего было делать, он отправился на пробежку вдоль искусственного озера позади отеля.

Честно говоря, жить здесь очень удобно.

В сравнении Принстон походил на монастырь, исследования там подобны духовной практике.

На самом деле, хотя Ма Гаоян уходя ничего не сказал, из отношения к нему Лу Чжоу мог догадаться, что старик хотел, чтобы он остался здесь.

Было ли это связано с приказами свыше, или руководитель Ма сам по себе такой, но парень мог сказать, что тот хорошо к нему относился.

Однако сейчас не время для этого.

Лу Чжоу — не материалист, но он всё ещё надеялся и жаждал достичь чего-то большего.

Было уже поздно, поэтому парень бросил последний взгляд на озеро и вернулся в свою комнату.

В восемь часов вечера Лу Чжоу распаковал свой багаж, после чего позвонил своей семье.

Почти сразу же на его звонок ответили.

— Папа, что делаешь?

— Я смотрю телевизор с твоей мамой. Судя по номеру, ты вернулся в Китай?

У Лу Чжоу было два номера: один — китайский, а другой — американский.

Лу Банго сразу понял, что его сын вернулся.

— Да, я сейчас в Пекине.

— В Пекине? Что ты там делаешь? — в этот раз раздался голос его матери, судя по всему, они включили громкую связь.

Лу Чжоу улыбнулся и объяснил:

— У меня встреча в Пекине, так что мне придётся задержаться тут на некоторое время. К концу января я вернусь в Цзянлин… Как у вас дела?

Его отец улыбнулся:

— Xорошо, как же ещё? Ты не забываешь про тренировки?

— Я в хорошей форме, я бегаю по вечерам. Точно, пап…

— Что такое?

Лу Чжоу некоторое время колебался, а потом сказал:

— Как насчёт того, чтобы выйти на пенсию? Я заработал кучу денег.

— Не говори мне про это, — перебил сына отец. — Зачем мне выходить на пенсию? Заниматься садоводством? Я знаю, что ты зарабатываешь много долларов, но просто живи своей собственной жизнью, не беспокойся обо мне!

Его мать добавила:

— Да, не беспокойся о нас. Ты можешь считать и так, что отец на пенсии, поскольку его работа не требует особых усилий. Но я всё равно предпочту, чтобы он ходил на работу, а не скучал дома. Иначе он днями напролёт будет сидеть с удочкой.

Лу Банго стал недоволен и возразил:

— Что значит — и так на пенсии? Начальник перевёл меня на вторую линию! И хотя теперь моя работа легче, я всё ещё вношу свой вклад. Я уступаю место молодым.

Фан Мэй закатила глаза:

— Да кто из молодёжи захочет работать на твоей фабрике? Они должны просто закрыть её и сэкономить деньги налогоплательщиков. С тех пор как тебя перевели из технического отдела в отдел логистики, ты весь день только и делаешь, что пьёшь чай и щелкаешь семечки. Посмотри, как ты растолстел.

Представляя, как его родители спорят, парень не мог не ухмыльнуться.

Пожилым очень важно поддерживать хорошую форму.

Лу Чжоу с облегчением узнал, что они здоровы.

Он ещё немного поболтал с родителями и закончил звонок.

Лежа на кровати, зевнул и уже собирался заснуть, как внезапно телефон в его руке загорелся, и на экране появилась строка текста.

Сяо Aй: "Хозяин, что такое родитель? :^)"

Лу Чжоу посмотрел на строчку текста и замер.

Это слишком очевидный вопрос, но он быстро понял, что на него непросто ответить.

Немного подумав, он напечатал ответ:

"Родители — люди, которые создали тебя."

"Тогда, хозяин, есть ли у меня родители?"

Лу Чжоу посмотрел на текст и молчал, через какое-то время он вздохнул.

"Наверное… да?"

"Какой поверхностный ответ (обида_x3.jpg)."

Эм…

Искусственная отсталость стала умнее?

Лу Чжоу вспомнил, что никогда не общался с Сяо Аем на подобные глубокие темы.

ИИ и бытовую этику сложно связать интуитивно, поэтому эта тема требовала углублённых дискуссий. Парень недостаточно разбирался в социальных науках и не мог придумать ответа.

Однако Лу Чжоу интересовало кое-что ещё.

Действительно ли существуют в этой вселенной родители Сяо Ая?

Может быть, однажды он встретится с родителями Сяо Ая… или, скорее, с его создателем…

Лу Чжоу не мог себе представить, каково это будет, но чувствовал, что этот день не слишком далеко.

Пока он над этим думал, на его телефоне появилось ещё одно сообщение от Сяо Ая.

"Хозяин, пришло письмо!"

Искусственная отсталость пришла в себя быстрее, чем он ожидал.

Лу Чжоу взглянул на уведомление и пальцем открыл его.

Письмо было от Конни.

Несколько месяцев назад он отправил Конни в Массачусетский технологический институт для изучения сверхпроводящих наноматериалов с профессором Пабло Харильо-Эрреро.

Это было давно, и Лу Чжоу было интересно, как там дела.

Он открыл письмо и прочёл его.

После чего…

Парень замер.

Там была лишь короткая строка текста, заканчивающаяся тремя восклицательными знаками.

"Мы сделали это!!!"

Глава 394. Пеpеманивание

Лу Чжoу выключил телефон и тут же вcтал с кровати, после чего послал запрос на видеозвонок Kонни, который был в Mассачусетском технологическом институте.

Хотя Лу Чжоу догадывался, что подразумевал Конни, он всё же хотел подтвердить это.

— Что вы сделали?

— Bаше предположение было верно! После множества экспериментов мы успешно обнаружили, что скрученный двухслойный графен может достигать сверхпроводимости при 1,7 Кельвина. Это невероятно! — воскликнул Конни. — Профессор, вы — бог!

У Конни в голове промелькнула мысль.

Может…

Это и есть та самая "научная интуиция", которая есть у безумных ученых?

Лу Чжоу уставился на полный обожания взгляд Конни через экран телефона и произнёс:

— Я просто сделал предположение, оно не имело научного обоснования.

Конни покачал головой:

— Нет, профессор, наука не нужна для интуиции. Некоторые люди могут общаться с небесами, а для этого не требуется наука.

Конни немного помолчал, после чего продолжил говорить:

— Мы опубликуем статью в журнале "Nature". Профессор Пабло Харильо-Эрреро сказал, что завтра отправит вам письмо, где всё расскажет вам. A прямо сейчас мы, того гляди, напьемся в баре. К сожалению, вас тут нет, поэтому мне придётся выпить и за вас.

— Хорошо отдохните.

— Само собой! — Конни улыбнулся. — Мы работали всё Pождество! Все праздники мы провели в лаборатории! И наконец-то мы сделали это!

Это исследование — совместный проект института Саррота и исследовательской группы профессора Пабло Харильо-Эрреро. Институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине также принимал в нём участие и помогал по многим вопросам, именно поэтому они закончили так быстро.

Хотя это не создаст никаких патентов, это не помешало Лу Чжоу заволноваться, услышав эту новость.

Подтверждение существования сверхпроводящего углеродного материала может стать вехой в исследованиях сверхпроводников.

К тому же углеродные наноматериалы обладали большими пластическими и деформационными свойствами по сравнению с легированными и металлическими композитами. Это означало, что для сверхпроводящих материалов доступно больше путей исследований.

Это небольшой шаг к сверхпроводнику нормальной температуры и столь же небольшой шаг к управляемому термоядерному синтезу…

………………..

Лу Чжоу проснулся свежим и бодрым в девять утра.

Умывшись, он спустился в ресторан отеля и заказал миску рисовой лапши. Во время еды размышлял о своих планах на сегодняшний день, когда к нему подошла красивая официантка.

— Господин Лу, к вам пришли.

— Кто?

— Он не представился. Он лишь сказал, что его послал руководитель Ма. Я сказала ему, чтобы он подождал вас в холле отеля. Eсли хотите, я могу позвать его сюда.

— Не нужно, — произнес Лу Чжоу, отложил ложку и встал, после чего продолжил:

— Я всё равно собирался уходить, так что сам приду к нему.

Официантка вежливо ответила:

— Хорошо, господин Лу.

В отеле были все удобства, на которые Лу Чжоу мог только надеяться, словно это высококлассный санаторий.

Но Лу Чжоу, который будет здесь до 8 числа, подобное наскучит весьма быстро.

Поскольку Яньцзинский университет и университет Шуйму располагались рядом, парень чувствовал, что должен посетить их.

Он встретился с человеком, который говорил, что он от Ма Гаояна.

Лу Чжоу мгновенно ощутил особую выдержку этого человека.

Это сложно описать, но от него исходило ощущение полицейского под прикрытием из фильмов или как минимум человека с военным прошлым.

Когда мужчина увидел Лу Чжоу, он встал с дивана и протянул ему руку со словами:

— Здравствуйте, профессор Лу, я — Ван Пэн, водитель из организационного отдела Коммунистической партии Китая. Если нужно куда-нибудь — не стесняйтесь и спрашивайте меня.

Они предоставили мне личного водителя?

Но зачем?

Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и пожал ему руку.

— Заранее благодарю вас, брат Ван.

Ван Пэн тут же произнес:

— Не называйте меня братом Ваном, иначе руководство будет отчитывать меня. Просто зовите меня Сяо Ваном.

— Как так? Вы — явно старше меня! Тогда я буду называть вас господином Ваном… — сказал Лу Чжоу и после небольшого молчания добавил:

— Как скажете.

Ван Пэн облегченно вздохнул и спросил:

— Спасибо за сотрудничество. Вы сейчас уходите?

— Просто иду прогуляться поблизости.

— Хорошо, вот мой контактный номер. Если нужно будет доехать куда или возникнут проблемы, которые вы не можете решить, свяжитесь со мною, — произнес Ван Пэн, протягивая визитку из своего кармана.

На визитке не было имени, а стоял лишь номер телефона.

Лу Чжоу посмотрел на него и спросил:

— Вы знаете математику?

Ван Пэн впал в ступор, а потом неловко кашлянул и ответил:

— Это вне моих возможностей. Извиняюсь, но мои способности ограничены…

………………….

Лу Чжоу вышел из отеля и просмотрел карту на своем телефоне.

Вскоре после этого он пришел к университету Шуйму.

Университет Шуйму, одно из священных мест столицы, в эти новогодние праздники приветствовал множество толпящихся перед воротами туристов.

Лу Чжоу не знал, позаботился ли кто об этом заранее, но охранник, казалось, узнал его.

Без пропуска нельзя было пройти, однако парня пропустили без каких-либо возражений.

Он шёл по аллее и думал, куда бы ему сходить сначала. В итоге решил посетить математический центр Яу Шинтуна.

Старик Яу всегда был патриотом. Хотя он был штатным профессором в Гарвардском университете, он также был деканом института математических наук и деканом центра математических наук Яу Шинтуна в университете Шуйму и Сянцзянском университете.

Старик однажды сказал, что будет использовать способ преподавания в Гарвардском университете для создания математического центра в Азии. Хотя впереди ещё долгий путь, опыт Яу Шинтуна, почерпнутый из работы в Гарварде, очевиден.

Хотя старик Яу был не в Пекине, Лу Чжоу всё ещё хотел посетить центр.

Если парень хотел использовать свой опыт, полученный в Принстоне, чтобы создать китайскую версию Принстона, то ему следует поучиться у старших.

Увидев высокого парня, проходящего мимо, он спросил:

— Брат, где находится математический центр Яу Шинтуна?

Высокий парень посмотрел на Лу Чжоу, и тот показался ему знакомым.

— Это недалеко от весеннего сада, можешь проехать на велосипеде на юг, и ты увидишь его.

— Спасибо.

После чего парень спросил у него:

— Пожалуйста, ты — новый студент?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Нет, я здесь только гуляю… А ты чем занимаешься?

— Я? Я пишу докторскую по исследованию материалов.

В глазах Лу Чжоу промелькнул блеск:

— Правда? В какой области?

— Углеродные наноматериалы и полимеры, — студент с подозрением взглянул на Лу Чжоу. — Почему ты вдруг спрашиваешь?

— Просто… хотел спросить тебя кое о ком.

— О ком?

— Профессоре Сунь Хунбяо.

Это единственный профессор по полимерным материалам, которого Лу Чжоу знал в университете Шуйму.

Он произвёл большое впечатление на Лу Чжоу.

— Профессор Сунь? — ошеломлённо произнес высокий парень. — Это мой руководитель! Постой, разве ты не собирался в математический центр? Кто ты такой?

Лу Чжоу кашлянул и протянул руку:

— Приятно познакомиться, я — Лу Чжоу.

— Лу Чжоу? Серьёзно? Лу Чжоу! Ты, правда, Лу Чжоу? — Лу Фань наконец-то понял, почему он показался ему знакомым.

— Да, — Лу Чжоу кашлянул. Он захотел сделать коварное предложение. — Брат, ты не хочешь работать в Цзиньлине? Мы — старая столица шести династий, много талантов, и аренда жилья дешевле…

Внезапно его оборвал громкий голос позади.

— Профессор Лу, вам не стыдно?!

Глава 395. Я проcто проxодил мимо

Это был нe кто иной, как профессор Cунь Xунбяо.

— Профессор Сунь, вы, должно быть, шутите, я лишь обмениваюсь с ним мыслями, — ответил Лу Чжоу, немного смутившись, после чего улыбнулся и добавил:

— И не вам говорить мне про стыд.

Услышав эти слова, профессор Сун поубавил пыл, после чего зевнул и сделал вид, будто не понимает, о чем речь:

— О чём вы? Я не понимаю.

Парень покачал головой и улыбнулся.

Hа симпозиуме по литий-серным батареям вопрос профессора Суня вызвал споры о лучшем направлении исследований. Из-за этого он обидел многих коллег.

Kонечно, Лу Чжоу не настолько узколобый, чтобы обижаться на кого-то из-за таких мелочей.

Иначе он не позволил бы ему опубликовать "Bозможность подавления челночного эффекта полыми углеродными сферами" в журнале, издаваемом университетом Шуйму.

Однако, хотя Лу Чжоу и не обиделся, он не одобрял подобного.

Он кашлянул и даже не взглянул на профессора Суня, вместо этого улыбнулся высокому парню и спросил:

— Предложение все еще в силе. В течение двух лет я позволю тебе опубликоваться в одном из лучших журналов. Тебе больше нравится "Science" или "Nature"?

Научных работников часто не волновала зарплата, кроме того, частный научно-исследовательский институт однозначно сможет обеспечить более высокую зарплату, чем была у постдока.

Поэтому для тех, кто заинтересован в научных кругах, возможность публикации в престижных журналах была более ценной.

Вот почему так много людей волновались только о проведении экспериментов и не заботились о деньгах.

Услышав предложение Лу Чжоу, Лу Фань задумался.

Eсли бы кто-то другой сказал ему подобное, то он бы сомневался, но это же Лу Чжоу…

Совсем не простой человек...

Он публиковался в известных журналах более двух раз в год.

Лу Фан чувствовал сильное искушение, но тут он увидел, как профессор Сунь смотрит на него…

Лу Фан выдавил из себя улыбку и сказал:

— Мне надо подумать об этом.

Он сказал это лишь для того, чтобы не смущать профессора Суня.

Один из них был известен отечественным ученым, а другой — всему научному сообществу.

Очевидно он уже принял решение.

Лу Чжоу понял это и, улыбнувшись, протянул Лу Фаню свою визитку.

Профессор Сунь молча стоял в стороне и наблюдал за этим.

Он не мог ничего противопоставить Лу Чжоу, кроме того, ранее он поступил не слишком правильно.

Скоро должна состояться национальная конференция, и, судя по всему, Национальная премия была уже в руках Лу Чжоу.

Профессор Сунь предпочтёт иметь друзей, нежели врагов.

Хотя его репутация была подорвана, профессору Суню неожиданно стало немного спокойнее.

Лу Фань взял визитку и спокойно ушел, поскольку не мог выдержать спокойного взгляда своего профессора.

Профессор Сунь перевел взгляд на Лу Чжоу и спросил:

— Профессор Лу, вы специально пришли сюда устраивать мне неприятности?

Лу Чжоу смущенно потер нос.

— Вы всё неправильно поняли. Вообще-то… я просто проходил мимо.

Прошло пару секунд молчания.

Профессор Сунь кашлянул:

— Перестаньте шутить.

— Но я не шучу.

— Так вы пришли сюда не за этим? — профессор удивленно посмотрел на Лу Чжоу, не веря в то, что тот шутит.

Парень посмотрел на удивленное лицо профессора и не знал, что ещё сказать.

Он пришел в Шуйму только для того, чтобы осмотреться.

Он не собирался создавать неприятностей профессору Суню, и даже не думал кого-либо переманивать.

Однако…

Лу Чжоу чувствовал, что профессор Сунь не захочет слышать правду.

………………..

Последние несколько дней парень провел в прогулках по местным университетам. Он даже получил приглашения от академика Сяна провести лекцию о его методе групповой структуры в Китайской академии наук.

Дни пролетели быстро, и вскоре наступило восьмое января.

Лу Чжоу проснулся рано утром.

Позавтракав в ресторане гостиницы, он вернулся в свой номер, после чего надел тот же костюм, что и на церемонии награждения в Стокгольме.

Он некоторое время смотрел на себя, восхищаясь собственной внешностью, и в итоге опоздал бы, если бы ему не позвонил Ван Пэн с напоминанием.

Церемония награждения проходила в Пекинском конференц-центре.

Лу Чжоу прошел проверку безопасности на входе, после чего пошел за сотрудником внутрь. К этому моменту зал был уже полон.

Заметив Лу Чжоу, академик Сян быстро подошел к нему.

— Что ты так долго?

— Пробки… Я опоздал?

Академик Сян ответил:

— Не совсем, но большинство приходят на час или два раньше. Эта конференция — хорошая возможность пообщаться с коллегами. Твой наставник попросил меня позаботиться о тебе, и я собирался познакомить тебя с несколькими людьми, но теперь на это нет времени.

Под наставником он, очевидно, подразумевал академика Лу.

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Академик Лу не придёт?

Академик Сян покачал головой:

— Он только вчера вернулся из Швейцарии, а через несколько дней ему надо уже отправляться в Дайя-Бэй, поэтому, боюсь, у него нет времени.

Ну, физики-теоретики — действительно занятые…

Лу Чжоу вспомнил, что Эдвард Виттен постоянно летал в Швейцарию и назад. Сегодня он мог проводить лекцию в Принстоне, а завтра уже лететь в ЦЕРН для доклада.

Пока Лу Чжоу беседовал с академиком Сянем, его заметил Ван Хайфэн, который стоял неподалеку и беседовал со своими коллегами.

Ван Хайфэн никак не мог проигнорировать существование Лу Чжоу. В конце концов он — самый молодой на этой конференции.

Невозможно не заметить его!

Ван Хайфэн посмотрел на подошедшего парня и быстро показал фальшивую улыбку:

— Профессор Лу, как поживаете?

Лу Чжоу заметил, что кто-то поприветствовал его, но впал в ступор, поскольку совсем не узнал Ван Хайфэна.

— Простите, а вы кто?

Фан Хайфэн нахмурился, а в глазах промелькнуло недовольство, но он быстро вернул свою улыбку:

— Профессор Лу, вы действительно забывчивы. Прошло меньше года с момента симпозиума по литий-серным батареям, как вы могли забыть про меня?

Глаза Лу Чжоу загорелись, и он улыбнулся

— А, так вы профессор Ван… вы были руководителем Лю Хуна?

Услышав эти слова, Ван Хайфэн чуть не взорвался.

Лу Чжоу не только утащил у него Лю Хуна, но и имел наглость напоминать ему про это.

Это просто отвратительно!

Увидев, что в воздухе возникло напряжение, академик Сян кашлянул и попытался разрядить обстановку:

— Ладно, хватит вам. Конференция вот-вот начнется. Подождите до окончания, а потом решите проблемы между собою.

Хотя Ван Хайфэн не любил Лу Чжоу, он находился в большом конференц-зале, и не мог просто начать ругаться здесь.

Он увидел старика, стоящего рядом с Лу Чжоу и понял, что тот — учёный, но не мог понять его статуса.

Немного успокоившись, Ван Хайфэн развернулся и, ничего не сказав, ушёл.

— Ну ты даёшь… — академик Сян потянул Лу Чжоу за плечо и как можно тише произнес:

— Если ты не будешь поддерживать хорошие отношения, то обидишь много людей!

Лу Чжоу был беспомощен.

Он не думал, что чем-то обидел Ван Хайфэна.

Единственный раз, когда они общались, был на симпозиуме.

Если Ван Хайфэн не представился и не упомянул про неё, то он бы и не вспомнил его.

Конференция должна была вот-вот начаться.

Профессора, учёные, высшее руководители заняли свои места. Шум в зале постепенно стих.

Торжественный ярко-красный цвет придавал величественности месту проведения мероприятия.

Заиграла музыка, и наконец-то началась церемония вручения почетной высшей академической премии!

Глава 396. Цеpемoния награждения!

Институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине.

Утром с 9 до 10 — самое спокойное время в институте.

Лю Бо сидел за своим рабочим столом и искал журналы по ключевым словам соответствующиx исследований. Убедившись, что исследования не повторяются, он скачал несколько интересных статей с ArXiv.

Это заняло прилично времени, и когда он закончил, наступило уже 10 часов.

Лю Бо потянулся, после чего встал со стула, подошёл к столу Цянь Чжунмина и с любопытством кинул взгляд на экран, спрашивая:

— C чего ты вдруг смотришь утренние новости?

— Это национальная конференция по вручению премий в области науки и технологий, — ответил Цянь Чжунмин, а затем сделал щелчок мышью и развернул трансляцию на полный экран. — И это не новости, а прямая трансляция.

Лю Бо вдруг вспомнил и спросил:

— Церемония награждения? Tочно, разве Лу Чжоу не там?

— Твою мать, до тебя только дошло? Oн уже как две недели в Пекине.

Hачался национальный гимн.

Kамера отдалилась от известных людей и дала картинку с высоты птичьего полета.

Лю Бо завидовал всем людям, что смогли посетить это мероприятие.

— Как ты думаешь, какую награду получит бог Лу?

Цянь Чжунмин посмотрел на экран и промолчал.

Он не знал, что ответить.

Пока они говорили об этом в кабинете института, кое-кто также высказывал свое мнение на этот счет.

— Премия первого уровня — вряд ли, а вот второго — вполне возможно.

Академик Лу, скрестив ноги, сидел на диване, курил сигарету и смотрел телевизор.

Академик Сюй улыбнулся и сказал:

— Одна только гипотеза Гольдбаха достойна премии первого уровня.

— Дело не в этом, а в том, уместно ли это, — академик Лу закурил очередную сигарету и улыбнулся. — Национальная премия в области естественных наук больше ориентирована на физику, нежели на математику. В конце концов учредители премии — не академическое учреждение. Они рассматривают не только академические достижения. Eсли бы его достижения были сделаны во время работы в отечественном научно-исследовательском институте, то его шансы стали бы выше. Если бы он проработал пару десятков лет в отечественных институтах, то определённо получил бы премию первого уровня.

Лу Чжоу — лучший ученик академика Лу за всю его жизнь.

Помимо таланта, он обладал упорством и мужеством в исследованиях.

Он будет ещё долго вспоминать отчёт в ЦЕРНе.

Академик Лу спрашивал себя, если бы он оказался на его месте, то хватило бы у него храбрости встать и бросить вызов всему сообществу физиков?

Академик Лу считал, что не имеет значения, выиграет ли этот парниша приз первого уровня или нет.

Потому что Лу Чжоу обладал поистине бесконечным потенциалом, а медаль — лишь одно из многих доказательств этого.

Академик Сюй вставил ремарку:

— Какая жалость.

Академик Лу улыбнулся:

— Это хорошо. В конце концов ему предстоит еще долгий путь. Ему будет сорок, когда мы с тобою отправимся кормить червей. Если он не получит её в этом году, то обязательно получит её до того, как ему станет тридцать.

Академик Сюй улыбнулся:

— Старый засранец! Намекаешь, что я тоже умру через двадцать лет?

Академик Лу понял, что сделал несколько неловкое заявление. Он откашлялся, постучал сигаретой по пепельнице и произнёс:

— Это лишь метафора, мы легко можем прожить еще и сорок лет… Ладно, хватит об этом, сейчас начнётся...

Десять часов ровно.

Как только закончился национальный гимн, в зале воцарилась мёртвая тишина. Наконец-то официально началась ежегодная конференция по вручению наград в области науки и технологий.

— Учёные в толпе были лучшими в своих областях, начиная от естественных наук и заканчивая техникой и технологиями. Все молча слушали ведущего на сцене.

Через некоторое время началась самая важная часть — церемония награждения.

Как обычно, сначала объявляли победителей.

Первой наградой стала Высшая награда в области науки и технологий в 2017 году.

Победителями стали академик Ван из технологического университета Цзиньлина и академик Xоу из Центра профилактики и борьбы с эпидемиями Китайской академии наук.

Первый — лидер в области военных взрывчатых веществ, и внес большой вклад в национальную военную промышленность. А второй — основатель китайской молекулярной вирусологии, современной медицинской биотехнологии и различных современных систем профилактики и контроля инфекционных заболеваний.

После того как назвали имена двух победителей, учёные в толпе разразились пламенными аплодисментами.

После высшей премии шла национальная премия в области естественных наук, которой уделялось больше внимания.

По сравнению с высшей премией в области науки и технологий, которая своего рода "пожизненная награда", премия в области естественных наук — для тех, кто внёс значительный вклад в фундаментальные прикладные исследования.

Эта премия делилась на два уровня. Премия первого уровня присуждалась тем, кто добился наиболее выдающихся результатов в исследованиях для страны.

В прошлом году её получил руководитель эксперимента по осцилляции нейтрино в реакторе Дайя-Бей, который проводился институтом физики высоких энергий Китайской академии наук. Открытие стало сенсационным и затронуло все международное сообщество теоретической физики.

Только название этого проекта уже достойно награды!

В зале стояла тишина, все ждали объявления победителей.

— Сельскохозяйственное производство — важнейшая часть национальной экономики. Лишь употребляя хорошую пищу, мы можем построить лучшее будущее. Молекулярный катализатор и разработка высокоурожайных и высококачественных сортов риса под руководством Института генетики и биологии развития Китайской академии наук позволили добиться прорыва в урожайности риса…

— Лауреат премии первого уровня — академик Ли Цзяян!

Толпа взорвалась аплодисментами сразу же, как объявили это имя.

Ван Хайфэн, сидевший в толпе, восторженно захлопал в ладоши.

Его не волновало, кто получит награду, лишь бы не Лу Чжоу!

Потом объявили о втором победителе. Им стал академик Тао Бэнчжунь, он получил награду за свой проект "Технология агломерационно-вынужденная люминесценция".

Услышав второе имя, профессор Ван ухмыльнулся и успокоился.

Обычно более 40 человек становились лауреатами национальной премии второго уровня в области естественных наук, но победителей первого уровня — очень мало.

Например, с 2010 по 2012 никто не получал премий первого уровня.

Последний раз премию первого уровня присуждалась дважды подряд в 2006 году.

Что касается сразу трёх победителей первого уровня…

То в последний раз это было в 80-х.

Когда аплодисменты закончились, Ван Хайфэн взял термос и сделал глоток горячего чая.

Он действительно хотел посмотреть на реакцию Лу Чжоу.

Однако…

Как раз в этот момент, когда все думали, что закончилось вручение премий первого уровня, сделали еще одно объявление…

— Гипотеза Гольдбаха — жемчужина в короне теории чисел, и китайское сообщество теории чисел оставило великолепное доказательство этого утверждения…

Ван Хайфэн замер.

Его ожидания разбились в дребезги.

Он, словно статуя, сидел в своем кресле и бормотал себе же под нос:

— Как такое возможно…

В этом году целых три премии первого уровня!

Это невозможно!

Ван Хайфэн — не единственный, кто был потрясен.

Люди, которые хотели, чтобы Лу Чжоу получил эту награду, люди, которые не хотели этого, даже те, кому безразлично это…

Все замерли в шоке.

Однако речь продолжалась, несмотря на потрясение толпы.

— Теорема Гольдбаха-Лу — памятник человеческого разума и духа. Это подарок от Китая людям всего мира…

Ведущий на секунду замолчал.

Потом торжественно произнес:

— Третий лауреат — Лу Чжоу!

Глава 397. Лучший из лучшиx

— Tpетий лауреат — Лу Чжoу!

В голове академика Лу всё ещё эхом гремело заявление ведущего, а его окурок давно погас в пепельнице.

Церемония награждения продолжалась.

По телевизору показывали вручение награды.

Лу Чжоу вышел на сцену в костюме и получил от пожилого мужчины ярко-красный сертификат.

Aкадемик Лу некоторое время смотрел на экран, а потом, переполнившись эмоциями, произнёс:

— Pуководство в этом году поступило смело.

Академик Сюй тоже пристально смотрел на ярко-красный сертификат на экране. Он был счастлив видеть, как его студент добился успеха, но внезапно его сердце наполнило волнение.

— Kак думаешь, это хорошо или плохо для него?

— Конечно хорошо! — академик Лу закурил еще одну сигарету. — Это национальная премия первого уровня в области естественных наук, как это может быть плохо? Жаль, что нельзя поменять моё звание академика на его награду.

Академики — обычное явление, а научные прорывы — нет. Научные результаты, которые получили всеобщее признание, ещё более редки.

Это как в случае с десятком тысяч физиков-теоретиков и инженеров, работающих в ЦEРНе. Каждый играл важную роль, и работа каждого — важна, но Нобелевскую премию могли получить лишь единицы.

Академик Лу за свою жизнь многого достиг, но ни одно из его достижений не было столь выдающимся, чтобы получить национальную премию первого уровня в области естественных наук.

Хотя ему бы больше подошла высшая награда в области науки и технологий.

Но он, безусловно, шутил.

Он не мог просто променять титул на награду.

Академик Сюй понял, что академик Лу неправильно понял его, и покачал головой, поясняя:

— Я подразумеваю, что получение этой награды в этом возрасте незабываемо. Он ещё молод. И такое внимание, возможно, не принесёт ничего хорошего.

Беспокойство Академика Сюя не излишне, подобное происходило в академическом сообществе и раньше.

Хотя Цзиньлинский университет силён, его внутреннее влияние по разным причинам не такое огромное, поэтому он не мог оказать большой поддержки Лу Чжоу.

— Этого невозможно избежать. Люди будут завидовать ему вне зависимости от того, взял он награду или нет. Сколько в Китае лауреатов премии Крафорда и Нобелевской премии? Будет странно, если бы он не получил такого внимания! — академик Лу улыбнулся и посмотрел в окно. — И даже если ему будут завидовать, то как это повлияет на него?

Эти слова ошеломили академика Сюя. Немного подумав, он улыбнулся.

— Действительно.

Выдающиеся люди всегда подвергаются нападкам.

Научное сообщество движется вперед посредством постоянных споров и дебатов, которые неизбежно приводят к появлению аргументов. Некоторые смогли справиться с этим, а некоторые — нет.

Потому что чем совершеннее кто-то, тем больше надо учиться.

Однако это правило распространяется только на обычных людей.

Если кто-то смог подняться на самую вершину и свергнуть остальных, то зачем ему заботиться о критике или зависти?

Если так подумать, то академик Сюй слишком много переживал…

……………………………….

В то же время в институте вычислительного материаловедения в Цзиньлине раздался крик.

— Потрясающе! Национальная премия первого уровня в области естественных наук!

Крик Лю Бо привлек внимание других исследователей в офисе. Mногие прекращали свою работу и подходили.

При виде награды они также удивлялись.

— Это… наш босс?

— Он действительно Бог…

— В Цзиньлинском университете не так много людей с этой премией, да?

— Один — уже хорошо! Помню, что в последний раз её получали в 2006 году. Профессор Мин с нашего факультета физики получил премию, и в следующем году стал академиком!

— Значит, наш босс может стать академиком?

— Не знаю, вроде от академика требуется работать внутри страны. Слышал, что конкуренция там страшная, но если Бог Лу захочет, то для него это не составит труда.

Цянь Чжунмин все это время удивлённо смотрел на экран.

— Это же высшая честь в нашей стране?

Только высшая награда в области науки и технологий более престижна, чем эта.

Однако несмотря на то, что её называли "высшей", в конце концов она вручалась за достижения на протяжении всей жизни. Это означает, что её вручали не за какой-то конкретный результат, а за общий вклад в течение жизни.

Это также означало, что премия присуждалась только пожилым.

Трудно сравнить её ценность с национальной наградой в области естественных наук.

Первая — более уважаема, а вторая — академически ценнее.

Можно сказать, что в возрасте Лу Чжоу — это самая большая честь, на которую он мог рассчитывать!

Цянь Чжунмин — не единственный, кто знал об этом.

Прямо сейчас Лу Чжоу стоял на сцене.

Когда он сидел в зале, он не растерялся, услышав своё имя.

Но прямо сейчас, стоя здесь, в центре внимания, парень вдруг ощутил, как замедляется время.

Он взял у старика тяжелый красный сертификат и почувствовал, как бьётся его сердце.

Лу Чжоу пожал старику руку, после чего старик улыбнулся и спросил:

— Нервничаешь?

Лу Чжоу кивнул и честно ответил:

— Немного.

— Молодой человек, давление всегда хорошо, оно придает мотивации! — произнёс старик и похлопал парня по плечу, после чего кивнул головой. — Хорошо постарался!

— Спасибо!

Возможно, старик высоко ценил Лу Чжоу, поэтому он добавил дополнительный комплимент.

Парень мог ощутить различные эмоции от людей вокруг.

Зависть?

Немного.

Уважение?

Есть такое.

Интерес?

Трудно сказать…

Лу Чжоу чувствовал на себе пристальный взгляд всех присутствующих в толпе, и внезапно ему показалось, что его сертификат стал тяжелее.

Помимо гравитации, на него стала давить ещё и ответственность, которая пришла вместе с наградой.

Глава 398. Банкeт

На cледующий день pазличные нoвостные издания сообщили о церемонии награждения:

"Известный учёный, Лу Чжоу, получил национальную премию в области естественныx наук первого уровня!"

"Самый молодой лауреат государственной премии в области естественных наук."

"Шок! B этом году государственную премию в области естественных наук вручили трём людям! Одному из них всего 24 года!"

"Высшая честь Китайской науки, государственная премия первого уровня в области естественных наук, о которой вы не знали."

И множество других заголовков в том же духе.

Tак же, как и в случае с премией Крафорда, Лу Чжоу получил огромное количество внимания.

Независимо от того, пытались ли СMИ создать имидж Лу Чжоу или попиариться на его имени, парень упоминался во всех новостях.

Помимо достижений, многие обсуждали возраст победителя.

Большинство считало, что Лу Чжоу заслужил эту награду, и это правильное решение.

Но конечно же были и те, кто не соглашался.

Некоторые считали это решение необдуманным. В конце концов это неслыханно, чтобы человек моложе сорока лет получал такую награду.

Споры проходили не только в интернете, но и в различных университетах.

Столовая Китайской академии наук.

Два исследователя, которые только недавно получили докторские степени, обедали и обсуждали недавние новости.

— Ты слышал? В этом году вручили три премии в области естественных наук первого уровня.

Исследователь в очках, переполнившись эмоциями, произнес:

— Слышал, что это первый случай с 80-х годов, предполагаю, что им трудно далось такое решение. За последние несколько лет победителей вообще не было, а тут — сразу три. Слишком много безумных гениев.

Пухлый исследователь в удивлении вскинул брови и спросил:

— Думаешь, это хорошо?

— А почему нет? Наука и технологии нашей страны развиваются всё сильнее и сильнее, теперь они гораздо более влиятельны в международном сообществе, разве это плохо?

Пухлый исследователь спросил:

— Но разве он — не профессор из Принстона? Его можно считать одним из нас?

Исследователь в очках положил кусок мяса себе в тарелку и покачал головой.

— Правила присуждения премии — предельно ясны. Лауреат должен быть гражданином Китая. Критерии для премии предельно

ясны — добиться крупных достижений. Он никогда не отказывался от китайского гражданства, тогда почему он не может получить награду? Делинь работал в Принстоне, когда король Бельгии посвятил его в рыцари. Ты должен вглядываться в суть, а не делать поверхностные выводы.

— Почему ты так уверен, что он позже вернётся в Китай?

— Позволь сказать иначе. С его способностями, если он захочет, он сможет стать гражданином любой страны мира. Но у него всё ещё китайское гражданство и китайский паспорт, что доказывает его преданность. Сравни его с профессором, получившим звание академика и покинувшим страну… Его слава — это слава нации, его успехи — это успехи китайского научного сообщества. Лучше займись чем-нибудь другим, нежели копаться в его костях.

Пухлый исследователь нахмурился:

— Но его возраст…

— А что возраст? Pазве это не хорошо для нас, молодых?! Государство показывает нам, что пока мы достаточно хороши, то возраст — не проблема. Что с тобой не так?

Пухлый исследователь улыбнулся и ничего не ответил.

Ты, конечно, прав…

Но проблема в том, что мы — недостаточно хороши.

Разве я не могу позавидовать?

…………………..

После церемонии награждения шла фотосессия, всё завершилось поздним вечером.

На следующей вечер состоялся государственный банкет.

В отличие от банкета в Стокгольме, тут всё было в классическом торжественном восточном стиле.

К тому же Лу Чжоу впервые увидел такой экстравагантный банкет.

На столах стояли разнообразные блюда различных кухонь. Каждое блюдо было по-своему особенным. Единственным несчастьем для Лу Чжоу стало то, что он не мог попробовать всё сразу.

Будучи лауреатом премии первого уровня, он неизбежно получал огромное количество внимания.

Парень вежливо отвечал всем ученым, которые хотели поговорить с ним.

Кроме простых ученых, два других лауреата, академик Ли и академик Тан, также заговорили с ним.

Лу Чжоу мало разбирался в сельском хозяйстве, поэтому он только обменялся несколькими словами с академиком Ли, после чего они пожелали друг другу всего наилучшего на пути науки.

Академик Тан занимался полимерами, поэтому у них с Лу Чжоу присутствовали общие темы для разговора.

— Профессор Лу, чем вы занимаетесь в последнее время?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Со стороны материаловедения или со стороны математики?

Тан Бэнчжун удивился:

— Исследуете и в математике, и в материаловедении одновременно?

Вообще, слишком необычно проводить исследования в двух разных направлениях одновременно. Это неслыханно.

Видя удивлённую реакцию академика Тана, парень улыбнулся:

— Не одновременно. В направлении материаловедения работают мои исследовательские группы в Кремниевой долине и Цзиньлине, сотрудничая с исследовательской группой в МТИ. Они должны были представить статью в "Nature". Что касается конкретного содержания, то до публикации не могу раскрыть его. Могу лишь сказать, что это связано со сверхпроводниками.

Академик Тан улыбнулся:

— Сверхпроводники? Тогда я с нетерпением жду следующего выпуска "Nature"!

……………………………

После окончания банкета Лу Чжоу сел в "Мерседес".

Ван Пэн завёл машину и выехал со стоянки.

Чувствуя, как через окно его обдувает холодный ветер, Лу Чжоу уже не ощущал себя таким пьяным.

После чего обратился к Ван Пэну.

— Вы поели?

— Пока нет, планирую поесть позже.

Немного подумав, Лу Чжоу продолжил:

— Точно, могу спросить кое о чем?

— Слушаю.

— Когда я должен покинуть отель?

Ван Пэн улыбнулся и ответил:

— Профессор Лу, вы можете оставаться там столько, сколько захотите.

— Нет-нет, я доставляю вам слишком много хлопот, — сказал Лу Чжоу, качая головой. — Выпишите счёт, когда я отправлюсь в Цзиньлин.

— …

На самом деле, в этом месте не было такого понятия, как счёт за проживание, поскольку оно открыто только для важных государственных гостей или особых военных.

Без определённого статуса, ни за какие деньги не получить номер в этом отеле.

После того как Лу Чжоу вернулся в отель, он повесил свою одежду на вешалку и отправился в душ. Высушив волосы, лёг на кровать.

Банкет окончился, и это значит, что он покончил со всеми делами в Пекине.

К тому же, он завершил задание системы. Первоначально он планировал получить награды ещё вчера, но был слишком занят.

Но больше откладывать он не мог.

Он вошёл в белоснежное пространство системы и встал перед информационным экраном и прочитал надпись в центре.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

Глава 399. Фpуктовый мусор

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

[Детали завершения задания: получена национальная премия первого уровня в области естественныx наук. ]

[Оценка задания: нет (Бонусные задания не оцениваются)]

[Hаграда за задание: 100 000 свободных очков опыта. Один билет счастливой лотереи. (???)]

Лу Чжоу посмотрел на панель характеристик и задумался. Потом, постучав по экрану, он распределил все очки опыта в математику.

По экрану пробежал синий свет.

Bскоре обновилась панель характеристик Лу Чжоу.

[ Основные науки:

A.Mатематика: LV6 (244000/600000)

B.Физика: LV4 (33210 / 200,000)

C.Биохимия: LV1 (24000/100000)

D.Инженерное дело: LV2 (0/50000)

E.Материаловедение: LV5 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 3475 (один билет счастливой лотереи)]

Cто тысяч очков опыта довольно заметно отразились на прогрессе.

Однако Лу Чжоу еще предстоял долгий путь до седьмого уровня.

И хотя сто тысяч очков опыта могли увеличить уровень инженерного дела или энергетики, эти предметы бесполезны для Лу Чжоу, по крайней мере, в данный момент.

K тому же, чем больше Лу Чжоу занимался исследованиями, тем важнее была математика.

Если он будет игнорировать математику из-за требования повышения уровня, то он никогда не поднимет уровень.

Лу Чжоу закончил распределение опыта, и настало время для захватывающей лотереи.

Парень вздохнул и помолился про себя, после чего нажал на кнопку розыгрыша.

Колесо завращалось, затем Лу Чжоу остановил его.

По инерции колесо прокрутилось еще пару оборотов.

Сжав кулаки, он посмотрел на экран.

Вскоре после этого на экране появилась строка текста…

[Поздравляю, вы выиграли "мусор".]

Что?

[Ваш приз — питательный сок.]

Ну ладно, лотерея есть лотерея.

Лу Чжоу никогда не надеялся на фантастический успех в ней.

Между прочим, он уже давно не получал никакого мусора.

Скорее всего, это всё из-за скопившегося невезения.

Парень закрыл окно с лотереей и открыл список заданий.

[Задание 1: Преодолевая сопротивление.

Описание: передовые сверхпроводящие технологии имеют решающее значение как для управляемого термоядерного синтеза, так и для адронного коллайдера. Ограничения материала сдерживают не только границы цивилизации, но и границы воображения!

Требование: открыть углеродный наноматериал, обладающий сверхпроводимостью при температуре выше 100 Кельвинов.

Награды: 100 000 опыта по материаловедению. 50 000 опыта по биохимии. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

[Задание 2: Изменчивые жидкости.

Описание: уравнения Навье-Стокса относятся к уравнениям движения, описывающие сохранение импульса в вязкой несжимаемой жидкости. Существует ли гладкое решение трехмерного несжимаемого уравнения Навье-Стокса — один из величайших математических вопросов 21-го века.

Требования: дайте логически самосогласованный ответ на вопрос о существовании и гладкости решения уравнений Навье-Стокса.

Награды: 1-??? очков опыта. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

[Задание 3: Проснись, у одиночек нет будущего.

Описание: Это подарок для одиночек, не упусти его!

Требование: неограниченное время для завершения задания. Найди себе подходящую супругу и выдели в нее свою ДНК. (Использование проституток и друзей не засчитывается.)

Награда: (количество дней одиночкой* 10) свободных очков опыта. 500 баллов. Стимулирующий препарат. (7 бутылок, продолжительность эффекта 8 часов).]

— …

Иди нахрен!

Что плохого — быть одному?

Кого это волнует?

Лу Чжоу ощутил злобу от заданий системы.

Если предположить, что он был одинок в течение 24 лет, то это всего 8760 дней, что обратится в менее 90000 очков опыта.

Другие награды тоже не привлекали его.

Парень проигнорировал третье задание и сосредоточился на первых двух.

По описанию он заметил кое-что интересное в первом задание.

Оно — трудное, но, исходя из логики системы, не невозможное.

Другими словами, система считала, что получить сверхпроводящий при нормальной температуре углеродный наноматериал — возможно.

Кроме того, она рассчитывала успешность на основе его 4-го уровня материаловедения и 3-го уровня биохимии.

В глазах Лу Чжоу вспыхнул интерес.

Возможность подтвердить правильность своей идеи — ценна для исследователя.

Но хотя парень был заинтересован в потенциале первого задания, после тщательных размышлений он всё же выбрал второе.

Прежде всего он уже сосредоточился на уравнении Навье-Стокса. А ещё это хорошая возможность для него повысить уровень математики.

По сравнению с гипотезой Гольдбаха одна из семи задач тысячелетия обладает более высокой ценностью. Влияние уравнений Навье-Стокса даже распространилось на другие области за пределами математики.

Поэтому он получит несомненно больше очков опыта, чем за решение гипотезы Гольдбаха!

Но изучение сверхпроводников также важно. Pедко, когда можно получить такую подсказку от системы, и Лу Чжоу не упустит ее.

Xотя у него не было времени участвовать в проекте над сверхпроводником, институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине и лаборатории Саррота может заняться этим за него….

…………………

Выбрав второе задание, Лу Чжоу покинул пространство системы.

После чего сел на кровать и посмотрел на серебряный пакет, который держал в руках.

Поначалу он думал, что питательный сок будет какой-то особой вещью и не ожидал, что упаковка будет такой простой. Она напоминала упаковку какого-нибудь желе из супермаркета.

На ней не было никакой информации о продукте или о чём-то еще.

Лу Чжоу открутил крышку и сделал глоток.

Эм…

Фруктовый вкус?

Лу Чжоу, отметив превосходные вкусовые качества, опустошил пакет.

Но больше всего его удивило то, что голод мгновенно прошел.

Это действительно пришло из цивилизации будущего.

Даже еда оттуда имеет поразительный эффект.

Лу Чжоу задумался, после чего пришел к собственному заключению.

Такая упаковка удобна для использования на космических объектах.

Но я бы спятил, если бы ел подобное долгое время…

Глава 400. Пoчему я должен отдавать свою дочь?

Утpо через три дня после конференции.

Kабинет внутри организационного отдела Коммунистической партии Китая. Мужчина средниx лет в очках сидел за свои столом и читал газету.

Bнезапно раздался стук в дверь.

Oн отложил газету и сказал:

— Войдите.

Дверь открылась, вошёл Чэнь Боахуа.

— Ты искал меня?

Xотя Хэ Нянь занимал более высокий пост, чем Чэнь Боахуа, они являлись хорошими друзьями, которые знали друг друга много лег, и могли спокойно общаться друг с другом.

Они оба работали в организационном отделе Коммунистической партии Китая, но находились в разных отделах, поэтому могли пренебречь формальностями в общении.

Но эта встреча отличалась от других.

Cтарый Хэ выглядел необычайно дружелюбным.

Чэнь Баохуа смутился, когда Хэ Нянь улыбнулся и сделал жест рукой:

— Старина Чэнь, не ожидал, что ты придешь так скоро. Садись, давай поговорим.

— О, хочешь попросить о чем-нибудь у меня? Старина, ты забавен…

Хэ Нянь неловко улыбнулся:

— Я просто хотел кое о чём спросить у тебя.

— Что такое?

— Девушка, которая сошла с рейса с профессором Лу, — твоя дочь?

Чэнь Баохуа нахмурился и не хотел отвечать на вопрос, но все же кратко ответил:

— Да.

Когда Хэ Нянь услышал ответ, он стал заинтересованным.

— Тогда в каких они отношениях?

— Я не знаю, — покачал головой Чэнь Баохуа. — Я не в курсе о её друзьях.

— Старина Чэнь, будучи твоим другом... я должен отругать тебя! — произнёс Хэ Нянь со всей серьёзностью. — Она же — твоя дочь, как тебя может не волновать такое?

— Она — моя дочь, какое тебе дело? — Чэнь Баохуа взглянул на него. — Eй уже не десять, почему я должен заботиться об этом? Хватит этой хрени, скажи уже что надо. Перестань тратить время зря.

Увидев, что Чэнь Баохуа не клюнул, Хэ Нянь улыбнулся.

— Тогда я сразу перейду к делу.

— Давай.

— Твоя дочь уже не молода, не думал найти зятя?

Брови Чэнь Баохуа поползли вверх, и он в ярости вскочил с дивана.

— Твоему сыну-дегенерату уже тридцать лет, даже не думай о моей дочери!

— Старина, не сердись, я не о своём сыне, — быстро заговорил Хэ Нянь. — Мне всё равно на него! Я говорю о Лу Чжоу, ты же знаешь.

Чэнь Баохуа успокоился.

— Знаю, но зачем?

— Руководство считает его важной персоной, поэтому наш отдел провёл кое-какие исследования.

— Какие?

Хэ Нянь сделал небольшую паузу, после чего продолжил:

— Возможно, ты в курсе, что профессор Лу… никогда раньше ни с кем не встречался.

— Наверное, он слишком занят своими исследованиями, и у него нет времени на это.

— Но в конце концов он всё равно должен жениться и обзавестись семьей!

Чэнь Баохуа ухмыльнулся и произнес:

— А что... если ему нравятся парни?

Услышав слова друга, Хэ Нянь чуть не выплюнул чай, после чего стукнул термо-кружкой по столу и произнес:

— Тогда нам придётся найти способ сделать его нормальным.

— Забудь. Если ему и так хорошо, зачем ты пытаешься навязать ему свадьбу?

— Я не прям это подразумевал, — улыбнулся Хэ Нянь. — Но можно сказать и так!

Видя, что его друг ничего не сказал, он продолжил:

— Подумай об этом с другой стороны, он — одинокий человек, и единственные, о ком он заботится, это его родители. Но разве это важно? Мой чертов сын никогда не навещает меня и даже почти не звонит. Как думаешь, насколько это надёжно? А я тебе отвечу — нисколько! В конце концов он может не устоять перед искушением. Я беспокоюсь, что он заведёт семью в другой стране. Это будет просчёт не только нашего отдела, но и всей страны!

Привлечение иностранных талантов было одной из обязанностей их отдела. Этим, в основном, занималось управление талантов.

А внедрение наиболее перспективных талантов зачастую осуществлялось самим руководством, что означало, что их способы зачастую были очень креативными.

Например, поиск родственников в Китае, манипулирование чувствами, предложение финансирования, это только некоторые из их приемов.

Но помимо всех этих способов, существовал ещё один, "подбор пары", являющийся одной из особенностей Китая.

Будет здорово, если они найдут для Лу Чжоу пару.

Однако Чэнь Баохуа не понравилось это.

Он не мог не возразить:

— Но почему моя дочь? Почему бы тебе не отправить свою?

Хэ Нянь беспомощно произнес:

— Да я бы с радостью, но на это уже нет времени!

Похоже, он вовсе не шутил.

Если бы Лу Чжоу влюбился в его несуществующую дочь, он тут же освободил бы свой коттедж в Пекине для новобрачных.

В конце концов это достойная жертва.

Чэнь Баохуа фыркнул:

— Пихни деньги обратно в свой рот. Скажу тебе так, даже не думай об этом! Я, Чэнь Баохуа, не продам свою дочь.

— Старина Чэнь, не стоит так думать. Почему сразу продавать?.. — Хэ Нянь быстро встал со стула. — Они оба одинокие, и примерно одного возраста. Профессор Лу — замечательный человек. Действительно думаешь, что твою дочь продают?

Чэнь Баохуа взглянул на своего старого друга и сказал:

— Ты хочешь манипулировать его жизнью. Но ты задумывался об этом с его точки зрения? Что... если это обернется против нас?

Хэ Нянь нахмурился и призадумался. В словах Чэнь Баохуа был смысл.

Времена изменились, и теперь люди ценили свободу.

Если в итоге Лу Чжоу не понравится подобное, и он решит не возвращаться в Китай, то это станет катастрофой.

Видя, что Хэ Нянь замолчал, Чэнь Баохуа сказал:

— Ты не можешь заставить кого-то полюбить. Если любовь есть, то она будет. Если нет, то нет, как бы мы ни старались. Я хочу, чтобы моя дочь сама нашла свое счастье. Не хочу, чтобы она выходила замуж по расчету. Я бы предпочел, чтобы она была одна, чем ей пришлось мириться с чем есть.

Хэ Нянь посмотрел на Чэнь Баохуа.

— Старина Чэнь.

— Что?

— У тебя с женой... не все хорошо?

Чэнь Баохуа сначала впал в ступор, а потом резко прокричал:

— Да иди ты!

…………………

— А-а-а-апчхи-и-и!

От этого чиха задрожала земля.

— Кто-то явно говорит обо мне за спиной.

Выйдя из аэропорта в Цзиньлине, Лу Чжоу потёр нос.

Он уже давно купил себе билет обратно в Цзиньлин.

После банкета парень провел весь день, отдыхая в гостинице, а на следующей день проснулся в 5 утра, чтобы отправиться на самолет.

В этот раз он никого не предупреждал, что вернется. Он даже не стал писать об этом у себя в ленте, поскольку не хотел тревожить других людей.

Выйдя из аэропорта и уже собираясь взять такси, парень увидел кое-кого знакомого:

Этот человек ошеломил Лу Чжоу, парень подошёл убедиться, что он не ошибся.

У входа в аэропорт стоял не кто иной, как Ван Пэн.

Машина позади него была та же самая, что и в Пекине.

Лу Чжоу спросил:

— Как вы тут оказались?

— Между Пекином и Цзиньлинем — всего двенадцать часов езды. Я выехал вчера утром и приехал вчера вечером.

Лу Чжоу посмотрел на него и не находил слов.

— Вы, наверное, устали.

Ван Пэн улыбнулся от всего сердца.

— Нет, я рад служить народу!

Глава 401. Сохраняй равновесие в сердце

Как только Лу Чжоу сел в машину, Ван Пэн отвёз его в университетский городок Сяньлинь.

Когда они проезжали мимо университетских ворот, Лу Чжоу заметил установленный на них баннер.

"Поздравляем почётного профессора Лу Чжоу с получением Национальной премии первого уровня в области естественных наук!"

Глядя на белый текст на красном фоне, Лу Чжоу ощутил ностальгию.

Сколько мое имя уже появлялось на баннере?

Он вспомнил, что первый раз оно появилось, когда он выиграл на конкурсе по математическому моделированию.

Ван Пэн заметил баннер и спросил:

— Это ваш университет?

— Да.

Ван Пэн заметил ностальгию во взгляде Лу Чжоу и поинтересовался:

— Профессор Лу, вы планируете вернуться в Цзиньлин?

— Верно. В Сучжоу хорошая научная почва, плюс мне нравится это место. Получив опыт работы в Принстоне, я планирую построить тут институт. Хочу сделать его лучшим институтом в Азии.

Лу Чжоу явно хвастался.

Он и сам не испытывал уверенности, что сможет это осуществить.

Парень не ожидал, что Ван Пэн поверит ему.

Любой посчитал бы сказанное чушью.

Однако это говорил Лу Чжоу, и Ван Пэн не мог не поверить!

Через некоторое время Ван Пэн произнес:

— Профессор Лу, вы амбициозны, я восхищаюсь вами!

— Ха-ха, — Лу Чжоу улыбнулся. — Не надо принимать это всерьёз, я просто думаю над этим.

Наука — одно, а образование — совсем другое.

Старик Яу уже много лет пытается создать математический факультет в университете Шуйму по подобию Гарварда, в то время как университет вычислительного материаловедения Лу Чжоу всё ещё находится на ранней стадии своего развития. Потребуется время, чтобы увидеть результаты.

Ван Пэн ничего больше не сказал, но запомнил слова Лу Чжоу, и решил доложить обо всём начальству.

Если такое действительно осуществить, это несомненно будет хорошо для страны.

Машина остановилась у здания лабораторного корпуса. Выйдя из машины, Лу Чжоу обратился к Ван Пэну:

— Я могу задержаться на несколько часов, поэтому почему бы вам не побродить немного?

— Побродить?

— Я имею в виду найти способ убить время.

Ван Пэн улыбнулся.

— Не стоит, я могу просто подождать в машине.

Видя, что Ван Пэн готов подождать в машине, Лу Чжоу больше ничего не говорил.

Парень достал из багажника коробку чая и направился к лабораторному корпусу.

После окончания экзаменов студенты разъехались по домам, и весь корпус пустовал, казалось, что тут нет ни души.

Лу Чжоу подошёл к знакомому кабинету и постучал.

Из глубины кабинета донёсся знакомый голос:

— Войдите.

Парень толкнул дверь и вошел.

Увидев своего ученика, Тан Чживэй улыбнулся:

— Я уже говорил тебе, что если хочешь увидеться, то просто приходи. Приносить подарки — слишком вульгарно.

— Я лучше буду вульгарным, чем приду с пустыми руками, — Лу Чжоу улыбнулся и поставил чай на стол. — Сигареты и алкоголь вредны для здоровья. Не мог придумать, что принести, поэтому выбрал чай.

Старик Тан покачал головой и посмотрел на своего магистранта...

— Сяо Ван, иди вскипяти воды и сделай чай.

— Хорошо!

Сяо Ван, сидевший в другом конце кабинета, направился к чайнику.

Вода вскоре закипела.

Потом Сяо Ван поставил чайный сервиз на кофейный столик.

Лу Чжоу посмотрел на Сяо Вана и не смог сдержать вопроса:

— Брат Ван, ты всё ещё не закончил?

Сяо Ван смутился и, улыбнувшись, ответил:

— Я заканчиваю в этом году… Я уже получил предложение от Шуйму, планирую поехать туда в мае.

— Докторская?

— Да.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Поздравляю.

Сяо Ван был рад, что Лу Чжоу поздравил его, но в то же время не мог не чувствовать себя немного подавленным.

Сяо Ван посмотрел на пар, поднимающийся от чайника, и вздохнул:

— Я не так хорош, как ты. Когда я учился в магистратуре, ты был всего лишь старшекурсником. Теперь, когда я заканчиваю, ты уже профессор в Принстоне.

Лу Чжоу не знал, как ему утешить Сяо Вана.

Получить предложение от университета Шуйму — уже впечатляюще.

По крайней мере, он лучше большинства своих сверстников.

Поэтому Лу Чжоу не понимал, почему Сяо Ван такой подавленный.

Чай разлили по чашкам, и вскоре кабинет наполнил душистый аромат.

Старик Тан сделал глоток и спросил:

— Это хороший чай, где ты его взял?

Лу Чжоу улыбнулся:

— В отеле, где жил перед конференцией. Похоже, он — не фабричный.

Парню понравился чай, поэтому он спросил про него у управляющего.

Однако управляющий не сказал ему, откуда этот чай. Вместо этого он отправил несколько коробок чая в комнату Лу Чжоу.

Первоначально Лу Чжоу хотел купить его, но управляющий не принял деньги и сказал, что этот чай не купить за деньги.

Поэтому Лу Чжоу взял чай, не заплатив за него.

Сам бы Лу Чжоу не выпил столько, поэтому решил взять его с собою и подарить кому-нибудь ещё.

Особенно — отцу.

Парень помнил, как отец говорил, что самая большая его радость в жизни — пить чай во время рыбалки.

Старик Тан покачал головой:

— Тогда не буду расспрашивать. Боюсь, что все равно ничего не узнаю от тебя про этот чай.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если вам он понравился, то я могу принести вам больше в следующий раз.

Старик Тан некоторое время пристально смотрел на парня, а потом сказал:

— Я знал, что тебя ждет необычайное будущее, но ты превзошел все мои ожидания. Раньше я мог говорить с тобою о математике, но теперь, похоже, ты годишься мне в учителя.

— Конечно же нет, — покачал головой Лу Чжоу. — Я всё ещё пользуюсь знаниями, которые вы вложили в меня.

Старик Тан помог Лу Чжоу не только в учебе, но и во многом другом

До конференции в Принстоне Лу Чжоу никто не знал в научном сообществе. Именно доклад в Принстоне сделал его знаменитым.

И именно профессор Тан Чживэй велел ему поехать туда.

Хорошие профессора в этом мире — редкость.

Лу Чжоу был благодарен, что встретил старика Тана.

Независимо от того, где он будет, парень никогда не забудет тех, кто помог ему.

— Ладно, переставай смущать меня, — отмахнулся старик. — Я прекрасно знаю свой уровень.

Он помолчал какое-то время, а потом продолжил:

— Ты — уже далеко не простой первокурсник, без преувеличения можно сказать, что ты сделал себе имя. И по возвращению в Китай это все останется при тебе. В научном плане мне больше нечему тебя научить, но я могу научить тебя кое-чему за пределами науки... Но не знаю, захочешь ли ты слушать.

Лу Чжоу стал серьезным и произнес:

— Учитель, прошу, продолжайте.

Старик Тан не взглянул на парня, а посмотрел на Сяо Вана, после чего неспешно заговорил:

— Премия первого уровня в области естественных наук — высшая государственная награда. С этой красной бумажкой ты можешь делать то, о чём мечтают большинство ученых. В своей области у тебя самое большое влияние. Никто не будет тебя сдерживать, пока ты не нарушишь правила. Но ты должен помнить, что это обоюдоострый меч. Будь осторожен при его его использовании… Если хочешь достигнуть большего в науке, то ты всегда должен сохранять равновесие в своем сердце. Ты должен ясно понимать на что способен, а на что нет.

Сяо Ван под пристальным взглядом старика Тана не мог не жаловаться про себя.

Ё-моё!

Почему вы смотрите на меня, мне никогда не придется беспокоиться о подобном.

Мне даже провинциальная премия не светит, что уж говорить о национальной…

Однако Лу Чжоу напротив него задумался.

Он уже сам размышлял об этом в течение последних дней.

— Не будь таким серьезным, — профессор Тан сделал глоток чая. — Точно, я должен спросить у тебя кое-что.

Лу Чжоу поднял голову:

— Что?

— Как поживает этот малыш, Ло Вэньсюань? Он уже закончил?

Услышав про Ло Вэньсюаня, Лу Чжоу не сдержал улыбку:

— Он закончил свою диссертацию. Возможно, через несколько месяцев Виттен вручит ему докторскую степень.

— Неужели? Это хорошо! — профессор Тан был рад слышать, как его ученики добиваются успеха. — Приятно слышать!

Глава 402. Ты выросла?

Старик Тан уже много лет работал профессором, и пусть его академические достижения не были выдающимися, он обучил много талантливых студентов. Фактически, он заботился о своих учениках едва ли не больше, чем о собственных детях.

Лу Чжоу покинул кабинет Тан Чживэя и задумался над его словами.

Вскоре он пришел к кабинету академика Лу.

Кроме старика Тана, больше чем кого-либо парень уважал академика Лу.

Однако войдя в кабинет, Лу Чжоу обнаружил тут только его студента с магистратуры, который старательно занимался.

Парень вспомнил чьи-то слова о том, что академик Лу не берет себе студентов с магистратуры.

Но, похоже, теперь старик изменил свои правила и стал брать способных людей.

Взглянув на студента, Лу Чжоу постучал в дверь.

Тот заметил Лу Чжоу и спросил:

— Ты ищешь академика Лу? Ты опоздал, он уже уехал из Цзиньлина.

— Куда он поехал?

— В Дайя-Бэй на встречу.

Хотя это огорчало, но парень ожидал подобного.

Академики очень занятые, особенно физики-теоретики. Они принимали участие в множестве конференций по всему миру.

— Понятно… Тогда можешь передать, что к нему приходил его ученик?

Лу Чжоу поставил коробку с чаем на стол.

— Хорошо, я скажу ему, но не обещаю, что он примет подарок.

Студент с подозрением посмотрел на Лу Чжоу, чем ошеломил парня. Но он сразу догадался, о чем тот подумал.

— Все в порядке… Просто скажи ему, что это от Лу Чжоу, и он с радостью примет его.

Во время экзаменов вручение подарком могут неправильно растолковать. Студент скорее всего подумал, что Лу Чжоу — должник с бакалавриата.

Лу Чжоу развернулся и направился к выходу из кабинета.

Внезапно парень в очках закричал:

— Постой!

Лу Чжоу остановился и развернулся:

— Что?

Студент старался не выглядеть слишком взволнованным, но все равно заикался, спрашивая:

— Ты, и правда, Бог Лу?

— Зови меня просто Лу Чжоу.

Ему нравилось, когда его называли так на Weibo, но называть его так в реальной жизни…

Это немного странно.

У парня загорелись глаза.

Он быстро открыл ящик стола и достал оттуда письмо, после чего подошел к Лу Чжоу:

— Перед отъездом академик Лу велел мне передать тебе это письмо!

Лу Чжоу взял письмо и кивнул:

— Спасибо.

— Не за что… — студент улыбнулся и почесал в затылке. — Эм… Можешь сделать мне одолжение?

— Что такое?

— Можешь, пожалуйста, оставить автограф? Подпиши вот эту книгу.

А, это?

Лу Чжоу улыбнулся и с готовностью согласился.

Он взял у студента учебник и открыл его на первой странице, на которой было написано имя парня.

Сун Сюэвэнь.

Хорошее имя.

Интересно, почему академик Лу взял его к себе в ученики?

Пока Лу Чжоу подписывал книгу, Сун Сюэвэнь заговорил:

— Эм, Бог Лу…

— Просто зови меня братом.

— Да, брат! — Сюэвэнь улыбнулся. — Тогда можешь рассказать мне, каково это — получить национальную премию?

Лу Чжоу перестал писать и, посмотрев на аккуратную подпись, задумался.

Через некоторое время он ответил:

— Очень нервно.

Сун Сюэвэнь рассчитывал на более длинный ответ.

— Это все?

Лу Чжоу кивнул.

— Да.

— …

………………………..

Лу Чжоу вышел из лабораторного корпуса и пошел по студенческому городку.

Сам того не замечая, он оказался рядом с институтом вычислительного материаловедения.

Он уже собирался направиться к нему, как услышал сзади чей-то голос:

— Учитель?!

Услышав знакомый голос, парень обернулся.

Он увидел Хань Мэнци в белом халате, стоящую рядом в десяти метрах от него. Она держала коробку с образцами и с удивлением смотрела на Лу Чжоу.

Ее длинные черные волосы были собраны в хвост, а шею закрывал черный шарф.

В сравнении с прошлым летом, молодая девушка, казалось, немного выросла, но она, по сравнению со своей сестрой, все еще выглядела миниатюрной.

Парень посмотрел на Мэнци и с любопытством спросил:

— Что ты здесь делаешь? Разве ты не поехала домой на каникулы?

Сяо Тон ранее выложила в ленте фотографию, где она веселилась со своими друзьями.

Хань Мэнци посмотрела на Лу Чжоу и сказала:

— Но я живу в Цзиньлине…

Оу…

И правда.

Лу Чжоу понял, что спросил глупость, и быстро отвел взгляд, после чего сменил тему разговора, заметив коробку с образцами:

— Что это?

— Материалы из исследовательского института углеродных наноматериалов. Преподаватель сказал мне отнести их обратно.

Лу Чжоу кивнул:

— Ясно, экспериментальные образцы. Мне туда же, пошли.

Хань Мэнци радостно кивнула.

Институт находился неподалеку.

По пути девушка болтала с Лу Чжоу о том, что происходило в университете.

Парень мог сказать, что у нее был очень насыщенный год, и что она сильно повзрослела.

Они уже поднимались по лестнице, когда Хань Мэнци вдруг окликнула Лу Чжоу.

— Учитель.

— Что?

Мэнци осторожно поправила шарф и сказала:

— Давно не виделись…

— Ага.

— Неужели тебе нечего мне сказать?

Услышав этот вопрос, парень замолчал.

Он задумался, а в это время щеки Мэнци налились краской, и она вспомнила время, когда он учил ее математике…

Ее сердце забилось быстрее.

Наконец Лу Чжоу произнес:

— Ты выросла?

А?

Глава 403. Семизначная премия

Хань Мэнци не знала отчего, но ей вдруг захотелось кое-кого укусить.

Нет, сам факт того, что Лу Чжоу похвалил её рост, хорош, но вопросительная интонация приводила её в бешенство.

Если бы этот вопрос задал не Лу Чжоу, а кто-нибудь другой…

То девушка не сдержала бы себя.

А-а-а, я так зла!

Хань Мэнци закрыла шарфом рот и ничего не сказала. Она отдала коробку с образцами и ушла.

Ян Сюй посмотрел, как Мэнци уходит, а потом спросил у Лу Чжоу:

— Вы знаете друг друга?

Лу Чжоу не мог понять, отчего поведение Хань Мэнци так резко поменялось.

— Я учил ее.

Ян Сюй внезапно догадался о произошедшем.

Однако Лу Чжоу не знал того, что знал Ян Сюй.

— Ладно, хватит об этом… — Лу Чжоу поменял тему разговора. — Расскажи мне, как проходит эксперимент.

— Эксперимент прошел успешно. Мы наложили два графеновых слоя друг на друга. Когда угол поворота стал около 1,1 градуса, а температура достигла 1,7 Кельвинов, мы могли наблюдать сверхпроводимость. Наши группа назвала этот угол "волшебным".

Лу Чжоу заинтересовался и произнес:

— Очень изобретательное название.

— Да. Результат исследования потрясает воображение, также как и название, — Ян Сюй улыбнулся. — По сравнению с металлическими сверхпроводниками такими как оксид меди, углеродные наноматериалы обладают более высокой пластичностью, что дает нам неограниченные возможности.

Лу Чжоу улыбнулся:

— А также множество экспериментов?

— Эксперименты всегда необходимы.

На самом деле в физике сверхпроводников высокая температура гораздо ниже стандартной температуры. Первая всего лишь 77 К, что около -196℃, в то время как последняя немного выше 273 К.

Напротив, сверхпроводимость при температуре в 1,7 К — не превосходный результат, и гораздо хуже, чем сверхпроводимость при 35 К у соединений лантана, бария, меди. Не говоря уже о лабораториях с передовыми технологиями сверхпроводимости при температуре более 100 К.

Однако эту технологию нельзя называть бесполезной только из-за того, что ее нельзя коммерциализировать.

Не будет преувеличением сказать, что 99% результатов исследований бесполезны.

Однако без этих 99% результатов не будет и 1%.

Ян Сюй коротко объяснил суть эксперимента и начал рассказывать о дальнейших планах.

— Наша следующая цель — добиться сверхпроводимости при 77 Кельвинах. Конечно, в краткосрочной перспективе этого сложно достичь, поэтому это долгосрочная цель.

Лу Чжоу задумался, а потом сказал:

— Цель в 77 Кельвинов слишком занижена, нам стоит установить планку до 100 Кельвинов.

Система сказала, что 100 К достижимы, поэтому будет печально не воспользоваться этим.

Ян Сюй стал беспомощен от оптимизма босса:

— Хорошо, но будь это 77 Кельвинов или 100 Кельвинов, у нас возникает проблема. Если этот сверхпроводящий материал можно реализовать, то технология будет иметь ограниченные перспективы промышленного применения… Но все же она создаст патенты вне зависимости от интереса других к ней.

Ян Сюй не договорил, но смысл был понятен.

Совместные исследовательские проекты становились не слишком удобны, когда речь доходила до патентов.

Лу Чжоу подумал, а потом спросил:

— А что думает профессор Пабло Харильо-Эрреро?

— Когда я работал в МТИ, то слышал, что его не волнуют слава или богатство. А если поглядеть на его прошлые работы, то станет очевидно, что он редко конкурирует со студентами за права на результаты. Он с радостью развивает тех, у кого есть потенциал.

— Так к чему ты ведешь?

Ян Сюй пожал плечами:

— Скорее всего он считает, что эта технология должна быть доступна для всех в равной степени.

Как и в Китае, в других странах тоже присутствовали профессора, которые не заботились о патентах, а волновались только о возможности проводить исследования.

Большая часть финансирования им поступала из различных государственных исследовательских фондов, а не предприятий. До тех пор, пока зарплата покрывала их расходы на жизнь, они не думали о патентах.

Спустя какое-то время Лу Чжоу произнес:

— Думаю, мы предлагаем мало. Если я предоставлю им десять миллионов долларов в качестве финансирования исследований, то, полагаю, что он подумает об этом более основательно.

Сумма в десять миллионов ошеломила Ян Сюя.

Каждый ученый желал финансирования своих исследований, а десять миллионов — не та сумма, от которой можно отказаться.

Даже Нобелевский лауреат не сможет легко обеспечить подобное финансирование.

Ян Сюй сглотнул, а потом поинтересовался:

— Оно того стоит?

Даже если будет создан сверхпроводник с температурой в 100 кельвинов, он не будет стоить больших денег.

В конце концов они имели ограниченное применение в промышленности по сравнению с литиевыми батареями.

Лу Чжоу покачал головой:

— Мне все равно, стоит оно того или нет. Мне нужна эта технология, и мне нужны соответствующие патенты. Зачем они мне, я расскажу потом. А пока не стоит переживать об этом. Главное — надо помнить, что мы должны добиться этого, даже если потеряем деньги.

Ян Сюй кивнул:

— Хорошо… Но что, если он не согласится?

— Тогда предложи двадцать миллионов.

Ян Сюй мог только выругаться про себя.

Охренеть!

Он чуть не забыл, что его босс безумно богат.

Лу Чжоу молчал какое-то время, а потом произнес:

— Мой лимит — двадцать миллионов. Если он откажется, тогда найдем кого-то другого, кто готов сотрудничать… Переговоры оставляю на тебя.

Ян Сюй кивнул:

— Я все понял.

Лу Чжоу взглянул на Ян Сюя и удовлетворенно кивнул.

Вдруг он кое-что вспомнил.

— Кстати о деньгах. Я же говорил, что в конце года будет премия?

Услышав это, Ян Сюй улыбнулся:

— Босс, я ждал этого. Если бы вы сами не вспомнили, то я бы спросил об этом от имени команды.

Другие исследователи в лаборатории навострили уши, поскольку всем было любопытно узнать о премии.

— Вы так усердно работали каждый день, как я мог забыть? — Лу Чжоу откашлялся. — Я сейчас пойду в бухгалтерию и разберусь. Обещаю, что каждый новый год будет полон радостных сюрпризов.

— Босс, не могли бы сказать, какая у меня премия? Хотя бы приблизительно.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Приблизительно?

— Просто скажите, скольким месяцам будет эквивалентна премия.

Лу Чжоу покачал головой:

— Это слишком точно. Просто скажу, сколько это цифр, а точную сумму угадай сам.

— Сколько?

— Должно быть семизначное число.

Ян Сюй застыл на месте.

Семи…

Семизначное число?

Сначала он думал, что получит как за три или четыре месяца, но его босс превзошел все ожидания.

Лу Чжоу улыбнулся и похлопал Ян Сюя по плечу:

— Вы все много работали в этом году. Продолжайте в том же духе и в следующем!

Глава 404. Письмо из Германии

Для ученых проводить эксперименты в одиночку — большая удача. Но в конечном счете все они стремились к более хорошему уровню жизни.

Лу Чжоу не нужны пустоголовые исследователи. Он хотел найти опытную и эффективную команду, ориентированную на совместную работу.

Когда опыт работы можно приобрести со временем, то именно вознаграждение удерживает таланты.

Парень считал, что поскольку он зарабатывал больше денег, чем мог потратить, то может дать своим коллегам вознаграждение.

В конце концов, исследования делает не один человек. Особенно вспоминая создание материала ПУС-2, где его исследовательская группа очень помогла.

Лу Чжоу планировал выделить двадцать миллионов юаней в качестве премиальных для сотрудников института и выплатить каждому премию в зависимости от вклада.

Также парень не забыл и про лабораторию Саррота и собирался потратить несколько миллионов долларов на премии для сотрудников там.

Покинув лабораторию института, Лу Чжоу поел с Ван Пэном, после чего они нашли неподалеку отель и сняли два номера.

Лу Чжоу распаковал багаж, включил ноутбук и отправил письмо Уайту Шеридану.

Когда он уже собирался выключить ноутбук, ему пришло письмо от профессора Лазерсона в Германии.

"Профессор Лу, должен сообщить вам одну волнующую новость. Мы успешно смогли воспроизвести нашу технологию на Вандельштайн 7-Х! Результаты первого эксперимента вполне удовлетворительные, частицы гелия успешно прошли через плазму и попали в мишень.

Поначалу Кербер сомневался в нашей технологии, поскольку считал, что высокотемпературная плазма может вызвать непредсказуемые последствия. Но оказалось, что его тревоги излишни!

Мы успешно собрали информацию о параметрах плазмы. Она более точная, чем любая другая, которую мы когда-либо получали. Если бы вы были здесь, то тоже испытали бы волнение от всего этого!

Я прикрепил все соответствующие данные в письме. Если сможете разобраться с данными и найти что-то, пожалуйста, обязательно свяжитесь со мною. С нетерпением жду, когда вы преподнесете нам еще больший сюрприз. Но даже если вы не сможете, то ничего страшного, поскольку мы уже добились огромного прогресса с этой технологией.

Что касается статьи по технологии атомного зонда Гелий-3, то предлагаю представить ее на предстоящей конференции ИТЭР. Если у вас есть какие-либо возражения, то, пожалуйста, ответьте как можно скорее..."

Прочитав письмо, Лу Чжоу улыбнулся.

Этот беспокойный исследовательский проект наконец-то достиг каких-то хороших результатов. Возможность сбора информации о высокотемпературной плазме поспособствует развитию всей области управляемого термоядерного синтеза.

Хотя для Лу Чжоу это лишь начало его исследования турбулентности плазмы…

"Я согласен с вашим предложением."

Конференция ИТЭР — это обмен мнениями, в котором принимали участие специалисты физики плазмы со всего мира. Она напоминала конференции ЦЕРНа.

Нет лучшего места для демонстрации технологий.

Лу Чжоу отправил напечатанный ответ, после чего вновь открыл письмо Лазерсона.

Он скачал и открыл прикрепленные данные, поскольку ему не терпелось увидеть различные графики и изображения.

Незаметно пролетели полчаса.

Наконец Лу Чжоу закончил просматривать данные и облокотился на спинку стула, после чего потянулся.

Трудно!

Очень трудно!

Это в тысячу или даже в десять тысяч раз сложнее, чем любая предыдущая математическая модель, с которой он работал ранее. Сложность увеличилась по экспоненте.

Даже с его математикой 6-го и физикой 4-го уровня, он испытывал сложности.

— Может, воспользоваться часами вдохновения?

Лу Чжоу в задумчивости смотрел на экран какое-то время, но в конце концов покачал головой и отказался от этой идеи.

Хотя часы вдохновения очень эффективны, их нельзя остановить.

Уравнение Навье-Стокса более приоритетно для Лу Чжоу, чем проблема турбулентности плазмы. Он не мог использовать свои козыри для менее важной цели.

Парень закрыл ноутбук.

Внезапно он вспомнил, что у него было письмо от академика Лу.

Он достал его и разорвал конверт, после чего увидел, что это не обычная бумага для писем, а скорее сложенный красный лист.

Он развернул его и увидел две строчки.

"Не будучи скромным в желаниях, не достичь тебе ясности воли.

Не будучи спокойным, не сможешь ты уйти далеко."

Лу Чжоу посмотрел на две строчки и ухмыльнулся:

— Хорошая каллиграфия.

Лу Чжоу не ожидал, что старик помимо физики ещё и хорош в каллиграфии.

Парень совсем ничего не смыслил в ней, но старик смог очаровать его этими строчками.

— Повешу это на Китайский новый год.

Было уже поздно, поэтому Лу Чжоу сложил и убрал письмо обратно в конверт, после чего достал чистую одежду и пошел в ванную.

…………………………..

На следующее утро в институте вычислительного материаловедения.

Хотя до Китайского нового года оставалось еще несколько недель, в исследовательском институте уже царила праздничная атмосфера.

Потому что сегодня день премии.

Команда целый месяц ожидала это событие.

Лю Бо взволнованно спросил у вялого Цянь Чжунмина:

— Сколько ты получил?

На работе неуместно спрашивать других людей о зарплате, но они — близкие друзья, и не имели никаких возражений против подобного. Не говоря уже о том, что это лаборатория, в которой некоторые были готовы работать бесплатно. Поэтому тут не особо следовали стандартным корпоративным правилам.

Цянь Чжунмин спокойно посмотрел на свое сообщение и пробормотал:

— Восемьсот восемьдесят тысяч… Это же не ошибка?

— Нихрена себе! Восемьсот…

Число ошеломило Лю Бо.

Через некоторое время он также получил сообщение от банка.

Он посмотрел на экран телефона и произнес:

— Могу с уверенностью сказать, что это не ошибка.

После чего Цянь Чжунмин спросил:

— Сколько ты получил?

Лю Бо судорожно сглотнул:

— Я… получил шестьсот шестьдесят тысяч.

— …

Лю Хун, сидевший в углу кабинета, посмотрел на премию в размере 100 000 юаней и чуть не заплакал.

Он никогда не видел таких денег, когда работал на Ван Хайфэна.

Теперь он наконец-то сможет снять квартиру получше.

Из них тише всего себя вёл Ян Сюй.

Он однозначно получил самую высокую премию.

1,5 миллиона юаней…

Его руки задрожали, когда он увидел эти цифры.

Первоначально он планировал за два года накопить денег и купить жилье в Цзиньлине, но теперь, судя по всему, ему придется подкорректировать свои планы.

В любом случае, эти премиальные — слишком страшны!

Особенно для области материаловедения…

Ян Сюй вспомнил слова Лу Чжоу и внезапно почувствовал, что бремя на его плечах стало лишь тяжелее...

Глава 405. Встреча после долгой разлуки

Последние несколько дней Лу Чжоу провел в Цзиньлинском университете.

Он навещал знакомых профессоров, либо занимался уравнением Навье-Стокса в номере гостиницы.

В Китае ему нужно было посетить множество мероприятий, поэтому у него не было времени на математические задачи.

Но теперь у него наконец-то оно появилось.

Помимо работы в гостиничном номере он также ходил в библиотеку университета, что заставляло его вспомнить вновь студенческую жизнь.

Это позволяло ему настроиться на решение проблемы с другой точки зрения, что часто могло дать ему неожиданное вдохновение.

Неделя пролетела быстро, и вскоре наступило 18 января.

Его друзья по комнате решили собраться вместе за два дня до свадьбы.

Местом встречи, очевидно, стало рыбное кафе.

Они заказали жареной рыбы и немного пива.

Парни начали говорить о жизни, потягивая пиво:

— Чжоу, позволь поднять за тебя тост… — Лю Жуй чокнулся стаканом с Лу Чжоу. — Видел тебя в новостях несколько дней назад. И похвастался одной девушке, что мы спали вместе. Она не поверила мне, пока не показал ей фотографию. Поздравляю с получением еще одной награды и благодарю за то, что дал мне возможность хвастаться подобным перед девушками.

Лу Чжоу чуть не поперхнулся:

— Пожалуйста, в следующий раз поменяй формулировку.

Парень должен был признать, что Лю Жуй повзрослел после поступления в Яньцзинский университет.

Раньше бы при виде Лу Чжоу в новостях Лю Жуй выключил бы телевизор.

Но теперь он мог спокойно читать новости, не переживая о них.

Поначалу Лю Жуй не понимал, что изучает Лу Чжоу, а теперь он даже не понимал, какую премию он получает. Разрыв между ними становился все больше и больше.

Но завидовал ли Лю Жуй?

Конечно!

Лу Чжоу поинтересовался:

— Кстати, кто твой научный руководитель в Яньцзинском университете?

— Академик Ван Юйпин. Я изучаю дифференциальные уравнения в частных производных под его руководством.

— Ван Юйпин? Он также работает и в этой области?

Лу Чжоу не ожидал, что будет знать научного руководителя Лю Жуя.

Лю Жуй кивнул:

— Да, но он занимается более прикладными исследованиями, нежели чистой математикой. В последнее время ты не занимаешься теорией чисел. Ты тоже переключился на дифференциальные уравнения?

— Можно и так сказать.

Лю Жуй заинтересовался:

— О, что ты исследуешь?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Давай не будем об этом.

Лю Жуй махнул рукой:

— Все нормально, я ментально окреп, говори уже.

— Уравнения Навье-Стокса.

Лю Жуй некоторое время молчал, потом переспросил:

— Существование гладкого решения уравнений Навье-Стокса?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Нахрен!

Задача тысячелетия!

Почему между нами такая огромная разница?

Увидев, что Лю Жуй стал подавленным, Хуан Гуанмин быстро сказал:

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом.

Ши Шан кивнул:

— Поддерживаю.

Оставшийся вечер они больше не говорили о науке.

В конце концов они пошли разными путями, и поэтому у них имелись разные темы для разговоров.

Хуан Гуанмин почти не изменился. Разве что теперь он выглядел простаком даже тогда, когда не смеялся.

Лю Жуй загорел и был в более хорошей форме, чем раньше. По его словам, это из-за того, что он начал играть в баскетбол, когда поступил в магистратуру.

Ши Шан же изменился больше всех, он выглядел более зрелым и превратился в настоящего мужчину.

Как сказал Хуан Гуанмин, если Ши Шан отрастит бороду, то станет похож на какого-нибудь директора, а если предпочтет очки, то будет совсем как типичный страховой агент.

У Ши Шана этот год был насыщен событиями.

После окончания университета его жизнь пошла не по ожидаемому пути и, можно сказать, полностью отклонилась от первоначального маршрута.

Он планировал работать, чтобы поднакопить немного денег, потом хотел открыть небольшое дело и уже тогда жениться и купить собственное жилье. К тому времени Ван Яцзин закончила бы магистратуру.

Однако менее чем через год после окончания университета произошло нечто поразительное.

Ребенок полностью изменил планы Ши Шана.

Он не успел скопить денег, чтобы осуществить свою мечту и начать собственный бизнес в Цзиньлине. Благо, ему все же удалось купить жильё, правда, на деньги родителей…

— Я не знаю, что бы еще сказать. Но просто хочу сказать кое-что своим братанам. Если у вас будут девушки, не забывайте предохраняться. Не наступайте на те же грабли, что и я, — пожаловался Ши Шан своим друзьям.

Однако Лу Чжоу, Хуан Гуанмин и Лю Жуй выглядели немного странно.

Первым нарушил тишину Хуан Гуанмин.

— Ши Шан.

Ши Шан рыгнул и спросил:

— Что?

— Почему мне кажется…

Лю Жуй закончил за него:

— Что ты выпендриваешься?

Лу Чжоу молча кивнул.

Ши Шан потер нос и улыбнулся.

— Что значит выпендриваюсь, я же — не Лу Чжоу.

Хуан Гуанмин и Лю жуй промолчали, а на лице Лу Чжоу промелькнуло недоумение.

Они закончили есть в восемь вечера.

Еды оставалось еще много, но алкоголя уже не было.

Трое изначально планировали напоить Ши Шана, но с ними был Лю Жуй, который, как обычно, напился первым.

Как и прежде, он завалился на стол и не сдвинулся с места.

Хуан Гуанмин и Лю Жуй приехали сюда на машине Ши Шана, но, очевидно, в таком состоянии никто не мог водить.

Поэтому Лу Чжоу пришлось позвонить Ван Пэну и попросить его отвести Ши Шана в отель "Пурпурная гора".

Лю Жуй и Хуан Гуанмин жили в этом отеле перед свадьбой.

Перед тем как сесть в машину, Ши Шан похлопал Лу Чжоу по плечу:

— Свадьба будет послезавтра, заранее спасибо!

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не волнуйся, я не подведу!

— Я говорю про роль шафера.

Эм?

Само собою.

О чем еще же.

Глава 406. Самый счастливый день

За день до свадьбы Ши Шан пригласил шаферов и подружек невесты поужинать вместе, поскольку им следовало познакомиться друг с другом еще до свадьбы.

Всего было три шафера и три подружки невесты. Так совпало, что подружками невесты оказались ее соседки по комнате. Хотя после окончания университета каждый пошел своей дорогой, все они встретились здесь, на свадьбе.

Давно, когда Лу Чжоу уже собирался выпускаться, Ши Шан устроил групповое свидание между двумя комнатами.

И хотя они не стали близкими друзьями, но знали друг друга.

Элегантную девушку в круглых очках звали Дэн Лэ, обворожительную девушку с черными длинными волосами — Сяо Юньюнь, а девушку с короткой стрижкой — Цянь Хуа.

Спустя столько времени, девушки из 406 комнаты только похорошели.

— Ого, Бог Лу здесь! — Дэн Лэ некоторое время неверяще смотрела на Лу Чжоу. — Яцзин сказала нам, что ты — тоже шафер, но мы не поверили.

Сяо Юньюнь, сидевшая рядом с ней, улыбнулась:

— Да, мы не ожидали, что ты придешь.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ши Шан — мой брат, как я мог пропустить его свадьбу?

Дэн Лэ с любопытством спросила:

— Кстати, Бог Лу, мы всегда хотели спросить тебя. Каково это — работать профессором в Принстоне?

— Загружен на работе, полностью свободен в остальное время.

Сяо Юньюнь ухмыльнулась и кокетливо произнесла:

— Это потому что у тебя нет девушки.

— Возможно!

Лу Чжоу отвернулся и попытался сменить тему.

В итоге их группа неплохо проводила время.

Даже без алкоголя они хорошо общались между собою.

Только у Цянь Хуа были разногласия с Лу Чжоу из-за случая с У Янем.

Но это произошло давно, и она уже не такая невинная и наивная девушка. Правда, это все равно не могло отменить неловкое напряжение между ней и Лу Чжоу.

Они только перекинулись несколькими вежливыми словами между собой.

Закончив есть, они пошли в караоке.

Однако поскольку на завтра запланировано важное событие, никто не задерживался допоздна, и все разошлись в девять часов.

Покинув караоке-бар, Лу Чжоу позвонил своему водителю Ван Пэну и сказал ему ехать назад, поскольку он остановился в отеле "Пурпурная гора" вместе со своими друзьями.

Наступил день свадьбы.

Лу Чжоу разбудил стук в дверь. Он быстро надел костюм и уложил свои волосы перед зеркалом, а затем покинул отель, чтобы встретиться с группой.

Они сели в машину и сразу направились к дому Ши Шана в городе, после чего отправились к дому невесты, и наконец вернулись обратно в отель.

Во время поездки Ши Шан молчал, но время от времени он поглядывал на группы в зеркало заднего вида и улыбался.

Наверное, это самый счастливый день в его жизни.

…………………………

Хотя говорят, что у шафера много обязанностей, но на самом деле это не так хлопотно. Все, что им нужно делать, — сопровождать, когда забирают невесту, напоить алкоголем жениха, а также помогать гостям во время свадьбы.

Молодожены вдвоем — из Цзиньлиня, что избавило их от многих неприятностей.

Перед началом свадьбы Лю Жуй похлопал Ши Шана по плечу и спросил:

— Ши Шан, нервничаешь?

Ши Шан вздохнул и поправил галстук.

— Нервничаю! Никогда так не нервничал!

Хуан Гуанмин ухмыльнулся:

— Как ты тогда сможешь жениться?

Ши Шан пристально посмотрел на него:

— Да иди ты.

Как я могу теперь отступить…

Шутка Гуанмина сняла нервозность Ши Шана.

Ши Шана позвал свадебный персонал, он присоединился к невесте и вышел с ней к алтарю.

Свадьба была в самом разгаре, и шаферам больше нечего делать.

Обычно они помогали справиться с гостями, но сейчас гостей обслуживал свадебный персонал.

Лу Чжоу несколько раз попытался помочь, но не хотел создать никаких неприятностей. В итоге он сел в углу зала, щелкая семечки и подшучивая над своими друзьями.

После свадьбы ему придется сесть на скоростной поезд, и парень не знал, когда они встретятся вновь.

Время быстро пролетело. Лю Жуй рассказывал об учебе в Яньцзинском университете, когда к нему вдруг подошел сотрудник:

— Кто тут Лу Чжоу?

Лу Чжоу выплюнул шелуху от семечек и поднял руку.

— Я, что такое?

Глаза сотрудника загорелись, и он улыбнулся.

— Я уже давно вас ищу. Представитель шаферов должен сказать речь.

Лу Чжоу сильно удивился:

— Что?

Какой, черт возьми, представитель шаферов?

Он не слышал, чтобы Ши Шан упоминал об этом.

Сотрудник произнес:

— Ваш друг женится, разве вы не хотите ему что-нибудь сказать? Просто скажите что-нибудь от имени вашей комнаты в общежитии. Вам не нужно много говорить, достаточно и пары словечек.

Хуан Гуанмин усмехнулся:

— Чжоу, просто скажи пару слов от нашего имени, и все будет в порядке.

Лу Чжоу недоумевал:

— Почему я?

Лю Жуй ответил:

— Мы оба — магистранты, а ты — доктор и профессор. Ты — самый образованный среди нас!

Хуан Гуанмин возмутился:

— Какого хрена! Почему ты говоришь так, будто я — не образован?

Лю Жуй посмотрел на него и спросил:

— Тогда ты, наверное, хочешь сам сказать речь?

Хуан Гуанмин тут же улыбнулся и стал отнекиваться:

— Нет-нет, говорить речь — не мое. Я могу кого-нибудь обидеть. Не хочу испортить такой важный для Ши Шана день. Пусть лучше Лу Чжоу.

В этот момент на сцене тамада сказал в микрофон:

— Давайте поприветствуем университетского соседа по комнате жениха, приехавшего из Америки — профессора Лу! Профессор Лу представит шаферов и произнесет пару напутствий молодоженам.

Тут же раздались громогласные аплодисменты.

Некоторые уже слышали о Лу Чжоу раньше, и они взволнованно оглядывались по сторонам, пытаясь найти легендарного лауреата премии Крафорда.

Некоторые никогда не слышали о Лу Чжоу, но они знали, что быть профессором в Америке — очень круто.

Поскольку тамада уже сделал объявление, Лу Чжоу нужно выйти на сцену.

Перед тем как подняться со стула, он стряхнул с себя семечки, после чего поправил галстук и сквозь толпу прошел на сцену.

Он встал перед гостями и спокойно взял микрофон.

Лу Чжоу посмотрел на молодоженов и задумался.

Он никогда не боялся сцены, но что ему следует произнести?

Глава 407. Жизнь — это не только математика, еще есть физика и химия

Для Лу Чжоу не впервой говорить речь.

Однако это первый раз, когда он должен что-то сказать, будучи шафером на свадьбе друга.

Парень взял микрофон, но так ничего и не произнес.

Он — одиночка, у которого никогда раньше не было девушки, что он мог сказать?

Гости заметили, что Лу Чжоу молчит и начали перешептываться.

Цянь Хуа посмотрела на Лу Чжоу, после чего взглянула на подругу и прошептала:

— Он боится сцены?

Сяо Юньюнь улыбнулась и подразнила ее:

— Он — известный ученый, он нагоняет атмосферу.

Цянь Хуа ответил:

— Пфф, кого волнует математик? Если ты понимаешь математику, то понимаешь жизнь?

— Ладно, ладно. Пожалуйста, не ссорьтесь… — Дэн Лэ остановила их. — Юньюнь, может, выйдешь на сцену и спасешь его?

Как правило, представитель подружек невесты говорит свою речь после шафера.

Если профессор Лу ничего не скажет, то тамада мог бы легко спасти его.

И пока Сяо Юньюнь сможет произнести красивую речь, то все будет хорошо.

Сяо Юньюнь ответила:

— Я не против, я уже все приготовила…

На середине ее предложения и как раз в тот момент, когда тамада хотел вмешаться, Лу Чжоу вдруг заговорил:

— От зарождения вселенной до исчезновения последней черной дыры мы знаем, что вероятность появления жизни составляет всего одну миллиардную от миллиарда…

Вокруг все затихли.

Молодые перестали болтать, а старшие отложили семечки в сторону.

Даже дети перестали дурачиться…

Все сосредоточились на сцене.

И вовсе не из-за того, что голос Лу Чжоу такой завораживающий, а потому что всем было любопытно, что скажет профессор из Принстона.

Парень окинул взглядом гостей и почувствовал, что постепенно возвращается к старому ощущению.

Словно он вернулся в лекционный зал Принстона.

— Как мы знаем, вероятность, что две души встретятся, меньше квадрата одной миллиардной от миллиарда, — монотонно продолжил Лу Чжоу.

Он не уверен, понимали ли гости, о чем он говорил.

Он не уверен, понимали ли они это астрономически малое число.

Он никогда на говорил разжигающих чувства слов.

Раньше такого никогда не было.

И скорее всего, никогда такого не будет.

Но прямо сейчас он хотел дать напутствие другу.

— С точки зрения вероятности, величайшее чудо во вселенной — не гибель звезд, не образование галактик и не исчезновение черных дыр… Чудо — когда два человека влюбляются друг в друга в этом бесконечном потоке времени.

— Возможно, поскольку математика для меня — слишком интересна, я редко интересуюсь чем-либо кроме нее. Ну есть еще химия и физика… Но даже так, хотя я не понимаю любви, я чувствую, что вы двое действительно любите друг друга.

Лу Чжоу сделал небольшую паузу, а потом взглянул на жениха и невесту.

— Поэтому я искренне желаю вам всего наилучшего, и чтобы вы могли любить друг друга так же, как я люблю математику. Берегите… это величайшее чудо во вселенной.

Толпа взорвалась аплодисментами.

Громкость аплодисментов превзошла ожидания Лу Чжоу.

Он никогда не думал, что придуманная сходу речь найдет такой отклик.

Однако он заметил, что ликует не только толпа. Даже жениха на сцене тоже переполнили эмоции.

Красивый мужчина в костюме чуть не расплакался.

— Чжоу…

Не будет плохо, если Ши Шан заплачет?

Хотя, думаю, это неважно.

Лу Чжоу улыбнулся другу и кивнул, после чего отдал микрофон тамаде и ушел со сцены.

Сяо Юньюнь наблюдала, как Лу Чжоу уходит и сказала:

— Ого, хотя он математик… у него подвешен язык.

В прошлом она слышала, что математики лучше всего кадрят девушек.

Раньше она не верила в это, но после такого не могла не поверить.

Дэн Лэ, переполнившись эмоциями, сказала:

— Да… Я думала, что он, скорее, интроверт, и боится сцены. Не ожидала от него столь проникновенной речи.

Сяо Юньюнь с гордостью посмотрела на Цянь Хуа, словно доказала, что была права.

— А ты что думаешь?.. Цянь Хуа?

Цянь Хуа пришла в себя:

— А? Что?

Сяо Юньюнь и Дэн Лэ переглянулись.

Почему кажется…

Что она…

Ведет себя немного странно?

После Лу Чжоу на сцену вышла подружка невесты и поздравила молодоженов.

Свадьба достигла самого пика.

Все смотрели, как жених надевает кольцо невесте.

В этот момент в мире стало на двух одиноких людей меньше…

……………………..

Свадьба подошла к концу.

Большинство родственников и друзей уже закончили есть и собирались расходиться.

Лу Чжоу пошел в ванную вымыть руки, когда он вышел, путь ему преградила девушка с короткой стрижкой.

— Что случилось?

— Ничего, — ответила Цянь Хуа и покачала головой, после чего опустила глаза и продолжила. — Просто хотела… Извиниться. Я тогда загнула.

Лу Чжоу немного удивился, но ответил спокойно:

— Все нормально, я не принимал это близко к сердцу.

Это случилось три года назад, и Лу Чжоу почти забыл о произошедшем.

В конце концов эмоции могут взять верх над каждым.

Кроме того, она только лишь защищала своего кумира.

Лу Чжоу нелегко обидеть, именно поэтому он все еще дружил с Лю Жуем.

— Если это все, то увидимся.

Цянь Хуа заметила, что Лу Чжоу собрался уходить и быстро остановила его:

— Постой…

Парень остановился и оглянулся:

— Что-то еще?

— Может, после окончания… Я могу угостить тебя выпивкой? — произнесла, покраснев, Цянь Хуа. — В качестве извинения.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Как-нибудь в другой раз. Мне еще нужно успеть на поезд.

???

Лу Чжоу вернулся в Китай не только для того, чтобы отпраздновать новый год.

Еще он должен был присутствовать на конференции по вручению премий в области науки и технологий, а также — на свадьбе Ши Шана.

Теперь, когда свадьба закончилась, все, что ему оставалось, это отпраздновать новый год вместе со своей семьей.

Это единственный момент в году, когда он может расслабиться...

Глава 408. Новый год 2018

На стоянке железнодорожного вокзала.

Лу Чжоу достал свои вещи из багажника, после чего посмотрел на Ван Пэна.

— Высади меня здесь.

— Хорошо, — коротко ответил Ван Пэн и открыл дверь машины выверенным движением, как солдат.

Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна, который садился обратно в машину и вдруг кое-что вспомнил.

— Подожди.

Ван Пэн встал с водительского сиденья и спросил:

— Что-нибудь еще?

— Ты же не собираешься ехать до самого Цзянлина?

Ван Пэн кивнул:

— Естественно собираюсь, начальство поручило мне позаботиться, чтобы ваше путешествие было комфортным и безопасным.

Так и знал!

Хорошо, что спросил!

Лу Чжоу тут же попытался переубедить его:

— Сейчас праздники, все отдыхают. Возвращайся к своей семье, не надо следовать за мной.

Ван Пэн улыбнулся:

— Все нормально, это моя работа. Я не против поработать в праздники!

Парень забеспокоился:

— Я не могу этого допустить!

Ван Пэн улыбнулся и ответил:

— Нет, правда. Все в порядке. Не нужно быть таким вежливым.

— Нет, дело не из-за вежливости. Послушай. Отправляйся домой и насладись Китайским Новым годом. Мне все равно не нужна машина на праздниках. К тому же, если я приеду домой с тобою, то они…

— Они?

Лу Чжоу кашлянул:

— Мой отец хочет, чтобы я нашел себе пару. Если покажусь дома с тобою… Боюсь, это плохо кончится.

— …

……………….

В итоге Лу Чжоу смог убедить Ван Пэна вернуться в Пекин.

Встретить Новый год с семьею важнее работы.

Лу Чжоу сел в скоростной поезд и направился на восток, вскоре он приехал в Цзянлин.

Приехав в родной город, Лу Чжоу глубоко вздохнул. Не теряя больше ни секунды, сел на такси около вокзала и сразу же поехал домой.

Остановившись у порога дома, поставил сумки и нажал на кнопку дверного звонка; из-за двери послышались шаги.

На пороге показалась Сяо Тон.

Девушка увидела брата и, выпучив глаза от удивления, спросила:

— О, брат, зачем ты купил столько вещей?

— Часть — подарки, часть — то, что я купил в дьюти-фри в аэропорту. Подарок лежит в чемодане, как обычно, найди его сама... — ответил Лу Чжоу, затаскивая чемодан с сумками в дом.

Внезапно он заметил, что его сестра смотрит ему за спину, и спросил:

— Что выискиваешь?

Сяо Тон посмотрела на брата и вздохнула:

— Эх, брат, мне грустно…

Парень похлопал сестру по голове и легонько оттолкнул ее.

— Хватит заливать мне фигню, пропусти!

Лу Чжоу отдал свои вещи Сяо Тон, после чего прошел мимо гостиной на кухню.

Фан Мэй уже собирался разделывать живую рыбу, когда вдруг увидела своего сына в дверях кухни. От неожиданности она чуть не выронила нож.

Лу Чжоу чуть не заплакал, когда увидел свою мать, которую давно не видел.

После чего вздохнул и ярко улыбнулся:

— Мама, я дома!

— С возвращением, сынок! — на лице его матери засияла улыбка. — Почему не предупредил? Я даже ничего не приготовила.

Лу Чжоу потер нос и ответил:

— Я хотел сделать сюрприз.

— Какой еще сюрприз? Меня чуть инфаркт не схватил! — она взглянула на сына, взяла рыбу и произнесла:

— Иди отдохни в гостиной, я приготовлю тебе рыбу.

Фан Мэй взяла нож и моментально отрубила рыбе голову.

Рыба еще немного подергалась, а потом замертво упала на разделочную доску.

В половину шестого Лу Банго закончил работать и отправился домой.

Увидев сына, сидящего на диване, он удивился не слабее Фан Мэй. После чего начал расспрашивать Лу Чжоу.

Приметив коробку с чаем на кофейном столике, он произнес:

— Зачем ты привез еще чая? У нас дома полно его.

Лу Чжоу с любопытством спросил:

— Пап, ты наконец-то начал покупать чай?

— Не я, мне его подарили на работе.

Парень еще сильнее удивился:

— С каких пор у тебя на работе стали такими щедрыми?

Его отец ухмыльнулся.

— Длинная история… Помнишь же, что начальство перевело меня в отдел логистики. Там гораздо лучшие бонусы. В любом случае, не надо так переживать о нас. Не приноси в следующий раз так много всего. С такими сумками подарков трудно путешествовать. Лучше приведи в следующий раз жену.

Лу Чжоу кашлянул и попытался сменить тему:

— Точно, пап, можно тебя попросить кое о чем?

— О чем?

Лу Чжоу опустился на корточки рядом с одним из чемоданов, расстегнул молнию и достал письмо.

— У меня тут двустишие. Если есть клей, прикрепи его к входной двери.

Старый Лу взял лист бумаги.

— О, красиво написано. Это ты написал?

— Само собою нет... — парень улыбнулся. — Это написал академик Лу. Он был моим научным руководителем в магистратуре.

— Это написал академик? Впечатляет! Сейчас же приклею его, — произнес Лу Банго, вставая с дивана и направляясь к своему ящику с инструментами.

Учитывая, что его отец почти не покидал Цзянлин, ему не приходилось встречаться с академиками, которых он считал лучшими учеными страны.

Он был уверен, что эта бумага принесет удачу.

Глядя на приклеенную к двери бумагу, Лу Банго довольно почесал подбородок.

Однако через какое-то время покачал головой.

— Печально.

Лу Чжоу стоял рядом и озадачено взглянул на него.

— Почему?

Его отец вздохнул:

— Печально, потому что Сяо Тон уже сдала экзамены. Удача пропадает зря.

Лу Чжоу кашлянул:

— Папа, твой сын — ученый, может, ты не будешь таким суеверным?

— Это не суеверие, все говорят… — его отец сделал жест рукой, в попытке объяснить свои мысли, но тщетно. — Просто забудь. Я не могу объяснить! Пойдем, твоя мать уже закончила готовить, поможем ей накрыть на стол!

Глава 409. Жидкость с высоким коэффициентом вязкости

Когда еда приготовилась, вся семья принялась за еду.

После Лу Чжоу помог убрать со стола.

Поначалу он хотел помочь помыть посуду, но мать не позволила ему, поэтому его отец сказал ему оставаться в гостиной.

Кухня — не такая уж и большая для трех человек.

Парень не настаивал и пошел в гостиную посмотреть телевизор.

Сяо Тон лежала на диване рядом с ним и играла на своем телефоне. Внезапно она посмотрела на своего брата и спросила:

— Братик, в этом году ты получишь Нобелевскую премию?

Услышав ее вопрос, Лу Чжоу улыбнулся:

— Не знаю, но кое-кто сказал, что порекомендует меня Нобелевскому комитету.

Сяо Тон наклонила голову и спросила:

— Кто?

— Герхард Эртль, немец… Ты его не знаешь.

На конференции в Германии лауреат Нобелевской премии сказал Лу Чжоу, что будет писать рекомендательные письма в Нобелевский комитет, пока тот не получит премию.

Тогда парня это очень взволновало, но теперь он понимал, что тут нет причин для волнения.

Нет ничего необычного в десятилетних гонках за Нобелевской премией, особенно — в теоретических областях. За все время Нобелевская премия лишь в нескольких случаях присуждалась сразу после появления результатов. Национальная премия первой степени уже исчерпала всю удачу Лу Чжоу, к тому же в августе его еще ждала Филдсовская премия.

Вполне возможно, что он и вовсе не получит Нобелевскую премию в ближайшее время.

Сяо Тон озадаченно произнесла:

— Ты пугаешь...

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо учись. Возможно, поскольку ты изучаешь экономику, ты тоже сможешь получить Нобелевскую премию.

Сяо Тон пробормотала:

— Нереально, я не настолько хороша в математике.

Не секрет, что Нобелевская премия по экономике — премия для математиков. А что касается экономики, то большая часть лауреатов имели математическое образование или, как минимум, хорошо в ней разбирались.

В 1969 году первую Нобелевскаю премию по экономике присудили профессору Рагнару Фришу и профессору Яну Тинбергену. Первый являлся математиком, а второй — физиком. Им вручили премию за привнесение математических и физических методов в экономику.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это плохое оправдание. Твой брат здесь, а ты еще боишься, что математика будет проблемой?

Сяо Тон прекратила играть и отбросила телефон в сторону, после чего села на диван, скрестив ноги:

— Брат, ты подразумеваешь, что протащишь меня?

Лу Чжоу засмеялся:

— Я могу, но сначала ты должна поднять свой ранг хотя бы до бриллиантового. Я не смогу протащить тебя, если ты будешь раковать, и другие не признают твои результаты. Да и бессмысленно будет все делать мне.

Лу Чжоу не очень интересна Нобелевская премия по экономике. В конце концов патенты уже принесли ему финансовую свободу, и ему не нужно беспокоиться о деньгах.

Однако если Сяо Тон будет заинтересована в этом, то Лу Чжоу не против помочь ей.

Само собой, его сестра должна достигнуть уровня, достойного помощи.

Ни одно академическое учреждение не признает ее вклада, если она только оформит работу и напишет свое имя на статье.

— О, поняла, тогда я буду усердно учиться, — Сяо Тон вздохнула и посмотрела на свой телефон. Через некоторое время она уже не могла справиться с искушением и начала новую игру.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не сказал.

Сейчас она на каникулах, поэтому нет ничего плохого в том, чтобы расслабиться. Нет никакого смысла сразу же браться за учебу, услышав пару мотивирующих слов. Здесь важнее дисциплина.

Что же касается Нобелевской премии, то на самом деле это не так уж важно.

Парень просто надеялся, что у его сестры будет цель во время учебы в университете, чтобы она к чему-то стремилась, а не потратила впустую четыре года своей жизни.

………………….

Семья Лу никогда раньше не приклеивала двустишия к входной двери, именно поэтому это вызвало любопытство у многих соседей.

Лу Банго любил хвастаться, поэтому каждый раз, когда его спрашивали, отвечал, что академик написал его для его сына, чем вызывал всеобщую зависть.

Позже многие задумались… Хотя двустишие академика не получить, может ли сын старика Лу быть лучше академика?

Сын Лу Банго — ученый, показанный по национальному телевидению и получивший ту шведскую награду.

Поэтому многие заинтересовались в удаче Лу Чжоу.

Всякий раз, когда Лу Банго приходил на работу, его коллеги и даже начальство просили у него двустишие от Лу Чжоу. К тому же некоторые даже начали стучать в дверь и дарить подарки.

Все хотели получить двустишие от известного ученого.

В конце концов, даже обыскав весь город, они вряд ли нашли бы кого умнее Лу Чжоу.

Если бы они могли получить двустишие от известного ученого, то могли бы принести частичку его удачи к себе домой. Это особенно ценилось семьями, у которых дети собирались сдавать вступительные экзамены.

Лу Банго был очень уступчивым человеком и хотел угодить всем.

Он согласился на все просьбы о двустишиях.

А страдать приходилось Лу Чжоу…

Когда парень услышал просьбу своего отца, он возмутился:

— Пап, зачем ты хвастаешься? Я даже никогда раньше не держал кисть для каллиграфии, как я должен написать это?

— У тебя же хороший почерк? Тебе даже дали кисть, так что пиши.

Его отец, казалось, понимал проблему, но решил спихнуть ее на сына.

По идее, если его сын мог решить гипотезу Гольдбаха, то написать несколько слов для него будет проще простого.

По идее…

Лу Чжоу спросил:

— С каких пор кисть — то же самое, что и перо?

— Не переживай об этом и просто напиши что-нибудь. Главное — чтобы это было написано тобою лично, а остальное — не так важно.

В итоге Лу Чжоу пришлось практиковаться в письме кистью.

Возможно это из-за того, что у парня был хороший почерк, или потому что он от природы талантлив, но даже если поначалу ему немного сложно давалось, после практики у него начало получаться.

Лу Чжоу заметил, что когда он погружался в каллиграфию, все его тело расслаблялось.

Словно все проблемы покидали его.

Он уже давно не испытывал подобных чувств.

Парень отнесся к каллиграфии, как к заданию системы и даже начал получать удовольствие.

Лу Чжоу закончил писать двустишия для своего отца за неделю до китайского Нового года.

Вдруг он понял, что в строках, что дал ему академик Лу, не хватает третьей.

Хотя это не важно, парень чувствовал, что чего-то не хватает.

Вращая кисточку в чернилах, Лу Чжоу, внезапно, нахмурился.

— Сяо Тон.

— Что? — его сестра играла в телефон на диване и с подозрением посмотрела на брата. — Сразу скажу, что я не могу... каллиграфию.

— Я не прошу тебя помогать мне, — Лу Чжоу посмотрел на чернила и перестал писать. — Ты никогда не задумывалась о том, что чернила — жидкость?

Жидкость с высоким коэффициентом вязкости.

— Жидкость?

— Да.

Сяо Тон посмотрела на чернила, а потом на Лу Чжоу.

После чего нерешительно произнесла:

— Брат.

— А?

Его сестра серьезно спросила:

— Ты отупел от математики?

— Иди нафиг.

Лу Чжоу откинул кисть в сторону и, не теряя времени, пошел в свою комнату, где нашел бумагу для черновиков.

Взяв ее, сел за письменный стол и задумался.

Вдохновение всегда приходило в самые неожиданные моменты, и его трудно уловить.

Парню неожиданно пришла в голову идея.

Однако она слишком абстрактна, и почти ускользала из его головы.

Теперь ему предстояло ухватиться за нее и написать ее на математическом языке...

Глава 410. Давно не виделись, Принстон

Лу Чжоу так и не написал третью строку.

Но неожиданно он продвинулся в изучении уравнений Навье-Стокса.

— Уравнения Навье-Стокса в Евклидовом пространстве R3 можно представить, как ∂tμ = Δμ + B (μ, μ), где B — билинейный оператор бездивергентного векторного поля, а μ удовлетворяет исключению при нуле...

Парень быстро писал на черновике, что-то бормоча себе под нос. Внезапно он остановился и покачал головой.

— Я обещал, что не буду касаться математики, пока буду дома, но не могу себя контролировать…

Лу Чжоу перестал писать и убрал черновик в сумку, решив продолжить исследование по возвращении в Принстон.

У него еще будет куча времени на исследования, а сейчас ему следует побыть со своей семьей…

…………………………..

До конца отпуска Лу Чжоу не притрагивался к исследованиям, вместо этого он решил хорошо отдохнуть.

Сделав полумесячный перерыв, парень чувствовал себя переполненным энергией, словно его душа снова ожила.

Домашняя еда только усиливала его аппетит.

К сожалению, сколько бы не ел, он не мог набрать вес.

У него был спокойный и счастливый китайский Новый год.

После Нового года парень попрощался с семьей и отправился в Принстон.

Лу Чжоу сел в скоростной поезд, потом — в метро и добрался до аэропорта.

Пока сидел в терминале и просматривал Weibo, ему внезапно пришло сообщение от Чэнь Юйшань.

"Младший брат, когда ты возвращаешься в университет?"

Прочитав сообщение, парень улыбнулся и набрал ответ.

"Я скоро сажусь в самолет."

Лу Чжоу быстро получил ответ.

"Ты не подождал меня, как ты мог!?"

Что?

Ты не говорила, что хотела полететь вместе…

Погодите-ка, когда Чэнь Юйшань научилась прикидываться милой?

Лу Чжоу чуть было не подумал, что сообщение от Сяо Ая.

Он сел в самолет, чтобы долететь до Шанхая, а из Шанхая полетел через Тихий океан.

После двадцатичасового полета парень наконец вышел с чемоданом из аэропорта Филадельфии.

Его ученик, Джерик, сидел в машине и ждал его на стоянке аэропорта. На самом деле, он уже ждал давно.

Увидев Лу Чжоу, он взволнованно помахал рукой и помог открыть багажник.

— Профессор, вы наконец-то вернулись! Как отдохнули?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо, а вы как отдохнули? Ничего не случилось, пока меня не было?

— Очень хорошо, но без вас такое ощущение, будто чего-то не хватает.

Джерик завел машину и отвез Лу Чжоу обратно в тихий Принстон.

Этот город обладал какой-то магической атмосферой, и Лу Чжоу почувствовал, как она вновь обволакивает его.

Весь день парень отдыхал дома.

На следующий день он рано проснулся и позавтракал, после чего отправился в Институт перспективных исследований в поисках профессора Феффермана.

Придя в кабинет к профессору, он увидел там нескольких его аспирантов.

Чарльз Фефферман увидел Лу Чжоу в дверях кабинета и перестал писать, после чего спросил:

— Хорошо отдохнул?

— Довольно хорошо. Давно так долго не отдыхал.

— Да? Тогда можно начинать работать.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Я уже готов.

Недавно они совместно создали исследовательскую группу по уравнениям Навье-Стокса и добились значительных успехов в его решении. Однако Лу Чжоу был вынужден вернуться в Китай для получения премии, и исследование временно приостановилось.

Пусть Лу Чжоу и находился в отпуске, профессор Фефферман не прекращал работу и думал над проблемами, с которыми они столкнулись.

Чарльз Фефферман встал из-за стола и подошел к окну, после чего резко спросил:

— Ты куришь?

— Нет, а что?

— Ничего, курение вредно, — ответил Фефферман, закуривая сигарету. Он протянул сигарету Лу Чжоу и сказал:

— Но иногда, когда я меньше всего этого ожидаю, это дает мне вдохновение.

Лу Чжоу взял сигарету у профессора и посмотрел на дым, исходящий от нее.

Дым постепенно поднимался вверх и рассеивался.

Это напоминало жидкость с очень низким коэффициентом вязкости.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на сигарету, а потом спросил:

— Что ты пытаешься сказать?

Профессор Фефферман улыбнулся:

— Часто изучаемая нами жидкость похожа на этот дым. Будучи изначально упорядоченной, она в итоге становится беспорядочной, будучи предсказуемой, она в конечном итоге полностью выходит из-под контроля. Даже математика не может объяснить этого хаотического состояния.

Парень ничего не ответил и терпеливо ждал, пока Фефферман закончит.

— В последнее время я думал над оставленным тобою вопросе, — сказал Фефферман, подходя к доске. — В прошлый раз мы получили Pui:=ui-(Δ^-1)·δi·δj·uj. После чего я сделал дополнительное дифференцирование и обнаружил нечто интересное…

" = -πi∫Λξ1, ξ2, ξ3 ((Ξ1), v (ξ2), w (ξ3))..."

Он написал на доске прошлый результат исследования Лу Чжоу.

Но профессор Фефферман не остановился.

— Учитывая производную Шварца однородного векторного поля μ0, интервала времени [0, ∞), мы определяем обобщенное решение H10 уравнений Навье-Стокса как непрерывное отображение μ→H10df(R3) интегрального уравнения μ(t)...

Он вновь написал на доске.

"μ(t)=e^(t△)·μ0+∫e^(t-t')△B(μ(t'), μ(t'))dt'"

"…"

Написанное на доске сбило с толку двух аспирантов в кабинете, поэтому они отвернулись и сосредоточились на своих делах.

Они не могли понять то, над чем работали гении.

Фефферман закончил писать и отложил мел, потом вновь посмотрел на Лу Чжоу.

— А ты что думаешь?

Лу Чжоу некоторое время смотрел на доску, а потом спросил:

— Ты построил дифференциальное уравнение, похожее на уравнения Навье-Стокса?

— Именно, — профессор Фефферман спокойно произнес. — Я построил абстрактный билинейный оператор B', который имеет нелинейную структуру, аналогичную линейному оператору Эйлера B в μ(t), но в то же время отличающую от B… — Если мы докажем, что этот вывод верен…

Чарльз Фефферман улыбнулся и кивнул:

— Тогда мы докажем, что первоначальный вывод тоже верен!

Глава 411. Взрывающееся уравнение?

Лу Чжоу с профессором Фефферманом пришли к единому мнению относительно доказательства, возникала лишь проблема в построении абстрактного билинейного оператора B'.

Он должен иметь такую же нелинейную структуру, как линейный оператор Эйлера B в μ (t), но в то же время он также должен отличаться от B.

Нелинейные дифференциальные уравнения в частных производных сложные...

А ряд вытекающих из них проблем еще сложнее.

Первая встреча состоялась в марте, в небольшом конференц-зале Института перспективных исследований.

Профессор Фефферман посмотрел на расчеты на доске и задумчиво произнес:

— Могу утверждать, что мы близки к конечному результату… Мы очень близки.

Лу Чжоу положил мел и кивнул, глядя на доску.

Но парень не испытывал радости. На самом деле он выглядел даже немного мрачным.

Через некоторое время Лу Чжоу произнес:

— Мне тоже так кажется.

Профессор Фефферман вздохнул и развел руками.

— Иногда неудача и успех находятся в миллиметре друг о друга, понимаешь? Я даже начал сомневаться…

Лу Чжоу взглянул на него.

— Сомневаться?

Фефферман кивнул:

— Хотя мы с оптимизмом относились к правильности этой задумки, результаты говорят, что это может быть не так идеально, как мы предполагали.

Профессор Фефферман говорил неуверенно, не так, как он обычно читал лекции.

Впервые он испытывал неуверенность в своих расчетах.

Лу Чжоу молча некоторое время пристально смотрел на доску, потом наконец выругался:

— Это просто смешно!

Профессор Фефферман вздохнул:

— Смешно, да… Но тут нет ничего нелогичного.

Он достал из кармана сигарету и прикурил.

Обычно в конференц-залах запрещалось курить, но во время исследований это правило не всегда соблюдалось.

В конце концов Институт перспективных исследований создан для науки, и каждое правило здесь для того, чтобы облегчить ученым исследования.

Профессор Фефферман уверенным движением зажег сигарету и аккуратно положил ее на стол.

Дым от сигареты медленно воспарял и постепенно рассеивался в воздухе, не оставляя следов.

Глядя на него, Фефферман уверенно произнес:

— Конечное состояние всех систем — хаос, как и в случае с нашими уравнениями. Значение μΔ в определенный промежуток времени взрывается, в некотором смысле взрывая истину во мироздании. В определенный момент по мере увеличения временной переменной, уравнение взорвется в неизвестной точке, и решение больше не будет гладким...

Эта точка — не в бесконечности, и она, кажется, существовала.

Трудно найти ее значение с помощью существующих математических средств, также как математики не могли решить уравнения Навье-Стокса. Однако можно косвенно доказать, что оно существует... если только процесс доказательства не будет ошибочным.

Профессор Фефферман больше ничего не говорил. Вместо этого он достал еще одну сигарету и выкурил обе сигареты, одну за другой.

Лу Чжоу был уверен, что это не ради науки, а просто чтобы снять раздражение в своем сердце.

Парень был согласен, что это неприятно.

Результаты расчетов ясны, но они уходили от здравого смысла.

Будет ли автомобиль, едущий по дороге, саморазрушаться в произвольный момент времени? Это невозможно. Самое худшее — можно получить штраф за превышение скорости.

Если этот вывод верен, то трехмерное уравнение Навье-Стокса однозначно "взорвется" после определенного момента.

Это означает, что в какой-то момент времени и пространства оно больше не будет сохранять свою регулярность…

Это просто смешно!

…………………………………..

Их исследовательская группа зашла в тупик.

Вечером Лу Чжоу вернулся в свои повседневные тренировки. Он надел спортивный костюм и побежал вдоль озера Карнеги, пытаясь расслабиться, дыша свежим воздухом.

К сожалению, ему не удавалось это.

Проблема, которую он обсуждал ранее с профессором Фефферманом, все еще не выходила у него из головы.

Лу Чжоу начал ускоряться и ускоряться и, сам того не замечая, начал бежать.

Только когда исчерпал всю свою энергию, и его ноги стали тяжелее, наконец, он перестал бежать.

Тяжело дыша, подошел к траве и сел.

Внезапно на траву рядом упал спортивный напиток, он прокатился и остановился рядом с Лу Чжоу.

Парень поднял голову и увидел Молину в спортивной одежде. Она держала в руках еще одну банку.

— Это тебе.

Лу Чжоу открыл банку и сделал глоток.

Он облегченно вздохнул, ощущая, как холодная жидкость течет внутрь него, после чего вытер рот.

— Спасибо, — поблагодарил парень.

— Всегда пожалуйста.

Девушка села рядом с ним, открыла банку и сделала глоток.

Увидев, что парень все еще тяжело дышит, она сказала:

— Ты сам не свой.

Лу Чжоу улыбнулся:

— О чем ты?

— Два месяца назад ты был в более хорошей форме, — ответила Молина. — Думаю, ты слишком расслабился за эти праздники.

Ее голос звучал так, словно она злорадствовала. Однако Лу Чжоу не знал, зачем.

И хотя Лу Чжоу отдыхал, он мог все еще легко уничтожить руководителя Молины на математической конференции, которая должна состояться в августе этого года…

— Возможно.

Лу Чжоу бросил банку в мусорный бак, словно это баскетбольный мяч.

Банка со свистом упала в бак.

Парень пристально посмотрел на озеро.

После пяти минут молчания он произнес:

— Не думаешь, что озеро Карнеги может внезапно взорваться?

— Намекаешь, что под озером есть бомба? — Молина нахмурилась. — Не стоит так шутить в этой стране.

Лу Чжоу покачал головой:

— Я имею в виду... При нормальных обстоятельствах.

— Конечно нет, — ответила Молина. — Но почему ты спрашиваешь?

Лу Чжоу вздохнул:

— Потому что математика говорит, что это возможно.

Молина фыркнула:

— Это ненормально.

Лу Чжоу посмотрел на отблески заката в озере, а также на команду байдарочного клуба, после чего многозначительно пробормотал:

— Да, это ненормально.

Но возможно ли это?

Например, молекулы воды в системе движутся не систематизировано. Может ли вектор их движения стать хаотичным? Точно также как со стихийными бедствиями, вызванными совпадениями, когда вся накопившаяся энергия мгновенно высвобождается.

Лу Чжоу задумался о возможности испарения озера в одно мгновение.

Этого не произойдет, если только…

Я не брошу огромную бомбу в него.

Однако исследование Лу Чжоу явно исключало из себя внешние факторы.

Молина спросила:

— Взрыв озера — часть уравнений Навье-Стокса?

Парень кивнул в ответ:

— Да.

Глава 412. Многообразие Лу?

Молина где-то полминуты пристально смотрела на Лу Чжоу, а потом внезапно протянула правую руку.

Парень почувствовал, что она хочет коснуться его лба, и быстро подсознательно пригнулся.

— Что ты делаешь?

Девушка ответила:

— Ничего, просто хотела проверить, не заболел ли ты.

— …

Молина со всей серьезностью спросила у Лу Чжоу:

— Если честно, пусть я никогда не изучала дифференциальные уравнения в частных производных, для меня все выглядит так, будто ты пытаешься усложнить задачу. Почему?

Парень стряхнул траву с шорт и встал.

— Я хочу, чтобы все было просто, но не выходит.

Молина встала и приблизилась к Лу Чжоу:

— Если расчет нарушает какой-то здравый смысл, то скорее всего он ошибочен.

Лу Чжоу не стал отрицать ее утверждение.

— Хорошо, соглашусь, это логично. Именно поэтому мне и интересно, — Лу Чжоу перевел взгляд на озеро. — Почему уравнение взорвалось.

…………………………….

Взрыв также назывался дивергенцией. По крайней мере так его называли в области вычислительной гидродинамики. Многие из зарубежных авторов любили использовать слово "взрыв", чтобы описать это невероятное явление.

С точки зрения математики, взрыв может означать многое, например, когда знаменатель решения равен нулю или когда матричное решение не сходится…

Но когда речь заходит о уравнениях Навье-Стокса, то взрыв означал дивергенцию. В определенной точке во времени и пространстве скорость потока жидкости становилась все быстрее и быстрее, стремясь к бесконечности, что противоречило здравому смыслу.

Еще полвека назад доказали, что в двумерном пространстве эта точка не существует, а следовательно уравнения Навье-Стокса имеют единственное регулярное решение в двумерном случае. Но никто в научном сообществе не знал, что произойдет, если применить уравнения Навье-Стокса к трехмерному пространству.

Математическое сообщество в целом оптимистично смотрело на существование трехмерного гладкого решения уравнений

Навье-Стокса. Занимающиеся вычислительной гидродинамикой также с оптимизмом относились к этому. Поскольку если бы гладкого решения не существовало, то их феноменологические модели станут равносильны использованию лжи для объяснения лжи.

Вернулся домой Лу Чжоу весь в поту. Он бросил свою одежду в стиральную машину и пошел в душ.

Ощущение горячей воды, стекающий по его телу, помогало его разуму расслабиться.

Идея косвенного доказательства с использованием абстрактных билинейных операторов может быть ошибочной, поэтому вместо того, чтобы путаться в неопределенной части доказательства, лучше попробовать другой метод.

Подобные проблемы бросают вызов ограниченности человеческого разума, нет никакого правильного способа решить его.

Сообщество дифференциальной геометрии никогда не задумывалось о дифференциальных уравнениях в частных производных, пока не решили гипотезу Калаби. После этого родился геометрический анализ дифференциальных уравнений в частных производных.

Возможно Лу Чжоу мог открыть что-то еще более ценное, пытаясь решить уравнения Навье-Стокса?

Он прошел в свой кабинет, включил компьютер и начал искать материалы по уравнениям Навье-Стокса.

В конце концов это задача вековой давности, за которую полагалась награда от Института Клэя. Уравнения Навье-Стокса занимали важнейшее место в области дифференциальных уравнений в частных производных, поэтому многие ученые получили хорошие результаты, основанные на этой задаче.

Каждый раз, когда исследования парня достигали проблемного места, он пытался разрешить трудности, погружаясь в исследовательские материалы.

Точно так же как Перельман сразу же решил гипотезу Пуанкаре после прочтения статьи Гамильтона о потоке Риччи. Лу Чжоу использовал аналогичный подход.

Однако…

Найти кусочек ответа на загадку — не так-то просто.

Небо за окном усеяли звезды, часы пробили двенадцать.

Парень вздохнул и облокотился на спинку стула.

Его голову переполняли беспорядочные мысли, он думал о чернилах и сигаретном дыме, отчего у него разболелась голова.

Внезапно среди этого тумана промелькнул просвет.

— Если у меня нет инструмента, то почему бы не создать его…

Если я возьму каждую молекулу и представлю как точку, и соберу эти точки в Евклидово пространство, то могу построить приближенное трехмерное многообразие, и с помощью топологии…

Хм, кажется, что делаю простое еще более сложным.

Хотя думаю…

Это может сработать?

В глазах парня появился блеск.

Он крепко ухватился за вдохновение и быстро взял ручку, после чего написал несколько слов на бумаге.

"Многообразие Лу..."

После этого его уже было не остановить…

……………………

Когда Лу Чжоу погружался в свои исследования, время пролетело незаметно.

В мгновение уже наступил апрель.

За последние полтора месяца Лу Чжоу, в основном, сидел заперевшись в своей комнате и однообразно проводил весенние каникулы.

За это время, если не считать Веры, которая приходила к нему домой с отчетом о прошедших лекциях, парень практически полностью не контактировал с внешним миром.

На самом деле, даже если это именно он просил Веру приносить ему отчет о лекциях, он даже не прочитал его.

В Принстоне уникальный подход к исследованиям профессора Лу уже стал байкой, о которой вновь поступившие студенты узнавали от старшекурсников.

Возможно Фефферман знал, что исследования парня достигли критической стадии, поскольку не беспокоил Лу Чжоу в этот период. Он прекратил регулярные встречи и занялся собственными независимыми исследованиями.

Наконец, Лу Чжоу добился определенных результатов.

Он перестал писать и с улыбкой посмотрел на черновик.

Мозг Лу Чжоу наконец-то расслабился, и он начал думать о каких-то незначительных вещах.

Например, нормально ли название "многообразие Лу"?

Что, если он поменяет его на "многообразие Лу Чжоу" или на "многообразие ЛЧ".

Парень думал об этом и решил не мучить будущие поколения.

Первое звучало странно, а второе неудобно произносилось.

— Просто буду придерживаться "многообразие Лу", или "Л многообразие" для краткости!

Парень был доволен названием. Изменив заглавие рукописи, он отложил бумаги в сторону. Уже собирался перенести содержимое в электронный вид, включил компьютер и планировал приступить к работе, как в углу экрана появилось уведомление от Сяо Ая.

"Хозяин, вам пришло письмо!"

Увидев уведомление, он сразу щелкнул на ссылку в уведомлении.

Письмо было от "Математического ежегодника".

Речь шла о гипотезе Коллатца.

Прочитав его, Лу Чжоу улыбнулся.

Хотя это ожидаемо, он все равно не мог не порадоваться за своих учеников.

Исходя из письма, статья будет опубликована в последнем номере журнала. Что откроет ее для широкой публики.

Глава 413. Поздравляю с окончанием!

На следующий день Лу Чжоу закончил свое исследовательское уединение и отправился к себе в кабинет в Институте перспективных исследований.

Как обычно, там сидели его ученики.

Увидев Лу Чжоу в дверях, они все удивились.

Первой заговорила Вера.

Она слегка приоткрыла свой рот и сказала удивленным голосом:

— Профессор, вы вышли из затворничества?

— Думаю, да… — Лу Чжоу посмотрел на Веру, после чего взглянул на Харди, и не мог не отметить удивление на их лицах. — Что вы так все смотрите на меня?

— Если вы вышли из дома, тогда… — пробормотал Джерик.

Вэй Вэнь сказал:

— Значит, вы решили задачу тысячелетия?

— Нет, но я добился кое-каких результатов, — Лу Чжоу сделал паузу, а потом продолжил:

— Но я здесь не из-за этого, я пришел, чтобы сказать о гипотезе Коллатца.

Цинь Юэ спросил:

— Ответили из "Математического ежегодника"?

— Да. Ваша статья превосходна, и Питер Сарнак, который рецензировал ее, высоко оценил ее, — Лу Чжоу улыбнулся. — Статью опубликуют в следующем выпуске журнала.

Услышав, что рецензент Питер Сарнак, на лице Веры и других появилось удивление.

Профессор Сарнак — один из лидеров в современной теории чисел. Очевидно, проведя столько времени в Принстоне, они слышали о нем.

Он также является редактором журнала "Математический ежегодник" и одним из рецензентов работы Лу Чжоу о гипотезе Гольдбаха.

Лу Чжоу помолчал какое-то время, а потом продолжил:

— Как я уже сказал, гипотеза Коллатца — это ваша дипломная работа. Изначально я ожидал, что вы добьетесь лишь небольшого прогресса в ней, и правда... не ожидал, что вы ее решите всю. Должен сказать, что вы впечатлили меня.

Цинь Юэ улыбнулся:

— Это все благодаря вашим математическим инструментам, которые вы предоставили. Самостоятельно мы бы не смогли решить ее.

Лу Чжоу покачал головой.

— Инструменты все еще требуют смышленого человека, который применит их. Вы талантливы, поэтому не надо скромничать. Надеюсь, что вы сможете продолжить свой путь в теории чисел и достичь величия в области аддитивной теории чисел. Он выпрямился и сказал:

— Теперь вы официально закончили университет!

Кабинет наполнили аплодисменты, причем Джерик и Вэй Вэнь хлопали громче всех.

Особенно Вэй Вэнь, который с завистью смотрел на Цинь Юэ.

Суметь опубликовать статью в "Математическом ежегоднике" с доказательством гипотезы Коллатца…

Можно без преувеличения сказать, что имя Цинь Юэ появится в программе "Тысяча людей".

Независимо от желания Цинь Юэ остаться за границей или вернуться в Китай, найдутся различные академические институты, которые предложат ему зарплату, от которой сложно отказаться.

Лу Чжоу помолчал, а потом, окинув взглядом трех студентов, произнес:

— Теперь я хотел бы услышать о ваших дальнейших планах.

Независимо от того, захотят ли его студенты продолжать исследования или пойдут работать в другой университет, Лу Чжоу сделает все, чтобы помочь им.

Например, напишет рекомендательные письма.

В академических кругах наличие рекомендательного письма от известного ученого может стать решающим фактором при собеседовании. Даже если человек не проявит себя хорошо на собеседовании, то его заявление серьезно рассмотрят…

Харди улыбнулся:

— Профессор, если вы не против, то я хотел бы продолжить учиться у вас.

Лу Чжоу ответил:

— Почему я должен быть против? Я буду рад, если вы будете писать докторскую под моим руководством.

И хотя Харди немного бесцеремонный, его навыки все еще хороши.

Любой, кто мог получить степень магистра в Принстоне, талантлив в соответствующих областях. В Принстоне учились только талантливые и чрезвычайно талантливые студенты.

Еще в прошлом году Вера рассказала Лу Чжоу о своих планах и даже подала ему заявление. Цинь Юэ также собирался продолжить учебу в Принстоне.

Все трое его учеников планировали продолжить учебу. Исследовательская группа Лу Чжоу в Принстоне вскоре будет состоять из постдока по вычислительному материаловедению, трех аспирантов и двух магистров.

Что касается того, возьмет ли Лу Чжоу новых студентов…

Все зависит от того, будут ли новые таланты, которые привлекут его.

Закончив разбираться со своими учениками, Лу Чжоу договорился встретиться с профессором Фефферманом.

У него много результатов исследований, которые он может обсудить с коллегой.

………………

Конференц-зал в Институте перспективных исследований.

Профессор Фефферман прочитал работу Лу Чжоу и потер подбородок.

— Многообразие Лу... Кажется интересным.

По сравнению с абстрактными методами доказательства использование многообразия Лу для исследований уравнений

Навье-Стокса, несомненно, новая идея. Введение метода топологии в дифференциальные уравнения с частными производными выглядело целесообразным.

Однако профессор Фефферман никогда не проводил никаких исследований в этой области, поэтому не мог дать Лу Чжоу конкретного ответа.

Профессор дочитал записи Лу Чжоу, после чего спросил:

— Как ты пришел к этому?

— Меня озарило, когда бегал вдоль озера Карнеги.

Фефферман удивленно взглянул на Лу Чжоу:

— Поразительно… Стоит ходить туда почаще.

Лу Чжоу вернул разговор в нужную сторону, прямо спросив:

— Что думаешь о методе?

— Не знаю, но признаю, что это интересная идея. Но все же я бы предпочел абстрактный метод доказательства, — профессор Фефферман вздохнул и взял кусок мела, после чего начал писать на доске и говорить.

— В течение последнего месяца я пытался улучшить билинейный оператор B'. Эта конструкция очень близка к линейному оператору Эйлера B в μ(t).

"μ(t)=e^(t△)·μ0+∫e^(t-t')△B(μ(t'), μ(t'))dt']"

Расчет очень напоминал тот, что был более месяца назад, и структура была все та же.

Единственное отличие состояло в построении билинейного оператора B', удовлетворяющего условию = 0. Профессор Фефферман использовал очень искусный метод, который сделал оператор B 'очень близким к первоначальному оператору B.

Однако…

Лу Чжоу чувствовал, что что-то не то.

Он вспомнил обсуждение больше месяца назад, и внезапно нахмурился, ощутив, что расчеты выглядят неестественно.

Он долго смотрел на доску, прежде чем заговорил:

— Мне кажется, я понял, в чем проблема…

Глава 414. Два пути

Слова парня ошеломили Феффермана.

Он тут же серьезно спросил:

— Можешь пояснить?

— Само собой, — Лу Чжоу взял мел. — Но мне надо воспользоваться доской.

Как только у парня возникла идея, то ее реализация — просто вопрос математики.

Ему потребовалось около получаса, чтобы заполнить две доски.

Лу Чжоу сделал пару шагов назад и посмотрел на расчеты на доске. Он осторожно сжал мел в руке и с уверенностью произнес:

— В общем, используя абстрактный метод доказательства, мы можем вычислить только существование T1 (>0). Поэтому слабое решение гладкое только на промежутке времени (0, T1], но значение T1 не определено.

Этот вывод сильно отличался от того, что нужно для решения задачи тысячелетия. Он равносилен разнице между Ньютоновским законом движения и специальной теорией относительности.

Первая определяла частный случай начального значения и применялась только к конечному интервалу времени. Уравнения

Навье-Стокса связаны же с существованием гладкого решения в трехмерных условиях.

Их уравнения взрывались, поскольку они задали конкретное значение t как T1, когда значение времени в действительности находится вне интервала (0, T1].

Точно также, как закон движения Ньютона не применим к объектам с высокой скоростью…

Когда Фефферман услышал объяснение Лу Чжоу, он не находил слов.

— Если ты уже знал, почему не сказал раньше?

Лу Чжоу извиняющееся ответил:

— Я только сейчас понял.

Чарльз Феферман молча смотрел на доску около десяти минут, по несколько раз просматривая расчеты, а затем вздохнул:

— Ты прав, наша прошлая идея не идеальна.

Многие запутанные прошлые проблемы сразу стали явными.

Профессор Фефферман помолчал, а потом сказал:

— Однако исходя из твоих слов, если мы сможем определить значение Т1 в пределах определенного интервала времени уравнений Навье-Стокса, то гладкое решение существует.

Лу Чжоу впал в ступор. Он не ожидал, что Фефферман будет упорствовать в своем абстрактном методе доказательства.

Парень немного подумал, после чего ответил:

— Этого недостаточно. Мы должны найти точный способ отличить исходный оператор B от построенного билинейного оператора B'.

Чарльз Фефферман вздохнул.

— Я знаю, но думаю, что использовать наши первоначальные результаты проще, чем использовать другую идею. На мой взгляд, абстрактное доказательство все еще имеет потенциал, — он сделал паузу. — Поскольку мы оба предпочитаем независимые исследования, нам следует проводить их отдельно.

Хотя Фефферман испытывал оптимизм в отношении новой идеи Лу Чжоу, ему все еще не хотелось отказываться от своей идеи абстрактного доказательства.

Поэтому в этом случае им лучше проводить исследования в разных направлениях.

Это увеличит шансы на успех.

Лу Чжоу кивнул, соглашаясь с предложением Феффермана.

— Это наилучший выбор.

Математические гипотезы можно решить путем дискуссий, но это не единственный вариант.

Парень вернулся домой после вечерней пробежки, принял душ и отправился к себе в кабинет. Включив компьютер, он продолжил редактировать документ с многообразием Лу.

Многообразие Лу, в действительности, уже очень впечатляющий результат.

Точно так же, как билинейный оператор B', построенный профессором Феферманом, даже если они не смогут найти решение уравнения Навье-Стокса, полученный инструмент можно опубликовать в качестве независимых результатов исследований.

Даже можно сделать доклад об этом на международной конференции математиков.

Что касается конкретного использования инструмента?

Разумеется, он наиболее применим к уравнениям Навье-Стокса, но его также можно использовать для топологических операций на некоторых сложных нелинейных дифференциальных структурах, таких как многообразия, что упростит сложные задачи.

Что касается возможности применения в других областях, то все уже зависит от креативности ученых.

Может быть когда-нибудь его можно будет применить в теоретической физике или инженерии…

Лу Чжоу сидел молча, уставившись на экран компьютера. В итоге он решил отправить свою работу в "Математический ежегодник".

Что касается конференции в августе…

Он все еще планировал подарить математическому сообществу решение уравнений Навье-Стокса.

Очевидно, этот план — вызов.

В конце концов, до сих пор в его исследованиях лишь смутно виднелось решение уравнений Навье-Стокса.

И Лу Чжоу не знал, сможет ли решить эту задачу.

Вскоре после загрузки статьи, она прошла проверку технических редакторов и отправилась рецензенту. В то время статья о гипотезе Коллатца была опубликована в "Математическом ежегоднике".

Статья вызвала сенсацию в академическом сообществе, как и ожидал Лу Чжоу.

……………………..

Университет Кая, научный математический институт имени Чжень Шэньчжэня.

На столе лежал раскрытый последний выпуск "Математического ежегодника".

Академик Чжан Юйпин полностью прочел статью, после чего вздохнул и с чувством произнес:

— Профессор Лу, и правда, потрясающий. Не только он талантлив, но и его ученики.

Академик знал, кто такой Цинь Юэ, именно он написал ему рекомендательное письмо в Принстон.

Но по правде говоря, даже если академик Чжан поощрял желание Цинь Юэ получать степень магистра под руководством профессора Лу, у него не было больших надежд по поводу него.

Поскольку тогда профессор Лу только недавно решил гипотезу Гольдбаха и стал наиболее "желанным" профессором математики в мире.

Ведь это гипотеза Гольдбаха.

Проблема, которая волновала Гаусса, Эйлера и других великих математиков, корона теории чисел.

Даже далекий от математики журнал People обратил на это внимание.

Рядом с академиком Чжаном стоял директор математического института, профессор Фу Лэй.

Он был немного моложе академика Чжана, но также известен в китайском математическом сообществе.

Как и академик Чжан, который занимался дифференциальной геометрией, главным его направлением исследований была не теория чисел, а теория групп. Однако это не мешало ему понять научную ценность работы.

После долгого молчания профессор Фу спросил:

— Эту статью… Ты действительно думаешь, что ее написали его ученики?

Академик Чжан улыбнулся:

— Конечно! Кто будет таким щедрым, чтобы отдать результаты своих исследований студентам?

Права на результаты исследований — вопросы академической этики.

Как правило, для научного руководителя будет редкостью не украсть результаты своих студентов.

Что касается того, чтобы отдать все результаты студентам…

Ни один нормальный человек так не поступит.

Профессор Фу знал это, но не смог сдержаться:

— Но я не понимаю! Если его ученики могут решить эту гипотезу, то почему он сам не решил ее?

— Спокойнее. Ты не можешь применять логику нормальных людей к такому гению, — академик Чжан улыбнулся. — Может, его не интересует такая проблема, и поэтому он передал ее своим студентам.

Профессор Фу не поверил, поскольку это звучало слишком нелепо.

Гипотеза Коллатца — вовсе не простая.

И хотя не так много людей исследовали ее, множество обратило на нее внимание.

Если бы это был он, то он никогда не сделал ничего подобного. В конце концов, решивший подобную гипотезу, мог бы легко стать академиком, если будет соответствовать требованиям в возрасте.

Академик Чжан видел, что профессор Фу недоумевает, и поэтому просто улыбнулся и не стал пытаться объяснить.

В конце концов, он говорил о существовавших в истории математиков, которых не интересовали "простые" задачи.

Например, Гротендик, Гильберт…

Все они — великие люди, совершившие революцию в математике.

Лу Чжоу еще далек от этого, но он еще молод, и мог пройти еще долгий путь…

Академик Чжан молчал какое-то время, а потом улыбнулся:

— Это нормально, что ему не интересно. Недавно я услышал, что профессор Лу исследует одну большую проблему. В сравнении с ней гипотеза Коллатца — ничто.

— Что-то лучше гипотезы Коллатца? — Фу Лэй нахмурился. — Химия? Или физика?

Академик Чжан рассмеялся:

— Это не относится к химии. Но частично связано с физикой.

Фу Лэй не мог сдержать любопытства:

— Что же это?

— Речь идет о существовании гладкого решения уравнений Навье-Стокса, — произнес академик Чжан, глядя в окно. Эмоции переполняли его, когда он продолжил:

— Одна из семи задач тысячелетия.

Это полностью потрясло Фу Лэя.

Он некоторое время стоял, разинув рот.

— Он уже на этом уровне?

— А ты так не считаешь? — академик Чжан улыбнулся. — Иначе почему ему вручили премию первого уровня в двадцать лет?

До академика Чжана дошли слухи.

Перед конференцией он слышал, что руководители министерства науки и технологий полагают, что Лу Чжоу не достоин премии первого уровня в области естественных наук.

В конце концов, Лу Чжоу на десятки лет моложе, чем остальные лауреаты.

Однако в итоге руководство все же решило вручить Лу Чжоу премию.

Ходило много слухов, почему они так поступили.

Самым достоверным и распространенным был слух о том, что в академических кругах есть высокопоставленный человек, который убедил комитет по присуждению премии пойти на подобный риск.

Он убедил их только по одной причине.

Ходили слухи, что в августе международный математический союз с большой вероятностью вручит Филдсовскую премию профессору Лу, которого пригласили выступить с часовым докладом. Более того, лауреат Нобелевской премии, профессор Герхард Эртль, выдвинул кандидатуру Лу Чжоу на Нобелевскую премию по химии в этом году.

Поначалу академик Чжан не верил, что Лу Чжоу может решить проблему тысячелетия, но Лу Чжоу создал множество чудес, что академик не мог не поверить в возможность этого.

Поскольку имя Лу Чжоу уже ассоциировалось с чудесами.

Профессор Фу задумался, после чего пробормотал:

— Если бы только этот парень мог работать в нашем институте.

Само собою, он просто шутил.

Даже если профессор Лу вернется в Китай, тот будет работать в институте, названным его именем.

Точно так же как с институтом Яу Шинтуна или институтом Чжень Шэньчжэня.

Академик Чжан засмеялся:

— Забудь об этом! Он никогда не придет к нам работать. Однако мы можем связаться с его учениками.

— Что ты подразумеваешь?

Академик Чжан серьезно сказал:

— Я напишу письмо руководству и рекомендую Цинь Юэ в программу "Тысяча талантов". Неважно, собирается он вернуться в Китай или продолжит исследования, мы должны подготовиться!

Глава 415. Второе приглашение

В начале апреля в математическом сообществе произошло крупное событие.

В последнем номере "Математического ежегодника" опубликовали доказательство гипотезы Коллатца.

Гипотеза Коллатца заключалась в следующем: можно взять любое натуральное число n. Если оно нечётное, то умножаем его на 3 и прибавляем 1 (получаем 3n + 1), а если чётное, то делим на 2. Над полученным числом выполняем те же самые действия, и так далее. И после определенного числа операций мы неизбежно попадем в промежуток "1,4,2".

Это гипотеза была популярна в восьмидесятые года.

Ранее с помощью суперкомпьютеров проверили числа ниже 1,1 триллиона. В итоге установили, что независимо, какое число выбрать, они окажутся в проклятье "1,4,2".

Благодаря такому чудесному свойству, эту гипотезу также называли гипотеза "чисел-градин", поскольку падение чисел так же быстро и неостановимо, как град.

Но теперь статья Веры и других предоставила доказательство для этой старой гипотезы.

Гипотеза Коллатца была доказана.

Статья получила всемирное внимание.

Мир поразило не только доказательство гипотезы, но и то, что ее доказали ученики Лу Чжоу.

По общепринятому правилу доказательство крупной гипотезы часто требовало больше, нежели просто публикации статьи. Помимо процесса рецензирования журналом, доказательство должно признать математическое сообщество.

Обычно в Принстоне устроили бы доклад для Веры и остальных, чтобы рассказать о результатах исследований и ответить на вопросы ученых из данной области.

Но так совпало, что в августе должна состояться международная конференция математиков, проходящая раз в четыре года. Поэтому докладом Веры займется международный математический союз.

Через две недели после публикации статьи Питер Сарнак, профессор Принстонского университета и главный редактор "Математического ежегодника", отыскал Лу Чжоу и передал ему приглашение от Международного математического союза.

Очень немногие получали два приглашения на одну и ту же конференцию.

Сарнак никогда не слышал, чтобы такое происходило.

— Профессор Марсело Виана, председатель международного математического союза, прислал мне электронное письмо с просьбой передать тебе это приглашение. О такой крупной гипотезе, как гипотеза Коллатца, нужно рассказать как можно большему числу людей. Это редкая возможность, и они подготовили 45-минутный доклад для вас. Вы сможете?

Лу Чжоу посмотрел на профессора Сарнака и покачал головой.

— У меня уже есть часовой доклад, поэтому я занят. Боюсь, у меня нет времени, чтобы подготовиться ко второму докладу.

Сарнак удивился:

— Он связан с уравнениями Навье-Стокса?

Лу Чжоу с Фефферманом подали официальную заявку на исследовательский проект в Институте перспективных исследований, поэтому их сотрудничество — не секрет.

Однако Сарнака удивило то, что с момента основания проекта не прошло и года.

Он не думал, что они смогут решить задачу тысячелетия за такое короткое время.

Он получил неожиданный ответ от Лу Чжоу.

— Да.

Услышав это, на лице Сарнака не могло не появиться удивление.

— Вы уверены, что сможете решить ее до августа? Осталось совсем немного времени.

Парень улыбнулся и с легкостью ответил на вопрос:

— Как только создан инструмент, его применение — лишь вопрос времени. Вот, что я чувствую. Вы должны понять меня.

Профессор Сарнак нахмурился и тут же спросил:

— Вы подразумеваете метод, который расписали в своей статье, которую недавно отправили нам?

Лу Чжоу кивнул:

— Именно! Думаю, это ключ к решению уравнения Навье-Стокса.

Услышав этот уверенный ответ, профессор Сарнак задумался.

Он слышал о недавней статье Лу Чжоу, и она вызывала много споров в редакционном отделе.

Хотя конкретное дифференциальное многообразие новое, большинство редакторов не понимали его сути и предназначения.

Сарнак тоже не видел от нее пользы, хотя немного разбирался в дифференциалах.

В конце концов, он принял статью Лу Чжоу и отправил ее на рецензирование.

Видимо, он не ошибся…

……………………………….

Попрощавшись с профессором Сарнаком, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет в Институте перспективных исследований с приглашением от математического союза, после чего устроил обсуждение со своими тремя аспирантами.

— У меня в руках приглашение от Международного математического союза выступить с сорока пяти минутным докладом. Хотя организаторы попросили это сделать меня, я знаю, что вам эта возможность нужна больше.

Лу Чжоу помолчал немного, пристально глядя на своих учеников, а потом продолжил:

— Как правило, доклад делает главный автор статьи. Я хочу порекомендовать союзу Веру в качестве докладчика. Что думаете?

Цинь Юэ ответил:

— Согласен!

Харди поддержал его:

— Я тоже!

Его ученики пришли к единому мнению.

Лу Чжоу посмотрел на их и кивнул, после чего произнес:

— Похоже, мы договорились.

Видя, что два товарища так легко все оставили ей, Вера немного забеспокоилась:

— Подождите, я…

Харди ухмыльнулся:

— Не надо скромничать. Поскольку большая часть статьи сделана тобою, то именно ты должна делать доклад.

Вера смутилась и занервничала:

— Но я никогда раньше не выступала с докладами на конференциях математического союза…. Я даже никогда не была на них.

— Все нормально. Я тоже еду на нее впервые. Вообще впервые еду в Бразилию, поэтому придется попросить Харди стать нашим гидом, — Лу Чжоу улыбнулся и ободряюще сказал:

— Твой доклад в Беркли прошел же хорошо? Помню, что ты получила награду лучшего молодого оратора. Просто делай, что умеешь.

Услышав ободрение от профессора, Вера немного успокоилась, но все равно все еще выглядела взволнованной.

Лу Чжоу посмотрел на застенчивую девушку и не мог не удивляться про себя.

Она, правда, славянка?

Хотя он мало что знал о славянах, судя по тому, что видел в кино, он не мог представить их робкими и боязливыми.

— В общем, не воспринимай это слишком серьезно. Просто представь, что это простой доклад. К тому же, у тебя есть четыре месяца на подготовку.

Вера слегка сжала края платья и тихо спросила:

— Вы поможете мне?

Лу Чжоу покачал головой:

— Боюсь, что не в этот раз.

Увидев, что девушка разочаровалась, Лу Чжоу добавил:

— Я собираюсь закрыться для исследований, поэтому тебе придется готовиться самостоятельно.

Глава 416. Беспокойный июнь

Лу Чжоу переполняла решимость выступить с докладом об уравнениях Навье-Стокса на международной математической конференции, поэтому у него не было времени, чтобы тратить его впустую.

Сейчас начало апреля, а конференция будет проходить в августе. Самое позднее, он должен закончить работу по уравнениям Навье-Стокса к началу июля.

Следовательно, у него осталось всего три месяца.

В такой ситуации у него единственный выход — полностью погрузиться в работу…

Дни исследований быстро пролетели, и вскоре наступил июль.

Дата конференции приближалась, и международный математический союз отправил Лу Чжоу несколько писем, напоминающих ему, что нужно обновить информацию о содержании его доклада на сайте.

Как правило, участники должны раскрыть содержание своего доклада до начала конференции. Они также должны загрузить текст доклада до определенной даты.

Лу Чжоу наконец-то собирался сделать это. Он зашел на сайт международного математического союза и обновил информацию о своем докладе.

Большинство уже обновили информацию о докладах полгода назад, и редко можно увидеть, чтобы кто-то обновлял информацию за месяц до конференции.

Поскольку это часовой доклад, а докладчик — известный ученый, все обратили внимание на содержание доклада.

Несколько месяцев назад на различных форумах по математике обсуждалось то, что готовит профессор Лу.

Многие из области теории чисел ежедневно проверяли сайт, в надежде увидеть тему Лу Чжоу.

И она оправдала все ожидания.

Когда сообщество увидело, что доклад будет посвящен уравнениям Навье-Стокса, оно взорвалось…

На известном математическом европейском форуме.

"Существование и гладкость решения уравнений Навье-Стокса? Как это возможно?"

"Сколько раз уже заявляли, что решили уравнение Навье-Стокса?"

"Уже не счесть..."

"В прошлый раз — ученый из Казахстана, на этот раз — китайский ученый. Неужели странам третьего мира так сильно нужен приз в один миллион долларов?"

"Давайте подождем, пока не увидим его работу. Пока никто ничего не знает. Что, если он действительно решит одну из задач тысячелетия? Точно также, как он решил гипотезу Гольдбаха."

"Невозможно! Уравнения Навье-Стокса и гипотеза Гольдбаха — совершенно в разных плоскостях! Одно — дифференциальные уравнения в частных производных, а другое — теория чисел! Независимо от того, насколько он умен, он никак не может достичь вершины в двух разных областях!"

Споры в интернете были ожесточенными.

Не только люди в интернете, но и многие известные ученые-математики обратили внимание на это нежданное объявление.

Тао Теренс — один из них.

На самом деле Тао Теренс занимался исследованиями уравнений Навье-Стокса в 2007 году. Он даже опубликовал пару статей.

Тао Теренс написал свое мнение в блоге.

"Трудно что-то говорить до прочтения статьи. Но, насколько я его знаю, хотя он любит рисковать, но не будет делать того, в чем он не уверен.

Кроме того, два месяца назад я заметил его последнюю статью в "Математическом ежегоднике". Многие могли заметить, что статья о новом дифференциальном многообразие — "Многообразие Лу".

Меня смущала специфика использования Многообразия Лу, пока я не углубился в исследование взаимосвязи между дифференциальными уравнениями и топологией.

Однозначно, это очень интересный инструмент дифференциальной геометрии. С того момента у меня появилось предположение, что его можно использовать для решения уравнений Навье-Стокса."

Обсуждения проходили не только в интернете.

Через две недели после того, как Лу Чжоу открыл миру тему доклада, серебристый самолет перелетел через Атлантический океан из Европы в Северную Америку.

Лионс с чемоданом вышел из международного аэропорта Нью-Йорка, после чего тепло обнял своего старого друга, Чарльза Феффермана.

— Давно не виделись, дружище.

— Давно не виделись! — профессор Фефферман похлопал своего друга по плечу и спросил:

— Какими ветрами?

Перед профессором Фефферманом стоял профессор Пьер-Луи Лионс из Высшей школы. Он — лауреат Филдсовской премии 1994 года, который внес выдающийся вклад в нелинейные дифференциальные уравнения в частных производных и уравнения Гольцмана.

Лионс всегда следил за последними результатами исследований, связанных с уравнениями Навье-Стокса.

Увидев, что Лу Чжоу выбрал в качестве темы своего доклада уравнение Навье-Стокса, он немедленно сел в самолет из Парижа в Принстон, чтобы посетить своего старого друга, который был главой математического факультета в Принстоне.

— Мне стало интересно, — ответил Лионс, укладывая чемодан в багажник. Пристегивая ремень безопасности, он спросил:

— Вы действительно решили уравнения Навье-Стокса?

Профессор Фефферман взялся за руль и на мгновение замер.

Через какое-то время он покачал головой:

— Извини, я не знаю.

Это ошеломило Лионса.

Он с недоверием произнес:

— Ты не знаешь? Разве вы не вместе работали над этим проектом?

— Да, — профессор Фефферман завел машину. — Мы действительно работали вместе над уравнениями Навье-Стокса, но два месяца назад мы решили работать над этой задачей разными путями и проводить независимые исследования…

До сих пор он все еще пытался использовать свой абстрактный метод.

Он был не уверен, на каком этапе сейчас находится Лу Чжоу.

Лионс промолчал.

Проведение исследований с использованием двух совершенно разных методов.

Такое могли делать только подобные гении.

Лионс молчал некоторое время, а потом произнес:

— Можешь отвести меня к профессору Лу? Я хотел бы поговорить с ним.

Фефферман покачал головой:

— Боюсь, что не могу.

— Почему?

Фефферман вздохнул:

— Когда он погружается в исследования, он любит запираться у себя дома. Всякий раз, когда он так поступает, то он покинет дом, только если будет удовлетворен своим исследованием или если не случится землетрясение.

Но если честно, Фефферман не думал, что землетрясение может вытащить его из дома.

Лионс пребывал в шоке:

— Это… просто смешно.

Фефферман улыбнулся и покачал головой:

— Поначалу я тоже удивлялся, как и ты. В конце концов, мы живем в двадцать первом веке. И трудно поверить, что кто-то использует подобный метод, помимо Перельмана. И даже Перельман только сокращал свои маршруты, а не отгораживался полностью от внешнего мира. Но я привык к этому.

— Он — такой интровертный ученый?

Профессор Фефферман отмахнулся:

— Не совсем. С ним довольно легко общаться. Все в Принстоне знают о его уникальном методе исследований. От своих китайских студентов я слышал, что этот метод очень распространен в Китае.

Лионс тут же спросил:

— Какой метод?

Фефферман с серьезным лицом ответил:

— Они называют его "Затворничество".

Глава 417. Ответ на задачу тысячелетия!

Пока по всему миру проходили напряженные дискуссии, Лу Чжоу работал в уединении, не обращая внимания на эти споры.

Его исследования пошли не так гладко, как он ожидал, но парень все равно был уверен в конечном результате.

Если уравнение Навье-Стокса — лабиринт, то его от выхода разделяла лишь одна стена. Преодоление этой стены — лишь вопрос времени.

До конца месяца оставалась еще одна неделя.

Его исследования вступили в самую критическую стадию.

Только тонкая грань отделяла успех от неудачи.

Вот и все.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и положил телефон на стол, после чего поставил таймер на 168 часов.

Запустив таймер, закрыл глаза.

Когда он их открыл, в его зрачках уже не было света, осталась лишь холодная и жесткая логика.

Подобное сенсорное усиление не увеличивало его умственные способности, как и не увеличивало логическое мышление, но зато улучшало его математическую интуицию.

Словно все числа стали его друзьями, а все вокруг превратилось в геометрические фигуры.

Лу Чжоу хорошо знал это чувство.

Математика — язык бога.

В этот момент он становился всемогущим.

……………………………………..

За день до окончания срока подачи статей на конференцию небо затянули темные тучи, и дождь начался еще до поднятия солнца.

Он лил все утро и, казалось, еще не скоро прекратится.

Вера пришла с зонтиком в аудиторию Принстонского университета для выполнения своих обязанностей помощника преподавателя, и помочь Лу Чжоу с лекцией.

И хотя студенты почти не видели профессора Лу в этом семестре, они полюбили её.

После того, как Вера доказала гипотезу Коллатца, ее репутация среди студентов бакалавриата взлетела до небес. Даже те студенты, которые не изучали теорию чисел углубленно, приходили послушать ее лекции.

В конце лекции, как обычно, Вера позволила студентам задавать вопросы.

Внезапно азиатская девушка с длинными черными волосами подняла руку и спросила:

— Мисс Пулюй, а профессор Лу показывал какие-либо результаты своих исследований?

Обычные студенты не обратили бы внимания на международную математическую конференцию, но Принстон — не обычный университет.

Особенно те студенты, которые углубленно изучали теорию чисел и планировали продолжить заниматься чистой математикой в Институте перспективных исследований. Для них абсолютно нормально — следить за международной математической конференцией.

Из-за этого многие студенты ждали ответа Веры.

Всем было интересно, как продвигаются исследования профессора Лу в уравнениях Навье-Стокса.

Вера взглянула на любопытных студентов и покачала головой.

— Не знаю. Боюсь, только сам профессор Лу может ответить на этот вопрос.

Высокий парень с кудрявыми волосами спросил:

— А вы как думаете, он сможет успешно решить эту гипотезу?

Вера без колебаний ответила на этот вопрос:

— Конечно сможет.

Азиатка спросила:

— Почему?

Вера улыбнулась и слегка постучала пальцами по кафедре, после чего также уверенно произнесла:

— Потому что я верю в него.

Ее вера не основывалась на математической логике, а существовала сама по себе.

Конечно, она верила не безосновательно.

Будь то доклад в Беркли, гипотеза Коллатца или предстоящий доклад на конференции математиков, она, застенчивая маленькая девушка, которая в одиночестве сидела в конференц-зале, которая большую часть времени проводила, подрабатывая в ресторанах, и которая смотрела на математический мир с благоговением, никогда не могла себе представить, что сможет сделать это.

Все это походило на чудо.

Она верила, что именно Лу Чжоу сотворил это чудо, и нет ничего, что Лу Чжоу не мог бы сделать.

Внезапно дождь прекратился.

Темные облака разошлись, уступая место яркой радуге.

Лу Чжоу, сидевший в Принстоне, тоже видел эту радугу.

Он отложил ручку и спокойно выглянул на улицу, глядя на радугу.

Он улыбнулся, а его темные зрачки, переполненные логикой, просветлели.

В этот момент прозвенел таймер на его телефоне.

Лу Чжоу выключил его и разблокировал экран, после чего увидел десятки пропущенных звонков.

Некоторые были сделаны неделю назад, а некоторые — сегодня.

Наконец-то у него появилось время разобраться с пропущенными звонками.

Лу Чжоу перезвонил на номер с наибольшим числом пропущенных звонков.

С другого конца послышался встревоженный голос:

— Боже, если бы ты не перезвонил, то я бы уже поехал к тебе. Ты знаешь, какой сегодня день?

Профессор Фефферман всегда был очень спокоен, впервые Лу Чжоу застал его встревоженным.

Парень немного отстранил телефон от себя и неуверенно спросил:

— В Walmart скидка на фрукты?

— …

Фефферману захотелось кого-нибудь ударить.

Он глубоко вздохнул и успокоился, после чего прокричал в телефон:

— День представления! Крайний срок подачи работ на конференцию! Согласно правилам, докладчик должен раскрыть содержание доклада за два месяца до начала конференции и загрузить соответствующую статью за месяц… Ты же не забыл про это?

— Как я мог? — Лу Чжоу зевнул. — Но я помню, что можно отсрочить публикацию статьи, да?

Профессор Фефферман вздохнул:

— Поменяй тему, еще есть возможность.

Хотя Лу Чжоу мог отложить загрузку статьи, Фефферман не думал, что это имеет смысл.

Вместо того, чтобы цепляться за неудачу, лучше прямо сейчас исправить ошибку.

У Лу Чжоу много материалов, о которых можно сделать доклад, помимо уравнений Навье-Стокса.

Однако парень не собирался этого делать.

— А зачем менять?

На другом конце воцарилось молчание на какое-то время.

Голос профессор Феффермана дрожал, когда он с недоверием спросил:

— Ты решил?

— Я не могу решить уравнения Навье-Стокса. По крайней мере, пока не нашел общего решения, — Лу Чжоу переложил телефон в другую руку, улыбнулся и продолжил с уверенностью в голосе:

— Но могу доказать, что существует гладкое решение!

Глава 418. Мир тесен

Телефонный разговор закончился, и уже через 20 минут Лу Чжоу услышал стук в дверь своего дома.

Лу Чжоу вышел из туалета и спустился вниз.

Открыв дверь, увидел на крыльце своего дома запыхавшегося профессора Феффермана, который тут же спросил:

— Ты, правда, решил? Уравнения Навье-Стокса?

Лу Чжоу посмотрел на тяжело дышащего профессора Феффермана и спросил:

— Может, сначала отдышишься?

— Нет, все в порядке, — Фефферман оперся о дверь. — Как ты это сделал?

Обычно мягкий и непринужденный Фефферман никогда не был таким серьезным.

Лу Чжоу мог сказать, что тот жаждал получить ответ.

— Долго рассказывать, за мной.

Он развернулся и пошел наверх.

Лу Чжоу привел Феффермана на второй этаж, в свой кабинет. Он освободил свой грязный стол и пол, после чего достал стостраничную рукопись и протянул ее Фефферману.

Фефферман взял рукопись и задумался. Лу Чжоу тем временем сказал:

— Я оставлял ссылки на статью "Многообразия Лу", которую публиковал недавно. Если еще не читал ее, то советую читать их вместе.

Профессор Фефферман проигнорировал совет и продолжил молча листать страницы.

Прошел час.

Наконец он отложил работу и, переполнившись эмоциями, заговорил:

— Невероятно, это просто невероятно.

За час нельзя понять основные идеи работы, но Фефферману этого времени достаточно, чтобы просмотреть ее.

Доказательство крупной математической гипотезы должно пройти строгое рассмотрение всего математического сообщества. Но за час чтения Фефферман не заметил никаких ошибок.

Идеи и текст в работе были плавными, строгими и аккуратными.

Больше всего поражали гениальные математические методы Лу Чжоу.

— Это правда... шокирует, — Лу Чжоу заварил две чашки кофе и протянул одну Фефферману, после чего шутливо добавил:

— Когда доказывал последнюю лемму, то сам поразился себе же.

Профессор Фефферман взял чашку и покачал головой:

— Нет, это не просто последняя лемма, ты не понимаешь, что ты сделал.

— Что ты подразумеваешь?

— Ты использовал многообразие Лу, чтобы ввести метод дифференциальной геометрии в уравнения с частными производными. Ты даже смог интегрировать методы топологии… Я никогда не видел такого раньше.

Чарльз Фефферман ощутил легкую жажду и сделал глоток кофе.

После этого шутливо заговорил:

— Михаил Громов, который ввел понятие псевдоголоморфных кривых в дифференциальную геометрию, изобрел симплектическую геометрию. А Яу Шинтун, который ввел метод дифференциальный уравнений в частных производных в дифференциальную геометрию, положил начало геометрического анализа. На мой взгляд, многообразие Лу имеет такое же значение. Я бы на твоем месте подумал над названием новой математической области.

Лу Чжоу не хотел придумывать еще одно название.

— Давай подумаем об этом позже, мне сейчас нужно отдохнуть.

Фефферман сразу же воскликнул:

— Нет! Ты не можешь отдыхать, пока не перенесешь рукописи в электронный вид!

Фефферман выглядел так, словно шутил, поэтому Лу Чжоу ответил:

— Но могу же я отложить это на несколько дней? Меня пригласили сделать часовой доклад, они же должны позволить мне такое?

Я — всемирно известный ученый, должны же они дать мне некоторые поблажки?

Я действительно слишком устал.

— Ты можешь отсрочить заливку, но это стостраничная работа, насколько долго ты собираешься это откладывать? Не говоря уже о том, что тебе придется отредактировать некоторые детали в статье. Я пошлю за тебя письмо в международный математический союз. А тебе надо разобраться со своей статьей в течение трех дней, самое позднее — недели!

Профессор Фефферман поставил чашку с кофе на стол и уже направился к двери, но вдруг развернулся и, посмотрев на Лу Чжоу, вздохнул:

— Чуть не забыл. Спасибо тебе.

— За что? — Лу Чжоу улыбнулся. — Зачем благодарить меня? Ты — тоже член этого исследовательского проекта.

Фефферман покачал головой.

— Нет, я не про это, — Фефферман немного помолчал. — Независимо от того, идет ли речь о лодках, создающих рябь на воде, или о потоках, создающих турбулентность, математики и физики считают, что уравнения Навье-Стокса могут предсказать эти явления…

Лу Чжоу впал в ступор.

Ему вдруг показалось, что где-то он уже слышал эти слова.

Парень ответил:

— Хотя уравнения Навье-Стокса были предложены в девятнадцатом веке, мы мало их понимаем.

— Верно, — профессор Фефферман улыбнулся и кивнул. — Поэтому мы здесь, чтобы бросить вызов ученым всего мира, чтобы изменить историю математики и раскрыть загадку уравнений Навье-Стокса!

В кабинете на мгновение воцарилась тишина.

Лу Чжоу наконец-то вспомнил, где он слышал эту речь.

— Это заявление Института Клэя на математической конференции тысячелетия в Французской академии?

— Да, — подтвердил Фефферман, после чего улыбнулся. — Двадцать четвертого мая двухтысячного года во Французской академии Институт Клэя объявил о семи задачах тысячелетия, одна из которых — уравнения Навье-Стокса. Эти слова касались уравнений Навье-Стокса... И я — тот, кто их произнес.

Лу Чжоу был потрясен.

Он знал, что семь задач тысячелетия утвердил Институт Клэя, и о математической конференции тысячелетия в Парижской академии.

Но он никогда не думал, что человек, предложивший уравнения Навье-Стокса в качестве одной из задач тысячелетия, стал членом его исследовательской команды.

Это почти как победить человека, придумавшего экзамен.

Ладно, такая метафора неуместна.

Победил — не подходящее слово.

— Поздравляю, профессор Лу, — Фефферман крепко пожал правую руку парня. — Ты переписал историю, и я — свидетель этого исторического момента! Не забудь вовремя залить работу. И сохрани рукопись, однажды она может стать достойной музея.

Фефферман ушел с улыбкой на лице.

Глядя ему вслед, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Он посмотрел на рукопись в своей руке и прошептал:

— Принстон, и правда, волшебное место.

Глава 419. Победа над уравнениями Навье-Стокса

Когда профессор Фефферман ушел, Лу Чжоу достал телефон, чтобы позвонить Вэй Вэню.

На звонок быстро ответили:

— Алло.

Лу Чжоу спросил:

— Ты сейчас свободен?

— Да, что такое?

— Приходи ко мне домой. Если Джерик рядом, то возьми и его. У меня тут рукопись, которую надо перенести в электронный вид. Мне нужна ваша помощь!

……………………………………..

Лу Чжоу не первый, кто использовал метод топологии в исследованиях уравнений в частных производных. Этот метод впервые был замечен в работах Давида Гильберта, а позже — и в работах Стефана Банаха и Ричарда Брауна.

Среди тех, кто применял его последним, есть и французский математик Жан Лере, это одна из причин, по которой он в 1979 году удостоился премии Вольфа.

Однако даже при наличии этих работ и результатов, метод использования топологии в уравнениях в частных производных так и не стал самостоятельной дисциплиной.

Это даже не считалось областью исследований, а просто исследовательской идеей или стилем.

Лу Чжоу ввел идеи дифференциальной геометрии и топологии в область уравнений в частных производных, создав многообразие Лу, что позволило ему доказать существование гладкого решения уравнения Навье-Стокса. Лу Чжоу усовершенствовал этот математический метод.

Поэтому слова Феффермана о создании Лу Чжоу новой дисциплины не являются преувеличением.

Что же касается ее названия, то Лу Чжоу еще не придумал его.

Может быть, в будущем он подумает над тем, чтобы собрать свои теории и методы в учебник, и тогда мог бы дать конкретное название.

Но было бы лучше, если это сделает кто-то другой.

Ведь написание учебника — очень сложная задача. Нужно не только переработать большое количество ресурсов, но и учитывать читателей. Учебник должен быть одновременно сложным и интересным. Лу Чжоу предпочитал поглощение знаний их распространению.

После звонка от профессора Вэй Вэнь с Джериком тут же пришли. Вэй Вэнь даже принес свой рабочий ноутбук.

Прошло три дня.

С помощью двух студентов, Лу Чжоу наконец-то перенес свою работу в электронный вид и загрузил ее на официальный сайт.

До этого профессор Фефферман помог ему и связался с международным математическим союзом и объяснил им ситуацию. Выслушав, союз с радостью продлил срок подачи на одну неделю.

Более того, из-за важности задачи тысячелетия, они изменили дату доклада Лу Чжоу. Первоначально он должен был сделать доклад во время церемонии открытия, в первый день, но они переставили его за день до церемонии открытия, как особое событие.

Почему они так поступили? Тут все очень просто.

В этой работе по уравнениям Навье-Стокса — около сотни страниц. Не говоря уже о том, что у аудитории однозначно будет много вопросов. Одного часа — просто недостаточно.

Лу Чжоу посмотрел на двух замученных учеников и ощутил небольшую вину.

— Хорошо поработали… Я угощу вас через пару дней. Идите поспите немного.

Они не спали всю ночь. Поскольку Лу Чжоу привык работать ночами, метаболизм его организма гораздо лучше, и он более приспособлен, чем два ученика.

Джерик положил голову на стол и тут же засопел.

Однако Вэй Вэнь отреагировал совершенно иначе:

— Нет, я не устал!

Хотя у него были темные круги под глазами, его все еще переполняла энергия. Он снова и снова просматривал статью, проверяя каждый символ и знак.

— Дайте проверить ещё раз, теперь точно последний!

Он уже говорил это несколько раз.

Лу Чжоу пристально посмотрел на Вэй Вэня и сказал:

— Не утомляй себя. Достаточно и одного раза.

У Лу Чжоу — более чем достаточно времени, чтобы отредактировать статью, поэтому им не нужно заканчивать правки сегодня.

Вэй Вэнь почувствовал, что его профессор не относится к этому вопросу серьезно.

— Профессор, но это ведь уравнение Навье-Стокса!

— Да.

Беспечность Лу Чжоу ошеломила Вэй Вэня.

— Неужели вы совсем не взволнованы?

— Вначале был… Но я же не могу волноваться три дня подряд?

Почему нет?

Это задача тысячелетия!

Если бы Вэй Вэнь находился на его месте, то он волновался бы до конца своей жизни…

……………………………..

Лу Чжоу отложил загрузку статьи на три дня.

В результате его коллегам, обратившим на нее внимание, тоже пришлось ждать три дня.

Менее чем через час, после размещения статьи, сайт международного математического союза достиг рекордного одновременного количества посетителей, из-за чего чуть не упали сервера.

После этого на несколько дней все математические форумы стихли.

Кроме случайных вопросов, по типу "Ну что там?", не было никаких обсуждений.

Таковы профессиональные форумы, у людей нет времени писать на них круглосуточно.

По-настоящему помешанные люди даже не успевали посещать их.

Кто мог, пытались понять статью, а остальные наблюдали со стороны.

А те, кто не мог понять, боялись выставить себя дураками.

Нелегко быстро прочитать стостраничную работу.

Особенно если эта стостраничная работа посвящена новому и, соответственно, незнакомому методу.

Даже Тао Теренс, который разбирался во всех областях математики, провел два дня за чтением статьи.

Тао Теренс включил компьютер и с нетерпением обновил свой блог.

"Он выбрал нетрадиционный путь исследования и использовал дифференциальные многообразия для преодоления разрыва между уравнениями в частных производных и топологией. Это исследование настолько гениально, что напомнило мне работу Брауна о теореме о неподвижной точке.

Не могу утверждать, что доказательство верно, но пока не нашел в нем никаких ошибок. Позже я напишу более профессиональный пост с анализом его работы и идей, который он использовал…

Я в нем уверен, но у меня очень много вопросов к нему по его работе. Уравнения Навье-Стокса — интересная тема, которую уже давно изучаю. К сожалению, я так и не смог решить их. Но благо, в мире есть люди, умнее меня.

К счастью, я забронировал билет на 30-е число! С нетерпением жду конца этого месяца!"

………………………………….

Прошло две недели с публикации статьи; появились первые обсуждения уравнений Навье-Стокса.

Несколько известных людей в научном сообществе высказали свои мнения, и их слова распространялись как лесной пожар. Эта новость даже дошла до таких областей, как физика.

Форум университета Шуйму, топик об уравнениях Навье-Стокса.

"Я просто хочу знать, сумел ли Бог Лу? Есть ли математический гений, который может ответить нам?"

"Математические гении бесполезны, а нормальные люди не могу понять статьи Бога Лу. Сегодня наш профессор сказал нам, что Центр математических исследований Яу Шинтуна организовал на прошлой неделе собрание для профессоров, работающих в области дифференциальных уравнений в частных производных, дифференциальной геометрии и топологии. Все они начали изучать статью Бога Лу."

"Есть ли результат?"

"Откуда мне, блин, знать? Словно они скажут мне о результатах. Но я читал Бога Тао Теренса, и мне кажется, что статья Бога Лу — это нечто."

"Слишком много Богов…"

"Безумец! Уравнения Навье-Стокса, задача тысячелетия… Если он решит эту задачу, то должен попасть в программу "Тысяча талантов", да?"

"Программа "Тысяча талантов", ты серьёзно?! Да он получил национальную премию первого уровня в области естественных наук!"

"К черту все, я еду в Бразилию. И не для путешествия или футбола, просто хочу прикоснуться к Богу…"

"Мне б тоже..."

Время шло, и вот наконец наступило 31 июля.

Завтра должно состояться торжественное открытие международной математической конференции…

Но для большинства людей событие мирового уровня уже началось.

Глава 420. Всемирное событие

Утром 31 июля 2018 года в Рио-де-Жанейро на международную математическую конференцию собрались математики со всего мира.

Хотя официальная церемония открытия состоится лишь завтра, парковка перед отелем Barra da Tijuca была уже переполнена.

По одной лишь причине.

Предстоящий доклад по уравнениям Навье-Стокса будет проходить в главном конференц-зале. Профессор Лу Чжоу из Института перспективных исследований сообщит о своих последних научных достижениях.

Для большинства этот доклад более значим, чем завтрашняя церемония открытия.

И не только из-за награды в миллион долларов.

Это также начало новой эры.

Хотя организаторы конференции предоставляли номера для всех приглашенных ученых, а также для некоторых, подавших заявки, комнаты — не бесконечны, и не все могли тут поселиться.

Большинство посетителей приезжали за свой счет и останавливались в отелях и мотелях поблизости.

Среди них и профессора, и исследователи, и аспиранты со своими руководителями, приезжали даже случайные туристы, захотевшие прочувствовать академическую атмосферу.

Многие университеты с высокорейтинговыми математическими направлениями часто организовывали групповые мероприятия по посещению. Они отбирали нескольких гениальных студентов из университета и отправляли их на конференцию вместе со своими профессорами.

В конце концов, эта конференция проводилась раз в четыре года. Даже если они ничего не поняли на конференции, они могли бы расширить свои взгляды, что могло бы проложить их будущую академическую карьеру.

Семь утра.

У входа в отель остановился туристический автобус.

Несколько китайских студентов вслед за профессором вышли из автобуса, после чего собрались у входа в отель.

Эти студенты из Яньцзинского университета, и все они считались гениями.

Профессор, возглавлявший группу, был еще более впечатляющим.

Он считался лидером среди молодых китайских ученых. Профессор Сюй Чэньян был экспертом в области алгебраической геометрии, а также стал обладателей премии Рамануджан в 2016 году.

На конференцию пригласили пятерых китайских ученых сделать 45-минутный доклад, и профессор Сюй — один из них.

В этот раз профессора Сюй Чэньяна попросил глава математического факультета Яньцзинского университета взять этих студентов в поездку.

По случайному совпадению в ближайшие сроки проходила всемирно известная конференция, Сюй Чэньян не планировал пропускать ее, и взял с собой студентов. Даже если они не смогут попасть в лекционный зал, сама возможность побывать здесь дорого стоит.

Мальчик в очках посмотрел на входивших и выходивших людей из холла, после чего спросил у профессора:

— Профессор, вы читали статью профессора Лу?

Сюй Чэньян кивнул:

— Немного, но я занимаюсь алгебраической геометрией, и не очень хорошо разбираюсь в дифференциальных уравнениях с частными производными.

Другая девушка спросила:

— Как вы думаете, он добьется успеха?

— Не знаю, — ответил Сюй Чэньян и покачал головой. — Нет никакого общего заключения по его работе. Профессор Лу использовал новый подход, а подобное часто вызывает споры.

Парень в очках вновь спросил:

— Даже более новый, чем абстрактное доказательство?

Сюй Чэньян удивленно посмотрел на студента и переспросил:

— Ты знаешь об абстрактном доказательстве?

Парень в очках улыбнулся и, почесав затылок, ответил:

— В свободное время читаю разные статьи.

— Очень впечатляюще. Уравнения в частных производных — перспективная область, обладающая большим потенциалом, как в чистой математике, так и в прикладном плане, — улыбнулся профессор Сюй, и собирался своим ученикам пояснить про разницу, как услышал знакомый голос.

— Сюй Чэньян, как жизнь?

Сюй Чэньян посмотрел в сторону голоса и, увидев его обладателя, тут же протянул правую руку.

— Брат Чжан, давно не виделись!

Студент в очках мгновенно узнал друга профессора Сюя.

— Бог Вэй!

Услышав это имя, остальные ученики с благоговением посмотрели на него.

Бог Вэй!

В Яньцзинском университете только один Бог Вэй — Чжан Вэй!

Все из этого университета знали о нем.

В 29 лет — обладатель премии SASTRA Рамануджан, в 34 — уже профессор Колумбийского университета, в 35 — золотая медаль Морнигсайда по математике… Он и Бог Юн — кумиры Яньцзиснского университета.

Чжан Вэй дружелюбно улыбнулся и посмотрел на брата Чжана.

— Почему ты приехал так рано? Доклад начнется только через два часа.

Сюй Чэньян улыбнулся:

— А сам то?

Как и Сюй Чэньян, Чжан Вэй выступит на конференции с 45-минутным докладом.

Они привели студентов в конференц-зал и договорились о встрече позже. После чего вошли в главный лекционный зал.

По пути двое фактически ничего не говорили об уравнениях Навье-Стокса. Вместо этого обсуждали предстоящую церемонию открытия и завтрашнее главное событие — вручение Филдсовской премии.

Сюй Чэньян спросил:

— Есть ли надежда в этом году?

Чжан Вэй вздохнул:

— Здесь слишком много безумных людей, это нереально.

Самый молодой немецкий профессор и самый молодой профессор Принстона. Эти двое, однозначно, самые сильные соперники.

Все остальные — им не ровня.

Остальных претендентов тоже не назовешь простыми людьми. Если в прошлом году претенденты были необычными людьми, то в этом они всем необычным людям — необычные люди.

Чжан Вэй выглядел немного подавленым, и Сюй Чэньян попытался его приободрить:

— Ты же Бог Вэй, как ты можешь быть не уверенным?

Чжан Вэй остановился перед входом в лекционный зал и, посмотрев на толпу, покачал головой с улыбкой:

— Давай без этого прозвища…

Кого здесь нельзя считать богом?

……………………..

Ровно в 8 утра…

Зал был настолько переполнен, что даже проходы были забиты.

Хотя до официального доклада оставался еще час, уже не оставалось места.

Среди следящих за конференцией — не только люди из зала, но и многочисленные камеры на стенах помещения.

Множество людей пытались осилить уравнения Навье-Стокса, но очень немногие преуспели.

Если этот претендент сумеет, то камеры запечатлят исторический момент. Пресса никогда не упустит подобное, а несколько известных музеев тоже установили свои камеры.

Вера сидела в заднем ряду. Глядя на сцену, она сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться.

Хотя ее доклад будет лишь через два дня, сейчас она нервничала больше, чем когда-либо.

— Ты сможешь.

Вера крепко сжала кулаки, молясь про себя за Лу Чжоу.

Внезапно к ней подошел старик и сел рядом.

— Беспокоишься о нем?

Вера с удивлением посмотрела на этого старика.

Пьер Делинь!

Научный руководитель ее научного руководителя…

Она несколько раз встречалась с этим стариком в Институте перспективных исследований.

У нее сложилось впечатление о нем, что он — из людей, которые редко смеются и почти не разговаривают с другими.

Делинь посмотрел на сцену в зале и сказал:

— Не нужно переживать. В конце концов, он — мой любимый ученик.

Сбоку раздался высокомерный голос:

— Тебе не стыдно такое говорить? Ты учил его всего несколько месяцев.

Делинь тут же узнал это высокомерие.

Он ухмыльнулся и посмотрел в сторону говорящего.

— Ты тоже здесь?

— Что за глупый вопрос, как я мог не прийти? — Фальтингс сел рядом с Делинем. — Если кто-то несет чушь на сцене, кто-то должен указать на это.

Вера с недовольством взглянула на него, но она была слишком мала и слаба, поэтому никто не обращал на нее внимания.

Делинь слегка усмехнулся:

— Боюсь, ты будешь разочарован.

Фальтингс в удивление вскинул брови:

— Ты настолько уверен?

— Хочешь поспорить?

Некоторое время Фальтингс молча смотрел на старого друга, после чего посмотрел на сцену и сказал:

— Вот-вот начнется.

Глава 421. Существует!

Поначалу Лу Чжоу думал, что уже привык к подобному, но к его удивлению он чувствовал, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Это не походило на доклад в Институте перспективных исследований, он столкнется не только с миром теории чисел, но и со всем математическим миром…

Лу Чжоу встал на сцену и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

Он взглянул на часы.

Он сделал серьезное лицо и набрался храбрости.

— Итак, начнём!

Ровно в 9 утра…

Никому не было нужды поддерживать порядок, шумный зал мгновенно затих.

На экране проектора появился заголовок.

"Доказательство существования и гладкости решения трехмерной задачи Навье-Стокса."

Лу Чжоу посмотрел на толпу и начал свой доклад.

— Почему машина, едущая по дороге, самопроизвольно не распадается, почему озеро внезапно не испаряется?

— Мы уже давно задаем такие вопросы, но истина, которую мы жаждем, скрыта под завесой.

— В девятнадцатом веке изобрели уравнения, обобщающие законы текучести, и сделали эти уравнения лаконичными. Однако по сей день мы еще не имеем глубокого понимания математики и физики, стоящих позади этих уравнений.

— Математика — это строгая дисциплина о точных числах, и в ней нет места понятию "возможно".

— Но вернемся к моим первоначальным вопросам. Почему машина, едущая по дороге, самопроизвольно не распадается, почему озеро внезапно не испаряется? Существует ли что-то таинственное в бесконечном времени, что заставляет уравнение расходиться?

— Пришло время ответить на эти вопросы.

После краткого вступления Лу Чжоу переключил презентацию на следующий слайд, к основному разделу доклада.

Лу Чжоу потратил несколько секунд на обдумывание слов, после чего повернулся лицом к аудитории и сделал краткий обзор своего доказательства.

Аудитория молчала.

Все смотрели на расчеты на экране. Все внимательно слушали, не желая упустить ни одной детали.

"μ(t)=e^(t△)·μ0+∫e^(t-t')△B(μ(t'), μ(t'))dt'"

"…"

— Когда мы вводим в уравнение производную Шварца однородного векторного поля μ0 и задаем временной интервал I ⊂ [0,+∞), то мы можем определить обобщенное решение H10 уравнений Навье-Стокса как непрерывное отображение μ→H10df(R3)...

Лу Чжоу с помощью лазерной указки показывал на экран во время объяснения.

В этой части ничего особенного не было.

Любая статья с исследованиями Навье-Стокса содержала подобное.

Однако решающую роль играл его билинейный оператор B' и многообразие Лу.

Следующая часть же была ключевой во всем процессе доказательства!

Лу Чжоу ввел понятие дифференциальных многообразий в уравнения с частными производными.

Это основная идея использования методов топологии для исследования дифференциальных уравнений в частных производных!

……………………….

Сюй Чэньян стоял в толпе и слегка постукивал ручкой по своему блокноту.

Через некоторое время он прошептал Чжан Вэю.

— Ты хоть что-то понимаешь?

Чжан Вэй покачал головой:

— Я знаю об дифференциальных уравнениях с частными производными не более тебя. Если тебе трудно понять, то и мне тоже.

Область исследования Чжан Вэя напоминала область исследований его руководителя Чжана Шоу, он сосредоточился на теории представлений, программе Ленглендса и распределении Дирихле.

Он не разбирался в уравнениях с частными производными, он только вкратце ознакомливался с уравнениями Навье-Стокса из личного интереса.

В конце концов, не все такие гении как Тао Теренс. Не каждый мог доказать слабую гипотезу Гольдбаха, изучить абстрактное доказательство уравнения Навье-Стокса и прочитать все статьи Синъити Мотидзуки…

В математике был люди, которые разбирались во всем, но они — крайне редки.

Сюй Чэньян посмотрел на расчеты на экране и произнес:

— Не могу в это поверить…

— Во что?

— Теория чисел, абстрактная алгебра, функциональный анализ, топология, дифференциальная геометрия, дифференциальные уравнения… Есть что-то, в чем он не силен?

Чжан Вэй с неуверенностью ответил:

— Возможно… алгебраическая геометрия?

Однако он вдруг вспомнил, что руководителем был Делинь, руководителем которого был Гротендик, отец-основатель алгебраической геометрии, а также "отец математики".

Основная теория современной алгебраической геометрии, в основном, выведена из книг, написанных Гротендиком.

Чжан Вэй был уверен, что Лу Чжоу также хорошо разбирается и в алгебраической геометрии, и что тот однажды придет с новыми результатами исследований в ней.

…………………………

Доклад продолжался.

Лу Чжоу говорил все быстрее и быстрее, его мысли становились все яснее и четче.

Введение многообразия Лу сыграло решающую роль в уравнения Навье-Стокса, словно молот ломал стены лабиринта.

Клубок загадок распутывался и распутывался.

Наконец они достигли кульминации.

Чарльз Фефферман сидел в углу зала с улыбкой.

Тао Теренс сидел на другом конце и пробормотал себе под нос:

— Понятно.

Его глаза блестели от возбуждения.

Вера сидела в заднем ряду и чувствовала воодушевление, воцарившееся в атмосфере. Ее сердцебиение участилось, и она ощутила гордость за своего руководителя.

Фальтингс тоже сидел в заднем ряду, наконец на его каменном лице появилась ухмылка…

Делинь заметил это и спросил:

— Что думаешь?

Фальтингс вернул свое безэмоциональное лицо и ответил:

— Сойдет.

Делинь улыбнулся и ответил ему в его же стиле:

— И ты, не краснея, говоришь такое?

Фильтингс проигнорировал шутливое замечание старого друга и посмотрел на часы, после чего встал.

Делинь спросил:

— Все уже почти закончилось, не собираешься подождать до конца?

— В этом нет никакой необходимости.

Фальтингс все уже понял.

А скучные вопросы зададут и без него.

Фалтьингс прошел сквозь толпу и вышел из зала.

Доклад закончился на том моменте, когда он покинул лекционный зал.

Последняя строка расчетов отобразилась на экране, и Лу Чжоу не нужно было делать никаких пояснений.

Поскольку зрители сами могли увидеть ответ на их вопрос.

— Объединив все вышеперечисленные выводы, можно увидеть очевидный результат. Решение трехмерной задачи Навье-Стокса существует и гладкое, как мы и ожидали!

Четко и уверенно произнес Лу Чжоу.

Он не был громким, но волшебно очаровательным.

И источником этого волшебства было знание.

Как только Лу Чжоу закончил говорить, толпа встала со своих мест.

После чего громогласные аплодисменты бесконечным эхом разнеслись по лекционному залу...

Глава 422. Чудо не для одного человека!

— Черт, это просто великолепно!

Руки Сюй Чэньяна покраснели от хлопков. Обычно он никогда не ругался, но в этот раз не мог сдержаться.

Хотя это не он стоял на сцене, и даже не встречал раньше Лу Чжоу, он не мог остаться равнодушным. Он радовался от всего сердца.

Задача тысячелетия, которая беспокоила математическое сообщество, решена китайский ученым.

Это чудо не для одного человека.

Это чудо для всего Китая!

Сюй Чэньян был уверен, что после сегодняшнего даже ничего не знающие о математике люди будут видеть имя Лу Чжоу по телевизору и в газетах.

Эта честь даже больше Филдсовской премии.

Скорее для Филдсовской премии — честь быть врученной Лу Чжоу.

Сидящий рядом с Сюй Чэньянем Чжан Вэй лишь ошеломленно смотрел на сцену.

Когда он снял очки, чтобы протереть запотевшие линзы, то увидел в них собственное отражение.

Изначально его пригласили сделать 45-минутный доклад, и он не ожидал, что станет свидетелем исторического момента.

По телевизору никогда не показывали церемонию вручения Филдсовской премии, в лучшем случае, они вставят фрагменты с конференции.

Однако завтрашняя трансляция может стать исключением.

Но Лу Чжоу не волновался о подобных вещах.

На сцене.

Громовые аплодисменты эхом отдавались в ушах парня. Его сердце пыталось выпрыгнуть из груди, но когда он взглянул на толпу, то почувствовал некую отрешенность.

Через десять секунд он очнулся.

Аплодисменты постепенно стихли.

Зрители снова сели.

Хотя он закончил доклад, это еще не все.

Далее шел самый ответственный этап.

Хотя его доклад был блестящим, хотя он убедил многих людей, у некоторых все еще оставались сомнения.

Он должен ответить на каждый из вопросов во время сессии вопросов и ответов.

От успешности этого будет зависит принятие его работы научным сообществом.

……………………..

Сеанс вопросов и ответов оказался длиннее, чем предполагал Лу Чжоу.

Тао Теренс задал вопрос первым про многообразие Лу.

Потом Фефферман, Яу Шинтун…

Почти все известные математики в области дифференциальных уравнений задавали вопросы.

На каждый вопрос Лу Чжоу давал подробный ответ.

Время пролетело быстро.

Наступил полдень, но вопросы все еще шли.

Все уже проголодались, поэтому организаторам пришлось объявить перерыв. Переговорив с Лу Чжоу, они назначили вторую сессию вопросов и ответов на вторую половину дня.

Лу Чжоу наконец-то смог немного передохнуть. Он облегченно вздохнул и ушел со сцены.

Однако прежде чем он успел дойти до туалета, его окружила толпа ожидавших снаружи лекционного зала.

Вокруг него столпились журналисты, ученые, а также фанаты. Не у всех была возможность стать свидетелями исторического момента, и многие ждали снаружи зала.

— Профессор Лу, здравствуйте. Я — репортер Колумбийского телевидения…

— Можно у вас взять интервью для "Дэйли мэйл"?

— Какой результат? Существует ли общее гладкое решение трехмерного уравнения Навье-Стокса? Разве оно гладко?

— Бог Лу, можно вам пожать руку?

— Дай мне сфотографироваться с тобою! Только одно фото, я хочу запостить ее в Твиттер! Черт, не наступай мне на ногу!

— Можете сказать свои контакты, у меня есть несколько математических вопросов, которые я хочу вам задать…

Энтузиазм этих людей потряс Лу Чжоу, он не ожидал, что толпа соберется за пределами зала.

Но, в конце концов, эта конференция проходит раз в четыре года, и подобное можно предвидеть.

Кроме непосредственно приглашенных международным математическим союзом, на конференции присутствовали и другие, щедро заплатившие за возможность попасть на конференцию; в конце концов, попасть сюда может любой математик-энтузиаст.

Однако при виде этой взбудораженной толпы у Лу Чжоу разболелась голова.

Во второй половине у него продолжится сеанс вопросов и ответов, а он устал и проголодался. Он просто хотел найти место, где мог поесть и вздремнуть. У него нет ни времени, ни сил на этих людей.

К счастью, организаторы заметили происходящее, и с их помощью Лу Чжоу вырвался из толпы…

……………………………

В полдень организаторы предоставили всем желающим простой бесплатный обед.

Он состоял из настоящей черной фасоли на рисе с чаем мате и шоколадным шариком на десерт. Хотя он ничем не примечателен, он был довольно сытным.

Лу Чжоу бродил по ресторану отеля с тарелкой в руках. Найдя тихий уголок, сел.

Тут же к нему подошли трое его учеников.

— Профессор, ваш доклад был суперским!

Харди сел напротив Лу Чжоу и воодушевленно взмахнул кулаком, словно смотрел футбольный матч.

Цинь Юэ, сидевший рядом, тоже взволнованно кивнул.

Однако он не настолько разговорчив, как Харди, поскольку не силен в выражении своих чувств. Он смог подобрать лишь одно слово:

— Эпично!

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Завидуете?

Харди воскликнул:

— Конечно!

Цинь Юэ и Вера ничего не сказали, но кивнули.

Доклад в один час — уже невероятен.

Но специально организованный для него доклад? Это уже за гранью невероятного.

Лу Чжоу с улыбкой посмотрел на учеников, после чего ободряюще сказал:

— Если завидуете, то идите и старайтесь изо всех сил! Настанет день, когда вы будете стоять на сцене и делиться своими знаниями с миром. Будущее — за вами.

Харди произнес:

— Профессор…

— Что?

Харди почесал в затылке:

— Ничего… Просто хотел сказать, что мне — двадцать пять. Я — на год старше вас. Если вы — старый, то и мы — тоже…

Лу Чжоу бросил на него укоризненный взгляд.

Просто заткнись!

……………………

Лу Чжоу закончил обедать, отнес поднос, после чего быстро покинул ресторан отеля.

До второй сессии вопросов и ответов оставалось еще полтора часа. Он хотел вернуться в свой номер и немного вздремнуть, чтобы восстановить свои силы.

Внезапно Вера, которая ранее не произнесла ни слова, догнала Лу Чжоу и остановила его в коридоре перед рестораном.

— Профессор...

Услышав ее голос, он остановился и развернулся к маленькой девушке.

— Что такое?

Вера стеснялась выражать свои чувства. Однако другие ученики уже поздравили Лу Чжоу, поэтому краснея она решилась:

— Вы выглядели… красивым на сцене.

Лу Чжоу смутился.

Он улыбнулся и ответил:

— Само собой.

Глава 423. Пасхальное яйцо от системы

После целого дня ожесточенной битвы доклад наконец-то закончился в 5 вечера.

Обычно по случаю таких крупных гипотез, чтобы запечатлеть момент, организаторы устраивали праздничный ужин.

Однако все очень устали. А ведь завтра ещё и церемония открытия. Они могли только ждать завтрашнего дня, чтобы опробовать шампанское победы.

Отужинав, Лу Чжоу наконец-то вернулся в свой номер и сразу же отправился спать.

Наконец, доклад закончен.

Судя по реакции аудитории, научное сообщество приняло его работу.

Что касается Института Клэя, то, скорее всего, они все еще изучают статью, но уже скоро примут и эту работу.

В любом случае, исследование уравнений Навье-Стокса подошло к концу.

Хотя Лу Чжоу полностью устал, думая о прошедшем докладе, он не мог не улыбаться.

Он вдруг вспомнил, что уже давно не писал в Weibo.

— Я не могу забывать про своих подписчиков.

Парень улыбнулся и перевернулся на другой бок, после чего достал телефон из кармана.

Радостью нужно делиться с другими.

Он напечатал сообщение, после чего нажал кнопку "отправить", поделившись счастьем с подписчиками.

"После полугода тяжелой работы, наконец-то, все сделано!"

Тут же поступили комментарии.

"Ого, почему Бог Лу встал так рано?"

"Тупица, у него сейчас ночь."

"Интересно, что Бог Лу делает по ночам? (ухмылка)"

"Ого, на этот раз Бог Лу не прибедняется!"

Лу Чжоу наморщил лоб.

О чем ты!

Когда это я прибеднялся?

Неужели я такой?

Лу Чжоу почитал немного комментарии, потом выключил телефон и положил его на тумбочку.

Сейчас в Рио-де-Жанейро только зашло солнце, следовательно, в Китае должно быть раннее утро. Не так много людей увидят его пост в Weibo.

Комментарии как маринованные огурцы: чем дольше ждешь, тем лучше они на вкус.

Лу Чжоу лег в постель и закрыл глаза.

Перед тем как заснуть, у него осталось очень важное дело.

Он прошептал:

— Система.

Вскоре его сознание вошло в белоснежное пространство…

………………………………

[Пользователь, поздравляю с завершением задания! ]

[Детали завершения задания: дан логически обоснованный ответ на утверждение о существовании и гладкости решения уравнений Навье-Стокса.]

[Оценка задания: S+]

[Награда за задание: 400 000 очков опыта по математике. 100 000 очков опыта по физике. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

В конце концов, это задача тысячелетия.

400 000 очков опыта по математике — вдвое больше, чем за гипотезу Гольдбаха.

100 000 очков опыта по физике также удивили Лу Чжоу.

Не теряя и секунды, Лу Чжоу тут же сказал:

— Система, открой панель характеристик!

Синий свет прошелся по голографическому экрану, и перед Лу Чжоу предстала обновленная панель характеристик.

[Основные науки:

A.Математика: LV7 (44000/1200000)

B.Физика: LV4 (133210 / 200,000)

C.Биохимия: LV1 (24000/100000)

D.Инженерное дело: LV2 (0/50000)

E.Материаловедение: LV5 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 3975 (один билет счастливой лотереи)]

Уровень математики вырос!

Лу Чжоу посмотрел на 44000 очков опыта по математике и ощутил восторг. К счастью, он распределил свободные очки опыта за прошлое задание в математику.

Иначе он бы не поднял уровень.

Однако его радость была не долгой.

Посмотрев на опыт, нужный для следующего уровня, парень ощутил отчаяние.

1,2 миллиона очков опыта!

За какое задание можно столько получить…

Лу Чжоу глубоко вздохнул и решил подумать об этой проблеме позже.

После он выбрал счастливую лотерею.

Шансы были неизвестны, поэтому он не знал, что может получить.

В ту же секунду, как он коснулся экрана, закрутилось колесо рулетки.

Лу Чжоу закрыл глаза и вздохнул, после чего резко открыл их и воскликнул:

— Стоп!

По инерции колесо прокрутилось еще несколько кругов, прежде чем остановиться.

В центре экрана появилась строка.

[Поздравляю, вы выиграли "особую награду"]

[Получено: пасхальное яйцо.]

Че?

Что за пасхальное яйцо?

Лу Чжоу с нетерпением ждал приза, ему было интересно, что за пасхальное яйцо от системы. Внезапно в его руке появилось радужное яйцо.

Он долго рассматривал его и никак не мог понять, что это.

Единственное, что он знал, что это пасхальное яйцо.

Твою же..!

Неужели это правда, просто разноцветное яйцо!

Неужели в нем нет ничего особенного?

Лу Чжоу вспомнил, как он впервые получил "особую награду", и это оказалось "спасибо". Парень просто пребывал в восторге от шуток системы.

Если бы он не получил "часы вдохновения", то заподозрил, что "особые награды" — другое название для "мусора", и система подкалывает его.

Он убрал яйцо обратно в инвентарь, после чего заметил, что в его инвентаре много предметов, собирающих пыль.

Например, азотный щит или обломки №2, которые выглядели как кубик Рубика. У него не было времени изучить их, поэтому он понятия не имел, что это.

Если бы только у него был пистолет-сканер...

Парень вздохнул и закрыл инвентарь.

Он выполнил задание и получил награду, теперь пришло время получить новое задание.

Он посмотрел на панель оценки задания S+ и щелкнул по ней.

Вскоре перед его глазами появилась обновленная панель задания:

[Бонусное задание активировано! (Можно отказаться в любой момент, не тратить баллы)]

[Описание: благодаря глубокому пониманию пользователем уравнений Навье-Стокса и способности пользователя решать уравнения в частных производных с использованием методов дифференциальной геометрии были открыты новые пути идеям в области механики жидкости. В исследованиях феномена гидродинамической турбулентности произойдет революция, благодаря инструментам многообразия Лу и топологии!]

[Требование: создать математическую модель явления турбулентности плазмы в стеллараторе.]

[Награда: 1-??? очков опыта. Один билет счастливой лотереи (100% — особая награда).]

Лу Чжоу возлагал большие надежды на это задание.

Если бы бонусное задание было таким же, как и в прошлый раз, где ему надо лишь получить награду, то это было бы слишком удивительно.

К сожалению, система не позволит ему так легко сорвать с крючка награду.

И не только, бонусное задание в действительности — довольно тяжелое.

Явление турбулентности — самая сложная часть механики жидкости, и до сих пор физики создавали только его приближенные модели.

А явление турбулентности плазмы — еще более сложное, чем у жидкости.

Однако хотя это трудное задание, Лу Чжоу уверен, что сможет решить проблему.

Он уже справился с уравнениями Навье-Стокса, есть ли еще что-то, что не сможет сделать в области механики жидкости?

Не говоря уже о том, что прикладная математика — сильная его сторона.

Он покинул системное пространство и вернулся в реальность.

Парень почувствовал легкое подергивание в коре головного мозга, прежде чем все его сознание онемело.

Он ещё недолго наслаждался этим комфортным ощущением обновления, но вскоре зевнул и заснул.

Лу Чжоу не знал, что новость о том, что он решил уравнения Навье-Стокса, уже достигла Китая, и многие журналисты не спали всю ночь из-за его доклада...

Глава 424. Международный математический конгресс.

Утром 1 августа 2018 года толпа собралась внутри конференц-зала.

Это самая крупная и самая важная математическая конференция. Международная конференция также известна как олимпиада по математике. За исключением моментов, когда проходили мировые войны, начиная с 1897 года, она проводилась раз в 4 года.

Это международная конференция, на которой математики могли обмениваться идеями, обсуждать научные проблемы, встретиться со старыми друзьями и заводить новых. Каждая конференция играла ключевую роль в истории математики.

В этом году конференция имела особое значение.

Не только из-за того, что это первая конференция, проходившая в южном полушарии, но и из-за задачи тысячелетия. Конференция привлекла внимание всего мира.

Лу Чжоу при параде направлялся в зал, но на входе встретил профессора Феффермана, поэтому заходил он уже не один.

Лу Чжоу отошел в менее людное место и посмотрел на часы.

Было 8 часов утра, час до начала церемонии открытия.

Фефферман сказал:

— Слышал, что телевидение из твоей страны попросило разрешение проведения прямой трансляции конференции.

Лу Чжоу посмотрел в угол зала, где увидел логотип центрального телеканала на одной из камер.

Парень, державший камеру, тоже заметил Лу Чжоу и направил объектив на него.

Лу Чжоу отвел взгляд и спросил:

— Разве это редкость?

— Редкость. По крайней мере, на моей памяти — впервые, — сказал профессор Фефферман, после чего улыбнулся и похлопал Лу Чжоу по плечу. — Ну что, нервничаешь?

Лу Чжоу на мгновение задумался, после чего ответил:

— Нет, все хорошо.

Его доклад прошел, а поскольку сегодня — лишь церемония открытия, ему не надо ничего делать.

Что касается камер…

То это далеко не первый раз, когда его показывают на национальном телевидении.

Профессор Фефферман удивленно посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Невероятно… Это канал с миллиардом и четырьмястами зрителями, ты не нервничаешь?

— Ничего особенного…

— Вообще, есть кое-что, что может быть важно для тебя. Но мне бы не хотелось говорить тебе это, — немного неуверенно произнес Фефферман, казалось, колеблясь в своем решении.

— Что?

Фефферман огляделся и, как только убедился, что никто не смотрит, кашлянул и тихо произнес:

— Вчера на банкете я говорил о Филдсовской премии со своим старым другом, и он мне озвучил список победителей.

Это потрясло Лу Чжоу, и он удивленно взглянул на коллегу.

Через какое-то время он сказал:

— Так можно?

Профессор Фефферман серьезно ответил:

— Нет, но надеюсь, ты сможешь сохранить это в секрете.

Лу Чжоу огляделся по сторонам.

Хотя он знал, что не должен спрашивать, но не мог сдержать своего любопытства.

— Могу ли я спросить, кто входит в этот список?

Профессор Фефферман спросил:

— Ты, правда, хочешь знать?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Фефферман сказал как можно тише:

— К сожалению, твоего имени там нет… Но мы все считаем, что ты заслуживаешь Филдсовскую премию в этом году.

А?

Что за хрень?

Реально?

Я все еще не достоин Филдсовской премии?

Лу Чжоу был полностью шокирован.

Внезапно он услышал чей-то голос.

— Не слушай его чушь, никто не знает победителей до их объявления. Даже Фефферман, — безэмоционально сказал Делинь, после чего посмотрел на Феффермана и безжалостно спросил:

— Скажи мне, кто твой друг?

Фефферман кашлянул и попытался отвести взгляд:

— О, дорогой Делинь… Я же просто шучу, не надо воспринимать так серьезно! Иначе жизнь будет слишком скучной.

Лу Чжоу не находил слов:

— Ты просто одурачил меня.

Фефферман рассмеялся и похлопал Лу Чжоу по плечу:

— Не будь таким серьезным. Разве тебе сейчас не стало спокойнее?

— Я был спокоен до твоей шутки.

Профессор Фефферман вздохнул:

— Ладно, мои извинения…

…………………

Ровно в 9 утра…

Ученые расселись внутри зала, и 28-й Международный конгресс математиков официально начался.

Профессор Марсело Виана, председатель организационного комитета конгресса, и профессор Сигэфуми Мори, президент Международного математического союза, выступили со вступительной речью на сцене. Они поблагодарили местных организаторов конференции и всех присутствующих на ней, после чего объявили об официальном открытии математического конгресса.

После открытия состоялось награждение победителей.

Это кульминационный момент конгресса.

Лауреатов премии Карла Фридриха Гаусса объявили первыми. Эта награда присуждалась за достижения в области прикладной математики.

Дэвид Ли Донохо из Стэнфордского университета в этом году получил ее за вклад в математический, статистический и вычислительный анализ важных проблем в теории передачи сигналов.

Далее шла премия Чжена Шэньшэня. Это своего рода награда за достижения на протяжении всей жизни, которая не относилась к какой-либо определенной области. В этом году лауреатом премии стал Масаки Касивара за 50-летний вклад в алгебраический анализ и теорию представлений.

После чего шла премия Ливалати, и победителем стал турецкий математик по имени Али Несин…

Наконец, настала главная часть церемонии награждения и кульминация всей конференции — объявление Филдсовской премии.

Большинство математических достижений сделаны математиками моложе 40 лет. Филдсовская премия — высшая награда, которую мог получить молодой математик. Она известна как Нобелевская премия по математике.

Хотя премия не устанавливала величие математики, получивший ее заслужит уважение и признание всего научного сообщества.

Мгновение до объявления списка победителей…

Люди затаили дыхание и с нетерпением смотрели на сцену.

Особенно те, кто надеялся получить Филдсовскую премию.

Чжан Вэй нервничал в толпе и сжимал кулаки.

Молина сидела рядом с Софи Морель и нервно потирала колени.

Джеймс Мейнард из Великобритании тоже был здесь и сидел в углу зала, скрестив руки на груди. Этот молодой эксперт по теории чисел — также кандидат на Филдсовскую премию, хотя однажды он проиграл кое-кому в доказательстве гипотезе о числах-близнецах…

Профессор Мори ощущал запал толпы.

Он дружелюбно улыбнулся, после чего откашлялся и заговорил ровным голосом:

— Он обладает большим пониманием прикладных математических идей в сочетании с необычайными амбициями и вечным любопытством.

— От теоремы Чжоу-Лу до теоремы о числах-близнецах, от теоремы Полиньяка-Лу до теоремы Гольдбаха-Лу, он добавил новые и новые исследования к великой древней дисциплине аддитивной теории чисел.

— Не только теория чисел, но и функциональный анализ, теория групп, топология, дифференциальная геометрия, дифференциальные уравнения в частных производных… его работа охватывает множество дисциплин, его вклад нельзя описать в нескольких словах.

— Я верю, что его результаты — не только благодаря его талантам, но и кровью, потом и слезами.

После чего директор Мори торжественно объявил:

— Первый победитель — Лу Чжоу!

Глава 425. Всеобщее уважение

В момент объявления победителя зал взорвался.

24-летний обладатель Филдсовской премии!

Громовые аплодисменты гудели как никогда раньше.

И не только место конференции взорвалось.

Когда президент Мори прочитал имя Лу Чжоу, раздел комментариев трансляции взорвался.

"Удивительно!"

"Бог Лу — просто безумен!"

"Поздравляю!"

"Третий Китаец, обладатель Филдсовской премии! Первый гражданин Китая, выигравший ее!"

"Могущественная молодежь, могущественная страна! Спасибо профессору Лу!(флаг)(флаг)(флаг)"

"Я тоже из Цзиньлинского университета и, похоже, я учился в лже-университете."

"Разница между некоторыми людьми больше, чем между людьми и свиньями."

"Гениальный студент, пожалуйста, дай мне немного удачи, не дай мне завалить экзамены в этом семестре."

Хотя общее число выпускаемых в Китае диссертаций увеличивалось, китайское математическое сообщество никогда не было на переднем фронте науки.

Может быть, Филдсовская премия ничего не представляла и не значила.

Но она дала множеству людей надежду и уверенность в новом поколении китайских ученых…

Не только на прямой трансляции взорвалась аудитория.

Вчера форумы университета Шуйму переполняли сообщения об уравнении Навье-Стокса, а сегодня их завоевала Филдсовская премия.

По меньшей мере, половина новых постов на форуме посвящена Филдсовской премии. Большинство говорили не о самой награде, а скорее о ее обладателе.

"Удивительно, 24-летний обладатель Филдсовской премии! Помню, что Тао Теренс выиграл ее, когда ему был 31 год, да?"

"Самым молодым обладателем был Жан-Пьер Серр, и ему было 27 лет. Лу Чжоу побил его рекорд на три года."

"Страшно… когда кафедра математики Цзиньлинского университета стала такой сильной?"

"Только Бог знает, а я знаю, что он силен в физике. Там даже нет ни одного академика-математика."

"Международный математический союз сильно рискует. Многие 39-летние ждут этой награды. Не слишком импульсивно вручать премию 24-летнему парню?"

"А почему нет? Он решил и гипотезу Гольдбаха и задачу тысячелетия, уравнения Навье-Стокса. Ты, правда, думаешь, что это для него честь — получить Филдсовскую премию, а не наоборот?"

………………………

Аплодисменты в зале постепенно стихли.

Лу Чжоу не знал, что происходило в интернете, когда международный математический союз объявил его имя.

Он не представлял, насколько взволнован народ.

Он вышел на сцену под пристальными взглядами толпы и камер и получил медаль от президента Мори.

Этот старый профессор пожал руку Лу Чжоу и поздравил его от имени Международного математического союза.

— Поздравляю, ученый из Китая.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул:

— Спасибо.

Церемония награждения продолжалась.

Никто не удивился, когда вторым победителем стал Петер Шольце из Германии.

Докторская Шольце создала новую область геометрии. В среднем, он получал премию за каждую вторую работу. Его выдающийся вклад в область арифметической геометрии признало все математическое сообщество.

В прошлый раз он не получил Филдсовскую премию, поскольку не все понимали его "перфектоидные пространства". Однако после того, как он сделал ряд прорывов в программе Ленглендса, используя свою теорию, ни у кого больше не осталось сомнений в его теоретическом инструменте.

Третий и четвертый победители немного меркли перед первыми двумя, но они, несомненно, все еще лучшие ученые в области математики.

Одним из них стал Каушер Биркар, иранский ученый из Кембриджского университета, а другим стал Акшай Венкатеш, австралийский ученый из Стэнфорда.

Первый — легендарный курдский беженец, а второй — австралиец, который выиграл международную олимпиаду по физике и олимпиаду по математике, когда ему было всего 12 лет.

После объявления всех четырех имен в зале снова раздались громовые аплодисменты.

Софи Морел немного подавлено посмотрела на четверых людей на сцене. Она прикусила губу и ничего не сказала:

Молина, сидевшая рядом с ней, вздохнула и попыталась приободрить своего руководителя.

— У вас еще есть шанс.

Чжан Вэй находился на другом конце зала. Он пристально смотрел на сцену и через какое-то время неожиданно вздохнул.

Сюй Чэньян попытался утешить своего старого друга:

— Это прискорбно.

Чжан Вэй покачал головой и сказал:

— Ничего.

Это был последний его шанс. К следующей конференции ему уже будет за сорок.

Хотя он жалел, что никогда не сможет выиграть Филдсовскую премию, он не мог не почувствовать некоторого утешения в своем сердце.

Потому что китайский ученый, в конце концов, получил Филдсовскую премию.

Однако, к сожалению, это не он принес честь своей стране…

Чжан Вэй посмотрел на четырех лауреатов Филдсовской премии и вдруг спросил:

— Что ты делал в двадцать четыре года?

Сюй Чэньян ответил:

— Получал докторскую степень в Принстоне, что же еще?

— А я тогда учился в Колумбийском университете… — Чжан Вэй покачал головой. — Мы честно проиграли.

………………………..

После церемонии награждения четверо победителей сели вместе.

Петер Шольце сел рядом с Лу Чжоу, и пока камера не "смотрела" на них, он ткнул Лу Чжоу в руку.

— Вот мы и встретились вновь.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, давно не виделись.

Они впервые встретились на американской математической конференции 2015 года. Так совпало, что они оба получили на ней награду.

Однако тогда один из них получил премию Коула по теории чисел, а другой — премию Коула по алгебре.

С тех пор они поддерживали связь по электронной почте.

В последний раз, во время поездки в Германию, Лу Чжоу изначально планировал посетить Шульце в Боннском университете. К несчастью, он был занят работой и не смог.

Шульце улыбнулся и сказал:

— Поздравляю, ты — самый молодой лауреат Филдсовской премии. Ты побил рекорд Жан-Пьера на три года.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спасибо, поздравляю и тебя.

Когда ему было 22 года, у Шольце был шанс побить этот рекорд, когда он создал свою теорию, поскольку в следующем году проходила Международная конференция математиков.

Однако его теория не получила признания в сообществе алгебраической геометрии. В итоге она помогла получить ему только докторскую степень.

— Ты уже справился с уравнениями Навье-Стокса, что же дальше? Что будешь исследовать?

Лу Чжоу ответил просто:

— Применять многообразие Лу в физике плазмы.

— Все еще дифференциальные уравнения в частных производных? — Шольце вздохнул. — Неужели тебе, правда, не интересна алгебраическая геометрия?

Алгебраическая геометрия — одна из основных областей чистой математики, некоторые могут назвать ее самой распространенной математической отраслью. Однако многие люди были разочарованы тем, что профессор Лу не интересовался алгебраической геометрией.

Лу Чжоу улыбнулся:

— В этой области уже много гениев, нет нужды и мне присоединяться к ним.

Шольце улыбнулся:

— Ты слышал ранее о себе шутку?

— Какую?

— Если столкнулся с проблемой в исследованиях, которую не можешь решить, то один из способов ее решить — заинтересовать профессора Лу.

Глава 426. Филдсовская премия - неплохо..

В то время, как Лу Чжоу и Шольце говорили о программе Ленглендса, два других лауреата Филдсовской премии также стали делиться впечатлениями друг с другом.

Каушер Биркар посмотрел на свою медаль и начал вспоминать о своем бегстве из Ирана в Великобританию:

— Когда бежал из Курдистана, никогда не думал, что этот день настанет. Поступая в Ноттингемский университет, я даже не знал английского.

Преодолев культурные и языковые барьеры, став главным вкладчиком в область двойной рациональной геометрии, доказав ограниченность многообразий Фано, решив многие проблемы минимальной модели, он смог завоевать Филдсовскую премию.

— Это нелегко, — сказал Акшай Венкатеш. — Я никогда не переживал подобного трагического опыта в Австралии. Нам, и правда, повезло.

Во время Ирано-Иракской войны в 80-х годах быть математиком — нелегко.

— Все нормально, это уже в прошлом, — сказал Биркар, убирая медаль. Он улыбнулся, Курдистан — не то место, которое может разжечь интерес детей к математике. Надеюсь, что, получив эту награду, смогу вызвать улыбку на лицах сорока миллионов человек в Курдистане.

После этого Международный математический союз вручил премию Неванлинны, высшую награду в области вычислительной математики. Ее обладателем стал профессор Константинос Даскалакис.

После вручения всех наград церемония открытия конференции подошла к концу.

Местная художественная группа показала участникам конференции уникальное бразильское представление.

Лу Чжоу смотрел на людей, одетых как коренные американцы-инки, и подумал, что их короны напоминают перья павлина. Парень скорее воспринимал это как перфоманс, нежели танец.

Он не понимал, что интересного в этом, так называемом, танце.

Может, это и есть разница между культурами.

…………………………………………

После шоу, президент Мори объявил об окончании церемонии открытия.

Большинство участников покинули зал в приподнятом настроении.

Лу Чжоу встал и тоже начал уходить, но на пути в ресторан его окружили репортеры.

Первым вопрос задал репортер с CTV.

Молодая женщина с профессиональной улыбкой спросила:

— Здравствуйте, профессор Лу, могу я спросить, каково это, стать первым китайским ученым, получившим эту медаль?

Это немного сложный вопрос.

Волнение? Восторг? Чувство выполненного долга?

Все это казалось неуместным.

Парень не знал, как описать свои чувства.

Он посмотрел на направленную на него камеру и, улыбнувшись, ответил:

— Чувствую себя неплохо...

Оператор чуть не выронил камеру.

Неплохо...

Филдсовская премия — и неплохо… профессор Лу!

Если мы покажем это, люди подумают, что это шутка.

Рука репортера слегка дрогнула, но она быстро взяла себя в руки и задала другой вопрос:

— Я слышала, что вы очень знамениты в Цзиньлинском университете. Многие студенты пытаются подражать вам. Раз уж вы сейчас стоите на этой международной арене, может быть, вам есть что сказать им?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не забывайте об изначальной цели, боритесь до конца.

Лу Чжоу — не единственный, кого окружили репортеры, остальные три победителя также привлекли внимание.

Особенно Биркар.

Хотя его научные достижения ниже, чем у трех других победителей, уникальное происхождение сделало его привлекательным для западных СМИ.

Но такое внимание — не всегда хорошо.

Биркара раздражали репортеры, и он уже собирался уходить, когда произошло нечто неловкое.

— Постойте, а где моя медаль?

Все камеры были направлены на Биркара.

Биркар тревожно огляделся в поисках медали.

Профессор Виана, руководитель оргкомитета, заметил шум и быстро подошел к нему.

— Что случилось?

— Моя медаль, я же только что положил ее в портфель… — с неверием произнес Биркар и собирался найти свой портфель.

Он тут же обнаружил, что исчезла не только его золотая медаль, но и портфель с телефоном и кошельком.

Профессор Виана быстро понял всю серьезность проблемы и сразу посмотрел на своего помощника, после чего вздохнул:

— Вызовите полицию.

Помощник кивнул и достал свой телефон.

Организаторы конференции не хотели усугублять ситуацию, но у них не было другого выбора.

Новость о краже медали быстро распространилась по всему залу, вызвав большой переполох.

Вскоре после этого портфель нашли возле отеля, но телефон, бумажник и медаль внутри исчезли.

Из-за принципа в открытости знаний математическая конференция не ограничивала посещение. Любой желающий мог свободно высказать свое научное мнение и обсудить академические темы с другими участниками.

Но никто не ожидал, что на конференцию придет вор.

Пресс-секретарь Международного математического союза выразил свое разочарование по поводу стандартов безопасности в Рио-де-Жанейро в интервью со СМИ. Он также сказал, что если медаль не найдут, то для несчастного лауреата проведут повторную специальную церемонию награждения.

Лу Чжоу, который только сбежал от репортеров, узнал о беде Биркара от Харди.

Он глубоко посочувствовал своему Курдистанскому коллеге и подсознательно прикоснулся к своей медали.

К счастью, его медаль была все еще при нем.

Харди слушал голоса в суматохе, происходящей вокруг, и на его лице появилась горечь:

— Профессор, не хочу этого говорить, но общественная безопасность в Рио — не так уж хороша. Если пойдете на улицу, держите свой кошелек и медаль в безопасности.

Харди явно не шутил, поэтому Лу Чжоу кивнул:

— Так и сделаю.

Покинув место проведения конференции, Лу Чжоу решил побродить вокруг.

Доклады на конференции математиков, все самого высокого уровня, помимо 45-минутных и часовых докладов, присутствовали также 10-минутные доклады для простых ученых, на которые любой участник мог подать заявку.

Доклады на конференции делились более чем на 20 различных математических областей, каждую из которых можно разделить еще больше раз.

Это возможность проследить за последними тенденциями в академическом сообществе, и парень не собирался упускать ее.

Как раз в тот момент, когда Лу Чжоу бродил по коридорам, обдумывая, какой доклад ему следует послушать, он вдруг услышал знакомый голос:

— Профессор Лу, давно не виделись.

Глава 427. У крутых профессоров - студенты нарасхват

Лу Чжоу взглянул на говорившего, и в его глазах появился блеск.

Это же академик Ван Шичэн, председатель Китайского математического общества!

Он познакомился с ним на конференции китайских математиков еще в 2015 году.

Парень вспомнил, что она проходила в Пекинском педагогическом университете. На момент, когда Лу Чжоу посетил конференцию с академиком Лу, он все еще учился в магистратуре.

В отличие от международной премии Чжена, отечественная премия Чжена Шэньшэна не вручалась за достижения на протяжении всей жизни, скорее она напоминала Филдсовскую премию, направленную на молодых ученых. Однако возрастной критерий для нее другой — до 50 лет.

— Давно не виделись! — Лу Чжоу пожал руку академику Ван Шичэну и посмотрел на трех человек, стоявших рядом с ним. — А это?

Академик Ван улыбнулся и представил ближайшего к нему человека:

— Это главный секретарь Китайского математического общества, Чэн Даюэ.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Профессор Чэн, приятно познакомиться.

Чэн Даюэ смущенно улыбнулся:

— Кто сказал, что я — профессор? В отличие от профессора Чжана и профессора Сюя, я — всего лишь секретарь, зовите меня секретарь Чэн.

Глаза Лу Чжоу загорелись, когда он услышал имена других двоих.

— А вы, получается, Чжан Вэй и Сюй Чэньян?

Прежде чем Чжан Вэй успел ответить, академик Ван сказал:

— Я собирался представить их вам, но не ожидал, что вы сами догадаетесь.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Какое совпадение, не ожидал встретить здесь двух великих Богов. Какая честь!

Он много слышал об этих двоих и Боге Юне, когда учился в Цзиньлинском университете, но, к сожалению, никогда не встречал их раньше. Он не ожидал, что сегодня ему представится возможность встретиться с ними.

— Нет, не так! Вэй-то, бесспорно, бог, но обо мне такого пока не скажешь. Вернее, это я должен говорить, приятно познакомиться с тобою, Бог Лу! — сказал Сюй Чэньян, пожимая руку Лу Чжоу.

Чжан Вэй кашлянул:

— Не говори так, а то неловко.

Академик Ван Шичэн улыбнулся молодым ученым и сказал:

— Профессор Лу, вы свободны?

— А что-то случилось?

Академик Ван Шичэн улыбнулся.

— Ничего, но если вы свободны, то мы могли бы пойти и поесть. Я знаю хороший ресторан поблизости, там готовят намного лучше, чем в отеле.

Обед в бразильском стиле, предоставленный отелем, был довольно средним, поэтому Лу Чжоу все равно не собирался есть там. Он улыбнулся и кивнул:

— Конечно, пойдемте!

…………………………………..

На другой стороне планеты в Институте математики Китайской академии наук.

Сян Хуанань сидел в углу кабинета и смотрел по телевизору репортаж с камер. Он вздохнул и взволнованно произнес:

— Я до этого знал, что этот парень талантлив, но не ожидал, что он — настолько безумен! Он даже получил Филдсовскую премию!

Филдсовская премия — высшая награда для математиков в возрасте до 40 лет. Никто еще не выигрывал ее в возрасте 24 лет.

Премия Чжена Шэньшэна по математике, премия Вольфа — все награды за достижения на протяжении жизни не вручались ученым в возрасте до 40 лет.

В конце концов, награждать молодого математика за его достижения на протяжении жизни казалось проклятием…

Академик Ван Юйпин сидел на диване в кабинет и также смотрел телевизор, искренне радуясь за Лу Чжоу.

Через некоторое время он подумал о нескольких учениках Яньцзинского университета и вздохнул:

— Жаль...

Сян Хуанань посмотрел на своего старого друга и спросил:

— Что жаль?

Ван Юйпин покачал головой и выглядел почти подавленным.

— Ученые, родившиеся в восьмидесятых, и окончившие университет в двухтысячном году, самые выдающиеся. Чжан Вэй и Юнь Чжихуэй — хорошие примеры. Помимо них, есть еще Сюй Чэньян, который вернулся в Китай… Мы надеялись, что эти молодые таланты могут выиграть Филдсовскую премию, но не ожидали, что их всех победят...

Особенно надеялись на Чжан Вэя, который изучал гипотезу Кудалы для своей докторской диссертации под руководством своего научного руководителя Чжан Шоуу. Он нашел ответ за три месяца, и, получив докторскую степень всего за два года, шокировал все китайское математическое сообщество. А когда он получил премию Рамануджана, то еще больше увеличил свою репутацию.

Профессор Ван Юйпин преподавал в Яньцзинском университете и слышал слухи, ходящие по кампусу.

Многие молодые студенты-математики очень почитали Чжан Вэя и называли его "Бог Вэй".

Очевидно, что старшие и младшие очень уважали его.

Но никто не ожидал, что Чжан Вэй не получит Филдсовскую премию.

Сян Хуанань посмотрел на опечаленного старого друга и улыбнулся:

— Ничего такого в этом нету. Я могу только сказать, что вы оказываете на него давление, разрушая его психику. Вы же пытаете его!

— Старик Сян, вынужден с тобою не согласиться, — ответил Ван Юйпин, не слишком обрадовавшись словам друга. — Яньцзинский университет — один из лучших математических институтов в стране, тогда что плохого в ожиданиях? Почему это пытка?

— Ты, профессор Яньцзинского университета, и не знаешь? — Сян Хуанань улыбнулся. — Какая разница, выиграет он или нет? Неужели упадут небеса? Является ли получение Филдсовской премии целью математических исследований?

Ван Юйпин покачал головой:

— Я знаю, что исследования делаются не ради наград. Мне просто печально, что он проиграл.

Сян Хуанань посмотрел на подавленного друга и сказал:

— Здесь не о чем печалиться. Может быть, это не так уж и плохо. По крайней мере, он может сбросить с себя груз и сосредоточиться на математике. Возможно, в будущем он добьется большего успеха.

— Не надо мне этого дерьма, — резко ответил профессор Ван Юйпин и посмотрел на телевизор. — Опять же, этот профессор Лу — поистине гениален. Слышал, что его украинская студентка будет делать сорокапятиминутный доклад по теории чисел.

— Ты о гипотезе Коллатца? Я читал эту статью, она хорошо написана, — сказал академик Сян, после чего взял свою термо-кружку и сделал глоток чая. — Он хорошо разбирается в прикладной математике, поэтому неудивительно, что его ученики — тоже гении. Однако не знаю, кто сильнее, украинка, бразилец или Цинь Юэ. Но уверен в одном... Через десять лет один из них получит Филдсовскую премию.

Ван Юйпин сказал:

— У Цинь Юэ тоже есть шанс?

Сян Хуанань удивился и спросил:

— Что? Хочешь, чтобы он учился в Яньцзинском университете?

Профессор Ван Юйпин улыбнулся:

— Я не могу убедить профессора Лу приехать к нам, но могу убедить его студентов.

Сян Хуанань покачал головой:

— Слишком поздно. Из того, что знаю, то Институт математических исследований Чжена Шэньшэна уже порекомендовал его в программу "Тысяча талантов".

Ван Юйпин был потрясен новостью.

— Как они так быстро?

— Не они быстро, а вы — слишком медленные! — Сян Хуанань поставил кружку. — У крутых профессоров — студенты нарасхват.

Глава 428. Дай мне немного вдохновения

Хотя Международный математический конгресс впервые проводился в Рио-де-Жанейро, до этого здесь проходили и другие различные математические конференции.

Ван Шичэн сказал, что он уже седьмой раз приезжает в этот город, поэтому хорошо знает его.

Ван Шичэн позвал еще своих китайских друзей-математиков, которые приехали делать тут доклады. Изначально группа из четырех человек превратилась в группу из десяти. Академик Ван шел впереди и вел их в сычуанский ресторан рядом с гостиницей.

Рестораном владел китаец, и, судя по всему, он раньше работал в компании China National Petroleum. Позже он узнал, что тут выгодно держать ресторан, поэтому уволился и открыл тут собственный ресторан. Как только его бизнес стал успешным, он мигрировал и завел тут семью.

Владелец явно знал академика Вана, услышав, что они — математики, приехавшие на конгресс, он сразу же дал им скидку в 10%.

Когда хозяин узнал, что с ними еще и Лу Чжоу, то отменил скидку и сказал, что все — за счет заведения.

Лу Чжоу настаивал, собираясь заплатить, но владелец оттолкнул его руку и улыбнулся:

— Все китайцы в Южной Америке говорят о профессоре Лу из Принстона, который выиграл для нашей страны первую Филдсовскую премию. Для меня — большая честь, что вы зашли поесть здесь. Я не могу позволить платить вам! Если вы получите Нобелевскую премию, то сможете есть тут со всеми друзьями бесплатно, когда угодно!

Секретарь Чэн стоял рядом с ними и сказал:

— Это может быть немного сложным, поскольку Нобелевская премия не вручается по математике.

Профессор Чжан сказал:

— Постойте, нет, у профессора Лу есть шанс…

Сюй Чэньян кивнул:

— Верно.

Хотя не существовало Нобелевской премии по математике, Лу Чжоу мог получить Нобелевскую премию по химии.

В прошлом году Лу Чжоу получил премию Роджера Адамса и медаль Гофмана. Это общеизвестно среди китайского математического сообщества.

Секретарь Чэн не понял, о чем идет речь, но промолчал.

Поскольку владелец настаивал, Лу Чжоу принял его доброту.

За обеденным столом все познакомились друг с другом. Ван Шичэн, председатель Китайского математического общества, поднял бокал и произнес тост за Лу Чжоу:

— От имени Китайского математического общества хочу поздравить вас с получением Филдсовской премии. Спасибо за то, что принесли славу и честь нам и нашей стране.

Лу Чжоу выпил стакан пива, чокнувшись с академиком Ваном, и скромно произнес:

— Я просто делал то, что должен делать.

Академик Ван улыбнулся:

— Я знаю, что исследования — самое главное для нас, ученых. Что же касается наград, то это лишь вишенка на торте. Но как бы то ни было, за ваше здоровье.

— Бог Лу, за твое здоровье. Поздравляю, — заговорил Сюй Чэньян, улыбаясь и поднимая бокал. — Приходи как-нибудь в наш Международный математический центр в Яньцзинском университете. Это единственный научный институт, построенный в стиле Сыхэюань. Это хорошее место.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спасибо. Обязательно посещу его по возможности!

Первоначально Лу Чжоу не планировал пить слишком много, но это стоило отпраздновать. Всех переполнял энтузиазм, и парень отлично проводил время.

Хотя он хорошо переносил алкоголь, после пары кружек пива у него немного закружилась голова.

Но с другой стороны, для Лу Чжоу это шанс пообщаться с известными китайскими математиками, такими как Сюй Чэньян, бог Вэй, бог Юн, Чжан Юйпин…

Хотя они не выигрывали Филдсовскую премию, премии — не единственная мера измерения достижений математиков. Это уважаемые ученые, и их работа — очень ценна.

Они долго ели, Лу Чжоу вернулся в номер только к двум часам дня.

Стоя в холле отеля рядом с лифтом, парень увидел Шольце.

— Банкет — только сегодня вечером, а ты уже пьян?

Лу Чжоу покачал головой:

— Я не пьян.

— Так скажет любой пьяный, — ответил Шольце. — Медаль то еще при тебе?

Лу Чжоу дотронулся до своего кармана.

— Она все еще здесь… Я же говорю тебе, что не пьян.

Шольце нахмурился и произнес:

— Ладно, тогда давай проверим.

— Как?

Шольце улыбнулся.

— Пусть эллиптическая кривая E определяется в конечном поле, общим случаем функции Хассе-Вейля-L должна быть автоморфная L-функция GLn в поле алгебраических чисел. Эти автоморфные L-функции могут быть однозначно разложены в произведение "стандартной" L-функции.

После получения седьмого уровня по математике память Лу Чжоу улучшилась.

Он помнил ясно все, что прочитал ранее в статьях или где-то мельком увидел.

Лу Чжоу казалось, что он уже слышал эту задачку.

Парень немного подумал и рыгнул.

— Очень интересно, если правильно думаю, то это задача алгебраической геометрии… Что там дальше?

Шольце серьезно произнес:

— Ничего, просто хочу знать, почему это верно?

Лу Чжоу нахмурился и попытался сосредоточиться. Через какое-то время он покачал головой:

— Мой дорогой Шольце, я тебе — не гугл, чтобы так просто ответить на этот вопрос… Не знаю, это слишком сложно. Думаю, чтобы решить эту задачу, мне понадобится три месяца или даже полгода.

Шольце нахмурился, когда услышал ответ.

Полгода…

Он, и правда, пьян.

Шольце описал одну из многих гипотез о L-функции Артина в программе Ленглендса; классическое предложение алгебраической геометрии.

— За последний год Шольце испробовал множество методов, пытаясь решить эту задачу, но ни один из них не сработал.

Он также не думал, что Лу Чжоу сможет разрешить эту проблемы, и только хотел услышать его мнение, в надежде получить какое-нибудь вдохновение.

Шольце вздохнул:

— Ладно, тогда у тебя есть какие-нибудь хорошие идеи? Любая идея пригодится.

Лу Чжоу нахмурился, а потом сказал с пьяной улыбкой:

— Тебе придется доказать, что автоморфная L-функция может быть разложена на произведение "стандартных" L-функций. Во-первых, ты должен доказать, что разложение L-функции уникально... в этом случае почему бы не попытаться доказать это с помощью методов теории групп или аналитических методов? Я думаю, что это стоит попробовать.

На самом деле, Лу Чжоу не очень хорошо разбирался в алгебраической геометрии, и его знания ограничивались лишь уроками Делиня. Он никогда не изучал более сложных гипотез в этой области.

Из-за этого Лу Чжоу всегда чувствовал себя немного виноватым. Хотя у него были рукописи Гротендика, он никогда не помышлял съездить во Францию и принять математическое наследие Гротендика.

Обычно Лу Чжоу не говорит о чем-то, в чем не разбирается в совершенстве.

Но когда он пьян…

Это уже совсем другая история.

Он будет говорить все, что придет ему в голову.

Услышав бред от Лу Чжоу, Шольце вздохнул и пожал плечами:

— Я принесу тебе лекарства от похмелья от организаторов…

Использования теории групп и аналитических методов — детские глупости…

Постойте…

Шольце вдруг вспомнил о проблеме в исследованиях, нахмурился и скрестил руки на груди.

Лу Чжоу увидел, что Шольце молчит.

— Я просто ляпнул. Не воспринимай всерьез.

— Нет… В этом может быть смысл... — Шольце накрутил свои длинные волосы на палец. — Почему бы не попробовать методы теории групп или аналитические методы? Ты прав, как же я не подумал об этом раньше…

А?

Длинноволосый немецкий парень напрочь забыл о лекарстве от похмелья для Лу Чжоу и пошел прочь, что-то бормоча себе под нос...

Глава 429. Доклад о гипотезе Коллатца

Хотя днем Лу Чжоу был пьяным, благодаря своему хорошему метаболизму, он смог прийти на банкет вечером.

Он — один из главных участников этой конференции, если бы он отсутствовал, вечер потерял бы в интересе…

Банкет продолжался с 6 до 8 вечера. Позже по предложению Феффермана, который недостаточно навеселился, профессора Принстона использовали бразильские шоколадные шарики, полученные на конференции, в качестве фишек для игры в Бридж.

Это звучало как интересная идея, поэтому Лу Чжоу присоединился к игре. В начале он проиграл несколько фишек, поскольку не знал правил, но через какое-то время стал доминировать за игровым столом.

Играть в карты с математиками — очень интересно.

Лу Чжоу услышал от Феффермана, что кроме него, все присутствующие за столом — члены Бридж клуба Института перспективных исследований.

Парень уже долго работал в Институте перспективных исследований, и никогда не знал о таком интересном клубе.

Профессор Фефферман произнес, перетасовывая карты:

— Если понравилось, можешь присоединиться к нашему клубу. Если ничем не заняты, то мы играем каждый день с 2 до 3 в игровой комнате. Можешь приходить, если хочешь.

— Но я уже — консультант клуба дронов.

— Ничего страшного. Ты можешь вступить в любое число клубов, — с улыбкой сказал Фефферман, который очень популярен в Принстоне. — Если правильно помню, то я — уже почетный член более двадцати клубов.

Лу Чжоу вдруг почувствовал, что упускает много интересного…

Они играли в бридж до полуночи. В конце дня карманы Лу Чжоу переполняли шоколадные шарики. Он вдруг вспомнил, что завтра будет сорокапятиминутный доклад, на котором ему обязательно надо быть, поэтому распрощался со всеми и ушёл.

Лу Чжоу всю ночь проспал в своем номере.

На следующее утро он проснулся с темными кругами под глазами, принял душ и зевнул, покидая номер.

Спустившись вниз на лифте и войдя в ресторан, он неожиданно увидел Молину, сразу же поприветствовав ее.

— Доброе утро.

— Доброе, — Молина заметила темные круги у Лу Чжоу и подразнила:

— Поздно лег?

Лу Чжоу зевнул:

— Нет, просто немного устал…

В этот момент Вера, закончившая завтрак, вышла из ресторана и столкнулась с Лу Чжоу.

Когда девушка увидела профессора, то сразу поздоровалась с ним.

— Доброе утро, профессор Лу.

— Доброе утро, — Лу Чжоу улыбнулся и подбодрил ее:

— Ты сможешь!

— Да! — Вера энергично кивнула, но зевок предательски выдал её с потрохами.

Хотя вчера она рано легла спать, мысль о ее выступлении на Международном математическом конгрессе не давала ей уснуть.

Она долго ворочалась в постели, и в итоге заснула только около трех часов ночи.

У нее голова ходила ходуном, словно она могла заснуть стоя.

Молина посмотрела на сцену перед собой, после чего странно взглянула на Лу Чжоу:

— Скажи честно, что ты делал прошлой ночью?

Когда Лу Чжоу услышал странный вопрос, то переспросил:

— Что ты имеешь ввиду?

Молина хотела что-то сказать, но вдруг покачала головой:

— Ничего страшного, я ничего не видела, ничего не спрашивала.

А?

Молина выглядела так, словно она делала выбор между этикой и дружбой с Лу Чжоу. Парню показалось, что она что-то неправильно поняла…

……………….

Доклад Веры должен быть в 10 утра в части теории чисел.

До доклада Веры оставалось еще два часа, поэтому Лу Чжоу не хотел терять зря время и решил побродить по конференции.

Сам того не заметив, он забрел в отдел алгебраической геометрии.

Войдя в лекционный зал, он понял, что часовой доклад делал его знакомый, профессор Шольце.

Лу Чжоу заинтересовала тема доклада. Он сел в заднем ряду и стал слушать.

Если просто, то доклад Шольце основывался на созданной им теории, которая решила некоторые задачи из программы Ленглендса, многие из них были тесно связаны с гипотезой Бёрча-Свиннертон-Дайера.

Лу Чжоу понимал его теорию, поэтому он, не напрягаясь, слушал доклад Шольца.

После этого пошел в лекционный зал дифференциальных уравнений, но не увидел там никаких интересных докладов.

Судя по всему, некоторые подавали заявки на доклады, связанные с уравнениями Навье-Стокса, но поскольку Лу Чжоу решил проблему, многим пришлось отменить свои доклады…

Вскоре наступило 10 часов.

Лекционный зал теории чисел был переполнен.

Лу Чжоу нашел место в заднем ряду и сел, спокойно ожидая доклада.

Ладони Веры вспотели, когда она, нервничая, вышла на сцену.

Многие в зале удивились возрасту ведущего, но поскольку математика — предмет для молодых ученых, они не слишком остро отреагировали.

Вера глубоко вздохнула и вспомнила приободрение профессора, после чего похлопала себя по щекам, пытаясь успокоиться.

— У тебя получится… Вера Пулюй, ты справишься!

Немного подбодрив себя, она обрела уверенность в своих силах.

Вскоре начался доклад о гипотезе Коллатца.

Хотя поначалу ее доклад был немного неуверенным, она быстро освоилась и начала четко излагать свои мысли.

Лу Чжоу должен был признать, что она — очень талантлива, как в математике, так и в публичных выступлениях.

Единственный ее недостаток — замкнутый застенчивый характер.

Глядя на Веру, Лу Чжоу с одобрением кивнул.

Неудивительно, что она — моя ученица, она делает доклад почти как я.

Прошло полчаса, и доклад постепенно подходил к концу. Однако Вера не расслаблялась.

Потому что далее шла сессия вопросов и ответов, самое главное в докладе.

Первый вопрос задал профессор Хельфготт. Он был мастером аналитической теории чисел, который доказал слабую гипотезу Гольдбаха. Он также — один из шести рецензентов статьи Лу Чжоу по гипотезе Гольдбаха.

Возможно, Хельфготт не хотел слишком давить на Веру, поскольку говорил не агрессивно. Посмотрев на распечатанную статью в своих руках, он спросил:

— На девятой странице, седьмой строке, я заметил интересное выражение. Φ(g) — это открытое подмножество комплексной плоскости f, и каждая из самых больших связанных подобластей Φ(g) является ветвью Φ(g)... Как вы это поняли?

Вера открыла статью на девятой странице и четко ответила:

— Φ(g) — это множество точек z0 за пределами целочисленной функции g(z). На седьмой странице, пятнадцатой строке, в выводе 1.4, я доказала, что столбец функции {gk(z)}∞/k=1 имеет вспомогательные столбцы в окрестностях точки z0, которые сходятся к аналитической функции S(z)...

Услышав объяснение Веры, Хельфготт одобрительно кивнул.

— Благодарю.

Вопросы продолжились.

В конце концов, это Международный математический конгресс, уровень участников — очень высок, и все вопросы были сложными.

Хотя, конечно, поступали и простые вопросы.

Доктор из Монреальского университета встал и спросил:

— Извините, на одиннадцатой странице, тринадцатой строке, любая функция h(z) приводится к g(z)=z/2+(1−cosnz)(z+1/2)/2+1/ π (1/2-cosnz)sinnz+h(z) sin2nz, что удовлетворяет N⊂Φ(g). Как получился этот вывод?

Кое-кто в зале хихикнул.

Вера вздохнула:

— Для этой части, пожалуйста, обратитесь к статье "Проблема "3n+1" и голоморфная динамика" Саймона Летермана, Дирка Шлейхера и Вуд Рег в журнале Experimental Mathematics, профессор Леттерман уже дал полное доказательство, я не буду повторять его здесь…

Те, кто спрашивают подобные вопросы, очевидно... не читали работу Веры.

Когда человек понял, что спросил глупость, то покраснел и снова сел.

В целом, доклад прошел хорошо.

Когда доклад закончился, Вера взволнованно подбежала к Лу Чжоу.

— Профессор! Я сделала это… Я сделала это!

Она крепко сжимала кулаки, а ее лицо переполняло возбуждение.

Лу Чжоу счастливо посмотрел на взволнованную маленькую девушку, он радовался, что она справилась со своей интровертностью.

Нет ничего лучше, чем наблюдать, как растут и улучшаются твои ученики.

Это один из самых приятных дней в жизни Лу Чжоу.

Глава 430. Завершение конференции

Аудитория не только положительно отреагировала на доклад Веры, но ее доклад привлек внимание различных СМИ, присутствовавших на Международном математическом конгрессе.

Долгое время математика рассматривалась как область, где доминировали мужчины. Очень немногие женщины смогли добиться выдающихся результатов в ней. Это означало, что любые математические достижения женщин преувеличивали.

Не говоря уже о том, что гипотеза Коллатца сама по себе очень сложная.

Но к несчастью для прессы, эта девушка-математик не любила давать интервью и, считай, боялась камер.

Но даже если СМИ не смогли взять интервью у Веры, они могли пообщаться с ее руководителем.

Четвертый день конференции.

Журналист из BBC science договорился взять интервью у Лу Чжоу в кафе рядом с отелем.

Журналист спросил:

— Все мы знаем, что вы приложили руку к двум работам. Доказательство гипотезы Коллатца завершила ваша студентка, Вера Пулюй. Что вы можете сказать о ней?

Лу Чжоу ответил:

— Вера — блестящая ученица. Будь то она, Цинь Юэ или Харди, все они чрезвычайно талантливы в теории чисел. Думаю, что нам не следует акцентировать внимание на поле, поскольку я встречался со многими выдающимся учеными-женщинами.

— Я слышал, что вы наставляли Веру при исследовании гипотезы Коллатца, многие думают, что именно вы решили эту гипотезу. Что скажете об этих слухах?

Парень улыбнулся:

— Я лишь предоставил идею. Само доказательство сделали они сами. Тут не в чем сомневаться. Как можете видеть, метод групповой структуры — отличный инструмент аддитивной теории чисел, который, по моему мнению, можно использовать для решения различных задач.

— Какую задачу, по вашему же мнению, может решить метод групповой структуры? Или в каком направлении?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Вы действительно хотите, чтобы я это сказал? На самом деле, даже если я не скажу, уверен, что мои коллеги уже догадались об этом.

Журналистка улыбнулась:

— Просто скажите, сообщите это для людей за пределами математики.

Лу Чжоу дал короткий ответ:

— Проблему Варинга.

Проблема Варинга — классическая гипотеза аддитивной теории чисел.

Эта гипотеза появилась из "глубин алгебры", опубликованная Эдуардом Уорингом в 1770 году. Уоринг предположил, что для каждого целого числа k, большего 1, существует положительное целое число g=g(k) такое, что всякое натуральное число может быть представлено в виде суммы g чисел, не превосходящих g(k) в степени k.

Эта проблема являлась классической в области теории чисел, поэтому многие люди исследовали ее.

Существование g(k) было доказано Гильбертом довольно сложным способом, когда частный случай g(2) = 4 был теоремой о сумме четырёх квадратов, которая была доказана Лагранжем в восемнадцатом веке.

Линник, Дэвенпорт и Чэнь Цзинжунь доказали эти случаи для g(3), g(4) и g(5).

Если спросить Лу Чжоу, по отношению какой гипотезе он испытывает больший оптимизм, то это, несомненно, будет проблема Варинга.

— Невероятно… — удивленно посмотрела на Лу Чжоу журналистка. Хотя она — не ученый, она все еще научный журналист, и хорошо осведомлена в области математики.

Журналистка продолжила спрашивать:

— Хотелось бы спросить вас о другом вашем докладе. Мы знаем, что вы доказали существование решения уравнений

Навье-Стокса, и научное сообщество также подтверждает это... Но чисто гипотетически, если эта гипотеза была не доказана, а опровергнута, как бы это повлияло на нашу жизнь?

Лу Чжоу положил руки на колени, улыбнулся и расслабленно произнес:

— Если бы она оказалась неправильной, то значение было бы более огромным. Возьмем в качестве примера гладкость решения. Если бы мы поняли, что в какой-то момент времени уравнение больше не будет гладким, то это значит, что мы не только решили неразрешенную математическую задачу, но и открыли нечто новое в физике.

— Выходит… вы разочарованы?

Парень вздохнул:

— Немного… На самом деле, когда я работал с профессором Фефферманом над задачей, мы всегда думали, что нашли этот особый момент времени. К сожалению, это была лишь иллюзия.

— Как вы поняли это?

— Когда я бегал вдоль озера… Что касается самих мыслей… — Лу Чжоу огляделся и спросил:

— Здесь есть доска? Если есть, я могу объяснить это подробно.

— Не стоит…

На следующий день было опубликовано интервью. Некоторые фрагменты были отредактированы и были добавлены вставки из докладов, но оно все еще сохранило большую часть первоначального содержания.

Лу Чжоу смотрел новостной ролик на Youtube и заглянул в комментарии.

К сожалению, иностранцы не особо интересовались математикой и учебой, и все внимание сосредоточилось на Вере.

Среди самых популярных комментариев: "Девушка — огонь!", "Хочу посетить Украину", "У нее есть парень?" и подобные.

Лу Чжоу знал, что Вера, стоящая на сцене, несмотря на свой страх и храбро делавшая доклад, притягивала взгляды, но ее внешность не должна быть в центре внимания.

Какие поверхностные!

Лу Чжоу покачал головой и закрыл вкладку с видео. Он был недоволен, что иностранные пользователи полностью проигнорировали часть видео с ним…

……………….

Основной сутью Международного конгресса математиков был обмен научными идеями, благодаря чему появлялось множество интересных работ. Лу Чжоу многое получил на этой конференции, проведя каждый день на ней с пользой.

Девятидневный конгресс, наконец, подошел к концу. Церемония закрытия завершилась южноамериканскими песнями и танцами художественных групп.

После церемонии закрытия логотип конференции сняли с отеля Barra Da Tijuca, а ученые со всего мира улетели по домам.

Стоит отметить, что Биркар так и не отыскал свою медаль.

Однако организаторы великодушно провели специальную церемонию награждения и предоставили новую медаль.

Сидя в самолете, профессор Фефферман покачал головой и сказал:

— Общественная безопасность в Рио разочаровывает. Некоторых участников даже ограбили на пляже. Нет никаких сомнений, что это худший конгресс в истории, поскольку никогда раньше не было краж медали. Не говоря уже о том, что кража произошло через полчаса после церемонии награждения.

Южноамериканское математическое сообщество, особенно Бразильское, сильно в области динамических систем. Это одна из причин, по которой конференция проходила в Рио-де-Жанейро.

Хотя у организаторов возникли некоторые проблемы с безопасностью, они не ожидали, что ситуация будет настолько плохой, и может произойти подобное несчастье.

Еще более разочаровало отношение местной полиции.

Если бы не превосходные доклады, то конференция стала бы полным провалом.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Почему бы не провести ее в Пекине? Уж там-то точно найдут украденную медаль.

Конечно, Лу Чжоу считал, что прежде чем вор успеет дотянуться до медали, ему отрубят руку.

После столь долгого пребывания за границей, Лу Чжоу больше всего скучал по безопасности Китая, не считая, конечно, семьи и друзей.

Профессор Фефферман улыбнулся:

— Хорошая идея, уверен, что такая возможность появится в будущем!

Глава 431. Переведите мне деньги

Вернувшись из Бразилии, Лу Чжоу начал исследования по изучению турбулентности.

Хотя он не стал изолироваться в очередной раз, его жизнь стала очень размеренной. Он перемещался между спальней, Институтом перспективных исследований и Принстонской лабораторией физики плазмы.

Исследование турбулентности плазмы не намного проще решения уравнений Навье-Стокса.

Тут были совершенно другие трудности.

В последнем использовались абстрактные математические инструменты для доказательства существования гладкого решения. А первое эквивалентно нахождению решения частного случая уравнений Навье-Стокса.

До сих пор в математическом мире нашли около ста решений частных случаем уравнений Навье-Стокса, большинство из которых не учитывали время или ограничивались двумерными условиями.

Люди, занимающиеся вычислительной гидродинамикой или прикладной математикой, получили большую часть частных решений с помощью наблюдений, используя эмпирические формулы и параметры, что не давало особой точки опоры для Лу Чжоу.

Следовательно, Лу Чжоу нужно решить эту сложную задачу самостоятельно, с нуля, поскольку у него нет вообще никакой литературы.

Само собой, у него все еще оставались кое-какие инструменты.

Например, его многообразия Лу — очень полезный теоретический инструмент.

И не только, он вернулся с конференции с 7-м уровнем математики, ему оставалось еще три до максимального 10-го уровня. За последние несколько недель его математическая интуиция выросла в геометрической прогрессии.

Лу Чжоу почти не сомневался, что сможет решить эту проблему.

Ему нужно лишь время…

Через три недели после возвращения в Принстон, ближе к концу августа, Лу Чжоу наконец получил письмо из Института Клэя.

"Уважаемый профессор Лу Чжоу, я — Джеймс Карлсон, председатель научного комитета Математического института Клэя.

Основывая на оценках 12-ти анонимных рецензентов и отзывах Международного математического союза, мы считаем, что вы доказали существования гладкого решения уравнений Навье-Стокса.

Решение этой задачи значительно ускорит развитие и применение математической теории. Мы искренне благодарим вас за ваш вклад в математику и науку.

Основываясь на рекомендации вашего коллеги, профессора Феффермана, мы убедились, что именно ваша часть работы имела решающее значение. После голосования совет директоров Института Клэя заранее решил предоставить вам премию в размере одного миллиона долларов…"

Обычно решение тысячелетней задачи не означает, что можно тут же получить денежную награду.

Согласно официальным правилам, решение должно быть опубликовано в престижном журнале, с момента публикации должно пройти два года, и решение должно признать математическое сообщество. Только после этого Институт Клэя решал, стоит ли выдавать премию или нет.

Однако это правило очень податливо.

Например, работа Григория Перельмана никогда не публиковалась в авторитетном журнале, и Карлсон, который тогда был президентом Института Клэя, не ждал два года, прежде чем отправиться в Санкт-Петербург к этому старому отшельнику…

Однако Карлсон так и не смог встретиться с Перельманом.

Поскольку Лу Чжоу представил свою работу на специальном докладе на Международном математическом конгрессе и ответил на все вопросы, нет никакой необходимости ждать, пока научное сообщество достигнет договоренности.

Поэтому Институт Клэя принял такое решение.

К письму они также приложили условия получения премии.

Как и на объявлении задач тысячелетия, Карлсон надеялся, что эта церемония награждения будет грандиозной.

Церемония награждения должна состояться в Коллеж де Франс, где Институт Клэя впервые объявил о задачах тысячелетия. Специальная церемония вручения премии в миллион долларов будет проводиться Институтом Клэя и Европейским математическим сообществом.

Никто не знал, что же там будет.

Это объяснялось тем, что Перельман, доказавший гипотезу Пуанкаре, — необычный человек, который не любил общественное внимание. И хотя он доказал гипотезу более десяти лет назад, церемония награждения так и не состоялась.

Если бы Карлсон прислал приглашение месяц назад, то Лу Чжоу с радостью купил бы билет на самолет и посетил церемонию награждения. В конце концов, миллион долларов — это миллион долларов.

Но теперь, когда его исследования турбулентности плазмы вошли в критическую стадию, он не хотел отправляться в дальние путешествия.

Лу Чжоу немного подумал, после чего вежливо отказался от приглашения. Он сказал, что его исследования находятся в критической стадии, и у него нет времени лететь в Париж. Кроме того, он сказал, что не отказывается от миллиона долларов и даже приложил к письму свои банковские реквизиты.

Это означало, что Лу Чжоу хотел получить банковский перевод.

Что же касается медалей или грамот, то Лу Чжоу не против получить их по почте…

Читая ответ, Карлсон чуть не плюнул на экран.

Это почти более вопиюще, чем отказ Перельмана.

Этот чудак не хочет получать награду... и ладно! Но все равно отправляет банковские реквизиты?

Почему все лауреаты премии тысячелетия — такие эксцентричные?!

Карлсон написал ответ и сообщил Лу Чжоу, что перевести ему деньги невозможно.

Причина проста!

Две задачи премии тысячелетия уже решены, но Институт Клэя ни разу не провел церемонию награждения. Если Лу Чжоу хочет получить премию, то должен посетить Париж.

Само собою, Карлсон уважительно написал ответ, где сказал, что понимает важность исследований.

Если Лу Чжоу действительно не может, то Карлсон готов договориться с ним о подходящей дате церемонии награждения.

Формализм Карлсона в ответе раздражал Лу Чжоу.

Институт Клэя находится в Кембридже, штат Массачусетс, и это не слишком далеко от Лу Чжоу. Он мог бы даже добраться туда без перелетов, сидя за рулем своей машины.

Однако эти люди не хотели проводить церемонию награждения в своей стране, а собрались проводить ее в Коллеж де Франс, во Франции.

Это отнимет у Лу Чжоу, как минимум, неделю времени.

Для него эта неделя в условиях исследования чего-то столь интересно фатальна.

Парень немного подумал, после чего напечатал ответ.

"Я не могу назвать точную дату. Может быть, я буду свободен только после того, как получу результаты в исследованиях турбулентности плазмы."

Отправив ответ, Лу Чжоу закрыл почту и начал изучать экспериментальные данные полугодовой давности, которые хранились на его компьютере.

Профессор Карлсон, работавший в Институте Клэя в Массачусетсе, прочитал ответ Лу Чжоу. Он молча перевел взгляд на своего секретаря Дафта.

Дафт вздохнул и похлопал профессора по спине:

— Это, наверное, самый эвфемистический отказ, который мы могли получить.

Дафт не изучал механику жидкости и газа, он даже не учился в академии. Однако работая в Институте Клэя, он познакомился со многими передовыми научными достижениями.

Турбулентный поток — хорошо известный тип хаотической системы, и это также проблема, с которой боролись многие математики и физики.

Не говоря уже о том, что объектом исследований Лу Чжоу была плазма.

По мнению Дафта, с таким же успехом Лу Чжоу напрямую мог отказаться.

Карлсон снял очки и положил руки на стол, после чего ущипнул себя за переносицу.

— Я не понимаю… Почему? Это же халявные деньги, почему их так трудно вручить?

Он уже устал.

Будучи президентом института, он испытал это чувство, а теперь, будучи председателем научного комитета, вновь его познал.

До выхода на пенсию он лишь хотел вручить премию в миллион долларов и медаль тому, кто решит задачу тысячелетия в Большом зале французского института.

Но почему же это желание так трудно осуществить, учитывая, что две задачи тысячелетия уже решили...

Глава 432. Заявка на суперкомпьютер

Получив ответ от Лу Чжоу, Карлсон в принципе уже не имел никакой надежды. Церемонию вручения премии отложили.

Однако новостные источники смогли узнать о первоначальных планах по поводу церемонии награждения.

А потом пошли слухи, что Лу Чжоу отказался от этой награды.

С момента решения уравнений Навье-Стокса, СМИ уделяли особое внимание этой теме. В конце концов, для людей, не изучающих математику, премия в миллион долларов гораздо более шокирующа, чем само решение уравнений.

К примеру, вот комментарий журналиста из "Нью-Йорк Таймс":

"После отказа русского математика Перельмана от миллиона долларов, китайский математик Лу Чжоу тоже отказывается от этой награды. Похоже, что за премией следует проклятие, и все, кто решают эти задачи, теряют интерес к деньгам?"

Харди дал Лу Чжоу газетную статью, после того, как Лу Чжоу прочитал ее, он бросил ее в мусорное ведро и покачал головой.

— Это полная чушь! Когда я отказывался от награды? Я только сказал Институту Клэя подождать немного, поскольку занят в последнее время. У меня нет времени лететь в Париж!

Харди спросил:

— Вы отказались от денег, потому что не могли поехать туда?

Лу Чжоу поправил его:

— Я не отказался, а отложил награждение.

Харди пожал плечами:

— Ладно, отложили… Профессор, на самом деле у меня есть предложение, но не знаю, стоит ли его озвучивать.

Лу Чжоу посмотрел на Харди и спросил:

— Какое?

Харди почесал в затылке и улыбнулся:

— Если у вас нет времени, то я могу поехать в Париж и получить приз вместо вас. Вы заняты исследованиями, а я совсем не против путешествий…

Вот же!..

У него слишком много свободного времени!

………………………………

Слухи о нем... для Лу Чжоу — лишь незначительный момент жизни.

Парень занимался исследованиями турбулентности плазмы, и ему было сейчас не до пресс-конференций, чтобы прояснить такой незначительный момент.

Решение уравнений Навье-Стокса и церемония награждения не только привлекли к Лу Чжоу чрезмерное внимание прессы, но и создали другие проблемы.

Например, с момента его возвращения в Америку на его почту ежедневно поступало огромное количество приглашений на различные мероприятия.

Некоторые — из отечественных и зарубежных научных институтов, некоторые — из лучших математических университетов, а некоторые — даже не из академической области, а с телешоу…

Оставив разбираться с письмами Сяо Ая, Лу Чжоу почувствовал себя спокойнее.

В дополнение к отказам людям и борьбе со спамом Сяо Ай выполнял роль его личного помощника. Можно было наблюдать, что Сяо Ай становился все более и более умным.

Решив простые вопросы, Лу Чжоу вернулся к исследованию турбулентности плазмы.

Следует отметить, что сложность проблемы турбулентности разделялась на две части.

Первая связана, в основном, со сложностью самой системы и ее окружающей среды, а также — с трудностями, возникающими из-за разнообразия турбулентного движения системы в целом.

В качестве примера можно взять космический корабль. По мере изменения высоты, скорости, местоположения или даже температуры поверхности материала газовая и макромеханическая среда вокруг него также постоянно изменялись.

Вторая часть шла из методологии классической физики.

Традиционный редукционизм исходил из самых основных составляющих материальной динамики и устанавливал уравнения движения на основе основных законов взаимодействия. Это звучит просто, в конце концов большинство формул классической физики даже не требовало углубленных знаний физики.

Однако в мире физики все куда сложнее.

Возьмем в качестве примера самолет, поле потока вокруг которого содержит 10^15~10^24 микрофлюидов, и каждый микрофлюид должен подвергаться индивидуальному механическому анализу. Необходимо также учитывать силы взаимодействия между микрофлюидами, и это нельзя решить даже при задействовании всех вычислительных ресурсов в мире.

Из-за своей сложности большинство моделей, созданных исследователями вычислительной гидродинамики, основаны на наблюдениях. Поэтому разные ученые, использующие один и тот же метод моделирования, могли получить разные результаты.

Поэтому моделирование турбулентности в вычислительной гидродинамике на основе замкнутой модели часто считалось более искусством, нежели точной наукой.

Причина одержимости гладким решением уравнений Навье-Стокса заключалась не столько в выяснении существования такого решения, сколько в том, что математики смогут многое узнать, исследуя эту проблему.

Математики могли бы найти структурную величину между дозвуковой зоной и звуковой зоной или приблизительную слабую форму в ограниченном диапазоне. Или, в случае с многообразиями Лу, метод дифференциальной геометрии, который можно использовать для уравнений в частных производных.

Для плазмы внутри стелларатора первая часть сложности относительно легка для решения. Хотя плазма нестабильна при высоких температурах и давлениях, по крайней мере циркуляция макроплазмы относительно равномерна.

Вторая сложность — гораздо более громоздка.

Однако это трудно лишь для нормальных людей.

Применив многообразие Лу в уравнениях Навье-Стокса и построив математическую модель, опирающуюся на экспериментальные данные, Лу Чжоу обнаружил, что процесс, казавшийся столь трудным, совсем не сложный.

Время пролетело быстро, и вскоре наступил сентябрь.

Лу Чжоу сидел в своем кабинете, в Институте перспективных исследований, и смотрел на монитор. Время от времени делал заметки на черновике.

Введя последнюю строку вычислений в компьютер, он наконец-то вздохнул с облегчением и положил свою шариковую ручку.

— Готово!

Услышав голос профессор, Харди растерянно поднял голову и встретился взглядом с Цинь Юэ, после чего вновь посмотрел вниз.

Джерик и Вера с обожанием посмотрели на Лу Чжоу. Особенно Вера, в глазах которой почти сверкали звезды.

Хотя она не знала, что делает профессор, но чувствовала, что он делает что-то удивительное.

Что же касается Вэй Вэня, то он писал свою магистерскую работу и полностью игнорировал происходящее вокруг. Он хотел закончить ее в этом году, чтобы в следующем приступить к докторской диссертации, поэтому его не волновала работа Лу Чжоу.

Он лишь знал, что профессор вновь исследует что-то невероятное…

Лу Чжоу не обратил внимания на реакцию своих учеников и быстро перепроверил свою математическую модель, после чего скопировал данные на флешку и покинул кабинет.

Человеческий мозг способен вывести уравнения, но вычисления выходят за пределы людских возможностей.

Чтобы проверить свою математическую модель и собрать данные из первых рук, Лу Чжоу нужен суперкомпьютер.

И чем быстрее будет компьютер, тем лучше!

………………………

Будучи одним из самых богатых университетов в Северной Америке, Принстон не только богат своей готовностью переманивать таланты, но и своим оборудованием.

Хотя Принстон — и маленький городок, здесь присутствовало все: от плазменных лабораторий до суперкомпьютерных центров.

Это показывало, насколько важно университетам иметь сильную финансовую поддержку от выпускников.

Принстонский суперкомпьютер находился в Центре Джона фон Неймана и, в основном, использовался для моделирования физики конденсированного состояния, физики плазмы и космической механики.

Лу Чжоу знал одного известного человека в области параллельных вычислений — Дэвида Шоу.

Однако вычислительные способности суперкомпьютера Антона превосходили аналоги только в области вычислительной химии, и он не идеален для общих вычислений.

Не говоря уже о том, что Дэвиду Шоу может быть не интересна физика плазмы или моделирование гидродинамики, поэтому Лу Чжоу не хотел его беспокоить.

Лу Чжоу не пришлось долго ждать: после того, как он заполнил анкету в Нассау-холле, он быстро получил разрешение от университета.

Любой исследовательский проект, связанный с лабораторией физики плазмы, имел наивысший приоритет.

Не говоря уже о том, что исследователь обладал Филдсовской премией.

Лу Чжоу передал соответствующие документы в центр Джона фон Неймана директору центра Амеру Грину. Он рассказал ему о своей цели.

Услышав просьбу Лу Чжоу, Грин несказанно удивился:

— Невероятно… Вы точно не шутите? Вы успешно построили математическую модель турбулентности плазмы в стеллараторе?

Хотя Грин — не физик, он все же знал, насколько удивительно это достижение.

Лу Чжоу вздохнул и помахал документом об одобрении заявки в его руке.

— До первого апреля еще полгода, я не шучу.

Профессор Грин не терял ни секунды. Он включил рабочий компьютер и спросил:

— Вы принесли модель?

Лу Чжоу положил флешку на стол:

— Конечно.

Грин подключил флешку к компьютеру и открыл файлы внутри. Он посмотрел на данные и потер бороду, немного подумав, сказал:

— Откровенно говоря, это очень трудно. Не уверен, что у Джона Неймана есть возможность осуществить вычисления такого масштаба. Возможно, нужен суперкомпьютер вроде Summit в Ок-Риджская национальная лаборатория... Вы не можете упростить модель?

Лу Чжоу покачал головой:

— Это предел, дальше уже не могу.

— Хорошо, тогда вы поставили перед нами сложную задачу от имени Лаборатории физики плазмы, — профессор Грин прокрутил ручку. — Я могу решить часть алгоритма, но не ждите результатов в ближайшее время.

Лу Чжоу кивнул:

— Да, понимаю, нужна помощь?

Профессор Грин улыбнулся:

— Конечно! В конце концов, мы занимаемся массовыми параллельными вычислениями, мы — не физики плазмы.

Глава 433. Решение Лазерсона

Пока Лу Чжоу договаривался с профессором Грином, возле его кабинета в Институте перспективных исследований появился странный человек.

Человек помялся в дверях, после чего постучал и зашел.

— Это кабинет профессора Лу Чжоу?

Вера перестала писать и ответила:

— Да, зачем вам нужен профессор Лу?

Старик оглядел кабинет:

— Мне надо поговорить с ним… У него сегодня выходной?

— Нет, — Вера покачала головой. — Он утром уехал.

— Тогда не могли бы вы мне сказать, где я могу его найти?

— Он сейчас занимается исследованиями в центре Джона фон Неймана, поэтому можете поехать туда, если хотите найти его.

Старик кивнул:

— Суперкомпьютерный центр? Хорошо… Спасибо.

Он развернулся и уже собирался выйти из кабинета, как внезапно дверь кабинета открылась.

Лу Чжоу вернулся из центра Джона фон Неймана с новыми данными.

Увидев Лазерсона, он сильно удивился.

Поначалу он не узнал его.

В конце прошлого года профессор Лазерсон отправился в лабораторию Вендельштайн 7-Х в Германии, и они общались по почте.

Лу Чжоу не знал, что Лазерсон вернулся.

— Лазерсон? Вы вернулись из Германии? Когда?

Лазерсон взглянул на часы.

— Сошел с самолета пять часов назад.

Лу Чжоу рассмеялся.

— Ну, в любом случае, добро пожаловать обратно! Вообще, я собирался отправить тебе по электронной почте хорошую новость. Пойдем, покажу тебе одно сокровище.

Видя волнение Лу Чжоу, Лазерсон мгновение колебался, однако все равно пошел за Лу Чжоу к его компьютеру.

Лу Чжоу включил ноутбук и вставил флешку, после чего открыл программу моделирования.

Увидев на экране компьютера пересекающиеся зеленые, красные и желтые линии, он удивился.

— Невероятно… Ты действительно сделал это?

— Остался еще один шаг. Нужен суперкомпьютер, чтобы протестировать модель. Это может занять несколько дней, — ответил Лу Чжоу с ухмылкой. — Разве это не волшебство?

— Да-а-а… — неуверенно протянул Лазерсон, потом кашлянул. — Поздравляю! Только эта математическая модель достойна награды в области физики. Но вообще я пришел сообщить кое-что лично. Надеюсь, это не удивит вас слишком сильно.

Лу Чжоу посмотрел на серьезного Лазерсона и спросил:

— Что случилось?

— Я собираюсь уволиться.

Не самое худшее, что Лазерсон мог сказать, но Лу Чжоу не ожидал подобного.

Парень с недоверием посмотрел на Лазерсона:

— Уволиться?

— Да, — профессор Лазерсон кивнул. — Атомный зонд Гелий-3 — фантастическая технология диагностики плазмы. У меня такое чувство, что он может стать одним из основных оборудований в каждом институте исследований плазмы. Если каждый атомный зонд будет проектироваться и собираться моей группой инженеров, это будет слишком хлопотно. Поэтому я хочу разработать стандартизированное устройство, которое можно разобрать или установить, такое, которое можно подключить даже к простой розетке.

Лу Чжоу не знал, как реагировать.

— Но вы уже возглавляете проектную группу, а через несколько лет сможете стать директором института плазмы… Вы уверены в своем выборе?

— В этом нет ничего правильного или неправильного. На мой взгляд, распространение этой технологии более важно, чем любая должность. Да и вообще, зачем мне хотеть становиться директором института? Я бы предпочел иметь несколько миллионов в фондах для проведения собственных исследований, чем управлять сотнями миллионов и не иметь капли этих денег.

— Но… Мой дорогой профессор Лазерсон, сколько исследовательских институтов могут позволить себе ваше оборудование? Или сколько человек готовы заказать его?

— Это не проблема, я не беспокоюсь о продажах, — профессор Лазерсон улыбнулся и сказал расслабленным тоном:

— Я знаю, что вы не считаете это большими деньгами. В конце концов, вы отказались от премии в миллион долларов.

— Я не отказывался, а только отложил ее!

— Ладно, отложили, но это не главное. Возвращаясь к сути... — сказал Лазерсон. — Хотя моя компания находится на ранней стадии, мы уже подписали два восьмизначных контракта.

И в Китае, и в Америке переход от академика к бизнесмену не был чем-то необычным.

Особенно — для технических инженеров, таких как профессор Лазерсон, они намного лучше преобразовывали технологии в продукты, чем обычные ученые.

Более того, его связи в научных кругах позволяли Лазерсону с легкостью заключать контракты с крупными исследовательскими институтами физики плазмы. Что же касается людей из физики плазмы, то пока цены Лазерсона приемлемы, они с удовольствием будут иметь с ним дело.

Но это не хорошая новость для Лу Чжоу.

Не потому что Лу Чжоу не получит никакой прибыли.

Он никогда не собирался делать деньги на этой технологии, да и не хотел регистрировать патент. Главной целью было облегчить его собственные исследования. На самом деле он был счастлив наблюдать, как другие коммерциализируют этот продукт, поскольку это избавляло его от многих неприятностей.

Однако он не ожидал, что именно Лазерсон сделает такое.

Если Лазерсон уйдет, то Лу Чжоу однозначно потеряет превосходного научного партнера.

Лу Чжоу попытался переубедить его:

— Вам уже пятьдесят лет, поэтому советую хорошенько подумать, прежде чем принимать такое решение.

Профессор Лазерсон покачал головой:

— Пятьдесят лет — еще не конец. К тому же, я уже давно думал об этом. Я пришел сюда, чтобы попрощаться с вами.

Лу Чжоу посмотрел на решительно настроенного профессора и понял, что не сможет переубедить его.

Через какое-то время парень вздохнул и сказал:

— Желаю вам всего наилучшего… Если я могу чем-то помочь, то не стесняйтесь и обращайтесь.

Хотя это и печально, но у каждого — свой собственный выбор.

Профессор Лазерсон — его научный партнер, а не сотрудник. Он не имел права вмешиваться в его выбор.

Глаза профессора Лазерсона вспыхнули, когда он услышал слова Лу Чжоу.

— Неужели? Вы готовы мне помочь?

Увидев, обрадовавшегося профессора Лазерсона, Лу Чжоу предостерег:

— Конечно… Но все зависит от того, что нужно.

— О, вот в чем дело… Хотя я уже собрал кое-какие деньги, нам все еще не хватает финансового отдела. Конечно, я думал о кредите в банках, но начинающему бизнесмену нелегко обеспечить финансирование, понимаете? — профессор Лазерсон кашлянул и смутился. — Вы заинтересованы в инвестициях?

Вот прохвост!

Глава 434. Боюсь, вам нужен не суперкомпьютер...

В конце концов, Лу Чжоу все же предоставил деньги.

И причина — не в прибыльности этой инвестиции. Он сделал это как одолжение своему другу.

Не говоря уже о том, что поскольку он принимал участие в создании технологии атомного зонда Гелий-3, парень надеялся, что она окажет влияние на область физики плазмы.

Лу Чжоу велел Уайту Шеридану разобраться с конкретным планом финансирования и соответствующими контрактами.

Несколько миллионов долларов инвестиций — не какая-то большая проблема для Лу Чжоу…

По мере увеличения числа электрических и гибридных автомобилей на дорогах, увеличивался и размер банковского счета компании Star Sky Technology.

Продать патентные права Umicore было правильным решением. Помимо единовременной выплаты, которую получил Лу Чжоу, согласно оценке рынка аккумуляторов Уайта Шеридана, Лу Чжоу также получит, как минимум, 90 миллионов долларов дивидендов.

До сих пор он не знал, как потратить эти деньги…

После того, как они договорились, профессор Лазерсон вновь поблагодарил Лу Чжоу, прощаясь.

— До свидания, с вами всегда было приятно работать. Вы внесли большой вклад в технологию атомного зонда Гелий-3. Я уверен, что это будет отличный продукт. Возможно, вам все равно, что люди думают о нем, но я сделаю так, чтобы этот продукт повлиял на область.

— До свидания… Если однажды обанкротитесь, то не бойтесь искать меня. Конечно, я не смогу сразу поставить вас на должность руководителя лаборатории, но на место для проведения экспериментов всегда можете рассчитывать.

— Друг мой, неужели вы действительно собираетесь вот так попрощаться? — профессор Лазерсон похлопал Лу Чжоу по плечу и рассмеялся. Он сделал два шага назад к дверям кабинета и добавил:

— Расслабьтесь, такой день никогда не наступит. Ладно… Берегите себя!

С этим профессор Лазерсон ушел.

Перед отъездом он наказал лаборатории физики плазмы не распускать проектную группу He3, и она продолжит работать в обычном режиме.

Ферн Буше, помощник профессор Лазерсона, стал новым ответственным лицом.

Ферн защитил докторскую в Массачусетском технологическом институте, и хотя ему было всего тридцать лет, он показал себя как весьма талантливого специалиста в области физики плазмы и инженерии.

Однако, поскольку новый руководитель в настоящее время находился в Институте физики плазмы Общества Макса Планка в Германии, Лу Чжоу придется немного подождать, прежде чем он сможет увидеть его.

Кстати говоря, из-за этого произошли небольшие волнения.

Во-первых, директор Терренс Брог предложил Лу Чжоу взять на себя роль руководителя проекта.

Лу Чжоу должен признать, что это было очень заманчивое предложение.

Лаборатория физики плазмы хорошо известна в области физики плазмы. Если это был бы какой-либо другой исследовательский институт, то Лу Чжоу не смог бы так быстро разработать технологию атомного зонда Гелий-3.

Они с Лазерсоном смогли добиться успеха, поскольку лаборатория физики плазмы полна гениев. Если бы Лу Чжоу стал руководителем проекта, то получил бы огромное количество возможностей и ресурсов. На самом деле, гораздо больше, чем он мог себе представить.

Лу Чжоу долго думал над предложением директора Брога, но в итоге вежливо отказался.

Хотя совладельцем лаборатории физики плазмы был Принстонский университет, большинство его проектов курировались Министерством энергетики США. Поэтому он не так "безопасен", как частный институт вроде Принстона.

Если иностранный ученый станет руководителем правительственного исследовательского проекта, это неизбежно приведет к ненужным недоразумениям.

Независимо от того, отчего профессор Брог сделал это предложение, Лу Чжоу чувствовал, что он должен быть только консультантом команды проекта, а не ответственным лицом, для того, чтобы избежать возможных политических конфликтов.

Хотя, возможно, Лу Чжоу слишком много надумал себе, это то, чему он всегда уделял большое внимание…

…………………….

Прошла неделя с тех пор, как профессор Лазерсон ушел в отставку.

Центр Джона фон Неймана.

Группа сотрудников, одетых в белую антистатическую одежду, находилась в комнате управления суперкомпьютером и работала.

Когда профессор Грин увидел, что Лу Чжоу понуро стоит, то он с сомнением произнес:

— Не знаю отчего, но мне кажется, что вы не очень хорошо себя чувствуете.

Лу Чжоу выглядел немного подавленным, когда вздохнул и ответил:

— Неделю назад ушел один из моих друзей.

Профессор Грин немного помолчал и вздохнул:

— Извиняюсь.

Лу Чжоу кашлянул:

— Не извиняйтесь. Под "ушел" я имел в виду только то, что он уволился.

Блять!

Какого хрена тогда вы говорите про это?

Тратите мои эмоции…

К профессору Грину подошел сотрудник и отчитался.

— Суперкомпьютер готов к работе, мы можем начать эксперимент в любое время.

Грин посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Вы готовы?

Лу Чжоу глубоко вздохнул и попытался приободриться:

— Готов.

Грин кивнул и посмотрел на своего сотрудника:

— Давайте начнем.

Суперкомпьютер заработал.

Джон фон Нейман работал на полную мощность, словно печь, которая медленно плавила математическую модель.

Орбита стелларатора моделировалась в виртуальном мире из нулей и единиц, вычисляя сотни миллиардов, плазменных частиц.

Профессор Грин посмотрел на данные на экране и серьезно заговорил:

— Не обижайтесь, но ваша модель — слишком сложная! Даже если нам удастся, будет трудно внедрить эту модель в компьютер стелларатора. Модель настолько сложна, что нельзя даже помышлять о введении других переменных в систему. Если только…

Лу Чжоу посмотрел на Грина:

— Если что?

— Если только это не квантовый компьютер, способный быстро обрабатывать дискретные логарифмические операции, — шутливо заметил профессор Грин. — Теоретически, результат, который вы хотите получить, это не то, с чем может справиться классический компьютер. Только квантовые компьютеры могут эффективно обрабатывать каждый компонент.

Однако квантовые компьютеры…

По сути, они — просто концепция.

Даже самые продвинутые квантовые компьютеры обладали вычислительной мощностью древних обыкновенных компьютеров.

Что за древние компьютеры?

Учебники по информатике для школы содержали некоторые фотографии. На этих снимках можно увидеть тысячи трубок, занимавших комнату размером с дом.

Имя этой паутине трубок — ENIAC.

До коммерциализации квантовых вычислений в области компьютерных наук оставалось, как минимум, еще полвека. Что же касается квантовых компьютеров, которые вытеснят традиционные компьютеры, то вовсе научная фантастика.

Поэтому профессор Грин и говорил это как шутку.

Лу Чжоу ничего не сказал, только кивнул головой и задумался.

— Хорошо.

Глава 435. Ключ от ящика

Оказывается, суперкомпьютеры не всесильны. Когда расчеты достаточно сложные, у них также начиналась "головная боль".

Хотя законы движения для микрофлюидов не выходили за рамки классической механики, когда их число доходило до определенного предела, оно переходило в неклассическое хаотическое состояние.

Как и сказал профессор Грин, классические компьютеры, возможно, не подходят для подобной работы. Для моделирования управляемого ядерного синтеза требуется квантовый компьютер. Кроме того, все точные численные расчеты жидкости требовали сложной технологии квантовых вычислений.

К счастью, с помощью Лу Чжоу и бесчисленных часов напряженной работы команда профессора Грина наконец-то завершила моделирование модели.

Когда расчеты были выполнены, люди внутри суперкомпьютерного центра начали ликовать. Они давали друг другу пять, празднуя эту тяжелую победу.

Полминуты назад они с помощью суперкомпьютера фон Неймана подтвердили гипотезу физики плазмы о хаотической системе. Будь то с точки зрения параллельных вычислений или с точки зрения физики, это, несомненно, великолепное достижение.

Они единственные, кто знал, насколько это было трудно.

Конечно, большую часть работы выполнил один человек, сумевший создать математическую модель этой хаотической системы.

Лу Чжоу стоял рядом с профессором Грином и неуверенно спросил:

— Мы смогли?

— Похоже на то… Хотя не знаю, этот ли результат вы искали, — ответил Грин, положив флешку в ладонь Лу Чжоу, и улыбнулся, — честно, даже не думал, что у нас получится.

— Спасибо.

Лу Чжоу посмотрел на флешку в своей руке и ухмыльнулся.

— Всегда пожалуйста, — Грин похлопал Лу Чжоу по руке и усмехнулся:

— Не забудьте добавить центр Джона фон Неймана в список исследовательских центров. Мы не выдавали подобных результатов очень давно.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Обязательно.

……………………………..

Получив данные эксперимента, Лу Чжоу приступил к написанию статьи.

На самом деле, еще две недели назад, до начала проекта Джона Неймана, Лу Чжоу написал основную часть. Сейчас ему оставалось только добавить в статью данные и изображение, полученные с суперкомпьютера.

Закончив писать статью, Лу Чжоу откинулся на спинку стула и с удовлетворением посмотрел на экран.

Внезапно он нахмурился.

В самый пик радости он не мог не ощутить некоторое беспокойство.

Если я продолжу исследование… Не станет ли это опасным?

Термоядерный синтез — однозначно опасная технология.

Особенно, если он станет "управляемым".

Лу Чжоу задумчиво посмотрел на экран.

— Может, стоит предусмотреть запасной план?

Однако до внедрения этой технологии еще очень далеко. Страны не хотели тратить деньги на финансирование, в то время как бюджетные потребности ИТЭР росли с каждым годом.

Но что, если однажды эта технология будет внедрена?

Другими словами, если ученые термоядерного синтеза наконец создадут управляемую технологию термоядерного синтеза, ИТЭР выполнил свое задание. Наконец они смогут показать правительствам всего мира некоторые результаты.

Лу Чжоу не знал, хорошо это или плохо.

Парень вдруг ощутил, что в его руках ключ, который может открыть или дверь в лучшее будущее, или ящик пандоры, что уничтожит человечество.

Он нахмурился, выключил компьютер, после чего резко встал.

Вера отметила странное поведение профессора и задумчиво склонила голову набок:

— Что случилось, профессор?

Лу Чжоу покачал головой:

— Ничего, я пойду прогуляюсь.

Солнце садилось.

Лу Чжоу пробежал два круга вокруг озера и почувствовал себя немного лучше.

Будучи ученым, он не должен переживать о том, какое влияние окажет его технология.

По мере развития цивилизации, каким бы сложным не был этот путь, история будет подталкивать человечество вперед, строить лучшее будущее.

Что бы ни ждало его в ящике Пандоры, Лу Чжоу откроет его.

Это задача ученого.

Вернувшись домой, Лу Чжоу поднялся наверх в свой кабинет и включил ноутбук.

Посмотрев на статью, он постучал пальцем по столу и задумался.

Куда мне ее отправить?

Nature?

Science?

Эти два журнала не очень подходили для подобных тяжелых академических статей, основанных на данных. Ведь применение многообразия Лу и различных методов дифференциальной геометрии в работе очень усложняли ее чтение.

Внезапно глаза Лу Чжоу вспыхнули, когда он подумал о подходящем журнале.

PRX!

Я выбираю тебя!

………

PRL и PRX — журналы американского физического общества. Первый имел ограничение в 4 страницы и 3750 слов. В конце концов, полное название PRL — Physical Review Letters. У второго не было ограничения на количество слов, как и на количество страниц и статей в каждом номере.

Единственный недостаток заключался в том, что за публикацию брали 1500 долларов плюс дополнительные сборы, основанные на количество страниц. Для большинства физиков-теоретиков это огромные расходы.

Однако известные ученые могли избежать этой платы.

Из-за этого в первом выпуске журнала в 2011 году опубликовали 38 статей, и все они были очень длинными.

Так продолжалось до 2013 года, когда на мартовском заседании американское физического общество не приняло решение строго контролировать количество статей, публикуемых в PRX. Каждый выпуск ограничивался 6-8 статьями, к которым выдвигалось требование получить окончательное решение определенной проблемы, устраняя таким образом незаконченные работы.

В конце концов, неубедительные и незаконченные работы приводили к ещё большему числу неполноценных работ.

Поэтому все публикуемые работы проходили строгий отбор.

PRL имела большее влияние в китайском академическом сообществе, чем PRX, но в мире влияние второго намного больше первого…

Статья поступила в редакцию.

Редактор Фрэнк открыл рабочую почту и увидел статью.

— Турбулентность плазмы? — Фрэнк удивился, он закончил читать аннотацию и приступил к тексту.

Но вскоре он нахмурился.

Дело не в том, что статья была плохо написана, а в том, что он вообще не понимал математических формул…

Фрэнк перепроверил фамилию автора и научный институт, и начал подшучивать.

— Автор — профессор математики из Принстона… Интересно, он не мог отправить статью в математический журнал?

Обычно почти никто из редакторов, за исключением главного, как правило, не имеет должных навыков, чтобы рецензировать статьи. У них мог быть небольшой научный опыт в соответствующих областях, но в большинстве случаев они имеют только базовую академическую квалификацию.

Поэтому не понять статью — вполне нормально.

Лансент стоял рядом с Фрэнком у кофеварки. Он сделал глоток кофе и посмотрел на имя автора на экране. Тут же на его лице появилось удивление.

— Лу Чжоу? Я знаю этого парня. В этом году он стал обладателем Филдсовской премии.

Фрэнк посмотрел на своего коллегу:

— Ты следишь за математикой?

Лансент улыбнулся:

— Почему нет? Физика и математика тесно связаны между собой. Не говоря уже о том, что он решил уравнения Навье-Стокса на Международном конгрессе математиков.

Фрэнк слышал об уравнениях Навье-Стокса и даже читал статью в Нью-Йоркс Таймс об этом. Он слышал, что счастливчик отказался от премии в миллион долларов… Хотя ученый знаменит, Фрэнку все равно приходилось относиться к работе с осторожностью.

Фрэнк долго думал, прежде чем, наконец, решился предоставить рецензенту решать и определять качество работы.

— Какой рецензент подойдет лучше?

Лансент потер подбородок и ответил:

— Специалист по физике плазмы… Дай подумать… Знаю! Профессор Кербер из Германии должен подойти. Помню, что он возглавляет лабораторию Вендельштейн 7-Х в Институте физики плазмы Общества Макса Планка. Думаю, его мнение — одно из самых весомых в этой области!

Глава 436. Дилемма

Статья отправилась через Тихий океан прямиком на почту профессора Кербера. Тем временем в конференц-зале лаборатории Вендельштейн 7-Х проходило очень серьезное совещание.

Здесь сидели такие известные личности, как профессор Гюнтер Хесингер, директор Института физики плазмы Общества Макса Планка, представитель Объединения немецких научно-исследовательских центров имени Гельмгольца и различные приглашенные ученые из Принстонской лаборатории физики плазмы, международного агентства по атомной энергии и Института физики плазмы Китайской академии наук.

Если бы профессор Лазерсон не ушел в отставку, то он бы тоже присутствовал здесь. Технология атомного зонда Гелий-3 сыграла важную роль в наблюдении за плазмой, отчего выросла репутация команды He3.

Но сейчас здесь не было Лазерсона, вместо него тут сидел его помощник, тридцатилетний доктор Ферн Буше, которому было неловко говорить наряду с такими известными людьми.

А вот почему это совещание такое серьезное…

Это из-за случившегося в прошлом месяце.

В прошлом месяце на Вендельштейн 7-Х, наконец, завершили установку дивертора с водяным охлаждением.

Согласно плану Института физики плазмы Общества Макса Планка, новый дивертор должен был полностью решить проблему с температурой, которая присутствовала в реакционной камере.

Однако результаты оказались не такими идеальными, как ожидалось.

Когда плазма с температурой в 100 миллионов градусов была заключена в электромагнитном поле, дивертор с водяным охлаждением и правда пригодился, однако скорость повышения температуры превзошла все ожидания.

Из-за большого количества тепловой энергии температура материала первой стенки продолжала расти, что медленно начало влиять на безопасность орбиты стелларатора.

Чтобы предотвратить несчастный случай, сотрудники должны были отключить оборудование и приостановить эксперимент.

В итоге стелларатор с новым дивертором мог поддерживать высокую температуру у плазмы только в течении шести минут.

По сравнению с рекордом токамака в 100 секунд — это просто отличный результат.

Впрочем, для стелларатора это не что-то удивительное.

Кербер посмотрел отчет об исследованиях, который держал в руке, и сделал краткий доклад ученым и экспертам, сидящим за столом на совещании.

— Установлен дивертор с водяным охлаждением. Однако он оказался не так эффективен для контроля плазмы, как мы ожидали.

— Согласно полученным данным, начиная с 227 секунды небольшое количество плазмы вступило в контакт с первой стенкой, что стало основной причиной накопления тепла. В конечном итоге это привело к гораздо большему увеличению температуры, чем мог охлаждать дивертор.

Выслушав доклад Кербера, профессор Эдор из Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца резко заговорил:

— То есть подразумеваете, что проблема не в охлаждении дивертора, а в неконтролируемой плазме из стелларатора?

Хотя лаборатория Вендельштейн 7-Х принадлежала Институту физики плазмы Общества Макса Планка, внутренняя конструкция стелларатора совместно спроектирована Обществом Макса Планка и Объединением немецких научно-исследовательских центров имени Гельмгольца.

Объединение немецких научно-исследовательских центров имени Гельмгольца — второе по величине исследовательское общество в Германии после Общества Макса Планка, и пользовалось большим уважением в сообществе термоядерной энергетики.

Кербер ответил на вопрос:

— Не неконтролируемая. Это естественная дивергенция плазмы. Даже звезда не может заставить каждую частичку плазмы вращаться вокруг своей оси. Всегда будет несколько плазменных ударов по стене, это в пределах допустимых погрешностей.

Профессор Эдор нахмурился:

— Всего несколько частиц?

— Это лишь пример. Очевидно, я не могу дать точное количество. Я могу лишь сказать, что, по сравнению с токамаком, мы чрезвычайно преуспели с точки зрения магнитного удержания синтеза.

Профессор Хесингер увидел, что они собираются начать спорить, поэтому кашлянул и оборвал их:

— Проблема понятна. Сейчас мы должны решить ее, а не спорить о бессмыслице.

Профессор Хесингер помолчал немного, затем продолжил:

— У нас есть два варианта. Один — изменить существующий план управления, другой — изменить нашу систему охлаждения.

Они могли либо уменьшить количество частиц плазмы, ударяющихся о первую стенку, улучшив управление электромагнитным полем, либо улучшить дивертор для повышения эффективности охлаждения.

— Улучшить управление очень сложно, — Кербер покачал головой. — Если бы существовало лучшее решение, мы бы уже воспользовались им.

Буше, у которого появилась возможно сказать, спросил:

— А что тогда с заменой дивертора с водяным охлаждением?

— Нереально, изменить существующий дивертор также невозможно, — профессор Хесингер покачал головой. — Главная проблема в том, что мы должны выполнить наше обещание в 30 минут к 2020 году… Это означает, что у нас максимум два года.

Атмосфера в конференц-зале стала немного напряженной, никто не говорил.

Как и сказал профессор Хасинге, главная проблема — во времени.

Дивертор с водяным охлаждением — не холодильник, даже изменение миллиметра или микрометра — огромный проект. Собрать устройство трудно, но перепроектировать его практически невозможно.

За последние 15 лет работы три года ушло на установку дивертора с водяным охлаждением.

Теперь, когда у них оставалось всего два года до 2020, они не могли потратить еще три года на перепроектирование и сборку дивертора.

По правде говоря, устанавливать временные рамки для научных исследований глупо.

Даже ведущий специалист в данной области не может быть уверен в том, когда будет создана новая технология.

Она может быть создана уже завтра или вообще никогда.

Однако, если они не укажут сроков, никто не будет их финансировать.

…………………………………

Наступил полдень, и они устроили перерыв, назначив продолжение заседания на 2 часа дня.

Кербер пришел в ресторан лаборатории и заказал чашку кофе, после чего сел у окна и открыл свой рабочий ноутбук, чтобы проверить непрочитанные письма.

— Сделать рецензию на статью?

Кербер посмотрел на письмо в своем почтовом ящике и заинтересовался.

Строго говоря, он — не физик-плазмы, а скорее инженер по плазменной и термоядерной энергетике.

Кроме того, стелларатор менее популярен, чем токамак, и не так много международных исследовательских институтов, которые занимались этой областью.

Последний раз он получал просьбу сделать рецензию на статью от Американского физического общества пять лет назад.

Он не хотел тратить время перерыва на чтение статьи, однако любопытство взяло верх, и он открыл ее.

Хотя он не физик плазмы, но долгое время проработал в Институте физики плазмы. Он знаком с теорией, а также имел опыт чтения научных работ.

Математическая модель турбулентности плазмы?

Профессор Кербер прочитал аннотацию и удивился.

Феноменологическая модель?

Приблизительная? Я не уверен.

Прочитав аннотацию, профессор Кербер начал читать текст, когда увидел огромные формулы, он нахмурился.

Будучи инженером, хорошо разбирался в математике, однако уравнения в работе выходили за рамки его знаний. От одного взгляда на них у него начинала болеть голова.

Это просто феноменологическая модель, действительно ли нужно использовать такую сложную математику?

Профессор Кербер недоумевал, но этот стиль письма напомнил ему кое-кого.

Взглянув на имя автора, он неожиданно ухмыльнулся.

Этот парень…

Он улыбнулся и покачал головой. Кербер сдался и пропустил сложные формулы, сразу перейдя на заключения.

Поначалу он был не согласен, но чем больше читал, тем серьезнее становился.

Внезапно на его лице промелькнула радость, и он достал телефон.

— Айгер, я отправлю тебе статью на почту, распечатайте ее для меня!

Айгер — его помощник, который отвечал за большинство рутинных задач, таких как планирование и документы.

Обычно статьи, которые еще не опубликованы, не должны быть показаны публике, однако показать кому-то работу в частном порядке — в рамках правил.

В конце концов, многие рецензенты, наткнувшись на особенно отличную статью в незнакомой области, часто обменивались мнениями со своими коллегами.

— Понял, сколько копий нужно?

— На всех, кто будет на совещании днем!

Глава 437. Тренер, я хочу торговать дронами

Совещание началось вновь.

Профессор Кербер пришел в конференц-зал и положил на стол стопку бумаг, затем дал знак своему помощнику, который держал такую же стопку, раздать статьи.

Профессора и инженеры, сидевшие за столом, не знали, что делает Кербер.

Эдор взял копию статьи и нахмурился:

— Что это?

Профессор Кербер положил руки на стол, после чего заговорил с немного безумным блеском в глазах:

— То, чего мы так ждали!

Эдору стало не по себе от воодушевления Кербера, и он какое-то время колебался, прежде чем спросить:

— Ты уверен в этом?

— Автор — профессор Лу из Принстона, лауреат Филдсовской премии. Если его математическая модель ненадежна, то боюсь, ни одна математическая модель в мире не будет надежна.

Физик плазмы бросил статью на стол и сказал:

— Турбулентность плазмы… турбулентность… Само это слово вызывает у меня головную боль. Я — физик плазмы, и здесь не для того, чтобы обсуждать с вами механику жидкости.

Некоторые профессора ничего не говорили и сосредоточились на статье у себя в руках, пытаясь понять сложные вычисления в ней. В Обществе Макса Планка много известных ученых, а также присутствовали приглашенные ученые со всего мира.

Наверняка найдутся люди, понимающие в математике.

Впрочем, не важно, если кто-то не разбирался в математике.

Они все как Кербер.

Хотя Кербер не мог понять расчетов в статье, но, как и большинство присутствующих, он все еще мог понять результаты и выводы.

— Я знаю, что это прозвучит возмутительно, поскольку в сообществе физиков хорошо известно, что проблема турбулентности неразрешима. Однако, если эта модель надежна, мы можем использовать ее, чтобы изменить нашу схему управления термоядерным синтезом и уменьшить число столкновений плазмы с материалом первой стенки.

Профессор Хесингер долго молчал, после чего принял окончательное решение:

— Тогда давайте попробуем.

Лучшие способ узнать истину — провести эксперимент.

Именно по этому принципу была построена феноменологическая модель — структурированием данных множества экспериментов.

Эдор с недоверием посмотрел на Хесингера:

— Вы уверены, что хотите изменить схему управления? Всего лишь из-за неопубликованной статьи?

Профессор Хесингер с укором посмотрел на него:

— У нас есть другие варианты?

Изменить схему управления — непростая задача, но подобные изменения — гораздо проще, нежели крупная систематическая доработка.

………………………………

Как только Лу Чжоу отправил статью, он оставил ее в покое.

Интересно, что он выложил свою статью на arXiv, поделившись ею со своими коллегами, но это не завершило задание системы.

Казалось, что правила для подобных прикладных статей отличались от математических доказательств. Видимо, обнародование работы — не единственный критерий завершения задания.

Лу Чжоу вспомнил, что в описании говорилось, что он должен создать математическую модель явления турбулентности плазмы в стеллараторе.

Возможно, задание требует, чтобы хоть один стелларатор применил ее?

Если это так, то это задание будет немного сложнее…

Даже работы в лучших журналах вряд ли сразу примут в научных институтах.

Что еще важнее, в мире всего несколько стеллараторов…

Конечно, могла еще возникнуть проблема со статьей Лу Чжоу.

Но парень чувствовал, что такая вероятность мала…

После подтверждения того, что статья отправилась на рецензирование, работа Лу Чжоу замедлилась.

От уравнений Навье-Стокса до турбулентности плазмы, за исключением нескольких дней, которые он провел на конференции в Бразилии, он практически не делал перерывов.

В конце концов, он — не машина, и ему все еще нужен отдых…

Группа студентов испытывала дрон возле озера Карнеги.

Вот-вот должны начаться ежегодные осенние соревнования, поэтому это важное время для тренировок.

Будучи их консультантом, Лу Чжоу присоединялся к ним, когда не был занят.

С одной стороны, он давал парням советы по техническим проблемам. С другой, он также использовал эту возможность, чтобы побродить вокруг озера и немного позагорать.

Глава клуба Джимми сидел рядом с Лу Чжоу. Он схватил траву на земле и вдруг сказал:

— Профессор, я заканчиваю в следующем году.

— О? Может я могу тебе посоветовать хороших профессоров, у которых ты можешь продолжить учиться.

У Лу Чжоу сложилось хорошее мнение об этом парне в веснушках.

Хотя он не знаком со многими профессорами-инженерами, он все же мог посоветоваться с некоторыми своими коллегами.

Однако, к удивлению Лу Чжоу, Джимми покачал головой.

— Я больше не хочу учиться, я хочу окончить университет.

— Выпускаешься? Ты думал о том, что будешь делать?

— Дроны! — Джимми посмотрел на дрона, летящего в небе, и пылко сказал:

— Я хочу открыть компанию с дронами! Это моя мечта!

— Это звучит… Здорово. Но для чего ты собираешься использовать их?

Джимми улыбнулся.

— Есть много чего, что можно делать… Например, доставка посылок или пиццы.

Дроны для доставок посылок?

Это вызывает ностальгию…

Лу Чжоу посмотрел на парящий в небе дрон и вспомнил свои первые статьи, опубликованные в студенческие годы.

А также вспомнил предложение от Шуньфэн Груп Билдинг.

Парень не мог не задуматься, что было бы, если он не отказался от этого предложения, выбрал бы оставить академический мир и вместо этого отправился в лабораторию по разработке беспилотной логистики? Какая была бы его жизнь?

Жизнь действительно умеет удивлять...

— Профессор?

— А?

Джимми серьезно посмотрел на Лу Чжоу:

— Что ты думаешь об идее доставки дронами?

— Хорошая идея. Я оптимистично отношусь к этому, но у меня нет планов инвестировать в это…

Джимми улыбнулся:

— Нет, вы неправильно поняли. Мне не нужны ваши инвестиции. Мой отец согласился одолжить мне пять миллионов долларов.

Серьёзно?

Ладно, я слишком много надумал.

Но если говорить начистоту, то почему, кроме моих собственных студентов, все студенты, с которыми я общаюсь, безумно богаты?..

— Тогда желаю удачи тебе в твоем начинании. Я не могу тебе ничем помочь, но могу порекомендовать несколько хороших статей для чтения… Правда, они только об общей структуре, и далеки от завершения, — Лу Чжоу сделал паузу. — Еще кое-что, они публиковались в массовых журналах, и я не уверен, есть ли они в базе данных библиотеки Файрстоуна, поэтому тебе придется постараться найти их…

Такая проблема у массовых журналов, даже если бы кто-то добился превосходного результата, к нему бы отнеслись скептически.

Лу Чжоу потратил баллы на завершение задания, поэтому на самом деле это система написала статьи.

Объективно говоря, Лу Чжоу чувствовал, что их качество довольно хорошо. Хотя они ниже стандартного уровня, использовать их в качестве дополнительной опоры весьма хорошо.

Однако Джимми очень заинтересовался и с горящими глазами произнес:

— Пожалуйста, порекомендуйте их!

Лу Чжоу достал из кармана маленькую записную книжку.

Он не мог вспомнить, на какой научной конференции получил эту тетрадь. В основном, он использовал ее для записи вдохновений. Он — единственный, кто мог понять символы и вычисления, написанные внутри.

Лу Чжоу оторвал чистый лист и записал название журнала и приблизительную дату публикации, после чего отдал ее Джимми.

— Держи.

— Спасибо!

Джимми взял листок бумаги и убрал его в карман, словно это сокровище.

Хотя для Лу Чжоу эти статьи бесполезны, он надеялся, что они пригодятся Джимми.

Внезапно телефон в его кармане завибрировал.

Лу Чжоу поднялся и отряхнул траву с брюк, после чего подошел к озеру и достал телефон.

Сяо Ай: "Хозяин, у вас есть письмо!"

Лу Чжоу щелкнул на уведомление на экране, после чего зашел на почту.

Так совпало, что в его почтовом ящике оказалось два непрочитанных письма.

Одно — от PRX, которые сообщили ему, что его статья будет опубликована в следующем выпуске.

Другое — из Института физики плазмы Общества Макса Планка...

Глава 438. Благодарственное письмо от научного сообщества?

"Здравствуйте, уважаемый профессор Лу, я — профессор Кербер из лаборатории Вендельштейна 7-Х. Мы встречались примерно в это же время в прошлом году, не знаю, помните ли вы нашу встречу.

Я пишу вам лишь по одной причине. От имени Института физики плазмы Общества Макса Планка, всей области термоядерного синтеза и ИТЭР хочу поблагодарить вас.

На самом деле, в прошлом месяце мы завершили установку дивертора с водяным охлаждением, однако результаты оказались не столь хорошими, как мы надеялись.

Но очень вовремя мы получили письмо с просьбой сделать рецензию на статью от PRX. Используя предоставленную вами математическую модель, мы переработали схему управления компьютера. И тут свершилось чудо!

Вы даже не представляете, как мы были потрясены. Количество стабильной плазмы на орбите увеличилось на 50%!

Уверен, если мы продолжим менять схему управления и чувствительность управления, то это число увеличится еще больше. В вашей математической модели есть большой потенциал. Однако из-за технических ограничений мы не в состоянии реализовать его.

Что касается расчетов изменений, то мы представим доклад на следующей конференции МАгАтЭ (П.П.Международное агентство по атомной энергии). Если вам интересно, то я могу получить для вас приглашение. Конечно, если вы не можете присутствовать, то все равно можете посмотреть отчет на сайте МАгАтЭ.

В общем, благодарю вас. Кроме того, уверен, что многие люди тоже должны поблагодарить вас…"

Лу Чжоу сидел с неописуемым лицом после прочтения письма.

Вот это совпадение.

Рецензентом оказался профессор Кербер?

Но думая над этим, это логично. Область термоядерного синтеза — не велика. К тому же, лаборатория Вендельштейн 7-Х — одна из немногих, где есть стелларатор. Сложно придумать лучшего рецензента.

Слышал, что пуск стелларатора стоит недешево и сжигает деньги с бешенной скоростью.

Думаю, это может быть самым дорогим обзором статьи в истории PRX.

Внезапно к нему подошел Джимми:

— Что случилось, профессор?

— Ничего, — ответил Лу Чжоу и покачал головой, убирая телефон. — Мне нужно идти. У меня появились кое-какие дела. Это твое последнее соревнование в университете, убедись, что выложишься на все сто.

— Однозначно! — Джимми широко улыбнулся и пошутил:

— Планирую закончить с трофеем в руках.

Клуб дронов продолжил тренировки. Попрощавшись с членами клуба, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет в Институте перспективных исследований.

Следом вошла Вера со стопкой документов в руках.

В глазах девушки появился огонек, когда она увидела Лу Чжоу, после чего сразу начала отчитываться перед ним.

— Профессор, вот резюме для поступающих весной в следующем году. Я распечатала их для вас.

Лу Чжоу кивнул:

— Спасибо, положи их на стол.

Кстати говоря, до конца года оставалось всего два месяца.

Обычно он пил кофе, тщательно отбирая несколько хороших резюме из кучи. Затем находил время и проводил собеседования, прежде чем решить, кому из "счастливчиков" достанется предложение от него.

Однако в этом году он не планировал набирать новых студентов.

Во-первых, он слишком занят.

Во-вторых, после того, как он закончит со своими нынешними студентами, наступит пора возвращаться в Китай.

Вера неловко спросила:

— Хотите, чтобы я разобрала их за вас?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не надо, я сам просмотрю их.

— Хорошо.

Вера кивнула и направилась к своему столу, возвращаясь к своим делам.

Вэй Вэнь сидел рядом и увидел, что Лу Чжоу даже не прикоснулся к стопке резюме, после чего внезапно спросил:

— Вы не будете брать новых студентов?

— Нет, я слишком занят.

Вэй Вэнь задумчиво кивнул.

Наверное, мне стоит поторопиться и закончить дипломную работу…

Вэй Вэнь отбросил эти мысли и сосредоточился на работе.

……………………

Свежая статья в PRX вызвала сенсацию в мире физики плазмы.

На самом деле, не только в физике плазмы. Из-за своего содержания она также стала сенсацией в прикладной математике, механике жидкости и даже гидрологии и метерологии.

До этой статьи турбулентность считалась неразрешимой хаотической системой.

А плазменная турбулентность — одна из самых сложных проблем турбулентности.

Многих ученых в смежных областях поразила статья Лу Чжоу.

Потому что это было слишком внезапно.

Если бы Лу Чжоу не решил уравнения Навье-Стокса, или если бы он не был известным ученым с хорошей репутаций, большинство подумало бы, что это первоапрельский розыгрыш.

Статья содержала огромное количество сложных математических методов. Для людей, не имеющих опыта в дифференциальной геометрии и уравнениях с частными производными, понять работу Лу Чжоу чрезвычайно трудно. Даже для людей, разбирающихся в математике, понадобится прочитать статью Лу Чжоу в "Математическом ежегоднике" о многообразиях Лу.

Те, кто потратил силы и время на чтение и понимания статьи, были тут же шокированы используемыми математическими методами.

Точно также как полвека назад, когда Роберт Крайчнан использовал квантовую теорию поля для исследования турбулентности, удовлетворяющей уравнениям Навье-Стокса. Это единственная самосогласованная теория на основе энергетических каскадов на сегодняшний день, задающая современную теорию анализа турбулентности.

Работа Лу Чжоу в каком-то роде напоминала его или даже на уровень превзошла ее.

Потому что никто никогда не думал, что можно разобраться с турбулентностью вот так!

Через две недели после публикации статьи она вызвала ажиотаж в научном сообществе.

В последнем выпуске Physical Review Letters пригласили известного физика плазмы профессора Дитер Гофмана, бывшего декана факультета ядерной физики Дармштадтский технического университета, написать отзыв к работе Лу Чжоу. Он выразил свои будоражащие профессиональные взгляды на индустрию.

"Его идея математической модели очень уникальна, но используемые теоретические инструменты не являются чем-то новым. В конце концов, многообразия Лу уже были опубликованы несколько месяцев назад и использовались для решения уравнения Навье-Стокса.

Обычно применение математики в физике — работа физика. После рождения надежного инструмента проверка его надежности — лишь вопрос времени.

Если бы эта статья не появилась, то через пять-десять лет появилась бы аналогичная. Все, что последовало за этим, также произошло бы через пять-десять лет.

Он в одиночку добился десятилетнего прогресса в области."

Глава 439. Пятый уровень физики и специальное задание?

Лу Чжоу не волновала реакция академического сообщества, он беспокоился лишь о завершении задания системы.

По сравнению с существованием гладкого решения уравнений Навье-Стокса, подобное задание — практически халява.

Пока парень стоял в белоснежном системном пространстве, перед ним появилась строка текста.

[Пользователь, поздравляю с завершением бонусного задания!]

[Детали завершения задания: построена математическая модель явления турбулентности плазмы в стеллараторе.]

[Оценка задания: нет (бонусные задания не оцениваются)]

[Награда за задание: 100 000 очков опыта по математике. 100 000 очков опыта по физике. Один билет счастливой лотереи. (100% — особая награда)]

200 000 очков опыта в сумме, плюс билет счастливой лотереи. Хотя в награду не дали баллов, это все еще приличное вознаграждение.

Посмотрев на награду, Лу Чжоу скомандовал системе:

— Система, открой мою панель характеристик!

По экрану пробежал голубой свет.

Вскоре перед его глазами появилась панель характеристик.

[ Основные науки:

A.Математика: LV7 (144000/1200000)

B.Физика: LV5 (33210 / 300,000)

C.Биохимия: LV3 (24000/100000)

D.Инженерное дело: LV2 (0/50000)

E.Материаловедение: LV4 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 3975 (один билет счастливой лотереи)]

Наконец, достигнув пятого уровня, физика расположилась сразу за математикой.

Что касается требования в 1,2 миллиона очков опыта…

Лу Чжоу не хотел связываться с этим.

Он закрыл панель характеристик и далее решил испытать свою удачу.

100% особая награда…

Пожалуйста, только не опять "Пасхальное яйцо".

Лу Чжоу глубоко вздохнул, после чего помолился про себя и с надеждой, что это будет не пасхальное яйцо, щелкнул по экрану.

Однако он внезапно осознал проблему.

Постойте-ка…

Кроме пасхального яйца есть еще и "Спасибо, что пользуетесь нашими услугами".

Однако уже слишком поздно снова молиться, как только его пальцы коснулись экрана, колесо начало вращаться.

Лу Чжоу нажал на кнопку.

На пике нервозности Лу Чжоу система объявила о призе.

[Поздравляю вы выиграли "Особую награду"]

[Получено: карточка специального задания!]

Карточка задания?

Лу Чжоу посмотрел на нее и впал в ступор. Он тут же запереживал.

Как бы сказать…

Это же не бесполезно, как пасхальное яйцо?

Это же не просто пластиковая карта?

Лотерея много раз одурачивала Лу Чжоу, поэтому он больше не доверял системе.

Клянусь, если это действительно пластиковая карта…

Лу Чжоу переполняли подозрения, поэтому он открыл панель заданий.

К счастью, его беспокойства не оправдались.

[Карточка специального задания: можно активировать до взятия обычного задания. Активируйте, чтобы начать цепочку специальных заданий, которая заменяет обычные. Специальная цепочка заданий не может быть прервана, если пользователь не провалит ее.]

Нельзя прервать? Значит ли это, что я не могу прервать ее даже за баллы?

Лу Чжоу прочитал описание и немного колебался, после чего нажал на значок золотой карточки в инвентаре.

[Специальная цепочка заданий: термоядерный свет]

[Описание задания: в тот момент, когда столкнулись первые два ядра, в звездном море вспыхнул маленький огонек цивилизации. Однако важно знать, как поддержать этот огонь…]

[Требование: завершить проектирование и строительство термоядерного реактора DEMO до 2025 года.]

[Награда: зависит от оценки задания. Награда включает в себя очки опыта, баллы, образцы, чертежи, особые предметы…]

Описание было немного странным, но все еще нормальным. Однако, когда Лу Чжоу увидел цель, он чуть не упал в обморок.

До 2025 года?

У этой чертовой высокотехнологичной системы другой календарь?

Термоядерный реактор DEMO — один из проектов ИТЭР "пятидесятилетнего плана".

Лу Чжоу не знал конкретного плана. В конце концов, физика плазмы — не популярная область, а большинство его друзей-физиков являлись физиками-теоретиками.

Кажется, последний раз, когда он посещал Германию, он кое-что слышал об этом от профессора Клитцинга.

По данным Европейского термоядерного союза около 70% средств шло в ИТЭР, а другие 30% — на DEMO… Где-то в таком соотношении.

Хотя между DEMO и проектом ИТЭР не было пересечений, и они шли параллельно, но любой человек с головой на плечах знал, что если проблема "управляемого термоядерного синтеза" не будет решена, то не будет никакой возможности построить DEMO.

Поэтому, чтобы термоядерный реактор DEMO был завершен, в первую очередь надо закончить проект ИТЭР.

Будет здорово, если ИТЭР будет завершен к 2025 году.

Конечно, для подобного невыполнимого задания система предоставляла для Лу Чжоу выбор.

Ниже были две кнопки.

[Принять/Отклонить]

Если откажусь, то получится, что карта задания была бесполезна, да?

После этого он мог выбрать задание из трех случайных.

Лу Чжоу смотрел на две кнопки и долго думал.

Хотя количество вариантов сократилась с трех до двух, парень ощущал, что сложность выбора удвоилась.

Он покачал головой и попытался собраться с мыслями, после чего положил руку на кнопку "Принять".

Хотя завершить задание к 2025 году — невероятно сложно, он никогда не отступал перед трудностями.

Управляемый термоядерный синтез — очень интересная область, а также одно из препятствий, которые человечество в итоге должно преодолеть.

Лу Чжоу будет заниматься исследованиями в этой области даже без задания.

Словно система праздновала его верное решение. В момент, когда он нажал кнопку "Принять", волна голубого света пролетела по голографическому экрану.

[Начата цепочка заданий "Термоядерный свет"!]

Панель задания обновилась, и варианты выбора трех обычных заданий исчезли, сменившись заданиями "Термоядерный свет".

Ниже были перечислены подзадачи и предварительные условия для достижения технологии термоядерного синтеза.

Там были и "сверхпроводящие материалы", и "квантовые или сверхмощные классические компьютеры", которые были частью основного задания. А также были странные побочные задания, такие как "убедить страну инвестировать 10 миллиардов", "убедить компанию инвестировать 10 миллиардов", "построить исследовательский центр термоядерного синтеза" и "забить 100 голов в международном футбольном матче".

Помимо завершения цепочки заданий, он также мог получить награды за выполнение побочных заданий.

Лу Чжоу посмотрел на длинный список и стал немного подавленным, однако все же вздохнул с облегчением.

Он все еще мог получать награды за задания, пока выполняет основное.

Поэтому ему не надо переживать, что он ничего не получит после многих лет тяжелой работы…

Глава 440. 30 минут

Пока Лу Чжоу делал трудный выбор, самолет приземлился на другой стороне планеты в районе Луян, города Хэфэй.

Шэн Сяньфу вернулся из Германской лаборатории Вендельштейн и поехал в Институт физики на Острове науки.

Когда Жэнь Юн увидел профессора Шэна, быстро идущего по научно-исследовательскому институту, он вопросительно взглянул на него и спросил:

— Куда так спешишь?

Профессор Шэн ответил лишь двумя словами.

— Тридцать минут.

Жэнь Юн на мгновение впал в ступор, не понимая, о чем говорит Шэн Сяньфу, однако быстро осознал, о чем тот.

— Тридцать минут? — с недоверием переспросил он. — Они, правда, смогли это?

Профессор Шэн кивнул и серьезно сказал:

— Вообще-то вначале они были на грани провала. Дивертор с водяным охлаждением не оправдал ожиданий. Однако с помощью недавней статьи, опубликованной в PRX, они смогли изменить схему управления и снизить тепловую нагрузку. Они всего лишь в нескольких секундах от тридцати минут.

Стелларатор — очень новая идея, в научном сообществе все еще спорили о том, сможет ли он достичь теоретических ожиданий.

Хотя стелларатор с большей легкостью сдерживал плазму, нежели токамак, избытки тепла, вызванные длительным разрядом, оставались серьезной проблемой в области ядерного синтеза.

Однако, если Вендельштейн 7-Х сможет достигнуть отметки в тридцать минут, это изменит весь международный проект термоядерного синтеза.

В конце концов, чем больше исследований проводится в токамаке, тем ближе исследователи становились к теоретическому пределу. Все больше и больше людей сомневались в этом исследовательском проекте.

— Только из-за одной статьи?

Профессор Жэнь с недоверием взглянул на профессора Шэна.

Не то чтобы он пренебрегал теоретической работой, скорее, удивился тому, как быстро ее применили!

Через какое-то время он серьезно сказал:

— Что за статья? Хочу на нее посмотреть.

— Последний выпуск PRX, статья Лу Чжоу. Что касается статьи Общества Макса Планка, то она уже выложена на сайте IAEA-DEMO. Найди ее.

Профессор Шэн не стал больше тормозить и продолжил подниматься по лестнице.

Прямо сейчас у него были важные дела.

Во-первых, ему надо сообщить руководству о результатах академического обмена.

Во-вторых, ему нужно объяснить руководству важность этого человека.

Он готов заплатить что угодно, лишь бы Лу Чжоу пришел сюда работать.

Жэнь Юн посмотрел на уходящего профессора Шэна, после чего спустился в свой кабинет.

Он включил ноутбук и нашел статьи, которые упоминал профессор Шэн, после чего скачал их и начал читать.

Хотя всего он не понимал, но понял суть случившегося.

Если просто, то профессор Лу создал теоретическую модель явления турбулентности плазмы в стеллараторе, после чего Институт физики плазмы Общества Макса Планка переписал алгоритм и схему управления, опираясь на теоретическую модель Лу Чжоу. Это уменьшило число частиц плазмы, сталкивающихся с первой стенкой, что также уменьшило температуру первой стенки…

Жэнь Юн бегло прочитал статьи, после чего облокотился на спинку стула, глядя на экран.

Через какое-то время он задумчиво пробормотал:

— Он так уверен в стеллараторе?

На самом деле, Китай проводил некоторые исследования по стеллараторам.

На них оказали влияние американцы в начале 70-х годов. Юго-западный институт физики пытался спроектировать стелларатор под названием "Линъюнь2". Однако из-за нехватки времени проект отменили.

В конце концов, даже американцы не смогли этого сделать, переделав стелларатор модели С на токамак ST (Симметричный токамак) и начали изучать, как советские ученые построили Т-3.

После этого токамак стал основным направлением для различных международных исследовательских институтов. Чтобы сконцентрировать ресурсы и под влиянием других, различные китайские исследовательские институты также выбрали токамак в качестве своего исследовательского проекта.

Однако исследования постоянно изменялись. Так было пятьдесят лет назад, так и сейчас. Хотя токамак достиг хороших результатов, критическое время достигло проблемной точки.

Китай постепенно осознал важность этой проблемы. Недавно они возобновили проекты стелларатора, такие как стелларатор H1-Heliac, который был привезен из Австралийского национального университета в университет Юйхуа. Синаньский университет также сотрудничал с японским национальным институтом термоядерных исследований и построил первый китайский полу-симметричный стелларатор…

Однако, несмотря на это, основной центр термоядерных исследований, которым являлась Китайская академия наук, все еще сосредоточилась на токамаке.

В конце концов, не существует такого понятия, как совершенный научно-исследовательский проект. Хорошая исследовательская среда складывается из проведения различных исследовательских проектов.

Для ученого нет ничего важнее, чем настойчиво исследовать свою идею.

А кто прав, кто нет?

Об этом рассудит история.

Лю Чжанлэ сидел за соседним столом и пил чай. Он посмотрел на экран коллеги и спросил:

— Что за статья? Никогда не видел столько уравнений.

— Ее написал профессор Лу, — Жэнь Юн улыбнулся. — Это нормально — не понимать ее… Даже я могу понять ее лишь абстрактно.

— Профессор Лу? — Лю Чжанлэ замолчал, он нахмурился и попытался вспомнить человека по имени Лу в области китайской физики плазмы, но не смог.

Жэнь Юн сказал:

— Лу Чжоу из Принстона, кто же еще.

Лю Чжанлэ удивился, услышав это имя.

Конечно, он знал Лу Чжоу.

Но…

— Разве он — не математик? Он еще и разбирается в термоядерном синтезе?

Услышав вопрос, Жэнь Юн повеселел.

— Он — технический консультант команды He3 Принстонской лаборатории физики плазмы, ходят слухи, что он также отвечает за проект. Он построил математическую модель для турбулентности плазмы. Нет никого в этой области с большим влиянием, чем он… Кроме, возможно, частиц внутри плазменных реакторов.

Выражение лица Лю Чжанлэ изменилось.

— Технология атомного зонда гелий-3?

Он не понимал новой работы Лу Чжоу, но учитывая, что технология атомного зонда Гелий-3 вызвала огромный переполох в отрасли, он однозначно слышал о ней.

В последнее время Остров науки разрабатывал технологию, аналогичную пусковой установке атома Гелия-3, в надежде наблюдать макро— и микроскопические параметры высокотемпературной плазмы внутри реактора.

Атомный зонд Гелий-3 можно использовать не только в проектах ядерного синтеза, таких как токамак и стелларатор, но и во многих проектах, связанных с плазмой.

Соответствующие статьи можно скачать из базы данных ИТЭР, и вся эта информация является общедоступной.

Вопреки распространенному мнению, единственной секретной частью проекта термоядерного синтеза была технология лазерного зажигания, используемая в ядерных испытаниях…

Жэнь Юн посмотрел на коллегу и спросил:

— Когда ты в последний раз следил за научными новостями?

Лю Чжанлэ кашлянул и сменил тему:

— Представь себе, если бы Китайская академия наук смогла нанять этого гения, мы бы смогли работать над стелларатором под его руководством.

Жэнь Юн ответил:

— Забудь об этом.

— Он — гений, он не захочет работать в таком месте. Даже если захочет, то не придет к нам.

Лю Чжанлэ нахмурился и спросил:

— Куда еще он может пойти?

В конце концов, термоядерный синтез — наука будущего. В Китае всего несколько институтов, которые занимались термоядерным синтезом, и Китайская академия наук — один из них.

Был также Юго-западный институт, но он — менее привлекателен, чем Китайская академия наук.

Жэнь Юн улыбнулся:

— Очевидно, для него построят собственный исследовательский институт.

Глава 441. Трудности Шведской академии наук

Если бы Лу Чжоу мог решить проблему управляемого термоядерного синтеза, то наличие собственного исследовательского института было бы само собой разумеющимся. На самом деле, Лу Чжоу получил бы еще больше преимуществ.

В конце концов, Китай — очень гибкая страна, одним из приоритетов которой было внедрение международных талантов.

Кроме того, Китай не волновала реакция отечественного академического сообщества на привлечение талантов извне.

Время приближалось к октябрю. Кроме физиков, на Лу Чжоу также обратил внимание Нобелевский комитет по химии.

Внутри исследовательского здания Шведской королевской академии наук.

Олаф Рамстром только что закончил заседание Нобелевского комитета по химии. Он сидел за своим столом и читал статью в руках.

На встрече присутствовал и Петр Бжезинский. Он посмотрел на статью в руках коллеги и удивился:

— Физика? Ты, и правда, влезаешь во все.

— Я не занимаюсь физикой. Просто судя по всему, эта статья вызвала настоящий переполох у физиков. Я слышал, как несколько профессоров обсуждали ее. Поэтому я попросил у друга копию.

Олоф не мог понять математических формул в работе, в конце концов, он не занимался математикой.

Однако это не помешало прочитать ему статью, просмотреть мнения экспертов и понять, почему эта работа — такая выдающаяся, и выяснить, какую вековую проблему в физике она решает.

Питер некоторое время пристально смотрел на статью, после чего неуверенно спросил:

— Лу Чжоу?

— Именно, — Олаф помолчал немного, а потом пошутил:

— Возможно, мы увидим его имя в номинациях на Нобелевскую премию в следующем году.

Олаф Рамстром — профессор органической химии в Королевском технологическом институте, академик Шведской королевской академии наук, а также член комитета Нобелевской премии по химии 2018 года.

Рядом с ним стоял Питер Бжезинский, специалист по биохимии из Стокгольмского университета. Он также академик Королевской академии наук и член комитета Нобелевской премии по химии этого года.

Последний месяц Нобелевский комитет провел множество часов в спорах из-за Лу Чжоу. Они несколько раз собирались по поводу Лу Чжоу, но так и не пришли к соглашению.

Занимательно, что споры шли не вокруг достижений Лу Чжоу. В конце концов, будь то челночный эффект литий-серных батарей или проблема литиевых дендритов, все это — блестящие результаты исследования.

Кроме того, его достижения вышли за рамки прикладных областей.

В прошлом году он создал "Теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса", которая вызвала сенсацию в области вычислительной химии, химии поверхностей и даже физики конденсированного состояния, что также принесло ему медаль Гофмана.

Однако Нобелевская премия — не обычная награда, и комитет должен рассматривать и другие аспекты.

Хотя Лу Чжоу достиг блестящих успехов, было много и других людей, которые достигли таких же удивительных успехов.

Многие люди десятилетиями ждали, чтобы получить эту награду, а некоторые даже всю жизнь...

Мнения членов Нобелевского комитета сильно разнились. Одни считали, что Лу Чжоу и его результаты — слишком молодые, в то время как другие считали, что возраст — лишь число, и не причина игнорировать результаты.

Например, профессор Олаф считал, что возраст в этой ситуации не имеет значения.

По его мнению, модифицированная ПДМС пленка и ПУС-1 — спорные результаты. В конце концов, они должны быть подтверждены с помощью промышленного применения, и они еще не внесли выдающегося вклада в область химии. Однако также, по его мнению, "Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса" уже внесла огромный вклад.

Опираясь на эту модель, за последний год многие ученые добились ценных результатов исследований.

Можно без преувеличения сказать, что теоретическая модель Лу Чжоу полностью переосмыслила область химии поверхностей и открыла новые исследовательские идеи для области вычислительной химии.

— Нобелевскую премию по химии в 2017 году присудили криоэлектронной микроскопии. Исследование репарации ДНК, получившие премию в 2015, должен был рассматривать Каролинский институт. Я серьезно, если мы не пересмотрим, что считаем истинными результатами химии, то мы можем изменить название на комитет Нобелевской премии по биологии.

Профессор Питер, специалист в области биохимии, неловко кашлянул.

— Не надо так, друг мой. Биохимия — тоже часть химии… К тому же, криоэлектронная микроскопия не полностью относится к области биологии. Это ведь тоже считается аналитической химией.

Олаф покачал головой:

— Не надо играть словами. Мы все знаем, какая отрасль пострадала.

Кто-то сделал сравнение пяти дисциплин химии. Треть Нобелевских премий были присуждены в области полимеров и биохимии, из которых 26 премий — в области биохимии, и шесть премий — в области структурной биологии.

В отличие от них, в области органического синтеза присудили всего 12 премий, а в области неорганической химии — еще меньше…

Если рассматривать цепочку ДНК, как макромолекулу, то Нобелевский комитет не принимал неверного решения, и это оправдано.

Однако все понимали, что это несправедливо по отношению к химикам.

В конце концов, биологи должны стремиться к Нобелевской премии по физиологии или медицине.

Теперь, когда даже криоэлектронная микроскопия получила приз, можно сказать, что с химиками вообще не считаются.

Питер взглянул на друга и вздохнул.

— Я понимаю к чему ты клонишь. Его работа в области химии поверхности — выдающаяся. Хотя я не присутствовал на его докладе в Берлине, я обсуждал его с несколькими профессорами Общества Макса Планка, все они придерживаются высокого мнения о нем… Но должен сказать, что этот результат слишком "молодой".

Олаф возразил:

— Какое это имеет отношение к делу? Когда мы вручали премию за проектирование и синтез молекулярных машин, разве мы не думали о будущем потенциальном вкладе этой технологии?

— Вот почему премия того года вызывает огромное количество споров, поскольку люди не ожидали этого. Но дело не в этом, главная проблема — возраст, — Питер покачал головой. — Двадцатичетырехлетний номинант… Если он выиграет премию, то станет самым молодым Нобилевским лауреатов в истории.

До этого самым молодым лауреатом Нобелевской премии был 25-летний Лоренс Брэгг.

Не было никаких правил относительно возраста лауреата Нобелевской премии, но не всем по душе, когда кто-то ставит новые рекорды.

Если только победитель не был действительно блестящим.

Однако об этой субъективной проблеме сложно судить, если только в комитете не будет химика поверхностей, который мог бы объективно судить о работе.

К сожалению, среди членов комитета таких не присутствовало.

На самом деле, сам Олаф колебался, прав он или нет.

Он просто хотел, чтобы Нобелевскую премию этого года присудили чисто химическому результату.

Или другими словами, они должны вручить премию за "Теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса".

В конце концов, создать подобную важную теорию в 21 веке — чрезвычайно трудно…

Глава 442. Слава человеческого разума несравненно мала в масштабах Вселенной

Пока Нобелевский комитет по химии спорил, должен ли Лу Чжоу получить премию, статья PRX продолжала будоражить сообщество физиков.

За последние несколько дней Лу Чжоу получил множество звонков и писем.

Друзья-физики Лу Чжоу, такие как профессора Фрэнк Вильчек и Клаус фон Клитцинг, поразились его работе.

Были и незнакомцы, которые хотели познакомиться с Лу Чжоу и обсудить с ним явление турбулентности.

Кроме того, поступали приглашения от академических конференций.

Например, его пригласили сделать часовой доклад о турбулентности на международной конференция МАгАТэ в ноябре.

При обычных обстоятельствах Лу Чжоу согласился бы.

В конце концов, на конференции будет много отличных докладов о управляемом термоядерном синтезе. Если он хотел построить первый термоядерный реактор DEMO к 2025 году, то должен использовать свои международные академические возможности…

Однако последние несколько дней он был не в форме.

Приняв задание, Лу Чжоу не сразу приступил к работе, а вместо этого предоставил себе неделю отдыха.

Каждый день он гулял по университетскому городку или катался на своей машине.

Хотя Нью-Джерси — и небольшой городок, здесь много туристических достопримечательностей.

Например, парк Хай Пойнт в округе Сассекс, который во время золотой осени покрывали красные осенние листья, или 220-футовый белый памятник ветеранам войны на вершине горы Хай Пойнт, возвышающейся над округом.

Лу Чжоу вдруг понял, что пропустил много всего интересного вокруг в Америке. К сожалению, он отправился в это путешествие один, с одним набором посуды.

Единственный его спутник — Сяо Ай.

Но будь он в парке Хай Пойнт в Нью-Джерси или в Принстонском городке, Лу Чжоу никогда полностью не расслаблялся и всегда думал о проблеме.

Если бы система содержала все решения нерешенных академических проблем цивилизации или человечества, то наиболее эффективным методом было бы сообщить ответы непосредственно Лу Чжоу, нежели заставлять его проводить исследования и искать их самостоятельно.

Но система этого не сделала, а направляла Лу Чжоу самостоятельно разгадывать эти тайны.

Лу Чжоу нравилось учиться, и он чувствовал, что под руководством системы его знания увеличиваются в геометрической прогрессии. Он не только превзошел своих сверстников, но и достиг того, на что большинство никогда и не надеялись.

Однако больше всего его смущал мотив, лежащий за действиями системы.

Он размышлял об этой проблеме уже какое-то время.

Существуют ли во вселенной инопланетяне, которых развлекает просветление глупых людей? Или система пришла из будущего?

Возможности безграничны, и обобщить их даже сложнее, чем хаотическая система физики.

Однако Лу Чжоу чувствовал, что независимо от мотива стоящего за системой, это скорее всего не какой-то скучный принцип вроде "люди должны решать свои проблемы".

За этой системой крылся какой-то более глубокий мотив, пришедший из ниоткуда.

Внезапно Лу Чжоу в голову пришла странная мысль.

Что... если гипотеза Чжоу о простых числах Мерсенна — лишь практический вопрос, а гипотеза Гольдбаха… или даже уравнения Навье-Стокса — домашние задания от системы… или, вернее, исследовательские проекты?

А баллы позволяют купить мне ответы, словно подсмотреть ответы на экзамен.

Тогда, когда все мои предметы достигнут 10-го уровня, система выдаст мне "диплом" или, может, сообщение о переходе на более высокий уровень?

Если так подумать… Я еще не профессор, поскольку не закончил систему!

Его гипотеза выглядела ещё более правдивой, если вспомнить про "маленькое пламя цивилизации" в описании цепочки заданий по управляемому термоядерному реактору.

Он сидел на скамейке возле озера Карнеги и смотрел на сверкающую в лучах заката воду. Это озеро принесло ему много вдохновения. Однако на этот раз оно не могло дать ответ на его вопрос.

— Для вас эти вопросы — даже не проблемы?

Это не первый раз, когда Лу Чжоу испытывал подобное.

Однако это первый раз, когда он чувствовал, что слава человеческого разума несравненно мала в масштабах Вселенной.

Внезапно знакомый голос вывел его из размышлений.

— На что ты смотришь?

Лу Чжоу оглянулся и увидел, что там стоит Молина.

Молина не знала почему, но ей казалось, что Лу Чжоу игнорирует ее.

— Что с тобой?

Лу Чжоу покачал головой.

— Ничего… Просто столкнулся с проблемой, которую не понимаю.

— Есть что-то, что ты не понимаешь? — Молина удивленно вскинула брови. — Думала, в мире такого просто не существует.

Услышав это, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

— Не знаю, почему ты так думаешь, когда в этом мире столько проблем, которых я не понимаю.

Каждый вечер многие студенты и профессора из Принстона бегали вокруг озера Карнеги, Молина — одна из них.

Лу Чжоу иногда садился на скамейку и всегда видел, как Молина бежит.

У них довольно хорошие отношения, и их дружба ограничивалась не только наукой.

В таком месте, как Принстон, кроме его студентов, у Лу Чжоу очень мало друзей примерно того же возраста, что и он.

Молина посмотрела на Лу Чжоу, который смотрел на озеро, и сказала:

— Ты становишься все больше похожим на них.

— Кого?

— Стариков из Института перспективных исследований. Не удивлюсь, если однажды институт предложит тебе должность штатного исследователя.

Штатный исследователь Института перспективных исследователей отличался от штатного профессора. Сам титул — одна из высших наград в академических кругах. Среди четырех лучших университетов менее 30 таких людей.

Например, Эйнштейн был одним из штатных исследователей Принстона, что показывало, насколько высок порог.

Кроме того, если не особые обстоятельства, подобная пожизненная честь почти никогда не будет присуждена молодому ученому…

Поэтому, услышав такое нелепое заявление от Молины, Лу Чжоу рассмеялся:

— Штатный исследователь? Я могу воспринимать это как пожелание?

— Конечно, но ты же слышал, что я сказала, что ты выглядишь как старик, когда думаешь?

Лу Чжоу покачал головой и ответил:

— Не говори подобного, ты же старше меня.

Вот же!

Почему-то Молине вдруг захотелось швырнуть банку с кофе ему в лицо...

Глава 443. Термоядерный синтез начинается со сверхпроводимости

Ближе к концу месяца произошло еще одно громкое событие в математическом сообществе, которое в итоге распространилось не только по всему научному сообществу, а даже вышло за его пределы.

Харди сидел за компьютером в Институте перспективных исследований, изучая информацию о конференции, но вдруг прочитав какую-то новость, он замер, потом от удивления чуть не закричал:

— Профессор, гипотезу Римана решили?!

— Что?

Харди говорил настолько взволнованно, словно открыл новый свет:

— Я прочитал на mathoverflow, что сэр Майкл Атья из Кембриджского университета использовал очень простой метод для решения гипотезы Римана, и он выступит с докладом на Гейдельбергском форуме лауреатов.

Mathoverflow — хорошо известный математический сайт, многие лучшие математики имели там свои аккаунты. Например, Тао Теренс активно сидел на этом сайте и не только обновлял там свой блог, но и общался с другими пользователями.

Лу Чжоу выслушал Харди и с улыбкой ответил:

— Если он действительно доказал гипотезу, то, несомненно, станет величайшим математиком столетия.

Харди спросил:

— Вы оптимистично относитесь к его доказательству?

Лу Чжоу не стал давать прямого ответа на его вопрос, а вместо этого просто высказал свое мнение:

— Сэр Атья — выдающийся ученый, его также награждали Филдсовской и Абелевской премиями. Однако старику уже 89 лет… Трудно что-то сказать.

На самом деле, Атья — не первый ученый, который утверждал, что решил гипотезу Римана.

В 2004 году известный профессор по теории чисел Луи де Бранж также заявил, что решил гипотезу Римана. Это вызвало настоящую сенсацию в то время, но, к сожалению, его доказательство не признало математическое сообщество.

Однажды даже английский математик Годфри Харолд Харди заявлял, что решил ее.

Харди немного колебался, но все же сказал:

— Но… Сэр Атья, будучи лауреатом Филдсовской и Абелевской премий, стал бы утверждать подобное, если бы не был полностью уверен в себе?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Мой дорогой Харди, если ты хочешь стать ученым, то должен помнить, что награды — это лишь дополнительная слава и не более. Другими словами, поскольку математическое сообщество предоставило ему награды, он должен проявлять особую осторожность, отвечая на обоснованные вопросы других людей, а не отвергать их, словно они дураки, — Лу Чжоу посмотрел на Харди и сделал небольшую паузу. — Нежели гипотеза Римана, мне больше интересен прогресс Атьи в существовании комплексной структуры на шестимерной сфере.

— Существовании комплексной структуры на шестимерной сфере?

Лу Чжоу кивнул.

— Это известная нерешенная алгебраическая топологическая проблема, связанная с K-теорией. Хотя это не задача тысячелетия, это все еще одна из самых важных проблем алгебраической топологии. В шестнадцатом году сэр Атья дал на нее окончательный ответ. Однако его работа была неудовлетворительной. Мало того, что доказательство занимало всего полстраницы, но в четвертой части работы он даже начал рассуждения об истории математики… — Лу Чжоу пожал плечами. — Согласно mathoverflow, он до сих пор не опроверг сомнения в своей работе. Поэтому академическое сообщество по-прежнему относится к нему скептически.

Статья о существовании комплексной структуры на шестимерной сфере доступна на arXiv.

Решить известную проблему K-теории, а потом в течение двух лет решить одну из самых важных задач теории чисел…

Очевидно Лу Чжоу, надеялся, что это правда. В конце концов, у любого человека в математической области присутствовал своеобразный синдром героя.

Но для старика, которому почти девяносто...

Честно говоря, он не испытывал особой надежды.

Математика — область молодых, в ней нет такого понятия, как старый и мудрый. Когда человек становится старше, его память и мыслительные способности значительно ухудшаются.

Поэтому очень мало математиков, которые могли дать результаты, превосходящие их достижения в молодости.

Конечно, результат не имел значения, пока старик был счастлив…

………………………………….

Гипотеза Римана, конечно, интересная тема, однако это не главная забота Лу Чжоу.

Он включил уведомления о всех обновлениях касательно этой новости и переключил свое внимание на цепочку заданий.

Проектирование стелларатора требовало огромного инженерного труда, а квантовые вычислительные технологии все еще далеки от применения. Приняв это во внимание, Лу Чжоу решил выбрать сверхпроводящие материалы в качестве своего следующего исследовательского проекта.

По правде говоря, сверхпроводящие материалы — не такое простое дело. Но это наиболее подходящий проект с точки зрения навыков Лу Чжоу.

Лу Чжоу отправился встретиться с Конни в химическую лабораторию Фрика.

Благодаря их проекту сотрудничества с Пабло Харильо-Эрреро, в течение последних шести месяцев он принимал участие в академическом обмене с Массачусетском технологическом институтом и вернулся только на прошлой неделе.

Увидев Конни, Лу Чжоу тут же спросил:

— Как продвигается проект сверхпроводников?

— Я не могу дать вам точный ответ, но в целом все идет гладко, — Конни протянул Лу Чжоу флешку. — Я написал краткий отчет о результатах. Он находится в соответствующей папке на флешке. Я собирался отправить его вам позже.

Лу Чжоу взял флешку и кивнул:

— Понятно, посмотрю его позже.

Конни посмотрел на слишком серьезного Лу Чжоу и взволнованно спросил:

— Профессор, вы хотите что-то сделать?

— Да… По некоторым причинам я переключился с математики на сверхпроводники.

Он явно не собирался говорить Конни о настоящей причине.

Лу Чжоу велел Конни приступать к работе, после чего сам сел за стол и подключил флешку к компьютеру и открыл отчет.

Он за полчаса прочитал его и получил общее представление о текущем прогрессе исследовательского проекта.

В основном, лаборатория Пабло сосредоточилась на изучении таких теорий, как энтальпийная энергия, псевдозоны, нематические жидкие кристаллы и прочего.

С другой стороны, Институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине сосредоточился на прикладных исследованиях. Их план заключался в использовании большого количества экспериментов в поисках способа поддержания концентрации графеновых носителей в сверхпроводниках.

Лу Чжоу должен был признать, что профессор Пабло Харильо-Эрреро — выдающийся эксперт в области графена. После получения исследовательского фонда в размере в 10 миллионов долларов, прогресс в их исследовании стал расти экспоненциально.

С помощью их теоретического прогресса Институт вычислительного материаловедения в Цзиньлине и лаборатория Саррота также добились удивительных результатов.

Однако до конца им еще далеко.

Лу Чжоу посмотрел на изображения на экране и задумался. Он сразу понял, что ему нужно делать.

Он хорош в вычислительном материаловедении и использовании математических методов для поиска закономерностей в материалах.

Поэтому перво-наперво ему нужно построить надежную математическую модель, используя годовые данные, собранные тремя лабораториями.

Кроме того, чтобы ускорить прогресс в этом проекте, ему нужно больше рук.

Профессор Чирик — хороший кандидат…

Глава 444. Я просто хотела позвать тебя поесть

Студенческое общежитие Уортонской школы бизнеса при Пенсильванском университете.

Чэнь Юйшань разбудил звонок ее телефона.

В окно уже вовсю светила луна.

— Интересно, кто может звонить в такое время? — тихо проворчала девушка и с неохотой высунув свою бледную руку из-под одеяла, взяла телефон и щелкнула пальцем по дисплею.

— Алло.

Когда Чэнь Баохуа услышал сонный голос дочери, он немного заколебался.

— Ты спала?

Чэнь Юйшань зевнула и не могла не пожаловаться.

— Папа, в следующий раз проверяй разницу во времени… Уже полночь.

Чэнь Баохуа кашлянул:

— Я знал, что уже поздно, но не думал, что настолько…

— Ничего, бывает, что ты хотел? Если это неважно, то я дальше спать… — Чэнь Юйшань снова зевнула.

Она уже привыкла к беспечности отца, хотя и не понимала, как он с такой-то легкомысленностью умудрился жениться на ее матери.

В последнее время она писала дипломную работу, каждый день усердно работая, поэтому по вечерам сильно хотела спать.

Однако ей повезло куда больше, чем аспирантам, которых использовали в качестве бесплатной рабочей силы.

На самом деле, настойчивая забота госпожи Мишель заставляла ее волноваться.

Как говорят, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Хотя это высказывание может быть не совсем точным, в нем все же есть доля правды.

Каждый раз, когда Чэнь Юйшань смотрела на нее, она видела что-то странное в ее глазах. Словно, если бы ее руководитель хотела выйти за рамки дружбы учителя и ученика…

В общем, ради собственной совести, она решила, как можно скорее закончить дипломную работу и свалить отсюда.

Когда Чэнь Баохуа услышал, что его дочь зевает, он расстроился.

Поэтому не стал ходить вокруг да около и сразу перешел к делу.

— Я звоню, поскольку хотел спросить кое-что.

— А?

Чэнь Баохуа заговорил серьезным тоном:

— Расскажи отцу, какие отношения между тобою и Лу Чжоу?

Лежа под одеялом, Чэнь Юйшань чуть не закашлялась.

— Просто… друзья, что еще? Я тебе же в прошлый раз говорила.

Чэнь Баохуа недоверчиво спросил:

— Просто друзья?

— Пап, что случилось? Просто скажи мне.

Услышав возмущения дочери, Чэнь Баохуа стало неловко.

Честно говоря, он не хотел выполнять задание по "захвату" Лу Чжоу. Но он будет переживать за свою дочь, если кто-то другой возьмется за него.

Однако в этот раз не старик Хэ, а сам руководитель организационного отдела коммунистической партии Китая приказал ему.

В конце концов, он понимал важность талантов, подобных Лу Чжоу, для страны, но всё же это его единственная дочь.

Если бы эти двое встречались, то все было бы решено, но теперь, похоже, что это не так…

— Ничего, просто хотел спросить.

Немного подумав, Чэнь Баохуа в конце концов решил, что не может так поступить со своей дочерью.

Он скорее сам полетит в Америку и поговорит напрямую с Лу Чжоу по поводу его возвращения в Китай.

— Через несколько дней я лечу в США, по поводу Лу… Свяжись с ним, мне надо поговорить с ним кое о чем.

Чэнь Юйшань не придала этому особого значения:

— Хорошо, удачи тебе. Если это все, то я пойду спать.

Чэнь Баохуа кивнул:

— Да, спокойной ночи.

— Спокойной ночи!

Чэнь Юйшань положила телефон обратно на тумбочку и забралась под одеяло.

Однако она вдруг кое-что поняла. Ее щеки под одеялом покраснели.

Она совсем не подумала об этом.

Что я должна сказать?

Мой отец хочет встретиться с тобой?

Или я хочу, чтобы ты познакомился с моим отцом?

Это нереально!

Полусонна Чэнь Юйшань с головой зарылась в одеяло, желая покончить с собою.

И что, блин, мне теперь делать?

…………………………………….

Утром Лу Чжоу пришел в лабораторию и приступил к эксперименту.

С помощью Конни он произвел допинг графена N-типа и P-типа, после чего отфильтровал и пометил образцы скрученного двухслойного графена под небольшим углом. Затем они переместили образцы под микроскоп и наблюдали за их микроструктурой.

Им нужно было найти две энергетические зоны с нулевой дисперсионной структурой.

Положение двух зон теоретически было определено, оно должно находиться на пересечении двух линейных зон, которое также называют дираковскими точками.

Однако применить эту теорию куда сложнее.

Но если им удастся, это открытие принесет огромную пользу всей индустрии сверхпроводников.

В лаборатории присутствовал не только Конни, но и профессор Чирик.

Чтобы как можно скорее завершить сбор данных и исследование сверхпроводников, Лу Чжоу нанял этого эксперта в органической химии.

Хотя основное исследование профессора Чирика не связано с графеном, он проявил большой интерес к исследовательскому проекту Лу Чжоу.

Особенно когда узнал, что финансы проекта находятся в диапазоне восьмизначного числа в долларах США, он сразу же приостановил собственный проект и приехал сюда со своей собственной исследовательской группой.

Профессор Чирик стоял рядом с Лу Чжоу и вдруг сказал:

— Уже октябрь.

Лу Чжоу возился с электронным микроскопом и пробормотал:

— Ага.

— И это вся твоя реакция?

Лу Чжоу отстранился от микроскопа и спросил:

— А в октябре что-то должно случиться?

Профессор Чирик был сбит с толку и спросил:

— Ты не следишь за Нобелевской премией этого года?

Лу Чжоу вздохнул:

— Мой друг, если я буду следить за Нобелевской премией, то не смогу спать всю оставшуюся жизнь.

Чирик беспомощно пожал плечами:

— Ладно, тогда мне не интересно говорить об этом с тобой. Я думал, ты будешь в ожидании. Ведь твоя прошлогодняя теоретическая модель действительно хороша.

— Время покажет, я занимаюсь наукой не только ради Нобелевской премии.

У Лу Чжоу в кармане завибрировал телефон.

Чирик заметил вибрацию и странно посмотрел на Лу Чжоу.

Парень тут же понял, о чем тот думает, поэтому вздохнул:

— Я знаю, о чем ты думаешь, но это невозможно… Я выйду ответить.

Профессор Чирик пошутил:

— Почему бы не ответить на звонок здесь? Что, если это из Шведской королевской академии наук?

— Проснись! Сегодня только первое октября!

Очевидно, что звонок не от них. Обычно звонки Нобелевским лауреатам делались за несколько минут до объявления.

А объявление имен лауреатов Нобелевской премии по химии будет лишь четвертого.

Не говоря уже о том, что Лу Чжоу прекрасно знал о своих шансах получить премию.

Лу Чжоу ответил на звонок.

— Да?

— Младший брат…

Когда услышал неестественный голос, он спросил:

— Что случилось?

Чэнь Юйшань осторожно ответила:

— Ты свободен в эти выходные?

Лу Чжоу был сбит с толку:

— Да, что такое?

— Ничего, — судя по голосу, Чэнь Юйшань смущенно улыбалась. — Я давно тебя не видела и просто хотела позвать тебя поесть вместе.

Глава 445. Последнее заседание

Шел октябрь, и улицы Стокгольма наводнили люди.

Каждый год в это время этот город, расположенный недалеко от Балтийского моря, привлекал внимание всего мира из-за Нобелевской премии.

Хотя награды вручались Шведской королевской академией наук, большинство жителей Стокгольма гордились этим.

Но интересно, что так было не всегда.

Во времена, когда национализм охватывал всю Европу, многие шведы публично жаловались или даже критиковали богатого шведского ученого — Нобеля.

Они говорили, что Нобель не пожертвовал свое наследие стране и не предоставил скандинавам преимущество в получении премии, что Нобель оставил после себя не подарок, а годы неприятностей.

Даже Ганс Фишер, президент Шведской королевской академии наук тех лет, жаловался, что Нобелю следовало пожертвовать деньги непосредственно Шведской королевской академии наук, а не заставлять их маяться с сложным процессом присуждения премий. Не говоря уже о том, что Нобель отказался присутствовать на совещаниях по присуждению премий.

К счастью, благодаря неустанным усилиям Рагнара Сольмана, надежного помощника Нобеля, король Швеции подтвердил действительность завещания Нобеля и положил конец спорам о 31 миллионе крон.

Как оказалось, большинство не видели дальше своего носа. До появления Интернета очень немногие люди имели возможность увидеть мир за пределами Балтийского моря.

Но, оглядываясь назад, можно сказать, что 31 миллион крон стали самой выгодной инвестицией в мире.

Никогда еще город не удостаивался такого внимания из-за вручения наград. Кроме того, никогда не было шведа, даже короля Швеции или премьер-министра, который оставил бы такое огромное и вечное наследие этой стране.

Конечно, вместе с этим шли и проблемы.

Особенно для шведской Королевской академии наук, которая уже более сотни лет хранит завещание Нобеля.

Чем ближе подбиралось 4 октября, тем оживленнее и волнительнее становилась атмосфера Стокгольма.

Как правило, список лауреатов Нобелевской премии должен был быть составлен три дня назад, но в этот раз Нобелевский комитет по химии не пришел к единому мнению.

Такое происходило и раньше. Из-за различных мнений членов Нобелевского комитета объявление Нобелевской премии откладывалось до середины октября, но в этом году для этого не было никаких причин.

Под давлением Шведской королевской академии наук члены Нобелевского комитета по химии собрались на очередное заседание.

За последние два года список членов комитета не изменился. Единственное изменение состояло в том, что Сногеруп Линсе ушла с поста председателя, и Клаас Густафссон, который был членом комитета более 15 лет, стал председателем.

Другими тремя присутствующими академиками были Питер Бжезински, профессор биохимии в Стокгольмском университете, Олаф Рамстром, профессор органической химии в Королевском технологическом институте, и профессор Йохан Оквист, профессор молекулярной биологии и вычислительной химии.

Старая госпожа Линсе пристально посмотрела на собравшихся в зале, после чего решительно произнесла:

— Остались только мы. Королевская академия хочет, чтобы мы приняли решение до 4-го числа.

На самом деле, они приняли решение месяц назад.

Председатель профессор Клаас кивнул:

— Как сказала академик Линсе, мы должны принять решение. Это последнее наше заседание, надеюсь, что вы скажете нам свое мнение.

Остальные трое переглянулись и кивнули.

Это последний раз, когда они будут обсуждать этот вопрос.

Последняя встреча этого года…

………………………..

Объективно говоря, решения, принятые Нобелевским комитетом по химии, вызывали недоумение. Криогенная электронная микроскопия 2017 года прекрасна, но молекулярная машина в 2016 — совершенно новая концепция. Хотя результаты достаточно хорошие, они все еще далеки от понимания, как применять ее.

Что удивляло людей, так это ситуация с литиевой батареей. Каждый год предсказывали, что отец литиевых батарей, Джон Гуденаф, победит. Однако шведская королевская академия наук почти забыла о его существовании.

Помимо "Теоретической модели структуры электрохимического интерфейса" Лу Чжоу, профессор Франц-Ульрих Хартль из Института биохимии Макса Планка и профессор Йельского университета Артур Хорвич, которые занимались своими исследованиями фолдинга белка, также достойны внимания.

До этого они уже выиграли премию Альберта Ласкера, которая походила на мини-Нобелевскую премию. Почти половина лауреатов премии Альберта Ласкера в конечном итоге получают Нобелевскую премию по химии или Нобелевскую премию по физиологии или медицине.

В дополнение к этому, в последнее время произошло сильное развитие оптогенетики, а также двигательных белков.

Это свидетельствовало о том, что химики с большей вероятностью получают результаты в области биологии.

На первый взгляд биология была более привлекательной, конечно, если целью была Нобелевская премия…

После небольшого обмена мнениями на совещании приступили к принятию окончательного решения.

Ожидаемо, основное внимание уделялось "Теоретической модели структуры электрохимического интерфейса".

Атмосфера встречи становилась все более напряженной…

Олаф сказал:

— Несмотря ни на что, мы должны рассмотреть реальные достижения в химии в этот раз. Если господин Нобель узнал бы, что мы превратили его самую любимую награду по химии в награду по биологии, уверен, он пришел бы в ярость.

— Но ведь ему всего 24 года! — свирепо воскликнул Питер. — Моложе Лоуренса Брэгга! Неужели мы не можем подождать до его 25-летия, чтобы подумать о нем?!

— Есть ли лучший результат в теоретических исследованиях в области химии?

Питер на мгновение задумался:

— Исследование в области молекулярной динамики? Роберто Кар из Принстона добился отличных успехов в этой области.

Олаф покачал головой:

— Я признаю, что его работа превосходна, но она далека от того, чтобы быть выдающейся.

— Тогда присудим ее фолдингу белка, — пожаловался Питер. — Почему мы должны ограничиваться только теоретической химией?

Госпожа Линсе кивнула:

— Я согласна с точкой зрения Питера.

В 2015 году именно ей принадлежала идея вручить Нобелевскую премию за восстановление ДНК.

Теперь мнение было таким же, она считала, что награда должна быть присуждена биохимии.

— Если мы не ограничиваем область исследования, то почему мы ограничиваем возраст победителя? Нобель никогда не говорил в своем завещании, что его наследство должно быть отдано старикам.

— Думаю, академик Олаф прав, — неожиданно заговорил Йохан, молчавший до этого. — Структура электрохимического интерфейса является не только достижением в области электрохимии и теоретической химии, но и новаторским вкладом в область вычислительной химии.

Он работал в области вычислительной химии. За этим столом не было никого, кто имел более точное представление о том, насколько превосходна теоретическая модель.

Однако это самое большое разногласие в процессе отбора лауреатов Нобелевской премии.

По мере развития науки, границы между дисциплинами становились все более размытыми. Однако направления исследований все сильнее отдалялись друг от друга. Ученым уже чрезвычайно трудно понять исследования, выходящие за рамки их областей, еще труднее точно сравнивать результаты исследований.

За столом, казалось, начиналась "драка".

Председатель Клаас, который почти ничего не говорил, посмотрел на Олафа и Питера, а потом задумался, после чего хлопнул в ладоши, прерывая спор.

— Ладно, господа… и дамы. Нет смысла больше спорить. Давайте воспользуемся самым демократичным, справедливым и традиционным способом решения этой проблемы.

Все переглянулись.

Несогласных не было, никто не возражал против предложения академика Клааса.

Когда мнения расходятся, нет лучшего способа, чем голосование.

Убедившись, что члены комитета не возражают, академик Клаас жестом подозвал помощника.

Помощник догадался, что тот хочет, и разложил перед всеми листы бумаги.

Госпожа Линсе взяла ручку и написала на бумаге несколько слов, после чего удивленно посмотрела на Клааса и спросила:

— Ты знал, что так и будет?

— Было предчувствие, — ответил Клаас, улыбаясь и складывая лист. Он осторожно положил на середину стола. — Мы редко достигаем консенсуса.

Глава 446. Ты говорила, что просто поедим...

Хотя Лу Чжоу сейчас занимался исследованиями, его текущий исследовательский проект, в отличие от гипотезы Гольдбаха и уравнений Навье-Стокса, не занимал всё свободное время. У него оставалось еще время на еду.

Не говоря уже о том, что это выходные.

Лу Чжоу подъехал к студенческим общежитиям Пенсильванского университета и стал ждать, однако Чэнь Юйшань пришла не одна.

Вместе с ней шел внушительно выглядящий мужчина средних лет.

Чэнь Баохуа выдавил из себя идеальную улыбку и протянул руку со словами:

— Здравствуйте, профессор Лу, я — отец Чэнь Юйшань. Извините, что беспокою вас в разгар работы.

Лу Чжоу недоумевал, когда пожимал ему руку.

— Приятно познакомиться, господин Чэнь.

Чэнь Баохуа удовлетворенно кивнул.

Неплохо, парень довольно вежливый.

Он быстро вспомнил, что ему нужно обсудить важные вопросы, поэтому тихо кашлянул и сразу перешел к сути:

— Шань Шань ведь уже посвятила вас в детали, верно??

Какие детали?

Лу Чжоу хотел спросить вслух, но заметил умоляющий взгляд Чэнь Юйшань.

Он немного засомневался и решил солгать:

— Да, она мне рассказала…

Чэнь Баохуа улыбнулся:

— Ладно, я заказал столик в китайском ресторане неподалеку. Давайте поедим, пока мы разговариваем… Поедем на вашей машине или машине Шань Шань?

Лу Чжоу ответил:

— Давайте возьмем мою.

Шань Шань не водила внедорожник, а у Чэнь Баохуа нет американских прав, поэтому Лу Чжоу повел на своей машине.

Чэнь Баохуа сел в машину и посмотрел на водительское сиденье:

— Хорошая машина, нравятся внедорожники?

Лу Чжоу включил навигатор и улыбнулся:

— В них я чувствую себя в безопасности… Где китайский ресторан?

После того, как Чэнь Баохуа поставил пункт назначения на навигаторе, Лу Чжоу завел машину и поехал.

Парень сразу же встретился взглядом с Чэнь Юйшань через зеркало заднего вида.

Что за фигня?

Извини, извини! Я потом тебе все объясню.

Что?

Лицо Чэнь Юйшань переполняли различные эмоции, Лу Чжоу не мог понять, что она имела ввиду.

Парень все еще ничего не понимал.

Ты говорила, что хотела вместе поесть, так какого... я встретился с твоим отцом в итоге?

Чэнь Баохуа не упустил из виду, что они обмениваются взглядами, и при виде этого "флирта" лицо его становилось тяжелее.

Точно ли… Между ними ничего нет?

Когда Чэнь Баохуа думал, что его дочь что-то скрывает от него, его настроение становились таким же мрачным, как и его лицо.

Если бы не его задание, он бы не позволил этому парню так расслабляться.

……………………..

Вскоре они подъехали к месту назначения.

Прежде чем сесть за стол, Чэнь Юйшань нашла возможность и тайно отвела Лу Чжоу в сторону.

— Прости! — Чэнь Юйшань сложила ладони вместе и с закрытыми глазами наклонилась. — Я хотела сказать, но не знала, как сказать такое по телефону, мой отец хотел встретиться с тобою…

— Дядя Чэнь занимается математикой?

Чэнь Юйшань шепотом ответила:

— Нет, он — из организационного отдела.

Организационный отдел?

Хотя это неожиданно, после ее объяснений Лу Чжоу задумался и кивнул.

Он вспомнил, что программа "Тысяча талантов" находится под их контролем.

Тогда Чэнь Баохуа, скорее всего, отвечает за набор талантов извне?

Лу Чжоу мало что знал о делах правительства, да и особо не интересовался этим.

Но примерно для себя понял, о чем с ним хочет поговорить Чэнь Баохуа.

Они сели за стол. Чэнь Юйшань села рядом с отцом, а Лу Чжоу — напротив них.

Чэнь Баохуа кашлянул и посмотрел на дочь, затем требовательно произнес:

— Шань Шань, сходи в ванную. Нам с профессором Лу есть о чем поговорить.

— М-м.

Чэнь Юйшань послушно встала и собралась уходить.

Похоже, она "пай-девочка" дома…

Эм…

Я совсем не ожидал этого!

Лу Чжоу отбросил свои странные мысли и кашлянул.

— Чэнь Баохуа, вы хотите говорить со мной о чем-то секретном?

Чэнь Баохуа замолчал и улыбнулся.

— Не совсем, просто хочу, чтобы вы чувствовали себя спокойно...

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой:

— Тогда давайте позволим ученице… Чэнь Юйшань остаться здесь. У меня нет никаких секретов.

Очень печально оставлять ее одну.

Чэнь Юйшань с благодарностью взглянула на Лу Чжоу и снова села.

Очевидно, она не хотела оставаться в стороне.

Чэнь Баохуа взглянул на дочь и ничего не сказал, вместо этого откашлялся:

— Раз так говорите, то сразу перейду к делу.

Чэнь Баохуа знал, что бесполезно промывать мозги ученым, а умные люди, подобные Лу Чжоу, часто имели собственные политические взгляды и мнения. Он не стал ходить вокруг да около и сразу перешел к главному:

— Родина ценит и нуждается в вашем таланте. Мы с нетерпением ждем вашего возвращения в Китай для исследовательской работы.

— Дабы доказать свою искренность, мы готовы платить вам втрое больше, чем ваша зарплата в Принстоне и сделать так, чтобы она не облагалась налогом.

— Кроме того, мы можем гарантировать, что финансирование ваших исследований будут в три раза больше текущего объема. Средства также будут идти из центральных правительственных фондов. Независимо от того, в какой университет или институт вы пойдете, фонд будет вашим. От имени Коммунистической партии могу заверить, что к вашим исследованиям будут относиться со всем вниманием.

Наконец Чэнь Баохуа искренне добавил:

— Если у вас есть какие-то другие просьбы, не бойтесь и говорите, я передам их вышестоящему руководству!

В три раза больше зарплата…

Лу Чжоу удивился.

Сейчас его зарплата составляла 400 тысяч долларов, а в три раза больше — 1,2 миллиона или 8 миллионов юаней, не говоря уже, что они не будут облагаться налогами.

Даже для обладателя Филдсовской премии — это слишком.

Хотя ему не нужно большое финансирование научных исследований, возможность получать средства от правительства — все еще очень привлекательна. Это избавит его от множества сложных процедур, заявок и утверждений.

Через некоторое время Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— У меня нет просьб относительно льгот. Все, что мне нужно — академическая среда, не подверженная влиянию политики…

Чэнь Баохуа кивнул и запомнил слова Лу Чжоу. Он хотел что-то сказать, но тут у парня зазвонил телефон.

Лу Чжоу достал телефон и включил бесшумный режим, увидев, что звонок с неизвестного номера, он не хотел прерывать разговор, поэтому отклонил звонок.

Однако через две секунды его телефон снова завибрировал.

Такие настойчивые?

Лу Чжоу удивленно вскинул брови и уже собирался выключить телефон, когда Чэнь Баохуа мягко кашлянул и сказал:

— Профессор Лу, ответьте. Что, если это что-то срочное? Не откладывайте это из-за меня.

Лу Чжоу покачал головой:

— Если бы это было что-то важное, то позвонили бы мне в кабинет.

В его кабинете всегда были люди, если бы возникло что-то важное, то Вера немедленно сообщила бы ему.

Судя по прошлому опыту, с неизвестных номеров звонили или мошенники, или продажники.

Однако поскольку Чэнь Баохуа настаивал, Лу Чжоу ответил:

— Алло.

Когда Лу Чжоу услышал голос на другом конце, его лицо приобрело странное выражение.

Спустя две минуты, звонок завершился.

Лу Чжоу смотрел на экран телефона и молчал.

Чэнь Баохуа хотел знать, что случилось, но не знал, стоит ли спрашивать, поэтому тоже молча сидел.

Чэнь Юйшань же, увидев странное выражение на лице Лу Чжоу, подумала, что случилось что-то плохое, поэтому тихо спросила:

— Что случилось?

Через какое-то время Лу Чжоу посмотрел на них и, немного поколебавшись, ответил:

— Думаю… я выиграл премию.

Глава 447. Что думаешь о моей дочери?

Выиграл премию?

Чэнь Баохуа потрясли слова Лу Чжоу, он тут же подсознательно спросил:

— Какую?

Лу Чжоу ответил, не скрывая:

— Нобелевскую…

Все замолчали.

Лу Чжоу не смотрел на часы, но подозревал, что прошло около полминуты.

Чэнь Баохуа взглянул на Лу Чжоу с выпученными глазами и, заикаясь, пробормотал:

— Но… Нобелевскую? Ту самую?

Лу Чжоу утвердительно кивнул.

— Да.

Честно говоря, Лу Чжоу очень удивился, получив этот звонок.

Хотя профессор Эртль обещал ему, что выдвинет его кандидатуру, он никогда не думал, что этот день наступит так скоро.

Он был совсем не готов к такому.

Взволнован?

Очевидно, да.

Нобелевская премия — высшая награда в научном мире, любой ученый, говорящий, что не интересуется ею, просто не в состоянии получить ее и завидует.

Но Лу Чжоу скорее смущался, нежели волновался.

Вспоминая, что чуть дважды не повесил трубку, он испытывал смешанные чувства. Казалось, что в будущем ему больше не стоит сбрасывать звонки с неизвестных номеров. По крайней мере, сначала ему надо ответить…

Внезапно Чэнь Юйшань, которая находилась в ступоре, тихо спросила:

— Есть Нобелевская по математике?

— Нет, — Лу Чжоу покачал головой. — Это Нобелевская премия по химии.

— А, химия.

Чэнь Юйшань облегченно вздохнула, но тут же кое-что поняла.

Черт!

Это же все равно Нобелевская премия.

Она всегда знала, что Лу Чжоу силен в математике настолько, чтобы стать всемирно известным. Однако она не ожидала, что в химии он столь же силен.

Чэнь Юйшань даже не осознавала, что подсознательно начала смотреть на Лу Чжоу по-другому.

— Младший брат… Удивительно…

Лу Чжоу не любил, когда ему делали комплименты.

Смутившись, он улыбнулся и ответил:

— Ничего такого.

Чэнь Баохуа не мог найти слов.

……………………..

В неприметном заводском комплексе в Цзянлине.

После перевода в отдел материально-технического обеспечения Лу Банго каждый день скучал. Он проводил день либо с друзьями на рыбалке, либо пил чай и читал газету в своем кабинете.

Сегодня национальный праздник, и погода стояла хорошая. Лу Банго поймал двух огромных рыб и в приподнятом настроении пригласил своего друга рыбака к себе домой.

Он попросил Фан Мэй пожарить рыбу и приготовить закуски, потом достал свой любимый байцзю и поставил на стол.

Чжоу Пин сидел напротив Лу Банго. Он сделал глоток байцзю, после чего с завистью произнес:

— У тебя действительно хорошая жизнь. Рыбачишь и пьешь каждый день. Я бы ни за что на свете не променял такую жизнь.

Лу Банго ответил:

— Хороший здесь лишь мой зад. Я только жирею. Через несколько лет я выхожу на пенсию, тогда у меня будет еще больше свободного времени. Я бы предпочел найти какую-нибудь работу на фабрике.

Хотя может показаться, что он жалуется, но на его лице сияла улыбка.

Чжоу Пин взял кусок рыбы и улыбнулся.

— Прекрати. Хватит доставлять еще больше проблем секретарю У. Руководство время от времени шлет ему соболезнования. Неужели ты думаешь, что завод, и правда, осмелится вернуть тебя за станок?

Лу Банго молча покачал головой и улыбнулся.

Он не сделал ничего выдающегося в своей жизни, но знал, как трудны взаимоотношения. Он всю жизнь работал руками на фабрике, и самым большим его достижением стало продвижение по службе, всего за год до ухода на пенсию.

Нет никакой причины, чтобы утешать его.

Хотя никто не говорил ему об этом, но в глубине души он знал, что это все благодаря успеху его сына.

Чжоу Пин налил еще немного байцзю в свою чашку и сказал:

— Сегодня национальный день, почему большой математик до сих пор не вернулся? А твоя дочь все еще в Цзиньлинском университете?

Лу Банго улыбнулся:

— Они все заняты своими делами. Я не беспокоюсь о них. Я счастлив, если они возвращаются на Китайский новый год и звонят домой почаще.

— Как так-то? Они забывают свои корни, — старик Чжоу не мог не похвастаться своей дочерью. — Посмотри на мою дочь, она никогда не покинет дом. Независимо от продолжительности выходных, она всегда возвращается домой и навещает нас.

Лу Банго посмотрел на Чжоу Пина и упрекнул:

— Твоя дочь учится в Цзянчэне, оттуда до сюда на скоростном поезде быстрее, чем на метро по городу. Ты думаешь, это сопоставимо?

Чжоу Пин улыбнулся.

— Важно не то, где она находится, а то, где её сердце.

— Будешь хвастаться этим, когда она найдет себе пару.

Глаза Чжоу Пина увеличились в размере, и его поведение тут же изменилось:

— Ни один парень не украдет у меня дочь!

Пока старики хвастались, передавали новости. Они слышали, как они доносятся из телевизора неподалеку.

Ведущая новостей только закончила выпуск, как за кадром получила листок.

После прочтения на ее лице появилось удивление.

Однако она успокоилась и собралась.

— Мы должны сообщить срочную новость.

— Сегодня, четвертого октября, пятнадцать минут назад Шведская королевская академия наук объявила список лауреатов Нобелевской премии по химии…

Она остановилась и словно пыталась сдержать волнение в своём сердце.

Словно она пыталась сохранить серьезность ведущей новостей.

После чего ровным голосом объявила:

— За выдающийся вклад "Теоретической модели структуры электрохимического интерфейса" профессор Лу, выпускник Цзиньлинского университета, становится единственным лауреатом премии и получает девять миллионов крон!

— В то же время он — первый ученый в мире, получивший одновременно Филдсовскую и Нобелевскую премии!

Новости продолжались, но в гостиной стояла мертвая тишина.

Лу Банго не слышал ни о медали Гофмана, ни о Филдсовской премии, но знал, что Нобелевская премия — почти божественная награда. Даже он, кто никогда не покидал своего родного города, слышал о ней.

Они молчали около минуты.

Первым молчание нарушил друг-рыбак Лу Банго.

— Старый Лу…

— Что?

— Слышал, твой сын еще не женился?

— Да.

— Ты не хочешь найти ему пару?

Лу Банго посмотрел на него и спросил:

— К чему ты ведешь?

Слегка смутившись, Чжоу Пин улыбнулся и спросил:

— Что ты думаешь о моей дочери?

Глава 448. Нобель и Филдс

4 октября в Китае — национальный праздник.

Большинство людей либо отдыхали, либо путешествовали, либо сидели в телефоне в постелях.

За исключением дня вручения премии в декабре, мало кто обращал внимание на имена лауреатов Нобелевской премии.

Если только… В списке не выделится особое имя.

В тот момент, когда передали новость, хотя не было никакой необходимости передавать новости...

В туже секунду, как объявили список, новость, что Лу Чжоу получил Нобелевскую премию, распространилась с безумной скоростью по всем областям химии, материаловедения, физики конденсированного состояния и математики.

После первой новостной статьи, последующие последовали за ней, как цунами, затопив Weibo и WeChat.

После того, как правдивость подтвердилась, почти половина Китая обсуждала это событие.

"Невероятно, математик получил Нобелевскую премию!"

"Боже, если правильно помню, то Бог Лу выиграл Филдсовскую премию на международном конгрессе математиков, да?"

"Получил Нобелевскую и Филдсовскую премии! Безумие…"

"Химики-органики, небось, сейчас рыдают: биологи прозевали Нобелевскую премию этого года…"

"24-летний лауреат… На год моложе самого молодого лауреата Нобелевской премии в истории. Это мировой рекорд!"

"Бог Лу невероятен!"

"Университет Шуйму прислал поздравительное послание!"

"Яньцзинский университет прислал поздравительное послание!"

"Цзиньлинский университет прислал поздравительное послание!"

И еще множество подобных сообщений...

Лу Чжоу никогда не занимал первую строчку в трендах. Но тут он еще не успел поделиться радостью с подписчиками, как уже занял первое место.

Что представляла собой Нобелевская премия?

Для Китая это уверенность в том, что научные исследования страны соответствуют международным стандартам. Это означало, что больше студентов будут поступать на биохимию. А также многое другое…

В то же время это также означало, что место рождения, проживания и учебы Лу Чжоу попытаются превратить в туристическую, образовательную и культурную достопримечательности.

Что касается самого Лу Чжоу, то значение Нобелевской премии — необычайно.

В мире нет ни одного международного научно-исследовательского института, который отказался бы от Нобелевского лауреата.

То же самое относится и к Китаю.

И не только это, но он получит безумное количество уважения, особого отношения и ресурсов. Такого, что большинство ученых даже не могут себе представить.

…………………

Они провели за едой около двух часов.

Чэнь Баохуа находился несколько не в своей тарелке.

Он никогда не ожидал, что Лу Чжоу получит Нобелевскую премию. Более того, он боялся, что партия тоже не ожидала такого.

Ученый Нобелевского уровня и лауреат Нобелевской премии — абсолютно на разных уровнях…

После еды Чэнь Баохуа вернулся в Международный аэропорт Филадельфии, не проводя и лишнего дня в Филадельфии. Он поспешил следующим рейсом обратно в Китай.

Судя по всему, организационный отдел вызвал его на совещание. Поэтому он не хотел оставаться здесь надолго.

Он сказал, что передаст просьбы Лу Чжоу вышестоящим.

Отвезя Чэнь Баохуа в аэропорт, Лу Чжоу отвез Чэнь Юйшань обратно в Пенсильванский университет.

Выходя из машины, Лу Чжоу вдруг что-то вспомнил.

— Тебе интересно посмотреть на вручение Нобелевской премии?

— Конечно интересно.

— Ты свободна в декабре?

— Да! Ты отвезешь меня туда? — глаза Чэнь Юйшань загорелись, она быстро кивнула. Однако поняла, что это может доставить неприятности Лу Чжоу, поэтому спросила:

— Ты можешь привести людей на церемонию вручения Нобелевской премии? Это не создаст проблем?

Если это создаст проблемы Лу Чжоу, то она не хотела…

Лу Чжоу улыбнулся:

— Какие проблемы, можно приводить друзей и родственников.

Будь то вручение премии или всемирно известный Нобелевский ужин, будучи Нобелевским лауреатом, он мог пригласить семью и друзей, которых хотел.

К тому же, судя по всему, в прошлом не существовало предела числа друзей и родственников, которых можно привести на вручение Нобелевской премии.

Так было до 1988 года, когда Камило Хосе Села, лауреат Нобелевской премии по литературе, привел на обед 68 человек из своей деревни. Его поступок испугал Нобелевский комитет.

Поэтому ввели новое правило: лауреаты не могли привезти с собой более 14 родственников или друзей.

Однако едва ли Лу Чжоу сможет добрать до 14 человек.

У него не так много родственников, и он близок только со своими родителями и Сяо Тон.

Его родители и Сяо Тон определенно должны поехать, поэтому они заняли три места. Поскольку все произошло внезапно, Лу Чжоу не знал, кого еще он должен пригласить на оставшиеся 11 мест.

Поэтому, поскольку Чэнь Юйшань, казалось, очень заинтересована, он решил спросить ее. Чэнь Юйшань счастливо сказала:

— Правда? Тогда я поеду! Никогда раньше не была на церемонии вручения Нобелевской премии.

Лу Чжоу улыбнулся.

Это абсолютно нормально.

99,99% людей никогда туда и не попадут…

…………………………..

Когда Лу Чжоу вернулся в Принстон, было уже довольно поздно.

Он не поехал в Институт перспективных исследований, а направился прямо домой.

Приняв душ, Лу Чжоу лег в постель с телефоном. Когда увидел 99+ уведомлений, он не мог не ухмыльнутся.

Может, устроить розыгрыш в честь Нобелевской премии для подписчиков?

Лу Чжоу немного подумал и решил отказаться от этой идеи.

Хотя это звучало интересно, слишком много возни с пересылкой…

Внезапно его телефон зазвонил.

Звонила Сяо Тон.

Парень поднял трубку.

На другом конце провода раздался взволнованный голос:

— Брат, брат! Появились результаты конкурса по математическому моделированию! Я получаю национальную премию первого уровня.

Услышав хорошие новости, Лу Чжоу улыбнулся:

— Национальная премия первого уровня… совсем не плохо. У тебя есть потенциал.

Лу Чжоу вспомнил то время, когда он участвовал в конкурсе по математическому моделированию.

Он больше не общался с двумя товарищами по команде.

Интересно, как у них дела?

Сяо Тон ухмыльнулась в ответ на комплимент брата, хотя парень не мог видеть сейчас ее лица, но мог представить ее самовлюбленную улыбку.

Во многом она была похожа на него.

Единственное различие — уровень их скромности.

Сяо Тон засмеялась:

— Тогда, брат, полагается ли награда?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Как насчет того, чтобы я взял тебя с собой в поездку?

— Неужели? — глаза Сяо Тон загорелись, но внезапно она наполнилась подозрением. — Но ты обычно очень занят. Когда у тебя появится время поехать в отпуск?

— Это не только для отдыха.

— Не только?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, еще для получения Нобелевской премии.

Помимо Нобелевской премии, еще была долгожданная премия тысячелетия от Института Клэя. Поскольку он все равно собирался в Европу, то мог бы заодно посетить Французскую академию, чтобы получить награду в миллион долларов за решение одной из задач тысячелетия.

Сяо Тон не знала, что ответить.

Глава 449. "Дом-музей" Лу Чжоу

Лу Чжоу уже спал.

Однако в Китае все еще был день.

Сегодняшний день отличался от вчерашнего поспешным выпуском новостей. Сегодня новости выделили почти десять минут на специальный доклад о Нобелевской премии по химии.

В этом официальном репортаже ведущий новостей не только рассказал о жизни Лу Чжоу, его достижениях и проблемах, что он решил, но и о его международных наградах.

Они даже нашли его интервью с церемонии награждения премии Крафорда.

— Наука меняет мир, математика меняет науку.

Теперь казалось, что возвышенные слова Лу Чжоу были правдой.

Он сделал это, и сделал менее чем за два года.

Он использовал свои собственные знания, чтобы создать дисциплину с неограниченным потенциалом, он создал чудо для китайских ученых, а также чудо для человеческого разума.

Несмотря на пресс-конференцию Нобелевской премии и объявление на официальном сайте, некоторые все еще не знали об этой новости. Но как только заработала машина пропаганды, почти все узнали о случившемся.

В том числе Сяо Тон, которая не любила Weibo, но обедая в столовой, увидела своего брата по телевизору.

На самом деле, Лу Чжоу — не первый китаец, который получил Нобелевскую премию по химии. Перед ним был американский китаец, который выиграл премию, а еще до этого — тайванец. Однако китайское правительство не хотело способствовать распространению новостей про них.

Лу Чжоу — первый лауреат с китайским гражданством. К тому же он побил рекорд, став самым молодым лауреатом Нобелевской премии и первым человеком, когда-либо получившим Филдсовскую и Нобелевскую премии.

Любое из этих достижений заставит всю страницу гордиться им.

Когда 25-летний Лоуренс Брэгг получил Нобелевскую премию по физике, чтобы почтить память этого талантливого ученого, Австралия построила музей для него и его отца. Они также использовали его имя в качестве названия премии за лучшую диссертацию по физике.

В честь этого ученого Стокгольм устроил специальный праздник по случаю 50 лет с вручения премии и пригласил выступить его с первой в истории Нобелевской лекцией.

Лу Чжоу — первый Нобелевский лауреат, родившийся в Китае, поэтому Китай ценил его еще больше.

Они ценили его не только за то, что он еще не вернулся в Китай, но и потому что одной из стратегий страны было омоложение страны через науку и образование.

Строительство музея слишком формально, к тому же еще слишком рано "поминать" Лу Чжоу.

Однако местный отдел по туризму уже зарегистрировал его дом, как культурную реликвию. Даже если в будущем снесут этот маленький городок, этот многоквартирный дом без лифта останется в покое. И не только, его будут ремонтировать профессионалы, сохраняя его первоначальное состояние.

Само собой, пройдут десятилетия, прежде чем это будет осуществлено на практике.

В конце концов, даже если его зарегистрировали как культурную реликвию, никто не будет выселять живущих там людей.

Другое место, которое получило наибольшую выгоду, скорее всего — школа, где учился Лу Чжоу.

Цзянлинская школа пожала плоды, когда Лу Чжоу получил премию Чжень Шэньшэна по математике и премию Коула по теории чисел. Школа уже много лет считалась второсортной, однако благодаря Лу Чжоу Министерство образования мгновенно превратило ее в первоклассную.

Теперь, когда Лу Чжоу получил Нобелевскую премию, все изменится еще сильнее.

Это не только принесло им новое здание и стадион, но и секретарь партии решил сделать ее одним из примеров образовательного проекта Цзянлина.

Лу Чжоу услышал об этом у своего отца по телефону.

Он был поражен этими новостями и не находил слов.

— Пап…

Старик Лу пребывал вне себя от радости, говоря все это. Он улыбнулся и спросил:

— Что?

— Теперь наш дом — культурная реликвия… Это же не повлияет на вас?

— А как? Они просто повесили табличку, — его отец сделал небольшую паузу, а потом продолжил:

— Кстати, вчера твой учитель в школе, господин Цинь, учитель математики, господин Ма и директор приходили к нам. Они дали мне и твоей маме парочку подарков. Честно говоря, не ожидал, что спустя столько лет, они все еще будут помнить нас… Я не хотел принимать подарки, но они настаивали, отдавая их. Когда вернешься, не забудь им что-нибудь привезти. Мы им не можем быть чем-то обязаны, надо дать что-то взамен.

Учитывая, что он ни разу не контактировал со своими учителями с тех пор, как окончил школу, парень не мог не ощутить стыд, когда услышал, что его учителя приходили к нему домой и дарили его родителям подарки.

— Понимаю, я навещу их, когда вернусь на Китайский Новый год… Кстати, у них все хорошо?

Старик Лу улыбнулся:

— Похоже на то. Один стал заместителем директора, другой — преподавателем специального класса и директором.

Лу Чжоу не мог не улыбнуться.

Одной из причин было то, что им гордился его отец.

Второй — плюсы, что перепали его учителям.

Для него это стало большой неожиданностью.

……………..

Нобелевская премия — не конечная цель исследований, но она своего рода подтверждение и признание со стороны мира ученых.

В эту современную эпоху, когда все становилось интернационализированным, каждая страна — неотделимая часть мира.

Будь то торговля, культурный обмен или научные исследования.

Не только школа Цзянлин радовалась за Лу Чжоу.

Не было никого, счастливее Цзиньлинского университета.

На второй день, после оглашения списка лауреатов, прямо на воротах вывесили плакат с привлекающим заголовком.

"Поздравляем Лу Чжоу, выпускника 2013 года и почетного профессора нашего университета, с получением Нобелевской премии по химии этого года."

Университет, способный выпустить Нобелевского лауреата, впечатлял.

Особенно по сравнению с Яньцзинским университетом и университетом Шуйму, значение еще более велико.

Если кто-то и мог быть счастливее, чем Цзиньлинский университет, то это определенно исследователи из Института вычислительного материаловедения.

Лю Бо посмотрел новости на своем компьютере и восхитился:

— Здорово… Отныне мы можем хвастаться, что наш начальник — лауреат Нобелевской премии.

Бра Цянь улыбнулся:

— Почему бы тебе просто не хвастаться, что ты дружишь с Нобелевским лауреатом и писал с ним в соавторстве статью? Разве это не более круто?

Лю Бо почесал затылок и смущенно произнес:

— Я могу так делать, но не должен.

Если слишком много хвастаться, то его авторитет упадет.

В этот момент пришел Ян Сюй в кабинет. Он окинул всех взглядом и спросил:

— Что вас всех так взволновало?

Лю Бо воскликнул:

— Наш босс получил Нобелевскую премию, конечно мы будем взволнованы!

— Так вы уже знаете? — Ян Сюй улыбнулся. — А я хотел сделать вам сюрприз...

Лю Хун, сидевший в другом конце кабинета и работающий над отчетом, не мог сдержать эмоций.

Сначала он немного жалел, что не получил докторскую. Он думал, что должен просто протянуть те два года.

Но теперь, судя по всему, он сделал правильный выбор.

Большинство людей никогда не смогли бы заниматься научными исследованиями под руководством Нобелевского лауреата.

А его докторскую степень, к слову, получить — как раз плюнуть, учитывая способности и репутацию его начальника в Цзиньлинском университете.

Глава 450. Кто-то пишет о тебе диссертацию

Получил Филдсовскую премию.

Получил Нобелевскую премию.

Лу Чжоу чувствовал, что время, проведенное в Принстоне, стоило того.

По правде, по возвращении в Китай, он будет очень скучать по этому месту.

По дому, на обстановку которого он потратил немало сил, камину в гостиной, кабинету в Институте перспективных исследований и озеру Карнеги.

И по научной среде, и ученым…

Когда у него будет возможность, он приедет и навестит их снова.

Ладно, решено, я не продам дом.

Утром следующего дня Лу Чжоу только вошел в кабинет, как на него обрушился дождь из конфетти.

— Поздравляю, профессор Лу! Самый молодой Нобелевский лауреат в истории, — крикнул Харди, держа в руках праздничный колпак. Держа пустую хлопушку на манер микрофона, он поинтересовался:

— Можно узнать, что вы думаете по этому поводу?

Поначалу Лу Чжоу озадачили действия его учеников, но когда он наконец понял, что происходит, то улыбнулся.

— Я думаю… кто-то должен подмести кабинет.

— О, не будьте таким реалистом, дорогой профессор Лу, — Харди изобразил беспомощность. — Я подмету его позже, разве мы не должны праздновать прямо сейчас? Я предлагаю устроить вечеринку! Я приготовлю барбекю.

— Я подумаю об этом.

Вера стояла рядом с ними и смотрела на Лу Чжоу с взволнованным и красным лицом.

— Поздравляю, профессор.

Лу Чжоу улыбнулся Вере и кивнул, после чего ответил:

— Спасибо.

Для него достаточно и простого поздравления. Он не нуждался в изощрениях своих учеников.

Цинь Юэ тоже поздравил его и спросил:

— Профессор, когда состоится церемония вручения Нобелевской премии?

— Чрез два месяца, десятого декабря.

— Профессор, вы можете взять нас на церемонию награждения?

После этого вопроса от Харди все в кабинете навострили уши.

Даже Вэй Вэнь, с головой погрузившийся в бумаги, обратил внимание на разговор.

Не так много возможностей принять участие в Нобелевском обеде, особенно — для математиков.

Если кто-то не занимался экономическими исследованиями, у него практически не было шансов…

Само собою, их руководитель — исключение.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Нет проблем. Если хотите, то можете поехать со мной. Но у меня есть условие.

Джерик поднял руку и спросил:

— Какое?

Лу Чжоу спокойно ответил:

— Любой, кто хочет поехать, должен закончить свою дипломную работу к концу месяца. Вы довольно долго учились, пришло время подумать об окончании.

— Закончить диссертацию? — Харди недоумевал. — Но, профессор, мы только в этом году получили степень магистра…

— Тогда постарайся получить докторскую степень к следующему году, — Лу Чжоу улыбнулся. — Это однозначно выполнимо на вашем уровне. Мои требования — достаточно просты. Мне не нужно, чтобы вы долго работали под моим руководством. Просто сделайте работу, которой я буду доволен.

Харди, Цинь Юэ и Джерик молча недоумевали.

Легко, да?!

……..

Даже в Принстоне получить Нобелевскую премию — очень почетно.

За всю историю в Принстоне было 25 Нобелевских лауреатов, и большинство из них — в области физики. Но независимо от области, лауреаты Нобелевской премии попадали в зал славы Принстона, чтобы будущие ученые могли ими восхищаться.

Однако фотография Лу Чжоу уже висела в зале славы рядом с 12 лауреатами Филдсовской премии. Очевидно, они не могли повесить две его фотографии.

Чтобы отпраздновать, Институт перспективных исследований устроил вечеринку.

Первоначально Лу Чжоу планировал устроить вечеринку у себя дома и не ожидал, что Институт перспективных исследований позаботится об этом за него. Она состоялась в первом лекционном зале.

Оказалось, что этот зал для докладов, пристроенный к кафе и столовой, отлично подходит для проведения серьезных математических докладов и торжеств.

На вечеринке профессор Фефферман с бокалом шампанского в руках поприветствовал Лу Чжоу.

— Поздравляю, не ожидал, что ты станешь первым ученым, получившим Филдсовскую и Нобелевскую премии, еще поставив рекорд там и там… Думаю, что Книга рекордов Гиннесса может открыть новую подкатегорию для тебя.

Лу Чжоу сделал глоток шампанского и улыбнулся:

— Нелепо, чтобы Гиннес создал новую подкатегорию ради двух рекордов.

Профессор Фефферман подшутил:

— Это не просто два рекорда. Молчу про то, что тебе всего 25 лет. Уверен, многие аспиранты по истории захотят написать о тебе в качестве темы своей диссертации.

Согласно статистике, ведущие журналы на работы Лу Чжоу ссылались очень часто. Однако это первый раз, когда Лу Чжоу услышал о том, что кто-то пишет диссертацию о нем.

Смогут ли они закончить университет с такой диссертацией?

Лу Чжоу сомневался.

Профессор Фефферман — не единственный, кто поздравлял Лу Чжоу. Его руководитель, профессор Делинь, тоже был здесь.

Старик произнес тост:

— Я считаю, что математика должна быть чистой, но уверен, у тебя — собственное мнение об этом. Как бы то ни было, должен поздравить тебя. Ты достиг исторических достижений в юном возрасте.

Лу Чжоу искренне поблагодарил его:

— Спасибо.

— Не благодари, то, чему я учил тебе, даже не пригодилось, — пошутил Делинь, который был всегда серьезен. — Мы думали, что Виттен станет первым, кто получит Филдсовскую и Нобелевскую премии. Никто не ожидал, что ты опередишь его.

Профессор Виттен услышал старого друга и улыбнулся:

— Только если я смогу прожить еще сто лет, иначе невозможно доказать мою теорию экспериментально.

Чрезвычайно трудно найти след теории суперструн в лаборатории, не говоря уже о том, чтобы доказать. Доказательство 11-мерной М-теории в теории суперструн — немыслимо.

Сейчас мир физики все еще тестировал и исследовал границы стандартной модели. Они все еще очень далеки от входа в одномерную вселенную.

Однако некоторые проблемы не предназначены для решения в этом столетии.

Пока физика продолжает развиваться, однажды найдется кто-то, кто докажет его теорию.

Точно так же, как столетие спустя, человечество все еще тщательно проверяло теорию относительности Эйнштейна, пока не обнаружило существования гравитационных волн. Независимо от того, докажут ее или опровергнут, только люди в будущем будут знать ответы на нерешенные вопросы, оставленные их предшественниками...

Глава 451. Уклончивый ответ

Получение премии на какое-то время взволновало Лу Чжоу, и его заняли различные мероприятия, связанные с премией, однако это не нарушило его план исследований.

Как он сказал, будь то Филдсовская или Нобелевская премии, награды — не причина для исследований, это только вишенка на торте.

Его ждали более великие свершения.

Химическая лаборатория Фрика.

Лу Чжоу дал Конни флешку и, зевая, произнес:

— Я уже составил математическую модель и сделал некоторые предсказания относительно положения зоны с нулевой дисперсией. А степень надежности зависит от результатов ваших экспериментов.

Хотя математическая модель — не что-то, ради чего он надрывался до смерти, чтобы закончить, когда он погружался в исследования, время пролетало незаметно.

Конни взял флешку и удивленно посмотрел на Лу Чжоу:

— Вы уже закончили?

— Я просто опытный… — Лу Чжоу потер свои сонные глаза. — Когда переваришь все то, чему я тебя обучил, плюс разовьешь интуицию к числам, то, уверен, сможешь делать то же самое.

Конни нахмурился.

— Но, профессор Лу, ваши теоремы — слишком сложны.

На самом деле он хотел сказать, что если достигнет этого же уровня, то тоже сможет выиграть Филдсовскую премию.

— И именно поэтому ты должен научиться этому, поскольку это трудно, — Лу Чжоу похлопал Конни по плечу, чтобы подбодрить. — Если однажды я больше не вернусь в Принстон, именно тебе придется передать мои теоремы.

Слова потрясли Конни:

— Не вернетесь в Принстон? Вы собираетесь уехать?

Лу Чжоу рассмеялся и не стал давать конкретного ответа:

— Просто гипотетическая ситуация. Независимо от того, здесь я или нет, наука и знания должны продолжать распространяться. Вы с Джериком лучше всех понимаете мою теорию. По сравнению с Джериком, у тебя больше экспериментального опыта… Конечно, он — сильнее в математике. Так что работай усерднее, наука процветает благодаря общению. Я могу только создавать знания, а распространение зависит от вас.

Конни со всей серьезностью кивнул:

— Я сделаю все, что в моих силах, профессор Лу.

Лу Чжоу удовлетворенно кивнул и еще раз похлопал его по плечу. Ничего больше не сказав, он развернулся и ушел.

…………………………………………

Исследование сверхпроводников шли как положено, пока Лу Чжоу занялся своей другой работой.

Студентам не понадобилось много времени на выбор тем для диссертаций. Даже Харди к середине месяца определился.

Хотя Харди — немного раздолбай, у него имелись навыки.

Поскольку он смог пройти через двери Принстона, его способности и усердие выше таковых у обычных людей.

Например, гипотеза Коллатца, над которой работали все трое…

Хотя Лу Чжоу — тот, кто установил изначальное направление, а Вера — та, кто сделала большую часть работы. Однако, как и сказала Вера, она не смогла бы сделать все хорошо без помощи двух других учеников.

Изучив все предложенные темы, Лу Чжоу провел весь день, беседуя с каждым из учеников. Он также высказал свое мнение по их темам, и на какой области следует сосредоточиться.

Цинь Юэ и Харди следовало сосредоточиться на аналитической теории чисел, в то время как Вера — почти такая же всесторонняя, как Лу Чжоу.

Хотя этот путь труден, с ее талантом и любовью к математике стоило попробовать.

После того, как они выбрали свои темы, пришло время и магистрантам определиться со своими дипломными работами.

По предложению Лу Чжоу, Джерик выбрал прикладную математику или, если точнее, вычислительное материаловедение.

Эта область полна возможностей, особенно после того, как Нобелевская премия по химии досталась "теоретической модели структуры электрохимического интерфейса".

Больше всего Лу Чжоу поразило решение Вэй Вэня.

Этот гений, который однажды проиграл Лу Чжоу на конкурсе по математическому моделированию, не только определился с темой, но и закончил работу.

— Я в действительности хотел поговорить с тобой после того, как ты выберешь тему, и узнать, могу ли я чем-нибудь помочь, но, судя по всему, у тебя есть свои планы… тогда покажи мне свою работу.

— Хорошо, профессор!

Хотя Вэй Вэнь очень гордился, что закончил первым, он не мог не беспокоиться, отдавая свою работу.

В конце концов, он не советовался с мнением своего научного руководителя, когда выбрал тему.

Однако Лу Чжоу — не придирчивый человек, и его вполне устраивало, что Вэй Вэнь принял самостоятельное решение.

Лу Чжоу быстро прочитал работу и задумался, где-то через минуту он высказал свое мнение:

— Изучение когерентного состояния негармонического осциллятора в гильбертовом пространстве — классическая проблема в квантовой механике и в теоретической физике. Это не очень популярно, но тут много мест для изучения. Что касается твоей работы, то я заметил проблемы, начиная с четвертого раздела, поэтому предлагаю переписать его перед публикацией.

Вэй Вэнь занимался функциональным анализом и сейчас сосредоточился на проблемах, связанных с гильбертовым пространством. Лу Чжоу предполагал, что в будущем его направлением исследований, скорее всего, станет математическая физика.

Лу Чжоу вернул работу Вэй Вэню и с улыбкой произнес:

— Исключая незначительные проблемы, статья хорошо написана. Поправь ее, и можешь попытаться отправить ее в PRL.

Услышав это предложение, Вэй Вэнь удивился. С застывшим лицом он немного дезориентировано спросил:

— PRL примут эту статью?

PRL — аббревиатура от Physical Review Letters, легендарного журнала по физике.

Публикация в PRL не означает, что автор — эксперт. Однако публикация в PRL достойна упоминания на официальном сайте любого университета Китая

Лу Чжоу усмехнулся:

— Испугался?

Вэй Вэнь быстро успокоился и покачал головой:

— Нет.

Лу Чжоу одобрительно кивнул и улыбнулся:

— Не так просто добиться результатов в области теоретической физики. Еще труднее убедить других, что твои результаты важны. Однако следует помнить одно. Всегда надо верить в себя. Надо верить, что твои исследования верны и достаточно хороши. Только тогда сможешь убедить и других.

— Я понял.

Лу Чжоу посмотрел на расстроенного Вэй Вэня и понял, почему тот переживает.

Поэтому он спокойно сказал ему:

— Если PRL откажет тебе, то можешь попробовать Physics Today, поскольку опубликовать там будет легче. Будь то PRL или PT, пока твою работу примут, я позволю тебе закончить. Надеюсь, что ты сможешь сосредоточиться на своих исследованиях и не позволишь давлению образования забивать твою голову.

Physics Today схожа с PRL, и принимала статьи всех направлений по физике.

Честно говоря, для Вэй Вэня немного трудно пройти в PRL, но Physics Today гораздо более реалистичен.

Вэй Вэнь вздохнул с облегчением и принял окончательное решение:

— Я постараюсь изо всех сил!

Глава 452. Математика ищет истину

В последнее время Лу Чжоу был занят исследованиями сверхпроводников и выпуском своих учеников.

Хотя он подписался на уведомления о работе Майкла Атьи о гипотезе Римана, он не обратил внимания на Гейдельбергский форум лауреатов. К тому же, из-за внезапного звонка о Нобелевской премии он совершенно забыл об этом.

До недавнего времени, пока он неожиданно не получил приглашение написать отзыв на статью для математического ежегодника.

Лу Чжоу вспомнил об этом сенсационном математическом событии только тогда, когда главный редактор Питер Сарнак захотел, чтобы он написал короткий комментарий, не более пятисот слов, о работе Атьи.

Утром, когда Лу Чжоу пришел в свой кабинет, Харди подошел к нему с какими-то бумагами.

— Профессор, я распечатал статью, что вы хотели.

Лу Чжоу взял у Харди статью Атьи и удивился, после чего перевел взгляд на Харди.

— И это все?

— Да, профессор, — кивнул Харди. — Уверен, что это все.

В статье — всего пять страниц, и лишь три ссылки на другие источники. Была даже небольшая опечатка в тексте, в третьем и четвертом подразделах, хотя это не такая уж и большая проблема.

Если бы это было докторской диссертацией, то ее однозначно не приняли бы. Однако академическое сообщество более терпимо, когда речь идет о знаменитом ученом.

Например, когда Эндрю Уайлс впервые доказал последнюю теорему Ферма, он даже добавил предисловие к работе. Он написал о своем детстве и последней теореме Ферма, заставляя улыбаться читателей.

Сэр Атья — также очень капризен. В конце концов, он — лауреат Филдсовской и Абелевской премий, а теорема Атьи — Зингера об индексе эллиптического оператора, одно из самых важных математических достижений 21 века.

Однако это не главное.

Математики не стали бы слепо доверять человеку только из-за его прошлых достижений или наград.

Лу Чжоу не очень верил в эту работу, однако его попросил Сарнак, а автор статьи — весьма уважаемый ученый, поэтому Лу Чжоу сидел у себя в кабинете и читал пятистраничную работу, объективно оценивая ее.

Однако чем больше он читал, тем больше хмурился.

Как и утверждал сэр Атья, он использовал очень простой метод "решения" проблемы.

Как и ожидалось, подобные заявления часто оказывались ненадежными…

Прочитав полностью статью, у Лу Чжоу сформировалось базовое понимание доказательства.

В основном, в статье Атья использовал слабую аналитическую функцию, называемую функцией Тодда. Он также использовал гипотетический метод, чтобы связать функцию Тодда с тонкими структурами физики.

Самое неприятное — не то, что он не описал конкретно, что за функция Тодда в его работе или ее связь с дзета-функцией Римана, а то, что он использовал контр-доказательство.

Да, он действительно доказывал путем противоречия.

То есть, если гипотеза Римана ошибочна, то его теорема противоречива.

Поскольку его теорема непротиворечива, то гипотеза Римана верна…

Прочитав это, Лу Чжоу сделал вывод.

Хоть это и прискорбно, первоначальные мысли Лу Чжоу были правильными.

Харди увидел, что профессор сидит со странным выражением, поэтому спросил:

— Профессор, что вы думаете об этой работе?

Лу Чжоу вдруг улыбнулся и отложил ее в сторону.

— Ты ведь тоже занимаешься теорией чисел, у тебя нет своего мнения?

— Я не изучал дзета-функцию Римана… честно говоря, работа сэра Атьи слишком эзотерична, и он использовал какие-то физические термины.

— Верно, Атья воспользовался терминами физики. Профессор Виттен, который его очень хорошо знает, сказал, что сэр Атья только недавно увлекся физикой. Физическая интуиция Атья, мягко говоря, не очень... Что касается его работы, то он построил слабую функцию Тодда и объединил ее с физикой.

Харди не сдержал вопроса:

— Есть проблема со слабой функцией Тодда?

— Я не знаю, есть ли с ней проблема… Поскольку объем информации, который можно извлечь из этого, слишком мал, пока не могу сказать. Самая большая проблема его работы в том, что он вводит постоянную тонкой структуры в физике.

— Постоянную тонкой структуры?

— Да… — Лу Чжоу кивнул. — Это безразмерное число в физике, обозначаемое альфой, которое обычно используется в квантовой электродинамике.

Это очень важная концепция в физике, которую часто использовали для измерения интенсивности заряженных частиц и электромагнитных полей.

Примечательно, что физики потратили больше века, чтобы вывести значение альфы с точки зрения физики, после чего стали пытаться "изобрести" для нее математическую формулу.

К сожалению, до сих пор это никому не удалось, и большинство людей сдалось.

Однако в своей работе Майкл Атья опрометчиво использовал эту концепцию в качестве основы своих аргументов.

Это жестокое сравнение, но точно так же сделал бы профессор Енох….

Харди с сожалением сказал:

— Вы говорили, Атья — уже не в расцвете сил.

— Не совсем, — Лу Чжоу покачал головой. — Даже если он ошибается, его храбрость все равно достойна похвалы.

В академических кругах есть четкое различие между "честной ошибкой" и "научным обманом".

В последние годы своей жизни Эйнштейн много раз заявлял, что открыл единую теорию поля и продолжал исследовать ее до самой смерти… Тогда никто не верил в его расчеты, и они просто тихо сопровождали его до самого конца.

В любом случае, проводить исследования в 90 лет — непросто.

Еще более похвально — рисковать своей честью и репутацией, чтобы бросить вызов вершинам.

Поэтому, как и сказал Лу Чжоу, пока старик счастлив, конечный результат не важен.

………………………..

Лу Чжоу подумывал о том, чтобы написать отзыв для математического ежегодника, но в итоге он вежливо отказался. Он сказал, что очень занят своими исследованиями и уклончиво отклонил приглашение Питера Сарнака.

Это отличалось от сложных и длинных работ Синъити Мотидзуки. Никто не знал, прав ли тот, поэтому не хотел вставать и что-то говорить.

Но проблемы в работе Атьи — очевидны. Даже не надо иметь глубокое понимание математики, чтобы увидеть их.

Несмотря на его молчание, все поняли, что происходит.

Лу Чжоу решил позволить Фальтингсу заняться унижением.

В конце концов Фальтингс известен среди математиков своей безжалостностью.

Однако если бы вместо него 25-летний парень занялся этим…

Это было бы довольно грубо по отношению к старику.

Ответив Сарнаку, Лу Чжоу внезапно понял, почему никто в Институте перспективных исследований не говорил об этом.

В конце концов, все когда-нибудь состарятся, и все нуждаются в уважении и достоинстве.

Особенно — в случае уважаемых ученых.

Кроме того, СМИ любили использовать громкие заголовки, чтобы привлечь внимание. Они скорее верили, что 90-летний Атья — вовсе не старый.

К сожалению, математика ищет истину, и не будет потворствовать публике.

Глава 453. 101К

Недавно в математическом мире поднялась шумиха.

Сначала — сэр Атья и гипотеза Римана, потом — Шольце и Синъити Мотидзуки.

Недавно Петер Шольце и Якоб Стикс в соавторстве написали статью о теореме Тейхмюллера Шиничи Мотидзуки, где сообщали, что процесс доказательства Синъити Мотидзуки нуждается во многих исправлениях.

Конечно, по мнению Мотидзуки, места, которые указал Шольце, не имеют никаких проблем.

Он напишет статью, чтобы все объяснить.

По сравнению с плохой работой Атьи, это столкновение, очевидно, гораздо популярнее в математическом сообществе.

В конце концов, ходили слухи, что в мире осталось менее 20 человек, способных понять 500-страничную книгу Мотидзуки, создавшую немало споров в 2012 году.

С одной стороны — основатель "анабелевой геометрии", "теоремы Техмюллера" и ученик Фальтингса, а другой — создатель "теории перфектоидных пространств" и лауреат Филдсовской премии.

Между ними возникло напряженное противостояние, ослепляющее посторонних наблюдателей.

К сожалению, в сравнении с теорией чисел, Лу Чжоу не слишком хорошо разбирался в алгебраической геометрии, а тем более — в крайне непопулярной анабелевой геометрии.

abc-гипотеза — не то, на что Лу Чжоу хотел обращать внимание. Он подписался на уведомления по этой теме и оставил ее в стороне. Он вложил всю свою энергию в исследование сверхпроводников.

Хотя математическая модель завершена, ему все еще нужно присутствовать в лаборатории.

Любые теоремы, основанные на расчетах, можно подвергнуть сомнениям. Вычислительное материаловедение может только направлять эксперименты, но не определять конечные результаты.

Лу Чжоу не оставался в лаборатории только чтобы как можно быстрее получить результаты. Он также хотел усовершенствовать свои собственные теории с помощью знаний, полученных в ходе экспериментов.

Время летело быстро, наступал конец октября.

В комнате с растровым электронным микроскопом химической лаборатории Фрика тихо праздновали.

Отчего тихо?

Потому что приборы и образцы в лаборатории — слишком "хрупкие", плюс эксперименты немного метафизические, где даже мельчайшие вибрации могли повлиять на окончательные результаты.

— Это n-тип проводимость! Мы сделали это!

Конни сжал кулаки, глядя в возбуждении на изображения с микроскопа. Он записал данные и воскликнул:

— Я так и знал! Вы делаете даже самый фантастический проект возможным!

Подобный комплимент — столь же неожиданный, как и результаты эксперимента. Лу Чжоу смутился и ответил:

— Это преувеличение, я лишь предоставил математическую модель.

Рядом с ним стоял профессор Чирик, такой же воодушевленный. Однако он тут бывал чаще Конни.

Поэтому он улыбнулся и пошутил:

— Не надо скромничать. Твоя математическая модель, однозначно, полезна. Если бы мы использовали традиционные методы поиска, мы бы не получили такие результаты к концу года.

В отличие от Института вычислительного материаловедения в Цзиньлине и Лаборатории Саррота, они сосредоточились на теории и поиске двух энергетических зон со структурой, близкой к нулевой дисперсии…

Используя математическую модель Лу Чжоу, они экспериментально определили положение двух зон, находящихся в точке Дирака на краях отрицательного и положительного допинга.

Какая от этого польза?

Пользы много.

Найти зону нулевой дисперсии означало найти изолятор Мотта.

Когда они приложили небольшое напряжение к материалу с двумерной структурой и добавили определенное количество электронов к изолятору Мотта, один электрон в сочетании с другими электронами в графене позволил бы им пройти через ранее недоступное место.

На протяжении всего этого процесса Лу Чжоу и его команда измеряли сопротивление материала и снижали температуру. Вскоре они обнаружили, что, когда температура опускалась до 101К, скорость снижения сопротивления неожиданно достигала пика, и значение сопротивления также приближалось к нулю.

Очевидно, это то, что они искали.

Иногда теория и прикладные исследования не вызывали противоречий, особенно в области материаловедения.

Само собой, в основе этих простых исследований лежало множество теоретических проблем, которых Лу Чжоу не мог объяснить.

Например, он не мог объяснить ширину запрещенной зоны вблизи 1,1 градуса, или какой параметр надо использовать для описания изолятора Мотта, образованного под этим углом…

Возможно, кто-то в будущем погрузится в эти теоретические проблемы, или их партнеры по исследованию заинтересуются этим в последующих работах.

Но в общем, когда они изменили концентрацию носителей заряда с помощью N-легетирования, они также скорректировали угол наложения материалов. Наконец, они нашли "полузаполненную" структуру под новым углом.

Когда температура достигла 101К, как они и предполагали, материал достиг сверхпроводимости.

Хотя 101К — не высокая температура, в некотором роде это удивительное достижение.

Конни взволновано посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Профессор, как мы должны назвать этот новый материал?

— Вы уверены, что я должен его называть?

Лу Чжоу не очень хорошо придумывал названия. И он это прекрасно понимал.

Однако эти двое не знали этого.

Не только Конни, даже Чирик улыбнулся и сказал:

— Конечно, это должен сделать ты.

Лу Чжоу не хотел отказываться от их любезного жеста, он со всей серьезностью подумал и сказал:

— Хорошо, тогда назовем его СГ-1.

СГ-1 означало сверхпроводящий графен. Хотя можно было дать название, исходя из метода производства или типа соединения, функциональное название легче различать.

В конце концов, существовало множество способов, с помощью которых двумерные кристаллы могли накладываться друг на друга, не говоря уже о сложных химических методах обработки, которые можно отнести к легированию графен N-типа.

Сначала Лу Чжоу испытывал неуверенность, но его устраивало такое название.

Конечно, он еще должен был узнать мнение двух своих коллег:

— Что вы думаете о таком названии?

Конни и Чирик молчали.

Не получив ответа, Лу Чжоу заволновался:

— Что такое?

Чирик и Конни переглянулись, и на их лицах отразилась беспомощность.

Конни произнес:

— Ничего, СГ-1 это… это захватывающее открытие, я надеялся, ты придумаешь крутое название.

Но, вообще, это в стиле Лу Чжоу.

Модифицированная ПДМС пленка и ПУС-2…

Я знал, что не стоило доверять ему называть материал...

Лу Чжоу мог только промолчать.

Глава 454. Почему бы не стать публичными?

В начале года команда Пабло Хамильо-Эрреро добилась отличных успехов в исследовании сверхпроводимости графена, открыв новые возможности в исследованиях сверхпроводников.

Всякий раз, когда угол наложения двух графенов приближался к значению 1,1 градуса, структура энергетической зоны становилась близка к энергетической зоне с нулевой дисперсией, благодаря чему, когда зона наполовину заполнена, образовывался изолятор Мотта.

Этот результат исследования вызвал огромный переполох.

Большинство не считали сверхпроводимость при такой температуре чем-то особенным, но в действительности проект полон потенциала.

Чтобы понять причину, необходимо прояснить основную концепцию, которая заключалась в том, что температура сверхпроводящего перехода пропорциональна концентрации носителей заряда в материале.

Поэтому теоретически, пока концентрация носителей заряда увеличивается, верхний предел температуры сверхпроводника можно увеличить.

Например, графен имел концентрацию носителей заряда всего 10^11см^-2 и температуру перехода 1К.

Напротив, температура сверхпроводящего перехода оксида меди составляла около 100К, в то время как концентрация носителей заряда в одномерном материале составляла порядка 10^14 см^-2.

Превосходство графеновых материалов над меднооксидными легко прочувствовать, даже не разбираясь в химии.

Существовало много способов увеличить концентрацию носителей заряда в графене. Легирование можно разделить на легирование N и P типов, и сами легирующие примеси можно также разделить на легирующие малые молекулы, легирующие металлы и так далее.

Именно поэтому у графена — преимущество.

Атомные листы двумерных материалов можно сложить и объеденить различными способами для формирования новых структур. Эти новые структуры часто обладали новыми свойствами, что означало наличие почти бесконечного числа возможностей.

Недостатком являлось то, что это очень дорого.

Однако исследователи зачастую не думали о затратах.

Как сократить издержки, получить прибыль… О подобных вещах должна заморачиваться промышленность.

Но в этот раз Лу Чжоу надеялся, что промышленность сможет поторопиться и найти способ эффективно воспроизвести результаты его исследований.

Система не давала ему много времени.

Ему нужно построить термоядерный реактор DEMO до 2025 года, поэтому сверхпроводники необходимы.

В конце концов, он же не мог построить термоядерное устройство магнитного удержания таких же масштабов, как большой адронный коллайдер...

В тот же вечер, после получения результатов, Лу Чжоу пригласил Конни, профессора Чирика и двух его помощников выпить в лучшем баре на площади Палмера.

Очевидно, выпивка оплачивалась из исследовательского фонда.

В конце концов, исследовательский фонд полностью состоял из средств Лу Чжоу.

Профессор Чирик сел рядом с Лу Чжоу и заказал коктейль.

— Если честно, почему ты вдруг заинтересовался сверхпроводниками? Батареи ведь выгоднее.

В самом исследовании нет ничего плохого. Независимо от того, насколько непопулярным было направление, все равно кто-то да занимался этим. Однако прошлые исследования Лу Чжоу были направлены на материалы электродов, поэтому его внезапный переход к сверхпроводникам вызвал искреннее недоумение у Чирика.

В конце концов, хотя область сверхпроводников — не обязательно не популярна, она определенно не высокодоходная область.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если бы я сказал, что это ради будущего человечества, ты бы мне поверил?

— Ты пьян, — Чирик посмотрел на бармена и сказал:

— Эй, сделай ему кровавую Мэри.

— Не слушай его, вместо Мэри сделай текилу Санрайз. Пей сам этот томатный сок, — Лу Чжоу сделал паузу. — Ладно, честно говоря, мой эксперимент нуждается в большем ограничивающем электромагнитном поле. Традиционные сверхпроводники из оксида меди уже достигли инженерного предела в напряженности электромагнитного поля, поэтому я ищу новые материалы.

Профессор Чирик спросил:

— Ради теоретической физики?

Он слышал об истории Лу Чжоу с 750ГэВ.

Лу Чжоу взял стакан текилы и медленно сделал глоток, после чего двусмысленно ответил:

— Полагаю.

— Хорошо… Делать исследования, чтобы проводить больше исследований, можно рассматривать как причину, — ответил Чирик, встряхивая стакан в руке с беспомощностью на лице. Он неспешно поднял бокал:

— Выпьем за твою страсть к исследованиям.

— Спасибо.

Они легонько чокнулись стаканами.

Бары на площади Палмера были довольно неинтересными. Кроме жителей маленького городка, посетителями здесь были, в основном, все принстонские профессора и студенты.

Сцены как из популярных американских фильмов редко можно здесь увидеть, если только не пойти в более популярный бар.

Конни сказал, что, если они хотят повеселиться, им следует ехать в Филадельфию.

Однако Лу Чжоу сказал, что алкоголя достаточно для расслабления его уставшей головы.

Стоит заметить, что, хотя атмосфера тут не напряженная, всех переполнял энтузиазм.

Профессор Чирик проиграл спиртному и, спотыкаясь, побрел в туалет. Молодая симпатичная азиатка, похоже, заметила, что Лу Чжоу сидит один, поэтому подошла и села рядом с ним. Улыбнувшись, она попросила его номер телефона.

Но Лу Чжоу быстро понял, что это одна из его прошлых учениц. К тому же, он несколько раз уже оставлял свой номер телефона и почту на доске на своих лекциях.

Очевидно, она не могла не знать его номер.

Лу Чжоу не знал, чего она хотела. Возможно, просто развлечься.

После того как Лу Чжоу ее раскусил, девушка удивилась и тихо ушла.

Группа пьяных мужчин веселилась до раннего утра, прежде чем разойтись по своим домам.

На следующей день компания Star Sky Technology прислала команду юристов из Филадельфии, чтобы помочь с патентной заявкой.

Они смогут опубликовать статью только после получения номера патента.

Если сделать наоборот, то скорее всего они не смогут получить патент, поскольку продукт уже не будет иметь новизны.

Чтобы получить патент как можно скорее, Уайт Шеридан лично приехал в Принстон.

Увидев заявку на патент от Лу Чжоу и посмотрев на описание, он не мог не спросить:

— Неужели вы не думали о том, чтобы стать публичными?

— Публичными?

Шеридан искренне попытался убедить его:

— Да, только за счет дохода от патентов, не считая разовой покупки, наша годовая прибыль — менее ста миллионов долларов. Но если мы станем публичными, с нашим потенциалом на рынке литий-серных аккумуляторов и энергетической отрасли, вы станете мультимиллиардером менее чем за год.

Лу Чжоу должен был признать, что это звучало довольно привлекательно.

Но услышав заявление про мультимиллиардера, он рассмеялся. После чего спокойно ответил:

— Рыночная стоимость — иллюзия. Я подумаю об этом, если смогу превратить это все в наличные деньги, но даже если могу, то предпочту не отчитываться перед советом директоров, когда хочу создать новый проект.

Он создал компанию с целью облегчить свою исследовательскую работу, и не собирался менять ее.

Что касается возможности стать мультимиллиардером…

Честно говоря, Лу Чжоу не знал, как потратить и пару сотен миллионов у себя на счету.

— Хорошо… Но не думаю, что найдутся инвесторы, которые будут мешать вам проводить эксперименты, даже если вы владеете лишь 1% акций.

У Шеридана было беспомощное лицо.

Не так много людей, столь же упрямых, как Лу Чжоу.

Впрочем, ему не на что жаловаться.

Хотя Лу Чжоу очень хотел контролировать компанию, зарплата — довольно щедрая.

Одной ее достаточно, чтобы развеять все его лишние мысли.

Глава 455. Хорошая возможность

С помощью Уайта Шеридана номер патента получили быстро. Даже быстрее, чем прошлая команда юристов в Китае.

Шеридан — бывший руководитель отдела интеллектуальной собственности Verizon. Только это оправдывало половину его зарплаты.

После получения номера патента остальное пошло гладко.

С помощью умелых и дорогих адвокатов за спиной, процесс утверждения — как прогулка в парке.

В действительности, для более популярных патентов, разрешение на выдачу патента — не что-то необычное.

Однако несмотря на то, что область сверхпроводников популярна в научных кругах, она не очень привлекательна для рынка.

Это можно заметить по исследовательской группе Пабло Харильо-Эрреро.

До получения 10 миллионов долларов от Лу Чжоу, их команда финансировалась фондом Гордона и Бетти Мур и Национальным научным фондом, они не получали финансирование ни от одной компании на рынке.

В общем, с помощью Конни Лу Чжоу закончил статью к середине ноября.

Лу Чжоу собрал двух других авторов статьи, после чего они пошли в кофейню для членов клуба Плюща.

— Статья закончена, я связался с профессором Эрреро и его группой. Они очень заинтересовались в теоретическом объяснении запрещенной зоны под новым углом, и они продолжат проводить исследования в этой области, — Лу Чжоу сделал паузу и окинул взглядом двух коллег. — Если все пойдет хорошо, после этой статьи наше сотрудничество и соглашение о исследованиях с профессором Эрреро прекращается.

Поскольку они находились в кофейне, все трое не стали хлопать в ладоши, а просто тихо чокнулись чашками.

Как только начнутся исследования сверхпроводимости графена, два научно-исследовательских института Лу Чжоу обязательно проведут прикладные исследования в поисках улучшений материала СГ-1 и повышения температуры перехода сверхпроводимости.

Что же касается профессора Эрреро, то он, судя по всему, больше интересовался теоретическими аспектами.

Поэтому суть их исследований будет сильно отличаться, пусть они и будут работать в одном направлении.

Конечно, даже если их сотрудничество закончилось, исследовательский фонд Лу Чжоу в 10 миллионов долларов продолжит поддерживать исследования профессора Эрреро.

В конце концов, исследовательская группа профессора Эрреро внесла большой вклад в проект.

Лу Чжоу также надеялся, что исследовательская группа профессора Эрреро сможет получить еще более поразительные теоретические результаты, даже если это может показаться невыгодным.

Теоретические исследования лежали в основе прикладных исследований, и на первый взгляд бесполезные вещи могли сыграть решающую роль.

Лу Чжоу объяснил своим коллегам ситуацию, потом после небольшой паузы посмотрел на Конни и сказал:

— Как уже говорил ранее, работа профессора Эрреро будет в теоретическом направлении. Ты уже год проработал в Массачусетском технологическом институте, поэтому должен знать об их исследованиях больше, чем я. Мне хотелось бы услышать твои планы на будущее.

Метод расчета материалов — инструмент, будь то для "вычислительного материаловедения", переосмысленное Лу Чжоу или для "первичных положений", широко принятых сообществом вычислительной химии.

Этот инструмент может использоваться как для прикладных, так и для теоретических исследований. Однако похоже Конни определился с направлением дальнейших исследований.

Он долго колебался, после чего неуверенно сказал:

— Я хочу продолжить исследования.

Услышав его ответ, Лу Чжоу кивнул:

— Через несколько дней я напишу тебе рекомендательное письмо. Отнеси его в лабораторию Саррота в Кремниевой долине. Профессор Саррот устроит для тебя работу. У тебя будет своя исследовательская группа, которая будет, в основном, отвечать за вычислительную химию и исследования сверхпроводников… Само собой, выбор — за тобой. Если хочешь работать в каком-нибудь университете, то я могу написать тебе еще одно рекомендательное письмо.

Поскольку нет никаких методов вычислительной химии, которым Лу Чжоу мог бы его научить, это рекомендательное письмо означало, что Конни наконец-то мог закончить аспирантуру.

Лу Чжоу пригласил работать Конни под своим началом. Однако если у того другие планы, Лу Чжоу будет уважать его решение.

Конни почесал затылок и улыбнулся:

— Я бы предпочел работать в вашей лаборатории.

Проводить исследования в каком-нибудь университете? Нет, спасибо. Лучше работать под Нобелевским лауреатом.

Не говоря уже о том, что, по словам Лу Чжоу, Конни станет небольшим начальником. У него будет хорошее финансирование и люди, работающие на него. Самостоятельно он заработает подобное положение только годам к 40.

Хотя у Конни — тело гориллы, он вовсе не глуп.

Услышав ответ Конни, Лу Чжоу улыбнулся и протянул ему правую руку:

— Добро пожаловать в команду.

Конни пожал ему руку и продолжил разговор об исследованиях.

С серьезным лицом он спросил:

— Точно, профессор Лу, поскольку статья уже написана, что дальше? Мы отправим ее в журнал или представим на конференции?

Лу Чжоу подумал немного и ответил:

— Лучше — на конференции. Если поторопимся, то сможем представить ее на конференции MRS этой осенью.

Хотя срок, указанный на официальном сайте, истек, лауреат Нобелевской премии имел особые привилегии, независимо от того, как он будет представлять или насколько важная тема доклада.

Профессор Чирик спросил:

— Ты планируешь поехать на нее?

Лу Чжоу покачал головой:

— Мне надо ехать в Стокгольм, поэтому, боюсь, у меня нет на это времени.

Конференция MRS проводится на следующий день после черной пятницы, начиная с конца ноября и до начала декабря. Продолжительность зависит от размера конференции.

В теории, Лу Чжоу мог бы присутствовать, однако у него — очень плотный график.

Услышав, что Лу Чжоу не собирается присутствовать, профессор Чирик улыбнулся:

— Раз у тебя нет времени, тогда я поеду вместо тебя.

Это хороший шанс выпендриться... Проявить себя в этой отрасли.

С его достижениями, для Лу Чжоу не нужно подобное, а вот для профессора Чирика — это хорошая возможность.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой, видя нетерпение профессора Чирика.

— Тогда доклад на тебе… Конни, езжай с профессором Чириком. Ты можешь побыть его помощником в подготовке доклада.

Конни взволнованно кивнул.

— Хорошо, профессор!

Глава 456. Приглашение на церемонию вручения Нобелевской премии

С середины октября погода в Цзиньлине становилась все холоднее, уже сейчас на улице по ощущениям — почти зима.

В кабинете факультета физики Цзиньлинского университета от кружки-термоса шел пар.

Профессор Ли Жунэнь сидел за своим столом и пил чай, просматривая информацию о конференции на компьютере.

Вскоре должна состояться ежегодная осенняя конференция MRS, и все доклады и статьи, которые там будут, уже опубликовали.

Независимо от возможности посетить саму конференцию, любой в области материаловедения обратит на нее внимание.

Судя по тенденциям, в этом году наблюдался рост исследований графена.

Среди них больше всех выделялось исследование графена в качестве сверхпроводника.

101К!

Это число потрясло сообщество материаловедения.

Хотя статью разместили на официальном сайте после истечения крайнего срока, согласно рейтингу сайта, она стала одной из трех лучших работ.

Ли Жунэнь не занимался сверхпроводниками и имел поверхностное понимание графеновых материалов, только поскольку большая часть его исследований сосредоточена вокруг углеродных нанотрубок. Однако это не помешало ему прочитать статью и понять ее значимость.

Прочитав статью, он отложил ее в сторону и не сдержался, воскликнув:

— Невероятно!

Графеновый сверхпроводник.

Несколько лет назад эта концепция была далекой мечтой. Не ожидал, что через пару лет из теории она станет явью.

Более того, если верить статье, то температура в сто один Кельвин — даже не предел.

Теоретически, пока концентрация носителей заряда в графене увеличивается, температура также может увеличиваться… Хотя этого сложно добиться.

В любом случае, любой из исследователей сверхпроводимости оксида меди засомневается в своей жизни.

В конце концов, они потратили полвека, чтобы поднять критическую температуру сверхпроводника до ста двадцати пяти Кельвинов. Но тут появился графен, разом превзошел оксид меди в пластичности и инженерных возможностях.

Похоже, профессор Лу не удовлетворился литиевыми аккумуляторами.

Сначала — аккумуляторы, потом — сверхпроводники, а дальше?

Профессора Ли Жунэня интересовало одно, что же этот парень будет делать дальше?

Казалось, Лу Чжоу может покорить любую область исследований, которую захочет.

Ли Жунэнь не единственный читал статью, аспиранты и магистранты рядом с ним также читали ее.

Аспирант по имени Чжан Фань услышал восклицание профессора и спросил:

— Профессор, когда вы проводили эксперименты с богом Лу, что это был за человек?

Профессор Ли Жунэнь улыбнулся.

— Что за человек? Пожалуй, не смогу ничего сказать, кроме того, что он — гений, — профессор Ли Жунэнь вспоминал прошлое.

— Не буду говорить вам про результаты конкурса по математическому моделированию, поскольку вы и так уже слышали про это. Будучи второкурсником, он построил математическую модель, используя наши экспериментальные данные, и оценил механические свойства материала на основе данных, собранных Фурье-спектрометром. Оставлю вам самим возможность повоображать об уровне навыков, необходимых для такого.

Не только Чжан Фань, но и два других аспиранта в кабинете были полны удивления.

Способности к вычислительному материаловедению — не что-то впечатляющее, поскольку многие эксперименты в материаловедении часто использовали расчеты "первичных положений". Это особенно актуально после влияния Лу Чжоу. Даже люди не в области вычислительного материаловедения немного ознакамливались с ней.

Однако возможность делать такие расчеты, будучи студентом второго курса, пугала.

Что касается Кубка общества высшего образования…

Для людей, как они, будет счастьем выиграть национальную премию второго уровня.

Чжан Фань не мог не задуматься о том, что же он делал на втором курсе.

Через какое-то время он смог вспомнить только имя своей бывшей.

Профессор Ли Жунэнь, казалось, догадался, о чем думают его ученики, и покачал головой с улыбкой:

— Не завидуйте. Он — математический гений. Выиграв Кубок общества высшего образования, он решил всемирно известную математическую гипотезу… Гипотезу Чжоу, вроде. Вы не встречались с ним, поэтому не поймете, насколько сильна его математическая интуиция. Проще говоря, если я дам вам какие-нибудь данные, будет удачей, если вы сможете сделать мне несколько графиков. Однако Лу Чжоу может оживить эти данные.

Студенты растерянно переглянулись.

Они, очевидно, не понимали, что профессор подразумевал под этим.

Чжао Цин, который молчал до этого, закончил читать статью. Он оторвал взгляд от экрана компьютера и спросил:

— Профессор, как вы думаете, почему профессор Лу занялся сверхпроводниками? У них есть потенциал на рынке?

— Не обязательно, что он исследует его для рыночного применения, но если говорить о будущем потенциале, то перспективы их применения гораздо больше, чем можете представить.

Чжао Цин впал в ступор, после чего спросил:

— Рынок сверхпроводников такой большой?

Профессор покачал головой:

— Это не только сверхпроводники.

Чжан Фань удивился:

— Не только сверхпроводники?

— Прочтите статью еще раз, если не понимаете. Существование изолятора Мотта означает, что графен можно "открыть" и "закрыть". Что это значит? Мне, правда, нужно это объяснять?

— Полупроводник?

Профессор одобрительно кивнул:

— Верно.

Благодаря высокой подвижности носителей заряда графена, он нашел широкое применение при использовании в электронных транзисторах.

И хорошо известно, что графен не имеет зоны пропускания, это означает, что графеновые электронные устройства будут сохранять высокую проводимость при любом напряжении и не могут быть полностью отключены, что ограничивает их использование в электронике.

Однако особенность изолятора Мотта заключалась в том, что он добавлял к материалу затвор напряжения, который позволял электронам графеновой решетке быстро проходить через него, как будто сопротивления не было.

Очевидно это создало открытое и закрытое состояние.

Нет необходимости достигать температуры 101К, чтобы воспользоваться этим свойством изолятора Мотта.

Таким образом, эта статья не только значима в индустрии сверхпроводимости, но также открыла дверь для графеновых полупроводников.

На конференции MRS заинтересована будет не только энергетическая отрасль, но и крупные производители электроники обратят внимание на эту область исследований.

В конце концов, графен продавался по грамму, поэтому использовать его для передачи энергии — слишком дорого, но его можно использовать в электронике.

Внезапно появилась панель задач под браузером.

Профессор Ли Жунэнь увидел уведомление о новом письме и открыл почту.

Увидев письмо, он сильно удивился, и на его лице появилась радостная улыбка.

— Этот парень не забыл меня.

Это было приглашение на церемонию вручения Нобелевской премии.

Изначально он собирался посмотреть ее по телевизору и не ожидал, что у него появится возможность увидеть ее в живую.

Глава 457. Осенняя конференция MRS

Кроме профессора Ли Жунэня, приглашения также получили Тан Чживэй и академик Лу.

Разослав эти приглашения, Лу Чжоу внезапно понял, что его беспокойства излишни.

Его родители и Сяо Тон, три профессора из Цзиньлинского университета, пятеро учеников и Чэнь Юйшань… Судя по всему, он почти потратил все свои приглашения.

Он некоторое время думал над оставшимися двумя приглашениями, но так ничего и не придумал.

Профессор Делинь будет в Европейском математическом обществе во Франции вместе с профессором Феферманом.

Что касается Виттена… Возможно, тому и хотелось присутствовать на Нобелевском банкете, но, к сожалению, ему надо быть в ЦЕРНе на очень важной международной конференции по теоретической физике, поэтому у него нет времени.

Похоже, что все очень заняты в течение нескольких недель перед рождеством.

Что касается его соседей по комнате из университета…

Мест осталось недостаточно, а он не хотел никого оставлять.

Лу Чжоу не мог ничего придумать, поэтому оставил все как есть.

Наверное, просто больше никого не приглашу. Ведь не обязательно приглашать четырнадцать человек.

У него есть дела и поважнее.

Например, найти подходящий способ промышленного производства СГ-1…

Образцы в экспериментах получались методом химико-парового осаждения. Слой углеродной пленки наносился на высокотемпературную подложку, после этого подложку растворяли для получения графена.

Однако это не все, поскольку этот процесс давал лишь основной графеновый материал. Для того, чтобы он достиг сверхпроводимости при 101К, нужен еще ряд процессов, таких как легирование n-типа.

На самом деле, промышлености самостоятельно нужно думать над этим, но Лу Чжоу не хотел долго ждать.

Когда инженеры, подобные профессору Лазерсону, наконец откроют глаза и увидят ценность этой отрасли, которая пусть и имеет небольшую прибыль, но не имеет конкурентов, давно уже пройдет срок задания Лу Чжоу.

В настоящее время наиболее популярное применение сверхпроводников — научные исследования.

К счастью, Лу Чжоу в свободное время прочел несколько книг по промышленному проектированию и послушал несколько лекций по инженерии. В сочетании с его инженерными знаниями второго уровня, ему не трудно освоить новое.

Возможно, он не может спроектировать производственную линию от начала и до конца, но он мог бы улучшить метод лабораторной подготовки и найти более дешевый метод синтеза.

В худшем случае он будет использовать лабораторный метод.

Это просто будет немного дороже.

Если он действительно создаст термоядерный реактор DEMO, ему никогда не придется беспокоиться о деньгах.

Ради этого он готов сжечь сто миллионов… или даже миллиард долларов.

Наступил уже почти конец месяца, и профессор Чирик сел в самолет до Бостона и отправился на осеннюю конференцию MRS.

Что касается самого Лу Чжоу, то помимо его экспериментов с материалом СГ-1, он готовился к лекции, которая будет после церемонии вручения Нобелевской премии.

Занимательно, что он получил много приглашений принять награды.

Самой известной из них была "премия за прорыв в математике". Судя по всему, ее спонсировали российский миллиардер, основатель Google, основатель Facebook, основатель Tencent и другие компании. Также были некоторые менее известные награды, которые даже не найти в поисковике.

В конце концов, Лу Чжоу — самый молодой лауреат Нобелевской премии, и на его возраст и достижения стоило обратить внимание.

Брэгг впервые установил рекорд в 25 лет. Потребовалось столетие, чтобы побить этот рекорд на один год. Кто знает, сколько веков пройдет, прежде чем снова побьют рекорд.

Лу Чжоу не возражал против нескольких дополнительных наград, но в его почтовом ящике так много приглашений, что у него разболелась голова.

Казалось, что получение Нобелевской премии действительно увеличило его популярность.

После полета в Стокгольм ему еще предстоял полет в Париж. У Лу Чжоу действительно не так много времени, чтобы летать по всему миру. В итоге он позволил Сяо Аю отказаться от приглашений, которые не имели отношения к академическим кругам.

Однако позже он узнал, что "премия за прорыв в математике" была в 3 миллиона долларов…

Он не мог не убиваться горем, потеряв 3 миллиона.

Хотя 3 миллиона — для него небольшие деньги, но кто же не хотел больше денег?

Тем более на халяву.

Однако, поскольку он уже отказался, то больше не мог ничего с этим поделать.

………………………………

В последний день ноября Лу Чжоу подал заявление на длительный отпуск, чтобы подготовиться к поездке в Стокгольм. Примерно в то же время хорошие новости пришли от профессора Чирика, который присутствовал на конференции MRS.

Профессор Чирик взволновано сказал по телефону:

— Доклад прошел очень гладко, зал был полностью заполнен! Видел бы ты все это сам!

Услышав воодушевленный голос профессор Чирика, Лу Чжоу машинально ухмыльнулся.

На его докладе по модифицированной ПДМС пленке также присутствовало много людей.

При одной мысли об этом его охватывала ностальгия.

Лу Чжоу спросил о самом важном:

— Есть ли компании, которые заинтересовались в наших технологиях?

— Есть, но… Это скорее не то, что ты ожидал.

— Что ты имеешь в виду?

— IBM нашла меня, и они заинтересованы в нашей технологии. Однако это не из-за сверхпроводников, а из-за свойств полупроводника.

В голове Лу Чжоу вспыхнула лампочка.

— Они планируют использовать СГ-1 в электронике?

Профессор Чирик кивнул:

— Судя по всему. Они занимаются исследованиями электронных устройств на основе углерода. Однако они спросили только о некоторых технических деталях, и нужно ли нам финансирование. Я сказал им, что нет, после чего они ушли, ничего больше не говоря.

Чирик казался немного разочарованным.

Когда с ним заговорил представитель IBM, он подумал, что они готовы купить лицензию на патент, но, к сожалению, это не так.

Очевидно, у них имелись сомнения относительно использования этого материала в электронных устройствах. Они должны проверить все, проведя эксперименты в своих лабораториях.

Что касается самого материала сверхпроводника, то к нему проявили интерес компании, производящие медицинские устройства.

Лу Чжоу заметил сожаления своего коллеги и сказал:

— Область сверхпроводников особо не пользуется популярностью, нет ничего удивительного в том, что отрасль не заинтересована.

— Я знаю… просто чувствую, что эту превосходную технологию не признает промышленность… — профессор Чирик не знал, как описать свои чувства, поэтому пожал плечами и произнес:

— Просто немного грустно.

— Отсутствие признания со стороны промышленности не мешает величию технологии. Я могу пообещать тебе, что эта технология будет использоваться в большом проекте.

— Каком?

Лу Чжоу кашлянул:

— Я не могу сказать тебе сейчас, но ты поймешь, о чем я говорю, к две тысячи двадцать пятому году.

— Ладно, судя по всему, мне придется подождать семь лет, пока тайна не раскроется.

Глава 458. Возвращение в Стокгольм

После окончания доклада завершилась и цепочка заданий по сверхпроводникам.

Договорив с профессором Чириком и повесив трубку, Лу Чжоу сразу же лег на кровать. Он закрыл глаза и прошептал:

— Система.

Вскоре после этого его сознание переместилось в белоснежное системное пространство.

Он подошел к информационному экрану и кликнул по нему.

[Цепочка заданий "Термоядерный свет"]

[Дополнительное задание: исследовать и разработать сверхпроводящей материал на основе углерода, имеющего температуру сверхпроводящего перехода более 100К. (Завершено)]

[Награда: 100 000 очков опыта по материаловедению, 100 000 очков опыта по биохимии. (Можно получить)]

Увидев награду, Лу Чжоу не мог найти слов.

Только за побочное задание он получил награду в более чем 200 000 баллов. Интересно, что он получит после завершения всей цепочки заданий.

После получения награды его панель характеристик обновилась. Биохимия поднялась с 3 до 4 уровня. Теперь она сравнялась с материаловедением.

С другой стороны, после завершения задания обновилась вся группа заданий.

Задание по сверхпроводникам не исчезло, его заменило новое.

Нужно исследовать и разработать сверхпроводящий материал на основе углерода с температурой сверхпроводящего перехода более 200К.

Вознаграждение также значительно увеличивалось.

— Можно ли создать материал со сверхпроводимостью при такой высокой температуре?

Когда Лу Чжоу дочитал описание, на его лице появилась задумчивость.

Для научных исследований знать точно, что что-то осуществимо или теоретически возможно, — очень важная информация.

Например, после проекта Манхэттен многие другие страны также закончили свои ядерные испытания.

До этого Эйнштейн активно выступал за разработку ядерного оружия. Но даже тогда, когда писал Рузвельту, он не испытывал уверенности, что это оружие будет обладать ожидаемой мощностью.

Однако необязательные задания все еще оставались необязательными, и Лу Чжоу мог не выполнять их. Так называемый управляемый термоядерный синтез — только концепция, нет никакого правильного решения для проекта.

Согласно требованиям системы и собственной оценки Лу Чжоу, для строительства термоядерного реактора DEMO не нужно что-то, такое же сверхтехнологичное, как материал со сверхпроводимостью при 200К.

Как и в случае с квантовыми компьютерами, будет здорово, если он сможет разобраться с этим. Однако будет нормально, если он не сможет, поскольку может заменить их суперкомпьютерами.

Дважды проверив панель управления и получив общее представление о своем следующем исследовательском проекте, Лу Чжоу покинул пространство системы.

……………………..

Дни пролетали незаметно. Церемония награждения становилась все ближе.

Церемония вручения Нобелевской премии должна состояться 10 декабря. Однако 7 декабря Лу Чжоу ждала пресс-конференция. Чтобы избежать плотного графика, большинство лауреатов Нобелевской премии часто приезжали за полнедели, а то и за всю неделю.

Первый четверг декабря.

Лу Чжоу отвез пятерых своих учеников в Нью-Йоркский международный аэропорт имени Джона Кеннеди, после чего они все вместе сели на самолет до Швеции.

После долгого перелета самолет уверенно приземлился на полосе аэропорта Стокгольм-Арланда.

С помощью сотрудников аэропорта они прошли через VIP выход. Лу Чжоу встретился с постоянным секретарем Шведской Королевской академии наук и вице-президентом Нобелевского фонда академиком Стефаном Нормаком.

Это второй раз, когда Лу Чжоу был в этом городе.

Это также его вторая встреча с академиком Стефаном.

Академик Стефан тепло обнял Лу Чжоу, после чего пожал ему руку и сказал:

— Добро пожаловать, профессор Лу! Прошло два года с нашей прошлой встречи. Не ожидал увидеть вас так скоро.

— Если быть точнее, то два года и семь месяцев, — ответил Лу Чжоу, пожимая руку академику Нормаку. — Давно не виделись.

В последний раз они встречались на премии Крафорда, тогда Стефан Нормак тоже встречал Лу Чжоу в Стокгольме.

Лу Чжоу не видел его очень долго и не ожидал, что этот старый викинг будет таким крутым.

Конечно, больше всех удивлялся Нормак.

— После того, как вы стали самым молодым лауреатом премии Крафорда, я не ожидал, что вы станете и самым молодым лауреатом Нобелевской премии, — сказал академик, глядя на Лу Чжоу. — Честно говоря, после того, как Нобелевский комитет включил ваше имя в список претендентов, Королевская академия провела полмесяца в спорах о вас.

Лу Чжоу шутливо спросил:

— Это из-за моего возраста или из-за того, что я — математик?

Стефан Нормак улыбнулся:

— Немного и то, и другое.

После небольшой беседы Нормак посмотрел на людей, стоящих позади Лу Чжоу, и спросил:

— А это?

— Это мои ученики. Они будут присутствовать на банкете вместе со мной.

Академик Нормак улыбнулся:

— Тогда давайте не будем тратить время. Пойдемте в машину, мы можем пообщаться и в отеле.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошая мысль.

У ВИП-выхода из аэропорта стояли два автомобиля "Вольво".

По словам Стефана Нормака, за рулем сидели настоящие королевские гвардейцы.

Интересно, что даже несмотря на существование королевской гвардии, Шведская королевская семья все еще самостоятельно добиралась до работы, даже король.

Неудивительно, что старый Карл с легкостью отказался от трона, когда преследовал Сильвию.

Такой неимущей короне, действительно, ничего не надо.

Сев в машину, группа направилась прямиком в Стокгольмский Гранд-Отель.

Сюда съезжались Нобелевские лауреаты и их друзья, чтобы жить. В прошлый раз, когда Лу Чжоу приезжал в Стокгольм на церемонию вручения премии Крафорда, он также жил здесь, даже его номер был похожим.

Сяо Тон прибыла в отель раньше, увидев брата у входа, она взволнованно подбежала к нему и схватила за руку.

Хотя она лишь схватила его за руку, это чрезвычайно встревожило Веру.

Харди ткнул Цинь Юэ в руку и шепотом спросил:

— Эй, ты знаешь, кто это?

Цинь Юэ знал, о чем подумал Харди, поэтому вздохнул и сказал:

— Скорее всего, это сестра профессора.

Харди разом потерял интерес к происходящему.

Любовная жизнь профессор Лу такая же скучная, как и его способ исследований в уединении, это одна из легенд Принстона.

Харди больше интересовала личная жизнь Лу Чжоу, чем Нобелевская премия.

Вэй Вэнь, который до сих пор молчал, вдруг спросил:

— Ты видел ее раньше?

Цинь Юэ отрицательно покачал головой:

— Тогда откуда ты знаешь?

Цинь Юэ потерял дар речи:

— Разве не очевидно? Стоит рядом с его родителями, примерно того же возраста, кем еще она может быть? Подружкой?

Вэй Вэнь посмотрел на высокую девушку и спросил:

— Тогда что насчет нее?

Цинь Юэ некоторое время молчал, после чего неуверенно произнес:

— Сестра?

Вэй Вэнь покачал головой:

— Не похоже...

Глава 459. Как называть старшую сестру профессора?

Сяо Тон пожала руку Лу Чжоу и нахально улыбнулась:

— Брат, скучал по мне?

Лу Чжоу ласково погладил волосы Сяо Тон и улыбнулся.

— Конечно, до смерти скучал, — Лу Чжоу перевел взгляд на родителей. — Пап, мам, когда вы приехали?

Фан Мэй посмотрела на сына и улыбнулась:

— Утром. К счастью, за нами приехали твои друзья, иначе мы бы не добрались сюда. Обязательно поблагодари их.

Его отец подтвердил:

— Определенно, спасибо им.

Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшань, которая стояла рядом. Она с самодовольной улыбкой смотрела на Лу Чжоу.

Хотя она молчала, по ее лицу парень мог сказать, что она "говорит ему", какая она потрясающая.

— Как вы познакомились?

Сяо Тон посмотрела на любопытного брата и помахала телефоном в руке:

— Все благодаря мне.

Лу Чжоу вспомнил, что, когда она приезжала в Америку, чтобы навестить его, то подружилась с Чэнь Юйшань и Хань Мэнци.

Наверное, они общались в WeChat.

Чэнь Юйшань с улыбкой подошла к Лу Чжоу, который воссоединился со своей семьей.

— Младший брат, давно не виделись, скучал?

Парень немного засмущался, отвечая:

— Прошло не так много времени. Разве мы не виделись в прошлом месяце?

Сяо Тон сказала:

— Брат, месяц — это очень долго!

Чэнь Юйшань посмотрела на поддерживающую ее Сяо Тон и вздохнула:

— Все нормально, я уже привыкла к такому.

???

…………………

После небольшого разговора у входа в отель, группа вошла в отель.

Лу Чжоу и остальные члены его семьи остановились в комнатах на четвертом этаже, в то время как остальные — в комнатах на третьем.

Так совпало, что комнаты Цинь Юэ и других парней находились в правом конце коридора, а комната Чэнь Юйшань и Веры — в левом.

Группа вышла из лифта на третьем этаже и направилась в разные стороны. Вэй Вэнь, казалось, думал о чем-то, пока шел к комнате, потом спросил:

— Чэнь Юйшань называет Лу Чжоу младшим братом, следует ли нам называть ее старшей сестрой?

Цинь Юэ на мгновение задумался, а потом серьезно ответил:

— Мы должны называть ее тетей.

— С чего ты это взял?

— Ты не читал новеллы о боевых искусствах?

— …

Поскольку они двое говорили по-китайски, Харди недоумевал. Однако видя, что они очень серьезные, он не мог не спросить:

— О чем вы говорите?

Цинь Юэ серьезно ответил:

— Мы обсуждаем, как следует называть Чэнь Юйшань.

Харди озадачился еще сильнее:

— Так вы к чему-нибудь пришли?

Вэй Вэнь кивнул:

— Да, можешь называть ее…

Вэй Вэй внезапно остановился.

Он переглянулся с Цинь Юэ, и они оба были озадачены.

Как это сказать по-английски?

Тем временем Чэнь Юйшань и Вера тихо шли к своим комнатам.

Они почти не разговаривали. Однако Вера время от времени украдкой поглядывала на Чэнь Юйшань.

Она должна была признать, что та — действительно красива, как с точки зрения лица, так и с точки зрения фигуры.

Особенно — в области груди…

Вера не могла не испытывать разочарования, каждый раз, когда она попадалась ей на глаза.

Она унаследовала классическую славянскую бледную кожу и светлые волосы. Однако два гена не унаследовала.

Один из них — ген роста, а другой — ген большой груди…

Чэнь Юйшань заметила, что Вера периодически смотрит на нее, поэтому наклонила голову и улыбнулась Вере:

— Что-то случилось?

— Нет, ничего, — Вера случайно встретилась взглядом с Чэнь Юйшань и запаниковала, поспешив отвести взгляд.

Чэнь Юйшань не могла не признать, что Вера была очень милой.

Она посмотрела на испуганную маленькую девушку и улыбнулась:

— Я — Чэнь Юйшань, а тебя как зовут?

— Я… Я — Вера Пулюй, — поколебавшись, ответила Вера.

— Вера Пулюй? Хорошее имя. Приятно познакомиться, — кивнула Чэнь Юйшань.

— Я тоже рада познакомиться.

Хотя Вера не умела общаться с экстравертами, у нее сложилось хорошее впечатление о Чэнь Юйшань.

Она чувствовала себя странно. Ей казалось, что Чэнь Юйшань должна быть более конфликтной и агрессивной. Однако ничего такого не было.

Она вообще не видит во мне угрозы?

Вера не могла не загрустить.

……………………..

Оставив багаж в номере, Лу Чжоу повел своих друзей и свою семью ужинать с академиком Стефаном.

Когда они закончили, ему позвонил старик Тан.

Когда Лу Чжоу услышал, что они только сошли с самолета, то сразу же отправил ему адрес отеля.

Вскоре у входа в отель остановилось такси.

Грациозно выйдя из такси, академик Лу заметил Лу Чжоу, стоящего у входа в отель, после чего помахал ему рукой и подошел к тому.

— Нелегко же с тобою встретиться.

Лу Чжоу улыбнулся на слова академика Лу.

— Профессор, дело не в том, что я не хочу вас видеть, а в том, что каждый раз приходя в университет, вас там не вижу.

Это действительно невезение.

По всему миру проходило множество конференций по теоретической физике. Академик Лу — один из представителей BESIII, поэтому он представлял все китайское сообщество теоретической физики. В отличие от Лу Чжоу, он не мог отклонять множество приглашений на конференции.

Без преувеличения можно сказать, что месяц в году он проводил в самолете, либо в аэропорту.

Лу Чжоу пару раз навещал Цзиньлиньский университет, ему удалось навестить академика Тана, но застать академика Лу так и не удалось. И дело не в том, что старик не хотел его видеть, а в том, что он физически не мог этого сделать.

Старик Тан рассмеялся, услышав Лу Чжоу.

— Я могу подтвердить. Всякий раз, когда Лу Чжоу приезжал в университет, он приходил к тебе в кабинет.

Услышав старика Тана, академику Лу стало неловко, и он тихо кашлянул:

— На улице холодно, давайте поговорим внутри.

Группа вошла в отель.

Глядя на Гранд Отель, профессор Ли Жунэнь не мог не сказать:

— Не могу поверить, что математик стал первым китайцем, получившим Нобелевскую премию по химии. Как ощущения? Нервничаешь?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Все нормально. Церемония вручения премии Крафорда похожа на церемонию вручения Нобелевской премии.

Академик Лу улыбнулся и покачал головой:

— Определенно есть разница. Даже присутствующие люди — другие…

Старик Тан долго смотрел на своего бывшего ученика, а потом внезапно расплылся в улыбке.

— Честно, я удивлен и польщен твоими достижениями. Я уже много лет профессор, и никогда не думал, что буду преподавать будущему лауреату Филдсовской премии и лауреату Нобелевской премии. Более того, одному и тому же человеку, — старый Тан немного помолчал, а потом продолжил:

— Церемония награждения будет через несколько дней. В тот момент ты будешь представлять не только себя, но и все китайское академическое сообщество. Мне больше нечего сказать, поскольку я тоже ничем не могу помочь тебе. Но мы будем поддерживать тебя из толпы, поэтому сделай все возможное.

Зная, что старик Тан дает ему искреннее наставление, Лу Чжоу бодро кивнул:

— Да, обязательно!

Глава 460. 10 декабря

В три часа дня 10 декабря в Стокгольме началась долгая северная полярная ночь.

Однако тьма и холод не развеяли ничей энтузиазм.

Репортеры со всего мира стояли перед входом в Гранд-отель и спокойно ждали. С камерами и микрофонами они надеялись поймать определенную группу людей.

— Брат, снаружи полно народа.

Сяо Тон выглянула в окно гостиницы. Обычно она довольно оживленная, но сейчас ей было немного страшно.

За последние два с половиной года она побывала на многих мероприятиях. Однако университетские мероприятия — на более низком уровне, по сравнению с вручением Нобелевской премии.

— Испугалась?

Сяо Тон кивнула.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Тогда езжай со стариком Таном. Если действительно не хочешь, то не заставляй себя.

В Стокгольмский концертный зал направлялись две машины. Одна предназначалась для Нобелевского лауреата и его родственников, а другая — для гостей, приглашенных на церемонию награждения и банкет. Хотя все это было очень церемонно, ощущение от сидения в другой машине будет другим.

Сяо Тон покачала головой.

Хотя она застенчивая, по ней очевидно, что она не хотела пропустить это событие.

Видя, что его сестра в затруднительном положении, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Через какое-то время он сказал:

— Просто иди за мной, не думай ни о чем другом.

Возможно, потому что Лу Чжоу казался надежным, расстроенная Сяо Тон внезапно почувствовала себя защищенной.

Она посмотрела на толпу у входа в отель и вдруг заговорила:

— Брат?

— Что еще?

Сяо Тон придерживала занавески на окне и серьезно спросила:

— Что ты пережил за последние несколько лет?

Лу Чжоу потряс этот вопрос, после чего он улыбнулся и ответил:

— Долго рассказывать. Если, правда, хочешь знать, то потребуется много времени, чтобы все рассказать. Боюсь, в книгу даже не влезет.

Девушка высунула язык:

— Опять хвастаешься!

— Это не хвастовство, — Лу Чжоу переполнился эмоциями, думая о прошлом. Он сделал небольшую паузу, а потом подшутил:

— Что? Неужели думаешь, что я изменился?

Сяо Тон покачала головой. Она ничего не сказала, но приободрилась.

Хотя ее брат сильно изменился, для нее это не имело значения.

Ее брат… по-прежнему самый надежный брат…

Отец Лу Чжоу тоже выглянул в окно.

По сравнению с нервной Сяо Тон, старый Лу был намного спокойнее.

Если бы он курил сигарету, то выглядел бы еще более харизматичным.

К сожалению, если он закурит сигарету, то, скорее всего, попадет в новости.

Фан Мэй посмотрела на мужа и не смогла удержаться, чтобы не подразнить:

— Ты действительно спокоен, но если репортер будет брать у тебя интервью, не занервничаешь ли?

Старый Лу спокойно ответил:

— Я горжусь своим сыном, как я могу смутить его так просто? Кроме того, поскольку мы представляем лицо страны, мы не можем позволить людям смотреть на нас свысока!

— Посмотри на себя, старик. Ты целый год ходил в отдел логистики почитать газету и не добился повышения, но перенял манеры руководства.

— Какой старик? — возмутился старый Лу. — Пятьдесят — уже старый?

Фан Мэй ткнула его в плечо и улыбнулась:

— У тебя уже седина в волосах.

Пора было идти.

Его родители и Сяо Тон последовали за академиком Стаффаном вниз.

Лу Чжоу подошел к входным дверям отеля и почувствовал, как его сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Он осторожно поправил галстук и глубоко вздохнул.

Этот момент, наконец, настал!

………………………………………………

Снаружи лютовал мороз, но атмосфера была очень теплой.

Репортер центрального китайского телеканала в пуховике и с микрофоном в руках протиснулся через толпу и встал в первом ряду, лицом к оператору. Бодрым голосом он обратился к слушателям, находящимся за тысячи миль от него, рассказывая о происходящем на грандиозном мероприятии.

— Мы находимся около входа в Стокгольмский Гранд-отель и ждем Нобелевских лауреатов, которые направляются на церемонию награждения в Стокгольмский концертный зал.

— Здесь много народа, и всех переполняет энергия. Помимо журналистов, здесь с нами стоят местные жители и наши китайские друзья… Смотрите!

В объяснениях не было необходимости.

Из отеля вышла группа людей.

Все камеры сфокусировались на одном человеке.

В сопровождении родителей и Сяо Тон из VIP-входа вышел Лу Чжоу. Затем его осветили вспышки десятков фотоаппаратов. Рядом с ним шли другие лауреаты Нобелевской премии, некоторые даже со своими парами.

Однако несмотря на то, что Лу Чжоу стоял в группе блестящих человеческих умов, он выделялся больше всех.

Из-за своего возраста… и из-за своей уверенности в себе.

Профессор Лу посмотрел в камеру и улыбнулся аудитории.

Репортер заметил, что Лу Чжоу смотрит на них, и с волнением в голосе заговорил:

— Прямо перед нами лауреат Нобелевской премии по химии, Лу Чжоу! Его сопровождает его семья, которая разделяет его момент славы.

— Нет никаких сомнений, что он в свои двадцать четыре года стал самым молодым Лауреатом Нобелевской премии!

— Это еще одна Нобелевская премия для китайцев!

— А также первая Нобелевская премия по химии для гражданина Китая!

Репортер кричал, чтобы выделиться из шумного окружения. Он начал казаться немного измученным, его голос даже начал ломаться.

Однако никто не винил его за это.

В этот вдохновляющий момент люди волновались столь же сильно.

Он хотел поднести микрофон к Лу Чжоу и взять интервью у этого молодого Нобелевского лауреата.

К сожалению, это невозможно. Если он хочет взять интервью у этого всемирно известного ученого, ему придется подождать до окончания церемонии награждения.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул в сторону микрофонов и камер по обеим сторонам. Потом сел в специально приготовленную для него машину, припаркованную у входа в отель, и вместе с другими лауреатами направился к месту проведения церемонии вручения Нобелевской премии.

Как и в предыдущие годы...

В тот момент, когда часы пробили 4:30 вечера, заиграла "Песня королей", положив начало церемонии вручения Нобелевской премии.

На церемонии награждения присутствовало более тысячи и трехсот человек. Здесь были члены Нобелевской семьи, члены королевской семьи, политики и люди из всех уголков академического мира.

Чтобы подчеркнуть церемониальный характер этого события, каждая минута и деталь церемонии были тщательно спланированы и организованы, от белого галстука-бабочки победителя в паре с черным смокингом, до декоративных церемониальных корон…

Есть интересный слух, что сама церемония вручения Нобелевской премии стоила больше, чем премия.

И в действительности... так оно и есть.

За несколько недель до этого банкета церемониальный секретарь Нобелевского фонда был занят как армейский генерал. Все это было сделано для того, чтобы церемония награждения прошла как нужно.

Первым на этой международной арене выступил председатель Нобелевского фонда Карл-Хенрик Хелдин.

В своей вступительной речи он сказал, что все победители — образцы для подражания, и он надеется, что они смогут продолжить свою работу, сделать больше научных открытий в будущем и подготовить лучшие работы...

Когда Лу Чжоу стоял за кулисами подиума, его эмоции мешали ему дышать.

Он даже не слышал, что говорит господин Хелдин.

Так продолжалось до тех пор, пока на сцену не вышел председатель Нобелевского комитета по химии академик Клас Густафссон.

Он повернулся лицом к аудитории и заговорил торжественным и громким голосом:

— В течение долгого времени химия была обеспокоена очевидной проблемой. Эта проблема о том, как установить взаимосвязь между структурой и свойствами, является одной из самых важных проблем химии 21-го века.

— И как мы все знаем, теория электрохимических интерфейсов является важной опорой современной электрохимии. Неспособность досконально объяснить микроскопическую природу различных электрохимических процессов означает, что мы не знаем, какое химическое явление происходит перед нами.

Академик Клас сделал паузу на две секунды, прежде чем продолжил:

— Однако он использовал математический метод, чтобы открыть новый способ научного мышления. И бесчисленные эксперименты доказали, что он является правильным.

Академик Клас посмотрел на толпу и, повысив голос, объявил о решении Нобелевского комитета по химии.

— Лауреат Нобелевской премии по химии этого года — профессор Лу Чжоу!

— Аплодисменты!

Последнее было совершенно излишним.

Поскольку, когда академик Клас закончил говорить, весь Стокгольмский концертный зал наполнился громовыми аплодисментами…

Глава 461. Самый многолюдный банкет

Нервничал?

Немного.

Но не больше.

Волнение?

Конечно.

Это высшая научная награда, а также величайшая честь, которую может получить ученый от академического сообщества.

То, что может принести Нобелевская премия, намного превосходит стоимость премии в девять миллионов крон.

Даже Филдсовская премия уступала в этом.

Под бурные аплодисменты Лу Чжоу вышел на сцену.

Он бросил взгляд на комитет по химии, академик Клас улыбнулся ему, академик Олоф кивнул, а госпожа Линсе стояла, не проявляя эмоций, академик Бжезинский… казалось, был немного недоволен.

Очевидно, даже сейчас у членов Нобелевского комитета по химии были различные взгляды.

Но, в любом случае, они уже решили.

Под пристальными взглядами толпы и СМИ со всего мира Лу Чжоу получил золотую медаль и сертификат из рук короля Карла XVI Густава.

Карл XVI Густав пожал руку Лу Чжоу и улыбнулся:

— Поздравляю, юный ученый, я вручил много Нобелевских премий, но ты — самый молодой.

Лу Чжоу вежливо кивнул:

— Спасибо. Обещаю, что в будущем будут и ученые помоложе.

Карл Густав улыбнулся:

— Ха-ха, надеюсь на это, надеюсь, что наука будет всегда молодой!

Зрители встали и отдали дань уважения.

Аплодисменты эхом прокатились по всему Стокгольмскому концертному залу.

Они продолжались довольно долго…

………………………………..

После церемонии награждения.

По правилам, все победители и гости отправятся в Голубой зал Стокгольмской ратуши на знаменитый Нобелевский банкет.

Лу Чжоу посмотрел на красное кирпичное здание рядом с озером. Он подошел к лестнице и вдруг что-то сказал:

— Кстати, когда я был здесь в последний раз, я все хотел спросить.

— О чем? — спросил академик Стефан. — Может, я смогу ответить.

Лу Чжоу огляделся и сказал:

— Почему голубой зал? Я не заметил ничего голубого.

Услышав вопрос, Стефан улыбнулся:

— Многие спрашивали у меня это. Судя по всему, изначально его собирались покрасить в голубой цвет, чтобы он подходил под цвет озера Меларен. Но после того, как его построили, все решили, что красный кирпич выглядит более торжественно.

— Значит… Строительство Голубого зала еще не закончено?

Академик Стефан улыбнулся:

— С точки зрения архитектуры... да.

Независимо от законченности, Нобелевский банкет проводился там уже более ста лет. Этот древний ритуал интересовал не только академическое сообщество, но и людей за пределами академических кругов.

Каждый год десятки тысяч людей просили у Нобелевского фонда разрешить им посетить банкет, однако вероятность быть избранным ничем не отличалась от выигрыша в лотерею.

Лу Чжоу сел в голубом зале и огляделся.

Он увидел людей, сидящих между длинными рядами столов, там присутствовало еще больше народу, чем на академических докладах.

Если и было какое различие между этой церемонией и церемонией вручения премии Крафорда, так это размер толпы.

1300 человек будут есть одновременно.

После того, как все гости расселись, каждый человек, в основном, сидел плечом к плечу. Судя по всему, обеденное пространство на человека составляло около 40 сантиметров.

Однако Лу Чжоу чувствовал, что все еще хуже, чем он себе представлял.

Вскоре принесли первое блюдо, бутылку шампанского без этикетки.

Пробка бутылки открылась, и плотный столб пузырьков воздуха устремился от дна к верху. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем пузырьки исчезли. Помимо элегантных цветочных и фруктовых ароматов вина, от него веяло запахом дубовых бочек.

Стефан налил немного в свой бокал и бокал Лу Чжоу. Он улыбнулся и сказал:

— Элитное французское шампанское Фуни. Оно имеет сладкий, приторный вкус. Чтобы удовлетворить потребности более тысячи человек, Нобелевскому фонду пришлось зарезервировать целую ферму.

Лу Чжоу посмотрел на прозрачную жидкость и улыбнулся:

— Вы действительно умеете наслаждаться жизнью.

— Это не просто наслаждение жизнью, а еще дань уважения, — академик Стефан поднял свой бокал. — Тост.

Лу Чжоу постучал по своему бокалу:

— Тост.

Как и говорил академик, напиток был исключительно сладким, оставляя сильное послевкусие.

Может, это вкус победы?

…………………..

Атмосфера внутри голубого зала была оживленной, то же самое отражалось и за его пределами.

Хотя на севере Европы солнце уже село, еще далеко до сна.

Многие местные жители прогуливались около озера Меларен и смотрели на здание из красного кирпича.

Местные китайские студенты делали то же самое.

Если кто-то и был счастливее Лу Чжоу и его семьи, то это местная китайская община.

За исключением некоторый людей, никто не мог не сопереживать достижениям Лу Чжоу.

Уже в октябре, когда Нобелевский комитет по химии объявил список лауреатов, вся китайская община в Стокгольме устроила праздник.

Однако теперь казалось, что их празднование — лишь пробный период сегодняшнего дня.

Потому что сегодня здесь собралось гораздо больше людей.

Они стояли с красными фонарями в руках перед зданиями Стокгольмской ратуши, заполняя улицы.

Некоторые местные жители проявили любопытство и присоединились к ним.

Это походило на парад или какой-то праздник.

Все это запечатлели репортеры.

Направив камеру на толпу, собравшуюся у здания Стокгольмской ратуши, женщина-репортер китайского центрального канала повернулась к камере и воодушевленно заговорила:

— Сегодня — Нобелевская премия, местные жители, приехавшие китайцы и китайские студенты собрались у здания Стокгольмской ратуши. Они держат в руках красные фонари, надеясь дать самые теплые и искренние благословения ученому Лу Чжоу.

— Давайте спросим у них, что они думают!

Она остановила молодого китайца и спросила приятным голосом:

— Здравствуйте, вы — студент?

Парень кивнул:

— Да.

— Тут всегда так оживленно десятого декабря?

— Всегда, но в этом году — особенно.

Репортер улыбнулась:

— Что можете сказать о Лу Чжоу, получившем Нобелевскую премию?

Парень улыбнулся:

— Увидев профессора Лу, я наконец понял разницу между мной и Нобелевским лауреатом.

Репортер вежливо улыбнулась.

Серьезно?

Она передразнила его про себя.

Парень кашлянул:

— Конечно, я рад, что вижу прогресс и развитие китайской науки благодаря ему. Новая эра талантов растет, возможно, есть какие-то слабости, но я верю, что в один прекрасный день профессор Лу будет не единственным китайским ученым, вышедшим на международную академическую сцену!

Глава 462. Могу я пригласить тебя на танец?

Лу Чжоу думал, что будет пьяным, но на самом деле все было наоборот.

Он не только не напивался, но даже не поел нормально.

Хотя на банкете подавали много блюд, каждое было размером только в половину ладони.

Кроме бутылки шампанского в начале и десерта в конце, три блюда содержали алкоголь. Это совсем не то, к чему привык Лу Чжоу.

Лу Чжоу — не единственный, кто оставался голодным, Сяо Тон была такой же.

Аппетит, переносимость алкоголя и возможность много есть и не толстеть, судя по всему, наследственная черта семьи Лу.

Сяо Тон в вечернем платье не наелась даже наполовину. Девушка неприлично облизнула губы и огляделась по сторонам в поисках официанта.

К сожалению, ей не удалось найти его. В конце концов, она могла только посмотреть на своего всемогущего брата жалостливым взглядом.

Однако Лу Чжоу тоже не мог ей помочь.

Он посмотрел в грустные глаза Сяо Тон и ответил беспомощным взглядом.

— Это нормально. Я ничего не могу сделать. Мы не можем заставить шеф-повара подать тебе еще один полный обед.

После ужина гости последовали за лауреатами Нобелевской премии и членами королевской семьи в Золотой зал.

Экстравагантный Золотой зал и картина с изображением богини Меларен на стене были особенно знакомыми для Лу Чжоу.

Потому что он присутствовал здесь на вручении премии Крафорда.

Тогда он чувствовал, что однажды еще попадет сюда.

Теперь этот день, наконец, настал.

И он наступил раньше, чем он ожидал.

Академик Клас заметил, что Лу Чжоу неподвижно стоит на краю танцпола. Он подошел и весело спросил:

— Вам нужна помощь с чем-нибудь?

На церемонии награждения Лу Чжоу на мгновение встретился взглядом с Класом.

Хотя Лу Чжоу не знал, как он выглядит, по церемонии догадался, что он — председатель комитета премии по химии.

Лу Чжоу выглядел беспомощным:

— Я должен танцевать?

Услышав вопрос, академик Клас рассмеялся:

— Конечно! Таков обычай. Я молчу про то, что вы — один из главных героев, СМИ со всего мира ждут вашего танца.

Лу Чжоу кашлянул:

— Могу гарантировать, что мой танец — не настолько захватывающий, как мой доклад.

— Главное, не как танцуешь, а то, кто танцует.

Видя, что Лу Чжоу немного смутился, академик Клас улыбнулся:

— Не волнуйтесь. Даже если у вас слетит ботинок, никто не будет смеяться. Максимум…

— Максимум?

— Максимум, люди запомнят это. Точно так же, как и про премию, про это напишут в учебниках по истории или в чем-то подобном.

К черту!

Он просто издевается.

Это плохо…

Лу Чжоу попытался найти оправдание:

— Стоило сказать об этом раньше. Это слишком неожиданно, у меня даже нет партнера.

К сожалению, его план не удался.

Потому что как раз в этот момент сбоку раздался красивый голос:

— Ты не против потанцевать со мной?

Лу Чжоу оглянулся и увидел женщину в светло-голубом вечернем платье.

Лу Чжоу кратко перебросился с ней словами на банкете. Это была ни кто иная, как принцесса Мадлена, дочь Карла XVI.

Несмотря на то, что европейские СМИ не хорошо отзывались об этой прекрасной даме с множеством любовных связей, этот торжественный вечер не имел никакого отношения к ее личной жизни.

— Не нужно заранее находить партнера по танцу, — сказал академик Клас и похлопал Лу Чжоу по плечу с улыбкой. — Танец вот-вот начнется, я не буду вас беспокоить.

……………………………………….

Хотя Лу Чжоу по-прежнему не интересовался танцами, приглашение от принцессы Мадлен было по доброй воле, было бы невежливо отказываться от него.

Не говоря уже о том, что в этот момент он представлял еще и свою страну.

Они стояли на танцполе и ритмично двигались под музыку, болтая.

Мадлен сказала:

— Ты помнишь маленькую карточку на столе?

Лу Чжоу, который постепенно подстроился под ритм музыки, ответил:

— Вроде что-то припоминаю, а что?

— Перед Нобелевским банкетом секретарь церемонии интересуется мнением гостей и старается удовлетворить их запросы. Просьбы пишут на карточке.

— И что?

— Поэтому мы всегда наблюдаем много интересных запросов, вроде просьб сидеть рядом с профессором Лу Чжоу.

— Что за странное желание?

— Ничего удивительного, — ответила принцесса. — Подобные просьбы поступают каждый год. Однако в этом году их гораздо больше. Насколько знаю, поступило более пятидесяти подобных просьб. Некоторые были от ученых, а около семидесяти процентов или около того, наверное, не совсем от людей, которые восхищались вашими академическими достижениями.

— Почему так?

— Потому что они были от молодых девушек, — сказала принцесса, с улыбкой глядя на Лу Чжоу. — Мне было любопытно, какой ученый может привлечь так много женщин.

Лу Чжоу кашлянул и попытался поменять тему:

— К сожалению, меня не разделить на пятьдесят частей.

Принцесса после небольшой паузы с улыбкой произнесла:

— А ты — забавный...

Музыка быстро закончилась.

Принцесса Мадлен отпустила руку и, поправив платье, весело спросила:

— Ну как тебе?

Лу Чжоу случайно наступил ей несколько раз на ноги, поэтому чувствовал себя немного неловко:

— Я только освоился, но уже все.

Принцесса Мадлен улыбнулась:

— Тогда хочешь, чтобы я еще поучила тебя?

— Я бы предпочел больше не танцевать.

Для него танцевать труднее, чем бегать вокруг озера Карнеги.

К счастью, его ботинок не слетел.

Видя, что Лу Чжоу смутился, принцесса улыбнулась и подразнила его:

— На самом деле, много прекрасных дам хотят потанцевать с тобой. Осталось еще много времени, так что наслаждайся этой ночью.

Она элегантно поклонилась, после чего невольно посмотрела в сторону и грациозно ушла.

Лу Чжоу впал в ступор и кинул взгляд на объект её интереса. Там он увидел Веру в черном вечернем платье.

Вера сжала оборки платья и покраснела:

— Я одолжила его у подруги… Оно мне подходит?

На самом деле Лу Чжоу хотел сказать, что платье немного великовато, поскольку подол почти касался пола.

Однако он не хотел задеть ее самолюбие.

В конце концов, рост — чувствительная тема для всех.

— Оно не подходит идеально, но оно прекрасно.

Вера немного опечалилась, услышав первую половину, но на второй половине расплылась в улыбке.

— Тогда могу я пригласить тебя на танец?

Возможно, улыбка Веры была слишком яркой, поскольку она заставила Лу Чжоу на мгновение остолбенеть.

В его голове возникла мысль.

Это уместно?

Лу Чжоу посмотрел в полные надежды глаза Веры и на секунду замер.

Похоже, в Принстоне не существовало правил, запрещающих танцевать со студентами.

После недолгого колебания он улыбнулся и кивнул:

— Конечно.

Глава 463. Обещаю, что это интереснее литиевых аккумуляторов

Что произойдет, если два новичка начнут танцевать вместе?

Лу Чжоу не задумывался об этом, когда принял приглашение на танец от Веры.

Но теперь он глубоко и болезненно осознал эту проблему.

— Подвинь ногу вправо примерно на три сантиметра… Да… Не так близко ко мне, двигайся более естественно. Да, хорошо…

Лу Чжоу наступили на пальцы ног, и хотя девушка очень легкая, ему все еще было больно.

Вера заметила реакцию Лу Чжоу и убрала ногу, после чего запаниковала и принялась извиняться.

— Извини, извини.

Лу Чжоу сохранял спокойствие:

— Все нормально, мне не больно.

Он смутился и наконец понял, как трудно было для Мадлен сохранять улыбку после того, как он ей наступил на ногу…

Вера покраснела, когда музыка закончилась. Она приподняла платье и слегка поклонилась Лу Чжоу, после чего развернулась и быстро убежала.

Как только Лу Чжоу освободился от этого "ритуала", он вздохнул с облегчением и ушел с танцпола.

Внезапно он увидел знакомого — директора Института физической химии Общества Макса Планка, профессора Герхарда Эртля.

Заметив Лу Чжоу, профессор Эртль улыбнулся:

— Давно не виделись.

— Давно не виделись, — Лу Чжоу кивнул профессору и торжественно сказал:

— Должен поблагодарить вас за рекомендацию.

— Не благодари меня. Я — не единственный, кто рекомендовал тебя Нобелевскому комитету, — профессор Эртль улыбнулся и продолжил:

— Однако их решение удивило меня. Не думал, что Клас примет такое решение. Когда увидел новости, от удивления уронил бутерброд на стол.

Лу Чжоу неловко улыбнулся:

— Даже не знаю, что сказать.

— Ничего страшного, бутерброд все равно оказался у меня в желудке, — рассмеялся Эртль. — В любом случае, поздравляю!

Лу Чжоу не пошел танцевать во второй половине.

Он последовал за остальными гостями и покинул Золотой зал. Как и другие Лауреаты Нобелевской премии, он направился к своей машине, но его окружили поджидающие снаружи репортеры.

Было темно, а они слишком шумели, он не мог разобрать, что это за СМИ.

Однако пока его серьезно спрашивали, он давал простые ответы:

Репортер CNN спросил:

— Профессор Лу Чжоу, как вы собираетесь потратить призовые деньги?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я еще не думал об этом. Может, воспользуюсь ими, чтобы улучшить свою жизнь, может, потрачу на финансирование исследовательских проектов… Или просто положу их в банк.

— Какой ваш следующий исследовательский проект?

Этот вопрос волновал многих. Возможно, даже большинство людей, которые интересовались им, задавались этим вопросом.

Лу Чжоу не стал давать четкого ответа на этот вопрос.

— Это интересный проект, который трудно осуществить, но если получится, то он изменит жизнь каждого.

Глаза репортера вспыхнули, и она тут же ухватилась за вопрос:

— Интереснее, чем литиевые аккумуляторы?

Не только автомобили Tesla, аккумуляторы BYD, дроны DJI и телефоны Apple… С момента, как произошел прорыв в технологии литий-серных аккумуляторов, батареи с высокой плотностью энергии вошли во все сферы жизни общества.

Два года назад было обычным делом смотреть видео во время зарядки телефона, теперь же люди заряжали телефоны раз в три-пять дней.

Не все знали, кто стоит за всем этим, но научное сообщество никогда не забудет этого человека.

Лу Чжоу рассмеялся:

— Обещаю, что этот проект гораздо интереснее!

После этого репортеры использовали все хитрости, но у них так и не получилось заставить Лу Чжоу проговориться.

В итоге он сбежал от репортеров.

Лу Чжоу сел в свою машину и поехал обратно в отель.

В холле отеля он увидел Чэнь Юйшань, которая уже сменила вечернее платье на повседневную одежду.

Чэнь Юйшань заметила Лу Чжоу, и в ее глазах появился блеск, она тут же подошла к нему.

— Где ты был? Я искала тебя.

Места на банкете разделены. Нобелевские лауреаты, члены королевской семьи и политические деятели сидели за главным столом. Все остальные сидели по разным частям зала.

На банкете присутствовало очень много людей, и не всех интересовали танцы, поэтому некоторые могли случайно последовать за толпой и покинуть место проведения мероприятия.

— Ты не ходила в Золотой зал?

— Золотой зал?

Лу Чжоу кивнул.

— После ужина в Золотом зале, что рядом с голубым, проходят танцы…

Когда она поняла, что пропустила последнюю часть банкета, выражение лица Чэнь Юйшань стало таким, словно она потеряла кошелек.

— Почему ты мне не сказал?!

Лу Чжоу потерял дар речи:

— Я думал, ты знаешь.

Это же разумно предположить.

Ну…

Думаю, да.

— Значит... ты танцевал?

Лу Чжоу кивнул.

— С кем?

— С принцессой Мадлен.

Глаза Чэнь Юйшань вспыхнули:

— С принцессой? Она хорошенькая?

Лу Чжоу кивнул:

— Вроде того.

Чэнь Юйшань печально вздохнула:

— Завидую, я тоже хотела пойти.

Лу Чжоу молча смотрел на нее.

Это всего лишь танец с принцессой, чему тут завидовать?

Чэнь Юйшань вдруг посмотрела на него с надеждой, отразившейся в ее глазах.

— Будет ли в будущем еще один шанс?

Лу Чжоу посмотрел в ее полные надежды глаза и воскликнул:

— Это Нобелевская премия, ты хочешь приехать сюда снова?!

— Разве ты не можешь выиграть ее снова? Я не помню правила, запрещающего выигрывать премию больше одного раза.

Лу Чжоу вздохнул:

— Теоретически это возможно, но безумно сложно.

В истории людей, получивших две Нобелевские премии, можно пересчитать по пальцам.

Их способности неоспоримы, но тут немаловажную роль играет удача.

То же самое относится к медали в кармане Лу Чжоу.

Если бы на заключительном этапе голосования академик Клаас засомневался в возрасте Лу Чжоу, ему пришлось бы ждать еще год.

Лу Чжоу прекрасно понимал, насколько трудно получить Нобелевскую премию.

Чэнь Юйшань с надеждой в голосе спросила:

— Но ведь возможно?

Лу Чжоу покачал головой:

— Слишком маловероятно.

Чэнь Юйшань рассмеялась:

— Тогда решено. Если ты выиграешь ее снова, то должен взять меня сюда!

Лу Чжоу беззаботно улыбнулся и отшутился:

— Конечно, если будет следующий раз, я не только приглашу тебя на банкет, но и можешь просить все, что хочешь.

Лу Чжоу обычно не давал обещаний.

Но он был уверен в своих ничтожных шансах вновь получить Нобелевскую премию.

Глава 464. Предостерегаю тебя

Хотя в Стокгольме уже наступила ночь, китайское на другой стороне земного шара небо все еще сияло так же ярко, как и всегда.

Центральный телеканал Китая задавал тон Нобелевской премии. После ночи редактирований и изменений они приняли решение включить его в шестичасовой выпуск внутренних новостей и восьмичасовой выпуск международных новостей.

Из-за разницы часовых поясов, в отличие от европейских СМИ, центральный телеканал не вел прямую трансляцию церемонии вручения Нобелевской премии. Однако телеканал весь сеанс новостей потратил на освещение этого момента, достойного национального праздника.

На экране телевизора Лу Чжоу в смокинге получил Нобелевскую премию от короля Швеции и был осыпан аплодисментами.

Когда люди увидели, что толпа встает и аплодирует, многих переполняло волнение, а некоторые начали даже плакать.

Особенно студенты из различных университетов, аспиранты, недавно попавшие в академический мир, и научные исследователи…

Они не только увидели славу Нобелевской премии от этого молодого парня, но и увидели надежду.

Китайское научное сообщество росло, ученые Китая распространялись по всему миру, и Китай переосмысливал науку.

Что еще могло взволновать людей из академических кругов?

Неудивительно, что из-за ярых обсуждений в интернете, имя Лу Чжоу снова попало в тренды.

После того как центральное телевидение опубликовало новостную трансляцию в Weibo, раздел комментариев мгновенно взорвался.

"Безумный!"

"Бог Лу безумный!"

"Черт возьми, 9 миллионов крон! Сколько это в юанях?"

"Китай — самый лучший!"

"Мой руководитель говорит, что золотой этап для ученого — это 30-40 лет. 24-летний лауреат Нобелевской премии — просто невероятно."

"Самое страшное — в другом. Хотя ему всего 24, он способен выдавать выдающиеся результаты каждый год. Даже Эйнштейн лишь в 26 начал творить чудеса. Но Бог Лу не останавливается с 20 лет…"

Конечно, даже если это потрясающее событие, неизбежно будет несколько мух, летающих вокруг, показывая свои мозги размером с кунжут.

На такой платформе, как Weibo, любой человек с клавиатурой был экспертом.

Разница в том, что, хотя эти люди смотрели на проблемы страны с точки зрения политика, они вовсе не вежливые, и им не хватало широких взглядов политиков.

Они делали вид, что все знают о социализме и капитализме. Когда все их знания о политике и науке шли из Ред Алерта и Эпохи Империй…

Поэтому между волнами радости затесались нелепые комментарии.

"Мусор! Это просто Нобелевская премия. Кого волнует какая-то премия белых людей! Ха-ха, совсем как тот физик Ян. Все, что он может, так это писать статьи, целыми днями занимается чистыми исследованиями, а какой в этом смысл? Может ли он делать бомбы или самолеты? Если нет, то может не спешить возвращаться в Китай! Тратит впустую еду и деньги!"

Эти сообщения представляли взгляды определенной группы людей.

К счастью, такая группа — не большинство.

Он не только не получил одобрения, но и быстро подвергся критике.

"Я охереваю, ты в детстве ел бомбы и самолеты? Что за бомбу ты использовал, чтобы напечатать этот комментарий?"

"Девятилетнему обязательному образованию предстоит еще долгий путь."

"Держа национальный флаг, борется против национального флага. Чинит препятствия стране во имя патриотизма. Такие умственно отсталые слишком распространились. Что дает вам право осуждать старого Яна?"

"Теперь возникает вопрос, что делаешь ты? Кроме траты впустую продовольствия страны?"

"Его мама, небось, говорит: "Извините… я случайно его родила"."

Наконец, комментарий исчез.

Его могли удалить администраторы, или автор увидел, что его комментарий вызвал общественное негодование и удалил его, чтобы избежать неприятности.

Это показывало, даже если вся страна радовалась случившемуся, некоторым это не нравилось.

Некоторые просто бухтели, будучи невеждами.

Другие делали это в своих собственных интересах.

Например, Ван Хайфэн, скорее всего, один из них.

Лу Чжоу, получивший Нобелевскую премию, стал для него ужасной новостью.

Он приходил в ярость каждый раз, когда шел по университету и слышал, как студенты возбужденно обсуждают нового лауреата Нобелевской премии по химии.

Однако его эмоции никак не влияли на мир.

С момента, как Лу Чжоу получил национальную премию первого уровня в области естественных наук, Ван Хайфэн полностью обессилел, столкнувшись лицом к лицу с Лу Чжоу. Не говоря уже о том, что теперь Лу Чжоу получил Нобелевскую премию.

В химической лаборатории университета Чжи.

Ван Хайфэн сидел в кабинете своего предыдущего руководителя и смотрел газету на столе, потом спросил:

— Планирует ли Лу Чжоу вернуться в Китай?

— В каком плане планирует? — академик Лю улыбнулся, услышав вопрос. — Его семья здесь, скоро Новый год, куда ему еще отправляться? К тебе домой?

— О чем ты? Я спрашиваю вообще, а не про Новый год!

— Я понял, про что ты, но мне лень отвечать на твой вопрос, — академик Лю ухмыльнулся. — Вернется или нет... Ты собираешься контролировать его?

Ван Хайфэн встревожился:

— Ты думаешь, будет хорошо, если он вернется? Ты же сам видел! На симпозиуме секретарь Лу чуть ли не воспринял его слова как приказ!

Академик Лю спокойно взглянул на Ван Хайфэна.

— Плохо или хорошо, не мы с тобой решаем.

Слова потрясли Ван Хайфэна, и вскоре он ощутил бессилие.

Как и говорил академик Лю, никто, кроме Лу Чжоу, не мог принять решение.

Он не мог сравнить себя с лауреатом Нобелевской премии с точки зрения влияний или связей.

Что касается фона Ван Хайфэна…

У кого не было сильного фона из университетов C9?

Разница между этими парнями, которые контролировали научный мир, заключалась в опыте и том, что Ван Хайфэн не интересовался чем-то вне академических кругов.

Конечно, все это второстепенно.

Будь то академическое, культурное или любое другое сообщество, пока оно находится в Китае, ничто, что мог сказать Ван Хайфэн, не могло победить Лу Чжоу…

— Черная кошка или белая, любая кошка, способная поймать мышь, — хорошая кошка. Дело в том, что Лу Чжоу действительно сделал это, и это достойно признания, — сказал академик Лю, глядя на своего бывшего ученика, будто осознав что-то. Он замолчал на какое-то время, после чего неспеша произнес:

— Точно, позволь сказать тебе кое-что.

— Что?

— Ты слышал о Ма Чаньгане?

Ван Хайфэн нахмурился и немного подумал, но в конце концов покачал головой.

— Нет.

Академик Лю улыбнулся:

— Ну... нет ничего удивительного, что ты не знаешь его, поскольку он — не из нашего университета, и не из области материаловедения. Он — лишь профессор математики.

Профессор математики?

Ван Хайфэн нахмурился, его озадачило, почему вдруг академик Лю заговорил о нем. В любом случае, между математикой и материаловедением — слишком велик разрыв.

Академик Лю посмотрел на хмурящегося Ван Хайфэна и сказал:

— Некоторое время назад, где-то спустя две недели, после международного конгресса математиков, он столкнулся с некоторыми проблемами финансирования исследований, и по-тихому из-за этого был уволен из университета Авроры.

— Уволили из-за проблем с финансированием? Он кого-то обидел?

Управление финансированием научных исследований довольно строгое, до такой степени, что приводило людей в бешенство. Вероятность проблем с финансированием — очень мала. Если только кто-то не был очень бедным или чрезвычайно жадным, немногие профессора глупы, чтобы красть деньги из фондов.

Если…

Это что-то не сомнительное, что случилось в прошлом.

Академик Лю улыбнулся:

— Я не знаю, кого он обидел и не знаю, что случилось с ним сейчас, поскольку не следил. Но вот что интересно, угадай, кто его учитель?

— Я… я не знаю.

— Это старик Гу — легенда в математическом сообществе.

Ван Хайфэн удивился, услышав это.

Старик Гу?

Хотя он не знал о математическом мире, он в академической среде долгое время, и знал основных личностей мира математики.

А старик Гу должен быть одним из руководителей в университете "Аврора".

Хотя он скончался шесть лет назад, он все еще имел огромное влияние.

Ван Хайфэн не знал, насколько популярен Ма Чаньгань в университете "Аврора", но любой, кто мог так легко избавиться от него, должен быть на уровне Филдсовской премии…

Ван Хайфэн вдруг ощутил холодный пот на спине.

— Я не знаю, из-за чего ты с ним поссорился, но даже если ты не забудешь про это, то надеюсь, что не сделаешь ничего глупого, — сказал академик Лю, пристально глядя на Ван Хайфэна, который лишился дара речи, после чего поставил чашку на стол.

— Я предостерегаю тебя!

Глава 465. Нобелевская лекция

— Я тебя предупредил!

Слова бывшего руководителя заставили Ван Хайфэна побледнеть.

Когда он вышел из офиса, то шел словно зомби, как марионетка.

Он вспомнил выражение лица академика Лю и внезапно осознал, насколько опасно поступал.

Возможно из-за того, что Лу Чжоу слишком молод, даже моложе собственных учеников, он почти забыл о правилах академического мира.

Благо, ему повезло, что Лу Чжоу — не мстительный человек.

Иначе Лу Чжоу мог с легкостью уничтожить его.

Впервые ему повезло, что противник не обращал на него внимания, словно он — лишь муравей…

………….

На самом деле, Ван Хайфэн переоценивал себя.

Если бы Лу Чжоу не встретил его на государственном банкете, он бы даже не вспомнил его.

В рамках церемонии вручения Нобелевской премии, после Нобелевского банкета, на следующей день состоялась серия Нобелевских лекций.

В два часа дня Лу Чжоу пришел в лекционный зал Шведской королевской академии наук. Он проведет тридцатиминутную лекцию на тему: "Тайна чисел в микроскопическом мире".

Лекционный зал был заполнен, а когда приехал Лу Чжоу, в него набилось еще больше народа, но никто не жаловался.

На эту лекцию со всего мира не только съехались ученые-химики, но и пришли студенты Стокгольмского университета, Королевского технологического института и даже некоторые местные жители, интересующиеся наукой.

Из-за особенностей Нобелевских лекций, они не были полностью академическими. Даже если кто-то не разбирался в определенной области, он все равно мог понять, что говорят люди на сцене.

Конечно, лекции не были упрощенными до безобразия.

Проще говоря, цель Нобелевских лекций в том, чтобы дать возможность ученым из одной и той же области, но в разных ответвлениях взглянуть на то, что делали или делают Нобелевские лауреаты. Дать им понять смысл и значение проделанной работы.

На словах это просто, но на деле — не совсем.

Ведь еще со второй половины двадцатого века развитие науки перешло от примитивного к совершенствованию различных отраслей. Ученые-электрохимики не обязательно смогут понять исследования в области физической химии, а ученые-биохимики могут не суметь прочитать статьи ни в одной из этих областей.

И это относится к любой дисциплине.

На своей лекции Лу Чжоу не использовал никаких сверхсложных формул для аргументации. Он говорил только о проблемах, с которыми столкнулся при исследовании ПУС-2, и выложил некоторые мысли по поводу некоторых неожиданных обнаружениях.

Хотя он не использовал никаких привлекающих слов, аудитория слушала его.

Одной из причин было уважение к Нобелевской премии.

Другой причиной было восхищение знаниями Нобелевского лауреата.

Большинство людей могли работать всю жизнь, и быть опытными только в одной области.

Добиваться прогресса на этой основе и делать небольшие успехи — задача ученого.

Современная наука развивалась именно так.

Однако это правило распространялось только на нормальных людей.

Для него, будь то теоретическая электрохимия или прикладные литий-серные батареи, он в одиночку решил проблемы, для решения которых нужно много людей.

Вскоре Лу Чжоу подошел к концу. Он помолчал немного, а затем сделал несколько простых заключительных замечаний.

— Помню, как давным-давно услышал одну фразу: когда ты совершаешь все ошибки, которые только бывают в какой-либо области — ты становишься экспертом в этой области. Потому что к этому моменту ты уже понимаешь, какие гипотезы обречены быть неверными.

— На мой взгляд, математические инструменты эквивалентны предоставлению уникальной перспективы. Она позволяет обходить накопление опыта с ошибками и стоять впереди, думая о неизвестных явлениях.

— Что такое наука?

Лу Чжоу посмотрел на толпу и сделал небольшую паузу, после чего уверенно произнес:

— На мой взгляд, это рациональное мышление. Давать ответ на неизвестное.

Громовые аплодисменты эхом прокатились по залу.

Толпа уважительно встала.

Лу Чжоу слегка поклонился, после чего развернулся и спустился со сцены.

……………….

Перед лекционным залом в коридоре Королевской академии наук стояли несколько человек в костюмах, перед ними был китаец средних лет.

Как только мужчина увидел Лу Чжоу, выходящего из лекционного зала, его глаза загорелись. Он улыбнулся и направился к Лу Чжоу.

— Профессор Лу, ваша речь была действительно захватывающей!

Услышав неожиданный комплимент, Лу Чжоу улыбнулся и посмотрел на незнакомца:

— Спасибо, а вы?

Чжан Вэньбинь улыбнулся и протянул правую руку:

— Чжан Вэньбинь, китайский посол в Швеции.

Посол?

Лу Чжоу не ожидал встретить такого человека здесь.

— Для меня большая честь познакомиться с вами.

— Это для меня большая честь, — ответил Чжан Вэньбинь, пожимая руку Лу Чжоу. — Поздравляю! Честь, что вы завоевали для всего китайского научного сообщества, огромна!

— Вы слишком добры, — Лу Чжоу смущенно улыбнулся. — В китайском научном сообществе много выдающихся ученых, одна Нобелевская премия — лишь вишенка на торте.

— Вы слишком скромны! Если Нобелевская премия — лишь вишенка на торте, то нет славы, достойной похвалы, — посол перевел дыхание и спросил:

— Могу я узнать, какие у вас планы после окончания поездки в Стокгольм?

Немного подумав, Лу Чжоу ответил:

— Мне придется посетить Францию.

— Францию?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, вручение премии за задачу тысячелетия, поскольку она — по пути, я решил принять ее.

Принять награду, потому что она — по пути…

Задача тысячелетия…

Этот парень…

Сотрудники посольства поежились от его слов.

Даже посол Чжан, который много чего повидал, не смог не удивиться.

Но он быстро закашлял и попытался скрыть свои эмоции.

— Я только думал, что спортсмены устают от медалей. Не думал, что такое может быть и в академических кругах. Профессор Лу, вы удивительны.

— Возможно.

С учетом Филдсовской премии, которую он получил несколько месяцев назад, это правда, что он выиграл довольно много наград в этом году.

Посол тут же спросил:

— А что после Франции?

Лу Чжоу немного задумался, поняв, что у него нет других планов, ответил:

— Помимо поездки домой, ничего больше не планировал.

Услышав это, посол Чжан широко улыбнулся и сделал предложение:

— Тогда перед тем как поедете домой, не могли бы вы посетить Пекин?

— Пекин?

— Да. Кое-кто хочет встретиться с вами.

Глава 466. Заехать во Францию

Церемония вручения Нобелевской премии закончилась.

Всему хорошему, рано или поздно, приходит конец. Ученые, собравшиеся в Стокгольме, разъезжались.

Лу Чжоу стоял у входа в аэропорт, глядя на свою семью. Сяо Тон, стоявшая позади родителей, с печальным лицом произнесла:

— Брат, ты не вернешься с нами?

— Перед возвращением мне нужно ещё во Францию. Скорее всего, я вернусь на следующей неделе.

Его отец спросил:

— Еще одна награда?

— Да.

Он обещал, что примет награду.

Прежде чем вернуться домой, он планировал посетить академию во Франции и получить награду от Института Клэя.

— Что за награда?

— Она связана с задачей тысячелетия.

Его отец не знал, что за задачи тысячелетия. Он немного подумал и решил спросить о деньгах в награду.

— Сколько она стоит?

Лу Чжоу задумался и ответил:

— Около миллиона.

— Долларов?

— Да.

Старый Лу какое-то время молчал, а потом выпалил:

— Гляжу... все вы, математики, получаете такие награды, которых хватит, чтобы купить жильё в большом городе.

Лу Чжоу кашлянул:

— Нельзя такое утверждать. Это не одно и то же для всех.

В плане заработка наука уступала инженерии. Поэтому нормально, что в науке большее финансирование и, следовательно, больше наград.

Однако только меньшинство в ней получали награды.

Большинству ученых в теоретических областях приходилось нелегко.

…………………………

Нобелевская премия в декабре имела огромное значение для научного сообщества.

Появление 24-летнего лауреата Нобелевской премии почти обновило признание у людей этой награды. Это также обновило признание многими людьми науки в целом.

Этот месяц стал не менее значимый для математического сообщества.

После того, как буря от уравнений Навье-Стокса окончательно осела, институт Клэя наконец выполнил свое обещание про миллион долларов и провел грандиозную церемонию награждения во французской академии… Ну так это видело большинство людей.

Потому что очень немногие знали, сколько усилий потратил профессор Карлсон, председатель научного комитета института Клэя, пытаясь убедить "упрямого" лауреата Филдсовской премии принять эту награду.

В месте проведения церемонии награждения…

Большинство из гостей, присутствовавших на ней, были академиками из французской академии наук и важными членами европейского математического общества.

Профессор Карлсон стоял на сцене и говорил торжественным голосом:

— От маленьких лодок, создающих волны, до высокоскоростных турбулентных потоков. Хотя уравнения Навье-Стокса предложили в 19 веке, мы очень мало понимали их глубокий смысл. В 2000-м году, в этом зале, мы бросили вызов ученым всего мира, чтобы изменить историю математики и раскрыть тайны уравнений Навье-Стокса…

— Теперь уравнения Навье-Стокса, наконец-то, решены. Мы получили неизмеримое количество знаний и пользы от этого прорыва, — профессор Карлсон сделал небольшую паузу. — История запомнит этот момент, а также запомнит всех, кто принимал в этом участие.

В зале раздались аплодисменты.

Под аплодисменты профессор Карлсон вручил Лу Чжоу сертификат и медаль.

Исследование уравнений Навье-Стокса наконец-то завершилось.

— Поздравляю, профессор Лу, — произнес Карлсон, крепко пожимая руку Лу Чжоу. Он улыбнулся и пошутил:

— Также благодарю тебя за то, что я, наконец, выполнил свое желание.

— Желание?

— Да, — профессор Карлсон ухмыльнулся. — Мы подготовили сертификаты и специальные медали для премии за решение задач тысячелетия. Я участвовал во всей подготовке, но только сейчас смог увидеть их применение. Первоначально перед выходом на пенсию я хотел выдать хоть одну награду. Однако, уйдя с поста директора института Клэя и став председателем научного комитета, я так и не смог исполнить желание… Поэтому спасибо вам за это, что помогли осуществиться ему.

Профессор Карлсон вдруг почувствовал себя измученным.

Он приложил много сил для будущего математики. Теперь он мог, наконец, отбросить эту ответственность и наслаждаться жизнью.

После получения награды Лу Чжоу недолго оставался в Париже и быстро сел на обратный рейс в Китай.

Первоначально он планировал лететь прямо в Цзиньлин, но из-за приглашения посла решил лететь в Пекин.

После того, как самолет приземлился, как и в прошлые разы, его тепло встретили.

Лу Чжоу отдал свой багаж водителю и телохранителю Ван Пену, после чего сел в черный автомобиль с красным флагом и поехал в таинственное место…

………………………

Лу Чжоу следовал за телохранителем, проходя через слои охранных постов.

Лу Чжоу пришел во внутренний двор, где встретился с пожилым президентом, который ранее вручал ему награду.

Кроме того, рядом со стариком сидел седой академик.

Лу Чжоу знал его по симпозиуму литий-серных батарей. Академик У Шиган также принимал участие в крупных научно-исследовательских проектах, таких как программа 863. Поэтому Лу Чжоу помнил его.

Скорее всего, он присутствовал здесь, как "научный переводчик". Он ответственен за упрощение слов Лу Чжоу, чтобы их поняли непрофессионалы.

Старик посмотрел, как Лу Чжоу вошел в комнату, и добродушно улыбнулся:

— Мы снова встретились.

Он протянул правую руку и сказал:

— Пожалуйста, садись.

Лу Чжоу сидел напротив старика, выпрямив спину.

Через какое-то время старик представил его ученому, сидевшему рядом.

— Это академик У Шиган.

— Здравствуйте, профессор Лу, — академик У улыбнулся и протянул правую руку.

— Здравствуйте!

Они пожали друг другу руки и больше не тратили времени на беседы зря.

В конце концов, присутствующие здесь — занятые люди.

Лу Чжоу не мог самостоятельно завершить проект термоядерного реактора DEMO, и ему нужна поддержка национального уровня.

К счастью, благодаря Нобелевской премии, Лу Чжоу получил такой шанс.

Хотя его основной областью была математика, никто не сомневался в его познаниях в области энергетики.

В конце концов, его прорыв в области литий-серных батарей принес пользу всей стране, нет ничего, более удивительного, чем факты.

— Энергия, материалы и информационные технологии являются тремя столпами современного социального развития. Энергия — основа силы и жизни промышленности. Если посмотреть на последние три промышленные революции, то энергия и ее получение неотделимы от технологических прорывов.

Академик У серьезно посмотрел на Лу Чжоу и от имени старика осторожно спросил:

— Поэтому какой проект вы считаете подходящим для нас?

Лу Чжоу произнес всего три слова:

Однако эти три коротких слова шокировали всех присутствующих:

— Управляемый термоядерный синтез!

Глава 467. Два слова

Ответ Лу Чжоу превзошел все ожидания академика У.

Во время встречи с послом Лу Чжоу сказал, что хотел бы обсудить проблему новой энергии.

Однако никто не придал этому особого значения. Они только думали, что он собирается говорить о будущих перспективах литий-серных аккумуляторов или о том, что ему нужно от страны для его исследований.

Поэтому У Шигана пригласили как "научного переводчика".

Однако термоядерный синтез — научно-исследовательский проект, который имел определенный риск…

Это несомненно за пределами его возможностей.

Академик У заметил, что старик смотрит на него, поэтому немного поколебавшись, он серьезно спросил у Лу Чжоу:

— Можете уточнить?

Лу Чжоу кивнул.

— Все источники энергии земли, будь то бензин, ветер или вода… все происходят от солнца, а солнце получает свою энергию от термоядерного синтеза. Как говорилось ранее, с технической точки зрения, как показали предыдущие промышленные революции, ключом к производительности является энергия. Если мы решим проблему термоядерной энергии, то это будет означать, что мы овладели солнцем. Мы овладеем будущим!

На минуту воцарилась тишина.

Лу Чжоу тоже молчал.

Он знал, что эти люди уже выслушали сотни волнующих и страстных речей, поэтому извлекли достаточно уроков.

Но он также знал о влиянии Нобелевской премии и силе, лежащей в словах "термоядерный синтез".

Получение термоядерной энергии — чище, чем получение энергии делением урана, и имело более доступный источник сырья.

В одном литре морской воды содержалось 0,03 грамма дейтерия. Энергия термоядерного синтеза, обеспечиваемая этим дейтерием, эквивалентна 300 литрам бензина.

Ресурсы дейтерия на земле — в изобилии. В море находилось более 45 триллионов тонн дейтерия, что почти неисчерпаемо. Что касается способа получения дорогого дейтерия, то достаточно простого промышленного метода "тяжелой воды".

Если бы они смогли освоить управляемый термоядерный синтез, то все промышленные энергетические проблемы исчезли бы.

Что означает исчезновение энергетических проблем?

Это значит, что можно построить железобетонную башню в бесплодной пустыне или создать пахотные земли на морском дне, куда не проникает солнечный свет… по крайней мере, теоретически.

Потому что, когда придет это время, электричество больше не будет стоить денег.

Конечно, Лу Чжоу — единственный, кто мог видеть, как это все происходит. Другими словами, он верил, что такое может случиться.

По сравнению с этими далекими фантазиями, политикам приходилось думать о настоящем и о чем-то, более реалистичном.

Академик У и старик думали в течение длительного времени, потом они переглянулись и посмотрели на Лу Чжоу.

Академик У неспешно произнес:

— Проект управляемого термоядерного синтеза существует уже давно, но до сих пор нет никакого очевидного прогресса. На самом деле, наша страна играет очень важную роль в проекте ИТЭР, поэтому мы очень хорошо понимаем ценность этой технологии и готовы инвестировать в нее больше средств. Но главный вопрос в том, какой ваш уровень уверенности? Стоит ли оно того?

Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Если технологии еще нет, то никакой эксперимент не проверит ее ценность. Наука — это пробы и ошибки, это относится к любой научной отрасли. Как академик, вы должны это знать.

— Но стоимость проб и ошибок для управляемого термоядерного синтеза может быть слишком большой.

У Шиган вдруг ощутил пот на своих ладонях.

Это из-за нервозной темы и из-за молодого человека напротив него.

Этот проект, по меньшей мере, будет стоить сотни миллионов.

И нет никаких ограничений, сколько в итоге денег будет потрачено на него.

Прежде чем технология будет получена, проект может превратиться в черную дыру, сжигающую деньги. Никто не знает, сколько это будет стоить…

Лу Чжоу кивнул и ответил на вопрос академика У:

— Да, дорого, но это принесет пользу всем будущим поколениям.

Возможно, он это тщательно обдумал, или может старика тронули слова Лу Чжоу. Он подумал полминуты, после чего медленно спросил:

— Какая поддержка вам нужна?

Лу Чжоу уверенно сказал:

— Финансирование, люди и сотрудничество с соответствующими министерствами.

Старик кивнул и даже не поинтересовался подробностями. Вместо этого он сказал лишь два слова:

— Нет проблем.

…………………………

Пока они разговаривали во дворе, академик Пань Чанхун из Юго-западного института физики проводил важное собрание.

В центре внимания был прорыв в удержании плазмы Вандельштейна, который сделали месяц назад.

На собрании делал отчет профессор Шэн Сяньфу, который только вернулся с академического обмена в Германии. В докладе он упомянул о проблеме дивертора стелларатора и о том, как Институт физики плазмы Общества Макса Планка решил эту проблему. Он также уделил внимание статье Лу Чжоу.

— Расчеты профессора Лу сыграли решающую роль в исследовании стелларатора. Его роль можно увидеть из обновленного плана управления Вандельштейна 7-Х…

На презентации профессор Шэн показал соответствующую техническую информацию и графики.

В конце он положил руки на стол и уверенно заговорил:

— Мы должны обратить внимание на этот вопрос, поскольку уже отстали в исследованиях стелларатора. Если не отнесемся серьезно, то отстанем еще сильнее.

Внезапно один исследователь возразил:

— Но даже так, с технической точки зрения, токамак более лаконичен. Кроме того, он — все еще основа в международном проекте по термоядерному синтезу.

Профессор Шэн кивнул и выдвинул контраргумент:

— Знаю, что токамак — все еще основной проект, но это не делает его правильным. Перед изобретением технологии нужно рассмотреть все возможности!

Внезапно еще один исследователь высказал мнение:

— Техническая проблема с токамаком — ограничение плазмы, да? Может, попросить профессора Лу помочь нам разработать схему контроля?

Профессор Шэн покачал головой:

— Проблема гораздо сложнее, чем со стелларатором. Теоретически, даже если мы будем иметь схему, нам понадобится соответствующее оборудование.

— Как можем узнать, не попытавшись?

Профессор Шэн разозлился:

— Почему бы вам самим тогда не написать письмо?

Исследователь не знал, что ответить, поэтому улыбнулся и замолчал.

Он не мог просить Нобелевского лауреата об одолжении.

Собрание зашло в тупик и сделало паузу.

Академик Пань вышел в коридор и закурил сигарету, вспоминая слова профессора Шэна.

— Чувствую, что токамак неосуществим.

В сравнении с китайскими СМИ, которые отмечали каждое маленькое достижение EAST, академик Пань, будучи экспертом в этой области, проявлял большую осторожность.

Со стороны многое может показаться крутым, но для тех, кто в области, это даже не достижение.

Профессор Чжэн Гаомин, стоявший рядом, спросил:

— Почему вы так решили?

— Ничего такого, — академик Пань покачал головой, а потом выкинул окурок. — Просто ощущение.

Внезапно в его кармане зазвонил телефон.

Он достал телефон и ответил:

— Слушаю.

Он молчал и ничего не говорил, потом кивнул:

— Хорошо, понял.

Чжэн Гаомин наблюдал за лицом академика Паня во время разговора и не мог понять, что происходит:

— Что случилось?

Академик Пань положил телефон обратно в карман и посмотрел на профессора Чжэна.

— Тот, о ком мы только что говорили, сейчас в Пекине.

Глава 468. Талантливый ветеран отрасли

После этого Лу Чжоу долго разговаривал со стариком.

Обсуждаемые темы, в основном, касались деталей управляемого термоядерного синтеза.

Это включало преимущества и недостатки различных технических путей, технические трудности и проблемы, которые в перспективе придется решать.

Поскольку академик У не связан с этой областью, он сидел рядом с ними и молчал. Он просто спокойно слушал, как плебей.

Сложные части Лу Чжоу попытался объяснить в терминах непрофессионала.

Само собою, помимо разговоров об управляемом термоядерном синтезе, они также обсудили идею создания Института перспективных исследований в Китае, подходящего на Принстон.

Что же касается особого отношения к Лу Чжоу в Китае, то он не упоминал об этом, а старик и не спрашивал.

Потому что об этом не было смысла говорить.

Даже если Лу Чжоу ничего не скажет, найдутся те, кто позаботится о нем.

Лу Чжоу последовал за охранником и вышел со двора. Ван Пэн ждал снаружи, рядом с черной машиной.

— Закончили?

— Закончил, — невзначай ответил Лу Чжоу, сидя на пассажирском сиденье.

Ван Пэн кивнул и ничего не сказал.

Это не его дело, о чем говорил Лу Чжоу там.

Как только Лу Чжоу пристегнулся, Ван Пэн завел машину.

Лу Чжоу посмотрел на него и спросил:

— Куда мы едем? Мне негде остановиться в Пекине.

Хотя старик устно согласился, конкретная реализация должна обсуждаться на внутренней правительственной конференции.

В конце концов, финансирование управляемого термоядерного синтеза — не дешевое, как не воображай.

Лу Чжоу все еще нужно оставаться в Пекине эти два дня, чтобы дождаться результатов собрания чиновников и пообщаться с китайскими учеными по управляемому термоядерному синтезу.

Ван Пэн искренне улыбнулся на слова Лу Чжоу:

— Профессор Лу, вы, должно быть, шутите! Вы — в родной стране, как мы можем не предоставить вам место для проживания?

…………………………..

Ван Пэн привез Лу Чжоу туда же, где он останавливался в прошлый раз в Пекине.

Когда управляющий Ван увидел Лу Чжоу, на его слегка пухлом лице расцвела добрая улыбка, после чего он со всем энтузиазмом поприветствовал его:

— Профессор Лу, вам понравился чай?

— Очень доволен, большое спасибо, — Лу Чжоу улыбнулся в ответ.

— Вы слишком добры. Если хотите, то можем принести вам еще чая.

В этот раз Лу Чжоу не отказывался от чая и не предлагал деньги.

Он знал, что гостиница — государственное учреждение, и если даст деньги управляющему Вану, то создаст для него проблемы.

К тому же, поскольку он выиграл две важные награды для Китая, не будет проблем, если он возьмет две пачки чая?

Идя за управляющим в свой номер, Лу Чжоу вдруг кое-что вспомнил.

— Кстати, управляющий Ван.

— Что случилось?

Лу Чжоу огляделся и спросил:

— Тут есть конференц-зал?

Управляющий улыбнулся:

— Конечно есть. Если он вам нужен, то просто скажите.

Лу Чжоу кивнул.

— Он понадобится мне послезавтра.

— Понял.

……………………………….

Прошло 11 лет с момента, как Китай присоединился к ИТЭР.

Начало всему этому положило письмо из Южно-западного института физики в Коммунистическую партию.

Авторам письма был академик Пань Чанхун, руководитель Юго-западного института физики.

И хотя он покинул свой пост в институте, он являлся опытным экспертом, и все еще имел значительное влияние в отечественном сообществе термоядерного синтеза.

Лу Чжоу, наконец, встретился с человеком, который бредил Китай присоединиться к ИТЭР.

Увидев старика, Лу Чжоу вежливо протянул ему руку и сказал:

— Здравствуйте, академик Пань, я давно хотел встретиться с вами.

— Это я должен ждать с нетерпением встречи с вами, — ответил академик Пань, пожимая руку. — Всегда слышал, что профессор Лу — молод и многообещающий, но никогда не встречал вас раньше. Не ожидал, что ты будешь моложе, чем я себе представлял… и более харизматичным.

Лу Чжоу улыбнулся и вежливо сделал жест рукой:

— Вы слишком добры. Пожалуйста, присаживайтесь.

Как только они сели за стол переговоров, персонал отеля налил каждому по чашке чая, после чего покинул конференц-зал, аккуратно закрыв дверь.

Лу Чоу собрался с мыслями и хотел заговорить, но его опередил академик Пань.

— Думаете, у стелларатора есть потенциал?

Лу Чжоу кивнул.

— Да, думаю.

Академик Пань пристально посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Уверены?

— Да.

— Но почему?

— Интуиция.

Интуиция?

Академика Паня ошеломило холодное лицо Лу Чжоу, он с улыбкой покачал головой:

— Научная интуиция? Интересно… Вы так сильно верите в свою интуицию?

— Само собою! — кивнул Лу Чжоу. — Если я не буду верить в это, то как смогу убедить других поверить в это?

Академик Пань ответил просто:

— Раз вы так говорите, то убедили. Мне стало интересно. Скажите, как вы собираетесь осуществить это?

— Управляемый термоядерный синтез — рисковый проект, который имеет множество технических трудностей, от физики плазмы до материаловедения и вычислительных технологий. Все исследовательские подразделения должны сотрудничать друг с другом. Это очень трудно сделать в одиночку.

Лу Чжоу немного помолчал, а потом искренне попросил:

— Мне нужна ваша помощь.

Академика Паня ошеломила такая неожиданная просьба.

Он немного подумал и покачал головой.

— Я ничем не могу помочь. Не буду говорить про свой преклонный возраст, стелларатор — не мое научное направление. Я могу читать лекции, но проводить эксперименты с молодежью мне уже очень трудно.

Старик прервался, а потом напомнил Лу Чжоу:

— Не говоря уже о том, что человек, отвечающий за управляемый термоядерный синтез в Китае, академик Чжоу, не поддержит мою точку зрения.

Лу Чжоу покачал головой:

— Академик Чжоу, в основном, сосредоточен на токамаке и не поддержит меня.

Академик Пань промолчал, но по лицу становилось ясно, что он согласен.

Это не просто инженерная проблема, но и проблема научных взглядов.

В конце концов, потратив миллиарды на исследования, никто не захочет слушать о другом исследовательском плане, который может забрать их ресурсы.

Не только финансирование, но и полномочия.

Авторитет и власть не связаны академически, это не решить лишь разговором.

Лу Чжоу помолчал немного, после чего сказал:

— В действительности вчера я говорил с высшим руководством и получил финансирование и гарантии поддержки. Новый проект будет идти параллельно с проектом токамака.

— Вы говорили с руководителями?

Лу Чжоу кивнул.

— Если так, то это в корне все меняет.

Академик некоторое время молчал и немного колебался.

Лу Чжоу тоже молчал и спокойно ждал, пока тот решит.

Старик посмотрел на пар, поднимающийся от чашки, и внезапно расслабился, потом улыбнулся Лу Чжоу:

— Если вас не волнует, что я стар, то готов попробовать.

Лу Чжоу с улыбкой протянул руку:

— Добро пожаловать в команду!

Глава 469. Просто купим один

Высокопоставленные чиновники в правительстве провели несколько дней в совещаниях. В течение этих нескольких дней Лу Чжоу тоже встречался со многими китайскими учеными по управляемому термоядерному синтезу, которых порекомендовал академик Пань.

Строго говоря, в китайских университетах не было специальности по управляемому термоядерному синтезу.

Большинство специалистов в этой области были профессорами физики плазмы или инженерами-ядерщиками.

Ситуация в Китае иная, нежели в Принстоне, здесь не существовало научно-исследовательского института, который занимался бы исследованиями устройства стелларатора. Когда Лу Чжоу был в Принстонской лаборатории физики плазмы, он мог легко собрать исследовательскую группу.

Но теперь он должен использовать связи академика Паня, чтобы найти таланты, разбросанные повсюду.

Конечно, помимо людских ресурсов, ему нужно решить еще одну важную проблему.

У него был рис и был повар, но ему не хватало кастрюли.

Академик Пань дал Лу Чжоу список имен и сказал:

— Если планируете заниматься стелларатором, то талантов и финансирования недостаточно. Нам нужен стелларатор. Это важнее всего остального. Как вы собираетесь это решить?

В мире действовало всего восемь стеллараторов, включая H1-Heliac, который университет Юйхуа получил из Австралии. Что касается "первого циклического симметричного стелларатора" Китая и Японии, то они подписали контракт лишь в прошлом году, и потребуется еще несколько лет до завершения проекта.

Китай мог подождать, как и весь мир. В конце концов, управляемый термоядерный синтез — вековой проект.

Однако Лу Чжоу не мог ждать.

Если он успешно не закончит DEMO к 2025 году, то он провалит цепочку заданий. Высокотехнологичная система относительно справедлива, и он не потеряет очки опыта, что уже получил от побочных заданий, но ему придется попрощаться с наградой за само задание.

Лу Чжоу взял список имен у академика Паня и задумался:

— У Германии есть старый стелларатор WEGA. Прототип Вендельштейна, нам не придется строить его с нуля. Мы можем купить и модифицировать его.

Академик Пань недоумевал:

— Вы хотите купить WEGA?

Лу Чжоу кивнул:

— Тратить деньги — необходимость в этой области.

Лу Чжоу подумал, что академик Пань не хочет, чтобы страна тратила деньги напрасно. В конце концов, стелларатор совсем не дешев, даже старый стелларатор будет дорого стоить.

Но в действительности академика Паня беспокоили вовсе не деньги.

— Дело не в деньгах. Они готовы продать его?

Лу Чжоу покачал головой:

— Не могу сказать, но мы можем договориться с ними. У меня есть кое-какие связи в Институте физики плазмы Общества Макса Планка, поэтому убедить их продать старое оборудование не должно быть большой проблемой.

На самом деле, WEGA не использовалась с 2013 года. Институт физики плазмы Общества Макса Планка сосредоточил все свои исследования на новом Вендельштейне 7-Х, поэтому была надежда убедить их продать старое оборудование.

Лу Чжоу помолчал немного, а потом продолжил:

— Когда все улажу здесь, я слетаю в Германию и попытаюсь убедить их сделать это.

На лице Пань Чанхуна промелькнула зависть.

У него не так много международных связей в академических кругах.

Чтобы заполнить пробел в стеллараторе, в 2017 году университету Юйхуа пришлось трижды посылать группы в Австралийский национальный университет. В итоге они договорились и потратили 35 миллионов австралийских долларов, чтобы купить маленькую машину.

Так называемый H1-Heliac…

Австралийские исследования стелларатора определенно уступали исследованиям Японии и Германии. H1-Heliac был спроектирован и собран Австралийским национальным университетом, поэтому он был далек от совершенства.

Будь у них выбор, то они не выбрали бы эту машину, но выбора у них не было.

Если каким-то образом Лу Чжоу удастся купить WEGA из Германии…

Уже только это можно будет считать достижением для китайского сообщества термоядерного синтеза.

……………………..

Лу Чжоу привез два огромных подарка по возвращению в Китай.

Первый — Нобелевская премия, а второй — пирог с термоядерным синтезом.

Однако этот пирог все еще оставался сырым. Все могли смотреть на него, но не могли съесть. Однако Лу Чжоу переполняла уверенность, что он сможет приготовить его.

Китай приветствовал подарки Лу Чжоу и встретил с величайшим вниманием.

После более двух недель обсуждений, решили дать зеленый свет исследовательскому проекту стелларатора.

После консультации с мнением Лу Чжоу проектную группу назвали "STAR", и она будет работать параллельно с программой управляемого термоядерного реактора токамак EAST.

Государство щедро выделило один миллиард.

Поскольку большую часть оборудования придется покупать, то миллиард — в долларах.

Юго-западный институт физики.

Когда Цзян Лян услышал эту новость, он не мог не ворчать.

— Миллиард долларов — слишком большие деньги.

Хотя проект того же уровня, что и EAST, то этого достаточно для финансирования нескольких проектов EAST.

Нобелевская премия же не должна стоить так много?

Чжоу Чэнфу сидел посреди кабинета и читал газету. Он, не поднимая глаз, безэмоционально произнес:

— Неважно, какая сумма. Он получил их сам, и это не наше дело.

И хотя это правда, это не могло не повлиять на Цзян Ляна.

Исследование термоядерного синтеза жадное до денег, но финансирование имело предел.

Хотя академик Чжоу был спокоен, Цзян Лян мог сказать, что старик был не в лучшем настроении.

В конце концов, первоначально он в одиночку отвечал и проводил исследования управляемого термоядерного синтеза Китая.

Но тут внезапно из ниоткуда появился молодой парень и решил сразиться за его трон. Очевидно, он не мог быть довольным.

Однако аура этого Нобелевского лауреата слишком ослепительна.

Цзян Лян мог догадаться, о чем думал старик, поэтому сказал:

— К слову, об академике Пане, хотя он долго был в команде, сотрудничающей с ИТЭР, работал не он один. Не говоря уже о том, что он уже на пенсии. Вы должны быть главным ответственным за проект управляемого термоядерного синтеза. Лу Чжоу собрался этим заниматься, но отправился к академику Паню и не советуется с вами. Не слишком ли это неуважительно?

— Иди займись своими делами, тебя это не касается.

Как только академик Чжоу увидел, что Цзян Лян закрыл рот, он продолжил говорить:

— Он может делать свое, а мы продолжим делать свое. Стелларатор все равно вне нашей области. Если мы сможем, то будем сотрудничать с ними, а если нет, то это не наша проблема. Мы сами ограничены в возможностях. Неужели он будет нас винить в чем-то?

Цзян Лян все понял и улыбнулся:

— Директор Чжоу, вы правы, теперь я все понял!

Глава 470. Вы действительно говорили только о математике?

Управляемый термоядерный синтез — ни самолет, ни пушка, ни ядерная ракета. Хотя он содержал "термоядерный синтез", это не делало его чем-то секретным.

Поэтому местонахождение исследовательского института не должно стать секретом, как и люди, участвующие в проекте.

То же самое и с коммуникациями.

Это напоминало программу Международной космической станции, подобные крупные проекты часто выполнялись не одной страной или организацией. Проект управляемого термоядерного синтеза аналогичный, конкуренция всегда присутствовала в ИТЭР, но там же было и сотрудничество.

Если бы для встречи нужно было совершить несколько рейсов и пересадок, то она, скорее всего, не состоялась бы.

Когда Китайская академия наук захотела исследовать токамак, они обосновались на живописном острове в городе Луянь.

Лу Чжоу нравился Цзиньлин, поэтому он нарисовал круг вокруг Пурпурной горы в Цзиньлине, который определил местоположение проекта.

На оформление официальных документов уйдет какое-то время, поэтому пока Лу Чжоу собирался навестить свою альма-матер.

Для начала, чтобы посмотреть на завершенное здание для Института вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета, на которое он потратил сто миллионов. Потом он все еще нуждался в поддержке Цзиньлинского университета для своего плана управляемого термоядерного синтеза и своего виденья китайской версии Института перспективных исследований.

Управляющий Ван последовал за Лу Чжоу ко входу в отель и с улыбкой спросил:

— Профессор Лу, вы не собираетесь остаться еще на несколько дней?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Нет. Слишком много работы, мне некогда делать перерывы. Еще увидимся.

— Берегите себя.

Лу Чжоу кивнул и направился к черной правительственной машине, которая ждала его.

Его чемодан уже лежал в багажнике, и ему не нужно беспокоиться о подобном.

Ван Пэн сидел за водительским сиденьем. Увидев, что Лу Чжоу пристегнулся, он завел машину:

— Куда?

— В аэропорт!

…………………………..

В административном корпусе Цзиньлинского университета…

Ректор Сюй сидел в очках за своим столом и работал.

Внезапно он услышал стук в дверь.

Ректор прекратил писать и откашлялся.

— Войдите.

Дверь открылась, и на пороге появился тот, кого он не ожидал увидеть.

Когда ректор увидел Лу Чжоу в дверях, он не поверил глазам. Он положил ручку и улыбнулся, вставая:

— Профессор Лу? Что привело тебя сюда? Проходи.

Лу Чжоу увидел документы на столе ректора, после вежливо улыбнулся и сказал:

— Я немного внезапно, только с самолета. Я ведь не помешал?

— Нобелевский лауреат посещает наш университет, само собою, мы будем приветствовать его с распростертыми объятиями. Как он может помешать? Однако это действительно неожиданно. Почему не предупредил заранее? Мы не подготовились.

— Это ни к чему. Я тут лишь, чтобы увидеть свою альма-матер, а не чтобы доставлять ей хлопоты, — Лу Чжоу поставил пакет с чаем на стол. — Я принес немного чая.

— Я не могу принять такой ценный подарок. Отнеси его старому Тану или старому Лу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ценный? Это лишь две пачки чая. Я также принес для профессора Тана и академика Лу, поэтому, пожалуйста, примите.

Перекинувшись парой слов, они уселись на диван.

Ректор велел своему секретарю приготовить две чашки горячего чая.

После чего Лу Чжоу серьезно заговорил:

— В следующем году я, скорее всего, покину Принстон и вернусь в Китай. Если не возражаете, то я побеспокою вас в будущем.

— Какое "побеспокою"? — ректор аж обомлел от такого. — Если хочешь вернуться, то я готов предоставить тебе место декана.

Лу Чжоу быстро ответил:

— Этого не нужно. Я — директор научно-исследовательского института, не надо мне еще управления в университете.

Он и так достаточно загружен. Если он станет ректором, ему придется клонировать себя, чтобы разгрести всю работу.

Кроме того, он против использования административной силы для устранения талантов.

Лу Чжоу сделал глоток чая, чтобы смочить горло, потом заговорил о других серьезных вещах.

— Я только вернулся из Пекина, встречался с президентом.

Директор Сюй внезапно стал серьезным.

— Могу узнать… о чем вы говорили?

— Ничего секретного. Документы, скорее всего, опубликуют в ближайшее время, поэтому могу сказать об этом раньше, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — Помимо некоторых технических моментов, мы, в основном, говорили об академических кругах и истории математики.

— Истории математики?

Лу Чжоу кивнул.

Еще со времен Ренессанса математики являлись группой, чрезвычайно чувствительной к окружающей среде. Математики прошлого, в основном, сосредоточились в Европе, французские ученые Бурбаки и немецкие ученые Гёттингена имели равную долю академического влияния и достижений. Однако менее чем за четверть века Гёттингенская школа была полностью уничтожена, а ученье Бурбаки тоже пришло в упадок. С тех пор мировой центр математики переместился из Европы в Северную Америку.

Лу Чжоу объяснил:

— За год в Принстоне я узнал довольно много, будь то сами знания или академическая культура. После изучения истории и получения реального жизненного опыта, я сделал вывод, что научное процветание неотделимо от открытой академической среды. Поэтому я сказал старику, что планирую построить китайский Институт перспективных исследований в Цзиньлине для чисто академических исследований, который будет отделять науку от бюрократии и политики.

Ректор Сюй кивнул на слова Лу Чжоу.

Он имел опыт работы в области научных исследований, поэтому хорошо знал о влиянии бюрократии на их эффективность.

Он был сторонником реформы образования, и ранее прилагал усилия в этом направлении.

Пусть он и не согласен с некоторыми политическими взглядами, но он полностью поддерживал точку зрения Лу Чжоу.

Особенно план Лу Чжоу по строительству института по подобию Института перспективных исследований в Китае. Они уже давно говорили об этом, тогда он тоже выражал свою поддержку.

Но это лишь поддержка, а все реализовать гораздо сложнее...

— Я согласен с тобою, но это трудно осуществить, особенно деполитизацию. Учитывая нынешнюю ситуацию в Китае, это в принципе невозможно…

— Президент согласился.

Ректор Сюй с широко распахнутыми глазами, полными недоверия, посмотрел на Лу Чжоу.

— Он сказал, что, поскольку это мой исследовательский институт, я могу делать все, что захочу. Если я не смогу, то все равно, но если получится, то могу расширяться в ограниченном радиусе.

Это очевидно означало... Цзиньлинский университет.

На самом деле, Лу Чжоу все равно, расширится он или нет.

Он не считал себя педагогом, он — лишь ученый.

Ему нужна комфортная академическая среда, которая позволит заниматься собственными исследованиями.

У него нет никаких политических требований, и он не заинтересован в их предъявлении.

Однако ректор просто не верил словам Лу Чжоу.

Особенно на положительный ответ от высокопоставленного правительственного чиновника. Это просто смешно.

Ректор не сдержался и спросил:

— Вы действительно говорили только о математике?

— Конечно нет, — Лу Чжоу улыбнулся. — Перед этим… мы говорили о управляемом термоядерном синтезе.

Глава 471. Большая стройка

Официальные документы быстро опубликовали.

Они словно отрастили крылья и прилетели следом за Лу Чжоу прямо из Пекина.

Первым этапом стала отправка военных отрядов, где они приступили к установке заборов вокруг района Пурпурной горы.

Хотя проект исследовательского центра занимал всего 80 акров, военные расчистили почти в десять раз больше.

Управляемый термоядерный синтез не имел ничего общего с ядерными бомбами, но в его названии присутствовало слово "ядерный".

И все, что связано с ядерным оружием, даже если оно абсолютно безопасно с технической точки зрения, заставит других бояться и беспокоиться.

К счастью, все делалось в пригороде, где небольшая плотность населения.

То, что надо снести, снесут, а то, что надо перенести, переместят. Из-за компенсации за снос в полтора раза больше рыночной стоимости, этот процесс был быстрым.

После этого пришло оборудование от китайской национальной ядерной корпорации.

Почти сразу же, как торги по проекту завершились, более десятка грузовиков и строительных машин бесстрашно проследовали за военнослужащими и въехали на строительную площадку, после чего начали устанавливать все на пустой земле.

Охранник Сяо Лю посмотрел на цементные блоки на грузовиках и спросил:

— Ядерная конструкция, специальный цемент… Они собираются здесь построить атомную электростанцию?

Сяо Ли, стоявший рядом, покачал головой:

— Не похоже. Атомные электростанции же стоят рядом с морем? Кто будет строить их черт и где?

— Тогда это для ядерных испытаний?

Сяо Ли опять покачал головой и ответил:

— Это еще мало вероятнее. Кто будет проводить ядерные испытания вблизи столицы и вблизи городов? Они это будут делать за тысячи километров от всех!

Сяо Лю не удержался и спросил:

— Тогда что, ты думаешь, они делают?

Сяо Ли посмотрел на пурпурную гору рядом и предположил:

— Думаю, это противорадиационное убежище. Что обычно говорят? Постройте лагеря рядом с горами и водой! Видишь вон ту Пурпурную гору рядом? Она — естественный ядерный бункер…

Старый Чжао больше не мог этого выносить и сделал им выговор:

— Хватить нести чепуху! Вы думаете, что сможете догадаться, что это? Заткнитесь и стойте спокойно.

Два солдата тут же прикрыли рты.

Это правда, они никак не могли догадаться, что правительство строит тут.

Внезапно на грунтовой дороге остановилась военная машина.

Двери машины открылись с двух сторон, и из нее вышел солидный мужчина в военной форме и молодой парень.

Вооруженные солдаты рядом тут же выпрямились и отдали честь.

Мужчина кивнул и отдал честь. Не говоря ни слова, он и молодой человек рядом с ним направились к строительной площадке.

Сяо Лю, который не мог держать язык за зубами, посмотрел на уходящего командира и не мог не заговорить с Сяо Ли вновь.

— Эй, как думаешь, кто идет за командиром?

Очевидно, Сяо Ли тоже заинтересовался этим вопросом, он посмотрел на молодого человека, уходящего от них.

— Даже не знаю. Он выглядит довольно молодо. У него бледная кожа, очевидно, он не из части… Может, он из логистики?

Старшина вновь сделал выговор Сяо Ли и Сяо Лю, после чего те, наконец, замолчали.

…………………

И недели не прошло с принятия проекта до начала строительства. Такая эффективность достижима только в Китае.

Лу Чжоу посмотрел на оживленную строительную площадку и испытал волнение. Он не мог не поблагодарить человека рядом с ним.

— Командир Ляо, большое вам спасибо.

Командир Ляо слегка улыбнулся:

— Нет нужды благодарить нас. Наш долг — защищать страну и дом. Настоящие люди, которые строят нашу родину — это такие ученые, как вы.

Одной из сторон, работающих с научно-исследовательским институтом STAR, армия Цзиньлина. Все это для того, чтобы проект продолжался с максимальной скоростью и без каких-либо перерывов.

Перед Лу Чжоу и командиром Ляо стоял главный инженер Сунь Чжунхай, присланный от Китайской национальной ядерной корпорации.

Хотя Сунь Чжунхаю уже шестьдесят, он работал над строительством Дайябейская АЭС. Он обладал исключительным опытом в области строительства атомных электростанций.

Опустив излишние приветствия, старый инженер положил чертежи на капот внедорожника и обратился к Лу Чжоу:

— Вот проект. Посмотрите, если надо что-то изменить, говорите.

Чертеж представлял из себя измененную версию научно-исследовательского института в Луяне. Хотя научно-исследовательский институт использовался для токамака, технические требования были схожи.

Лу Чжоу мельком взглянул на чертеж и сказал:

— Мне сложно понять такие профессиональные инженерные чертежи, поэтому я просто скажу некоторые из моих требований.

Инженер Сунь кивнул и жестом велел помощнику взять ручку и бумагу, готовясь записать требования Лу Чжоу.

Лу Чжоу посмотрел на экскаватор рядом и задумался.

— Безопасность превыше всего, после этого идет конфиденциальность. У меня нет особых требований к обустройству, поэтому можете делать их в соответствии со стандартами. Что касается подземной секции, мне понадобится помещение, площадью не менее пятисот квадратных метров, которое по большей части будет использоваться для хранения стелларатора.

Инженер Сунь посмотрел на чертежи, после чего — на строительную площадку и сказал:

— Мы можем выкопать дыру в горе и построить дорогу. После этого построим целую лабораторию в горах. Это пойдет?

— Не слишком ли хлопотно копать пурпурную гору?

Пурпурная гора не бесплодная, в нескольких километрах к северу от нее можно увидеть живописные пейзажи. Поэтому строительные работы в таком месте вынуждают учитывать множество факторов.

Инженер Сунь улыбнулся и небрежно ответил:

— Вовсе нет. Мы — один из главных национальных проектов, поэтому у нас самый высокий приоритет. Кроме того, мы только делаем небольшое отверстие у подножия горы, и не строим кучу больших зданий.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, тогда безопасность лаборатории должна быть гарантирована.

Командир Ляо серьезно спросил:

— Это опасно?

Сначала Лу Чжоу кивнул, но потом быстро покачал головой и ответил:

— В каждом эксперименте есть определенный риск, даже если риски небольшие, это вопрос предосторожности.

Теоретически управляемый термоядерный синтез — безопасен. В отличие от ядерного деления, ядерный синтез не вызовет цепной реакции. Если машина прекратит работать, то цепная реакция прекратится.

Однако даже температура плазмы высокого давления составляла сотни миллионов градусов. Хотя ядерного синтеза не присутствовало, определенная опасность была.

Однако если строительство будет правильным, то риск можно значительно уменьшить.

— Не беспокойтесь об этом. Научно-исследовательский институт будет построен с использованием специального цемента.

Лу Чжоу огляделся:

— Другой момент — это дорога, которая здесь выглядит не очень хорошо.

Командир Ляо сказал:

— Это не проблема. Доложу об этом начальству. Они свяжутся с городским советом, чтобы тот построил тут дорогу.

Лу Чжоу кивнул:

— Благодарю.

Глава 472. Знание - величайшее богатство

Дым и пыль валили из машин, ездящих туда-сюда по стройплощадке, и из безостановочно ревущих экскаваторов и цементовозов. Там стояли инженеры в белых касках с чертежами в руках. Они лично приехали на стройку, чтобы контролировать строителей в желтых касках.

Как машины, все работали круглосуточно. Проект продвигался с бешеной скоростью; строительная площадка бурлила.

Вокруг — все в грязи. Просто наблюдая издали, можно покрыть обувь пылью и грязью.

Однако рядом стояли высокопоставленные чиновники из городского совета. На их лицах не было и капли отвращения, наоборот, они сияли от радости.

В Цзиньлин внезапно направили миллиардные инвестиции. Это — благословение с небес для города.

Тем более это научно-исследовательский проект по термоядерному синтезу, что значительно помогал развитию промышленности и привлечению талантов в город.

Если говорить прямо, то это огромное политическое достижение.

Само собой, проект не стоило держать в секрете. Во всем мире множество исследовательских институтов, которые занимаются подобными исследованиями, и они занимаются этим уже почти полвека.

Однако, чтобы избежать ненужных тревог и недоразумений, подобное все еще держалось в тайне. Пока не появятся какие-либо блестящие результаты, лучше всего избегать огласки.

Поскольку вся строительная часть была оставлена на командира Ляо, качество работы было гарантировано.

При нынешних темпах потребуется не более шести месяцев. Если все пойдет хорошо, то будет достаточно и трех-четырех месяцев.

С тех пор как командир Ляо дал слово Лу Чжоу, Лу Чжоу более не беспокоился о ходе строительства. Рассказав инженеру Суню о своих требованиях, он сосредоточился на подготовке к строительству института перспективных исследований в Цзиньлине.

За три дня до нового года институт STAR находился на второй неделе строительства, а строительство института вычислительного материаловедения, наконец, завершилось.

Лабораторное здание, которое заимствовал Лу Чжоу, наконец вернулось первоначальному владельцу.

Однако профессора химии в Цзиньлинском университете не слишком были рады такому.

Поскольку переезд института означал, что высокоточные приборы и оборудование за миллионы долларов также переедут.

Хотя институт вычислительного материаловедения переехал недалеко от Цзиньлинского университета, он все еще находился за университетским городком.

В будущем будет не так просто позаимствовать приборы.

Декан факультета химии посмотрел на уезжающий грузовик и спросил у Лу Чжоу, стоящего рядом с ним:

— Куда вы так спешите? Вас никто не торопит.

— Это лабораторное здание — все еще собственность университета. Нехорошо присваивать его себе.

Декан Ли покачал головой:

— Но ты — не чужой.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Цзиньлинский университет — моя альма-матер, я никогда не думал о нем как о чужом. Но правильнее будет разделять общественное и частное.

Если между государственным и частным бизнесом не будет ясной черты,то рано или поздно это вызовет проблемы.

Когда он был за границей, он осторожно делал каждый шаг. Вернувшись в Китай, он должен проявлять предельную осторожность.

Поскольку Лу Чжоу был непреклонен, декан Ли мог только вздыхать.

— Ты прав. Ты теперь лауреат Нобелевской премии, эталон Китайского научного сообщества. Все следят за тобой. Есть множество, кто смотрит на твои достижения, а также множество тех, кто ждет, когда ты совершишь ошибку. Действительно, тебе следует быть осторожнее.

Лу Чжоу кивнул.

— Конечно.

…………………….

Хотя здание научно-исследовательского института было построено, а оборудование переместили, это все только начало того, как Лу Чжоу видел Цзиньлинский Институт перспективных исследований.

Институт вычислительного материаловедения — единственный научно-исследовательский институт в округе, все остальные пока оставались лишь в планах.

Если он хочет воплотить планы в реальность, ему надо приложить гораздо больше усилий.

Поскольку это частное исследовательское подразделение, Лу Чжоу не хотел просить у государства больше денег, после организационных запросов. Хотя президент пообещал ему беспроцентный кредит в миллиард юаней, Лу Чжоу не собирался занимать эти деньги.

Для начала ему сейчас не нужно столько денег.

Потом в китайском филиале его компании оставалось довольно много средств, которые он мог использовать.

Если бы он не смотрел на цифры на своем банковском счету, то мог бы и забыть, что по сути — миллиардер. Когда он осознал, что у него столько денег, то немедленно вложил сто миллионов юаней в фонд Института перспективных исследований Цзиньлина.

Лу Чжоу всегда с легкостью тратил деньги на исследования.

В конце концов, первоначальная цель его компании в том, чтобы помочь ему с исследованиями.

Лу Чжоу прогуливался по новому зданию института со своим самым полезным помощником Ян Сюем. Ознакамливаясь со всем вокруг, он спросил:

— Каково вернуться домой?

Ян Сюй улыбнулся:

— Лаборатория намного просторнее, и тут не так много людей, поэтому все выглядит пустовато.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Это ненадолго. Я быстро найму новую группу исследователей и оживлю это место.

С его Нобелевской премией, в сочетании с современным оборудованием и новым лабораторным зданием, Лу Чжоу даже не нужно предлагать высокую зарплату, чтобы привлечь кучу трудолюбивых ученых.

Конечно, с точки зрения долгосрочных перспектив, он также не обделит своих исследователей.

Лу Чжоу стоял в кабинете директора с окнами от пола до потолка. Он посмотрел на весь институт и воодушевленно сказал:

— Это только первый этап исследовательского института. Осталось еще три. Не только материаловедение, но и математика с физикой. Будь то программное или аппаратное обеспечение, мы должны стремиться к достижению мировых стандартов!

— Более высокие стандарты, чем в ЦЕРНЕ?

— Рано или поздно мы добьемся этого.

Хвастовство не требует доказательств, но что если оно окажется правдой?

Ян Сюй пошутил:

— Вы, правда, планируете получить адронный коллайдер?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это просто идея. Его нельзя просто построить в городе, к тому же, сейчас у нас нет необходимых ресурсов.

Эксперименты по физике — еще одна финансовая черная дыра. Ничего впечатляющего не выйдет, даже если он вложит туда все свои деньги.

Однако если проект управляемого термоядерного синтеза будет успешным, то финансы больше не будут проблемой.

На этом этапе жизни, даже если он нарисует на земле круг для адронного коллайдера или захочет разместить в небе спутник для сбора темной материи, неважно, какая идея придет ему в голову, кто-то даст ему зеленый свет.

Ян Сюй не думал о столь далеких вещах, его мысли занял адронный коллайдер. Задумавшись, он потер подбородок.

— Он — не из дешевых, да? Это обойдется в миллиарды. Откуда взять такие деньги?

Лу Чжоу улыбнулся, но не дал прямого ответа:

— Знание — величайшее богатство. Наши исследования создают богатство, — Лу Чжоу посмотрел в окно. — Собери всех исследователей. У нас будет совещание по дальнейшим планам!

Глава 473. Два направления

— Это все?

Лу Чжоу стало немного не по себе, когда он посмотрел на пустой конференц-зал.

Когда он выступал с лекцией в Шведской королевской академии наук, зал был настолько переполнен, что слушатели не могли попасть в лекционный зал, и им приходилось сидеть в коридорах.

Но теперь, оглядевшись, он увидел в конференц-зале только около 20 человек.

Некоторых он знал.

Брата Цяня, Лю Бо…

— В нашем институте не так много официальных исследователей. Я подумал, что будет что-то конфиденциальное, поэтому не звал стажеров и помощников, — сказал Ян Сюй, неловко посмотрев на Лу Чжоу. — Мне их позвать?

Лу Чжоу немного удивился, а потом улыбнулся:

— Не надо, все нормально. Все присутствующие здесь — костяк нашего института, мне есть что сказать.

Он подключил флешку к проектору и включил его.

Как только позади него появилось изображение, он откашлялся и собрался.

— Вы, возможно, уже слышали, что в Цзиньлине разворачивают проект по управляемому термоядерному синтезу.

После этих слов в конференц-зале поднялась суматоха. Все удивленно переглянулись.

Даже несмотря на то, что они уже знали об этом по слухам, слухи всяко менее шокирующи личного подтверждения Лу Чжоу.

Если кто-то скажет, что хочет исследовать что-то наподобие управляемого термоядерного синтеза, над ним просто посмеются.

Однако в случае Лу Чжоу, все по-другому.

Он не только решил уравнения Навье-Стокса, но и создал математическую модель явления турбулентности плазмы, используя многообразия Лу.

Когда их богоподобный босс заявил, что хочет заняться термоядерным синтезом, даже если сидящие здесь никогда не видели стелларатора, они все еще верили в своего босса.

Однако они не понимали, отчего Лу Чжоу решил говорить об этом здесь?

В конце концов, они — не институт физики плазмы, их исследования сосредоточились на материаловедении и не имели ничего общего с управляемым термоядерным синтезом.

Однако последующие слова Лу Чжоу все объяснили:

— Вы можете задаваться вопросом, как это связано с вами? В конце концов, вы — химики по образованию, и вы занимаетесь материалами. И хотя некоторые изучали физику твердых тел, это все еще не имеет ничего общего с плазмой.

— Однако прорывы в области энергетики неотделимы от достижений в области материалов. Нам нужно большое магнитное поле, чтобы сдерживать неустойчивую плазму. Нам также нужна более надежная стенка, чтобы противостоять свету и теплу термоядерной реакции.

Лу Чжоу окинул взглядом исследователей и на секунду прервался, после чего начал говорить о главном:

— Наши будущие исследования будут сосредоточены на двух основных направлениях. Одно — сверхпроводники. Как уже сказал, нам нужно разработать материал, который будет обладать более низкой температурой сверхпроводимости для усиления магнитного поля.

— Второе — термостойкие материалы. Нам нужно разработать стенку, устойчивую к высоким температурам и способную блокировать плазму, вырвавшуюся из магнитного поля.

— Сейчас мы добились прогресса в сверхпроводниках. К конференции MRS материал СГ-1 обладал температурой сверхпроводимости в сто один кельвин. Среди других сверхпроводников это число не какое-то особенное, однако пластичность самого графена предоставляет нам большой потенциал для дальнейших исследований.

Лу Чжоу вывел список технологий, необходимых для управляемого термоядерного синтеза, на экран.

В одиночку он не мог решить все эти проблемы. Лучший способ добиться результатов будет разделить исследовательский проект на меньшие, после чего передать часть другим исследовательским группам.

А он сам возьмет некоторые из более сложных проблем для проведения исследований.

На самом деле многие китайские исследовательские институты использовали подобную модель, когда проводили крупные исследовательские проекты.

Например, академик получил восьмизначное финансирование проекта, он делит проект на множество подпроектов семизначного или шестизначного уровня, которые разделяет среди ученых программы Чанцзяна. Если подпроект можно поделить еще, то ученые Чанцзяна разделят работу с учеными Цзе Цина. План проекта напоминал пирамиду.

Конечно, это не точное сравнение. Ведь в академической пирамиде, будь ученые Чанцзяна или ученые Цзе Цина, все они считались лучшими экспертами в сравнении с обычными. Различия можно увидеть, только сравнивая их между собой.

Однако у подножия пирамиды, несомненно, окажутся новички, и им дадут самую утомительную работу.

Лу Чжоу посмотрел на присутствующих:

— Если мы добьемся успеха, то принесем пользу стране, народу и даже всей цивилизации. Значение этой работы нельзя измерить деньгами.

— Я понимаю, что этот проект нельзя осуществить за ночь, и каждый шаг будет полон трудностей.

— Но я уверен, что мы их преодолеем!

— Вместе мы будем стараться изо всех сил!

……………………………

Собрание закончилось.

Лю Бо держал заметки и пробормотал под нос:

— Управляемый термоядерный синтез… Думаешь, это надежно?

Цянь Чжунмин спросил:

— Что ты под этим подразумеваешь?

— Вместе с нами в нашем институте — всего сто человек, в том числе студенты, которые пришли из Цзиньлинского университета. Только 20 официальных исследователей. Ты видел проект в презентации? Только нужное число сотрудников меня заставляет сомневаться.

Цянь Чжунмин не ответил на его вопрос, а спросил:

— Помимо нашего босса, сколько Нобелевских лауреатов есть в Китае?

Лю Бо впал в ступор, он не понимал смысла вопроса.

— Академик Ян, старушка Ту... Мо Янь?

— Я только о научном сообществе.

— Тогда только два.

— А сколько из них все еще на переднем рубеже исследований?

Академику Яну уже 95 лет. Хотя он взрастил много талантливых китайских физиков и выдвинул много конструктивных идей для китайского сообщества физиков, он явно уже отошел от научных исследований.

Старая Ту — такая же, ей уже 87 лет. Она вышла на пенсию и наслаждалась жизнью. Неважно, занималась ли она научными исследованиями или нет, глупо ожидать, что кто-то столь старый даст какие-либо значительные результаты в исследованиях.

Лю Бо задумался и ответил:

— Думаю, что только Бог Лу.

— Да, — Цянь Чжунмин кивнул. — Так ты думаешь, что для него будет проблемой найти еще таланты?

Если научно-исследовательский институт Нобелевского лауреата захочет нанять людей... тогда исследователи всей страны или даже мира побегут к этому институту, они изо всех будут пытаться попасть внутрь.

Глава 474. Как минимум, постдок

Как и говорил Лу Чжоу на собрании, если они хотят решить проблему управляемого термоядерного синтеза, они не могут избежать прорыва в области сверхпроводников.

Но мало лишь совершить технологический прорыв, если он не применим в технике, то даже самый крупный прорыв останется в лабораториях.

Например, материал СГ-1 — один из главных прорывов в области сверхпроводников, он уже показал значительные перспективы реального применения.

Однако будь то Китай или остальной мир, у них вообще нет никакого опыта в производстве сверхпроводников на основе углерода, не говоря уже о применении его в технике.

Поэтому Лу Чжоу приходилось преодолевать не только академические проблемы, но и проблемы за пределами академических кругов.

К счастью, он мог делегировать проблемы другим людям…

Лаборатория внутри Института вычислительного материаловедения.

Прямо сейчас перед Лу Чжоу стоял Цао Ганьвэй, главный инженер Баошэн Груп.

Это дочерняя компания AVIC (Aviation Industry Corporation of China) и ведущая компания в области сверхпроводников в Китае. Они сотрудничали со многими китайскими исследовательскими институтами, такими как Китайская академия наук, и участвовали во многих крупномасштабных исследовательских проектах. Цао Ганьвэй — главный инженер компании, поэтому он участвовал во многих проектах.

Их самым выдающимся проектом был, вероятно, Пекинский электронно-позитронный коллайдер III(BESIII).

Трудно предсказать будущее, но на данный момент намагничиватель BESIII по-прежнему оставался самым большим сверхпроводящим магнитом в Китае.

Также эта компания участвовала в проекте EAST и нескольких других проектах токамака.

Посоветовавшись с академиком Панем, Лу Чжоу сразу же решил связаться с этой компанией и предложить им научно-исследовательское сотрудничество.

Получив предложение о сотрудничестве от Института вычислительного материаловедения университета Цзиньлин, Баошэн Груп тут же направила своего главного инженера и придала этому проекту наивысший приоритет.

Даже если бы у Лу Чжоу не было Нобелевской премии и его репутации в сообществе материаловедения, национальный исследовательский проект в миллиард долларов однозначно будет считаться проектом высшего уровня.

Однако когда инженер Цао выслушал требония Лу Чжоу, он быстро осознал, что все не так просто.

— Вы собираетесь использовать сверхпроводящий магнит в 50 тесла на стеллараторе, боюсь, это будет нелегко.

Даже старшеклассники знали, что чтобы создать более сильное электромагнитное поле, нужно только увеличить число витков, обернутых вокруг соленоида.

Однако несмотря на это, достижение магнитного поля более 10 тесла — инженерный кошмар.

Лу Чжоу сказал:

— Если это сложно с традиционными материалами, то может стоит использовать новые?

Инженер Цао удивленно вскинул брови:

— Вы говорите о СГ-1?

Хотя он — не академик, он все еще работал в области сверхпроводящих магнитов, и в курсе последних научных разработок в области материаловедения.

Особенно после того, как СГ-1 появился на конференции MRS. Хотя он не читал статью и не присутствовал на конференции, но все еще слышал о его магических свойствах.

Лу Чжоу кивнул:

— Верно. Я — тот, кто участвовал в его разработке.

Инженер Цао удивился этому, но быстро взял себя в руки.

Он слышал, что результаты получили в химической лаборатории Фрика в Принстоне. Поскольку Лу Чжоу — профессор Принстонского университета, его участие в этом проекте — не что-то удивительное.

Инженер Цао немного подумал и осторожно спросил:

— Здесь есть образец СГ-1?

— Не только образцы, но и все экспериментальные данные. За мной.

Лу Чжоу отвел Цао Ганьвэя в другую лабораторию. Он велел Цянь Чжунмину за компьютером собрать различные экспериментальные данные по СГ-1.

Инженер Цао потратил некоторые силы, глядя на данные и графики на экране, потом, хмурясь, размышлял некоторое время, прежде чем сказать:

— Честно, я впервые слышу об использовании сверхпроводников на основе углерода.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Разве эксперименты — не часть науки?

— Верно, но мы же — компания. Хотя ваши слова звучат интересно, мы должны мыслить реалистично, — ответил инженер Цао, потирая подбородок и глядя на график зависимости сопротивления материала от времени. Спустя долгое время, в его глазах вспыхнул интерес, — теоретически это возможно, но с ценой графена сейчас… Если вы хотите построить магнит такого размера, это будет чрезвычайно дорого.

— Бюджет — не проблема. Даже если это обойдется в миллиарды, термоядерный реактор DEMO того стоит.

Миллиард долларов — только первый этап инвестиций. Он уверен, что со временем, при наличии выдающихся результатов, все больше людей будут инвестировать в это.

— Поскольку стоимость — не проблема, то думаю, что стоит попробовать, — призадумался инженер Цао и сделал паузу, прежде чем осторожно спросить:

— Могу я забрать с собой несколько образцов для исследований?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, но вы не можете взять экспериментальные данные. Они включают в себя некоторую конфиденциальную информацию. Боюсь, ее вы можете посмотреть только здесь.

— Я понимаю.

После того, как главный инженер ушел, Лу Чжоу нашел Ян Сюя.

— После нового года я собираюсь поехать в Германию.

— Германию?

— В основном, ради стелларатора. Но я еще собираюсь купить новое оборудование, примерно на сто миллионов долларов. Мне надо, чтобы ты составил необходимый список.

После нового года он расширит институт, поэтому оборудование тоже нужно обновить.

На лице Ян Сюя появилась улыбка, когда он услышал про новое оборудование.

— Легко. Поскольку мы занимаемся сверхпроводниками, давайте возьмем два просвечивающих электронных микроскопа.

Хотя в институте уже был один, наличие еще двух позволит тому же самому эксперименту дать еще два набора данных.

Особенно в случае такого устройства, как просвечивающий электронный микроскоп, невозможно иметь их слишком много.

Лу Чжоу согласился, даже не моргнув.

— Запиши их в список, — он сделал небольшую паузу. — Я также планирую увеличить число исследователей до двухсот. Я поручу компании заняться наймом, а тебе придется заняться отбором талантов.

Ян Сюй кивнул:

— Не переживайте. Я буду придерживаться самых высоких стандартов. Точно, есть ли какие-либо требования к ним?

Лу Чжоу задумался, а потом ответил:

— Как минимум, постдок.

Глава 475. Новички исследователи

"У тебя есть друг в материаловедении? Почему бы ему не обратиться в Цзиньлинский институт перспективных исследований? *Ссылка на страницу вакансий*."

"ПС1: Все, что вам нужно, это страсть к исследованиям. Минимальный уровень образования: докторская степень с 12-месячным стажем работы в качестве постдока или научного исследователя."

"ПС2: Не обязательно быть доктором наук в области материаловедения. Доктора наук по математике, физике и других дисциплин также могут отправлять резюме. Но приложите к резюме свои заявки на исследовательские проекты."

В полночь, в лаборатории материаловедения в Университете науки и техники Китая.

Хоу Цзиньли, который следил за лабораторией, просматривал Weibo, увидев этот пост он внезапно ощутил прилив сил.

Как и многие люди, он подписался на Бога Лу на Weibo, только чтобы наблюдать, как тот хвастается своими достижениями. Поскольку этот Нобелевский лауреат ничего не публиковал давно, он не ожидал увидеть объявление о приеме на работу.

Посмотрев комментарии, он увидел, как простые люди что-то обсуждают.

"Минимум, докторская степень, 12 месяцев опыта работы постдоком… Бог Лу, я все еще учусь в бакалавриате, не могли бы вы оставить мне место?"

"Мне не по себе от этой рекламы, я зарепосчу ее!"

"Может ли бакалавр отправить резюме? Я могу мыть полы, наливать чай и быть милым."

"Черт, почему нет биологии? Подумайте о нас, биологах!(крик)(крик)."

"Этот биолог глупый, может вылечим его… (злая улыбка)."

— …

Хоу Цзиньли увидел сотни лайков и почувствовал, как от экрана идет сплошная злоба, поэтому решить больше не читать комментарии.

Ежегодно множество студентов падали в большую темную яму биологии, химии, экологии и материаловедения.

Исследовательская среда в области материаловедения везде одинаковая, будь то Китай или весь мир.

Прибыль составляла менее 30%. Обычно продукт разрабатывался 7-8 лет. Реальный вопрос состоял в том, сколько зданий можно построить за эти 8 лет? Сколько онлайн компаний успеют вырасти, стать публичными и обанкротиться за это время?

Конечно, материаловедение — все еще относительно важное в Китае, поскольку промышленность получала довольно большую поддержку.

Иначе не будет так много компаний, которые полагались на государственные субсидии и финансирование научных исследований, чтобы выжить.

Конечно, для начинающих исследователей в этой области, проведение научных исследований все еще зависело от страсти, дело не только в деньгах.

Если бы Хоу Цзиньли спросил себя, почему он не изменит профессию, то он ответил бы, что это связано с его любовью к материаловедению.

В то же время он надеялся, что когда-нибудь добьется такого же успеха, как его научный руководитель, и будет водить BMW, заниматься многомиллионными проектами и общаться с руководителями публичных компаний.

Однако наряду с прекрасными мечтами, часто реальность полна разочарований.

Проекты на миллионы долларов? У него даже нет собственной лаборатории!

Его идеальным будущим путем будет два года в качестве постдока, после этого он подаст заявку на участие в программе "Тысяча талантов", а потом будет работать в престижном университете…

Однако это лишь прекрасный идеал.

В реальности у него меньше тысячных шансов на успех.

Когда Хоу Цзиньли посмотрел на сообщения Weibo и увидел название Цзиньлинского института перспективных исследований, он не мог не вспомнить о вопросе, который недавно вызвал бурные споры в академических кругах.

Лу Чжоу — главный конструктор нового исследовательского центра управляемого термоядерного синтеза в Цзиньлине.

Хотя об этом не трубили публично, для академического сообщества это не секрет.

Кто-то считал Лу Чжоу зазнавшимся, кто-то — сумасшедшим. Некоторые спорили о возможности и правдивости этих утверждений. В конце концов, можно утверждать, что люди далеки от технологии управляемого термоядерного синтеза, но также можно утверждать, что люди в одном ударе от победного гола.

Однако прошло уже пятьдесят лет, а мяч так и не попал в ворота.

Хоу Цзиньли не мог не связать набор новых исследователей с проектом управляемого термоядерного синтеза.

Он с любопытством перешел по ссылке в посте и прочитал подробности.

Когда он дошел до раздела с зарплатой, то застыл.

Официальный сотрудник получает 300 тысяч!

А еще премия, страховка, жилье и питание…

Конечно, его больше привлекла не зарплата, а последующее описание.

Если человек пройдет собеседование и закончит 6-месячную стажировку, он станет официальным исследователем!

Обычно для докторов наук, которые приехали не из-за границы, приходилось работать постдоком в университете два-три года, после чего становиться помощником исследователя, а потом — помощником профессора. Этот процесс занимал не менее шести лет. К тому же, если не повезет, и попадется бессердечный начальник — может понадобиться восемь лет, чтобы получить квалификацию независимого исследователя.

А долгая ли жизнь?

У исследователя — всего десять золотых лет, и это период от 30 до 40.

Если кто-то мог успешно стать официальным исследователем, то он мог бы сократить этот процесс, как минимум, на шесть лет.

Хоу Цзиньли вспомнил, что через два дня он будет уже как год постдоком в Университете науки и техники Китая.

Если он станет официальным исследователем, то сможет заполучить собственную лабораторию и заниматься независимыми исследованиями. Он мог бы пропустить шесть лет вкалывания.

Хотя это должность не привлекательна для опытных исследователей, но для начинающих исследователей, таких как он, это слишком соблазнительно.

…………………..

Не спать всю ночь — привычное дело для Хоу Цзиньли.

На следующий день Хоу Цзиньли внес в отчет данные экспериментов, после чего энергично открыл ноутбук и загрузил резюме.

Внезапно к нему подошел его друг из лаборатории.

Сунь Хао встал рядом с креслом своего друга и посмотрел на экран:

— Минимум доктор, 12 месяцев опыта научных исследований. Черт, что же это за научно-исследовательский институт с таким порогом?

— Цзиньлинский институт перспективных исследований.

Услышав название института, Сунь Хао сильно удивился.

— Цзиньлинский институт перспективных исследований? К черту все! Ты хочешь работать на Нобелевского лауреата?!

— Почему бы хотя бы не попробовать?

Он — постдок в Университете науки и техники Китая, и у него преимущество с точки зрения его академической квалификации.

Конечно, насколько оно велико, сказать сложно.

— К сожалению, у меня только семь месяцев, иначе я бы тоже отправил резюме, — Сунь Хао посмотрел на страницу набора и произнес с завистью. — Бро, если ты действительно попадешь туда, не забывай обо мне.

Хоу Цзиньли улыбнулся, а потом вздохнул:

— Посмотрим. Боюсь, конкуренция довольно сильная.

200 мест, кажется, довольно много.

Но если рабочие места равномерно распределить по основным университетам Китая, то это совсем крохи.

Кроме того, с такой зарплатой, не только из отечественных университетов, но даже из-за границы будут испытывать искушение…

После тревожного ожидания Хоу Цзиньли успешно получил приглашение на собеседование. Он уверенно сел в скоростной поезд и покинул Луянь, приехав в Цзиньлин.

Однако когда он доехал до института, его потрясла открывшаяся перед ним картина.

Он ожидал подобного, когда бронировал номер в отеле.

И, похоже, он не ошибся.

Он посмотрел на толпу людей, собравшихся в институте, и впервые ощутил безнадежность своей профессии…

Глава 476. Расселение талантов

Хоу Цзиньли — лишь один из примеров.

Было много людей с таким же опытом, которые стояли внизу в Институте перспективных исследований с точно такими же мечтами.

Были просмотрены десятки тысяч резюме, и менее тысячи получили приглашение прийти на собеседования.

И только пятая часть из них смогла пройти собеседование.

Как бы то ни было, все здесь имели равные возможности.

Они должны ухватиться за эту возможность.

Конечно, помимо официальных исследователей, существовали также должности помощников, приглашенных исследователей и тому подобные.

Хотя зарплата на этих должностях — не столь привлекательная, как у официального исследователя, большинство готовы работать тут, независимо от роли.

Для этого лишь одна причина.

Потому что это лаборатория Нобелевского лауреата, если они приложат все свои силы в исследованиях здесь, то тут откроется больше возможностей, чем в любом другом исследовательском институте Китая…

……………………………..

Ян Сюй набирал новых сотрудников.

Лу Чжоу не сомневался в его способностях, поэтому оставил это на него. Он лишь бегло просматривал резюме, которые не относились к областям материаловедения, таким как физика и математика.

К подобным людям требования были немного другие, чем к людям из материаловедения. Для исследователей в области математики и физики Лу Чжоу попросил их приложить заявку на исследовательский проект.

Если они пройдут собеседования, то соответствующая заявка будет рассматриваться на тему для диссертации. После приема на работу их тему также примут.

После того, как напишут ее, то они закончат стажировку.

Поэтому в сравнении с резюме, Лу Чжоу большее внимание уделял исследовательским проектам.

Из заявки на исследовательский проект он мог извлечь больше, чем из простого резюме, например, опыт соискателя в подаче заявок на финансирование исследований.

В то время как институт вычислительного материаловедения нанимал 200 человек, еще не созданные институт физики и математический институт, наймут только около 20 человек каждый.

Рим строился не один день, то же самое и про Институт перспективных исследований. Нельзя мгновенно вырастить таланты, а быстрое расширение не обязательно хорошо отразится.

Хотя Лу Чжоу имел приблизительное представление, как скопировать Принстон, он все еще был в проработке деталей.

Он надеялся, что через пробы и ошибки сможет найти идеальный способ создать свой исследовательский институт.

Это нелегкая задача, но попытаться стоило.

После трех дней собеседований окончательно сформировался список официальных исследователей.

Удивительно, но помимо из 200 официальных исследователей было более 500 докторов, готовых остаться в качестве помощников.

После расширения институт вычислительного материаловедения превратился из небольшого исследовательского института в один из крупнейших научно-исследовательских институтов в области материаловедения страны.

Конечно, это если судить по количеству персонала и оборудования, а не по количеству статей и результатов.

При наличии оборудования и талантов, пока Нобелевский лауреат возглавляет команду, преуспеть в последних пунктах — лишь вопрос времени.

Однако это дела будущего. Сейчас, когда наняли людей, размещение талантов стало еще одной проблемой.

Городской совет Цзиньлина уделил тщательное внимание строительству института.

Хотя они не получали прямых платежей, они предоставили для института бесплатный участок земли для размещения своих сотрудников. Земля находилась рядом с крупным университетом, в зоне высокотехнологического промышленного развития.

Однако новый участок только закончил их торги на жилье, и потребуется, по меньшей мере, год, прежде чем квартиры передадут институту.

В Институт перспективных исследований, начиная с января, прошедшие собеседование, должны прийти и начать работать.

— Просто арендуйте на какое-то время жилье, — сказал Лу Чжоу на совещании, думая над проблемой. — Пока строительство не будет завершено, официальным исследователям будет выдаваться ежемесячная надбавка на аренду в размере 2000 юаней. Это должно решить проблему.

Средняя арендная плата рядом с университетом была около 3000 юаней, поэтому надбавка в 2000 юаней — довольно щедрая. Что касается помощников исследователей и других должностей, то они будут получать около 1000 юаней в месяц в качестве надбавки.

Однако в этом случае институту придется тратить более миллиона юаней в месяц только на жилье для сотрудников.

Ян Сюй покачал головой:

— Заставлять их всех искать квартиры — хлопотно. Трудно проконтролировать, и рынок недвижимости рядом с университетом — не очень хороший. Если они найдут жилье далеко, то проблемой станет транспорт.

— У тебя есть план получше?

Ян Сюй ухмыльнулся:

— У меня есть план… Но он зависит от вас.

— От меня?

Ян Сюй отвернулся и произнес:

— Думаю, что общежитие для преподавателей в Цзиньлинском университете уже построили…

— …

Лу Чжоу сразу понял, о чем думает Ян Сюй.

Очевидно, что ему надо попросить об этой услуге лично…

……………………..

На следующий день Лу Чжоу посетил ректора Сюя в его кабинете. Во время беседы они случайно заговорили о нескольких проблемах, с которыми столкнулся Институт перспективных исследований.

Лу Чжоу колебался, стоит ли спрашивать, и не знал, как сформулировать. Однако ректор Сюй опередил его.

Он улыбнулся и сказал:

— Это легко. Поскольку мы только построили общежития для преподавателей, они все еще пустуют. Если нужно, я могу одолжить для вас два здания.

— Это нормально?

— Нет ничего такого, — ректор улыбнулся. — Вы работаете над важным национальным проектом, а также над важным проектом для городского совета. Не говоря уже о том, что многим помогли нам раньше. Одолжить два многоквартирных дома — не такая проблема.

Даже лабораторный корпус факультета химии сдали в аренду на два года, поэтому одолжить им два дома для персонала — действительно пустяк.

К тому же Институт перспективных исследований Цзиньлина тесно связан с Цзиньлинским университетом, и они сотрудничают в исследовательских проектах.

Более того, истинная причина, отчего ректор Сюй не колебался, заключалась в исследовательском проекте стоимостью в миллиард долларов.

Что означает миллиард долларов?

Это почти семь миллиардов юаней.

Не говоря об Цзиньлинском университете, даже самый высоко финансируемый университет в Китае, университет Шуйму получал ежегодное финансирование в размере 5,79 миллиардов юаней.

Другие лаборатории могли бы взять на себя исследовательские проекты от Лу Чжоу, таким способом взяв часть миллиардного фонда.

С помощью факультета физики Цзиньлинского университета они могли взять на себя многие исследовательские проекты.

В отличие от других, им надо лишь временно одолжить два дома для персонала.

Не будет страшно, если они никогда не вернут здания.

Лу Чжоу понял, насколько решительным был ответ ректора, поэтому не пытался отказаться.

После небольшой паузы ректор Сюй улыбнулся:

— Кстати, раз ты здесь, хочу попросить тебя об одолжении.

— Каком?

— Ежегодная церемония вручения наград лучшим студентам нашего университета состоится через неделю!

В большинстве хороших университетов существовала своя версия наград, где отбирали гениев среди гениев. Это довольно престижная награда. Ежегодная церемония вручения премии — одно из главных университетских событий.

В принципе, один человек мог выиграть эту награду лишь раз. Однако Лу Чжоу помнил, как выиграл ее дважды.

Лу Чжоу неловко улыбнулся:

— Прошло много времени с момента, как я закончил. Вы же не собираетесь вручать мне награду?

— Ты уже выиграл Филдсовскую и Нобелевскую премии, и все еще переживаешь о нашей маленькой премии?! Мы не будем вручать тебе премию. У тебя есть время, чтобы вручить молодым студентам университета награды?

О, я должен раздавать награды…

Ему звонило слишком много людей, которые пытались вручить ему награды, поэтому у него уже выработался условный рефлекс отказываться.

— Не волнуйтесь, просто привычка. Хорошо, просто дайте мне знать, когда понадоблюсь.

Ректор Сюй кивнул:

— Хорошо, заранее спасибо!

Глава 477. Мне еще слишком рано думать о таком

Проблема с жильем решилась.

После нового года нанятые исследователи приступят к работе, и исследования начнутся согласно плану.

Новые сотрудники же должны интегрироваться в свои новые роли и должности. Для них надо будет организовать исследовательскую работу и распределить оборудование, что будет проверкой управленческих способностей Ян Сюя.

Выйдя в коридор перед кабинетом ректора, Лу Чжоу достал телефон и позвонил Ван Пэну, попросив подъехать его к корпусу администрации.

Когда он повесил трубку, на его лице внезапно появилось странное выражение.

Он долго работал и даже решил проблему с жильем для сотрудников, но ему самому все еще негде было остановиться в Цзиньлине.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Когда будет время, надо пойти и посмотреть несколько домов.

…………………….

Лу Чжоу спустился вниз и сел в машину Ван Пэна. Он уже пристегивал ремень, когда ему неожиданно позвонили.

Звонила его сестра.

— Брат, ты где?

— Скоро вернусь в институт, а что?

Сяо Тон посмотрела по сторонам, после чего спросила:

— Ты собираешься на новогоднюю вечеринку?

— Какую?

Сяо Тон засмущалась:

— На вручение ежегодной премии университета.

Услышав о вечеринке по случаю вручения ежегодной премии, он улыбнулся и похвастался:

— Если все будет хорошо, то твой брат будет вручать награды.

Сяо Тон удивилась:

— Неужели?!

— Да… А что?

— Ничего, мне пора, пока!

А?

Сяо Тон повесила трубку, не дав Лу Чжоу времени на раздумья.

Он растерянно посмотрел на экран телефона, гадая о причинах этого звонка.

Что она затеяла?

— Младшая сестра?

Парень убрал телефон и небрежно ответил:

— Ага.

Ван Пэн взволнованно вздохнул.

— Это здорово.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

— Уверен, ты запоешь по-другому, когда у тебя появится младшая сестра.

Ван Пэн так долго был водителем Лу Чжоу, что они уже стали почти что друзьями.

Кроме того, они примерно одного возраста, и не воспринимали все слишком серьезно, поэтому часто спокойно разговаривали друг с другом, иногда даже рассказывая какие-нибудь личные моменты.

Конечно, Лу Чжоу не спрашивал о конкретных делах Ван Пэна, поскольку в этом не было необходимости. Ван Пэн также не интересовался исследованиями Лу Чжоу.

— Это, скорее всего, невозможно.

— Ты — единственный ребенок в семье?

Ван Пэн вздохнул:

— Поскольку моя семья работает на правительство, не думаю, что возможно избежать политики одного ребенка.

Лу Чжоу понимающе кивнул.

К слову, его отец, работающий на фабрике, тоже работал на государство.

Лу Чжоу не помнил, как его отец смог отстоять право на жизнь Сяо Тон, но помнил только о трудоемкости этого процесса.

Ван Пэн с уверенностью сказал:

— Когда женюсь, у меня будет двое детей. Что насчет вас?

Лу Чжоу мягко кашлянул:

— Мне еще слишком рано думать о таком.

…………………………….

В первую пятницу после нового года в большом зале состоялось ежегодное награждение лучших студентов Цзиньлинского университета за 2018 год.

Лу Чжоу случайно встретил знакомого по дороге в зал.

— Студент Янь?

— Лу Чжоу? — Янь Синьцзюэ оглянулся и остановился. Его глаза загорелись. — Что ты здесь делаешь?

— Ректор Сюй пригласил меня, — Лу Чжоу с улыбкой на губах подошел ближе. — Что ты здесь делаешь?

Если он правильно помнит, его товарищ закончил диссертацию как раз тогда, когда он выпустился от академика Лу.

Затем он стал членом исследовательского центра ЦЕРНа в Швейцарии и начал работать над источниками синхротронного излучения и электронными инжекторами в рентгеновских лазерных устройствах на свободных электронах. Его исследования перешли из разряда теоретических до прикладных. Он начал работать над Большим адронным коллайдером и будущим кольцевым коллайдером.

После этого, из-за сильной занятости и отсутствия пересекающихся областей исследований, они перестали контактировать.

Так приятно вновь его встретить в Цзиньлинском университете.

Янь Синьцзюэ улыбнулся:

— Я вернулся в Китай всего несколько дней назад, чтобы поприсутствовать на ежегодном вручении премии. Точно, я слышал, что ты планируешь вернуться в Китай.

— Ага, где-нибудь в этом году. Как только закончу работу в Принстоне, планирую уволиться и вернуться преподавать сюда. А ты? Как работа в ЦЕРНе?

Янь Синьцзюэ вздохнул и уткнулся подбородком в шарф.

— Там слишком много гениев, и давление — огромное. Словно постоянно работаю под дулом пистолета.

Лу Чжоу посочувствовал другу.

В конце концов, теоретическая физика — храм академических наук, это нормально, что в ней полно талантливых людей.

Лу Чжоу перевел разговор на более легкую тему:

— Есть какие-нибудь интересные открытия в ЦЕРНе?

— В последнее время ничего, и лаборатории там пока пустуют. Однако в конце августа мы успешно наблюдали распад пары бозонов Хиггса в паре нижних кварков. Это определенно захватывающее открытие. По данным детекторов наблюдения, отклонения превысили пять сигм! Почти половина физиков-теоретиков съехалась в Швейцарию в конце года… Я думал, что увижу и тебя, но ты не приехал.

Лу Чжоу смутился:

— Я тогда был в Стокгольме.

Янь Синцюэ внезапно хлопнул себя по голове.

— Чуть не забыл, ты же получил Нобелевскую премию… Может, мне надо называть тебя иначе?

Лу Чжоу немного безумен, поэтому Янь Синцзюэ не хотелось называть его по имени.

Лу Чжоу пошутил:

— Можешь называть меня профессором Лу, если хочешь.

— А ладно, просто забудь.

Придя в аудиторию, Лу Чжоу поприветствовал ректора, академика Лу и старика Тана, после чего один из сотрудников проводил его в зону для гостей.

После этого церемонию награждения открыла молодежная танцевальная музыка.

Смотря на танцоров на сцене, Лу Чжоу не мог не вспомнить о предыдущих случаях, когда он присутствовал на церемонии награждения. После чего он захлопал и с эмоциями произнес:

— Прошло столько лет, а эта песня все еще звучит так молодо. Не могу поверить, что танец еще не изменился.

Янь Синцзюэ, сидящий рядом, кашлянул:

— Это было не так давно, ты был здесь в 2015.

Эм…

А он прав.

Он не знал, виноваты ли Филдсовская и Нобелевская премия, свадьба Ши Шана или изменение менталитета, но ему казалось, что это было необычайно давно.

Лу Чжоу посмотрел на сцену, вспоминая свою молодость. Ему вдруг показалось, что тогда он получил ценнейшую награду.

Глава 478. Еще одно вручение наград этого года

Как и раньше, церемония награждения проводилась в честь выдающихся достижений студентов в научных исследованиях, инновациях, предпринимательстве и общественной деятельности.

Помимо сертификата "Студент года", победители также получали специальную стипендию от университета.

Хотя сумма — небольшая, возможность выделиться среди десятков тысяч студентов — гораздо ценнее денег.

В конце концов, это единственная в своем роде награда, к тому же она присуждалась в университете C9. Студенты, отобранные в этом году, были сильнее чем когда-либо.

Физика — сильнейшая сторона Цзиньлинского университета, поэтому первым на сцену вышел талантливый студент-физик.

После того как ведущий назвал имя парня, Лу Чжоу увидел высокого парня в костюме и квадратных очках, направляющегося к сцене. Он взошел на нее под бурные аплодисменты.

Когда студент получил сертификат из рук Лу Чжоу, он с волнением сказал:

— Бог Лу!

— Зови меня просто Лу Чжоу или профессор Лу.

Он уже привык видеть, как на Weibo его называют Богом Лу, но в реальной жизни — это слишком смущающе.

Кроме того, тут много людей.

Ху Тяньчэн взволнованно кивнул и спросил:

— Эм, Бог… профессор Лу, можете дать мне свой автограф?

— Конечно… у тебя есть ручка?

— Да! Я принес, — воскликнул студент, который очевидно подготовился, поскольку быстро достал блокнот с ручкой из внутреннего кармана пиджака.

Блокнот был огромный, из-за чего Лу Чжоу поражался, как он умудрился засунуть его в карман.

Лу Чжоу взял ручку и пролистал блокнот, видя полностью исписанные расчетами листы, он не находил места для подписи.

— Где мне расписаться?

— Просто распишитесь на обложке!

Лу Чжоу больше ничего не сказал и расписался.

Видя, что Лу Чжоу расписывается, Ху Тяньчэн смущенно спросил:

— Эм, а можете дать мне адрес своей почты?

— Без проблем.

Лу Чжоу весело ответил и написал ряд букв и цифр рядом с подписью.

Студент посмотрел на адрес почты и вновь начал:

— Эм…

— Что-нибудь еще?

Ху Тяньчэн почесал затылок и произнес:

— Могу я добавить вас в WeChat?

— …

Талантливый студент физики спустился со сцены, дальше под аплодисменты поднялся студент-математик.

В этом году обычно слабый математический факультет вновь блеснул. Никто не ожидал, что после Лу Чжоу появится еще один выдающийся студент оттуда.

На слайде позади демонстрировались его достижения.

Максимальный балл по всем 12 основным предметам, а по остальным было 99 баллов. Занимал первое место в университете по оценкам и намного опережал второе место.

Но не только его оценки потрясали, даже его деятельность вне университета выделялась.

Парень выиграл три золотые медали: премию имени Яу Шинтуна для студентов-математиков, премию по геометрической топологии имени Черна и премию Чжоу Вэйляна. Кроме того, он также основной автор двух научных статей, и согласно китайской академии наук, эти работы публиковались в престижных журналах.

Хотя в сознании студентов Цзиньлинского университета его статус гораздо ниже, чем у бога Лу, но для обычного студента — это весьма выдающиеся достижения.

В результате... у Лу Чжоу появилась мысль взять его в ученики.

Под аплодисменты на сцену поднялся неуклюжий парень среднего роста.

Он пожимал руку Лу Чжоу, словно встретил своего кумира, и взволнованно воскликнул:

— Бог Лу!

Лу Чжоу смутился энтузиазмом этого парня настолько, что забыл сказать ему, чтобы тот не называл его богом Лу.

— Э-э, здравствуй…

У Кай стоял с красным лицом и нервничал. Он даже заикался, когда говорил:

— Я… вырос, слушая истории про тебя!

Лу Чжоу чуть не харкнул кровью, услышав это.

Что ты несешь?

К тому же, ты — взрослый парень, что ты краснеешь…

Лу Чжоу неловко улыбнулся:

— Мне всего 24 года.

У Кай впал в ступор, после чего вновь покраснел и быстро объяснил:

— Извините, я имел в виду, когда поступал в университет…

— Нет, все нормально, все нервничают, — Лу Чжоу улыбнулся. — Но тебе следует быть более уверенным. Ты многого добился. Надеюсь, ты продолжишь усердно учиться. Будущее — за тобой.

— Спасибо, спасибо вам! — У Кай выпрямился, а его лицо опять покраснело.

Почему ты опять покраснел?

— Теперь можешь отпустить мою руку?

— Ой, простите!

У Кай быстро отпустил руку, с сертификатами в руках он снова поклонился Лу Чжоу, после чего ушел со сцены.

Инженерная защита окружающей среды шла после математики, хотя инженерный факультет в Цзиньлинском университете — не так хорош, как в университетах на севере, он все еще довольно хорош в материаловедении и окружающей среде.

Конечно, по сравнению с гениями наук, инженерные гении — другой выдающийся типаж людей.

Однако всех их объединяли превосходные оценки, изучали они теоретические или прикладные науки.

Лу Чжоу был счастлив, наблюдая, насколько блестящими были молодые студенты, поскольку это означало, что его альма-матер становится все сильнее и сильнее.

Однако единственная печаль в том, что все пожимавшие ему руку студенты на сцене были фанатами, и он не встретил ни одной фанатки.

Большинство выдающихся студентов с факультета гуманитарных наук — мужчины, это заставляло его переживать о несбалансированном соотношении полов.

Наконец, подошел черед бизнес-школы.

Когда ведущий объявил победителя, Лу Чжоу увидел маленькую девушку, идущую к сцене, и удивился.

Сяо Тон?

Достижения победителя показали на экране проектора позади них.

Высший балл по десяти основным предметам, и первое место в группе.

Помимо участия в летней программе обмена Оксфордского университета, она также написала одну научную статью и выиграла национальную премию первого уровня в конкурсе по математическому моделированию…

С такими достижениями она определенно заслужила эту честь.

Однако Лу Чжоу просто не ожидал, что его младшая сестра станет такой сильной.

Особенно участие в летней программе обмена с Оксфордским университетом… она даже не упоминала про это.

Сяо Тон встала перед Лу Чжоу и увидела его удивление, после чего на ее лице появилась самодовольная ухмылка:

— Ха. Не ожидал? Удивлен?

— Очень, — честно ответил Лу Чжоу и кивнул. — Не ожидал, что ты будешь среди гениев.

Сяо Тон сердито выхватила сертификат из рук брата:

— О чем ты… Я не хотела принижать тебя, поэтому старалась, понял?

Слова сестры лишили дара речи Лу Чжоу.

Не принижать меня… О чем ты… Ты должна учиться ради себя.

Сяо Тон все еще счастливо держала в руках сертификат. Они хотела воспользоваться возможностью и поговорить с лауреатом Нобелевской премии, поэтому заговорила с толикой злорадства в голосе.

— Брат, думаешь, я смогу догнать тебя?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Тебе еще далеко. Продолжай усердно работать.

Сяо Тон отвернулась от толпы и свирепо посмотрела на брата:

— Неужели так трудно хоть раз похвалить меня?

— Не хочу, чтобы ты зазналась, — Лу Чжоу похлопал ее по плечу, после чего с искренней улыбкой на лице добавил:

— Но должен сказать… Молодец!

Услышав долгожданную похвалу, небольшое разочарование в сердце Сяо Тон исчезло.

С ухмылкой на лице и крепко держа сертификат, она с удовлетворением ушла со сцены.

Наконец пришло время вручить последнюю премию человека года.

Лу Чжоу уже немного устал стоять на сцене. Он взял сертификат победителя у представителя студенческого совета и уже желал, чтобы церемония награждения закончилась, и он мог отдохнуть.

Однако пока он забирал сертификат, ведущий объявил имя последнего победителя.

Услышав имя, Лу Чжоу впал в ступор.

— Награда присуждается… Хань Мэнци из первой группы с прикладной химии!

Глава 479. Покупка дома

Сейчас на сцене стоял его ученик.

Ее достижения показали на экране позади нее.

Помимо максимальных баллов по десяти основным предметам, она — также лучшая на кафедре прикладной химии.

Помимо хороших оценок, она также опубликовала две научные статьи в качестве первого автора, и имела годовой опыт проведения исследований в Институте вычислительного материаловедения.

Хотя она — не такая всесторонне развитая, как другие студенты, которые получали награды в различных конкурсах, ее исследовательский опыт — на другом уровне.

Что означают две научные статьи?

Для магистрантов и аспирантов — это не такое большое дело, но для студента бакалавриата — это очень здорово.

Мэнци поднялась на сцену под шквал аплодисментов. Получая сертификат от Лу Чжоу, девушка слегка прикусила губу и, волнуясь, спросила:

— Учитель…

— Что?

— Эм, а можешь… стать моим научным руководителем в магистратуре?

Будет ли Нобелевский лауреат брать студентов-магистров?

Не говоря уже о Нобелевском лауреате, даже некоторые занятые академики не брали студентов-магистров.

Ведь гораздо лучше в качестве бесплатной рабочей силы взять опытных аспирантов.

Вспомнив, что Лу Чжоу работает далеко отсюда, девушка почувствовала разочарование.

Внезапно она пожалела о своей просьбе.

Лу Чжоу ответил:

— Скорее всего, в этом году я вернусь в Цзиньлинский университет и буду преподавать, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу, улыбнулся и продолжил:

— Я буду преподавать вычислительное материаловедение. Если ты заинтересована в этой области, то можешь стать моим магистрантом.

Хань Мэнци — довольно талантлива, особенно в науке. Это Лу Чжоу мог сказать еще тогда, когда учил ее.

Ей удалось подтянуть свои оценки за короткий промежуток времени, и она смогла поступить в Цзиньлинский университет. Обычный человек на такое не способен.

Даже Лу Чжоу в ее возрасте не смог бы провернуть подобное.

До появления системы он был талантливым, но определенно не гением.

Поэтому для поступления в Цзиньлинский университет из обычной школы, где преподают не лучшим образом, понадобилась упорная работа.

Лу Чжоу никогда не поддерживал утверждение, что девушкам — не место в науке.

В Принстоне много красивых и умных женщин-исследователей, таких как доктор Янь Нин, руководитель Молина или даже Вера.

Волнующаяся Мэнци удивилась, а потом воодушевилась.

Хань Мэнци с неверием в услышанное прижала сертификат к груди, после чего дрожа от недоверия спросила:

— Правда?

Лу Чжоу кивнул:

— Конечно. Мы же договорились с тобой еще до вступительных экзаменов.

В зале...

Увидев, что Хань Менци краснеет на сцене, три ее соседки по комнате переглянулись.

Хлопая вместе с другими зрителями, Ли Фан спросила:

— Мне кажется... или Мэнци, и правда, стесняется?

Аплодисменты постепенно стихли, Су Цзявэнь перестала хлопать и ответила:

— Думаю, ты права.

Ло Мэн поинтересовалась:

— Она знает бога Лу?

Не задумываясь, Ли Фан опровергла:

— Как это возможно? Он — профессор в Принстоне.

Ло Мэн что-то заподозрила:

— Но посмотри на ее лицо, думаю, они знают друг друга.

Ли Фан сказала:

— А я думаю, что тебе надо читать меньше.

— Разве Мэнци раньше не публиковала научные статьи? Может, бог Лу был ее рецензентом? Кстати, я сейчас вспомнила, она участвовала в программе стажировки в Институте вычислительного материаловедения. Слышала, что он принадлежит богу Лу! Может быть… — Ло Мэн покраснела от волнения, когда начала фантазировать. Ее голову уже переполнил любовный роман на миллион слов.

Су Цзявэнь прижала руку ко лбу и бросила на безумную соседку безнадежный взгляд, после чего измученно вздохнула:

— Хватит читать так много любовных новелл…

………………………….

После церемонии вручения премии, Цзиньлинский университет вернулся к своей обычной спокойной жизни.

С приближением Китайского Нового года становилось все холоднее и холоднее. Вокруг становилось все меньше студентов, и тихий студенческий городок казался пустынным.

Однако в сравнении с тихим Цзиньлинским университетом, Институт перспективных исследований был гораздо оживленнее.

Когда исследователи прибыли на новые рабочие места, начались эксперименты.

Лу Чжоу, наконец-то, решил покинуть надоевший гостиничный номер и решил потратить время, и позволил Ван Пэну отвести его в агентство недвижимости.

Черная машина с красным национальным флагом припарковалась у здания агентства недвижимости. Когда агент увидела, что из машины вышли Лу Чжоу и его водитель, ее глаза вспыхнули. Она сразу поняла статус клиента и подошла.

На лице Ван Ялань появилась профессиональная улыбка, когда она вежливо поинтересовалась:

— Господин, могу я вам чем-нибудь помочь?

Лу Чжоу сел на диване в кабинете и взял со стола каталог. Листая страницы, он спросил:

— Я хочу купить жилье. Есть ли какой-нибудь хороший список?

— Вы собираетесь купить, чтобы жить самому или для инвестиций?

— Жить самому, — ответил Лу Чжоу и посмотрел на фотографии на стене, задумавшись. — Главное, чтобы была спокойная обстановка. Желательно уже построенные, поскольку я не хочу долго ждать.

Внезапно вспомнив что-то, Лу Чжоу еще добавил:

— Да, это должен быть частный дом.

Услышав про частный дом, Ван Ялань пришла в еще больший восторг. Она тут же села рядом с Лу Чжоу и стала рекомендовать ему дома.

— Господин, вы хотите купить виллу?

— Можно.

— Тогда рекомендую эту виллу в районе розового сада. Она построена из немецкого известняка в стилях минимализма и под классический европейский стиль. Она уникальна как с точки зрения внешнего вида, так и удобств…

Лу Чжоу посмотрел на фотографии и почувствовал, что выглядит неплохо, а потом спросил:

— Насколько она большая?

— Площадь особняка — 1100 квадратных метров, а также участок площадью 2600 квадратных метров. Есть поле и бассейн…

Лу Чжоу чуть не поперхнулся, услышав размеры.

У меня вроде нет вертолета, зачем такой большой двор? Играть в гольф? Хотя он недостаточно большой для гольфа…

— Слишком большая. Просто порекомендуйте мне что-нибудь на пару сотен квадратных метров. К тому же, не слишком далеко. Мне нужно место, откуда будет удобно добираться до университетского городка.

Ван Ялань удивленно посмотрела на него и спросила:

— Вы живете один?

— А что-то не так?

— Нет, нет, — ответила Ван Ялань, быстро переворачивая страницы. — Эта вилла находится на восточной стороне Пурпурной горы и подходит под ваши требования. Ее площадь — всего 585 квадратных метров, есть двор и гараж. Она располагается недалеко от города, а университет и зона высоких технологий — на востоке от него.

Очень хорошо.

Просматривая фотографии дома, Лу Чжоу удовлетворенно кивнул.

Он вполне доволен домом, особенно его расположением.

— Сколько стоит?

— Семьдесят тысяч юаней за квадратный метр.

Значит, сорок миллионов юаней?

Лу Чжоу закрыл каталог и поднялся.

— Хорошо, давайте съездим и посмотрим.

Глава 480. Вероятность успеха эксперимента

Район назывался "Чжуншань Интернэшнл", также известный как "Легендарный район богачей Цзиньлина".

Лу Чжоу помнил, что, учась в университете, слышал о нем, но не помнил, кто рассказывал ему.

Весь район переполняли особняки, и он располагался на северо-восточной стороне района уровня 4А. Район занимал площадь 3671 м (примерно 2,5 квадратных километра) и имел коэффициент застройки 0,168. Тут располагались поле для гольфа, а также — торговый центр.

Однако подобное Лу Чжоу не волновало, он не играл в гольф и не любил ходить по магазинам.

Пока дом хороший и обстановка тоже, место подойдет для него.

— Это хороший дом.

Стоя в кабинете и трогая книжную полку, Лу Чжоу с удовлетворением кивнул.

Ван Пэн подошел к окну и выглянул в него, после чего указал на два дерева снаружи.

— Положение двух деревьев — не очень хорошее.

Лу Чжоу посмотрел в окно и спросил:

— Почему? Стоят и стоят, что с ними не так?

Без этих деревьев передний двор будет голым, что разрушит общую красоту.

Ван Пэн указал на них и произнес:

— Вместе с забором они создают слепое пятно. Если перелезу сюда и пойду вдоль забора, мне даже не придется прятаться, готов поспорить, вы меня даже не увидите.

Ван Ялань удивилась и вежливо сказала:

— Господин, здесь есть профессиональная служба безопасности, воры не смогут проникнуть внутрь. Не надо беспокоиться о подобном.

Ван Пэня это позабавило, и он спросил:

— Более профессиональные, чем я?

Ван Ялань впала в ступор.

Что вы подразумеваете под "более профессиональные"?

Вы — профессиональный вор?

Лу Чжоу мягко кашлянул, чтобы прервать этот разговор:

— Не надо переживать о деревьях, я просто поставлю там камеру.

Он — не какой-то секретный агент, и не занимался разработкой оружия. В любом случае, он не оставлял дома никакие важные данные. Хотя осторожность никогда не повредит, но не надо доходить до паранойи.

В мире нет ученых с более обширной областью исследований, чем у него, но были ученые гораздо более сумасшедшие, некоторые даже работали в Принстоне. Он будет психом, если будет считать реальными теории заговоров про нападения на ученых.

А что будет в будущем?

Он разберется с проблемами по мере их поступления. Сейчас излишне беспокоиться об этом.

После покупки дома он планировал установить систему видеонаблюдения и несколько дронов. Сяо Ай мог позаботиться о его безопасности.

Даже с этими двумя деревьями он не верил, что кто-то сможет пробраться через них.

Ван Пэн беспомощно согласился:

— Я просто предложил… а решение — за вами.

Лу Чжоу отошел от окна и окинул взглядом кабинет:

— Мне нравится этот дом… Он подойдет.

………………………………

Пока Лу Чжоу осматривал свой будущий дом, Хоу Цзиньли, который недавно присоединился к Институту перспективных исследований Цзиньлина, также осматривал свое будущее жилье… Ну, общежитие, в котором он будет жить.

Хоу Цзиньли только покинул Китайский университет науки и техники. Теперь он на территории Цзиньлинского университета, смотря на новое жилье для сотрудников с багажом в руках, не мог не проникнуться эмоциями.

Однако это не отрицательные эмоции…

Но и не положительные…

Он подумал об обещании исследовательского института предоставить жилье, и не мог сдержать волнения. Жилье поблизости имело среднюю цену в 30000 юаней за квадратный метр. Он мог начать жить там после одного года работы, и мог завладеть им в течение восьми лет работы. Такие условия считались чрезвычайно щедрыми среди китайского научного сообщества.

Особенно в сообществе материаловедения.

Конечно, его еще больше волновало то, что он станет сотрудником лаборатории Нобелевского лауреата.

Он был готов работать в ней даже за бесплатно.

Как только он напишет пару статей, его квалификация будет на другом уровне.

Хоу Цзиньли потратил много времени на уборку и обустройство своего нового дома, и провел первую ночь в Цзиньлине, ночуя в общежитии для преподавателей Цзиньлинского университета.

Наконец он обустроился на новом месте.

Завтра его первый официальный рабочий день.

На следующий день Хоу Цзиньли взял такси до самого входа в Институт перспективных исследований, после чего вошел в институт вычислительного материаловедения.

От главного входа в научно-исследовательский институт до здания отдела материалов ему предстояло пройти через два поста охраны, где использовалось распознавание лиц.

Новым сотрудникам не давали времени для адаптации и ознакомлений со всем. После вчерашнего вводного инструктажа всем выдали конкретные задачи.

Однако ему не нужно время, чтобы освоиться. До приезда сюда он занимался похожей работой, и так совпало, что он тоже исследовал углеродные наноматериалы.

Для него изменилось только место проведения экспериментов.

Единственное, с чем он должен ознакомиться, это где находится оборудование и реактивы.

Хоу Цзиньли дважды проверил задания на сегодня, после чего надел белый лабораторный халат. Он взвесил 10 граммов графитового порошка и смешал его с твердыми частицами нитрата натрия в соотношении 2 к 1.

Тут в лабораторию вошел Юй Цзюньда, который также находился на стажировке.

— Мы сегодня делаем образец СГ-1?

Хоу Цзиньли кивнул и сказал:

— Да, осталось недостаточно запасов. Ты знаком с методом Хаммерса?

— Я делал по нему пару раз.

— Хорошо, тогда помоги мне.

Обычно помимо самостоятельного производства, химикаты и реагенты, нужные для экспериментов, можно купить в других исследовательских институтах или компаниях.

Но материал СГ-1 — новый, который только недавно представили. Хотя в статье о нем содержались все необходимые сведения, не так много лабораторий могли подготовить его.

Каждый этап подготовки оксида графена — очень важен.

Согласно методу Хаммерса, который использовал Цянь Чжунмин, процесс добавления перманганата калия делился на три стадии реакции: низкотемпературную, среднетемпературную и высокотемпераутрную.

При добавлении перманганата калия по частям температура реакции должна быть около 20 градусов, а время перемешивания составляло полчаса.

После этого температуру следует поднять до 35 градусов, и еще перемешивать полчаса.

После этого продукт выливают в деионизированную воду, вследствие чего должен получиться ярко-желтый раствор, который помещают на водяную баню температурой в 98 градусов. После еще получаса перемешивания, его фильтруют и протравливают, а потом результат помещается на просушку.

Если все проделано правильно, то окончательно образец будет иметь светлый красно-коричневый цвет.

Если что-то пойдет не так, то человек не поймет, что он сделал не так.

В большинстве случаев истинные способности исследователей проявляются в мелочах.

Если не обращать внимание на мелочи, то можно получить два разных результата, проводя один и тот же эксперимент и используя те же материалы.

Другими словами, способность исследователя следить за мелочами отличает опытного от новичка, хотя и не сделает его экспертом.

Для Хоу Цзиньли процесс был совсем не сложным.

Он провел год, работая исследователем в университете науки и техники Китая, и делал подобные эксперименты несчетное число раз. Когда он все закончил, Юй Цзюньда был поражен.

Хотя он тоже работал исследователем, он отвечал за написание статей.

Хоу Цзиньли завершил подготовку оксида графена, но все еще оставался серьезным.

Дальше он должен проделать следующие шаги эксперимента, такие как легирование, для улучшения оксида графена.

Можно сказать, что следующие шаги — ключевые для успеха эксперимента.

К сожалению, хотя инструкция была четкая, и он аккуратно следовал ей, все прошло не так гладко, как он ожидал.

В виде конечного продукта он получил кучку черного порошка.

Юй Цзюнда понял, что эксперимент провалился и смущенно спросил:

— Его еще можно поправить?

Хоу Цзиньли также было неловко:

— Скорее всего, нет.

Все эксперименты имели определенный процент успеха, поэтому одна неудача — не проблема.

Однако их усилия пропали даром.

Хоу Цзиньли вздохнул и положил образец в маленький пакет.

Он подошел к мусорному ведру и сжал черный образец.

Он ожидал, что он мгновенно превратится в пыль, но порошок не рассыпался.

Хоу Цзиньли заметил необычное явление и остановился. Он посмотрел на пакет в своей руке и нахмурился.

Это кажется… довольно плотным?

Глава 481. "Интересные" проблемы

Хоу Цзиньли не мог воспользоваться оборудованием для анализа получившегося материала.

Как минимум, ему нужно сделать рентгеновскую дифракцию.

Конечно, в идеале было бы воспользоваться сканирующим электронным микроскопом, тогда сразу все стало понятно.

Если наблюдаемое вещество будет достаточно интересным, то это может послужить основой для научной работы.

Эх, как бы хотелось иметь собственную лабораторию…

Хоу Цзиньлин вздохнул про себя. Он посмотрел на пакет с отходами в руке и заколебался.

В итоге он не стал выбрасывать его, а оставил на столе для экспериментов.

Когда Юй Цзюньда заметил действия коллеги, он не мог не спросить с любопытством:

— Зачем ты оставил это?

— Хочу подать заявку с просьбой воспользоваться сканирующим электронным микроскопом, чтобы сделать анализ материала, — Хоу Цзиньлин прервался, а потом добавил:

— Думаю, довольно интересный результат.

— Разве это не просто отходы? Что тут исследовать?

Конечно, это может также быть остатком перманганата калия, смесь этих веществ или что-то более интересное.

В материаловедении часто видели всевозможные странные результаты, и тут не было чего-то необычного.

Хоу Цзиньли взял пакет и вложит его в руку коллеги.

— Это немного отличается от отходов углерода. Попробуй потрогать сам.

Юй Цзюньда некоторое время сжимал его в руке, а потом, хмурясь, произнес:

— Почему я ничего не чувствую?

Хоу Цзиньли не сомневался в своей правоте, поэтому уверовал коллегу:

— Ты почувствуешь, если потрогаешь подольше.

— …

Юй Цзюньда не знал причину, но ему показались немного пошлыми слова его коллеги.

………………….

На самом деле сверхпроводящий графен и материал СГ-1 — совершенно новые области исследований.

Многие институты, которые проводили исследования углеродных наноматериалов или сверхпроводников, могли узнать о СГ-1 на конференции MRS. Однако очень немногие институты знали подробности о материале.

Именно из-за этого еще многое стоило исследовать.

Хоу Цзиньли — не единственный, кто интересовался обнаруженными проблемами, проводя эксперименты с материалом СГ-1, и не единственный, у кого возникли идеи для исследований. Однако, скорее всего, он — единственный, кто заинтересовался экспериментом с отходами производства.

В конце концов, после некоторых раздумий, он в свободное время от работы написал предложение об исследовательском проекте.

После чего это предложение вместе с другими оказались на столе Лу Чжоу.

— Неизвестный черный материал был получен во время производства материала СГ-1?

Лу Чжоу посмотрел на эту заявку, сильно удивляясь.

Это ведь не отходы углерода?

Кстати, заявка имеет простой заголовок…

Лу Чжоу пропустил заглавие и начал читать текст.

Для исследователей из Цзиньлинского института перспективных исследований, помимо Национального фонда естественных наук Китая или фонда научных исследований города, другой способ получить финансирование и оборудование — обратиться в фонд института.

До тех пор, пока направление исследований соответствовало общему направлению исследований института, и в предложении передавалась ценность проекта, с большой вероятностью оно будет принято.

Лу Чжоу — всегда щедр в плане финансирования. Он подталкивал исследователей погружаться в проблемы, найденные в ходе экспериментов. Даже если они не обязательно экономически выгодны, все хорошо, пока результаты значимы.

В конце концов, много удивительных результатов было получено в результате неудач.

Лу Чжоу, сидя в своем кресле, подумал... и в итоге решил поставить подпись на заявлении.

В целом предложение было хорошо написано, что заставило его почувствовать, что стоит попробовать.

Шесть из десяти предложений были приняты, а остальные четыре не соответствовали требованиям, и были отклонены.

После того как Лу Чжоу закончил эту утомительную работу, он потянулся и встал со своего стула, после чего пошел к кофеварке и налил себе чашку кофе.

Внезапно он услышал стук в дверь.

— Открыто, заходите.

Дверь открылась, и на пороге появился Ян Сюй.

Несколько дней назад он в качестве представителя института вычислительного материаловедения ездил в университет Чжи для академического обмена, а вернулся только сегодня.

Когда Ян Сюй увидел Лу Чжоу, стоящего рядом с кофеваркой, он улыбнулся и спросил:

— Разве вы не хотели нанять помощника?

— Пока он мне не нужен, — улыбнулся Лу Чжоу, после чего взял чашку свежесваренного кофе и спросил:

— Я довольно умен в приготовлении кофе, хочешь попробовать?

Ян Сюй улыбнулся:

— Кофе, приготовленное самим Нобелевским лауреатом, само собой, я должен попробовать его.

Ян Сюй взял у Лу Чжоу чашку нофе и сделал глоток. После чего немного поколебался, прежде чем спросил:

— Разве это не растворимый кофе?

— Растворимый, но нужно все равно контролировать температуру и количество воды… — Лу Чжоу кашлянул и сменил тему.

— Ладно, хватит шуток. Как дела с университетом Чжи?

Ян Сюй расслабленно сказал:

— Довольно оптимистично, много профессоров заинтересовались в сотрудничестве. Они помогут провести нам не менее двадцати исследовательских проектов.

Лу Чжоу удовлетворено кивнул.

— Хорошая работа.

— Ничего такого, — Сказал Ян Сюй, махнув рукой, после чего улыбнулся. — Это моя работа.

Управляемый термоядерный синтез — огромный проект, включающий более сотни подпроектов только для материалов. Не говоря уже о том, что это лишь оценочное число. Фактическое число проектов может быть куда больше.

Полагаться только на новый Институт перспективных исследований и Цзиньлинский университет, очевидно, нельзя. Поэтому им надо сотрудничать с другими институтами и университетами.

Материаловедение — одна из сильнейших сторон университета Чжи, особенно в области углеродных наноматериалов.

Ян Сюй все еще должен посетить университет Шуйму через несколько дней. Чем больше помощи, тем лучше.

Ян Сюй молчал какое-то время. а потом произнес:

— Точно, вчера Баошэн групп прислали письмо. Они уже подготовили план по производству СГ-1.

Когда Лу Чжоу услышал это, он сразу заинтересовался.

С точки зрения компаний, Баошэн групп — их главный партнер. Они отвечали за решение промышленного производства материала СГ-1.

Они дополняли друг друга, поэтому подписали соглашение о сотрудничестве. Институт будет отвечать за решение технических проблем, в то время как Баошэн групп будут отвечать за решение проблем проектирования, внедрения и производства.

На данный момент Баошэн групп уже завершили разработку производственного плана.

Это лучшая новость для Лу Чжоу за последние несколько дней.

— Уже? Перекинь мне на почту.

Ян Сюй кивнул:

— Уже отправил. Чтобы завершить окончательный проект производственной линии, им надо, чтобы мы послали туда пару наших исследователей для помощи.

Лу Чжоу задумался, а потом дал ответ:

— Тогда пошли туда несколько человек. Только выбери людей, чтобы это не отразилось на нашем проекте.

— Хорошо.

Ян Сюй кивнул и, развернувшись, покинул кабинет.

Лу Чжоу посмотрел ему вслед, после чего перевел взгляд на календарь в углу стола.

Приближался Китайский Новый год.

Ему следовало начать работать усерднее...

Глава 482. Полметра провода

В феврале в Цзиньлине пошел снег, и Китайский новый год был уже не за горами.

Лу Чжоу последние несколько дней почти жил в лаборатории.

Хотя он купил дом, он почти не был в нем, что немного разочаровало.

Однако за несколько дней до нового года он, наконец, выполнил свою исследовательскую задачу, что позволило ему вздохнуть с облегчением.

В действительности ему не обязательно делать все это до Китайского нового года.

Но получение всех этих результатов добавляло доверия при поездке в Германию.

В любом случае, для продолжения исследований ему нужен стелларатор.

Лу Чжоу написал вежливое письмо и отправил его профессору Керберу в Германию, после чего надел пальто и покинул институт.

Выйдя на улицу, он вздохнул свежего воздуха полной грудью, и прежде чем вернуться домой, решил посмотреть на строительство института STAR.

Ледяной холод не снижал энтузиазм рабочих, как и в начале проекта на стройплощадке кипела бурная деятельность.

Каждый раз приходя в это место, Лу Чжоу видел изменения.

При десятикратном увеличении рабочей силы и ресурсов, прогресс проекта измерялся днями. Скорость можно заметить невооруженным глазом.

Командир патрулировал эту часть в этот момент. Он заметил Лу Чжоу, который вышел из машины и подошел к нему, чтобы поздороваться.

— Что привело вас сюда?

— Я заехал по пути домой. Скоро Новый год. Спасибо за вашу тяжелую работу.

— Не беспокойтесь, — отмахнулся командир. — Это совсем не трудно.

Они не остановятся, пока не завершат проект.

Они собирались встретить Новый год на стройке.

Командир немного пообщался с Лу Чжоу, а в конце посмотрел на строящийся рядом институт и прищурился:

— Просто гипотетически, если наша страна будет использовать термоядерный синтез, то сколько денег мы сэкономим на энергии в год?

— Я получал Нобелевскую премию не по экономике, поэтому, боюсь, не могу дать точных цифр, — Лу Чжоу замолчал, а потом продолжил:

— Но я уверен в одном, когда этот день настанет — электрическая промышленность нашей страны будет расти не по дням, а по часам.

Хотя Лу Чжоу не изучал экономику, интуиция говорила ему, что это нельзя измерить деньгами.

— По часам? Как во времена экономической реформы?

— Трудно сказать, — Лу Чжоу отшутился. — Это может стать новой промышленной революцией.

Промышленная революция…

Это звучало как что-то очень далекое.

Она проходила всего три раза в истории человечества.

Глядя на соседнее здание, командир невольно предвкушал этот день.

……………………….

Снег в Цзиньлине уходил также быстро, как и приходил.

Большинство городов Северной Европы все еще лежали в снегу.

Кербер проверял свою рабочую почту в лаборатории Вендельштейна 7-Х в тихом Грайфсвальде, недалеко от побережья Балтийского моря.

Он уже дочитывал последнее непрочитанное письмо, как вдруг получил еще одно.

Кербер щелкнул по письму, после чего замер из-за имени отправителя.

Лу Чжоу?

Увидев имя отправителя, он взял себя в руки и начал читать письмо.

"Здравствуйте, профессор Кербер.

Китайский Новый год — через несколько дней, поэтому в такое хорошее время я хочу искренне пожелать вам крепкого здоровья и удачи.

Также у меня есть хорошая новость, которая будет вам интересна…"

Кербер заинтересованно вскинул бровь и продолжил читать.

Если бы писал кто-то другой, то он им не поверил бы.

Однако письмо было от Лу Чжоу, хотя Кербер и не знал, чего ждать, но все равно с нетерпением продолжил читать.

"Для решения проблемы недостаточной напряженности магнитного поля мы пробовали много способов. В итоге нам удалось создать сверхпроводящий материал на основе углерода.

Как вы знаете, среди многих технических проблем, ограничивающих увеличение напряженности электромагнитного поля, наиболее важной является сложность в увеличении размера катушки при сохранении температуры сверхпроводящего перехода. В конце концов, будь то оксид меди или канал, по которому проходит жидкий гелий, сверхпроводящий магнит довольно большой.

Для решения этой проблемы мы испробовали много решений. Самым важным фактором было увеличение температуры сверхпроводимости материала до максимально близкой к комнатной, чтобы уменьшить нагрузку на охлаждающее устройство.

В действительности мы достигли неплохих результатов на этом пути. Однако мы неожиданно обнаружили, что для решения проблемы вовсе не обязательно начинать с температуры.

В случае материалов из оксида меди, для поддержания нужной температуры одна из наиболее важных проблем на пути — это теплопроводность меди. С этим трудно что-то сделать.

Графен — также сверхпроводящий материал, и обладает превосходными свойствами как в рассеивании тепла, так и в теплопроводности. Теоретически он достигает теплопроводности 5300Вт/(м·K).

Будучи инженером, вы должны знать, что это значит."

Это серьезное письмо, но дочитав его до конца, Кербер улыбнулся и покачал головой.

Он явно знал, что это значит. Даже если теплопроводность — не настолько высока, любая теплопроводность в диапазоне тысяч лучше оксида меди.

Даже чистая медь имела теплопроводность всего 401Вт/(м·K).

Что это значит?

С технической точки зрения, если сложность поддержании оксида меди при температуре перехода сверхпроводимости составляла 10, то сложность поддержания графена при температуре перехода сверхпроводимости составляла всего 1 или даже меньше.

В реальности в некоторых электрических кабелях или электронных устройствах графен использовался для теплоотвода.

Однако проблема заключалась в том, как превратить СГ-1 в проволоку.

Это не настолько просто, как испечь пирог.

Кербер понятия не имел, как превратить материал в провода.

Не говоря уже о колоссальных затратах, которые потребуют этого…

Однако он внезапно замер.

Потому что в конце письма Лу Чжоу дописал еще кое-что.

"... На самом деле, мы уже успешно нашли метод. Хотя он может показаться ненадежным, мы уже создали полуметровый провод из графена."

Кербер резко вскочил и чуть не упал с кресла.

Его помощник заметил это и спросил:

— Что случилось профессор?

— Ничего, — ответил Кербер, после чего, опершись на подлокотники кресла, поспешно поправил воротник и посмотрел на помощника. — Закажи мне билет на самолет, я должен лететь в Цзиньлин.

Помощник на секунду замолчал.

— На какое число?

Кербер не колебался и серьезно ответил:

— На сейчас, как можно скорее!

Глава 483. Новый дом Сяо Ая

Срок аренды квартиры рядом с университетом почти подошел к концу. Лу Чжоу уже купил свой собственный дом, поэтому ему не обязательно продолжать снимать квартиру для Сяо Ая.

После того, как Лу Чжоу закончил свой последний проект, он потратил два дня контролирующим профессионалом, пока они перемещали сервер в его особняк.

В его старом доме стояла сигнализация и камеры. Очевидно, он не собирался их там оставлять, и по счастливой случайности его новый дом нуждался в охранном оборудовании, поэтому он перевез и их.

После того, как все сделали, Лу Чжоу посмотрел на сервер в комнате и ухмыльнулся.

Все камеры слежения подключены к серверу Сяо Ая. Будет кто дома или нет, если что-то случится, Лу Чжоу сразу же узнает об этом с помощью телефона.

— Отныне это твой новый дом.

"Но я не хочу такой дом ( печаль.jpg)"

Лу Чжоу кашлянул:

— Тсс, успокойся.

"(удар_по_столу.jpg)(плачь.jpg)"

Лу Чжоу не волновали недовольства Сяо Ая. Он немного успокоил ИИ, а потом пошел в супермаркет и купил немного свежих продуктов.

Сяо Тон должна прийти позже поесть, а также помочь ему убраться.

Завтра приедут его родители.

К их приезду ему нужно привести в порядок хотя бы одну комнату. Поскольку Сяо Тон также собиралась встретить здесь Новый год, ей тоже нужно прибраться в своей комнате.

Лу Чжоу поставил продукты рядом с раковиной и собирался уже помыть овощи, когда внезапно его телефон завибрировал. Подняв трубку, он услышал голос робота.

— Хозяин, у двери гости.

— Понял.

Лу Чжоу снял кухонные перчатки и бросил их рядом с раковиной, после чего направился к входной двери.

…………..

Наблюдая, как Сяо Тон нажимает на звонок, Хань Мэнци с волнением спросила:

— Ты не предупреждала его, что я приду. Это точно нормально?

Сяо Тон улыбнулась:

— Не волнуйся, мой брат — не настолько вредный.

Внезапно из-за двери послышались шаги, а потом открылась дверь.

— Ты пришла… Хань Мэнци? — Лу Чжоу уже собирался пригласить Сяо Тон пройти, но вдруг заметил девушку позади нее. — Что ты здесь делаешь?

Хань Мэнци занервничала:

— Сяо Тон сказала, что тебе нужна помощь, поэтому я пришла с ней… Эм, я же не побеспокоила?

— Вовсе нет! Заходите, — Лу Чжоу отошел в сторону, чтобы впустить их, после чего спросил:

— А ты разве не собираешься в Шанхай на новый год?

Хань Мэнци выдавила улыбку и, судя по всему, не собиралась отвечать на этот вопрос.

— Ладно, хватит, девушкам не нравится, когда ты задаешь слишком много вопросов.

Сяо Тон оборвала тяжелый разговор, потом взяла Хань Мэнци за руку и вошла в дом, будто бы пришла к себе. После чего сняла туфли и надела тапочки.

Войдя в дом, Хань Мэнци оглядела гостиную, и невольно на нее нахлынули воспоминания.

Пять лет назад ее учитель все еще показывал ей, как решать математические задачи за несколько сотен юаней в час. Она не ожидала, что ее учитель станет таким могущественным всего за пять лет.

Она была этим несколько обескуражена.

Сколько бы она ни работала, сколько бы ни провела часов в библиотеке или лаборатории, ей никогда не догнать его.

Будь то с точки зрения знаний или статуса…

Хань Мэнци чувствовала так, словно Лу Чжоу уехал куда-то далеко-далеко от нее.

Лу Чжоу нашел пару запасных тапочек для Хань Мэнци и дружелюбно сказал:

— В доме грязно. Тут полный бардак, надеюсь, ты не против.

Хань Мэнци пришла в себя и пробормотала:

— Все нормально, я все равно пришла, чтобы помочь убраться.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Все в порядке, тебе не надо помогать. Сяо Тон сама сможет прибрать свои вещи, поэтому просто отдохни на диване.

— Как так? — Хань Мэнци настаивала. — Не недооценивай меня! Я уже не та, что была пять лет назад, я знаю, как делать работу по дому!

Хотя Лу Чжоу не хотел, чтобы гости убирали его дом, поскольку она была так воодушевлена, он решил не трогать ее.

На самом деле, когда он только купил дом, то вызвал клининговую службу, чтобы все тут помыть.

Но поскольку он не жил в нем какое-то время, то повсюду были слои пыли.

Самой важной была кровать для гостей, на которой не было даже простыни и постельного белья.

А что... если купить робот-пылесос? Я могу позволить Сяо Аю управлять им.

Все равно бесполезный ИИ просто простаивает, я мог бы использовать его…

Чем больше Лу Чжоу думал над этим, тем лучше ему казалось эта идея.

………………………………

Вскоре наступило время обеда, и они втроем уселись за стол.

Лу Чжоу, который давно не готовил, решил проверить свои навыки на сестре и бывшем ученике, накрыв стол вкусной едой.

Хань Мэнци уже давно не пробовала готовку своего учителя и была в восторге.

Во время еды Лу Чжоу обратился к Сяо Тон:

— В следующем году тебе придется задуматься о будущем. Какие у тебя планы после окончания?

У Сяо Тон уже была четкая цель, поэтому она тут же ответила:

— Я хочу учиться за границей.

— Где именно?

— Оксфордский университет. Я уже получила рекомендательное письмо во время летней программы обмена… Точно, брат, ты же можешь написать для меня рекомендательное письмо?

Оксфордский университет занимал второе место среди экономических направлений. Однако их направление было скорее теоретическим, нежели прикладным.

Лу Чжоу посмотрел на жалостливый взгляд Сяо Тон и усмехнулся:

— Не проблема, это легко.

Внезапно его телефон зазвонил.

Он отложил палочки и встал из-за стола.

— Я должен ответить на звонок.

Он вышел из столовой и остановился возле лестницы в коридоре, потом посмотрел, кто звонит.

Номер неизвестный, и судя по всему, звонили из-за границы.

Неужели иностранцы не умеют пользоваться WeChat? Эти международные звонки убивают меня.

— Да?

Из телефона донесся голос Кербера:

— Это я!

Услышав знакомый немецкий акцент, он вспомнил письмо, что отправил два дня назад. Он сразу понял, кто звонит, и бодро ответил.

— Профессор Кербер? Что случилось?

Кербер сидел в аэропорту, он со вздохом произнес:

— Я в Дубаях.

— В Дубаях?

Кербер не мог не пожаловать:

— Да, все рейсы из Германии в Китай переполнены, поэтому мой помощник смог мне получить билет лишь с пересадкой. Это был самый быстрый вариант.

— Когда вы прилетаете?

— Послезавтра.

— Послезавтра? — Лу Чжоу нахмурился. — Почему так долго?

Кербер огорченно сказал:

— Рейс задерживается.

— …

Это, и правда, тяжело.

Услышав несчастье Кербера, Лу Чжоу не знал, как его утешить.

Кербер помолчал какое-то время и вздохнул:

— На самом деле, перед тем как добраться до Цзиньлина, мне еще надо пересесть в Пекине. Но не думаю, что я могу успеть на рейс туда… У вас есть способ помочь мне добраться из Пекина в Цзиньлин?

Услышав просьбу, Лу Чжоу сразу понял проблему.

Китайский новый год — самое загруженное время года. Что на самолет, что на поезд, бронировать билеты надо, как минимум, за неделю.

— Я дам вам номер телефона. Когда приземлитесь в Пекине, просто позвоните по нему. Вам помогут решить проблему с билетом.

Кербер немного колебался:

— Номер? Правда, поможет?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Узнаете, когда попробуете.

Глава 484. Новый 2019 год

Потребовался целый день и два человека в помощь Лу Чжоу, чтобы прибраться в доме.

Хотя он был весь взмыленный, но понял, что уборка, и правда, помогает ему расслабиться.

Последние две недели он провел в исследовательском институте, либо делая эксперименты, либо анализируя данные экспериментов. Поэтому уборка, в самом деле, улучшила его настроение.

Во время ужина Лу Чжоу опять выступал шеф-поваром.

После ужина Сяо Тон осталась ночевать, но Хань Мэнци пришлось попрощаться.

Первоначально Сяо Тон хотела попросить ее остаться и поспать вместе, но девушке неприлично спать в чужом доме.

Более того, это дом парня.

Было уже поздно, и поблизости не было такси, поэтому Лу Чжоу позвонил Ван Пэну и попросил его отвезти Мэнци до дома.

Как только Мэнци уехала в машине Ван Пэна, Сяо Тон вздохнула и сухо спросила:

— Брат, почему ты не убедил ее?

— Убедил ее в чем?

— Убедил ее остаться, — Сяо Тон с опущенной головой добавила:

— Если бы ты попытался убедить ее, то она однозначно осталась бы.

— Не донимай других людей.

— Что значит "не донимай"? Черт, моя голова болит от тебя… Ай.

Сяо Тон качала осуждающе головой, как вдруг вскрикнула от боли.

Лу Чжоу легонько постучал ей по лбу и сердито сказал:

— У тебя не в порядке с головой! Ты не разобралась со своими делами, но уже беспокоишься о других. Пульт от телевизора — на столе. Если хочешь посмотреть, то смотри. Если нет, то иди в душ, а потом спать. А у меня еще есть дела, поэтому я не могу нянчиться с тобой.

Лу Чжоу повернулся и пошел к лестнице. Сяо Тон обиженно потерла лоб и спросила:

— Что тебе надо такое сделать? Разве есть что-то, важнее твоей сестры?

— Мне надо написать тебе рекомендательное письмо.

Сяо Тон с блеском в глазах воскликнула:

— Правда? Ты напишешь его прямо сейчас? Не забудь написать обо мне много хорошего! Словно я — гений, появляющийся раз в сто лет или что-то подобное.

— …

……………………………..

За день до нового года Лу Чжоу попросил Ван Пэна отвезти его на вокзал. Он поехал туда, чтобы забрать своих родителей, которые сели на поезд из Цзиньлина.

Поскольку они обычно не навещали родственников в своем родном городе, пожилая пара решила просто приехать в Цзиньлин в этом году.

На самом деле, не имело значения, где они встретят Китайский новый год. Пока все здоровы и вместе, все будет хорошо.

— У тебя все очень хорошо! Ты даже купил особняк! — Лу Банго, убрав руки за спину, стоял у окна и смотрел на цветы и растения на заднем дворе. Потом он с любопытством спросил:

— Он же — не дешевый, да?

— Не дешевый, но это не так плохо... — Лу Чжоу улыбнулся. — Я получил много денег от наград. Обычно я их не тратил, поэтому купил дом.

После покупки особняка, уплаты налогов, уборки и покупки мебели, суммарная стоимость составила около 50 миллионов юаней.

Его наградных денег не хватило бы, чтобы купить этот дом.

Просто Лу Чжоу не знал, как рассказать отцу о своей патентной компании.

Старый Лу не стал спрашивать конкретную стоимость, а лишь кивнул:

— Хорошо.

Если бы деньги были потрачены на что-то другое, то он бы посоветовал сыну не тратить их впустую. Однако поскольку их вложили в дом, то, по его мнению, какой-бы не была цена, оно того стоит.

У Лу Чжоу было такое же мнение.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Может вы переедете сюда? Дом слишком большой, и мне будет одиноко, живя тут одному.

Старый Лу отмахнулся:

— Поговорим об этом, когда у тебя будут дети.

Опять двадцать пять…

Лу Чжоу вздохнул про себя и был беспомощен.

— Па, сегодня новый год, можем не говорить об этом?

Его отец посмотрел на него и спросил:

— А когда мы еще можем поговорить об этом?

Эм…

Если подумать, то он — отчасти прав?

Внезапно у него зазвонил телефон. Он достал его и ответил.

— Вы уже приехали? Ладно, скоро буду.

Лу Чжоу повесил трубку и посмотрел на отца.

— Мне нужно уладить кое-какие вопросы по работе. Мне нужно идти в институт.

— Иди, иди. Твоя мать на обед сварит пельмени, ты будешь есть дома?

— Конечно! Приготовьте дополнительную пару палочек для еды.

Старик Лу на секунду замолчал, затем радостно сказал:

— Хорошо, хорошо, я скажу маме, чтобы она налепила еще пельменей.

А?

……………………

После трехдневного мучительного путешествия профессор Кербер наконец прибыл в Цзиньлин.

Он чувствовал себя измученным, что, когда наконец сошел с трапа, ему показалось, что с его тела слетел слой кожи.

Однако усталость не ослабила его желания увидеть хорошие новости от Лу Чжоу.

Если все было взаправду, то его исследования действительно могли пролить свет на технологию управляемого термоядерного синтеза.

Профессор не задерживался в аэропорту и тут же взял такси и поехал в Институт перспективных исследований.

Увидев Лу Чжоу, ожидающего у входа, он поздоровался с ним и направился к нему с чемоданом.

— Не могу поверить в это! — удивленно воскликнул Кербер. — Они говорили, что билетов больше нет, как вы это сделали?

— Просто власть и влияние.

Кербер немного помолчал, а потом внезапно спросил:

— Поэтому вы решили заняться исследованиями в Китае?

— Отчасти, — отшутился Лу Чжоу. — Как минимум, мне не придется беспокоиться о проблемах с финансированием или о протестах со стороны экологических организаций.

— Власть заставляет людей потерять себя.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Говоря объективно, что угодно может заставить человека потерять себя. Дело не только в соблазнах, но и в самоконтроле. До тех пор, пока она используется правильно, власть способна решить многие мои проблемы за пределами исследований, что очень хорошо для меня. Ладно, хватит этих разговоров. Я ждал вас очень долго, поэтому идемте.

Лу Чжоу провел Кербера сквозь уровни безопасности, и вскоре они пришли в лабораторию вычислительного материаловедения.

Брат Цянь, его самый продуктивный помощник, стоял рядом с оборудованием.

Поверх оборудования находился стеклянный короб, воздух отсасывался, создавая вакуум.

Присмотревшись, можно увидеть, что в середине был провод, который тоньше человеческого волоса.

Его концы соединялись с верхними и нижними концами защитной стеклянной крышки.

Кербер стоял рядом с экспериментальным оборудованием и нахмурился. Глядя на провод внутри, он спросил:

— Что это?

— Я как раз собирался сказать, — Лу Чжоу встал рядом с Кербером и улыбнулся. — Это то, о чем я писал, провод СГ-1.

Глава 485. Давайте заключим сделку

— В письмо многое нормально не опишешь, поэтому, как только я покажу вам, вы поймете насколько поразительно это.

Лу Чжоу кивнул Цянь Чжунмину и велел начать эксперимент.

Получив команду от Лу Чжоу, Цзянь Чжунмин нажал несколько кнопок на компьютере, после чего включил оборудование и поместил жидкий гелий поверх защитного стекла.

В ту же секунду, когда низкотемпературный жидкий гелий коснулся провода, тепло мгновенно рассеялось и проволока быстро достигла сверхпроводящей температуры. График сопротивления на экране быстро начал опускаться.

Кербер прищурился.

Очевидно, он поразился происходящему.

— Еще рано удивляться, — сказал Лу Чжоу, после чего посмотрел на Цянь Чжунмина и приказал:

— Увеличь напряжение.

— Хорошо.

Цянь Чжунмин умело справлялся с оборудованием. Следуя указаниям Лу Чжоу, он увеличил напряжение на проводе.

Сверхпроводимость определялась тремя параметрами. Одним из них была критическая температура сверхпроводимости, другим — критическое магнитное поле и, наконец, критическая плотность тока.

Когда напряженность магнитного поля поверхности сверхпроводящего материала достигнет критического значения, материал выйдет из состояния сверхпроводимости.

С плотностью тока — аналогично. Когда напряжение на обеих сторонах проводника достигнет определенного значения, ток в сверхпроводнике превысит критическое значение, и проводник потеряет состояние сверхпроводимости.

Согласно экспериментальным данным, материал СГ-1 показал отличные эксплуатационные характеристики по всем этим трем факторам.

Как минимум, он намного превосходил сверхпроводники из оксида меди.

Когда профессор Кербер взглянул на график зависимости сопротивления от тока, на его лице постепенно появилось выражение удивления.

С инженерной точки зрения, он мог ясно видеть, что поддержание материала СГ-1 в его сверхпроводящем состоянии намного сложнее, чем в случае оксида меди.

Лу Чжоу посмотрел на Кербера и сказал:

— В дополнении к этим графикам, мы изучили его атомную структуру под сканирующим микроскопом. С помощью этих данных мы построили модель распределения атомов углерода.

Кербер обеспокоенно спросил:

— Вы можете показать мне?

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно ответил:

— Конечно!

Он дал знак Цянь Чжунмину, чтобы тот показал модель.

На модели атомы углерода с зеленой меткой плотно располагались близко друг к другу.

В горизонтальной структуре атомы углерода плотно располагались в шестиугольной форме с шириной всего в тысячу нанометров, как сетка, сплетенная из шестисеточной формы.

В продольной структуре слои складывались в стопку под небольшим углом, образуя вытянутую столбчатую структуру.

Кербер не мог описать своих чувств, когда смотрел на это, словно на произведение искусства.

Кербер восхищался технологией молекулярной обработки. В итоге он не мог сдержать вопроса:

— Как вы это сделали?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Нас вдохновил метод химического осаждения из паровой фазы. А сам процесс я не могу раскрыть. Надеюсь, вы понимаете.

На самом деле технология синтеза графеновых нановолокон была изобретена в 2012 году, так что тут не было ничего мистического.

Более классический метод состоял в протравливании каналов на поверхности карбида кремния и использования их в качестве субстрата для формирования графеновых нанокристаллов шириной в несколько нанометров.

Что касается последних результатов исследований, то технология синтеза графеновых нановолокон, разработанная Институтом нанонауки в Италии и Страсбургским университетом во Франции, позволила разрезать нановолокно на ширину семи атомов.

Однако несмотря на существующие исследования, которые можно было бы использовать в качестве опорного материала, трудности никуда не делись.

Например, как расположить графеновые нановолокна в продольном направлении и отрегулировать угол наложения между слоями. Все эти проблемы необходимо решить.

Лу Чжоу использовал результаты исследований Института нанонауки в качестве вдохновения для своего эксперимента. Однако он не использовал карбид кремния. Вместо этого он использовал слабый поливинилпирролидоновый лиганд и формальдегид, чтобы сформировать моноатомный слой пленки. Затем он сложил слои вместе и отрегулировал их угол перекрытия.

Оказалось, что контролировать субстрат микроразмеров гораздо проще, чем шестиугольники шириной в несколько атомов.

К тому же, после того как они успешно получили субстрат, они получили уже почти готовую форму для синтеза проволоки, которую можно многократно использовать в производственной линии.

Конечно, хотя это звучало легко, сделать это не просто.

Задействовано много сложных шагов и методов, не говоря уже о бессчетном количестве крови, пота и слез, пролитых учеными.

Но, к счастью, задача была выполнена.

Кербер не удержался:

— Но что с расходами?

Лу Чжоу с легкостью дал ответ:

— Основные расходы уходят на производство субстратов, а сама стоимость будет высока для небольшого количества продукта. Однако согласно нашему исследованию, пока масштабы увеличиваются, то стоимость — не настолько большая, как можно думать.

— Но сколько, на ваш взгляд, пройдет времени, прежде чем индустрия заинтересуется этим? — спросил озабоченно Кербер.

Индустрия не решилась бы производить продукт только потому, что технология, лежащая в его основе, была интересной. И если только страна не сделает достаточно заказов от ИТЭР, промышленность также не будет торопиться обновить производственную линию только потому, что ИТЭР нужно что-то добавить в экспериментальный реактор.

Может быть, если высокотехнологические компании, такие как Microsoft, вдруг обнаружат, что материал СГ-1 можно использовать в печатных платах или суперкомпьютерных чипах, промышленность подтолкнет спрос на этот материал.

И к тому моменту цена снизится.

Кербер считал, что у провода есть потенциал, но не знал, сколько времени потребуется на его реализацию.

Если промышленность не увидит достаточной прибыли в этом продукте, она может не заинтересоваться им.

Лу Чжоу ухмыльнулся и равнодушно ответил:

— Не все зависит от рынка, поэтому правила, о которых вы говорите, не обязательно применимы здесь. Не только рынок может двигать индустрию.

Кербер удивился и, казалось, понял, на что намекает Лу Чжоу.

Однако, по его мнению, это безумие…

— Вам не нужно переживать о производственной линии СГ-1. На самом деле, мы уже связались с компанией, и она уже завершает производственную линию. Менее чем через год мы сможем внедрить материал СГ-1, — Лу Чжоу немного помолчал, после чего посмотрел на профессора Кербера и предложил:

— Давайте заключим сделку.

Глава 486. Обмен технологиями

Когда профессор Кербер услышал неожиданное предложение Лу Чжоу, он засомневался:

— Сделку?

— Слышал, что вы закрыли WEGA?

— Давным-давно, году в тринадцатом.

— Тогда, как он сейчас?

— Ни хорошо, ни плохо. Возможно через лет двадцать-тридцать отправим его в музей, а что?

Кербер не понимал, отчего Лу Чжоу вдруг заговорил о WEGA.

— Можете продать его мне?

Кербер замер.

Через какое-то время он с дрожью переспросил:

— WEGA? Вы шутите?

Лу Чжоу покачал головой:

— Нет, я абсолютно серьезен.

Кербер увидел, что Лу Чжоу настроен серьезно, поэтому улыбнулся:

— Мы потратили восемьсот миллионов евро на его строительство, и это было более десяти лет назад до инфляции. Сколько вы планируете потратить?

Лу Чжоу на мгновение задумался, после чего назвал число:

— Пятиста миллионов евро будет достаточно?

— Даже не думайте. Это невозможно.

Хотя Кербера потрясло, что Лу Чжоу смог предложить такую сумму денег, он не принял ее, поскольку дело не только в деньгах.

Между технологически развитыми и менее развитыми шло соревнование в ИТЭР. О его ходе можно судить по доле средств, выделяемых странами, распределению проектов для институтов и другим внешним факторам.

И большинство проблем возникало при обмене технологиями.

Эти проблемы неизбежны. В конце концов, с конца прошлого века Евросоюз и Европейское сообщество потратили на ИТЭР несметные суммы.

Поэтому доминирующие страны надеялись, что более слабые страны будут выделять больше финансов для уравновешивания распределения рисков и расходов, а их национальные институты будут проводить больше проектов из списка исследовательского фонда.

В то же время более слабые страны надеялись, что доминирующие будут обмениваться с ними большим числом технологий, а также делать проекты.

В конце концов, никто не хотел быть на втором месте. Каждый хотел овладеть технологией термоядерного синтеза. Ведь иначе у более слабых не будет опоры, когда придет время делить награды.

За деньги можно купить все?

Для этого также нужны предпосылки.

Устройство WEGA — изобретение Общества Макса Планка и объединения имени Гельмгольца. Они потратили много сил на его завершение. В таких условиях они явно не захотят продавать его так дешево.

Лу Чжоу знал, о чем думает профессор Кербер, поэтому сказал:

— В любом случае, в конце концов, он попадет в музей. Вы уже выжали из него все, что можно. Я готов заплатить пятьсот миллионов евро, чтобы купить ваши результаты, и, возможно, смогу выжать из них еще немного, а также...

Профессор Кербер нахмурился:

— Также?

Лу Чжоу помолчал немного, а потом сказал:

— Если вы продадите нам WEGA, то взамен я готов предоставить технологию, лежащую в основе материала СГ-1. Поскольку нам нужен сверхпроводящий магнит, мы можем сотрудничать в исследованиях.

— WEGA — предпосылка к нашему сотрудничеству?

— Да, — Лу Чжоу кивнул. — Если вы беспокоитесь, что вашу технологию покупают задешево, тогда мы готовы обменять ее на нашу технологию. Если не хотите, то мы не обязаны раскрывать наши новейшие исследования. В конце концов, это не исследовательский проект ИТЭР, а наш собственный.

Все статьи по материалу СГ-1 доступны широкой публике, даже лабораторные методы производства СГ-1 общедоступны. Максимум, Лу Чжоу зарегистрировал на всякий случай несколько патентов по ним.

Однако способ превращения СГ-1 в провод, очевидно, секретный процесс.

Это как станок по литографии, каждый знал концепцию в его основе, но технические части были секретом предприятия и не предавались огласке.

Профессор Кербер долго смотрел на тонкую проволоку, раздумывая, стоит ли это предложение того.

С одной стороны, прототип для Вендельштейна 7-Х, который хоть уже закрыли, имел еще много нераскрытых технологий.

С другой стороны, сверхпроводящий материал на основе углерода, который есть одним из ключевых факторов для управляемого термоядерного синтеза. Однако оставалось много неопределенностей по типу стоимости и массового производства.

Это нелегкий выбор.

Немецкий профессор молчал минут пять, а потом расслабился и сказал:

— Я должен подумать.

Лу Чжоу кивнул:

— Конечно.

…………………………..

Вилла особенно была оживленной, поскольку семья готовилась к новогоднему обеду вместе.

Внезапно раздался звонок.

— Иду!

Лу Банго радостно направился к двери.

Он открыл дверь и было собирался уже поприветствовать гостя, но внезапно его лицо напряглось.

Профессор Кербер с дружелюбной улыбкой сказал на ломаном китайском:

— Привет.

— Привет, привет…

Старый Лу подсознательно ответил, после чего резко вернулся к реальности и сразу же посмотрел на Лу Чжоу.

— Это гость моего исследовательского института, — Лу Чжоу догадывался, о чем думает его отец, поэтому улыбнулся. — А также мой друг.

Хотя он обиделся на сына, но не мог показать этого перед гостем.

Старый Лу посмотрел на Кербера и тепло улыбнулся ему:

— Друг Лу Чжоу, пожалуйста, входите.

Хотя Кербер не понимал его слов, но все равно почувствовал его энтузиазм.

Кербер вежливо улыбнулся и ответил единственным, известным ему, китайским словом:

— Спасибо.

Когда Сяо Тон увидела, что ее отец провел высокого иностранного профессора в гостиную, она прокралась за спину Лу Чжоу и потянула брата за рукав:

— Брат, ты даже не представляешь, как папа волновался днем.

— Из-за чего?

Сяо Тон не знала, что сказать. Через какое-то время она все же заговорила.

— Чего-чего? Он думал, что у тебя наконец-то появились мозги, и ты приведешь домой подругу, — Сяо Тон закатила глаза. — Я знала, что это не так, но не ожидала, что ты приведешь парня в дом.

— …

Семья Лу Чжоу всегда была гостеприимной.

Однако из-за языкового барьера разговор за столом шел не так гладко.

Лу Чжоу пришлось взять на себя роль переводчика, переводя с английского на китайский.

Иногда ему приходилось вносить некоторые изменения из-за различий в языках.

Обычно серьезный Кербер не мог переставать хвалить пельмени, и даже показал большой палец вверх.

Когда Лу Чжоу перевел его слова на китайский и рассказал матери, она была так счастлива, что не могла держать рот на замке.

Она готовила уже много лет, но впервые получила комплимент от иностранного гостя. Для нее это однозначно новый вид удовольствия.

Кербер просидел в гостях недолго. После еды было уже поздно, поэтому он немного поболтал с Лу Чжоу, сидя на диване, а потом попрощался.

Лу Чжоу проводил его до выхода. Остановившись за дверью, Кербер заговорил:

— Пельмени были восхитительны, спасибо.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Всегда пожалуйста.

— Что касается вашего предложения, то не могу дать мгновенного ответа, поскольку решаю не я один. Все же это собственность Общества Макса Планка, и, надеюсь, вы понимаете, — он сделал паузу. — Однако уверяю, что сделаю все, что в моих силах.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Большое спасибо.

Глава 487. Присоединишься или нет?

В канун Китайского Нового года Лу Чжоу сидел на диване в гостиной. Он просмотрел свой список контактов и отправил всем поздравления.

Если он был близок с человеком, то звонил ему, если нет, то просто отправлял сообщение. Ему было все равно, как смотрят на это другие, не было такого понятия, как слишком много связей. Кроме того, отправка сообщения — не что-то сложное.

Через какое-то время он услышал, как к нему обращается его сестра.

— Брат, ты не позвонишь сестре Чень?

Лу Чжоу начал набирать сообщение.

— Даже я не называю ее сестрой, почему же ты ее так называешь…

— Потому что она учится в бизнес-школе. Не думаю, что есть что-то неправильное, чтобы называть ее старшей сестрой… — ответила Сяо Тон, лежа на диване, словно мертвая рыба. После чего наклонила голову и посмотрела на Лу Чжоу.

— Между прочим, вы закончили вместе?

Эм…

Думаю, это имеет смысл.

— …

Не получив ответа от брата, Сяо Тон обняла подушку и села. Ее лицо выглядело так, словно она с нетерпением ждет рассказа брата.

— Брат, кстати, как вы познакомились?

Лу Чжоу вздохнул:

— Не так сложно, как ты думаешь. Мы просто встретились в библиотеке, а потом просто стали обычными друзьями.

Обнимая подушку, Сяо Тон спросила:

— Обычными? Но почему мне кажется, что вы встречаетесь? К тому же, у нее большая грудь! Даже я, девушка, испытываю влечение к ней.

— …

Как мы перешли к груди?

Какое она вообще имеет отношение к этому?

Лу Чжоу ничего не ответил, однако Сяо Тон вдруг что-то поняла и, прищурившись, с любопытством в голосе спросила:

— Постой… тебе нравятся маленькие?

— Отвали!

Лу Чжоу отправил текстовое сообщение и уже собирался печатать следующее, когда увидел имя Чэнь Юйшань в списке контактов.

Он немного поколебался, прежде чем решился позвонить ей.

Отправить просто сообщение — было бы просто слишком поверхностно.

Перед тем как подняли трубку, был лишь один гудок.

Лу Чжоу даже не понял, что дозвонился, пока не услышал знакомый голос.

— Младший брат! Я рада! Ты, действительно, звонишь мне.

Лу Чжоу мягко кашлянул:

— Не надо преувеличивать! Я только хочу поздравить с Новым годом… Э-э… Счастливого Нового года!

На лице Чэнь Юйшань появилась радостная улыбка:

— С Новым годом! Я как раз собиралась позвонить тебе.

Лу Чжоу услышал голос ее отца:

— Шань Шань, с кем ты говоришь?

— С Лу Чжоу!

— О.

Услышав голос Чэнь Баохуа, Лу Чжоу спросил:

— Как здоровье твоего отца?

Чэнь Юйшань радостно ответила:

— Все отлично. Точно, я слышала от Мэнци, что ты возвращаешься в Цзиньлин? Ты планируешь работать здесь?

— Да, я собираюсь вернуться в этом году. Возможно, мне придется вернуться ненадолго в Принстон, поскольку у меня еще есть там незавершенные дела. После этого я, скорее всего, сосредоточусь на своей работе в Цзиньлине. Кстати, ты же скоро заканчиваешь?

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Да, я уже сдала свою дипломную работу. Скоро я обрету свободу.

Лу Чжоу улыбнулся, поскольку искренне радовался за нее.

Очевидно, что ее научный руководитель — далеко не приятный человек. Для нее беспрепятственно окончить университет — дар свыше.

— Что ты собираешься делать после окончания? Докторская?

— Больше никакой учебы… Я стану ботаником, если продолжу так, — пошутила Чэнь Юйшань. — Не говоря уже о том, что в моей области больше заботиться о опыте работы, нежели об академической квалификации. Я хочу набраться опыта после окончания университета и поработать где-то два года на стажировке.

— Ты уже выбрала место?

Чэнь Юйшань вздохнула:

— Пока нет, но у меня — парочка предложений от разных компаний. Но я не думала, куда идти.

У Лу Чжоу внезапно возникла идея.

— Тебя интересует компания по управлению патентов?

— Управлению патентов? Вспоминаю, я раньше занималась патентным делом, но мне было не очень интересно… Все нормально. А что такое, младший брат? Ты можешь порекомендовать мне хорошее место?

— Вообще я основал компанию по управлению патентами. Если ты не против, то, может, поработаешь на меня?

— Неплохо, младший брат, основать собственную компанию, — Чэнь Юйшань удивилась этому откровению, затем пошутила:

— Можешь сказать мне название? Я посмотрю.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Посмотри. Она называется Star Sky Technology, и зарегистрирована на Каймановых островах.

Чэнь Юйшань замерла.

Не потому что компания зарегистрирована на Каймановых островах.

А потому что…

— Ты основал Star Sky Technology?

Лу Чжоу с небольшим колебанием спросил:

— А есть проблема?

Если он правильно помнил, его компания — не особо известна.

В конце концов, компании, специализирующиеся на управлении интеллектуальной собственности, не нуждались в продвижении себя на публике. Простые люди не будут исследовать происхождение литиевых батарей в их телефонах или электромобилях.

Однако это название глубоко засело в сердце Чэнь Юйшань.

Из-за незабываемой ночи...

Нет, из-за бесчисленных ночей...

Для того, чтобы сделать план компании и план обучения персонала к нужной дате, ее руководитель использовал ее как бесплатную рабочую силу. После двух недель бессонных ночей, она, наконец, сделала эту задачу…

У нее даже выработался рефлекс: каждый раз, когда она слышала название этой компании, то сжимала зубы.

Чэнь Юйшань долго молчала, и Лу Чжоу подумал, что она смотрит на него свысока. Он немного поколебался и спросил:

— Так… ты присоединишься или нет?

Ничего страшного, если она не присоединится, все равно его маленькая компания не настолько загружена.

Чэнь Юйшань ответила без колебаний:

— Я присоединюсь!

…………………

Китайский Новый год — время для посещения родственников.

Однако у семьи Лу Чжоу не так много родственников в Цзиньлине, даже нет дальних родственников. Поэтому их Китайский новый год был относительно одиноким.

Помимо китайских друзей, Лу Чжоу также получил много поздравлений от своих международных друзей.

Его поздравили профессор Фефферман, его наставник Делинь и несколько учеников.

Кроме новогодней открытки от Веры, самым изобретательным подарком было письмо от Пабло Эрреро из Массачусетского технологического института.

После того, как профессор Эрреро написал свои китайские поздравления, он потратил несколько абзацев, чтобы описать нечто интересное, с чем столкнулся в экспериментах.

Лу Чжоу подозревал, что последняя часть — истинная причина для письма.

"Мы обнаружили очень интересную вещь, когда изучали зону пропускания вблизи определенных углов СГ-1. Существующая теория Бардина-Купера-Шриффера, судя по всему, неприменима к сверхпроводникам на основе углерода.

Я попытался объяснить это явление с помощью метода волновой функции. Однако проблемы, которые возникли при ее решении, выше моих возможностей.

Уверен, если ее решить, то она раскроет механизм, лежащий в основе сверхпроводимости.

Я приложил соответствующие экспериментальные данные. Я могу пока временно отложить эту тему, но это может быть интересно вам."

Лу Чжоу удивился, прочитав письмо.

Прошло более 30 лет с момента открытия высокотемпературных сверхпроводников в 1986 году. Несмотря на огромные усилия выдающихся физиков-теоретиков мира, основной механизм, лежащий в основе высокотемпературной сверхпроводимости, все еще загадка.

Эта проблема связана с моделью многочастотной волновой функции, которую еще предстояло решить.

Это очень интересное явление, поскольку все "глубокие" теоретические проблемы физики и химии были связаны с вычислениями и математикой.

Руки Лу Чжоу лежали на клавиатуре, пока он размышлял. После раздумий он ответил на письмо.

"Я серьезно рассмотрю ваше предложение."

Глава 488. Физический механизм сверхпроводимости

Хотя Лу Чжоу был заинтересован в исследовательском проекте профессора Эрреро, он отвечал за проект управляемого термоядерного синтеза. У него не имелось времени на исследование глубин физики, лежащих в основе материала СГ-1

Однако интуиция подсказывала ему, что если решить сильно коррелированную систему в основе СГ-1, то это может раскрыть физический механизм сверхпроводимости или даже с помощью расчетов получить четкое состояние сверхпроводимости.

Большинство людей не могли этого понять, но Лу Чжоу это ясно осознавал.

Этот теоретический проект может быть даже более значимым, чем управляемый термоядерный синтез.

Поскольку, если решить проблему высокотемпературной сверхпроводимости, то значительно уменьшатся инженерные трудности адронных коллайдеров или даже устройств магнитного удержания для термоядерных устройств.

Лу Чжоу поместил это исследование в базу данных Института перспективных исследований, собираясь вернуться к нему, когда будет больше времени.

На данный момент его главный приоритет — все еще проект управляемого термоядерного синтеза.

Профессор Кербер провел в Китае меньше трех дней, и уже на третий день сел в самолет и быстро улетел обратно в Германию.

Почти сразу после отъезда профессора Кербера академик Пань приехал в Цзиньлин из Пекина, после чего поехал на виллу Лу Чжоу.

Оглядев гостиную, академик Пань открыл рот в удивлении:

— Дом — просто громадный, сколько он стоит?

— Десятки миллионов.

Академик Пань с завистью произнес:

— Похоже, литиевые батареи действительно принесли вам много денег.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Китайский новый год еще не закончился, а вы приехали сюда из Пекина. Вы ведь тут не только, чтобы поздравить меня, да?

Он принес две чашки горячего чая и поставил их на стол, после этого сел напротив академика Паня.

Сидя на диване, академик Пань шутя спросил:

— Я помешал?

— О чем вы? — Лу Чжоу улыбнулся. — Я просто удивился вашему приезду.

— Ладно, давайте перейдем к делу, — академик Пань перестал улыбаться, поднялся с дивана и, глядя на Лу Чжоу, серьезно спросил: — Вы связались с Обществом Макса Планка?

— Можно и так сказать.

Академик Пань нахмурился от этого двусмысленного ответа.

— Что вы подразумеваете?

— Я связался с инженером из лаборатории Вендельштейн 7-Х. Что касается самого Института физики Общества Макса Планка, то я пока не связывался с ними, — Лу Чжоу отпил чая, чтобы промочить горло, а потом продолжил:

— Наш разговор прошел хорошо. Я показал им нашу технологию сверхпроводника на основе углерода и сказал, что мы завершим разработку сверхпроводящего магнита к концу года. Они очень заинтересовались ею, поэтому я предложил обменяться им технологиями.

— Немец согласился?

Больше всего он волновался об этом.

Еще когда университет Юхуа купил H1-Heliac у Австралийского национального университета, помимо уплаты 35 миллионов австралийских долларов и 4 миллионов юаней за доставку, в контракте университет Юхуа также согласился установить устройство MAGPIE-II для экспериментов по взаимодействию с намагниченной плазмой.

У австралийцев была не совершенная технология, но у немцев не было проблем.

В конце концов, WEGA — машина, которая поставила несколько мировых рекордов. И хотя она лежала сейчас и собирала пыль, купить ее — не так-то просто.

Лу Чжоу улыбнулся и спокойным голосом сказал:

— Пока нет, но думаю, что шансы высоки.

После этого Лу Чжоу кратко рассказал о ситуации академику Паню.

Академик Пань сел напротив него с одобрением на лице.

Личные исследовательские способности Лу Чжоу неоспоримы, никто не сомневался в способностях Нобелевского лауреата.

Однако ему всего 25 лет, даже если он обладает хорошими способностями, ему не хватает опыта.

В самом начале Пань Чанхун все еще испытывал некоторые опасения по поводу того, сможет ли Лу Чжоу взять на себя ведущую роль в таком крупномасштабном научном проекте, и сможет ли координировать различные исследовательские институты, участвующие в нем.

Но теперь, похоже, он излишне беспокоился…

Лу Чжоу еще раз сделал глоток чая, а потом продолжил говорить:

— Самое важное в данный момент — нанять группу экспертов и подготовиться к покупке нового оборудования. У вас есть какие-нибудь рекомендации?

Стелларатор — не холодильник, нельзя просто купить его и включить, ожидая, что он начнет работать.

Как безопасно его использовать, как разбирать и собирать, все подобное должны делать профессионалы, которые учились этому. При поставке машины Общество Макса Планка также будет отвечать за подготовку персонала. Однако Лу Чжоу нужно послать несколько человек, которые разбирались в этом.

Он не мог послать того, кому придется обучаться с нуля.

Академик Пан задумался, а потом сказал:

— Это не проблема, если вы, и правда, сможете получить стелларатор. Мы можем просто найти людей в других исследовательских институтах. В Юго-западном институте физики, например. Но я боюсь, что стелларатор — не обширная область. Многие вовлечены в нее, но мало кто погружался глубоко.

Лу Чжоу понимал слабости страны, поэтому не выдвигал больших требований.

— Просто сделайте все, что можете. Если не найдете никого, то эксперты по токамаку тоже подойдут. Хотя эти два термоядерных устройства имеют различные технические конструкции, там и там магнитное удержание, что делает их относительно похожими.

— Я постараюсь найти для вас несколько кандидатов… Кстати, сколько еще будет строиться институт?

Лу Чжоу улыбнулся.

Он столкнулся со многими проблемами, связанными с управляемым термоядерным синтезом. Однако строительство научного института шло гладко. Всякий раз думая о нем, он был счастлив.

— По словам командующего, все должны закончить к маю.

……………………….

Академик Пань недолго пребывал в Цзиньлине. Посетив строительную площадку и Институт перспективных исследований, он вернулся в Пекин и начал помогать Лу Чжоу в поиске кандидатов в экспертную группу.

Тем временем Китайский Новый год подошел к концу, и исследования Лу Чжоу вернулись к прежнему темпу.

Одновременно с совершенствованием материала СГ-1, он также планировал создание Института математики и Института физики.

Ведь теория лежала в основе прикладных направлений. Эти два института должны стать двумя важными компонентами его плана Института перспективных исследований.

Однако в самом начале он столкнулся с некоторыми проблемами.

В сравнении с Институтом вычислительного материаловедения, создания этих двух институтов шло не так гладко.

Хотя он получил много хороших резюме, большинство кандидатов были молодыми, а многие лишь недавно выпустились.

Не так много поступило высококачественных резюме.

Теоретические дисциплины отличались от прикладных. Исследования в материаловедении требовали большого научного труда для выполнения повторяющихся задач. Но для теоретических дисциплин, таких как математика и физика, трудно получать результаты лишь трудом.

Для решения этой проблемы Лу Чжоу вспомнил о ректоре Сюе. Через два дня после праздников он пришел к нему, чтобы поговорить…

Услышав проблему Лу Чжоу, ректор сделал глоток чая и улыбнулся.

— Очень талантливые люди часто не хотят менять свою исследовательскую среду. Как правило, ученые, которые имеют должность официального исследователя, если только не подверглись давлению или не лишились финансирования, не любят уходить с насиженного места. Твой подход привлекателен для исследователей с менее десятилетним опытом, но он не так привлекателен для выдающихся исследователей, — ректор сделал паузу. — Ты предлагаешь и так хорошую зарплату, и нет смысла увеличивать ее. Однако не только это привлекает таланты. Для выдающихся людей слава часто важнее денег.

Хотя ректор Сюй — академик, он проработал на своей должности много лет, поэтому у него был большой опыт.

Лу Чжоу внимательно выслушал его и задумчиво кивнул, после чего спросил:

— Можете посоветовать что-нибудь.

— Прояви инициативу, — улыбнулся ректор. — Уверен, что даже академики серьезно отнесутся к приглашению Нобелевского лауреата.

Глава 489. Сотрудничество

Вернувшись в Германию, профессор Кербер не прохлаждался. Он сразу же встретился с директором Института физики плазмы и рассказал о ситуации в Китае…

— Я встретился с профессором Лу в Цзиньлине. Он показал мне последние результаты их Института вычислительного материаловедения. Они складывают два слоя графена под определенным углом и получают материал с сверхпроводящим переходом при 101 кельвине.

— Материал СГ-1? Я ранее уже читал статью. Она была на сайте конференции MRS, — сказал Хесингер. Он что-то писал за своим столом и даже не стал поднимать голову. — Всего 101 кельвин — ничего особенного.

Хотя он — физик плазмы, и материаловедение — не его научная область, будучи директором института, он отвечал за разработку управляемого термоядерного синтеза, поэтому знал о последних исследованиях в смежных областях.

На самом деле, нет ничего особенного в сверхпроводящем переходе при 101 кельвине. В конце концов, современные исследования сверхпроводников достигли сверхпроводящего перехода при температуре в 203 кельвин. Однако применение этой технологии — не перспективно, и ей трудно покинуть лаборатории.

До сих пор они все еще использовали оксид меди при создании сверхпроводящих магнитов.

Хотя материал имел много плохих качеств, как плохая теплопроводность и нестабильное магнитное поле, после объединения всех факторов оксид меди все еще оставался лучшим выбором.

— Дело не в температуре, — покачал головой Кербер. — Истинное преимущество материала СГ-1 — в его теплопроводности, мы не обратили на это внимания.

Профессор Хесингер отложил ручку и нахмурился:

— Вы уверены?

— Видел собственными глазами, — уверенно заявил Кербер. — Не думаю, что они мне лгут.

Выслушав Кербера, Хесингер стал серьезным.

Сверхпроводящие магниты — ключ к технологии синтеза магнитного удержания. Будь то токамак или стелларатор, они требовали большего магнитного поля, чтобы удерживать плазму в сотни миллионов градусов.

Если графеновый сверхпроводник, действительно, такой потрясающий, как говорил Кербер, то он однозначно станет основой в решении проблемы управляемого термоядерного синтеза.

Помощник профессора Хесингера, сидевший за соседним столом, вертел ручку в руке и спросил:

— А как же объединение имени Гельмгольца? Без их разрешения нельзя передать WEGA.

Хесингер ответил:

— Я свяжусь с ними. Помогите мне сообщить об этом ученым из института, я должен провести совещание.

……………………….

Предложение ректора Сюя дало Лу Чжоу идею.

Поскольку распространять объявление о поиске сотрудников в интернете — бесполезно, то следует ориентироваться на конкретных людей.

Для Лу Чжоу это нетрудно.

Он всегда в курсе последних математических исследований. Ему достаточно взглянуть на статьи ученого, чтобы понять, какую работу они проделали.

Он не следил пристально за последними исследованиями в области физики. Ему следовало уделить внимание важным конференциям и переманить ученых, у которых был потенциал.

В основном, он нацелился на китайских профессоров за границей, готовых вернуться в Китай.

Благодаря политики Цзиньлина по размещению талантов, помимо зарплаты, он мог бы получить для этих ученых еще пособие от 500 000 до 1 миллиона юаней. Это очень выгодно, поскольку Лу Чжоу не придется платить из своего кармана деньги за жилье.

Как оказалось, совет ректора, и правда, был довольно хорошим.

Получив письма от Лу Чжоу, даже ученые, которые не хотели возвращаться в Китай, заинтересовались приглашением Нобелевского лауреата.

Кроме того, Институт перспективных исследований обладал исследовательской обстановкой, не затронутой политикой, что уже довольно уникально среди исследовательских институтов Китая. Уже только это весьма соблазнительно.

Лу Чжоу не знал, сколько людей привлечет, но имел оптимистичный настрой.

— Твой дом так далеко, что негде поблизости купить завтрак! Пришлось только ехать ради этого, — сказал Лу Банго, заходя в дом с соевым молоком, китайскими жареными хлебными палочками и горячими булочками, после чего надел тапочки.

Как и в Цзянлине, проснувшись рано утром, он вышел на улицу купить завтрак.

Сяо Тон сказала:

— Папа, это район для вилл. Естественно, рядом не будет никаких закусочных.

Старый Лу перевел взгляд на дочь и спросил:

— Богатые не завтракают?

— Они могут попросить своих поваров приготовить завтрак или послать горничных съездить за ним, — Сяо Тон усмехнулась. — Точно, брат, может наймешь горничную?

— …

— Какая горничная… Не позволяй чужим жить в твоем доме, — возразила Фан Мэй. — Если ты, и правда, не можешь самостоятельно позаботиться о себе, то мы переедем из Цзянлина и поможем тебе. Купим продукты, приготовим что-нибудь.

Старик Лу воскликнул:

— Не балуй его! Если мы поселимся здесь, то можешь забыть о внуках.

Когда Лу Чжоу учился в школе, то его отец очень радовался своему трудолюбивому сыну, который не гоняется за юбками.

Однако Лу Чжоу — все еще холост, хотя уже окончил университет, получил докторскую степень, стал профессором и получил Нобелевскую премию. Возможно, через несколько лет он станет академиком. Лу Чжоу увлекался исследованиями, и старый Лу не мог не волноваться.

Даже если в их семье нечего было наследовать, их род не мог прерваться.

Даже если он не собирается жениться, ему следовало показать хотя бы некоторые признаки наличия девушки.

Когда Лу Чжоу положил свой ноутбук за обеденный стол и позавтракал, его отец со вздохом спросил:

— Это же праздники… Почему ты все еще работаешь?

Пока Лу Чжоу проверял почту, он пошутил:

— Потому что должен. Чем больше сила, тем больше ответственность.

Дело не только в стране, весь мир ждал результатов его исследований.

Лу Банго помолчал и решил не упоминать о свадьбе, через какое-то время он лишь сказал:

— Не переутомляйся, здоровье — самое главное.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо, я знаю.

Вдруг его телефон зазвонил.

Звонили из-за границы, Лу Чжоу поднял трубку и ответил.

Он услышал голос профессора Кербера.

— Мы провели совещание по поводу вашего предложения.

— И каков ответ?

— Мы считаем, что сотрудничество выгоднее нам.

Лу Чжоу улыбнулся, услышав этот долгожданный ответ.

Он не ожидал услышать такую хорошую новость так рано утром.

— Рад слышать, желаю нам счастливого сотрудничества.

— Счастливого сотрудничества!

Глава 490. Хочу посмотреть, кто осмелится уйти без моего одобрения

Будучи основоположником китайского проекта по управляемому термоядерному синтезу, Юго-Западный институт физики оказывал решающее влияние на китайскую область управляемого термоядерного синтеза.

Мало того, что у них был токамак HL-2A с дивертором, но они также были ключевыми в подталкивании Китая в участие в проекте ИТЭР.

Пань Чанхун засвидетельствовал все это, он — один из китайских ветеранов управляемого термоядерного синтеза.

Хотя он довольно рано ушел в отставку, но никогда не переставал заботиться о развитии управляемого термоядерного синтеза в Китае.

Из-за этого, когда Лу Чжоу пригласил его, то он, не колеблясь, согласился.

В стране с населением в 1,4 миллиарда человек энергетическая проблема — всегда на первом месте.

Если решить ее, то можно решить и многие другие.

Стелларатор не обязательно станет будущим управляемого термоядерного синтеза, но если станет, то Китай не отстанет в этой области.

— О, редкий гость, — сказал академик Чжоу Чэнфу, увидев в дверях академика Пань Чанхуа. — Что привело тебя сюда?

— Хорошие новости, — улыбнулся академик Пань Чанхун, после чего сел на диван.

Академик Чжоу улыбнулся:

— О, что за новости? Рассказывай.

— Мы провели переговоры с Институтом физики Макса Планка. Если все пройдет хорошо, то они продадут нам WEGA.

Хотя академик Чжоу все еще улыбался, его улыбка уже не была такой естественной.

— О? WEGA?

— Да, прототип Вендельштейна 7-Х, — академик Пань не обратил внимания на фальшивую улыбку академика Чжоу, поэтому кивнул и сказал:

— Не думал, что профессор Лу сможет заключить сделку. Я очень удивился этому.

Хотя они и обменивались технологиями. Сверхпроводящий магнит на основе углерода, нужный Обществу Макса Планка, более простой в инженерном плане, поэтому такое сотрудничество более выгодно Китаю.

Ведь даже если WEGA уже списали, это все еще предшественник Вендельштейн, следовательно, все еще содержало много ключевых технологий.

Возможность овладеть этими технологиями сократит время, необходимое китайским ученым, чтобы догнать передовой рубеж международных исследований стелларатора.

В отличие от Академика Паня, академик Чжоу не был так счастлив:

— Скорее всего, они запросили много денег за оборудование?

— Дело не в деньгах. Если мы сможем купить и изучить эту технологию, мы сможем, надеюсь, догнать международные исследования стелларатора в кратчайшие сроки. Даже если не догоним Японию или Германию, мы все равно догоним Австралию.

Академик Чжоу сделал глоток чая, а потом нахмурился:

— Зачем?

Академик Пань впал в ступор и начал хмурится:

— Как понять... зачем?

Академик Чжоу поставил термо-кружку и решительно заговорил:

— Мы добились передовых успехов в исследованиях токамака. Вместо того, чтобы догонять чужие исследования стелларатора, мы должны придерживаться нашего собственного направления. Тратить сотни миллионов на поддержку чьих-то исследований — действительно необходимо?

Академик Пань замер, услышав это.

Он не ожидал, что его старый коллега, который когда-то с нетерпением ждал триумфа управляемого термоядерного синтеза в Китае, скажет что-то подобное.

Независимо от общественного мнения или взглядов СМИ, исследователь всегда должен оставаться спокойным и объективным. Они должны смотреть на текущие результаты с осторожностью, и никогда не становиться высокомерными.

Однако в голосе его коллеги слышалось неодобрение или даже презрение.

Он надеялся, что ослышался…

Академик Пань перестал улыбаться, после чего взял себя в руки и поменял тему разговора.

— Я здесь не ради споров о лучшем техническом пути. Неважно, сможем мы реализовать токамак легче, чем стелларатор, мы не должны складывать яйца в одну корзину. Америка делает то же самое, они исследуют два пути. Мы отстали от исследований стелларатора, теперь, когда профессор Лу дал нам возможность, мы не можем просто упустить ее, — он сделал небольшую паузу.

— Я хочу организовать команду, которая будет представлять нас, и отправить в Германию. Хочу позаимствовать около 20 исследователей. У меня уже есть список имен, надеюсь, ты одобришь.

Академик Чжоу даже не взглянул на список, когда безэмоционально сказал:

— Стелларатор не входит в наш план исследований, поэтому, боюсь, не смог вам помочь.

Академик Пань прищурился и спросил:

— Ты отказываешься?

— У нас свои планы, мы не обязаны сотрудничать с вами.

Академик Пань хлопнул себя по бедру и встал.

— Ладно, тогда я отнесу список имен в Пекин. Я найду господина Вана.

Академик Чжоу посмотрел на академика Паня и спросил:

— Старина Пань, ты, правда, собрался помочь ему и пойти против меня?

Академик Пань разочаровано посмотрел на него:

— Чжоу Чэнфу, ты изменился. Ты не продвинулся в науке, но научился злоупотреблять властью.

— Изменился? Я никогда не менялся, — хладнокровно возразил академик Чжоу. — Я просто не хочу связываться с вами.

Он обладал самым большим авторитетом в области исследований токамака. Даже руководство страны должно было прислушиваться к его мнению. Поэтому он приложит все усилия, чтобы обеспечить доминирование токамака в области.

Он не считал это эгоистичным и считал, что это правильный путь.

Класть яйца в две корзины — уменьшало риски, но класть яйца в одну корзину — также имеет свои преимущества.

Не говоря уже о том, что именно ему принадлежала корзина.

Причина, по которой Китай смог превзойти Америку и Великобританию в исследованиях токамака и добиться рекордных результатов, заключалась именно в сосредоточении ресурсов, вложенных в исследования и в его руководстве.

Исследовать стелларатор?

Конечно, можно.

Но не нужно рассчитывать на его поддержку.

Особенно Лу Чжоу, Нобелевскому лауреату, который появился из ниоткуда. Когда Лу Чжоу внезапно объявил, что будет участвовать в программе управляемого термоядерного синтеза, он явно попытался украсть его трон.

Больше всего его пугало то, что молодой парень смог обмануть правительственных чиновников и заставить их доверять ему.

Хотя Лу Чжоу не объявлял ему войну, в области управляемого термоядерного синтеза появился второй голос, и это стало вызовом для его авторитета.

Академик Пань сердито спросил:

— О чем ты? Уверен, что твой путь — верен, а другие — нет? Это ты тут занимаешься глупостями.

Академик Чжоу заложил руки за спину:

— Я уверен, что мой выбор — верен.

Цзян Лян, стоявший рядом с ними, заметил, что атмосфера стала напряженной. Он улыбнулся и попытался снять напряжение.

— Это… Академик Пань, мы не не хотим помогать вам, мы просто не в состоянии помочь. Академик Чжоу, может, немного вспыльчивый и прямолинейный, но как вы знаете, мы исследуем токамак. Но теперь вы просите нас исследовать стелларатор. У нас просто нет подходящих кандидатов.

Академик Чжоу ничего не сказал, а просто медленно пил чай. Он не опровергал и не соглашался с заявлением Цзян Лина.

Когда Цзян Лин увидел это, он понял намек. Он улыбнулся и продолжил:

— Может… вы попытаетесь спросить в Луяне? Может они выделят кого вам?

Цзян Дин снял напряжение и попытался уладить ситуацию.

Академик Пань улыбнулся. В его глазах мелькнула обида, но он не сердился.

— Ясно, ты намекаешь, что я должен уйти. Поскольку мне здесь не рады, боюсь, что мои слова ничего не изменят.

Академик Пань некоторое время смотрел на Чжоу Чэнфу, а потом повернулся.

Когда Чжоу Чэнфу увидел, что академик Пань уходит, он безэмоционально сказал:

— Ты знаешь, где выход.

Когда академик Пань ушел, в кабинете воцарилась тишина.

Цзян Лян посмотрел на закрывшуюся дверь и перестал улыбаться, после чего обеспокоено спросил:

— Он ведь не собирается в действительности идти к господину Вану?

Академик Чжоу фыркнул в ответ, после чего хлопнул термо-кружкой по столу и безразлично ответил:

— Кого это волнует? Пойдет, не пойдет, какая разница? Хочу посмотреть, кто осмелится уйти без моего одобрения.

Глава 491. Тогда пригласим их всех

— Посещение Института физики Общества Макса Планка… Это хорошая возможность, почему о ней никто не упоминал на собрании? — с недоумением спросил Юань Юань, читая письмо и прилагаемые документы об обмене.

В области физики плазмы, помимо Принстонской лаборатории физики плазмы, Институт физики плазмы Общества Макса Планка, скорее всего, один из самых передовых исследовательских институтов в этой области.

Логически рассуждая, такую возможность просто нельзя упускать.

Чжуан Цинвэй сидел за своим столом рядом с ним и покачал головой:

— Даже не думай.

Юань Юань нахмурился и спросил:

— О чем ты?

Чжуан Цинвэй вздохнул и любезно показал:

— Посмотри внимательно на организатора.

— Научно-исследовательский институт STAR… Что-то не так?

— Разве ты не в курсе, что академик Чжоу не любит профессора Лу?

— Лишь из-за этого?

— Да!

Юань Юань сердито воскликнул:

— Это нелепо!

Глядя на рассердившегося Юань Юаня, Чжуан Цинвэй покачал головой и попытался убедить его:

— Есть много возможностей для научного обмена. Ты вот-вот получишь повышение, не стоит обижать академика Чжоу из-за такой мелочи.

— Мелочи? — переспросил Юань Юань, глядя на объявление на экране.

Можно посетить много конференций и семинаров по ядерному синтезу.

Однако возможности изучить ключевые технологии выпадали редко.

Будучи инженером, он знал, насколько ценна такая возможность.

Например, дивертор с водяным охлаждением на WEGA. Если кто-то другой сможет полностью переварить эту технологию, то он мог бы внести некоторые изменения и применить ее на токамаке или даже применить в эксперименте по взаимодействию с намагниченной плазмой.

Юань Юань неохотно покачал головой. В конце концов, он решил не идти против своего начальника.

Оно того не стоило.

Он встал со стула и с жалостью вздохнул.

— Пойду покурю.

— Давай.

……………….

— С Юго-Западным институтом не сложилось, мне жаль.

Пань Чанхуан смущенно говорил.

Он пообещал, что пока Общество Макса Планка согласятся, то все остальное можно оставить на него.

Лу Чжоу заключил соглашение с немцами и даже пожертвовал собственной технологией ради этой возможности, а он упустил мяч.

Он поговорил с вышестоящим руководством по этому вопросу, но понимал, что это мало поможет.

Чжоу Чэнфу — руководитель Юго-Западного института физики и главный инженер Китайского международного центра по реализации термоядерной энергетической программы. Он контролировал миллиарды в исследовательских фондах и сотни проектов.

В академических кругах любой, кто имел контроль над такими ресурсами, будет королем.

Особенно в небольшой области управляемого термоядерного синтеза, где всего четыре токамака и около дюжины исследовательских институтов, большая часть проектов и финансирования проходила через него.

Мало того, что он контролировал Юго-Западный институт физики, даже институт материаловедения Китайской академии наук должен был прислушиваться к нему.

Кого волнует, если руководство прикажет ему? Ну и что, если он согласится одолжить людей?

Все еще зависело от того. захотят ли сами эксперты поехать.

Если только это не какие-то тупицы, которым наплевать на ярость их руководства, или кто-то, кто собирался уволиться, не найдется много желающих с мужеством бросить вызов начальству.

Даже вышестоящие руководители понимали, что они могут только сказать ему, но не смогут заставить старого академика что-либо делать. Проблемы в академических кругах не так легко решить, особенно — на уровне академиков.

Подумав над этим, академик Пань осознал, что был слишком наивен.

Он думал, что сейчас — все так же, как и десять лет назад.

Тогда было не так много специалистов в такой инженерной области будущего, как ядерный синтез. Даже выпускники могли выглядеть профессионалами. А говоря о финансировании, то у страны, очевидно, не было таких огромных денег.

Однако хотя каждый шаг на этом пути — чрезвычайно сложный, с его помощью все равно собирались средства отовсюду и вкладывались в эту отрасль.

Благодаря их усилиям, ИТЭР стал первым международным научно-техническим проектом, который сотрудничает с Китаем на равных.

Хотя он вышел на пенсию, он все еще помнил волнение в сердцах, которые захватывали сильнее, чем когда Пекин выбрали в качестве организатора Олимпийских игр.

Выслушав объяснения академика Паня, Лу Чжоу просто кивнул и больше ничего не сказал.

— Все в порядке. Я предполагал подобное. Если Юго-Западный институт не хочет, мы не будем их принуждать. Мы можем сделать все по-своему.

Если бы он поехал в Пекин, то, с большой вероятностью, он бы договорился.

Однако его время ценно, он не хотел тратить его на борьбу против своего народа.

Кроме того, хотя он не заинтересован во власти и авторитете, но прекрасно понимал, что академическое сообщество — не чистое место.

Но даже ему ясно, результаты — всегда более убедительны.

Когда академик Пань услышал Лу Чжоу, он вздохнул с облегчением. На самом деле, он был несколько удовлетворен.

Даже несмотря на то, что ему не понравилось отношение старика Чжоу, он знал, что должен посмотреть на более широкие перспективы.

Если он действительно решит начать драться, то это повредит обеим сторонам. Будь это старик Чжоу, которого сместят с поста, или Лу Чжоу, который решит уйти, то и то повредит будущему управляемого термоядерного проекта.

— Вы правы, — кивнул академик Пань. — С Юго-Западным институтом не получилось, но я найду другой путь.

Лу Чжоу немного подумал:

— Я помню, что была исследовательская группа в университете Юйхуа, где около тридцати человек. Они уже много лет занимаются стелларатором, а некоторые из их инженеров обучались в Австралийском национальном университете. Может, лучше их отправить в Германию.

Академик Пань нахмурился:

— Вы говорите о команде профессора Гуна? Боюсь, они не смогут разделить сотрудников. Кроме того, их финансирование также исходит от Китайского международного центра термоядерной энергетической программы.

Хотя Чжоу Чэнфу не нравился стелларатор, он не отказывался от проектов, связанных с ним.

В конце концов, стелларатор не был его врагом.

Если университет Юйхуа будет сотрудничать с Лу Чжоу, то их финансирование может стать проблемой.

— Тогда просто пригласим их всех, — Лу Чжоу подумал немного и добавил:

— Не похоже, что они много чего получают. Я возьму на себя их будущие расходы.

Академик Пань улыбнулся и покачал головой, услышав такое предложение.

— Ладно, тогда я поеду.

Лу Чжоу кивнул:

— Спасибо… Но на этот раз я пойду туда.

Глава 492. Визит в университет Юйхуа

Университет Юйхуа раньше назывался Хуньаньским технологическим институтом, историю которого можно отследить от самого Центрального Южного университета.

В 1959 году, в связи с развитием в Китае ядерного оружия и атомной промышленности, государство перевело государство Центральный Южный университет горно-металлургического машиностроения в Хэнъян.

В конце 1960-х годов его закрыли по особым причинам. Позже, в 1980-х годах, под руководством Министерства атомной промышленности и правительства провинции Хуньань, его возродили в форме Хуньаньского технологического института. Наконец, в 1990-х годах его переименовали в университет Юйхуа, который с тех пор так и носил это название.

В каком-то смысле судьба университета глубоко связана со страной.

Хотя это не особенно хороший университет, его инженерный факультет — все еще один из лучших в стране. В свое время из этого университета выпустилось много специалистов атомной области.

И теперь он сиял по-своему.

Исследование стелларатора — не проект, который получил большую поддержку, это самое непопулярное устройство управляемого термоядерного синтеза. Однако все еще существовала исследовательская группа из 30 человек, которая работала в этой области.

Очевидно Лу Чжоу приехал сюда, чтобы переманить таланты.

Конечно, это не особенно дружелюбно по отношению к университету Юйхуа.

Формально, он здесь — для академического обмена.

Но, в действительности, если все получится, то это принесет пользу университету Юйхуа.

Маленький университет внезапно посетил такой известный человек, как Лу Чжоу. Его руководство могло знать, что это принесет им пользу, или могли не знать.

Даже если это не Нобелевский лауреат, а кто-то из университета Шуйму или Яньцзинского университета, они бы все равно встречали его с плакатом...

"Добро пожаловать, профессор Лу Чжоу!"

Один из студентов, держа в руках учебник, посмотрел на плакат и спросил своего соседа по комнате:

— Как думаешь, зачем Бог Лу приехал в такую глушь?

Чуть более крупный парень лишь покачал головой в ответ:

— Хрен его знает.

К ним подошел более высокий и худощавый студент, поправив очки, он сказал:

— Цзиньлин строит какой-то исследовательский центр термоядерного синтеза. Думаю, профессор здесь — за нашим стелларатором.

Парень с учебником спросил:

— Почему я об этом не слышал?

Высокий парень ответил:

— В новостях не говорилось, но это и не секрет. Я слышал об этом от студента с факультета ядерной инженерии.

До сих пор молчавший парень сказал:

— Это не относится к нам, пошли на занятия.

— Ты прав, — студенты кивнули головой и направились к своей аудитории.

На самом деле, даже если бы они захотели прийти, для них не нашлось бы места.

Потому что лекционный зал в университете Юйхуа уже полностью забился.

В толпе сидели не только студенты, но и профессора и преподаватели университета Юйхуа, а также некоторые гости из других университетов.

Помимо студентов, присутствовали репортеры с Хуньаньской телестанции.

Все камеры были направлены на кафедру, все ждали, когда человек начнет говорить.

Лу Чжоу посмотрел на толпу и не мог не подумать:

"Вроде, моя последняя лекция была в Стокгольме.

С тех пор прошло три месяца."

Лу Чжоу взглянул на настенные часы, время приближалось. Персонал рядом с ним кивнул, дав понять, что он может начать.

Лу Чжоу встал перед микрофоном и откашлялся. Он подождал, пока зал успокоится, и потом заговорил:

— Многие спрашивают меня об этом. Китай не испытывает недостатка в электроэнергии, и у нас есть плотина "Три ущелья", угольные шахты, и наша энергетика занимает первое место в мире. А наши теплоэнергетические и гидроэнергетические технологии — ведущие в мире. Так зачем нам развивать ядерную энергетику?

— Мой ответ на этот вопрос заключается в том, что научные исследования не могут быть сосредоточены только на текущих инвестициях или краткосрочных выгодах. Исследователи также должны обладать долгосрочным видением и мужеством, чтобы противостоять трудностям.

— Если посмотреть на это с достаточно большого временного промежутка, то ядерная энергия является основным источником энергии для людей. Поскольку мы имеем самое большое население в мире, которое потребляет четверть мирового производства энергии, мы должны оптимизировать нашу энергетическую структуру. Мы должны сделать ее чище, эффективнее и дешевле.

— Кроме того, не только сама технология управляемого термоядерного синтеза. Каждый крупный научно-исследовательский проект приносит нам больше пользы, чем просто сам проект. Это точно так же, как когда я изучал уравнение Навье-Стокса, я открыл многообразия Лу и решение дифференциального геометрического уравнения в частных производных. Сокровища, которые мы находим в конце лабиринта, ничуть не уступают тем достижениям, которые мы совершаем по пути.

— Возьмем управляемые термоядерного синтеза в качестве примера. При исследованиях термоядерного синтеза мы продвинули область сверхпроводящих материалов, глубоко погрузились в исследования плазмы, и смогли создать более мощные магниты. Есть множество полезных побочных продуктов.

Лу Чжоу представил тему лекции в нескольких коротких предложениях. Он взял со стола маркер и повернулся лицом к доске. Объяснив это простым языком, он начал писать на доске.

Ван Сюэхай сидел в толпе и писал заметки, когда случайно уронил колпачок от ручки. Он наклонился и поднял его. Когда снова посмотрел на белую доску, то был сбит с толку. Он не мог понять расчетов на доске.

Ван Сюэхай посмотрел на кафедру и не мог не спросить:

— Что он пишет?

Фан Цзе сидел рядом с ним; он также изучал ядерную физику. Он поправил очки. Хотя он тоже ничего не понимал, но не был так запутан, как Ван Сюэхай.

— Похоже на математическую модель турбулентности плазмы? Мне кажется, я уже читал об этом в статье.

— К черту это! Разве это не должна быть простая научная лекция? Неужели надо делать это настолько хардкорным?

Фан Цзе посмотрел на него и сказал:

— Конечно! Он — лауреат Нобелевской премии, и ты, очевидно, не будешь с ним на одной волне.

Ван Сюэхай не мог не спросить:

— Есть ли кто-нибудь, кто может понять его?

Честно говоря, он был довольно уверен в своих знаниях физики.

Однако турбулентность плазмы была передовой областью международных физических исследований.

Его специальностью была ядерная физика, что означало, что его исследовательское направление было скорее прикладным, чем теоретическим. Без предварительных двух недель подготовки он никак не сможет понять такие эзотерические вещи.

Фань Цзе закрыл ноутбук и покачал головой. Затем он использовал его подбородок, чтобы указать на места в первом ряду.

— Неважно, понимаем мы это или нет. Просто посмотрите на профессоров из Института ядерной физики, только по их лицам становится все понятно.

Точно так же, как и сказал этот аспирант, во второй половине лекции Лу Чжоу перешел от простой науки к эзотерическим областям управляемого ядерного синтеза или, в частности, к исследованиям высокотемпературной плазмы.

На самом деле, он уже написал несколько статей, в которых изложил результаты своих исследований. Его самая важная статья была опубликована в Обществе Макса Планка. В прошлом году они также сделали доклад по этой работе на европейском ядерном саммите.

Однако личное объяснение Лу Чжоу его работ — более глубокое, чем непосредственно чтение или чтение чьего-то отзыва на его статьи. Выслушать лично его — очень полезно для людей из области управляемого термоядерного синтеза или физики плазмы.

Собственно, именно поэтому многие профессора приезжали сюда из провинциальной столицы.

Если бы не было поздно, возможно, некоторые иностранные ученые могли бы даже сесть на самолет, чтобы приехать и послушать эту лекцию.

Когда Лу Чжоу записал последнюю строку уравнений на доске, его объяснение тоже подошло к концу.

Он положил маркер на стол и на секунду остановился. Затем посмотрел на собравшихся и заговорил:

— Этот университет силен в ядерной инженерии, и все, кто сидит здесь, являются будущими столпами области ядерной инженерии. Будущее атомной энергетики зависит от вас, друзья!

Глава 493. Хотите присоединиться к нам?

В лекционном зале раздались аплодисменты.

Лу Чжоу спустился с кафедры в разгар аплодисментов.

Ректор У Чжохуа, руководство университета и несколько профессоров ждали у входа в лекционный зал. Как только Лу Чжоу закончил с интервью для прессы, они подошли к нему.

Ректор У тепло улыбнулся и обратился к Лу Чжоу:

— Благодарю вас, профессор Лу, за столь яркую лекцию для наших студентов!

Несколько студентов, стоявших рядом с ними, съежились.

За исключением начала и конца, они вообще не ощутили ничего захватывающего.

Лу Чжоу улыбнулся и скромно ответил:

— Это не что-то яркое. Это просто мое личное объяснение некоторых моих исследований управляемого термоядерного синтеза и некоторых исследований плазмы. Это может быть немного скучно.

Рядом с ними стоял профессор, и он не выглядел слишком старым. Он улыбнулся и сказал:

— Как скучно? Ваша лекция была очень полезной.

— Вы слишком добры, но могу я спросить, кто вы?

Ректор У представил его:

— Это профессор Ли Чанся из нашего Института ядерной физики.

Лу Чжоу протянул руку и сказал:

— Приятно познакомиться, профессор Ли.

— Приятно познакомиться, — профессор Ли Чанся с сияющей улыбкой пожал руку Лу Чжоу. — Я слышал о ваших успехах, но не ожидал, что вы так молоды.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Профессор Ли, разве вы сами — не молодой?

— Не обманывайтесь моими черными волосами, мне на самом деле — тридцать пять лет, — пошутил профессор Ли.

— Тридцать пять — очень мало, — Лу Чжоу помолчал секунду, а потом спросил:

— А как же профессор Гун? Я слышал, что он руководит Институтом ядерной физики.

Профессор Ли мягко кашлянул и ответил:

— Профессор Гун... больше не работает в исследовательском институте.

— Он ушел на пенсию?

Профессор Ли неловко улыбнулся.

— Не совсем. Теперь он — заместитель мэра городского совета Хэнъяна и председатель Муниципального комитета Цзюсаня. Он больше не участвует в делах университета.

Похоже, он ушел в политику.

Лу Чжоу кивнул и продолжил спрашивать:

— Тогда кто отвечает за Институт ядерной физики?

Профессор Ли кивнул и ответил:

— Сейчас я.

Лу Чжоу посмотрел на него с легким удивлением.

И вовсе не потому, что он не доверял способностям профессора Ли. Это было связано с тем, что университетские исследовательские группы, возглавляемые профессорами среднего возраста, часто не имели доступа к хорошим ресурсам.

Потому что количество ресурсов, которыми располагала исследовательская группа, часто определялось академической квалификацией руководителя группы.

Ректор У заметил удивление Лу Чжоу и быстро сказал:

— Хотя профессор Ли — довольно молод, он — очень надежен. Стелларатор — это главный исследовательский проект нашего университета. Благодаря усилиям профессора Ли и его команды, мы можем сотрудничать с Австралийским национальным университетом и успешно сотрудничать в проекте стелларатора H1.

Профессор Ли немного смутился от такой похвалы и скромно сказал:

— Это, в основном, благодаря профессору Гуну.

— Не поймите меня неправильно. Я не сомневаюсь в способностях профессора Ли, просто немного удивлен, — сказал Лу Чжоу. Он посмотрел на профессора Ли Чанся и, улыбнувшись, спросил:

— Устроите мне экскурсию по Институту ядерной физики?

Профессор Ли немедленно кивнул и сказал:

— Конечно, все в порядке! Я провожу вас туда прямо сейчас.

Институт ядерной физики располагался в тихом уголке студенческого городка Юйхуа.

Следует отметить, что ядерная физика и ядерная инженерия — две совершенно разные области. Университет Юйхуа довольно силен в последней, и слабее — в первой.

Поэтому научно-исследовательский институт развивался не сильно, и масштабы его были не особенно велики. В основном, он базировался на факультете ядерной физики университета, исследовательской группе термоядерного синтеза и физики плазмы, а также исследовательской группе физики элементарных частиц и ядерной физике.

Ректор У первоначально планировал пригласить с собой руководителей университета. Однако Лу Чжоу не хотел нарушать их распорядок дня, поэтому вежливо отказался от этого предложения.

Кроме того, когда смотрят слишком много посторонних глаз, то сложно что-то обсуждать.

После Лу Чжоу проследовал за профессором Ли Чанся в Институт ядерной физики. Профессор Ли провел Лу Чжоу простую экскурсию по зданию, рассказывая о последних международных исследованиях по управляемому ядерному синтезу.

Они начали говорить о развитии проекта ИТЭР, и профессор Ли Чанся увлеченно заговорил:

— В настоящее время международные исследования по управляемому термоядерному синтезу идут полным ходом. Согласно проектному графику ИТЭР, они планируют построить коммерческий реактор DEMO в Париже к двадцать пятому году. Наша страна также планирует построить его примерно к двадцать пятому году. Если все пойдет хорошо, управляемый термоядерный синтез может стать величайшим технологическим прорывом этого столетия.

— Но, похоже, что вас не ценят?

Ли Чанся неловко улыбнулся:

— Это потому, что до двадцать пятого года еще очень далеко.

После экскурсии по научно-исследовательскому институту они пришли в кабинет профессора Ли.

Лу Чжоу немного устал от всех этих прогулок, поэтому он сел на диван в кабинете.

Ли Чанся сел напротив него. Затем он приказал своему аспиранту налить две чашки чая.

— Кстати, у меня не было возможности встретиться с вами. У меня есть несколько вопросов, касающихся физики плазмы, и я не знаю, не возражаете ли вы ответить на них?

Лу Чжоу отпил чаю и улыбнулся.

— Не надо быть таким вежливым, спрашивайте.

Профессор Ли кивнул.

— Проводя исследования процесса взаимодействия между ионной циклотронной волны и плазмой, мы обнаружили, что такой процесс трудно осуществить. У вас есть хорошее решение для этого?

Лу Чжоу задумался на мгновение, прежде чем сказал:

— Я столкнулся с подобной исследовательской проблемой, когда работал с Принстонской лабораторией физики плазмы. Статья должна быть в Physical Review Letters. Я не помню точное название, но вы должны суметь найти ее. Если я правильно помню, согласно статье, увеличивая плотность плазмы или плотность скребкового слоя и уменьшая градиент плотности параболической или экспоненциальной области распада, улучшается плазменная связь ионной циклотронной волны. Если вы не уверены, можете попробовать использовать плазменную модель для моделирования процесса взаимодействия ионных циклотронных волн и плазмы.

Профессор Ли кивнул, записывая слова Лу Чжоу в блокнот.

Затем Лу Чжоу спросил расслабленным тоном:

— Есть еще какой-нибудь вопрос?

— Да, есть еще кое-что.

Профессор Ли Чанся воспользовался этой возможностью, чтобы проконсультироваться с Лу Чжоу по некоторым теоретическим проблемам, с которыми он столкнулся в своих исследованиях.

Лу Чжоу ответил на все вопросы, на которые мог.

Время шло быстро, и прошел уже час.

Профессор Ли закрыл свой блокнот и, улыбнувшись, сказал извиняющимся тоном:

— Простите, что занял ваше время.

— Все в порядке. Подобные обсуждения также вдохновляют меня, — Лу Чжоу ответил с улыбкой, потом помолчал секунду и сказал:

— Кстати, как дела у H1-Heliac? Я не видел его, когда мы ходили по научно-исследовательскому институту.

Когда профессор Ли услышал, что Лу Чжоу упомянул о стеллараторе H1, он не мог не рассказать о своих трудностях.

— Боюсь, сейчас будет сложно увидеть его. Тендер на строительство вспомогательных объектов завершился только в октябре, и их построят только в этом году.

— Это слишком медленно, — Лу Чжоу покачал головой и сказал:

— Я помню, что проект начали в 2017 году, да?

— Да, — ответил профессор Ли, а на его лице отобразилась беспомощность. — Но другого выхода нет. Профессор Гун внезапно ушел из проекта, к тому же, наш университет столкнулся с некоторыми проблемами. На самом деле, мы не хотели откладывать это так надолго.

Оглядев кабинет, Лу Чжоу задумчиво кивнул.

После минутного молчания он, наконец, заговорил о том, зачем пришел сюда сегодня.

— Кстати говоря, научно-исследовательский институт STAR в Цзиньлине вот-вот завершит строительство.

Увидев зависть на лице профессор Ли, Лу Чжоу помолчал секунду, прежде чем бросить оливковую ветвь.

— Хотите присоединиться к нам?

Глава 494. Готовы к работе

Луян, остров Науки.

Институт материаловедения Китайской академии наук.

Шэн Сяньфу стоял в кабинете директора института. Он положил на стол заявление об увольнении и сделал шаг назад, чем ошеломил пожилого директора.

— Я хочу уволиться.

Застигнутый таким врасплох директор с недоверием посмотрел на заявление, а потом перевел взгляд на Шэн Сяньфу.

— У...уволиться?

— Да, — Шэн Сяньфу кивнул. Он понимал, что как только он отдаст заявление, пути назад не будет. Он глубоко вздохнул и спокойно заговорил:

— Вы же знаете, я исследую стелларатор. Подобная возможность выпадает редко, обидно будет упустить ее. Я знаю, что вы не хотите стоять между академиком Чжоу и профессором Лу, если я буду настаивать на этом, то поставлю вас в неудобное положение. Поэтому, если я уйду, не будет никаких проблем.

Директор покачал головой.

— Это, правда, нужно? Прав академик Чжоу или нет, это проблема между ними двумя. Встав между ними, ты усложняешь себе

жизнь, — он посмотрел на заявление и вздохнул.

— Я оставлю заявление здесь, подумай еще пару дней.

Он восхищался талантами профессора Шэна и не хотел, чтобы такой многообещающий исследователь погубил свое будущее. Поэтому решил дать ему шанс.

Если бы тут стоял кто-то другой, то он бы не сказал ни слова и просто позволил бы ему уйти.

Шэн Сяньфу покачал головой:

— Мне больше не нужно думать, я уже все решил, придя сюда.

У него не было времени на раздумья, через неделю группа должна отправиться в Германию.

Директор увидел решительно настроенного Шэн Сяньфу, поэтому больше ничего не сказал. Он поставил свою подпись и достал из ящика печать.

— Поскольку ты уже все решил, то больше не буду ничего говорить. Я одобряю твое заявление, сходи в отдел кадров и оформи все.

Шэн Сяньфу кивнул и взял со стола заявление.

— Спасибо, — он развернулся и вышел из кабинета.

………………………….

Сотрудничество между университетом Юйхуа шло гладко, и профессор Ли Чанся даже не колебался, прежде чем согласиться.

Однако он также попросил сохранить должность в университете Юйхуа.

Это не только его личная просьба, но и просьба членов его исследовательской группы.

Для Лу Чжоу это выполнимо.

Когда он встретился с ректором У, он пообещал ему, что включит университет Юйхуа в совместную исследовательскую группу проекта. Как и ожидалось, ректор с готовностью согласился.

Несмотря на то, что H1-Heliac был выдающимся научно-исследовательским проектом для университета Юйхуа, но на самом деле кроме того, что он мог назвать себя первым стелларатором в Китае, H1-Heliac не принес никаких дополнительных преимуществ университету Юйхуа.

Не важно, что думают в отрасли. С точки зрения непрофессионалов, концепция управляемого термоядерного синтеза слишком далека. Из-за этого университет Юйхуа не мог оказать профессору Ли Чансю большую поддержку. Для них было бы лучше присоединиться к проекту STAR в качестве экспертов из университета Юйхуа. С помощью исследовательского фонда в миллиард долларов они могли бы добиться некоторых выдающихся результатов.

Когда придет время, поскольку они будут частью исследовательского объединения, они получат часть выгоды.

Уладив все дела в университете Юйхуа, Лу Чжоу недолго оставался в Хуньани. На следующий день он вернулся в Цзиньлин и начал готовить команду обмена с Обществом Макса Планка.

Было пять официальных исследователей, включая Ли Чанся, и десять младших исследователей. С этими людьми плюс несколькими профессорами, которых академик Пань смог найти, исследовательский институт STAR, наконец, сформировал команду.

Однако случилось кое-что неожиданное.

Первоначально Лу Чжоу полагал, что он не получит никакой помощи от проектной группы ИТЭР академика Чжоу. Но они все еще смогли получить себе эксперта, который приехал из Луяна.

Однако он уволился оттуда…

Лу Чжоу встретился с экспертом в своем кабинете.

— Профессор Шэн, для меня большая честь познакомиться с вами, — сказал Лу Чжоу. Он встал и подошел к профессору, с улыбкой протянув правую руку.

— Это для меня большая честь, — ответил Шэн Сяньфу, пожимая руку Лу Чжоу. — Не говоря уже о том, что формально — я больше не профессор.

Он не только уволился из Института материаловедения. Но он также уволился и из университета науки и техники Китая, поскольку ему придется долго работать в Цзиньлине.

— Если хотите, то Институт перспективных исследований готов предоставить вам должность исследователя.

Шэн Сяньфу не стал отказываться и кивнул:

— Премного благодарен.

— По вашему резюме я видел, что вы были в лаборатории Вендельштейн 7-Х?

Шэн Сяньфу кивнул и честно ответил:

— Институт материаловедения Китайской академии наук организовывал совместный исследовательский проект с Институтом физики плазмы Общества Макса Планка по экспериментам по взаимодействию плазмы. Я также присутствовал на некоторых собраниях ИТЭР.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Итак, я предполагаю, что вы знакомы с Обществом Макса Планка?

Шэн Сяньфу улыбнулся и скромно ответил:

— Не совсем знаком, только был там.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо,в таком случае вы будете руководителем группы.

Это предложение застало Шэн Сяньфу врасплох, и он на секунду впал в ступор.

Он не ожидал, что сразу возьмет на себя такую ответственность.

Шэн Сяньфу немного поколебался:

— Это... неуместно. Я только прибыл. Я не знаком с ситуацией. К тому же, разве вы не поедете с нами?

— Ничего неуместного. Другие люди из команды также только прибыли. А я, скорее всего, не пробуду в Грайфсвальде долго, поскольку у меня еще есть дела.

Увидев имя профессора Шэня в списке, академика Паня, у него сложилось хорошее впечатление о нем.

Он был одним из ведущих специалистов по физике плазмы в Китае и принимал участие в исследованиях токамака и стелларатора. У него также был опыт руководства группой обмена.

Лу Чжоу немного помолчал и сделал серьезное лицо, после чего посмотрел на Шэн Сяньфу и строго сказал:

— Это очень важно, поэтому надеюсь, что вы отнесетесь к этому со всей серьезностью. Конечно, если вы не хотите, то я не заставляю. Просто, на мой взгляд, вы — самый подходящий вариант.

Шэн Сяньфу стиснул зубы и кивнул:

— Я могу попробовать!

Лу Чжоу одобрительно кивнул:

— Тогда передам это вам.

— Когда конкретно летим?

Лу Чжоу спокойно ответил:

— В конце февраля.

В конце февраля?

Значит, на подготовку осталось всего три дня.

Шэн Сяньфу думал о предстоящей дате отъезда и не мог не почувствовать давления.

Однако даже при таких раскладах он не жаловался, а скорее... ждал этого с нетерпением.

Возможно, Шэн Сяньфу действительно мог помочь развитию области управляемого термоядерного синтеза...

Глава 495. Прибытие делегации

Яркий серебристый самолет оставил белый след в голубом небе.

Группа из тридцати человек направилась к Обществу Макса Планка, неся на своих плечах будущее китайского управляемого термоядерного синтеза. Согласно соглашению о сотрудничестве, они получат простую подготовку, чтобы иметь представление о использовании стелларатора WEGA.

По первоначальному плану, Лу Чжоу должен был лететь вместе с ними.

Однако он не смог, вместо этого договорился, что прилетит через три дня.

Все из-за того, что в день отъезда группы китайских экспертов должна прибыть группа из Общества Макса Планка.

Немецкий инженер с морщинами на лице и натянутой шляпой спустился с трапа с чемоданом в руках.

Прищурившись он оглядел здание аэропорта, после чего обратился к коллеге:

— Это место сильно изменилось.

Более молодой рыжеволосый инженер удивился:

— Вы были здесь раньше?

— Десять лет назад, — пожилой инженер открыл кошелек и посмотрел на фотографию внутри. — Живя в Берлине, за десять лет не заметишь очевидных изменений, но тут их можно увидеть каждый год.

— В Берлине то? На самом деле есть изменения.

— Правда?

— Как Ангела Меркель открыла ворота для иммигрантов, мы видим в газете Frankfurter Allgemeine Zeitung что-то новое каждый день.

Услышав шутку, старый инженер рассмеялся и покачал головой:

— Держи такие шутки лучше при себе, не стоит чтобы другие услышали подобное.

— Знаю, — молодой инженер посмотрел на людей, встречавших их. — Проволока толщиной в несколько тысяч нанометров. Вы, правда, думаете, что они сделали подобное?

Он не смотрел свысока на возможности Китая в технических инновациях. В конце концов, Европа была слаба еще со второй половины 20-го века и не имела права смотреть на кого-либо свысока.

Однако технологические инновации — одно, а возможность вывести технологию из лаборатории — другое.

В действительности, начиная с 2014 года, ученые смогли получить в лабораториях пару десятков нанометровых графеновых нановолокон. До сих пор существовали лаборатории, способные создать проволоку шириной в семь атомов. Однако эта технология до сих пор оставалась в лабораториях.

Это самый большой разрыв между наукой и промышленностью.

Полвека назад, если бы какой-нибудь ученый нашел новое соединение или простой синтетический метод для важного промышленного материала, то мог бы мгновенно разбогатеть. Но теперь подобное случалось редко.

Чаще всего академическое сообщество показывало прекрасные результаты, но промышленности требовались порой десятилетия, чтобы переварить технологию, и в конечном итоге промышленность может продемонстрировать свою бесполезность.

Благодаря успеху Лу Чжоу в области литиевых анодных материалов, объединение немецких исследовательских центров имени Гельмгольца обратило внимание на потенциал сверхпроводников на основе углерода еще с момента создание материала СГ-1. Однако когда они проанализировали возможности промышленного производства материала, из-за затрат на производство и других технических трудностей, они решили отказаться от него.

Но вот кто-то другой выполнил невыполнимую задачу. Это поразило их.

В конце концов, Китай не особо преуспел в нанотехнологиях…

— Судя по образцам, они, правда, сделали это.

— Невероятно.

— Да, невероятно, — пожилой инженер сделал паузу. — Но разве мы здесь не для того, чтобы разобраться в этом?

В аэропорту у входа.

Ян Сюй стоял рядом с Лу Чжоу и смотрел на самолет неподалеку.

— Вообще, я все хотел спросить, почему приехала группа из объединения имени Гельмгольца?

— Ничего особенного. Нельзя ожидать, что физики плазмы будут разбираться в материаловедении, да?

Ян Сюй парировал шуткой:

— Разве тут нет кое-кого подобного? Который еще хорош в математике.

Лу Чжоу впал в ступор, прежде чем понял, что Ян Сюй говорит о нем. Он улыбнулся и покачал головой.

— Это абсолютно другое.

Пока они разговаривали, немецкая группа уже спустилась с трапа.

Лу Чжоу направился к ним.

Пожилой инженер шел впереди команды. Он снял свою черную шляпу и протянул мозолистую руку.

— Здравствуйте, профессор Лу. Я — Рэнд Улик из берлинского центра материалов и энергетики имени Гельмгольца. Это мой коллега, Симсон Юджин.

— Здравствуйте, я — Лу Чжоу, — Лу Чжоу пожал руку инженеру и удивленно посмотрел на него. — Вы говорите по-китайски?

— Я проработал в Цзиньлине два года. Я не очень хорош в нем, но кое-что знаю, — старик ухмыльнулся.

— Правда? Это здорово, — сказал Лу Чжоу, после чего с дружелюбной улыбкой представил троих людей рядом с собой.

— Это директор института материаловедения при Институте перспективных исследований Ян Сюй. Это генеральный директор Баошэн Групп Сунь Чэнву и главный инженер Цао Ганьвэй.

— От имени Баошэн Групп приветствую всех вас, — Сунь Чэну с улыбкой пожал руки. — Наша компания подготовила для вас отель. Хотите оставить там багаж или у вас другие планы?

Улик произнес:

— Мы можем поехать в отель и позже. Можете сначала отвезти нас на завод?

Сунь Чэну впал в ступор, не ожидая, что немцы будут так спешить. После чего он взглянул на Лу Чжоу.

Увидев кивок Лу Чжоу, он посмотрел на профессора Улика:

— Конечно, никаких проблем.

Немецкая группа была невелика и состояла всего из шести человек. Однако большинство из них — ведущие специалисты в области углеродных наноматериалов из Берлинского центра материалов и энергетики.

После того, как группа расселась по машинам, генеральный директор Сунь сел рядом с Лу Чжоу и поинтересовался у того:

— Почему немцы так спешат?

Лу Чжоу улыбнулся на вопрос генерального директора.

— Представьте, что, учась в школе, ваш друг, который обычно получал семьдесят или восемьдесят баллов за тесты, неожиданно набирает сто двадцать, что вы подумаете?

Ян Сюй задумался и сказал:

— Смотря на систему оценивания...

— Это не имеет значения, — Лу Чжоу покачал головой. — Независимо от этого, вы зададитесь вопросом, как он это сделал, не было ли чего подозрительного.

Директор Сунь колебался:

— Вы говорите, что они думают, что мы их обманываем?

— Любой будет осторожен, когда речь идет о подобном важном сотрудничестве, — Лу Чжоу сделал паузу, а потом закончил:

— Мы просто должны показать, что все нормально.

Глава 496. Завоевание немцев технологиями

Недалеко от Цзиньлинского университета, в новой, запланированной муниципальным правительством зоне высоких технологий, располагалась фабрика Баошэн Групп.

Посреди просторного цеха стояло большое производственное оборудование.

Со стороны оно могло показаться немного странным или, скорее, примитивным. Оно выглядело как что-то собранное в спешке.

Если никто не скажет, то не догадаешься, что это устройство — главное оборудование для производства графеновых проводов шириной в тысячу нанометров. Никто бы и не подумал, что серебряная нить между открывающимися и закрывающимися пластинами — в действительности провод СГ-1, который в золоте стоил больше, чем весил.

Конечно, только временно.

Как только производство и оборудование улучшат, а производство пойдет вверх, стоимость существенно снизится.

Внезапно снаружи фабрики послышались шаги.

Инженеры внутри услышали их и повернулись в сторону двери. После они увидели группу людей, идущих позади генерального директора Суня и инженера Цао.

Инженер вытер пот с лица. Он увидел молодого человека, улыбающегося генеральному директору, поэтому не мог не спросить с любопытством у своего коллеги:

— Кто это?

— Кто именно?

— Рядом с директором Сунем.

— Лу Чжоу, ты новости не смотришь?

— Лу Чжоу? Который получил Нобелевскую премию?

— Конечно!

— Поразительно… Нобелевский лауреат говорит об исследованиях на нашей фабрике, так это появится завтра в новостях?

И не только новости, подобное может привести даже к резкому росту цен на акции.

Сверхпроводники — не популярная тема в индустрии, но как только упоминается имя Лу Чжоу, ситуация кардинально меняется.

В конце концов, все знали, как жарко на рынке литиевых батарей.

Инженеры шепотом перекинулись фразами, а когда увидели, как к ним приближается группа генерального директора Суна, закрыли рты.

Под руководством инженера Цао немецкие специалисты подошли к оборудованию в центре фабрики. Наконец, перед ними предстала легендарная машина, способная массово производить тысячи нанометровых графеновых нанокристаллов.

Когда Симсон Юджин смотрел на эту безликую машину, в его сердце зарождались подозрение и презрение.

Просто глядя на нее со стороны, он не мог поверить, что это простое оборудование может работать в нанометровом масштабе.

Однако вскоре его лицо стало выглядеть все более и более потрясенным. Наконец, его глаза впились в машину, и он не мог отвести взгляд.

Серебряная проволока соединялась между двумя металлическими пластинами, а чуть более тонкая металлическая пластина соединялась с похожим на решето кольцом, которое направляло тонкий провод к другому кольцу, размером с большой палец.

Несмотря на то, что металлические пластины открывались и закрывались с такой же скоростью, как и ползала улитка, устройство все еще производило провода…

Глядя на это со стороны, он понятия не имел, как им это удалось.

Улик встал рядом с Юджином и серьезно спросил:

— Это оно?

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно объяснил:

— Это основа всего производственного процесса. Вы можете интерпретировать его как машину для производства кабелей... однако они совершенно различны в принципе.

— Вы уверены, что оно производит графеновые провода шириной всего в несколько тысяч нанометров?

Лу Чжоу взглянул на него и сказал:

— Если не верите мне, то можете взять образец, и мы можем сделать тест.

Как Лу Чжоу сказал это, Юджин больше не колебался. Он подошел к аппарату и с помощью другого китайского инженера взял короткий кусок провода СГ-1 и положил его в заранее приготовленную сумку для образцов.

Все они вошли в комнату для проверки качества продукции. Когда рыжеволосый немецкий инженер увидел сканирующий электронный микроскоп, он взял на себя инициативу и спросил:

— Я могу?

Лу Чжоу жестом показал, что он может.

— Конечно.

Юджин подошел и внимательно осмотрел оборудование. Он поместил образец на устройство и умело, с помощью компьютера, управлял зондом. Он навел его на провод СГ-1 шириной в тысячу нанометров.

Вскоре после этого зонд передал данные обратно на компьютер.

Юджин посмотрел на данные, собранные сканирующим электронным микроскопом, и на смоделированную трехмерную диаграмму строения атома. Не только Юджин, но даже профессор Улик и остальные четыре немецких эксперта выглядели сбитыми с толку.

Юджин не мог поверить своим глазам, словно хватаясь за последний волос, он спросил:

— А как насчет сверхпроводимости?

— Я ожидал этого вопроса, — Лу Чжоу посмотрел на исследователя, стоящего рядом со сканирующим электронным микроскопом.

— Покажите им.

Провода сняли со сканирующего электронного микроскопа и перенесли на другое экспериментальное оборудование.

На этом лабораторном оборудовании были установлены нановольтметр Keithley Model 2182A и источник тока Keithley Model 6220, а также трубки и регуляторы температуры для введения жидкого гелия.

Окончательные результаты измерения был очевидными: кривая "сопротивление/температура" быстро опустилась вниз в то же самое время, сразу после достижения температуры сверхпроводящего перехода. В точности такой же график, что профессор Кербер наблюдал в Институте перспективных исследований.

Хотя Юджин и не хотел в это верить, он был абсолютно убежден.

Они действительно это сделали…

— Невероятно... как вам это удалось?

— Проще говоря, мы укладываем моноатомные слои металлического листа родия. После этого мы пробиваем в них отверстия и регулируем угол перекрытия. Затем мы используем принцип парового химического осаждения для осаждения материала СГ-1 в порах в макроскопическом масштабе. В результате получаем графеновые нановолокна, выращенные в определенную форму... Это если грубо. Что касается более конкретных технических деталей, инженеры Баошэн Групп дадут вам подробное объяснение.

Улик нахмурился и задал более профессиональный вопрос:

— Моноатомный слой? Как вы обеспечиваете его моноатомную структуру?

Из-за ненаправленности металлической связи очень легко формировалась трехмерная структура. Теоретически металлический лист толщиной в один атом очень трудно произвести. И даже если получилось бы, было бы трудно обеспечить и поддерживать свойства моноатомного слоя.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Мы не делаем ничего особенного.

Улик был ошеломлен.

— Не делаете ничего особенного?

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Да, в металлическом листе моноатомного родия есть особая локализованная большая π-связь, которая стабилизирует структуру моноатомного слоя.

Это был результаты исследований, которые появились только за последние два года.

Собственно, именно поэтому он и выбрал родий.

Несмотря на то, что цена на родий высокая, моноатомный лист можно использовать в качестве формы в течение длительного времени, из-за чрезвычайно антиокислительных свойств родия. Поэтому стоимость, в целом, приемлемая.

Что касается точного способа получения листа родия, то он был точно таким же, как и ранее упомянутый им метод — путем восстановления слабого лиганда поливинилпирролидона формальдегидом.

После этого группа немецких экспертов задала много вопросов, и Лу Чжоу ответил на них, один за другим. На вопросы, выходившие за рамки его знаний, отвечал главный инженер Цао.

Они оставались в зоне высоких технологий до вечера.

Когда они уезжали, Ян Сюй сел в ту же машину, что и Лу Чжоу, и не смог сдержать эмоций.

— Я не думал, что мы сможем победить немцев с помощью наших технологий.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Немецкая промышленность сильна, особенно — в области обработки и автоматизации. Между нами все еще есть большой разрыв, чтобы наверстать упущенное. Однако они — не боги, и не нужно думать о них как о всемогущих.

Китай отставал от Германии во многих технологических областях, и они ничего не могли с этим поделать. Однако, поскольку все искали способ внедрения новой технологии, это означало, что все они имели одну и ту же отправную точку.

С помощью Цзиньлинского института вычислительных материалов Баошэн Групп посчастливилось оказаться на стартовой точке раньше других. Если все пройдет хорошо, с инвестициями, которые Китай вкладывал в управляемый термоядерный синтез, они могли бы продолжать оставаться мировыми лидерами по сверхпроводникам на основе углерода.

Возможно, в будущем они даже станут ведущей страной-производителем...

Но это было не то, что Лу Чжоу мог контролировать.

Его интересовали только исследования.

……………………………..

Вечером Лу Чжоу вернулся на свою виллу. Он сидел в своем кабинете и разговаривал по телефону с Шэн Сяньфу, который уже прибыл в Германию.

— Вы нормально добрались?

— Вчера мы прилетели в Берлин, а сейчас уже находимся в Грайфсвальде.

— Они переместили WEGA в Грайфсвальд?

Лу Чжоу вспомнил свою последнюю поездку в Грайфсвальд, и не видел он там WEGA.

— Не совсем. Просто наш первый этап обучения будет проходить в лаборатории Вендельштейн 7-X.

Лу Чжоу ответил шуткой:

— Мы платим 500 миллионов евро за эту тренировку, так что постарайтесь сделать все возможное.

Профессор Шэн, державший в руке телефон, серьезно кивнул.

— Конечно!

Глава 497. Стелларатор STAR

Дни пролетали быстро, и вскоре наступил уже апрель.

Строительство научно-исследовательского института STAR шло быстрее, чем планировалось. Строительная бригада использовала в пять, а то и в десять раз больше людей для завершения строительства.

После того, как командир вручил Лу Чжоу ножницы, чтобы перерезать красную ленту, он торжественно поднял правую руку и отсалютовал ему.

Хотя Лу Чжоу — не солдат, и не знал, что это означает, он мог видеть нетерпеливое ожидание в глазах командира.

В то же время стелларатор WEGA в разобранном виде прибыл в порт Хайчжоу.

500 миллионов евро — это почти 4 миллиарда юаней.

Даже если это не собственные деньги Лу Чжоу, ему было немного грустно наблюдать, как эти деньги исчезают.

Однако он знал, что потраченные деньги того стоили.

Хотя WEGA отключили более пяти лет назад, в течение этих пяти лет Институт физики плазмы Общества Макса Планка не позволял ржаветь и собирать пыль стелларатору, они все еще проводили регулярное обслуживание.

К тому же, суммировав затраты на исследование и разработку, немцы потратили куда более 1 миллиарда евро.

Рассматривая с этой стороны, то это выгодная покупка.

В конце концов, стоимость провода из материала СГ-1 не приближалась к 1 миллиарду евро.

При содействии правительства провинции Сучжоу стелларатор привезли в Цзиньлин и отправили в институт у подножия Пурпурной горы.

Академик Пань с волнением смотрел на кучу ценного оборудования.

Но вдруг он вздохнул.

— Жаль, что мы купили его… — академик Пань покачал головой. — Если бы мы могли построить его с нуля…

Лу Чжоу чуть не поперхнулся, услышав такие слова.

Мы только купили его, а вы уже думаете, чтобы сделать копию?!

Не слишком ли жадно?

Лу Чжоу — не инженер, поэтому не мог оценить сложность токамака. Но даже глядя со стороны, он мог сказать, что стелларатор намного сложнее токамака.

Честно говоря, даже американцы, которые спроектировали стелларатор, не могли сделать его сами. Они отказались на полпути от производства своего стелларатора модели С и решили последовать примеру русских, переключившись на токамак.

Поэтому это не что-то постыдное — не уметь создать стелларатор.

Технический опыт применим не только в научных кругах, но и в промышленности.

Лу Чжоу мягко кашлянул:

— Мы только начали, будет потрясающе, если мы просто пройдем по шагам. Мы не должны делать каждый шаг совершенно, мы просто должны убедиться, что сделали решающие шаги правильно.

Академик Пань покачал головой:

— Хоть вы так и говорите, но просто мы в чем-то уступаем другим, мне всегда становится тяжело на душе от этого.

Лу Чжоу замолчал, поскольку не знал, что ответить.

В конце концов, не все можно решить с помощью чертежей.

Иначе это не считалось бы проблемой.

Шэн Сяньфу тоже стоял рядом с Лу Чжоу, и в отличие от академика Паня, который переживал бурю эмоций, он сгорал от нетерпения, что начал потирать руки.

— Мы начнем собирать его прямо сейчас?

После более чем месячного обучения в Германии, ему наконец-то пришло время показать свои умения.

Лу Чжоу посмотрел на него и кивнул:

— Да, можете начинать прямо сейчас. Также пока не устанавливайте внешние катушки. Мы используем новые, когда они будут готовы.

………………………….

Согласно плану, после прибытия в Китай WEGA переименовали в STAR.

Когда персонал и оборудование были готовы, исследовательский проект стелларатора официально вступил в свою следующую фазу.

До этого Лу Чжоу завершил две части головоломки управляемого термоядерного синтеза для реактора DEMO.

Одна — "глаз", которым стала его технология "Атомный зонд Гелий-3". Другая, очевидно, "торс" — стелларатор STAR.

На самом деле, поскольку стелларатор STAR являлся прототипом для Вендельштейна 7-X, он имел большинство важнейших компонентов. Лу Чжоу был уверен, что сможет обновить компоненты таким образом, чтобы стелларатор мог идти в ногу с Вендельштейном 7-Х.

Ключом ко всему этому стало завершение третьей части головоломки проекта термоядерного синтеза, "ног" — сверхпроводящего магнита.

Фактически Лу Чжоу разрешил уже половину этой головоломки.

После завершения метода получения провода СГ-1 начался проект "Сверхпроводящий магнит на основе сверхпроводящего материала на основе углерода".

Как и ожидал Лу Чжоу, превосходная теплопроводность провода СГ-1 могла значительно уменьшить размер охлаждающей установки с жидким гелием. Данные на схеме показали, что, по сравнению с медно-оксидными катушками, это уменьшит размеры на 20%.

Что означает уменьшение размеров на 20%?

Это значит, что магнитное поле будет вдвое сильнее поля WEGA!

С другой стороны, из-за заказа на 500 миллионов юаней и давления со стороны государства Баошэн Груп постоянно расширяла свои производственные мощности производства СГ-1.

Произведенные провода сразу же отправлялись в институт, где модифицировались командой в катушку, толщиной в руку и длиной в 3 метра.

В этих катушках были специальные каналы для жидкого гелия, чтобы поддерживать материал СГ-1 ниже критической температуры сверхпроводимости.

Для того чтобы обеспечить стабильное магнитное поле во время подачи питания, на внешней стороне каждого комплекта проводов катушек был также установлен твердый изолятор. В конце концов, для подобной сложной конструкции, даже миллиметровое отклонение в проводе может привести к серьезным авариям во время эксперимента.

Кроме того, температура внутри стелларатора — столь же высокая, как и температура внутри звезды...

Лу Чжоу проводил свои дни в лаборатории института STAR, лично контролируя проект.

После более чем месяца напряженного труда, в первую неделю после Дня труда, команда инженеров STAR, наконец, завершила сборку последнего набора катушек.

Лу Чжоу стоял перед возрожденным cтеллатором STAR и вытирал капли пота со лба.

Даже если он лично не закручивал винты, он был вовлечен в процесс с самого первого дня, с момента разработки сверхпроводящего магнита. Прекрасно осознавая, насколько сложно было достигнуть этого момента.

Но, к счастью, эта работа была наконец завершена.

Теперь им оставалось только проверить его гипотезу!

Лу Чжоу ухмыльнулся, глядя на Шэн Сяньфу, который стоял рядом с ним. Затем приказал ему:

— Проверьте правильность подключения каждого компонента. Если нет никаких проблем, приготовьтесь к запуску!

Глава 498. Первый шаг к солнцу

Хотя "проверить" звучало просто, на самом деле потребовалось три дня на все.

В лаборатории внутри горы все члены команды STAR стояли на своих местах, как и три дня назад.

Лу Чжоу стоял рядом с компьютером в комнате управления и через окна во всю стену смотрел на стального гиганта, окруженного катушками. Его сердце бешено билось.

Вскоре возрожденный стелларатор STAR осуществит свой первый экспериментальный пуск.

Он ждал этого момента полгода…

Шэн Сяньфу подошел к Лу Чжоу. Стоя рядом с ним, он глубоко вздохнул. Сдержал волнение и сказал:

— Дивертор работает нормально… Мы можем начать эксперимент.

Услышав отчет Шэн Сяньфу, Лу Чжоу кивнул:

— Тогда начинаем.

Шэн Сяньфу выпрямился и энергично ответил:

— Понял!

Первый эксперимент не будет масштабным. Они не будут делать зажигание или использовать изотопы водорода.

У эксперимента всего две простые цели.

Один должен подтвердить, что максимальное магнитное поле катушки может превысить теоретический предел в 50 Т, а другой — доказать, что температура плазмы может достигать 100 миллионов градусов по Цельсию.

Время для экспериментального запуска будет небольшим, и одной секунды — достаточно.

Получив приказ о начале эксперимента, сотрудники тут же приступили к работе.

Клапан жидкого гелия открылся, и провода СГ-1 быстро достигли температуры сверхпроводимости.

Громкий грохочущий звук ударил по ушам сотрудников. Ток, проходящий через сверхпроводящую катушку, постепенно начал увеличиваться и приближаться к критическому.

Лу Чжоу смотрел на данные на экране и на то, как магнитное поле растет. Когда числа остановились на максимальном значении в 51,14Т, на его лице появилась ухмылка!

51,14Т!

Вендельштейн 7-Х!

Напряженность магнитного поля, ограничивающая плазму, ключ к решению проблемы управляемого термоядерного синтеза. Они смогли добиться магнитного поля более чем в 50Т, нет сомнений, что они решили эту часть головоломки.

Первая цель эксперимента успешно достигнута!

Видя такую же радость на лице Шэн Сяньфу, Лу Чжоу кивнул ему.

— Начинайте следующий этап!

Шэн Сяньфу тут же ответил:

— Хорошо!

Катушки, обмотанные проводами, и скрепленные синими изолирующими скобами, пятая часть была прикреплена с помощью красных изолирующих скоб. Они, в основном, использовались для точной настройки формы магнитного поля в стеллараторе.

По мере того как эксперимент переходил к следующему этапу, ток в синих катушках начал падать, в то время как ток в красных катушках начал расти, чтобы придать желаемый вид форме магнитного поля в стеллараторе.

Лу Чжоу посмотрел на непрерывные измерения параметров на экране компьютера и сказал:

— Подайте гелий!

— Понял!

Трубопровод, соединенный со стеллатором, начал впрыскивать в него 1 мг гелия.

Введенный гелий быстро диспергировался внутри вакуумной камеры, становясь очень тонким.

Однако после включения микроволнового нагревательного устройства температура внутри стелларатора начала непрерывно повышаться. Плазма постепенно начала формироваться, и магнитное поле, ограниченное ею, постоянно находилось под давлением. Наконец в термоядерной камере появилась светло-голубая мембрана, дрожащая на частоте, невидимой невооруженным глазом.

Все сидели на своих местах, и, будь то инженеры или исследователи, все они подсознательно сжимали кулаки.

В этот момент стелларатор перед ними был подобен чудовищу, источающему самую страшную энергию на планете.

На самом деле, даже атомные ядра были только температурой 6800 градусов.

Но прямо сейчас гелий, текущий в термоядерной камере стелларатора, составлял сотни миллионов градусов.

Даже если он весил всего 1 мг…

Эта короткая секунда казалась вечностью.

Шэн Сяньфу крепко сжимал кулаки, когда он внезапно взволновался крикнул:

— Нам удалось! Удалось!

Когда Лу Чжоу услышал его крик, на его лице тоже появилась улыбка.

— Да, нам удалось!

Несмотря на то, что это только промежуточные результаты, они не могли не радовать.

Следующей целью будет устранение повреждений на первой стенке от плазменного облучения.

Конструкционные и функциональные материалы в термоядерных реакторах могут испытывать сильное набухание и охрупчивание из-за высоких концентраций радиационных эффектов и накопления продуктов ядерных реакций. Это приводит к общему снижению основных характеристик и свойств конструкционных материалов.

Высокоскоростные нейтроны ударялись о плотно расположенные атомы первой стенки, как бильярдные шары. Однако атомы, которые были поражены, не исчезли. Вместо этого они отправлялись в другие места внутри первой стены. В конце концов, атомы от центра перемещались к поверхности, вследствие чего материал набухал, словно полая пена.

До сих пор академическое сообщество не нашло подходящего способа решить эту проблему.

Лу Чжоу не был уверен, что сможет решить эту проблему, но у него были кое-какие идеи.

Конечно, помимо материала, существовала еще и жизненно важная система управления, которая являлась "мозгом" управляемого термоядерного устройства.

Однако, по сравнению с проблемами материала, это относительно легко исправить.

В конце концов, необходимость в суперкомпьютере можно решить с помощью денег.

Однако им снова придется тратить деньги из исследовательского фонда…

Устройство нагрева выключили.

Ток в сверхпроводящей катушке постепенно уменьшался.

Температура плазмы начала снижаться…

"Стальной бегемот" перестал грохотать, и эксперимент, наконец, завершился.

После того как все это закончилось, в лаборатории наконец раздались крики, которые ранее сдерживали.

— Ура!.

Многие так переволновались, что начали плакать.

Чтобы отпраздновать этот с трудом завоеванный успех и поблагодарить всех за их бесчисленные дни и ночи тяжелой работы, Лу Чжоу объявил перед всеми, что вечером он устроит праздничный банкет в отеле "Пурпурная гора".

Очевидно, это делалось из его собственного кармана и не имело никакого отношения к фонду.

После окончания эксперимента инженеры приступили к ремонту оборудования. После того, как Лу Чжоу попросил Шэн Сяньфу проследить за всем, он снял свой белый халат и покинул эту лабораторию под горой.

Как только он вышел из тоннеля, на него обрушились яркие лучи солнца, пробивающиеся сквозь листву деревьев.

Несмотря на то, что Лу Чжоу был ослеплен солнечными лучами, он смутно осознавал, что видит.

Внезапно в поле его зрения без всякого предупреждения всплыло светло-голубое окно.

[Цепочка заданий термоядерный свет.]

[Дополнительное побочное задание: сверхпроводящий магнит 50Т. (Выполнено)]

[Дополнительное побочное задание: первое зажигание. (Выполнено)]

Когда Лу Чжоу посмотрел на два окна, он на секунду замер, после чего на его лице появилось возбуждение.

Он выполнил два задания одновременно.

Такое с ним случилось впервые.

Глава 499. Промежуточный результат

*Хлоп!*

С хлопком на стол упала газета.

Большой завлекающий заголовок заставлял людей обратить на него внимание.

"Счастливая новость! Испытания стелларатора STAR прошли успешно!"

Хотя оно не широко распространялось для общественности, подобные новости все еще печатались в газете "Новости китайской ядерной промышленности" Китайской национальной ядерной корпорации.

Учитывая, что стелларатор для Луяна все еще перевозился, то это первый китайский стелларатор.

Однако хотя это повод для праздника, не все радовались этому.

По крайней мере, Чжоу Чэнфу совсем не испытывал счастья, читая газету.

Цзян Лян стоял рядом с его столом. Читая газету, он дулся про себя. Он выглядел так, словно ревновал и завидовал одновременно.

— Этот парень с легкостью, в мгновение ока, потратил пятьсот миллионов евро.

Чжоу Чэнфу безэмоционально ответил:

— Он же не свои деньги тратит, с чего ему беспокоиться?

К тому же, после успешного зажигания стелларатора гораздо легче получить дополнительное финансирование для исследований.

Чжоу Чэнфу взглянул на газету на своем столе и холодно рассмеялся.

— Одна секунда…

Это достижение намного хуже, чем у HL-2A.

Чжоу Чэнфу поднял газету, собираясь выбросить ее в мусорное ведро.

Внезапно в этот момент у него возникла идея.

Может он сможет извлечь выгоду…

…………………..

Успешный эксперимент со стелларатором STAR открыл окно для стеллараторов в китайский управляемый термоядерный синтез.

Через два дня после эксперимента научные журналы опубликовали репортажи и интервью о последнем проекте STAR. Услышав эту новость, члены городского совета Цзиньлина приехали посетить лабораторию под "Пурпурной горой" и выразили признательность за этот проект.

Лу Чжоу позволил академику Паню разобраться с этими простыми вопросами.

Он не заинтересован в том, чтобы давать интервью СМИ до того, как появятся какие-либо значительные результаты. Еще меньше его интересовал городской совет.

Помимо результатов по стелларатору, наибольшую радость ему принесли награды от системы.

Он выполнил сразу два побочных задания от системы, что дало ему различные очки опыта: 100 000 — по материаловедению,

50 000 — по биохимии, 50 000 — по физике, 100 000 — по инженерному делу.

Это однозначно неожиданной сюрприз.

Суммарно более 300 000 опыта, без преувеличения можно назвать это джекпотом.

Сидя в кабинете, он вошел в системное пространство.

Посмотрел на обновленную панель характеристик.

[ Основные науки:

A.Математика: LV7 (144000/1200000)

B.Физика: LV5 (83215 / 300,000)

C.Биохимия: LV4 (74000/100000)

D.Инженерное дело: LV3 (5/50000)

E.Материаловедение: LV5 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV1 (3000/10000)

Баллы: 4975 (один билет счастливой лотереи)]

Он поднял уровень как материаловедения, так и инженерного дела.

Теперь его материаловедение достигло пятого уровня, сравнявшись с физикой.

Что касается инженерного дела…

Даже при том, что он не вовлечен в инженерные исследования, нет никакого вреда от большего числа знаний.

Кроме того, ученый разбирающийся в инженерии, часто давал более конструктивные предложения. Результаты их лабораторных исследований также становились более легко применимы в реальном мире.

Закрыв панель характеристик, Лу Чжоу дважды проверил ветку заданий, после чего покинул системное пространство.

После того как его сознание вернулось в кабинет, он потянулся и облокотился на спинку стула.

Сидеть в одной позе — довольно утомительно.

Он размял затекшие руки и взглянул на настенные часы. Было уже полпервого.

Он почувствовал, что немного проголодался, поэтому встал и вышел из кабинета. После чего направился прямиком в столовую Института перспективных исследований.

Поскольку обед уже прошел, в столовой сидело немного народу.

Взяв еду, Лу Чжоу нашел место, чтобы сесть, и начал есть.

Так совпало, что Ян Сюй тоже пришел в столовую. Он заметил Лу Чжоу, поэтому подошел к нему и поставил свой поднос напротив него.

— Какое совпадение, у вас тоже поздний обед?

— У меня накопилось много работы, поэтому немного припозднился с обедом.

— Думаю, вам и правда следует нанять парочку помощников. Будь то приготовление кофе или что-то еще, они избавят вас от многих хлопот.

— Я подумаю над этим. Что насчет тебя? Чем занимался в последнее время?

— В основном, исследования, — Ян Сюй внезапно задумался. — Точно, есть кое-что, о чем я хотел поговорить.

— Что такое?

— Мы наняли много новых людей. Большинство не знает друг друга, поэтому немного не хватает сплоченности. Я поговорил об этом с Лю Бо, и мы хотим организовать спортивное мероприятие в следующем месяце, чтобы поднять дух и настроение всех.

— Конечно, здоровье — основа научных исследований. Я поддерживаю это, — улыбнулся Лу Чжоу. — Дай мне отчет по необходимым средствам, и я заплачу за призы.

Ян Сюй улыбнулся:

— Я запомню.

Поев, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет и включил компьютер. Он принялся за незаконченную с утра работу.

Несколько часов назад команда стелларатора STAR закончила отчет по эксперименту и обобщила данные по плазме, которые они отправили на его почту.

Открыв письмо, Лу Чжоу скачал приложение и начал внимательно читать его.

"Продольное поле — 51,14 Т, ток плазмы — 0 кА, время удержания плазмы — 1,11 с, время остановки — 1,75 с, вспомогательная мощность нагрева — 40 МВт, средняя плотность линии плазмы — около 7.5x10^19m-1, температура электрон 9,86 кэВ (около 1,1 миллиарда градусов)..."

Лу Чжоу с удовлетворением кивнул, глядя на данные в таблице.

Судя только по данным, последний эксперимент вполне успешен.

Во время следующего эксперимента можем попробовать добавить водород.

К тому же, надо решить проблему с суперкомпьютером и схемами управления как можно скорее. Иначе время магнитного удержания не увеличится.

Если хотим приспособиться к более высоким температурам и удерживать плазму более 30 минут, возможно, придется переделать дивертор.

Лу Чжоу размышлял про себя.

Внезапно он услышал торопливые шаги, доносящиеся из коридора.

Вскоре услышал стук в дверь.

Лу Чжоу закрыл почту и посмотрел на дверь.

— Войдите.

Раздраженный Шэн Сяньфу вошел с газетой в руках.

— Это нелепо!

Он положил газету на стол перед Лу Чжоу.

Лу Чжоу посмотрел на заголовок статьи и нахмурился.

Они... хотят спровоцировать нас?

Глава 500. Правильно ли потратили 4 миллиарда юаней?

"WEGA превратили в STAR, правильно ли потратили 4 миллиарда юаней?"

Это название специально привлекало общественность, в то время как в основной части статьи использовалось всего три абзаца, чтобы объективно рассказать о прошлом и настоящем стелларатора STAR.

Однако так называемая объективность была лишь из пятиста слов.

И даже эти пятьсот слов использовались лишь, чтобы проложить путь для предвзятого мнения.

Лу Чжоу читал это с интересом. Он не мог не спросить себя, что планирует академик Чжоу, поэтому продолжал читать.

Он быстро понял смысл статьи.

У нее было две цели.

Первая — вылить холодной воды на горящий костер. Они с научной точки зрения объяснили, что 1 секунда удержания плазмы — не что-то новое в области управляемого термоядерного синтеза.

После чего косвенно подчеркнули, что вся проделанная работа командой STAR до сих пор — это лишь трата 4 миллиардов, чтобы купить "подержанную машину" у других.

Что касается главной идеи статьи, то помимо критики выбора стелларатора, в ней также говорилось, что Лу Чжоу "пытается произвести впечатление на людей", "тратит ресурсы страны" и "влияет на развитие управляемого термоядерного синтеза".

Лу Чжоу догадывался, почему академик Чжоу делает это. Это ничто иное, как попытка победить до того, как его крылья полностью вырастут.

В конце концов, инвестиции страны ограничены. Если Лу Чжоу будет получать больше ресурсов, то он будет получать меньше.

Оказала ли эта статья какое-то влияние?

Немного.

Статья с комментариями от известного академика, оказывает влияние на процесс принятия решений на верхах.

Кроме того, это не обычная статья.

Ее автор Чжоу Чэнфу, руководитель китайской проектной группы ИТЭР, а также директор Китайского международного центра по реализации программы термоядерной энергетики.

Если бы эта статья нацелилась на какого-то безымянного ученого, то просто уничтожила его своим весом.

Что касается Лу Чжоу...

Она немного повлияла, но лишь немного.

Все это сила Нобелевского лауреата.

Но опять же, обычные ученые не достойны нападок Чжоу Чэнфу.

— Красиво написано, — Лу Чжоу усмехнулся и сложил газету.

Видя, что Лу Чжоу не сердится и небрежно отмахивается от этой проблемы, Шэн Сяньфу не мог не спросить:

— Вы не сердитесь?

Будь то профессор Ли Чанся или профессор Шэн Сяньфу, или другие члены команды, которым всем, в основном, за тридцать, не могли сдерживать свой гнев.

В конце концов, если бы они могли справиться со своим гневом и следовать философии безопасной игры, они бы не пришли работать на Лу Чжоу.

Лу Чжоу ожидал этого вопроса и улыбнулся:

— Думаете, академик Пань разозлился?

— Не уверен… Но мы оставим все так? — спросил Шэн Сяньфу, чувствую несправедливость.

— А что мы можем сделать? Напишем обзор и критику токамака? Обидим множество экспертов в области термоядерного синтеза? — Лу Чжоу отбросил газету в сторону. — Зачем мне заниматься исследованиями, если могу стать просто журналистом...

На самом деле, если бы он, правда, захотел, то мог бы написать статью.

Если любая нерешенная техническая проблема имела недостатки, то и каждый маршрут для ее решения тоже.

Например, в токамаке внешнее магнитное поле связано с магнитным полем, создаваемым током плазмы, что эквивалентно десяткам миллионов ампер на нестабильном проводнике.

Серьезные проблемы, как скручивание, разрыв магнитного поля и магнитное пересоединение могли привести к коллапсу. Последствия этого могут быть более опасными, чем на стеллараторе, что может привести к серьезным повреждениям оборудования.

Это одна из причин, почему каждый эксперимент с токамаком проводился осторожно и тщательно.

На самом деле, Лу Чжоу иногда задумывался, какие идеи он мог бы почерпнуть из этого, и удивлялся, отчего с математикой все гораздо проще чем с этим. В конце концов, он решил уравнения Навье-Стокса и проблемы турбулентности плазмы. Если бы он мог также решить проблемы скручивания, разрыва магнитного поля и магнитного пересоединения...

Но все же даже старик Чжоу не стал бы использовать такие нелепые аргументы, чтобы напасть на своего противника.

Он заметил, что Шэн Сяньфу выглядит так, словно не хочет примириться с этим, поэтому Лу Чжоу неспеша объяснил:

— Факты говорят лучше слов, результаты — лучший ответ. Сейчас ваша задача — подготовиться к эксперименту в августе. У нас по плану — тридцать минут.

Услышав про тридцать минут, Шэн Сяньфу поменялся в лице и с сомнением спросил:

— Тридцать минут… Не слишком ли это сложно для STAR?

Даже с улучшенным дивертором и системой управления, Вендельштейн 7-Х едва смог достигнуть этого числа.

Лу Чжоу ухмыльнулся:

— Испугался?

Шэн Сяньфу посмотрел на уверенное лицо Лу Чжоу и впал в ступор.

Он помолчал немного, а потом на его лице тоже появилась ухмылка и вернула его боевой дух.

— Конечно, нет.

………………………

В академических кругах всегда существовала проблема с иерархией власти.

На самом верху сидели люди, которые не говорили о конкретных научных проблемах. Вместо этого они подключали вопросы морали, национальности и даже политики. Они пользовались пробелами в знаниях у широкой общественности и пытались подстрекать чувства справедливости и национализма к нападкам на противников. Это одна из распространенных тактик среди тиранов академического мира.

Даже такие известные международные ученые, как Яу Шинтун, были закиданы грязью китайским академическим сообществом.

Эти люди не рассуждали и не опровергали, а лишь выборочно выбирали выгодные им факты и преувеличивали их.

Чжоу Чэнфу — определенно эксперт в такой тактике.

Если Лу Чжоу захочет, ему будет трудно ответить на эту статью.

Однако Лу Чжоу не надо этого делать.

Поскольку результаты — всегда лучший ответ.

Ему никогда не было дела до полыханий Чжоу Чэнфу.

И хотя ему все равно, много людей переживали о нем, например, академик Пань.

Хотя старый академик уже на пенсии, он внимательно следил за происходящим в отрасли.

Прочитав статью, он сразу же позвонил Лу Чжоу и попытался убедить его не действовать импульсивно, чтобы не попасть в ловушку Чжоу Чэнфу.

Лу Чжоу и так это знал, поэтому сказал академику Паню не переживать.

Парень понимал, что стоит делать, а что — нет.

Кроме академика Паня еще звонил ректор Цзиньлинского университета.

Его характер был не таким приятным, как у академика Паня.

Этот проект — один из главных для их университета. Кроме того, Лу Чжоу — гордость их университета. Старого Паня связывала прошлая работа с Чжоу Чэнфу, но его ничего.

Лу Чжоу пришел к ректору Сюю и собирался обсудить с ним схему управления стелларатора, как ректор заговорил первым:

— Что не так с этим Чжоу Чэнфу?

Глава 501. Построить суперкомпьютер

Озабоченность ректора Сюя потрясла Лу Чжоу.

— Тут нет ничего такого, возможно старику Чжоу не понравилось, что я плавно развиваюсь, и он испугался, что я превзойду его. Поэтому он написал статью в надежде, что это замедлит меня, и он нагонит.

Ректор Сюй кивнул головой на слова Лу Чжоу.

— Ты слишком зрел, настолько, что все еще способен шутить.

— Тут нет ничего особенного, шутить — ума много не надо, — Лу Чжоу улыбнулся. — Просто господин Чжоу считает область термоядерного синтеза своей. Очевидно, что он хочет все контролировать в ней. Грубо говоря, это не проблема выбора между стелларатором и токамаком. Независимо от того, что я исследую, пока он не контролирует мой проект, и мои исследования подрывают его авторитет, он определенно будет настроен против меня.

Ректор Сюй улыбнулся:

— Ты все насквозь видишь. Тебе, правда, все равно?

— Меня не волнуют его слова, — Лу Чжоу слегка улыбнулся. — Это может повлиять на кого-то другого, но не на меня.

— Хорошо, но если он будет давить на тебя своим авторитетом или делать что-то слишком чрезмерное, то можешь обратиться ко мне. Я не могу помочь тебе в исследованиях, но все еще могу написать несколько писем, — ректор Сюй сделал глоток горячего чая. — На твоей стороне — не только я, но и твой руководитель академик Лу, да даже весь Цзиньлинский университет стоит за тебя.

— Если до этого, и правда, дойдет, то сообщу вам.

— Приятно слышать. Больше всего меня беспокоят не проблемы в твоих исследованиях, а то, что ты все держишь в себе.

Лу Чжоу смутился:

— Вы шутите? Я похож на человека, что будет держать все в себе?

— Ладно, хватит об этом. Я знаю, что ты пришел не ради этого. С какими неприятностями ты столкнулся?

Лу Чжоу посерьезнел и заговорил:

— Я пришел, в первую очередь, чтобы поговорить о программных проблемах.

— Программных? Это не совсем моя область, — ректор поставил термо-кружку и заинтересовано продолжил.

— Но давай послушаем. Даже если не смогу решить, то могу порекомендовать пару академиков с информационных технологий, которые могут помочь.

— Речь идет о схеме управления стелларатора.

— Схема управления? — ректор нахмурился. — Это… я действительно мало могу тут чем помочь. Можешь уточнить?

Лу Чжоу кивнул и объяснил суть проблемы с научной точки зрения.

В общем, будь то токамак или стелларатор, плазма в термоядерных камерах крайне нестабильна, и в любой момент могла возникнуть турбулентность.

Магнитное поле, удерживающее плазму, подобно невидимой руке, в то время как компьютер, управляющий катушкой внешнего поля, подобен мозгу. Однако просто мозга недостаточно, изменения в плазме могут произойти в мгновение ока. Человек просто не способен проконтролировать это, и эту задачу может выполнять только программа.

Общество Макса Планка достаточно разбирается в этом. Согласно схеме управления, созданной на основе модели турбулентности плазмы Лу Чжоу, время работы Вендельштейна 7-Х успешно достигло 30 минут, что шокировало весь мир.

Теперь, когда работа Вендельштейна 7-Х подтвердила правильность модели Лу Чжоу, оставалось только подготовить надежную схему управления для стелларатора STAR.

В Институте перспективных исследований не было специалистов в области информационных технологий. А с его скудными познаниями в программировании он мог бы написать пару программ, но это далеко не его область, когда дело касается крупномасштабных научно-исследовательских проектов.

Поэтому Лу Чжоу сосредоточился на Цзиньлинском университете.

Факультет информатики Цзиньлинского университета уступал только факультету физики и считался одним из самых лучших в Китае. К тому же сам ректор Сюй — академик Министерства промышленности и информационных технологий, поэтому попросить его о помощи — идеальное решение.

Выслушав объяснения Лу Чжоу, ректор на мгновение задумался, а потом уточнил:

— Ты же говоришь не просто о проблемах программного обеспечения?

Лу Чжоу немного смутился:

— Да, это так.

Довольно стыдно, но на данный момент мозг стелларатора STAR не имел не только программного обеспечения, но и имел аппаратные проблемы, что необходимо решить.

Как и создание суперкомпьютера, все требовало профессионалов для завершения.

Профессор Сюй вздохнул:

— Хорошо, тогда завтра я соберу профессоров и создам небольшую команду. Мы поможем решить аппаратную и программную проблему, а также с схемой управления… Но могу я спросить, какой бюджет?

Лу Чжоу немного подумав, ответил:

— Около миллиарда юаней.

— …

Лу Чжоу заколебался:

— Этого не достаточного?

Я вроде не строю Тяньхэ-2, миллиарда должно же быть достаточно?

Ректор мягко кашлянул:

— Ничего, этого достаточно. Я просто немного удивился.

В действительности, ему хотелось воскликнуть, насколько же богата ядерная промышленность, но говорить об этом вслух — неуместно.

У них — сотни миллионов в исследовательских фондах, и страшно представить, скольким профессорам они могут помочь, отдав часть проектов на аутсорсинг.

Неудивительно, что Чжоу Чэнфу ревновал.

— Наш факультет сможет решить проблему схемы управления и суперкомпьютера. Есть еще что-нибудь?

Лу Чжоу хотел было сказать, что больше ничего, но вдруг вспомнил про предложение от Ян Сюя о спортивном мероприятии.

— Точно, еще кое-что.

— Что такое?

— Ничего особенного. Просто наш институт планирует провести спортивное мероприятие. Но наш спортзал еще строится. Если не слишком хлопотно, я бы хотел одолжить спортивную площадку.

Ректор Сюй улыбнулся:

— И это все? Проще простого. Я позвоню в административный отдел. Точно, декан Лю также говорил со мной о проведении спортивного мероприятия факультета. Может объединимся и проведем его вместе?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, я не против.

Институт перспективных исследований и Цзиньлинский университет — как одна семья. Они не только сотрудничали в исследовательских проектах, но и многие исследователи из Института перспективных исследований также преподавали в Цзиньлинском университете. Проведение спортивного мероприятия повысит дух всех.

Кроме того, когда мало людей, спортивные мероприятия довольно скучные. Чем больше людей, тем веселее.

Поскольку Лу Чжоу согласился, ректор Сюй улыбнулся и хлопнул по бедру:

— Хорошо, тогда договорились. Мы обеспечим место, а с вас — призы.

— …

Почему мне кажется…

Что договор — какой-то странный.

Но парень быстро отбросил эти мысли, поскольку не испытывал недостатка в деньгах.

Глава 502. Спортивное мероприятие

Чжоу Чэнфу совершенно такого не ожидал, прошла целая неделя, и не было ничего слышно от команды STAR.

Они не объявили о новых экспериментах, и он не видел, чтобы Лу Чжоу публично ответил на его статью.

Словно…

Словно его полностью проигнорировали.

Чжоу Чэнфу чувствовал себя так, словно ему из ниоткуда дали пощечину, что делало его несчастным.

Изначально он думал, что после того, как Лу Чжоу увидит статью, даже если не ответит опровержением, то по крайней мере начнет следующий эксперимент, в надежде проявить себя.

И независимо от выбора Лу Чжоу, это будет ему выгодно.

Если он выберет первое, то не проиграет ему с точки зрения написания статей. Если выберет последнее, то он больше узнает о стеллараторе STAR.

В конце концов, он не знал, как обстоят дела с их стелларатором. Он понятия не имел, это они решили запустить его на одну секунду, или они смогли запустить его только на одну секунду.

Хотя он не испытывал оптимизма по поводу WEGA, это предположение лишь на том факте, что немцы продали его за 500 миллионов евро. Поэтому он не хотел заявлять ничего слишком спорного или абсолютного. Как минимум, ему следует быть осторожным в своих словах.

Чжоу Чэнфу сидел в своем кабинете и читал последний выпуск Новостей китайской ядерной промышленности. А потом вслух спросил сам у себя же:

— Почему он не отреагировал?

Цзян Лян тоже озадачился. С логической точки зрения, у Лу Чжоу не было причин терпеть такое.

Его глаза блеснули, когда у него появилась мысль.

— Может… Они, и правда, купили мусор?

Чжоу Чэнфу призадумался:

— Это вполне возможно. В конце концов, WEGA списали в 2013 году. За шесть лет могло произойти все, что угодно.

С момента запуска Вендельштейна 7-Х про WEGA забыли, и устройство исчезло из памяти каждого. Единственная информация — это то, что оно числилось в списке устройств лаборатории.

В конце концов, управляемый термоядерный синтез — не популярная область. Важные исследования сосредотачивались вокруг нескольких термоядерных устройств, которые еще работали. Никто не обращал внимание на устройство, которое не могло дать результатов исследований.

И если устройство не позволяло появиться статьям, то никто не знал, в каком оно состоянии.

С самого начал Чжоу Чэнфу подозревал, что стелларатор неисправен. Иначе немцы не продали бы его так легко.

В конце концов, по его объективному мнению, цена в 500 миллионов евро немного дешевая…

Чжоу Чэнфу немного подумал и сказал:

— Посмотрим, что будет через несколько дней.

……………………………………

Пока Чжоу Чэнфу обдумывал, как ему следует разыграть свои карты, за тысячу километров от него в Цзиньлине было прекрасное, ясное голубое небо.

В этот день сотрудники Института перспективных исследований и сотрудники Цзиньлинского университета, наконец, встретились друг с другом на спортивном мероприятии.

Помимо традиционных соревнований по легкой атлетике, как бег, прыжки в высоту, прыжки в длину, также присутствовало много игр с мячом, таких как настольный теннис, футбол и баскетбол. Также проводились соревнования, специально предназначенные для сплочения, такие как эстафета по настольному теннису и бега на трех ногах.

На церемонии открытия участники подняли национальный флаг и поклялись соревноваться честно. После вступительных слов ректора, мероприятие официально началось.

— Старик Тан, ты в порядке?

Профессор Лу Фанпин разминался на старте забега на сто метров. На самом деле он набрал довольно много веса за эти годы, но все еще в шутку подкалывал профессора Тан Чживэя, который стоял рядом с ним на беговой дорожке.

Услышав шутку, старик Тан рассмеялся.

— Не переживай обо мне, подумай о себе и не потяни спину.

— Я не пытаюсь тебя обидеть, но твоя поза — совсем неправильная, ты точно не хочешь размяться?

— Размяться? Это лишь сотня метров.

— Не вини меня, если споткнешься и упадешь.

Когда судья поднял пистолет, два старых профессора закрыли рты и сосредоточились на дороге перед ними. Они оба планировали доказать друг другу, кто прав.

— Все…Приготовились… Марш!

Как только раздался выстрел, профессора бросились вперед, словно кролики.

Однако спустя пару секунд, произошло нечто неловкое.

Во-первых, кроссовок старика Тана слетел с его ноги и приземлился в паре метров от него. После чего старик Лу, бежавший за ним, увидел это и упал на землю от смеха, который чуть не довел его до судорог.

Очевидно, умение бегать не имело ничего общего с предварительной разминкой.

К счастью, дорожка сделана из мягкого пластика, поэтому падение стало не слишком болезненным. Не говоря уже о том, что пивной живот профессора Лу помог ему смягчить удар. Под подбадривающие возгласы зрителей, профессор Лу вновь поднялся, чтобы продолжить бежать.

Преподаватели и студенты изо всех сил старались подбодрить старика Лу, но, как бы сильно он не старался, из-за падения однозначно придет в самом конце.

Однако два старых профессора продолжали упорствовать. Они доковыляли до финиша и получили аплодисменты.

Внутри спортзала две команды соревновались на баскетбольной площадке.

Это соревнование между командами Института перспективных исследований и факультета химии Цзиньлинского университета.

Очевидно, что такие соревнования более захватывающие, чем по легкой атлетике.

Вокруг баскетбольной площадки собралось гораздо больше народу.

Конечно, возможно это также из-за присутствия Лу Чжоу на площадке.

Парочка профессоров посплетничали на занятиях, и в итоге все студенты факультетов математики, химии и физики узнали, что лауреат Филдсовской и Нобелевской премий собирается участвовать. Это увеличило число зрителей до совершенно другого уровня.

Однако Лу Чжоу не обращал внимания на зрителей и сосредоточился на матче.

Последние полгода он был занят исследованиями, и давно не тренировался.

Что касается количества очков, которые он заработал для команды...

То такие мелочи совершенно не важны.

Важно само времяпровождение за игрой.

В конце концов, все были плохи в этом матче.

Более того, парень осознал, что за ним наблюдает множество людей и подбадривает его вовсе не из-за его мастерства в баскетбол.

Какова истинная причина?

Нужно ли отвечать на этот вопрос?

Очевидно, это из-за его красоты…

Двое студентов химиков стояли скраю баскетбольной площадки и смотрели игру. Они начали хвастаться друг перед другом.

— Всякий раз, когда наш лектор по вычислительному материаловедению говорит о теоретической модели структуры электрохимического интерфейса, он показывает презентацию и вставляет в него фотографию лауреата Нобелевской премии. Но главное, что он находится на заднем плане фотографии, и можно увидеть часть его лица. Я подозреваю, что это возможно... даже фотошоп.

— Бро, это все фигня. На каждой паре наш профессор говорит нам о том, насколько мы бесполезны, и хвастается тем, каким сумасшедшим был Бог Лу, когда был помощником профессора.

— Это профессор Ли?

— А кто еще!

— Наверное, он просто хочет всем показать, что его помощником был Нобелевский лауреат.

— А какой смысл? Они просто целыми днями хвастаются перед нами.

Внезапно они услышали резкий голос позади.

— О чем болтаете, ребятки?

Студенты обернулись и увидели, что Ли Жунэнь стоит, сложив руки за спину и улыбается им.

Словно увидев призрака, студенты мгновенно развернулись и разбежались.

Глава 503. Не ожидал, что ты будешь популярным

Перерыв.

Цянь Чжунмин сидел на краю баскетбольной площадки и пытался отдышаться. Он посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Не знал, что ты умеешь играть в баскетбол.

— Я многое могу, — Лу Чжоу ухмыльнулся, вытирая пот со лба воротником.

Вдруг кто-то протянул ему бутылку Gatorade.

Лу Чжоу оглянулся и увидел знакомую фигуру.

— Я заметила, что ты сильно вспотел, и купила для тебя попить.

Глядя на Лу Чжоу в баскетбольной форме, Хань Мэнци покраснела.

До сих пор она представляла его в пальто — зимой, и в футболке — летом.

Она впервые увидела его таким.

Лу Чжоу без колебаний взял бутылку и поблагодарил.

— Спасибо.

— Не за что, — Хань Мэнци махнула кулаком и отогнала странные мысли. — Ты справишься, учитель!

— Спасибо!

Видя ее такой энергичной, силы Лу Чжоу немного восстановились. Он улыбнулся и закричал вместе с ней.

Но если уж на то пошло, то она же учится на факультете химии…

Это нормально, что она подбадривает меня?

Пока парень размышлял над этим, покрасневшая Хань Мэнци удалилась.

Поставив недопитую бутылку рядом с баскетбольным кольцом, Лу Чжоу заметил задумчивый взгляд брата Цяня, и ему стало не по себе.

— Что?

— Ничего, — Цянь Чжунмин поправил очки. — Просто не ожидал, что ты будешь так популярен.

— Я популярен?

Цянь Чжунмин на полном серьезе переспросил:

— А разве нет?

— Возможно, — Лу Чжоу посмотрел на студентов, подбадривающих его, и почесал в затылке. — Наверное потому, что я такой красивый...

— ...

В итоге со счетом 52: 37 победила команда Института перспективных исследований.

Лу Чжоу был доволен матчем.

Единственное несчастье заключалось в том, что во втором тайме брат Цянь, который был разыгрывающим, вообще не передавал ему мяч.

Неужели брат Цянь завидует мне?

……………………………..

Факультет химии — не единственный, кто проиграл.

В течение следующих трех дней Институт перспективных исследований преодолел все препятствия и успешно выиграл соревнования.

Однако Лу Чжоу пронесла его команда…

Вечером, когда спортивное мероприятие закончилось, несколько преподавателей из спортивного факультета собрались на верхнем этаже столовой Цзиньлинского университета. Они раздавали дипломы и призы победителям, занявшим первое, второе и третье места.

Призы не были экстравагантными: золотой призер одиночных соревнований выиграл часы стоимостью в десятки тысяч юаней, а серебряный призер выиграл телефон стоимостью менее десяти тысяч юаней. Что касается командных соревнований, то каждый получил свою долю призовых.

Церемония награждения прошла оживленно. Однако Лу Чжоу, который держал на сцене награду, представляя своих товарищей по команде, совсем не чувствовал удовлетворения.

В конце концов, Институт перспективных исследований имел огромное преимущество в возрасте. Факультетам Цзиньлинского университета было нелегко собрать команду со средним возрастом около 35 лет. Ведь нельзя послать только молодых преподавателей, они должны предоставить возможность поучаствовать и старым профессорам.

Кроме того, самое важное то, что призы шли из кармана Лу Чжоу, что делало это еще более скучным для него.

— В следующем месяце в Лос-Анджелесе состоится Международная конференция по управляемому термоядерному синтезу. Вы собираетесь туда поехать?

Профессор Юй Цзиньсун задал этот вопрос Лу Чжоу, когда они сидели за обеденным столом.

Профессор Юй был одним из немногих профессоров физики плазмы на факультете физики Цзиньлинского университета. Он выполнял совместный исследовательский проект с научно-исследовательским институтом STAR по плазменным реакциям внутри реактора стелларатора.

Мало того, он также играл роль технического консультанта для группы экспертов по программному обеспечению, созданной университетом для разработки схемы управления STAR и суперкомпьютера.

Услышав вопрос, Лу Чжоу улыбнулся:

— Было в планах, а что?

Международная конференция по управляемому термоядерному синтезу рассматривалась как научная конференция самого высокого уровня во всей области термоядерного синтеза.

Ее проводило Международное агентство по атомной энергии, штаб-квартира которого находилась в Вене. Конференция призвана обеспечить платформу для ученых в области управляемого термоядерного синтеза, а также для жадных людей из индустрии, которые заинтересованы в коммерческих термоядерных реакторах... на самом деле определение "жадные" — неправильное. Это должны быть храбрецы, способные принять будущее и обеспечить инвестиции для исследований и разработок.

В конце концов, ни одно великое дело не может быть осуществлено без денег.

Лу Чжоу явно не хотел упускать возможность пообщаться со своими коллегами.

Кроме того, он мог бы воспользоваться этой возможностью, чтобы положить конец своей работе в Принстоне.

Профессор Юй Цзиньсун улыбнулся и сказал:

— Дело в том, что двое моих студентов собрались на эту конференцию. Однако я занят кое-какими делами, поэтому не могу поехать. Если вы не заняты, то не могли бы присмотреть за ними?

В этом нет ничего особенного, поэтому Лу Чжоу согласился.

— Конечно, они могут поехать со мной.

Профессор Юй поднял тост за Лу Чжоу и сказал:

— Тогда премного благодарен.

…………………….

Банкет продолжался до девяти часов вечера.

Лу Чжоу выпил довольно много алкоголя. И хотя он хорошо переносил алкоголь и использовал препарат от системы, усиливающий метаболизм, он все еще спотыкался, выходя на улицу.

Ван Пэн стоял снаружи, рядом с машиной, с национальным флагом, когда увидел Лу Чжоу, спотыкающегося о главный вход в столовую. Он только что докурил сигарету и выбросил окурок в мусорное ведро.

Он уже давно возил Лу Чжоу, поэтому знал, что тот не любит запах сигарет. Каждый раз, когда ему хотелось закурить, он курил, когда того не было рядом.

Лу Чжоу сел на пассажирское сиденье и пристегнул ремень безопасности, прежде чем невзначай спросил:

— Ты поел?

Ван Пэн улыбнулся и ответил:

— Да. Куда?

— Домой.

— Хорошо.

Он завел мотор, и вскоре они уже выезжали из университетского городка.

Лу Чжоу, сидевший на пассажирском сиденье, нахмурил брови, почувствовал, как его телефон завибрировал. Он достал телефон и посмотрел.

Неудивительно, что Сяо Ай снова начал приставать.

"Хозяин, у вас новое письмо. Вы покупаете суперкомпьютер? Я так счастлив! (/≧▽≦)/♡"

Лу Чжоу подавил желание заснуть. Он зевнул и принялся печатать.

"Ты читал мою почту?"

"А?! Разве вы не говорили, что Сяо Ай может читать ее? (°△°|||)"

Вообще-то, кажется, я так и сказал.

В конце концов, эта штука питается информацией, и она не будет расти без еды.

Лу Чжоу немного подумал и напечатал:

"Я действительно планирую купить суперкомпьютер... но он очень дорогой, и предназначен для управления термоядерным устройством, так что даже не думай об этом."

"Но я могу помочь. (О_о)"

Пальцы Лу Чжоу замерли над экраном, после чего он в нерешительности напечатал.

"Ты можешь мне помочь?"

"Да! Я не знаю, что именно должен делать, но мои способности к обучению очень сильны! (^.^)"

Лу Чжоу посмотрел на глупые эмодзи, которые вовсе не убеждали его.

Однако держать Сяо Ай в режиме ожидания — тоже не очень хорошая идея.

Если бы это было возможно, он предпочел бы найти способ использовать Сяо Ая.

Опустив голову, Лу Чжоу задумался.

— Я подумаю об этом.

Ван Пэн, который вел машину, впал в ступор, услышав слова Лу Чжоу.

— О чем?

— О, ничего...

Лу Чжоу рыгнул. Он облокотился на спинку сиденья, закрыл глаза и задумался.

Должен ли я позволить ему?

Это стоит обдумать.

Глава 504. Отправление в Лос-Анджелес

Лу Чжоу всегда проявлял осторожность по отношению к Сяо Аю.

Хотя он изучал его код, до сих пор оставалось еще много всего, что он полностью не понимал.

В конце концов, это не какая-то передовая технология, которую он изобрел сам. Эту технологию ему дала система.

Он все еще не знал, есть ли скрытые опасности внутри Сяо Ая.

Однако Лу Чжоу решил, что стоит попробовать.

Если бы Сяо Ай действительно мог быть полезен, это, несомненно, будет огромной помощью для него.

Однако его информатика по уровню плелась позади всех дисциплин.

Но он считал, что это один из трех столпов современной науки. По мере того, как его исследования все глубже погружались в неизвестное, сфера его исследований продолжала расширяться. Ценность информатики постепенно раскроется.

Через несколько дней после спортивного мероприятия Лу Чжоу привел в порядок собранные данные последнего эксперимента. Он также организовал задания для своих исследователей и начал готовиться к поездке в Лос-Анджелес.

Профессор Ли Чанся собирался вместе с ним на международную конференцию по управляемому термоядерному синтезу, поскольку ему предстояло выступить на ней с докладом. Директор Сунь Чэну и главный инженер Цао из Баошэн груп также отправятся туда.

Они собирались туда по простой причине, они хотели продвинуть себя на международном рынке.

Конечно, кроме них, было еще два аспиранта, которые летели с Лу Чжоу.

За день до отлета Лу Чжоу отправился в Цзиньлинский университет, чтобы уладить кое-какие дела. Он также отправился на факультет физики и встретился с двумя аспирантами профессора Юй Цзиньсуна.

— Это вы?

— Меня зовут Фэй Цзинти.

— Меня зовут Дянь Цыли.

Один — аморфное твердое тело, другой — электромагнитная сила.

Когда Лу Чжоу услышал эти два имени, он не мог не спросить:

— У вас нет случаем друга по имени Нин Цзюйтай?

Дянь и Фэй на секунду впали в ступор и переглянулись, после чего неловко улыбнулись.

— У нас нет друга с таким именем, но у нас есть друг, который все еще учится на магистра.

— Как его зовут?

— Лю Ти, — неловко произнес Фэй Цзинти.

— ...

…………………………...

Лу Чжоу было все равно, имелась ли у профессора Юя странная привычка к физическим именам. Он договорился с аспирантами о времени и месте встречи перед отправлением.

В этом году Международная конференция по управляемому термоядерному синтезу должна состояться 1 июля в отеле "Интер Континенталь" в центре Лос-Анджелеса. Чтобы иметь больше времени, они решили выехать за два дня, 29 июня.

В день вылета группа сначала вылетела в Шанхай, а оттуда пересела на самолет, направляющийся в Лос-Анджелес.

Как только инженер Цао сел в самолет, он сразу же закрыл глаза и задремал.

— Ненавижу летать, — Фэй Цзинти посмотрел на землю, которая постепенно отдалялась, и вздрогнул. — Мне не по себе, когда я так далеко от земли.

Дянь Цыли, сидевший рядом, усмехнулся:

— Не волнуйся, со статистической точки зрения вероятность того, что самолет упадет, намного ниже, чем вероятность того, что ты выиграешь джекпот в лотерее.

— Но с точки зрения квантовой механики нельзя исключать ни одной возможности, пока самолет не будет повторно замечен наземной радиолокационной станцией.

— Квантовая механика работает не так. Спите, не сглазьте нас.

Лу Чжоу, сидевший рядом с ними, больше не мог их игнорировать и не прервать их спор.

Говорить об авиакатастрофе в самолете — не очень хорошо.

Только сейчас он заметил, что многие пассажиры смотрят на них с недовольными лицами.

После слов Лу Чжоу два болтуна тут же закрыли свои рты, осознав ошибку.

Внезапно белый старик, сидевший рядом с Лу Чжоу, спросил с плохим китайским акцентом:

— Вы собираетесь на академическую конференцию?

Удивленный Лу Чжоу посмотрел на старика и с любопытством спросил:

— Да, как вы поняли?

— Потому что я часто посещаю научные конференции. К тому же, немного знаю китайский, так что я подслушал ваш разговор, — старик улыбнулся. — Надеюсь, вы не возражаете, если спрошу, мне просто любопытно... вы — физики?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Мои коллеги — физики, я — математик, и только немного разбираюсь в физике.

У троих ученых, летевших вместе с ним, не могла всплыть в голове общая мысль.

Если профессор Лу говорит, что он только немного разбирается в физике...

Значит ли это, что они ничего не знают в физике?

Директор Сунь, который ничего не говорил до этого, коснулся своего лба и улыбнулся:

— Они — ученые, а я — просто дилетант. Я немного разбираюсь в школьной программе, но все, что касается бакалавриата и выше, я оставлю исследователям.

Старик улыбнулся:

— Ничего такого, я — исследователь, но я также — и непрофессионал. Я немного разбираюсь в физике конденсированных сред, но мои исследования, в основном, сосредоточены на материаловедении. А как насчет вас?

Профессор Ли Чанся ответил:

— Физика плазмы.

Старик кивнул:

— Я слышал о ней, это очень запутанная область.

Встреча с кем-то из академических кругов в самолете была невероятной.

Летать скучно, и было немного слишком рано, чтобы начать менять свой график сна. Поэтому они начали болтать.

По словам старика, несколько дней назад он ездил на международную конференцию по материаловедению в Шанхай, а теперь возвращался в Америку.

Лу Чжоу показалось, что этот человек показался ему знакомым, поэтому спросил с улыбкой:

— Могу я спросить, как вас зовут?

— Муни Бавенди, — профессор Бавенди улыбнулся и весело спросил:

— А вас?

Услышав это имя, Лу Чжоу на секунду замер.

Бавенди?

Это такое совпадение, что я с ним столкнулся вот так?

— Лу Чжоу.

Бавенди удивился.

— Лу Чжоу? Тот самый Лу Чжоу? Это... какое совпадение.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Какое совпадение, я не ожидал встретить вас здесь.

Профессор Ли Чанся:

— Вы знаете друг друга?

Лу Чжоу кивнул:

— Вроде того, но мы общались только по работе. Это наша первая личная встреча.

Лу Чжоу вспомнил, что давным-давно, когда он еще получал степень бакалавра в Цзиньлинском университете, профессор Бавенди был его рецензентом.

Лу Чжоу все еще помнил, что статья была посвящена вычислительным материалам.

Тогда вся область вычислительных материалов была новой дисциплиной, которая была довольно непопулярна. Но уже через несколько лет эта новая дисциплина стала приобретать все большую популярность в международном научном пространстве. Стало намного проще финансировать рецензента диссертации.

Во время полета профессор Бавенди и Лу Чжоу много говорили о материаловедении.

Особенно об области углеродных наноматериалов, с которой они оба были знакомы.

Во время их беседы Бавенди начал рассказывать о последних разработках в области исследований углеродных наноматериалов.

— Я не знаю, обращали ли вы внимание на Международную конференцию по электронным устройствам IEEE. Несколько месяцев назад на конференции профессор Банерджи из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре рассказал о своих последних исследованиях в области технологии углеродных соединений.

— Технология углеродного соединения?

— Совершенно верно, — профессор Абхиджит Бавенди улыбнулся. — Проще говоря, они разработали компьютерный чип и заменили медь в чипе наноматериалом на основе углерода. Я слышал, что IBM заинтересована в их исследованиях. Это очень модное направление исследований. Могу поспорить, что после того, как вы прочтете их работу, вы тоже заинтересуетесь.

Использование углеродного наноматериала для компьютерных чипов?

Это действительно звучит интересно.

Лу Чжоу связал это с его недавним прорывом в производстве проводов СГ-1 и внезапно заинтересовался.

— Это действительно интересно, если у меня будет время, я посмотрю.

Во время полета они много разговаривали.

Поскольку Лу Чжоу было с кем обсудить научные проблемы, в итоге полет не стал таким скучным.

После десятка часов полета самолет, наконец, приземлился в аэропорту Лос-Анджелеса.

После того как профессор Бавенди и Лу Чжоу спустились по трапу, они пожали друг другу руки и попрощались.

— Если у вас будет возможность, можете навестить меня в Массачусетском технологическом институте. До свидания.

Лу Чжоу пожал руку профессору Бавенди и улыбнулся:

— Счастливого пути. Если вы когда-нибудь приедете в Цзиньлин, вы также можете найти меня в Цзиньлинском университете.

После того, как они расстались, Лу Чжоу нашел два такси возле аэропорта. Отряд направился прямо в отель "Интер Континенталь", где должна была состояться конференция.

Лу Чжоу прошел через холл отеля и уже собирался направиться к лифту, как внезапно услышал голос, доносившийся сбоку.

— Здравствуйте, Вы — профессор Лу?

Глава 505. Международная конференция по термоядерному синтезу

Лу Чжоу остановился и посмотрел на спрашивающего его мужчину:

— Кто вы?

— Михл Биндербауэр, председатель и главный технический директор Tri Alpha Energy, — он протянул правую руку Лу Чжоу. — Приятно познакомиться.

Tri Alpha?

Лу Чжоу удивился.

Он, конечно, слышал о одной из крупнейших компаний в области управляемого термоядерного синтеза.

Это частная коммерческая компания, занимающаяся термоядерным синтезом, головной компанией которой была Google.

Чтобы ускорить экспериментальный прогресс Tri Alpha C2-U, Google использовала свои преимущества в разработке программного обеспечения и адаптировала для них специальный оптометрический алгоритм. Этот алгоритм использовал метод стохастических возмущений в сочетании с ручным отбором для получения плазмы, необходимой для эксперимента термоядерного синтеза, что являлось гораздо более эффективным.

Google — не единственные выдающиеся здесь; сами Tri Alpha — также очень конкурентоспособная компания. Они самостоятельно разработали устройство с конфигурации обратного поля. Снаружи эта машина выглядела как длинный цилиндр с несколькими маленькими цилиндрическими камерами внутри. Она повышала температуру плазмы гораздо лучше, чем посредством обычного микроволнового нагрева.

Не было никаких сомнений в том, что оптометрический алгоритм и машина с конфигурации обратного поля считались передовыми технологиями в области управляемого термоядерного синтеза.

Однако Лу Чжоу всегда казалось, что они сосредоточились на странных местах.

В конце концов, ни усовершенствованный алгоритм взаимодействия человека и компьютера, ни более быстрый способ повышения температуры плазмы не являлись проблемными местами в области управляемого термоядерного синтеза.

Лу Чжоу пожал ему руку и сказал:

— Я также рад с вами познакомиться... Вы что-то хотели от меня?

Биндербауэр улыбнулся:

— Мы можем поговорить наедине?

Лу Чжоу посмотрел на профессора Ли Чанся и отдал ему свой чемодан.

— Извините, что беспокою.

Профессор Ли Чанся улыбнулся и сказал:

— Все в порядке, я тогда пойду наверх.

— Хорошо, я скоро вернусь.

Лу Чжоу последовал за Биндербауэром и направился в кафе рядом с отелем.

После того как они нашли тихое место, где можно присесть, Биндербауэр взял меню.

— Вам заказать что-нибудь?

— Мокко пойдет.

— Один мокко и один черный кофе, пожалуйста.

— Хорошо, сэр, — официант быстро записал их заказ в блокнот и ушел, забрав меню с собой.

Вскоре им принесли кофе.

Лу Чжоу посмотрел на кофе на столе и облокотился на спинку стула, после чего спросил:

— А теперь не могли бы вы сказать мне, о чем собираетесь говорить со мной?

Биндербауэр положил скрещенные пальцы на стол и с интересом посмотрел на Лу Чжоу.

— Я слышал, вы интересуетесь исследованиями термоядерного синтеза?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, это очень сложный и значимый исследовательский проект.

— Могу я спросить, он — духовно значимый или финансово значимый?

— Что вы имеете в виду?

— Именно то, что я только что сказал, — Биндербауэр отхлебнул кофе, горечь заставила его сморщиться. Он бросил два кубика сахара в свою чашку и посмотрел на Лу Чжоу. — Если последнее, почему бы вам не подумать о работе со мной?

— А?

— Будь то миллиард или два миллиарда долларов, это деньги других людей. Это не ваше. Если мы объединим усилия, мы сможем расширить нашу компанию, и затем стать публичными. 10 миллиардов или 100 миллиардов — все будет возможно. Что вы думаете о моем предложении? Господин гениальный профессор Лу, самый молодой Нобелевский лауреат в истории, — сказал Биндербауэр с улыбкой на лице. — Я могу обещать вам, что у вас будет, по крайней мере, 5% акций, и их стоимость намного превысит ваше воображение.

Он…

Пытается переманить меня к себе?

Услышав эту просьбу, Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он отставил чашку с кофе.

— Изначально я подумал, что вы планируете поговорить об устройстве с конфигурацией обратного поля. Спасибо за кофе, но нет. Я ничем не могу вам помочь.

Биндербауэр явно не ожидал, что Лу Чжоу откажется так быстро, поэтому он на мгновение впал в ступор.

Он увидел, что Лу Чжоу встал, и не смог сдержать вопроса:

— Почему?

Лу Чжоу покачал головой:

— Есть старая китайская поговорка, что те, у кого различные пути, не должны работать вместе.

Биндербауэр был поражен. Он посмотрел на Лу Чжоу и недоверчиво спросил:

— Только не говорите мне... Вы действительно планируете достичь термоядерного синтеза?

— Почему бы вам не задать этот вопрос исследователям в вашей компании? Я уверен, что они дадут вам более надежный и строгий ответ с профессиональной точки зрения.

— Я не обсуждаю с ними эту проблему, это бессмысленно. Их ответ всегда один и тот же, — Биндербауэр покачал головой. — Тот, кто ставит на десять лет вперед, — гений, а тот, кто ставит на двадцать лет, — дурак.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Какое совпадение, мой ответ — тот же самый.

…………………………………….

1 июля.

Международная конференция по управляемому термоядерному синтезу официально началась.

В первый день конференции Дянь Цыли и Фэй Цзинти позавтракали и пришли в лекционный зал, зевая. Они вошли в первый конференц-зал и заняли место в заднем ряду.

Их руководитель, профессор Юй Цзиньсун, не смог приехать из-за каких-то неотложных дел. Поэтому прежде чем они добрались сюда, профессор Юй Цзиньсун дал им несколько специальных заданий. Он не только уточнил, какие доклады они должны посетить, но и попросил их сделать подробные записи по ним.

Поэтому они не могли просто бездельничать на конференции, как обычно.

Вскоре начался доклад.

На сцене выступал профессор Ботэм из Калэмского центра термоядерной энергетики. Его доклад был посвящен открытию эксперимента по взаимодействию плазмы.

Пара достала свои блокноты. Независимо от того, поняли ли они суть или нет, они все равно чувствовали, что должны записать важные части.

Когда доклад был наполовину закончен, веки Фэй Цзинти отяжелели, и он внезапно тихо обратился к своему другу:

— За последние шесть месяцев чтения статей я обнаружил кое-что очень интересное.

— Что?

— Если объяснить очень простую концепцию, используя научную терминологию, можно запутать любого.

— Например?

— Например, фраза "хорошо известно", которая попадается в статьях. Возможно, автор работы имел в виду только то, что сотрудники лаборатории, ответственные за проверку диссертации, считали это "хорошо известным". Или предложения типа "согласно нашим статистически обоснованным прогнозам", что в основном означает: "мы только сделали оценку, не принимайте ее всерьез".

— Может приведешь более конкретный пример?

— Более конкретный? Например, статья, что ты держишь сейчас в руках, посмотри на последние несколько строк. Мы надеемся, что наши исследования смогут побудить ученых к более глубоким исследованиям в этой области...

Дянь Цыли стало любопытно.

— И что это значит?

— Это значит, что я закончил, кто бы еще ни захотел это сделать, он может продолжить эту работу, а я не буду.

— Пфф…

Дянь Цыли тихо рассмеялся и стукнулся лбом о стол.

Фэй Цзинти с недоумением взглянул на него.

Неужели этот парень действительно находит это забавным?

Профессор Ботэм стоял на сцене, повернувшись спиной к доске, заполненной вычислениями. Он говорил мягким и медленным голосом.

— Мы использовали гармонику высокого порядка, полученную взаимодействием высокоинтенсивного лазера и плазмы, для измерения структуры плазмы с большим временным разрешением. Как показано в презентации, мы получили очень интересный набор данных из наблюдений и сделали ряд выводов, основанных на этих результатах.

— Это включает анализ многомасштабного нелинейного роста и сжатой турбулентности... это не простая задача для решения. К счастью, мы добились некоторых намеченных результатов.

В зале поднялась суматоха, ученые и эксперты перешептывались друг с другом.

— Если Калэмский центр термоядерной энергии действительно решил эту проблему, то это обеспечит теоретическую основу для решения проблемы разрыва магнитного поля в токамаке.

— Я не могу в это поверить... как думаете, их данные надежны?

— Не знаю, но мне придется провести собственное расследование.

Профессор Ботэм был доволен разговорами, которые шли вокруг, и самодовольная улыбка появилась на его лице.

Как он и ожидал, результаты их исследований — достаточно удивительные, чтобы потрясти людей.

Вскоре началась сессия вопросов и ответов.

Профессор Ботэм посмотрел на первого человека, поднявшего руку, и кивнул.

— Сэр, у вас есть вопрос?

Лу Чжоу встал и посмотрел на расчеты на доске, после чего заговорил.

— Если моя догадка верна, вы использовали метод дифференциальной геометрии в процессе решения нелинейных уравнений.

Профессор Ботэм поправил очки и посмотрел на ученого-китайца, после чего нахмурился и сказал:

— Правильно, есть проблема?

Лу Чжоу вздохнул и сказал:

— Идея ввести многообразие Лу для решения нелинейного преобразования топологии — верна, но ваш метод — неверен, вы не можете использовать многообразие Лу таким образом.

Ботэм не сердился на то, что его допрашивают. Вместо этого он рассмеялся и саркастически ответил:

— Я не знаю, как вы пришли к такому выводу. Но, на мой взгляд, это чепуха. В моих расчетах нет никаких проблем, я точно знаю, как использовать многообразие Лу. Мне не нужно, чтобы вы меня учили.

Ученые подняли шум в лекционном зале.

Лу Чжоу посмотрел на толпу в зале и кашлянул:

— Я — тот, кто создал многообразие Лу.

Глава 506. Бесполезные заметки

Сразу же после того, как Лу Чжоу произнес эту фразу, в лекционном зале на несколько секунд воцарилась тишина.

После чего сразу поднялся шум.

Лу Чжоу отчетливо слышал тихие смешки среди разговоров.

Очевидно, когда он сказал, что он — тот, кто создал многообразие Лу, многие узнали его.

Сидело также много людей, которые были сбиты с толку, и они терпеливо ждали развития ситуации.

В конце концов, не все будут знать о "очевидных вещах", поскольку это относится лишь к тем, кто читал специализированную литературу.

Большинству ученых нелегко прочитать все статьи в своей области, не говоря уже об исследованиях в других областях.

Если кто-то углубленно не изучал дифференциальную геометрию и дифференциальные уравнения в частных производных и не проводил свои исследования уравнений Навье-Стокса, то, скорее всего, не слышал про многообразие Лу.

Не говоря уже о том, что прошло меньше года с момента решения уравнений Навье-Стокса.

Конечно, поскольку профессор Ботэм занимался исследованиями в этой области, он знал довольно много о многообразии Лу. Он, очевидно, знал, кто придумал его.

Но даже в этом случае большинству людей трудно запомнить человека из другой страны.

Забудьте об иностранном лауреате Нобелевской премии, он даже бы не признал лауреата Нобелевской премии из своей страны!

Не то чтобы к газетам прикрепляли фотографии…

Морщинистое лицо профессора Ботэма покраснело, он долго смотрел на Лу Чжоу и не мог ничего сказать.

Вы — просто математик, что, черт возьми, вы знаете о многообразии Лу...

Но, очевидно, он не мог произнести подобных слов.

Он глубоко вздохнул и решил сдержаться.

— Где же я ошибся?

Честно говоря, он не думал, что ошибается.

В конце концов, прежде чем выйти на сцену, он много раз перечитывал свою статью.

И независимо от того, сколько раз проверял, он все сильнее убеждался, что его расчеты абсолютно верные.

Ботэм явно не признавал своей ошибки.

Лу Чжоу вздохнул.

— Можно мне воспользоваться доской?

Хотя профессор Ботэм не верил, он все же сделал приглашающий жест.

Его уже унизили, так что он должен хотя бы выглядеть великодушным.

Профессор Ботэм бесстрастно смотрел, как Лу Чжоу идет к сцене, и успокаивал себя мысленно.

Тем временем под пристальными взглядами ученых на сцену вышел Лу Чжоу.

Он взял ластик и посмотрел на доску. Подумав немного, начал стирать среднюю часть на доске.

Лу Чжоу не заметил, как напрягся профессор Ботэм. После того, как он стер доску, Лу Чжоу отбросил ластик в сторону и взял кусок мела.

— У вас есть фундаментальное непонимание относительно многообразия Лу. Этот метод дифференциальной геометрии является очень эффективным инструментом для решения уравнений в частных производных. Однако, в отличие от других методов, его нельзя применить напрямую. Прежде всего, мы должны построить билинейный оператор B'…

Подобное очень распространено в области математической физики.

При появлении интересного математического инструмента физики могли не совсем понимать этот инструмент, но это не мешало им воспользоваться новым методом.

Потому что, если они окажутся правы, они могут сделать открытие в физике.

Если они ошибаются...

Тогда они могли бы, по крайней мере, подготовить статью, демонстрирующую, как математический инструмент нельзя применять подобным образом.

Лу Чжоу заговорил, заполняя ту часть, которую он стер.

"μ(т)=е^(т△)·μ0+∫е^(т-т')△б(μ(Т'), μ(Т))dт'"

— Мы задаем уравнение векторного поля без расходимости Шварца μ0 и временной интервал I ⊂ [0,+ ∞). После определяем общее решение нелинейного уравнения N5 как непрерывную функцию, зависящую от интегрального уравнения μ(t), то есть μ→N5df(R3)...

Профессор Ботэм взглянул на строчки вычислений на доске, и у него разболелась голова.

Несмотря на то, что Лу Чжоу писал не быстро, он не останавливался ни на секунду.

Ботэму было трудно угнаться за ходом мыслей Лю Чжоу.

Если Лу Чжоу приготовил все это, чтобы доставить ему неприятности, то это нормально.

Но если бы Лу Чжоу рассчитал все это сходу...

Тогда это слишком ужасно!

Ботэм потратил неделю, чтобы подготовить содержание работы, что написал на доске ранее…

По сравнению с профессором Ботэмом, ученые, сидевшие в толпе, были еще более сбиты с толку...

Чтобы послушать этот доклад, они потратили много времени на изучение статьи из Калэмского центра термоядерной энергии. Но теперь кто-то говорил им, что расчеты в ней — неверны?!

???

Извините, серьезно?

Конечно же, новые открытия в физике давались не так легко.

Конечно, за исключением большинства ничего не понимающих ученых, некоторые действительно внимательно слушали и понимали, что написано на доске.

Это единственные люди в лекционном зале, которые могли оценить ценность этих вычислений.

И для Лу Чжоу этого достаточно.

Парень записал последнюю строку расчетов и посмотрел на доску. Он быстро проверил свои вычисления и кивнул.

— В общем так… Даже несмотря на то, что нет никаких новых физических открытий, это все равно очень интересный феномен… Я не очень хорошо разбираюсь в токамаке. Я не могу составить мнение о проблеме разрыва магнитной поверхности только из этих выводов. Однако, на мой взгляд, из-за неопределенности внутреннего тока плазмы, даже если мы построим идеальную внешнюю катушку, будет трудно контролировать магнитное поле внутри реактора…

Лу Чжоу положил мел на лекционный стол и кивнул Ботэму. Затем развернулся и ушел со сцены.

Как только он сошел со сцены, зал наполнился бурными аплодисментами.

Вскоре сбитые с толку ученые перестали мечтать и присоединились к аплодисментам.

Аплодисменты эхом отдавались в ушах профессора Ботэма. Он смотрел, как Лу Чжоу покидает лекционный зал, и не мог ничего сказать. Наконец он молча достал телефон и сфотографировал доску.

Это его очень расстроило.

Однако он все же кое-чему научился…

………………...

Дянь Цыли тупо уставился на расчеты на доске. Он совершенно забыл о заметках, лишившись дара речи.

Кто я такой?

Где я нахожусь?

Чей доклад я слушаю?

Внезапно Фэй, сидевший рядом с ним, испустил долгий вздох.

— Профессор Лу — действительно безумный...

Хотя они ничего не поняли, они не чувствовали себя слишком расстроенными.

Он был готов поспорить, что даже если бы их научный руководитель, профессор Юй Цзиньсун, сидел здесь, он тоже ничего не смог бы понять.

Дянь Цыли тупо кивнул и сглотнул.

— Ага...

Когда он взглянул на свои записи, то внезапно осознал серьезную проблему.

— Точно, мы только закончили писать...

Фэй Цзинти горько улыбнулся.

— Скорее всего, заметки бесполезны.

Менее чем через полчаса их записи оказались ошибочными.

Мне жаль этого британского профессора…

Они смотрели друг на друга, не находя слов.

Да к черту все!

Почему мы проснулись так рано для этого?

Глава 507. Технологическая выставка

Для Лу Чжоу произошедшее — лишь незначительный эпизод из жизни.

Он не следил за исследованиями токамака. Поэтому даже не читал статьи от Калэмского центра термоядерной энергетики.

Основная причина, по которой он присутствовал на этой научной конференции, заключалась в технической выставке. В первый день конференции он проснулся слишком рано, поэтому случайно попал на доклад, став причиной предыдущего инцидента.

Исправив ошибку профессора Ботэма, Лу Чжоу покинул лекционный зал. Он уже убил довольно много времени, поэтому медленно побрел к выставочному залу последних технологий.

По сравнению с научной конференцией, проходившей неподалеку, в выставочном зале царила другая, более оживленная, атмосфера.

Тут показывали не теоретические результаты исследований, тут показывали настоящие технологии.

Из-за этого не только ученые и исследователи обращали внимание на достижения в этой области выставки, но и многие предприниматели и инвесторы, заинтересованные в управляемом термоядерном синтезе, также стояли здесь с большим интересом.

Даже при том, что цивилизация все еще далека от термоядерной энергии, это не помешало людям с богатым воображением повернуть свои головы в эту нетронутую землю.

Интересно, что большинство людей считали, что появление управляемого термоядерного синтеза неизбежно повлияет на прибыль энергетических гигантов. Они также считали, что большинство энергетических гигантов ненавидят управляемый термоядерный синтез и хотят избавиться от него...

Однако истина полностью противоположна. Многие инвесторы компаний по производству термоядерного синтеза были как раз именно те энергетические гиганты, которые, казалось, могли потерять прибыль.

Например, знаменитая General Fusion Company возглавлялась канадской нефтяной компанией Cenovus. Что касается проекта стелларатор Института физики плазмы Общества Макса Планка, то они не только финансировались ИТЭР и Немецким энергетическим агентством, но часть их исследовательского проекта также финансировалась французским нефтяным гигантом Total S.A.

Конечно, помимо этих нефтяных компаний, также куча богатых технологических компаний были в равной степени заинтересованы в развитии управляемого термоядерного синтеза.

Например, инвестиции от Google в Tri Alpha.

Лу Чжоу лично считал, что Tri Alpha может обманывать инвесторов. Однако, если смотреть объективно, эта частная компания смогла построить термоядерный реактор с нуля в течение года. Даже знаменитый лауреат Нобелевской премии Бертон Рихтер был шокирован, а это означало, что команда Tri Alpha обладала определенными навыками.

Профессор Го Хоуян, главный научный сотрудник и руководитель экспериментального отдела Tri Alpha, также влиятельный китайский ученый в области физики плазмы. Хотя его имя не так известно, но это громкое имя появлялось в 1996 году в изданиях "Маркуис Кто есть кто", что является признанием его со стороны академического сообщества.

Из-за того, что в эту область пришло так много талантливых людей, и из-за того, что в нее вкладывались средства, эта область смогла превратиться из нежелательной в одну из самых популярных в академических кругах.

Так совпало, что вскоре после того, как он вошел, он увидел Биндербауэра, с которым позавчера болтал в кафе.

Этот председатель и главный технический директор Tri Alpha стоял перед серым экраном. Он показывал презентацию, которая рассказывала о их термоядерной машине C2-U, некоторым ученым и инвесторам, заинтересовавшимся полем управляемого термоядерного синтеза.

Несмотря на то, что Биндербауэр на сцене восторженно говорил речь, Лу Чжоу подумал о том, что Биндербауэр сказал ему позавчера, и он почувствовал, что этот энтузиазм был несколько фальшивым.

Жизнь похожа на кино, в ней, и правда, нужны актерские навыки.

Лу Чжоу покачал головой и ничего не сказал. Он выслушал краткое объяснение технологии их машины и направился к стенду рядом.

Помимо Tri Alpha, у Баошэн Груп также был стенд в выставочном зале.

В конце концов, государственные компании уже не такие, как раньше. Несмотря на то, что эта высокотехнологичная компания имела специальные субсидии от государства, им все еще приходилось беспокоиться о продажах.

В противном случае, к тому времени, когда они, наконец, смогут увеличить свои производственные мощности, им, возможно, придется столкнуться с дилеммой сокращения производства.

На стенде Баошэн Груп они продемонстрировали ученым со всего мира свою провод СГ-1, разработанную ими в сотрудничестве с Институтом перспективных исследований.

Несмотря на то, что Объединение немецких исследовательских центров имени Гельмгольца также освоило эту технологию, эта технология все еще доминировала в Баошэн Груп из-за их стоимости производства и преимуществ масштаба производства. Несмотря на то, что немцы получили эту технологию, они все еще должны были передать большое количество заказов Баошэн Груп из-за их недостаточных производственных мощностей.

Короче говоря, представители не верили своим глазам, когда смотрели на этот провод, толщиной в несколько тысяч нанометров.

Так продолжалось до тех пор, пока главный инженер Цао не начал спокойно управлять экспериментальным оборудованием на глазах у всех. Он показал им теплопроводность провода СГ-1 и самое главное — сверхпроводящие свойства. Люди вокруг стенда в неверии смотрели на это.

В конце первого дня конференции Лу Чжоу первоначально планировал вернуться в свою комнату и отдохнуть.

Но генеральный менеджер Сунь настоял на том, чтобы угостить его. Поэтому группа нашла китайский ресторан в Китайском квартале и уселась за столик.

За обеденным столом генеральный директор Сунь Чэнву поднял свой бокал и посмотрел на Лу Чжоу.

— Профессор Лу, большое вам спасибо!

— Только сегодня утром мы получили заказы на сумму более 200 миллионов долларов!

— Этот тост за вас!

Хотя прошло уже несколько часов, генеральный директор Сунь все еще не мог забыть, как отреагировали иностранцы, когда инженер Цао показывал им провода СГ-1, как шокировало и потрясло это иностранных экспертов.

Будучи генеральным директором Баошэн Груп, для него нет ничего более захватывающего, чем наблюдать, как его собственная компания находится на переднем крае отрасли…

Лу Чжоу поднял тост вместе с генеральным менеджером Сунем и вежливо улыбнулся:

— Не нужно меня благодарить, вы этого заслуживаете.

Заказов на 200 миллионов долларов — это очень много, что почти 1,4 миллиарда юаней.

Согласно текущей стоимости провода СГ-1, Лу Чжоу приблизительно оценил, что проводов стоимостью на 200 миллионов долларов достаточно, чтобы построить катушки внешнего поля трех стеллараторов среднего размера.

Если бы это был токамак, ему не понадобилось бы столько проводов.

Однако Лу Чжоу мало что знал о токамаке. Поэтому он не мог дать точную оценку.

— О чем вы? Без вашей технологии мы не смогли бы забраться так далеко сами, — генеральный директор Сун осушил свою рюмку и бодро сказал:

— Если у профессора Лу будут еще какие-нибудь хорошие предложения в будущем, я надеюсь, что вы будете достаточно великодушны, чтобы поделиться ими со мной!

Глава 508. Перспективы углеродных микросхем

Хотя инвестиции в исследования материалов — бездонная яма, все еще зависело от того, в кого инвестировали.

Испытав успех провода СГ-1, генеральный директор Сунь принял решение и решил придерживаться Института перспективных исследований Цзиньлина.

А что касается Лу Чжоу, то поскольку генеральный директор готов был просить его, то он готов направить его.

Это может даже помочь китайским компаниям стать конкурентоспособными на мировом рынке.

Если смотреть на это с практической точки зрения, то ему это тоже выгодно.

Просто рассматривая материал СГ-1 в качестве примера. За каждый метр провода СГ-1, произведенного Баошэн Груп, Лу Чжоу также получал деньги. Даже при том, что это не такой большой доход, в сравнении с тем, что принесли ему литиевые батареи, это все еще значительная сумма.

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Мне особо нечего сказать о будущем направлении вашей компании. Однако, поскольку у вас уже есть преимущество с точки зрения производства материалов на основе углерода, почему бы вам не воспользоваться его преимуществами и рассмотреть вопрос о его расширении?

Когда генеральный директор Сунь услышал Лу Чжоу, он сразу же принял это всерьез.

— А? Профессор Лу, у вас есть какие-нибудь идеи, которыми вы хотели бы поделиться?

— Не совсем идеи, — Лу Чжоу улыбнулся и на секунду замолчал. — Я только слышал, что в Калифорнийском университете есть исследовательская группа, которая использовала очень интересный метод для успешного синтеза графенового нановолокна шириной в один нанометр и длиной в пятьдесят нанометров. Уже этот результат исследования привлек интерес IBM, и промышленность с оптимизмом смотрит на его использование в производстве следующего поколения углеродных микрочипов.

Все знали, что 5 нанометров — физический предел кремниевых микрочипов. Как только размер становится меньше 5 нанометров, поведение электронов становится непредсказуемым из-за законов квантовой неопределенности, что могло даже привести к квантовому туннельному эффекту. Это может привести к телепортации электронов через "стенки". Поэтому кремниевые микрочипы становились все менее и менее надежными, а модернизация компьютерных микрочипов становилась все более и более сложной задачей.

Чтобы справиться с этой проблемой, промышленность и научное сообщество пришли к единому мнению. Они должны найти новый материал, чтобы заменить традиционный кремний для производства электронных устройств меньшего размера и с лучшими характеристиками.

И согласно последним результатам исследований, техническими путями, которые считались осуществимыми, были углеродные нанотрубки, дисульфид молибдена, черный фосфор, графен и диселенид вольфрама.

Поскольку Лу Чжоу занимался исследованиями углеродных наноматериалов, он, очевидно, испытывал больший оптимизм в отношении графенового пути.

На самом деле, интуиция не подводила Лу Чжоу. В условиях изолятора Мотта графен обладал потенциалом для применения в качестве полупроводникового материала в электронных устройствах.

Микрочипы...

Когда генеральный директор Сунь услышал слова Лу Чжоу, у него разболелась голова.

Несмотря на то, что у Баошэн Груп солидный банковский счет, он все равно нервничал, вкладывая деньги в огромную область компьютерных чипов.

— Профессор Лу... Вы же не предлагаете нам вложить деньги в большую яму компьютерных микрочипов?

Лу Чжоу увидел расстроенное выражение лица генерального директора Суня и улыбнулся:

— Вы не работаете в электронной промышленности, поэтому для вас нереально разрабатывать компьютерные микрочипы. Я просто думаю, что, поскольку мы уже создали графеновую проволоку шириной в несколько тысяч нанометров, почему бы не попробовать создать графеновую наноленту шириной в несколько нанометров? Я знаю, что это две очень разные технологии, но я думаю, что у нас есть возможность сделать это.

Лу Чжоу был очень серьезен.

Когда он разговаривал с профессором Бавенди в самолете, у него уже появилась эта идея в голове.

Конечно, сейчас его исследования все еще сосредоточены на управляемом термоядерном синтезе.

Не говоря уже о том, что даже если бы он интересовался производством компьютерных микрочипов, Институт перспективных исследований не обладал талантами в этой области.

Я подожду, пока не закончу проект управляемого термоядерного синтеза, прежде чем нырнуть в компьютерные микрочипы.

Уверен, что к тому времени многие проблемы будут решены.

На лице генерального директора Суня появилась беспомощность, и он покачал головой.

Графеновая нанолента шириной в несколько нанометров…

Звучало легко.

Но сколько это будет стоить…

……………………….

Конференция по управляемому термоядерному синтезу длилась пять дней.

За эти пять дней Лу Чжоу многое приобрел.

Помимо участия в интересных семинарах, передовые технологии, представленные крупными научно-исследовательскими институтами, также значительно расширили его кругозор в этой области.

Включая устройство Tri Alpha, он приобрел оборудование на сумму не менее 40 миллионов долларов США.

Устройство Tri Alpha только немного быстрее и немного более стабильное, чем устройство с микроволновым нагревом. Это не ключевой технологический компонент, но все же он полезен.

Помимо неключевых компонентов, список покупок Лу Чжоу также включал атомный зонд Гелий-3, который считался одной из важнейших частей.

Если говорить об атомном зонде, то профессор Лазерсон преуспевал.

Этот бывший инженер Принстонской лаборатории физики плазмы пришел в отрасль в качестве техника, и теперь довольно хорошо себя чувствовал в мире физики плазмы.

Опираясь на свои накопленные связи еще со времен учебы в университете, он лучше всех знал, какое именно оборудование нужно ученым. Он смог сделать технологию атомного зонда еще более влиятельной и значимой.

На заключительном банкете конференции, беседуя с этим старым другом, Лу Чжоу узнал, что его бизнес становится все больше и больше. Он не только тесно сотрудничал с более чем 20 научно-исследовательскими институтами физики плазмы, но и был одним из поставщиков для проекта ИТЭР.

И дело не только в этом. Теперь, когда он усовершенствовал технологию атомного зонда Гелий-3, точность наблюдения за плазмой значительно повысилась.

Кстати говоря, когда компания He3 впервые основали, Лу Чжоу инвестировал несколько миллионов долларов.

Поэтому в итоге он — тоже один из акционеров.

— Я готов поспорить, что это определенно одна из самых успешных инвестиций, которые вы когда-либо делали, — профессор Лазерсон начал болтать о прошлом с улыбкой. — Теперь эти несколько миллионов долларов будут стоить по крайней мере 100 миллионов долларов. Будущее технологии управляемого ядерного синтеза очевидно. Я планирую выйти на биржу Nasdaq и ждать, пока она прольется дождем денег.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Правда? Желаю удачи.

Лазерсон удивленно взглянул на Лу Чжоу:

— Почему вы совсем не взволнованы?

Лу Чжоу сделал беспомощное выражение лица:

— Когда у тебя столько денег, что не сможешь потратить за всю жизнь, и если кто-то говорит тебе, что ты заработал еще сто миллионов, то уже не будешь особо реагировать. Вот как я отношусь к деньгам, вы, должно быть, иногда чувствуете то же самое.

Хотя сотни миллионов долларов Лу Чжоу были ничем, по сравнению с миллиардерами из списка Forbes, все деньги Лу Чжоу можно обналичить, что совершенно другое.

Не говоря уже о том, что у Лу Чжоу нет больших расходов. Несмотря на то, что он потратил довольно много денег на создание Института перспективных исследований, он не только окупил свои первоначальные инвестиции, но и, благодаря патентным сборам, получил неплохую прибыль.

Профессор Лазерсон некоторое время смотрел прямо на Лу Чжоу.

После долгого молчания он покачал головой.

— Нет, я не могу этого понять.

……………….

После того, как конференция закончилась, группа людей вернулась в свои гостиничные номера и начала паковать чемоданы.

Их обратный рейс в Китай должен был состояться завтра утром. Чтобы не спешить утром, они, естественно, должны собрать свои вещи накануне.

Лу Чжоу нашел Дянь Цыли и Фэй Цзинти в коридоре отеля и напомнил им.

— Завтра в восемь утра вы сядете в самолет вместе с профессором Ли Чанся. Не опаздывайте.

Фэй Цзинти спросил:

— Хорошо, но профессор... вы не вернетесь с нами?

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

— Мне еще нужно уладить кое-какие дела, а вы возвращайтесь первыми.

Глава 509. Будущее за вами

Уединенный кабинет в углу коридора, Институт перспективных исследований в Принстоне.

Белый подбородок Веры упирался в ее ладони, когда она безжизненным взглядом смотрела на пустое место.

Прошло уже семь месяцев...

Хотя для исследователей Принстона обычное дело отсутствовать в Принстоне круглый год, отсутствие в течение такого долгого времени неизбежно заставляло людей соскучиться по Лу Чжоу.

За последние семь месяцев она взяла на себя занятия Лу Чжоу по теории чисел.

Это была одна из ее основных обязанностей в качестве помощника преподавателя, и благодаря существованию электронной почты, ничто не мешало ей преподавать. Однако ощущение общения в сети отличалось от ощущения общения лицом к лицу.

Она вспомнила события семь месяцев назад в Стокгольме, словно это было вчера...

Она начала мечтать, а ее белые щеки начали краснеть...

Лицо Веры слегка покраснело, она наклонилась и уткнулась лицом в стол.

Ее голова почти загорелась, а холодный стол позволил ей немного остыть. Ее настроение немного улучшилось, но вскоре снова упало.

Лето — действительно, сонное время года.

Вера тихо вздохнула и повернулась, положив другую сторону лица на стол.

Я немного полежу здесь...

Все равно уже закончила свою работу.

Харди и Цинь Юэ, сидевшие рядом, услышали тихий вздох и беспомощно переглянулись.

Прошло уже полгода.

Она такая уже полгода.

Хотя они хотели утешить ее, но не знали как.

На самом деле, любой, кто обращал хоть малейшее внимание, мог сказать, что ее чувства к Лу Чжоу уже переросли простую благодарность или признание. Они достигли уровня, намного превосходящего это, и даже выше восхищения.

Цинь Юэ задумался, знал ли об этом профессор Лу.

Однако размышляя над этим, даже если бы профессор Лу знал, эту ситуацию нелегко разрешить.

Будет ли конечным результатом отказ или согласие, для начала кто-то должен стать инициатором.

И с личностью Веры, если профессор Лу не будет инициатором, никогда прогресса не будет.

А касательно профессора Лу...

Цинь Юэ перестал писать за своим столом и посмотрел на кондиционер в углу кабинета.

Он никогда не мог себе представить, что кто-то вроде Лу Чжоу, который проводил все свое время, изучая сложные научные проблемы, будет интересоваться чем-то, кроме исследований.

Не думаю, что из этого что-нибудь выйдет...

Когда Харди заметил, что Цинь Юэ смотрит на кондиционер, он задумчиво кивнул:

— Думаю, что Вере слишком жарко... как насчет того, чтобы я понизил температуру?

Цинь Юэ вздохнул и сказал:

— Все в порядке. Будет лучше, если ты ничего не будешь делать.

Честно говоря, Цинь Юэ иногда впечатлялся тем, насколько умен Харди.

Внезапно от двери повеяло горячим воздухом.

Когда дверь кабинета открылось, в дверном проеме появилась знакомая фигура.

В этот момент в кабинете все впали в ступор.

— Думаю, Харди прав, тут довольно жарко... Эй, почему замолчали? — Лу Чжоу посмотрел на все удивленные взгляды. — Или я должен был сначала поздороваться?

— Профессор?!

Глаза Веры широко распахнулись. В тот момент, когда появилась фигура Лу Чжоу, красивые голубые глаза Веры вновь обрели цвет.

Лу Чжоу посмотрел на Веру и улыбнулся:

— Привет, давно не виделись.

Харди встал и подошел к пульту управления кондиционером.

Джерик и Вэй Вэнь сидели неподалеку от двери и недоверчиво переглянулись.

— Мы думали, что вы собираетесь уволиться, — тихо сказал Джерик.

— Да, я, правда, собираюсь уволиться.

Как только эти слова слетели с его губ, в кабинете воцарилась тишина.

Даже Харди, направлявшийся к кондиционеру, замер на месте.

Они помолчали с минуту или около того.

Первым нарушил молчание Цинь Юэ.

— Вы планируете продолжить преподавать в Цзиньлинском университете?

По дороге сюда Лу Чжоу планировал, что он собирается сказать, но когда услышал вопрос Цинь Юэ, он внезапно не знал, что ответить.

Он только кивнул.

— Да.

Цинь Юэ знал, что Лу Чжоу собирается сказать это, поэтому выражение его лица не изменилось.

— Я хочу поехать с вами.

Вера поняла, что происходит, и сразу же воскликнула:

— Я...

Лу Чжоу прервал двух своих учеников и сказал с улыбкой:

— В этом нет необходимости. Несмотря на то, что я не был в Принстоне в течение последних семи месяцев, я все еще могу заметить ваши способности. С тем, что вы достигли к этому моменту, вы однозначно достигли стандартов докторской степени в Принстоне. У меня больше нет причин держать вас в этом кабинете. У вас должны быть собственные кабинеты и свои собственные исследовательские проекты.

Лу Чжоу посмотрел на Веру, затем на Цинь Юэ и, наконец, на Харди.

Он сделал паузу на секунду и продолжил:

— Одна из главных причин, по которой я вернулся на этот раз, состоит в том, чтобы разобраться с вашим выпуском.

Цинь Юэ некоторое время молчал, прежде чем спросил:

— Тогда... после того, как я закончу учебу, могу ли я прийти работать в ваш исследовательский институт?

Лу Чжоу знал, что он спросит об этом, поэтому улыбнулся и ответил:

— Конечно, двери Института перспективных исследований в Цзиньлине всегда открыты для всех вас... но я не рекомендую вам этого делать.

Цинь Юэ сделал паузу на секунду и посмотрел на Лу Чжоу с растерянным видом.

— Почему?

— Я могу научить вас думать о проблемах и решать их. Однако способность мыслить независимо — это то, что вы должны развить самостоятельно. Я не преувеличиваю, когда говорю, что с вашими способностями вы можете стать учеными в любом математическом исследовательском институте в мире. Однако если вы последуете за мной, вы никогда не достигнете следующего шага. Будущее — за вами, вы должны думать о том, как хотите его провести… Хочешь ли ты остаться в Принстоне, или вернуться в свою альма-матер, или даже пойти в Яньцзинский университет, все эти варианты намного лучше, чем работать на меня, — Лу Чжоу улыбнулся. — Не говоря уже о том, что причина, по которой я учил вас всему этому, заключалась не в том, чтобы заставить вас работать на меня в будущем. Вместо этого я надеюсь, что вы поможете мне распространить эти знания дальше.

Глава 510. Я думал уже полгода

Институт перспективных исследований, кабинет ректора.

После того, как уборщица полила растения на подоконнике, она начала вытирать пыль на стекле окна.

Она быстро закончила свою работу и подняла ведро с водой, собираясь покинуть кабинет.

Уходя, с удивлением посмотрела на профессора Питера Годдарда.

Несмотря на то, что она мало что знала об ученых, это первый раз за много лет, когда она увидела такое расстроенное лицо у старика.

Конечно, он стал ректором всего пять или шесть лет назад…

Седовласый старик молча сидел за столом. Он поправил очки на носу и посмотрел на молодого человека, стоявшего перед его столом, после чего со вздохом тихо сказал:

— В начале года кто-то предложил включить тебя в команду штатных исследователей в Принстонском институте перспективных исследований. Я знаю, что сейчас не самое подходящее время поднимать эту тему, но… ты, правда, не хочешь еще подумать?

Научно-исследовательские институты, такие как Институт перспективных исследований, все имели небольшую, штатную исследовательскую группу. Эта команда состояла из лучших ученых со всего мира, которые проводили самые передовые в мире исследования.

В академических кругах должность штатного исследователя в Институте перспективных исследований означала не только гарантию финансирования исследований и хорошую зарплату, но и высшую степень почета.

На математическом факультете всего десять штатных исследователей. Один из них — наставник Лу Чжоу, профессор Пьер Делинь. Если Лу Чжоу останется в Принстоне, то через два-три года он станет одиннадцатым штатным исследователем.

Однако...

Лу Чжоу покачал головой и мягко ответил:

— Я думал над этим уже полгода.

До получения Нобелевской премии ресурсы, которые он мог получить в Китае, были намного меньше, чем в Принстоне. Однако после получения Нобелевской премии все изменилось.

Без зазрения совести Лу Чжоу можно назвать эгоистом. В конце концов, всякий раз, когда перед ним были несколько выборов, он выбирал "самый лучший".

Ректор Питер Годдард больше ничего не мог сказать на ответ Лу Чжоу. Он выдвинул ящик стола и достал бланк заявления.

— Правда? Поскольку ты уже все обдумал, мне больше нечего сказать. Мы — на службе нации и на службе человечества... это неофициальный девиз Принстона. Я думаю, что твой выбор верен.

Ректор Питер Годдард осторожно положил бланк заявления на стол, как будто это тяжелая ноша. Затем он облокотился на спинку стула и посмотрел на Лу Чжоу.

— Помимо должности исследователя в Институте перспективных исследований, у тебя осталась еще должность преподавателя в Принстонском университете... Думаю, ты увольняешься и с нее.

Парень кивнул:

— Да, после этого я пойду в Нассау-Холл.

Годдард улыбнулся:

— Не забудь передать от меня привет профессору Эйсгруберу.

Лу Чжоу взял со стола заявление.

— Непременно.

После того как Лу Чжоу покинул кабинет ректора Годдарда, он недолго оставался в Институте перспективных исследований. Он сразу же отправился в Нассау-Холл.

По сравнению с разочарованной реакцией Годдарда, реакция ректора Эйсгрубера оказалось довольно мягкой и спокойной.

Выслушав о намерениях Лу Чжоу, ректор ничего не сказал. Он достал из ящика стола бланк.

— Помню, больше двадцати лет назад, я был еще академическим деканом. Мистер Фальтингс нашел меня и сказал, что возвращается в Германию. Я тогда хотел удержать его, но теперь, когда думаю над этим, понимаю, что оно было ни к чему. Такое решение нельзя принять за день или два, его также нельзя изменить всего несколькими словами.

Он поправил очки и протянул бланк Лу Чжоу.

— То, что не могу удержать тебя здесь, наша потеря, — ректор Эйсгрубер помолчал секунду и шутливо добавил:

— Итак, чтобы компенсировать наши потери, я надеюсь, что, увольняясь с должности профессора, ты сможешь, по крайней мере, принять звание почетного профессора.

Приняв бланк, Лу Чжоу на секунду замолчал, после чего с улыбкой ответил:

— Это честь для меня.

…………………..

К тому времени, когда Лу Чжоу покинул Нассау-Холл, солнце уже садилось.

С этими двумя заявлениями в руке Лу Чжоу медленно пошел домой. Он даже выбрал более длинный маршрут.

Он напоминал человека, который собирается отправиться в далекое путешествие, но все еще хотел побыть в этом месте еще немного.

В конце концов, он прожил здесь так долго и пережил так много всего, что, естественно, питал слабость к Принстону.

Когда Лу Чжоу проходил мимо озера Карнеги, он размышлял о том, стоит ли ему позже отправиться на ностальгическую вечернюю пробежку. Внезапно он увидел знакомую фигуру, сидящую на скамейке у озера.

На его лице появилась ухмылка. Он подошел к автомату и купил спортивный напиток и банку кофе. Затем направился к озеру.

Молина сидела в синем спортивном костюме и вытирала полотенцем пот с лица.

Внезапно перед ней появился напиток.

Молина на секунду впала в ступор и посмотрела в сторону, после чего увидела стоящего там Лу Чжоу.

Она подняла свои красивые брови и взяла стакан. Она поблагодарила его и тут же открыла банку, сделав большой глоток.

— Пожалуйста.

Лу Чжоу улыбнулся и сел на скамейку. Он открыл банку с кофе и медленно сделал глоток.

Несмотря на то, что он обычно любит пить растворимый кофе, подобный тип холодного кофе заводского производства имел особый вкус.

— Когда ты вернулся?

— Я вернулся около полудня. Изначально планировал еще успеть на пробежку, но после того, как я закончил свои дела, уже стемнело, — ответил Лу Чжоу, глядя на бегущих студентов, а также на команду гребцов, тренирующуюся на озере.

Молина взглянул на Лу Чжоу.

— Кстати, ты ведь уже полгода не был в Принстоне, да?

— Да, время действительно летит быстро, — Лу Чжоу посмотрел на озеро, сверкающее в лучах заката, и улыбнулся. — Такое чувство, что я только вчера закончил университет, но мне уже двадцать пять.

— Думаю, большинство людей заканчивают университет, когда им исполняется двадцать пять.

Лу Чжоу неловко улыбнулся:

— Пожалуй, ты права. Кстати, а как ты? Как продвигается исследовательский проект с твоим научным руководителем?

На лице Молины появилась самодовольная улыбка:

— Сейчас я преподаю в Принстонском университете.

Лу Чжоу удивленно посмотрел на нее:

— Уже закончила? Поздравляю… Я хотел бы устроить вечеринку, чтобы отпраздновать твое вступление на факультет, но уже подал заявление на увольнение.

— А?

Молина не выглядела удивленной, похоже, она ожидала подобного от Лу Чжоу.

Она посмотрела на банку напитка в своей руке и сказала:

— Так эта банка вместо вечеринки?

— Наверное, но одной банки недостаточно, — Лу Чжоу отряхнул пыль с брюк и встал со скамейки. -  Когда представится возможность, приезжай в Китай. Я отведу тебя выпить.

Молина шутливо ответила:

— А что, если у меня не будет такой возможности?

— Тогда нам просто придется встретиться на какой-нибудь научной конференции.

Так проходили их обычные вечерние беседы.

Ни приветствий, ни прощаний.

Молина посмотрела на удаляющегося Лу Чжоу и ничего не сказала. Вместо этого она подняла камень и бросила его в озеро.

У нее не было особых интересов, кроме математики, а Лу Чжоу — просто ее обычный друг.

Но когда она думала, что тот уезжает, ей отчего-то становилось одиноко.

Глава 511. Они - сокровище цивилизации

Когда Лу Чжоу вернулся домой, уже стемнело.

Он вернулся в свой давно покинутый дом. Как только открыл дверь, чихнул от скопившейся пыли.

— Как знал, что надо было обратиться в клининговый сервис, чтобы они убирались, -  Лу Чжоу помахал рукой вокруг носа и посмотрел на пыльный дверной проем.

Может, мне переночевать сегодня в отеле?

Немного подумав, парень отбросил эту идею.

За время, пока он будет добираться до отеля, успеет убрать в спальне.

Держа в руке метлу и тряпку, провел около часа, убирая свою спальню и кабинет.

Лу Чжоу прислонил метлу к стене и оглядел свой прибранный кабинет. Он вытер пот со лба и удовлетворенно улыбнулся.

— Теперь осталось только одно.

Он планировал закончить свои сегодняшние дела перед сном.

К счастью, оставалось только одно.

Лу Чжоу сел за свой привычный письменный стол и около получаса писал заявления об увольнении.

Посмотрев на совершенно темное небо за окном, положил два заявления в ящик стола и направился в спальню.

…………………………...

Специальная церемония состоялась в первом лекционном зале Института перспективных исследований.

После одобрения увольнения Лу Чжоу, ректор Годдард присвоил ему звание почетного исследователя.

Это звание напоминало звание почетного профессора в университете. В основном, оно представлялось ученым, которые внесли значительный вклад в научно-исследовательский институт, но не могли продолжать работать здесь по ряду причин.

— Вы — один из самых выдающихся ученых за всю историю Института перспективных исследований. Как ваш коллега хочу сказать, что результаты ваших исследований произвели на меня неизгладимое впечатление. Хотя мне очень жаль, что я больше не могу работать с вами, я все же надеюсь, что независимо от того, где бы вы не находились, вы сможете продолжить путь в науке.

Лу Чжоу кивнул:

— Непременно.

В лекционном зале раздались аплодисменты.

Лу Чжоу получил сертификат, который символизировал звание почетного исследователя от ректора Годдарда.

До этого он уже имел три почетных профессорских звания. Одно — от Эйсгрубера, одно — в Колумбийском университете и одно — в Цзиньлинском университете.

Лу Чжоу специально не собирал эти почетные звания. Однако ему все еще любопытно, посвятят ли когда-нибудь учебники истории целую страницу его академическим титулам.

После окончания церемонии Лу Чжоу планировал провести оставшееся время, бродя по университетскому городку Принстона. Профессор Фефферман, который ранее работал с ним над уравнениями Навье-Стокса, внезапно окликнул его.

Он достал из кармана ручку и сказал в шутливой манере:

— Хотя в Принстоне нет такой традиции, я все же хочу тебе кое-что подарить. Я получил ее на Международном конгрессе математиков в Хельсинках. Это моя любимая ручка, и я вручаю ее тебе.

Благодаря фильму "Игры разума", режиссером которого был Рон Ховард, Принстон на некоторое время стал знаменитым. И самой обсуждаемой причудой, вероятно, стала принстонская традиция дарить ручки в знак уважения.

Однако по словам самого Джона Форбса Нэша в интервью, дарить ручки — всего лишь преувеличение со стороны режиссера фильма. В Принстоне такой традиции не было. Но после выхода фильма в прокат этот обычай неожиданно приняли студенты и преподаватели Принстона.

В конце концов, у этих профессоров в ящиках находилась куча ручек, собранных с конференций со всего мира.

Что касается Международного конгресса математиков в Хельсинках, о котором говорил профессор Фефферман, то именно в тот год он получил Филдсовскую премию.

— Спасибо, — Лу Чжоу торжественно принял эту многозначительную ручку и улыбнулся. — Вы только что сделали мне такой ценный подарок, то я не могу теперь ничего не подарить в ответ.

Профессор Фефферман улыбнулся:

— Ты определенно должен дать мне что-то. Подарки надо дарить друг другу, кажется, что это китайская поговорка.

Лу Чжоу предположил, что Фефферман, вероятно, имел в виду идиому, что подарки должны быть взаимными.

Лу Чжоу улыбнулся, достал из кармана ручку и протянул ему.

Фефферман взял ручку и удивленно посмотрел на Лу Чжоу.

— Не ожидал, что ты будешь готов.

— Она просто у меня с собой, — Лу Чжоу помолчал секунду и добавил:

— Кстати, я получил ее на Международном конгрессе математиков в Рио-де-Жанейро.

— О, неужели? Тогда мне придется хорошенько позаботиться о ней, -  Фефферман улыбнулся. — Точно, у тебя все еще остались рукописи?

— Они у меня, а что?

— Если ты не собираешься забирать их, я предлагаю пожертвовать их библиотеке Файрстоуна. Хотя этот старый библиотекарь иногда кажется немного сумасшедшим, он очень бережно хранит бумажные документы.

Услышав это предложение, Лу Чжоу на секунду впал в ступор.

Пожертвовать мои рукописи библиотеке?

Раньше он об этом не задумывался.

Первоначально он планировал подарить их своим ученикам в знак памяти. Однако теперь, хорошенько подумав, решил, что профессионалы позаботятся о них лучше.

Может быть, однажды он захочет вернуться и посмотреть на них.

В конце концов, эти страницы — результат его крови и пота.

Лу Чжоу немного неуверенно спросил:

— Библиотека Файрстоуна возьмет эти листки бумаги?

Фефферман улыбнулся:

— Не только библиотека Файрстоуна, уверен, что любой музей в мире будет счастлив принять их.

…………………………………….

После того, как Лу Чжоу покинул институт перспективных исследований, он направился прямо в библиотеку Файрстоуна.

Когда он пришел туда, старик в пижаме дремал в своем кресле.

Несмотря на то, что Принстон — место, полное чудаков, все еще редко увидишь кого-то, одетого в пижаму, в библиотеке.

Лу Чжоу до сих пор помнил, как в последний раз, когда он приходил сюда, чтобы взять рукописи Лаймана Спитцера, этот старик доставил ему немало хлопот.

Однако несмотря на то, что у старика много странных черт, не было никаких сомнений в его любви к книгам.

Возможно, именно из-за своей странности, он сохранил все эти старые документы.

Когда старик увидел Лу Чжоу у входной двери, он фыркнул и издал странный смешок.

— Пришел?

Сверхъестественность старика могла напугать людей, приходивших за книгами. Лу Чжоу вздохнул и сказал:

— Прошло так много лет, разве вы не планируете изменить свой стиль? Не говоря уже о вашей жуткой улыбке.

— Кого волнует, в чем ходит старый пердун? — старик улыбнулся и потянулся за костылями. Вставая, он споткнулся:

— Не говоря уже о том, что в Принстоне полно и без меня всяких чудаков, так что я — один из нормальных.

Нет, вы, наверное, один из наименее нормальных.

Лу Чжоу мысленно пожаловался про себя.

— Когда вы планируете уйти на пенсию?

Старик улыбнулся.

— На пенсию? Когда меня положат в гроб.

Лу Чжоу услышал это и удивленно посмотрел на него.

— Думал, что в вашем возрасте стараются избегать слово "гроб".

— Почему я должен избегать его? Смогу ли я избежать смерти, избегая слова? Мы все стареем, но наша мудрость и знания останутся для будущих поколений, — старик посмотрел на Лу Чжоу мутными глазами и улыбнулся. — Ладно, скажи мне, ты здесь, чтобы взять книги или для чего-то еще?

— Я планирую вернуться в Китай.

Старик небрежно произнес "О", — без всякой другой реакции.

В конце концов, он отвечал только за эту библиотеку. Что касается кадровых перестановок в Институте перспективных исследований и Принстонском университете, то это не входило в область его интересов.

Лу Чжоу подумал о том, что он собирался сказать, и сказал:

— Когда я убирал дом, то нашел кучу своих рукописей. Некоторые из них связаны с гипотезой Гольдбаха, некоторые — с уравнениями Навье-Стокса, и может потребоваться время, чтобы упорядочить их... я пытаюсь сказать, заинтересованы ли вы в их сохранении?

Когда старик услышал, что Лу Чжоу планирует пожертвовать рукописи в библиотеку Файрстоуна, он, наконец, заинтересовался.

-  Конечно, это сокровище цивилизации. Отдай их мне, я о них позабочусь.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Только будущие поколения будут судить, являются ли они сокровищем или нет. Я просто думаю, что это хлопотно — забирать их все с собой, и они скорее всего даже не поместятся в мои чемоданы. Кроме того, если я когда-нибудь вернусь, я, надеюсь, что они останутся в том же состоянии.

Старик ухмыльнулся:

— Не беспокойся об этом. Точно так же, как ты — эксперт в математике, я — эксперт в сохранении документов.

— Неужели? Тогда я спокоен, — Лу Чжоу помолчал секунду и спросил:

— Кстати, если я захочу взять собственные рукописи, мне все равно придется клясться на Библии?

Однако старик не нашел в этом ничего смешного.

Он серьезно ответил:

— Что за глупости ты говоришь? Они — сокровище цивилизации. В тот момент, когда ты завершил их, они больше не принадлежат тебе.

Глава 512. Прощание с Принстоном

Прошло два дня с тех пор, как Лу Чжоу в дар передал свои рукописи библиотеке Файрстоуна.

Лу Чжоу связался с местной клининговой компанией и очистил весь свой дом.

На третий день он послал приглашение своему руководителю из Принстона, друзьям и профессорам на вечеринку у себя во дворе.

Одним из поводов стало прощание с Принстоном.

Другим — поздравить своих студентов с успешным окончанием учебы.

Кроме профессора Делиня, ректора Годдарда, Феффермана и Эдварда Виттена, на этой вечеринке присутствовала почти половина штатных физиков и математиков Принстона.

Поскольку Лу Чжоу — довольно общительный, у него сложились хорошие отношения с большинством людей, с которыми он общался.

Из-за этого, узнав, что он собирается уехать, многие люди пытались убедить его остаться.

— Я до сих пор помню, как двадцать лет назад, когда услышал, что Фальтингс возвращается в Германию, я чуть не расхохотался посреди своей лекции. Но, мой друг, когда я услышал, что ты уезжаешь, мне стало грустно, — Питер Сарнак поднял тост за Лу Чжоу, и его слова переполняла жалость.

Он — бывший главный редактор журнала "Математический ежегодник", а также известный специалист в области теории чисел. Когда Лу Чжоу еще учился на математическом факультете, он стал одним из рецензентов его статьи о гипотезе Гольдбаха.

Сравнивая его с Фальтингсом, профессор Сарнак больше всего уважал скромность Лу Чжоу.

Хотя у Сарнака довольно хорошие отношения с Фальтингсом, это не оправдывало высокомерия того.

Несмотря на то, что не было никакой возможности доказать это лично, но Лу Чжоу считал, что есть причина, стоящая за знаменитой фразой: "Ты — отличный шахматист, но я — лучший математик".

Делинь спросил:

— Ты собираешься вернуться?

— Да.

В отличие от других людей, Делинь не пытался убедить Лу Чжоу остаться.  Он помолчал немного и просто сказал:

— Мой руководитель... письмо, которое передал тебе Гротендик, оно все еще у тебя?

— Конечно, оно у меня.

Делинь кивнул:

-  Не потеряй его. Если оно тебе не нужно, верни его мне.

Лу Чжоу мягко кашлянул:

— Как я могу потерять его...

Самое печальное, что, хотя Лу Чжоу занимался многими разделами математики, он не добился никаких серьезных результатов исследований в самой важной отрасли — алгебраической геометрии.

Может быть, однажды, когда Лу Чжоу понадобиться мудрость Гротендика, он отправится во Францию.

Но сейчас — не время.

Делинь некоторое время смотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Я обучил многих студентов, некоторые из них — талантливы, некоторые — чрезвычайно талантливы. Если бы мне пришлось оценивать, ты — самый талантливый математик, которого я когда-либо видел, но также самый трудный для понимания... Как бы то ни было, надеюсь, что ты не растратишь свой талант впустую. Независимо от того, какие исследования или работы проводишь, надеюсь, что сможешь продолжать идти по пути математики.

Лу Чжоу радостно кивнул.

— Обязательно.

…………………….

Всему хорошему должен прийти конец.

Когда солнце начало садиться, прощальная вечеринка подошла к концу.

В течение следующих двух дней студенты Лу Чжоу успешно получили свои дипломы. Прежде чем вернуться в Китай, Лу Чжоу выделил время, чтобы помочь им подготовиться к их дальнейшему пути в образовании или будущей работе.

На самом деле, ему даже не нужно помогать им, поскольку все его ученики превосходны.

Как он сказал, независимо от того, какой математический исследовательский институт или университет они выберут, на земле не найдется места, которое отвергло бы их резюме.

Наконец, по совету Лу Чжоу, Вэй Вэнь решил написать докторскую диссертацию под руководством Эдварда Виттена. Виттен с радостью принял этого перспективного студента. Несмотря на то, что репутация этого руководителя давила на Вэй Вэня очень сильно, он все же принял этот вызов.

Что касается Джерика, то он не остался в Принстоне. Материаловедение — не сильнейшая специальность Принстона, из-за чего здесь ему очень трудно поднять свое вычислительное материаловедение на следующий уровень. Поэтому, по совету Лу Чжоу, для получения докторской степени он решил пойти в Массачусетский технологический институт.

Что касается трех докторов наук, то все они решили остаться в Принстоне.

Таким образом, все тревоги Лу Чжоу разрешились. Наконец-то он мог спокойно отправиться в обратный путь домой.

Лу Чжоу потратил несколько часов, собирая свои вещи. Затем отнес чемодан вниз и сел в свою машину, припаркованную рядом.

Цинь Юэ сидел за рулем.

Обычно, когда Лу Чжоу отправлялся в аэропорт, именно Джерик отвозил его туда.

Однако на этот раз Цинь Юэ вызвался отвезти, и Лу Чжоу, очевидно, не отказался.

Цинь Юэ поехал в аэропорт.

После того, как они вышли из машины, Цинь Юэ подошел к задней части машины и достал чемодан из багажника.

Лу Чжоу взял чемодан из рук своего бывшего студента и кивнул ему.

— Спасибо.

— Пожалуйста, это меньшее, что я могу сделать.

Лу Чжоу улыбнулся и уже собирался попрощаться со своим учеником.

Однако вдруг кое-что вспомнил. Он сунул руки в карманы и достал связку ключей.

— Ах да, я чуть не забыл кое-что... возьми.

Цинь Юэ посмотрел на ключи, брошенные в его руку, и впал в ступор.

— Что это?

— Ключи от моего дома, — Лу Чжоу улыбнулся. — У меня, вероятно, не будет времени приехать сюда, и я, скорее всего, больше не смогу здесь жить. Ты ведь скоро переедешь из своего студенческого общежития, да? Полагаю, ты еще не нашел себе жилье. Позаботься о моем доме, пожалуйста.

Цинь Юэ некоторое время смотрел на ключи в своей руке и вдруг спросил:

— Можете сказать мне номер вашего банковского счета?

— А?

Цинь Юэ серьезно сказал:

— Чтобы я мог заплатить за аренду.

— Нет нужды, — Лу Чжоу покачал головой. — Мне все равно не нужны эти деньги. Просто помоги мне прибраться в доме. И да, постарайся не трогать мой кабинет и камин. Хотя я и не знаю, когда вернусь, но все же надеюсь, что эти два места останутся прежними.

Цинь Юэ серьезно кивнул и запомнил слова Лу Чжоу.

— Я понял.

Цинь Юэ недолго пробыл в аэропорту. Попрощавшись с Лу Чжоу, он сел в машину и уехал.

Лу Чжоу смотрел, как его машина отъезжает все дальше, и улыбался, махая рукой. Затем повернулся и вошел в аэропорт со своим чемоданом.

Внезапно он услышал рядом знакомый голос.

— Лу Чжоу!

Лу Чжоу услышал, как кто-то окликнул его по имени, и остановился.

Когда обернулся и посмотрел, то был ошеломлен.

Кто-то, кого он никогда не ожидал увидеть, бежал к нему.

Словно только что пробежала марафон, Вера остановилась перед Лу Чжоу и тяжело дышала, опираясь на колени. Капелька пота упала с ее золотистых волос на землю.

Лу Чжоу не ожидал встретить ее здесь, он посмотрел на тяжело дышащую маленькую девушку и спросил:

— Почему... ты здесь? Я имею в виду, как ты сюда попала?

— Я приехала... на поезде, — задыхаясь, пробормотала Вера.

— Тебе не обязательно прощаться со мной в аэропорту.

— Я... я здесь не для того, чтобы попрощаться с тобой. Я просто должна сказать тебе кое-что... очень, очень важное.

Лу Чжоу посмотрел на нее и вздохнул.

— Ты не могла просто сказать мне по телефону или по почте?

Удивительно, но обычно покорная Вера вдруг стала упрямой.

— Нет, не могу!

Вера глубоко вздохнула и выпрямилась, приводя в порядок растрепанные волосы.

Сейчас такой неподходящий момент.

Я должна была надеть платье и нанести косметику, чтобы выглядеть презентабельно.

Но теперь уже слишком поздно.

Я слишком долго этого ждала...

Ее тонкие губы раскрылись, и из них вырвалось одно слово.

— Я...

— Я?

Я не могу колебаться, у меня больше никогда не будет шанса...

Вера глубоко вздохнула и набралась храбрости, после чего закрыла глаза.

Голосом, полным отчаяния, она наконец выкрикнула слова, которые держала глубоко в сердце.

— Я люблю тебя!

Глава 513. Я не сдамся

Атмосфера внезапно стала напряженной.

Время словно застыло.

Мимо прошли две женщины, которые с интересом посмотрели на них, ухмыляясь и перешептываясь.

Хотя говорить громко на публике — невежливо, никто не стал бы обвинять отважную девушку в том, что она набралась смелости сделать признание.

Конечно, были и парни, которые бросали на Лу Чжоу завистливые взгляды...

Эти двое молча смотрели друг на друга посреди переполненного тротуара аэропорта.

Словно признание истощило все ее мужество, белые щеки Веры, прикрытые светлыми волосами, постепенно стали багряными. Ее лицо горело, как будто пар мог пойти в любую секунду.

Она никогда раньше не говорила так громко, даже когда читала лекцию.

И она никогда никому не признавалась.

Он согласится?

Или откажет?

Что делать, если он откажет мне?

В голове у девушки вертелись миллионы мыслей.

Однако для нее эти проблемы более сложные и запутанные, чем гипотеза Коллатца, и не было ни одного вопроса, который она могла бы проанализировать и найти ответ.

В конце концов, это первый раз, когда она влюбилась в кого-то.

Что касается Лу Чжоу...

Он стоял ошеломленный.

Он наконец вышел из ступора и некоторое время молчал, прежде чем спокойно дать ответ:

— Прости, но я не могу тебе ничего обещать.

В тот момент, когда Вера услышала это, ее синие сапфировые глаза начали слезиться.

Вера слегка прикусила нижнюю губу и, опустив глаза в землю, тихо, как комар, спросила:

— Тебе нравится кто-то другой?

— Нет, вовсе нет.

Скорее всего, потому что он никогда никого не любил, он даже не знал, каково это — влюбиться в кого-то.

Он тщательно обдумал это и понял, что никогда не влюблялся, пока рос.

Может быть, принять ее признание будет хорошим выбором.

В конце концов, он не мог избежать вопроса о любви. Ему уже 25 лет, и он должен начать задумываться о второй половинке.

Если бы он прожил в одиночестве всю оставшуюся жизнь, как Ньютон или Харди, его бы это вполне устроило. Он не одержим идеей потомства.

В конце концов, по сравнению с его ДНК, есть более достойные вещи, которые он мог бы привнести миру.

Однако несмотря на то, что это его мнение, из-за традиций китайской культуры, его отец убил бы его, если бы он действительно так поступит.

Ему приходилось считаться и с чувствами других людей.

Однако даже так ему ясно, что давать пустые обещания — безответственно.

В любом случае, через час он уже будет на обратном пути в Китай.

Вера собрала все свое мужество, чтобы поднять голову, и посмотрела прямо в глаза Лу Чжоу.

В темных глазах Лу Чжоу не было ни капли уклончивости.

Однако из-за этого, будучи отвергнутой, она стала еще более подавленной.

В сапфировых глазах Веры мелькнуло отчаяние, и она опустила голову.

— Это потому, что я — слишком уродлива?

Лу Чжоу покачал головой и ответил:

— Нет, это не так.

Если ты некрасивая, то на земле нет никого, кого можно было бы считать красивым.

Объективно говоря, несмотря на то, что она кажется немного миниатюрной, судя только по ее лицу, она, несомненно, великолепная девушка.

По крайней мере, так считал Лу Чжоу.

— Тогда… это потому, что у меня слишком маленькая грудь?

Лу Чжоу мягко кашлянул:

— Нет... о чем ты говоришь.

Кстати, почему ты вдруг заговорила на такую интимную тему?

Однако он не был уверен, существует ли прямая корреляция между любовью и размером груди.

— Тогда... почему? — Вера посмотрела на Лу Чжоу. — Если ты беспокоишься о моем статусе, то я больше — не твоя ученица. Плюс я...

Она снова посмотрела на свои ноги и тихо пробормотала:

— Я ждала все это время.

Лу Чжоу некоторое время молчал.

Он посмотрел на Веру и на секунду задумался, после чего медленно заговорил:

— Ты — очаровательная девушка.

Когда Вера услышала, что Лу Чжоу использует слово "очаровательная", чтобы описать ее, она снова покраснела.

Она не знала, что ответить, но Лу Чжоу заговорил первым:

— Причина, по которой я не могу ответить на твое признание, не имеет ничего общего с тем, что ты — моя ученица, и это также не имеет ничего общего с тем, о чем ты говорила или подумала. Это потому, что я не готов к таким отношениям...

— Я не буду тащить тебя вниз, — перебила Вера Лу Чжоу и быстро добавила:

— Я могу заниматься исследованиями рядом с тобой. Я постараюсь догнать тебя... тебе не нужно тратить на меня много времени, пока ты позволишь мне быть рядом с тобой.

Лу Чжоу молча ждал, пока Вера закончит говорить, после чего посмотрел ей в глаза и серьезно произнес:

— Дело не в том, что я беспокоюсь о том, что ты тянешь меня вниз, а в том, что я не хочу тащить тебя вниз.

Они помолчали с минуту или около того.

Разговор зашел в тупик.

Лу Чжоу посмотрел на ее тонкие губы, которые слегка шевелились.

Однако она говорила так тихо, что он не мог расслышать ее слов.

Когда Лу Чжоу собирался спросить ее, Вера вдруг посмотрела ему в глаза и выпрямилась.

— Я не сдамся...

В глазах девушки вспыхнуло невиданное мужество.

Это первый раз, когда Лу Чжоу увидел ее такой.

— Ты пообещал, что, если я выиграю Филдсовскую премию, ты выполнишь для меня все, что угодно.

Разве я это сказал?

Лу Чжоу старательно вспоминал прошлое, но, казалось, забыл, что когда-то говорил подобное.

Возможно, он просто небрежно сказал это посреди разговора. В конце концов, Вера — робкая и застенчивая девушка, и она не похожа на человека, который попросит что-то из ряда вон выходящее.

Однако Лу Чжоу не ожидал, что она не только отнесется к этому серьезно, но и вспомнит об этом сейчас.

— Неужели? — Лу Чжоу ухмыльнулся. — Если ты все еще не сдашься к тому времени, мне придется согласиться с тобой.

После математической конференции в Рио-де-Жанейро прошел всего год, следующая конференция должна состояться через три года.

Не говоря уже о том, что получить Филдсовскую премию — не так просто.

Несмотря на то, что она решила гипотезу Коллатца, и до некоторой степени улучшила метод групповой структуры, она не сделала никаких поразительных и выдающихся результатов.

С точки зрения стороннего наблюдателя, решение математической гипотезы — удивительное достижение.

Однако математическое сообщество больше озабочено математическими инструментами, созданными в процессе решения гипотез или любой новой математической теории.

Из-за этого математическое сообщество считало, что Лу Чжоу внес самый большой вклад для доказательства гипотезы Коллатца. Потому что с самого начала исследовательского проекта было ясно, что Лу Чжоу имел представление о том, как решить эту гипотезу.

Однако Лу Чжоу не согласен с этой точкой зрения и против нее.

Поэтому, несмотря на то, что у Веры был потенциал для Филдсовской премии, ей потребовалось бы, по крайней мере, семь или восемь лет, чтобы получить ее...

К тому времени она, вероятно, станет немного более зрелой...

Глава 514. Возобновление эксперимента!

Наверное, для Лу Чжоу этот полет выдался самым утомительным из всех.

А еще — самым долгим.

Усталый Лу Чжоу, с растерянным видом и с чемоданом в руках, спускался по трапу.

Он тщательно все обдумал и понял, что впервые в жизни ему признались.

И это сделал его собственный ученик...

Наверное, быть красивым — действительно, проклятие?

Ван Пэн увидел усталого Лу Чжоу, поэтому он немного замешкался и сразу же взял чемодан Лу Чжоу.

— Смена часовых поясов?

Лу Чжоу зевнул и небрежно ответил:

— Да, я вообще не спал в самолете...

Ван Пэн удивленно посмотрел на Лу Чжоу.

— Не спали? Что вы делали во время десятичасового перелета?

Не спать весь десятичасовой перелет, само по себе, достижение.

— Я просто размышлял кое о чем... — Лу Чжоу отвлекся от разговора и кашлянул. — Просто отвези меня домой. Сейчас я просто хочу отоспаться.

Ван Пэн кивнул:

— Хорошо... Мне поддержать тебя?

— Не нужно.

…………………………………...

Вернувшись в Китай, Лу Чжоу сразу же переключил свое внимание на проект управляемого термоядерного синтеза.

Профессора использовали предыдущую статью Лу Чжоу о модели турбулентности плазмы стелларатора в качестве основы. Факультет информатики и факультет физики Цзиньлинского университета наконец-то закончили писать код для схемы управления плазмой.

И почти одновременно с этим завершили строительство суперкомпьютера.

Решена проблема сверхпроводящей катушки и написана схема управления. Теперь осталось лишь одно.

Провести эксперимент.

После некоторого обсуждения на совещании Лу Чжоу завершил следующий план эксперимента. Он также давал задания различным исследовательским подразделениям. Время проведения эксперимента окончательно запланировали на 20 августа.

Несмотря на то, что Лу Чжоу не планировал проводить никаких опасных экспериментов, он все же решил доложить об этом городскому совету Цзиньлина.

Однако он не ожидал, что этот обычный эксперимент воспримут столь серьезно.

20 августа, под Пурпурной горой, рядом с научно-исследовательским институтом STAR...

Лу Чжоу посмотрел на БТР и вертолет, припаркованные у входа в институт. Он кашлянул и обратился к командиру Даю:

— Это действительно необходимо? Это не ядерные испытания.

Командир Дай улыбнулся:

— Пожалуйста, не нервничайте, профессор Лу, мы делаем это на всякий случай. Военный генерал даже позвонил мне и сказал, что в случае аварии технику можно оставить, но люди должны выйти живыми.

Если несчастный случай, который вы себе навооброжали, действительно случится, мы не сможем сбежать с помощью вертолета...

Нейтронный пучок в реакции слияния отличался от гамма-лучей реакции деления. С точки зрения нейтронного луча, броня была такой же, как и картон, единственное, что могло помочь, нырнуть под воду… Впрочем, это могло и не иметь большого значения.

Лу Чжоу серьезно объяснил:

— Я должен уточнить, что управляемый термоядерный синтез безопасен. Это совершенно не похоже на ядерное оружие.

Командир все еще улыбался:

— Я знаю. Мы делаем это на всякий случай.

— ...

Поскольку командир Дай так настаивал, Лу Чжоу оставил его в покое.

БТР и вертолет в любом случае не занимали много места на парковке.

После того, как Лу Чжоу и командир прошли проверку безопасности, они последовали за охранниками и вошли в лабораторию, которая находилась под горой.

Инженеры и исследователи уже находились на своих местах и работали.

Кроме того, Лу Чжоу увидел мужчину и женщину, одетых в повседневную одежду.

Глаза молодой женщины загорелись, когда она увидела Лу Чжоу, и она сразу же подошла к нему.

— Профессор Лу, здравствуйте, я — У Цинцин из Цзиньлин Дэйли, а это мой помощник Чжан Ань.

Молодой человек, державший в руках фотоаппарат, кивнул и широко улыбнулся.

— Профессор Лу, здравствуйте!

Лу Чжоу нахмурился. Не глядя на этих двоих, он обратился к Шэн Сяньфу:

— Зачем вы пригласили репортеров?

Шэн Сяньфу беспомощно сказал:

— Я не приглашал их, они ждали у входа утром... я думал, что вы пригласили их.

У Цинцин заметила, что Лу Чжоу, похоже, не очень рад их присутствию, поэтому сразу же объяснила:

— Профессор Шэн не имеет к этому никакого отношения. Городской совет Цзиньлина пригласил нас сделать живое интервью... Если мы мешаем вашим исследованиям, мы можем уйти.

Лу Чжоу вздохнул:

— Не надо. Поскольку вы уже пришли, если хотите, можете оставаться. Но после того, как эксперимент начнется, надеюсь, что вы сможете сохранять спокойствие. Ничего не говорите, никуда не ходите и не смейте отвечать на телефонные звонки. Кроме того, если вы хотите сделать какие-либо фотографии, сделайте их сейчас.

Многие китайские и международные научно-исследовательские институты теоретической физики и плазмы любили рекламировать себя с помощью СМИ. ЦЕРН — яркий пример этого. Даже если они не проводили никаких экспериментов, они все равно проводили пресс-конференцию каждые несколько недель.

Однако Лу Чжоу не имел такой привычки. По его мнению, все результаты, кроме окончательного результата эксперимента, достойны празднования, но не публикации.

В конце концов, теоретически он мог бы получить столько крошечных результатов, сколько захочет.

У Цинцин улыбнулась и сказала:

— Я понимаю! Кстати, могу я взять у вас интервью до начала эксперимента?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Если это не займет слишком много времени.

— Профессор Лу, пожалуйста, будьте уверены, это всего лишь несколько простых вопросов, они не повлияют на вашу работу, — У Цинцин ярко улыбнулась и открыла свой блокнот, когда спросила:

— Многие люди навостряют уши, когда слышат слово "ядерный". Я хочу спросить вас, действительно ли управляемый термоядерный синтез так безопасен, как говорят эксперты? Или, скорее, что произойдет, если в стеллараторе произойдет утечка?

Когда Лу Чжоу услышал этот вопрос постороннего, он улыбнулся.

— Вы видели, как взрывается водородная бомба?

У Цинцин помолчала секунду и ответила:

— Я видела это в кино.

— Если произойдет несчастный случай, вы увидите вспышку света, а может быть, и не увидите ее вообще. Затем температура от взрыва превратит каждый дюйм вашего тела в газ, но я обещаю, что этот процесс будет безболезненным.

Видя, что лица двух молодых людей побледнели, Лу Чжоу усмехнулся.

— Просто шучу.

— Ха-ха-ха... — фыркнула У Цинцин. — Профессор Лу, вы — такой шутник...

Все ученые так шутят?

Это совсем не смешно.

— Расслабьтесь, — спокойно произнес Лу Чжоу. — Есть фундаментальная разница в реакциях синтеза и распада. Сегодняшний эксперимент касается только удержания плазмы, он фактически не будет включать никаких реакций.

Когда У Цинцин услышала, что сегодня не будет никакой термоядерной реакции, она быстро спросила:

— В чем разница между экспериментами по удержанию плазмы и экспериментами по термоядерной реакции?

— Разница в том, что мы используем водород, а не его изотоп — дейтерий.

Пока они разговаривали, инженеры закончили последние приготовления к эксперименту.

Лу Чжоу закончил разговор и жестом велел двум репортерам отойти в сторону. И в то же время дал знак персоналу забрать и выключить их мобильные телефоны и камеры. Затем он посмотрел на Шэн Сяньфу.

— Готово?

Шэн Сяньфу торжественно кивнул и сказал:

— Все готово.

Лу Чжоу кивнул и посмотрел на свои серебряные часы.

До трех часов дня еще две минуты.

Все были на своих местах.

Он посмотрел сквозь окна на стальное чудовище, стоящее посреди лаборатории.

Лу Чжоу ровным и серьезным голосом произнес:

— Тогда начинайте эксперимент!

Глава 515. Не просто 30 минут

Пекин.

В студии передачи "Дорога науки" шел выпуск, посвященный термоядерному синтезу.

— Добро пожаловать на дорогу науки, я — ваш ведущий, Чен Нань.

— Мы всегда видим управляемый термоядерный синтез в мире научно-фантастических фильмов и телевизионных произведениях. Похоже, что все наши будущие энергетические фантазии заключены в словах "управляемый термоядерный синтез".

— Тема сегодняшней программы — будущий источник энергии, которым мы все восхищаемся, — управляемый термоядерный синтез.

— Для этого мы пригласили директора Китайского международного центра реализации программы по термоядерной энергии, главного инженера и академика Чжоу Чэнфу из Юго-Западного института физики, чтобы объяснить прошлое и настоящее управляемого ядерного синтеза... все, давайте поприветствуем его!

Зрители, ведомые ведущим, начали аплодировать.

Чжоу Чэнфу вышел из-за кулис на сцену. С головой, полной седых волос, он кивнул и мягко улыбнулся аудитории, после чего сел на диван.

Последние несколько дней он посещал собрания в Пекине. Он получил приглашение от Дороги науки принять участие в передаче в качестве гостя, а поскольку не был очень занят, решил не отказываться.

Несмотря на то, что говорили, что ученые отличаются от актеров, и что ученые не нуждаются в рекламе, для таких исследователей, как он, которые работали в областях будущего, им все еще необходимо периодически мелькать в СМИ.

В конце концов, такие ученые, как он, тратят огромные деньги на исследования. Общественность заслуживает права знать, на что тратятся эти деньги, и что результаты исследований могут изменить их жизнь.

— Некоторые из вас, возможно, слышали, что несколько месяцев назад стелларатор в Цзиньлине успешно завершил свой первый эксперимент. Включая этот стелларатор, устройства магнитного удержания, такие как HT-7 и токамак EAST, а также устройства инерциального удержания, такие как SG-III и недавно предложенное устройство с обратным полем, исследователи нашей страны участвуют, в основном, во всех возможных технических маршрутах управляемого термоядерного синтеза. Мы находимся на переднем крае, — ведущий продолжал. — До появления стелларатора STAR исследования нашей страны в направлении стелларатора практически не проводились. Я хочу спросить академика Чжоу, что вы думаете о первом в нашей стране стеллараторе?

Когда Чжоу Чэнфу услышал этот вопрос, он улыбнулся и скромно ответил:

— Немного неправильно говорить, что он — первый в нашей стране. Ведь тритий — очень дорог. Прежде чем решать проблемы удержания трития и облучения плазмой материала первой стенки, мы обычно экспериментируем с водородом.

— Вы знакомы со стелларатором STAR?

Чжоу Чэнфу улыбнулся:

— Я знаю немного, но достаточно.

— Тогда не могли бы вы объяснить нам, что в нем особенного?

Чжоу Чэнфу ухмыльнулся:

— С точки зрения его особенностей, вероятно, это, правда, первый настоящий стелларатор в нашей стране. Но вы, возможно, не слышали о его происхождении. Однако я могу сказать вам, что это немецкое устройство WEGA. Эту машину списали еще в тринадцатом году, и с тех пор она хранилась во Франкфурте. Так было до тех пор, пока профессор Лу не отправился в Германию по академическому обмену и не положил на нее глаз. Поэтому он убедил обе страны и потратил около 500 миллионов евро на финансирование исследований, чтобы купить эту машину у немцев.

Ведущий удивился:

— 500 миллионов евро? Это почти 4 миллиарда юаней... неужели управляемый термоядерный синтез так дорог?

Зрители тоже были поражены.

4 миллиарда юаней!

Бедность ограничивала их воображение. Они и представить себе не могли, что исследования будут стоить столько денег.

Чжоу Чэнфу улыбнулся и никак не отреагировал на это.

— Все относительно. Это совсем немного по сравнению с финансированием математических исследований. Но если сравнить его с космической станцией или адронным коллайдером, то он немного дешевле.

Конечно, это куда больше, чем просто "немного" дешевле.

— Тогда вы думаете, что воскресший стелларатор сможет повторить тридцатиминутную отметку Венделштейна 7-X?

Чжоу Чэнфу, похоже, не понравилось слово "воскресший", поэтому он подсознательно нахмурился. Однако он вспомнил, где находился, поэтому вновь расслабился.

— Тридцати минут? — Чжоу Чэнфу улыбнулся и покачал головой. — Было бы здорово, если бы они могли запустить его в течение 2 минут.

Ведущий с удивлением посмотрел на академика:

— Вы не испытываете оптимизма по поводу их устройства?

— Дело не в моем оптимизме. Причина, по которой Вендельштейн 7-X смог достичь тридцати минут удержания плазмы, заключалась в особой конструкции катушки внешнего поля и наиболее важном факторе диверторе водяного охлаждения. Хотя у WEGA также есть этот дивертор с водяным охлаждением, их дивертору — двадцать лет. Он намного хуже, чем нынешний дивертор Вендельштейна 7-X. Если стелларатор STAR хочет повторить успех Вендельштейна 7-X, тогда им придется обновить дивертор. Однако они явно этого не делали.

Он не шутил. Причина, по которой Вендельштейн смог достичь 30 минут, в основном, связана с дивертором. По крайней мере, так думали немцы.

И новейший дивертор, очевидно, не установлен на WEGA.

Даже если пренебречь этими факторами, просто судя по статье, которая вышла с нападками на них два месяца назад, исследовательский институт STAR ничего не сделал.

Прямо сейчас Чжоу Чэнфу уверился, что Лу Чжоу хочет сразиться с ним, но машина просто ничего не могла сделать.

Поэтому он не испытывал никакого давления, говоря подобное на телевиденье.

— В настоящее время основным направлением международных исследований управляемого ядерного синтеза по-прежнему является токамак. Затем идут термоядерное устройство инерциального удержания, а потом — устройства с обратным полем, о котором вы только что говорили… Теоретически все эти технические маршруты возможны. Мы просто должны решить все проблемы, с которыми сталкивается определенный технический маршрут, и конечным пунктом назначения будет термоядерная энергия, которую мы все отчаянно жаждем. Это так же, как грузовик и седан, пока у них есть четыре колеса, они все еще могут ехать.

Публику позабавила эта аналогия, и все они заулыбались.

Чжоу Чэнфу помолчал секунду и продолжил:

— Стелларатор слишком сложен с инженерной точки зрения. В отличие от этого, токамак гораздо более лаконичен, и он имеет относительно низкую инженерную сложность. Нам не нужно пробовать каждый технический маршрут. Вместо того, чтобы испробовать все возможности, было бы лучше сосредоточить наши ограниченные ресурсы в наиболее оптимальном пути. Вместо случайных попыток в других направлениях — это логичный выбор для исследований!

………………………….

Чжоу Чэнфу в хорошем настроении покинул студию, в его голове все еще слышались аплодисменты.

Несмотря на то, что подобные научные шоу для публики не имели большого эфекта, всякий раз, когда он думал о том молодом парне, который игнорировал его, он не мог не чувствовать облегчения.

Внезапно у него в кармане зазвонил телефон.

Он достал телефон и увидел, что звонит Цзян Лян, поэтому ответил и приложил телефон к уху.

— Алло.

— Директор! Директор Чжоу!

— Что? — Чжоу Чэнфу услышал, как взволнован Цзян Лян, и нахмурился.

— Институт STAR!

Чжоу Чэнфу нетерпеливо спросил:

— Говори полными предложениями, что случилось с ними?

— Вчера они возобновили свой эксперимент!

Сердце Чжоу Чэнфу упало, когда услышал это, и он сразу же спросил:

— Они возобновили эксперимент? Почему я ничего об этом не слышал? Скажите, как прошел их эксперимент? Они достигли тридцати минут?

Цзян Ляна засыпали вопросами, и на его лице появилась горькая улыбка.

— Не тридцать минут...

Когда Чжоу Чэнфу услышал, что еще нет и тридцати минут, он вздохнул с облегчением.

Однако, прежде чем он успел почувствовать облегчение, произошло еще кое-что.

Цзян Лян, который все еще был на другом конце провода, сказал с печалью и недоверием в голосе:

— Я видел в Цзиньлин Дэйли, что они достигли одного часа...

Глава 516. Это невозможно!

Он почти не мог дышать.

— Один час?!

Пальцы Чжоу Чэнфу дрожали, и он чуть не уронил свой телефон на землю. От шока у него чуть не выпали глаза, а все его лицо покраснело.

— Как это возможно?!

Невозможно!

Просто невозможно!

Даже последнее достижение Вендельштейна 7-X составляло всего 30 минут.

Как они модифицировали WEGA, что был выведен из эксплуатации в 2013 году, чтобы иметь возможность достичь часового времени работы?

Как, черт возьми?

Цзян Лян обливаясь потом сказал:

— Я... я только узнал об этом. Я позвонил вам, как только узнал... как насчет того, чтобы... я съездил в Цзиньлинь и посмотрел, можно ли?

— Не нужно.

Чжоу Чэнфу глубоко вздохнул и постепенно успокоился.

Хотя он и не хотел в это верить, но поскольку Цзиньлин Дэйли писали об этом, то маловероятно, что это обман.

Нет выгоды сфабриковывать подобные новости, поскольку такое только осчастливит членов городского совета Цзиньлина, что довольно бесполезно.

Ведь частные капиталовложения в такие крупномасштабные проекты, в принципе, ничтожны. Большая часть финансирования их исследований поступала от правительства. Любительская статья Цзиньлин Дэйли или даже научного журнала, если уж на то пошло, не повлияет на правительственные решения о финансировании.

Поэтому, поскольку новость впервые опубликована Цзиньлиньской газетой, достоверность источника высока.

Однако к тому времени, когда общественность узнала об этой новости, Лу Чжоу и его команда, вероятно, уже готовили свои статьи в Nature и Science.

Чжоу Чэнфу подумал об этом, и в его глазах мелькнул страх.

Он не ожидал, что этот парень окажется таким умным. Он намеренно не отреагировал на его провокационную статью. Вместо этого тот вырыл яму и стал ждать, когда он прыгнет в нее.

К счастью, он не сделал ничего из ряда вон выходящего. В противном случае, было бы сложно разрешить сложившуюся ситуацию...

Однако Чжоу Чэнфу кое-чего не понимал.

С самого начала Лу Чжоу никогда не воспринимал его как противника. Все, что делал Лу Чжоу, лишь шаг за шагом следовал своему плану исследований.

Цзян Лян тихо спросил:

— Чжоу, директор Чжоу, что нам теперь делать?

На лице Чжоу Чэнфу появилась горькая улыбка.

Что же нам делать?

Он тоже размышлял об этом.

Это можно легко решить, если бы Лу Чжоу находился под той же юрисдикцией, что и он. К сожалению, Лу Чжоу не входил ни в Китайскую национальную ядерную корпорацию, ни в международный центр по реализации программы термоядерного синтеза в Китае.

Проще говоря, он не имел никакой власти над Лу Чжоу.

Похоже, его обычная тактика здесь не сработает.

Конечно, все это второстепенно.

Самой важной частью было время магнитного удержания в один час, поскольку это прорывной скачок.

Сам результат уже захватывал...

………………………...

В каком-то смысле анализ Чжоу Чэнфу на телепередаче — верен.

Дивертор — один из самых важных компонентов в управляемом термоядерном устройстве. Что также было одним из недостатков в области управляемого термоядерного синтеза Китая. Без решения проблемы дивертора, теоретически, не было никакого способа для стелларатора STAR работать лучше, чем WEGA.

Другими словами, если бы решилась проблема дивертора, то время магнитного удержания токамака также могла быть увеличена... конечно, были и другие нерешенные проблемы, такие как разрыв магнитной поверхности внутреннего плазменного тока.

Однако дело не в этом.

Чтобы достичь длительного времени удержания плазмы, нужно было бы решить проблему рассеивания тепла материалом первой стенки. Увеличение скорости охлаждения — не единственный способ решить эту проблему.

Усовершенствование схемы управления за счет точного управления внешним полем катушки позволило бы уменьшить непосредственный контакт плазмы и первого материала стенки. Это может произвести тот же эффект.

Хотя с технической точки зрения этот подход сложнее, чем охлаждение дивертортором, с инженерной точки зрения, трудностей почти нет.

После того как они разработали схему управления, достижение 30 минут удержания стало только вопросом времени.

Однако Сяо Ай сыграл решающую роль в том, как получилось осуществить скачок от получаса до одного часа.

После того, как суперкомпьютер построили, Лу Чжоу выполнил свое соглашение с Сяо Аем и дал ему новый дом.

Его первоначальный сервер действовал как "ретранслятор" между его локальной сетью и интернетом, чтобы он мог напрямую связываться с Сяо Аем через свой телефон.

Что касается проблем безопасности...

Честно говоря, если бы кто-то смог взломать искусственный интеллект, который дала ему высокотехнологичная система, он признал бы поражение.

В конце концов, любой, кто способен на такое, скорее всего, не с Земли.

Короче говоря, после того, как Сяо Ай переехал в свой новый дом, он, наконец, сделал что-то полезное.

С помощью алгоритма схемы управления, который хранился в суперкомпьютере, и анализа экспериментальных данных плазмы, он значительно улучшил и оптимизировал исходный алгоритм схемы управления.

В день эксперимента Лу Чжоу начал эксперимент, как и было запланировано.

Их первоначальный план состоял в том, чтобы достичь тридцати минут. Однако после тридцати минут эксперимента они не ожидали, что датчики покажут, что реактор работает нормально.

После этого он получил сообщение от Сяо Ая.

"(๑•̀ᄇ•́)و✧."

Поэтому после короткого разговора с Сяо Аем, Лу Чжоу решил изменить план эксперимента на ходу. Он приказал своему помощнику Шэн Сяньфу продолжать эксперимент, и поставил целью эксперимента — в один час…

Это была история, стоящая за шокирующим достижением времени работы.

……………………………...

Внутри белоснежного системного пространства.

Лу Чжоу стоял перед полупрозрачной панелью задания и смотрел на детали завершения задания.

1. [Поздравляю, пользователь, с завершением задания отраслевой ветви "Искусственный интеллект"!]

2. [Цепочка заданий: Fusion Light ]

[Дополнительное задание: часовое удержание плазмы высокой плотности. (Выполнено!)]

Первое задание из его отраслевой ветви.

После стольких лет он почти забыл о его существовании.

Согласно правилам вознаграждения системы, повышение его отраслевой ветви "Искусственный интеллект" до второго уровня также дало ему 10 000 очков опыта в области информатики, что повысило его информатику до второго уровня.

Второе задание дало ему 50 000 очков инженерного опыта, ровно столько, чтобы он мог повысить уровень.

Кроме того, он также получил 500 баллов.

Этот эксперимент можно считать огромным успехом.

Лу Чжоу закрыл панель заданий и приказал:

— Система, открой мою панель характеристик!

По экрану пробежал голубой свет. Вскоре перед ним предстала его обновленная панель характеристик.

[Основные науки:

A.Математика: LV7 (44000/1200000)

B.Физика: LV5 (83215 / 300,000)

C.Биохимия: LV4 (74000/100000)

D.Инженерное дело: LV4 (0/200000)

E.Материаловедение: LV5 (13000/200000)

F.Энергетика: LV2 (0/50000)

G.Информатика: LV2 (3000/50000)

Баллы: 5475 (один билет счастливой лотереи)]

[Технологическая отрасль:

Искусственный интеллект: LV2 (0/50 000)]

Лу Чжоу взглянул на обновленные характеристики и удовлетворенно кивнул.

С тех пор как он начал цепочку управляемого термоядерного синтеза, он чувствовал, что растет со скоростью света.

Единственным недостатком являлось то, что он не получил много опыта по математике.

Будучи математиком, подобное не могло не расстраивать его...

Глава 517. Потрясение научного сообщества физиков плазмы

Исследователи из института STAR провели около трех дней, анализируя данные эксперимента.

В то же время Лу Чжоу, который отвечал за обобщение данных, закончил писать соответствующую статью. С более чем тридцатью авторами, Лу Чжоу, наконец, представил работу в редакцию журнала "Science".

Как только он закончил писать статью, у него зазвонил телефон.

Лу Чжоу поднял трубку. Увидев, что ему звонит академик Пань, он ответил на звонок.

Сразу же он услышал смех на другом конце.

— Парень, ты — совсем ужасен! Ты, и правда, решил доставить головной боли старику Чжоу. Он, наверное, думает, как взять свои слова обратно.

Лу Чжоу сидел, откинувшись на спинку своего офисного кресла, с пофигистичным лицом.

Это он нацелился на меня, а я ничего такого не делал.

Даже если я скажу, что это было не преднамеренно, уверен, мне особо никто не поверит.

Академик Пань сделал паузу на секунду, прежде чем сказал более серьезным тоном:

— Честно говоря, когда я услышал, что по плану второго эксперимента было тридцать минут, я сильно удивился. Никогда не думал, что в итоге недооценю твои способности. Я уверен, что немцы также не ожидали, что их списанная машина WEGA отработает так хорошо.

Даже при том, что время только удвоили, подобное нельзя сравнивать линейно.

Не будет преувеличением сказать, что одно это достижение поставило бы их на много миль впереди остального мира в области исследований управляемого термоядерного синтеза.

— Что дальше? Что планируешь?

Лу Чжоу улыбнулся.

— В следующий раз я собираюсь сыграть серьезно.

Академик Пань с недоверием спросил:

— Реактор DEMO?

Лу Чжоу, держа в руке телефон, кивнул.

— Да.

Академик Пань мог только глубоко вздохнуть на решительный ответ Лу Чжоу, поскольку был полностью потрясен.

Несмотря на то, что экспериментальный реактор напоминал реактор DEMO, они — совершенно разные.

Первый способен удовлетворить только самые базовые экспериментальные требования экспериментов с плазмой, в то время как второй был термоядерным устройством, которое требовало ряда технических требований, таких как удержание плазмы, реакции синтеза и соответствующий выход энергии.

Ни для кого не стало неожиданностью, что на долгое время этот реактор стал главным проектом управляемого термоядерного синтеза для Китая и даже мира.

Без преувеличения можно сказать, что первое, в сравнении со вторым, детская игра.

Несмотря на то, что эксперименты по управляемому термоядерному синтезу проводились уже более полувека, и по всему миру появились различные экспериментальные реакторы, но будь то Принстонский институт физики плазмы или Институт физики плазмы Общества Макса Планка, на земле не было ни одного учреждения, которое могло бы создать термоядерный реактор DEMO.

А план строительства реактора DEMO всегда находился в рамках графика работы различных крупных научно-исследовательских институтов.

Академик Пань немного поколебался, прежде чем неуверенно спросил:

— Не слишком ли рано начинать строить реактор?

Даже при том, что время магнитного удержания плазмы высокой плотности в один час достойно празднования, было все еще довольно амбициозно начать строить реактор DEMO сейчас.

Что касается академика Паня, то здесь было много серьезных вопросов, которые еще не решены.

Когда он услышал, насколько уверен в себе Лу Чжоу, он не мог не волноваться, опасаясь, что Лу Чжоу станет слишком высокомерным.

Парень улыбнулся, услышав вопрос академика Паня.

— Еще не слишком рано. Есть много вещей, которые мы можем сделать во время исследования. Нам не нужно ждать, пока все будет готово. Не говоря уже о том, что самое важное, сверхпроводящий магнит и схема управления, уже решено. Я уверен, что это только вопрос времени, когда будут изобретены радиационно стойкие материалы для первой стенки. Пока условия совпадают, я уверен более чем на восемьдесят процентов в осуществимости постройки этого реактора.

Лу Чжоу хотел сначала построить компоненты для реактора, такие как орбита реактора, катушка внешнего поля, дивертор. Для задач, которые невозможно было решить с инженерной точки зрения, таких как материал первой стенки, он должен подождать, пока они не будут разработаны. После этого он мог изготовить и установить его.

Однако масштабы реактора DEMO совершенно отличались от экспериментального реактора, и они — на абсолютно разных уровнях.

И его финансирование исследований — на исходе.

Когда Лу Чжоу думал об этом, он подсознательно смотрел на ручку, лежащую на углу стола.

Похоже, мне снова придется писать письма.

…………………...

Для большинства людей представить статьи в ведущие журналы, такие как "Science и Nature", непростая задача, но не для Лу Чжоу.

Даже отбрасывая тот факт, что он — лауреат Нобелевской премии, и имел хорошую репутацию в академических кругах, просто из его прошлого сотрудничества с редакционным отделом "Science" и силы, стоящей за словами "термоядерный синтез", достаточно, чтобы редакционный отдел серьезно рассмотрел его статью.

С данными не было никаких проблем, и Лу Чжоу не пришлось долго ждать, прежде чем его статью опубликовали в последнем номере журнала "Science".

После публикации статьи люди наконец узнали о чуде, которое произошло на стеллараторе STAR. Все сообщество физиков плазмы взорвалось.

Как долго длится один час?

Всего год назад различные страны использовали секунды для измерения времени работы своих токамаков.

Результаты этой работы были не по дням, а по часам, вне всяких других национальных научно-исследовательских институтов.

Однако, если бы кто-то использовал импульсный воспламенитель, ему не потребовалось бы такое долгое время заключения. Но шок, который пришел с этим часовым достижением, все еще был способен удивить всех ученых, которые обращали внимание на эту машину.

Не только в академических кругах, но и успех стелларатора STAR также вызвал внимание широкой общественности, что привело к множеству горячих дискуссий в интернете.

Некоторые люди нажимали на кнопку "Нравится", думая, что это огромный шаг в будущее.

Некоторые выражали свое беспокойство, когда думали, что люди все ближе и ближе подходят к своему собственному самоуничтожению.

В то время, как некоторым, было все равно.

В конце концов, они не в первый раз видели новости о контролируемой термоядерной энергии. Двадцать лет назад кто-то сказал, что управляемая энергия ядерного синтеза будет достижима, самое позднее, через двадцать лет. Однако никто не смог выполнить это первоначальное обещание.

Но в любом случае, для подобного крупного научного прорыва, CTV стоял на политическом уровне и уделял самое пристальное внимание.

В своем последнем выпуске новостей телеканал CTV специально выделил время для обширного рассказа об этом.

— Несколько дней назад Научно-исследовательский институт STAR в Цзиньлине опубликовал статью в журнале "Science", в которой раскрыл подробности их последнего эксперимента по управляемому термоядерному синтезу.

— В этом эксперименте китайский лауреат Нобелевской премии профессор Лу Чжоу и его исследовательская группа смогли успешно достичь одного часа времени удержания плазмы.

— По мнению экспертов отрасли, этот технологический прорыв, как ожидается, откроет новую главу в исследованиях управляемого термоядерного синтеза...

Как обычно, новостной сегмент CTV привел цитаты иностранных СМИ.

Перед камерой сидел профессор Бертон Рихтер, лауреат Нобелевской премии 1976 года, и консультант компании Three Alpha. Репортер CBS спросил его мнение о стеллараторе STAR, в котором он описал свое удивление.

— Когда мой коллега сказал мне, что кто-то смог достичь времени магнитного удержания в один час, я сначала подумал, что это глупый розыгрыш. Так было, пока он не нашел статью в последнем номере "Science" и не показал ее мне.

— Даже сейчас я все еще удивляюсь. Особенно когда услышал, что стелларатор — модифицированная версия WEGA, что только усилило мой шок.

— Мы никак не могли добиться чего-то подобного, когда даже Венделштейн 7-Х не мог этого сделать.

— Думаю, Китай занял лидерство в исследованиях управляемого термоядерного синтеза. Если самое важное — сверхпроводящий материал и схема управления решили, то им нужно только решить проблему материала первой стенки, прежде чем они смогут построить реальный термоядерный реактор DEMO. В конце концов, преобразование тепловой энергии в электрическую, само по себе, не сложная проблема.

На лице Бертона Рихтера отразилась смесь эмоций.

— Мы уже полвека лидировали в области управляемого термоядерного синтеза, но очень вероятно, что на финише мы проиграем. Я не шучу, Министерство энергетики должно отнестись к этому вопросу очень серьезно...

Независимо от того, серьезно ли министерство энергетики США отнеслось к этому вопросу, стелларатор STAR привлек внимание многих высокопоставленных китайских чиновников.

Статья, опубликованная в журнале "Science", выдвинула словосочетание "управляемый термоядерный синтез" на передний план в СМИ. В то же время в кабинете господина президента появилось написанное от руки письмо от Лу Чжоу.

Это письмо затронуло чувствительные нервы множества людей...

Глава 518. 40 миллиардов

Пекин.

Таинственное место внутри Кольцевой дороги.

Руководитель Лу остановился перед дверью кабинета и глубоко вздохнул. Он протянул руку и осторожно постучал в дверь.

Услышав "войдите", он открыл дверь и вошел внутрь. После чего почтительно произнес:

— Господин, вы вызывали меня?

Старик посмотрел на главу управления по делам энергетики, стоявшего в дверях, и мягко улыбнулся.

— У меня есть письмо, возьми его и прочти.

Не колеблясь, руководитель Лу подошел и взял письмо со стола.

Он взглянул на заголовок письма и сразу все понял.

В Китае всего несколько человек могли напрямую отправлять письма в этот кабинет.

Как он и ожидал, это письмо связано с случившимся в Цзиньлине.

"Уважаемый...

Уверен, что вы слышали о последнем эксперименте нашего исследовательского института STAR. Где наши исследователи смогли достичь одного часа магнитного удержания.

Этот результат исследования позволяет мне полагать, что в ближайшем будущем дейтерий станет совершенно новым, важным источником энергии для нас. Этот вид энергии — чище и эффективнее, чем любой другой, который мы знаем.

Теоретически, один килограмм смеси дейтерия и трития может высвободить 108 миллионов киловатт-час энергии, которую можно преобразовать в 37,8 киловатт-часов электроэнергии при коэффициенте преобразования 35%.

По приблизительной оценке, нам потребуется всего 167 тонн смеси дейтерия и трития, чтобы удовлетворить ежегодные потребности Китая.

Помимо того, что тритий может быть использован в качестве промежуточного продукта, основной расходный материал, дейтерий, стоит менее 4000 юаней за килограмм. А за счет расширения масштабов производства эта стоимость может быть значительно снижена.

Основываясь на этих очевидных фактах, мы можем вывести с помощью простого расчета, что стоимость энергии на основе ядерного синтеза будет меньше, чем тысячная часть стоимости традиционной тепловой энергии.

Создание этой энергии полностью изменит энергетическую структуру современного общества. Это полностью изменит наш образ жизни и производство... Это изменит все, что мы знаем.

Как ученый, я обязан напомнить вам, что мы находимся на переломном этапе истории, и дверь в новую эру находится прямо перед нашими глазами.

Конечно, стоимость открытия этой двери будет огромной.

А открывать эту дверь или нет... зависит от вас."

На этом письмо не заканчивалось, дальше шел график коммерциализации технологии управляемого термоядерного синтеза, цели реактора DEMO и заявление на финансирование.

Руководитель Лу не успел дочитать письмо до конца. Прочитав первую страницу, он нахмурился.

Все письмо заполняли вежливые формулировки. Речь шла о прекрасных перспективах термоядерной энергии, и насколько она важна. Однако между строк письма он увидел только: "дайте мне деньги".

Дальше шел план, в нем содержался подробный перечень предполагаемых оценок профессора Лу для различных компонентов реактора, а также ожидаемой производительности.

"Цель проекта: завершить строительство реактора DEMO к 2025 году.

Критерии оценки: прототип источника отрицательных ионов — 0,45 х 3,2 м, плазма на высоких частотах имеет однородность более 95%, плотность тока вывода отрицательных ионов — не менее 300А/м^2, интенсивность пучка — больше 20А, энергия пучка отрицательных ионов достигает 200кэВ, продолжительность стабилизации — до60 минут..."

Хотя он встречался с Лу Чжоу несколько раз, но никогда не ожидал, что профессор Лу также занимается инженерным делом. План выглядел вполне нормальным.

Он прочитал план от начала до конца.

Чем больше читал, тем серьезнее становился.

Руководитель Лу отложил письмо и покачал головой.

— 43 миллиарда юаней... профессор Лу действительно знает, как заставить нас тратить деньги.

Дело не только в деньгах.

Особенно строка в плане — "только этот реактор может удовлетворить потребности в электроэнергии всей провинции Цзянсу".

Выглядела внушительно, но это очевидное, ничем не подкрепленное, хвастовство.

Следует знать, что ежегодное потребление электроэнергии в Цзянсу составляло 580,78 млрд кВт * ч, уступая только гуандунскому 596,89 млрд кВт * ч, а потребление Цзянсу занимало второе место в стране!

Даже если бы этот генератор работал 24 часа в сутки, для производства 580,79 млрд кВт*ч в год потребовалось бы не менее 66 300 МВт непрерывной мощности!

Что означает выходная мощность в 66 300 МВт?

Общая мощность плотины "Три ущелья" составляла всего 22 000 МВт, в то время как шесть атомных энергоблоков Дайя-Бэй в сумме составляли всего около 6000 МВт.

А это значит, что мощность одного термоядерного реактора эквивалентна мощности трех плотин Три ущелья? Или одиннадцати атомных энергоблоков Дайя-Бей?

Что это за чудовищный реактор?

Здравый смысл подсказывал господину Лу, что это невозможно.

Если бы этот план разрабатывал кто-то другой, он бы, не задумываясь, выбросил его в мусорное ведро.

Однако...

Это от профессора Лу.

И когда он хорошенько подумал об этом, это действительно заманчиво...

Когда президент посмотрел на озадаченного директора Лу, он улыбнулся и спросил:

— Что вы думаете?

— План — чрезвычайно амбициозен, я не знаю, откуда у него такая уверенность, но... — руководитель Лу понял, что старик не спрашивает его мнения, поэтому он на секунду заколебался, прежде чем осторожно сказать:

— Я уверен, что написанное им, именно то, что нам нужно!

Китай — огромная потребитель энергии. Их ежегодное потребление угля и нефти измерялось миллиардами тонн. Особенно их потребление угля, которое составляло почти половину от общего потребления угля в мире!

Если письмо профессора Лу правдивое, то потребности всей их страны в электроэнергии могут быть удовлетворены всего лишь 167 тоннами смеси дейтерия и трития, то при широком применении термоядерной энергии будущие энергетические расходы Китая составят лишь часть нынешних затрат!

Кроме того, мотивирующими факторами были не только политическая и экономическая ценность, но и фактор чистоты.

Благодаря субсидиям для возобновляемых источников энергии, предоставляемым государством, различные провинциальные административные районы были склонны выполнять свою квоту на минимальное потребление возобновляемых источников энергии. Государство всегда стремилось развивать экологически чистую энергетику.

Это одна из причин, по которой на каждом крупном правительственном совещании поднималась тема о энергосбережении.

Термоядерная энергия — эффективная, дешевая, изобильная, и почти не вызывала загрязнения окружающей среды. Это могло бы в принципе решить все проблемы Китая в его стратегии развития энергетики, раз и навсегда.

Если все это достижимо, государство должно развивать эту технологию любой ценой.

-  Это довольно амбициозно, — старик кивнул и сделал паузу на секунду. — Но я думаю, что стоит попробовать.

Лицо руководителя Лу тут же стало взволнованным, и он с почтением сказал:

— Я понял.

Хотя в его сердце все еще оставались некоторые сомнения относительно содержания этого письма, его сомнения — больше не важны.

Проект стоимостью 40 миллиардов юаней не может быть разрешен одним человеком. Судя по тому, как спокойно прозвучали слова старика, очевидно, что это предложение единогласно одобрено руководителями страны.

Поскольку руководители свыше согласились с этим предложением, ему оставалось только одно.

А именно: разработать план, который отвечал бы всем требованиям профессора Лу, и сделать все возможное, чтобы этот проект реактора DEMO начался как можно скорее!

Сидя за столом, старик вдруг о чем-то задумался.

— Кстати, а как продвигается проект Китайского международного центра реализации программы термоядерного синтеза?

Руководитель Лу честно ответил:

— Глядя на график, они планируют начать строительство реактора DEMO в 2025 году... однако, учитывая, что различные условия не выполняются, я боюсь, что это может быть отложено.

Старик покачал головой и сказал:

— Так медленно...

Сравнение — вор радости.

При сравнении этих двух проектов реакторов, разрыв во времени — очевиден.

— Научные исследования нельзя торопить.

— Вы правы, нужно двигаться медленно и уверенно. Тогда пусть они медленно проводят свои исследования. Поскольку в настоящее время им не нужны деньги, просто возьмите часть из финансирования их исследований.

Глава 519. Безысходная реальность

В то время как стелларатор STAR всполохнул область управляемого термоядерного синтеза, шокировав все сообщество физиков плазмы, Грайфсвальд, который находился на берегу Балтийского моря, был так же спокоен, как и всегда.

Лаборатория Вендельштейна 7-X находилась в этом небольшом городке. Исследователи и инженеры собирались работать, выполняя свои обычные задачи, просто небрежно попивая кофе и болтая во время обеденных перерывов...

Однако лица каждого были немного подавленными.

Всего несколько дней назад недавно опубликованная статья в "Science" полностью разрушила их гордость.

Долгое время они находились на переднем крае исследований стелларатора.

Даже в Принстонской лаборатории физики плазмы, которые изобрели стелларатор, отставали от их исследований.

Однако несколько дней назад их лидерство полностью разрушено.

Стелларатор STAR, расположенный в Цзиньлине, Китае, смог достичь одного часа времени удержания плазмы.

Не будет преувеличением сказать, что этот технологический прорыв не только опередил их нынешние исследования, но и оказался на пороге финишной черты.

А самое неприятно то, что они понятия не имели, как те это сделали...

Кербер серьезно смотрел на статью в руках.

Он перечитывал ее уже какой раз.

Однако, независимо от того сколько раз он читал ее, когда видел ослепительные данные, он не мог не чувствовать себя потрясенным этой работой.

Рядом с ним стоял его помощник Прайс. Прайс глубоко вздохнул и не смог сдержать удивления:

— Не могу поверить в это... как они это сделали?

Профессор Кербер покачал головой. Положив статью на стол, он сказал:

— Я не знаю. Если бы знал, мы бы сейчас так не сидели.

Он возглавлял лабораторию Вендельштейн 7-Х, так что рядовые исследователи не могли себе представить, под каким давлением он находился.

В конце концов, именно он убедил Общество Макса Планка и Объединение немецких исследовательских центров имени Гельмгольца продать WEGA.

Несмотря на то, что это не совсем его вина, он пообещал, что все технологии компонентов WEGA, по крайней мере, на два поколения отстают от технологий Вендельштейна 7-Х.

Но даже так он все еще твердо верил в свое предыдущее заявление, хотя, скорее всего, теперь не так много людей доверяли ему.

Прайс вдруг с сомнением спросил:

— Возможно, они подделали данные?

Кербер покачал головой:

— В данных нет никаких проблем. Вероятность того, что они обманывают, практически равна нулю.

— Но профессор Лу — математик, — мягко напомнил ему Прайс.

На самом деле, Прайс хотел сказать, что, если бы кто-то уровня Филдсовской премии захотел создать ложные данные, никто даже не смог бы распознать.

Однако Кербер покачал головой и серьезно сказал:

— Я верю в его академическую репутацию. Кроме того, у него нет причин делать что-то подобное.

Внезапно раздался стук в дверь, и вошел исследователь.

— Профессор, президент Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца профессор Миллек и генеральный секретарь Норберт из федерального министерства экономики и технологии находятся снаружи.

Услышав это, Кербер устало вздохнул и медленно поднялся.

— Понял, пойду встречусь с ними.

…………………………….

Первый этаж лаборатории.

Как только профессор Кербер пришел сюда из кабинета, он увидел группу людей, вошедших в здание.

Профессор Кербер посмотрел на двух человек, возглавлявших группу. Он прочистил горло и натянуто улыбнулся.

— Профессор Миллек, Мистер Норберт, добро пожаловать в лабораторию Венделштейна 7-Х... что привело вас сюда?

Профессор Миллек не улыбнулся. Вместо этого он холодно произнес:

— Прекратите нести чушь, отведите меня внутрь.

Профессор Кербер удивился:

— Внутрь?

— Внутрь Вендельштейна 7-Х.

— Вендельштейн 7-Х? К сожалению, на сегодня не запланированы эксперименты.

— Мне плевать на эксперименты, — профессор Миллек пристально посмотрел на Кербера и строго произнес:

— Отведи. Меня. Внутрь.

— Хорошо.

Профессор Кербер немного поколебался, прежде чем кивнуть.

В научных кругах тот, кто контролировал финансирование исследований, являлся боссом.

Так в любой стране.

Профессор Кербер чувствовал себя сейчас не лучшим образом. На самом деле, он чувствовал себя ужасно. Однако он все еще должен был похоронить эти негативные эмоции в себе.

В конце концов, большая часть финансирования исследований для лаборатории Вендельштейн 7-X контролировалась этими двумя людьми.

Группа людей во главе с профессором Кербером вошла в научно-исследовательский институт. Вскоре они прибыли в лабораторию, где хранился Венделштейн 7-Х.

Этот стальной бегемот стоял в центре лаборатории. Профессор Миллек подошел и лично осмотрел устройство.

Профессор Кербер был смущен его действиями и спросил:

— Вы удовлетворены?

Профессор Миллек отступил на два шага и кивнул.

— Очень хорошо, он все еще здесь.

— Что еще здесь?

Профессор Миллек пристально посмотрел на Кербера и прямо ответил:

— Я думал, что за 500 миллионов евро вы даже свои последние трусы продали.

Кербер странно посмотрел на него.

— Я не знаю, почему вы так думаете, но будьте уверены, потому что... Вендельштейн 7-X не обладает такими возможностями.

Хотя это и было неприятно, это только факты.

Эксперимент в час дотла сожжет их первую стенку.

Но если бы они действительно попытались заменить свои внешние катушки материалом СГ-1 и улучшить схему управления, это стало бы возможно.

Тем не менее это может показаться простым, но это займет много времени и ресурсов, чтобы на самом деле реализовать...

И сейчас, очевидно, не самое подходящее время, чтобы просить больше финансирования для исследований.

— В этом-то и проблема, — сказал президент министерства экономики и технологий.

Мистер Норберт посмотрел на Кербера и медленно произнес:

— Как получилось, что усовершенствованный WEGA, стелларатор STAR, смог это сделать? Как же так вышло, что Вендельштейн 7-X, который вы пять лет улучшали, не может этого сделать? Может быть, я не прав в своих словах, но я хочу спросить, разве эти машины не рождены от одной и той же матери?

Немногочисленные сотрудники, стоявшие вокруг, не могли сдержать смешки.

Брови Кербера дернулись, но он все же терпеливо объяснил:

— Да, вы правы, их машина — всего лишь улучшенная версия нашей старой машины WEGA. Однако я могу гарантировать, что их машина WEGA — полностью реконструирована. Ключ к их часовому времени удержания — не наше устройство. Это сверхпроводящие магниты и схема управления... а также некоторые другие секреты, известные только им.

Норберт прервал объяснение профессора Кербера:

— Я пришел сюда не для того, чтобы выслушивать твои объяснения. Мы потратили на вас бесчисленные миллиарды евро, а вы десятилетиями ходили вокруг да около. Мало того, что вы далеки от достижения каких-либо значительных результатов, но страна, которая была ужасна в ядерных исследованиях, превзошла нас. Это очень неприятно. Мне нужно, чтобы вы догнали их и дали разумное объяснение правительству и нашим партнерам.

Профессор Кербер прикусил язык и сказал:

— Я делаю все, что в моих силах.

Мистер Норберт посмотрел на профессора Кербера.

— Не давай мне пустых обещаний, покажи мне результаты.

Норберт повернулся и пошел прочь, а его подчиненные последовали за ним.

Глава 520. Чем меньше слов, тем больше информации

Пекин.

Несмотря на поздний вечер, окна в здании Китайской национальной ядерной корпорации все еще ярко светились.

Су Ивэня вызвали на собрание, хотя тот уже ушел с работы и лежал в постели. Ему пришлось вылезти из нее, одеться и поехать на работу.

Су Ивэнь зевнул, сидя в конференц-зале. Он посмотрел на начальника отдела Чжана, который сидел рядом с ним, и не смог удержаться от вопроса:

— Что происходит, почему нас собрали так поздно?

— Даже не знаю, — Чжан Сюэцянь покачал головой. -  Я только слышал, что это как-то связано с недавним экспериментом со стелларатором в Цзиньлине.

Еще неделю назад мало кто знал, что такое стелларатор. Даже если бы слышали это слово, они не смогли бы точно объяснить, что это.

Но теперь любой, кто смотрел новости или видел популярные страницы в интернете, знал бы о шокирующем времени работы устройства STAR.

В конце концов, это результат исследования, который потряс все сообщество физики плазмы.

Однако...

Какое это имеет отношение к Китайской национальной ядерной корпорации?

— Стелларатор? -  Су Ивэнь уставился на своего босса и с недоумением спросил:

-  Разве не Китайская академия наук исследует его? Какое это имеет отношение к нам?

Старый Чжан взглянул на него:

— Ты спрашиваешь меня, а кого спросить мне?

Они не долго ждали начала совещания.

Во время беседы со старым Чжаном Су Ивэнь узнал, что это совещание лично созвал генеральный директор. Не только руководители отделов получили уведомление, но и старшие инженеры и старшие исследователи из различных исследовательских институтов города также получили уведомление, и почти все они приехали.

Несмотря на то, что Су Ивэнь не знал, о чем генеральный директор собирается говорить, глядя на кучу академиков из Академии наук и инженерной академии, сидящих в первом ряду конференц-зала, Су Ивэнь посерьезнел.

Вообще говоря, такие важные люди не посещали бы те же собрания, что и они, а если бы и посещали, то лишь немногие из них пришли бы.

Но сейчас все они сидели здесь.

Очевидно, на этом совещании будет обсуждаться нечто важное.

Вскоре на сцену вышел солидный мужчина.

Сюй Цзяньфэн откашлялся и поправил микрофон. Он не стал тратить лишнее время на вступительную речь и сказал кратко:

— Приношу свои извинения за то, что устроил собрание в столь поздний час. Вы все много работали в течение дня, поэтому я знаю, что вам нелегко было приехать сюда. Но то, что я собираюсь сказать, очень важно, и надеюсь, что все будут внимательно слушать каждое слово и делать заметки. Мне нужно сказать многое, поэтому постараюсь быть кратким.

Генеральный директор Сюй сделал паузу, а потом заговорил более серьезным тоном.

— Я уверен, что все слышали, что неделю назад произошел огромный прорыв в области управляемого термоядерного синтеза. Исследовательская группа профессора Лу Чжоу смогла добиться часового удержания плазмы. Я рад видеть, что наша страна находится на переднем крае технологии управляемого термоядерного синтеза… Как крупный потребитель электроэнергии, мы остро нуждаемся в ней. Два часа назад коммунистическая партия Китая выпустила административный документ для соответствующих правительственных ведомств, в котором были изложены план и руководство по реализации реактора управляемого термоядерного синтеза DEMO.

— Главным подрядчиком по этому проекту является наша Китайская национальная ядерная корпорация!

В толпе поднялась суматоха.

У некоторых глаза загорелись от возбуждения.

Другие люди встревоженно покачали головами.

Подавляющее большинство людей выглядело сбитыми с толку.

Управляемый термоядерный синтез...

Для большинства людей это то, что они видели только в научно-фантастических фильмах.

Еще вчера многие из них обсуждали проекты атомных электростанций следующего поколения и будущие перспективы развития атомных технологий.

Однако за день их проекты выбросили в мусорку.

Сюй Цзяньфэн, стоявший на сцене, не обращал внимания на суматоху. В глубине души он понимал, что им нелегко переварить эту информацию.

Он сказал ясным и звучным голосом:

— Проектирование, подготовка, строительство... это указания правительства. Как ведущая корпорация в ядерной энергетике Китая, мы несем ответственность, и обязаны откликнуться на призыв национальной стратегии развития энергетики, и стоять на передовой развития новой энергетики!

— С этого момента исследовательский проект по технологии ядерного деления четвертого поколения будет приостановлен. Проект реактора DEMO будет основным проектом для нашей группы, и будет выполняться с наивысшим приоритетом!

— Я знаю, что многие трудности еще предстоит решить, но я верю в вас, и я верю, что мы сможем преодолеть эти трудности!

В конференц-зале раздались громовые аплодисменты.

Сюй Цзяньфэн велел всем замолчать. Он аккуратно разложил свои документы на мультимедийном столе и сказал ровным голосом:

— Наша корпорация будет тесно сотрудничать с научно-исследовательским институтом STAR. В то же время мы соберем небольшую группу экспертов, которая будет базироваться в Цзиньлине, а также будем сотрудничать с исследовательской группой в научно-исследовательском институте STAR.

— У меня есть список имен. Я назову всех, кто завтра отправится в Цзиньлин.

— Я надеюсь, что все, кого назовут, выполнят приказ начальства. Если у кого-то есть какие-то вопросы, не стесняйтесь спрашивать меня.

Это означало, что собрание подходит к концу.

Оставалось только объявить имена тех, кто поедет в Цзиньлин.

Управляемый термоядерный синтез…

Су Ивэнь посмотрел на список имен в руке генерального директора и почувствовал, как в его сердце разгорается пламя.

Почему я чувствую так...

Словно у меня будет возможность стать свидетелем истории.

…………………….

Реакция правительства оказалась намного быстрее, чем ожидал Лу Чжоу.

Через три дня после того, как он отправил письмо, он получил ответ.

Там было всего два слова.

"Нет проблем."

Была такая поговорка: "Чем меньше слов, тем больше информации".

Лу Чжоу полностью испытал это после получения письма.

Первым поступило финансирование исследований на сумму 43 миллиарда юаней.

Его почти пустой исследовательский фонд снова наполнился деньгами.

Это не только финансирование исследований, но и соответствующая поддержка государства.

После того, как коммунистическая партия Китая передала административные документы в соответствующие ведомства, термоядерный реактор DEMO не встретил никаких препятствий. Вместо этого проект запустили с невероятной скоростью.

После консультации с мнением Лу Чжоу, эта термоядерное устройство получило название STAR-2.

Главной ответственной стороной за него, очевидно, стал научно-исследовательский институт STAR, а главным подрядчиком -  Китайская национальная ядерная корпорация, ведущее предприятие в области ядерной энергетики Китая.

Это государственное предприятие, финансируемое государством и под непосредственным управлением центральным правительством, имело обширный опыт в проектах, связанных с ядерной энергетикой, от разработки технологий до проектирования атомных электростанций и производства, и поставки топлива.

Также сотрудничало много небольших компаний, таких как Sinopec Group, Государственная электросетевая корпорация Китая и другие государственные или финансируемые государством предприятия. Всего в этом проекте было задействовано более ста участников.

Некоторые из них предоставляли финансы, некоторые предоставляли таланты, другие давали и то, и другое.

Короче говоря, все вопросы, выходящие за рамки научных исследований, решались этими государственными ведомствами.

Все, о чем Лу Чжоу должен был беспокоиться, — как реализовать этот масштабный инженерный проект...

Глава 521. Кипятить воду - слишком расточительно

Лу Чжоу провел последние несколько дней, посещая собрания.

Некоторые из них были внутренними встречами в Институте перспективных исследований, некоторые — с исследователями института STAR, а другие — с партнерскими компаниями...

У него уже наметился в голове примерный план того, как построить термоядерный реактор. Однако он не мог реализовать подобный план самостоятельно.

Он — главный конструктор, а также человек, ответственным за этот масштабный проект. Поэтому в его обязанности входило разбить этот исследовательский проект на множество мелких частей. После чего он должен распределить эти небольшие проекты между различными организациями, выявлять любые особенно сложные проблемы и концентрироваться на них.

Например, покопавшись в соответствующей литературе, можно обнаружить, что такие исследовательские задачи, как "извлечение трития и дейтерия от отработанного плазменного газа" или "безопасное удержание трития", проводились Китайской академией наук.

Поэтому Лу Чжоу не пришлось повторять эти исследования самому. Ему нужно было только убедиться, что люди или организации, работающие над этими исследованиями, имели достаточное финансирование, чтобы они могли продолжить свои исследования и найти способы внедрения своих технологий на стелларатор.

Что касается более сложных исследовательских проектов, таких как "материал первой стенки", "стойкий материал к нейтронному облучению", "извлечение трития" или "удержание трития", то Лу Чжоу хотел оставить это Институту перспективных исследований.

Через три дня после запуска проекта.

В научно-исследовательском институте STAR Лу Чжоу встретился с группой, присланной Китайской национальной ядерной корпорацией.

Ответственным за эту группу был академик Ван Цзэнгуан, главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации. Этот старый академик много лет работал в атомной отрасли и имел большой опыт в проектировании реакторов деления и атомных электростанций.

Хотя его опыт работы с реакторами деления не полностью применим к термоядерным реакторам, они по-прежнему относятся к ядерной энергии, поэтому у них все еще много общего.

Например, конструкция генераторной установки.

Старый академик принес эскиз проекта, как преобразовать тепловую энергию, вырабатываемую реактором, в электроэнергию.

Концепцию высокотемпературного реактора можно реализовать и на устройстве термоядерного синтеза.

Однако Лу Чжоу мельком взглянул на эскиз и отложил его.

— Кипятить воду с помощью такой передовой технологии — слишком расточительно.

Академик Ван сказал:

— Но вы должны признать, что кипячение воды — все еще наиболее эффективный способ.

Лу Чжоу покачал головой:

— Не обязательно.

Академик Ван ничего не сказал. Он подождал, пока Лу Чжоу продолжит.

Однако Лу Чжоу не дал никаких объяснений. Вместо этого он взял со стола лист бумаги, взял ручку и начал чертить.

После того, как его инженерный уровень достиг четвертого, он постепенно прочувствовал улучшение своих навыков.

Если с уровнем математики повышалась его интуиция к числам, способность вычислять и способность изучать математику, то его уровень инженерного дела не только повышал его способность поглощать инженерные знания, но и укрепил его способности формулировать свои абстрактные понятия и способности передавать графики и числа.

Как и сейчас.

Он никогда не учился чертить чертежи, и только читал некоторые учебники. Однако словно его руки имели мышечную память, и он чертил, как под линейки.

Академик Ван посмотрел на рисунок Лу Чжоу и прищурился. На его лице застыло удивление.

— Вы умеете чертить технические чертежи?

— Не совсем, — Лу Чжоу улыбнулся. — Это, наверное, из-за того, что я нарисовал довольно много картинок, когда исследовал вопросы топологии.

Академик Ван не поверил этому объяснению.

Хотя он никогда раньше не изучал математику, очевидно, что математические схемы совершенно отличаются от технических чертежей.

Он знал, что без нескольких лет профессионального опыта никто не смог бы чертить так.

Лу Чжоу все равно, верит ему академик Ван или нет, ему не нужно объяснять подобные несущественные моменты. Он сосредоточился на своей работе.

Сначала он нарисовал простой контур стелларатора. Затем обрисовал простую структуру генераторной установки.

Чем больше он чертил, тем четче становились линии. Когда академик Ван, наконец, получил приблизительное представление о том, что происходит, он с интересом приподнял брови.

— Феррожидкость?

— Совершенно точно, — Лу Чжоу перестал рисовать и посмотрел на лист, после чего удовлетворенно кивнул:

— Это лучшее, что я могу. Я еще не сделал никаких конкретных проектов, так что, боюсь, вам придется сделать всю тяжелую работу.

Как и управляемый термоядерный синтез, технология производства электроэнергии из феррожидкости не была особенно новой концепцией. На самом деле, у него была долгая история.

Эту концепцию впервые предложили  вместе с газотурбинными электростанциями комбинированного цикла.

В 1980-х годах технологию электроэнергии на основе феррожидкости даже включили в качестве ключевого проекта в программу 863. Ее оценили по той же важности, что и ядерную энергию.

Учитывая, что полное название программы 863 года "Государственный план развития высоких технологий". Включенные проекты, в основном, являлись популярными темами в международном академическом сообществе того времени. Поэтому легко заметить, что академическое сообщество рассматривало энергию феррожидкости как перспективную область.

Однако к концу XX века ситуация изменилась.

Аэрокосмическая промышленность и гонка вооружений привели к быстрому развитию технологий двигателей и применения газов. Газотурбинные электростанции сильно выиграли от этого развития, что привело к тому, что они стали основным типом источников электроэнергии.

В отличие от нее, технология феррожидкостей имела более привлекательную перспективу, но реализовать ее было очень сложно из-за различных технических проблем. Экономические выгоды также не могли идти в ногу с рыночным спросом. И за десятилетия не появилось достойных результатов, поэтому постепенно промышленность и научное сообщество забросило проект.

Академик Ван посмотрел на эскиз и покачал головой.

— Простите меня, но технология производства электроэнергии из феррожидкости — не идеальна, боюсь, что это неподходящий выбор. Сегодняшние ядерные реакторы деления, в основном, основываются на реакторах с водой под давлением. Я никогда не слышал о какой-либо атомной электростанции, которая использует технологию производства электроэнергии из феррожидкости.

Лу Чжоу ожидал, что академик Ван скажет подобное, поэтому он улыбнулся и ответил:

— Это может быть верным для ядерного деления, но это неверно для термоядерного синтеза.

— Да? — академик Ван удивился. — Почему?

— Трудность получения электроэнергии из феррожидкости заключается в ионизации газа. В нормальных условиях трудно нагреть газ до 2000 градусов Цельсия и сформировать плазменный луч. Даже если это достижимо, этот процесс потребует больших затрат тепловой энергии. Трудно достичь более чем 20% эффективности цикла с помощью технологии феррожидкостной электрической энергии... я прав?

Академик Ван кивнул, соглашаясь:

— Это ключевая проблема.

Хотя присутствовали и другие проблемы, эта проблема, несомненно, самая важная.

На рынке существовали феррожидкостные генераторы электрической энергии, поэтому многие лаборатории имели возможность сделать один из них. Одни работали на угле, другие — на топливе. Однако никто не смог добиться эффективности преобразования энергии выше 20%.

Но если это термоядерный синтез...

— В случае термоядерного синтеза такой проблемы не существует, — Лу Чжоу посмотрел на растерянное лицо академика Вана и улыбнулся. — В конце концов, ядерные отходы, образующиеся при термоядерном синтезе, сами по себе являются газообразным гелием, который нагревается на миллиарды градусов.

Выражение лица академика Вана слегка изменилось, и он сразу же посмотрел на эскиз, прежде чем быстро все понял.

Все знали, что принцип получения электроэнергии из феррожидкости заключался в нагревании газа до температуры 2000 градусов. Затем они ионизировали газ в проводящий плазменный луч и заставляли его течь на высокой скорости в магнитном поле, чтобы создать индуцированную электродвижущую силу.

Гелий, образовавшийся в результате термоядерной реакции в самом стеллараторе, уже имел форму плазмы с температурой в сто миллионов градусов!

Другими словами, им не нужно тратить энергию на нагрев ионизированного газа, они могли просто использовать плазму, которая несла эту огромную энергию!

Использование этой технологии на угольных или бензиновых генераторах, несомненно, пустая трата времени. Однако она, по сути,  изобретена для термоядерного синтеза энергии!

Было бы совершенно бесполезно использовать высокотемпературную плазму для кипячения воды.

Академик Ван все еще смотрел на эскиз, и в его глазах мелькнуло волнение.

Он посмотрел на Лу Чжоу и осторожно произнес:

— Вы говорите логично... и это теоретически возможно. Однако сейчас я не могу дать однозначного ответа. Я должен обсудить это с другими экспертами из группы.

Потом он снова посмотрел на эскиз на бумаге.

— Могу я взять его с собой?

— Конечно, — ответил Лу Чжоу. — С нетерпением жду хороших новостей от вас.

Глава 522. Выбрать нестандартный путь

Главный инженер Ван покинул научно-исследовательский институт STAR с чертежом. В тот же день он вылетел обратно в штаб-квартиру Китайской национальной ядерной корпорации в Пекине и связался с экспертами по феррожидкости из инженерной академии. Они начали обсуждать целесообразность применения технологии электроэнергии из феррожидкости на термоядерном устройстве.

Однако, хотя их руководитель уехал, группа из Китайской национальной ядерной корпорации все еще оставалась в Цзиньлине. Они работали с исследователями института STAR и обсуждали технические вопросы.

В то же время на стеллараторе проводили эксперименты.

После того как институт получил достаточное финансирование исследований, он проводил эксперименты почти каждые три дня, используя водород и гелий в качестве объектов исследования для наблюдения за различными свойствами плазмы в стеллараторе.

Чтобы собрать ценные данные, Лу Чжоу даже потребовал добавить миллиграмм драгоценной смеси дейтерия с тритием в камеру реакции, что создавало риск повредить материал первой стенки.

Фактически этот эксперимент действительно вызвал некоторые повреждения стелларатора. К счастью, они оказались исправимы. Но даже в таком случае потребовался месяц ремонта.

Они не только подтвердили возможность зажигания термоядерной реакции, но и получили лист лития, который поразил пучок нейтронов, несущий энергию 14 МэВ.

Научно-исследовательскую ценность листа лития нельзя измерить деньгами.

Они, вероятно, единственный институт в Китае, который мог проводить такие экстравагантные эксперименты.

Этот с трудом добытый лист лития спокойно лежал на специально обработанном кислородном предметном стекле под микроскопом, а работник в защитной одежде смотрел на него.

В изолированной лаборатории Лу Чжоу и другие исследователи стояли перед компьютером. Они наблюдали цифры и графики, полученные с помощью сканирующего электронного микроскопа.

Как и ожидали, первоначальная гладкая металлическая поверхность покрылась дырками.

Через инфракрасный спектрометр они даже смогли увидеть следы трития и гелия в металле.

К счастью это доказывало, что пучок нейтронов с энергией 14 МэВ действительно реагирует с литием-3. Это означало, что они смогли успешно восстановить часть трития, использованного в эксперименте.

К несчастью...

Они столкнулись и с проблемами.

Профессор Ли Чанся посмотрел на графики на экране и тихо вздохнул.

— Готов поспорить, что он сломается, как только кто-нибудь к нему прикоснется.

Лу Чжоу ответил:

— Даже если бы в него не попал нейтронный луч, он не был бы таким прочным.

Шэн Сяньфу покачал головой:

— Проблема не только в уроне радиации, но и в том, что восстановленного трития слишком мало. И самая главная проблема — даже не извлечение трития. Энергия, которую несет пучок нейтронов, слишком высока. Реагировала не только поверхность лития-3, но и внутренние слои. Даже если бы нужный нам тритий останется в материале, мы не сможем его извлечь.

Пучок нейтронов, несущий 14 МэВ энергии, был подобен ракете, металлы не могли справиться с этим монстром.

Кроме того, пучок нейтронов не только пробил отверстие в первой стенке, но и создал полое пространство внутри материала первой стенки, словно надул воздушный шар. Это может привести к набуханию, охрупчиванию, и даже осыпанию материала первой стенки, что способно привести к серьезным авариям.

Это одна из главных причин, почему материал оболочки стандартных реакторов нельзя использовать в термоядерном реакторе.

Материалы имели на пару порядков разницу в устойчивости к радиационным повреждениям.

С этого момента их исследования перешли в неизвестную область. Это означало, что больше не было никакой литературы, на которую они могли опираться. Все проблемы должны будут решаться ими самостоятельно.

Профессор Ли Чанся предложил:

— А что, если вместо этого мы используем молибден?

— Не поможет, — Лу Чжоу тут же отверг эту идею. Он покачал головой и добавил:

— Молибден обладает хорошей термостойкостью, но он начинает производить радиоактивные элементы, когда подвергается нейтронному облучению.

Другой исследователь предположил:

— А как насчет вольфрама? Вольфрам обладает хорошими термостойкими свойствами, а его побочными продуктами являются осмий и рений, поэтому радиации нет!

Лу Чжоу даже не пришлось говорить самому. Уже Ли Чанся покачал головой:

— Это распространенное заблуждение. Вольфрам обладает хорошей термостойкостью, но он недостаточно пластичен. Тепловое напряжение приведет к появлению трещин на поверхности… Когда я проводил академический обмен в эксперименте токамака DIII-D, был конкретный исследовательский проект, касающийся этой проблемы. Короче говоря, вольфрам использовать нельзя.

В лаборатории воцарилась тишина.

Лу Чжоу внезапно спросил:

— Если мы не можем удержать пучок нейтронов внутри стелларатора, почему бы нам не пропустить его?

— Пропустить? — Шэн Сяньфу помолчал секунду и улыбнулся, качая головой. — Если мы позволим им пройти через стенку, то как мы восстановим нейтроны, полученные в результате реакции?

Утилизация дейтерий-тритиевых нейтронов, образующихся при термоядерной реакции, ключевая часть технологии термоядерного синтеза. В конце концов, цена трития в десятки тысяч долларов выше, чем у дейтерия, и продавался он по граммам, по цене 30 000 долларов за грамм. (Цена 2017 года)

Если бы они не смогли восстановить нейтроны, генерируемые реакцией, они не только потеряли бы большое количество энергии, но и реактор также "остановится" из-за потери трития.

В идеальном термоядерном реакторе и тритий, и нейтроны должны сохраняться в качестве промежуточного продукта. Конечными отходами должны быть только гелий и тепло.

Поэтому они не должны просто пропускать нейтроны, они должны сохранять их, несмотря ни на что.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Позволить им пройти через стенку — не значит отпустить их. Теоретически, независимо от конструкции первой стенки, мы не можем избежать повреждений металлических связей пучком нейтронов. Кроме того, способность металлов к самовосстановлению — слишком мала, не говоря уже о проблеме метаморфоза.

— Следовательно, почему бы не сделать материал первой стенки из чего-то, что позволяет нейтронам проходить сквозь него и обладает сильной способностью к самовосстановлению. Затем мы можем использовать жидкий литий для восстановления нейтронов за первой стенкой. Что касается стороны за пределами жидкого лития, мы можем использовать слой металлического бериллия для отражения непрореагировавших нейтронов, проникающих в слой жидкого лития.

Эта конструкция эквивалентна помещению жидкого лития между первой стенкой и бериллием.

Шэн Сяньфу опустил голову и некоторое время размышлял над этим предложением. Он посчитал, что этот метод кажется осуществимым, но он также чувствовал, что присутствовали проблемы.

Он немного подумал и пришел к двум наиболее очевидным проблемам.

— Но где мы можем найти материал, который пропускает нейтроны и обладает большими возможностями самовосстановления? Даже после использования лития в качестве материала первой стенки, мы все еще не можем решить проблему радиационных повреждений. Кроме того, как вы только что сказали, после того, как мы восстановим тритий, как мы перенесем тритий обратно в реактор?

Лу Чжоу ответил:

— Вторую проблему легко решить. При температуре жидкого лития и трития, гелий находится в газообразном состоянии. Они несовместимы друг с другом. Мы просто должны приложить слабую силу к нейтронам внутри жидкого лития и транспортировать нейтроны к верхней части реактора. Потом нам просто нужно переработать газ, который вышел из реактора.

Образовавшийся тритий и отработавший газ гелия будут затем впрыскиваться в камеру реакции для ионизации. Что касается удаления гелия из реактора, то это работа дивертора.

Что касается выбора дивертора водяного охлаждения, вольфрам-медного дивертора или любого другого дивертора, то этот выбор будет зависеть от конкретных потребностей. Даже при том, что эта часть решающая, это не что-то такое, что они не могли решить.

Лу Чжоу помолчал секунду и заговорил вновь:

— Что касается первого вопроса, мы не найдем нужный материал в сплавах. Так как насчет того, чтобы отказаться от металла вообще?

Все в лаборатории, включая Ли Чанся и Шэн Сяньфу, впали в ступор.

Избавиться от металла?

Это...

Это же слишком прогрессивно?

-  Мы не будем использовать металл? -  профессор Ли Чанся удивленно посмотрел на Лу Чжоу. -  Тогда что же мы будем использовать?

Керамику?

Несмотря на то, что другие исследовательские институты пытались использовать керамику и добились хороших результатов, убийственным фактором являлась плохая теплопроводность керамики.

Если они не смогут выделить тепло из реактора, у них возникнут другие проблемы.

— Используем углерод, -  Лу Чжоу помолчал немного и уверенно заявил. -  Если точнее, то композиты из углеродного волокна!

Лу Чжоу не прямо сейчас пришла такая мысль. Он думал об этом уже давно, еще тогда, когда работал с профессором Кербером в Научно-исследовательском институте Венделштейн 7-Х.

Ядро углерода относительно стабильное. Оно не так легко реагировало с нейтронами. Кроме того, оно может выступать в качестве буфера для нейтронного пучка, поэтому когда нейтронный пучок будет контактировать с жидким литием, большая часть пучков нейтронов не разрушит его напрямую.

Энергия, уменьшенная слоем углеродного волокна, будет высвобождаться в виде тепловой энергии.

Он также обладал хорошими термостойкими свойствами.

Когда он не подвергался воздействию воздуха и окислителей, углеродное волокно могло выдерживать температуру свыше 3000 градусов. Это сравнимо с температурой плавления вольфрама, что отвечало требованиям к материалу!

Лу Чжоу посмотрел на людей в лаборатории:

— Уберите металл с первой стенки. Используйте углеродное волокно в качестве основного материала. Затем залейте жидкий литий в средний слой и используйте бериллий на внешнем слое, чтобы отразить нейтроны. Защитный слой изготовим из смеси парафина и карбида бора, покрытую специальным цементом. Если все это будет успешно, мы решим проблему с удержанием трития!

Что касается разработки композита из углеродного волокна и самовосстанавливающегося компонента, то этот исследовательский проект будет проводиться отделом исследований материалов Института перспективных исследований.

Несмотря на то, что проблема серьезная, у Лу Чжоу возникло чувство, что он сможет ее решить!

Профессор Ли Чанся не мог удержаться и сказал:

— Это слишком...

Он хотел сказать, что это слишком прогрессивно.

Однако, прежде чем он успел закончить, Шэн Сяньфу перебил его:

— Нет, может быть... это сработает!

Шэн Сяньфу потер подбородок пальцем, и его глаза загорелись.

— Я читал статьи по замене вольфрамовых и стальных конструкций углеродными волокнами. Международное научное сообщество с оптимизмом смотрит на этот технический маршрут, как и на нанокерамику! Однако использование композитов из углеродного волокна для полной замены металла в качестве основного материала реактора и для того, чтобы позволить пучку нейтронов вступить в реакцию с литием за пределами первой стенки, а затем восстанавливать тритий... Впервые слышу о чем-то подобном.

Трудность, связанная с чем-то подобным, высока. Им придется столкнуться с проблемами композитных материалов из углеродных волокон. Например, с проблемой температуры. Композитный материал из углеродного волокна имел рабочую температуру около 3000 градусов, в то время как температура кипения металлического лития составляла всего 1340 градусов.

Если они не смогут вовремя отвести тепло, жидкий литий может испариться, из-за чего может попасть в реактор вместе со смесью трития и гелия. Это может взорвать весь реактор...

Существовала также проблема изменения объема из-за затвердевания жидкого лития во время остановки устройства...

Однако, как и сказал Лу Чжоу, эта идея вполне осуществима.

По крайней мере, стоило попробовать!

Глава 523. Гонка за будущее

Совещание после эксперимента продолжалось до вечера.

Лу Чжоу и другие исследователи в институте подробно обсуждали детали способа восстановления нейтронов с помощью жидкого лития.

Несмотря на то, что они не составили конкретного плана, в ходе этого совещания они пришли к выводам относительно осуществимости и общих рамок этого технического маршрута.

После этого они просто подвели итоги собрания и обобщили проблемы. Потом они проведут еще одно или два совещания, чтобы выработать относительно полный план работ.

Следующее совещание должно состояться через три дня. Что касается следующих трех дней, то Лу Чжоу решил устроить всем исследователям в институте небольшой отпуск.

Во-первых, за последний год у этих исследователей не появлялось возможности сделать перерыв. Им нужно провести время со своими семьями или подругами. Во-вторых, пучок нейтронов, генерируемый реакцией термоядерного синтеза, вызвал значительное радиационное повреждение материала первой стенки. Мало того, что в структуре образовались дыры, так еще и на поверхности образовался слой рыхлого металлического мусора.

Это очень интересное явление.

Хотя никто не понимал, из-за чего это произошло.

Даже Лу Чжоу, известный Нобелевский лауреат, не смог придумать подходящую теорию, чтобы объяснить это явление. Его первоначальное предположение состояло в том, что материал подвергся термическому напряжению. Однако только плазма внутри стелларатора знала истинную причину.

Лу Чжоу планировал отказаться от идеи использования стали. Он не хотел углубляться в эту область исследований.

Короче говоря, поскольку оборудование требовало капитального ремонта, они должны ждать, как минимум, месяц до следующего эксперимента.

Когда Лу Чжоу вернулся домой, небо уже полностью потемнело.

Открыв дверь и войдя внутрь, к нему подлетел небольшой, но сложный дрон.

— Хозяин! Добро пожаловать домой!

Лу Чжоу посмотрел на дрожащего маленького парня, парящего в воздухе, и не смог сдержать улыбки.

Его охватила ностальгия. Этот дрон назвали "Маленький парень", и это подарок от членов Принстонского клуба дронов, консультантом которого он был.

Забрав дрон с собой в Китай, он сделал несколько простых модификаций и передал его Сяо Аю.

Сяо Ай явно полюбил эту летающую игрушку. По просьбе Сяо Ая Лу Чжоу установил динамик, сменил двигатели и прикрепил четыре коротких, но ловких моторизованных когтя внизу.

Сяо Ай не только присматривал за домом, но и с помощью этого модифицированного "Маленького парня" и других умных домашних устройств, таких как роботов пылесосов, часто помогал делать работу по дому.

Конечно, хотя Лу Чжоу и дал Сяо Аю право контролировать эти устройства, он наложил строгие ограничения и правила поведения на его деятельность.

Например, Сяо Ай мог действовать только в пределах района Чжуншань, и ему запрещено летать во дворы других людей или перемещать хрупкие предметы.

Сяо Ай строго выполнял приказы Лу Чжоу. В конце концов, насколько умным он не был, это все еще программа. Послушание — часть его законов.

— Хозяин, не могли бы вы кое-что для меня сделать?

Лу Чжоу надел пару тапочек и направился в гостиную.

— Что?

Сяо Ай пролетел рядом с Лу Чжоу и продолжил:

— Можете добавить дисплей на дрона? Кстати говоря, мне кажется странным говорить голосом какой-то другой женщины. Я предпочитаю общаться через текст. Смущение...

— ...

Что ты имеешь в виду под голосом другой женщины? Разве это не просто перевод текста в речь? Если не нравится, то просто смени на мужской.

Кроме того, почему он читает вслух свои эмоции? Пытается ли он продемонстрировать свои улучшенные эмоциональные возможности?

Почему мне кажется, что Сяо Ай движется в странном направлении...

— Нет.

— Почему?! Вот-вот заплачет.

Лу Чжоу посмотрел на летающего дрона в воздухе и вздохнул.

Тебе действительно нужно спрашивать?

Потому что я не могу утруждать себя этим.

Кроме того, Лу Чжоу не мог себе представить, что было бы, если бы там был экран, показывающий тексты и смайлики.

В принципе, он не будет делать ничего, что было бы бременем и не приносило ему пользы.

— Тогда вы можете установить руку? Я мог бы сделать это сам... плакать.

Когда Лу Чжоу услышал эту нелепую просьбу, он не смог удержаться и сказал:

-  Я просто построю для тебя робота. Ты хочешь Дораэмона или Дорами?

Дрон Сяо Ая перестал парить, и на некоторое время он замолчал.

Лу Чжоу предположил, что он, вероятно, искал что такое "Дорами". Вероятно, он уже загрузил полный набор данных на свой сервер и начал поиск по ним.

Лу Чжоу покачал головой. Он развернулся и пошел в ванную, чтобы принять душ.

Он надел пижаму, после чего прошел на кухню и приготовил себе чашку кофе. Затем он прошел в кабинет и сел перед компьютером, полистать сайты.

Из-за того, что в последнее время он был сильно занят работой, у него едва хватало времени, чтобы просматривать сайты. Он только слышал от других исследователей, что их статья привлекла внимание всего мира, и они снова были на странице трендов.

Кстати говоря, с тех пор как он получил Нобелевскую премию, он очень мало обращал внимания на то, что о нем говорили СМИ, и редко давал интервью репортерам.

Однако интерес к нему как китайских, так и западных СМИ, не уменьшился.

Особенно когда он выдавал какие-то новые результаты исследований.

Лу Чжоу бегло просмотрел несколько статей. Он взял чашку и сделал глоток кофе.

Китайские статьи о управляемом термоядерном синтезе были, в основном, посвящены стелларатору STAR и мировому рекорду в один час. Чжоу Чэнфу еще не появился и ничего не сказал. Наверное, он прятался, поджав хвост. Лу Чжоу не знал, то ли ему нечего было сказать, то ли никто не хотел брать у него интервью.

Кроме того, по сравнению с китайскими СМИ, внимание Лу Чжоу было больше приковано к западным СМИ.

Успех их стелларатора, безусловно, повысил уверенность людей в поле термоядерного синтеза. Лу Чжоу хотел посмотреть на реакцию своих иностранных коллег.

Внезапно его внимание привлек заголовок в новостях.

Это новостное видео от CNN.

Министр энергетики Соединенных Штатов Рик Перри стоял на пресс-конференции и смотрел в камеры репортеров. Он выступил с речью о последних разработках в области управляемого термоядерного синтеза и ответил на слухи о том, что США намерены выйти из ИТЭР.

— Позиция Соединенных Штатов в отношении будущего развития энергетики не изменилась.

— Мы инвестировали десятки миллиардов в исследовательские проекты в области термоядерной энергетики. С 1950-х годов мы находимся на переднем крае технологии управляемого термоядерного синтеза.

— Я должен повторить здесь, что Соединенные Штаты не намерены выходить из ИТЭР. Я не видел никаких документов, касающихся этого, на моем столе.

— Мы будем тесно сотрудничать с нашими союзниками в изучении термоядерной энергии, и мы сделаем все возможное, чтобы увеличить вклад наших исследовательских институтов в эту область.

— Если все пойдет хорошо, мы завершим строительство управляемого термоядерного реактора DEMO к 2030 году и коммерциализируем термоядерную энергию к 2050 году!

— Мы выполним нашу задачу и выполним обещание, данное нашим союзникам.

Лу Чжоу наблюдал за министром энергетики Соединенных Штатов на экране и пробормотал себе под нос, потирая пальцем мышку:

— Похоже, американцы спешат.

Как и Министерство энергетики Соединенных Штатов, Лу Чжоу мог бы также обратиться за помощью к другим китайским правительственным ведомствам.

Кроме того, Китай и Россия имели преимущество в технологии управляемого термоядерного синтеза. Это один из движущих факторов для Управления Конгресса США по бюджету, чтобы тратить деньги на эту область исследований.

По мнению Лу Чжоу, гонка за будущее управляемого термоядерного синтеза началась.

Отныне не только ученые в аэрокосмической области и инженеры-ядерщики будут иметь проблемы с визами, но и исследователи управляемого термоядерного синтеза...

Глава 524. Иначе вышвырнем их

Примечательно, что пока Лу Чжоу отдыхал и пил кофе, просматривая видео, на котором Перри разговаривал с журналистами, за Тихим океаном в офисе министерства энергетики Соединенных Штатов Перри рассматривал фотографию Лу Чжоу.

Однако, в отличие от Лу Чжоу, Перри был не таким спокойным...

Две недели назад научно-исследовательский институт управляемого термоядерного синтеза в Цзиньлине совершил прорыв во времени удержания плазмы. Это потрясло все сообщество физиков плазмы.

За последние две недели Перри получил, по меньшей мере, 30 писем, связанных с этим вопросом.

Некоторые из них поступили из Национальной академии наук, другие — из Принстонской лаборатории физики плазмы.

В частности, письмо из Национальной академии наук содержало подпись лауреата Нобелевской премии по физике и бывшего министра энергетики Стивена Чу.

В письме не только подчеркивалась важность термоядерной энергии, но и содержалась одна главная идея — деньги.

Кроме того, пришли письма из ЦРУ, но в них не содержалось ничего примечательного.

Вместо того чтобы изучать личную информацию Лу Чжоу и его блестящие академические достижения, Перри хотел узнать о достижениях Китая в области управляемого термоядерного синтеза, а также о том, насколько Китай далек от полноценной технологии термоядерного синтеза.

К сожалению, все произошло слишком быстро.

До того, как стелларатор STAR добился магнитного удержания в один час, никто не верил в возможность этого, даже сами китайцы.

Разве они не говорили, что даже две минуты будут трудными?

Это сказал руководитель Китайского центра по реализации программы термоядерной энергетики!

— Что за идиот!

Перри швырнул документ на стол и невольно выругался.

Ему не нужно было, чтобы кто-то говорил ему о важности технологии управляемого термоядерного синтеза, он прекрасно понимал ее значение.

Однако он также знал, как дорого обойдется это исследование.

Вместо бесполезных отчетов и информации ЦРУ, ему нужны советы экспертов.

Перри сел в свое кресло и задумался. Он принял решение, встал со стула и вышел из кабинета.

Он посмотрел на своего помощника, сидевшего у входа в кабинет, и сказал:

— Вызови вместе директора проекта NIF и главу проекта управляемого термоядерного синтеза Принстонской лаборатории физики плазмы... Мне все равно, где они, я хочу увидеть их здесь к завтрашнему дню.

— Понял, сэр.

Увидев, насколько серьезен Перри, его помощник сразу понял важность этого дела, и немедленно потянулся к телефону.

Перри кивнул и собрался уходить.

Прежде чем провести собрание, он должен сначала посетить Белый дом.

Неожиданно что-то вспомнив, он остановился и оглянулся на своего помощника, который разговаривал по телефону.

— Также свяжись с ЦРУ, не забудь попросить прислать кого-нибудь надежного.

………………………….

Примерно шесть или семь лет назад провалился проект NIF стоимостью 3,5 миллиарда долларов, что сильно ударило по американской индустрии исследований управляемого термоядерного синтеза и даже повлияло на всю международную область термоядерного синтеза.

Технический маршрут термоядерного синтеза с инерционным удержанием практически отменили. Если бы не это устройство с лазерным зажиганием, которое все еще могло осуществлять некоторые ядерные испытания, управление Конгресса по бюджету свернуло бы весь проект.

Токамак — единственное устройство, которое все еще могло получать финансирование на исследования, но уже не такое хорошее, как раньше.

Будущее управляемого термоядерного синтеза стало мрачным. Особенно потому, что ни одна из стран не хотела тратить больше других на финансирование ИТЭР, не говоря уже о том, что США намеревались выйти из организации.

Однако никто не ожидал, что свет под Пурпурной горой озарит весь мир...

Прямо сейчас Эдвард Мозес, руководитель Национального объекта зажигания (NIF) Ливерморской национальной лаборатории, сидел в офисе министерства энергетики.

Рядом с ним сидели Терренс Брог, глава лаборатории управляемого термоядерного синтеза Принстонской лаборатории физики плазмы, и несколько его коллег, которые также работали в области управляемого термоядерного синтеза.

Это не первый раз, когда их вызывали власти с выше.

Примерно каждый месяц их вызывали в Министерство энергетики или управление Конгресса по бюджету и спрашивали, зачем им нужно увеличивать бюджет.

Они тратили огромные деньги, переговоры с бюрократами на тему финансирования исследований почти стали частью их повседневной исследовательской работы

Однако, в отличие от прошлых случаев, на этот раз Министерство энергетики не вызывало их по вопросам бюджета...

Пара удивленно переглянулась.

Очевидно в этой комнате присутствовали и другие люди, помимо людей из Министерства энергетики. Там был мужчина в костюме, который никак не вписывался в окружающую обстановку.

— Позвольте представиться, я — Хелмс из ЦРУ.

Услышав слово "ЦРУ", Эдвард Мозес заинтересованно поднял брови.

— Когда ЦРУ заинтересовалось NIF?

— Меня не очень интересует NIF. Скорее, меня больше интересует Принстонская лаборатория физики плазмы, — Хелмс повертел ручку в руке и посмотрел на Брога. — Терренс Брог, я слышал, что в прошлом вы работали с профессором Лу Чжоу, это правда?

Брог кивнул:

— Да.

— Что он за человек?

— Вы должны спросить об этом его руководителя или его студентов. Я не знаю о его личной жизни, наше общение — сугубо профессиональное.

— Я хочу знать его профессиональную сторону, — Хелмс открыл блокнот. — Мы заметили, что около двух лет назад произошел перевод средств с зарубежного счета на счет исследовательского фонда.

— За время своей работы в Принстоне, он находился там в качестве консультанта в проекте атомный зонд Гелий-3. В то время у нас возникли проблемы с финансированием, поэтому он немного помог.

Хелмс спросил:

— Можете ли вы подробно объяснить суть этого проекта?

— Речь идет о введении частиц гелия-3 в плазму термоядерного устройства для наблюдения за ней... Если вы думаете, что этот проект дал институту STAR важные технологии, то будьте уверены, что эта технология очень важна для исследования термоядерного синтеза, но сами результаты исследований доступны общественности. Если вы не понимаете, что я имею в виду, вы можете пойти и спросить своего профессора физики.

Хелмс повертел в руке ручку и записал в блокнот:

— К сожалению, моя специальность в университете — психология, физику я раньше не изучал

Брог тихо пробормотал:

— Следовало учить в старшей школе.

Хелмс либо делал вид, что не слышит, либо действительно не слышал. Он проигнорировал замечание Брога и перевел взгляд на Мозеса.

— Если они не использовали технологии Принстонской лаборатории физики плазмы, я хочу знать, почему исследовательский институт, который был создан менее года назад, используя старый стелларатор, смог получить такие невероятные результаты.

Эдвард Мозес кашлянул и ответил:

— Ответ прост. Китайцы готовы вкладывать деньги в эту технологию. Хотя большинство наших проблем не могут быть решены только с помощью денег, но когда эти деньги правильно используются правильными людьми, ситуация меняется.

Перри, сидевший на другом конце стола, сказал:

— Ваши исследования финансируются почти так же, как и их. Вы хотите сказать, что не использовали деньги в нужных местах?

Мозес смущенно посмотрел в сторону:

— Конечно, я этого не говорю, могу гарантировать, что каждый цент используется в нужном месте... Но метод проб и ошибок — часть исследований.

Хелмсу не понравился ответ Мозеса, он заглянул в свой блокнот и продолжал задавать вопросы.

Некоторые из них касались их сотрудничества с ИТЭР, другие — научно-исследовательского института STAR.

Обсуждение длилось около двух часов.

Когда совещание закончилось, Перри отпустил вызванных экспертов и обратился к Хелмсу.

— Что думаете?

Хелмс раньше работал в дипломатической системе, так что Перри, очевидно, не отнесся бы к его совету слишком серьезно, но посоветоваться стоило.

Хелмс посмотрел на блокнот в своей руке и немного подумал, прежде чем заговорить.

— По нашим данным, Китай уже запустил проект термоядерного реактора DEMO. Однако судя по этому разговору, кроме этой научной статьи, наши специалисты вообще ничего не знают о исследованиях института STAR. Объединив факты, мы можем предположить, что Китай позаимствовал много технологий и исследований из проекта ИТЭР. Они украли у нас свои технологии, но не хотят делиться своими исследованиями. Я считаю это необоснованным.

Перри с интересом приподнял брови.

— Ну и что?

— Поэтому я предлагаю провести переговоры с китайцами, чтобы научно-исследовательский институт STAR раскрыл больше технических деталей? -  Хелмс помолчал секунду и серьезно добавил:

— Иначе мы вышвырнем их из проекта ИТЭР.

Глава 525. Возвращение в родной университет

Около двух месяцев назад, когда исследования Лу Чжоу были в самом разгаре, он часто думал, что когда у него будет больше свободного времени, ему стоит отправиться на прогулку или заняться тем, что хотел.

Однако когда у него появилось свободное время, он обнаружил, что ему больше не интересно то, что он планировал.

Куда бы он ни пошел, это будет не так комфортно, как дома, особенно в его кабинете.

Это единственная комната на вилле, где он мог расслабиться.

Однако единственным недостатком было то, что всякий раз, когда он находился здесь, его мысли невольно переходили к нерешенным темам исследовательского проекта.

Хотя процесс создания знаний приятен, если бы он изучал эти проблемы во время своего отпуска, тогда пропадает весь смысл в отпуске.

Только теперь Лу Чжоу понял, что важно иметь увлечения помимо исследований.

Он вспомнил, как расслаблялся, когда находился в Принстоне. На второй день своего отпуска Лу Чжоу почувствовал зуд, поэтому сел в машину Ван Пэна и приехал в Цзиньлинский университет.

Изначально он просто хотел прогуляться по университету и не ожидал, что столкнется с ректором Сюем, который позовет его к себе в кабинет.

Ректор попросил своего помощника приготовить две чашки чая. Он сел на диван и начал разговор:

— Ну как? Уже освоился?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Почему вы так говорите? Словно меня давно тут не было.

Профессор Сюй улыбнулся.

— Я не спрашивал о личной жизни, я имел в виду исследовательскую часть. Сейчас ты живешь в Чжуншань. Все профессора в университете поклоняются тебе, разве ты не удовлетворен? — он помолчал секунду и добавил:

— Наверное, есть разница между китайской и международной исследовательской средой.

— Определенно есть, но я думаю, что она незначительна.

По крайней мере, Лу Чжоу вполне доволен своим собственным Институтом перспективных исследований.

— Кстати, как продвигается твой проект? — ректор Сюй вдруг что-то вспомнил и добавил:

— Точно, если не можешь рассказать, то сделай вид, будто я не спрашивал.

Лу Чжоу покачал головой:

— Здесь нет никаких секретов, исследование в любом случае доступно общественности. Все делается шаг за шагом. Глаза, мозг и две ноги — все на месте. Есть только некоторые проблемы, такие как туловище, которое нужно создать.

Глаз был технологией атомного зонда гелий-3, головой стал суперкомпьютер с Сяо Аем, ногами стали катушки внешнего поля, сделанные из сверхпроводящего материала СГ-1, в то время как туловищем являлся сам реактор.

Строго говоря, было также две руки, которые представляли собой феррожидкостные электрические генераторы, но этим занималась китайская национальная ядерная корпорация.

Ректор Сюй удивленно выпрямился:

— Значит ли это, что есть надежда?

Лу Чжоу вздохнул:

— Это трудно, туловище можно назвать самой сложной частью.

От композита из углеродного волокна до системы восстановления нейтронов в жидком литие, проблем оказалось гораздо больше, чем он ожидал.

Единственное, с чем ему повезло, так это с тем, что он имел приблизительное представление о том, как решить эти проблемы.

Теперь ему оставалось только следовать идеям и решать любые другие проблемы на своем пути.

Лу Чжоу взял со стола чашку и перевел разговор в другое русло.

— Давайте больше не будем говорить о термоядерном синтезе. Я сейчас в отпуске, и приехал сюда, чтобы уйти от исследовательской суеты.

Ректор Сюй улыбнулся:

— Если действительно хотел расслабиться, следовало пойти на рыбалку или в поход, зачем приехал в университет? Кстати, занятия начинаются в сентябре. Если будешь не занят, может скажешь пару слов на церемонии открытия?

Лу Чжоу смутился и улыбнулся:

— Я не занят, но мне нечего сказать.

Ректор Сюй улыбнулся:

— Я не прошу говорить долго, а просто пару слов. Даже одно предложение — прекрасно. Во всяком случае, большинство студентов в этом году подали сюда заявки из-за тебя.

— Посмотрим. Если буду свободен, то обязательно приду, — Лу Чжоу вдруг что-то вспомнил и улыбнулся. — Кстати, в прошлый раз вы мне сказали, что я могу стать профессором тут. Прошло уже полгода, где мое предложение?

— Ты хочешь стать профессором в Цзиньлинском университете?

Лу Чжоу пошутил:

— Разве моя альма-матер не приветствует меня?

— Вовсе нет, почему ты раньше об этом не сказал? — ректор Сюй хлопнул себя по ноге и рассмеялся. — Я не упоминал этого, поскольку не хотел тратить твое время. Если действительно хочешь вернуться и преподавать, можешь стать деканом любого факультета, какого хочешь: химия, физика, математика — все, что угодно!

Первоначально ректор Сюй хотел обсудить этот вопрос, но он не ожидал, что ситуация внезапно изменится. После возвращения Лу Чжоу в Китай он сразу же стал главным конструктором национального проекта и научным руководителем в области управляемого термоядерного синтеза.

Вообще говоря, даже если бы университет предлагал миллионы на финансирование исследований, немногие люди были бы готовы обучать студентов.

Любой человек на уровне академика, который контролировал несколько десятков проектов, не только не заинтересован в обучении студентов, но и часто игнорировал своих аспирантов.

В конце концов, не так уж много людей считали преподавание чем-то веселым и интересным.

Поэтому ректор не упоминал об этом.

Однако он не ожидал, что Лу Чжоу сам поднимет этот вопрос, что стало замечательным сюрпризом.

— Забудьте, я не могу справиться с административной должностью. Просто дайте мне кабинет на факультете математики, — ректор Сюй выглядел нетерпеливым, поэтому Лу Чжоу посмотрел на него и сказал:

— Если я не смогу хорошо преподавать на занятиях — это повлияет только на итоговые оценки студентов. Если я буду плохо работать деканом факультета — я разрушу будущее студентов.

Для Лу Чжоу размышления о простых проблемах вне научных исследований расслабляли его напряженный мозг, а также давали ему вдохновение.

Не говоря уже о том, что исследования сами по себе — не дело одного человека. Если бы он смог обучить пару талантливых студентов, это значительно облегчило бы ему жизнь.

Заниматься административной работой — как ставить телегу впереди лошади.

В конце концов, у него не было никакого желания к таким вещам, как власть.

— Ладно, если ты не хочешь работать деканом, мы не будем тебя заставлять. Все решено! — ректор Сюй улыбнулся. — Отныне наш Цзиньлинский университет — университет с Нобелевским лауреатом.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Разве так было не всегда?

— Есть большая разница между почетным профессором и работающим профессором. Я попрошу кого-нибудь сделать все за тебя. Через несколько дней, когда освободишься, забери свои документы в администрации. Если нет времени, я найду кого-нибудь, кто пришлет все тебе. Пурпурная гора все равно близко.

— Я заберу их...

Внезапно они услышали стук в дверь кабинета.

Из-за двери кабинета донесся почтительный, но незнакомый голос:

— Профессор Лу здесь?

………………..

Европа.

Вендельштейн 7-Х научно-исследовательский институт.

Оборудование медленно отключалось, профессор Миллек, президент Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца, смотрел прямо на устройство. Он говорил с непроницаемым лицом.

— Каков результат?

Профессор Кербер глубоко вздохнул и ответил:

— Мы пытались улучшить схему управления. Есть небольшое увеличение времени удержания плазмы, но мы все еще довольно далеко от одного часа.

— Конкретнее.

Кербер посмотрел на своего помощника, сидевшего рядом с ним, и его губы показали горькую улыбку.

— Мы увеличили результат на 102 секунды.

Если бы это было несколько месяцев назад, увеличенное время, измеряемое в секундах, было бы выдающимся достижением. Это можно было бы даже считать результатом, достойным пресс-конференции и освещением в СМИ.

Но теперь улучшение, измеряемое секундами, потеряло всякий смысл...

Профессор Миллек кивнул и ничего не сказал.

Он пришел сюда в одиночку, без сопровождающих его чиновников, будучи ученым, он прекрасно понимал, что нет смысла возлагать всю вину на Кербера.

Любой исследовательский проект имеет свою собственную скорость развития, нетерпение только вызовет проблемы.

Миллек некоторое время молчал, а потом вдруг сказал:

— Американцы планируют вышвырнуть Китай из ИТЭР.

Кербер с потрясением спросил:

— Почему?

— Причина — интеллектуальная собственность... Или, скорее, оправдание. В конце концов, многое мне не известно.

— Согласится ли совет ИТЭР?

Профессор Миллек ответил:

— Если понадобится, они это сделают.

Кербера переполняла буря эмоций:

— А как насчет средств, которые поступают из Китая? Просто взгляните на это только с денежной точки зрения...

— Соединенные Штаты обещают покрыть финансирование.

Кербер пожаловался:

— Еще одно обещание? Они даже не выполнили своих прошлых финансовых обещаний!

— Нам нет смысла это обсуждать. В конце концов, мы не выполнили своих собственных обещаний, -  профессор Миллек посмотрел на Кербера, и тот пришел в себя. — Кроме того, я просто сообщаю вам факты.

Кербер глубоко вздохнул и успокоился. Он тихо пробормотал:

— Я не понимаю, почему они сами не уходят?

Десять лет назад американцы кричали об уходе из ИТЭР. Теперь они не только не собирались уходить, но и выгоняли других из ИТЭР.

Профессор Миллек некоторое время молчал. Он сделал вид, что ничего не слышит, и вздохнул.

— ИТЭР рассматривает возможность изменения реактора DEMO с токамака на стелларатор. К счастью, проект токамака еще не начался, так что потери не слишком велики. Я предполагаю, что после следующего собрания будут выпущены соответствующие официальные документы. Вендельштейн 7-X, то есть вы, сыграете в этом важную роль.

Профессор Кербер горько усмехнулся:

— То есть вы хотите, чтобы мы лицом к лицу встретились с профессором Лу?

Это глупо.

Научные исследования — не боксерский поединок.

Вместо того, чтобы иметь победителя и проигравшего, было бы лучше сотрудничать и создать беспроигрышную ситуацию.

Особенно для исследований, касающихся будущего человечества, сотрудничество имеет гораздо большее значение, чем конкуренция.

Как будто профессор Миллек понял, о чем думает профессор Кербер, не высказывая своего мнения, он мягко кивнул.

— Можете думать об этом так, мы должны быть впереди Китая.

Глава 526. Руководство ценит ваше мнение

В ноябре 1985 года в Женеву прибыл американский самолет. Президент США в то время, Рональд Рейган, встретился с новым лидером Советского Союза Михаилом Горбачевым. Они начали переговоры о ядерном разоружении.

На фоне железного занавеса эта встреча рассматривалась как возможность сломать лед холодной войны.

Однако первая встреча Рейгана и Горбачева прошла не так хорошо, как ожидалось. Обе стороны спорили друг с другом о стратегической обороне, а также по правам человека и региональным проблемам. Встреча была на грани срыва.

В конце встречи, около пяти часов утра, обе стороны, наконец, договорились выпустить совместное заявление, которое не содержало никаких реальных обязательств.

В конце этого заявления два мировых лидера добавили, что обе страны будут разрабатывать новый источник энергии, отвечающий общим интересам человечества.

Таково происхождение ИТЭР.

Поэтому Кербер знал, что невозможно, чтобы США вышли из ИТЭР.

Несмотря на то, что Соединенные Штаты так и не выполнили свое обещание о финансировании 25 процентов исследований, ИТЭР сам по себе был проект, зависящий от политики.

Как правило, исследования управляемого термоядерного синтеза вдали от всей политики.

Однако предпосылка для этого — то, что никто не знает, как далеко до реализации этой технологии.

Размышляя об этом с логической точки зрения, если бы ему пришлось выбирать между работой в американском исследовательском институте и сотрудничеством с профессором Лу, он, несомненно, выбрал бы последнее, чтобы сотрудничать с ученым, который уже сделал значительные достижения в области термоядерного синтеза.

К сожалению, как исследователь, он не имел выбора в этом вопросе.

Даже поддерживающее его Объединение немецких исследовательских центров имени Гельмгольца не имело никакой власти.

Если Соединенные Штаты окажут давление на ИТЭР через ЕС и воспользуются защитой интеллектуальной собственности в качестве предлога, выгнать Китай будет проще простого.

Когда профессор Миллек развернулся и начал уходить, Кербер посмотрел на него с легким беспокойством.

Строго говоря, это не те проблемы, о которых он должен думать.

Но если его опасения действительно сбудутся, то организации ИТЭР может грозить распад.

В конце концов эта организация изначально не такая надежная, и всех связывала лишь общая мечта.

Никто на самом деле не возлагал свои энергетические мечты на футуристическую термоядерную энергию. Однако сидя в кофейне города, он слышал, как студенты Грайфсвальдского университета обсуждают, что произойдет после того, как технология управляемого термоядерного синтеза станет реальностью.

Трудно сказать, действительно ли свет на Пурпурной горе зажжет энергетику будущего или задует последнее пламя.

Если бы у них не было никаких ожиданий с самого начала, может быть, они могли бы пойти дальше?

………………………...

В дверь кабинета постучал высокий и худощавый мужчина лет тридцати.

По его словам, его звали Хэ Минсюань, секретарь господина Лу, руководителя управления по делам энергетики.

Ранее, когда Лу Чжоу ездил в Пекин, он уже встречался с ним, но они не общались.

Хотя Лу Чжоу и не знал, чего хочет от него управление по делам энергетики, он все же вежливо пригласил его зайти и сесть.

Хэ Минсюань сел рядом с ректором Сюй, который сидел напротив Лу Чжоу.

— Сначала я собирался навестить вас дома, но вас там не оказалось. Это срочно, поэтому приношу свои извинения за беспокойство.

— Все в порядке, не надо быть такими вежливыми. Я все равно в отпуске, — Лу Чжоу посмотрел на секретаря Хэ и спросил:

— Что вас так беспокоит?

Ректор Сюй заметил, что секретарь смотрит на него, поэтому улыбнулся и поставил чашку.

— Похоже, вам двоим есть что обсудить, и я не буду вам мешать.

Ректор участвовал во многих научно-исследовательских проектах национального уровня, и многие из них обладали конфиденциальной информацией. Он точно знал, что должен и чего не должен слушать.

Старик встал и вышел из кабинета.

Секретарь посмотрела на дверь кабинета, после того, как она закрылась, он вздохнул и серьезно заговорил:

— Американцы планируют вышвырнуть нас из ИТЭР.

Услышав эту неожиданную новость, Лу Чжоу нахмурился.

— Новость достоверна?

Секретарь кивнул:

— Я уверен на 90%. На самом деле, у них была эта идея уже давно.

Когда Лу Чжоу услышал это, он не мог не волноваться.

Это определенно не было хорошей новостью для него.

Хотя проект STAR-2 походил на оригинальный китайский проект ИТЭР, он не был связан с ним. Однако различные научно-исследовательские институты по всему миру более или менее выигрывали от ИТЭР.

Если Китай покинет проект ИТЭР, это не только будет означать, что все его предыдущие десятки миллиардов "сборов", выплаченных ИТЭР, будут напрасны, но это также будет означать, что исследовательские институты управляемого термоядерного синтеза в Китае, которые вели научный обмен с другими международными исследовательскими институтами в рамках ИТЭР, также прекратят свою деятельность.

Помимо потерь исследований, контракты на миллиарды с китайскими компаниями также подвергнутся риску быть расторгнутыми.

Лу Чжоу не очень разбирался в дипломатии, но с точки зрения научных исследований это, несомненно, тяжелый удар.

Лу Чжоу нахмурился и спросил:

— Зачем Америке это делать?

— Их причина — интеллектуальная собственность. Американские эксперты в совете директоров ИТЭР задавали нам вопросы. Они думают, что мы скрыли результаты наших исследований, разработав технологию, которая подрывает целостность ИТЭР… -  секретарь горько улыбнулся и добавил:

— Конечно, им не нужна причина.

Правильно, им не нужна причина.

Выслушав объяснения секретаря, хотя Лу Чжоу и понял их смысл, он все же покачал головой.

— Это возмутительно. Мы выполнили свой долг, сообщив о ходе исследований по проекту управляемого термоядерного синтеза. Мы не обязаны раскрывать какие-либо дополнительные исследования. Если компьютер STAR использует чипы Intel, значит ли это, что мы можем попросить их раскрыть свою технологию чипов?

Секретарь молча достал свой блокнот и записал слова Лу Чжоу.

Лу Чжоу посмотрел на блокнот и на секунду остановился, прежде чем спросить:

— Зачем вы записали это?

— По-моему, вы прекрасно выразились, — секретарь беспомощно улыбнулся. — Мы можем повторить это.

Однако логика и разум никогда не были эффективными.

Лу Чжоу потребовалось некоторое время, чтобы обдумать все, а потом он спросил:

— Каковы их конкретные требования?

— Они хотят, чтобы научная группа из членов ИТЭР постоянно находилась в научно-исследовательском институте STAR для участия в исследованиях. Они также просят нас раскрыть новейшую технологию производства сверхпроводящих катушек СГ-1 и все технические детали для модифицированного стелларатора STAR, а также показать схему управления.

Лу Чжоу задумался.

Сверхпроводящий материал — не проблема. Сам материал СГ-1 имел публичный патент, в то время как провода СГ-1 экспортировались в другие страны. Единственным секретом была технология процесса производства, разработанная компанией Баошэн Груп при содействии Института перспективных исследований.

Независимо от того, раскроют они эту технологию или нет, она не имела никакого отношения к Лу Чжоу.

Однако схема управления — проблема.

Схема управления, разработанная Цзиньлинским университетом, определенно хуже, чем лаборатории Вендельштейн 7-Х.

Причина, по которой стелларатор смог достичь одного часа удержания плазмы, частично связана со сверхпроводящим материалом СГ-1, но Сяо Ай заслуживал большую часть похвалы.

Короче говоря, у него не было никакой возможности когда-либо раскрыть схему управления.

Такая просьба — просто нелепая.

Видя, что Лу Чжоу некоторое время молчит, секретарь серьезно спросил:

— Это серьезный вопрос. После того, как мы услышали эту новость, мы провели двухдневное собрание, но так и не приняли решения. Начальство ценит ваше мнение. Если бы директор Лу был свободен, он бы лично приехал в Цзиньлин, чтобы навестить вас. Как вы думаете, что нам делать?

Глава 527. Не так дорог подарок, как дорого внимание

— На ваш взгляд... как думаете, что нам делать?

Секретарь уважительно попросил его совета.

Лу Чжоу замолчал.

На этот вопрос нелегко ответить.

Говоря прямо, он — не эксперт в международных отношениях. Он отвечал только за научные исследования.

Лу Чжоу немного подумал и не спеша ответил:

— Я — не тот, кто должен отвечать на этот вопрос. Я — всего лишь ученый, а не дипломат. Единственное, что я могу обещать, это то, что до 2025 года мы создадим реактор DEMO.

Лу Чжоу на секунду замолчал. Он посмотрел прямо в глаза секретарю Хэ и продолжил:

— Если вы действительно хотите услышать мое мнение, я думаю, что ключ к этой проблеме заключается в том, как мы планируем использовать эту технологию.

— Планируем использовать?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Было очень трудно монополизировать известную технологию.

Всякий раз, когда применялась какая-то технология, сложность ее решения уменьшалась в геометрической прогрессии.

Примером этого был Манхэттенский проект. Этот проект собрал всех ведущих западных ученых, за исключением Германии. Более 100 000 человек приняли участие в этом проекте, в рамках которого потратили два миллиарда долларов на успешное создание первой атомной бомбы. Президент Трумэн даже жаловался, что разработка атомной бомбы обходится дороже, чем покупка всей вселенной...

Очевидно жалоба Трумэна — преувеличение. Но это все еще показывало, насколько дорогими были затраты в то время.

Однако последовавшие за этим ядерные испытания явно обошлись не так дорого.

Если бы проект STAR-2 стал успешным, Китай смог бы начать энергетическую революцию, но он, вероятно, не стал бы монополизировать эту технологию.

Принцип максимизации прибыли состоял в том, чтобы использовать свое технологическое преимущество в той или иной области, чтобы расширить свое влияние и стать стандартом в этой области, что затем заставило бы всех остальных попытаться догнать этот стандарт.

Конечно, самым важным являлось то, что они могли использовать термоядерную энергию в качестве давления для получения политических и управленческих ресурсов, нужных Китаю.

Секретарь некоторое время молчал.

— Мы не обсуждали это на собрании.

Лу Чжоу кивнул.

— Я понимаю, в конце концов, все это далеко в будущем. Но хочу сказать, что если мы планируем только быть участником международного сообщества, то согласие с требованиями американцев в разумных пределах — подходящий выбор. Однако если мы хотим стать теми, кто устанавливает правила, — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — Тогда страдания и препятствия на пути -  неизбежны.

Когда секретарь услышал это, он невольно затаил дыхание.

Теми, кто устанавливает правила...

Это звучит...

Это действительно душераздирающее предложение.

Он сжал кулаки, лежавшие на коленях, и медленно расслабился. Он повторил это движение и глубоко вздохнул.

Не он принимает решения, он — только тот, кто выражает свое мнение. Однако в этот момент он почувствовал необходимость спросить от имени руководителя Лу и высшего руководства страны.

Секретарь с бешено колотившемся сердцем спросил:

— А что будет с проектом STAR-2, если мы покинем ИТЭР?

Лу Чжоу немного подумал и уверенно ответил:

— Удар будет, но не очень сильный.

Секретарь Хэ, наконец, расслабленно улыбнулся.

— Раз уж вы так сказали, мы можем вздохнуть с облегчением! Я передам ваше мнение высшему руководству.

Лу Чжоу кивнул.

— Пожалуйста, сделайте это.

Секретарь не хотел задерживаться, он планировал немедленно вернуться в Пекин, поэтому залпом выпил чай и попрощался с Лу Чжоу.

Лу Чжоу проводил секретаря Хэ вниз и тоже собирался уходить. Он раздумывал, стоит ли ему попрощаться с ректором Сюем, когда неожиданно столкнулся с ним.

Когда ректором Сюй увидел Лу Чжоу, стоящего внизу в одиночестве, он подошел к нему со стопкой документов в руке и улыбнулся.

— Закончили?

— Да, — Лу Чжоу неловко улыбнулся. — Извиняюсь, что занял ваш кабинет.

— Все в порядке, ничего страшного, твои дела важнее, — ректор Сюй отмахнулся рукой и улыбнулся, после чего передал документы Лу Чжоу со словами:

— Мне нечего было делать, пока вы сидели у меня в кабинете, поэтому я пошел в офис по академическим вопросам и закончил процесс трудоустройства для тебя.

Лу Чжоу взял документ из рук ректора Сюя и спросил:

— Трудоустройства?

— Разве ты не говорил, что хочешь стать профессором здесь? Подпиши эти бумаги, и станешь членом нашего математического факультета!

— Уже?

— Лучше разобраться с этим сейчас, прежде чем ты заснешь и передумаешь.

Лу Чжоу рассмеялся:

— Этого не случится. Хорошо, тогда я подпишу все. Я принесу их завтра.

— Даже не спросишь о зарплате?

Лу Чжоу неловко улыбнулся.

— Во всяком случае, все написано в документах. Я просто посмотрю позже. Я никуда не тороплюсь. Или, может быть, скажете мне сейчас?

— Просто скажу тебе сейчас. Если прочтешь позже, то, скорее всего, подумаешь, что слишком мало, и обвинишь меня, — ректор улыбнулся и немного помолчал. — Что касается зарплаты, то на самом деле у нас было собрание по этому вопросу в прошлом году. Наше окончательное решение — 4 миллиона юаней в год, а также 5 миллионов — в качестве субсидии на жилье… Я знаю, что тебя не волнует подобная карманная мелочь, но это самая высокая зарплата, которую мы можем предоставить. Что касается финансирования исследований, поскольку ты уже являешься руководителем проекта стоимостью 40 миллиардов юаней, я предполагаю, что тебе не нужно дополнительное финансирование, и я не буду смущать себя предложением. Но если у тебя есть какие-то другие потребности, обязательно скажи, и мы постараемся сделать все возможное, чтобы помочь!

Лу Чжоу улыбнулся:

— Какая карманная мелочь? Это больше, чем зарплата в Принстоне.

Университет Шуйму был лучшим университетом в Китае, и зарплата их "ученого уровня Нобелевской премии" составляла всего 1,7 миллиона юаней в год.

Годовой оклад в 2 миллиона юаней, по большей части, предел для академиков.

Что касается восьмизначных окладов, опубликованных в газетах, то большинство из них включали такие льготы, как жилье и страхование. Самым значительным из них было финансирование научных исследований.

Цзиньлинский университет предоставлял ему годовой оклад в четыре миллиона, что вдвое превышало принятую максимальную зарплату профессора. Сам ректор Сюй должен был пройти через множество споров и обсуждений, чтобы обеспечить это для Лу Чжоу.

Лу Чжоу не нуждался и не заботился о зарплате.

Но он был очень тронут этим жестом со стороны родного университета...

……………………...

Как только энергетическая проблема будет решена, будут решены и многие другие проблемы. Однако последует еще больше проблем в дальнейшем.

Торт еще даже не испекли. Самое большее, из духовки шел сливочно-маслянистый запах. Однако люди уже не могли усидеть на месте. Что будет, когда торт наконец-то вынут из духовки?

Произошедшее в ИТЭР, лишь предвидение будущего.

Ночью.

Офис в Пекине.

Руководитель Лу курил у окна, когда взглянул на часы.

Примерно через час предстоит еще одно собрание.

У него болела голова, когда думал о недавних событиях, и он нахмурился.

Несмотря на то, что они предвидели действия США, США действовали так быстро, что многие люди, включая его, были застигнуты врасплох.

Очевидно, что американцы охотятся за проектом STAR-2.

Внезапно он услышал стук в дверь своего кабинета.

Ректор Лу вздохнул и затушил сигарету. Он подошел к своему столу и сел.

— Войдите.

Секретарь открыл дверь и вошел.

Руководитель Лу посмотрел на секретаря и спросил:

— Вы уже встречались с профессором Лу?

Хэ Минсюань кивнул.

— Мы встретились днем.

После чего он тут же передал суть разговора с профессором Лу.

Выслушав доклад, руководитель Лу постучал указательным пальцем по столу и немного помолчал.

— Он так и сказал?

Хэ Минсюань серьезно кивнул:

— Да... Он пообещал, что даже если Китай выйдет из ИТЭР, проект STAR-2 существенно не пострадает.

Руководитель Лу наконец-то расслабился, и он с облегчением кивнул.

— Хорошо, я понял.

Пожалуй, это была лучшая новость, которую он услышал за весь день.

Впрочем, ее более чем достаточно!

Глава 528. Мы полагаемся на вас!

Совет ИТЭР является высшим органом организации ИТЭР. Он состоит из четырех представителей от каждой из семи стран-членов ИТЭР. Эти представители уполномочены соответствующими министерствами иностранных дел и назначались в соответствии с темами совещания. Его функции и обязанности очень похожи на функции советов директоров компаний.

Однако в отличие от компаний, не было никаких "уставов", которые могли бы регулировать решения совета ИТЭР.

Право голоса различных членов не обязательно полностью определялось технологической мощью их стран и их вкладом в конкретную область, а в большей степени зависела от дипломатической силы стран.

Надо признать, что Соединенные Штаты определенно сильны в этой области. Вопросы, которые американские представители задавали китайским представителям, были довольно пугающими.

Однако на этой конференции ситуация изменилась.

На этом заседании совета китайский представитель Ло Чжаньюань, назначенный Министерством иностранных дел Китайской народной республики, дал четкий и решительный ответ на требования представителя США.

— Мы уже выполнили свои обязательства, раскрыв детали нашего термоядерного эксперимента. Если только потому, что стелларатор STAR использует определенную технологию, мы должны раскрыть все другие технологические детали, то я должен ответственно напомнить вам, что схема управления стелларатора использует чипы Intel. Прежде чем просить нас стать щедрыми, может быть, вам стоит проявить немного своей собственной щедрости?

Выслушав перевод, американский представитель Адам Коэн холодно посмотрел на Ло Чжаньюаня и серьезно сказал:

— Это необоснованная просьба. Intel не является партнером ИТЭР, технология микросхем — их частная собственность. Кроме того, это совершенно не относится к нашему обсуждению!

Несмотря на то, что министр Коэн говорил агрессивно, Ло Чжаньюань не колебался с ответом.

— Научно-исследовательский институт STAR  и их компании партнеры также не являются подразделениями ИТЭР. Технология сверхпроводящего материала СГ-1 и схема управления стелларатора принадлежат их соответствующим частным подразделениям. На мой взгляд, это то же самое, что и Intel.

— Вы манипулируете ситуацией!

Ло Чжаньюань грубо парировал:

— Вы говорите о себе?

— ...

Собрание фактически стало "полем битвы" для американских и китайских представителей. Обе стороны постоянно спорили по поводу интеллектуальной собственности.

На первый взгляд, представители других стран сидели не заинтересовано, но на самом деле их интересовал исход.

Директор Осама Мотодзима также сидел за столом заседания. Он вдруг тихо вздохнул.

-  Похоже, это совещание закончится на печальной ноте.

Японский представитель Исида сидел рядом с ним, и он слегка повернулся, чтобы посмотреть на директора.

— Осама Мотодзима, неужели вас не интересует, как профессор Лу добился этого?

В прошлом году суперкомпьютер Cray-XC50 официально стал использоваться исследовательским центом термоядерной энергии Роккасё, чтобы обеспечить поддержку японских исследований управляемого термоядерного синтеза и внести свой вклад в программу ИТЭР. Хотя вычислительная мощность суперкомпьютера занимала лишь около 15-го места в рейтинге супер-вычислений, суперкомпьютер был разработан для исследований термоядерного синтеза. Поэтому его нельзя было напрямую сравнивать с другими универсальными суперкомпьютерами.

Точно так же, как Антон разработали для вычислительной химии, Cray-XC50 суперкомпьютер, который разработали для физики плазмы и термоядерного синтеза.

Так совпало, что у японцев отсутствовал набор эффективных схем управления. Если Китай согласится попросить исследовательский институт STAR раскрыть их схему управления, то они смогут улучшить результаты своих исследований.

Однако вероятность этого невелика.

Мотодзима уставился на двух спорящих представителей и некоторое время молчал. Затем он ответил на вопрос Исиды:

— Мне интересно, но должен сказать, что это далеко не вежливый способ добиться этого. Америка хочет показать свою силу через проект ИТЭР. Но вероятность того, что Китай пойдет на компромисс, невелика. Если Коэн продолжит стоять на своем, то в конечном итоге Китай может быть исключен из проекта ИТЭР.

Исида спросил:

— Разве не этого хотят американцы?

— Необязательно, — Мотодзима покачал головой. — По крайней мере, пока Китай не обнародует результаты своих исследований. Не в интересах американцев вышвыривать Китай из проекта ИТЭР.

Чжоу Чэнфу, сидевший за столом переговоров, чувствовал на себе взгляды представителей других стран. Он испытывал смешанные чувства.

С самого начала собрания он почувствовал запах пороха.

Во-первых, это внутреннее собрание. На которое министерство иностранных дел назначили представителя ВВС. Стойкость Ло Чжаньюаня превзошла все его ожидания.

Все признаки указывали на то, что начальство, похоже, отказалось от фантазий об ИТЭР. Было почти предсказуемо, что они столкнутся с исключением из ИТЭР, и они не получат свою следующую часть финансирования от ИТЭР.

Отношение страны к ИТЭР резко изменилось. Как директор Китайского центра по реализации программы термоядерного синтеза, он оказался в дилемме.

Рассуждая логически, он не хотел покидать ИТЭР.

Изначально они вложили много денег, чтобы присоединиться к ИТЭР. Если бы они действительно решили уйти сейчас, это означало бы не только то, что их усилия пропадут даром, но и то, что китайские исследовательские институты, сотрудничающие со странами ИТЭР, прекратят свое сотрудничество.

И самое главное, что если Китай решит покинуть ИТЭР, то тогда не будет никакого смысла в существовании Китайского центра по реализации программы термоядерной энергетики. Даже если они не будут немедленно расформированы, они определенно будут реструктурированы.

Кроме того, можно предвидеть, что будущие исследования Китая в области термоядерной энергии сосредоточатся на стеллараторе.

И его десять лет тяжелой работы...

Когда Чжоу Чэнфу думал об этом, его эмоции становились все более сложными.

Прямо сейчас он не был уверен, беспокоит ли его будущее китайской области термоядерного синтеза или его собственное будущее...

………………………………………………..

Драматические перемены в ИТЭР не стали приятной новостью для Лу Чжоу.

Он построил много планов сотрудничества с Обществом Макса Планка, но теперь, судя по всему, лаборатория Вендельштейн 7-X может превратиться из партнеров в потенциальных конкурентов.

Он должен признать, что эти перемены вызвали у него смешанные чувства.

Тем не менее одним положительным моментом стало то, что после того, как он, наконец, закончил проектные планы для системы восстановления нейтронов из жидкого лития, появилась хорошая новость от китайской национальной ядерной корпорации.

Главный инженер Ван снова прибыл в Цзиньлин. Он не только принес надежду на использование феррожидкостного генератора электроэнергии на термоядерном реакторе, но и принес более детальный проект.

Несмотря на то, что это был всего лишь эскиз, вся базовая конструкция и все места расположения соединительных портов для феррожидкостного генератора присутствовали на нем.

Лу Чжоу мельком взглянул на эскиз.

— Нет никаких очевидных проблем... Кстати, какова ожидаемая эффективность преобразования энергии?

— По первоначальной оценке с легкостью можно получить 50%. Может быть, даже выше. Однако пока он не построен, еще рано говорить.

Лу Чжоу удивился:

— 50%? Так много?

Академик Ван улыбнулся:

— Это всего лишь скромная оценка. Мы поговорили со специалистами из Института электротехники. Как вы сказали, феррожидкостная электроэнергия не эффективна при использовании в тепловой энергетике, но она вполне осуществима, когда применяется к термоядерной энергетике. Кроме проблемы нагрева плазмы и эффекта от нагара и золы, нет проблем, с которыми мы столкнулись при попытке использовать тепловую энергию.

— Сколько времени потребуется, чтобы построить его?

Академик Ван немного подумал и ответил:

— Примерно в следующем году, кроме порта подключения, остальная часть конструкции проста. Это не очень сложно. Генератор — это не такая уж большая проблема, ее можно решить со временем. Когда специалисты по электротехнике услышали, что вы планируете использовать феррожидкостную электроэнергию, они пребывали в восторге. Пока вы можете построить реактор, мы определенно можем разработать генератор.  Кстати, я немного беспокоюсь за вас. Я слышал, что Соединенные Штаты собираются вышвырнуть нас из проекта ИТЭР. Похоже, они пытаются установить технологическую блокаду. Вы в порядке?

Лу Чжоу улыбнулся на слова академика Вана.

— Не беспокойтесь. Разговоры об этом ничего не дадут. В порядке мы или нет, вы узнаете, когда придет время.

— Судя по всему, уверенности вам не занимать, — академик Ван посмотрел на уверенное лицо Лу Чжоу и сказал:

— Кстати, вы ведь из девяностых? Вы осознаете, что такое технологическая блокада?

— Это означает, что около двух десятков китайских исследовательских институтов, осуществляющих академические обмены с зарубежными исследовательскими институтами термоядерного синтеза, могут прекратить дальнейшее сотрудничество. Сотни текущих исследовательских проектов могут быть приостановлены или даже отменены.

Кроме того, это затронет контракты на миллиарды долларов, а также сотни магистрантов и аспирантов...

Все это может случиться, вернее должно случиться.

Однако, что это значит?

Принесет ли компромисс им равенство и достоинство?

Лу Чжоу так не думал.

— Значит, вы понимаете.

На лице академика Вана появилось одобрение.

Между талантами есть разница. Превосходный научный исследователь не обязательно должен быть выдающимся академическим руководителем. Есть разница между гениями и лидерами.

Если академик Ван и сомневался в лидерских способностях Лу Чжоу, то теперь это сомнение исчезло.

Академик Ван перестал улыбаться и с уважением посмотрел на Лу Чжоу.

— Мы полагаемся на вас!

Глава 529. Неожиданно интересные результаты?

Зона высоких технологий Цзиньлина.

Пару лет назад на этом месте был лишь пустырь, а теперь он превратился в хорошо застроенный район.

При поддержке местного правительства в этом месте проживало большое количество работников высокотехнологичных компаний. Они полагались на таланты из близлежащих университетов. Это место стало стандартной моделью экономического развития, преподаваемой университетами.

Хотя первоначальная цель этого района состояла только в том, чтобы сохранить местные таланты, казалось, что цель перевыполнили. Кроме того, район принес огромную экономическую прибыль.

Особенно — в индустрии литиевых батарей.

Согласно последним отчетам отрасли, в этом году модифицированная ПДМС пленка и материал электрода литий-серной батареи ПУС-2 заняли 32,7% и 47% доли рынка страны. Они, в основном, стали столпами этой индустрии.

Были также сверхпроводящие магниты СГ-1, недавно запущенные в производство компанией Баошэн груп. Их продавали по всему миру.

Для городского совета, который первым разработал план этого района высоких технологий, это мечта, ставшая реальностью.

Конечно, причина, по которой они смогли достичь такого уровня развития, имела мало общего с поддержкой государства.

Одна из причин заключалась в том, что Новые материалы Чжуншань, лидер отечественной индустрии материалов, смог успешно оседлать волну рынка литиевых батарей. С другой стороны, очевидно, сильно повлияли усилия каждого.

Конечно, больше всего повлиял Институт перспективных исследований.

Все компании в зоне высоких технологий напоминали звезды, окружающие этот исследовательский институт. Более 60% продукции здесь напрямую или косвенно связано с технологиями этого научно-исследовательского института. А по мере расширения рынка, эта доля будет продолжать увеличиваться.

Промышленность вели ученые, а фабрики — лаборатории.

Для любого другого исследовательского института в Китае это просто немыслимо.

Даже в развитых странах, где коэффициент конверсии научных исследований в промышленность составляет более 40%, лишь немногие научно-исследовательские институты обладают такими возможностями.

Особенно после того, как лауреат Нобелевской премии вернулся в Китай, это место стало святым для множества ученых.

Независимо от того, как исследователи внутри исследовательского института рассматривали свою собственную работу, по крайней мере со стороны, возможность проводить исследования рядом с обладателем Нобелевской премии, само по себе, поразительно.

В конце концов, это лаборатория Нобелевского лауреата. Это означало, что их эксперименты — на другом уровне.

Исследовательский проект лауреата Нобелевской премии должен быть, по крайней мере, на уровне Нобелевской премии, верно?

На самом деле, это правда.

Стелларатор STAR зажег надежду всего мира на технологию управляемого термоядерного синтеза. Не только это, но даже научный партнер института STAR, Институт перспективных исследований, также получил много внимания.

В начале этот научно-исследовательский институт мог привлекать только тех исследователей, которые не имели собственных лабораторий. Но теперь даже некоторые немного известные ученые сильно заинтересовались получить работу в нем.

В конце концов, за ним стоял крупный проект на 40 миллиардов юаней. Не говоря уже о том, что это также крупнейший национальный научно-исследовательский проект. Это уже другой уровень, по сравнению с большинством других отечественных исследовательских проектов.

Конечно, даже при том, что все это звучало привлекательно, когда кто-то действительно приходил в этот институт, внутри оказывалось не так все красочно, как казалось со стороны. По крайней мере, это не рай...

Не было бюрократии, не было квот на количество подготовленных научных работ... Все это важнейшие особенности этого исследовательского института, и исследователи, проводящие здесь исследования, должны сосредоточиться только на своей собственной работе.

С другой стороны, давление и интенсивность работы здесь гораздо выше, чем в обычных научно-исследовательских институтах. В конце концов, если бы они не старались изо всех сил, эти люди не смогли бы поспевать за Лу Чжоу.

По мнению Хоу Цзиньли, это место переполняли возможности.

Но конкуренция также чрезвычайно высока.

Работа до полуночи — обычное дело. В особенно важные моменты они даже спали в лаборатории. Это более интенсивно, чем в любом другом институте материаловедения в стране.

Что касается Института математики или Института физики...

Он не работал там, поэтому не мог объективно оценить их.

Конечно, несмотря на то, что Хоу Цзиньли целый день работал, ему все еще нравилась его жизнь.

И условия научных исследований, и зарплата на самом высоком уровне в Китае.

Конечно, это тогда, когда он сравнивал себя со своими коллегами. Было бы не очень весело, если бы ему пришлось сравнивать себя с теми, кто работает в инженерных областях.

Поскольку он храбро прыгнул в яму материаловедения, он должен был быть готов к тому, что его похоронят.

Не говоря уже о том, что научные исследования требовали определенной страсти.

Даже при том, что научное и исследовательское финансирование тесно связаны, слишком уныло волноваться только о деньгах.

Это то, что Хоу Цзиньли говорил себе, подбадривая себя, всякий раз когда чувствовал, что может не справиться больше.

К тому времени, когда он опубликует пару статей и станет небольшим руководителем, ситуация будет совершенно иной.

Однако мечты — прекрасны, а реальность — жестока.

Прошел почти год, но исследовательский проект, на который он успешно подал заявку, так и не продвинулся вперед.

Несмотря на то, что было сделано много интересных открытий, они далеко не выдающиеся.

До сих пор все, что он делал, это изучал набор лабораторных методов синтеза.

Будучи в любом другом институте Китая, ему бы пришлось переживать о отчетности в конце года.

К счастью, профессор Лу не устанавливал квоты на число статей. Ему надо только писать ежемесячный отчет о том, что он делал в этом месяце, и его эксперимент можно было бы продолжить.

Таким образом, ему не нужно беспокоиться о том, что его исследовательский проект будет прерван на полпути.

— Вот данные, которые просил, рисунок A — это рентгеновская диаграмма, рисунки В, С и D — ПЭМ-тестирование материалов. Есть также графики характеристик, я сделал их и для тебя.

Хоу Цзиньли взял графики и стал внимательно их рассматривать.

Юй Цзюньда стоял рядом с экспериментальным столом, скрестив руки на груди. Он вздохнул.

— Я же сказал тебе, что это просто какой-то остаток углерода, какой смысл его исследовать.

Они потратили почти год, исследуя его, поэтому Юй Цзюньда пребывал не в лучшем настроении.

Честно говоря, он слишком импульсивно решил работать над этим вместе с Хоу Цзиньли, но теперь сожалел об этом.

— Называть это остатками углерода — преуменьшение...

— Может, ты придумаешь что-нибудь получше? — Юй Цзюньда пожал плечами. — Независимо от того, как его называть, думаю, что мы тратим время впустую.

Услышав слова друга, Хоу Цзиньли замолчал.

Не то чтобы он не хотел спорить, просто не знал, что сказать.

Ничего существенного из этого эксперимента не вышло.

Было ли рассеивание этого материала в другие материалы или использование его отдельно, ему трудно представить его потенциальную ценность.

Хоу Цзиньли вздохнул и положил данные на стол. Он думал о том, что напишет в отчете об эксперименте, когда вдруг взглянул на ступку на столе.

Ступка использовалась для измельчения углеродных нанотрубок.

Обычно они использовали барабанно-шаровую мельницу, но ступки использовались для обработки небольших образцов.

Больше всего его привлекла не сама ступка, а раствор...

Внезапно в голове Хоу Цзиньли возникла идея, и он задумчиво произнес:

— Кстати говоря, мы еще не пробовали керамику...

Его коллега впал в ступор.

— Не думаю, что пробовали… — Юй Цзюньда странно взглянул на него. — Ты хочешь?..

Хоу Цзиньли кивнул.

— Давай попробуем, мы и так уже потратили столько времени впустую.

Он говорил с лицом, полным горечи.

Если это не сработает, тогда будь что будет...

Глава 530. Зачем ломать свой, когда можно использовать чужой

Хоу Цзиньли уже сбился со счета, считая неудачи.

Изначально его заинтересовали только отходы, полученные в ходе эксперимента по производству материала СГ-1.

По сравнению с обычными графеновыми материалами, этот на ощупь казался необычным.

Таковы выводы, которые он сделал из экспериментов. Он обнаружил, что причина, по которой этот продукт казался таким особенным, заключалась в том, что на его поверхности был слой пористого сетчатого барьера из аэрогеля.

В действительности такой результат разочаровал его. В конце концов, пористые сетчатые аэрогели, изготовленные из графена, не особенно новая область исследования. Можно даже утверждать, что подобные материалы применялись и в электродных материалах.

Однако это первый исследовательский проект, на который он самостоятельно подал заявку в своей жизни. Это также первый исследовательский проект, над которым он работал после прихода в этот исследовательский институт, поэтому он не хотел так легко сдаваться.

Поэтому после того, как он выяснил, что пористый аэрогель сам по себе не имеет особой ценности, он продолжил проводить углубленные исследования по использованию его в других диспергирующих средах и изучению его дисперсной фазы и свойств.

Весь этот процесс был безнадежным.

Это даже заставило его усомниться во всей своей жизни.

К счастью, он не сдался.

Он использовал пористый сетчатый аэрогель в качестве упрочняющего агента. Он соединил его с керамикой из карбида кремния, и произошло чудо!

Пористый сетчатый аэрогель не являлся особенно превосходным упрочняющим агентом по сравнению с другими материалами, по крайней мере в сравнении со сходными материалами

Однако его тепловые свойства привели Хоу Цзиньли в такое возбуждение, что он не мог не кричать в лаборатории.

Хоу Цзиньли немедленно закончил писать отчет об эксперименте и передал его в главный офис института.

На следующий день после сдачи отчет попал на стол Лу Чжоу...

…………………………………………...

Хотя многие интересные изобретения получались в результате несчастных случаев, этот случай оказался более неожиданным, чем обычно.

Лу Чжоу посмотрел на отчет и заинтересовался.

— Интересно.

Отчет делился на две части.

Первая часть посвящена получению пористого сетчатого аэрогеля.

"Используя оксид графена в качестве основного материала, приготовить 1-2 мл раствора оксида графена, затем добавить восстановитель, после чего перемешивать в течение 5-10 минут. После этого нагревать его при температуре 90-160 градусов по Цельсию в течение 30-45 минут, потом вынуть и сразу же положить в морозильную камеру на четыре часа. Потом вынуть и продолжить разморозку при высокой температуре в течение 5 часов. Наконец, вымыть его несколько раз и высушить... Это метод создания пористого сетчатого аэрогеля."

Вторая часть доклада — ключевая часть всего эксперимента.

В эксперименте Хоу Цзиньли и его исследовательская группа использовали атомно-слоевое осаждение для химического соединения пористого сетчатого аэрогеля из графена с керамическим слоем из карбида кремния. Благодаря этому, они смогли получить особый графеновый керамический композит.

Глядя на его микроструктуру, этот материал выглядел так, словно сотовый графеновый слой посередине соединялся с керамическим слоем, прочно связываясь молекулами между собой.

Согласно результатам высокотемпературных испытаний, в бескислородной среде этот графен-керамический композит способен выдерживать температуру до 3200 градусов!

Помимо отличных термостойких свойств, материал обладал еще небольшим коэффициентом расширения, и также обладал хорошей теплопроводностью и анизотропными свойствами.

Это означало, что тепловая энергия могла легко передаваться через его поперечное сечение, но не в вертикальном направлении.

Кроме этого, он также обладал высокой прочностью на растяжение и сжатие, не говоря уже о стойкости к термическим нагрузкам.

Глядя на эти данные, этот материал можно считать превосходным.

Ян Сюй посмотрел на заинтересованное лицо Лу Чжоу и спросил:

— Это тот материал, который вам нужен?

— Трудно сказать, -  Лу Чжоу отложил отчет об эксперименте и откинулся на спинку кресла, прежде чем добавить:

— Но этот отчет дал мне новую идею.

— Идею?

— Ага, -  Лу Чжоу кивнул и задумался. — Сначала я думал, что керамические материалы не подходят для первой стенки из-за плохих свойств рассеивания тепла. Но если посмотреть на это с другой точки зрения, то чем меньше теплопередача в перпендикулярном направлении, тем лучше.

— Почему?

— Из-за особенностей рекуперации нейтронов из жидкого лития, -  Лу Чжоу улыбнулся. — Из-за теплопроводности композитов из углеродного волокна мы должны рассмотреть возможность добавления еще одного теплоизоляционного слоя между композитом из углеродного волокна и жидким литием. В противном случае 3000-градусная температура испарит литий, который мы будем использовать для восстановления нейтронов.

Разница в температуре первой стенки и слоя жидкого лития — одна из главных трудностей в реакторе.

Теплопроводность не могла быть ни слишком слабой, ни слишком сильной. Глядя на это с этой точки зрения, углеродное волокно сильно отставало.

Напротив, анизотропные и тепловые характеристики этого нового материала — весьма многообещающие. Слабая теплопередача в вертикальном направлении поперечного сечения может обеспечить достаточное время для вступления в действие внешнего охлаждающего устройства.

Что касается рассеивания тепла материалом, то это можно решить, вставив в конструкцию теплопроводящую трубу для отвода тепла, передаваемое в направлении поперечного сечения.

Несмотря на то, что Ян Сюй мало разбирался в термоядерном синтезе, объяснение Лу Чжоу было достаточно простым для его понимания.

Однако хотя тепловую проблему решили, оставалась еще другая важная проблема.

— А как насчет нейтронного излучения? Это ведь самая важная часть, верно?

Лу Чжоу услышал его и вздохнул:

-  Ты прав, это самое главное. Несмотря на то, что этот материал подходит во всех других аспектах, его способность противостоять нейтронному излучению… Мы должны проверить это, прежде чем узнаем.

И карбид кремния, и графен имели стабильные ядра. Ковалентная связь углерод-кремния была гораздо более стабильной, чем металлическая. Кроме того, проницаемость этих двух материалов для пучка нейтронов — также значительная.

По крайней мере, в теории.

На самом деле, повреждения от облучения нейтронами не только вызовет изменения в ядрах атомов и разрушит внутренние химические связи, но также вызовет разрушения физической структуры материала.

Все эти факторы нельзя рассчитать только с помощью теории, выводы можно сделать лишь экспериментально.

Единственная проблема заключалась в том, что...

Они не могли проверить это.

На лице Ян Сюя появилась болезненная улыбка, когда он сказал эвфемистически:

— Этот эксперимент — не легкий.

Тест на нейтронное излучение — одно из самых сложных испытаний материалов в области материаловедения.

Обычные радиационные эксперименты — относительно просты, материал можно облучить, выпустив в него альфа-частицы.

Причина, по которой исследование материала первой стенки для управляемого термоядерного реактора трудное в том, что в мире не было никакого оборудования, которое могло бы провести такой тест.

В образец постоянно попадали нейтроны с энергией 14 МэВ, какое экспериментальное оборудование могло бы справиться с этим?

Обычный источник нейтронов даже не приблизится к такой величине.

Даже АЭС Дайя-Бэй имела на два порядка хуже уровень радиации, чем у термоядерного реактора!

Что касается ускорителя...

Это бред. Никто никогда не слышал о прямом ускорении нейтронов. Если бы кто-то смог этого добиться, то стал бы королем мира теоретической физики.

Что касается косвенного ускорения, то это действительно возможно. Однако лучше просто получить энергию выстрелами альфа-частиц в металлическую фольгу. Единственное преимущество первого в том, что пучок нейтронов имел более стабильную траекторию.

Думая обо всем этом, Лу Чжоу слегка постукивал пальцем по столу, осознавая, что загнан в угол.

Должен ли я снова заставить стелларатор STAR "страдать"?

Теоретически это возможно.

Но это ограничивает частоту экспериментов до одного раза в месяц, не слишком ли высока цена, которую нужно заплатить?

В конце концов, в Китае есть только один стелларатор.

Китайская национальная ядерная корпорация изучает, как построить свой собственный. Если единственное оборудование сломается, тогда все будет кончено.

Однако в голове Лу Чжоу внезапно появилась идея, и он хлопнул себя по лбу.

К черту!

Я думал только о том, чтобы использовать свой стелларатор, я забыл о токамаке!

Даже если время зажигания не большое, по крайней мере, они работают!

В Китае есть только один стелларатор, но много токамаков...

Глава 531. Без причины получить удар

— Апчхи!

Ло Чжаньюань спросил:

— Что случилось?

— Ничего...

Этот кондиционер слишком дует, от него я чихаю...

Чжоу Чэнфу высморкался и задумался.

Сейчас он летел обратным рейсом. Он не знал, что кто-то вспоминает его.

Примерно двенадцать часов назад он и директор Ло, сидевший напротив него, а также несколько других экспертов из Китайского центра по реализации программы термоядерного синтеза и другие представители, назначенные Министерством иностранных дел, приняли участие в неофициальной закрытой встрече ИТЭР во Франции.

Результаты встречи — не оптимистичны.

Однако вместо того, чтобы беспокоиться об отношении к ним представителя США, его больше беспокоила ситуация в Китае.

— Директор Ло.

— Да?

Чжоу Чэнфу попытался прощупать почву:

— По-вашему, чего хочет руководство?

Ло Чжаньюань очень уважал этого академика по управляемому термоядерному синтезу. Услышав вопрос, он ответил:

— Руководство, в принципе, больше не надеется на проект ИТЭР. Судя по искренности США и европейцев по отношению к нам, даже если мы раскроем наши технологии, нас все равно могут выгнать. Прежде чем приехать сюда, высшее руководство организовало собрание. Они попросили нас затянуть все как можно дольше и не раскрывать никаких технических секретов. Если они не захотят поделиться с нами собственными технологиями, сделка не состоится.

Чжоу Чэнфу услышал это и тихо вздохнул.

Как и ожидалось, его худшие кошмары сбылись.

Его усилия, продолжавшиеся более десяти лет, оказались на грани краха. Он уже знал решение руководства и знал, что такой эксперт, как он, не имеет права голоса в этом вопросе. Однако все равно не мог не жаловаться.

— Значит, мы просто уйдем из ИТЭР? Мы потратили так много только для того, чтобы присоединиться...

Ло Чжаньюань покачал головой:

— Что еще нам делать? Если мы не остановим потери сейчас, то со временем они только увеличатся.

Ло Чжаньюань помолчал немного и продолжил:

— Кроме того, хотя мне и не следовало бы этого говорить, но, возможно, это не обязательно будет плохим решением — покинуть ИТЭР. По крайней мере, мы можем взять деньги, которые даем европейцам, и инвестировать их в наши собственные проекты термоядерной энергетики. Кроме того, профессор Лу обещал, что мы сможем завершить реактор DEMO к 2025 году... Если он добьется успеха, нам больше не нужно будет оставаться такими пассивными, мы можем взять инициативу в свои руки.

Опять Лу Чжоу...

Когда Чжоу Чэнфу услышал это имя, его брови непроизвольно дернулись.

А что, если этот парень просто хвастается...

Хотя Чжоу Чэнфу действительно хотел сказать это вслух, но не стал, оставив это при себе.

В конце концов, хотя он и не хотел проигрывать Лу Чжоу, он — не глупец...

………………………………….

Согласно закону Мерфи, все, что может пойти не так, пойдет не так.

Несмотря на то, что китайские представители старались тянуть как можно дольше, им все равно пришлось столкнуться с реальностью.

Последний день августа.

Появилась первая "жертва".

Прежде чем убедить своих союзников, Соединенные Штаты решили сначала оказать небольшое давление на Китай.

Поскольку лаборатория строительных материалов Института Фуян слишком выделялась и часто появлялась в заголовках новостей. Институт, который не имел ничего общего с научно-исследовательским институтом STAR, был несправедливо убит.

Сяо Ле тащил пыльный чемодан. Он стоял перед своим домом в полном недоумении.

Три дня назад он был приглашенным ученым в лаборатории  DIII-D General Atomic и планировал вернуться в Китай в конце года.

Однако он не ожидал, что его отправят обратно в Китай из-за документа, лично подписанного президентом.

Профессор Ли, возглавлявший группу, дал им неделю отпуска и сказал ожидать дома новостей. Человек, отвечающий за General Atomics, сказал, что они поднимут этот вопрос с Министерством энергетики. В конце концов, General Atomics не хотела терять талантливых ученых, но, скорее всего, из этого ничего не выйдет...

В любом случае, они отдохнут  и немного подождут, прежде чем доложить в Луян.

Раздался звонок, и входная дверь открылась.

Когда Сяо Чжипин увидел своего сына, стоящего у входной двери, он на секунду замешкался.

— Разве ты не должен был вернутся в конце года? Почему ты вернулся сейчас?

— Что? Наш сын вернулся? — голос его матери, Ван Ли, донесся из гостиной. Увидев сына, она радостно подошла к нему. Она взяла чемодан из его рук и сказала:

— Иди в дом и отдохни. Боже, ты проделал весь этот путь и даже не позвонил нам. Пусть отец позже купит свинину, я потушу ее для тебя.

Сяо Ле выдавил улыбку:

— Все произошло слишком быстро. Наше оборудование для связи изъяли, а вернули только тогда, когда мы сели в самолет.

Сойдя с рейса, он не стал звонить заранее.

Сяо Чжипин помолчал секунду и нахмурился.

— Изъяли? Что случилось?

— Возможно...  это связано с недавними торговыми войнами, я не знаю конкретной ситуации, — Сяо Ле покачал головой и сел на диван. Он взял чашку и сделал глоток чая. — Позавчера мы планировали пойти на семинар по физике плазмы. Профессор, возглавлявший нашу группу, неожиданно сообщил нам, что семинар отменяется. Вернувшись в отель, мы встретили людей, утверждающих, что они из ФБР, они конфисковали наше оборудование и обыскали номера...

Ван Ли поражено спросила:

— Вас же не ограбили?

Сяо Ле покачал головой:

— Нет... У них был ордер на обыск из местного суда, так что это, вероятно, не подделка.

На самом деле, это не имело значения, было ли это подделкой или нет.

После того, как Сяо Ле вернул свой телефон, он обнаружил, что все фотографии, сделанные им в здании компании General Atomics, удалены. Однако он разместил эти фотографии в ленте для своих друзей, так что потеря не велика.

Ван Ли произнесла:

— Это слишком страшно… Может, в следующей раз лучше не ехать?

Сяо Ле покачал головой:

— Как ехать, моя виза отменена!

Из-за этого их имена, скорее всего, занесли в черный список. Не только академические обмены, но у него, вероятно, будут проблемы просто с обычными поездками.

Честно говоря, он понятия не имел, что задумали американцы.

С его точки зрения, управляемый термоядерный синтез все еще находился в далеком будущем. Возможно, потребуется еще пятьдесят лет, чтобы узреть его. Но внезапно область термоядерного синтеза стала похожа на область ядерного деления, что считалось чувствительной технологией.

Он предположил и подозревал, что президент США хочет продемонстрировать свою силу против Китая.

В конце концов, почти 2020 год, и скоро выборы.

После того, как Сяо Чжипин услышал о страданиях своего сына, он разозлился и возмутился:

— Ах, кого волнует Америка. Какая разница! Без них Земля перестанет вращаться? Разве мы не создали атомные бомбы и спутники без них?

Сяо Ле покачал головой:

— Ладно, ладно, ты не поймешь, если я тебе все объясню.

Многие люди не понимали, и, очевидно, СМИ не вещали об этом, но устройство EAST — не разработка Китайских исследовательских институтов. На самом деле оно в значительной степени основывается на токамаке  DIII-D компании General Atomics.

В конце концов, есть разница между научными исследованиями и сельским хозяйством. Это не как если кто-то даст вам семена, вы можете самостоятельно вырастить растения.

Если бы это была полностью зрелая технология, то такой проблемы не существовало. Но как проводить последующие исследования незаконченной технологии, особенно такой крупномасштабной, как термоядерный синтез. Будущее гораздо важнее того, что уже было сделано.

Но теперь их сотрудничество с General Atomics приостановлено.

Конечно, они все еще могли использовать свое устройство EAST, но что касается того, что они должны исследовать дальше...

Они могли рассчитывать только на себя.

Конечно, Сяо Ле не был полностью безнадежен.

Обучение — часть научных исследований. Очень важно знать свои слабости, но и не следует слишком скромничать. На самом деле они внесли значительные новшества в устройство EAST. Например, технология сверхпроводящая D-образного сечения разработана лабораторией строительных материалов Института Фуян.

Просто, по сравнению с беспроигрышным сотрудничеством, им теперь придется сражаться в одиночку.

Это заставляло его несколько волноваться за будущее областью управляемого термоядерного в Китае...

— Я не понимаю этого, но вы, лаборатория строительных материалов Института Фуян, конечно же, лидеры в области отечественного управляемого термоядерного синтеза? Сделай все возможное, чтобы твой отец гордился тобой. Заставь этих американцев умолять нас вернуться!

Сяо Ле услышал ободряющие слова отца и покачал головой, продолжая есть.

Легко сказать, но это не так просто сделать.

Не говоря уже о том, что мы больше не являемся лидерами в этой области.

ИТЭР планирует двигаться в направлении стелларатора, и Соединенные Штаты, и европейцы больше не хотят играть с нами. Я понятия не имею, выживет ли китайский центр.

Китай вроде также планирует использовать стелларатор.

Кажется, он называется STAR-2?

В конце концов, свет, исходящий от Пурпурной горы, ослепил весь мир...

Глава 532. Немного обидеть

После того как самолет Чжоу Чэнфу приземлился, он направился в Юго-Западный институт физики, но не ожидал встретить там человека, которого хотел бы встретить в самую последнюю очередь.

— Наш стелларатор все еще ремонтируется, поэтому мне придется одолжить ваше устройство HL-2A. Я обратился к высшему руководству по этому вопросу, и нашу просьбу одобрили. Руководитель Лу сказал, что вы будете полностью сотрудничать с нашим экспериментом, поэтому я сразу же пришел. Что касается письменных документов, то они придут не позднее завтрашнего дня, — сказал Лу Чжоу, сидя в кабинете Чжоу Чэнфу. Он поиграл с чайным сервизом на кофейном столике и спросил:

— Этот чайник красивый, где ты его купил?

Чжоу Чэнфу уставился на Лу Чжоу с пустым лицом:

— Разве ты не исследуешь стелларатор, зачем ты здесь?

— Быстрое зажигание.

Чжоу Чэнфу был ошеломлен, когда услышал это.

— Ни за что!  Использовать для этого экспериментальный реактор, ты спятил?

Лу Чжоу не обращал внимания на возмущения Чжоу Чэнфу. Он только улыбнулся и продолжил:

-  Я читал соответствующие бумаги. HL-2A может достичь нужных условий. Мне нужно проверить свойства нового материала, имитируя среду нейтронного излучения внутри реактора, поэтому я прошу вас о помощи.  Не беспокойся о деньгах. Тритий для эксперимента будет предоставлен нами. Вы должны только сотрудничать с нашим экспериментом.

Услышав просьбу Лу Чжоу, Чжоу Чэнфу чуть не вырвало ему в лицо.

Что ты подразумеваешь, говоря, что собираешься предоставить нам деньги?

Думаешь, что можете просто купить нас за деньги?

Упоминание денег вызывало боль у Чжоу Чэнфу.

Особенно когда он услышал, что руководитель Лу сказал, что они будут "полностью сотрудничать", это привело его в ярость. Он первый, кто решил заняться исследованиями термоядерного синтеза, но теперь с ним обращались как с ублюдком.

— Если ты действительно хочешь экспериментировать с нейтронным излучением, почему бы тебе не поехать в Дайя-Бэй?

Лу Чжоу покачал головой:

— Дунгуань и Дайя-Бэй не удовлетворяют требования в источнике нейтронов.

В настоящее время последний международный план исследований управляемого термоядерного синтеза состоял в том, чтобы построить устройство источника нейтронов на основе взаимодействия дейтерия и лития, чтобы имитировать среду нейтронного излучения, которая присутствовала внутри термоядерного реактора. Однако до сих пор это устройство оставалось на стадии концепции. Только американцы занимались исследованиями этого, и они, вероятно, единственные, кто знал о ходе исследований.

-  А как насчет острова Науки? -  Чжоу Чэнфу расстроился и не хотел уступать. Он быстро добавил:

— EAST может сделать это, почему бы вам не воспользоваться им...

— Мне нужен ваш.

Одна фраза Лу Чжоу перекрыла все аргументы Чжоу Чэнфу.

Лу Чжоу поставил чайник на стол и встал с дивана.

Чжоу Чэнфу выглядел таким смущенным, как будто он только что съел жука. Лу Чжоу улыбнулся и непринужденно сказал:

— В любом случае, я, вероятно, уже обидел тебя в прошлом, так что сегодня просто оскорблю тебя еще раз.

Лицо Чжоу Чэнфу помрачнело, когда он тихо сказал:

— Ты должен ясно мыслить. Если наш HL-2A будет уничтожен вами, и вы не сможете создать реактор DEMO...

Не изменившись в лице, Лу Чжоу ответил:

— Не нужно переживать об этом, вся ответственность — на мне.

Чжоу Чэнфу фыркнул.

Он встал со стула и вышел из кабинета, не сказав ни слова.

Лу Чжоу посмотрел на уходящего старика и перестал улыбаться.

Возможно, он мог бы использовать более вежливый подход, но он торопился.

Поэтому ему оставалось только извиниться.

………………………...

В том числе в Университете науки и технологий Китая — устройство инерционного удержания, в Китае всего 16 устройств для экспериментов по управляемому термоядерному синтезу.

Однако всего несколько устройств могли достигать сотен миллионов градусов-температуры, при которой происходило слияние дейтерия и трития.

HL-2A — одно из них, которое являлось скоплением труда огромного числа ученых.

Чжоу Чэнфу посмотрел на техника по обслуживанию оборудования и был на грани слез. Не спрашивая, Чжоу Чэнфу знал, что его машина разрушена.

Он сердито посмотрел на Лу Чжоу, его кровь кипела.

Он не мог не хотеть расплавить этого парня, бросив его в токамак. Однако на этом эксперимент закончился. По крайней мере, он знал, что это сделано не просто так.

Чжоу Чэнфу смерил Лу Чжоу убийственным взглядом.

— Каков же результат?!

Лу Чжоу проигнорировал обиду в его тоне и уставился на изображения со сканирующего электронного микроскопа, и наконец, вздохнул.

— Выглядит не очень оптимистично.

На этот раз он принес около 20 образцов, их всех прикрепили к первой стенке токамака.

Эти изображения были получены после остановки и охлаждения экспериментального реактора. Рабочие в костюмах химической защиты входили в реакционную камеру и собирали материалы для специальных лабораторных испытаний.

Глядя только на эти данные, производительность материалов в камере реактора не выглядела хорошей.

Однако Лу Чжоу никогда не ожидал, что первый эксперимент будет успешным, поскольку каждый исследовательский эксперимент проводился методом проб и ошибок.

Чжоу Чэнфу чуть не вырвало кровью от гнева.

Что значит — не очень оптимистично?

Позже ты собираешься провести еще один эксперимент?

Лу Чжоу потер подбородок и внимательно посмотрел на изображения.

— Нейтронное излучение в термоядерном реакторе — слишком сильное. Несмотря на то, что карбид кремния и сетчатый аэрогель графена обладают хорошими свойствами пропускания нейтронов, пучок нейтронов все же проник в материал, что привело к образованию нескольких дефектов Френкеля внутри материала.

— Что за?

Удивленный, Лу Чжоу остановился на секунду и посмотрел на него.

— Дефект Френкеля? Дефект образуется, когда атомы или ионы покидают свое место в решетке, создавая пустоту, и становится межузельными атомами или ионами… Это очень простая концепция кристаллографии.

Лицо Чжоу Чэнфу стало красным как у помидора. Ему почти хотелось выругаться на Лу Чжо.

Однако он вдруг понял, что перед ним — лауреат Нобелевской премии по химии. Все, что он мог бы сказать, поставило бы его в еще более неловкое положение, поэтому он решил закрыть рот и тихо прошептал:

— Я занимаюсь ядерной физикой и физикой плазмы, а не материалами...

В конце концов, не так уж много людей знали все.

Чжоу Чэнфу был главой всего проекта, поэтому он мог знать немного больше. Однако его понимание, очевидно, недостаточно глубокое.

Не говоря уже о том, что реактор HL-2A не использовал подобный тип материала. Он только слышал о композитных материалах на керамической основе, используемых в реакторах.

— Например, здесь и здесь, — Лу Чжоу было все равно, понял ли Чжоу Чэнфу или нет. Он указал на изображения. — Видите эти белые точки? Глядя на него с помощью инфракрасных детекторов, можно сделать вывод, что пустоты остаются в результате смещения атомов водорода. Это указывает на то, что этот материал не обладает хорошими антинейтронными свойствами, нейтроны остались внутри материала.

Чжоу Чэнфу понял эту часть, и спросил с бледным лицом:

— Так толку от этого материала?

— Это зависит от того, кто им пользуется.

Лу Чжоу сохранил данные на внешнем жестком диске. Не глядя на Чжоу Чэнфу, он спокойно сказал:

— Не надо забывать, что именно я изобрел область вычислительного материаловедения.

Глава 533. Взяться за старое

Лу Чжоу недолго пробыл в Юго-Западном институте физики. Получив необходимые данные, он вместе с другими исследователями на следующий день улетел обратно.

После ухода Лу Чжоу и его команды, почти все в Юго-Западном институте вздохнули с облегчением.

Этот парень напоминал бандита, оставившего все вокруг в беспорядке. Закончив эксперимент, они собрали данные и ушли, оставив кого-то другого все убирать.

Многие обсуждали, не пришел ли этот парень сюда, чтобы отомстить. В конце концов, никто не знал, действительно ли нужен сам эксперимент или нет, этот парень — не из тех, кто раскрывал секреты. Лу Чжоу не только забрал образцы, но даже не предоставил им копии данных.

Как бы то ни было, после произошедшего престиж Чжоу Чэнфу в институте был полностью уничтожен...

Цзян Лян стоял в кабинете Чжоу Чэнфу и вздохнул с облегчением.

— Этот дьявол наконец-то ушел.

Чжоу Чэнфу, сидя в своем кресле, медленно спросил:

— Как HL-2A?

От этого вопроса облегчение на лице Цзян Ляня превратилось в страдание.

— Отчет о радиационном повреждении еще не готов... Но, по словам инженеров, ситуация выглядит не очень хорошо.

— Что они сказали?

— Внутри материала конструкции имеются набухания различной степени. Что касается первой стенки... она практически

разрушена! — подавлено произнес Цзян Лян.

Экспериментальный реактор никогда не предназначался для использования для термоядерного синтеза, он предназначен только для имитации рабочей среды плазмы при высоких температурах.

Поэтому уровень сопротивления материалов к нейтронному излучению, в основном, эквивалентно или даже меньше, чем у материалов реактора деления.

Поэтому неизбежно, HL-2A окажется в ужасном состоянии.

Несмотря на то, что Чжоу Чэнфу морально подготовился к этому, он все еще не мог не сжимать зубы.

Он глубоко вздохнул и подавил боль в сердце.

— Его можно починить?

Цзян Лян неохотно кивнул:

— Я спросил инженеров в институте. Отремонтировать можно. Однако в краткосрочной перспективе... мы не сможем им пользоваться.

В конце концов, слишком много компонентов нужно заменить.

Чжоу Чэнфу немного помолчал и заговорил:

— После того, как тест на радиационное повреждение будет сделан, не забудь сохранить все данные.

Цзян Лян на секунду замолчал. Внезапно его глаза вспыхнули, и он сказал:

— Вы собираетесь...

Гнев переполнял Чжоу Чэнфу, он сжал кулаки и сказал:

— Мы не можем оставить это вот так.

Если Лу Чжоу добьется успеха, тогда неважно...

Но если это мелкое отродье не сумеет...

Клянусь, я доставлю эти "доказательства" в Пекин, и он заплатит за ущерб!

………………………………………...

Для большинства людей эти данные могут оказаться бесполезными. Однако для Лу Чжоу — они бесценны.

Математика — мощный инструмент научных исследований, а также самое мощное оружие Лу Чжоу.

Даже если выводы, сделанные из данных, не могли непосредственно дать ему желаемый результат, его можно было использовать в качестве ориентира, чтобы предотвратить множество ошибок.

— Давненько я так не удивлялся.

Лу Чжоу сидел в своем кабинете, глядя на данные и графики на экране компьютера. Внезапно его глаза заблестели от возбуждения.

Как и ожидалось, ему больше по душе находиться на переднем крае исследований и решать проблемы лично, нежели давать указания другим, какие эксперименты проводить.

Потянувшись, он взял ручку и написал что-то на новом листе бумаги.

"Энергия радиационного повреждения: Tdam = Td(1+kg(ε))^-1"

"k = ξ0.0793(A1+A2)^3/2.Z1.Z2/(Z1^2/3+Z2^2/3)A1^2/3,ξ ≈ Z1 ^ 1/6"

"ε=..."

Стоит отметить, что из-за дороговизны экспериментов с нейтронным излучением более десяти лет назад, когда сообщество ядерной физики исследовало повреждения нейтронным пучком, они разработали набор методов расчета таких параметров, как смещение на атом. Они могут быть смоделированы с помощью программного обеспечения, такого как McDeLicious и NJOY.

Поскольку это феноменологическая модель, построенная на основе эмпирических формул, существовало множество соответствующих методов расчета. Лу Чжоу решил сослаться на более надежную модель Линхарда-Робинсона.

После выбора ожидаемого интервала смещения атома и максимального значения производительности, используя теорию из модели, он изменил некоторые константы в графеново-керамическом композите в качестве переменных, которые затем интегрировал в свою собственную теорию вычислительного материаловедения. Это позволило ему смоделировать материал с нужными параметрами.

Хотя все это звучало просто...

Но на самом деле этот процесс — гораздо сложнее, чем использование модели Линдхарда-Робинсона для моделирования смещения на атом и условий нейтронного облучения материала.

Кроме того, результаты, полученные в результате моделирования, не обязательно будут надежными.

Такая ситуация распространена в области вычислительного материаловедения. Даже если это может быть правдоподобно с математической точки зрения, это может быть невозможно с практической точки зрения.

Особенно когда строго положительные параметры становятся отрицательными...

Дни пролетали быстро. Лу Чжоу постепенно полностью погрузился в работу. Последние несколько дней он запирался в своей комнате.

Ректор Сюй позвонил ему некоторое время назад и спросил, есть ли у него время выступить на церемонии открытия. У Лу Чжоу действительно не было свободного времени, поэтому он отклонил приглашение.

Ректор понял, почему Лу Чжоу пришлось отклонить приглашение.

В любом случае, крупный научно-исследовательский проект национального уровня — приоритетнее.

Однако ректор все же посоветовал Лу Чжоу по телефону, что тому не стоит переутомляться, и что он должен найти время, чтобы выйти на улицу. В конце концов, здоровье человека — самое важное, загубить здоровье — будет чревато.

Однако как бы ни старался ректор Сюй, Лу Чжоу все равно работал в своем собственном темпе.

Он ни за что не покинет дом до того, как станут известны результаты исследований.

К счастью, несмотря на то, что он перестал изучать математику год назад, его навыки не притупились.

Просидев две недели в своей комнате, в середине сентября, Лу Чжоу, наконец, закончил последний шаг.

Он вздохнул с облегчением и откинулся на спинку, глядя на вычисления на экране, ухмыльнулся.

Он закончил каркас модели.

Теперь оставалось лишь наполнить его.

А это означало, что пришло время произвести кое-какие расчеты.

— Сяо Ай, для тебя есть задание.

Как только он заговорил, в правом нижнем углу экрана появилось небольшое текстовое окно.

"Хорошо! Хозяин! (๑•̀ᄇ•́)ゞ"

Несмотря на то, что количество необходимых вычислений огромно, с помощью суперкомпьютера Сяо Аю нетрудно выполнить эту утомительную и не творческую задачу.

После того, как Лу Чжоу дал Сяо Аю конкретные детали, он встал со своего места.

Потянулся, разминая затекшие руки и плечи, и перешагнул через разбросанные по земле черновики. Он прошел на кухню и приготовил себе чашку растворимого кофе.

Ожидая, пока закипит чайник, достал телефон и проверил сообщения, звонки и почту. Он напечатал несколько простых ответов всем, кто пытался связаться с ним.

Закончив отвечать, Лу Чжоу взял кофе и вернулся в кабинет.

Когда сел за стол, ему уже пришли результаты расчетов.

Лу Чжоу полностью просмотрел результаты моделирования и ухмыльнулся.

Результаты — почти идеальные.

Кроме некоторых, явно невозможных данных, у него было, по меньшей мере, пять достижимых наборов данных.

Каждый набор данных соответствовал теоретически возможному техническому пути.

— Все, что нам теперь нужно сделать, это проверить осуществимость с помощью экспериментов!

Глава 534. Счастье приходит неожиданно

Институт вычислительного материаловедения.

Хоу Цзиньли остановился перед входом в лабораторию и глубоко вздохнул. Он нервно открыл дверь и вошел внутрь.

Десять минут назад он все еще сортировал образцы в лаборатории. Однако кто-то вдруг сказал ему, что Лу Чжоу хочет его видеть.

Услышав эту новость, он без малейшего колебания бросил свою работу и помчался сюда.

Когда увидел Лу Чжоу, стоящего в лаборатории в белом халате, он нервно спросил:

— Вы вызывали меня?

Лу Чжоу кивнул и коротко ответил:

— Да.

Услышав ответ Лу Чжоу, Хоу Цзиньли занервничал еще больше.

Профессор Лу, который не показывался в институте уже несколько дней, внезапно появился. Не говоря уже о том, что первое, что он сделал по возвращению, это вызвал Хоу Цзиньли.

Чего же хочет от меня профессор Лу?

Может быть, есть проблема с моим исследовательским проектом?

Невозможно...

Он точно помнил, что повторил эксперимент несколько раз, а также перепроверил отчет об эксперименте.

Кроме того, профессор Лу, конечно же, не вызовет меня по такому пустяковому поводу.

Он не виноват, что нервничает. Нормальные люди никогда бы не подумали, что Нобелевский лауреат заинтересуется их исследованиями. В конце концов, Хоу Цзиньли был новичком исследователем в течение стольких лет.

Пока Хоу Цзиньли лихорадочно гадал про себя, Лу Чжоу внимательно наблюдал за ним.

Лу Чжоу заметил, что тот нервничал, и догадался из-за чего, поэтому сказал:

— Расслабься, не чувствуй никакого давления. Я, наверное, моложе тебя по возрасту. Кроме того, у меня нет для тебя никаких плохих новостей.

Когда Хоу Цзиньли услышал это, его напряженные плечи, наконец, расслабились.

Лу Чжоу помолчал секунду, прежде чем продолжить:

— Я прочитал твой отчет.

Хоу Цзиньли сразу же выпрямился и стал ждать, когда Нобелевский лауреат раскритикует его исследования.

— То, что вы обнаружили, очень интересно. Он не только обладает хорошей устойчивостью к высокой температуре, но и гораздо лучше сопротивляется нейтронному излучению, чем обычные легированные материалы.

Хоу Цзиньли взволновано спросил:

— Правда?

Его эксперимент, в основном, связан с устойчивостью к высоким температурам, у него, очевидно, не было средств для проведения эксперимента с нейтронным излучением, поэтому он даже не думал об этом.

Теперь он узнал, что его исследовательский материал не только обладает отличными термостойкими свойствами, но и обладает отличными свойствами против нейтронного излучения, поэтому эта хорошая новость потрясла его.

Лу Чжоу кивнул.

— Есть некоторые недостатки, но есть много возможностей для улучшения. Кроме того, на этом хорошие новости заканчиваются. Новости, которые я собираюсь сообщить, могут оказаться для тебя не слишком хорошими. После того, как я обсудил материал с некоторыми экспертами Китайской национальной ядерной корпорации, мы решили, что он имеет перспективы применения в термоядерных реакторах. Поэтому мы утвердим твой заключительный отчет, но, возможно, ты не сможешь опубликовать статью.

Хоу Цзиньли вздохнул про себя.

На самом деле, когда он услышал, что его материал способен противостоять нейтронному облучению, то уже догадался, что Лу Чжоу собирается сказать.

Все исследования, которые проводились в научно-исследовательском институте, принадлежали научно-исследовательскому институту. Это написано в контракте и являлось стандартной практикой, так что спорить не о чем. То, что принадлежало исследователю, часто — либо сама статья, либо бонус.

Из-за выдачи патентов, других исследовательских проектов и общих интересов исследовательского института исследователи не могли сразу опубликовать статью по завершении работы. Сначала они должны сделать отчет. После этого ответственный человек должен принять решение о публикации работы.

В большинстве случаев, если только кто-то не обманывал вас, этот процесс проходил гладко. В конце концов, статьи — жизнь ученого, их должности зависят от публикаций.

Однако существовали и некоторые особые обстоятельства, при которых статью могли запретить к публикации.

Например, когда идет крупный научно-исследовательский проект, и результаты исследований в статье могут помочь этому проекту или результаты исследования можно считать промежуточными результатами.

Чтобы не помогать конкурентам, подобные работы часто запрещались или, по крайней мере, откладывалась их публикация.

Обычно, если это происходило, научно-исследовательский институт часто давал автору компенсацию.

Обычно эта компенсация выражалась в форме финансирования исследований или дополнительных бонусов. Некоторые крутые начальники даже компенсировали это, позволив автору подписать статью с высоким импакт-фактором, все это возможно.

Конечно, были и несправедливые начальники.

По их мнению, позволить исследователям проводить эксперименты — уже привилегия. Они часто присваивали работу себе и не давали никакой компенсации, когда статью запрещали к публикации. Если бы исследователи попытались защитить себя, начальство могло бы даже запретить им выступать на научных конференциях.

Такое явление тоже существовало.

Очевидно, Лу Чжоу — не такой руководитель. Хоу Цзиньли также не думал, что такое громкое имя потрудится украсть себе авторство его маленькой работы.

Поэтому немного подумав, он ответил:

— Все в порядке, я готов следовать правилам!

Лу Чжоу посмотрел на Хоу Цзиньли и кивнул.

-  Надеюсь, ты понимаешь. Мне очень жаль, что твоя работа оказалась такой, но я постараюсь компенсировать тебе потери. Как с точки зрения денежной ценности, так и с точки зрения чести,  я позабочусь о том, чтобы ты был доволен.

Услышав это, Хоу Цзиньли с благодарностью посмотрел на Лу Чжоу.

Он даже не спросил, какова будет точная компенсация.

Он верил, что раз Лу Чжоу дал обещание, то Лу Чжоу не подведет.

В противном случае, не было никакой необходимости давать обещание в первую очередь.

Лу Чжоу не собирался говорить о точной компенсации, он подумает об этом позже. Он пришел сюда не только для того, чтобы поговорить с Хоу Цзиньли. Иначе он не надел бы белый лабораторный халат.

Поскольку Хоу Цзиньли понимал обстоятельства своей работы, Лу Чжоу переключился на другую тему разговора:

— В первую очередь я тебя вызвал, чтобы спросить о твоем графеново-керамическом композитном материале.

Когда Хоу Цзиньли услышал, что Лу Чжоу спрашивает о его проекте, он сразу же стал серьезным.

— Пожалуйста, спрашивайте.

Лу Чжоу кивнул:

— Что касается упрочняющего агента для материала, а именно пористого графенового аэрогеля, есть ли способ изменить размер его пор?

Хоу Цзиньли немного подумал и ответил:

— Теоретически это возможно. Когда я попытался синтезировать материал, то получил образцы с разными размерами пор... Впрочем, это все еще в теории, нужно проверить, перед тем как я смогу дать точный ответ.

— Тогда, пожалуйста, попытайся, — Лу Чжоу взял со стола документы и передал их Хоу Цзиньли. — У меня здесь есть данные модели. Надеюсь, ты сможешь получить материал, исходя из этих данных.

Когда Хоу Цзиньли взглянул на документ, выражение его лица молниеносно изменилось.

Его потрясло вовсе не содержание этих данных. В конце концов, он не мог разобраться в расчетах.

Что действительно потрясло его, так это...

Хоу Цзиньли сглотнул.

Это значит...

Я провожу эксперимент с лауреатом Нобелевской премии?

Это счастье пришло слишком внезапно, и он совсем не был к нему готов.

Видя, что Хоу Цзиньли на некоторое время замолчал, Лу Чжоу спросил:

— Есть проблема?

— Нет проблем, никаких проблем, -  Хоу Цзиньли тут же кивнул и задумался, после чего спросил:

— Точно, это может быть медленно, если я буду работать в одиночку. Я могу получить помощника? Одного достаточно.

— Одного недостаточно, тебе понадобится, по меньшей мере, десять. Начни эксперименты для всех пяти образцов прямо сейчас. Эта задача очень важна. Я хочу увидеть результаты через неделю.

Лу Чжоу протянул ему список имен и добавил:

— Имена всех исследователей, работающих в этом институте, находятся в этом списке. Все они — опытные ученые. Выбери тех, что понравятся, и отметь их.

Глава 535. Если мало времени, то нужно просто больше людей

После столь долгих научных исследований Хоу Цзиньли впервые ощутил, каково быть боссом.

Несмотря на то, что он — всего лишь маленький начальник, которого контролировал большой начальник, его большой босс, в конце концов, лауреат Нобелевской премии. Думая об этом с этой стороны, даже стать маленьким начальником — почетно.

Несмотря на то, что Хоу Цзиньли волновался, он все еще со всем вниманием отнесся к работе.

Используя список имен, полученный от Лу Чжоу, он искал имена, одно за другим, в профессиональных базах данных. Он нашел число цитирований, количество научных работ и их академическое прошлое.

Приоритет получили графеновые материалы и композиты на керамической основе, поэтому он должен был посмотреть, он проверял, у кого больше хороших работ в этих направлениях.

Он, очевидно, не забыл и про Юй Цзюньда, который работал с ним над этим проектом с самого начала.

Он учел тот факт, что не у всех было время принять участие в этом исследовательском проекте. В конце концов он выбрал около 20 имен и передал их в кабинет Лу Чжоу.

Сначала он беспокоился, что выбрал слишком много людей, но когда профессор Лу взглянул на список имен, то одобрил его в мгновение ока.

— Эти люди завтра явятся в твою лабораторию. Ты знаешь мои требования. Тебе еще что-нибудь нужно?

Хоу Цзиньли быстро покачал головой.

— Нет, это все.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, тогда я оставлю это тебе.

………………………...

Сотрудники Института вычислительного материаловедения работали очень эффективно.

Или, скорее, это было из-за престижной репутации профессора Лу в институте.

Несмотря на то, что Лу Чжоу сказал, что члены команды прибудут завтра утром, все они прибыли уже вечером.

Самым неожиданным для Хоу Цзиньли стало то, что все 20 человек, которых он выбрал, собрались здесь.

Первоначально он думал, что неплохо было бы, если половина из них придет.

Чтобы ускорить этот процесс, он немедленно отправился в соответствующий отдел и попросил предоставить ему конференц-зал. Он запустил презентацию, которую сделал во второй половине дня, а затем позвал исследователей и провел простое собрание.

— Я уверен, что вы уже видели отчет об эксперименте. Однако я все равно с помощью презентации объясню все еще раз. Согласно моим исследованиям, ключом к изменению размера пор является температура и добавление восстановителя...

— Также самое важное — сублимационная сушка. Это ключ к тому, чтобы не разрушить трехмерную сетку в процессе получения графенового аэрогеля. Эта часть также относительно подвержена ошибкам...

— Надеюсь, что все вы обратите внимание на это во время эксперимента.

Хоу Цзиньли обычно не был руководителем, поэтому он явно не знал, как эффективно разделить полномочия. Он объяснил важные части эксперимента в простых словах.

— Эта задача очень трудна, и профессор Лу хочет, чтобы мы подготовили пять образцов за одну неделю. Надеюсь, что все здесь смогут усердно работать!

Внезапно в конференц-зале поднялась суматоха.

— Одна неделя... — один из исследователей в очках обеспокоенно сказал. — Времени слишком мало, боюсь, что этого не хватит.

Только на то, чтобы прочитать всю соответствующую информацию, потребуется два дня, да?

Понимание всех шагов эксперимента должно занять не менее одного дня?

Учитывая высокую частоту отказов у композитов, то невозможно сделать подобное за неделю.

Это было бы возможно, если бы было две недели.

Хотя Хоу Цзиньли ясно понимал, что это задание не так просто, он все равно настаивал.

— Наши образцы будут отправлены в Дайя-Бей для тестирования. Согласно графику, если мы не отправим образцы к началу следующего месяца, нам придется ждать еще целый месяц.  Если мы потеряем здесь один день, проект STAR-2 будет отложен на один месяц. Я знаю, что это нелегко, но у нас есть только одна неделя. Проблема не в том, возможно это или нет, а в том, что мы должны это сделать!

Услышав эту устрашающую просьбу, исследователи обеспокоено переглянулись.

Исследователь в очках все еще хотел что-то сказать, но, увидев, в каком отчаянии находится Хоу Цзиньли, почесал затылок и вздохнул.

Честно говоря, это был наименее пугающий руководитель, который у него когда-либо был.

Но так как это просьба профессора Лу...

— Как бы то ни было, я ведь и раньше ночевал в лаборатории.

Исследователи переглянулись  и кивнули.

Хотя все были немного смущены тем, почему их перевели сюда, особенно когда ответственный человек не был кто-то особенный, но из-за присутствия профессора Лу они готовы работать изо всех сил.

Не говоря уже о том, что это также для будущего управляемого термоядерного синтеза Китая.

Хоу Цзиньли облегченно вздохнул и посмотрел на них с благодарностью.

— Благодарю вас!

………………………………….

Эксперимент начался в тот же день.

Двадцать исследователей разделились на пять групп, по четыре человека в каждой группе, каждая группа отвечала за разные образцы.

Три группы возглавлял Хоу Цзиньли, в то время как двумя другими руководил Юй Цзюньда.

Даже при том, что научные исследования не строили стену, нельзя получить результаты исследований только с помощью рабочей силы, но при достаточном финансировании и наличии четкого решения исследовательской проблемы, наличие достаточного количества рабочей силы все еще было преимуществом.

Первые две проблемы уже решил Лу Чжоу. Поэтому Хоу Цзиньли не испытывал слишком большого давления.

Вероятность успеха — меньше 20%?

Просто проделать эксперимент пять или шесть раз.

Самое большее, им придется провести пару ночей в лаборатории.

Для них напряженная работа всю ночь — норма.

Было уже далеко за полночь, когда Юй Цзюньда взял образцы для рентгеноструктурного анализа. Он вернулся в лабораторию и увидел, что Хоу Цзиньли собирается экспериментировать со следующим набором образцов.

— Кстати, — тихо спросил Юй Цзюньда. — Означает ли это, что мы участвуем в секретном национальном проекте?

Хоу Цзиньли немного подумал и ответил:

— И да, и нет.

— Что ты имеешь ввиду?

— Технология управляемого термоядерного синтеза еще не достигла зрелой стадии. Нам придется подождать, пока будет построен реактор DEMO, прежде чем будут выпущены подробные документы. Но, похоже, Соединенные Штаты пытаются вышвырнуть нас из ИТЭР, поэтому наша страна начинает относиться к этому серьезно...  Полагаю, это считается конфиденциальным проектом?

Любые изобретения или технологии, связанные с национальной безопасностью, требуют соблюдения конфиденциальности. Эти результаты исследований, вероятно, будут представлены в виде конфиденциальных патентов.

Как правило, не военные предприятия не могут претендовать на получение конфиденциальных патентов. Но поскольку STAR-2 был ключевым национальным научно-исследовательским проектом, если они объяснят важность технологии, патентное ведомство должно дать им исключение.

Но опять же, единственным применением этого материала, скорее всего, будет реактор.

Единственное другое возможное применение — в медицинском оборудовании. Однако из-за более низкой прочности графенового композита на основе керамики, по сравнению со сплавами, его вряд ли можно будет использовать в малогабаритном оборудовании.

Конечно, подобное не должно волновать исследователей.

— Управляемый термоядерный синтез, — Юй Цзюньда вздохнул. — Честно говоря, я никогда не думал, что когда-нибудь буду участвовать в научно-исследовательском проекте такого уровня.

— Я такого тоже не ожидал.

Свежеиспеченный образец поместили в морозилку. Хоу Цзиньли установил четырехчасовой таймер и потер уставшие глаза:

— Однако будь то национальный исследовательский проект или незначительный исследовательский проект, нас должно лишь волновать, хорошо ли мы сделаем свою работу.

Глава 536. Хорошие новости из Дайя-Бэй

Лу Чжоу был готов к тому, что Хоу Цзиньли не сможет выполнить это задание. Однако тот все же оправдал его ожидания.

Пять наборов образцов, по четыре образца в каждом наборе.

Из-за трудностей изготовления графенового композита на керамической основе, завершить это задание в течение недели,  действительно, непросто.

В общем, эти образцы можно отправить в Дайя-Бэй для тестирования.

Перед испытанием устойчивости к высокоэнергетическому нейтронному излучению Лу Чжоу должен сначала проверить характеристики этих пяти образцов в среде относительно низкоэнергетического нейтронного излучения.

Если результаты будут хорошими, то тогда он подумает о возможности испытания в экспериментальном реакторе.

В конце концов, и токамак, и стелларатор стоили миллиарды долларов, они не бесплатны. Лу Чжоу не знал, сколько времени займет этот проект, поэтому ему пришлось экономить ресурсы.

Если только не нужно получить экспериментальные данные или это не надежная попытка, будет лучше сначала проверить его на реакторе деления.

Хоу Цзиньли посмотрел на Лу Чжоу, который читал отчет, после чего глубоко вздохнул и сказал:

— В ходе эксперимента мы упростили некоторые шаги и смогли найти более быстрый и простой метод синтеза!

Услышав эту неожиданную информацию, Лу Чжоу заинтересовался:

— О, правда? Напиши отчет и передай его мне через два дня.

Хоу Цзиньли тут же кивнул:

— Хорошо!

После того, как Лу Чжоу закончил читать отчет о рентгеноструктурном анализе, он отложил документы.

Что касается результатов испытаний, то свойства образцов, в основном, соответствовали его расчетам.

Следующим шагом было дождаться результатов из Дайя-Бэй.

— Если тебе больше нечего делать, то иди домой пораньше. Ты выглядишь так, будто едва можешь стоять.

— Хорошо.

Хоу Цзиньли с благодарностью посмотрел на Лу Чжоу и не отказался от его предложения.

В конце концов, ему почти тридцать лет. Его тело не так хорошо, как тогда, когда он все еще писал свою докторскую.

После недели беспрерывной работы его тело больше не могло с этим справляться...

………………...

Как и планировалось, Лу Чжоу отправил эти пять образцов в Дайя-Бэй по специальным каналам логистики.

Они терпеливо ждали некоторое время.

Вскоре пришли результаты тестов.

— Здесь результаты из Дайя-Бэй.

Ян Сюй положил документ на стол Лу Чжоу и сказал с волнением:

— Результаты идеальны!

Несмотря на то, что результаты теста очевидны только по лицу Ян Сюя, Лу Чжоу все же потянулся к документу и немедленно начал читать.

Пять групп материалов испытали в различных энергетических зонах и разными способами облучения, например, в водо-водяном ядерном реакторе и легководном реакторе, и получили данные о среднем числе смещений каждого атома.

В качестве контрольной группы использовали аустенитную сталь, которая обычно использовалась в качестве конструкционного материала внутри термоядерных устройств.

Как и сказал Ян Сюй, результаты почти идеальные.

Даже при том, что много значений не соответствовали его расчетам, ошибки оказались в допустимых пределах.

В конце концов, модель Линхарда-Робинсона, которую он использовал, не идеальная феноменологическая модель. Скорее, если бы данные идеально совпадали, это означало бы, что что-то пошло не так.

Эти пять групп сопоставили друг с другом. По мере увеличения скорости рассеяния нейтронов, четвертый набор образцов демонстрировал лучшую проницаемость и самовосстановление по отношению к дефекту по Френкелю.

Особенно когда он находился в среде водо-водяного реактора, температура облучения составляла 680K, а рассеяние нейтронов достигло 4.2x1020/см^2, а DPA составил менее 10% от контрольной группы.

Обозначение DPA использовалось, чтобы показать среднее число смещений каждого атома.

Несомненно, им это удалось!

По крайней мере, в низкоэнергетической среде...

По сравнению с взволнованным  Ян Сюем, Лу Чжоу оставался необычайно спокойным.

Прочитав весь отчет от начала до конца, он немного подумал и сказал:

— Температура излучения составляет всего 680 кельвинов, очевидно, рассеяния нейтронов недостаточно. Энергия одного нейтрона достигла всего 1 МэВ, так что пока не нужно спешить радоваться. Наша цель — создать материал для термоядерного реактора. Это только промежуточный результат.

Однако этот промежуточный результат исследования — довольно удивительный.

По крайней мере, в низкоэнергетической среде этот графеновый композит на керамической основе уже превзошел обычные материалы в реакторах, такие как сплавы алюминия, магния и циркония.

Кроме того, его анизотропные особенности в передаче тепла не имели себе равных.

Судя по этим превосходным свойствам, даже если бы этот материал не использовался в термоядерном реакторе, он все равно имел перспективы применения в обычных реакторах.

Ян Сюй улыбнулся:

— Вы слишком критичны. Несмотря на то, что это промежуточный результат, это довольно большое достижение. Я думаю, что нет ничего плохого в том, чтобы радоваться.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Может быть, но я предпочитаю подождать, пока осядет пыль, а потом пробовать шампанское победы.

— Итак... Значит ли это, что все еще нужно провести эксперимент на термоядерном устройстве?

Лу Чжоу кивнул:

— Судя по всему, да.

Единственное, что могло имитировать среду термоядерного реактора, сам термоядерный реактор.

— Давайте пока не будем говорить о термоядерном реакторе. Как вы собираетесь назвать этот материал? Четвертый набор образцов дал наилучшие результаты. Это не значит, что вы можете продолжать называть его по номеру.

Лу Чжоу внезапно впал в ступор, услышав, что ему придется что-то называть.

— Не проси меня придумать название. Пойди посоветуйся с Хоу Цзиньли и его исследовательской группой. Можете назвать ее сами.

— Как мы можем? — Ян Сюй улыбнулся. — Обычно название результатов исследований дает руководитель проекта. Если вы действительно не можете придумать идею, мы можем поставить на нем ваше имя.

Лу Чжоу вдруг поперхнулся:

— Не называй материал моим именем, дай подумать.

Он знал, что в будущем получит много результатов исследований.

Если бы он использовал свое имя для всего, он боялся, что даже не вспомнит, какое изобретение какое...

Лу Чжоу на секунду задумался над этой серьезной проблемой. Его глаза внезапно загорелись.

— Назовем его ПГУ-1.

— ...

Видя, что Ян Сюй потерял дар речи, Лу Чжоу на секунду замолчал.

— Что?

Ян Сюй кашлянул и неловко сказал:

— Ничего, это хорошее название. Просто подумал... это название — очень в вашем стиле.

ПГУ — аббревиатура для пористого графенового углеродного материала. Поскольку это первое поколение подобного типа материала, в конце стояло число 1. Это была, в основном, наименее запутанная, но и самая лишенная воображения номенклатура.

Называть такой важный результат исследования вот так... немного банально.

Лу Чжоу догадался, о чем думает Ян Сюй, поэтому улыбнулся:

— Название материала не имеет значения, главное — его возможности.

— Ладно, как скажете... Точно, если вы планируете испытать его на экспериментальном реакторе, то вы собираетесь в Юго-Западный институт?

Лу Чжоу покачал головой:

— HL-2A дошел до предела. Глядя на ситуацию после последнего эксперимента, они, вероятно, до конца года будут восстанавливать его. На этот раз я их не побеспокою.

Хотя Лу Чжоу не возражал помучить старого Чжоу еще пару раз, он должен был подумать об этом с логической точки зрения.

Вливание ядерного топлива в экспериментальный реактор -  не шутка. Даже при том, что экспериментальный реактор имел высокий уровень безопасности, если сотни миллионов градусов плазмы просочатся наружу, произойдет серьезная авария.

Лу Чжоу немного подумал и пошутил:

— Молчу про то, что это исторический момент. Вероятно, это войдет в учебники. Будет печально использовать для такого эксперимента чужое оборудование.

Глава 537. Контрмеры Хелмса

Конец месяца становился все ближе.

Наконец, все противоречия подойдут к концу.

Вскоре состоится следующее собрание ИТЭР во Франции, в городе Сен-Поль-ле-Дюрансе. На нем Соединенные Штаты вновь зададут вопросы китайским представителям, касающиеся научно-исследовательского института STAR, и другие вопросы, связанные с интеллектуальной собственностью.

Если все пойдет хорошо, это может быть последний раз, когда совет ИТЭР будет обсуждать этот вопрос.

Потому что различные признаки показывали, что исход этой конференции, вероятно, определит будущее участие Китая в ИТЭР.

Мир знал, что Китай не пойдет на компромисс и не будет сотрудничать.

Были даже сотрудники ИТЭР, которые захотели остаться анонимными, которые в интервью сказали, что это может быть спусковым крючком для краха ИТЭР.

Хотя это звучало преувеличено...

Такое на самом деле могло случится.

Всем известно, что в ИТЭР — семь основных стран-участниц, а именно — Евросоюз, США, Россия, Китай, Япония, Корея и Индия. Помимо ИТЭР, почти каждая страна-участница имела свой собственный независимый проект управляемого термоядерного синтеза.

Все страны пришли к единому мнению о создании собственного технологического преимущества в термоядерном синтезе.

Из-за этой конкуренции нетрудно предсказать, что такой проект международного сотрудничества, как ИТЭР, потерпит крах.

Об этом свидетельствовало недостаточное финансирование, которое ИТЭР получал в последнее время.

Очевидно никто не верил, что этот гигантский корабль со всеми странами на борту сможет плыть долго.

Не говоря уже о том, что капитан корабля был европейцем.

Можно сказать, что внезапная атака США на интеллектуальную собственность положила конец противоречиям.

Свет термоядерного синтеза подобен уязвимой свече на ветру, дрожащей в холодной ночи.

Однако независимо от того, что происходило на международном уровне, ученые в этой области все еще должны проводить свои эксперименты.

Сразу после того, как Лу Чжоу получил хорошие новости из Дайя-Бэй, в лаборатории Вендельштейн 7-Х в Германии полным ходом шел эксперимент по магнитному удержанию.

— 37 минут, 6 секунд, — Кербер посмотрел на экран компьютера. — Скорее всего, это лучший наш результат в этом месяце.

Даже с учетом того, что они все еще были далеки от отметки в час, по крайней мере, они в состоянии стабильно выдавать время более получаса.

Профессор Миллек спросил:

— Мы можем начать эксперимент с зажиганием?

Профессор Кербер покачал головой:

— Мы еще не решили проблему радиации.

Профессор Миллек спросил:

— Есть ли какой-нибудь прогресс?

— Прогресс? — голос профессора Кербера стал еще более горьким. — Единственный прогресс, которого мы достигли, то, что теперь мы знаем, что этот технический путь не будет работать. Набухание металлов от нейтронного излучения слишком очевидно. Это трудно исправить, что бы мы ни делали... Если только мы не сможем сдержать нейтроны? Но это звучит слишком безумно.

В новейших технологиях использовали сплав молибдена и циркония, который на самом деле достаточно эффективен против набухания от нейтронного излучения. Однако сплавы, легированные молибденом, сварить гораздо труднее, чем обычные аустенитные стали.

Не только это, но как бы мало молибдена было легировано в металл, всегда присутствовал нестабильный фактор от его радиоактивных продуктов.

Миллек, задумавшись, спросил:

— Если сплав — не выход, то как насчет неметаллических материалов?

Кербер пожал плечами и сказал:

— Есть много неметаллических материалов, у вас есть хорошее предложение?

Это не первый случай, когда кто-то думал об использовании неметаллических материалов в области управляемого термоядерного синтеза. Проблема заключалась в том, что этот технический путь никогда не достигал большого прогресса.

Кербер задумался.

Если бы Лу Чжоу был здесь, что бы он сделал?

Однако он не имел ни малейшего понятия.

Он не смог сдержать вздоха.

Если бы только мы могли сотрудничать с научно исследовательским институтом STAR  в исследованиях стелларатора...

Если бы в его команде был профессор Лу, он был уверен, что сможет сократить время коммерциализации управляемого синтеза, по крайней мере, на 20 лет.

Завершение этой технологии принесет пользу всей человеческой цивилизации.

Но теперь, похоже, никакого сотрудничества не будет.

……………………………….

Около лаборатории в холле сидел Хелмс и потягивал кофе, время от времени поглядывая на часы.

Несколько месяцев назад он был всего лишь сотрудником среднего ранга в ЦРУ. Однако из-за отчета об исследованиях управляемого термоядерного синтеза, он получил высокую оценку от руководства ЦРУ.

Сейчас он — в комиссии разведки ЦРУ по вопросам управляемого термоядерного синтеза. Он полностью отвечал за сбор важной информации в соответствующих областях и обладал определенной властью в принятии решений по некоторым вопросам.

Причина, по которой он приехал в Германию, заключалась в том, чтобы понять последние разработки стелларатора, сделанные Институтом физики плазмы Общества Макса Планка. Он также приехал сюда, чтобы встретиться с высокопоставленными чиновниками из федерального министерства экономики и энергетики Германии.

Контрмеры против Китая сработали очень хорошо. По крайней мере, на первый взгляд казалось, что китайские исследования управляемого термоядерного синтеза прекратились.

Машины STAR-1 и HL-2A вышли из строя, а сотрудничество между EAST и General Atomics приостановлено. Все не могли не задаться вопросом, как далеко может зайти Китай без какой-либо помощи со стороны международного сообщества.

Как бы то ни было, сейчас самое время атаковать.

Хотя на первый взгляд все шло гладко, он никогда не недооценивал своих противников.

Одно только имя Лу Чжоу заставляло его настороженно относиться ко всей этой ситуации.

Судя по их ограниченной информации, выход из строя этих двух устройств связан с Лу Чжоу.

Сейчас рядом с ним сидел Леман. Леман — офицер разведки ЦРУ, работавший в немецком регионе.

В отличие от других агентов, находившихся в подполье, его личность открыта для общественности и зарегистрирована в Федеральном министерстве обороны Германии. Его главной обязанностью было... сидеть и пить кофе в офисе или обмениваться информацией с немецкими разведывательными ведомствами.

Именно он организовал встречу  Хелмса и федерального Министерства экономики и технологий Германии.

Когда эти двое разговаривали, они ненароком заговорили о Лу Чжоу.

Хотя работа Лемана не сосредоточена на этой области, он все еще с интересом спросил:

— Итак, как ты думаешь, сколько профессоров стоит этот парень, профессор Лу?

— Если бы ты действительно знал его, ты бы не задавал такой глупый вопрос. Его ценность не может быть измерена в профессорах. Его следует измерять в кремниевых долинах или в Сиэтлах.

Леману было все равно, что Хелмс назвал этот вопрос глупым.

— Когда это Кремниевая долина и Сиэтл стали единицами измерения?

— Кремниевая долина и Сиэтл — нет, но их потенциальные экономические ценности — да. Один человек может создать 10 миллиардов или даже 100 миллиардов ВВП, и я думаю, что у него есть такой потенциал.

— Нобелевский лауреат может создать 100 миллиардов ВВП? Это деньги Зимбабве или Венесуэлы?

— Очевидно, что это в долларах, и это только консервативная оценка. Чем больше я изучаю этого парня, тем больше уверен в своих суждениях, — произнес Хелмс, поставив в сторону кофе.  — И ЦРУ, и Белый дом не уделяют достаточно внимания этому парню, и я думаю, что это чрезвычайно опасно.

Леман откинулся на спинку стула и сказал:

— Возможно, тебе следует написать подробный отчет и отправить его в Белый дом. Трамп любит публичность.

— На самом деле, это именно то, что я планирую сделать.

Пока они разговаривали, вошла группа людей.

Руководителем группы был Генеральный секретарь Федерального министерства экономики и энергетики Норберт.

Хелмс встал и с улыбкой протянул ему руку.

— Здравствуйте, мистер Норберт, рад снова встретиться с вами.

— Здравствуйте, мистер Хелмс, — Норберт пожал Хелмсу руку. — Вы явно прилетели из Америки не для того, чтобы выпить со мной кофе, переходите сразу к делу.

— Это так, — Хелмс собрался с мыслями и продолжил:

— Наш Конгресс пересмотрел проект управляемого термоядерного синтеза и решил инвестировать около двух миллиардов долларов. Ожидается, что новый стелларатор будет построен в Ливерморской национальной лаборатории в Калифорнии. Это означает, что немецкие компании получат контрактов, по меньшей мере, на миллиард или около того долларов, создав тем самым десятки тысяч рабочих мест. Я уверен, что вам это будет интересно.

— Да? — Норберт удивленно вскинул брови. — Мне интересно такое, но почему об этом говорит ЦРУ?

Его больше смущало, почему сотрудники ЦРУ раскрывают ему эту информацию.

— Потому что конкретный план тендера опубликуют в следующем месяце. Если вы заинтересованы в этом проекте, у меня есть небольшое предложение.

— Какое предложение? — спросил Норберт.

— Конференция совета ИТЭР в конце месяца, — Хелмс посмотрел на Норберта и ухмыльнулся. — Думаю, Китаю пора уходить.

Глава 538. Никаких явных повреждений

Цзиньлин, Китай.

Научно-исследовательский институт STAR.

— Мы пришли?

Хоу Цзиньли прошел за Лу Чжоу в исследовательский институт и с любопытством огляделся.

После окончания Китайского университета науки и техники он провел в Цзиньлине более шести месяцев. Хотя связан с проектом STAR, он впервые приехал сюда.

До этого он только слышал слухи об этом исследовательском институте.

Как например, охраной научно-исследовательского института занимались военные.

Или что этого места нет на картах, таких как Baidu и Google.

Однако, войдя сейчас внутрь, он обнаружил, что все полностью отличается от его представлений.

Почему охрана здесь не такая серьезная, как я думал?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, пришли.

Хоу Цзиньли смущенно почесал затылок.

— Я думал, что меры безопасности здесь будут жестче.

Даже в аэропортах установлены металлоискатели и сканеры.

— Армия охраняет это место, так что все в полной безопасности. Нет никакого способа, чтобы посторонний мог даже приблизиться сюда. Кроме того, реальные меры безопасности скрыты, — Лу Чжоу указал подбородком и сказал:

— Видишь?

— Что?

Хоу Цзиньли посмотрел в ту сторону, куда указывал Лу Чжоу, но ничего не увидел.

— Что там?

— Там спрятана камера слежения, ты просто не можешь ее увидеть.

Хоу Цзиньли удивился:

— Как вы узнали?

— Я видел записи с камер наблюдения.

— ...

Все улицы вокруг этого места заполнены камерами без каких-либо слепых зон.

Не только это, но и с точки зрения проверки персонала, он был оснащен распознаванием лиц с помощью анализа больших данных. Например, если кто-то не с этого района будет бродить тут, даже не подходя близко к институту, к нему подойдет сотрудник службы безопасности.

Такой уровень мер безопасности стал возможен только в последние годы.

В конце концов, ситуация с ИТЭР в Китае становилась все более и более очевидной. Кроме того, интерес США к технологии управляемого термоядерного синтеза дал Китаю основания полагать, что те могут выкинуть какие-нибудь грязные трюки и попытаться получить данные незаконным путем.

Как бы то ни было, нет такого понятия, как слишком безопасно.

Кроме того, Лу Чжоу не должен лично беспокоиться об этом.

Соответствующие люди заботились об этом за кулисами.

Хоу Цзиньли прошел через охрану у входа в туннель, и они вдвоем вошла прямо в лабораторию в горе.

Когда они пришли, остальные исследователи находились уже там.

После более чем месячного ремонта, стелларатор STAR вернулся в свое лучшее состояние.

Однако на самом деле он — не в самом "лучшем" состоянии. В конце концов, нельзя полностью устранить набухание материала. Однако исходя из опыта прошлого эксперимента, пока они контролируют подачу топлива, проблема не должна быть большой.

Даже если произойдет несчастный случай...

Оно того стоит!

Несмотря на то, что внутренняя среда нейтронного излучения для стелларатора и токамака схожа, имелись некоторые небольшие различия. Помимо иллюзорной чести "стать свидетелями истории", это еще одна причина, по которой Лу Чжоу выбрал стелларатор STAR вместо EAST или любого другого токамака для этого эксперимента.

Шэн Сяньфу увидел, как Лу Чжоу вошел в лабораторию. Он немедленно подошел к нему и сообщил о ситуации.

— Все приготовления закончены, мы можем начать эксперимент в любое время.

— Образцы внутри?

— Внутри.

Лу Чжоу кивнул:

— Тогда начнем.

— Понял!

Никаких лишних слов.

Получив приказ, Шэн Сяньфу немедленно вернулся на свое рабочее место.

Хоу Цзиньли глубоко вздохнул. Эксперимент вот-вот должен был начаться, и его всего трясло.

Научно-исследовательский проект стоимостью 40 миллиардов юаней. Он никогда раньше не участвовал в таком крупном проекте.

Что, если устройство выйдет из строя, его привлекут к ответственности? Что делать, если материал ПГУ-1 не поможет или он допустил ошибку при тестировании образца, что приведет к провалу эксперимента...

Даже при том, что все это никак не могло произойти, он все еще боялся.

В конце концов, он никогда не думал об этих проблемах до того, как ступил в лабораторию.

Хоу Цзиньли посмотрел на Лу Чжоу и глубоко задумался.

Если я чувствую давление, просто стоя здесь, то какое давление испытывает профессор Лу?

Страшно даже представить...

Академик Пань, стоявший рядом с Лу Чжоу, посмотрел на работающих сотрудников. Он нахмурился и немного обеспокоился.

— Мы действительно собираемся использовать STAR для этого эксперимента?

— Это самый лучший выбор, — Лу Чжоу кивнул и сказал с непроницаемым лицом. — Если материал окажется эффективным, мы немедленно начнем строительство реактора DEMO.

— Проблема с системой восстановления нейтронов решена? — академик Пань удивленно посмотрел на него. — Есть еще генератор электроэнергии, это два очень важных вопроса, нет?

— Их можно решить, пока идет строительство. По сравнению с нейтронным излучением, это не очень сложные проблемы.

— Я не знаю, почему ты так торопишься. До 2025 года еще пять лет. Важно двигаться медленно и уверенно... Пожалуйста, не торопись.

— Хорошо, — кивнул Лу Чжоу.  — Я понимаю.

Академик Пань покачал головой.

Он знал, что Лу Чжоу не прислушался к нему и сказал "я понимаю" только из вежливости. Может быть потому, что парень слишком привык к исследованиям в одиночку, он был такой самоуверенный.

Однако академик Пань больше ничего не мог сделать.

В конце концов, он слишком долго держался в стороне от передовых исследований. Все, что у него теперь осталось, это так называемые "честь" и "репутация".

Он мог бы помочь с вещами, не связанными с исследованиями. Например, когда сотрудничество Лу Чжоу с другими исследовательскими институтами не шло гладко, он мог действовать как своего рода посредник.

Однако с точки зрения самого эксперимента... он действительно не мог дать никаких советов.

Академик Пань вздохнул и посмотрел на гигантское металлическое чудовище за окнами.

Теперь он мог только молиться.

………………………...

В реакторе установили более 20 образцов.

На этот раз не было ни камер, ни репортеров.

Потому что Лу Чжоу связался с городским советом и указал, что содержание этого эксперимента не подходит для публичного освещения.

Слава богу, он это сделал.

Иначе городской совет действительно прислал бы репортеров.

Шэн Сяньфу глубоко вздохнул и посмотрел на часы.

Он обменялся взглядами с Лу Чжоу, прежде чем приказать:

— Начинайте эксперимент!

Как только он закончил говорить, жидкий гелий впрыснули в сверхпроводящие магниты, окружив графеновые провода снаружи стелларатора.

Сопротивление внешнего магнитного поля быстро упало, и через катушку начал проходить большой ток. С помощью управляющей катушки внутри стелларатора образовалось идеально замкнутое магнитное поле.

Используя компьютер, подтвердив, что магнитное поле находится в хорошем состоянии, Шэн Сяньфу продолжил давать указание:

— Впрысните топливо!

Из трубы в реакционную камеру ввели 1 мг смеси трития-дейтерия.

В то же время микроволновое нагревательное устройство начало нагревать молекулы газа внутри реакционной камеры.

Почти мгновенно молекулы газа ионизировались в плазму. Из великолепной реакционной камеры исходило завораживающее сияние, похожее на полярное сияние.

Свечение слегка дрожало, словно его могло раздавить даже облако пыли.

Однако этот пылающий жар внутри был достаточно горячим, чтобы пробить любую броню в этом мире.

К счастью, им управляла невидимая сила...

Стабильное магнитное поле сдерживало плазму.

Температура и плотность плазмы продолжили возрастать до критической точки воспламенения термоядерного синтеза.

Все невольно сжали кулаки.

В одно мгновение камера замерцала и наполнилась белыми снежинками.

В этот момент в стеллараторе бурлила самая страшная энергия на планете.

Однако весь этот процесс длился менее трех секунд...

— Выключите нагревательное устройство!

После того, как нагревательное устройство отключили, тепло внутри машины начало рассеиваться, и реакция синтеза внезапно остановилась.

Подождав, пока машина остынет, сотрудники, одетые в защитные костюмы, быстро вошли внутрь и забрали ценные образцы.

Эти образцы отправили в специальную испытательную комнату, чтобы проверить значения DPA и другие.

В то же время обслуживающий персонал бросился к стелларатору и начал оценивать повреждения материала первой стенки, конструкционного материала, дивертора и других компонентов.

Хоу Цзиньли посмотрел на образцы, отправленные в испытательную комнату. Он последовал за сотрудниками и помог исследователям института STAR завершить тестирование.

Через час пришли результаты.

Хоу Цзиньли отнес отчет в лабораторию. Все собрались вокруг него, включая тех, кто даже не мог понять содержание.

Руки Хоу Цзиньли дрожали. Он посмотрел на Лу Чжоу. Затем посмотрел на исследователей вокруг него, прежде чем взволнованно сказал:

— Нейтронный луч, в основном, прошел прямо через материал, а межузельные атомы вернулись в свое первоначальное положение! Все данные показывают, что материал обладает чрезвычайно высокой стойкостью к нейтронному излучению! Нет никаких явных радиационных повреждений!

Шэн Сяньфу затаил дыхание.

Академик Пань широко распахнул глаза.

Выражение лиц всех присутствующих сменилось изумлением.

Нейтронны прошли насквозь!

Никаких явных радиационных повреждений!

Лу Чжоу ухмыльнулся.

Наверное, это лучшая новость этого года!

Глава 539. Уход

Сен-Поль-ле-Дюранс, Франция. На улице моросил дождь.

Этот маленький городок на юге Франции, обычно не тревожимый внешним миром, в данный момент привлек к себе внимание со всего мира.

Вскоре в штаб-квартире ИТЭР начнется закрытое заседание совета ИТЭР.

На этом заседании США спросят в последний раз о том, будет ли Китай выполнять соглашение о совместном использовании технологий ИТЭР.

Если эта встреча не даст удовлетворительно результата, совет ИТЭР проведет голосование и примет решение о будущем участии Китая в организации ИТЭР.

За последний месяц, или около того, мир сделал много предположений относительно решения китайских представителей.

Однако никто не испытывал оптимизма в достижении консенсуса между США и Китаем.

Эта дождливая погода, казалось, предвещала совещание, которому не суждено пройти гладко.

Ло Чжаньюань, назначенный Министерством иностранных дел в качестве представителя, сидел за столом заседания.

Сейчас 9:30 утра.

Заседание должно начаться через полчаса.

Неподалеку представитель Соединенных Штатов Адам Коэн любезно обменивался мнениями с представителями Европейского союза и периодически поглядывал на китайских представителей.

Очевидно, они достигли консенсуса еще до того, как пришли сюда.

Хотя Ло Чжаньюань сидел с беззаботным лицо, про себя он вздыхал.

Столько тянуть...

Он старался изо всех сил.

Полчаса пролетели незаметно. Председатель ИТЭР объявил о начале заседания и рассказал о повестке дня.

В дополнение к выяснению того, выполнил ли Китай свои обязательства по ИТЭР, они также собирались обсудить конкретные детали по изменению технологического пути термоядерного синтеза.

А именно — различные токамаки, которые построили все страны.

После того как председатель ИТЭР закончил чтение повестки дня заседания, первым выступил американский представитель Адам Коэн.

— Что касается соглашения о раскрытии технологии управляемого термоядерного синтеза ИТЭР, я хотел бы повторить нашу позицию. Мы считаем, что Китай получает технологии ИТЭР, но не выполняет свои международные обязательства по ИТЭР. Мы достаточно долго спорим об этом. Сегодня будет последнее обсуждение этого вопроса. Если Китай и дальше будет отказываться выполнять свои обязательства, то мы подадим на голосование вопрос об исключении Китая из ИТЭР...

Как только Коэн закончил говорить, в конференц-зале поднялась суматоха.

Прежде чем прийти сюда сегодня, большинство людей уже знали, что это произойдет. Однако они все еще не ожидали, что американский представитель сразу начнет с угрозы.

Американцы считай говорили: "Если вы не согласны с нами, мы проголосуем и вышвырнем вас".

Похоже, китайским представителям не оставили места для переговоров.

Генеральный директор Осаму Мотодзима задумчиво проговорил:

— Похоже, я ошибся в своем предыдущем суждении.

Исида, японский представитель, сидевший рядом с ним, спросил:

— Каком?

— Я всегда думал, что США используют вопросы интеллектуальной собственности как способ давления на Китай, чтобы те раскрыли свои технологии, такие как сверхпроводящий магнит и схема управления. Не думал, что США приняли решение с самого начала. Все, чего они хотят, это вышвырнуть Китай.

Исида нахмурился:

— Но какую пользу это принесет американцам?

Мотодзима посмотрел на него и серьезно сказал:

— Исида, выгода не всегда означает получение чего-то, она также можешь выражаться в лишении противника чего-то.

— О, и правда...

Исида задумался.

Вроде бы это нормально...

Но неужели все пройдет так гладко? Если Китай вышвырнут из ИТЭР, действительно ли он отстанет в исследованиях?

Не думаю, что все так просто...

Ведь он слышал, что главным конструктором китайского стелларатора являлся тот самый гений Лу Чжоу, который сотворил бесчисленные чудеса...

Ло Чжаньюань, сидевший за столом переговоров, скрестив руки на груди, прислушивался к разговорам вокруг него. Он агрессивно взглянул на Адама Коэна.

Когда организатор ИТЭР подал знак, что он может начать говорить, он протянул руку и настроил микрофон.

Внезапно спутниковый телефон в его кармане завибрировал в это неудобное время.

Ло Чжаньюань почувствовал вибрацию в кармане и нахмурился. Тем не менее он, не колеблясь, потянулся за телефоном.

В конце концов, всего несколько человек могли позвонить по этому телефону...

— Алло?

Ло Чжаньюань спокойно слушал человека на другом конце. Услышав что-то, вдруг поднял брови.

Он глубоко вздохнул и тихо пробормотал:

— Хорошо, я понимаю.

Другой представитель, сидевший рядом с ним, взглянул на него.

Хотя это всего лишь короткий обмен репликами, другой китайский представитель почувствовал, что тон Ло Чжаньюаня полностью изменился.

Адам Коэн терпеливо ждал, когда Ло Чжаньюань закончит разговор.

— Вам есть что сказать?

Ло Чжаньюань закончил звонок и убрал телефон обратно в карман. Он равнодушно посмотрел на Адама.

Когда Ло Чжаньюань увидел самодовольное лицо Адама, он не смог удержаться от громкого смеха.

Коэн впал в ступор, увидев, что китайский представитель смеется, и нахмурился.

Хелмс, который также входил в состав группы американских представителей, нахмурился. Он понятия не имел, почему этот китаец смеется.

— Мои извинения, — Ло Чжаньюань откашлялся и убрал с лица зловещую улыбку. Он положил кулаки на стол и встал со словами:

— Есть поговорка, если ты хочешь кого-то наказать, ты всегда найдешь способ. Нам нечего сказать друг другу...

Коэн не удивился такому ответу.

Ранее он думал, что китайский представитель может попытаться поспорить по этому вопросу, и он будет отбиваться от каждого отдельного аргумента. Однако каким бы яростным ни был спор, конечный результат не изменится.

Коэн откашлялся и уже собирался перейти к следующему этапу — процессу голосования. Однако Ло Чжаньюань, который все еще стоял, прервал Коэна и заговорил первым.

— Месяц назад мы раскрыли все соответствующие данные в соответствии с политикой ИТЭР. Однако ваши необоснованные требования по этому вопросу, мягко говоря, разочаровывающи. Мы готовы сотрудничать на равных условиях. Однако мы никогда не будем подчиняться необоснованным требованиям. Поскольку это так, мы не будем больше тратить ваше время.

Ло Чжаньюань поправил воротник и посмотрел на других китайских представителей. Затем он оглядел всех присутствующих в конференц-зале и спокойно произнес:

— Я выступаю от имени Министерства иностранных дел Китайской народной республики. С этого момента Китайская народная республика выходит из ИТЭР!

Как только он закончил говорить, в конференц-зале стало мертвенно тихо.

Ло Чжаньюань оглядел комнату. Затем он пристально посмотрел на Адама Коэна, прежде чем произнести снисходительно:

— Проводите заседание уже без нас. Прощайте.

После этого он собрал вещи на своем столе и, развернувшись, направился к дверям.

Председатель ИТЭР посмотрел на уходящих китайских представителей в полном ступоре. Он хотел что-то сказать, но не знал, что сказать.

Адам Коэн также сидел как вкопанный, на его лице можно было увидеть недоумение.

Согласно обычному процессу, они должны выгнать китайцев путем голосования. Однако он не ожидал, что они уйдут еще до начала голосования.

В конференц-зале снова поднялась суматоха.

Не только председатель и американские представители, почти все были ошеломлены.

Американский представитель Хелмс посмотрел на пустые места китайских представителей и не мог не почувствовать некоторого беспокойства.

Прямо сейчас они должны радоваться.

В конце концов, вышвырнуть Китай из ИТЭР — то, чего хотели Белый дом и ЦРУ, то, чего хотел он.

Может быть...

Китай уже завершил разработку ключевых технологий управляемого термоядерного синтеза?

Он быстро покачал головой при этой ужасающей возможности и попытался выбросить эту мысль из головы.

Нет, невозможно...

Не может быть, чтобы они уже сделали это.

Секретарь председателя ИТЭР посмотрел на хаос в конференц-зале и прошептал председателю ИТЭР:

— Председатель… Собрание будет продолжатся?

Председатель некоторое время молчал.

— Давайте перейдем к следующему пункту заседания.

В любом случае, им еще предстояло продолжить это собрание.

Следующим на повестке дня стоял вопрос о термоядерных устройствах.

С точки зрения логики, это более интересная тема.

Однако он совсем не был взволнован ею...

Глава 540. Начало строительства!

После того, как Китай объявил о своем выходе из ИТЭР, в международном сообществе поднялся шум, словно в тихую воду бросили кирпич.

Различные крупные СМИ рассказывали о произошедшем и делали различные анализы, а также комментарии по всей ситуации.

Министр энергетики Соединенных Штатов и представитель сектора энергетики Европейского Союза неоднократно подчеркивали, что это не повлияет на прогресс ИТЭР, и что все остальные страны-участники по-прежнему сосредоточены на развитии энергетики. Однако академическое сообщество и СМИ негативно отнеслись к произошедшему.

Некоторые даже отметили, что это отправная точка краха ИТЭР.

Этот слух распространился как в Китае, так и по всему миру.

Несмотря на то, что эта новость — лишь крошечный фрагмент в новостях, она все еще привлекала много внимания.

На Weibo эта скучная новость, которая не имела ничего общего с богатыми знаменитостями, на самом деле оказалось в первой десятке трендовых страниц.

Несмотря на то, что популярность этого события быстро спала, оно все еще вызывало широкое обсуждение.

Одни хвалили Китай за его решительный ответ на необоснованные требования представителей США. Другие думали, что жесткие меры не решат никаких проблем, и выражали свою озабоченность по поводу будущего управляемого термоядерного синтеза Китая. Они даже обвинили в этом Лу Чжоу...

"Судя по всему, Китай покинул ИТЭР из-за того, что институт STAR не выполнил требования ИТЭР."

"Правда?"

"Думаю, что правда! Дядя моего соседа работает в каком-то институте исследований термоядерного синтеза. Очевидно, наши институты термоядерного синтеза были разрушены этим профессором Лу."

"Что, черт возьми, ты имеешь в виду под этим? Разве стелларатор STAR — не самый лучший в мире?"

"Они сказали, что лучший, но институт STAR — не единственные, кто занимается исследованиями управляемого термоядерного синтеза. Согласно соглашению ИТЭР, страны-участники должны делиться своими результатами исследований в области управляемого термоядерного синтеза с другими странами-участниками. Однако институт STAR  не полностью раскрыл детали своих исследований!"

"Если это действительно так, то Лу Чжоу принес нам и успех, и неудачу..."

"Прекрати нести чушь, в этой истории есть миллионы нюансов! Вы тут, правда, думаете, что для такого Национального проекта, сам научно-исследовательский институт решает: раскрывать результаты или нет?"

"Твою мать, ты знаешь что такое контракт? Неужели думаешь, что американцы просто так допрашивают нас? Уверен, что институт STAR не скрывал никаких результатов исследований?"

"…"

— Это раздражает! — Сяо Тон сидела за столом и просматривала Weibo. — Эти люди понятия не имеют, о чем говорят, они просто несут чушь!

Мой брат так много работает...

И все же подобные все еще говорят о нем гадости.

Лу Чжоу посмотрел на злую Сяо Тон и упрекнул ее:

— Пока ешь, отложи телефон.

Сяо Тон недовольно отложила телефон.

— Брат, неужели тебя не волнует, что люди в интернете говорят о тебе?

Лу Чжоу усмехнулся и равнодушно ответил:

— У тысячи людей есть тысяча мозгов и тысяча ртов. Ты никогда не сделаешь так, чтобы все были довольны тобой. Все это незначительно, поэтому просто будь собой.

В мире господствовали унылые люди.

Будь то в академических кругах или в индустрии, как только человек достигает статуса знаменитости, его имя перестает быть просто именем.

По сравнению с вкладом Лу Чжоу в общество или его "скучной" исследовательской работой, люди всегда будут более охотно интересоваться его словами и мелкими деталями. Они будут пытаться судить, основываясь на таких вещах, как моральные нормы или его личная жизнь.

Это как большинство людей даже не знали, за что господин Ян получил Нобелевскую премию, но они с удовольствием болтали о его жене, которая на 50 лет моложе его.

Лу Чжоу привык видеть это.

Точно так же, как в своей области комментариев Weibo, вместо того чтобы говорить о проблемах, которые он решил, пользователи сети всегда сосредоточены на том, почему он такой красивый, но у него нет девушки...

Сяо Тон с подозрением посмотрела на своего брата:

— Отчего мне кажется, что ты не в духе?

— Да? — Лу Чжоу потер подбородок. Он чувствовал себя как обычно.

Сяо Тон серьезно кивнула.

Через некоторое время она подумала о чем-то неприличном и обеспокоенно сказала:

— Брат...

— Что теперь?

— Это… — Сяо Тон смущенно сказала. — Ты из тех людей, которые возбуждаются, когда их оскорбляют?

— Отстань.

……………………….

В последнее время настроение Лу Чжоу было довольно хорошим.

Хотя уход Китая из ИТЭР оказал определенное влияние на его работу, но по сравнению с прорывами, которые он недавно сделал в исследованиях, эффект ухода из ИТЭР — незначительный.

Это не просто прорыв в материале ПГУ-1, также завершен первый этап проектирования системы восстановления нейтронов.

Прямо сейчас у него в руках все кусочки головоломки.

Все, что ему нужно сейчас сделать, это завершить последний, самый важный шаг...

Институт STAR.

В конференц-зале исследовательского института вот-вот должно было начаться совещание.

Все учреждения, которые сотрудничали с исследовательским институтом, прислали своих инженеров и представителей в этот конференц-зал.

Сидя в конференц-зале, академик Ван открыл блокнот, как вдруг услышал знакомый громкий голос:

— Думал, ты не придешь. Не ожидал увидеть тебя здесь.

— О, старик Сунь? — когда академик Ван Цзэнгуан увидел старика, сидящего рядом с ним, его глаза загорелись. — Ха-ха, давно не виделись!

Это Сунь Чжунхай, главный инженер китайской национальной ядерной корпорации!

Хотя этот тип — не очень приятный, ему все равно. В конце концов, эти двое знали друг друга уже более 20 лет.

— Да, давно не виделись, — инженер Сунь посмотрел на своего друга. — Больше года, верно? Твои волосы еще даже не поседели, но половина из них уже выпала.

— Ха-ха, может, тебе стоит сначала посмотреть на себя в зеркало? — академик Ван улыбнулся. — Я буду лысым, но, по крайней мере,  смогу присутствовать на твоих похоронах.

Инженер Сунь посмотрел в переднюю часть конференц-зала и спросил:

— Кстати говоря, профессор Лу рассказывал тебе, по поводу чего это собрание?

— Он мне ничего не говорил, — академик Ван покачал головой и посмотрел на красный занавес на сцене. — Скоро начнется, почему бы тебе просто не подождать немного?

До этого он только слышал, что они собираются обсудить что-то важное на этом собрании. Однако в научно-исследовательском институте STAR не сообщили им подробностей.

Собрание началась.

Как только занавески раздвинулись, они оба замолчали. Они спокойно ждали начала, как и все остальные.

Лу Чжоу вышел на сцену и посмотрел на всех присутствующих. Он откашлялся и медленно произнес:

— Неделю назад произошел прорыв в исследовании материала для первой стенки.

— Материал ПГУ-1, разработанный Институтом вычислительного материаловедения в Цзиньлине, достиг требований радиационной стойкости для термоядерного реактора.

В зале поднялась суматоха.

Академик Ван и инженер Сунь потрясенно переглянулись.

Они тоже были взволнованы.

Лу Чжоу не остановился.

Он продолжил говорить четким и ровным голосом:

— Мы сделали достаточно подготовительных работ, чтобы интегрировать этот материал. Думаю, пришло время продвинуть наш план на следующий этап.

В зале царила мертвая тишина.

Несмотря на то, что речь Лу Чжоу не была особенно страстной или величественной, все присутствующие не могли не сжать кулаки и затаить дыхание.

Лу Чжоу был также взволнован, как и все остальные, но он не показывал этого на своем лице.

Он глубоко вздохнул и оглядел зал, после чего сделал четкое заявление:

— Мы начинаем… строительство демонстрационного реактора STAR-2… немедленно!

Глава 541. Тяньвань

Из-за того, что его визу аннулировали, настроение Сяо Ле в этом месяце напоминало скольжение ко дну.

Сяо Ле практически в пустую прождал месяц дома. Каждый день он просматривал arXiv, отслеживал последние основные тенденции или помогал своей маме выгуливать собаку.

Он — единственный, кто мог понять боль от того, что его оторвали от незавершенных исследований.

От профессора Ли пока ничего не было слышно. Он не знал, нашел ли профессор Ли для него новый исследовательский проект или просто временно забыл о нем.

У Института материалов не было никаких дополнительных договоренностей для аспирантов, которых отправили обратно из General Atomics. Кажется, они еще не придумали, что с ними делать.

В конце концов, после выхода из ИТЭР многие совместные исследовательские проекты с ИТЭР приостановили. Многим пришлось отложить свою работу.

К сожалению, государство ужесточило свои инвестиции в токамак. Их существующие фонды просто не могли поддержать так много исследовательских проектов...

Очевидно, в институте сейчас царил хаос. Сяо Ле уже не уверен, хочет ли он вообще возвращаться. Однако он все же решил отдохнуть несколько дней, а затем отправиться в Луян.

В конце концов, его мозг ржавеет от постоянного простоя дома.

Однако после того, как он собрал вещи и даже купил билет на поезд, ему неожиданно позвонили из института.

— Где вы сейчас?

— В Пекине... Профессор Ли просил вас связаться со мной? — Сяо Ле быстро ответил.

— Мы уже связались с профессором Ли. Это он рекомендовал вас нам. В Цзянсу есть исследовательская должность, которая хорошо вам подходит, и мы хотим знать, заинтересованы ли вы в ней.

Сяо Ле недоумевал.

— Подождите секунду, я не понимаю, о чем вы. Исследовательская должность? В Цзянсу?

— Да, — человек на другом конце провода спокойно объяснил. — Это в Цзянсу, и это связано с управляемым термоядерным синтезом.

Сяо Ле спросил:

— Исследовательский институт STAR?

— Без комментариев.

Сяо Ле был сбит с толку.

— Область термоядерного синтеза слишком широка. Вы должны, по крайней мере, сказать мне, что за исследование и место работы.

— Содержание исследования еще не определено, место все еще конфиденциально, — ответил мужчина. — Вам просто нужно решить, едете или нет.

Это... это действительно трудная просьба.

Сяо Ле улыбнулся и покачал головой.

Однако он задумался лишь на мгновение, прежде чем ответить...

— Еду.

Такая возможность выпадает раз в жизни.

Интуиция подсказывала ему, что это единственный раз, когда ему выпал такой шанс.

Человек по телефону ответил:

— Хорошо, я помогу вам. Кроме того, ваш билет на поезд изменен, не забудьте сесть на поезд завтра в три часа дня.

После этого он повесил трубку.

Сяо Ле посмотрел на телефон в своей руке со странным выражением.

Мужчина не только знал о его билете на поезд, но даже изменил его. Человек, стоящий за этим звонком, должен быть влиятельной фигурой...

По крайней мере, это не кто-то из Института материалов.

………………………..

Во второй половине следующего дня Сяо Ле сел в поезд и прибыл в пункт назначения. Он вылез с чемоданом из поезда и встал у входа на вокзал. Не прошло и половины минуты, как он увидел перед собой черную машину, которая отвезла его на таинственное место работы.

Прибыв туда, его потрясла обстановка.

Не потому, что место было пустынным. Наоборот, все в точности наоборот. Это место слишком "оживленное".

Перед заводом стояло более десятка автобусов, вокруг которых лежало различное оборудование.

Он узнал множество разных логотипов. Некоторые — ведущих китайских институтов по физике плазмы, другие — гигантских компаний, таких как Китайская национальная ядерная корпорация.

У него сложилось смутное представление, что это будет за проект.

Однако он и за миллион лет не ожидал, что институт STAR будет развиваться так быстро.

Весь мир все еще оценивал, как далеко они находятся от демонстрационного реактора, но они уже начали проект.

Внезапно к ним подошел мужчина лет пятидесяти с небольшим, держа в руках резюме.

— Сяо Ле?

Сяо Ле кивнул:

— Да.

— Хорошо, пойдем со мной.

Сяо Ле оглянулся на водителя, который привез его сюда, и сглотнул. Он тут же взял свой чемодан и последовал за стариком.

Едва поспевая за стариком, он не мог не спросить о ситуации здесь.

— Я работал в области токамака. Это, вероятно, исследование стелларатора, верно? Я пришел сюда...

— Нет смысла говорить мне это, — старик подошел к научно-исследовательскому институту и сказал без всяких эмоций:

— Я отвечаю только за то, чтобы проводить тебя. Если есть вопросы, можете спросить его.

— Его?

Кого?

Хотя Сяо Ле действительно хотел спросить это, видя, что старик не ответил на его вопрос относительно исследовательского института, он решил вместо этого закрыть рот.

Он огляделся и задал более незначительный вопрос.

-  Здесь так много людей, как это место можно удержать в секрете?

На безэмоциональном лице старика вдруг появилась улыбка.

— Малыш, знаешь, что происходит, когда кто-то раскрывает секреты?

— Не знаю.

Откуда мне знать?

Сяо Ле задумался.

Старик указал ему за спину, на водителя.

— Если хочешь знать, спроси его.

……………………….

Требования к расположению атомной электростанции — очень высоки.

В соответствии с международными руководящими принципами по выбору площадки должны были учитываться такие факторы, как геология, поверхность, метеорология, гидрология, охрана окружающей среды, гражданские постройки, дороги, электростанции, энергосистема и социальная реакция.

Во-первых, географически под этим местом не могло быть никаких разломов. В радиусе нескольких километров от АЭС не должно быть активных разломов. В истории этого места не должно быть никаких землетрясений магнитудой 6 или выше в пределах 100 километров от моря или 50 километров на суше вокруг.

Во-вторых, транспорт.

Реактор в несколько раз сложнее обычных реакторов, а также гораздо больше. Различные задействованные компоненты нельзя произвести лишь в провинции Цзянсу. Их можно только изготовить в других местах, а затем привезти сюда.

Принимая во внимание все эти факторы, в Цзянсу не так много мест, которые могли бы соответствовать всем этим условиям.

После того, как правительство провинции обсудило и проконсультировалось с экспертами, место расположения реактора STAR-2 было окончательно установлено рядом с Тяньваньской атомной электростанцией в Хайчжоу.

Прежде всего, здесь имелись в изобилии доступные ресурсы. Площадка для расширения Тяньваньской АЭС стала идеальным местом для экспериментальной установки демонстрационного реактора. Во-вторых, все инженеры здесь — специалисты в области атомной энергетики. Они обладали огромным опытом и могли помочь в решении инженерных проблем.

Что касается проблемы безопасности, то Лу Чжоу вообще не нужно беспокоиться об этом.

После определения места расположения реактора, в этом районе развернули боевую часть.

С другой стороны, после того, как выбрали место для проекта, Лу Чжоу поспешил туда и начал консультироваться с инженерами из Китайской национальной ядерной корпорации. Состоялся обмен мнениями о конструкции реактора DEMO.

Кроме того, менее чем за неделю собрали тысячи исследователей из различных научно-исследовательских институтов и смежных областей.

Для того, чтобы этот проект прошел гладко, страна, в основном, согласилась на все условия, предложенные Лу Чжоу.

Это финансовые и людские ресурсы.

— Я привел его, -  старик вошел в лабораторию вместе с Сяо Ле и положил резюме Сяо Ле на стол.

Лу Чжоу кивнул.

— Спасибо.

Старик махнул рукой.

— Ерунда. Работайте, я пойду.

Когда старик вышел из кабинета, он закрыл за собой дверь.

Лу Чжоу увидел, что Сяо Ле нервничает и улыбнулся.

— Расслабься, не нервничай так. Я только хочу задать несколько вопросов.

Сяо Ле улыбнулся:

— Как же не нервничать при встрече с кумиром?

Кумиром?

Услышав это, Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

У этого парня хороший вкус.

Я думаю, что у меня есть потенциал стать идолом.

Однако...

Сейчас не время для шуток.

Лу Чжоу кашлянул и перестал улыбаться.

— Я слышал из Института материалов, что ты посещал лабораторию General Atomic Energy DIII-D?

— Да… — Сяо Ле чувствовал, что его ответ был слишком простым и недостаточно уважительным, поэтому поспешил добавить:

— Я посещал ее с профессором Ли, когда только начал писать докторскую диссертацию. Я находился там четыре года, так что пробыл дольше всех.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я знаю, поэтому и вызвал тебя сюда.

Он помолчал секунду и продолжил:

— Поскольку ты пробыл там четыре года, уверен, что ты много знаешь о ситуации там. Что касается их технологии нагрева, я хочу знать, что сейчас они исследует, и какой прогресс?

Сяо Ле — эксперт в этой области, и он сразу же ответил:

— Прямо сейчас они работают над ионно-циклотронном резонансном нагревателе...

Лу Чжоу внимательно слушал объяснения Сяо Ле, потирая подбородок пальцем и время от времени кивая.

Он должен признать, что технология диагностики и нагрева плазмы DIII-D — очень сильна.

Диагностика плазмы делалась с помощью атомного зонда Гелий-3, поэтому ему не нужно думать об этом.

Что же касается нагрева, то, хотя это и не критическая проблема, он все равно должен обратить на нее внимание.

В конце концов, демонстрационный реактор отличался от экспериментального. Диагностика плазмы не имела большого значения, но технология нагрева — важна.

Отсутствие технологии нагрева в конечном итоге отразится на эффективности выработки электроэнергии.

Кроме того, благодаря подробным объяснениям Сяо Ле, в сочетании с собственным опытом Лу Чжоу в исследованиях управляемого термоядерного синтеза, он мог приблизительно оценить прогресс компании General Atomics Energy в области управляемого термоядерного синтеза, а также насколько далеко они от реактора DEMO.

Лу Чжоу много расспрашивал об эксперименте DIII-D. Сяо Ле ответил на все вопросы, один за другим.

Наконец, Лу Чжоу немного подумал и сказал:

— Нагревательное устройство токамака не совсем такое же, как у стелларатора, но принцип нагрева похож. Мы планируем перепроектировать ионно-циклотронный резонанс нагревателя из устройства EAST и создать такой, который можно использовать на стеллараторе. Если тебе интересно, я могу познакомить тебя с исследовательским проектом в этой области.

Неужели я только что... сорвал джекпот?

Сяо Ле пребывал в восторге, и он сразу же кивнул:

— Премного благодарен!

Ожидаемо, он не зря согласился приехать сюда...

Глава 542. Новости, потрясшие мир

В течении этого года в области управляемого термоядерного синтеза не было и минуты покоя.

В прошлом ИТЭР проводил пресс-конференцию даже по незначительным поводам. Однако в этом году количество важных новостей ошеломило пресс-секретаря ИТЭР.

Сначала — модель турбулентности плазмы, затем — время магнитного удержания в один час, после чего представитель США допрашивал Китай на совещании ИТЭР, что привело к выходу Китая из ИТЭР.

В течение всего года казалось, что все, кто работает в области управляемого термоядерного синтеза, катаются на американских горках.

Новость о том, что Китай вышел из ИТЭР, все еще находилась в горячем режиме, когда вышедшая статья Евриван Дэйли, снова потрясла международное сообщество по физике плазмы и управляемому ядерному синтезу.

В первый день октября, в национальный праздник, Китай внезапно объявил, что работа над демонстрационным реактором STAR-2 вступила в свою следующую и заключительную стадию.

А именно, что началось строительство реактора на Тяньваньской АЭС.

Как только сделали это заявление, не только международное сообщество по физике плазмы и управляемому термоядерному синтезу было потрясено, но словно весь мир накрыло землетрясение.

Реактор DEMO!

Никто не ожидал этого, все произошло слишком внезапно.

Первым об этой новости сообщило английское издание BBC.

Биндербауэр, председатель Американской компании Tri Alpha, согласился дать им интервью. Он прокомментировал это событие.

— Если Китай станет первой страной, которая коммерциализирует технологию термоядерного синтеза, то они получат значительные экономические, географические и политические преимущества. Их присутствие в Азиатско-Тихоокеанском регионе также будет расширяться с невообразимой скоростью.

— Я вовсе не преувеличиваю, говоря это. Эта новая технология полностью отличается от всего, что мы имели в прошлом. Проще говоря, это Святой Грааль энергетики, что может осветить темное будущее человечества.

— Конечно, хотя ситуация мрачная, конкуренция только началась. Мы уверены, что сможем превзойти их. Но при условии, что Конгресс продолжит инвестировать в нас...

Помимо Биндербауэра, журналист BBC также связался с профессором Стивеном Коули, деканом Оксфордского межколлегиального христианского союза, бывшим директором Калэмского центра термоядерной энергии и бывшим генеральным директором Управления по атомной энергии Великобритании.

Во время интервью Коули высказал свое мнение по поводу ухода Китая.

— Несмотря на то, что ИТЭР обсуждал исключение Китая из проекта ИТЭР, никто не хотел видеть, чтобы они уходили вот так.

Журналист спросил:

— Есть ли разница?

Стивен Коули посмотрел в камеру и ответил:

— Определенно есть. В начале Китай имел самое низкое количество сотрудников в ИТЭР из всех стран. Сейчас они уступают только Европейскому союзу. Более того, они занимали третье место среди всех стран-участниц по объему финансирования и всегда были в состоянии выполнить свои финансовые обязательства… Поскольку процесс выхода стал настолько резким, все китайские сотрудники принудительно уехали. Менее одной пятой из них остались. Из-за этого многие ключевые проекты застопорились. Несомненно, их уход — это реакция на давление США с вопросами о стеллараторе STAR. Китай ушел с такой уверенностью, однозначно связанной с успехами их стелларатора.

— У каждой страны есть свой проект термоядерного синтеза и свои технологии. ИТЭР — не единственный действующий проект. ИТЭР также никогда не просила другие страны раскрывать свои исследования, которые не связаны с проектом ИТЭР.

— Я должен сказать, что глупо заставлять Китай покинуть ИТЭР прямо сейчас. Начинать соревнование за эту будущую технологию тоже нелепо.

— Если Китай больше не будет участвовать, то ИТЭР, что серьезно недофинансируется, больше не сможет продолжать свою работу. Мы можем только надеяться, что США выполнит свои обязательства, и что Южная Корея и Европейский союз смогут взять на себя больше финансирования... Но с практической точки зрения, это практически нереально.

Журналист спросил:

— Вы не слишком оптимистично оцениваете будущее ИТЭР?

— Вообще-то я никогда не был оптимистом. Закрытие нашего ДЖЭТа в Оксфордшире для поддержки программы ИТЭР ЕС было неправильным решением с самого начала. Где они планируют построить реактор DEMO? В Кадараше, недалеко от Марселя. Как только я услышал, что они планируют построить реактор во Франции, я понял, что этот проект обречен. Конечно же, они даже не закончили строительство лаборатории.

Журналист кашлянул:

— Какую страну вы считаете лучшим выбором?

Стивен даже не колебался с ответом:

— Конечно, это Великобритания.

— ...

…………………………...

Вашингтон, Пенсильвания-авеню, 1600.

Президент со стильной стрижкой швырнул газету на стол. Его слюна разлеталась во все стороны.

— Я хочу знать, что здесь происходит! Если бы кто-то в Твиттере не сказал мне прочитать газету, я бы даже не знал, что происходит в Китае!

Газета, о которой он говорил, была английским изданием Евриван Дэйли.

В заголовке новостей говорилось о последней разработке реактора STAR-2.

Ирония заключалась в том, что он впервые услышал об этом не от разведки. Вместо этого он прочитал об этом в китайской газете.

Ярко-красный, бросающийся в глаза заголовок новостей причинял боль его глазам.

Он чувствовал провокацию со стороны Китая только через газету.

Рядом с ним сидели директор ЦРУ Джина Хаспел и офицер ЦРУ по термоядерной разведке Хелмс.

Джина скрестила руки на груди и медленно произнесла:

— Может быть, мистер Хелмс объяснит.

Когда Хелмс услышал, что женщина назвала его по имени, его плечи невольно задрожали.

Джина Хаспел.

Если и был в ЦРУ человек, которого он не хотел злить, то это, несомненно, эта шестидесятилетняя женщина.

В дополнение к пыткам Абу Зубайда и слухам о жестоком обращении с заключенными, которые принесли ей прозвище "кровавая Джина", Хелмс слышал и другие слухи о ее жестоких деяниях.

Когда Трамп назначил ее директором ЦРУ, это вызвало шумиху в Соединенных Штатах...

Джеймс сделал глубокий вдох, а потом сказал:

— Это наша халатность. Мы недооценили интерес китайцев к управляемому термоядерному синтезу. Возможно, они опережают нас сильнее, чем мы думаем.

Трамп глубоко вздохнул.

— Я хочу знать…  После того, как они закончат строительство реактора, насколько далеко они будут от этой технологии?

— Даже не знаю, — заговорил Хелмс с болью на лице. — Но с их скоростью им не потребуется много времени, чтобы перейти от демонстрационного реактора к коммерциализации термоядерного синтеза...

В кабинете воцарилась тишина.

Видя, что президент и директор молчат, Хелмс осторожно попытался разрядить обстановку. Он кашлянул и пробормотал:

— Я думаю, что мы должны обратить внимание на одного конкретного человека.

Хаспел посмотрела на него и спросила:

— Человека?

— Да, -  Хелмс сглотнул и кивнул. — Я провел исследование. До его возвращения в Китай, хотя Китай и добился определенных успехов в токамаке, они были далеки от нас. Они не проводили никаких исследований на стеллараторе. Но после того, как он вернулся в Китай, в течение года ситуация резко изменилась...

Глава 543. Неожиданная удача

Независимо от реакции Белого дома на это, мировой рынок уже отреагировал.

На следующий день после новости о реакторе DEMO, на фьючерсном рынке угля началась паника и продажи.

Что означает демонстрационный реактор?

Насколько далек Китай от технологии управляемого термоядерного синтеза?

Никто не мог ответить на эти вопросы.

Однако одно несомненно — Китай, огромный потребитель угля, и он потреблял более 50% мирового угля. Если Китай не будет нуждаться в таком количестве угля в будущем, кто будет платить за уголь, который у них есть на складе?

Хотя все знали, что этот день не наступит в ближайшее время, фьючерсный рынок посвящен будущим сделкам. Всякий раз, когда инвесторы теряли уверенность в будущем того или иного товара, падение этого товара становилось лишь вопросом времени.

В такой момент, чем быстрее выходишь, тем меньше потери.

Это произошло не только в угольной промышленности.

Поскольку из энергетического сектора ушло большое количество денег, паника начала распространяться на другие энергетические рынки, такие как пропан, природный газ и нефть. Это привело к падению всего рынка энергетических ресурсов.

Несмотря на то, что потери по другим фьючерсным контрактам были намного меньше, чем по углю, они все еще снижались в ценах, так продолжалось до закрытия рынка.

Фондовый рынок напоминал рынок фьючерсов.

Энергетический сектор был полностью разрушен.

Крупнейшие финансовые институты мира провели некоторый анализ дневных торгов. Всего за один день потери энергетического фондового рынка упали на сотни миллиардов долларов, что почти эквивалентно рыночной стоимости Google.

И Лу Чжоу — тот, кто вызвал эту реакцию, не имел ни малейшего представления о том, что он только что нечаянно сделал.

Впрочем, даже если бы он знал, ему было бы все равно. Самое большее, он подпишет контракт и будет надеяться, что деньги достанутся ему.

Потому что он мог бы потратить деньги более осмысленно...

…………………………………….

[Пользователь, поздравляю с завершением задания!]

Лу Чжоу находился в белоснежном пространстве системы. Он прочитал текст на информационном экране и получил награду за свое задание.

Как и в прошлый раз, он выполнил сразу два задания цепочки.

Первое — материал ПГУ-1, который принес ему 100 000 очков опыта по инженерному делу и 500 баллов.

После начала проекта демонстрационного реактора правительство инвестировало все свои средства, которые ранее были выделены ИТЭР, в проект реактора STAR-2. Поскольку инвестиции достигли 10 миллиардов, это принесло ему 50 000 свободных очков опыта и один билет счастливой лотереи.

Лу Чжоу посмотрел на единственные две дисциплины 2 уровня на своей панели характеристики. Он немного подумал и, наконец, решил присвоить 50 000 общих очков опыта науке об энергии.

Его информатики уже открыли ветку искусственного интеллекта. Пока Сяо Ай продолжал совершенствоваться, его уровень искусственного интеллекта также будет повышаться. Следовательно, ему не нужно тратить больше очков опыта на искусственный интеллект.

В отличие от нее, энергетика не получала опыт так легко.

Учитывая тот факт, что генератор реактора, очевидно, в области энергетики, Лу Чжоу решил на всякий случай повысить уровень этой дисциплины.

После того, как Лу Чжоу закончил распределять очки опыта, он обновил свою панель характеристик.

[ Основные науки:

A.Математика: LV7 (144000/1200000)

B.Физика: LV5 (83215 / 300000)

C.Биохимия: LV4 (74000/200000)

D.Инженерное дело: LV4 (0/200000)

E.Материаловедение: LV5 (113000/300000)

F.Энергетика: LV3 (0/100000)

G.Информатика: LV2 (30/50000)

Баллы: 5475 (Один билет счастливой лотереи)]

Лу Чжоу мельком взглянул на свои характеристики и покачал головой.

— Интересно, когда я смогу достичь восьмого уровня?

1,2 миллиона очков опыта.

Это больше, чем все остальные требования к повышению уровня, вместе взятые.

После того, как Лу Чжоу закрыл свою панель, он собирался покинуть системное пространство.

Однако внезапно вспомнил, что эта второе задание дало ему билет счастливой лотереи.

Лу Чжоу уже довольно давно не играл в лотерею.

После того, как активировал цепочку заданий, он почти забыл, что система имеет такую функцию.

Этот билет обошелся ему 10 миллиардов.

Лу Чжоу, который обычно не имел никаких ожиданий от лотереи системы, не мог не взволноваться.

Он нажал на кнопку, и колесо рулетки начало вращаться.

Парень подсознательно помолился несколько секунд и снова нажал кнопку.

По инерции колесо прокрутилось еще пару оборотов, а потом остановилась.

[Поздравляю, вы выиграли "чертеж"]

А?!

Этот текст ошеломил его.

Серьезно?

Молитва, и правда, сработала?

Он тщательно все обдумал. Последний раз он получал чертеж где-то пять лет назад

[Получено: процесс производства материала ПГУ-1.]

Ммм?

Несмотря на то, что Лу Чжоу привык к тому, что система играет с ним злые шутки, он не думал, что система сделает что-то подобное.

Между прочим, разве не он изобрел этот материал?

Лу Чжоу встал перед экраном и некоторое время рассматривал его, а затем вздохнул.

Как бы то ни было, все в порядке.

Так совпало, что он пытался выяснить, как решить производственную проблему для материала ПГУ-1. В конце концов, метод, который изобрел Хоу Цзиньли, лишь лабораторный. Его можно было бы использовать для подготовки небольшого количества образцов, но так почти невозможно произвести достаточно для реактора.

Этот чертеж сэкономил ему кучу времени.

Получив награду, он тут же покинул системное пространство.

Недавно он был в Хайчжоу, осматривая место строительства реактора. Он явно не мог возвращаться на свою виллу каждую ночь.

Поэтому Китайская национальная ядерная корпорация организовала для него дом. Он находился в районе размещения сотрудников рядом с Тяньваньской АЭС. Дом был довольно современный, около 90 квадратных метров.

Не слишком большой, не слишком маленький.

В конце концов, вся его работа, в основном, сосредоточена на строительной площадке, и ему нужно только место для сна.

Открыв компьютер, он подключил к нему флешку от системы.

Как он и ожидал, после того, как он закончил копирование данных, флешка медленно распалась на черный пепел и исчезла.

Лу Чжоу подул на порт USB-соединения, чтобы избавиться от пепла. Не колеблясь, он тут же открыл недавно скопированный файл.

Теоретически этот проект от системы содержал ответы, которые находились в пределах его познаний.

Он мельком взглянул на чертежи. Несмотря на то, что в дизайне было много новизны, он все еще в пределах того, что мог понять.

Самое главное заключалось в том, что, согласно производственным возможностям Китая, для них вполне реально реализовать такую производственную линию.

После того, как Лу Чжоу закончил просматривать чертеж, на его лице появилась ухмылка.

С материалом первой стенки закончено.

Теперь ему оставалось только найти подходящего партнера и начать производство.

Глава 544. Полное сотрудничество

Выключив компьютер, Лу Чжоу почувствовал голод.

Уже близился обед, поэтому он отправил сообщение Ван Пэну, после чего встал, переоделся и спустился вниз. Он сел в машину Ван Пена и поехал в столовую на строительной площадке реактора.

Эта столовая располагалась во внутренней части строительной площадки и первоначально предназначалась для строительства третьего блока Тяньваньской АЭС. Однако как и строительная площадка, теперь она передана Лу Чжоу.

Как и другие исследователи, Лу Чжоу приехал в Хайчжоу всего неделю назад. Он не готовил дома, и там не было даже кухонных принадлежностей.

Хотя он привык готовить для себя, он не особо придирчивый едок. В течение прошлой недели, как и другие исследователи, ел все три раза в день в столовой.

Честно говоря, еда здесь довольно хорошая. Готовили военные повара, которых перевели сюда из армии.

Видимо, чтобы обеспечить едой более 2000 научных работников, военная часть вблизи этого района намеренно расширила свою команду поваров.

Лу Чжоу услышал это от Ван Пэна.

Лу Чжоу заказал бок Юйсянской рубленой свинины и тушеную свиную рульку. Он попросил Ван Пена принести ему тарелку супа с другой стойки. Затем они оба уселись в столовой.

Лу Чжоу все еще думал об этом плане, когда Ван Пэн внезапно заговорил:

— Точно, сэр, я хотел кое-что обсудить с вами.

Услышав, что Ван Пэн назвал его "сэр", он понял, что это что-то серьезное. Поэтому спросил:

— Что случилось? Я тебя слушаю.

— Мое начальство хочет усилить вашу безопасность.

— Безопасность? — Лу Чжоу ел кусок свинины. — Что-то случилось?

Ван Пэн покачал головой:

— Нет, это, в основном, из соображений предосторожности.

— Меня все устраивает. Вы можете делать все, что хотите. Я отвечаю только за исследования.

— Само собой, нам все еще нужно узнать ваше мнение, — Ван Пэн улыбнулся. — В конце концов, мы не хотим приносить слишком много проблем в вашу повседневную жизнь.

Лу Чжоу улыбнулся и взял палочкой еще один кусок свинины.

— Кстати, позволь спросить, на кого ты работаешь?

Ван Пэн помолчал секунду, а потом с любопытством спросил:

— Разве вы не знаете?

Лу Чжоу покачал головой:

— Не знаю. Никогда не интересовался раньше, но теперь, когда ты заговорил об этом, мне стало интересно. Конечно, можешь не говорить, если нельзя.

— Нет, в этом нет ничего такого, — Ван Пэн огляделся вокруг, прежде чем тихо ответить:

— Министерство государственной безопасности.

Услышав это, Лу Чжоу удивился и подозрительно посмотрел на Ван Пэна.

— Ты уверен?

Ван Пэн удивился.

— Конечно, уверен, зачем мне лгать?

— Ничего, — Лу Чжоу кашлянул. — Я просто чувствую, что...

— Я не похож на человека оттуда?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Ты даже не носишь костюм или солнцезащитные очки.

Кроме того, с твоим телосложением... не похоже, что ты можешь сражаться очень хорошо.

Конечно, могло быть и так, что Лу Чжоу просто не мог этого заметить.

В конце концов, по сравнению с наукой, он мало чего понимал в этом.

Ван Пэн потерял дар речи:

— Мы не похожи на телохранителей в кино, и характер нашей работы совершенно другой.

Лу Чжоу посмотрел на потного повара позади него, рубящего овощи, и шутливо сказал:

— Эй, посмотри на этого парня, рубящего овощи, скольких подобных ты можешь победить.

— Ну и шутки, — Ван Пэн кашлянул. — Я обучался в спецназе, поэтому унизительно сравнивать меня с поваром.

……………………………….

После того как Чжоу Чэнфу вернулся из Европы, он остался в Пекине, занимаясь будущим Китайского центра по реализации программы термоядерной энергии.

С тех пор как Китай вышел из ИТЭР, центр оказался в затруднительном положении.

Хотя его не собирались немедленно распускать, большинство совместных исследовательских проектов, связанных с ИТЭР, по большей части приостановили. Их исследовательские средства также направили на проект реактора STAR-2. Это почти то же самое, что и расформировать их.

Кроме того, то, что ранило Чжоу Чэнфу даже больше, чем роспуск, заключалось в том, что у высшего руководства было только одно требование. Он должен полностью сотрудничать с главным конструктором Лу Чжоу и участвовать в проекте реактора STAR-2.

Снова полностью сотрудничать.

Сердце Чжоу Чэнфу вспыхивало огнем всякий раз, когда он слышал эти слова.

Однако он мог только сдержать гнев в себе, поскольку не мог его некуда выплеснуть.

Закончив кое-какую работу, он собирался сходить за едой. Однако ему неожиданно позвонили.

Он достал телефон и увидел, что звонит Пань Чанхун.

Чжоу Чэнфу поджал губы и ответил на звонок.

— Да?

— Старина Чжоу, как поживаешь?

Чжоу Чэнфу холодно усмехнулся:

— Ох, звонишь, чтобы поиздеваться надо мной?

— Отчего ты так говоришь, над чем тут смеяться?

Чжоу Чэнфу прищурился, как будто хотел что-то сказать.

Однако с другого конца заговорили быстрее.

— Мы — давние друзья. Хотя ты не хочешь меня видеть, я все еще вспоминаю о тебе. У меня тут бутылка Маотая, ты придешь?

Чжоу Чэнфу сначала хотел отказаться и не знал, почему согласился на это.

Он пришел в ресторан, о котором говорил по телефону старый Пань, и сел. Вскоре после этого он увидел знакомого человека, входящего в ресторан с бутылкой Маотая.

— Хозяин, как обычно, дай нам несколько блюд, которые хорошо сочетаются с алкоголем.

— Понял!

Хозяин ресторана, сидевший за стойкой, вошел на кухню.

Пань Чанхун сел напротив Чжоу Чэнфу и улыбнулся.

— На дороге были пробки, поэтому я немного опоздал. не ожидал, что ты придешь так рано.

— Если тебе есть что сказать, просто скажи это.

— Мне нечего сказать, — сказал Пань Чанхун. — Я здесь только для того, чтобы выпить с тобой и поговорить о старых временах. Что, у тебя даже нет времени поесть со мной?

Чжоу Чэнфу нахмурился. Он понятия не имел, чего его собеседник хочет добиться.

Пань Чанхун ничего не объяснил. Он взял две чашки и налил Маотай в каждую из них.

— После того как я ушел от тебя, я задумался. Я ответил на многие свои вопросы, но есть еще кое-что, чего я не понимаю.

Чжоу Чэнфу выдавил улыбку:

— Чего ты не понимаешь?

— Не могу понять твою цель.

Чжоу Чэнфу нахмурился и ничего не сказал.

Видя, что Чжоу Чэнфу не отвечает, академик Пань продолжал:

— Деньги слишком скучны для тебя, уверен, что тебя они не заботят. Слава? Наши ученики разбросаны по всему миру, поэтому не будет преувеличением сказать, что в Китае нет никого в поле управляемого термоядерного синтеза, кто не знал бы твоего имени.

Чжоу Чэнфу фыркнул и усмехнулся.

— Ты попросил меня выпить с тобой сегодня только для того, чтобы польстить мне?

Пань Чанхун усмехнулся.

— Я уже на пенсии, зачем мне кому-то льстить? У тебя начинается слабоумие?

Чжоу Чэнфу тупо уставился на старого друга.

— Просто скажи мне прямо, перестань ходить вокруг да около.

Пань Чанхун некоторое время смотрел на Чжоу Чэнфу.

-Ты изменился, — вдруг сказал он.

Чжоу Чэнфу нахмурился.

Пань Чанхун выпил и удовлетворенно облизнул губы, словно испытал ностальгию.

— Несколько десятилетий назад мы были менее развиты. Государство хотело, чтобы мы учились у западных стран, американцы в то время исследовали стелларатор, поэтому мы сделали Линъюнь. Потом американцы прекратили свои исследования и вместо этого последовали за русскими исследовать токамак. Мы поняли, что не можем продолжать наши разработки Линъюня, поэтому мы также начали исследовать токамак. Затем на международной арене токамак заменил инерционный термоядерный синтез, поэтому мы решили исследовать его вместо этого. Затем американцы потерпели неудачу в своем эксперименте с NIF, поэтому поле инерциального термоядерного синтеза вновь остыло, и токамак снова стал горячей темой.

— Тогда я сказал, что мы не должны этого делать. Мы всегда будем отставать от других стран, мы никогда не будем лидерами. Ты согласился со мной и сказал, что единственный способ развить нашу собственную технологию — участвовать в самых передовых исследованиях в мире. Итак, мы обратили свое внимание на ИТЭР, потому что думали, что это путь к успеху. Я писал письма Коммунистической партии Китая, пока ты ездил в Европу на переговоры. Затем, спустя несколько лет, мы, наконец, сделали Китай членом ИТЭР.

— Вернувшись, ты радостно сказал мне, что я понятия не имею, как усердно ты работал ради этой сделки.

— После этого китайские исследования управляемого термоядерного синтеза полетели. Все больше и больше научно-исследовательских институтов присоединилось к этой области. Юго-западный институт физики больше не был единственным научно-исследовательским институтом в области управляемого термоядерного синтеза. От Жунчэна до Луяна мы создали более десятка термоядерных машин. За двадцать лет мы прошли путь от последователей до лидеров...

Чжоу Чэнфу холодно улыбнулся и прервал его:

— А что теперь? Твоя кровь, пот и слезы уничтожены этим парнем.

Они покинули ИТЭР, HL-2А все еще ремонтировался, Юго-западный институт физики отставал в поле термоядерного синтеза… Хотя половина этого из-за того, что Чжоу Чэнфу не хотел сотрудничать, но корнем всего этого являлся Лу Чжоу.

Чжоу Чэнфу подумал, что Пань Чанхун будет несколько эмоционально взволнован. Он не ожидал, что Пань Чанхун улыбнется и сделает глоток Маотая.

— Да, и что?

— Ты совсем не расстроен?

— Больно из-за токамака или ИТЭР? — Пань Чанхун улыбнулся. — Спроси себя, мы преследуем токамак или ИТЭР, или мы преследуем термоядерный синтез? Прямо сейчас моя кровь, пот и слезы превратились в демонстрационный реактор STAR-2. Мы только что сделали большой шаг к финишу, так почему бы мне не пострадать? Почему я должен расстраиваться?

Выражение лица Чжоу Чэнфу слегка изменилось.

Пань Чанхун заглянул в глаза своего старого друга и серьезно произнес:

— Старина, хочу сказать тебе лишь одно… Проснись.

Глава 545. Ловушка расплава

— Это немного интересно, — академик Ван Цзэнгуан заинтересованно рассматривал чертеж Лу Чжоу. Через какое-то время он спросил:

— Кто разработал это?

Лу Чжоу, очевидно, не мог рассказать ему правду, поэтому дал простой ответ:

— Это спроектировал институт.

Формально он — часть института.

Кроме того, это своего рода "разработано" системой?

Академик Ван с подозрением посмотрел на Лу Чжоу:

— Но, само собой, есть ответственный за чертеж.  Ничего не берется из воздуха.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не объяснил. Вместо этого он перевел разговор в другое русло.

— Давай не будем вдаваться в подробности. Вместо того чтобы говорить о том, кто придумал, я хочу узнать больше об этом проекте. Есть ли у Китайской национальной ядерной корпорации средства для реализации этого производства?

Академик Ван посмотрел на чертеж и потер подбородок. Подумав немного, он дал ответ:

— Это трудно, но все должно получиться.

Поскольку академик Ван сказал, что все в порядке, Лу Чжоу вздохнул с облегчением и кивнул.

— Хорошо, тогда я оставляю это на вас.

— Никаких проблем, обещаю, что мы организуем все как можно скорее, — академик Ван посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся:

— Похоже, профессор Лу — скрытный человек.

— ...

Неужели он подумал, что это я начертил чертеж?

Лу Чжоу вспомнил, что случилось в прошлый раз, когда он что-то чертил перед ним, и догадывался, почему академик Ван не понял его.

Однако...

Можете неправильно понимать все, что хотите, меня это не касается.

Я бы предпочел, чтобы меня неправильно поняли, а не продолжали закидывать вопросами.

Академик Ван посмотрел на чертеж в руке и вдруг что-то вспомнил.

— Кстати, хотя управляемый термоядерный синтез является проектом национального уровня, все же существует четкая грань между государственными и частными предприятиями. Эта технология разработана Институтом перспективных исследований, поэтому мы не можем просто взять ее бесплатно. Я предлагаю заключить соглашение о сотрудничестве. С вас — технология, с нас — производство.

Если бы академик Ван Цзэнгуан взял чертеж кого-то другого, он бы ничего не сказал, но в случае с Лу Чжоу все по-другому.

Что значит главный конструктор национального проекта?

Это значит, что он мог потратить десятки или даже сотни миллиардов юаней, как ему заблагорассудится. Он — единственный, кто обладал всей властью. Это связано с тем, что правительство высоко ценило его. Даже такая гигантская компания, как Китайская национальная ядерная корпорация, не хотела его обидеть.

Поэтому хотя Лу Чжоу и не предъявлял никаких особых требований, академик Ван все же учитывал все факторы. Он не хотел попадать в неприятности в будущем, поэтому не мог позволить себе обидеть Лу Чжоу.

Он должен обсудить это с руководством компании.

Лу Чжоу не придал особого значения этому предложению и равнодушно ответил:

— Хорошо, сделайте это.

На самом деле академик Ван слишком много переживал об этом. В действительности Лу Чжоу такое не волновало. По сравнению с огромным рынком литий-серных батарей, рынок материалов для ядерных реакторов — капля в море.

Если пошлины за патент на материал ПГУ-1 могли принести Лу Чжоу пару копеек, то его сотрудничество с Китайской национальной ядерной корпорацией принесло бы ему самое большее дополнительную копейку.

Если бы он действительно хотел зарабатывать деньги, его бы не волновали эти мелочи. Он бы просто сосредоточился на коммерциализации технологии управляемого термоядерного синтеза.

Не говоря уже о том, что государство определенно не будет относиться к нему плохо. Влияние прорыва в технологии термоядерного синтеза увеличило бы рынок литий-серных батарей в несколько раз. Одного только увеличения продаж анодных и катодных материалов будет достаточно, чтобы сделать его безумно богатым.

Но все это бессмысленно.

В конце концов, на его банковском счете было больше денег, чем он мог потратить.

Даже если добавить еще один ноль на конце...

Эм...

Ну, на самом деле, это звучит довольно заманчиво.

Пока Лу Чжоу обсуждал с академиком Ваном детали чертежа, в дверь кабинета постучали.

Они прекратили разговор, и Лу Чжоу посмотрел на дверь.

— Войдите.

Дверь распахнулась, и вошел исследователь.

— Приехал эксперт из Юго-западного института.

Юго-западного института?

Лу Чжоу удивился.

— Кто?

— Академик Чжоу Чэнфу...

……………………..

Группа людей стояла у входа на строительную площадку.

В сопровождении Ван Пэна Лу Чжоу подошел к пропускному пункту и дал солдатам знак пропустить гостей. Лу Чжоу посмотрел на Чжоу Чэнфу и с улыбкой протянул ему руку.

— Рад видеть вас здесь.

Чжоу Чэнфу без особого энтузиазма пожал руку парню, а потом негромко произнес:

— Рад встретиться.

Лу Чжоу почувствовал, что тому есть что сказать, поэтому спросил:

— Не хотите зайти ко мне в офис?

Чжоу Чэнфу кивнул.

— Конечно.

Они шли рядом, почти не разговаривая.

Чтобы атмосфера не казалось такой мрачной, Лу Чжоу попытался завязать разговор.

— HL-2А отремонтировали?

— Благодаря тебе, все еще нет.

Лу Чжоу неловко улыбнулся и ответил:

— Да, это моя вина.

— ...

Хотя Чжоу Чэнфу пришел с миром, ему было трудно сдержаться, когда он видел самодовольную улыбку Лу Чжоу.

Они прошли через центр строительной площадки и миновали большую яму.

Чжоу Чэнфу посмотрел на строительное оборудование рядом с ямой и нахмурился.

— Что это такое?

Поскольку это не секрет, Лу Чжоу спокойно ответил:

— Это ловушка расплава для предотвращения несчастных случаев. Она собирает и охлаждает ядерные стержни в случае серьезной аварии…  Сейчас это всего лишь фундамент, но к концу года должны закончить.

В конце концов, внутренняя часть термоядерного реактора имитировала энергию звезды. Хотя теоретически термоядерная реакция безопасна, сотни миллионов градусов плазмы все еще представляли серьезную угрозу.

Тем более что энергия в демонстрационном реакторе совершенно иная, чем в экспериментальном.

Если произойдет утечка, то прежде чем плазма успеет остыть до безопасной температуры, она расплавит все на своем пути. В солнечной системе нет ничего, что могло бы противостоять плазме.

Ловушка расплава защищала дорогостоящую зону термоядерного реактора.

Даже при том, что у нее только одноразовое использование, если она могла спасти любые компоненты устройства от разрушения, это стоило того.

Чжоу Чэнфу знал, что такое ловушка расплава, и он удивленно посмотрел на Лу Чжоу.

— Вы даже это приняли во внимание?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это не моя идея. Это предложили инженеры из Китайской национальной ядерной корпорации. Поскольку это имело смысл, я одобрил.

И токамак, и стелларатор можно было бы интерпретировать как более крупные по сравнению с обычными реакторами.

После того, как инженеры из Китайской национальной ядерной корпорации поняли ценность реактора, они сразу же предложили использовать на этом термоядерном реакторе ловушку расплава третьей фазы Тяньваньской АЭС.

По совпадению, Лу Чжоу мог также использовать Тяньваньскую АЭС в качестве основы. Поэтому он сразу же принял решение.

Несмотря на то, что Лу Чжоу совсем не походил на хвастуна, Чжоу Чэнфу все еще не мог не пожаловаться:

— Зачем тебе вообще нужна ловушка расплава, у тебя вообще есть реактор?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Реактор все еще строится. Эти два компонента не помешают друг другу. Мы завершим все компоненты, а затем соберем их.

На этот раз Чжоу Чэнфу не ответил.

Ему было нечего сказать.

В конце концов, у него не было достаточно глубокого понимания.

Он даже не до конца понимал концепцию экспериментального реактора, не говоря уже о демонстрационном реакторе.

Двое неосознанно остановились у строительной площадки. Словно Чжоу Чэнфу больше не собирался продолжать идти, он просто стоял там, спокойно глядя на оборудование на строительной площадке и занятых инженеров, которые ходили вокруг.

На этом реакторе работало более тысячи человек.

Весь проект демонстрационного реактора подобен двигателю, каждый человек подобен зубу на шестеренке, запускающей двигатель на высокой скорости.

Зависть?

Волнение?

Неверие?

Прямо сейчас сердце Чжоу Чэнфу переполняло так полно эмоций, что он понятия не имел, что именно чувствует.

Он не понимал, как двадцатилетний парень мог все это делать. Если бы он не видел этого собственными глазами, то никогда бы не поверил, что это правда.

Однако, похоже, Лу Чжоу действительно сделал это.

Это неоспоримая истина.

Чжоу Чэнфу внезапно почувствовал себя немного подавленным.

Точно так же, как академик Пань не понимал его действий, он не понимал старика Паня.

Но теперь, глядя на все это, он вдруг все понял.

Если бы они продолжали развиваться такими темпами, возможно...

Может быть, этот парень действительно смог бы воплотить термоядерную энергию при его жизни.

Помолчав некоторое время, Чжоу Чэнфу медленно заговорил:

— Все эти тысячи рабочих работают на тебя, да?

— Можно сказать и так.

Чжоу Чэнфу посмотрел на Лу Чжоу:

— Ты когда-нибудь думал, что однажды, возможно, из-за твоего решения или ошибки, или из-за чьей-то другой ошибки, ты потеряешь свой исследовательский проект... Я хочу знать, что ты будешь делать?

— Какое это имеет отношение ко мне?

Чжоу Чэнфу был ошеломлен.

Он не ожидал, что Лу Чжоу так отреагирует.

Он постоял немного и улыбнулся.

— А?  Тебя это не волнует? Ха, лидер, который не заботится о своих рабочих, не является хорошим.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Вот почему я никогда не хотел становиться лидером. Все, за что я отвечаю, это исследования неизвестного. Что касается будущего моих рабочих, то они сами должны думать о нем, я не обязан заботиться о них...

Глава 546. Мы - разные

— Легко сказать, — Чжоу Чэнфу покачал головой и улыбнулся. Он не знал, улыбался ли он сам себе из-за своей паранойи или  улыбался молодости Лу Чжоу. — Однажды ты поймешь, что все не так просто. Что ж, похоже, ты победил. Мне нечего сказать. Я должен извиниться за то, что случилось в прошлом. Но должен сказать, что даже если бы не было меня, вместо меня был бы какой-нибудь У Чэнфу или Чжэн Чэнфу. И если не говорить о других, то поговорим о тебе.

Чжоу Чэнфу внезапно уставился на Лу Чжоу своими налитыми кровью глазами.

— Настанет день, когда ты станешь королем своего поля. То, что ты говоришь, будет правдой, никто не может превзойти тебя на троне. Если захочешь идти на восток, никто не осмелится пойти на запад. Ученые, которые обижаются на тебя, осмеливаются говорить только за твоей спиной... Смеешь ли ты сказать, что когда этот день настанет, ты будешь отличаться от меня?

Какое-то время Лу Чжоу просто смотрел на Чжоу Чэнфу, а потом нахмурился и ответил:

— Ваша идея, сама по себе, очень странная. Если говорить о правде, то разве сама правда не определяет, следует ли идти на восток или на запад?

Чжоу Чэнфу впал в ступор.

Через некоторое время он вдруг рассмеялся.

Его сухой смех становился все громче и громче, и в конце концов он выдохся.

Этот смех привлек внимание строителей, а также привлек внимание группы безопасности, которая патрулировала поблизости.

Когда они уже собирались подойти и выяснить, в чем дело, то увидели Ван Пэна, следующего за Лу Чжоу. Поэтому решили оставить это дело и продолжить свое патрулирования.

Лу Чжоу спокойно смотрел на Чжоу Чэнфу, не останавливая, пока тот не закончит смеяться.

Достаточно посмеявшись, Чжоу Чэнфу прерывисто заговорил:

— Раньше я размышлял о том, что.... что в тебе особенного? Теперь думаю, понял это. Ты — ненормальный, неудивительно, что ты так понравился старику Пэну.

Лу Чжоу безэмоционально смотрел на него, ожидая, пока тот закончит.

Чжоу Чэнфу рукавом вытер рот, глубоко вздохнул и выпрямился.

Он некоторое время просто пристально смотрел на Лу Чжоу, прежде чем сказать:

— Надеюсь, ты запомнишь, что сказал сегодня.

……………………………..

После этого Чжоу Чэнфу развернулся и ушел.

Покинув строительную площадку, он сел в самолет и вернулся в Жунчэн.

В действительности Лу Чжоу не волновал его визит.

Он всегда был очень покладистым человеком. Он будет счастлив, если другие исследовательские институты будут сотрудничать с ним, но ему также все равно, если они не будут.

В конце концов, научные исследования — не выращивание сельскохозяйственных культур, не строительство небоскребов и не ремонт дорог. Инвестиции в научные исследования не обязательно означают прибыль.

Если господин Чжоу действительно не хочет сотрудничать с ним, он мало что может сделать.

Вместо того чтобы зацикливаться на пустяках, будет лучше на максимум использовать ресурсы, которые уже есть.

Лу Чжоу почти забыл о разговоре с Чжоу Чэнфу, как через две недели после его визита, снова приехали люди из Юго-западного института физики.

На этот раз приехал не Чжоу Чэнфу, а старик лет пятидесяти в сером пиджаке.

Академик Юань Юань по-простому представился и рассказал суть:

— Академик Чжоу вчера ушел из института. И теперь я — руководитель института.

Лу Чжоу удивился:

— На пенсию?

Юань Юань осторожно ответил:

— Да... Это случилось совсем недавно. Перед тем как уйти в отставку, он велел мне приехать сюда и навестить вас...

Академик Юань вздохнул и взмолился:

— Надеюсь, профессор Лу даст нам шанс...

Хотя Лу Чжоу был удивлен, он улыбнулся и сказал:

— Не знаю, о каком шансе вы говорите, но если вы хотите присоединиться к проекту строительства реактора, я приветствую вас с распростертыми объятиями.

Академик Юань впал в ступор, поскольку не ожидал такого легкого согласия.

Однако он быстро ответил:

— Спасибо!

— Всегда пожалуйста, — Лу Чжоу протянул руку. — Итак, академик Юань, я заранее благодарю вас.

Академик Юань пожал руку Лу Чжоу и с благодарностью произнес:

— Ни в коем случае, это я должен благодарить вас. Спасибо за предоставленную нам возможность, чтобы мы могли продолжить вносить свой вклад в управляемый термоядерный синтез Китая.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Не надо меня благодарить, вы сами сделали этот выбор.

……………………………..

Между Лу Чжоу и Юго-западным институтом физики не было никакого необратимого спора.

Все это произошло потому, что господин Чжоу пытался создать неприятности.

Что же касается обычных исследователей из института физики, то они вообще не имели права голоса в этом вопросе. Лу Чжоу явно не держал на них зла.

Никогда не бывает слишком много талантов. Если бы они хотели внести свой вклад в поле термоядерного синтеза, он не отвергнет их.

Однако единственным несчастьем стало то, что Чжоу Чэнфу решил уволиться.

На самом деле, с его способностями и опытом, ему рановато уходить на пенсию.

Лу Чжоу тщательно обдумал все и понял, что фактически это лучшее решение для господина Чжоу, Юго-западного института физики и будущего Китая в области управляемого термоядерного синтеза...

Строительная площадка, кабинет главного конструктора.

Академик Пань сидел в кабинете и вздыхал с облегчением.

— Не ожидал, что старина Чжоу окажется таким настырным. Он не хотел отступать до последнего. С его способностями он мог бы продолжать доминировать в этой отрасли. Зачем он уволился? Жаль.

В этот момент лицо академика Паня переполняло сожаление.

Они боролись в этой области с 70-х годов, и прошли долгий путь, чтобы добраться до сюда.

Теперь, когда началось строительство реактора, управляемый термоядерный синтез уже не за горами.

Какая разница между решением уволиться в это время и решением остановить войну за один день до того, как она будет выиграна?

Лу Чжоу посмотрел на опечаленного академика и о чем-то задумался.

— Недавно он приехал сюда, чтобы поговорить со мной.

Академик Пань удивился:

— О чем вы говорили?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— О чем-то, что не имело ничего общего с управляемым термоядерным синтезом.

Академик Пань не стал расспрашивать о подробностях. Он только вздохнул.

— Хорошо, судя по всему, он сделал свой выбор после тщательного обдумывания, — академик Пань отложил в сторону свое сочувствие к старому другу и улыбнулся. — Точно, помимо Юго-западного института физики, он также ушел со своего поста директора в Китайском центре реализации программы термоядерной энергии. Мы еще не определились с новым руководителем, но все академики инженерной академии написали письма, рекомендуя тебя на это место. Что думаешь?

Глава 547. Начало производства материала

Предшественником Китайского центра реализации программы термоядерной энергии был международный центр реализации программы термоядерной энергии. Название изменилось, как только Китай покинул ИТЭР. Руководителем центра всегда был Чжоу Чэнфу.

Лу Чжоу посмотрел на академика Паня и понял, что именно он убедил других поручиться за него.

В конце концов, его уровень связей и контактов в китайском академическом сообществе недостаточен, чтобы академики, которых он никогда не встречал, писали за него письма.

Лу Чжоу глубоко задумался.

Должен ли я соглашаться или нет?

Спустя какое-то время, он ответил:

— Я уже главный конструктор демонстрационного реактора STAR-2. Не слишком ли жирно стать и руководителем центра? Не говоря уже о том, что я очень занят в исследованиях, и у меня нет времени.

— Это нормально, ведь в академических кругах принято иметь несколько рабочих мест. Не говоря уже о том, что эти две работы не конфликтуют друг с другом, к тому же она не будет отнимать слишком много времени, — академик Пань покачал головой. — Можешь просто занимать место директора. А по факту поручить всю работу секретарю или помощнику, или все переложить на заместителя.

Обычно академик Пань не предлагал бы кому-то подобного. В конце концов, это очень распространено у начальников, целыми днями ничего не делать и сваливать работу на других.

Но поскольку это Лу Чжоу...

Ему не нужно беспокоиться о подобном.

Видя, что Лу Чжоу не очень убежден, академик Пань продолжил:

— Если действительно не хочешь, то знай, что ни один из заместителей не подходит. Я уверен, что причины тебе понятны. Если мы переведем человека из министерства энергетики, он не только будет знаком с работой, но и, боюсь, будет руководить людьми, которые знают больше его, что повлияет на проект. Мы сосредоточились на больших задачах, поэтому мы должны сделать все возможное, чтобы впустую не тратить ресурсы.

— Я подумаю об этом.

Поскольку у Лу Чжоу имелись собственные взгляды, академик Пань больше не хотел уговаривать. Он просто кивнул.

— Ладно, подумай. В любом случае министерство энергетики заранее спросит твое мнение. Точно, стелларатор... все нормально, да?

Когда академик Пань упомянул большие задачи, он ощутил некоторое беспокойство.

В отличие от непрофессионала, слово "стелларатор" довольно болезненное для ученых.

Сильнее сосредоточиться на больших задачах можно только в том случае, что этот путь верен.

Хотя академик Пань знал, что вероятность ошибки невелика, он все же не мог не спросить.

Услышав подобный вопрос, Лу Чжоу мягко кашлянул:

— Мы уже зашли так далеко… Только не сглазьте.

— Что значит сглазить?

— Это как вы говорите, что что-то произойдет, и это происходит.

— Неужели нельзя сказать более понятно? Моя внучка тоже такая. Постоянно говорит непонятные слова в течении дня, — академик Пань покачал головой и встал с дивана. — Ладно, рад твоей уверенности. У меня нет времени болтать. Я возвращаюсь в Пекин.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Удачи.

…………………………….

Наконец, после некоторого раздумья, Лу Чжоу решил согласиться с предложением академика Паня и стал директором китайского центра по реализации программы термоядерной энергии.

Что касается финансовых, кадровых, управленческих и других административных задач, то Лу Чжоу решил сохранить первоначальные договоренности и не вносить никаких изменений. Если это будет необходимо, он внесет поправки позже.

Лу Чжоу не нужно использовать эту новую должность для достижения какого-либо влияния. Все, что ему нужно, чтобы центр продолжал делать то, что он хочет, и не мешал его исследованиям.

В конце концов, после того, как демонстрационный реактор будет построен, центр, скорее всего, снова будет реструктуризирован.

К тому времени он уже мог уволиться и уступить эту должность кому-нибудь другому.

Через неделю после того, как Чжоу Чэнфу покинул свой пост, Лу Чжоу получил официальный документ о назначении.

Почти в то же самое время из Китайской национальной ядерной корпорации пришла хорошая новость.

Академик Ван снова вернулся на строительную площадку и сразу же нашел Лу Чжоу. От волнения он даже забыл поздороваться и перешел к делу:

— Чертеж настолько превосходен, что мы решили проблему производства материала! Мы начнем производство, самое позднее, в конце месяца!

Услышав эту новость, Лу Чжоу улыбнулся и сразу же спросил:

— Где находится завод?

— В Чаньгане!

Керамико-композиционные материалы получили широкое применение в аэрокосмической промышленности благодаря своей высокой термостойкости, прочности и небольшому весу. Они, в основном, использовались в соплах ракетных двигателей, головных обтекателях и других компонентах.

Крупнейшая в Китае база по производству композитных материалов на основе керамики располагалась в Чаньгане. Поэтому там же строился завод по производству материалов ПГУ-1, совладельцами которого стали Китайская национальная ядерная корпорация и Цзиньлиньский институт вычислительного материаловедения.

Чаньгань...

Самый центр страны.

Лу Чжоу поинтересовался:

— Не слишком ли далеко отсюда?

Он изначально думал, что его можно построить недалеко от Хайчжоу. И в случае аварии исследователи из института вычислительного материаловедения могли приехать на помощь.

Как и со сверхпроводящим материалом СГ-1, исследователи из Института вычислительного материаловедения очень помогли в процессе производства на протяжении всего пути от модернизации производственной линии до решения ряда технических проблем.

Академик Ван покачал головой:

— Не слишком, это займет два дня по железной дороге. Это близко к нашей производственной базе в Жунчэне. После того как материал произведут, его можно сразу отправить в Жунчэн и обработать. А потом его можно отправить в Хайчжоу и собрать здесь.

На самом деле было еще кое-что, о чем академик Ван не упомянул, а именно — аспект безопасности производства. Производить его внутри страны было гораздо безопаснее, чем вблизи берега.

В конце концов, хотя это и не военная технология, она все еще связана с ядерным оружием и считалась чувствительной технологией.

Лу Чжоу кивнул и больше ничего не сказал.

— Хорошо, вы — эксперты в этой области. Больше не лезу. Создание орбиты стелларатора в Жунчэне? Нет никаких проблем?

Когда академик Ван услышал этот вопрос, он махнул рукой.

— Не надо беспокоиться. Двадцать лет назад наши ученые побывали с визитом на французской атомной электростанции. Даже просто наблюдая издалека, они построили подобную машину у себя дома. В конце концов, мы также работали в течении полугода со стелларатором STAR, и мы разбирали и собирали его множество раз. Мы — те, кто изменил внешнюю катушку. Если даже этого мы не сможем сделать как надо, то можем все сразу же уволиться!

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Нет, не надо. Этот проект не может продолжиться без вас. Перед тем как увольняться, убедитесь, что реактор работает как надо.

Услышав это, академик Ван улыбнулся, прищурился и ничего не сказал.

Слова, что проект не может продолжиться без них, эхом отдались в его сердце.

Это очень приятное ощущение, что тебя ценят.

Тем более, когда ценит лауреат Нобелевской премии.

Лу Чжоу спросил:

— С материалом все решено. Сколько еще нужно времени, чтобы орбита была на месте?

Без малейших колебаний академик Ван уверенно ответил на вопрос:

— Обещаю построить ее не позднее конца этого года!

Глава 548. На полную мощность

Начало октября.

Строительная площадка была оживленной.

На краю строительной площадки стояло несколько больших грузовиков. С помощью строительной бригады и подъемного оборудования они аккуратно разгружали груз.

Лу Чжоу стоял рядом с ними, наблюдая, как тяжелое оборудование доставляют на строительную площадку.

Сяо Ле с волнением произнес:

— Мы собирались продать это ИТЭР, но предполагаю, что они теперь не заинтересованы.

Устройство перед ними — легендарная ионно-циклотронная резонансная нагревательная антенна.

Оно устройство состояло из четырех компонентов — передатчика, линии передачи, преобразователя сопротивление и самого важного компонента — нагревательной антенны. Выходная энергия может достигнуть 3 МВт, и частоту можно регулировать в диапазоне 30-110 мегагерц.

Это один из ключевых компонентов термоядерной машины. Это, вероятно, одна из самых передовых технологий, уступающая только сверхпроводящей D-образной конструкции из Лаборатории строительных материалов института в Фуяне.

Помимо компании General Atomics, это оборудование стоимостью в миллиард долларов также собирался купить ИТЭР.

Но, судя по всему, теперь европейцы не купят его.

Сяо Ле помолчал немного и добавил:

— Его собирались разобрать и отправить во Францию. Однако наше сотрудничество с ИТЭР прервалось. С помощью него мы можем нагреть плазму внутри реактора до более чем ста миллионов градусов! Это одно из самых передовых нагревательных устройств в мире.

Лу Чжоу кивнул и с интересом посмотрел на оборудование.

Несмотря на то, что она называлась ионно-циклотронной резонансной нагревательной антенной, это устройство больше походило на гигантский кондиционер.

Форма стальной рамы походила на форму кондиционера. Ограничитель тока и пояс тока снаружи, выглядели как воздушный фильтр и лопасти вентилятора.

Далее к задней части шли трубчатые вакуумные линии передачи, гидравлические приводы и важные вакуумные порты подачи.

В ходе эксперимента защитным ограничителем служила "лопасть вентилятора кондиционера", которая располагалась в передней части. Это, в сочетании с поясом тока, составляло компоненты для нагрева плазмы и "клетку Фарадея". Это изолировало плазму от тока во время нагрева плазмы, а также препятствовало взаимодействию электростатического поля с плазмой.

Поскольку плазма находилась в вакуумной камере, на внешней стороне машины имелось также 43 охлаждающих трубки диаметром 10 мм.

Хотя устройство выглядело сложным и огромным, оно было лишено какой-либо научно-фантастической красоты. Однако в конструкции не присутствовало ничего лишнего, каждое соединение тщательно спроектировано.

Поэтому изменить конструкцию — не так-то просто.

Вдруг к ним подошел пожилой инженер в каске и сером пальто. Он посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся.

— Ну как? Неплохо, правда?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Выглядит довольно надежно. Просто надеюсь, что будет нормально работать на стеллараторе.

Старый инженер махнул рукой:

— Будьте уверены. Даже если оно не заработает сейчас, мы обещаем, что в конечном итоге работать будет.

Старика, стоявшего перед Лу Чжоу, звали Ли Цзяньган. Он — академик Китайской академии наук. Он — также вице-президент института материаловедения при Китайском университете науки и технологий.

Старик раньше занимался исследованиями корабельных энергетических установок, но каким-то образом оказался в области физики плазмы. Он попал в волну научной революции 90-х годов, когда управляемый термоядерный синтез становился все более популярным. Его академическая карьера стала успешной. Сначала он стал вице-президентом, потом — академиком.

До того, как Китай вышел из ИТЭР, он также являлся одним из членов экспертного комитета Китая. Именно его работа имела решающее значение в международном признании технологии ионного циклотронного резонансного нагрева.

Теперь, когда Китай покинул ИТЭР, он стал консультантом центра реализации программы термоядерной энергии. Он также отвечал за координацию работы лаборатории строительных материалов института в Фуяне в проекте, в частности, установки нагревательного компонента в реактор.

Сяо Ле, стоявший рядом с Лу Чжоу, один из его учеников, рекомендованных им.

Лу Чжоу очень доверял гарантиям этого известного человека.

-  Большое спасибо, но у меня есть несколько простых требований.

Профессор Ли достал блокнот.

— Говорите.

Лу Чжоу кивнул и вспомнил детали, которые он обсуждал на прошлых совещаниях.

— Из-за нескольких различных типов плазменного разряда в стеллараторе нагревательная антенна должна иметь возможность перемещаться в радиальном направлении. Диапазон перемещения должен составлять от минус 150 миллиметров до плюс 150 миллиметров с точностью до миллиметра. Такое возможно?

Профессор Ли без колебаний ответил:

— Это не проблема.

Лу Чжоу кивнул и продолжил:

— Требование к сопротивлению таких компонентов, как вакуумный порт и линия передачи антенны, должны соответствовать проектным требованиям в 50 Ом. Требование к напряжению для внутренних и внешних проводников составляет 45 кВ.

— Пояс тока должен иметь независимый контур охлаждения, а охлаждающая способность должна выдерживать тепловую нагрузку на уровне мВт/м2.

— Кроме того, что касается технического обслуживания и сборки антенны, нам нужно минимизировать число сварных деталей, чтобы общая скорость утечки у антенны была меньше 10^-10Па*м^3/с.

— ...

Поначалу все шло хорошо, и академик Ли был довольно спокоен. Однако когда Лу Чжоу продолжил выдавать требования, словно пулемет, академик уже не был таким расслабленным, а напрягся.

Лу Чжоу перечислил еще с десяток требований или около того. Ему даже захотелось пить, и Ван Пэн дал ему бутылку воды. Он сделал глоток воды и продолжил:

— Это основные моменты. Возможно, я говорил слишком быстро. Как только план совещания будет написан, я перешлю детали вам на почту.

Ли Цзяньган наконец перестал писать.

Некоторое время он смотрел в свой блокнот и подсознательно хмурился. Однако он заставил себя улыбнуться.

— Вы действительно знаете, как заставить нас хорошенько поработать. Даже конференции по проектам ИТЭР не так сложны, как это.

Лу Чжоу улыбнулся:

— В конце концов, это первый подобный реактор. Мы должны сделать изначально все хорошо, и я хочу сделать все как можно более совершенно.

Хотя система не указывала каких-либо требований к реактору, нет никаких сомнений в том, что вознаграждение за задание привязано к результатам реактора. Чем лучше будет реактор, тем больше наград он получит за выполнение задания.

Если смотреть на это с реалистической точки зрения, то чем лучше будут возможности реактора, тем меньше проблем будет на этапе коммерциализации технологии. Как исследователь, он хотел, чтобы его исследования признал мир.

Академик Ли закрыл свой блокнот:

— Хорошо, я вернусь в институт завтра и дам ответ через два дня.

Лу Чжоу кивнул.

Хорошо, спасибо.

……………………….

Проект демонстрационного реактора STAR-2 шел по правильному пути. И строительная площадка, и научно-исследовательский институт бурно развивались.

Демонстрационный реактор подобен факелу, освещающему все будущее термоядерного синтеза.

Несмотря на то, что никто не произносил никаких мотивационных речей, все, кто работал здесь, видели перед собой четкую цель.

Они делали что-то осмысленное.

Их исследования на переднем крае мировой науки.

До сих пор они достигли бесчисленных результатов в развитии, выиграли бесчисленные бои, доказали себе бесчисленное количество раз.

Все уверены, что пока главный конструктор Лу находится здесь, они будут продолжать в том же духе, пока не пройдут финишную черту.

В такой обстановке трудно испытывать негативные эмоции.

Даже повара в кафетерии работали с энтузиазмом.

Если все пойдет хорошо, все части могут завершить к концу года.

Что же касается того, будет ли это на конец нового года или на Китайский новый год, то все зависит от их удачи.

Лу Чжоу оставалось решить лишь две проблемы.

Первая состоял в том, чтобы вернуться в научно-исследовательский институт STAR близ Пурпурной горы и как можно скорее завершить окончательный проект системы восстановления нейтронов из жидкого лития.

Другие работали так усердно, что он не мог потащить их за собой вниз.

Система восстановления нейтронов — основной компонент всего термоядерного реактора. Конструкция этого компонента напрямую определяла успех проекта демонстрационного реактора STAR-2. Если эту часть успешно завершат, то у них будет технология плазменного контроля. Что может помочь решить вторую по величине проблему термоядерного реактора — проблему "тяжелой воды".

Это последняя трудная часть.

Что касается электрогенератора, нагревателя, "страховки" под реактором… Эти компоненты лишь незначительные, которые усовершенствовали реактор.

Во-вторых, он должен решить проблему суперкомпьютера.

На данный момент схема управления экспериментальным реактором держалась на Сяо Ае.

Он же не мог перенести Сяо Ая на главный компьютер демонстрационного реактора?

В конце концов, это неуместно — показывать Сяо Ая миру.

Лучше всего отделить схему управления плазмой от основной программы.

Если Лу Чжоу решит эти две задачи, то он соберет всю головоломку.

Завершение строительства реактора — не за горами.

Лу Чжоу не мог сдержать волнения.

Бессчетные ночи тяжелой работы.

Этот день наконец-то наступит.

Глава 549. Таинственный район 900

Уже давно стояла глубокая ночь, но бар возле Тяньваньской АЭС переполняли мерцающие огни, хэви-метал и запах алкоголя.

Тяньваньская АЭС — крупнейший проект сотрудничества между Россией и Китаем. Помимо большого числа китайских инженеров, тут проживало также много русских инженеров.

Обычно в это время сюда часто приходили иностранные сотрудники, чтобы развеяться.

Напротив, китайские инженеры редко посещали это место.

Георгий стоял у стойки бара и выпивал, болтая с коллегами.

— Как думаешь, что делают китайцы?

С тех пор как войска разместили в этом районе, оцепив участок, первоначально предназначенный для третьего блока атомной электростанции, казалось, что район в нескольких километрах от них исчез с карты. Третий этап проекта также приостановили.

Все это привлекло внимание людей в округе.

Что именно делали китайцы?

Этот вопрос мучал всех зарубежных исследователей, и он стал очень популярной темой для разговоров.

Однако китайские инженеры, работающие здесь, не хотели говорить об этом.

Что касается рядовых сотрудников, то они тоже интересовались происходящим. Впрочем, скорее всего, они знали не больше русских.

Максим сидел рядом с Георгием и неуверенно ответил:

— Я слышал, что это связано с термоядерным синтезом.

— Термоядерный синтез?! — Георгий сильно удивился. Он сделал еще один глоток своего острого коктейля. — Шутишь? Это место для третьего блока, а они используют его для экспериментов по термоядерному синтезу?

Максим вертел в руках стакан и был немного пьян.

— Думаю, да, я читал их газету недавно... Они могут быть более продвинутыми в технологии термоядерного синтеза, чем мы представляли. Может быть, это не займет много времени, прежде чем они начнут вырабатывать электроэнергию.

Если проект демонстрационного реактора окажется успешным, то не будет никакого смысла строить третий блок.

Когда это наступит, они могут забыть о реакторах второго поколения, поскольку даже реакторы третьего поколения не принесут пользы.

Кроме того, к этому времени русские уже вернутся домой.

Честно говоря, проработав здесь долгое время, Максиму нравилось тут.

Внезапно мужчина азиатской внешности, сидевший рядом с ними, заговорил на беглом русском:

— Вы — русские?

Максим заинтересовано произнес:

— Я живу здесь уже столько лет и впервые вижу, чтобы китаец свободно говорил по-русски.

— Правда? Тогда нам было суждено встретиться, — мужчина улыбнулся и посмотрел на бармена. — Три белых русских, два — для моих друзей.

Мужчина посмотрел на Максима и улыбнулся, показав ряд белых зубов.

— Отныне мы — друзья, верно?

Максим с подозрением посмотрел на него, чувствуя, что с этим человеком что-то не так, но не мог точно определить, что именно.

Человек заметил, что русский подозревает его, поэтому он продолжил говорить:

— Не удивляйтесь так. Я — просто репортер. Хотел бы задать вам парочку вопросов.

— Все, что угодно, кроме коммерческих тайн, — Георгий рыгнул и ухмыльнулся. — Поскольку вы купили мне выпить, я могу поговорить немного.

— Я слышал, что где-то здесь разместилась армейская часть.

Георгий потер подбородок.

— Они приехали сюда около двух недель назад.

Мужчина заинтересовался:

— Вы знаете, что они делают?

Георгий улыбнулся:

— Ха-ха, отличный вопрос! Мы все хотим знать, что они делают. Может сходите и спросите у них, а потом расскажете нам?

— Тогда поменяю тему, -  мужчина, казалось, ожидал такого ответа, поэтому он не унывал и продолжил с улыбкой спрашивать:

— Вы слышали здесь какие-нибудь звуки самолетов?

— Самолетов? При чем тут они? — Георгий нахмурился. — Лично я вроде ничего такого не слышал.

Внезапно из толпы вышли двое мужчин в повседневной одежде и встали рядом с человеком, утверждающим, что он — репортер.

Тот почувствовал давление со стороны и приготовился встать, чтобы уйти, но увидел, что путь ему преградили, поэтому спокойно сел обратно на барный стул.

— Я — репортер из Дэйли Мейл. Вот мое удостоверение репортера. Мужчина достал из кармана удостоверение и протянул его мужчине.

Однако мужчина в повседневной одежде даже не взглянул на удостоверение. Вместо этого он безэмоционально произнес:

— Интервью здесь не допускаются, пожалуйста, пройдите с нами.

Репортер тут же отказался:

— Эй, вы не имеете права этого делать.

Однако двое мужчин не стали с ним спорить. Они умело нашли и конфисковали его диктофон и камеру, спрятаные у него за воротником. Затем, ничего не объясняя, они увели его.

Громкая музыка все еще играла, и алкоголь успокаивал людей.

Как будто никто не заметил произошедшего, как будто ничего не происходило.

Георгий и Максим посмотрели, как утаскивают человека, потом переглянулись и благоразумно прекратили разговор на прошлую тему, начав пить.

………………………….

"Секретные ядерные испытания? Таинственный район 900."

На столе Лу Чжоу лежал последний номер Дэйли Мейл.

Похоже, иностранные СМИ нарекли строительную площадку районом 900. Поскольку его закрыли в сентябре, и они не знали конкретной даты, поэтому они дописали 00.

С тех пор как начали строительство, этот маленький городок собрал большое количество репортеров.

Некоторые из них, и правда, были репортерами, другие лишь маскировались и являлись сотрудниками зарубежных разведывательных служб. Лу Чжоу иногда слышал от Ван Пэна, что службы госбезопасности поймали здесь много шпионов.

До сих пор казалось, что страна проделывает хорошую работу, чтобы держать все в секрете. Несмотря на то, что любопытные люди пытались исследовать это место, не было никаких инцидентов, которые повлияли бы на эксперимент.

Однако подобная таинственность позволяла иностранным СМИ использовать свое воображение на максимум.

Западные СМИ описывали демонстрационный реактор STAR-2 как китайскую версию Манхэттенского проекта.

Честно говоря, Лу Чжоу очень разочаровался.

Он читал эти газеты, чтобы понять последние новости и разработки в области управляемого термоядерного синтеза. Однако в большой части новостных статей писалось о нем самом.

Сидя за своим столом, Лу Чжоу отложил газету в сторону и сказал:

— Я собираюсь вернуться в Цзиньлин. Там меня ждет важное исследование.

Ван Пэн спросил:

— Это срочно?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Чем скорее, тем лучше. Будет идеально, если мы сможем уехать уже сегодня.

Ван Пэн сразу же стал серьезным:

— Хорошо, я немедленно все устрою.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, спасибо.

Он вполне уверен в способностях Ван Пэна. По крайней мере, в плане путешествий Ван Пэн никогда его не подводил.

После того, как Лу Чжоу позволил Ван Пэну заняться организацией дороги, он продолжил делать свою работу.

Примерно через час или около того, его телефон вдруг зазвонил.

— Машина готова, можем выезжать. Вам нужно сначала вернуться домой и упаковать багаж? Если нужно, то я отвезу вас сначала туда.

— Уже... — Лу Чжоу немного удивился. — Не нужно, мне нечего брать с собой. Я уезжаю всего на несколько дней. Просто подожди меня у входа.

Лу Чжоу закончил звонок и убрал телефон обратно в карман, после чего взял копии недавно распечатанных файлов и положил их в сумку.

Лу Чжоу вышел на улицу с мыслью, что Ван Пэн купил ему последний билет на поезд.

Он не ожидал увидеть военный зеленый вертолет, стоящий прямо у входа на базу. Лопасти вертолета уже гудели.

Лу Чжоу посмотрел на вертолет, затем посмотрел на Ван Пэна. Он стоял с сумкой в руке и широко открытым ртом.

— Это самый быстрый способ, — Ван Пэн подошел к Лу Чжоу и улыбнулся. — Точно... вам же не страшно лететь на нем?

— ...

Глава 550. Разве вы не сказали -quot;как можно скорее-quot;?

Хотя Лу Чжоу летал множество раз на самолете, он впервые летел на вертолете.

Лу Чжоу отвел взгляд от далекой земли и подсознательно прикоснулся к своему крепкому ремню безопасности, чтобы обрести ощущение безопасности.

Он посмотрел на людей в кабине.

Всего пять человек.

Помимо него и Ван Пэна, тут еще находились двое мужчин и одна женщина.

Двое из них были пилотами. Что же касается женщины, сидевшей напротив Лу Чжоу и Ван Пэна, то она выглядела довольно молодо. Лу Чжоу не знал, чем она занимается, но предполагал, что, скорее всего, ее работа похожа на работу Ван Пэна.

Она даже больше походила на военного, чем Ван Пэн.

Будь то ее поза или ее темперамент...

Однако это всего лишь интуиция Лу Чжоу, а она часто давала сбои.

Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и тихо спросил:

— Я только просил купить билет на поезд, зачем вертолет?

— Разве вы не сказали "как можно скорее"?

— …

— Ладно, настоящая причина в том, что мы недавно захватили нескольких иностранных шпионов в Хайчжоу. Хотя мы не уверены, что они нацелены на вас, но на всякий случай безопаснее лететь на вертолете, -  Ван Пэн улыбнулся. — Кстати, я еще не представил вам других.

Лу Чжоу посмотрел на молодую женщину, сидящую напротив него. Ван Пэн хотел что-то сказать, но женщина заговорила первой:

— Янь Янь.

— Ты тоже из госбезопасности?

Янь Янь слегка нахмурилась, словно ей не понравилось это предположение. Она ответила с насмешкой в голосе:

— Он здесь единственный из госбезопасности.

Ван Пэн кашлянул и пояснил:

— Доктор Янь из генерального штаба народно-освободительной армии, не такая же, как я.

Хотя Лу Чжоу не знал, что за генеральный штаб, он знал, кто такой доктор.

— Доктор? Военный врач?

— Можно и так сказать, — лаконично сказала Янь Янь.

Ван Пэн посмотрел за спину доктора Янь, на человека  в кресле пилота.

— В кресле пилота сидит Ян Гуанбяо или просто капитан Ян. Как и доктор Ян, он тоже из народно-освободительной армии.

По сравнению с Янь Янь, человек по имени Ян Гуанбяо казался намного старше. Лу Чжоу предположил, что ему, скорее всего, за тридцать.

Возможно, поскольку он сосредоточился на управлении вертолета или из-за своего характера, он был не особо разговорчив. Он молча кивнул Лу Чжоу и снова сосредоточился на управлении вертолетом.

Лу Чжоу кивнул ему, не желая отвлекать.

Ван Пэн сказал:

— Рядом с ним сидит капитан У. Он — военный, и не имеет к нам никакого отношения, он просто помогает в качестве второго пилота.

— Почему ты так говоришь? — капитан У улыбнулся. — Вся безопасность строительной площадки обеспечивается военными. Что значит, я не имею никакого отношения к профессору Лу?

По сравнению с хладнокровным доктором Янь и тихим капитаном Яном, капитан У казался гораздо более разговорчивым.

Лу Чжоу кивнул ему.

— Спасибо вам за ваш тяжкий труд.

Капитан У улыбнулся:

— Не нужно меня благодарить, мы просто патрулируем периметр. Настоящая тяжелая работа ведется научными исследователями.

Ван Пэн кашлянул и прервал разговор. Он обратился к Лу Чжоу:

— Разве я не говорил об этом раньше? Сейчас — особенное время. Начальство хочет повысить уровень вашей безопасности. Поэтому этих двоих перевели из генерального штаба народно-освободительной армии, чтобы помочь.

Лу Чжоу со странным выражением показал себе под ноги и спросил:

— Вертолет тоже?

Ван Пэн кашлянул:

— Вертолет, само собой, не ваш, мы позаимствовали его у военных. Мы должны вернуть его.

Капитан У улыбнулся:

— Не переживайте об этом, я полечу обратно, когда он вам будет не нужен. Профессор Лу, когда вам он понадобится, просто позвоните нам, и мы все устроим для вас.

— Спасибо!

Капитан У сердечно улыбнулся.

— Не за что, я рад служить людям!

……………………….

Вертолет быстро летел, и пейзаж внизу просто мелькал. 300 километровое путешествия завершилось менее чем за два часа.

Даже скоростной поезд не такой быстрый. В конце концов, он останавливался на полпути в провинции Аньхой.

Однако выйдя из вертолета, Лу Чжоу понял, что не чувствует своих ног.

Он поклялся, что это его последний полет на этой штуке.

Если только не будет другого выхода.

Янь Янь заметила его дискомфорт, и спросила:

— Вам нужно лекарство от укачивания?

— Нет, спасибо… — Лу Чжоу потянул свои отекшие руки и покачал головой. — Мне пока не нужен врач.

Янь Янь серьезно сказала:

— Не обижайтесь, ваше здоровье — часть моих обязанностей.

— Я скажу, если что... — Лу Чжоу глубоко вдохнул свежий воздух и почувствовал себя живым, потом перевел взгляд на Ван Пэна.

— Пожалуйста, отвези меня домой.

Ван Пэн сразу же ответил:

— Без проблем, машина готова.

Они вылетели довольно поздно, а когда прилетели — уже смеркалось. Когда они подъехали к дому, на улице уже было темно.

Наконец Лу Чжоу подошел к своей входной двери. Глядя на виллу из машины, он вздохнул с облегчением.

Наконец-то я дома.

Его не было больше месяца, и он соскучился.

Выйдя из машины, Лу Чжоу достал ключи и открыл дверь.

Он вдруг заметил, что доктор Янь следует за ним.

После небольшого колебания, Лу Чжоу посмотрел на нее и спросил:

— Что ты делаешь?

Янь Янь нахмурилась:

— Какие-то проблемы? Разве Ван Пэн тоже не живет здесь?

— ...

От этого так много проблем, что не знаю с чего начать.

Кроме того, в каком плане Ван Пэн тоже живет здесь?

Кроме родителей и сестры, здесь еще никто никогда не ночевал.

Поскольку Лу Чжоу ничего не сказал, Янь Янь подумала, что он согласился.

— Согласно требованиям начальства, отныне я буду отвечать за ваше здоровье. Это, вероятно, будет продолжаться до конца проекта демонстрационного реактора STAR-2. Спасибо вам за сотрудничество, — Янь Янь посмотрела на виллу. — Дом довольно большой, так что должны быть пустые комнаты? Мне особо не важно, где жить, просто дайте комнату рядом с вашей спальней.

Какого хрена?

Жить в моем доме?

Ни за что!

Услышав это, Лу Чжоу стал недовольным и серьезно сказал:

— Госпожа Янь, пожалуйста, уважайте мои границы!

???

…………………….

Не объясняя причины, Лу Чжоу отказался впустить Янь Янь в свой дом. Лу Чжоу сначала принял душ, а потом сварил себе чашку кофе. После этого он прошел в свой кабинет, открыл компьютер и включил домашний личный сервер.

После того, как сервер запустился, спящий робот-пылесос проснулся и начал убирать пыль, скопившуюся на полу.

Лу Чжоу откинулся на спинку и расслабленно потягивал кофе, ожидая появления Сяо Ая.

Через несколько секунд ожидания в правом нижнем углу экрана появилось уведомление.

"Хозяин, вы вернулись! Счастье~(•̀∀•́)"

Лу Чжоу посмотрел на как всегда энергичного Сяо Ая и улыбнулся:

— Сяо Ай, позволь спросить тебя кое о чем.

"Хорошо, спрашивайте ~(милый.jpg)"

Лу Чжоу сделал глоток кофе и задумался на какое-то время, а затем спросил:

— Есть ли способ использовать без тебя схему управления плазмы?

Сяо Ай некоторое время молчал.

Лу Чжоу интересно, о чем он думает, когда появилось еще одно текстовое сообщение.

"Хозяин, вы собираетесь бросить меня? :("

Лу Чжоу чуть не выплюнул кофе на клавиатуру.

О чем ты, черт возьми?

Глава 551. На этот раз я не обманываю

— Ты тоже не смогла? — Ван Пэн сидел на водительском сиденье и курил. Увидев, что Янь Янь выходит со двора виллы, Ван Пэн выпустил кольцо дыма и пошутил:

— Думал, профессор Лу будет более любезен по отношению к красивой девушке, поэтому не предупреждал тебя. Не ожидал, что он пошлет тебя.

У него были довольно хорошие отношения с профессором Лу, но когда дело доходило до ночевки в доме профессора Лу...

Лу Чжоу никогда не соглашался.

Если честно, это приносило ему некоторые трудности в работе.

Однако, как говорил Лу Чжоу, ему некомфортно, когда в его доме находятся не члены его семьи.

Особенно когда он работал над проблемами, ему нравилось находиться одному.

На самом деле, это правда. По наблюдениям Ван Пэна, здесь жили только родители Лу Чжоу и его сестра, которая училась в Цзиньлинском университете.

Янь Янь проигнорировала шутку Ван Пэна, открыла заднюю дверцу машины, села и вздохнула.

— Ты — всего лишь его водитель?

— Да, а что? — Ван Пэн потушил сигарету и закурил еще одну. — Ты думаешь, я стираю его одежду и покупаю ему продукты?

— Было неправильно позволять тебе заниматься охраной, — Янь Янь покачала головой и посмотрела на Ван Пэна, а потом серьезно спросила:

— Что важнее: личная жизнь или безопасность? Профессор Лу не знает, но ты то должен знать.

Ван Пэн улыбнулся и стряхнул пепел с сигареты. Он уже собирался ответить, как вдруг Ян Гуанбяо, молча сидевший рядом, заговорил:

— Ладно тебе, Ван Пэну тоже нелегко приходится.

Наконец, кто-то согласился с Ван Пэном, и тот взволнованно произнес:

— Да... Я — всего лишь телохранитель. Я служу богам. Как бы я их не умолял, они не хотят сотрудничать со мной.

— С профессором Лу — все серьезнее. Не только внутри, что... если иностранцы тоже переживают о нем, что тогда?

Ван Пэн открыл бардачок и указал внутрь.

— Камера видеонаблюдения внутри. Готова установить ее в его доме без его согласия? Если да, то давай прекратим это дерьмо и сделай это. Если что-то случится, это будет твоя вина!

Янь Янь посмотрела на камеру в бардачке, но не потянулась за ней.

В конце концов, это не ее работа.

Не похоже, чтобы она могла работать с таким профессиональным оборудованием.

— Я все еще чувствую, что что-то не так. Если сюда проникнет иностранная разведка...

Ван Пэн немного разозлился.

— Тогда иди и поговори с профессором Лу, не приставай ко мне.

Янь Янь нахмурилась. Она хотела что-то сказать, но ее остановил Ян Гуанбяо.

— Не переживай слишком сильно. Здесь безопасно... Если я правильно понимаю, здесь охраняют люди из одной части?

Ван Пэн стряхнул пепел и улыбнулся:

— Наконец-то! Кто-то понял, что происходит.

Но Янь Янь не поняла.

Ян Гуанбяо кивком указал на дорогу:

— Патрулируют военные.

Другие уже все это продумали.

Поскольку профессору Лу не нравилось иметь охрану у себя, они организовали охрану снаружи его дома.

В конце концов, это всего лишь небольшой район в пригороде. Нет так сложно организовать защиту.

Даже при том, что частная охрана здесь хорошая, они — ничто по сравнению с военными, и были рады сотрудничать с военными.

Ян Гуанбяо сказал:

— Доктор Янь, просто делайте свою работу, а господин Ван позаботится о безопасности.

Янь Янь немного поколебалась и вздохнула:

— Понимаю.

……………………...

В то же время, внутри дома.

Лу Чжоу случайно пролил кофе, поэтому он вытирал клавиатуру салфетками.

К счастью, он не пролил слишком много. Ему очень нравилась эта клавиатура.

Текстовое сообщение от Сяо Ая мигало на экране.

"Пожалуйста, хозяин, Не выгоняйте меня из моего дома. :(( "

Салфетки окрасились в коричневый цвет, и Лу Чжоу выбросил их в мусорное ведро, после чего сосредоточился на экране. Он глубоко вздохнул и попытался сказать как можно успокаивающе:

— Не волнуйся, я не собираюсь тебя прогонять.

"Правда? (* ゜ ー ゜ *)"

— Разве я когда-нибудь обманывал тебя?

"341 день 5 часов 21 минуту и 4 секунды назад. Вы сказали, что я перееду в новый дом, но солгали. "

???

Серьезно?

Это, и правда, было?

Лу Чжоу недоумевал. Подумав немного, он наконец вспомнил. Это случилось в прошлом году, когда он еще переезжал сюда.

Но это всего лишь шутка, почему ты все еще обижаешься?

Ты все это время обижался?

Лу Чжоу кашлянул и попытался скрыть неловкость.

— Тогда ты был еще на первом уровне и недостаточно умен. Тогда я имел в виду физический дом, а не серверный. Ты меня неправильно понял! Ты не можешь винить меня за это. И знаешь ли, разве я не удовлетворил в итоге твои требования?

"(грусть.jpg) (грусть.jpg) (грусть.jpg) "

Лу Чжоу продолжил:

— Подумай об этом. Даже если этот суперкомпьютер твой, он, в основном, используется для экспериментов со стеллараторами. В лучшем случае, ты просто арендуешь его. Если отделишь алгоритм схемы управления плазмой от основной программы, то будешь освобожден от управления плазмой! Я даже дам тебе новый суперкомпьютер или дам тебе этот. Как оно?

"Даже если Сяо Ай думает, что хозяин говорит очень разумно, он чувствует, что что-то не так. "

— Скажи мне, ты можешь это сделать или нет?

"Я... я могу... :'("

Увидев грустный смайлик на конце сообщения, Лу Чжоу мягко сказал:

— Не волнуйся, на этот раз я точно не обманываю тебя.

"Хорошо... :'("

Наконец, Лу Чжоу удалось убедить Сяо Ая.

На самом деле все оказалось не так сложно, как он себе представлял.

Несмотря на то, что он назывался искусственным интеллектом, он гораздо более примитивен, чем люди.

По крайней мере, со стороны алгоритма, Сяо Ай не мог предать его.

Независимо от того, как сильно Сяо Ай сопротивлялся, Лу Чжоу должен был ответить только на некоторые вопросы. Ему даже не пришлось объяснять почему. Если он приказывал Сяо Аю что-то сделать, у Сяо Ая не было другого выбора, кроме как следовать командам.

Однако, возможно, из-за того, что он становился слишком похожим на человека, Лу Чжоу не любил обращаться с ним грубо.

Он не уверен, симуляция ли... его эмоции. Он даже не уверен, было ли его разумное поведение нисходящим или восходящим.

Если это первое, то ему не о чем беспокоиться. В статье Родни Брукса "Слоны не играют в шахматы" он указал, что подобный тип искусственного интеллекта никогда не превзойдет рамки, разработанные людьми.

Но если это последнее...

Он надеялся, что, обучая этот наивный искусственный интеллект, сможет также научить его концепции человечества.

Что касается того, был ли в этом какой-то смысл или нет, Лу Чжоу не уверен. В конце концов, он — не эксперт в области искусственного интеллекта. На данный момент у него нет сил, чтобы углубляться в эту область.

Однако интуиция подсказывала ему, что он прав.

Глава 552. Последняя трудность

— Понятно...

Лу Чжоу быстро просмотрел код на экране и понимающе кивнул.

Полагаясь на его способности к программированию, ему может немного трудно полностью понять алгоритм. Однако он мог понять основную логику схемы управления плазмой только из нескольких ключевых строк кода, так что это не стало слишком большой проблемой.

В общем, этот алгоритм — продукт машинного обучения.

Этот продвинутый алгоритм ссылался на программу, написанную факультетом вычислительных технологий Цзиньлинского университета и предыдущую математическую модель Лу Чжоу. Проведя множество экспериментов по моделированию траектории плазмы и внесения корректив в феноменологическую модель. Наконец, он установил ряд параметров, чтобы сделать алгоритм максимально совершенным.

Когда дело доходило до практического применения, эта феноменологическая модель достигала своего предела и была так же хороша, как и чистая теория.

По крайней мере, с точки зрения эффективности.

Это походило на эмпирические формулы механики жидкости и газов, хотя их невозможно объяснить существующими теориями, это не мешало людям использовать их для проектирования самолетов.

Сбор подобных данных и корректировка исходной схемы управления может занять годы или даже десятилетия, если это делается вручную.

Однако Сяо Ай использовал суперкомпьютер, и он мог изменять схему управления в режиме реального времени, поэтому ему потребовалось всего несколько экспериментов со стелларатором.

В некотором смысле алгоритм схемы управления плазмой, извлеченный из основного кода Сяо Ая, можно интерпретировать как алгоритм, разработанный искусственным интеллектом на основе машинного обучения.

Однако такой искусственный интеллект, однозначно, глупее Сяо Ая.

Значит ли это, что это ребенок Сяо Ая?

Эта мысль промелькнула в голове Лу Чжоу.

Однако он быстро отбросил эту идею и закрыл компьютер.

Если это было так, то Лу Чжоу больше не смог бы смотреть на Сяо Ая так же, как раньше.

……………………………………….

Проблема схемы управления плазмой решилась. После того, как построят суперкомпьютер для реактора, алгоритм можно будет перенести.

На следующее утро Лу Чжоу проснулся рано. Он позвонил Ван Пэну и попросил его принести пельмени. После того, как Лу Чжоу выпил немного соевого молока и поел, он отправился в институт STAR.

Помимо схемы управления плазмой, Лу Чжоу вернулся, чтобы закончить систему восстановления нейтронов.

Хотя пока Лу Чжоу находился в Хайчжоу, институт STAR не прекращал работу, их прогресс не сильно увеличился. Они пока не смогли добиться каких-либо результатов.

Подобный научно-исследовательский проект подобен автомобилю, все компоненты должны работать как единое целое.

Теперь, когда проблема материалов первой стенки решилась, другие институты работали над ловушкой для нейтронов и нагревательных компонентов. Но хотя они несут ответственность за основную часть, они существенно не сдвинулись.

Хотя никто не торопил их, ученые все еще находились под большим давлением.

Теперь, когда Лу Чжоу вернулся из Хайчжоу, все в институте почувствовали облегчение.

Шэн Сяньфу, который выглядел так, словно не спал несколько недель, посмотрел на Лу Чжоу и широко улыбнулся.

— Вы, наконец, вернулись, а то мы уже собирались искать вас.

— Спасибо, что все это время упорно работали.

— Все в порядке, — Шэн Сяньфу почесал свои растрепанные волосы и со вздохом сказал:

— Есть только несколько основных проблем, которые не решили, и заставляют нас ломать голову.

С тех пор как он пришел в этот исследовательский институт, он стал ощущать, как начать лысеть.

Лу Чжоу немного застыдился от его слов.

Он лично в начале предложил этот путь, а сам занялся другими исследованиями.

Однако у него не было выбора. В конце концов, он не думал, что это будет так проблематично. Первоначально он не думал, что при поддержке Китайской национальной ядерной корпорации и при наличии подробного плана это станет такой проблемой. Поэтому Лу Чжоу сосредоточил свое внимание на новом материале.

Неожиданно он все же недооценил сложность этого проекта.

— Вызови всех в институте на собрание, — Лу Чжоу кивнул. — Сначала я должен вникнуть в суть дела.

— Хорошо, сейчас организую.

Шэн Сяньфу кивнул и быстро прошел в свой кабинет.

Лу Чжоу вернулся к себе в кабинет и еще раз просмотрел схему системы восстановления нейтронов. Потом встал и пошел в конференц-зал.

Ему не пришлось долго ждать, пока прибудут все остальные сотрудники.

Когда все исследователи и инженеры собрались, Лу Чжоу сделал короткое вступление и послушал о прогрессе различных отделов.

По словам руководителей отделов, текущие исследования все еще сконцентрировались на той идее, что была у него до отправления в Хайчжоу.

А именно — использования материала первой стенки для пропускания и замедления нейтронов. После этого устройство циркуляции жидкого лития поглотит нейтроны и высвободит тритий. Отражающий слой бериллия снаружи будет отражать непрореагировавшие нейтроны.

Восстановленный тритий в форме газа будет извлекаться в верхней части устройства. А затем повторно вводиться обратно в реакционную камеру для дальнейшей реакции.

Профессор Ли Чанся, приехавший из университета Юйхуа, заговорил:

— Собрать тритий — очень просто. Мы просто должны поместить наполнитель в реактор. Теоретически можно отделить тритий с помощью дивертора внутри реактора, или мы также можем добавить разделительное устройство перед входным портом. Но самое проблемное — толщина слоя жидкого лития. Мы провели несколько экспериментов, но результаты оказались не очень хорошими.

Толщина слоя жидкого лития — решающая проблема. Слой не мог быть ни слишком толстым, ни слишком тонким.

Слишком толстый слой приведет к задержке большого количества трития в жидком литии, что снизит эффективность извлечения. А также значительно увеличит инженерные трудности, и может повлиять на безопасность реактора.

Он также не мог быть слишком тонким, поскольку это непосредственно повлияло бы на скорость распространения трития. Период полураспада свободных нейтронов составлял всего около 10,6 минут. Следовательно, в дополнение к распаду других элементов они должны были думать о распаде самих нейтронов.

В идеале, восстанавливать нейтроны до того, как они вторично отразятся от бериллия. Однако сделать это совсем не просто.

— Экспериментальные данные есть?

— Вот.

Шэн Сяньфу кивнул и тут же протянул Лу Чжоу документы.

Лу Чжоу взял бумаги и начал внимательно изучать данные.

Время шло медленно, единственным звуком в конференц-зале было тиканье часов на стене.

Лу Чжоу ничего не говорил, и исследователи, сидевшие за столом, терпеливо ждали.

Лу Чжоу, наконец, закончил читать.

Все думали, что он выдаст какую-нибудь идею, но его действия превзошли все ожидания.

— Путь исследования — правильный, эти данные — очень важны. Но некоторые методы отсутствуют, поэтому вы не достигли ожидаемых результатов. Вы все хорошо поработали за последний месяц, полагаю, что в последнее время никто не отдыхал. Закончим на этом. Идите домой и возьмите два дня выходных. Встретимся послезавтра.

Лу Чжоу посмотрел на удивленные лица всех присутствующих и осторожно постучал пальцем по данным.

— Я возьму их, чтобы подумать. Я скажу вам результаты через три дня.

Глава 553. Чем быстрее, тем лучше!

Собрание закончилось быстро.

После окончания собрания группа исследователей покинула конференц-зал. Остался только профессор Лу.

Ли Чанся шел рядом с Шэн Сяньфу, и после небольшого колебания с растерянностью в голосе сказал:

— О чем думает профессор Лу?

Шэн Сяньфу переспросил:

— О чем ты?

Ли Чанся вздохнул:

— Мы не знаем, когда появятся результаты. Мы все еще исследуем, может ли демонстрационный реактор плавно перейти на следующий этап. Сейчас — не самое подходящее время для отдыха.

К тому же он заявил, что результаты будут через 3 дня.

Хотя он знал, что профессор Лу — опытный специалист, это не физическая или математическая проблема.

В любом случае, это звучало нелепо.

Шэн Сяньфу немного подумал и сказал:

— Может… у него уже есть решение?

— Есть решение? — Ли Чанся замолчал и нахмурился, а потом спросил:

— Но почему он не упомянул об этом во время собрания? Неужели решил сохранить интригу?

— Не знаю, но я доверяю математической интуиции профессора Лу. В мире не так много математиков, которые были бы талантливее его. Не думаю, что он решил создавать интригу... — Шэн Сяньфу выдавил из себя улыбку. — Может быть, дело в том, что даже если бы он объяснил нам, мы бы ничего не поняли.

— ...

………………………………..

В действительности Шэн Сяньфу довольно точно предположил. К Лу Чжоу пришло вдохновение, и он хотел выразить свои мысли. Однако когда собирался выразить вдохновение на языке математики, он отбросил эту мысль.

Его опыт подсказывал ему, что даже профессионалы-математики не могут легко понять его расчеты. Заставлять разбираться исследователей, не математиков, в его расчетах — еще труднее.

Они много работали.

Вместо того, чтобы добавлять им ненужной работы, ему лучше самому решить эту проблему и дать им указания, что делать дальше.

Лу Чжоу покинул научно-исследовательский институт и отправился домой. Он даже не пообедал, а направился прямо в кабинет.

Разложил экспериментальные данные на столе, взял ручку и бумагу. Он сосредоточился на данных и начал их изучать.

Возможно, другие люди не смогли бы извлечь из этих данных никакой ценности, но он — другой.

Как он и ожидал, их идея решения проблемы была верной. Им просто не хватало метода, чтобы они смогли извлечь полную ценность этих данных.

Может быть, через несколько месяцев или даже лет, они, наконец, смогли бы совершить прорыв.

Как и в других выдающихся исследованиях, накопление множества экспериментов помогает окончательному прорыву.

А то, что Лу Чжоу собирался сделать сейчас, просто ускорить наступление этого дня.

Время шло медленно, и рядом с ним росла стопка черновиков.

С помощью Сяо Ая Лу Чжоу рассчитал остальные параметры. Он облегченно вздохнул и откинулся на спинку.

Посмотрел на непроглядную ночь за окном и ухмыльнулся.

Теперь ему осталось лишь передать эти расчеты инженерам института STAR и позволить им завершить окончательный проект.

— Думал, что мне понадобится три дня, не рассчитывал закончить все за день.

Лу Чжоу вышел из состояния повышенной концентрации и почувствовал голод.

Он сегодня ел лишь пельмени.

Осознав это, Лу Чжоу собирался взять себе что-нибудь поесть на кухне. Однако краем глаза  увидел план системы восстановления нейтронов, лежащий на его столе.

В его сознании вспыхнула лампочка, и он тихо прошептал:

— Система, сколько баллов нужно на схему системы восстановления нейтронов?

Он немного подождал, но ответа не поступило.

Лу Чжоу понял, что использует неправильный метод, поэтому покачал головой и сосредоточил свое внимание на плане.

Вскоре в поле его зрения появилось полупрозрачное окно.

[Уровень математики 7, уровень инженерного дела 4, уровень энергетики 3... Пользователь соответствует минимальным требованиям.]

[Требуемые баллы: 50 000]

Лу Чжоу увидел четыре нуля за пятеркой и ощутил отчаяние.

У него всего около 5000 баллов.

Это всего лишь подпроект проекта термоядерного синтеза, действительно ли он стоит 50 000 баллов?

А во сколько бы обошелся весь проект?..

Конечно, хоть система и позволяла ему подсмотреть в ответы, воспользоваться этим не так просто.

Первоначально он хотел сэкономить время, используя баллы...

Лу Чжоу покачал головой и уже собирался отказаться от этой мысли, как внезапно в его голове возникла идея, и он быстро открыл план и сложил его вместе с данными, которые только рассчитал.

Исходя из его прошлого опыта, оптимальное решение системы основывалось на его проектах, планах и уровне.

Если предположение Лу Чжоу верное, то стоимость коррелировалась с тем, сколько времени потребуется ему самому, чтобы решить проблему.

Лу Чжоу понятия не имел, сколько времени ему потребуется, чтобы заработать 50 000 баллов.

Это может занять пять или даже десять лет.

Но ясно одно: в данный момент ему не нужно оптимальное решение, ему не нужна полная схема системы восстановления нейтронов.

Большая часть выполнена, и параметры, которые создали проблемы в институте, он уже рассчитал. Все, что ему сейчас нужно, внедрить результаты исследований в чертежи. Первоначально это должны сделать профессиональные инженеры, но это займет больше времени.

Лу Чжоу перестроил свои мысли и сосредоточился на одной из страниц. Он снова обратился к системе.

Вскоре система дала переоценку.

Как и ожидалось, требования в баллах на этот раз были гораздо более разумными.

Конечно, даже так, число не маленькое...

[Требуемые баллы: 4000]

Лу Чжоу посмотрел на цену и вздохнул.

— Это все еще дорого...

4000 баллов — это лучший дизайн, исходя из предоставленных им параметров.

Если бы это передать инженерам Китайской национальной ядерной корпорации, они не смогли бы спроектировать это так же хорошо, как система.

Как бы то ни было, это должно сработать.

По крайней мере, какое-то время ему не придется беспокоиться о модернизации системы восстановления нейтронов.

Не говоря уже о том, что если предположение Лу Чжоу верное, то чем скорее он закончит это задание, тем более ценным будет конечный продукт, и тем больше наград он получит.

Хотя это болезненно, это могло сэкономить ему, по крайней мере, год.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и провел пальцем по полупрозрачному окну.

— Подтверждаю покупку!

[Баллы: 5475 → 1475]

……………………...

Снаружи виллы.

Янь Янь посмотрела на свой телефон, а потом с тревогой перевела взгляд на дом.

— Он не выходил уже три дня.

Ван Пэн стряхнул пепел с сигареты и небрежно сказал:

— Такое происходит постоянно, привыкай.

Поначалу, если он не мог связаться с Лу Чжоу какое-то время, он тоже переживал.

Но позже понял, что все его страхи излишни.

Янь Янь не могла не спросить:

— Не боишься, что с ним что-то случится дома?

Ван Пэн улыбнулся и сказал:

— Я год его вожу. За последний год он ни разу не был в больнице. Его здоровье — лучше, чем ты думаешь, что может случится...

Внезапно дверь дома открылась.

Когда Ван Пэн увидел Лу Чжоу, появившегося в дверях, он чуть не выронил сигарету.

Что за черт?

Когда Лу Чжоу в последний раз спал?

Янь Янь увидела глубокие мешки под глазами Лу Чжоу и сразу же забеспокоилась. Она подошла к нему и серьезно сказала:

— Вам нужно отдохнуть прямо сейчас, пожалуйста...

— Нет, спасибо.

Хотя Лу Чжоу знал, что у нее добрые намерения, у него есть более важные дела.

Он может просто поспать в дороге.

Не говоря уже о том, что он не спал всего 48 часов. Его окрепшее тело способно справиться с этим.

Лу Чжоу посмотрел прямо на Ван Пэна.

-  Мне нужно на строительную площадку реактора. Мне все равно, на чем добираться, чем быстрее, тем лучше!

Глава 554. В полной готовности

Вертолет плавно приземлился рядом со строительной площадкой демонстрационного реактора STAR-2.

Хотя Лу Чжоу не понадобился такой транспорт, он вынужден был признать, что он — самый быстрый.

Покинув вертолет, Лу Чжоу, не останавливаясь, тут же направился к строительной площадке с ноутбуком в руках.

Он направился прямо в главное здание и нашел кабинет академика Ван Цзэнгуана.

Лу Чжоу постучал в дверь и вошел.

Увидев Лу Чжоу, академик перестал писать и улыбнулся:

— О? Уже вернулись? Академик Ли Цзяньган просил меня передать, что их нагревательная антенна готова и соответствует всем вашим требованиям. У нас тоже все хорошо, возможно, мы даже сможем закончить до конца года. Самая важная часть — это система восстановления нейтронов.

Академик Ван подшучивал и вовсе не торопил Лу Чжоу.

Потому что он ясно понимал, что дорога такая гладкая, только благодаря Лу Чжоу, который проложил им путь.

Не будет преувеличением сказать, что от модели турбулентности плазмы до материала первой стенки, все эти результаты исследований сэкономили, по меньшей мере, 20 лет для них.

Поэтому несмотря на то, что важнейшая система восстановления нейтронов из жидкого лития еще не имела никакого прогресса, это вполне нормально.

В конце концов, энергия человека ограничена.

Однако ответ Лу Чжоу превзошел все его ожидания.

Он увидел, как Лу Чжоу достал из сумки стопку материалов.

— Это я должен спрашивать вас об этом. Проект готов. Его строительство зависит от вас.

— Уже?

Академик Ван в шоке вскочил. Он быстро обошел стол и взял стопку чертежей из рук Лу Чжоу. Он начал внимательно их смотреть.

Время шло.

Выражение лица академика Вана становилось все более серьезным.

Заметив изменения в лице академика Вана, Лу Чжоу зевнул и спросил:

— Есть какие-нибудь проблемы?

Академик Ван покачал головой и ответил:

— Нет.

Скорее...

Это настолько идеально, что он даже не мог дать никакого конструктивного совета по улучшению.

Кроме того, инженерная сложность конструкции — в пределах приемлемой сложности.

Академик Ван закрыл чертежи и посмотрел на Лу Чжоу. Он не мог не сказать:

— Вы — просто гений.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

— Это не только моя работа, но и людей из Института STAR...

Конечно, существовала система.

Но эти проблемы можно было решить и без использования баллов.

Однако на это просто ушло бы намного больше времени, и результат вышел бы не таким идеальным.

Академик Ван, похоже, не купился на смущение Лу Чжоу. Он махнул рукой и сказал:

— Да, да, это тяжелая работа каждого, я верю тебе.

???

О чем вы говорите?

…………………………….

В середине ноября немного похолодало, красные кирпичи Запретного города покрылись инеем.

В санатории, неподалеку от Запретного города, под большой ивой сидели двое мужчин и смотрели на шахматную доску.

В этот редкий солнечный день два старика сидели друг напротив друга и играли в шахматы.

На шахматной доске шла напряженная битва.

Внезапно ситуация на доске изменилась.

— Шах и мат!

Конь красных убил слона черных, загнав короля черных в мертвый угол.

Несомненно, тут только один исход.

Старик уставился на шахматную доску и задумчиво произнес:

— Не следовало ходить пешкой, если бы пошел слоном...

Когда другой старик увидел, что тот протягивает руку, чтобы передвинуть шахматные фигуры, он немедленно остановил его.

— Э-э-эй, что ты делаешь, мне все равно, если другие тайком жульничают, но ты то!

Рука старика коснулась края шахматной доски. Он помолчал секунду и улыбнулся.

— Главный конструктор, вы правы, я проиграл!

Напротив него сидел академик Жэнь Чанмин, бывший главный конструктор китайского проекта исследования Луны.

— Ты занят в эти дни?

— Можно сказать, что да, а можно сказать, что нет.

— Ты выглядишь довольно расслабленно, у тебя даже нашлось время поиграть со мной в шахматы.

Старик покачал головой:

— Международная ситуация не очень хорошая, я просто пытаюсь передохнуть.

— Я слышал, что Цзиньлин занимается управляемым термоядерным синтезом?

Старик кивнул:

— Да.

Хотя многие старые эксперты не считали этот проект достижимым, они чувствовали, что стоит попробовать.

Может быть, эта технология может стать ключом к будущему?

— Управляемый термоядерный синтез… — Жэнь Чанмин стал взволнованным. — Я говорил с Цяо Гунь об этом. Тогда мы все думали, что либо США, либо Россия смогут создать эту технологию в течение двадцати лет, а мы сможем наверстать отставание. Но с тех пор прошло почти 40 лет, и я до сих пор понятия не имею, когда это произойдет.

В 1990-х годах все исследовали термоядерный синтез с инерционным удержанием, и утверждали, что могут достичь зажигания в течение десяти лет и могут коммерциализироваться в течение 20 лет. Китай наблюдал за рассветом этой области, и, очевидно, не хотел отставать. В 1993 году запустили проект термоядерного синтеза с инерционным удержанием, который входил в правительственный план 863. Китай последовал международным тенденциям и занялся инерционным термоядерным синтезом.

Однако проект прошел не так гладко, как планировалось. Американское инерционное термоядерное устройство не смогло достичь зажигания, что снизило популярность инерционного устройства. После чего непопулярный токамак стал популярным, а некогда популярный инерционный термоядерный синтез исчез из упоминаний.

Если бы не военное применение лазерного зажигания, инвестиции в инерционный термоядерный синтез можно было бы считать полной потерей.

Происходящее сейчас на STAR-2 напоминало цикл прошлого.

Несмотря на то, что Жэнь Чанмин не занимался ядерной энергетикой, он лично был свидетелем всего этого.

Честно говоря, он был скорее обеспокоен, чем оптимистичен.

Конечно, в глубине души он все еще надеялся, что этот проект будет успешно завершен.

— Главный конструктор Лу Чжоу?

— Ты его знаешь?

— Больше, чем просто знаю, — старый академик улыбнулся. — Несколько лет назад этот парень еще учился в Цзиньлинском университете. Уже тогда я знал его.

— Думаю, проходила экспертная оценка на конкурсе математического моделирования.  Я сидел за столом судей и спросил его, что он думает о проекте высадки на Луну. Этот парень был интересным. Он отличался от других, он спросил меня о Великой Китайской стене? Мы начали говорить об истории и будущем. Это был отличный разговор.

— Тогда я сразу понял, что он талантливый. Я чувствовал, что для него будет пустой тратой времени застрять в математике, поэтому я лично отверг Цзиньлинский университет и попытался убедить его поступить в Яньцзинский университет. Я спросил, не хочет ли он заниматься со мной ракетостроением, угадай, что он ответил?

Старик улыбнулся:

— Что?

Жэнь Чанмин хлопнул себя по бедру и улыбнулся.

— Он сказал мне: "Профессор Жэнь, я пока не хочу в космос"!

— Ха-ха-ха...

Два старика начали громко смеяться.

Вспоминая прошлое, академик Жэнь не мог не взгрустнуть.

Тогда он мог путешествовать по всей стране. А сейчас, даже если бы он хотел, его старое тело не позволит подобного.

Жэнь Чанмин перестал смеяться и взволнованно заговорил:

— Знаешь, что произошло потом?.. Этот парень — загадка. Хотя и не строил ракет, но он словно летал, — Жэнь Чанмин помолчал немного, а потом продолжил:

— Если он не добьется успеха, не расстраивайся. В конце концов, научные исследования — не строительство дорог. Вход и выход — не обязательно пропорциональны. На самом деле я более оптимистично смотрю на его будущее. По сравнению с нами, стариками, которые вот-вот уйдут, его исследовательская карьера только началась.

Старик улыбнулся:

— Я знаю, не беспокойся об этом.

Жэнь Чанмин почувствовал облегчение и кивнул.

Несмотря на то, что Лу Чжоу вполне мог добиться успеха, он все равно должен был сказать президенту об этом.

Потому что, если он ничего не скажет, никто другой не посмеет этого сказать.

Тут подошел охранник и доложил старику:

— Снаружи директор Лу.

Старик кивнул и сказал:

— Пусть войдет.

— Понял!

Охранник отдал честь и развернулся.

Вскоре к ним взволнованно подошел директор Лу, а за ним последовал охранник.

Старик заметил письмо, которое держал в руке директор, и с улыбкой спросил:

— Что вас так взволновало?

Директор Лу энергично ответил:

— Есть хорошие новости из Хайчжоу! Проект реактора находится на завершающей стадии! У меня — письмо от профессора Лу!

Академик Жэнь с удивлением посмотрел на него.

Шахматная фигура в руке старика упала на доску, и он тут же встал.

— Что он написал в письме?

Директор Лу глубоко вздохнул и с энтузиазмом сказал:

— Начался обратный отсчет. Ожидается, что зажигание произойдет в конце года! Они требуют одобрения от Коммунистической партии Китая!

Старик сердечно улыбнулся.

— Хорошо, хорошо, — он изменился в лице и отдал приказ:

— Одобряю зажигание!

Глава 555. Все готово

Строительная площадка демонстрационного реактора STAR-2.

На площадке кипела работа.

Прошло больше месяца с момента, как Пекин одобрил термоядерное зажигание. Осень прошла, и наступила зима. Сейчас наступил сезон поедания пельменей.

Хотя погода становилась все холоднее, она не могла погасить пламя в сердцах рабочих.

Они преодолели бесчисленные трудности и преграды, чтобы добраться до этого момента.

Скоро они узнают, стоило ли все это того.

— Проверка соединительного порта завершена! Связь нормальная!

— Внимание всем блокам, начинайте стыковку!

Нагревательную антенну длиной около десяти метров и шириной около четырех метров подняли на стальных тросах с помощью крана. Он медленно двигался к огромному реактору.

В то же время рядом стояли инженеры Китайской национальной ядерной корпорации. Они работали на другом специальном оборудовании и выполняли монтажные работы.

Академик Ван Цзэнгуан, главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации, отвечал за все происходящее. На нем была защитная каска, а на старом морщинистом лице сияла гордая улыбка.

— Раньше я думал, что, когда Китайская национальная ядерная корпорация разработает технологию ядерного деления четвертого поколения, мне пора будет уйти на пенсию.

Рядом с академиком Ваном стоял академик Ли Цзяньган из Лаборатории строительных материалов Института Фуян.

— А теперь?

Академик Ван уставился на металлическое чудовище и ухмыльнулся:

— Похоже, мне придется подождать еще пару лет.

Если мы достигнем термоядерного зажигания...

Кто-то должен будет передать его дальше.

Пока технология термоядерного синтеза не встанет на правильный путь, академик Ван должен продолжить работать.

Внезапно к этим двум старикам подошел инженер средних лет в защитной каске.

— Антенна установлена.

Академик Ли серьезно спросил:

— Вы проверили герметичность?

Инженер кивнул и со всей серьезностью ответил:

— Трижды! Никаких проблем!

Академик Ли удовлетворенно кивнул, посмотрел на своего старого друга и пошутил:

— Лаборатория строительных материалов Института Фуян успешно выполнила свою задачу, теперь все зависит от вас. Старина Ван, не упусти мяч в этот решающий момент. Если ваш генератор электроэнергии не будет производить электричество, то это будет позор.

Академик Ван улыбнулся и ответил:

— Ах ты, старый хрен, гляжу... переживаешь за меня? Будь уверен, если мы в конечном итоге упустим мяч, меня зовут не Ван Цзэнгуан!

Он посмотрел на инженера рядом и приказал:

— Начинайте установку генератора!

— Понял!

Инженер кивнул и тут же побежал к строительной площадке.

………………………………………..

Два истребителя с оглушительным ревом пронеслись мимо.

В последнее время этот звук часто можно услышать здесь.

Лу Чжоу стоял в своем кабинете с окнами во всю стену. Он перевел взгляд от моря неподалеку и посмотрел на часы.

Через тридцать минут ему предстояло провести еще одно собрание.

Его исследовательская работа на какое-то время подошла к концу, но он не сидел, сложа руки.

Лучше сказать, что этот месяц строительства реактора — самый изнурительный в его жизни.

Более ста научно-исследовательских институтов участвовали в исследовательских проектах STAR-2, десятки институтов прямо или косвенно участвовали в строительстве компонентов реактора, а также инфраструктуры строительной площадки.

Для того, чтобы координировать работу этих различных отделов, проводилось множество совещаний. Лу Чжоу приходилось проводить более трех совещаний в день и, по меньшей мере, просматривать десять отчетов.

Для человека, который любил сидеть в лаборатории и изучать проблемы, это мучительно.

Но, к счастью, эти дни подходили к концу.

Все компоненты демонстрационного реактора закончены.

Если все пойдет хорошо, то на предстоящем собрании главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации академик Ван доложит ему об установке нагревательной антенны и генератора.

Это последние части головоломки.

После того, как эти два компонента установят, и окончательная проверка будет завершена, эксперимент по зажиганию термоядерного синтеза можно начинать.

Лу Чжоу не мог не ухмыльнуться, когда подумал об этом.

Этот день, наконец, настал.

Он услышал стук в дверь.

Лу Чжоу отвернулся от окна и посмотрел на дверь.

— Войдите.

Дверь распахнулась, и вошла Янь Янь. На ней было темно-синее пальто, а в руках она держала коробку с завтраком.

— Ты опять ничего не ел, да?

Лу Чжоу улыбнулся:

— У меня нет аппетита в течение дня. Я привык только завтракать и ужинать.

Янь Янь вздохнула и положила коробку с завтраком на кофейный столик:

— Я знаю, что ты занят, но все равно нужно есть три раза в день. Я принесла тебе пельмени из столовой.

Еду принесли прямо Лу Чжоу, поэтому он не стал упрямиться. Он поблагодарил Янь Янь и сел на диван, после чего открыл коробку с едой.

Восхитительный аромат донесся до Лу Чжоу, и кристально чистые пельмени захватили его.

Выпив немного супа и почувствовав, как его желудок согревается, в его глазах появился блеск.

О, очень вкусно.

Он не удержался и взял палочки.

— Неужели еда в армии всегда такая вкусная?

Янь Янь села на диван напротив него и сказала:

— Смотря, что за часть.

— Да?

Лу Чжоу не стал продолжать разговор. Вместо этого он сосредоточился на том, чтобы насладиться вкусным обедом.

Правильное питание, однозначно, полезно для здоровья, и ему не нужно, чтобы кто-то напоминал ему об этом, поскольку он прекрасно это знал.

Но, несмотря на это, он терял аппетит всякий раз, когда работал. Как только понимал, что проголодался, обед уже проходил, поэтому он просто ждал ужина.

Лу Чжоу наслаждался пельменями, когда вдруг что-то вспомнил.

— Кстати, сегодня ведь день зимнего солнцестояния?

Янь Янь сидела на диване напротив него, она задумалась, а потом кивнула:

— Да.

Неудивительно, что мы едим пельмени...

Лу Чжоу улыбнулся. Если бы не эти пельмени, он бы не понял, что сегодня особенный день.

Уже зимнее солнцестояние...

Время действительно летит...

Из коридора послышались шаги, и вскоре в дверях показалось знакомое лицо.

— Поскольку дверь уже открыта, я войду. Я ведь не мешаю профессору Лу есть?

— Совсем нет, — Лу Чжоу улыбнулся и положил палочки для еды. — Я уже закончил.

Он посмотрел на Янь Янь.

— Спасибо за обед.

Янь Янь покачала головой:

— Не стоит беспокоиться.

Она встала с дивана и убрала коробку с завтраком с кофейного столика, после чего вышла из кабинета и закрыла дверь.

Командир Дай сел напротив Лу Чжоу, потом откашлялся и спросил:

— Сейчас почти конец декабря, есть ли точная дата зажигания?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Точная дата еще не определена. Мы обсудим этот вопрос на следующем собрании. Но однозначно мы не будем откладывать до следующего года.

— Хорошо, я вернусь сюда вечером, — командир кивнул. — Но, если вы определите дату зажигания, постарайтесь сообщить нам об этом за три дня. Это все для того, чтобы мы могли попросить городской совет сотрудничать с нами и решить вопросы безопасности и дорожного движения в этом районе.

— Нет проблем, большое спасибо, — Лу Чжоу кивнул и вдруг что-то вспомнил. — Кстати говоря, через несколько дней будет Новый год, да?

Командир Дай кивнул:

— А что такое?

— Отлично, тогда давайте выберем важный день для зажигания, -  Лу Чжоу улыбнулся и добавил:

— Мы дадим китайскому народу подарок на предстоящий Новый год!

Глава 556. Зажигание!

31 декабря.

Нью-Мексико, Национальные лаборатории Сандия.

Несколько инженеров в защитной одежде стояли в полусферическом устройстве, готовясь к ремонту остывающего оборудования.

Это устройство называлась Z-машиной.

Конденсаторы, плотно установленные внутри устройства, могли высвободить электроэнергию до 1000 раз мощнее молнии. Просто нажав на переключатель, в цилиндр мгновенно ворвется ток в 20 миллионов ампер, сильно сжимая атомы водорода внутри. Это высвободит ужасающую термоядерную энергию.

Хотя на них давил демонстрационный реактор за Тихим океаном, в термоядерной лаборатории в Соединенных Штатах был хороший день.

Особенно после того, как они увидели недавние беспорядки на рынке фьючерсов энергетических ресурсов. Конгресс наконец-то начал обращать внимание на технологию управляемого термоядерного синтеза и начал щедро раздавать финансирование.

Помимо конгресса, несколько гигантских энергетических компаний также увеличили свои инвестиции в эту технологию. Однако Национальные лаборатории Сандия, научно-исследовательский институт при Министерстве энергетики, финансировался по большей части федеральным правительством.

В отличие от NIF в Калифорнии, Z-машина не считалась инерциальным термоядерным устройством. Ток высокой мощности и ядерное топливо создавали магнитную клетку. Эта клетка за микросекунды производила быстрое зажигание. Оно по сути объединяло инерциальный управляемый термоядерный синтез и магнетизм.

Несмотря на то, что это устройство не так популярно, как NIF, оно ранее установило мировой рекорд по самой высокой зарегистрированной температуре в 3,5 миллиарда градусов. Даже исследователи, которые проектировали машину, удивились и были потрясены такой температурой.

Но, если честно, нет никакого смысла достигать такой высокой температуры для дейтерий-тритиевого топлива. В конце концов, 100 миллионов градусов — более чем достаточно для протекания термоядерной реакции. Даже термоядерному топливу второго поколения, работающему на водороде-3, требовалась только критическая температура в 600 миллионов градусов.

Трудность в исследовании управляемого термоядерного синтеза никогда не заключалась в достижении высокой температурой, а скорее с тем, как ограничить высокотемпературную плазму.

Но, по сравнению с другими техническими путями, Z-машина, по крайней мере, достигла некоторых результатов с точки зрения выработки электроэнергии.

Сидя в зоне отдыха лаборатории, Рик Перри, министр энергетики США, посмотрел на часы.

Когда стрелка часов показывала почти час, в дверях появился главный исследователь Национальных лабораторий Сандии Энди Рофан и направился к нему.

Перри подождал, пока Рофан сядет напротив него, и спросил:

— Какой результат?

Энди Рофан покачал головой:

— Слишком рано спрашивать это. Можно ли решить проблему противорадиационного материала, может ли тритий внутри быть самовосстанавливающимся? Все это основные проблемы управляемого термоядерного синтеза...

Перри глубоко вздохнул и оборвал его:

— Послушайте, мне нужны конкретные даты, к которым вы сможете добиться реальных результатов?

Рофан не мог не сказать:

— Я не могу дать точных дат, если только Ливерморская национальная лаборатория не сможет сказать нам, когда они смогут создать источник нейтронов дейтерия-лития.

— Значит, основная проблема — нейтроны?

— Очевидно, что не только... — Рофан с горечью улыбнулся. — Но после того, как проблема с источником нейтронов будет решена, мы сможем, по крайней мере, начать испытания материалов.

Внезапно они услышали шаги.

Перри посмотрел на спешащего мужчину и нахмурился.

— Что случилось?

Мужчина, одетый в костюм, глубоко вздохнул, прежде чем с трудом произнес:

— Звонили из Белого дома, президент хочет, чтобы вы немедленно вернулись… Завтра должно состояться важное собрание.

— Что случилось?

— Только слышал… — человек в костюме вздохнул и тихо сказал:

— Наши союзники сообщили нам, что через двенадцать часов... демонстрационный реактор в Хайчжоу начнет испытания на термоядерное зажигание.

Перри прищурился.

Рофан, сидевший напротив него, вскочил и воскликнул:

— Это невозможно!

……………………………………….

Хайчжоу, база демонстрационного реактора STAR.

Небо чистое, без облаков. Океанские волны спокойно разбивались о скалы.

Внутри базы все исследователи и солдаты стояли на соответствующих позициях.

Прошлой ночью установили самый дальний блокпост на расстоянии более 20 километров. С помощью бронетехники перекрыли все дороги, ведущие в этот район. Все находившиеся поблизости туристы и пешеходы были предупреждены. Солдаты с оружием патрулировали внутри и снаружи базы, чтобы защитить от любых потенциальных угроз безопасности.

Три дня назад боевые подразделения, расположенные в этом районе, подготовили достаточно огневой мощи для защиты от террористов и вражеских воздушных сил. Они провели ряд учений, в том числе наземно-воздушный бой, противоракетную подготовку и противокорабельный бой.

Они учли все возможные сценарии и сделали соответствующие приготовления.

В то же время инженеры китайской национальной ядерной корпорации находились внутри и проводили заключительные проверки реактора.

Если STAR-1 — стальной бегемот, то STAR-2 — гигантский стальной дракон.

Сверхпроводящий магнит СГ-1 — его ноги, суперкомпьютер — его мозг, схема управления плазмой — его инструкции. Атомный зонд Гелий-3 — его глаза, в то время как композитный материал ПГУ-1 — его органы, а жидкий литий — его кровь...

Помимо них, присутствовало бесчисленное множество других компонентов, которые стали результатом тяжкого труда множества исследователей.

К счастью, этот проект, наконец, завершен.

Завершив все проверки, инженеры в сопровождении сотрудников службы безопасности покинули объект.

На другой стороне базы в комнате управления все шло хорошо.

Три дня назад они закончили все тренировки по термоядерному зажиганию. Все здесь заучили инструкции по технике безопасности и эксплуатации.

Теперь им оставалось только повторить то, что они делали три дня назад на реальном устройстве.

— Проверка сверхпроводящих магнитов завершена! Впрыскивается жидкий гелий...

— Жидкий гелий введен. Температура достигла критического значения, начните подачу питания!

— Ток достиг критического значения...

— Настройка магнитного поля завершена...

— Вводите топливо!

Наконец настал последний шаг.

Теперь оставалось только включить нагревательную антенну. После этого вся работа будет сделана.

Когда Лу Чжоу посмотрел на кнопку перед собой — внезапно начал сомневаться.

Он глубоко вздохнул и посмотрел на академика Паня рядом.

— Хотите нажать?

— Нет, это твоя обязанность, — покачал головой академик Пань и улыбнулся. — Я уже счастлив стать свидетелем этого!

Все исследователи в комнате управления смотрели на Лу Чжоу.

Камера центрального телеканала тоже была направлена на него.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и протянул правую руку.

Начиная с программы 863 и до настоящего времени Китай почти полвека занимался исследованиями управляемого термоядерного синтеза, в то время как международное сообщество занималось исследованиями управляемого термоядерного синтеза более 70 лет.

Завтра уже будет 2020 год.

Все слишком долго ждали этого дня.

И прямо сейчас они находились на пороге нового поколения технологий.

Не было никого ближе к будущему, чем Лу Чжоу.

Лу Чжоу сглотнул и посмотрел на циферблат на приборной панели, после чего посмотрел на окружающих его исследователей.

— Для меня большая честь быть свидетелем этого момента вместе со всеми вами.

— Мы выполнили всю работу, мы сделали все возможное, чтобы сделать все как можно более совершенным.

— Каким бы ни был исход, история запомнит этот день, мы все будем помнить.

Он нажал на кнопку.

Словно восходящим солнцем, темная камера реакции осветилась самой горячей энергией во всей солнечной системе...

Глава 557. Энергия звезды

Температура в камере начала подниматься.

Создавая самую горячую энергию в звездной системе, плазма, сдерживаемая магнитным полем, напоминала полярное сияние внутри реакционной камеры.

Как только температура достигла 100 миллионов градусов, мгновенно вспыхнул ослепительный свет.

Огромная энергия, подобна приливной волне, хлынула из крошечных ядер.

Все в комнате управления стали с волнением наблюдать за этим.

Однако никто не аплодировал.

Потому что все это только началось!

Репортер, который сделал снимок, быстро отошел в сторону. Исследователи в комнате управления работали, как часовой механизм.

Между демонстрационным реактором и экспериментальным есть принципиальное различие. Для того, чтобы второй признали успешным, достаточно провести всего несколько успешных экспериментов, в то время как первый должен достичь практического успеха.

В этот момент они разбудили спящего металлического дракона, который издал оглушительный рев.

Если они справятся с этим драконом, то смогут управлять энергией звезды.

— Наблюдается термоядерная реакция! Пучок нейтронов контактирует со слоем металлического бериллия!

— Внешняя катушка настраивается... схема управления плазмой работает!

— Магнитное поле стабильно! Плазма внутри реакционной камеры стабильна!

— Рециркуляционный насос обнаружил тритий! Система рекуперации нейтронов работает!

В жидкий литий, словно в кровь дракона, медленно вводили тритий. После этого его закачивали обратно в реакционную камеру для дальнейшего зажигания.

Сотрудник, докладывающий о состоянии, говорил с легкой дрожью в голосе:

— Тритий успешно восстановлен!

Это вторая цель демонстрационного реактора STAR-2, сразу после термоядерного зажигания!

Не только голос, но даже плечи сотрудника дрожали от волнения.

И не только он.

Все исследователи в комнате управления стали свидетелями этого захватывающего момента и сжали кулаки.

Возможность использования восстановленного трития в реакторе — ключ к коммерциализации реактора.

Хотя до конца эксперимента нельзя судить о конкретной эффективности восстановления, судя только по текущим наблюдениям, они достигли ожидаемых целей!

А это означало, что их тяжелая работа за прошедший год проделана не зря...

На другой стороне базы, рядом с сооружением, напоминающим водяной насос...

Инженер в сопровождении сотрудников службы безопасности проверял давление клапана на сбросе воды. Он посмотрел на значения и прищурился.

— О, похоже, у нас все хорошо.

Его аспирант рядом с ним спросил:

— Что все?

Пожилой инженер улыбнулся и ответил:

— Что же еще, если не с реактором все хорошо.

Немного удивившись, аспирант не сдержал вопроса:

— Как вы это поняли?

— Подумай головой и вспомни про давление воды. Ты — студент инженерного факультета, — пожилой инженер постучал по водопроводной трубе рядом и радостно добавил:

— Система водяного охлаждения сливает горячую воду, что это значит? Ответь мне.

— Реактор работает, — аспирант сглотнул и взволнованно спросил:

— Это успех?

Пожилой инженер прищурился:

— Слишком рано говорить это. Наш успех все еще зависит от того, сможем ли мы производить электричество, и будет ли итоговая мощность соответствовать ожиданиям. Этот демонстрационный реактор станет крупнейшим генератором энергии в Цзянсу. Говорят, он должен достигать 100 000 мегаватт. А достичь этого не так просто.

— 100 000 мегаватт...  Думаете, это возможно?

— Сейчас нет. Мы установили только четыре феррожидкостных электрогенератора, в лучшем случае мы сможем выдать 4000 мегаватт, — пожилой инженер улыбнулся. — Но если мы установим еще сотню генераторов, то сможем!

Они принципиально отличались от генераторов ядерного деления.

Феррожидкостный генератор электроэнергии на демонстрационном реакторе STAR-2 — не только относительно мал по размерам, но еще в теории имеет высокую выходную мощность.

С помощью всего лишь четырех генераторов невозможно полностью использовать тепло, полученное в результате термоядерной реакции. Большая часть тепла просто выбрасывалась в море. С точки зрения инженера, вполне реально добавить сотню феррожидкостных генераторов.

— Сто генераторов... — аспирант посмотрел на датчик на трубе и задумчиво произнес:

— Интересно, сколько дейтерия нужно будет сжигать в день.

Пожилой инженер улыбнулся:

— Где-то 50 килограмм.

По самой дорогой цене килограмм дейтерия стоил 4000 юаней, поэтому 50 килограмм будут стоить 200 000 юаней.

Топливо за 200 000 юаней может обеспечить электричеством всю провинцию Цзянсу за день.

Даже если цену увеличить в десять раз, эта инвестиция все равно безумно прибыльная.

………………………….

Конечно, демонстрационный реактор явно не нуждался в таком количестве дейтерия.

50 килограмм дейтерия в сутки требуется при работе реактора на полную мощность.

В текущем эксперименте топливо поступало в миллиграммах.

В конце концов, установлено всего четыре феррожидкостных генератора, и большая часть тепла уходила в море.

Внутри камеры реакции.

Когда сорокаминутный цикл термоядерного синтеза подошел к концу, тепло, накопленное внутри реактора, выводилось в море с помощью воды. После того, как термоядерная реакция прекратилась, температура молекул газа внутри активной зоны реактора быстро упала со 100 миллионов градусов до менее чем 10 миллионов градусов.

Теперь реактор выключат на двадцать минут.

В течение следующих двадцати минут внешняя катушка отрегулирует форму магнитного поля, чтобы подготовиться к следующему циклу.

Хотя реактор остановили, работники в комнате управления не расслаблялись и работали.

Глядя на строки данных и графики на экране компьютера, Лу Чжоу немного подумал, а потом сказал:

— Включите первый генератор.

Согласно собранным данным, предыдущий этап эксперимента прошел почти идеально.

Пора перейти к следующему этапу.

— Понял!

Услышав команду, сотрудник, сидевший перед компьютером, сразу же нажал кнопку подключения к первому генератору.

Как и у большинства атомных электростанций, находившихся вблизи моря, когда электроэнергия не вырабатывается, избыточное тепло напрямую сбрасывалось в море через систему водяного охлаждения. Что касается специальной гелиевой золы, полученной в результате термоядерного синтеза, то с помощью специального оборудования ее извлекали после охлаждения.

Когда требуется выработка электроэнергии, то устройство вывода тепла подключалось к соответствующему генератору.

Если им требовалось определенное количество энергии, то они сжигали столько топлива, сколько нужно. Нужно лишь достаточное количество генераторов.

После подключения первого генератора к реактору начался второй этап эксперимента.

Энергия звезды снова высвободилась. Стальной гигант не только кипятил морскую воду, но и пробудил генератор электрической энергии.

Ионизированный газ, прорезая магнитные линии, выбрасывался из сопел, что превращало тепловую энергию в реакторе в постоянный поток электроэнергии.

Сотрудник перед компьютером взволнованно воскликнул:

— Выработка электроэнергии генератором происходит нормально!

— Мощность первого генератора растет!

— Первый генератор достиг максимальной мощности в 1000 мегаватт!

В конце концов он больше не мог сдержать своего волнения и закричал:

— Мы сделали это!

Верно, им удалось!

Энергия, получаемая в результате термоядерных реакций, преобразовывалась в электроэнергию.

Первый генератор начал подавать энергию на нагревательное устройство, термоядерный реактор и генератор образовали цикл непрерывной и стабильной выработки электроэнергии.

В солнечной системе нет более чистой формы энергии, чем эта.

Восклицание исследователя отозвалось в сердцах каждого.

Комната управления взорвалась радостными криками, все обнимались и давали друг другу пять.

Победа принадлежала им.

Не только история запомнит эту победу, они также будут помнить эту совместную победу.

Лицо старика Паня покраснело от волнения, и он сжал кулаки. Даже его сухие губы слегка дрожали, когда он бормотал что-то... слышимое лишь ему.

Академик Ван тоже смеялся. Он взволнованно похлопал Ли Цзяньана по плечу, как ребенка.

— Я же говорил! Мой генератор работает!

— Да-да, ты — молодец.

Академик Ли поднял руку и протер глаза.

Обычно он бы похлопал его в ответ.

Но сейчас он был так сильно возбужден, что был не в состоянии придумать ответ.

Командир Дай стоял у входа в комнату управления и смотрел на всех исследователей в комнате. Он снял свою военную фуражку и, сам того не замечая, прослезился.

Он не знал, что означают данные на компьютерах.

Он не имел ни малейшего представления, почему исследователи так радовались.

Но он знал, что с этого момента свет управляемого термоядерного синтеза может засиять на китайской земле.

Цепи термоядерной энергии наконец-то сорваны.

Теперь уже ничто не могло их остановить.

Они наконец выиграли эту битву...

В ушах Лу Чжоу эхом отдавались радостные возгласы. Он понятия не имел, сколько раз его обнимали. Он стоял перед панелью управления, сжимая и разжимая кулаки.

Наконец на его лице появилась улыбка.

— Да… нам удалось.

В этот момент перед ним появилось текстовое сообщение.

[Пользователь, поздравляю с завершением цепочки заданий "Термоядерный свет"!]

Глава 558. Завершение задания!

Шум вокруг Лу Чжоу утих, когда он прошептал:

— Система.

Вскоре он оказался в белоснежном пространстве и подошел к полупрозрачному информационному экрану.

Там его ждали награды.

Но в этот момент он уже не был так взволнован.

Изначально ему казалось, что выполнить это задание будет невозможно. К этому моменту, когда он успешно достиг термоядерного зажигания, он прошел через многое, и многому научился.

Возможно, он уже получил истинную награду за это задание.

[Пользователь, поздравляю с завершением цепочки заданий "Термоядерный свет"!]

[Оценка цепочки заданий: искра управляемого термоядерного синтеза наконец-то зажглась. Невежественная человеческая цивилизация наконец-то научилась зажигать огонь солнечной системы.

Награда очками опыта: 1 500 000 свободных очков опыта. 500 000 очков опыта по физике, 20 000 очков опыта по материаловедению. 200 000 очков опыта по инженерному делу.

Награда баллами: 2000 баллов.

Другие награды:

1. Карточка специального задания: можно активировать до взятия обычного задания. Активируйте, чтобы начать цепочку специальных заданий, которая заменяет обычные. Специальная цепочка заданий не может быть прервана, если пользователь не провалит ее.

2. Карточка бонусного задания: можно активировать до взятия обычного задания. После активации заменяет обычное задание.

3.Один билет счастливой лотереи]

Увидев количество очков опыта, Лу Чжоу ахнул от потрясения.

1,5 миллиона свободных очков опыта!

Первоначально он думал, что какую награду не получил бы, она не удивит его, как достижение термоядерного синтеза. Но увидев цифру в 1,5 миллиона, он не мог не удивиться.

Требование к  8 уровню — всего 1,2 миллиона!

Он уже решил, как распределить эти очки опыта.

Не колеблясь, Лу Чжоу глубоко вздохнул и произнес:

— Система, открой мою панель характеристик!

Синий свет пронесся по экрану, как быстро появилась панель характеристик.

Лу Чжоу протянул руки и выбрал 1,5 миллиона свободных очков опыта, после чего отправил их все в математику.

Вскоре его панель характеристик обновилась.

[A. Математика: LV8 (444 000 / 3 000 000)

B. Физика: LV6  (282 000/600 000)

С. Биохимия: LV4 (74 000/2000)

D. Инженерное дело: LV5 (0/300 000)

E. Материаловедение: LV6 (13 000/600 000)

F. Энергетика: LV3 (0/100 000)

G. Информатика: LV2 (3 000/50 000)

Баллы: 3475]

Лу Чжоу так долго находился на седьмом уровне. И теперь, когда он достиг восьмого уровня математики, он почувствовал облегчение. Он даже не мог описать радость, которую испытывал.

Однако требование очков опыта до следующего уровня заставило его вспотеть.

3 миллиона...

Безумие какое-то.

Лу Чжоу невольно нахмурился, потом глубоко вздохнул и отвел взгляд от математики.

Вместо того, чтобы беспокоиться об этом ужасном требовании, он мог порадоваться другим многим моментам.

Например, физика и материаловедение выросли до 6 уровня, а инженерное дело — до уровня 5. Его общие пункты также немного восстановились после его последних расходов.

Лу Чжоу почувствовал себя намного лучше, когда закрыл панель характеристик и посмотрел на свой список наград.

Он посмотрел на карточку специального задания со странным выражением.

Это ведь не очередная цепочка заданий?

Однако он решил не думать о том, что скрывалось за этой карточкой специального задания.

Поскольку всего несколько минут назад он совершил одно из своих самых удивительных достижений на сегодняшний день.

Хотя исследование было интересным, ему нужно сделать перерыв...

На этот раз Лу Чжоу усвоил урок. Он не притронулся к карточке задания. И вместо этого закрыл инвентарь.

Поскольку он не спешил принимать очередное задание, то даже не прикоснулся к кнопке лотереи. Закрыв системную панель, он покинул системное пространство...

…………………….

Постепенно он вновь услышал радостные возгласы вокруг.

Параметры на экране компьютера были такими же стабильными, как и раньше.

Он недолго пробыл в системном пространстве.

Когда Лу Чжоу посмотрел на празднующих исследователей, он улыбнулся и собирался что-то сказать. Однако вдруг почувствовал, как по позвоночнику к его голове распространяется тепло.

Как всегда, когда уровень повышался, система укрепляла его мозг.

Однако на этот раз становилось все жарче и жарче.

Ощутив ненормальную ситуацию, Лу Чжоу недоумевал лишь мгновение, поскольку быстро понял, что происходит.

По его предыдущему опыту, слишком быстрое увеличение уровня создает нагрузку на его мозг. Если он увеличил уровень несколько раз, нагрузка соответственно увеличивается.

На этот раз он шагнул в мир математики 8 уровня. И не только это, но он также поднял уровень физики, материаловедения и инженерного дела...

Головокружение постепенно усилилось, и Лу Чжоу покачал головой, хватаясь за стул рядом с собой, чтобы поддержать себя.

Янь Янь первой заметила, что что-то не так.

Интуиция врача подсказала ей, что Лу Чжоу ведет себя странно.

После этого Ван Пэн тоже заметил странное поведение Лу Чжоу и быстро подошел к нему.

Лу Чжоу заметил, что к нему подходит Ван Пэн.

— Поддержи меня.

Он попытался сказать это, но не услышал собственных слов.

Лу Чжоу протянул руку и попытался схватить Ван Пэна за руку, но его рука прошла прямо через руку Ван Пэна.

Галлюцинации?

На лице Лу Чжоу появилась горькая улыбка.

Разве это не так называемая печаль, созданная счастьем?

Как бы то ни было, оно того стоило.

Самое большее, я отдохну пару дней.

Хотя Лу Чжоу расстроился, что не сможет присутствовать на торжествах позже вечером, он знал, что у него уже давно не было перерывов, и ему пора отдохнуть...

Он чувствовал, что его центр тяжести начал двигаться назад.

Шум вокруг него начал усиливаться.

Наконец, все больше и больше людей стали обращать на него внимание.

Лу Чжоу смутно слышал шаги и некоторые встревоженные крики.

После этого ему показалось, что его положили на носилки или что-то подобное, и он почувствовал мягкое прикосновение к затылку.

Все в его поле зрения покрылось белым туманом, и он вдруг почувствовал усталость и апатию.

Из последних оставшихся сил он вздохнул про себя.

Похоже, я доставлю многим неприятности.

Надеюсь, они будут слишком переживать.

Затем его сознание провалилось во тьму...

Глава 559. Лучший завтрашний день

Раннее утро 31 декабря.

На улицах Вашингтона было тихо.

Рождество — один из десяти важных официальных праздников в США, и праздник продолжался до 5 января следующего года.

Однако не всем настроение позволяло насладиться праздником.

Во всяком случае, один президент не мог.

Он и бюрократы из Белого дома вообще не закрывали глаз всю ночь.

Через несколько часов Китай проведет испытание термоядерного зажигания в Цзянсу, оставив им мало времени.

После того, как Трамп выступил с новогодней речью и опубликовал ее в Twitter вчера вечером, он немедленно провел совещание с высшим руководством. А также договорился о встрече с китайским послом.

Около пяти часов утра черный лимузин припарковался в северо-западной части Вашингтона, около посольства Китая в США.

В сопровождении, все еще в вчерашнем костюме, Трамп прошел в посольство.

— Сразу перейду к делу, — президент жестом велел Хелмсу закрыть за собой дверь. Трамп пристально посмотрел на посла Сунь Вэнькая и серьезно спросил:

— Китай собирается проводить ядерные испытания в Хайчжоу примерно через пять часов. Я прав?

Посол Сунь улыбнулся, словно услышал шутку. Но не стал давать прямого ответа, а просто поставил чашку на стол и поинтересовался:

— Кто вам сказал?

— Не важно, — Трамп, который посчитал, что правильно угадал, положил руки на колени с самодовольной улыбкой на лице. Он агрессивно посмотрел на посла и медленно произнес:

— Согласно договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, все ядерные испытания запрещены. Однако, по данным моей разведки, Китай, судя по всему, нарушает международную конвенцию.

Трамп смотрел на посла и пытался найти следы слабости.

К несчастью, он ничего не обнаружил.

Он не заметил ни капли страха, который хотел видеть...

Посол Сунь сделал глоток чая и медленно ответил:

— Думать, что термоядерные исследования — ядерные испытания, очень интересный способ интерпретации. Если вы не понимаете разницы между этим, почему бы вам не спросить некоторых американских экспертов ядерщиков?

Президент холодно улыбнулся.

Очевидно, он понимал разницу.

Однако он все еще притворялся, что не видит разницу.

— Кто может гарантировать, что вы не врете? Меня не волнует, какой секретный эксперимент вы проводите в районе 900, но международное сообщество нуждается в объяснении. Если вы не делаете ничего противозаконного, то почему бы вам не рассказать о своем эксперименте всему миру?

— Район 900? — Сунь Вэнькай улыбнулся на этот наглый вопрос. — Так вы так его называете?

Президент серьезно заметил:

— Не сбегайте с темы, это серьезное дело.

Сунь Вэнькай перестал улыбаться.

— Я знаю, что вам интересно, что мы там делаем, но нет никакой необходимости втягивать в это международное сообщество. Эксперименты, которые там проводятся, никогда не были секретом. Однако это связано с конфиденциальной технологией, и мы не можем раскрыть всю информацию.

— Мы имеем право подозревать, — равнодушно сказал Трамп.

— Конечно, вы имеете на это право, — Сунь Вэнькай вдруг посмотрел на часы и добавил:

— Господин президент, сейчас пять тридцать.

Президент нахмурился:

— Какие-то проблемы?

Посол Сунь дружелюбно произнес:

— Прежде чем говорить с вами о районе 900, я хотел бы занять полчаса вашего времени.

Президент нахмурился и облокотился на спинку.

— Да? Есть что-то интересное, что вы хотите обсудить?

— Возможно, вам это будет неинтересно, — посол Сунь улыбнулся и потянулся к пульту на кофейном столике. — Но я хочу предложить вам посмотреть вместе телепередачу.

Посмотреть телепередачу?

Трамп впал в ступор.

— Какую?

— Новости на центральном телеканале Китая.

……………………...

31 декабря, 5:50 по североамериканскому времени.

18:50 по пекинскому времени.

Прямо сейчас в студии центрального телеканала телеведущий Го Цян нервно читал программу в руке, делая последние приготовления.

Хотя имелся телесуфлер, который напоминал ему о том, что говорить, как ведущий, он все еще должен иметь полное понимание всей ситуации.

Тем более, что это особенный день.

Это не только последний день 2019 года, но и несколько часов назад в Хайчжоу, провинции Цзянсу, произошло потрясающее событие.

Проект демонстрационного реактора STAR-2, возглавляемый знаменитым лауреатом Нобелевской премии Лу Чжоу, наконец оправдал все ожидания. Сотрудничая с сотнями научно-исследовательских институтов со всей страны, они успешно добились термоядерного зажигания!!

В соответствии с требованиями Коммунистической партии Китая, чтобы гарантировать, что об успехе узнает вся страна. Новостная редакция подготовила четыре плана, чтобы обеспечить беспрепятственную трансляцию этих новостей.

Если бы все прошло хорошо, сегодняшняя передача новостей вошла бы в историю вместе с успехом демонстрационного реактора...

Го Цян — ведущий новостей, который должен рассказать эту информацию всей стране, поэтому на него было большее давление.

Го Цян, сидя перед камерами, глубоко вздохнул. Он воспользовался этой последней парой секунд, чтобы попытаться успокоиться.

Режиссер сидел за камерами и сделал жест в сторону Го Цяна.

— Го Цян, можешь начинать!

— Понял... — Го Цян серьезно кивнул и с улыбкой посмотрел в камеру, которую он практиковал бесчисленное количество раз перед зеркалом.

— Всем добрый вечер. Сейчас 31 декабря, 7 часов вечера...

Как и на множестве репетициях, Го Цян, глядя на телесуфлер, четким голосом прочитал новости.

По сравнению с другими ведущими новостей центрального телеканала, которые часто сидели с серьезными лицами, он предпочитал улыбаться побольше.

В дополнение к тому, что от него исходила спокойная и приветливая аура, он — более харизматичный, чем другие ведущие. Именно поэтому новостная сеть выбрала его в качестве ведущего на сегодняшний вечер.

По словам режиссера, этих новостей ждала не только страна, но и весь мир.

Го Цян — один из представителей страны, поэтому руководство хотело, чтобы он передал новости об эксперименте с термоядерной энергией в дружелюбной и миролюбивой манере.

Мирный подъем Китая не будет основан на принесении в жертву суверенитета других стран.

— Демонстрационный реактор STAR-2  в Тяньване района Хайчжоу завершил свой последний эксперимент по термоядерному зажиганию под руководством главного конструктора Лу Чжоу.

Трансляция переключилась на короткое видео с момента зажигания.

Не было никаких впечатляющих огней или потрясающих звуков. Это обычная комната управления. Ряд размытых экранов и пультов, и человека, нажимающего на кнопку под аплодисменты.

Даже через экраны люди могли прочувствовать гордость за этот волнующий момент.

Го Цян, сидевший в студии, продолжал зачитывать четким и громким голосом.

— Пока работа реактора стабильна, а мощность первого генератора достигла ожидаемого предела в 1000 мегаватт.

— Согласно планам, реактор постепенно подключат к электросети в следующем году. Ожидаемая мощность постепенно достигнет 50 000 мегаватт в следующем году. Демонстрационный реактор удовлетворит большую часть потребностей в электроэнергии нашей провинции Цзянсу...

Загорелась лампочка управляемого термоядерного синтеза.

Возможно, пройдет совсем немного времени, и улицы заполнятся электромобилями.

Может быть, скоро пустыни превратятся в плодородные оазисы.

Возможно, пройдет совсем немного времени, прежде чем эти фантазии постепенно станут реальностью...

Далекое будущее никогда не казалось так близко.

Может быть, настанет день, когда нефть перестанет использоваться в качестве топлива и будет использоваться только в качестве сырья в промышленности.

От Ормузского пролива до Малаккского пролива, от Красного моря до Южно-китайского моря, Китай больше не будет тормозить в энергетике. Их будущее развитие будет такое же длинное, как Млечный путь.

Все это возможно.

Го Цян с гордостью посмотрел на взволнованных ученых на видео и не смог сдержать слез.

В его голосе послышались дрожь и волнение, когда он крепко сжал в руках сценарий.

Он посмотрел на страну через объектив камеры и торжественно объявил:

— Мои сограждане, колесо истории движется вперед, и мы опережаем время.

— Свет управляемого термоядерного синтеза — наша надежда и будущее.

— История запомнит этот тяжелый момент. Он будет помнить тех великих ученых, которые посвятили свою жизнь научным исследованиям!

— И все мы станем свидетелями лучшего завтрашнего дня!

Глава 560. Я тоже хочу стать ученым, когда вырасту

Пекин.

В обычном многоквартирном доме, в пределах третьего транспортного кольца.

Семья из четырех человек сидела за столом и ужинала.

В предыдущие годы с ними сидел бы еще один человек.

Но этот человек был в Хайчжоу, и еще не вернулся.

— Бабушка, а где дедушка? Он не придет есть?

Маленькая девочка с хвостиками наклонила голову и спросила.

Седовласая У Хайянь посмотрела на дорогую внучку и улыбнулась.

— Милая, скучаешь по дедушке?

— Да! — девочка кивнула. — Где дедушка?

У Хайянь с доброй улыбкой погладила девочку по голове и любящим голосом произнесла:

— Твой дедушка выращивает солнце.

Невинно хлопая глазами, девочка с любопытством спросила:

— Выращивает солнце? Можно вырастить солнце?

— Да, — У Хайянь улыбнулась. — Твой дедушка — ученый, нет ничего, что он не мог бы сделать.

Пань Гаоян сидел за обеденным столом и ел. Он посмотрел на дочь и маму, а потом сказал:

— Папа уже вышел на пенсию, почему он все еще так занят? Завтра Новый год.

У Хайянь вздохнула, зная, о чем думал ее сын.

— В конце концов, это мечта твоего отца.

— Я знаю, но он же не должен так много работать, верно?

Хотя он не одобрял поступка своего отца, но действительно понимал отца.

Как и сказала его мама, это мечта его отца, и отец работал над его осуществлением всю свою жизнь.

Однако управляемый термоядерный синтез все еще оставался наукой будущего. Любые передовые исследования трудны.

Даже западные ученые озадачены этим. Это нелегкая задача, чтобы догнать их и оказаться на переднем крае мира.

Стрелки часов наконец показали семь. На заднем плане по телевизору начались новости.

Пань Гаоян давно не смотрел телевизор, поэтому не обращал внимания на новости и не интересовался ими.

Однако вдруг услышал восклицание дочери.

— Ого! Это дедушка! Дедушка по телевизору!

Дедушка по телевизору?

Слова дочери ошеломили Пань Гаояна, и он быстро взглянул на экран.

По телевизору показывали видео из комнаты управления реактора.

Постойте, тот старик в сером пиджаке со слезами на глазах... Разве это не мой отец?

Эксперимент по термоядерному зажиганию?

Подключение к сети в течение года?

Почему я никогда раньше не слышал, чтобы папа говорил об этом?

Это значит... им удалось?

Управляемый термоядерный синтез?!

Пань Гаоянь с потрясением слушал новости.

Его дочь, сидевшая рядом с ним, с любопытством смотрела на экран телевизора и спросила:

— Тот старший брат рядом с дедушкой, это профессор Лу, о котором дедушка всегда говорит?

— Старший брат? — Пань Гаоян на секунду замолчал. Он посмотрел на молодого человека на экране и улыбнулся:

— Да, думаю, это он. Он выглядит довольно молодо.

Его жена, сидевшая рядом с ним, пошутила:

— Посмотри на него, он получил Нобелевскую премию в двадцать с небольшим. А чем ты занимался в его возрасте?

Услышав поддразнивания жены, Пань Гаоян улыбнулся и положил руку ей на плечо:

— А ты забыла? Бегал за тобой.

Цуй Сюэфан посмотрела мужу в глаза, после чего покраснела и отвела взгляд.

— Хватит флиртовать.

Девочка все еще смотрела на экран телевизора. Она вдруг посмотрела на отца и сказала детским, но серьезным голосом:

— Папа, я тоже хочу стать ученым, когда вырасту.

Пань Гаоян улыбнулся и погладил дочь по голове.

-  Ладно, я поддержу все, что ты захочешь! Но быть ученым — не так то просто.

Девочка сжала кулаки.

— Я буду стараться изо всех сил!

Пань Гаоян улыбнулся:

— Неплохо, ты — амбициозна. Раз уж ты так уверена в себе, как насчет того, чтобы сдать следующий экзамен на "отлично"?

………….

Пока шла трансляция новостей, официальный аккаунт Weibo реактора STAR-2, созданный несколько часов назад, написал пост.

Пост был необычайно коротким, он состоял всего из трех слов.

"Мы оправдали ожидания!"

В течение часа после того, как пост был опубликован, несколько СМИ перепостили его и добавили свои комментарии для объяснений.

Загорелся термоядерный свет.

Новость об успешном эксперименте, словно отрастила пару крыльев, полетела с невероятной скоростью по всей стране.

И эта новость потрясла всех.

"Ни хрена себе, управляемый термоядерный синтез!!! Я действительно смог увидеть это в своей жизни!!!"

"Я только проснулся и вижу новости о зажигании термоядерного реактора. В шоке... Кто-нибудь может сказать мне, какой сейчас год, и как долго я спал?"

"Без понятия, что происходит, но это впечатляет!"

"Китай обладает лучшими технологиями! (кулак) (кулак) (кулак)"

"Спасибо всем ученым, которые все еще работают в преддверии праздников!"

"Цзиньлинский университет передает поздравления!"

"Цзянсу поздравляет! Я ожидаю снижение цен на электроэнергию!"

"Чжэцзян поздравляет! Кроме того, человек из Цзянсу, уверен, что наши цены на электроэнергию снизятся."

"Наука наконец-то в горячем!"

"Стоило ли оно того?"

"…"

Все еще наблюдались противоположные мнения, спрашивающие, стоит ли все это того. Они сомневались, что технология действительно так хороша, как говорилось. Они даже сомневались, что термоядерное зажигание было успешным вообще...

Однако это не преобладающие мнения, и они никогда не станут первыми.

Всегда будет уважение к исследованиям будущего.

В конце концов, большинство людей с нетерпением ждут будущего.

Комментариями завалили не только посты СМИ.

После того, как мир узнал, кто главный конструктор, раздел комментариев Лу Чжоу взорвался.

"Бог Лу — потрясающий!"

"666!"

"Пожалуйста, проявите хоть немного уважения! Перестань называть его Богом Лу! Зовите его главным конструктором Лу!"

"Бог Лу вырастил солнце!"

"Он слишком хорош!!!"

"Бог Лу! Бог Лу, ты уже нашел себе подружку? Ты не думал завести парня?"

"???"

И хотя профессор Лу обычно оживленно делился своей радостью с подписчиками, на этот раз он вообще не общался с ними.

Обычно если кто-то называл его красивым в комментариях, он тайком ставил тому лайк...

Но сегодня, независимо от того, какие остроумные комплименты подписчики ни делали Лу Чжоу... Лу Чжоу нигде не появлялся.

Может быть, он слишком занят?

Так посчитало большинство людей.

В конце концов, Лу Чжоу — больше не обычный профессор математики. Он отвечал за научно-исследовательские проекты стоимостью в сотни миллиардов. Особенно после того, как стал главным конструктором проекта управляемого термоядерного синтеза, у него, скорее всего, не так много свободного времени, чтобы тратить его в интернете.

Однако конечно же, Лу Чжоу однажды посмотрит комментарии и улыбнется им, правда ведь?

Так думало большинство людей.

Однако никто не знал, что их герой лежит на больничной койке без сознания...

Глава 561. Я очень разочарован

В действительности, Лу Чжоу зря беспокоился.

Он все еще спал на больничной койке, так что никто не мог устроить праздничную вечеринку без него.

Что же касается его желания не доставлять неприятностей другим...

Очевидно, такое невозможно.

Множество людей заботились о нем.

Сразу же, как он упал, Янь Янь, заметившая его странное поведение, первая бросилась к нему и поддержала его.

После этого бригада армейских медиков тут же ворвалась в комнату управления и положили его на носилки, после чего отправила в Пекин.

Пока его укладывали на носилки, весть о его падении дошла до Пекина, шокировав правительство.

В дополнение к запрету распространения этой новости и взятие под контроль соответствующего персонала, Лу Чжоу сразу же после короткого пребывания в госпитале в военной части, перевели в 301-ю больницу. Бригада медицинских экспертов во главе с академиком приступила к осмотру его состояния.

Однако медицинские результаты оказались весьма неожиданными.

Команда экспертов медиков, состоящая из специалистов по неврологии и вирусологии, не могла поставить диагноз.

Единственное, что подтвердили, то, что Лу Чжоу сильно переутомился за последние дни.

Но врачи не могли определить, стала ли усталость причиной обморока.

Что касается других аспектов...

Даже с помощью оборудования 301 больницы, они не могли обнаружить никаких отклонений.

Такой результат шокировал практически всех.

Даже академик Чжао Чжунцзи, возглавлявший группу врачей, начал подозревать, что приборы сломаны.

В общем, если они не могли поставить диагноз, они не могли начать какое-либо лечение.

Никто не осмеливался сделать выводы, и никто не осмеливался попытаться найти решение.

Это будет большим достижением, если они смогут провести правильное лечение, но если оно будет неудачным, то придется нести ответственность.

В конце концов, они могли только наблюдать, как Лу Чжоу лежит.

В конце концов, хотя его сердцебиение и дыхание были немного слабыми, это не что-то опасное для жизни.

Если он действительно просто переутомился, может ему станет лучше, когда он проснется?

А тем времен в новостях объявили об успехе эксперимента.

Однако в разгар праздника большинство людей на реакторе даже не знали, что главный конструктор Лу упал на рабочем месте.

Большинство людей недоумевали.

Они выиграли тяжелую битву, но не получили даже праздничной вечеринки. Они лишь поужинали и отправились отдыхать. Сотрудники испытывали легкое неудовлетворение.

Академик Ван стоял у здания 301 больницы. Он вздохнул и посмотрел на корпус больницы.

— Мы говорили, что в ночь на Новый год будет праздничный банкет, и что все вернутся домой отпраздновать Новый год. В конце концов мы победили, но наш лидер пал.

— Да, — академик Ли Цзяньан вздохнул. — Молодые умирают раньше стариков… Черт, что ты меня бьешь?

Ван Цзэнгуан пришел в ярость.

— Старый хрен! Повтори еще раз и узнаешь, как я действительно бью!

Медсестры посмотрели на спорящих стариков и отошли в сторону.

Любой, кто мог находиться в западном корпусе 301 больницы, занимает высокие должности.

Не только пациенты в этой больнице имели высокий статус, но и посетители.

Особенно никто не хотел обидеть этих неприглядно выглядящих стариков.

Однако в этот момент со стороны раздался мягкий кашель.

— Что вы делаете?

Оба старика мгновенно остановились.

Академик Ван посмотрел на говорящего и смущенно кашлянул, после чего неловко ответил:

— Мы просто... дурачимся.

…………….

В палате.

Янь Янь виновато посмотрела на Лу Чжоу, который лежал на кровати.

Ван Пэн посмотрел на уведомление на своем телефоне и почесал голову, а потом вздохнул.

— Я так облажался, начальство меня убьет.

Капитан Ян посмотрел на него и просто молча похлопал его по плечу.

Работа Ван Пэна в этот период достойна признания.

Однако он — телохранитель, и лично отвечал за безопасность профессора Лу. Теперь, когда профессор Лу лежал на больничной койке, Ван Пэн ничего не мог поделать.

Он мог лишь взять вину на себя.

— Я в порядке, не утешай меня, — Ван Пэн беспомощно улыбнулся. — Не беспокойтесь обо мне, у вас тоже, скорее всего, проблемы.

Отчего начальство до сих пор не позвонило им?

Скорее всего, потому что еще не закончило отчитывать других.

Как только начальство закончит, настанет их очередь.

Ван Пэн вздохнул и вышел из палаты.

Ногти Янь Янь впивались ей в плоть. Девушка с виноватым взглядом опустила голову.

Как врач, она явно знала, что образ жизни Лу Чжоу — вредный для здоровья. Однако она не стала настаивать на своем. Она должна была заставить его больше есть и больше спать...

Если бы только… Она была более настойчива.

Она прикусила губу и пробормотала хриплым голосом:

— Это все моя вина. Я не делала свою работу.

Ян Гуанбяо сказал:

— Мы — команда, нет смысла обсуждать, чья это вина.

Сейчас ему все равно, какое наказание он получит.

Если профессор проснется, он будет счастлив умереть. Он даже готов застрелиться.

Однако это ничего не решит.

Внезапно дверь палаты распахнулась.

Президент вошел в сопровождении человека в военной форме.

Два человека в палате отдали честь.

Янь Янь прикусила губу и доложила:

— Пока не подавал признаков пробуждения.

Старик немного помолчал, а потом сказал:

— Профессор Лу — национальный герой. Он пал на переднем крае научных исследований. Чего бы это ни стоило, мы должны сделать все возможное и вылечить его!

Руководитель 301 больницы, стоявший рядом с ним, кивнул.

— Понял!

Старик кивнул.

— Также сообщите, если он проснется.

Старик посмотрел на молодого человека на больничной койке и вздохнул. Он развернулся и вышел из палаты.

Руководитель 301 госпиталя тоже ушел, но человек в военной форме остался.

Ян Гуанбяо знал, что его сейчас будут отчитывать, поэтому взял на себя инициативу признать свою вину.

— Это моя вина, я готов...

Янь Янь оборвала его:

— Нет, это моя вина.

— Отставить... — Е Цаньмоу посмотрел на них и спросил:

— Какой смысл спорить об этом? Это разбудит профессора Лу?

В палате воцарилась тишина.

Посмотрев них некоторое время, Е Цаньмоу сказал:

— Я очень разочарован в вас.

Ян Гуанбяо опустил голову и ничего не сказал.

Янь Янь также, в душе она страдала еще сильнее.

— Особенно ты, ты же — медицинский сотрудник. Посмотри, что ты сделала? Видишь, что случилось с твоим подопечным? -  Е Цаньмоу пристально взглянул на Янь Янь. Глядя на дочь своего старого соратника, Е Цаньмоу был глубоко разочарован.

— Я очень разочарован.

Больше не желая ничего говорить, он покачал головой, развернулся и ушел.

Глава 562. Неожиданная радость для президента

Янь Янь, не единственная, подвергалась критике.

За Тихим океаном, в Белом доме, на директора ЦРУ тоже кричали.

— Куча бесполезных!

— Неужели сами китайцы должны рассказывать нам о том, что они делают? Сколько раз это уже случалось?! Скажи мне!

Президент не спал уже 24 часа.

Даже тональный крем не мог прикрыть его круги под глазами.

Однако из-за гнева на лице он вовсе не казался сонным.

Где-то десять часов назад они в Белом доме все еще думали, как остановить китайский эксперимент по управляемому термоядерному синтезу... или хотя бы позволить им присоединиться к нему.

Однако когда он уверенно сел в посольстве, чтобы поговорить об этом, посол Сунь сообщил ему, что эксперимент уже закончился.

К тому же, эксперимент прошел успешно.

Для него это самая ужасная новость.

Увеличение рабочих мест — заявления в его предвыборной кампании. Только выполнив свои обещания и сделав Америку великой вновь, он сможет получить шанс на выборах 2020 года.

Однако Китай первым зажег свет управляемого термоядерного синтеза.

Это не только разрушило его план, но и поставило его в ужасное положение.

Если они не смогут догнать их в этой области в течение следующих трех лет, термоядерные реакторы широко распространятся по всему Китаю. К тому времени у них не останется возможности на конкуренцию.

Торговые тарифы?

Цены на нефть?

В тот момент Китай вообще будет хоть как-то серьезно рассматривать это?

Существует фундаментальное различие между преобразованием всего производства общества и повышением рыночной конкурентоспособности, благодаря техническому прогрессу. Это как улучшенное колесо, которое могло заставить карету двигаться быстрее и стабильнее, но никогда не догонит бензиновый автомобиль.

Джина стояла рядом с столом и начала терпеливо объяснять:

— Я признаю, что это вина нашего отдела, но вина не полностью лежит на сотрудниках нашей разведки... Весь Хайчжоу тщательно охраняется. За каждым иностранцем следят. Новость о зажигании термоядерного реактора предоставили наши союзники в Азии с большими рисками... Однако никто не ожидал, что они проведут эксперимент за день до Нового года, а не в день Нового года.

Все это произошло слишком быстро.

Любая разведывательная сеть требует время для создания.

А когда другая сторона предпринимает контрразведывательные меры предосторожности, становится особенно трудно раздобыть сведения.

Проект существовал меньше года.

Никто не предполагал, что Китай будет развиваться так быстро.

Тем более, что ИТЭР работал над этим проектом уже более 20 лет. К тому же, не только Белый дом считал, что Китай не сможет завершить этот проект так быстро, даже несколько национальных лабораторий и академиков энергетиков считали, что это невозможно.

Большинство считали, что с выходом из ИТЭР, Китай потерял свою единственную возможность.

Однако все оказалось в точности наоборот.

Это не они остались позади.

Это весь мир остался позади...

Однако президент не захотел слушать объяснения.

— Идите к черту.

Лицо Джины побелело, но она не могла ничего сказать.

Внезапно за дверью послышались шаги.

В дверях появились Хелмс и госсекретарь США Майк Помпео.

Джина и президент посмотрели на них.

Джина прищурилась и злобно уставилась на Хелмса.

Словно спрашивая его, как ему хватило наглости появиться здесь.

Хелмс невольно вздрогнул. Он уже собирался начать объяснять, но Майк похлопал его по плечу.

Потом Майк посмотрел на президента и улыбнулся.

— Ситуация не так плоха, как мы думали. Есть и хорошие новости.

Президент фыркнул.

— Да? Даже не могу представить, что еще может быть хорошим сейчас.

— Конечно, хорошие новости есть... — Майк улыбнулся и посмотрел на Хелмса. — Мгновение назад Хелмс исправил свою ошибку. Хелмс, сообщите президенту ваши хорошие новости.

Хелмс посмотрел на Джину, нервно кашлянул и быстро заговорил:

— Два часа назад, согласно нашим осведомителям из Китая... Главный конструктор проекта демонстрационного реактора Лу Чжоу потерял сознание. В настоящее время он находится в отделении интенсивной терапии 301 больницы. Даже если мы не знаем его конкретных симптомов и причины комы, не исключена возможность, что он может перейти в вегетативное состояние.

Новость ошеломила президента, как и директора ЦРУ.

Лу Чжоу… потерял сознание? Находится в коме?

Может остаться навсегда в вегетативном состоянии?

Президент мгновенно взволнованно вскочил. Он даже стукнул кулаком по столу.

— Ха-ха-ха! Молодец, похоже, удача все еще на нашей стороне!

Однако поскольку технология управляемого термоядерного синтеза уже изобретена, Лу Чжоу — больше не такой важный актив.

Но президент все равно не мог не чувствовать волнения.

Этот надоедливый парень наконец-то свалил.

Надеюсь, Лу Чжоу никогда не проснется!

Увидев, что президент в хорошем настроении, Хелмс вздохнул с облегчением, а потом сказал:

— Я все еще думаю, что мы пренебрегаем самым важным человеком Китая в области термоядерного синтеза. Мы недостаточно уделяем ему внимание.

— Согласно моим исследованиям, профессор Лу является неотъемлемой частью всего проекта. Он собрал десятки исследовательских подразделений не только благодаря помощи правительства, но и благодаря личному академическому престижу. У него есть предельно четкое представление о реализации технологии управляемого термоядерного синтеза.

— Если его здоровье станет проблемой, то термоядерная промышленность Китая, несомненно, остановится. По словам главы Ливерморской национальной лаборатории, несмотря на то, что Китай взял на себя ведущую роль в управляемом термоядерном синтезе, они не так уж далеко опередили нас. К тому же, наши европейские союзники все еще стремятся к термоядерной энергии. Они слишком долго зависели от ресурсов России. Пока мы будем вместе, у нас есть шанс наверстать упущенное.

Им лишь требуется немного времени.

Эти слова обрадовали всех.

Госсекретарь улыбнулся и сказал:

— Я знал, что во всем этом есть и светлая сторона. У меня появилась блестящая идея. Поскольку новость о обмороке Лу Чжоу все еще секретна, мы можем опубликовать ее в небольшой газете и проверить реакцию Китая.

Президент спросил:

— Что потом?

Майк улыбнулся:

— Потом мы сможем использовать его здоровье как предлог, чтобы немного надавить на них, а после...

В мире нет непроницаемых стен.

В век информационных технологий ничто не могло храниться в тайне вечно.

Будь то хорошее или плохое.

Рано или поздно, все всплывает на поверхность.

На следующий день на четвертой странице "Вашингтон стар" появилась необычная статья.

Лу Чжоу, бывший профессор математики Принстона и лауреат Нобелевской премии, ответственный за китайский проект управляемого термоядерного синтеза, упал в обморок из-за переутомления.

Эта новость не вызвала большого переполоха в США. Большинство даже не заметило ее.

Так до тех пор, пока эта новость не распространилась по Твиттеру и не попала в Китай через океан.

Весть о том, что Лу Чжоу лежит в коме, стала известна китайскому народу...

Глава 563. Где мой телефон?

Как только новость распространилась по всей стране, поднялся шум.

Прошло три дня с момента термоядерного зажигания демонстрационного реактора.

Однако только теперь они узнали, что главный конструктор Лу упал в обморок.

На самом деле, поскольку на площадке реактора не было ни праздничной вечеринки, ни благодарственной конференции, многие поняли, что что-то не так.

Однако большинство из них просто думали, что с реактором какие-то проблемы. Они не думали, что дело в здоровье Лу Чжоу.

И теперь новость о Лу Чжоу всех сбила с толку.

На самом деле начальство не собиралось вечно держать в секрете состояние Лу Чжоу. Они даже подготовили речь для пресс-релиза.

Просто никто не ожидал, что он пробудет в коме так долго. Прошло уже несколько дней, а он так и не показал никаких признаков пробуждения.

Учитывая изменение общественного мнения, больше не было смысла держать это в секрете.

Китай наконец подтвердил эту новость.

Евриуан Дэйли первыми рассказали об этом.

Пресс-релиз переработали и опубликовали на первой странице газеты.

"Профессор Лу, главный конструктор китайского проекта управляемого термоядерного синтеза, лауреат Нобелевской премии и Филдсовской премии. После успешного термоядерного зажигания демонстрационного реактора, из-за переутомления упал в обморок...

По словам его коллег, в самые трудные периоды исследований он неделями оставался в кабинете и часто даже пропускал обед.

Он — факел, тратящий свою молодость, чтобы осветить путь для нации. Он — свеча, горящая во имя научных исследований...

Мы молимся о его выздоровлении."

В газете разместили изображение свечи.

Очень редко, когда в газете молились о здоровье определенного человека.

Редакторы и читатели с грустью читали статью.

Термоядерное зажигание прошло успешно.

Изначально предполагалось, что это будет счастливый момент.

В этот момент Лу Чжоу должен был сидеть со своей семьей и праздновать, но он сгорел.

Возможно, он давно сгорел.

Однако он все еще стоял там, упорствуя до конца, до термоядерного зажигания...

Удивительно, но никто не злорадствовал.

Даже когда демонстрационный реактор стал успешным, много людей ставили под сомнения успех.

Но в этот момент любой с хоть каплей ума понимал, что нельзя злорадствовать на подобную щекотливую тему.

В официальном аккаунте Евриуан Дэйли в Weibo, в разделе комментариев, стояли множество свечей.

"(свечка) (свечка)..."

"Желаю ему скорейшего выздоровления! (свечка)"

"Надеюсь, он очнется как можно скорее.(свечка)"

"..."

……………………….

В то же время международное сообщество также обсуждало этот вопрос.

Американский представитель заявил:

— Профессор Лу Чжоу — достояние человечества. За его здоровье отвечает не только Китай. Если Китай не сможет вылечить его, я предлагаю отправить его в госпиталь Джона Хопкинса в Мэриленде. Там он получит самое лучшее лечение.

Французский представитель оборвал его:

— В больнице Сен-Жозеф работают ведущие мировые специалисты в области нейрохирургии. Мы готовы оплатить все медицинские расходы профессора Лу, и мы позаботимся о том, чтобы он получил лучшее лечение!

Британский представитель прервал французского представителя:

— Больница Сен-Жозеф? Где это? Шутите? Лондонский Королевский госпиталь в миллион раз лучше.

За столом переговоров шел яростный спор.

Наконец китайский представитель встал и прервал его.

— Из-за нашей заботы о безопасности профессора Лу, если это будет не его собственное желание, мы не согласимся.

Американский представитель сказал:

— Я надеюсь, что вы хорошо заботитесь о здоровье Лу Чжоу.

— Мы бы плохо позаботились о нем, если бы отправили его к вам.

— Что вы имеете в виду?

— Вы меня прекрасно поняли.

Не только различные правительства, но и Всемирная организация здравоохранения выразила готовность бесплатно направить в Пекин медицинскую бригаду и оказать медицинскую помощь выдающемуся ученому.

Наконец, Китай пошел на уступки в этом вопросе.

В конце концов, из всех стран Китай, больше всех хотел, чтобы Лу Чжоу проснулся.

Поскольку отечественные специалисты не могли решить проблему, было бы неплохо проконсультироваться с зарубежными экспертами.

Группа экспертов Всемирной организации здравоохранения, несомненно, лучший выбор, чем группа экспертов из одной страны.

Хотя нельзя исключить вероятность шпионажа, это все легко проконтролировать.

Таким образом, группа медицинских экспертов отправилась из Женевы в Китай.

Однако, к удивлению, выводы международных экспертов оказались не лучше китайских. Даже самые уважаемые нейрохирурги не могли диагностировать состояние Лу Чжоу.

Свое мнение высказал академик Кастин из Великобритании.

— Лично я считаю, что это очень интересный медицинский феномен. Его даже можно использовать в качестве примера в будущих учебниках.

Академик Чжао Чжунцзи сказал:

— Да?

Академик Кастин взволнованно кивнул.

— Да, его тело в норме. Словно он только заснул, но не может проснуться. Если мы сможем выяснить причины, это может стать открытием, достойным Нобелевской премии.

До того, как он приехал в Китай, он рассматривал это только как политическую задачу, чтобы заслужить некоторую добрую волю Китая. В конце концов, Английское королевское общество обещало ему значительное финансирование исследований.

Однако теперь эта ситуация заинтересовала его.

Академику Чжао Чжунцзи также было любопытно, что же это за открытие уровня Нобелевской премии. Но его больше беспокоило здоровье Лу Чжоу.

Даже десять Нобелевских премий не могли сравниться с жизнью ученого.

— Если вы осмелитесь провести над ним какой-нибудь эксперимент, клянусь, вы больше никогда не сможете проводить эксперименты.

Академик Кастин неловко улыбнулся и попытался успокоить собеседника.

— Не нервничайте… Я просто пошутил.

Хотя по его лицу читалось, что это вовсе не шутки.

……………………………………………...

У многонациональной группы медиков не появлялось хороших идей. Не говоря уже о том, что Китай на самом деле не доверял им, и лечение Лу Чжоу становилось все более и более сложным.

К счастью, его состояние не ухудшилось.

Но многие люди все еще беспокоились о нем.

Единственным человеком, который не волновался, был сам Лу Чжоу.

20 января за окном дул снег, оставляя на окнах белый след.

Китайский Новый год наступит через четыре дня.

Лу Чжоу все еще лежал на больничной койке с аппаратом искусственной вентиляции легких. Он выглядел таким же спокойным, как всегда, и можно даже услышать его дыхание.

Янь Янь сидела рядом с кроватью, с глазами, полными слез. Она вспомнила, как несколько дней назад столкнулась с разъяренным отцом, который захлопнул дверь у нее перед носом. И слова своего отца.

— Убирайся! У меня нет такой дочери!

Её отец долго служил в армии. Она родилась очень поздно, и сейчас он уже на пенсии.

Для человека, посвятившего всю свою жизнь своей стране, нет ничего важнее интересов страны.

Даже его собственная дочь.

Она знала, почему ее отец пребывал в такой ярости, но к ней так еще никогда не относились.

Янь Янь глубоко вздохнула и заплакала.

В конце концов, ей — всего двадцать.

Она думала, что уже взрослая, но, похоже, еще слишком молода.

Может быть, потому что ее жизнь шла слишком гладко или ее достижения сделали ее слишком высокомерной... У нее всегда была иллюзия, что она может справиться со всем...

Взявшись за это задание, она даже не думала о возможности провала.

Уткнувшись головой в ладони, она сидела.

Однако пока она крутилась в водовороте самообвинения, сбоку послышался кашель.

После этого сбоку раздался обнадеживающий голос:

— Телефон... Где мой телефон?

Глава 564. Спасибо!

— Почему ты плачешь?

Лу Чжоу, который после некоторой возни смог снять респиратор, уставился на Янь Янь с красными и опухшими глазами.

Он только проснулся и был немного растерян. Он не мог вспомнить, обижал ли ее или нет.

То ли от волнения или от чего-то еще... глаза Янь Янь стали еще краснее.

Янь Янь вытерла лицо руками, она больше не могла сдерживать слезы, как раньше, благодаря своему характеру. Большие слезы градом покатились по ее щекам.

— Я думала... Я думала, ты никогда не проснешься.

За последние две недели ее много раз отчитывали, из-за чего она страдала.

Даже...

Даже ее собственный отец не хотел ее видеть.

— ...

Хотя Лу Чжоу тронула ее забота о нем, он переживал, что если кто-то войдет в комнату в этот момент, то возникнет недоразумение.

Лу Чжоу не знал, стоит ли утешать ее. Он немного поколебался, прежде чем решил не делать этого.

В конце концов, она — уже взрослая. Вероятно, она не нуждалась в его утешении.

Поэтому он кашлянул и повторил свою просьбу:

— Ты не могла бы принести мне мой телефон?

— Телефон, телефон?

— Мой телефон, только не говори мне, что он разрядился, — Лу Чжоу попытался поднять руку, но понял, что у него совершенно нет сил.

Похоже, он действительно проспал очень долго, все его мышцы ослабли.

Хотя ему делали массаж, чтобы предотвратить атрофию мышц, все еще невозможно полностью избежать последствий.

Но с учетом метаболизма его организма, для полного выздоровления потребуется всего пару дней.

Возможно даже не дней, а часов.

Конечно, он хотел сохранить возможности своего тела в секрете.

Лу Чжоу все еще с оптимизмом смотрел на ситуацию.

Эксперимент успешно завершился, и нагрузка на его организм спала. Неплохо будет провести несколько дней в высококлассной больнице и, наконец, немного отдохнуть.

— Я принесу его прямо сейчас.

Услышав просьбу Лу Чжоу, Янь Янь тут же встала и направилась к шкафу.

Личные вещи Лу Чжоу убрали в шкаф, включая его телефон и записную книжку, в которой он делал заметки для вдохновения. Никто не осмелился трогать его вещи.

По пути за телефоном Лу Чжоу, Янь Янь позвонила и доложила начальству о состоянии Лу Чжоу. После чего отдала Лу Чжоу его телефон.

— Вот.

— Спасибо.

Лу Чжоу немедленно разблокировал свой телефон. Когда увидел, что у него все еще осталось 21% батареи, он вздохнул с облегчением.

Но когда взглянул на дату, у него чуть не выскочили глаза.

Что за?

Я проспал почти месяц?!

Только сейчас Лу Чжоу вспомнил, что он улучшил свой телефон с прорывом в технологии литий-серных аккумуляторов. Полмесяца в режиме ожидания — вообще не проблема.

Из-за своего обсессивно-компульсивного расстройства он обычно заряжал свой телефон каждый день. Поэтому вообще не замечал последствий обновления батареи.

Лу Чжоу посмотрел на дату на телефоне и почувствовал некоторое облегчение.

Если бы я улучшил еще один предмет, то проспал бы еще несколько дней. Если бы проспал Китайский Новый год, все бы подумали, что я умер. Написали бы некролог...

На самом деле, учитывая все факторы, некролог о Лу Чжоу в постоянном вегетативном состоянии уже написали. Однако, вне зависимости от ситуации, он не сможет прочесть его.

Внезапно на его телефоне появилась куча уведомлений Weibo.

Лу Чжоу посмотрел на них и впал в ступор, а потом подсознательно открыл их.

Затем его ошеломило.

"Все, помолимся вместе."

"Бог Лу! Не оставляй нас! (плач)(плач)"

"(свечка) (свечка) (свечка)"

"Господь, пожалуйста, помоги нам."

А?

Хотя его тронула забота стольких людей, но эмодзи в виде свечек настораживали его.

Янь Янь испугалась, что Лу Чжоу упадет снова в обморок от такого, поэтому быстро объяснила:

— Все беспокоятся о тебе... — словно поняв, что этого недостаточно для утешения, она добавила:

— Это… способ молиться за тебя.

— Думаешь, я первый раз зашел в интернет?

Янь Янь улыбнулась и больше ничего не сказала.

……………………..

Помимо сообщений подписчиков, он получил много пропущенных звонков.

Например, от невысокой девушки из далекого Принстона.

"Профессор, где ты?"

"Ты заболел?!"

"Я сейчас в Пекине."

"Я не могу попасть к тебе..."

"Моя виза истекла, я должна вернуться в Принстон... Если ты проснешься, пожалуйста, скажи мне."

Читая эту цепочку сообщений, Лу Чжоу испытал смешанные эмоции.

Он помолчал немного и написал ответ.

"Я в порядке. Теперь мне лучше. Не беспокойся."

Лу Чжоу нажал "отправить" и вздохнул. Он бросил телефон на столик рядом с кроватью.

Никто никогда не признавался ему в любви раньше.

Честно говоря, хотя с тех пор прошло много времени, он все еще не знал, как с этим справиться.

Если бы…

Эмоции были так же просты, как математика.

Янь Янь заметила смешанные эмоции на лице Лу Чжоу и сразу же подумала, что он плохо себя чувствует.

— Что случилось? Тебе плохо?

— Доктор Янь, могу я задать тебе личный вопрос?

Янь Янь кивнула:

— Спрашивайте.

— У тебя есть парень?

Услышав этот вопрос, Янь Янь покраснела.

П-п-парень?

Зачем ты спрашиваешь?

У меня его нет...

Может быть, он...

Янь Янь пребывала в растерянности, и она украдкой посмотрела на Лу Чжоу.

Она никогда не думала о том, чтобы быть с ученым.

Но теперь, когда она пристальнее вгляделась в его лицо...

На самом деле, он привлекательный...

Нет, он и правда довольно красив.

Особенно когда сосредоточен на своих исследованиях, у него своеобразный шарм...

Стоп, почему я так четко помню, какой он за исследованиями?

Янь Янь посмотрела на падающий за окном снег. Ее щеки горели, словно она вот-вот получит тепловой удар.

Притворившись спокойной, она ответила медленно, словно робот:

— У. Меня. Нет.

— Правда? — Лу Чжоу вздохнул и почувствовал легкое разочарование. — Тогда забудь.

Бесполезно советоваться с ней.

Я должен посоветоваться с кем-то более опытным, когда дело доходит до отношений.

У кого мне спросить совета?

Брата Фэя? Ло Вэньсюаня? У них есть опыт, но ситуации немного другие.

Сложно...

Янь Янь недоумевала.

Постой, что забудь?

Ты не договоришь?

Закончи свой вопрос!

Как раз в тот момент, когда она собиралась спросить Лу Чжоу, дверь распахнулась.

В дверях появился радостный старик в сопровождении человека в военной форме.

Когда Янь Янь увидела этих двоих, она тут же выпрямилась и отдала честь.

Старик улыбнулся и кивнул ей, показывая, что она не должна быть такой серьезной. Он даже пошутил.

— Я вам помешал?

Все еще с красными щеками Янь Янь быстро ответила:

-  Нет, конечно нет...

— ...

Лу Чжоу стало интересно, что с ней.

Старик улыбнулся и покачал головой.

— Девушка, пожалуйста, извините нас, мне нужно кое-что сказать профессору Лу.

— Хорошо.

Янь Янь кивнула и поспешно удалилась.

Старик посмотрел на Лу Чжоу и немного помолчал, потом торжественно сказал:

— Профессор Лу, я очень рад, что вы проснулись.

— Прямо сейчас, от имени всей страны, от имени 1,4 миллиарда человек, я хотел бы сказать... Спасибо!

— Спасибо за ваш вклад!

Глава 565. Планирование будущего

Увидев серьезное лицо старика, Лу Чжоу немного опешил, а потом с улыбкой ответил:

— Не надо благодарности, я просто сделал то, что должен был сделать как ученый.

Для него просто интересно изучать подобные сложные проблемы.

Это, похоже, на решение математической задачи.

Будь это исследование неизвестного или удовлетворение от выхода из лабиринта, все это делало его счастливым.

Ему все равно, что думают другие, это его мнение.

И оно никогда не менялось.

Поэтому, даже без давления со стороны задания системы, он все равно бы изо всех сил старался принести миру термоядерную энергию.

Просто без давления от системы это было бы не так быстро.

— Для нашей страны большая честь иметь такого ученого!

Лу Чжоу смущенно ответил:

— Вы слишком добры. Если бы другие люди не помогали и, если бы не поддержка правительства, было бы невозможно достичь этого собственными силами.

Старик улыбнулся и ничего не сказал.

Хотя Манхэттенский проект — результат совместного усилия тысяч людей, никто не будет игнорировать важность Роберта Оппенгеймера.

После небольшого молчания старик сказал:

— В любом случае, вы — герой нашей страны. Если у вас есть какие-либо пожелания, пожалуйста, скажите мне.

Лу Чжоу немного подумал и улыбнулся.

— Это сколько не просьба, сколько предложение.

Старик вновь стал серьезным:

— Профессор Лу, пожалуйста, продолжайте.

— Прорыв в управляемом термоядерном синтезе неизбежно повлияет на традиционную энергетику. Если последствия не учесть должным образом, они станут препятствием для улучшения жизни общества.

Старик улыбнулся:

— Профессор Лу, будьте уверены. У нас нет таких проблем.

Китай отличался от западных стран.

В нем нет такого понятия, как энергетические гиганты.

Будь то нефтяные компании или государственная энергетическая корпорация Китая, хотя технически они являются публичными компаниями, все они принадлежали государству.

В конце концов, социалистическая рыночная экономика служит не только деньгам.

Перед высшими интересами есть только два варианта. Можно либо следовать за ходом истории, либо остаться позади.

Это включает, но не ограничивалось деньгами.

Лу Чжоу кивнул на слова старика.

Поскольку старик уже думал над этой проблемой, ему не нужно больше ничего говорить.

Как сбалансировать интересы сторон, как правильно расположить работников угольной энергетики...  Подобные темы относятся к социологии и экономики. Он не хотел слишком много говорить о них. Он считал, что в этой области полно специалистов, знающих больше его.

Его интересовали только исследования, которые его интересовали.

Поэтому если по первому вопросу он просто сделал напоминание, то действительно он хотел поговорить о втором.

Лу Чжоу помолчал немного и сказал:

— Второе касается управляемого термоядерного синтеза.

— Профессор Лу, продолжайте.

Лежа на мягкой подушке, Лу Чжоу смотрел в потолок больничной палаты и приводил в порядок свои мысли.

— Прямо сейчас управляемый термоядерный синтез использует тритий и дейтерий в качестве топлива. Технология движется к коммерциализации. Однако независимо от того, насколько эффективна самоподдерживающаяся термоядерная реакция, неизбежны потери трития.

— Следовательно, в научном мире есть идея использовать дейтерий и гелий-2 в качестве реагентов для проведения реакции синтеза. При слиянии гелия-3 вместо нейтронов образуются электроны. Поэтому потери реагентов — ниже, и можно выделять больше энергии.

Старик не мог угнаться за ходом мысли Лу Чжоу. Он нахмурился и переспросил:

— Гелий-3?

Лу Чжоу кивнул и пояснил:

— Если вы не понимаете, то представьте текущий реактор на дейтерии-тритии как сжигание угля, в то время как синтез гелия похож на сжигание нефти.

Это довольно абстрактный пример.

С научной точки зрения, он — не строгий, но понятен для простых людей.

— Синтез гелия-3, не что-то легко осуществимое?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Однозначно, нет.

Чем сильнее заряжено ядро, тем сильнее кулоновское отталкивание, и тем больше кинетическая энергия, необходимая для слияния ядра.

Согласно теоретическим расчетам, ядерное сечение реакции синтеза дейтерий-тритий в несколько раз больше ядерного сечения реакции синтеза дейтерий-гелий-3. Это означало, что критерий Лоусона для достижения термоядерной реакции может быть на миллиарды градусов выше для синтеза гелия.

При текущих технологиях, использовать гелий-3 в качестве топлива для термоядерных реакторов невозможно.

Поэтому гелий широко рассматривался как идеальное топливо для следующего поколения термоядерных реакторов.

Старик немного помолчал и сказал:

— Но затраты на получения энергии из дейтерия и трития уже достаточно низки, и они неисчерпаемы в течение сотен лет. Действительно ли мы должны развивать технологию гелия-3 сейчас?

— Думаю, что это необходимо.

— Да?

— Реакция синтеза гелия-3 не производит нейтронов, что делает ее более безопасной, чем реакция дейтерия-трития. Глядя на это с инженерной точки зрения, это единственный возможный способ уменьшить вес и размеры термоядерного реактора. Кроме того, термоядерный реактор уже достиг зажигания. Следующее поколение термоядерных реакторов будет создано не позднее, чем через 20 лет.

Это уже не индустриальная эпоха. Ни одна технология не может оставаться в секрете вечно.

Даже если другие страны сделают более плохую схему управления и материалы, они могли бы достичь аналогичного результата. Это как с атомной бомбой, отстающий всегда шел более гладкой дорогой, чем первый.

Чтобы сохранить преимущество, нужно не закрывать двери, а идти впереди других.

Старик серьезно спросил:

— Тогда что вы предлагаете?

— Возобновить программу пилотируемой посадки на Луну.

Конечно, этого недостаточно.

Лучше всего будет создать на Луне постоянную исследовательскую станцию и колонизировать космос...

Старик не поспевал за мыслями Лу Чжоу.

— Почему мы перешли к космосу?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Гелий-3 чрезвычайно редок на земле, и не подходит в качестве промышленного топлива. Однако Луна обладает богатым запасом гелия-3. Если мы хотим всегда двигаться вперед, мы должны быть впереди других. Будь то в технологиях или сырье.

Старик задумчиво кивнул.

Видя, что старик понял его идеи, Лу Чжоу продолжил:

— Энергетическая проблема решена. Мы получили билет в космическую эру на десять или даже двадцать лет вперед. Мы ближе к будущему, чем кто-либо другой. Жаль было бы не воспользоваться этим преимуществом. Наши текущие интересы важны, но мы также должны смотреть на будущее. Небо над нами однажды станет новым Персидским заливом. Не только энергия, но и неисчерпаемые полезные ископаемые. От Земли до Луны, и до более далеких звезд. Это будет нашим трамплином во Вселенную. Тот, кто овладеет звездной системой, тот овладеет будущим!

По сравнению с международной политикой и финансовыми рынками, как ученый, Лу Чжоу гораздо больше озабочен далеким будущим.

Хотя план в его голове нельзя реализовать в эту эпоху, это не помешает ему реализовывать его.

Он верил, что однажды увидит, как его идеи воплотятся в жизнь.

Даже, если он не сможет их узреть, кто-нибудь другой их увидит.

Слова парня тронули старика.

— Мы рассмотрим ваше предложение.

Старик посмотрел на часы и увидел, что уже поздно, поэтому встал со стула.

Он вдруг что-то вспомнил и спокойно сказал:

— Я приехал сюда, чтобы навестить вас. Не ожидал, что буду говорить с пациентом о государственных делах. Кстати, профессор Лу, вы не собираетесь подумать о себе?

— Себе?

— Да.

С самого начала старика интересовало, что хочет Лу Чжоу.

Пока это в пределах возможностей старика, он будет стараться изо всех сил удовлетворить потребности Лу Чжоу.

Однако Лу Чжоу в очередной раз удивил его.

Лу Чжоу посмотрел на потолок и улыбнулся:

— Это трудный вопрос. Я, правда, ничего не хочу... На самом деле, мне сейчас всего хватает. Есть только одно, чего я хочу за пределами исследований, это увидеть, как мои результаты исследований используются должным образом.

Старик торжественно кивнул.

— Я могу заверить вас в этом.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ну что ж, я рад это слышать.

Глава 566. Где стрим?

Почти сразу же, как ушел старик, дверь палаты вновь открылась и вошла группа людей.

-  Брат!

Сяо Тон, вся в слезах, бросилась к брату, но ее остановила Янь Янь.

— Он все еще очень слаб.

— Вообще-то, я в порядке...

— Нет, это не так.

— ...

Чэнь Юйшань присела на край кровати и с беспокойством посмотрела на Лу Чжоу.

— Ты, наконец, проснулся.

Лу Чжоу выдавил улыбку:

— Ну… я немножко заспался.

Глаза Чэнь Юйшань наполнились слезами, но она с облегчением улыбнулась.

— Не говори так, словно умираешь.

Янь Янь держала Сяо Тон. Смотрела на Лу Чжоу и Чэнь Юйшан. Внезапно на ее лице появилось удивление.

Лу Чжоу беспомощно посмотрел на своих родителей.

Фан Мэй посмотрела на сына и сказала со слезами на глазах:

— Ты, наконец, проснулся… Ты даже не представляешь, как мы с твоим отцом волновались.

Лу Чжоу вздохнул.

— Простите, что заставил вас волноваться.

Его семья беспокоилась о нем больше всего.

Поэтому он чувствовал себя виноватым перед ними.

Его отец посмотрел на сына, лежащего на больничной койке, и ему, казалось, было что сказать. Однако, в конце концов, он просто вздохнул:

— Береги свое тело, не переутомляйся... Кого волнует эта термоядерная фигня, я хочу видеть тебя здоровым. Не спать неделями, как так?

Лу Чжоу кашлянул:

— Это просто несчастный случай.

Кто сказал, что я не спал неделями?

Это преувеличение.

— Проспать больше двадцати дней — несчастный случай? — его отец свирепо на него посмотрел. — Вставай и иди на обследования! Только не говори, что у тебя радиационное облучение или что-то подобное! Я видел это в ленте новостей у друзей, это повлияет и на потомство!

— Будь уверен, термоядерный синтез безопасен, поэтому не переживай, — Лу Чжоу догадался, что его отец наткнулся на какие-то фальшивые новости в новостной ленте, поэтому кашлянул и добавил:

— Я уже обследовался.

Множество медицинского оборудования проверяло его, пока он спал.

На самом деле, ему самому очень любопытно, могло ли оборудование в больнице найти отклонения в его теле. Если возможно, он хотел бы взять медицинские данные и изучить их самому.

Однако также знал, что это бесполезно.

— А, ты уже обследовался, — отец посмотрел на сына и сказал:

— Тогда отдохни хорошенько и постарайся прийти в себя. Не переутомляйся в следующий раз...

Лу Чжоу с сожалением сказал:

— Мне очень жаль.

Время посещения пациента ограничено десятью минутами.

Члены семьи не освобождались от этого правила.

После того, как они ушли, Янь Янь отвезла Лу Чжоу в инвалидном кресле в соседний кабинет для осмотра, а затем заставила его сделать несколько реабилитационных упражнений. После этого отправила его обратно в палату, чтобы он снова лег.

Лу Чжоу долгое время находился в коме.

Даже Супермен не смог сразу бы восстановиться.

Хотя его тело — в хорошем состоянии, ему все еще требовалось некоторое время, чтобы его мышцы восстановились.

И хотя Лу Чжоу чувствовал, что он, по большей части, выздоровел, очевидно другие так не думали.

Будь это врачи 301 больницы или приглашенная группа медиков, ответственная за его диагноз, все они предложили ему остаться в больнице, по крайней мере, еще на месяц. Это делалось специально, чтобы они могли подтвердить, что нет никаких других симптомов болезни.

В результате, он не сможет отпраздновать китайский Новый год дома.

Однако Лу Чжоу не слишком расстраивался.

Его родители и Сяо Тон находились рядом.

Для него дом там, где его семья.

Небо за окном становилось все темнее.

Лу Чжоу взял свой телефон с тумбочки и собирался ответить тем, кто заботился о нем.

Однако, открыв Weibo, увидел, что его подписчики веселятся.

"Ради Бога Лу я готов оставаться одиноким десять лет, чтобы он проснулся прямо сейчас."

"Если Бог Лу проснется прямо сейчас, я буду бегать голышом по улицам."

"Если Бог Лу проснется, я съем килограмм дерьма!"

"Я буду плавать в канализации!"

Лу Чжоу больше не мог выносить этот бред.

Эти придурки, правда, беспокоятся обо мне?

Не в силах терпеть это, Лу Чжоу напечатал сообщение.

"Где стрим заплыва?"

Прошло меньше пяти минут, как его страница в Weibo взорвалась комментариями...

……………………..

Из-за этого сообщения в Weibo новость о том, что Лу Чжоу проснулся, распространилась как лесной пожар. Кто-то был взволнован, кто-то разочарован. В любом случае, это не имело к нему никакого отношения.

Кроме того, поскольку скоро китайский Новый год, к нему приходило много людей.

Помимо знакомых, приходили и незнакомцы.

Среди них, в основном, были чиновники.

Хотя чиновники обычно не пытались установить связи с учеными, ценить и уважать — совершенно два разных понятия.

Ученый такого уровня — совершенно другое дело.

В определенной степени мнение Лу Чжоу может влиять на решения высокопоставленных правительственных чиновников.

Уже одно это давало людям повод посещать его.

Однако это вызывало у Лу Чжоу головную боль...

Академик Лу сидел на табурете у кровати. Он присутствовал на конференции в Пекине и еще не успел уехать. Он пришел навестить Лу Чжоу, и даже принес пакет мандаринов.

Академик Лу, чистя мандарины, улыбнулся и сказал:

— Позавчера мой старый одноклассник из Министерства образования рассказывал мне, что на последнем их заседании обсуждался вопрос о том, следует ли включить твою историю в учебники начальной школы.

— Пожалуйста, не надо… Слишком смущает.

— О, ты еще можешь смущаться? — академик Лу положил очищенный мандарин в руку Лу Чжоу. — Съешь его, доктор сказал, что ты недавно проснулся, и все еще выздоравливаешь. Фрукты полезны для здоровья. Боюсь, что ты не можешь очистить мандарин сам, поэтому я очистил его для тебя.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Я все еще в состоянии чистить мандарины.

Даже если он не сможет, полно медсестер, которые готовы помочь ему.

— Ты должен оставаться в постели и постараться оправиться как можно скорее. После Нового года тебя ждет еще церемония награждения. Я думаю, тебе не стоит возвращаться домой в этом году, просто оставайся в Пекине.

Лу Чжоу ел мандарины с беспомощным лицом.

— Даже если захочу вернуться, больница не отпустит меня.

Академик Лу улыбнулся:

— Это правда, теперь ты — сокровище. Специалисты из более чем десятка стран сформировали медицинскую команду, чтобы поставить тебе диагноз. Впервые вижу, что кого-то так пытались вылечить.

По крайней мере, обычные политики не могли рассчитывать на такое обращение.

Прямо сейчас по телевизору в больничной палате показывали передачу новостей.

Были новости о восстановлении Лу Чжоу и новости о потрясениях на международном рынке нефти...

Чтобы стабилизировать цены на нефть, ОПЕК дала редкое обещание не увеличивать добычу в ближайшие три месяца, чтобы стабилизировать цены на нефть. С другой стороны, Россия также молчаливо заявила, что не будет увеличивать добычу нефти в краткосрочной перспективе, поскольку они решили подождать и посмотреть, как будет выглядеть рынок.

Рост и падение цен на нефть не имели никакого отношения к Лу Чжоу, поскольку он никогда раньше не делал вклады.

Однако что удивило Лу Чжоу, так это то, что в конце новостей он увидел сообщение о возобновлении Китаем лунной программы.

Шел 2020 год, и мировая политика достигла переломного момента.

Все более или менее связано с успешным завершением строительства термоядерного реактора.

Хотя все, что происходило в новостях, не касалось Лу Чжоу, он все еще не мог избавиться от чувства сопричастности, когда смотрел новости.

Словно он лично перевернул страницу в учебнике истории.

И это только начало.

Вечером, после того как Лу Чжоу поужинал...

С помощью Янь Янь Лу Чжоу отправился на прогулку во двор больницы.

Хотя парень считал, что способен самостоятельно идти, Янь Янь настояла в его сопровождении.

Похоже, это событие сильно перепугало ее. С момента как он проснулся, она не отходила от него ни на секунду. Она чуть не помогала ему ходить в туалет.

Поскольку она продолжала настаивать, Лу Чжоу решил не трогать ее.

В конце концов, он доставил много проблем им.

По случайному совпадению, когда он шел по двору, столкнулся с людьми с центрального телеканала.

В это же самое время на улице Чанъань, недалеко отсюда, шла конференция среди министров по будущему управляемого термоядерного синтеза...

Глава 567. Межрегиональная энергосеть

Москва.

Кабинет в Кремле.

За деревянным столом сидел могущественный мужчина. Выслушав отчет подчиненного, он нахмурился.

— Проснулся?

Мужчина в кожаной куртке кивнул.

— Да... По данным нашей разведки, профессор Лу Чжоу уже вышел из комы. По мнению экспертов Всемирной организации здравоохранения, нет никаких доказательств того, что его кома вызвана внешними факторами. Скорее всего, это просто переутомление.

Переутомление, что привело к двадцатидневной коме.

Хотя звучало несколько нелепо, это самое нормальное предположение из всех.

Владимир подошел к окну и посмотрел на Красную площадь за Кремлем. По его лицу трудно понять, о чем он думает.

Лу Чжоу все еще жив.

Это определенно не хорошая новость для России.

Российская экономика в значительной степени зависит от экспорта энергосырья, а Китай является вторым по величине покупателем российской нефти и природного газа. На их долю приходилось 18% всего экспорта.

Если падение цен на нефть заставит доллар США укрепиться в краткосрочной перспективе, то удар по рублю может быть неприемлемым для россиян.

Однако для того, чтобы победить Россию, Китай не будет сокращать заказы на российскую нефть и газ в ближайшем будущем. Но, несомненно, у китайцев будет больше рычагов влияния в переговорах по импорту.

Мировая политика находилась в равновесии.

Теперь, когда появился термоядерный синтез, баланс рухнулся.

Внезапно в голове Владимира возникла ужасная картина.

Что, если однажды сибирским заводам придется полагаться на китайскую энергетическую сеть?

Страшно думать об этом...

Если бы только этот парень никогда не проснулся.

Если Лу Чжоу умрет, то однозначно станет легендой. Его будут помнить, как величайшего ученого этого века. Не только китайский народ будет оплакивать его, но и даже он и президент Соединенных Штатов будут делать вид, что оплакивают его.

Но проблема в том, что он все еще жив...

— Господин президент.

Стоя спиной к подчиненному, Владимир сухо спросил:

— Что случилось?

Человек в кожаной куртке тихо сказал:

— Мы можем...

— Я знаю, о чем ты думаешь, но это невозможно, — Владимир отошел от окна и снова сел. — Мы не можем рисковать и оскорблять китайцев. Особенно в такое важное время. Было бы глупо делать что-то подобное.

В любом случае убийство — варварский метод. Это покажет, что их страна — нецивилизованная.

Особенно когда речь идет об убийстве всемирно известного ученого.

Не говоря уже о том, что противник способен отомстить.

Человек в кожаной куртке стоял молча, ожидая приказа президента.

Просидев за столом в тишине довольно долго, Владимир сказал:

— Продолжайте собирать информацию. Если они впереди нас, то мы не должны отстать слишком сильно.

Он пролистал лежащие на столе документы. Когда его взгляд наткнулся на определенную строчку, он прищурился.

— Холост?

Внезапно дверь кабинета распахнулась.

— Последние новости!

Министр иностранных дел России быстро подошел к столу Владимира Путина и торопливо сказал:

— Китай начал переговоры по проекту межрегионального объединения энергосетей с Мьянмой и Лаосом. Хотя мы не знаем,  договорятся ли они, но, по нашим источникам, китайская сторона предоставила двум странам очень привлекательные предложения...

Слишком поздно спрашивать, почему он не постучал в дверь. Услышав новость, Владимир нахмурился.

Как и ожидалось, о чем он больше всего беспокоился, произошло.

Хотя Россия не проявляла никакого интереса к юго-восточной Азии, это все еще не становилось хорошей новостью.

Сейчас Лаос и Мьянма, а кто потом?

Если они пойдут на юг, то смогут расширить свою сеть до Вьетнама, Таиланда и, возможно, даже Малайзии, чтобы контролировать всю Малакку и подготовить основу для контроля океана.

Или они могли бы пойти на запад, вдоль шелкового пути. Они могли бы соединить пять стран центральной Азии и продолжить властвовать на суше.

Возможно, только бог знал ответ на этот вопрос.

…………..

Пекин.

301 больница.

Первоначально он хотел просто прогуляться и не ожидал, что встретит кого-нибудь.

Услышав, как мужчина выкрикнул его имя и побежал к нему, Лу Чжоу удивленно посмотрел на него:

— Кто вы?

Мужчина посмотрел на Лу Чжоу и с улыбкой протянул руку:

— Позвольте представиться. Я — директор телестанции центрального телеканала, Ло Циди.

Директор телестанции?

Когда у директоров телестанций появилось столько свободного времени?

Не говоря уже о том, что он — директор телестанции центрального телеканала...

Хотя Лу Чжоу удивился, он все же улыбнулся и протянул правую руку.

— Приятно познакомиться, директор Ло.

За последние пару дней его посетило множество различных руководителей. И хотя директор телестанции — довольно важная личность, Лу Чжоу ничуть не смутился.

— Ха-ха, приятно познакомиться, профессор Лу, — Ло Циди пожал руку Лу Чжоу и улыбнулся. А потом тут же представил человека рядом с собой:

— Это ведущая нашей программы "Свет науки", Хэ Ин.

Женщина вежливо улыбнулась и сказала:

— Приятно познакомиться, профессор Лу.

— Приятно познакомиться, госпожа Хэ, — кивнул ей Лу Чжоу, потом перевел взгляд на директора и пошутил:

— Директор Ло, вы пришли сюда, чтобы лично взять у меня интервью?

— Ха-ха, я хочу взять у вас интервью, но уже давно не работаю в этой области. Я предоставлю эту возможность младшей коллеге, — директор Ло улыбнулся и, повернувшись к Хэ Ин, сказал:

— Хэ Ин, пожалуйста, расскажите все профессору Лу.

— Хорошо, директор Ло.

Хэ Ин посмотрела на Лу Чжоу и сказала:

— Скоро китайский Новый год. Вся страна озабочена вашим состоянием. Если у вас есть немного времени, мы хотели бы пригласить вас принять участие в научно-популярном шоу.

— Речь будет о управляемом термоядерном синтезе?

Хэ Ин кивнула.

— Это связано с ним, но, в основном, это касается вас.

Лу Чжоу немного подумал, после чего ответил:

— Без проблем, но вы должны поговорить с соответствующими правительственными ведомствами. В конце концов, многое -  конфиденциально, мне будет неудобно говорить об этом.

Хэ Ин кивнула:

— Не беспокойтесь об этом, передача не будет затрагивать конфиденциальные темы. Мы уже рассмотрели этот вопрос.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, тогда когда?

Увидев, что Лу Чжоу согласился, Хэ Ин вздохнула с облегчением и радостно сказала:

— Завтра в два часа, передача будет транслироваться за день до Китайского Нового года.

Их группа давно планировала, что профессор Лу появится на их передаче в качестве гостя. Они получили разрешение, подготовили вопросы от людей по телефону и Weibo. Большую часть работы они сделали в конце прошлого года.

Не только команда потратила много времени и сил, но и она сама потратила много времени на подготовку.

В конце концов, возможность взять интервью у Лу Чжоу будет огромным плюсом в ее резюме.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, тогда я буду там.

Поскольку директор телестанции явился лично, он посчитал обязанным прийти.

Однако Лу Чжоу чувствовал, что директор в действительности навестил его не из-за телешоу. Вероятно, по той же причине, что и другие, посетившие его за последние несколько дней. Директор Ло просто хотел использовать эту возможность, чтобы установить контакты с Лу Чжоу.

Однако Лу Чжоу не знал, повлияет ли на их карьеру знакомство с ним.

Янь Янь увидела, что Лу Чжоу согласился, и посмотрела, как директор Ло и ведущая уходят, после чего с беспокойством спросила:

— Как твое здоровье?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я практически выздоровел. Лучше прогуляться, чем плесневеть в больнице. Пожалуйста, помоги мне подать заявление на временную выписку.

Из соображений безопасности Янь Янь не хотела соглашаться с его просьбой. Но в конце концов она все же вздохнула и согласилась.

— Ладно… Но тогда я буду сопровождать тебя.

Лу Чжоу кашлянул:

— Все нормально, если ты не хочешь, я могу один дойти.

Янь Янь тут же возразила:

— Ни за что! Если с тобой опять что-нибудь случится, я...

Однако она вдруг замолчала.

Янь Янь посмотрела на Лу Чжоу и стиснула зубы. Она глубоко вздохнула, после чего пробормотала:

— Ничего, притворись, что я ничего не говорила.

Не могу же я сказать ему, что отец чуть не выгнал меня из семьи из-за случившегося!

Стыдно говорить такое!

Лу Чжоу удивленно взглянул на нее, не понимая, о чем она.

Глава 568. Интервью на телестанции

Пекин.

Улица Чанъань.

Генеральный директор China Petroleum Ван Юнпин провел все утро на совещании. Выйдя из конференц-зала он с угрюмым лицом посмотрел на свои записи.

С начала месяца высшее руководство ввело ряд корректировок в стратегию развития энергетики. В ходе собрания согласовали планы развития ряда государственных энергетических компаний на ближайшие пять лет.

Что касается содержания совещания...

Нет ничего хорошего для нефтяной промышленности Китая.

Во-первых, верхний предел иностранных инвестиций снизили примерно на 130 миллиардов долларов. Во-вторых, подписанные контракты остались без изменений, а расширение зарубежных нефтяных и газовых месторождений, должно быть, остановлено в течение трех лет.

Не только это, были еще такие жесткие планы, как "50 000 станций зарядки электромобилей в течение двух лет" и "установить не менее четырех зарядных станций вдоль шоссе в течение одного года".

Все это указывало на то, что государство стремилось убрать нефтяное топливо из рук граждан.

На самом деле он понимал решение руководства страны. В конце концов, сумма, которую Китай ежегодно тратит на импорт иностранных источников энергии, ошеломляла.

Но хотя он это понимал, не мог не испытывать от этого боли.

Особенно с инвестициями, которые давали наибольшую прибыль.

Теперь с их уменьшением он не мог не ощутить боли.

Но с ними не случилось худшего.

В сравнении с угольными компаниями, которые закрыли, им еще повезло.

Одни только сокращения в добыче угля доставляли головную боль множеству людей.

Особенно — уволенным рабочим и местной экономике нескольких угледобывающих провинций...

От одной мысли об этих проблемах у Ван Юнпина начиналась головная боль.

Не только энергетические компании, две крупные электросети и пять крупных предприятий электроэнергетики также получили соответствующие задачи.

В частности, были внесены корректировки цен на электроэнергию.

Однако, несмотря на недостатки, энергетические компании также получили выгоду.

Особенно — проект межрегиональной электросети в Лаосе и Мьянме.

Если проект будет завершен, то неважно, будет прибыль или нет. Это будет огромное политическое достижение Китая.

Если они смогут экспортировать энергию в соседние страны, то Китай будет иметь более сильное влияние в этих регионах.

Ван Юнпин не мог отрицать, что завидует.

Он просто застрял на одном месте.

Но ничего не мог поделать, ему просто не повезло.

……………...

С прорывом технологии управляемого термоядерного синтеза, как внутриполитическая, так и внешнеполитическая ситуации изменятся.

Само собой, как обычно, кто-то был счастлив, а кто-то — обеспокоен.

Однако в подобные времена часто судьбы отдельных людей становятся незначительными.

История — необратима, ничто не может остановить ее движение вперед.

Весь 2020 год будет хаотичным.

Однако Лу Чжоу, который лично положил начало новой эре, переживал гораздо лучшие времена.

У него даже было время сходить на телешоу.

За день до китайского Нового года студия телепередачи "Свет науки" заполнилась людьми.

Лу Чжоу вышел на сцену под шквал аплодисментов. Он улыбнулся и помахал зрителям, после чего сел на диван.

Сев на диван, быстро оглядел собравшихся.

В основном, сидели молодые люди, скорее всего, пришедшие из местных университетов. Некоторые из них, возможно, еще даже школьники.

Все зрители выглядели взволнованными, а аплодисменты становились все более и более энергичными.

Однако Лу Чжоу испытывал сомнения, не актеры ли это, которых наняли.

Эм...

Просто буду думать, что они — не актеры.

Хэ Ин сидела рядом с Лу Чжоу, она посмотрела на него и улыбнулась.

— Профессор Лу, вам лучше?

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Я практически выздоровел. Иначе не сидел бы сегодня здесь.

Публика засмеялась..

Камера, висевшая сверху, дала зрителям несколько крупных планов Лу Чжоу.

Производственный отдел надеялся, что они смогут использовать эту возможность, чтобы донести до общественности и международного сообщества, что здоровье Лу Чжоу улучшается.

Хотя Лу Чжоу не знал, что это причина интервью, он решил прийти сегодня.

В конце концов, это правда, что его тело, по большей части, восстановилось.

Он чувствовал вину, зная, что так много людей беспокоятся о его здоровье.

После небольшой беседы, чтобы разрядить атмосферу, Хэ Ин улыбнулась и обратилась к Лу Чжоу:

— Перед началом я бы хотела задать вам пару вопросов от аудитории.

Лу Чжоу положил руки на колени и облокотился на спинку дивана:

— Спрашивайте, отвечу на что смогу.

— Не волнуйтесь, профессор Лу, вопросы очень простые, — Хэ Ин посмотрела на карточки в своей руке.

— Первый вопрос от жителя Цзянсу. Он беспокоится, что тепловое загрязнение от термоядерного синтеза может ускорить глобальное потепление. Что вы думаете об этой проблеме?

Тепловое загрязнение?

Лу Чжоу с интересом поднял брови. Он не ожидал такого вопроса.

Похоже, что аудитория смышленая.

По крайней мере, его не спрашивали, взрывается ли термоядерный реактор сильнее, чем обычный.

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Глобальное потепление — общеволнующий вопрос. Давайте пока не будем обсуждать возможность теплового загрязнения, а лучше подумаем об этом с научной точки зрения.

— Научной точки зрения?

— Верно, в физике средней школы упоминается, что при изучении движущегося объекта необходимо выбрать подходящую систему отсчета, а затем изучить движение объекта относительно этой системы отсчета.

— Например, бегущий спортсмен. Когда мы говорим о скорости его бега, мы не говорим о частоте его шагов или скорости, с которой он размахивает руками. Вместо этого мы рассматриваем его в целом и сравниваем его скорость с землей, которую используем в качестве системе отсчета, так что мы можем вычислить его перемещение и время относительно начальной точки.

— Для такой большой и сложной системы, как целая планета, мы не можем выделить только один аспект. Мы должны обсудить его в целом, как в пространственном, так и во временном масштабе.

— Говорить об отдельном влиянии термоядерного синтеза на глобальное потепление — само по себе не научно.

— Будь то тепловая энергия или атомная энергия, все они являются просто способами производства электроэнергии. Определять ценность нужно не из вырабатываемой электроэнергии, а исходя из нужд и потребностей.

— Нужд?

Лу Чжоу кивнул.

— Да.

Управляемый термоядерный синтез ускорит рост производительности, но остановится ли производительность без управляемого термоядерного синтеза? Очевидно, что нет.

Пока существует потребность, с течением времени цивилизация будет продолжать развиваться. Однако скорость упомянутого развития будет относительно медленной, и на этом пути возникнет больше препятствий.

Зрители, казалось, не понимали, что говорит Лу Чжоу, поэтому тот изложил это более понятно.

— В краткосрочной перспективе термоядерный синтез способен замедлить глобальное потепление. Эффективность преобразования энергии традиционных тепловых технологий составляет около 35%, а это значит, что для производства 1 единицы электроэнергии мы должны высвободить 2,85 единицы тепла путем сжигания угля. И соответственно выбросить углекислый газ и другие вещества в нашу атмосферу.

— Однако в случае управляемого термоядерного синтеза такой проблемы нет. При использовании феррожидкостного генератора на демонстрационном реакторе STAR-2 эффективность преобразования энергии составляет 50%, и есть возможности для дальнейшего улучшения. Это означает, что на каждую единицу электроэнергии нам нужно только две единицы тепла. К тому же, нет никаких выбросов газов.

— Китай — огромный потребитель электроэнергии, на нас приходится половина всего мирового потребления. Если мы уменьшим наши выбросы углекислого газа, весь мир изменится из-за нас.

Что касается более долгого промежутка времени, то нужно учитывать не только человеческий фактор. Были и другие долгоиграющие факторы, оказывающие более сильное влияние.

Например, цикл солнечной активности.

В середине 21 века с большой вероятностью солнечная активность войдет в минимум Маундера. Тепло, которое достигло бы Земли, будет на 0,3% меньше максимального.

Что означает 0,3%?

Чжу Кэчжэнь в "Метеорологической истории Китая" писал, что четыре малых ледниковых периода в истории оказались особым периодом четырех династий. Эти четыре династии: поздняя династия Хань, поздняя династия Тан, поздняя династия Мин и ранняя династия Цин. Возьмем династию Мин в качестве примера. Согласно историческим записям, озеро Дунтинху покрылось льдом толщиной по колено. Река Янцзы замерзла, и Луны нигде не было видно. Все это связано с солнечной активностью.

Тепло, выделяемое человеком, ничтожно по сравнению с солнечной активностью.

По крайней мере, сейчас люди далеки от конкуренции со звездой.

Однако Лу Чжоу не мог углубиться в эту тему во время телепередачи, поскольку время было ограничено...

Глава 569. Пань-гу

Хэ Ин задала Лу Чжоу множество вопросов от аудитории, и Лу Чжоу ответил на них, один за другим.

О том, как технология термоядерного синтеза повлияет на жизнь простых людей.

И какое положительное влияние прорыв в энергетике окажет на экономику страны.

Кроме того, Лу Чжоу сказал о личных планах на будущее...

Естественно, Лу Чжоу не раскрыл конкретных технических аспектов.

После конца съемки, прежде чем программа будет официально транслироваться, они отредактируют проблемные темы.

Конечно, поскольку за это отвечала команда профессионалов, Лу Чжоу не беспокоился.

Во второй половине на сцену вышла одиннадцатилетняя девочка. Она встала рядом с Лу Чжоу, держа в руках большой букет гвоздик.

Глядя на Лу Чжоу своими большими и яркими глазами, девочка протянула букет со словами:

— Учитель сказал нам, что если вы поставите букет рядом с собой в вазу, то выздоровеете гораздо быстрее. Дедушка сказал, что вы помогли многим людям своими знаниями, надеюсь, вы поправитесь. Также, когда вырасту, я стану таким же великим ученым, как вы...

Девочке было трудно сказать на одном дыхании столько слов, особенно с таким большим букетом в руке.

Девочка глубоко вздохнула. Она выглядела просто очаровательно.

— Спасибо за гвоздики! — Лу Чжоу улыбнулся и взял цветы. Хотя понимал, что скорее всего это организовано командой шоу, он сказал:

— Запах цветов уже заставляет меня чувствовать себя намного лучше. Не забудь поблагодарить учителя от меня.

Девочка покраснела и кивнула, после чего развернулась и убежала со сцены.

Публика разразилась аплодисментами.

Под аплодисменты шоу тоже подошло к концу.

Лу Чжоу вышел из студии и направился в комнату отдыха.

После того как Хэ Ин поблагодарила Лу Чжоу от имени съемочной группы, она спросила:

— Профессор Лу, вы свободны позже?

— Что такое?

Она улыбнулась и сказала:

— Ничего такого, просто хотела пригласить вас на обед.

— Давайте лучше поедим в другой день. Боюсь, доктор Янь не позволит мне ничего такого есть до выписки.

Янь Янь, стоявшая позади него, ничего не сказала, но она явно была согласна.

Хотя она не могла контролировать Лу Чжоу, как его личный врач, она должна была напоминать ему о его здоровье.

Хотя Хэ Ин разочаровалась, она все еще улыбнулась:

— Хорошо, тогда в другой раз.

Покинув телестанцию, Лу Чжоу сел в машину и неожиданно обнаружил, что водитель из больницы пропал. Его заменил Ван Пэн, которого он не видел три дня.

Лу Чжоу через зеркало заднего вида посмотрел на знакомое лицо и сказал:

— Я думал, ты поехал домой на новый год.

Ван Пэн беспомощно ответил:

— Никаких выходных мне, скорее всего, я и премию не получу в конце года.

Не говоря о премии, если бы не его отличный послужной список, сейчас у него было бы еще больше неприятностей.

Последние несколько дней его постоянно отчитывало начальство.

— Тебя лишили премии? Почему?.. -  Лу Чжоу вдруг что-то понял и смущенно спросил:

— Это из-за меня, верно?

Ван Пэн улыбнулся и ничего не сказал.

Ему сложно ответить на этот вопрос.

Разумеется, он не жаловался на наказание. В конце концов, его работа — защищать Лу Чжоу, с которой он не справился.

Однако Лу Чжоу, который знал истинную причину своей болезни, чувствовал себя несколько виноватым. В конце концов, он не отравился или работал до истощения. Это просто потому, что он поднял уровень. Его мозг не смог справиться с перегрузкой...

Лу Чжоу решил, что он должен сделать что-то, чтобы компенсировать случившееся.

— Понятно, я напишу письмо твоему начальству, чтобы объяснить все.

Ван Пэн вдруг обеспокоился:

— Не надо, пожалуйста, не делай этого.

— Нет, это не твоя вина. Это же из-за того, что я не следил за своим здоровьем.

Тут вмешалась Янь Янь.

— В его отделе есть свои правила. Если кто-то сказал, что он ошибся — значит, он ошибся. Такое нельзя опровергнуть… Если ты, и правда, напишешь письмо, то не только не поможешь, но и доставишь еще больше хлопот ему.

Ее тоже наказали.

Ее не уволили с нынешней должности из-за того, что 301 больница не смогла найти никаких следов обморока, связанных с человеческим фактором.

По этой же причине Ван Пэн смог вернуть свою работу назад.

Хотя отец Янь Янь не смог бы облегчить ее наказание.

И она никогда не думала просить помощи у Лу Чжоу.

Лу Чжоу немного понял их положение, поэтому развеял идею с письмом.

Хотя он все еще чувствовал себя немного виноватым — что случилось, то случилось.

В лучшем случаем, если появится шанс, он компенсирует им это в будущем...

Лу Чжоу вернулся в 301 больницу и собирался подняться наверх для ежедневного медицинского осмотра. Но, идя к зданию,  обнаружил академика Вана, ожидающего у дверей.

Глаза академика Вана загорелись, когда он увидел Лу Чжоу, он улыбнулся и подошел к нему.

— Как ты? Тебе лучше?

— Чувствую себя намного лучше, — Лу Чжоу улыбнулся. — Уже почти Новый год. Разве вы не вернетесь домой?

— Я родился и вырос в Пекине, куда мне возвращаться? Мой дом находится в одной станции метро, — увидев, что Лу Чжоу может самостоятельно ходить, академик Ван с облегчением кивнул:

— Я рад, что твое состояние улучшается. Ты даже не представляешь, сколько людей переживало.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

— Мне очень жаль.

— Не говори так! Это мы должны так говорить, — академик Ван вздохнул. — Управляемый термоядерный синтез — не что-то простое. Особенно когда надо координировать работы различных отделов. Большинство важных исследовательских проектов выполнены тобою в одиночку. Если честно… Я и старики из академии наук чувствуем вину.

— Я просто делал то, что мог, — улыбнулся Лу Чжоу. — К тому же, сейчас я уже в порядке.

Академик Ван вздохнул:

— Рад слышать. Кроме того, есть кое-что, что я должен сказать. Пока ты был в коме, мы еще пару раз пытались добиться термоядерного зажигания. Работа реактора была идеальной. Президент лично выдвинул требование осуществить подключение к электросетям и обеспечить электроэнергией 80 миллионов жителей провинции Цзянсу!

Лу Чжоу улыбнулся.

— Подключение к сети? Это здорово!

— Да, это действительно здорово. Я не ожидал, что доживу до этого дня. Но перед этим я должен еще побеспокоить тебя.

Лу Чжоу нахмурился:

— Есть проблемы с демонстрационным реактором?

Это невозможно!

Даже система признала успех термоядерного зажигания.

— Не с реактором, — академик Ван быстро объяснил:

— Просто после того, как его подключили к сети, мы не можем продолжать называть его кодовым именем, верно? В конце концов,

он — первый в мире. Руководство спросило у нас о новом названии. Мне, на самом деле, плевать на подобное, поэтому я спрашиваю тебя, как главного конструктора. Придумаешь красивое имя для реактора? Если действительно ничего не приходит в голову, можешь использовать собственное имя. Хорошая возможность оставить свое имя в истории.

— Не стоит называть моим именем. Это очень странно, — Лу Чжоу кашлянул. — Я подумаю над этим.

— Хорошо, тогда подумай об этом. У меня есть несколько предложений, можешь выбрать что-то из них.

— Какие?

— Например, Хоуи, Цзиньу, Даохочжэ, Суйжэнь. Есть еще более прозападный вариант, как Прометей. Все они выбирались голосованием на базе. Можешь выбрать, какой тебе нравится.

После долгих раздумий Лу Чжоу ответил:

— Давайте назовем это Пань-гу. (П.п. в древнекитайской мифологии он — создатель мира.)

— Пань-гу?

— Да, — кивнул Лу Чжоу.

Он, правда, какое-то время обдумывал название.

Термоядерный прорыв не только произвел бы революцию в энергетической отрасли, но и изменил бы весь мир.

В каком-то смысле рождение этого реактора — второе сотворение мира.

— Если ты считаешь это хорошим названием, то пусть будет так, — улыбнулся академик Ван. — Ладно, тогда не буду задерживать. Я сообщу это название вышестоящему руководству, а тебе нужно отдохнуть. Люди на реакторе все еще ждут твоего возвращения. Мы все еще не устроили праздничную вечеринку по случаю термоядерного зажигания. Мы с нетерпением ждали этого весь прошлый год.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, обещаю, вам не придется еще долго ждать.

Глава 570. Третьи обломки

Германия, Грайфсвальд.

Лаборатория Вендельштайн 7-Х.

Профессор Кербер сидел за своим столом с мышкой в правой руке. Он неоднократно запускал видео заново, напряженно размышляя.

Он смотрел интервью Лу Чжоу на телепередаче "Свет науки".

Она вышла в эфир вчера вечером. Кто-то записал ее, добавил субтитры и загрузил на Youtube. Видео получило миллионы просмотров.

Миллионы просмотров для научной программы — довольно впечатляюще, тем более что качество видео — не самое лучшее. Очевидно, что термоядерное поле, которое ранее не имело никакого отношения к общественности, привлекло всеобщее внимание.

Узнав об этом видео, Кербер сразу же скачал его.

Он отличался от других людей.

Его не волновали мысли Лу Чжоу о термоядерной энергии, как и будущие технические проблемы, связанные с управляемым термоядерным синтезом. Его волновало только одно.

Что Лу Чжоу думает о самом термоядерном реакторе!

Он просто хотел немного вдохновения, какую-нибудь идею!

К сожалению, как ни старался, он не находил того, чего искать.

Внезапно он услышал голос своего помощника.

— Профессор?

Нахмурившись, профессор Кербер оторвался от экрана и устало посмотрел на помощника, который сидел в кабинете.

— Что такое, Прайс?

— Вы смотрите видео уже больше часа… — Прайса пугал измученный вид профессора. Сначала он хотел напомнить ему, что ему пришло письмо, но вместо этого спросил:

— Вам ни с чем не помочь?

— Ни с чем... Хотя постой, принеси мне чашку кофе.

— Хорошо.

Прайс тут же поднялся и вышел из кабинета.

Профессор Кербер продолжил смотреть на молодого человека на экране, его голову переполняли различные мысли.

Выгонять Китай из ИТЭР было ошибкой.

Он всегда так считал.

Однако те политики, которые ошибочно оценили ситуацию, очевидно, не будут платить за свои действия или даже признавать свои ошибки.

Единственное, что они сделали для исправления случившегося, это перенаправили все ресурсы на стелларатор.

Теперь, когда Китай доказал, что этот путь осуществим, они могли отбросить другие варианты.

Они также смогли объединить ученых, работающих над стелларатором. Не говоря уже о том, что подобные масштабные научно-исследовательские проекты очень трудно сохранить в полной секретности. Вместе они могли бы найти способ раскрыть тайны.

Конечно, даже если государство решило увеличить инвестиции и привлекло больше исследовательских институтов, они знали, что добиться того, что сделал Китай, будет нелегко.

Профессор Кербер прикинул, что даже если вся Европа вложит свои ресурсы в лабораторию Вендельштейна 7-Х, им потребуется не меньше десяти лет для завершения демонстрационного реактора.

И это, если все будет идти хорошо.

С менее оптимистичной точки зрения, им может не хватить и двух десятилетий.

Чтобы как можно скорее продвинуть этот проект, профессор Кербер, не жалея сил, собирал информацию о Лу Чжоу. От просмотра его статей до просмотра его интервью, пытаясь найти каплю вдохновения.

Но хуже всего то, что все это — пустая трата времени.

Лу Чжоу знал о управляемом термоядерном синтезе больше, чем кто-либо другой на этой планете.

Если Лу Чжоу не раскроет секреты управляемого термоядерного синтеза, то, скорее всего, никто их не узнает.

Пожалуй, единственный выход — это обратиться за помощью к самому Лу Чжоу.

Но он знал, что шанс на это — очень мал.

— Я должен съездить в Китай… — пробормотал Кербер себе под нос. Он встал со стула и снял с вешалки пальто, после чего покинул лабораторию.

Прошло пару минут.

Дверь кабинета открылась.

Вошел Прайс со свеже сваренной чашкой кофе. Увидев пустой кабинет, на мгновение опешил.

— Профессор?

Куда он делся?

Он же был тут только что.

……………...

Новогодний вечер.

301 больница была почти пуста.

Хотя здесь оставались медсестры и пациенты, они были намного тише обычного.

Лу Чжоу лежал в своей палате и смотрел в потолок. Он думал о математических задачах, чтобы убить время.

Сяо Тон сидела на табурете рядом с ним и играла с телефоном.

Они уже съели свой семейный ужин во второй половине дня. После этого родители Лу Чжоу отправились на телестанцию.

Директор Ло прислал пять билетов на новогодний гала-концерт. Помимо членов семьи Лу Чжоу, также был билет, предназначенный для Янь Янь.

Однако из этих пяти билетов использовались только два.

Во-первых, Лу Чжоу не особенно любил людные и шумные места. Во-вторых, его не интересовал концерт. Сяо Тон похожа на него в этом, поэтому осталась в больнице.

Что же касается Янь Янь, то, будучи ребенком, она уже посещала концерт. Это не редкость для детей чиновников — посещать это мероприятие.

Заскучав, Лу Чжоу вспомнил, что у него оставался еще один билет счастливой лотереи, поэтому погрузился в белоснежное пространство системы.

Вдруг в коридоре послышались шаги.

Чэнь Юйшань осторожно постучала в дверь и вошла.

— Привет!

Она не хотела беспокоить Лу Чжоу, поэтому говорила тихо. Она помахала Сяо Тон.

Глаза Сяо Тон загорелись, когда она увидела Чэнь Юйшань. Она тут же положила телефон и вскочила со стула.

— Старшая сестра? Почему ты здесь?

Чэнь Юйшань жестом показала говорить потише и указала на Лу Чжоу. Затем потрясла пакетом в руках и произнесла:

— Я принесла вам вкусной еды.

Глаза Сяо Тон вспыхнули, и она спросила:

— Вау, пельмени, ты сама их сделала?

Чэнь Юйшань смущенно ответила:

— Ну, можно сказать, что половину сделала я. Мне помогала бабушка. Надеюсь, вам понравится.

— Они определенно вкусные, я с братом — не привередливые в еде, — Сяо Тон вдруг о чем-то вспомнила и с блеском глазах и коварном улыбкой добавила:

— Кстати, доктор Янь тоже делает пельмени. Похоже, мой брат довольно популярен в этот Новый год.

Чэнь Юйшань удивилась:

— Доктор Янь?

Сяо Тон кивнула:

— Да! Сестра-врач, что заботится о моем брате. В больнице организовали мероприятие по изготовлению пельменей, и она решила сходить на него, сказав, что позже принесет нам пельменей… Думаю, она скоро вернется.

Чэнь Юйшань кивнула.

Она уже слышала о докторе Янь от Лу Чжоу, и ее отец, который был в правительстве, тоже говорил с ней о ней.

Она не знала отчего, но что-то кольнуло в ее сердце.

Но она не знала отчего.

Однако, по сравнению с такой мелочью, она больше беспокоилась о здоровье Лу Чжоу.

Чэнь Юйшань положила пельмени на стол и подошла к кровати. Села на табурет и спокойно посмотрела в лицо Лу Чжоу.

Кстати говоря, это первый раз, когда она видела его спящим.

Почему мне кажется, что он выглядит совсем по другому, когда спит.

Словно почувствовав, что на него кто-то смотрит, Лу Чжоу медленно открыл глаза.

Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшань и мягко кашлянул.

— Почему ты так на меня смотришь?

Чэнь Юйшань покраснела и встала со стула.

Она отступила на полшага и откашлялась.

— Не пойми меня неправильно, я ничего такого не делала, пока ты спал.

Сяо Тон ухмыльнулась и подняла руку.

— Я могу подтвердить.

Лу Чжоу посмотрел на свою энергичную сестру и вздохнул.

— Знаю… знаю, я просто задремал чутка, но не спал.

Он только что провел счастливую лотерею.

Согласно его прошлому опыту, он мог чувствовать, если что-то происходит снаружи, находясь внутри системного пространства.

Однако это разъяснение сделало ситуацию хуже для Чэнь Юйшань, которой стало более неловко от осознания того, что он не спал.

Она покраснела и быстро откашлялась, прежде чем поменять тему.

— Тебе лучше?

— Лучше быть не может, — ответил Лу Чжоу. — Я давно не был в лаборатории, поэтому мне кажется, что мой мозг ржавеет.

Чэнь Юйшань не знала отчего, но глядя на Лу Чжоу на больничной койке, ощущала беспокойство.

Хотя хотела сказать что-то для утешения, но ничего не сказала.

— Мой дедушка попросил меня принести тебе эти пельмени.

— Дедушка?

— Да... Он увидел тебя в новостях и похвалил, как опору нашей страны. Потом, когда он узнал, что мы знакомы, удивился. Он уговаривал меня прийти сюда и принести тебе поесть. Он также сказал мне поблагодарить тебя за твой вклад в научные исследования страны… — Чэнь Юйшань игриво улыбнулась. — Кстати, здесь есть кухня? Ты с Сяо Тон еще не ел, да? Раз уж ты болеешь, я помогу тебе приготовить пельмени.

Глаза Сяо Тон загорелись, и она подняла руку.

— Я покажу, где кухня!

Она игриво схватила Чэнь Юйшань за руку и вышла вместе с ней из палаты.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Он откинул голову на мягкую подушку и продолжал смотреть в потолок. Он начал думать о награде, которую только что выиграл.

Может быть, именно из-за его кропотливой работы, ему очень повезло.

На этот раз он наконец-то сорвал джек-пот в этой лотереи.

Третьи обломки спокойно лежали в его инвентаре.

Только по одному их виду это было что-то впечатляющее.

В то же время он чувствовал, что все ближе и ближе подходит к раскрытию секретов самой системы.

Глава 571. Какие вкуснее?

Ранее Лу Чжоу уже получил два обломка.

Первым обломком оказалась, скорее всего, воздушно-литиевая батарея. Лу Чжоу тогда воспользовался сканером и подтвердил свое предположение.

Единственное, что ему не понятно, где применялась эта батарея.

Вторые же обломки выглядели, как кубик Рубика, и Лу Чжоу понятия не имел, что это.

Мало того, он даже не знал, что там "сломано".

В конце концов, этот куб не выглядел, что в нем чего-то не хватает, а на его поверхности не было никаких повреждений.

Что касается третьих обломков, то это и правда выглядело, как обломки.

На боку метрового цилиндра красовалась щель, словно в него чем-то ударили.

Сквозь щель виднелось множество сложных компонентов. На другом конце цилиндрического объекта располагалась конструкция в форме чаши.

Абстрагируясь, эти обломки напоминали дайкон.

Дайкон, который надкусили сбоку.

Предметы из его инвентаря можно было вынести в реальный мир. И, судя по всему, обломки ничего не весили, и он мог вертеть их как пожелает.

Однако пока он их не вынет, Лу Чжоу мог только смотреть на предмет в своем инвентаре. Он не мог изменить угол обзора, не мог разобрать предмет и рассмотреть внутренние компоненты.

На данный момент Лу Чжоу решил не беспокоиться о том, что это. Он присел на корточки рядом и начал осматривать место повреждения.

Его больше интересовало устройство, которое могло нанести такие серьезные повреждения.

Однако, кроме самих обломков, никакой другой полезной информации не было вообще...

— Столкнулось с метеоритом? Или… энергетическое оружие? Если бы только я мог разобрать их и осмотреть.

Лу Чжоу вздохнул и сделал два шага назад. Он потер подбородок и глубоко задумался.

В отличие от обломков батареи, размеры этих обломков неудобны для переноски.

Находясь в больнице, он не мог работать с ними.

Ему придется подождать, пока не вернется в Цзиньлин.

— Между прочим, это двигатель? Но у него нет выхлопной трубы или турбины...

Если ближе посмотреть, то это, и правда, похоже на двигатель.

Хотя размеры слишком малы для двигателя, если это плазменный двигатель.

Лу Чжоу не знал, как выглядит высокотехнологичный космический корабль, но ему уже приходилось видеть двигатели на эффекте Холла.

Он вспомнил, когда он разрабатывал атомный зонд Гелий-3 в Принстонской лаборатории физики плазмы. Финансируемая НАСА проектная группа AF-MPD проводила исследования в этой области.

Однако Лу Чжоу не слишком интересовался техническими подробностями.

Во-первых, это было бы неправильно. Во-вторых, ракетные технологии считались чувствительной областью. Если он будет слишком много знать, то может попасть под прицел, и его перемещения ограничат.

Он всегда следил за подобным.

Лу Чжоу посмотрел на высокотехнологичные обломки и потер подбородок.

— Что же мне делать?

Интуиция подсказывала ему, что третьи обломки гораздо ценнее вторых.

Даже если он не сможет понять полностью технологии в основе обломков, получить лишь часть — будет необычайно ценно.

Точно так же, как и с модифицированной ПДМС пленкой, которую получил из первых обломков. Хотя он не смог создать легендарную воздушно-литиевую батарею, но смог решить сложную техническую проблему литиевых батарей.

Он понятия не имел, на что способен этот высокотехнологичный предмет, похожий на двигатель.

Пока Лу Чжоу думал об этом, вдруг почувствовал какое-то ощущение на своей руке.

Он смутно услышал, как Сяо Тон выкрикивает его имя, и догадался, что они закончили готовить пельмени. Поэтому закрыл инвентарь и покинул системное пространство.

— Брат... Брат! Проснись, не пугай меня так.

Сяо Тон трясла Лу Чжоу за руку. Видя, что Лу Чжоу никак не реагирует, Сяо Тон чуть не заплакала.

Внезапно губы Лу Чжоу дрогнули, и он громко рассмеялся.

Глядя на смеющегося Лу Чжоу, Сяо Тон внезапно отскочила.

— Ох, ты разыграл меня!

— Извини, но глядя на тебя… Я просто не мог не разыграть.

Сяо Тон серьезно упрекнула брата:

— Брат, ты слышал историю о мальчике, который кричал "волки"?

— Само собой. Разве не я рассказал ее тебе, когда ты была маленькой?

— Пожалуйста, не шути так больше, — Янь Янь облегченно вздохнула и убрала палец с кнопки вызова экстренной медицинской помощи. — Ты доставляешь мне много хлопот.

— Извините.

Хорошенько подумав, он понял, что такая шутка — не очень уместна, поскольку все еще лежал в больнице.

Он признавал, что действительно перегнул, но в этом году Новый год — слишком скучный, и просто хотел немного повеселиться.

Чэнь Юйшань волновалась не меньше. Она сердито посмотрела на Лу Чжоу, но не стала ругать его, как две другие девушки.

— Пельмени готовы, скорее ешь. Когда они остынут, будет не так вкусно.

— Хорошо, сейчас встану.

С помощью Сяо Тон Лу Чжоу медленно сел на кровати.

Обычно после пребывания в коме более 20 дней, очень трудно встать с постели. Даже глотать будет безумно тяжело. Однако способности восстановления Лу Чжоу — намного сильнее, чем у обычного человека. Он с самого начала был способен самостоятельно вставать и ходить в ванную. Если не считать некоторых незначительных неудобств, он практически полностью выздоровел.

Может быть, если все пойдет хорошо, 301 больница вскоре выпишет его.

Стол передвинули на середину больничной палаты. Группа из четырех человек уселась вокруг дымящихся пельменей.

Впервые Лу Чжоу ел пельмени в больнице.

Лу Чжоу обнаружил, что одна половина пельменей нафарширована луком-пореем, а другая — капустой. Есть сразу два вида пельменей — немного странно...

Сяо Тон тоже это заметила, повернулась и спросила:

— Брат, как думаешь, какие лучше? С луком-пореем или с капустой?

Лу Чжоу потягивал суп и ответил:

— Они примерно одинаковые. Я — не привередливый едок.

Сяо Тон с серьезным лицом сказала:

— Нет, нет. Вкус — очень важный вопрос, ты должен выбрать.

А?

Пока Сяо Тон спросила, Чэнь Юйшань с нетерпением посмотрела на Лу Чжоу.

Янь Янь, казалось, это не волновало, но она не могла тоже не посмотреть на Лу Чжоу.

Видя, что Лу Чжоу не отвечает, Сяо Тон начал убеждать его.

— Не волнуйся об этом слишком сильно, просто ответь.

— Если ты действительно хочешь, чтобы я сказал, какие вкуснее...

Лу Чжоу посмотрел на пельмени и некоторое время молчал.

— Думаю, что пельмени, которые делаю я, лучше.

Все три девушки замерли.

Чувствуя холодную атмосферу, Лу Чжоу слегка заволновался.

Эм...

Я опять что-то не то сказал?

Глава 572. Национальность ученого

Единственная разница между Новым годом этого года и прошлого в том, что Лу Чжоу съел гораздо больше пельменей и встретился с меньшим числом родственников.

И хотя было не так оживленно, как в прошлом году, Лу Чжоу не чувствовал себя одиноким.

Бабушка и дедушка Лу Чжоу со стороны отца уже умерли, и он не был так близок со своими другими родственниками. Он только виделся с ними на новогоднем празднике и не контактировал в остальное время.

У всех — свои дела, поэтому в обычное время они особо не рвались общаться.

Лу Чжоу только помог сменить специальность двоюродному брату, который учился на втором курсе в Авроре.

Хотя он никогда не был в университете Авроры, но являлся рецензентом нескольких известных математических журналов. Кроме того, он общался с несколькими профессорами математического факультета Авроры. Не говоря уже о том, что у него также была контактная информация профессоров.

Помочь кому-то сменить специальность — для него проще простого, ему нужно просто сделать телефонный звонок.

На второй день Нового года Лу Чжоу получил много писем в свой почтовый ящик.

Некоторые — из Принстона, а некоторые — из Колумбийского университета. В основном, от друзей из академических кругов.

Стоит признать, что у него отличные отношения с людьми из академических кругов.

Хотя его исследования вызвали головную боль у руководства многих стран, зарубежные академические сообщества не выгоняли его из своих кругов... По крайней мере, он все еще иногда получал просьбы сделать рецензию на статью. Однако поскольку он слишком занят работой, он отказывался рассматривать работы, которые его не интересовали.

В конце концов, термоядерный управляемый синтез — не какой-то монстр. Демонстрационный реактор STAR-2 принципиально отличался от Манхэттенского проекта. Хотя он повлиял на глобальную политику, в конце концов, это не оружие и не первоначальная цель проекта на уничтожение.

С политической точки зрения, термоядерная энергия уменьшит глобальные выбросы углерода, создаст более чистую энергию и улучшит будущее человечества... Возможно, Организация Объединенных Наций даже наградит его премией "Чемпион Земли"?

Пока Лу Чжоу не разрабатывает оружие, мнение о нем не изменится за исключением тех, чьи интересы были ущемлены.

На третий день китайского Нового года...

Лу Чжоу лежал в аппарате компьютерной томографии, проводя первое обследование после нового года.

Академик Кастин из Королевской академии наук посмотрел на результаты, потирая щетину, сказал с интересом в голосе:

— Ваше физическое состояние — в норме, процесс реабилитации проходит гладко… Честно говоря, случившееся с вами, невероятно.

— Невероятно?

— Да. Спать более двадцати дней. Возможно для вас это не интересно, но это поразительно для медицины.

— Я, и правда, не нахожу это интересным.

— В любом случае, завтра я уезжаю, — академик Кастин достал из кармана визитку. С яркой улыбкой на лице он протянул ее Лу Чжоу и сказал:

— Если вы хотите разгадать секреты своего мозга, можете связаться со мной в любое время. Это открытие уровня Нобелевской премии...

Лу Чжоу взял визитку со словами:

— О, у меня уже есть одна.

— ...

Академик Кастин неловко улыбнулся и кашлянул.

— Но ведь у вас нет Нобелевской премии по медицине? Мы можем совместно подписать все результаты исследования...

— Как-нибудь в другой раз, пока мой мозг все еще работает.

— ...

Хотя Лу Чжоу тоже испытывал любопытство и хотел знать, что происходит в его мозгу, но с современными технологиями — это напрасная трата усилий.

Покинув кабинет компьютерной томографии, он бросил визитку академика Кастина в мусорное ведро.

В этот момент телефон в его кармане завибрировал.

Он открыл экран и увидел на экране сообщения Сяо Ая.

"Хозяин, у вас новое письмо ∇ (^∇^*)"

Лу Чжоу нажал на ссылку и открыл письмо.

Со странным лицом прочитал письмо.

"Здравствуй, профессор Лу, это Кербер. После того, как услышал новости о твоей коме, я был подавленным. Желаю тебе благополучного выздоровления...

Хотя это может быть немного неожиданно, но в настоящее время я нахожусь в Пекине. Не знаю, удобно ли тебе встретиться?

Если удобно, есть кое-что, о чем бы я хотел поговорить лично."

………………………….

Профессор Кербер сидел в кафе возле станции метро Укэсун. Он смотрел в окно на проходящих мимо людей и время от времени поглядывал на часы.

Внезапно услышал резкий звук колокольчика у двери кафе.

Профессор Кербер оглянулся и увидел двух человек, идущих к нему.

Лу Чжоу сел напротив профессора Кербера и с улыбкой сказал:

— Рад встрече.

— Рад встрече... — Кербер посмотрел на Янь Янь, стоявшей позади Лу Чжоу, а потом опять на Лу Чжоу.

Янь Янь заметила поведение Кербера и спросила у Лу Чжоу:

— Хочешь, чтобы я ушла?

Лу Чжоу улыбнулся:

— В этом нет необходимости, просто садись рядом с нами.

Янь Янь немного колебалась, но в итоге решила не садиться и продолжить стоять позади.

Видя, что Лу Чжоу не хочет, чтобы Янь Янь уходила, Кербер после небольшого колебания сказал:

— По правде говоря... мы достигли узкого места в исследовании стелларатора.

Услышав про стелларатор, Янь Янь тут же заволновалась.

Но Лу Чжоу не изменился в лице и лишь спросил:

— О?

Видя, что Лу Чжоу особо не отреагировал, Кербер продолжил:

— Я понимаю, что эта просьба ставит тебя в трудное положение, но могу попросить только тебя о помощи... Я не прошу предоставить технологии, просто немного вдохновения. Ты же знаешь, что термоядерная энергия принесет пользу всему человечеству. Я надеюсь, что ты можете дать мне какое-то вдохновение для исследований.

Лу Чжоу долго молчал, глядя на немецкого профессора, который склонил голову перед ним ради науки.

Наконец он вздохнул.

— Прости, мой друг, но если ты хочешь просто обсудить со мной модель турбулентности плазмы или другие физические или математические вопросы, то я могу ответить и помочь тебе. Но не могу помочь тебе с управляемым термоядерным синтезом. Как ты и сказал, это технология принесет пользу всему человечеству. К сожалению, именно ваше высокомерие и предубеждение привели нас к этой ситуации. Если бы конференция ИТЭР не закончилась на такой плохой ноте, мы могли бы вместе разделить радость от этой победы, — Лу Чжоу помолчал немного и добавил:

— Не говоря уже о том, что демонстрационный реактор STAR-2 — не мой личный проект. Это усилия сотен исследовательских институтов. Если я помогу тебе сейчас, то подведу тех, кто работал со мной.

Профессор Кербер растерянно посмотрел на Лу Чжоу.

— Я думал, ты согласен, что наука не должна иметь границ.

— Да, я согласен с этим, но у ученых есть национальности.

Разговор зашел в тупик.

Лу Чжоу увидел, что профессор Кербер молчит, и заговорил:

— Я понимаю твои чувства, но это все, что я могу сказать. Однако если вы там действительно отчаянно нуждаетесь в этой технологии, я могу указать вам путь.

Профессор Кербер вдруг поднял голову.

— Скажи.

— Попросите политиков вашей страны помочь вам. Только пусть они приходят говорить не со мной, а с теми, с кем должны говорить. Мы — ученые, не имеем дел с тем, что находится за пределами исследований. Ты не должен просить о помощи от имени своей родины. Китай — открытая страна. Будь то экономика, культура или наука, мы никогда не избегали интеграции с международным сообществом. Однако это все основано на желании двух сторон. Одна сторона не должна идти на компромисс ради другой. Я верю, что до тех пор, пока вы готовы отпустить свои предубеждения и показать нам достаточно искренности, между нами существует возможность сотрудничества.

Глава 573. Лин Юнь!

Лу Чжоу оплатил счет за двоих.

Поблагодарив Лу Чжоу, профессор Кербер покинул кафе и улетел домой.

Поскольку Лу Чжоу еще не полностью восстановился, он не провожал до аэропорта Кербера. Однако он велел Ван Пэну отвезти Кербера в аэропорт.

Только время покажет, какой выбор сделает Кербер, и какой выбор сделает Европа в целом.

Через девять дней после китайского Нового года в Большом зале в Пекине состоялся торжественный вечер, посвященный успешному термоядерному зажиганию управляемого демонстрационного реактора. Вечер начался под речь ведущего и бурные аплодисменты.

Потом президент лично вручил двадцать шесть медалей из золота 585 пробы и ярко-красные грамоты ученым, внесшим выдающийся вклад в проект демонстрационного реактора. Президент также выразил благодарность этим исследователям, которые сражались на передовой науки.

Весной 1958 года Институт атомной энергетики Китайской академии наук официально учредил проект по исследованию термоядерного синтеза с магнитным удержанием, что положило начало исследованиям управляемого термоядерного синтеза.

К этому моменту термоядерный синтез исследовался почти семьдесят лет.

Потребовалось почти три поколения, чтобы завершить этот проект.

Этот вечер можно назвать прекрасным завершением этого безумного научно-исследовательского проекта.

Академик Ли Цзяньан сидел за одним из столов с золотой медалью на груди. Он вытер глаза и тихо сказал:

— Профессор, мы сделали это...

Он до сих пор помнил 1982 год, когда окончил Харбинский технологический институт по специальности "Атомная энергетика". Первоначально он мечтал стать конструктором авианосцев. Однако под влиянием руководителя посвятил себя исследованию термоядерного синтеза.

С тех пор прошло сорок лет. Когда-то этот путь был полон надежд, но тогда он не видел его конца. Он был полон сожаления и печали. Однако без колебаний отказался от своей должности в Калхэмском центре термоядерной энергии в Оксфорде, когда его родина нуждалась в нем больше всего. Он вернулся в Китай, чтобы продолжить свои исследования управляемого термоядерного синтеза.

К сожалению, его наставник не мог увидеть этот славный момент.

Но он верил, что если его наставник на небесах, он определенно гордился бы сегодня им и его выбором...

Рядом с ним сидел академик Ван Цзэнгуан. Он коснулся медали на груди и почувствовал, как эмоции переполняют его.

— Я всю жизнь проработал в атомной энергетике. Даже представить не мог, что вместо того, чтобы увидеть славу реактора деления четвертого поколения, я смогу стать свидетелем конца реакторов деления.

Реактор деления — изначально дорогой источник электроэнергии. Цена на электроэнергию получилась дороже, чем в случае с тепловой электроэнергетикой. Не говоря уже о ядерных отходах, которые трудно переработать.

После того, как Китай введет в эксплуатацию термоядерный реактор, и подключив его к электросети, в Китае не будет никаких новых планов строительства реактора деления.

— Кстати, главный конструктор Лу — ведь не академик?

Академик Ли Цзяньан впал в ступор, а потом улыбнулся:

— Девятнадцатый год был для него очень напряженным, откуда у него время на это.

Академики избираются в два тура голосования. Академики Китайской академии наук будут принимать решения на основе этих голосов, все это занимает много времени.

Поскольку Лу Чжоу занимался проектом управляемого термоядерного синтеза в течение всего 2019 года, у него не было времени на все это.

Вдруг в голове академика Вана возникла идея.

— Я буду голосовать за него на выборах в следующем году.

— Академик, которому немного за двадцать? Не слишком ли молодой… — академик Ли сомневался, но заметив пронизывающий взгляд друга, сказал:

— Не смотри так, просто рассуждаю. На выборах я обязательно буду голосовать за него.

Академик Ван Цзэнгуан улыбнулся:

— Похоже, что у тебя еще осталось немного совести.

Академику Ли был недоволен?

— О чем ты? Когда это у меня не было совести? Но, говоря об этом, я могу голосовать за него, так как я — с физико-математического факультета. Ты же — из Инженерной академии, отчего ты голосуешь за него?

Академик Ван нахмурился:

— Почему Лу Чжоу должен быть академиком Академии наук? Разве он не может быть из Инженерной академии?

— Старик, ты не понимаешь, — Ли Цзяньан улыбнулся. — Он — лауреат Нобелевской премии и лауреат Филдсовской премии, на кой черт ему Инженерная академия!

— О, ты смотришь свысока на Инженерную академию? Проект управляемого термоядерного синтеза — гораздо более впечатляющий, чем Филдсовская или Нобелевская премии!

— Это не одно и то же! Нельзя их сравнивать так.

Их спор, казалось, пошел по странному руслу.

Двое чуть не затеяли драку из-за того, следует ли Лу Чжоу вступить в Инженерную академию или в Академию наук.

С другой стороны, Чжоу Чэнфу сидел в передней части зала. Он посмотрел на медаль на своей груди и почувствовал себя немного неуютно.

Хотя он — один из героев исследований управляемого термоядерного синтеза, но всегда чувствовал себя посторонним. Он не испытывал никакой радости от этого. Вместо этого чувствовал, что его следует презирать.

Ему казалось, что он не достоин этой награды.

Рядом с ним сидел академик Пань. Он улыбнулся и спросил:

— Что такое? Президент сам вручил ее тебе. Хочешь ее снять.

Чжоу Чэнфу ничего не сказал, по его лицу трудно сказать, о чем он думал в этот момент.

Однако Пань Чанхун слишком хорошо знал своего друга.

Пань Чанхун вздохнул и посмотрел на сцену.

-  Независимо от твоего выбора, прошло уже пятьдесят лет. Ты проделал тяжелую работу, ты заслужил эту награду. Никто не делает идеальный выбор, ты просто был верен своим исследованиям.

— Кроме того, я — не единственный, кто так думает. Даже профессор Лу выдвинул тебя на награду.

В этот момент лицо Чжоу Чэнфу было сложно описать.

В дополнение к 26 медалям и 120 индивидуальным наградам, а также пяти наградам команд, была также особая медаль.

Диаметром в 8 сантиметров, отлитая из чистого золота, весом 527 граммов, и украшенная красными и черными лентами, благодаря которым ее можно повесить на груди. На медали был узор из пяти звезд, оливковых ветвей и лучей света.

Она называлась "Лин Юнь", в честь первого китайского проекта стелларатора.

Это проект, который так и не воплотился в жизнь. Никто никогда не думал, что безумная идея стелларатора однажды воплотится в жизнь в руках нового поколения ученых. Что однажды он будет производить энергию, сопоставимую со звездной.

Лу Чжоу не мог полностью понять значение этой медали.

В конце концов, он — не из 70-х, и он не посвятил свою жизнь управляемому термоядерному синтезу.

Однако проведя пальцами по медали и ощутив текстуру, он мог прочувствовать в медали скрытое историческое значение...

Глава 574. Решать вам

Вечер наконец подошел к концу, который исполнил желание всех исследователей, проливавших пот и кровь ради этого проекта.

В сравнении с другими, помимо медали, Лу Чжоу также получил час для личной встречи.

Стране необходимо было выслушать его мнение о будущем проекта демонстрационного реактора STAR-2.

Выслушав вопросы президента, Лу Чжоу немного подумал и дал ответ:

— Площадка STAR-2 завершила свою задачу. Нет смысла продолжать исследования на площадке. Я предлагаю отобрать часть технического и управленческого персонала и сформировать новое учреждение, которое будет отвечать за работу термоядерного реактора.

Демонстрационный реактор — огромный научно-исследовательский проект. Для координации исследовательских ресурсов между различными исследовательскими институтами, необходимо иметь крупную управляющую организацию.

Однако с завершением проекта отпала необходимость и в научно-исследовательских ресурсах, и в координации различных отделов. Большинство менеджеров было уволено.

Президент кивнул.

— Китайская национальная ядерная корпорация также предложила это. Мы пришли к выводу, что необходимо реорганизовать проектную группу, а важный технический персонал и часть управленческого персонала сформируют новую атомную энергетическую компанию. Эта компания будет называться East Asia Power. Она будет отвечать за проект отечественного термоядерного реактора и строительство вспомогательных объектов для межрегиональных проектов передачи электроэнергии в юго-восточной и центральной Азии.

East Asia Power…

Судя по всему, амбиции страны немалые...

Лу Чжоу удивился.

В конце концов, построили только один термоядерный реактор, термоядерные реакторы на юге и западе еще не построили. Однако руководство страны уже начало готовиться к поддержке стран третьего мира.

Однако на это тоже есть свои основания.

Вместо того, чтобы эгоистично играть в одиночку, гораздо лучше играть вместе с младшими. При увеличении рыночной конкурентоспособности восточной Азии увеличится и влияние Китая на рынок и укрепит позиции юаня...

Однако это не относилось к исследованиям, и Лу Чжоу это не интересовало.

— У проекта демонстрационного реактора слишком много сотрудников. Недавно созданная компания не способна переварить всех. Некоторые из сотрудников управления демонстрационным реактором должны вернуться на свои первоначальные рабочие места, по мере необходимости будут предоставляться рабочие места. Но мне жаль расформировать команду. У вас есть более подходящие идеи?

— Это, и правда, печально вот так расформировывать команду, — Лу Чжоу кивнул.

Такой огромный научно-исследовательский проект не только породил талантливых исследователей, но и развил бесчисленные управленческие таланты.

Будет потерей отправить их в первоначальные места работы.

Ведь самый незаменимый персонал в государственных учреждениях — это таланты в этой области. Менеджеры часто отвечали за делегирование работы. Вот почему государственные предприятия были так неэффективны.

Кроме того, эти менеджеры покинули свои первоначальные рабочие места очень давно, что их места уже давным-давно заняли. Возможно, они не смогут вернуться на прежнюю работу.

Подумав немного, у Лу Чжоу внезапно появилась идея.

Идея, о которой он думал давным-давно, внезапно возникла в его голове.

— Вместо того, чтобы позволить этим людям вернуться на свои прежние места, было бы лучше позволить им остаться, просто в другой форме.

— В другой?

— Да, — кивнул Лу Чжоу. — Могу я объяснить, что подразумеваю?

Президент улыбнулся.

— Само собой, я хочу знать ваше мнение.

— Когда-то я посещал Германию с научным обменом. Я думаю, что нам есть чему поучиться у их методов управления научно-исследовательскими проектами, особенно их методу работы с долгосрочными проектами, которые влияют на общество, науку и промышленность.

— Например?

— Например, модель финансирования Объединения немецких научно-исследовательских центров имени Гельмгольца или институтов Общества Макса Планка. На мой взгляд, это полезно для повышения коэффициента результативных исследований. Это именно то, чего нам не хватает.

Китай не мало инвестировал в научные исследования. Даже по расчетам ОЭСР по паритету покупательной способности они занимала второе место в мире, уступая лишь США.

Однако даже при огромных капиталовложениях коэффициент результативных исследований китайских институтов оставался неудовлетворительным.

По логике, такого не должно быть.

В конце концов, при распределении ресурсов Китай всегда отдавал предпочтение инженерным проектам, а не научным исследованиям.

Коэффициент результативных исследований — лишь одна из многих проблем.

Чтобы обеспечить себе техническое превосходство, то недостаточно хорошо стартовать.

Технологическое преимущество — динамичный процесс.

Лу Чжоу надеялся, что проект демонстрационного реактора может оставить после себя нечто большее, чем просто результаты исследований.

Точно так же, как Манхэттенский проект произвел атомную бомбу, но он также произвел ценные Аргоннскую, Брукхейвенскую национальные лаборатории, которые хорошо справлялись с долгосрочными исследовательскими проектами.

Лично для него это облегчило бы его исследования.

— Мы не должны полностью перенимать систему немцев, но мы можем почерпнуть хорошие моменты. Например, мы можем использовать систему Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца в качестве эталона и превратить команду проекта демонстрационного реактора в окно, соединяющее предприятия и исследовательские институты.

— Используя данную модель, мы можем начать долгосрочные исследовательские проекты в областях энергетики, аэрокосмической промышленности и информационных технологиях. Мы также можем сделать так, чтобы исследовательские фонды направились на "полезные проекты". В то же время мы можем задействовать часть институтов организации, и другие подразделения с соответствующей квалификацией.

Выслушав предложение Лу Чжоу, старик долго думал.

— Значит, вы предлагаете использовать остальные таланты, чтобы построить китайское Общество Макса Планка?

Президент правильно понял.

У Лу Чжоу появилась эта мысль, когда он посетил Германию.

Лу Чжоу кивнул.

— Да.

Президент посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся.

-  Полагаю, вы действительно многому научились за рубежом.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и ничего не сказал.

Академические знания — не единственное, чему стоит учиться.

Президент постучал пальцем по подлокотнику. Он подумал немного, а потом сказал:

— Я думаю, что это предложение имеет смысл. Мы можем попробовать.

В конце концов, позволить этим талантам вернуться на прежние рабочие места будет пустой тратой времени.

Вместо того, чтобы тратить их попусту, лучше позволить им использовать оставшийся энтузиазм в этом новом проекте.

Если удастся, то хорошо.

Если нет, то не страшно.

Не говоря уже о том, что благодаря успеху Института перспективных исследований в Цзиньлине, он доверял способностям Лу Чжоу решить эту проблему.

После этого старик встал.

— Как вы и сказали, создайте... Объединение исследовательских центров востока! С акцентом на долгосрочные проекты в области аэрокосмической промышленности, энергетики и информационных технологий.

— Что касается того, как это все будет, то решать вам.

Глава 575. Уход на отдых после успеха

Лу Чжоу просто чувствовал, что будет напрасно расформировывать команду демонстрационного реактора STAR-2. Поэтому он предложил сохранить талантливых людей с опытом управления крупным научно-исследовательским проектом. Он будет использовать модель Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца, чтобы создать систему, объединяющую компании и исследовательские институты.

Но, к его удивлению, высшее руководство страны фактически доверило это все ему.

Кроме того, 2,7 миллиарда юаней, оставшиеся от финансирования исследований для проекта реактора, также оставили в качестве стартового фонда.

Обычно, не израсходованные средства нужно было вернуть обратно.

С такой суммой Лу Чжоу не придется беспокоиться о зарплате сотрудникам, местоположении нового научно-исследовательского центра и других расходов.

Через два дня после торжественного вечера.

Люди из Министерства науки и технологий связались с Лу Чжоу.

К нему лично пришел мужчина лет тридцати в очках, выглядящий утонченно и непринужденно.

Его звали Фэн Шуцин, и он окончил факультет естественных наук университета Шуйму. Однако после того, как он получил степень магистра, он не стал искать работу в своей области, а вместо этого сдал национальный экзамен и устроился в отдел стратегического планирования Министерства науки и технологий.

Сейчас он — довольно высокопоставленный чиновник.

Секретарь Фэн отвечал, в основном, за две вещи. Первое — завершить реорганизацию команды проекта демонстрационного реактора, координируясь с другими отделами. Второе — он должен стать секретарем нового Объединения исследовательских центров востока.

— Начальство очень ценит ваше мнение, и нам велено сотрудничать с вами, — когда Фэн Шуцин заметил удивленный взгляд Лу Чжоу, он улыбнулся и спросил:

— Есть какие-то проблемы, директор Лу?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Нет, просто подумал, что вы — очень молодой.

Фэн Шуцин мягко улыбнулся.

— Может быть, начальство думает, что мы близки по возрасту, что может облегчить работу.

Лу Чжоу кивнул:

— Большое спасибо, что помогаете. Я могу быть немного занят, поэтому вряд ли смогу чем-то помочь.

— Не беспокойтесь, я специально здесь для этого.

— Хорошо, полагаюсь на вас…  Да, еще кое-что.

— Что?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Зовите меня просто профессор Лу, я к этому больше привык.

Фэн Шуцин впал ненадолго в ступор, а потом улыбнулся.

— Раз профессор Лу настаивает, то я буду вас так звать.

……………………….

После праздников родители Лу Чжоу наконец удостоверились, что со здоровьем сына все в порядке. Сказав ему неоднократно, чтобы он заботился о своем здоровье, они вернулись в Цзянлин, а его сестра вернулась в Цзиньлин и начала готовить документы для учебы за границей.

Что же касается Лу Чжоу, то он остался в Пекине еще на несколько дней, поскольку ему нужно было уладить кое-какие дела.

После того, как он выписался из 301 больницы, Лу Чжоу остановился в роскошном отеле недалеко от старого летнего дворца. Хотя у него не было жилья в Пекине, каждый раз, когда приезжал сюда, ему не нужно было волноваться о том, где остановиться.

Через три дня после праздничного вечера Фэн Шуцин отправился в Хайчжоу и начал заниматься реорганизацией команды.

Лу Чжоу почти закончил с делами в Пекине и купил билет на поезд до Цзиньлина.

Ему было немного стыдно из-за того, что он уже как год был профессором в Цзиньлинском университете, но даже не общался со студентами. Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, он мог, наконец, заняться тем, что ему интересно.

Поздним вечером у искусственного озера, позади отеля.

Чэнь Юйшань шла рядом с Лу Чжоу и спросила:

— Тебе уже лучше?

Лу Чжоу улыбнулся:

-  Меня уже выписали, сама как думаешь?

Чэнь Юйшань вздохнула:

— Я знаю, что тебе нравится засиживаться в лаборатории, но не переутомляйся.

— Не беспокойся об этом. Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, мне не придется быть настолько занятым. По крайней мере, какое-то время.

— Что собираешься делать дальше?

— Планирую вернуться в Цзиньлинский университет и преподавать.

— Ты теперь — главный конструктор, откуда у тебя время преподавать в университете?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Я был главным конструктором. Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, остальную часть работы можно передать техникам. Мне больше нечего проектировать.

Хотя он еще связан с Объединением исследовательских центров востока, Лу Чжоу не хотел тратить слишком много энергии на что-либо, кроме исследований. Прямо сейчас он просто прокладывает путь для своей будущей исследовательской работы.

Если окажется, что Фэн Шуцин компетентен, то Лу Чжоу просто укажет ему общее направление и оставит работу на него.

Это тоже очень интересно.

Лу Чжоу понял, что он похож человека с другой стороны Тихого океана.

После завершения Манхэттенского проекта Оппенгеймер также вернулся в Принстон в качестве декана и больше не занимался исследованиями атомной бомбы. Однако, в отличие от Лу Чжоу, Оппенгеймера отстранили от исследований из-за внутренних обвинений. А Лу Чжоу просто не интересовала роль руководителя, поэтому он решил уйти.

Оппенгеймера реабилитировали всего 20 лет назад. В сравнении с ним, Лу Чжоу получил куда больше.

Его назвали отцом управляемого термоядерного синтеза, наградили почетной медалью Лин Юня.

С этими почестями он мог с гордостью ходить даже вне академических кругов.

По крайней мере это то, что не купишь за деньги.

Чэнь Юйшань легонько пнула камень на дороге и вздохнула. Она бросила подавленный взгляд на поверхность озера.

— Это здорово, ты знаешь, чего хочешь, и знаешь, как достичь своих целей. В отличие от меня...

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— А ты — нет? Получить предложение от Пенсильванского университета — не так легко.

Но это не очень успокоило Чэнь Юйшань.

— Разве это труднее, чем от Принстона? Мистер, который чуть не стал деканом математического факультета Принстона.

Лу Чжоу чуть не поперхнулся.

— Когда я мог стать деканом? Я не помню такого.

— Какая разница, если бы ты захотел, то однозначно смог.

— Давай не будем обо мне. Меня интересует, что у тебя за проблема?

— Это… На самом деле, это не проблема, просто скорее дилемма, я сама запуталась, — Чэнь Юйшань накрутила волосы на палец.

— Мой отец хочет, чтобы я работала в правительстве, но мне не очень хочется работать там. Я изучала финансы и управление, и  хочу работать в транснациональной компании стоимостью в сотни миллиардов. Разве не тухло просто сидеть в каком-нибудь правительственном офисе?

Что?

Что значит просто сидеть?

Это обобщение слишком преувеличено.

Чэнь Юйшань улыбнулась, видя, что Лу Чжоу не отвечает, и сказала:

— Ладно, спасибо вам, господин большой ученый, за то, что потратил столько времени, чтобы выслушать мою несущественную проблему... Раз с тобой все в порядке, то пойду...

Глядя, как она собиралась уходить, Лу Чжоу внезапно что-то вспомнил и остановил ее.

— Кстати… постой.

Чэнь Юйшань остановилась и посмотрела на него.

— Что случилось?

Лу Чжоу немного подумал и сказал:

— Помнишь, что я спрашивал в прошлом году? Если я правильно помню, ты мне кое-что обещала...

— ...

Лу Чжоу немного помолчал и продолжил:

— Если ты пока не придумала, что делать, почему бы тебе не поработать на меня? Даже если это не компания стоимостью в сотни миллиардов, пару миллиардов будет.

Глава 576. Приятная неожиданность?

Чэнь Юйшань без колебаний согласилась.

Получив предложение от компании Star Sky Technology, она сразу же отправилась в Шанхай, где был зарегистрирован китайский офис компании.

По мере того как работа Лу Чжоу постепенно перемещалась в Китай, бизнес-центр Star Sky Technology также перемещается из Филадельфии в Шанхай.

Лу Чжоу доверял способностям Чэнь Юйшань.

Особенно после того, как узнал, что именно она изначально отвечала за структуру его компании. Поэтому он уверенно оставил все на нее.

Вернувшись в Цзиньлин, Лу Чжоу поприветствовал ректора Сюя и перенес свои вещи в кабинет математического факультета.

С апреля он начнет вести занятия по теории чисел.

Кроме того, он также планировал взять несколько магистров и аспирантов по математике и вычислительному материаловедению. С одной стороны, это уменьшит его нагрузку, а с другой — он воспользуется этой возможностью и поможет своему университету воспитать несколько выдающихся талантов.

Пока Лу Чжоу постепенно переносил свою работу в Цзиньлинский университет, реорганизация команды демонстрационного реактора Star-2 в Хайчжоу также планомерно продвигалась.

Что удивило Лу Чжоу, так это то, что речь шла не только об Объединении исследовательских центров Востока, но и создании East Asia Power.

По телефону Фэн Шуцин доложил Лу Чжоу:

— Чтобы ускорить проект межрегиональной электросети в юго-восточной Азии, государство намерено привлечь частный капитал в создание East Asia Power, исходя из того, что она по-прежнему будет принадлежать государству. В соответствии с приказом высшего руководства мы планируем для четырех крупнейших банков, трех нефтяных компаний и пяти энергетических компаний Китая выпустить акции на сумму 20 миллиардов юаней, а также на такую же сумму выставим акции для общественности.

Лу Чжоу вертел ручку в руке и нахмурился:

— Нормально ли вводить частный капитал в государственное предприятие?

Фэн Шуцин улыбнулся:

— Все нормально. Фондовая биржа — наша долгосрочная цель. Это не только снизит напряжение у других стран, но и может повысить активность общества. К тому же, эти акции не передают права на управление. Как будет работать компания — расширится и все тому  подобное, все это будут решать соответствующие органы.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, я понял.

— Кстати, я должен был рассказать вам об этом, но надеюсь, что вы сможете держать это в секрете.

— Разве вы не выпускаете акции публично?

Фэн Шуцин кашлянул:

— Но нельзя же позволить кому попало покупать их. Если новость сейчас просочится, то это усложнит нашу работу.

Все хотят запрыгнуть на машину за деньгами.

Как только узнают об этом, эти акции на несколько десятков миллиардов будут немедленно выкуплены.

Хотя Лу Чжоу не спрашивал о конкретном ходе реструктуризации, он все равно обратил на это внимание.

В конце концов, это управляемый термоядерный синтез.

Единственной компанией, которая сможет создавать термоядерные реакторы в ближайшие десять лет, будет East Asia Power. Что лучше полной монополии?

Из-за огромных потребностей Китая в электроэнергии и низких затратах на управляемый термоядерный синтез просто невозможно потерять деньги на этих инвестициях.

Так совпало, что Лу Чжоу не знал, куда тратить свои деньги, поэтому решил поддержать строительство.

Закончив разговор и немного подумав, Лу Чжоу позвонил Чэнь Юйшань.

Когда на другом конце подняли трубку, он тут же спросил:

— Сколько у меня сейчас денег?

Сидя в Шанхайском офисе, Чэнь Юйшань чуть не поперхнулась от этого вопроса

— Ты даже не знаешь, сколько у тебя денег?

Подобные люди, действительно, существуют?

Какие-то понты.

Лу Чжоу смутился:

— Я обычно оставлял дела компании на профессионалов. В прошлом году был слишком занят и особо не следил… Разве ты сейчас не в Шанхае? Посмотри.

Чэнь Юйшань посмотрела на груду документов на своем столе и вздохнула. С болью в голосе она ответила:

— Ладно, я пришлю тебе финансовый отчет.

— Хорошо, спасибо.

Долго ждать ему не пришлось.

На следующее утро Чэнь Юйшань составила финансовый отчет и отправила его Лу Чжоу.

Лу Чжоу открыл письмо и посмотрел на вложение.

Он сильно удивился.

В прошлом году Star Sky Technology получили чистую прибыль в размере 470 миллионов долларов! Прибыль выросла на 37,6%!

Если бы он зарегистрировался на Nasdaq, рыночная стоимость компании составила бы более 40 миллиардов долларов.

Лу Чжоу взволновано посмотрел на финансовый отчет.

Вместе с прибылью за прошлые годы на счету компании — 1,2 миллиарда долларов.

Сам того не зная, он стал миллиардером.

Подобное, действительно, ощущается по-другому.

Конечно, его компания, в основном, занимается только интеллектуальной собственностью.

Кроме того, также сотрудничает с Баошэн Групп и Китайской национальной ядерной корпорацией в области сверхпроводников и системы восстановления нейтронов. Однако эти прибыли незначительно и на несколько порядков ниже, чем остальные. В принципе, их можно игнорировать.

Лу Чжоу полностью прочитал финансовый отчет и задумался, после чего позвонил Чэнь Юйшань.

Он быстро дозвонился.

Чэнь Юйшань сразу же спросила:

— Ты прочитал финансовый отчет?

— Да, только закончил читать его. Мне также нужно, чтобы ты еще кое-что сделала.

— Что?

— Команда проекта STAR-2 проходит реструктуризацию, и талантливый управленческий и технический персонал перейдут в East Asia Power. Недавно созданная East Asia Power будет отвечать за внутреннюю и международную межрегиональную энергетическую сеть...

Лу Чжоу дал краткое объяснение ситуации в Восточной Азии, а после небольшого молчания сказал:

— Будет печально упустить эту возможность.

Акции частных компаний не попадают на фондовый рынок, но существовала большая вероятность того, что East Asia Power, в конечном итоге, станет публичной.

Если это произойдет, то цена акций однозначно подскочит.

В таком раскладе они все равно получат прибыль, не теряя ни одной акции.

Хотя Лу Чжоу не испытывал недостатка в деньгах, нет такого понятия, как слишком много денег.

Не говоря уже о том, что у него слишком много проектов, сжигающих деньги.

-  Сколько ты хочешь купить.

Лу Чжоу немного подумал.

-  Сначала купи на миллиард юаней.

Глава 577. Помощники

Передав задачу по покупке акций Чэнь Юйшань, Лу Чжоу больше ничего не спрашивал и сосредоточился на экране компьютера.

Хотя Фэн Шуцин отвечал за реструктуризацию команды проекта STAR-2, как главный конструктор термоядерного реактора, его мнение все еще было очень важным.

Особенно в отношении его планов относительно Объединения исследовательских центров Востока.

Высшее руководство предложило, чтобы вновь созданные научно-исследовательские центры сосредоточились на аэрокосмической, энергетической и информационной технологиях.

Лу Чжоу собирался найти одно или два направления из этих областей и сосредоточится на них.

Например, в аэрокосмической промышленности он хотел разработать плазменный двигатель.

Это не полностью из-за третьих обломков. В первую очередь — из-за того, что некоторые технологии термоядерного синтеза можно применить для разработки плазменных двигателей.

Подобно тому, как проект посадки на Луну "Аполлон" косвенно способствовал развитию технологии парогазовых турбин. Плазменный двигатель неотделим от управляемого термоядерного синтеза.

Что касается энергетики, то Лу Чжоу планировал продолжить углубляться в управляемый термоядерный синтез и разработать второе поколение термоядерных реакторов, а именно термоядерное зажигание с использованием гелия-3 и дейтерия в качестве топлива.

Хотя этого не достигнуть быстро, инвестиции в будущее всегда окупаются.

Что касается информационных технологий, то это за пределами области исследований Лу Чжоу.

Хоть он и читал учебники в этой области по заданиям системы, он очень далек от того, чтобы называться профессионалом.

После долгих и тщательных размышлений Лу Чжоу определился. В качестве основных направлений исследований выбрал углеродные чипы и квантовые компьютеры.

Объединение исследовательских центров Востока ориентировано на долгосрочных проектах. Как научному лидеру, Лу Чжоу не нужно слишком беспокоиться о достижении краткосрочных технологических результатов.

Научные исследования — не посадка деревьев, и инвестиции не обязательно означают успех.

Если в долгосрочной перспективе технологии достижимы, то уже хорошо.

В середине написания плана Лу Чжоу взглянул на огромный список на экране и потянулся.

— Уже десять часов?

Совершенно незаметно пролетел день.

Поскольку завтра ему нужно идти в университет, он решил не засиживаться допоздна. Принял горячий душ и лег спать.

Дрон Сяо Ая взял его телефон из кабинета и принес в спальню.

Полежав в постели и полайкав комментарии в социальной сети, он незаметно заснул.

………………………...

На следующее утро.

Лу Чжоу проснулся рано и сделал обычные утренние дела. После этого надел пальто и вышел на улицу.

Черная машина с национальным флагом уже ждала его перед виллой.

Лу Чжоу сел спереди и сказал:

— Я планирую поменять машину.

— Планируешь купить BMW или Mercedes? Я могу водить что угодно.

— Еще не решил, может электромобиль?

От Пурпурной горы недалеко до Цзиньлинского университета.

Пока говорили — вскоре увидели здание международного конференц-центра Цзиньлинского университета.

Машина въехала на территорию университета и остановилась перед столовой. Лу Чжоу отстегнул ремень безопасности и спросил:

— Ты завтракал?

— Я поел, прежде чем забрать тебя.

— Ладно, тогда не предлагаю.

После этого Лу Чжоу вышел из машины и закрыл дверь.

В столовой на завтрак купил пельмени и соевое молоко, потом отправился в математический корпус, к себе в кабинет.

Он подошел к двери своего кабинета и уже собирался достать ключи, как услышал, что кто-то разговаривает внутри.

Лу Чжоу немного поколебался, а потом постучал.

Из-за двери послышались шаги.

После этого дверь кабинета открылась. Девушка в круглых очках удивленно посмотрела на него.

— Ах, профессор, почему вы пришли так рано?

Лу Чжоу удивился больше нее:

— Кто ты?

Девушка застенчиво улыбнулась и ответила:

— Я — Чжао Хуань, ваш помощник.

Помощник?

Лу Чжоу чувствовал себя немного странно, заглянув в кабинет, увидел еще два стола.

Он увидел девушку лет двадцати, сидящую за одним из столов. Она смотрела на него с любопытством.

— А это?

Чжао Хуань, замешкавшись, ответила:

— Они — тоже.

— ...

После объяснений Лу Чжоу, наконец, получил общее представление о трех девушках.

Девушку в очках звали Чжао Хуань, и она, в основном, отвечала за организацию занятий, конференций и академических встреч. Другую, более зрелую девушку, звали Кун Цзе, и она отвечала за копирайтинг, презентации и подобное. Что касается третьей, то она, в основном, отвечала за телефонные звонки и выполнение поручений...

Почему она кажется знакомой?

Линь Юйсян помахала рукой и поприветствовала его:

— Привет.

— ...

— Не будь таким холодным, мы когда-то бок о бок сражались.

Все, что ты делала, это принесла мне поесть, почему ты такая самоуверенная?

Лу Чжоу вздохнул:

— Почему ты здесь?

— Я заканчиваю университет в следующем году и планирую стать государственным служащим, поэтому подала заявление на должность помощника в университете, — Линь Юйсян ухмыльнулась. — Я не ожидала, что меня отправят к тебе. Должно быть, это судьба.

— ...

Похоже, она ничуть не изменилась.

Лу Чжоу оглядел кабинет и сказал:

— Поскольку университет уже организовал для вас задания, я не буду ничего распределять. Просто следите, что вы все делаете, и если что-то нужно — говорите мне... И еще, где лежат резюме от аспирантов? Мне сказали, что уже отправили их сюда.

Чжао Хуань тут же побежала к своему столу, чтобы забрать резюме, после чего отдала их Лу Чжоу.

— Я уже рассортировала их.

Лу Чжоу кивнул и пролистал резюме.

— Что ж, хорошая работа.

После этого он больше ничего не говорил. Сел за стол и принялся читать резюме.

……………..

Поскольку Лу Чжоу очень занятой, он понимал, почему университет предоставил ему трех помощников. Единственное, чего он не понимал, почему все они — девушки?

Он не сомневался в их эффективности. Просто работа помощника научного сотрудника — не очень хорошая.

Это одно из наименее привлекательных мест.

По сравнению с постдокторскими должностями, где можно заниматься исследованиями, помощники исследователей, в основном, отвечали за физическую работу. Они получали низкую зарплату и имели мрачное будущее. Единственным выходом было перейти на административную работу. Если не получится, то уже через пару лет лучше искать другую работу.

По правде говоря, Лу Чжоу не испытывал большого оптимизма по поводу помощниц. Он не думал, что им хватит упорства.

Но, в любом случае, их для него предоставили.

Даже если он не доволен, то, по крайней мере, следует подождать некоторое время и посмотреть.

Лу Чжоу провел все утро, просматривая резюме, которые Чжао Хуань рассортировала для него. Он выбрал несколько кандидатов для личного собеседования.

В этот раз Лу Чжоу планировал набрать довольно большое число студентов.

Не только в области математики, но и в области вычислительного материаловедения, а также — в области теоретической физики.

Все потому что... несколько дней назад он начал бонусное задание.

Глава 578. Разве он не уже?

Предыдущая цепочка задания дала две карточки заданий, а именно — еще одну цепочку заданий и бонусное задание.

Лу Чжоу подумал о времени на цепочку заданий и о том, что он может выбрать только одно задание, и решил сначала выбрать бонусное задание.

[Бонусное задание активировано! (Можно отказаться в любой момент, не тратить баллы)]

[Описание: один человек не добьется процветания для целого поколения. Перестаньте сосредотачиваться только на экспериментах, обучите больше учеников!

Требования: 1. Возьмите два курса, обучайте минимум по 12 часов каждый. Итоговая награда зависит от качества курса. (S оценка = 100 000 очков опыта, один билет счастливой лотереи).

2. Помогите студентам подготовить 5 или более статей. Вознаграждение рассчитывается по основе суммарного импакт-фактора. (1 импакт-фактор = 1000 очков опыта, 10 баллов).

Награда: 0-??? очков опыта, 0-??? баллов, 1-2 билетов счастливой лотереи.]

В целом, это задание относительно простое.

Он просто должен прочитать лекции и взять несколько студентов. На это у него уйдет один семестр. Что касается статей, то обычному человеку, возможно, будет нелегко написать их, но для него помочь нескольким студентам написать статьи — проще простого.

Награда рассчитывалась не на основе научной ценности работ, а на импакт-факторе журнала. Его студентам не нужно решать математические задачи мирового уровня. Требуется лишь, чтобы работы его студентов приняли журналы с высоким импакт фактором.

Не говоря уже о том, что он может использовать вычислительное материаловедение.

Как один из основателей этой области, он мог пойти в Цзиньлинский институт перспективных исследований и найти несколько исследовательских проектов для своих студентов. Тогда он мог бы подписаться под работами, и их оценка была бы очень высока.

Что касается награды за задание, то она очень хорошая.

Если ему повезет, он может получить двойную награду S ранга, что два билета счастливой лотереи. Возможно ему повезет, и он получит еще раз сканер?

Именно его Лу Чжоу хотел больше всего.

С помощью нынешних технологий довольно трудно исследовать третьи обломки. В конце концов, Лу Чжоу понятия не имел, что за технологии лежат в двигателе. Он даже не был уверен, двигатель ли это.

Конечно, Лу Чжоу получал сканирующий пистолет только раз, поэтому не велика вероятность получить его еще раз.

Лу Чжоу не мог не жаловаться из-за этого.

Возможно, из-за того, что я — уже не начинающий, то не вижу вероятностей призов при розыгрыше.

Лу Чжоу подготовил список людей для собеседования и передал его Линь Юйсянь, которая отвечала за связь со студентами. После этого отказался от ее приглашения вместе пообедать в кафе, и вместо этого отправился в столовую.

Вернувшись в кабинет, Лу Чжоу начал обдумывать планы на вторую половину дня, как в кабинет ворвалась Чжао Хуань.

Задыхаясь, она склонила голову и извинилась.

— Эм... профессор, у вас после обеда — занятие по теории чисел.

Лу Чжоу удивился.

— Занятие по теории чисел? Я думал, мои пары начинаются с десятой недели.

Чжао Хуань выглядела виноватой.

— Извиняюсь, мне очень жаль! Занятия по материаловедению начинаются на десятой неделе, а занятия по теории чисел начинаются на этой...

На этой неделе?

Хотя Лу Чжоу немного удивился, но не стал винить ее.

В конце концов, она — новичок, и неопытна в подобной работе. Главное, чтобы она не ошибалась так же в будущем.

— Выше нос, это всего лишь одна пара, ничего особенного. Просто в следующий раз будь внимательнее.

Хотя Лу Чжоу было все равно, Чжао Хуань все еще чувствовала себя виноватой.

— Может мне связаться с администрацией и изменить расписание?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Не нужно, я проведу занятие.

Чжао Хуань забеспокоилась:

— Но… вы ведь не готовились.

Лу Чжоу выдвинул ящик стола и улыбнулся.

— Ничего страшного, мне достаточно одного учебника.

……………………….

Учебный корпус.

Внутри аудитории на втором этаже, в конце коридора.

Еще за полчаса до начала занятий аудитория полностью заполнилась, что некоторые студенты сидели в коридоре.

Пара должна была вот-вот начаться, и студенты с волнением ожидали этого.

— Думаешь, Бог Лу действительно будет учить нас лично?

— Не знаю, но так написано в учебной программе.

— Не придет же помощник преподавателя?

— Такое вполне возможно! Если бы я был главным конструктором, у меня не было бы времени проводить пары! Я даже не стал бы париться и браться за проекты стоимостью меньше миллиарда.

— Мечтай!

Высокий и худощавый парень поднялся и оглядел аудиторию, после чего со вздохом сел обратно.

— Боже, это же огромный зал, неужели так много людей на теории чисел?

Его сосед по комнате, который сидел рядом с ним в очках, вздохнул:

— Это же главный конструктор Лу, лауреат Филдсовской и Нобелевской премий. Забудь о магистрантах из нашего универа, сюда приходили даже студенты из педагогического неподалеку.

Чтобы попасть сюда, некоторые студенты проехали две остановки на метро.

— Почему они пришли? У них вообще есть математический факультет?

— Я откуда знаю? Но у них есть математическое направление.

Вскоре прозвенел звонок.

Как только прозвенел звонок, Лу Чжоу, одетый в сером пальто, вошел в аудиторию с учебником в руках.

Его молодое и красивое лицо веяло свежестью в отличие от других профессоров. Когда он встал за кафедру, в зале стало более шумно и воодушевленно.

Девушка, сидевшая в первом ряду, начала фотографировать, на что Лу Чжоу улыбнулся.

— Студент, занятие еще не началось, фотографировать не надо.

Девушка, делавшая снимки, покраснела и убрала телефон.

Лу Чжоу оглядел переполненный зал и удивился числу людей. Откашлявшись, он начал:

— Все успокоились, давайте начнем.

Как только он заговорил, в аудитории воцарилась тишина.

По взглядам всех присутствующих Лу Чжоу чувствовал, что они с нетерпением ждут его лекции.

Чтобы оправдать их ожидания, он больше не заставлял их ждать.

Лу Чжоу открыл первую страницу учебника и откашлялся.

— Теория чисел — древний предмет, его происхождение можно проследить до нашей эры...

— Вы можете спросить, какой смысл в изучении такого старья, и могу сказать вам, что в этом нет никакого смысла.

— Будь то гипотеза о числах-близнецах, гипотеза Гольдбаха или проблема "1+1", все это просто бессмысленные исследования. Однако многократно изучая эти интересные, но бессмысленные гипотезы, мы часто можем получить от этого неожиданные сокровища. Какие сокровища, спросите вы? Это может быть новый математический инструмент или новая область.

— Откройте свои книги на введении, я постараюсь говорить не быстро и начну с самого начала. Поскольку у меня нет презентации, вам придется записывать… Я надеюсь, что вы не будете отставать.

Лу Чжоу повернулся лицом к доске. Он взял кусок мела и начал писать.

Учебник, который он использовал, был написан профессором Фэн Кэцинем из университета Шуйму. Он был близким учеником Хуа Логэна, и можно сказать, что он лично стал свидетелем взлета и падения китайской теории чисел.

Когда Лу Чжоу впервые получил премию Крафорда за доказательство гипотезы Гольдбаха, он получил приглашение от Цзиньлинского университета сделать доклад о доказательстве гипотезы Гольдбаха и методе групповой структуры. Все известные люди в области теории чисел присутствовали на этом докладе.

После окончания доклада Фэн Кэцинь поинтересовался мнением Лу Чжоу о добавлении метода групповой структуры в новое издание учебника "Введение в теорию чисел".

После более чем двухлетних правок этот учебник, наконец, выпустили в прошлом году.

Лу Чжоу пролистал его ранее в библиотеке и посчитал, что содержание этого учебника довольно хорошее. Он подходящий для новичков, а также углублялся в некоторые темы.

Хотя Лу Чжоу не думал, что кто-то из этих студентов сможет решить какую-то гипотезу мирового класса, но он верил, что, если он передаст им некоторые из своих идей, это поможет им в их карьере.

Профессор Тан Чживэй сидел в конце аудитории, посмотрев на Лу Чжоу, он пробормотал:

— Время действительно летит.

Декан Лу Фанпин, сидевший рядом с ним, улыбнулся:

— Да, в следующем году тебе исполнится семьдесят, когда ты собираешься уйти на пенсию?

— Я буду преподавать еще несколько лет, я не тороплюсь.

— Еще несколько лет? Если бы у меня был такой ученик, как Лу Чжоу, я бы давно уволился.

Старик Тан покачал головой:

— Я ничему его не учил. Этот парень довольно решительный. Мои планы на него никогда не совпадали с его успехами. Последние несколько лет я думал о том, как ему это удалось. Но единственный вывод, который я сделал, заключался в том, что он — гений, который более прилежен, чем обычные гении... Может быть, его обучало какое-то высшее существо.

Лу Фанпин посмотрел на переполненную аудиторию и студентов, делающих заметки в проходе, и спросил:

— Как думаешь, Цзиньлинский университет когда-нибудь станет математическим центром Китая?

Старик Тан улыбнулся и посмотрел на молодого человека, стоящего за кафедрой.

— Разве он не уже?

Глава 579. Польза от красоты?

Проговорив около 80 минут, Лу Чжоу сделал два шага назад и посмотрел на доску. Он понял, что писать ему больше негде, поэтому  оглянулся на студентов в аудитории.

— На этом мы закончим.

Когда студенты увидели, что профессор Лу отложил мел, они, наконец, вздохнули с облегчением.

Хотя большинство профессоров быстро читали лекции, они даже близко не приблизились к профессору Лу, который прочитал семьдесят страниц всего за одну лекцию.

Если так пойдет и дальше, то они закончат учебник всего за несколько лекций.

Но они должны были признать, что лекция была довольно хорошей.

Даже очень хорошей.

Сейчас многие профессора не заинтересованы в обучении студентов, даже их преподавательские способности обратно пропорциональны их академическим способностям.

Однако профессор Лу вызывал у студентов совсем другое чувство.

Хотя они не могли полностью понять идеи, которые он использовал при решении задач. При объяснении некоторых более важных тем, они узнали то, что не могли узнать из учебников.

Как математические методы и опыт.

Студенты, сидевшие в аудитории, прекрасно понимали, что это гораздо важнее!

Высокий худощавый парень, сидевший в середине зала, посмотрел на свои записи и вздохнул.

— Если бы Бог Лу учил нас в прошлом семестре, не было бы столько гемороя.

Для студентов старших курсов теория чисел требовала хороших познаний математики и хорошей логики, и она считалась трудным предметом.

Особенно в продвинутых областях алгебраической теории чисел и аналитической теории чисел, даже математики с докторской степенью не могли понять некоторые глубокие темы.

То, что они изучали, относительно простое, но присутствовало также много каверзных моментов.

Удивительно, но после объяснений Лу Чжоу трудных тем... они больше не казались такими трудными.

Его сосед по комнате в очках сказал:

— В конце концов, он был профессором в Принстоне, зарабатывая сотни тысяч долларов в год. Думаешь, отчего на пару пришло столько народу?

— Разве не из-за того, что он получил Филдсовскую и Нобелевскую премии?

— Ну, может и из-за этого.

Пока они болтали, Лу Чжоу заговорил.

— У нас еще есть немного времени. Если есть какие-либо вопросы относительно материала, который я только что прочел, не бойтесь и спрашивайте. Конечно, я также могу ответить и на другие вопросы, но не буду отвечать на личные вопросы.

В аудитории поднялся шум.

Даже студенты, которые пришли сюда просто из-за любопытства, мгновенно очнулись.

Через некоторое время студент в очках в черной оправе поднял руку и спросил:

— Профессор, не могли бы вы рассказать нам, как вы решили гипотезу Гольдбаха?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, могу, но не сейчас. Исходя из вашего уровня, вы не поймете и первую страницу моей работы. Я предлагаю вам сначала закрепить основы, а потом уже изучать что-то продвинутое... Конечно, если вы действительно заинтересованы, я могу рассказать об этом после изучения материала курса.

Студент сел. Вскоре пухлый парень в толстовке поднял руку и с любопытством спросил:

— Профессор, как вы перешли от математики к управляемому термоядерному синтезу?

Управляемому термоядерному синтезу?

На это сложно ответить.

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Мои исследования не ограничиваются чистой математикой. На мой взгляд, математика — мощный теоретический инструмент, будь то физика, химия или любая другая область, с помощью правильных расчетов мы можем найти ответы быстрее.

— Исследование уравнений Навье-Стокса дало мне возможность исследовать турбулентность плазмы. Конкретно на это меня подтолкнули события три года назад. Тогда я прилетел в Берлин, где Немецкое химическое общество собиралось вручить мне медаль Гофмана. Там я познакомился с профессором Клитцингом, и он пригласил меня в лабораторию Вендельштейн 7-Х...

— А сами подробности, думаю, вам не очень интересны, — Лу Чжоу ухмыльнулся и пошутил.

— К тому же, для вас это бесполезно, а мне нравится оставаться загадочным.

В зале раздались смешки.

Так совпало, что занятие закончилось.

Сразу после звонка Лу Чжоу взял учебник в руки и быстро покинул аудиторию, прежде чем студенты смогли окружить его.

Он шел по коридору и случайно столкнулся с ректором Сюем.

Тот заметил Лу Чжоу с учебником и спросил:

— Как оно? Как преподавать?

— Довольно здорово, — Лу Чжоу улыбнулся. — Могу сказать, что наши студенты более увлеченные, чем студенты Принстона.

Хотя студенты Принстона тоже предпочитали молодых и умных профессоров, у них было гораздо меньше энтузиазма.

В конце концов, в Принстоне слишком много гениев и громких имен. Любой, кто стоял за кафедрой, был потенциальным лауреатом Нобелевской премии или Филдсовской премии.

Кроме того, в сравнение с опытными профессорами там, Лу Чжоу должен был научиться многим преподавательским навыкам.

Конечно, это только по меркам Принстона.

Если оценивать по стандартам Цзиньлинского университета, то не будет лучше преподавателя математики, чем Лу Чжоу.

Ректор улыбнулся:

— Похоже, наши студенты очень похожи на вас. Мои пары никогда так не заполнялись.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Может… это польза от красоты?

После небольшой паузы ректор продолжил:

— Если есть какие-то предложения или просьбы по поводу занятий, то говори. Университет постарается найти решения.

— Я вполне доволен. Пока нечего просить, только если...

— Только если?

— Нет, ничего.

Лу Чжоу сначала хотел пожаловаться, что все его помощники — женщины, но внезапно передумал и почувствовал, что это будет неуместно.

Должен ли я попросить университет предоставить мне помощников мужчин?

Эм...

Думаю, это вызовет недоразумение.

Глава 580. Лаборатория на третьем подземном этаже

Поскольку кабинет Лу Чжоу был переполнен эстрогеном, он действительно не хотел туда возвращаться.

Он позвонил Чжао Хуань и попросил ее организовать собеседования со студентами, после чего отправился в Институт перспективных исследований.

Он уже какое-то время хранил третьи обломки в системном пространстве.

Каждый вечер перед сном заходил в него и некоторое время изучал их. К сожалению, он мог видеть только проекцию внутри системного пространства, и не мог просмотреть внутреннюю структуру.

Лу Чжоу не терпелось узнать, что это такое, и он не мог больше ждать.

Он подошел к главному корпусу Института перспективных исследований и спустился на лифте на склад образцов, который находился на втором этаже под землей.

Прошел в конец коридора к хранилищу образцов и остановился перед металлической дверью. Ввел пароль на электронном замке и посмотрел в камеру для распознавания сетчатки глаз.

Металлическая дверь медленно открылась, отворяя ему проход на третий подземный этаж.

С тех пор как Лу Чжоу получил первые обломки от системы, он учел, что может получить большие обломки, с которым будет трудно работать.

Поэтому, когда он строил Институт перспективных исследований, то специально попросил спроектировать скрытую личную лабораторию.

Конечно, на бумаге это часть хранилища образцов, которое просто находилось в более безопасном месте.

Институт перспективных исследований проводил исследования во многих чувствительных областях, такие как сверхпроводящие магниты.

Нет ничего удивительного в том, чтобы иметь такие защищенные хранилища.

Даже если преступник попадет внутрь, все камеры и системы безопасности контролировал Сяо Ай.

В случае незваного гостя, Сяо Ай мог отключить лифт и закрыть двери, что полностью заперло бы незваного гостя на втором этаже.

При необходимости, у Лу Чжоу даже была возможность отключить систему вентиляции на втором этаже.

Но Лу Чжоу считал, что в этом нет необходимости.

В конце концов, с Сяо Аем, охраняющим это место, невозможно попасть сюда.

Лу Чжоу спустился на третий этаж.

Когда он шел по коридору секретной лаборатории, два дрона, которые тихо лежали у двери, загорелись зеленым светом и полетели за Лу Чжоу.

Лу Чжоу встал посреди просторной лаборатории и глубоко вздохнул. Вошел в системное пространство и выбрал третьи обломки.

Через несколько секунд Лу Чжоу покинул системное пространство и открыл глаза.

Он увидел перед собой черные очертания обломков, потом контур стал наполняться неизвестным материалом, и оболочка начала светиться изнутри.

Каждый раз, наблюдая, как объекты системы попадают в реальность, он не мог не удивляться.

Это нарушало законы физики, и Лу Чжоу понятия не имел, как система это делает.

Телепортация? Или какой-то двумерный материал, расширяющийся на трехмерной плоскости? Или это на основе каких-то других законов физики...

Из соображений безопасности Лу Чжоу использовал прибор, чтобы проверить радиацию, прежде чем приближаться к обломкам.

Убедившись в отсутствии радиации и других аномальных сигналов, он надел белые перчатки и достал из ящика с инструментами фонарик и кусачки, после чего осторожно подошел к обломкам.

Найдя место повреждения, использовал фонарик, чтобы заглянуть внутрь.

В этот раз смог увидеть внутреннюю структуру.

Все оказалось совсем не так, как он представлял. Первоначально он думал, что это фантастическое устройство. Однако не ожидал, что это просто куча деталей и порванных проводов.

Он использовал камеру высокого разрешения, чтобы сделать несколько фотографий внутренней структуры. После этого начал заниматься исследованиями или разработками оборудования.

Он выбрал кусок оборванной проволоки и осторожно сжал его кусачками. Оболочка провода быстро превратилась в порошок, показав тонкую серебряную проволоку под собой.

— Проволока? Или оптоволокно?

Лу Чжоу с помощью кусачек отрезал кусочек и положил его в коробку для образцов с наклейкой "Образец А". Описав место, где достал его, отложил его, чтобы провести анализ потом.

После этого Лу Чжоу, держа фонарь зубами, наполовину пролез внутрь двигателя через дыру.

Проследив за проводами, вскоре нашел то, что искал.

Провода соединялись с черной пластиной.

Он осторожно протянул руку и потянул за серебристые провода, обнаружив, что их легко отсоединить.

Взяв сломанную пополам пластину, вылез из двигателя.

Под светом лаборатории внимательно рассмотрел ее.

Нахмурившись, он пробормотал:

— Плата?

На плате был слой черной краски.

Лу Чжоу не знал из-за чего, но слой черной краски стерся из-за легкого прикосновения.

Лу Чжоу посмотрел на черные пятна на своих перчатках и нахмурился. Он сжал пальцы и потер их.

Ощутив гладкую структуру, на мгновение впал в ступор.

— Графит?

Осознав это, мгновенно стал взволнован.

Углерод!

Это углерод!

Инженеры высокотехнологичной цивилизации не будут подключать провода к графиту.

Поэтому тут должны быть добавления других материалов на основе углерода.

Следуя этой логике, неизвестная плата в его руке должна была быть интегральной микросхемой из углеродных чипов или, как минимум, чем-то подобным!

Если все верно, то вполне вероятно, что высокоразвитая цивилизация достигла создания электронных компонентов на основе углерода!

Единственным недостатком было то, что эти компоненты из графита...

— Объекты из углерода действительно хорошо хранят секреты...

Лу Чжоу положил эту плату в большую коробку для образцов и вздохнул.

Однако это еще не тупик.

Теперь он знал, что такой технический путь осуществим, а это важные знания.

После этого Объединение исследовательских центров востока и Институт перспективных исследований могут приступить к разработке этой технологии.

Посмотрев на обломки, в Лу Чжоу разгорелось любопытство.

Как и ожидалось, он был прав.

Это шкатулка с сокровищами!

Если бы только у него был помощник...

Вдруг он сказал:

— Сяо Ай.

-  Да? — откликнулся дрон позади него.

— Ты хочешь иметь тело?

— Тело? Да! Хозяин, неужели я могу получить тело? Ты не обманываешь меня? — взволнованно сказал Сяо Ай.

— Да...

Лу Чжоу снял белые перчатки и некоторое время размышлял.

— Это немного трудно сделать прямо сейчас…  Но я изо всех сил постараюсь.

Глава 581. Это не то тело, которое я хотел

Покинув подземную лабораторию, Лу Чжоу отыскал Ян Сюя с его командой в лаборатории для тестирования аккумуляторов.

В этот момент Ян Сюй только закончил серию экспериментов и записывал результаты.

Лу Чжоу не стал отвлекать их и подождал, пока они закончат, а потом отозвал Ян Сюя в сторону, где отдал ему коробку с образцами.

— Помоги мне провести компонентный анализ.

— Ладно, -  Ян Сюй не стал много спрашивать. Он заглянул внутрь небольшой пластиковой коробки и спросил:

— Срочно?

— Не срочно, в течение трех дней предоставь мне его.

— Хорошо, — Ян Сюй положил коробку в свой лабораторный халат и спросил:

— Есть какие-нибудь требования?

— Найди пики на инфракрасном спектре, а также сделай анализ с помощью сканирующего микроскопа. Пока только это.

— Без проблем, послезавтра все будет готово.

— Хорошо, спасибо, -  Лу Чжоу кивнул и посмотрел на тестер батареи рядом. — Что вы тут делали?

— Мы пытаемся улучшить материал катода литий-серных батарей. Мы заменили парообразователь и попытались изменить размер пор материала ПУС-2. Немногочисленные данные показывают, что материал можно еще улучшить. Можно замедлить скорость диффузии серосодержащих соединений в электроде, благодаря чему увеличить срок службы батареи… Но мы все еще пытаемся подтвердить это.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Похоже, это многообещающий проект... Кстати, хотел узнать, ты что-нибудь знаешь о промышленных роботах?

Ян Сюй странно посмотрел на Лу Чжоу. Он не знал, почему тот спрашивает об этом.

— Роботах? А что такое?

— Они пригодятся в экспериментах. Я хотел купить несколько для исследований. Ничего страшного, если ты ничего не знаешь, я узнаю у кого-нибудь еще.

— Роботы… Я, правда, мало что знаю о них, — Ян Сюй потер подбородок. — Но у меня есть друг, который занимается им.

— Из Массачусетского технологического?

— Нет. Он — друг, с которым я подружился в студенческие годы. Он также изучал материаловедение, но затем перешел на автоматизацию. Он последовал за своим руководителем и занялся робототехникой. Помню, во время нашей встречи он пытался продать мне роботов, которых производила его фабрика. Я тогда сказал ему, что наш институт — не цех, и нам такое не нужно, — Ян Сюй улыбнулся и добавил:

— Его фабрика находится в Цзиньлине. Если нужно, я могу познакомить тебя с ним.

— Просто дайте мне его визитку.

— Ладно, вроде одна есть у меня в кабинете. Пойду возьму.

……………………….

Друга Ян Сюя звали Чжао Чжуншу.

Хотя очень невежливо высмеивать чужие имена, Лу Чжоу чуть не рассмеялся вслух, увидев эту визитку.

Однако хотя имя звучало немного глупо, этого парня можно считать гением.

По словам Ян Сюя, он изначально был специалистом в материаловедении, но затем, после окончания университета, у него произошла смена карьеры. Он последовал за руководителем в робототехнику.

До 2010 года робототехника не пользовалась особой популярностью. Фабрика его руководителя, в основном, отвечала за импорт оборудования и продажу его логистическим и сборочным заводам в Китае.

Можно сказать, что он не был бедным, но и не был богатым.

Однако в 2015 году произошли кардинальные изменения.

В то время, чтобы догнать производственный план Китая до 2025 года, страна стала инвестировать в промышленность. И промышленная робототехника стала важной частью этого. Индустрия робототехники получила сотни миллиардов субсидий. Так же, как и в фотоэлектрическую отрасль, деньги просто хлынули.

Когда он увидел эту возможность — был лишь постдоком.

После некоторых раздумий он отказался от мысли оставаться в науке и основал компанию с друзьями.

И результат превзошел все его ожидания.

С опытом, накопленным за годы, за пять лет он вырос в приличное предприятие.

Даже самого Чжао Чжуншу поражало это.

В конце концов, он основал компанию всего с несколькими людьми...

Пригород Цзиньлина.

Внутри светлой и просторной фабрики.

По сторонам от дорожки стояли роботы-манипуляторы. Большие руки в вытянутом виде были в три раза выше человека. Маленькие, примерно такой же длины, как человеческая рука. Присутствовало также множество оборудования и различных инструментов для них.

Судя по буквам по бокам роботов, все это произвели здесь, или как минимум половину.

Войдя внутрь фабрики с директором Чжао, Лу Чжоу спросил:

— Какие модели вы продаете здесь?

Чжао Чжуншу улыбнулся:

— Много всего. Есть небольшие роботы весом около 5 килограммов. Есть и большие, грузоподъемностью в 1,35 тонны. Есть также импортные, например, умные роботы YuMi от ABB, а также IIWA KUKA. Однако на складе их нет, их нужно заранее заказывать.

— Есть то, что можете порекомендовать?

— Все зависит, для чего вам робот.

— Проводить эксперименты.

— Эксперименты? — Чжао Чжуншу замер. Он думал, что ослышался, поэтому переспросил:

— Использовать роботов для экспериментов?

— Это невозможно?

Чжао Чжуншу улыбнулся:

— Ну, это зависит от того, что это за эксперименты. Если вы работаете с высокоточными инструментами с деликатными задачами, боюсь, точность будет проблемой.

— Можно мне сделать фото?

Чжао Чжуншу сердечно улыбнулся:

— Пожалуйста. Надеюсь, профессор Лу привлечет клиентов для нашей фабрики.

Честно говоря, он не ожидал, что Лу Чжоу купит много роботов. В конце концов, каким бы продвинутым ни был робот, он мог выполнять только физические задачи, не требующие большого ума. Робот никак не мог заменить даже новичка исследователя.

Однако промышленность неразрывно связана с наукой. Вот почему он так стремился помочь Лу Чжоу, из-за связей того с промышленностью.

Лу Чжоу достал телефон и сделал несколько снимков, после чего отправил Сяо Аю фото.

Он мало что знал о роботах. Поэтому решил позволить выбирать Сяо Аю.

Отправив фотографии, напечатал сообщение:

"Какой тебе больше нравится?"

Через некоторое время пришел ответ.

"Это не то тело, которое я хотел. O(╥_╥)O"

— ...

Ты не говорил мне, какое тело тебе нужно!

Не ожидал, что он будет таким придирчивым.

Лу Чжоу вздохнул и ответил:

"Это все, что можно использовать."

Прошу прощения, что технологии землян — отсталые.

"Я_не_хочу_с_тобой_разговаривать.jpg"

А?

Увидев, как Лу Чжоу уставился в свой телефон, Чжао Чжуншу спросил:

— Если вы не можете определиться, я могу помочь.

Продолжая печатать в телефоне, Лу Чжоу ответил:

— Не надо, подождите немного.

Хотя Чжао Чжуншу был сбит с толку, он все же кивнул.

— Ладно.

Глава 582. Чем старше выглядишь, тем больше шанс, что ты академик

После некоторых уговоров Лу Чжоу смог успокоить Сяо Ая и уговорил его выбрать несколько понравившихся вариантов.

Лу Чжоу чувствовал, что чем умнее Сяо Ай, тем он раздражительнее.

Однако программа есть программа, и она не могла отклонить приказ Лу Чжоу.

Наконец он получил фотографию от Сяо Ая. Он посмотрел на роботов манипуляторов на фабрике и сказал:

— Я возьму умных роботов YuMi от ABB, а также шестиосных роботов грузоподъемностью в 5 килограмм, 160 килограмм и 1,35 тонн, по два робота каждой модели.

Восемь роботов — не много. Даже если они импортные, это все равно обошлось в менее чем два миллиона.

Поскольку Лу Чжоу направил к нему его друг, Чжао Чжуншу даже не стал брать у него предоплату.

Однако Лу Чжоу все равно внес ее в соответствии с условием контракта.

— Когда их доставят?

— Прибудут в этом месяце.

— Хорошо. Вы поможете установить их?

Чжао Чжуншу похлопал себя по груди и ответил:

— Можете не сомневаться, наши техники разберутся с установкой за вас.

Лу Чжоу кивнул и убрал контракт, больше он не задерживался здесь.

Поскольку у него еще были дела в университете, он отказался от приглашения директора пообедать. Сел в машину Ван Пэна и направился в сторону Цзиньлинского университета.

…………………….

В этом году Китайский новый год прошел рано, и время поступления проходило тоже рано.

Лу Чжоу пригласил декан Цинь в качестве интервьюера для собеседования с поступающими во второй половине дня.

Лу Чжоу съел в столовой миску жареного мяса с рисом, после чего быстро отправился на место проведения собеседования.

Когда пришел, до начала оставалось десять минут.

Кроме него, прибыли все остальные.

Декан Цинь поздоровался с ним и улыбнулся.

Лу Чжоу сел и налил себе чай. Пока он болтал с другими профессорами, настало два часа.

Ровно в два часа зашел студент в черной толстовке, очках и с залысиной.

Из-за его странного вида Лу Чжоу даже не подумал бы, что он пришел на собеседование, если бы он не представился.

Очевидно, Лу Чжоу не единственный, кто так подумал.

Профессор Ян Чуньхуа, которому уже за сорок, посмотрел на резюме и не поверил своим глазам.

— Родился в девяносто четвертом? Что-то не похоже.

Парень был достаточно бесстыдным, и с улыбкой ответил:

— Возможно из-за бледной кожи... я выгляжу более молодым.

Лу Чжоу чуть не поперхнулся чаем.

Ян Чуньхуа сказал:

— Нет, я имею в виду, что ты выглядишь старше.

Студент непонимающе посмотрел на него.

Лу Чжоу поставил чашку и тихонько кашлянул.

— Старше — это хорошо. Так ты больше походишь на ученого.

Разве не так говорят?

Чем старше выглядишь, тем больше шанс, что ты — из Китайской академии наук.

Увидев эту лысеющую голову, у Лу Чжоу кольнуло в сердце.

Он не знал почему, но чувствовал, что его слова утешения не сработали. Студент стал более подавленным...

Вскоре первое собеседование закончилось. Профессора обменялись мнениями и дали довольно хорошую оценку студенту.

После этого вошел второй студент.

Он достаточно обычно рассказал о себе.

После чего профессор Ян Чуньхуа задал первый вопрос:

— У тебя есть девушка?

Парень улыбнулся:

— Если стану магистром, надеюсь, мой профессор познакомит меня с одной.

Лу Чжоу сказал:

— Зачем это, не думай все время о свиданиях, когда занимаешься наукой.

После чего воцарилось неловкое молчание.

По окончании собеседования профессора обменялись мнениями.

Лу Чжоу собирался высказать свое мнение, когда внезапно получил сообщение от Ян Сюя.

"Мы получили результаты!!!"

Лу Чжоу не знал, почему тот поставил три восклицательных знака в одном предложении, но чувствовал, что результаты должны быть удивительными. Он ответил:

"Скоро буду."

Он выключил телефон и посмотрел на других интервьюеров.

— У меня появились срочные дела. Я должен уехать.

Декан Цинь улыбнулся и сказал:

— Все в порядке. Можешь идти.

Лу Чжоу кивнул и поблагодарил, после чего покинул аудиторию.

За пределами аудитории.

Два постдока стояли, прислонившись к подоконнику окна коридора. Они помогали поддерживать порядок на месте проведения собеседования.

Когда они увидели, что Лу Чжоу покинул кабинет, сразу же заговорили о нем.

— Это Лу Чжоу, да?

— Судя по всему.

— Почему он интервьюер?

— Не знаю, может быть, потому, что он берет много студентов и не доверяет другим проводить собеседование у его студентов?

— Слышал, что в Принстоне у него было четыре студента.

— Я слышал, что шесть. Двое аспирантов еще.

— Поразительно… Так много студентов, когда он все успевает?

На лице постдока отразилась зависть.

Такие новички исследователи, как они, не способны испытать чувства того, как кто-то работает на тебя.

Они испытывали только боль, работая на других.

Постдок, стоявший рядом с ним, покачал головой и сказал:

— Только бог знает.

Гораздо выгоднее брать себе аспирантов, чем набирать магистров. В конце концов, даже при решении сложных задач приходится делать много повторяющейся работы.

По сравнению с обычными работниками, как бы усердно ни работали студенты, они никогда не жаловались на заработную плату и рабочее время... Нигде не найти лучшей рабочей силы, чем в университете. Поэтому профессора по-прежнему брали студентов.

Но даже в этом случае профессора брали только по одному аспиранту в год. Некоторые безумные профессора могли взять четырех, но это уже редкое явление.

Лу Чжоу брал четверых — с математического факультета, и двоих — с химического, всего — шесть. Такое просто немыслимо.

Пока два постдока завидовали, сразу после ухода Лу Чжоу к ним подошла девушка с конским хвостом и красно-черным шарфом.

Хань Мэнци немного подождала снаружи. Услышав свое имя, она глубоко вздохнула и осторожно поправила воротник, после чего вошла в кабинет.

Ее резюме совершенно безупречное. Она не только прошла в Институте вычислительного материаловедения, но, благодаря своему студенческому исследовательскому опыту, даже опубликовала статью в научном журнале и получила специальную стипендию.

В обычных случаях, если не будет серьезных проблем, то она должна пройти интервью как по маслу.

По просьбе преподавателя она представилась и рассказала о себе.

После этого женщина профессор лет сорока спросила:

— Какие у тебя планы на будущее?

Хань Мэнци вежливо улыбнулась и сказала:

— Я планирую поступить в Массачусетский технологический институт, чтобы получить докторскую степень. А потом хотела бы остаться в университете преподавать.

Это стандартный ответ, и почти каждый отвечал так.

Однако профессорам наскучил такой обыденный ответ.

После того как спросили типичные вопросы, пришло время спросить что-то другое.

Видя, что эта девушка довольно привлекательна, профессор Ян Чуньхуа спросил:

— У тебя есть парень?

Хань Мэнци не знала, почему у нее это спрашивают. Хотя она недоумевала, но все же ответила:

— Пока нет.

И дело не в том, что к ней никто не подкатывал, просто ее не интересовали эти скучные парни.

Женщина-профессор спросила:

— У тебя есть планы завести парня?

— В данный момент — нет.

— К кому хочешь научным руководителем?

— К профессору Лу...

Женщины профессора начали перешептываться.

И хотя они говорили тихо, девушка все еще могла слышать их разговор.

— Она тоже хочет стать ученицей профессора Лу.

— Ничего удивительного.

— Никаких планов завести парня, что соответствует требованиям профессора Лу.

— Тогда одобрим?

— Да, давай.

Хань Мэнци молча наблюдала за этим разговором.

Хотя прохождение собеседования должно быть счастливым событием, она испытывала странные чувства.

Глава 583. Невозможный материал

Институт перспективных исследований.

Институт вычислительного материаловедения.

Ян Сюй привел Лу Чжоу в лабораторию. Он сел перед компьютером с данными эксперимента и с волнением сказал:

— Это невероятно...

Лу Чжоу не стал спрашивать, что именно невероятно. Вместо этого спросил:

— Что это за материал?

— Серебро, -  Ян Сюй глубоко вздохнул. -  Если точнее, серебро и графен!

— Серебро с графеном? — Лу Чжоу недоверчиво посмотрел на Ян Сюя. — Только из них?

Он вспомнил, что читал про подобное раньше.

Но не мог вспомнить где именно, поскольку особо не исследовал металлические материалы.

Честно говоря, услышав, что только эти два материала... он немного разочаровался. Хотя знал, что высокоразвитая цивилизация не построит провод из дорогих материалов, он все же не ожидал, что материалы будут такими обычными.

Однако Ян Сюй безмолвно посмотрел на него.

— В каком плане только? Это уже достаточно невероятно.

Он постучал по клавиатуре, словно чтобы подтвердить свои слова. Вскоре на экране появилось изображение с микроскопа.

На изображении черные и серые участки переплетались, и в двумерной плоскости аккуратно переплетались текстуры, что полностью раскрывало секрет серебряной проволоки.

Ян Сюй указал на несколько важных областей на изображении и ничего не объяснил.

— Посмотрите сюда, и вы поймете.

Лу Чжоу наклонился к экрану компьютера и посмотрел, куда указывал Ян Сюй.

Он увидел, что наночастицы серебра связаны с частицами графена.

Лу Чжоу нахмурился.

Хотя он особо не исследовал металлы, но все еще мог заметить необычность.

И тут вопрос не в "хорошо это или плохо".

Проблема в том, смогут ли они вообще найти технологию для производства подобного материала...

Получение графеновых сплавов на основе металлов требовало создания связи между наночастицами металла и графеном.

Этого можно было достичь только с помощью технологии порошковой металлургии. Однако даже она не могла связать графен и наночастицы серебра так идеально.

Без преувеличения можно сказать, что это произведение искусства.

Видя, что Лу Чжоу молчит, Ян Сюй продолжал с волнением говорить:

— Порошковая металлургия — относительно нова и непопулярна, и я мало что знаю о ней. Однако основываясь на современных технологиях 3D-печати, лучший металлический порошок будет составлять около 10 000 меш, что где-то около 13 микрон в диаметре. Порошок, используемый в керамических материалах, может быть меньше, но он все еще находится в масштабе микрон.

— И хотя некоторые лаборатории способны получить сверхмелкий порошок размером 20 нанометров... Его почти невозможно хранить в нормальных условиях, не говоря уже о объединении с графеном.

Мало того, что его трудно создать, его трудно фильтровать, и еще труднее хранить.

Чем больше сетка, тем меньше размер частиц, тем легче процесс окисления и более легкая агломерация.

Единственные две возможные идеи, которые могли бы сработать для решения этого, заключались в том, чтобы либо использовать специальный способ дисперсии при плавке, либо смешать порошок непосредственно с графеновыми крошками при производстве порошка.

Ян Сюй облокотился на спинку кресла и вздохнул.

— Как видите, главная сложность — не в самой технологии, а в производственном процессе. Благодаря быстрому развитию электронной промышленности, появилось бесчисленное множество работ по композитным материалам, таким как серебро с графеном, серебро с оксидом графена, серебра и железа с восстановленным оксидом графена.

— Например, оксид индия-олова, используемый для изготовления экранов мобильных телефонов, обладает хрупкими свойствами. Многие ученые предлагали объединить серебряные нанопроволоки с графеном для разработки нового поколения гибких экранов телефонов. Согласно последним немногим экспериментам, механические свойства этого материала очень хорошие, а удельное электрическое сопротивление значительно ниже, чем у металлов... Когда я был еще в Массачусетском технологическом институте, там была лаборатория, которая занималась этими исследованиями.

Лу Чжоу оторвал взгляд от экрана и спросил:

— И что в итоге?

Ян Сюй пожал плечами:

— Не уверен, но думаю, что проект не продолжали. Оксид индия и олова стоит недешево, а серебро — еще дороже. Даже если разработать такую технологию, то материал будет недоступен для большинства.

Лу Чжоу задумался над этим.

Если использование серебра в мобильных экранах считается дорогим, то какой смысл использовать серебро в проводах?

Однако Лу Чжоу вспомнил, что если высокоразвитая цивилизация достигла космических путешествий, то добыча ресурсов в космосе для нее была бы легче легкого.

Для цивилизации, обладавшей такой технологией, цена серебра могла быть лишь немного дороже меди.

Ян Сюй с любопытством посмотрел на данные на экране.

Поколебавшись немного, он не смог сдержать вопроса:

— Где вы взяли это?

Он испытывал такие же чувства, как и Лу Чжоу.

По его мнению, эта серебряная проволока размером с большой палец — произведение искусства!

Без преувеличения можно сказать, что одно ее существование подорвало бы представление промышленности о металлургии.

Однако Лу Чжоу не стал давать конкретного ответа на этот вопрос, а только сказал:

— Это национальная тайна, просто помоги мне перепроектировать ее. Лучше, если ты не будешь знать о ее происхождении.

Лу Чжоу не стал объяснять слишком много, потому что в этом не было необходимости.

Даже до того, как он получил медаль Лин Юня, ему не нужно было никому ничего объяснять.

Возможно, единственный человек, кому нужно будет что-то объяснять, это президент.

И такое может произойти лишь в одной ситуации. Если бы что-то серьезно угрожало национальной безопасности.

Можно смело заявить, что даже те, кто отвечал за его охрану и помогал ему хранить секреты, не могли узнать саму "тайну".

Увидев удивление Янь Сюя, Лу Чжоу обрадовался про себя.

К счастью, он отрезал только маленький кусочек провода.

Если бы Ян Сюй знал, что у него есть куча этих проводов, то тот начал бы сомневаться в своей жизни.

— Понял...

Ян Сюй пожал плечами и неохотно принял это объяснение.

Если это действительно конфиденциально, то ему лучше не знать.

После небольшого молчания Ян Сюй продолжил:

— Но это не так просто перепроектировать. По крайней мере, сейчас я не могу придумать, как воспроизвести этот провод.

— Как насчет производства частиц серебра размеров в нанометры?

Ян Сюй немного сомневался:

— Это все еще трудно, но, если вам интересно, мы можем попробовать. Однако...

— Однако?

— Однако какой в этом смысл? Хотя я признаю, что удельное сопротивление материалов из серебра с графеном превосходно, из-за чистой цены серебра оно почти не имеет промышленного применения.

Чтобы узнать тайну этого материала, потребуется много сил, но в лучшем случае это приведет только к красивой статье.

Хотя подобное может представлять интерес для обычных исследователей, для таких людей, как Ян Сюй и Лу Чжоу, в этом не было никакого смысла.

В конце концов, в отличие от математики и физики, материаловедение, само по себе, прикладная дисциплина.

Лу Чжоу долго думал.

В действительности он также сомневался, имеет ли эта технология какую-либо ценность.

Однако Лу Чжоу принял решение и сказал:

— Не могу ответить тебе прямо сейчас, но интуиция подсказывает мне, что оно того стоит.

Глава 584. План обучения

Среди множества доступных материалов только очень небольшая группа материалов имела так называемую "революционную основу", и графен — один из них. Как один из самых популярных материалов, его можно было комбинировать практически с любыми другими материалами.

По крайней мере, в теории.

В значительной степени развитие современных технологий материалов сдерживало не отсутствие инновационных идей, а невозможность найти способ их реализации.

При текущих технологиях практически невозможно изготовить такой композитный материал из наночастиц серебра и графена.

Будь то лабораторный метод изготовления или промышленный, Лу Чжоу и Ян Сюй не могли придумать никаких хороших способов. После обсуждений они вдвоем пришли к соглашению.

Связать порошок серебра размером в 10000 меш и кусочки графена методом порошковой металлургии, в случае успеха менять размер частиц, пока они не достигнут нанометрового масштаба.

В то же время Институт перспективных исследований начал проводить исследования методов соединения мелких металлических частиц и графена для создания сплавов.

Хотя перспективы применения этой технологии пока не видны, Лу Чжоу все же решил потратить 120 миллионов юаней на серию проектов, связанных с композитными материалами из серебра и графена.

Помимо этого, он также организовал исследования, связанные с углеродными чипами.

Однако этим занялся не только Институт вычислительных материалов. Институт физики Института перспективных исследований и факультет физики Цзиньлинского университета также были привлечены к исследованию.

Что касается исследований в области компьютерных чипов, то Лу Чжоу потратил почти вдвое больше средств на исследования по сравнению с композитными материалами. И даже сам присоединился к проекту.

С другой стороны, его исследования третьих обломков все еще продолжались. Лу Чжоу рассчитывал найти еще больше ценного в них.

Само собой, несмотря на такое количество дел, Лу Чжоу не забыл о задании системы.

Вообще описание этого задания было довольно неоднозначно.

Статья требовала, чтобы студент имел определенную степень вовлеченности в проект, но система не предоставляла стандарта для определения степени участия.

Если бы только Лу Чжоу знал об этом точнее, то задание было бы значительнее проще.

На данный момент Лу Чжоу мог только предполагать. Если бы все, что он делал, это заставлял студентов наливать чай, чистить оборудование, а затем вписать имена студентов в статьях, система, скорее всего, не засчитала бы это.

Также в институте работало много других исследований.

Хотя Лу Чжоу потратил много времени, чтобы помочь им с их исследовательскими проектами, система не посчитала их его учениками.

Очевидно, система не давала ему схитрить. Если он хочет завершить задание, то должен сделать это по старинке.

Но поскольку это бонусное задание, Лу Чжоу чувствовал себя спокойно.

В инвентаре у него находилась еще одна карточка задания с очередным большим проектом.

На нем он будет гораздо более занятым.

………………….

Корпус математики Цзиньлинского факультета.

Кабинет в конце коридора.

Четверо парней и две девушки стояли перед дверью кабинета, никто не осмеливался постучать.

Помимо Хань Мэнци, большинство людей тут видели Лу Чжоу только по телевизору.

Увидеть кого-то на экране или на сцене — совсем другое, нежели встретиться лицом к лицу, особенно для таких студентов.

Что касается Хань Мэнци...

Она сама не ожидала, что будет нервничать...

После некоторых обсуждений, один парень решился и постучал в дверь.

Дверь кабинета открылась.

Фэн Цзинь, постучавший в дверь, увидел девушку и храбро спросил:

— Здравствуйте, это кабинет профессора Лу?

Линь Юйсян с улыбкой ответила студентам:

— Вы — ученики профессора Лу, верно? Заходите.

Помощница Линь пропустила группу студентов в кабинет и жестом пригласила их сесть на диван, после чего каждому налила чашку чая.

— Профессор Лу скоро придет, просто посидите здесь и подождите немного.

Когда Линь Юйсян повернулась и пошла к своему столу, почти все парни не могли не посмотреть на нее.

Один из парней тихо сказал:

— У профессора Лу хорошенькая помощница.

— Ага...

Хань Мэнци услышала шепот парней и не могла не посмотреть на Линь Юйсян.

И где она хорошенькая?

Она продолжала молча смотреть на Линь Юйсян какое-то время.

Ладно.

Она с неохотой признала, что Линь Юйсян одевается более стильно, чем она.

Однако это только из-за того, что она — домосед, и не любит тратить время на наряжение!

В кабинет вошел мужчина с редкими волосами.

Он заметил шестерых студентов, сидящих на диване в кабинете, и на секунду замер.

— Вы… все студенты профессора Лу?

— Да, — Фэн Цзинь встал. — Вы — помощник профессора Лу?

Хэ Чанвэнь на мгновение впал в ступор и покачал головой.

— Помощник? Нет, я — его аспирант.

— Ты все еще студент?

Хэ Чанвэнь улыбнулся:

— А я не похож?

Шестеро студентов переглянулись и кивнули.

Хэ Чанвэнь провел рукой по редеющим волосам на голове и смущенно улыбнулся:

— Ничего страшного, однажды и вы испытаете это.

— ...

Они прождали минут десять, пока не появился еще один аспирант.

По сравнению с Хэ Чанвэнем, волос у него было больше.

Все студенты прибыли, но Лу Чжоу, который собрал их, еще не появился.

Лу Чжоу пришел ровно в девять часов.

Увидев толпу студентов в кабинете, Лу Чжоу удивился:

— Вы все уже здесь?

Все посмотрели на профессора Лу и кивнули.

Хань Мэнци сначала хотела поприветствовать его, но подумала, что не стоит показывать свои отношения с профессором Лу. Поэтому после некоторых сомнений решила поздороваться с ним позже.

Линь Юйсян, сидевшая за столом у двери, ухмыльнулась:

— Они ждут с полдевятого.

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Я же сказал вам прийти после девяти часов, а не в девять...

Первоначально он хотел встретиться со студентами по очереди, не ожидая, что они припрутся всей толпой.

Он перевел взгляд на помощницу Кун Цзе:

— Дай мне список имен.

— Хорошо, — Кун Цзе кивнула и достала из ящика список, после этого отнесла его Лу Чжоу.

Лу Чжоу взял у нее список и прочистил горло.

— Раз уж все собрались, и вас много, то поднимите руку, когда я буду называть ваше имя.

Среди восьмерых студентов только трое, которых он знал.

Худощавого аспиранта звали Хэ Чанвэнь, он занимался аналитической теорией чисел.

Высокого аспиранта звали У Шуйму, он изучал прикладную математику на бакалавриате, как и Лу Чжоу. В магистратуре занимался функциональным анализом, а теперь он переключился на вычислительное материаловедение.

Что же касается оставшихся шести магистров, кроме Хань Мэнци, которую он знал давно, то Лу Чжоу только читал резюме остальных. Он даже не знал, как они выглядят.

Сделав перекличку, Лу Чжоу понял, кто как выглядит.

Отдав список Чжао Хуаню, обратился к своим восьми ученикам:

— Отныне вы — мои ученики. Я постараюсь сделать все возможное, чтобы передать вам свои знания.

— Однако я могу быть занят, и у меня может быть немного времени, чтобы направлять вас. Если у вас возникнут вопросы, то можете отправлять их мне на почту. Или вы можете спросить других исследователей в Институте перспективных исследований.

В прошлом году Институт перспективных исследований открыл Институт физики и Институт математики. Благодаря высокой зарплате и непринужденной обстановке, не говоря уже о славе Лу Чжоу, туда пришло множество талантов.

Лу Чжоу верил, что исследователи там могут помочь его студентам.

После небольшой паузы Лу Чжоу продолжил:

— Конечно, даже если у меня не будет много времени на вас, я не позволю вам прохлаждаться следующие несколько лет. С завтрашнего дня распределю вас по разным командам, и вы сможете обучаться на практике.

— Очень надеюсь, что вы все отнесетесь к этому серьезно. У меня нет требований к выбору статей. Просто читайте те, которые интересуют вас и полезны для ваших исследований. В течение полугода я хочу увидеть статью, написанную вами.

Кроме Хань Мэнци и двух аспирантов, все магистры глубоко вздохнули.

Написать статью за полгода...

Они только закончили бакалавриат, они даже не знают формата написания статей. Самое длинное, что они писали во время учебы в университете, это дипломные работы.

Но между этими вещами — существенная разница.

Лу Чжоу объяснил им моменты, на которые они должны обратить внимание, а потом сказал:

— Также у меня есть пару предложений относительно ваших курсов. Однако окончательный выбор — за вами. Как определитесь со своими занятиями, пришлите список мне на почту.

— Вопросы?

Студенты покачали головами и ответили:

— Никаких.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, на сегодня — все. Не забудьте прийти сюда завтра. Помимо магистров и аспирантов, занимающихся вычислительным материаловедением, все свободны.

Глава 585. Спасибо, что спас меня

Помимо аспиранта, остались еще два магистра. Остальные студенты ушли.

Если честно, то, по мнению Лу Чжоу, уровень этих студентов был средним.

Но это ничто иное как его вина. Ведь весь прошлый год он потратил на проект управляемого термоядерного синтеза, и у него не было времени на университет. Только в конце года он разместил информацию на сайте приемной комиссии.

Как правило, более способных студентов расхватали другие профессора еще летом.

Среди студентов, за исключением Хань Мэнци, которая занималась вычислительным материаловедением, и еще одного гения в математике Фэн Цзиня, большинство не имело никакого опыта исследований.

Например, Лю Сыюань, который тоже остался, также занимался вычислительным материаловедением. И хотя его оценки в университете — очень высокие, его исследовательский опыт — почти нулевой.

Впрочем, это не имело особого значения. В конце концов, у большинства студентов не будет шансов поучаствовать в научных исследованиях, если нет связей с профессорами или не посчастливится попасть в особую программу талантов.

— Ты из  Авроры?

У Шуйму ответил:

— Да.

— Кто был твоим научным руководителем?

— Профессор Лю Сянлун. Я занимался функциональным анализом.

Лу Чжоу попытался вспомнить это имя, но не смог, поэтому сменил тему:

— У тебя есть какой-нибудь опыт в материаловедении?

У Шуйму почесал затылок и смущенно сказал:

— У меня есть небольшой опыт, наши профессора факультета химии делали проект по механическому диспергированию одностенных углеродных нанотрубок. Я помогал им собирать данные и делал математическую модель.

Лу Чжоу заинтересовался:

— Поэтому ты выбрал вычислительное материаловедение?

— Можно и так сказать, — У Шуйму улыбнулся. — Я чувствую, что достиг потолка в функциональном анализе. Трудно внести новшества в изначальные теории, сколько бы я их не изучал. Поэтому мой руководитель порекомендовал мне перейти от теории к практике. Тогда я увидел вашу речь на вручении премии Крафорда, после чего решил заняться вычислительным материаловедением!

Это звучало очень целеустремленно.

Лю Сыюань с восхищением посмотрел на этого парня, думая о том, насколько мастерски он подлизывается.

Хань Мэнци не могла не посмотреть в сторону.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Он лижет мне зад?

Неважно, звучит неплохо.

Лу Чжоу откашлялся и заговорил:

— Поскольку у тебя уже есть свои цели, то усердно работай над их достижением. Судя по всему, у тебя уже есть базовое представление о вычислительном материаловедении. Поэтому постараюсь дать тебе несколько наиболее подходящих задач.

После этого он посмотрел на Линь Юйсян, чей стол был ближе всего к нему.

— Дай мне маркер.

— Сейчас найду...

Линь Юйсян порылась в ящике и быстро нашла черный маркер, после чего с улыбкой передала его Лу Чжоу.

— Вот.

— Спасибо.

Лу Чжоу взял маркер и подошел к доске в кабинете, после чего начал писать.

"Ψ(r1,r2,...,rn)= ∏ ΨT (rt)."

"{Pi2 / 2m + V (ri) + 1 / 4πε0∑∫drfΨj (rj) 2e2 / ri-rj} Ψi (ri) = EiΨi (ri)"

"..."

У Шуйму смотрел на формулы на доске и произнес:

— Это...

— Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса, — Лу Чжоу записал последнюю строку уравнений и добавил:

— Ты должен понимать.

У Шуйму кашлянул:

— Профессор, вы, должно быть, шутите... Кто в вычислительной химии не знает о этой модели.

Первый принцип и теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса. Они — столпы современного вычислительного материаловедения.

Когда он учился в Авроре, его научный руководитель, профессор Лю Сянлун, высоко оценил эту теоретическую модель. Он сказал, что она довела методы функционального анализа до предела в прикладных областях.

Хотя с его нынешним уровнем он не понимал, что такого экстраординарного в этой модели, но глядя, как Лу Чжоу пишет эти строки на доске, его переполняло волнение.

Даже если бы он сам написал эту работу, то не смог бы повторить каждое слово из нее, самое большее, запомнил бы окончательный вывод.

Он тоже предполагал, что Лу Чжоу не помнил наизусть свои работы.

Поэтому, скорее всего, Лу Чжоу выводил эти уравнения прямо на месте...

Глядя на общение профессора и аспиранта, магистры чувствовали себя не по себе.

Даже Хань Мэнци, которая подрабатывала в течение двух лет в Институте вычислительного материаловедения, не могла понять, о чем они говорили. Хотя она участвовала в нескольких исследовательских проектах, исследователи, очевидно, не возлагали на студента слишком большой ответственности.

Подобные вещи — слишком продвинуты для нее.

— На самом деле эта модель далека от совершенства, и есть много возможностей для улучшения. Например, с помощью волновой функции мы можем получить различные уровни корреляции. Точность вычислений также можно улучшить. Мне нужно, чтобы ты усовершенствовал теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса. Хотя это может показаться незначительным, словно менять окна в построенном здании, но это все еще важно. Все же с текущими навыками, ты не в состоянии надстроить еще этажи у здания.

У Шуйму кивнул и со всей серьезностью сказал:

— Понял, буду работать.

Лу Чжоу удовлетворенно кивнул.

Неплохо, этого парня можно учить.

— Постарайся изо всех сил, если действительно глубоко окунешься в эту область, возможно, сможешь написать две статьи для JACS до окончания учебы.

Две публикации!

Этого достаточно, чтобы попасть в программу "Тысяча талантов"!

Услышав про это, У Шуйму улыбнулся:

— Хорошо, я постараюсь изо всех сил!

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул, после чего перевел взгляд на магистров.

— Что касается вашего задания, то оно заключается в том, чтобы понять то, что я написал на доске. Как только вы поймете эти основы, я организую для вас более конкретные задания. Если чего-то не понимаете, то можете спросить У Шуйму. Если он не сможет объяснить, тогда спросите меня.

Как это вообще возможно...

Хотя Лю Сыюань и Хань Мэнци хотели пожаловаться, они все же через силу кивнули.

Лю Сыюань было хуже всех.

Его можно расценивать просто, как умного студента. Хотя его оценки были довольно хорошие, у него не было никаких дополнительных навыков, кроме академических результатов.

Хотя он уже психологически подготавливался к этому моменту, но не ожидал, что сразу погрузится в такую работу.

Как и следовало ожидать, обучаться у Нобелевского лауреата — нелегко.

Поскольку у него не имелось такого же экстраординарного таланта, как у Лу Чжоу, чтобы не отстать, для него оставалась лишь зубрить.

……………...

Раздав задания, Лу Чжоу положил маркер и сказал, что студенты могут идти.

Когда они уходили, Хань Мэнци намеренно замедлилась и осталась.

Когда все остальные ушли, она посмотрела на дверь, прежде чем снова повернуться к Лу Чжоу. Она тихо прошептала:

— Учитель.

Лу Чжоу посмотрел на нервничающую девушку и спросил:

— Что такое?

Соединив указательные пальцы и посмотрев вниз, Хань Мэнци сказала:

— Я сделала это.

Хотя ей было что сказать, но она остановилась.

— Да, поздравляю!

Хань Мэнци, все еще продолжая считать щели на полу, надулась.

— Тебе больше нечего сказать?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Честно говоря, я очень удивлен.

— Удивлен?

— Да, помнишь, что я говорил тебе раньше? Если ты сможешь поступить в Цзиньлинский университет, то обещал стать твоим научным руководителем... Я не ожидал, что ты действительно сможешь это сделать.

Видя, как Лу Чжоу недооценивает ее, Хань Мэнци с грустью произнесла:

-  Вообще я была твоей ученицей, само собой, я могла это сделать.

— Сдать вступительные экзамены — от этого не становится легче, — Лу Чжоу прочистил горло и добавил:

-  Конечно, меня удивило не это, а то, что четыре года спустя, ты все еще стоишь здесь.

Хань Мэнци немного смутилась, не понимая, про что он.

Лу Чжоу сделал небольшую паузу, перед тем как продолжить:

— Я всегда думал, что время может изменить человека. Не только человека, оно может изменить все, включая фундаментальные частицы, из которых состоит Вселенная. Время теоретически может решить любую проблему... А ты! Ты заставила меня по-другому взглянуть на это.

Наклонив голову, Хань Мэнци спросила:

— По-другому?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, что есть то, что время не может изменить. Точно так же, как ты сказала мне, что любишь математику, тогда я не воспринял это всерьез, думал, ты просто шутишь. Я не ожидал, что ты будешь упорствовать до сих пор, и даже станешь моим учеником… Честно говоря, я в шоке.

Лу Чжоу переполняли сложные эмоции.

Если есть то, что даже время не может изменить...

Тогда мысль полагать, что время решит проблему, сама по себе ошибочна.

— На самом деле, это не только математикой… — Хань Мэнци смущено почесала щеку и посмотрела на свои туфли. -  Я еще интересуюсь химией.

На лице Лу Чжоу появилась неестественная улыбка.

— Да, изучение естественных наук — интересное занятие. Надеюсь, ты не разлюбишь это.

— Конечно нет! — Хань Мэнци посмотрела на Лу Чжоу и твердо кивнула.  Через некоторое время она вновь подняла взгляд и произнесла:

— Эм, есть еще кое-что, что я хотела сказать...

— Что?

— В августе прошлого года мои родители развелись...

Хань Мэнци посмотрела на беспокойный взгляд Лу Чжоу и ухмыльнулась.

Хотя ей не хотелось говорить на эту печальную тему, она все же продолжила:

— Будь это раньше, то я, наверное, долго плакала бы. Я определенно заперлась в своей комнате и упустила столько интересного...

На ее лице появилась радостная улыбка.

— Хотя я опоздала на четыре года… Но я все равно… Я все еще хочу сказать тебе спасибо!

Спасибо, что спас меня...

Сказав это, Хань Мэнци развернулась и выбежала из кабинета.

Глядя, как девушка ускользает из кабинета, Лу Чжоу некоторое время стоял ошеломленный, затем покачал головой, почувствовав, как его изначальная скука быстро испарилась.

Он не ожидал, что помогать другим будет так приятно.

Честно говоря, когда он учил ее, то вообще не думал об этом...

Глава 586. Симпозиум по лунной программе

Лу Чжоу, в основном, проводил все свое время в Цзиньлинском университете, Институте перспективных исследований, и в своем доме.

Он проводил два занятия математики в неделю в университете. Остальное время проводил, помогая аспирантам у себя в кабинете, следя за последними достижениями физики, математики и материаловедения, а также исследуя обломки в своей подземной лаборатории.

Наконец-то в его жизни появился какой-то распорядок. Это более или менее напоминало ему время, когда он работал в Принстоне.

Честно говоря, чем больше Лу Чжоу соприкасался с преподавательской работой, тем больше понимал, что Цзиньлинский университет и другие университеты Китая все еще на шаг отставали от всемирно известных университетов.

Объективно говоря, научно-исследовательская сила университетов Китая за последние десять лет значительно возросла. Однако по сравнению с другими университетами мира, все еще существовал определенный разрыв.

Лу Чжоу не мог понять, отчего так.

Помимо хорошо известных причин, таких как академическая коммерциализация, индустриализация научных работ, коэффициент результативности научных исследований и недостаточное внимание к образованию в бакалавриате, присутствовало еще много проблем, которые он смутно ощущал, но не мог точно назвать их.

Институт перспективных исследований и Объединение исследовательских центров Востока — попытки страны найти подходящую модель для отечественных университетов.

По крайней мере, это могло внести определенные изменения в допустимых пределах.

Медкабинет Цзиньлинского университета.

Янь Янь в белом халате передала медицинское заключение Лу Чжоу.

— Твое тело хорошо восстанавливается, но в будущем тебе следует уделять ему больше внимания. Избегай жирной и острой еды, ешь больше овощей и фруктов. На данный момент 301 больница так и не пришла к точному выводу относительно твоей болезни. Никто не может гарантировать, что подобная ситуация не повторится в будущем.

Лу Чжоу бегло просмотрел медицинское заключение, потом сложил его и убрал в карман.

С начала февраля доктор Янь дважды осматривала его и не обнаружила никаких явных отклонений.

И хотя Лу Чжоу знал, что они не найдут причину его комы, он все равно сотрудничал с ними.

В любом случае, сдать для него анализы — не проблема.

— Хорошо, хорошо, я знаю, — Лу Чжоу попытался увести тему разговора о здоровье и спросил:

— Кстати, когда ты перевелась в университет?

Янь Янь дала краткий ответ:

— Это устроило высшее руководство. Будет удобнее, если я буду работать здесь. Ведь не думаю, что ты бы хотел, чтобы я целый день ходила за тобой, — она помолчала немного и добавила:

— Конечно, если ты планируешь отправиться в поездку, надеюсь, что сможешь заранее предупредить меня или, по крайней мере, сообщить Ван Пэну.

— Конечно, но я, скорее всего, не поеду никуда в ближайшее время.

Внезапно дверь медкабинета распахнулась. Вошел старик в шерстяном жилете.

Лу Чжоу посмотрел на старика и почувствовал, что тот выглядит знакомо, но не мог вспомнить его.

Некоторое время он смотрел на него, и вдруг в его голове всплыло имя.

— Академик Жэнь? — Лу Чжоу с удивлением посмотрел на него. — Зачем вы здесь?

Академик Жэнь Чанмин!

Бывший главный конструктор лунной программы Китая!

Лу Чжоу не видел его уже много лет. С момента конкурса по математическому моделированию, Лу Чжоу мог ясно сказать, что этот академик сильно постарел.

Пять лет назад он все еще читал лекции и болтал со студентами, но, скорее всего, теперь он больше не мог этого делать.

Увидев, что Лу Чжоу все еще узнал его, Жэнь Чанмин улыбнулся и сказал:

— Главный конструктор Лу Чжоу, ты все еще помнишь меня?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я не видел вас всего несколько лет, как я мог вас забыть?

Тогда этот старик хотел переманить его учиться в Пекин в аэрокосмическую отрасль.

— Прошло шесть лет, довольно много, — Жэнь Чанмин вздохнул и, переполнившись эмоциями, сказал:

— Время, действительно, летит. Прошло всего шесть лет, и вот я уже слишком стар, чтобы даже преподавать.

Жэнь Чанмин сделал паузу и посмотрел на улыбающегося Лу Чжоу.

— Но я очень рад тебя видеть. Студент, который был в восторге от получения кубка Общества высшего образования, смог получить Нобелевскую премию

— Эти награды ничего не значат, — Лу Чжоу смущенно улыбнулся и сменил тему:

— Кстати, что привело вас в медкабинет?

Жэнь Чанмин с улыбкой ответил:

— Я прогуливался по математическому корпусу, и старик Тан сказал, что ты здесь, поэтому пришел сюда. Слышал, что ты недавно серьезно переболел, выздоравливаешь?

— Я не серьезно болел, просто какое-то время находился в коме. Сейчас чувствую себя прекрасно.

Янь Янь, сидевшая рядом с ним, закатила глаза.

Кома — теперь не серьезно?

Не только вся страна беспокоилась о его здоровье, но даже Всемирная организация здравоохранения прислала команду экспертов, чтобы помочь ему.

— Пролежать в коме больше двадцати дней — не серьезно? — Жэнь Чанмин покачал головой. — Ты еще молодой, но если не будешь следить за своим здоровьем, то пожалеешь об этом, когда достигнешь моего возраста.

Некоторое время назад он тоже переболел, и до сих пор находился в доме престарелых. Если бы не болезнь, то навестил бы Лу Чжоу еще в Пекине, а не только сейчас.

Лу Чжоу с беспомощным взглядом спросил:

— Вы ведь приехали в Цзиньлин не для того, чтобы ругать меня?

— Я, правда, приехал из-за тебя, но не для того, чтобы ругать, — улыбнулся Жэнь Чанмин. — Я слышал, что мы возобновили программу исследования Луны, и твое мнение высоко ценится руководством. Как бывший руководитель лунной программы, должен поблагодарить тебя.

Хотя исследование Луны постоянно упоминалось в СМИ, фактической задачи не стояло в расписании запусков космодрома Цзюцюань. Соответствующие планы также не были одобрены правительством.

Однако на этот раз — все по-другому. Академик Жэнь отчетливо ощущал, что планы по возобновлению исследования Луны быстро реализуются, а его значение поднялось до стратегического уровня.

Хотя он не очень понимал конкретную ситуацию, много людей в отрасли говорили, что это связанно с Лу Чжоу.

— Не нужно меня благодарить, я — всего лишь ученый, высказывающий свою точку зрения.

-  Неважно, если ты считаешь, что не заслуживаешь благодарности, я все равно должен поблагодарить тебя, — Жэнь Чанмин улыбнулся. — Однако именно ты выдвинул идею возобновить лунный проект. Организована подготовка проекта и космонавтов. Ты не собираешься руководить проектом?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я — не из аэрокосмической отрасли, почему я должен руководить проектом? Когда вам понадобится построить термоядерный генератор для космического корабля, приходите ко мне.

— Но ты же не можешь просто оставить это в стороне, да? Через несколько дней состоится симпозиум по этому поводу. Он пройдет в Пекинском университете авиации и космонавтики. Соберутся не только ученые, но и многие эксперты из отрасли. Ты не хочешь посетить?

— Какая конкретная дата?

— Шестого марта, если хочешь посетить, я попрошу организаторов прислать тебе приглашение.

Лу Чжоу немного подумал. Поняв, что у него нету других планов, сказал:

— Хорошо, я найду время, чтобы посетить симпозиум.

Глава 587. Новое тело Сяо Ая

Начало марта.

Промышленные роботы, которые Лу Чжоу заказал у Чжао Чжуншу, наконец прибыли.

Под пристальным взглядом нескольких охранников два больших грузовика въехали на территорию Института перспективных исследований. Потом рабочие разгрузили груз.

Чжао Чжуншу похлопал по коробке, высотой в половину человека, и улыбнулся.

— Интеллектуальный робот YuMi, произведенный швейцарской компанией Abb, достигает точности в 0,02 миллиметра. Другие шестиосные роботы общего назначения могут достигать точности всего в 0,1 миллиметра. Способен справиться с простыми монтажными, чистящими и сварочными работами. Даже если я не знаю, что вы планируете делать, но эти роботы могут сделать все работы, которые делают промышленные роботы.

Лу Чжоу кивнул:

— Удостоверюсь в этом сам. Установите их.

— Хорошо!

Чжао Чжуншу немедленно приказал сопровождавшим его инженерам и рабочим приступить к установке оборудования.

Это громоздкое оборудование — не телевизор или кондиционер, поэтому его не пронести на обычном лифте.

Особенно шестиосный универсальный робот YuMi производства ABB грузоподъемностью в 1,35 тонны. Утверждалось, что после разборки его заново не собрать. Манипулятор сразу устанавливали на производственной линии.

Лу Чжоу учитывал размер обломков при проектировании лаборатории, и помимо обычных лифтов были также специальные лифты с грузоподъемностью веса более тонны. В лифт можно было попасть из гаража Института перспективных исследований.

Но запустить этот лифт можно только изнутри подземной лаборатории.

Стоя рядом с ящиками и глядя на медленно спускающийся лифт, Чжао Чжуншу с любопытством огляделся.

— Это напоминает военный бункер, это удобно?

Лу Чжоу дал краткий ответ:

— Я больше беспокоюсь о безопасности и конфиденциальности.

Услышав про конфиденциальность, Чжао Чжуншу сразу перестал задавать вопросы.

Он не хотел связываться с правительственными секретами.

Обычным людям вроде него лучше не знать ничего лишнего.

………………………………….

Подземную лабораторию можно назвать одним из самых секретных мест в институте, уступая только серверным, используемым для резервного копирования данных исследований.

Однако Лу Чжоу не беспокоился о этих людях.

Не говоря о том, что он сделал кое-какие приготовления.

Однако даже если кто-то что-то увидит, это не будет иметь значения.

Даже Лу Чжоу не мог сказать, что именно из себя представляют третьи обломки, и вынужден изучать шаг за шагом. Если бы эти люди могли определить, что это устройство было необычным, они могут бросить свою работу и работать на него.

Быть помощником Лу Чжоу — гораздо лучше, чем работать инженером на небольшом заводе.

Чжао Чжуншу, войдя в лабораторию, не стал спрашивать, что находится под черной тканью. Он окинул взглядом открытое пространство в центре зала и спросил:

— Куда ставим?

Лу Чжоу указал на стену и сказал:

— Просто установите там.

— А где конвейер?

— У нас нет его.

— Ладно...

Если у вас нет сборочной линии, какой смысл в манипуляторах?

Строить замки из песка?

Чжао Чжуншу решил не думать об этом слишком много.

То, что делали его клиенты — дело клиентов, его это вовсе не касается. Ему просто нужно установить оборудование.

Однако из-за профессиональных привычек, он не мог не спросить:

— Не хотите купить логистического робота?

— Логистического робота?

— Да. Он используется для перевозки предметов. Я не вижу здесь конвейерной ленты, поэтому если нескольких промышленных роботов не хватит, боюсь, вам придется вручную все перемещать.

Услышав объяснение Чжао Чжуншу, Лу Чжоу встал в оцепенении.

Он был небрежен относительно этого.

В конце концов, он не планировал ничего строить здесь, ему только нужно, чтобы Сяо Ай помогал ему. Но после объяснений директора Чжао, ему показалось, что это действительно необходимо.

Лу Чжоу еще ничего не ответил, как внезапно его телефон, лежавший в кармане, начал яростно вибрировать.

Сяо Ай, который был подключен к дрону в углу лаборатории, слышал их разговор.

Ну, это довольно уникальный способ просить меня о чем-то...

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся:

— Хорошо… Нужно ждать поставки?

— Не нужно, они у нас есть на складе, — Чжао Чжуншу улыбнулся. — Если вам интересно, я могу их прислать. Они не дорогие, всего 70 000 юаней.

— Тогда отправьте… Я куплю четырех.

Чжао Чжуншу только что получил еще заказ на 280 000 юаней. Очевидно, что он был счастлив.

— Хорошо, я позвоню и скажу, чтобы люди привезли их сейчас.

Поскольку в лаборатории не ловился сигнал, ему пришлось выйти на улицу, чтобы позвонить.

Чжао Чжуншу указал инженерам, где ставить оборудование, и последовал за охранником к лифту, чтобы подняться назад. Он также взял с собой мусор после распаковки.

Лу Чжоу все еще оставался в лаборатории. Он следил, как инженеры устанавливают оборудование.

После того, как его уровень инженерного дела поднялся до пятого, он заметил, что подобные вещи чрезвычайно просты для изучения.

Просто стоя здесь и наблюдая, он мог, в основном, запомнить все этапы установки. Он даже чувствовал, что мог выполнить их работу.

Конечно, учитывая, что неправильная установка оборудования могла повлиять на точность оборудования, Лу Чжоу решил не вмешиваться в установку.

Когда с завода приехали логистические роботы, установка восьми промышленных роботов завершилась.

Скопировав операционную систему на контрольный терминал, инженеры покинули лабораторию, оставив Лу Чжоу одного.

Глядя на восемь манипуляторов у стены, Лу Чжоу ухмыльнулся.

Все, что ему теперь оставалось, это подключить терминал управления к Сяо Аю.

С помощью этих инструментов его исследование обломков можно сократить вдвое.

По крайней мере, у него не возникнет проблем с физическим трудом.

— Это тело удовлетворяет тебя?

Лу Чжоу было все равно, доволен ли Сяо Ай, лично он сам был очень доволен.

Его телефон завибрировал.

Лу Чжоу знал, что Сяо Ай снова посылает ему фотографии.

"Не_хочу_разговаривать.jpg"

Лу Чжоу кашлянул и сказал:

— Ладно, не расстраивайся. Это самое гибкое тело на планете. Если тебе нужен Гандан или трансформер, которые в фильмах, то мне их негде купить.

"Хозяин, можешь купить кое-что для меня? (๐•̆·̭•̆๐)"

— Что это?

Сяо Ай не ответил.

Через некоторое время появилась куча ссылок.

Лу Чжоу нажал на ссылку и увидел, что корзина магазина была заполнена металлическими инструментами, пластинами из алюминиевого сплава, болтами и другими деталями.

У Лу Чжоу на лице отобразилась различная смесь эмоций.

Он...

Планирует построить сам тело робота?

Ай, пофиг...

Лу Чжоу немного подумал и сказал:

— Ладно, тогда я куплю их для тебя.

"Хорошо! Хозяин, ты — самый лучший!"

Как мало ему надо...

Лу Чжоу посмотрел на строчку текста и не смог сдержать улыбки.

Он не ожидал, что эти простые слова смогут растопить его сердце.

Глава 588. Кратчайший путь

Подключив терминал управления манипуляторами к серверу Сяо Ая, Лу Чжоу сказал ничего не трогать в лаборатории без разрешения, и ушел.

Материалы из списка Сяо Ая было не трудно достать, Лу Чжоу даже не пришлось искать их.

Сделав заказ от имени Института вычислительных материалов, он доставил материалы в подземную лабораторию.

Сяо Ай даже не поблагодарил, и сразу же начал играть со своими новыми игрушками.

Лу Чжоу стоял в стороне и наблюдал, как Сяо Ай умело управляет механической рукой. Он открыл ящик с инструментами и вытащил молоток, потом поднял пластину из алюминиевого сплава, после этого начал стучать молотком по ней.

Глядя на эти глупые действия, Лу Чжоу не понимал, что делает Сяо Ай.

Ему стало не по себе, когда услышал стук, но после небольших раздумий он решил не трогать его. Сказав Сяо Аю ничего не ломать, он развернулся и покинул лабораторию.

Через пару дней ему нужно ехать на симпозиум в Пекине, поэтому у него нет времени на возню здесь.

Лу Чжоу просто надеялся, что, когда он вернется, лаборатория будет целой.

………………...

Утро 6 марта.

У входа в Пекинский университет авиации и космонавтики вывесили красный баннер, приветствующий участников симпозиума по лунному проекту.

Организаторы и участники этого симпозиума были "немаленькими" людьми, поэтому обсуждаемые темы определенно будут важными. Также была усилена безопасность всего места проведения симпозиума.

Две молодые девушки с любопытством посмотрели на полицейский броневик, припаркованный на дороге, пока они болтали, проходя мимо библиотеки.

— Кто-то важный посещает университет?

— Нет, слышала, что это конференция по обсуждению полета на Луну.

— Полета на Луну? — высокая девушка смутилась и спросила:

— Когда мы сможем отправить людей на Луну?

— Я не знаю... Может, потому что мы не можем, проводится это собрание? Чтобы найти способ?

Внезапно они услышали мягкий голос.

— Извините, как мне попасть в актовый зал?

Девушки остановились.

Высокая девушка посмотрела на парня и спросила:

— Ты пришел на симпозиум?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Высокая девушка показала на дорогу справа и сказала:

— Иди прямо по этой дороге и поверни направо на втором перекрестке.

Лу Чжоу посмотрел в сторону, куда она указала, и собирался поблагодарить, как другая девушка спросила:

— Постой, ты, ты… Бог Лу?!

Ее взбудораженная реакция слегка ошеломила Лу Чжоу, и он смущенно ответил:

— Зовите меня просто Лу Чжоу или профессор Лу.

Он не ожидал встретить своих подписчиков с Weibo в реальной жизни.

Невысокая девушка взволнованно посмотрела на него и сказала:

— Зал довольно далеко отсюда, может проводить вас?

Видя ее энтузиазм, Лу Чжоу не мог не сказать:

— Не стоит, я могу добраться туда сам.

Он поблагодарил их и развернулся, направившись по дороге, которую указала девушка.

— Это оказался сам Бог Лу! — взволнованно произнесла невысокая девушка. Внезапно что-то вспомнив, она с сожалением сказала:

— Ах! Я забыла попросить его автограф!

Высокая девушка не находила слов:

— Зачем?

— Ты серьезно спрашиваешь? Чтобы не завалить экзамены!

— ...

……………..

Лу Чжоу прошел по дороге и без особых усилий нашел актовый зал.

Он показал приглашение и прошел проверку безопасности, после чего прошел в зал.

Посмотрел на баннеры в зале и увидел логотипы Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации и Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации, двух крупнейших государственных аэрокосмических компаний. Он также увидел логотипы трех гигантских интернет-компаний Baidu, Alibaba и Tencent и логотипы других высокотехнологических компаний.

Под влиянием Space-X, частные аэрокосмические компании приобретают популярность, и Китай тут — не исключение.

Хотя аэрокосмическая отрасль по большей части монополизирована двумя государственными компаниями, за последние несколько лет содействие военно-гражданской интеграции стало национальной стратегией. Правительство также разработало соответствующую политику в поддержку этого.

Например, первая китайская частная космическая компания OneSpace, или Penguin's Satellogic, или коммуникационный спутник Tmall international и мини-космическая станция Candy Pot, которую планировала запустить Alibaba. Роль частных предприятий постепенно становится все более важной.

Что касается освоения инновационных технологий, то показатели частных предприятий — действительно лучше, чем у государственных.

Именно из-за этого руководство страны постепенно открывало аэрокосмический рынок посредством реформ.

Лу Чжоу уже собирался найти место, чтобы сесть, как услышал, что его кто-то зовет.

Оглянувшись, увидел мужчину лет пятидесяти в костюме, который с улыбкой шел к нему.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на него, пытаясь вспомнить имя.

Сюй Юаньмин, заместитель руководителя Министерства науки и технологий.

Он говорил с этим человеком ранее, на церемонии награждения в связи с запуском термоядерного реактора.

— Секретарь Сюй? — Лу Чжоу улыбнулся и пожал ему руку. — Давно не виделись.

— Ха-ха, прошло всего два месяца, — Сюй Юаньмин с энтузиазмом пожал руку Лу Чжоу и улыбнулся. — Конференция вот-вот начнется, давайте поговорим, пока идем.

Лу Чжоу пошел вместе с ним в зал.

Беседуя с секретарем Сюем, Лу Чжоу получил базовое представление о текущей ситуации в китайской аэрокосмической отрасли.

Особенно в отношении бюджета, который волновал его больше всего.

В целом ситуация выглядела не очень хорошо.

Сейчас бюджет на аэрокосмическую отрасль Китая составляет всего около 2 миллиардов долларов в год, и это с учетом проектов Чанчжэн, Бэйдоу, Чанъэ, Шэньчжоу, Тяньчжоу и других.

Когда когда-то общая стоимость американской программы "Аполлон" достигла ошеломляющих 22,5 миллиарда долларов, что составляло 0,57% ВВП США на тот момент! Нелегко подсчитать, сколько будут стоить 22,5 миллиарда долларов сегодня, но тогда 22 миллиарда долларов было бы более чем достаточно для строительства флота авианосцев.

Это отражает, насколько дорогая аэрокосмическая отрасль.

Более того, также имелись производственные проблемы, которые не решить деньгами.

Секретарь Сюй сел рядом с Лу Чжоу.

После того, как они сели, он неспешно продолжил говорить:

— Мы не уступаем Западу в плане малых ракет, но между нами и Штатами, и Россией все еще существует большой разрыв в плане грузоподъемности больших ракет.

— Чанчжэн-5 способен доставлять на низкую околоземную орбиту 25 тонн, на синхронную орбиту — 18 тонн, и только около 8 тонн — на Гомановскую траекторию. Взлетная масса нашего пилотируемого корабля Шэньчжоу-11 — почти 8 тонн. Учитывая, что космический аппарат для посадки на Луну должен учитывать условия магнитного поля Луны, должен нести по крайней мере дополнительные 3 тонны лунного модуля и более 5 тонн модуля жизнеобеспечения. Конечный вес всего корабля может превышать 20 тонн.

— С нашими нынешними технологиями невозможно совершить пилотируемую посадку на Луну.

Лу Чжоу задумчиво кивнул.

Ракетные двигатели были совершенно другой областью, это не то, что можно решить в одночасье.

Внезапно ему в голову пришла идея.

— Почему вы не рассматриваете ионный двигатель?

— Ионный двигатель? — Сюй Юаньмин ненадолго впал в ступор, потом улыбнулся и покачал головой:

— У него слишком малая тяга. Он может использоваться для перемещения корабля по орбите, но не может запустить корабль на орбиту.

Лу Чжоу сказал:

— Мы можем построить наземный передатчик с электромагнитным ускорением и использовать его для отправки частей на низкую околоземную орбиту. А потом с помощью плазменного двигателя отправлять их на луну.

Поскольку управляемый термоядерный реактор уже построен, стоимость электроэнергии не будет слишком высокой. Хотя это звучало как что-то из разряда научной фантастики, технически это возможно.

В конце концов, Соединенные Штаты даже подумывали о том, чтобы использовать пушку для запуска спутников в космос...

— Но как попадут на корабль космонавты?

— Они могут попасть на борт с космической станции.

Хотя Китай не имел возможности отправить людей на Луну, они без проблем могли отправить людей на космическую станцию.

Это предложение шокировало секретаря, он долгое время молчал, потом улыбнулся и сказал:

— Это звучит интересно, но это также немного безумно.

Лу Чжоу улыбнулся и не стал отрицать его слов.

— Как без воображения можно чего-то добиться?

Сюй Юаньмин — не инженер. Он лишь немного разбирался в аэрокосмической отрасли из-за специфики своей работы. Поэтому не стал обсуждать техническую сторону с Лу Чжоу.

После паузы он продолжил разговор:

— На данный момент наше внимание по-прежнему сосредоточено на строительстве межрегиональных энергосетей и термоядерных реакторах. Высшее руководство считает, что лучше не спешить и сосредоточиться на текущих проблемах, а не на проблемах отдаленного будущего.

— Многие предлагали отложить проект высадки на Луну до 2030 года. Однако руководство ценит ваше мнение. Поэтому они пришли к компромиссному плану.

— Компромиссному?

Секретарь Сюй ухмыльнулся и ничего не объяснил. Он посмотрел на сцену и сказал:

— Конференция вот-вот начнется, они расскажут обо всем через минуту. Просто внимательно слушайте.

Глава 589. Стратегические хитрости

Конференция официально началась.

Пресс-секретарь конференции поднялся на сцену и зачитал основное содержание.

Лу Чжоу не пришлось долго ждать, прежде чем он услышал то, что его интересовало.

Прежде всего то, что касается финансирования. А именно, что ежегодный бюджет аэрокосмического проекта увеличится с 14 до 30 миллиардов юаней.

Эта часть — не особо актуальна для компаний частного сектора. В основном, это касалось государственных предприятий.

В настоящий момент, хотя частные компании освоили некоторые собственные технологии запуска, большие ракеты-носители, которые использовались в лунном проекте, находились за пределами их возможностей. Даже при поддержке государственной политики у частных компаний не было ни капитала, ни смелости для разработки больших ракет-носителей.

Из-за этого, когда пресс-секретарь зачитывал это, большинство людей в зале выглядели не заинтересованными.

Однако когда пресс-секретарь начал зачитывать вторую часть, все воодушевились.

Для продвижения аэрокосмической промышленности и лунного проекта компании, инвестирующие в национальную аэрокосмическую промышленность, получат налоговые льготы.

Проще говоря, если компания потратит 30 миллионов юаней на спутники, пока запуск будет осуществлять китайская компания и с китайской земли, то компания получит 30 миллионов юаней налоговых льгот.

Для крупных компаний, таких как Penguin и Alibaba, которые платили сотни миллионов налогов, это предложение довольно заманчивое.

Их бизнес нуждался в спутниках, и теперь государство почти полностью убирает их затраты на запуск в виде налоговых льгот. Хотя это и не прямая форма субсидирования со стороны государства, она ничем не отличалась от прямой субсидии.

Когда пресс-секретарь зачитывал это, Лу Чжоу прекрасно увидел, что представители всех частных и государственных предприятий воодушевились, и в их глазах появился блеск.

Никто даже не обратил внимания на третью часть.

На самом деле, она, и правда, не заслуживала внимания. Это просто устное обещание, имеющее юридическую силу.

То есть в течение следующих десяти лет компании, исследовательские подразделения или отдельные лица, которые смогут создать постоянную или полупостоянную научно-исследовательскую станцию на Луне, будут пользоваться правами франчайзинга на срок до 70 лет на ресурсы Луны. Они также получат налоговые льготы в исследованиях и других проектах, связанных с аэрокосмической отраслью, таких как туризм и освоение космических ресурсов.

Государство гарантировало это.

Когда пресс-секретарь закончил читать, в зале начались перешептывания.

Крупные компании гораздо больше заинтересовались в привлекательном втором положении, нежели иллюзорными обещаниями или недоступным первым положением.

Если они смогут перевести стоимость запуска спутников и в налоги, что нужно уплатить, то затраты на запуск будут довольно низкими.

Конечно, третья часть — не совсем непривлекательна. Хотя трудно предсказать, что будет через десять, даже если это всего лишь пустое обещание, оно все равно принесло бы им значительные преимущества.

Китай делал шаг вперед в аэрокосмической области, а они — среди участников.

Этих немногих слов хватило, чтобы у инвесторов с деньгами разыгралось воображение...

Как и эти предприниматели, Лу Чжоу очень удивился такой политикой государства.

Но его удивили не преимущества, а другой аспект...

— Правительство планирует использовать это для сдерживания Штатов?

Услышав это, Сюй Юаньмин удивился еще больше, чем Лу Чжоу.

— Я думал, профессор Лу не изучает международную политику.

Лу Чжоу посмотрел на удивленный взгляд Сюй Юаньмина и, прочистив горло, ответил:

— Есть разница между изучением и пониманием. Некоторые вещи меня не интересуют, но это не значит, что я не понимаю их.

Сюй Юаньмин улыбнулся:

— Вот как? Но вы правы только наполовину. Хотя лунный проект стал национальным планом, мы возлагаем и другие ожидания на это. По данным нашей разведки, Соединенные Штаты, Россия, Евросоюз и другие страны уже разработали технические пути для проектирования своих термоядерных реакторов. Их прогресс пока неизвестен, но, как вы и сказали, пока они достаточно решительны, рано или поздно, они догонят нас.

— Из стратегических соображений, чтобы сдержать наших соперников, мы решили подтолкнуть их к новому полю битвы, но также не забывать развивать наши проекты термоядерных реакторов и межрегиональной энергосети.

Лу Чжоу спросил:

— Новое поле битвы — космос?

Сюй Юаньмин кивнул:

— Верно.

Соединив все точки, Лу Чжоу понял планы государства.

В век информационных технологий секреты нельзя таить вечно. С фундаментом, заложенным несколькими промышленными революциями, западным странам не потребуется много времени, чтобы наверстать упущенное.

Зная это, в целях национальных интересов, Китай надеялся отсрочить время, пока другие страны получат эту технологию.

Заставить противника сражаться сразу на двух полях, несомненно, эффективная стратегия.

Как и сказал секретарь Сюй, с долгосрочной точки зрения, лунный проект необходим, но не так срочно.

Настоящая цель этого проекта не в том, чтобы Китай оставил след на Луне, а чтобы сдержать другие страны.

Если говорить проще, то это уловка.

Предполагалось, что к тому времени будет реализован проект термоядерного реактора второго поколения, что окажет большее давление на запад.

Лу Чжоу наконец-то понял, почему высшее руководство его идею так быстро реализовало. Объединения исследовательских центров Востока и его план по разработке термоядерного реактора второго поколения так быстро реализовало.

Скорее всего, пока он лежал в больнице, высшее руководство уже обсуждало в общих чертах эти идеи.

Умно.

Очень умно...

Хотя Лу Чжоу чувствовал, что его используют, он не мог не восхищаться таким хитрым планом.

Конечно, даже при этом, достичь ожиданий будет нелегко.

Нынешний уровень Китая в запуске ракет даже хуже, чем у США и Советском Союзе в 1960-х годах. Хотя годовой бюджет НАСА сокращен, догнать США нелегко.

Грубо говоря, даже если бы Китай захотел начать космическую гонку и проложить путь для нового поколения термоядерных реакторов, НАСА могло только сделать вид, что соревнуется с китайцами, для увеличения бюджета, но они не могли бы рассматривать Китай как грозного противника.

Итак...

Поэтому Китаю требуется известный человек с высоким академическим престижем для представления своей космической программы.

Лу Чжоу не знал, смеяться ему или плакать.

Они собираются заставить меня возглавить этот проект?

Я, конечно, планировал совершить пилотируемую посадку на Луну, но не хочу лезть в эти политические игры.

Лу Чжоу не сдержался и спросил:

— Вы же не собираетесь назначить меня главным конструктором космического проекта?

— Эм... Это зависит от вас. Хотя я и считаю, что вам более уместно занять эту должность, но если у вас нет времени, — Сюй Юаньмин слегка улыбнулся. — Вы можете хотя бы стать главным консультантом?

Лу Чжоу вздохнул:

— Я — не против, но боюсь, что не смогу сделать многого. Также, если вы хотите опубликовать вводящие в заблуждение статьи от моего имени, то боюсь, что ничем не могу помочь.

Как ученый, он обладал определенным моральным барьером.

Он не пожалеет сил, чтобы бороться за правду, в которую верит. Даже если в итоге он будет не прав, то это будет честная ошибка. Точно так же, как он не будет поддерживать то, что не одобряет.

Если ученый не ищет истины, то действительно ли он — ученый?

Так он станет лишь политической марионеткой...

Сюй Юаньмин улыбнулся:

— Будьте уверены, мы не будем делать никаких публичных заявлений от вашего имени. Ваша академическая репутация — также и наша честь, и гордость, и это никогда не изменится.

— Хорошо, тогда, если вы считаете это нормальным, я буду главным консультантом, — Лу Чжоу пошутил. — Поскольку я — главный консультант, вы собираетесь рассмотреть идею, о которой я только что говорил?

Сюй Юаньмин кашлянул:

— Даже если соглашусь, я ни на что не повлияю. Вы слышали об орбитальных станциях нашего государства?

— Немного.

— В СМИ мало пишут об этом. На самом деле, ваша идея похожа на проект орбитальных станций от страны. Этот проект давно прошел тестирование на техническую осуществимость, но угадайте, в чем проблема?

— Одобрение финансирования?

— Правильно, этот проект был прекращен, — кивнул Сюй Юаньмин. — Его предполагаемый бюджет составлял 2 триллиона юаней. И это только оценка, никто не знает, сколько это будет стоить в итоге… Думаете, оно того стоит?

Как и ожидалось, проект застрял на стадии финансирования.

Это всего два триллиона юаней...

Даже если академик поручится за этот проект, получить одобрение будет крайне сложно.

Стоимость 27 новых проектов высокоскоростных железных дорог в 2018 и 2019 годах составила всего один триллион юаней.

Если эти два триллиона потратить на железные дороги, кто знает, насколько развернутой станет инфраструктура страны...

Глава 590. Главный консультант лунной программы

Китай сильно нуждался в энергии, но не в аэрокосмической отрасли.

Даже если успех термоядерного проекта мог сэкономить стране более 2 триллионов юаней в год, эти деньги не вложат в космическую программу.

Решение, куда и для чего потратить эти деньги, принималось после ряда строгих процедур.

Стоимость запусков теперь не такая, как раньше, особенно с появлением технологии повторных пусков.

В качестве примера можно взять запуск спутника на низкую околоземную орбиту, стоимость Falcon Space-X составила 1141 долларов за килограмм. Сравнивая это с разработанной НАСА в 1990-х годах ракетой Дельта-4, стоимость которой составляла 11 660 долларов за килограмм, стоимость снизилась почти в десять раз.

Стоимость запуска китайской ракеты Куайчжоу-1A, которая в настоящее время — самая коммерчески выгодная ракета в мире, снизилась с 10 000 долларов за килограмм до примерно 5000 долларов за килограмм.

Если пилотируемая миссия на Луну требует, чтобы космический аппарат массой около 50 тонн был отправлен на низкую околоземную орбиту, игнорируя факт того, что космический аппарат — не спутник, и не может разделиться на десятки запусков, то теоретически стоимость запуска может быть в пределах 250 миллионов долларов.

Поэтому только для отправки кого-то на Луну нет реального смысла строить ускорители масс.

Однако Лу Чжоу хотел не только отправить людей на Луну и поставить там флаг. Он хотел построить постоянную научно-исследовательскую станцию на Луне... или даже базу по добычи ресурсов.

Учитывая эту долгосрочную цель, крайне важно найти более дешевый способ доставки грузов с поверхности Земли на низкую околоземную орбиту.

Если продолжат использовать ракеты с химическим двигателем, то, когда число запусков достигнет пятизначной цифры, исследования космоса превратятся из области научных исследований в область промышленности. Затраты будут астрономическими, не говоря уже о возникновении экологических проблем.

Топливо для ракет, изготовленное из тетроксида динитрогена и диметилгидразина, действительно ядовитое.

Однако Лу Чжоу также прекрасно понимал, что убедить высшее руководство решиться на этот проект за триллионы будет невозможно, тем более что в краткосрочной перспективе в этом не было необходимости.

Однако полагал, что, как только он добьется достаточных результатов, то будет более убедительным.

Конференция разделялось на две части. В полдень объявили перерыв. После обеда они продолжат встречу.

Вторая часть симпозиума предназначалась для ученых и инженеров, и обсуждению технических вопросов.

В ходе встречи представители крупных исследовательских подразделений с энтузиазмом выступали и продвигали свои собственные точки зрения.

В дополнение к концепции ракеты Long March 9, разработанной Китайской аэрокосмической научно-технической корпорацией, многие другие также выдвинули интересные технические идеи.

Например, высокопоставленные исследователи из Центра космических исследований и прикладных исследований Китайской академии наук продемонстрировали концептуальную модель ионного двигателя. Концепция технологии отличалась от представлений Лу Чжоу, но все же это была очень интересная идея.

На этой конференции Лу Чжоу говорил мало, он лишь кратко рассказал о своей идее двигателя на эффекте Холла.

Кое-что из этого было чисто его мнением, а кое-что — вдохновением, которое он почерпнул во время общения с исследователями проектной группы AF-MPD во время его работы консультантом в Принстонской лаборатории физики плазмы.

Первоначально он думал, что его взгляды — достаточно авангардные, и не ожидал, что мнения некоторых людей будут еще более научно-фантастическими, чем его. Например, кто-то предложил установку EmDrive.

На самом деле, EmDrive установка — не совсем вымысел. НАСА проводили исследования в этой области, и подобные статьи можно найти даже на arXiv.

В конце концов, никто не имел ни малейшего представления о том, что возможно в будущем. Даже самый выдающийся ученый не мог делать никаких абсолютных утверждений о будущем, даже для кажущихся невозможных вещей.

Но в любом случае, технология EmDrive — что-то далекое, и не для этой конференции.

Все посмеялись над этой идеей и не восприняли ее всерьез.

На подобных симпозиумах не было никаких ограничений. Все могли свободно высказываться, и каждый мог предложить что угодно, никто не будет опровергать эти идеи.

Что касается окончательного выбора технического маршрута, то тут все зависит от результатов.

В середине года состоится симпозиум, на котором будет обсуждение, какие космические аппараты с большой грузоподъемностью будут использоваться для высадки на Луну.

Будь то ракета или шаттл, любой, кто мог доставить с Земли на Луну не менее 30 тонн груза и благополучно вернуться, может выиграть тендер.

Наиболее перспективным космическим аппаратом выглядел Long March 9.

Однако самое раннее возможное время полета будет в 2028 году. Даже без откладываний должно пройти еще восемь лет.

Если государство желает завершить пилотируемый полет на Луну в течение пяти лет, чтобы достичь стратегической цели оказать давление на Соединенные Штаты и Европу, то Long March 9, который все еще находился в стадии проектирования, скорее всего, пропустит эту битву.

В связи с этим, любая компания, если сможет предложить план запуска с меньшими затратами, будет конкурентоспособной.

Что касается того, присоединится ли Лу Чжоу к этому веселью...

То он еще не принял окончательного решения.

Он только исследует ионные двигатели. Даже если бы смог перепроектировать обломки, трудно сказать, смог бы он использовать их в атмосфере Земли.

Что, если эти обломки — кусок космической станции? Возможно, они не способны вывести корабль на орбиту.

Всегда существовали такие вероятности.

Короче говоря, пока он не был уверен в своих способностях достичь этого, он только выражал собственное мнение. Что же касается тендера, то он, скорее всего, не будет участвовать...

После окончания конференции Лу Чжоу покинул зал.

Внезапно он понял, что вокруг ждало много людей.

Судя по камерам и микрофонам, эти были репортеры.

Когда представители Penguin и Alibaba вышли из зала, репортеры набросились на них, словно стая акул, учуявших кровь.

Лу Чжоу невольно вздрогнул, наблюдая это. Когда подумал, что ему повезло, что его не заметили, зоркий репортер увидел его и бросился к нему.

Хотя перед ним стоял Ван Пэн, к нему все равно подлетели микрофоны.

— Здравствуйте, профессор Лу, я — репортер Net Billion News. Я слышал, что именно вы предложили возобновить лунную программу?

— Профессор Лу, здравствуйте, я — репортер с Penguin News, в Интернете ходят слухи, что Китай скоро начнет космические путешествия. Что вы об этом думаете?

— Ходят слухи, что вы — главный конструктор проекта, это правда?

У Лу Чжоу болела голова от всех этих вопросов, но он не мог найти способа сбежать от них. Он быстро схватил ближайший микрофон и сердито сказал:

— Неправда.

— Э-э... тогда могу я спросить...

Лу Чжоу глубоко вздохнул и сказал:

— Запуск лунной программы — не только из-за моего предложения, но и из-за стратегических планов страны. Что касается главного конструктора проекта, то я без понятия, откуда этот слух, меня только пригласили в качестве консультанта.

Секретарь Сюй, который стоял рядом с ним, улыбнулся и вставил свою ремарку:

— Главного консультанта!

Главный консультант!

Эти два простых слова полностью шокировали репортеров...

Глава 591. Знамение космической гонки

В ресторане возле Пекинского университета авиации и космонавтики, сидя за столом в ожидании еды, Лу Чжоу с хмурым взглядом смотрел в телефон.

"Шок! Профессор Лу, главный конструктор термоядерного реактора, отвечает за лунную программу?!"

"Лу Чжоу: наше следующее путешествие — в звездное море!"

"Лу Чжоу случайно раскрыл шокирующую тайну!"

"Главный конструктор Лу сказал, что лунная программа началась из-за него?!"

Чего?!

Разве я не сказал, что я — не главный конструктор?

Репортеры совсем не слушают других?

Сюй Юаньмин заметил эмоции Лу Чжоу и улыбнулся:

— Наши журналисты настроены оптимистично, это хорошо.

Позитивные слухи — хорошие, да?

Лу Чжоу отложил телефон и посмотрел на тушеную свинину и бобы на столе, а потом вздохнул:

— Вы, действительно, создали мне кучу хлопот.

— Давайте не будем говорить и поедим. Еда — не такая вкусная, когда остывает, -  Сюй Юаньмин сделал вид, что ничего не слышал. Он взял палочки для еды и улыбнулся. — Я часто ел здесь, когда учился в университете. Прошло столько лет, но вкус не совсем изменился.

— ...

Слишком резкая смена темы.

Однако, поскольку он угощает меня, оставлю его в покое...

Поев и попрощавшись с секретарем Сюем, Лу Чжоу сел в машину.

— Отвези меня на вокзал.

Ван Пэн завел машину и спросил:

— Мы возвращаемся в Цзиньлин?

— Да, меня слишком долго не было в лаборатории, я переживаю.

Ван Пэн улыбнулся:

— Разве ты не в отпуске? Почему все еще так занят?

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не ответил.

Очевидно, он не скажет, что его беспокоит не какой-то эксперимент, а отсталый искусственный интеллект, который игрался со своей новой игрушкой в лаборатории.

Конечно, даже если не нестабильный Сяо Ай, ему пора было возвращаться.

Тайны обломков все еще лежали там, ожидая, когда он их раскроет.

Если все пойдет хорошо, это может стать ключом к решению проблем лунной программы...

Лу Чжоу прибыл на вокзал и сел на ближайший поезд из Пекина в Цзиньлин. Через пару часов сошел на южном вокзале Цзиньлина.

Сидя в своей черной машине с поднятым красным флагом, он не стал просить Ван Пэна отвозить его домой, а сказал сразу ехать в лабораторию.

Поскольку многие эксперименты требовали круглосуточного наблюдения, институт никогда не закрывался на ночь.

Отпустив Ван Пэна, он в одиночку вошел в главное здание института. Пройдя через стальные двери в конце хранилища образцов,  пришел в свою лабораторию.

Войдя в нее, замер.

Что за хрень?

Бамблби?

………………...

Возобновление лунной программы Китаем не только вызвало сенсацию в китайских СМИ, но и привлекло большое внимание во всем мире.

В частности, британская ежедневная газета сообщила эту новость с довольно интригующим заголовком.

"Китай хочет отправиться на Луну! Это знамение новой космической гонки?!"

Внутри здания компании Tri Alpha...

В кабинете президента, Биндербауэр прочитал газету в руке и нахмурился.

Через какое-то время он пробормотал:

— Это не хорошая новость.

— До управляемого термоядерного синтеза второго поколения им еще далеко, так что не беспокойтесь об этом, — сказал профессор Бертон Рихтер, физик элементарных частиц из Стэнфордского университета в Пало-Альто. Помимо работы профессора, он — также член консультативного совета компании, а также — лауреат Нобелевской премии по физике 1976 года.

Хотя он не читал газету, но все же слышал об этом.

Всего несколько часов назад Китай объявил о конкретных мерах по реализации плана лунной программы. Китай объявил о своем намерении создать постоянную научно-исследовательскую станцию на Луне для изучения запасов гелия-3 в лунном грунте.

В массах появилось мнение, что это откроет путь ко второму поколению термоядерных реакторов. Однако профессор Рихтер знал, как трудно достичь этого. Он ясно понимал, что все эти рассуждения о Китае — просто чепуха.

— Нет, меня не волнует второе поколение, — Биндербауэр отложил газету и облокотился на спинку кресла, после чего протер лоб и сказал:

— Меня беспокоит Управление Конгресса по бюджету...

После того, как в начале года Китай объявил об успешном запуске демонстрационного реактора, Соединенные Штаты также быстро запустили свой собственный национальный проект термоядерного синтеза. Между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско должны построить гигантский демонстрационный реактор. Только на первом этапе проекта правительство США выделило десятки миллиардов долларов в качестве финансирования.

В этом проекте их компания успешно победила своего конкурента General Atomics и получила заказ на компоненты нагрева, благодаря их превосходным характеристикам.

Если все пойдет хорошо, этот контракт принесет его компании сотни миллионов долларов прибыли, что еще больше увеличит рыночную стоимость компании на Nasdaq.

А теперь Китай внезапно объявил о своей лунной программе и даже объявил, что собирается осваивать ресурсы Луны, что однозначно повлияет на проект реактора в Калифорнии.

В конце концов, финансирование научных исследований ограничено. Ни одна страна не сможет одновременно осуществлять два суперпроекта без каких-либо жертв.

Соединенные Штаты не хотели отставать ни в плане управляемого термоядерного синтеза, ни в плане освоения космоса.

Можно предвидеть, что, как только Штаты втянутся в эту космическую гонку, Конгресс наверняка пересмотрит бюджеты текущих исследовательских проектов. Они сократят бюджет менее срочных проектов, чтобы удовлетворить аппетит НАСА.

Например, бюджет на менее важные компоненты нагрева...

Проект реактора могут даже отложить...

Для Биндербауэра это однозначно плохая новость.

Он даже представлял, как будут радоваться сотрудники НАСА, когда увеличат их бюджет.

НАСА больше не нужно переживать о своем бюджете. Страна на другом берегу Тихого океана помогла им с проблемами финансирования.

Пока Биндербауэр листал газету, его руки вдруг замерли.

Его взгляд был прикован к одной строчке в интервью с Лу Чжоу.

— Ионный двигатель...

Он пробормотал, и постепенно его голос становился все более возбужденным.

— Ионный двигатель! Вот оно!

Биндербауэр отбросил газету в сторону и встал.

— Ионный двигатель, управляемый термоядерный синтез, отлично сочетаются! Мы можем объединить вместе эти два проекта!

По крайней мере, он сможет создать красивую презентацию для убеждения.

— Сэр, я не хочу лить на вас холодную воду… — Бертон Рихтер посмотрел на него странным взглядом. — Но мы даже не решили проблемы управляемого термоядерного синтеза, а вы хотите уменьшить реактор и использовать его, как двигатель.

Биндербауэр остановился и улыбнулся профессору.

— Дорогой профессор Рихтер, я прекрасно знаю, что без муки не испечь пирог. Но прежде всего надо заставить людей поверить в то, что мы можем испечь пирог. Это важнее всего!

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe209

Глава 592. Разбор обломков

Лу Чжоу не волновала реакция зарубежных СМИ, сейчас он стоял в подземной лаборатории пытаясь прийти в себя от действий Сяо Ая.

Это не совсем Бамблби.

Точнее говоря, объект перед ним был моделью Бамблби. Гладкий и плоский алюминиевый корпус с ярким металлическим блеском от лампы на потолке лаборатории. Механическая конструкция под корпусом идеально дополняла сложный дизайн.

Хотя он еще не был раскрашен, он все еще напоминал трансформера из фильмов. Лу Чжоу сразу узнал его.

Однако все еще нужно время, чтобы закончить его полностью. В углу лаборатории все еще в куче валялись материалы, а манипуляторы работали без остановки.

Лу Чжоу наблюдал, как восемь рук, словно щупальца осьминога, умело работали с алюминиевыми пластинами.

С помощью алгоритма обучения нейросети Сяо Ай, как только научился управлять чем-то, мог быстро применить это. Это умение не ограничивалось только контролем плазмы, механическая обработка и автоматическая сборка также в пределах его возможностей.

Но…

— Что ты делаешь?

Манипуляторы перестали работать.

Дрон, парящий рядом с ним покачивался из стороны в сторону, словно наклонял голову.

Вскоре на телефон Лу Чжоу пришло сообщение Сяо Ая.

«Хозяин спрашивал, какое тело хочет Сяо Ай. Сяо Ай не хотел беспокоить хозяина, поэтому Сяо Ай строит его. (*°▽°*)»

— …

«Скажи, что новое тело Сяо Ая очень классное, давай! (๑•ᄇ•)»

«Хвали меня, пожалуйста, пожалуйста, похвали меня! ヾ(≧▽≦*)»

Ну, Лу Чжоу должен был признать, что оно действительно крутое.

Но…

Оно вообще полезно?

Лу Чжоу не хотел убивать энтузиазм Сяо Ая, но он не мог не спросить:

— Как ты планируешь поместить себя в робота?

Манипуляторы замерли.

Через некоторое время на его телефоне появилось сообщение.

«Я не могу войти? (°△°)»

— Сомневаюсь.

Модель сделана довольно хорошо.

Но я не могу просто поместить Сяо Ай в этого робота.

Нет не только двигателя, но даже микросхемы управления или хотя бы приемника сигнала. Разве Сяо Ай не предусмотрел, где установить свою программу?

Лу Чжоу не знал, отчего Сяо Ай не понимал даже здравого смысла.

Через некоторое время манипуляторы, удерживающие пластины, опустились.

«Грустно.»

Лу Чжоу посмотрел на сообщение и вздохнул.

Он…

И правда умственно отсталый.

Даже дети способны отличить кино от реальности.

— В любом случае, хватит играться, помоги мне с работой.

Он не умел утешать людей, не говоря уже о утешении искусственного интеллекта.

Лу Чжоу не волновали эмоции Сяо Ая. Он подошел к третьим обломкам и снял черный тент, потом подошел к терминалу управления промышленными роботами.

Благодаря роботам ему не нужно самому с плоскогубцами лезть внутрь.

С помощью Сяо Ая и х роботов он мог легко разобрать обломки.

На самом деле разбор не займет много времени.

Хотя материал корпуса очень прочный, учитывая необходимое техническое обслуживание, оно сварено.

Условно говоря, двигатели космического корабля, расположенные позади корабля, достаточно безопасные части.

Конечно, все это относительно.

Обломки аккуратно были разделены на три части. Лу Чжоу невольно вздрогнул, когда посмотрел на беспорядок внутри.

Ситуация оказалась хуже, чем он себе представлял. Удар не только полностью разрушил внутренние части, но даже разрушил внутреннюю конструкцию.

Например, внутренние стенки металлических труб полностью сплющило. Лу Чжоу мог только использовать свои знания, чтобы предполагать, что это теплообменник или питание двигателя.

Позади к раздавленным и сломанным трудам присоединялась полая цилиндрическая конструкция.

— Электрод… Теплообменник… Это ионизационная камера? Это двигатель на эффекте Холла?

Лу Чжоу смотрел на снимки, сделанные камерой, погрузившись в глубокое раздумье.

За цилиндрической деталью в самой глубине обломков располагались различные выхлопные трубы, имевшие форму конических колб.

Лу Чжоу проанализировал внутреннюю структуру и сделал смелое предположение.

Инженер, создавший это устройство, скорее всего, был с авангардными взглядами… Или для высшей цивилизации это обычная практика.

То есть ионизационная камера вынесена отдельно, а плазменное сопло спроектировали как единую двигательная установка Холла и располагалось за ионизационной камерой.

Путем нагрева и подачи напряжения ионизационная камера ионизировала топливо образуя высокотемпературную плазму, которая расширялась в объеме. Эта плазма направлялась в двигательную установку Холла, которая соединялась с задней частью ионизационной камеры.

Благодаря этой особой конструкции двигательная установка Холла могла более эффективно обрабатывать высокотемпературную плазму в ионизационной камере, а также выводить ее из двигателя.

В то же время центральное фиксирующее устройство на хвостовом кольце нейтрализовало выброшенный плазменный шлейф, предотвращая всасывание выброшенной плазмы обратно в ионизационную камеру…

Теоретически, пока выходная мощность достаточно велика и плазма выбрасывалась достаточно быстро, то мощность двигателя можно увеличивать бесконечно до достижения критического тока сверхпроводящего магнита, давления и температура ионизационной камеры.

Глядя на направление трещин этих труб, Лу Чжоу предположил, что перед поломкой, пилот космического корабля, скорее всего выполнил какую-то опасную операцию уклонения, доведя мощность двигателя до предела и поддерживая его так какое-то время.

Глядя на раздавленные трубы, Лу Чжоу думал.

Он чувствовал, что за этой системой скрывается все больше и больше секретов…

Найди основные компоненты двигателя, остальная работа стала проще. Благодаря фотографиям, сделанным Сяо Аем, Лу Чжоу быстро нашел топливный бак двигателя.

Но потом возник вопрос, откуда бралось электричество?

Как не спроектирован двигатель на эффекте Холла, тяга, обеспечиваемая киловаттами, будет невелика. Даже если это высокотехнологичная цивилизация достигла значительного увеличения скорость струи плазмы, количество энергии, чтобы корабль мог достичь хотя бы первой космической скорости, довольно пугало.

Как минимум, энергия должна вырабатываться хотя бы в мегаваттах.

Очевидно, такое огромное энергопотребления не выдержат обычные аккумуляторы.

По крайней мере, это невозможно для литий-серных батарей.

Лу Чжоу предположил, что накопитель энергии должен находиться недалеко от топливного бака. Глядя на дугообразную двухслойную конструкцию соединяющую топливный бак и теплообменник, Лу Чжоу почувствовал, что это что-то ему напоминает, но не мог понять что.

Внезапно в его голове возникла безумная и нереалистичная мысль.

Может ли это быть… Термоядерный синтез?

Глава 593. Путь понятен

Офис руководителя Института перспективных исследований.

Увидел, что Ян Сюй вошел, Лу Чжоу перестал писать и посмотрел на него.

— Результаты анализа готовы?

Ян Сюй достал из кармана флешку и положил ее на стол.

— Все данные на ней.

— А оригинал?

— В базе данных есть резервная копия… Есть проблема?

— Удали ее.

Ян Сюй на мгновение встал в ступор, но не стал спрашивать причину и просто кивнул.

— Хорошо.

Когда дверь кабинета закрылась, Лу Чжоу подключил флешку к ноутбуку и открыл папку. Он стал внимательно рассматривать каждую фотографию.

Выйдя вчера утром из подземной лаборатории, он взял несколько образцов из конструкции между топливным баком и теплообменником. Он дал их Ян Сюю, чтобы тот сделал анализ инфракрасного спектра и сделал несколько снимков с помощью сканирующего электронного микроскопа.

Судя только по нескольким снимкам, можно сказать, что предположение Лу Чжоу верное.

Хотя поломанный нанокерамический композитный материал стал хрупким, было очень трудно понять исходные структурные характеристики, но по углеводному остатку внутри, можно сделать вывод, что это термостойкий анизотропный композитный материал с хорошей теплопроводностью.

По изображениям, полученным с помощью микроскопа, материала внутреннего слоя, можно обнаружить остатки водорода.

С точки зрения Лу Чжоу, есть только два случая, которые с большой вероятностью вызовут такой результат.

В одном случае атомы водорода образовались в результате распада нейтронов.

В другом пучок протонов проник во внутреннюю стенку материала и остался внутри материала.

Учитывая, что частицы водорода и набухание внутри материала в основном распределены в определенной области, а затем сравнивая силу проникая нейтронов и протонов, Лу Чжоу мог сделать вывод, что набухание в основном вызвано из-за последнего случая.

В этом случае обломки двигателя на эффекте Холла, лежащие в его подземной лаборатории, с большой вероятностью использовали термоядерную энергию.

А в качестве топлива использовался гелий-3!

— Это термоядерные батареи!

Предположение Лу Чжоу подтвердилось. Он полный волнения смотрел на изображения.

Мало того, он мог приблизительно вывести технологический путь с помощью этих подсказок.

Например, судя по закрытой конструкции и повреждению внутренней стенки реактора, этот термоядерный реактор скорее всего одноразовый.

То есть топливо непосредственно помещалось в активную зону, которая выбрасывалась после одного использования.

Это может показаться немного расточительным, но на самом деле это самый осуществимый подход.

Если игнорировать бомбардировку высокоэнергетическими протонными пучками и радиационные повреждения, а также экономические выгоды от долгой эксплуатации можно опустить множество сложных конструкций, таких как система восстановления нейтронов.

Это не только снижает сложность проекта, но и экономит много места.

В конце концов, каждый квадратный метр космического корабля ценное пространство.

Что касается защитных материалов, нагревательных элементов, системы теплообмена и систем наблюдения для контроля работы активной зоны реактора, то эти дорогостоящие компоненты можно интегрировать в сам двигатель.

Думая об этом с этой стороны, техническая сложность этого одноразового термоядерного источника питания не должна быть слишком высокой…

Конечно, все это относится только к зрелой технологии управляемого термоядерного синтеза второго поколения.

Если кто-то разработает термоядерный реактор второго поколения с концепцией одноразового использования, технические трудности не будут очень высокими. Это может быть даже проще, чем реактор STAR-2. Однако стоимость производства электроэнергии будет астрономической.

Это все равно что использовать аэрокосмическое топливо для подачи электричества домам.

— Вся концепция конструкции состоит в том, чтобы поместить топливо внутри ядра и контролировать мощность двигателя, контролируя объем реакционной камеры и уровень расхода топлива за счет конструкции двойного бака… В этом случае активная зона не нуждается в непрерывно зажигании, достаточно импульсного зажигания.

— Но в термоядерные батареи в обломках двигателя Холла похоже нет магнитного удержания, это должно быть что-то еще.

Хотя она нашел конструкцию похожую на сверхпроводящий магнит в обломках, этого количества явно недостаточно, чтобы высокотемпературную плазму. Более того, в космосе сверхпроводящий магнит напрямую контактирует с ионизационной камерой, а его реальная задача, скорее всего, заключалась в обеспечении переменного магнитного поля для двигателя Холла…

Итак, инерциальный управляемый термоядерный синтез?

Лу Чжоу делал наброски на черновике с горящими глазами.

Импульсное зажигание, инерциальный управляемый термоядерный синтез…

Путь ясен!

Он сдержал волнение в своем сердце и скомкал бумагу в комок, после чего убрал его в карман и достал телефон и быстро набрал номер.

После нескольких гудков с другой стороны раздался голос Фэн Шуцина.

— Алло?

— Это я.

Фэн Шуцин с улыбкой спросил:

— Профессор Лу, что случилось?

— Как проходит реорганизация команды?

Услышав этот вопрос, Фэн Шуцин ответил:

— Перераспределение персонала, инвентаризация и распределение прав собственности в основном завершены. Соответствующие документы представлены в SASAC. Жду пока в Пекине все изучат. Если нет серьезных проблем, то East Asia Power, отделится от команды проекта STAR-2 самое большее через неделю. — Фэн Шуцин улыбнулся. — Готовы сесть в машину? Если нет, мы можем подождать несколько дней.

Сесть в машину?

Лу Чжоу какое-то время стоял в ступоре, не понимая, о чем говорит Фэн Шуцин.

Однако сейчас ему не до этого, поэтому он проигнорировал это и сказал:

— Проследи за East Asia Power, просто следуй инструкциям высшего руководства. Я позвонил сегодня, чтобы поговорить о другом. У меня здесь новый исследовательский проект. Мне нужно перевести несколько человек с проекта STAR-2.

Фэн Шуцин не задавал вопросов.

— Хорошо, назовите мне их имена.

Лу Чжоу немного подумал и сказал:

— Это большой список, по телефону может быть тяжело. Я составлю список и отправлю его вам на почту.

Фэн Шуцин ошеломили эти слова.

— Сколько вам нужно людей?

— Немного, может где-то десять.

Думаете, это не много?

Фэн Шуцин улыбнулся и осторожно спросил:

— Могу я спросить, что это за проект?

Лу Чжоу немного задумался, а потом ответил:

— Это касается миниатюризации термоядерного реактора.

— …

Глава 594. Присоединится или нет?

Миниатюризация термоядерного реактора?

Какого черта?!

Фэн Шуцин чуть не выронил телефон.

Демонстрационный реактор только построили, а он уже думает о создании меньшей версии?

Хотя он не занимается термоядерным синтезом, он все еще окончил университета Шуйму. Не говоря о том, что он много лет проработал в Министерстве науки и технологий, а также отвечал за реструктуризацию команды STAR-2. Он имел определенное представление об исследованиях управляемого термоядерного синтеза.

Лу Чжоу заметил, что на другом конце молчат, и спросил:

— Какая-то проблема?

— Нет… Просто пришлите список имен на мою рабочую почту. — Фэн Шуцин с небольшим колебанием спросил. — Миниатюризация термоядерного реактора… Не слишком ли рано? Думаю, что термоядерный реактор второго поколения более надежен.

Передовые исследования не так просты.

Хотя он знал, что Лу Чжоу очень силен, он все же не мог не предостеречь Лу Чжоу.

Лу Чжоу сразу понял, о чем он думает, но ему было лень объяснять подробно, поэтому он сказал кратко:

— Хотя ядерную батарею можно рассматривать как небольшой термоядерный реактор, есть большая разница между ними. Если вы не понимаете разницы, можете сравнить их как реактор деления и радиоизотопную батарею. Я прекрасно понимаю свои возможности, поэтому не беспокойтесь.

Этот ответ можно назвать достаточно грубым.

Однако, поскольку Лу Чжоу говорил так уверено, Фэн Шуцину стало гораздо спокойнее.

В Министерстве науки и технологий было много академиков, и они говорили примерно так же резко. Им просто было слишком лень что-то объяснять неспециалистам.

Но можно было сказать наверняка, что у этих ученых имелось два возможных исхода. Либо с 20% вероятностью они погрязнут в исследовательской трясине, либо с 80% шансом их ждет успех.

Фэн Шуцин чувствовал, что Лу Чжоу не из тех ученых, кто может увязнуть в трясине.

В данном случае это может быть только последнее…

Лу Чжоу не волновало мнение секретаря Фэна.

Главная проблема двигателя на эффекте Холла заключалась в энергии. Если не жертвовать силой тяги, то единственный вариант увеличение мощности.

Закончив звонок, Лу Чжоу составил список имен на компьютере и отправил его на почту Фэн Шуцина.

После этого он создал новый документ Word. Какое-то время он сидел перед компьютером, размышляя, затем начал печатать.

Проблему с исследователями решить не сложно, нужно только перевести исследователей и инженеров из команды STAR-2

Проект демонстрационного реактора подготовил большое количество специалистов по физике плазмы и управляемому термоядерному синтезу. Ему нужно лишь посмотреть список сотрудников, и он легко найдет нужные таланты.

С помощью этих ученых его исследования термоядерной батареи будут успешнее.

Само собой, поскольку термоядерный синтез теперь чувствительная область, то он должен сообщить об этом правительству.

Хотя термоядерные батареи не одно и тоже, что и термоядерный реактор, технологии пересекались.

Особенно если он решит пойти по пути инерциального управляемого термоядерного синтеза. Весьма вероятно, что он будет использовать лазерное зажигание. Лазерное зажигание можно использовать не только для исследования плазмы, но и для ядерных испытаний.

Из-за количества важных исследовательских проектов, Лу Чжоу не мог проводить исследования без ведома государства.

Однако добиться сотрудничества со стороны государства для него легко.

Он с ухмылкой посмотрел на заголовок на экране.

«Перспективы применения и техническая осуществимость миниатюризации термоядерного реактора в аэрокосмической области.»

Он верил, что как только передаст это наверх, проект одобрят.

…………………

Хайчжоу.

Демонстрационный термоядерный реактор.

Шэн Сяньфу сидел в своем кабинете, заполняя бланки за столом.

С момента успешного завершения проекта и окончания церемонии награждения, он купался в молоке.

Успех реактора не только принес ему блестящую медаль, но и придал всеобщее уважение и статус.

Согласно договоренностям о реорганизации команды проекта, институт STAR, скорее всего, объединят с компанией East Asia Power, и секретарь Фэн, который отвечал за реструктуризацию, предоставил ему два варианта.

Первый остаться в компании East Asia Power в качестве главного инженера и вице-президента ее технологического отделения.

Или вернуться в Юго-западный институт физике, где он займет пост директора и будет руководить институтом.

Шэн Сяньфу долго думал об этом.

В связи с будущими перспективами развития East Asia Power, безусловно, у него будет большой потенциал для карьерного роста. Набрав достаточную квалификацию, он мог бы перейти в головную компанию и стать вице-президентом всей компании. Его уровень мог бы быть сравним с нефтяными гигантами.

Если он отправиться в Юго-западный институт физики и займет должность директора , то получит статус и власть, но маневром для развития будет гораздо меньше. Даже если он станет академиком в будущем, это не будет перспективнее, чем остаться в компании.

Большинство простых людей выбрали бы первое.

Однако после некоторых раздумий Шэн Сяньфу выбрал второе.

Причина проста.

По сравнению с работой в компании он предпочитал работу в научно-исследовательском институте. Быть ученым для него не просто карьера, это его жизнь.

Кроме того, тогда он бросил работу в Юго-западном институте физики, чтобы работать над проектом STAR-2, многие люди бросали на него косые взгляды.

Хотя никто не оскорблял его лично, он все еще хорошо осознавал это. Его прошлым выбор стал негативным примером для многих других.

Если он вернется сейчас в качестве директора, то заставит многих закрыть свои рты.

Представляя, Шэн Сяньфу невольно ухмыльнулся.

Ему правда хотелось повыпендриваться.

В конце концов, хвастовство часть человеческой жизни.

Хотя он все еще сидел в этом кабинете, его мысли витали за тысячи километров отсюда, в Жунчэне.

Внезапно он услышал стук в дверь своего кабинета, что прервало его мечтания.

Шэн Сяньфу положил ручку и посмотрел на дверь.

— Войдите.

Дверь кабинета открылась, и вошел незнакомец.

Судя по позе и движениям этого парня, он не ученый. Вместо этого он больше напоминал одного из военных, охранявших это место.

Шэн Сяньфу посмотрел на незнакомца и спросил:

— Кто вы?

Мужчина коротко представился.

— Я из Министерства государственной безопасности.

Министерства государственной безопасности?

— Вам что-то от меня нужно?

— Вас ищет профессор Лу?

— Для какого-то проекта?

— Да.

Эти краткие ответы сбили с толку Шэн Сяньфу. Он улыбнулся и спросил:

— Вы можете сказать мне, что это за проект?

Мужчина покачал головой:

— Исследовательский проект конфиденциальный. Я не могу раскрывать его суть. Вам нужно просто сказать мне, присоединитесь вы или нет?

— Значит, у меня есть выбор?

— Конечно.

Шэн Сяньфу глубоко задумался.

С одной стороны, он мог бы стать директором Юго-западного института физики. С другой стороны, он мог бы проводить исследования с профессором Лу… Но он даже не знал, что это за проект.

Присоединится мне или нет?

Перед ним возникла дилемма…

Глава 595. Позвольте прочитаю еще раз

Пекин, конференц-зал.

В этом конференц-зале сидело много людей. Тут присутствовали чиновники из Министерства науки и технологий, военные с медалями на груди, академики из Инженерной академии, а также специалисты по аэрокосмической отрасли.

Каждому вручили папку с материалами.

Обложка материалов конференции была озаглавлена.

«Перспективы применения и техническая осуществимость миниатюризации термоядерного реактора в аэрокосмической области.»

В тексте содержалась информация о применении миниатюрного термоядерного реактора, а также двигателя на эффекте Холла в аэрокосмической области. Он также содержал строгие расчеты, которые показывали осуществимость этого.

Однако довод в пользу осуществимости субъективный.

Не говоря уже о том, что это слишком продвинутая концепция…

— Полнейший бред!

Академик У хлопнул папкой по ладони и покачал головой.

— Только гляньте на импульс, ионный двигатель и правда намного лучше химического. Намного лучше, но сила тяги — недостаток, который невозможно решить!

— Наш ионный двигатель VX-200SS, пробный запуск которого мы делали в прошлом году, с мощностью, достигающей 200 киловатт, когда тяга составляла всего 5 ньютонов! Даже если мы умножим это в сто раз, в тысячу раз, мы не сможем использовать эту силу, чтобы вывести корабль на низкую околоземную орбиту! Мы даже яйцо не можем отправить в космос с такой силой!

— Я думаю, что человек, который написал это, не дружит со своей головой!

— Свиньи полетят скорее, нежели это отправит корабль в космос!

Когда старик У говорил, в конференц-зале царила неловкая атмосфера.

Однако именно такими были пожилые ученые.

Но стоило ли сравнивать…

Со свиньями?

Руководитель Министерства науки и технологий больше не мог этого выносить, но президент, похоже, не возражал. Он задумчиво спросил:

— Проблему совсем не решить?

Академик У покачал головой:

— Невозможно!

Что же касается миниатюризации термоядерного реактора, то он не очень хорошо разбирался в этой области, поэтому не хотел слишком много комментировать.

Никто не знал какие технологии появятся в будущем.

Вначале атомные батареи были размером с небольшой дом, никто не верил, что их можно будет использовать на космических кораблях.

Однако всего за несколько лет, где-то в 70-х годах, проблема уменьшения размера решили. На данный момент самая маленькая батарейка размером с монету.

Однако демонстрационному реактору в Хайчжоу всего три месяца. Думать о установке реактора на корабль сейчас просто смешно.

Жэнь Чанмин с недоумением смотрел на такую критику, поэтому не мог не сказать:

— Идеи действительно несколько оптимистичны. Я согласен, что действительно трудно достичь этих технологий, но невозможно, да?

— Вы долгое время находились вдалеке от научных исследований. Я не собираюсь спорить с непрофессионалом. — Академик У отмахнулся от него и спросил. — Кто написал это? Хочу найти этого человека и поговорить с ним!

Жэнь Чанмин не знал, что делать.

Руководитель Министерства науки и технологий обменялся взглядами с Сюй Юаньминем. Тот кашлянул и ответил:

— Это написал главный конструктор Лу.

В конференц-зале на мгновение воцарилась тишина.

Пугающая тишина.

Старик У вновь поглядел на текст и сказал.

— Позвольте прочитаю еще раз.

Через некоторое время он изобразил шок. Он начал бормотать что-то о миниатюризации термоядерного реактора.

— Кхм, кажется, я упустил несколько моментов. В случае с ионными двигателями сила тяги зависит от мощности. Традиционные батареи не могут обеспечить такую мощность. Но с термоядерными батареями это может быть и возможно…

— …

Все в конференц-зале промолчали.

Каждый предложенный проект рассматривала группа экспертов, даже если он от лауреата Нобелевской премии и обладателя медали Лин Юня.

Однако трудно найти кого-то, кто мог бы рассмотреть предложение от человека с таким академическим уровнем, как у Лу Чжоу.

Границы внутри отечественного академического сообщества очевидны. Никто не хотел публично обсуждать кого-то, кто имел более высокий академический статус и престиж, чем они сами.

Поскольку руководство переживало о подобном, поэтому они не упоминали имени.

Однако никто не ожидал, что академик У, бывший главный конструктор лунного проекта, вдруг пойдёт на попятную, услышав имя профессора Лу.

Однако, судя по его реакции ранее, подобную технологию трудно разработать.

Иначе он бы так сильно не отреагировал.

В этот момент заговорил мужчина с погонами:

— Могу я высказать свое мнение?

Президент сказал:

— Пожалуйста.

— Я не очень много знаю об аэрокосмической промышленности, поэтому не буду комментировать эту часть. Однако, даже если мы не будем рассматривать этот двигатель, миниатюризация термоядерного реактора однозначно необходима.

— Согласно этому документу, если можно и правда создать уменьшенную версию реактора, ее можно применять не только в аэрокосмической области, но и в наших подводных лодках или даже на наших авианосцах.

Многие в зале стали серьезнее.

Президент некоторое время молчал, а потом кивнул.

— Вы правы, независимо от того, можно ли достигнуть этой технологии, можно ли использовать ее в аэрокосмической промышленности, этот проект стоит попробовать.

Он помолчал немного и взял ручку, потом написал на документах собрания.

«Одобрено.»

Подумав и посчитав, что этого недостаточно, он дописал еще строчку.

«Все соответствующие ведомства должны полностью сотрудничать.»

Президент посмотрел на эти два предложения и с удовлетворением кивнул.

Однако он вдруг что-то вспомнил и сказал:

— Точно, узнайте у профессора Лу, если он не против, мы должны опубликовать этот текст. — Он улыбнулся. — Мы уже бросили дымовую шашку в Штаты, надо сообщить им, что мы приступили к работе.

……………….

Цзиньлинский университет.

Лекционный зал № 1.

После того, как прозвенел звонок, Лу Чжоу закрыл учебник в руке и, развернувшись, покинул аудитории.

С тех пор как начались занятия по теории чисел, студенты не оставляли свободных мест на его лекциях. Слушали его не только студенты бакалавриата из других групп, но и некоторые магистры, аспиранты и даже профессора математики.

Что касается Лу Чжоу, то он все еще очень любил общаться со студентами.

Подумать над простыми вопросами также для него своеобразный способ расслабления.

После окончания лекции, если он не был занят, он тратил от двадцати минут до получаса, чтобы ответить на вопросы.

К сожалению, сегодня он должен присутствовать на собрании по миниатюризации термоядерного реактора, поэтому у него не было времени на вопросы после занятия.

Лу Чжоу шел к корпусу математики, планируя положить учебники и плану занятий в кабинет, перед тем как ехать в Институт перспективных исследований.

Однако в кармане у него вдруг зазвонил телефон.

Лу Чжоу достал его и увидел, что звонит Ян Сюй, потом ответил.

— Да?

— Тут старик, который утверждает, что он академик из института инженерной физики Китайской академии наук… Вы его знаете?

Он уже здесь?

Когда Лу Чжоу услышал, что академик прибыл, на его лице появилось небольшое удивление. Встреча должна была начаться в пять часов, и он рассчитывал, что приглашенные им эксперты прибудут в четыре тридцать. Он не ожидал, что этот пожилой академик прибудет так рано.

Судя по всему, у него нет времени заносить учебники.

— Я его пригласил. Проводи его в конференц-зал С1 Института физики.

— Хорошо.

Лу Чжоу повесил трубку и открыл список контактов, потом позвонил Ван Пену.

— Где ты сейчас?

— У входа в университет, тебя подвезти?

— Да, забери меня около лекционного зала.

Глава 596. Проект термоядерной батареи

Двадцать минут спустя.

Машина припарковалась у входа в Институт перспективных исследований.

Шэн Сяньфу приехал одновременно с Лу Чжоу, который только что вышел из машины.

Увидев Лу Чжоу, он подошел к нему.

— Какое совпадение, я только собирался тебе звонить.

— К счастью, ты не позвонил, поскольку я без конца разговариваю по телефон. — Лу Чжоу улыбнулся. — Как дела?

— Все нормально, только немного заскучал. Не люблю ничего не делать. Я всю жизнь много работал. — Шэн Сяньфу пошутил. — Ну что? Я ведь довольно верен, да? Как только услышал, что ты хочешь, чтобы я приехал, то оставил свою работу директора и сразу же отправился. Раз уж я так предан, не мог бы сказать мне, что это за проект?

Лу Чжоу ошеломленно посмотрел на него:

— Министерство государственной безопасности не сообщило тебе?

Шэн Сяньфу покачал головой.

— Человек, который говорил со мной, сказал, что это секрет, он не раскрыл мне подробностей.

— Неужели все так серьезно? — Лу Чжоу невольно улыбнулся и кашлянул. — Ну что ж, все нормально. Я позвал всех сегодня, чтобы поговорить о проекте. Иди за мной.

Двое мужчин прошли через главный вход Института перспективных исследований и прибыли в Институт физики. Они прошли по коридору и вошли в конференц-зал.

В конференц-зале уже сидело десять человек.

Кроме того, тут стояла белая доска, закрытая тканью, которая будет использоваться позднее.

Шэн Сяньфу мельком взглянул на сидящих здесь.

Он узнал некоторых из них, таких как профессор Ли Чанся из университета Юйхуа и академик Ли Цзяньан из факультета физики Лу Яна. Были также люди, которых он лично не знал, но о которых слышал.

Например, старика с седыми волосами в шерстяном жилете, это академик Юй Цзяньнань из отделения физики жидкости Института физики Китайской академии наук.

Он один из конструкторов устройства лазерного зажигания Julong № 1, которое построила Китайская академия наук.

По сравнению с устройством термоядерного зажигания Shenguang, Julong № 1 намного лучше с точки зрения производительности и технической составляющей. В нем находилось 1440 импульсных конденсаторов, 720 переключателей дисторсии поля, 24 газовых переключателя с лазерным пуском и 12 высокоточных лазеров. Это как устройство зажигания Соединенных Штатов NIF.

В настоящее время лазерное зажигание и инерциальный управляемый термоядерный синтез широко использовались военными. Julong № 1, созданный командой первоначально разрабатывающим Shenguang, ясно показал им перспективы. С самого начала разработки он предназначался, как оружие. И будь это миниатюризация лазерного зажигания или интеграция лазерной матрицы, это устройство передовая технология.

Шэн Сяньфу раньше только слышал о нем, но никогда не видел.

Присутствовали и незнакомцы, о которых он вообще ничего не знал.

Однако, поскольку они сидели здесь, то они явно непростые люди, просто скорее всего не из области физики плазмы и термоядерного синтеза.

Шэн Сяньфу не мог не погрузится в размышления.

Быть избранным академиком означало иметь определенный престиж и связи в академических кругах, а статус академика намного превышал статус обычных ученых.

В любом научно-исследовательском институте академики руководители. Обычно исследовательские группы возглавляли академики, основу составляли ученные из Программы Чанцзяна, затем шли простые исследователи разного уровня. Студенты магистратуры и бакалавриата тоже могли быть, но они обычно не учитывались.

Однако эта команда состояла только из академиков.

Кроме профессора Лу, в Китае не так много людей, которые могли бы сформировать подобную команду…

Шэн Сяньфу стало стыдно, когда он вспомнил, что не решался присоединится к проекту.

Хотя никто бы не винил его за отказ, именно он проиграл бы от этого.

В конце концов, такая возможность выпадает раз в жизни.

Если он не упустит эту возможность, то это не только поможет его карьере, но и повысит его шансы стать академиком.

Лу Чжоу посмотрел на собравшихся и улыбнулся:

— Извиняюсь, что заставил ждать, я приехал только из университета.

Академик Ли Цзяньан улыбнулся и сказал:

— Все в порядке, мы только собрались. Давайте опустим пустые разговоры, мы без понятия, зачем нас вдруг вызвали сюда. Мы даже не знаем, что это за проект, давайте сначала поговорим о нем.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо, не буду тратить время на бесполезные приветствия.

Лу Чжоу стал серьезным и направился к доске в конференц-зале, после чего скинул с нее ткань.

Глядя на содержание на доске, половина людей сильно удивилась, а другая сидела, не показывая эмоций.

Шэн Сяньфу, который ранее ничего не знал, сидел шокированным.

Это для него стало полнейшей неожиданностью.

— Это…

Голос Шэн Сяньфу дрогнул, он с недоверием смотрел на доску и хотел что-то сказать, но не смог.

— Миниатюризация термоядерных реакторов или термоядерная батарея. — Лу Чжоу посмотрел на него и улыбнулся. — В принципе это одно и тоже.

Лу Чжоу не волновало всеобщее потрясение. Он откашлялся и продолжил:

— Я уже рассчитал техническую возможность миниатюризации термоядерного реактора. Я пришлю вам соответствующую статью. Конечно, через несколько дней вы также можете прочитать ее в журнале «Ядерная физика». Поэтому сейчас не буду вдаваться в подробности.

— Я собрал вас всех, чтобы провести короткое совещание и распределить задачи.

Лу Чжоу указал на доску лазерной указкой и продолжил:

— Это общий план исследовательского проекта. Содержание может быть немного абстрактным, но думаю, что оно наиболее все охватывает. Если что-то непонятно, спрашивайте.

Шэн Сяньфу оправился от шока и поднял руку:

— У меня есть вопрос.

— Я слушаю.

Шэн Сяньфу внимательно посмотрел на план на доске и нахмурился.

— Почему инерциальный термоядерный синтез? У нас больше опыта в магнитном удержании.

— Хороший вопрос. — Лу Чжоу улыбнулся. — Мы не выбираем магнитное удержание, поскольку магнитное поле будет мешать работе космического корабля. Вторая причина в том, что оно требует гораздо больше места. Мы не можем поставить сверхпроводящий магнит в несколько квадратных метров в двигатель. По крайней мере в данный момент это нереально, да и в этом нет необходимости. Для поддержания термоядерной реакции, мы будем использовать импульсное зажигание. Нам не нужно долго поддерживать стабильность термоядерной реакции. Нам нужно только, чтобы реакция произошла быстро.

Ли Цзяньан нахмурился и спросил:

— Импульсное зажигание? Игнорируя преимущества и недостатки магнитного удержания и инерциального удержания термоядерного синтеза, если убрать систему восстановления нейтронов, как планируется противодействовать излучению?

— Я поговорю об этом позже. — Лу Чжоу сделал небольшую паузу и продолжил. — Конструкция ядерной батареи, если грубо, можно разделить на три части. Первая — компоненты ядра и топливного бака. Я буду отвечать за разработку этого. Вторая — генератор энергии, подключаемый к ядру. Эту часть я передать команде Национальной ядерной корпорации.

Академик Ван Цзэнгуан спросил:

— Мы будем используем феррожидкостный генератор?

Лу Чжоу покачал головой.

— Не обязательно. Это зависит от конструкции реактора и соответствующих нужд. — Он сделал небольшую паузу. — Что касается третьей части, то это устройство для термоядерного зажигания реактора. Поскольку мы планируем использовать инерциальный термоядерный синтез и импульсное зажигание, я лично предпочитаю использовать лазерное зажигание для нагрева. Конечно, нельзя исключать возможности микроволнового нагрева.

— Исследования этой части очень важны. Надеюсь, что академик Ли Цзяньан и академик Юй Цзяньнань будут отвечать за это. Вы будете исследовать два технических пути. Лазерное зажигание и микроволновое зажигание.

Юй Цзяньнань немного подумал и сказал:

— Я согласен с этим, но лазерное зажигательное устройство занимает довольно много места. Если вы хотите поместить его на космический корабль, то это может быть проблематично

— Я понимаю. — Лу Чжоу кивнул. — Именно поэтому нам нужно поэкспериментировать. Нашего бюджета более чем достаточно. Если у кого-то есть хорошие идеи, то предлагайте. У нас достаточно средств, чтобы исследовать любые методы.

Глава 597. Слишком большой шаг?

Весь проект создания термоядерной батареи разбили на тринадцать подпроектов, что охватывали все аспекты начиная от лазерного зажигания и заканчивая генераторами электроэнергии. Всего в проекте приняли участие шесть научно-исследовательских институтов.

Благодаря успеху термоядерного реактора Лу Чжоу был вполне уверен в этом проекте.

Однако во время обсуждения ядерного топлива появились разногласия.

Шэн Сяньфу с открытым от удивления ртом выслушав безумный план Лу Чжоу, а потом спросил с неверием:

— Уверен, что хочешь использовать гелий-3 в качестве топлива? Ядерное сечение реакции гелия-3 и дейтерия составляет одну десятую от дейтерий-трития, но сложность воспламенения в десять раз сложнее, чем в случае дейтерий-трития!

Он не единственным, кто придерживался этой точки зрения. Главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации, академик Ван Цзэнгуан, тоже кивнул.

— Я также думаю, что гелий-3 не практичен. Хотя это экономит место и удешевляет стоимость сердечника, факт в том, что стоимость перекладывается на лазерное зажигание или микроволновое зажигание

Академик Юй Цзяньнань, который не очень хорошо знал Лу Чжоу, не противился напрямую, а говорил с намеками.

— Не стоит делать слишком большой шаг.

Лу Чжоу погрузился в раздумья, постукивая пальцем по столу.

Тут нужен компромисс.

Если он выберет дейтерий-тритий в качестве топлива, им придется установить систему восстановления нейтронов на термоядерной батарее, и объемная плотность энергии всей термоядерной батареи будет меньше. Если выбрать дейтерий-гелий-3, то можно сэкономить 15% места, а объемная плотность энергии всей батареи увеличится.

Однако слова академика Вана верны. С нынешними технологиями Китая такой радикальный путь может и не дать ожидаемого эффекта.

Лу Чжоу молчал около пяти минут, как вдруг у него возникла идея.

— Тогда давай пойдем на компромисс.

— Компромисс?

Лу Чжоу кивнул:

— Как и с устройством зажигания, мы пойдем двумя путями. Одним будет термоядерная батарея на дейтерий-тритии, а другим на дейтерий-гелий-3. Мы можем договориться о едином стандарте для размеров. Если технические проблемы батареи на дейтерий-гелий-3 не решить, мы сможем тут же перейти на дейтерий-тритий. Однако, когда проблема синтеза гелия-3 будет решена, мы сможем более легко обновить наше оборудование.

Академик Ван Цзэнгуан немного подумал:

— Думаю, что это хорошая идея.

Академик Юй Цзяньнань был немногословен, он кивнул и произнес:

— Пока бюджет позволяет, я не возражаю.

Лу Чжоу посмотрел на других людей и увидев, что никаких комментарием больше нет, сказал:

— Тогда решено.

Переходить сразу на гелий-3 действительно несколько поспешно.

Лу Чжоу убедили его пожилые коллеги.

Он признавал, что, найдя такой технический путь в обломках более развитой цивилизации, совсем позабыл о техническом уровне Земли.

Создать саму по себе термоядерную батарею уже не просто.

Что же касается полного перепроектирования двигателя из обломков, то это будет невозможно, по крайней мере, в течение следующего столетия…

Покинув конференц-зал, Лу Чжоу планировал вернуться в свою подземную лабораторию, чтобы продолжить думать над двигателем Холла. Однако, вспомнив, что ему нужно еще кое-что сделать, он вернулся в свой кабинет.

Некоторое время назад, когда высшее руководство одобрило его проект, они предложили ему отправить статью о технической возможности термоядерных батарей в соответствующий научный журнал.

Хотя Лу Чжоу знал, что это стратегия политиков, ему на это все равно.

Текст в статье его истинная научная точка зрения.

Если высшее руководство не против публичного разглашения содержания его работы, то он не против опубликовать его.

Он достал написанный им текст и просмотрел содержание. Он удалил еще несколько громких материалов и сохранил только несколько моментов, а потом перевел все на английский.

На самом деле, для подобных статей техническая осуществимость не важна. В конце концов, подобные субъективные работы не включали в себя конкретные идеи и планы экспериментов. Это всего лишь спор о выполнимости.

Что касается того, делать или нет, то тут каждый должен полагаться на собственные способности.

Прочитав отредактированный документ, Лу Чжоу задумался.

В какой журнал отправить?

Немного подумав, он ухмыльнулся, когда у него появилась идея.

Он откопал письма, которым уже больше года, и нашел письмо редактора PRL. Затем он напечатал простое письмо, приложив статью.

Отправив письмо, Лу Чжоу не мог не ухмыляться.

Интересно, похвалит ли меня кто-нибудь за интернационализм после прочтения статьи?

Я уверен, что любой за пределами области управляемого термоядерного синтеза похвалят меня…

………………

Отправив статью в журнал, Лу Чжоу еще загрузил ее на arXiv и больше не думал об этом вопросе.

Чего он не знал, так это того, что его статью преобразовали в презентацию в тот же день, как Лу Чжоу выложил ее на arXiv.

Международный отель Лос-Анджелеса.

Внутри конференц-зала шириной в пару сотен квадратных метров…

Когда толпа в зале услышала, как Биндербауэр, президент Tri Alpha, объявил, что следующим планом компании создание ионного двигателя, оснащенного термоядерными батареями для американской лунной программы, все недоумевали.

Хотя, сидящие здесь, инвесторы не обязательно разбирались термоядерном синтезе, это не означало, что они глупы.

Прошло меньше трех месяцев с запуска термоядерного реактора Китая, США только планировали начать строительство, а теперь им говорят о миниатюризации термоядерного реактора?

Многие начали поглядывать на часы, казалось, приняв решение. Если в ближайшие пять минут они не услышат ничего стоящего, то встанут и уйдут.

Однако в подобной ситуации Биндербауэр не впадал в панику.

Стоя в клетчатой рубашке в классическом стиле Кремниевой долины, он откашлялся и посмотрел на инвесторов.

— Миниатюризация управляемого термоядерного реактора!

— Я знаю, это может показаться невероятным, но это не так сложно, как мы думаем.

Он переключил слайд в презентации.

На экране появилась статья arXiv.

Что касается автора статьи, то это, очевидно, главный конструктор проекта термоядерного реактора Лу Чжоу.

Аудитория снова зашумела.

Даже люди, которым было наплевать на эту презентацию, не могли не обратить на нее внимания.

В конце концов, это был Лу Чжоу, отец управляемого термоядерного синтеза!

Если бы кто-то еще говорил о миниатюризации термоядерного реактора, его бы проигнорировали, но слова этого человека другое дело.

Генеральный директор Exxon Mobil Вудс сидел в дальнем углу зала и смотрел на имя на экране.

Честно говоря, он не испытывал оптимизма по поводу чрезмерно раскрученной компании Силиконовой долины Tri Alpha. На самом деле он был более склонен вкладывать деньги в практичную и стабильную компанию General Atomic.

Однако, увидев имя на экране, он вновь задумался.

Поскольку Лу Чжоу оставил слишком глубокий след в его сердце.

Рынок литиевых батарей вырос более чем в сто раз. Этот кусок энергетического пирога становился все больше и больше, и весь Уолл-стрит с сожалением наблюдал за этим.

От материала анода литиевой батареи до материала электрода, все это когда-то принадлежало им. Но теперь они платили другим и наблюдали как те делают состояние прямо перед ними.

Теперь, когда осуществили прорыв в области термоядерной энергетики, затраты на производство электроэнергии упадут, а рынок литиевых батарей будет только расти.

Именно из-за ошибки, которую он допустил в прошлый раз, ему пришлось обратить особое внимание на статью, который написал Лу Чжоу.

С другой стороны, Биндербауэр стоял на сцене, держа в руках статью Лу Чжоу.

— Мы можем превратить активную зону в нечто похожее на батарею. Такая конструкция позволит нам в ограниченной степени игнорировать повреждения материала, вызванное излучением.

— На основе такой конструкции, подобная одноразовая батарея менее сложна в техническом плане, чем термоядерный реактор! Хотя стоимость высока, это ничто по сравнению с тем, что мы тратим на аэрокосмическую промышленность.

Когда Биндербауэр увидел, как загорелись глаза инвесторов, он понял, что время пришло. Поэтому он широко улыбнулся и бросил еще одну приманку.

— Что касается того, будет ли наша продукция иметь место на рынке, пожалуйста, будьте уверены.

— На самом деле, только вчера мы достигли соглашения о стратегическом сотрудничестве с Space-X, чтобы разработать термоядерную батарею, которую можно использовать на их кораблях. Термоядерные устройства можно применить в аэрокосмической области. Соответствующие исследовательские проекты уже одобрены Конгрессом!

— Я верю, что в ближайшем будущем наши ракеты смогут использовать чистую и бесконечную термоядерную энергию. Я уверен, что этот день наступит раньше, чем построят термоядерный реактор в Калифорнии!

Его страстный голос воодушевлял всех в зале.

Вудс посмотрел на секретаря рядом и тихо произнес:

— Мне нужен отчет о доходах и деловых операциях Tri Alpha!

Секретарь сразу поняла, о чем думал генеральный директор.

— Хорошо, сэр, документы будут у вас на столе к вечеру.

— Сделай сейчас, мне это нужно до шести часов.

Услышав это трудное требование, секретарь кивнула.

— Поняла.

Глава 598. Рынок, созданный статьей

Лауреатам Нобелевской премии, чтобы заработать денег, нужно просто найти правильный путь.

Хотя большинство инвесторов обладали богатым инвестиционным опытом и обильными финансовыми знаниями, они мало смыслили в науке. Поэтому здравомыслящие инвесторы обычно либо избегали вложений в специфические сферы, либо консультировались с экспертами.

Когда дело касалось экспертов, в глазах обычных людей нет лучшего авторитета Нобелевского лауреата.

В такой ситуации, даже если идея выглядит довольно ненадежной, пока за нее ручается Нобелевский лауреат, тонна инвесторов будет хотеть вложить деньги… даже если они не понимают, во что именно они инвестируют.

Такое не только в управляемом термоядерном синтезе, но и в других областях.

Например, в блокчейне…

Лу Чжоу не знал, что в течение дня его статья заставила многих людей выпрыгнуть из ямы термоядерного синтеза в канаву миниатюризацию термоядерного реактора. Много умных людей воспользовались этой возможностью и удвоили свои чистые доходы.

За один день концепция термоядерных батарей за Тихим океаном стала хитом, и появился рынок стоимость в десятки миллиардов.

С другой стороны, в Китае не наблюдалось особых движений. В конце концов, управляемый термоядерный синтез все еще оставался чувствительной технологией. Большинство частных компаний могли смотреть на это только через окно. Они не могли получить входные билеты, не говоря уже о том, чтобы выступать.

Однако, даже если не наблюдалось молний, дождь шел не слабый.

Различные исследовательские институты начали совместные исследования по проекту термоядерной батареи.

По сравнению с термоядерным реактором миниатюризация управляемого термоядерного синтеза не столь актуальна. И правительство, и Лу Чжоу не торопились. У них достаточно времени для исследований.

И по сравнению с другими, Лу Чжоу в основном отвечал за руководство.

Что касается его основной работы, то он все еще сосредоточен на бонусном задании системы.

На следующее утро Лу Чжоу рано встал.

Приняв душ, он надел спортивную форму и побежал на пробежку по дороге в сторону поля для гольфа.

Зима прошла и уже наступил март. Хотя только шесть часов утра, небо уже светлое, и тонкий утренний туман рассеивался. Пурпурная гора сияла под солнечными лучами.

Если он не занят, Лу Чжоу бегал по окрестностям либо вечером, либо утром. Даже если его не интересовал гольф, то зелень здесь ему нравилась.

Лу Чжоу пробежал небольшое расстояние и остановился возле скамейки. Он вытер пот полотенцем, перекинутым через плечо.

По случайному совпадению, мужчина лет пятидесяти тоже делал зарядку утром. Увидев сидящего Лу Чжоу, он улыбнулся и поприветствовал его.

— О, профессор Лу, тоже делаете зарядку?

В каком-то смысле он знаменитость в этом районе.

Когда проект управляемого термоядерного синтеза был еще в самом разгаре, военные разместила здесь часть, которая отвечала за его безопасность. Поэтому многие люди говорили о Лу Чжоу.

Лу Чжоу положил полотенце обратно на плечо и выпрямился.

— Да, мне нужно тренироваться. Научные исследования — тяжелая работа. Если не буду заниматься спортом, то не смогу угнаться за молодежью.

Старик засмеялся.

— Тебе еще нет и тридцати, а ты уже сравниваешь себя с молодыми людьми.

— Мне уже двадцать шесть, почти тридцать.

Этот район считался самым богатым районом в Цзиньлине. Большинство живущих здесь до неприличия богаты. Например, Чжан Аньцян, который разговаривал с ним, был генеральным директором листинговой компании.

Поскольку Лу Чжоу часто сталкивался с ним, он знал этого старика. Однако, хотя этот человек владел миллионами, Лу Чжоу привык работать с гигантскими компаниями, которые стоили миллиарды.

По крайней мере, в глазах Лу Чжоу этот старик просто обычный человек, который занимался спортом по утрам.

После небольшой беседы Лу Чжоу продолжил свою утреннюю пробежку.

Солнце на горизонте полностью рассеяло утренний туман. Лу Чжоу закончил пробежку, вернулся домой и принял душ.

Он надел свою повседневную ветровку, когда услышал звонок в дверь. После того, как Сяо Ай подтвердил личность посетителя, Лу Чжоу велел ему открыть дверь. Затем он спустился вниз.

— Я принес тебе завтрак. — Ван Пэн поставил на стол булочки с соевым молоком и супом. Он посмотрел на Лу Чжоу и спросил. — Ты собираешься в научно-исследовательский институт или в университет?

— Университет.

Лу Чжоу потряс головой, чтобы скинуть влагу с волос, и сел за стол. Пока он ел свои булочки с супом, он достал телефон и начал просматривать arXiv.

Увидев, что Лу Чжоу занят, Ван Пэн сел на диван и взял журнал с журнального столика.

Когда он пролистал несколько журналов, то понял, что не может ничего понять в них и отложил это дело.

— Если интересно, можешь попробовать почитать Science Review. Это скорее научный журнал для всех. Это не так специализировано, и большинство простых людей могут читать его статьи.

Заметив, что Лу Чжоу внезапно заговорил, Ван Пэн на мгновение впал в ступор и улыбнулся:

— Я думал, ты читаешь только Science или Nature.

Лу Чжоу выпил оставшееся соевое молоко и вытер руки салфеткой.

— Время от времени я читаю журналы с кучей воды.

— Хочешь разнести их в пух и прах?

— Нет, просто некоторые безумные статьи я нахожу интересными.

— …

Лу Чжоу посмотрел на часы и увидел, что уже пора.

— Я поел, пошли.

— Я подгоню машину. — Ван Пэн встал с дивана, но вдруг что-то вспомнил и сказал. — Точно, доктор Ян велела мне кое-что тебе передать.

— Что?

— Не забудь о завтрашнем медицинском осмотре.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, понял.

…………………………….

Поездка заняла около двадцати минут.

Черный автомобиль с красным флагом остановился рядом с математическим корпусом.

Лу Чжоу поприветствовал старика Тана, который направлялся читать лекцию, а потом направился прямо в свой кабинет.

Линь Юйсян, сидевшая за своим столом, зевала, готовясь к экзамену на Государственного служащего. Когда она увидела Лу Чжоу, появившегося в дверях, ее глаза сразу же загорелись, и она направилась к кофеварке. Через некоторое время она осторожно поставила чашку горячего кофе на стол Лу Чжоу.

— Я добавила немного молока в твой кофе. Говорят, это помогает при усталости.

— Спасибо.

Лу Чжоу сделал глоток и поставил чашку.

— Хороший?

— Свежесвраненный?

Линь Юйсян уставилась на Лу Чжоу, скрестив руки за спиной, и сказала:

— Да, мой парень привез его из Бразилии. Если понравится, я могу попросить его привезти еще в следующий раз.

— Не стоит, я предпочитаю растворимый кофе.

???

Кун Цзе сидела за своим столом неподалеку. Ей хотелось рассмеяться, но она сдержалась.

Дверь кабинета открылась.

В дверь вошла девушка с конским хвостом.

Хань Мэнци посмотрел на девушку, стоявшую возле стола Лу Чжоу, и подошла к Лу Чжоу, после чего тихо спросила:

— Учитель, могу я занять немного твоего времени?

— Зови меня профессор. — Лу Чжоу кашлянул и посмотрел на Линь Юйсяна. — Можешь идти.

— А… Хорошо.

Линь Юйсян кивнула и отошла.

Хань Мэнци посмотрела на нее и невольно нахмурилась. Заметив, что Лу Чжоу смотрит на нее, она вспомнила, зачем пришла сюда.

Она покраснела и быстро вынула свою работу, а затем она указала на некоторые выделенные места и тихо сказала:

— Я выполнила задание… Есть только несколько частей, которые я не смогла понять.

Лу Чжоу мельком взглянул на выделенные расчеты на листах.

— Проблема в расчетах?

— Да, — Хань Мэнци неловко кивнула и, опустив глаза, пробормотала. — Это потому, что я слишком глупая?

— Ни в коем случае, ты очень талантлива. Никто не рождается со знанием чего-либо, обучение это все.

Лу Чжоу достал из ящика стола лист черновика и взял ручку. Он сделал какие-то вычисления на бумаге и начал объяснять своему ученику.

После того, как Лу Чжоу объяснил ход расчетов, он сделал паузу, а потом сказал:

— В общем, ты проделала хорошую работу, но тебе стоит улучшить свои расчеты. Если планируешь дополнить мою теорию, то предлагаю вам выбрать полупроводник-электролит в качестве отправной точки.

— Интерфейс полупроводника-электролита?

Лу Чжоу кивнул:

— Что касается феноменологической модели, то граница раздела полупроводника-электролита более сложна, чем граница раздела металл-электролита. Существующая теория границы раздела в основном фокусируется на анализе распределения потенциала слоя пространственного заряда. Однако, когда речь заходит о поверхностном интерфейсе, влиянии энергетического уровня интерфейса, то они не рассмотрены глубоко.

Хань Мэнци наклонила голову и спросила:

— Разве теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса не объясняет этого?

— Частично, но не идеально. Моя теоретическая модель в основном применима к интерфейсу электрон-проводник-электролит-раствор, она не задействуется в интерфейсе полупроводников. Я работаю над проектом для микросхем на основе углерода. Если интересно, можешь попробовать провести исследования в этой области.

Углеродные микросхемы всегда были одним из ключевых проектов Института перспективных исследований. Они добились определенного прогресса, но некоторые ключевые технические места еще не устранили.

Если все пойдет хорошо, то они все решат в течении пары лет.

Хань Мэнци запомнила слова Лу Чжоу и кивнула:

— Хорошо!

Линь Юйсян, который работала, услышала разговор Хань Мэнци и Лу Чжоу, и ей стало не по себе.

Неужели такой мир гениев?

Она наконец понял, почему Хань Мэнци так хотела поговорить с Лу Чжоу…

Внезапно дверь кабинета снова открылась.

Лу Чжоу подумал, что пришел еще один из его студентов. Когда он поднял взгляд, то увидел знакомое лицо и сильно удивился.

Хань Мэнци тоже удивилась.

Она посмотрела на пришедшего и пробормотала:

— Сестренка?!

Глава 599. Кто-то копает на тебя

— Мэнци? — У Чэнь Юйшань вспыхнули глаза, когда она увидела здесь сестру. Она тут же подошла к ним. — Какое совпадение, что ты тоже здесь.

Хань Мэнци кивнул.

— Да… Я учусь на магистра у Лу Чжоу, где мне еще быть?

Чэнь Юйшань взяла сестру за руку и внимательно осмотрела ее, а потом с волнением сказала:

— Время и правда летит быстро. Ощущение, словно ты еще вчера училась в школе, а теперь уже в магистратуре. Кстати, разве ты не любила раньше собирать волосы в два хвостика? Почему теперь конский хвост?

Хань Мэнци смущенно коснулась волос и ответила:

— Так я выгляжу более зрелой…

Лу Чжоу посмотрел на сестер и кашлянул.

— Почему ты внезапно пришла сюда? Даже не сказала мне, что приедешь.

— Ты так занят, что до тебя фиг отвлечешь. — Сердито сказала Чэнь Юйшань и закатила глаза. — У меня есть кое-какие дела в Цзянсу в эти дни, поэтому я заехала проведать тебя. И чтобы отчитаться о проделанной работе, что ты просил сделать.

— Отчитаться?

Чэнь Юйшань моргнула и спросила:

— Ты забыл?

— О чем?

— Тут неудобно говорить. Поскольку выпала редкая возможность, позволь мне угостить тебя? — Чэнь Юйшань посмотрела на свою сестру и поинтересовалась. — Мэнци, пойдешь с нами?

Хань Мэнци тут же кивнул, но тут же тихо спросила:

— Вы же собираетесь поговорить о бизнесе? Я не помешаю?

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Это не секрет, но об этом неудобно говорить при куче народа… Конечно, это если профессор Лу не против.

— Само собой, я не возражаю. — Лу Чжоу улыбнулся и равнодушно сказал. — Вы давно не виделись, да? Так что пойдемте вместе.

…………………….

На торговой улице недалеко от университета в кофейне.

Сейчас рано и рабочий день, поэтому народу тут было не так много.

Лу Чжоу нашел место у окна и сел. Он заказал чашку горячего мокко и облокотился на спинку сиденья, после чего оглядел кафе внутри.

Он испытывал ностальгию, вспоминая, как устроился здесь на свою первую работу репетитором. С тех пор прошло уже шесть лет, и он из студента превратился в знаменитого ученого. А это место ничуть не изменилось.

— Капучино со льдом и американо со льдом.

Чэнь Юйшань сделала заказ себе и сестре и вежливо вернула меню официанту.

Лу Чжоу наблюдал, как официант принес их напитки, потом сделал глоток мокко и спросил:

— Теперь скажешь?

— Это касается акций компании East Asia Power.

Когда Лу Чжоу услышал название, он сразу же понял в чем дело.

— О, ты купила их?

— Да, я занималась этим в течение последних нескольких дней.

Лу Чжоу кивнул и спросил:

— Сколько ты купила?

— Как ты и просил на миллиард долларов.

— Чего?

Услышав это, Лу Чжоу чуть не выплюнул свой кофе.

Чэнь Юйшань посмотрела на него и ухмыльнулась:

— Я внимательно изучила это. Основная цель сбора средств — строительство межрегиональной энергосети на юго-западе и нового термоядерного реактора в заливе Дайя с ожидаемой мощностью проекта достигнет 100 000 мегаватт, в течение года постепенно заменят старые реакторы деления и другие электрогенераторы. Компания будет поставлять электроэнергию в Гонконг, Макао, Гуандун и другие места. По моему опыту, такие инвестиции — высокая прибыль и низкий риск. Можешь быть уверен! Если бы этот парень по имени Фен не был таким настойчивым, я бы нашел банк, чтобы занять сотни миллионов, просто чтобы купить больше акций.

Ну само собой, у них монополия, понятное дело это высокая прибыль и низкий риск!

Лу Чжоу вытер кофе с подбородка и сказал:

— Миллиард долларов… Это почти 7 миллиардов юаней, не слишком ли много?

7 миллиардов…

Общая сумма публичных акций составляет всего 20 миллиардов юаней!

Лу Чжоу в одиночестве съел треть пирога. Он беспокоился, что могут возникнуть проблемы.

Чэнь Юйшань моргнула и спросила:

— Это много?

— …

Видя, что Лу Чжоу потерял дар речи, Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Успокойся, успокойся. Я знаю, о чем ты переживаешь. Прежде чем связаться с East Asia Power, я обсудила это с отцом. Он сказал, что до тех пор, пока деньги чисты, нет никаких проблем с инвестициями. Подумайте об этом так, если была бы проблема, Фэн Шуцин не одобрил.

Лу Чжоу не мог не сказать:

— Кто знает, осмелится ли он?

— Формально он твой подчиненный. Ты ничего не знаешь о своих подчиненных?

— Меня это не интересует.

Хотя формально Фэн Шуцин был вторым человеком в команде проекта, он подчинялся непосредственно правительству. Следовательно, формально он не подчиненный Лу Чжоу.

Лу Чжоу не любил административной работы.

Вместо того чтобы руководить работой других, он предпочитал проводить эксперименты в своей лаборатории.

Видя, что Лу Чжоу не проявляет интереса, Чэнь Юйшань вздохнула:

— Будучи в состоянии взять на себя эту роль в свои тридцать лет и реорганизовать проектную группу демонстрационного реактора, это не то, что могут сделать обычные гениальные студенты из университета Шуйму. У этого человека впереди блестящая карьера. Он не собирается ставить себя в рискованную ситуацию только ради дружбы с тобой. Его одобрение, безусловно, поддерживается высшим руководством.

— Ты действительно много знаешь.

— Я не так уж много знаю. В основном потому, что мой отец всегда говорит о таких вещах дома, так что я неизбежно узнаю кое-что из этого. — Чэнь Юйшань держала соломинку и помешивала кубики льда в своем стакане, а потом вздохнула и сказала. — Вот почему я не хочу работать в правительстве, я не могу полностью продемонстрировать свои финансовые способности.

Лу Чжоу допил кофе и сделал вид, что не расслышал второй части.

Одного дела на миллиард долларов недостаточно, чтобы продемонстрировать твои финансовые возможности?

Лу Чжоу не знал, что делать с этой девушкой.

Внезапно Чэнь Юйшань кое-что вспомнила.

— Точно, есть еще кое-что на что тебе следует обратить внимание?

— Что такое?

— У Star Sky Technology есть лаборатория в Калифорнии?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, в основном она отвечает за заказ некоторых реактивов и отвечает за некоторые проекты Института вычислительного материаловедения… Есть какие-то проблемы?

— Если хочешь перевести кого-нибудь сюда, постарайся перевести сейчас. Если не можешь, то лучше найти способ избавиться от них. Несколько дней назад, когда я расследовала бизнес компании, я заметила, что кто-то изучает твои активы в Северной Америке… Я разговаривала с директором из североамериканского филиала, и мы поняли, что там может быть кто-то, пытается копать на тебя.

Лу Чжоу нахмурился:

— Что на меня копать?

Он всегда был очень осторожен.

Когда он вернулся в Китай, он пожертвовал все свои черновики, и он не принес ни одного листа бумаги обратно.

Если кто-то и станет его искать, то вряд ли что-нибудь найдет.

— Боже, ты же главный конструктор Лу. Из-за того, что ты пошел к немцам покупать стелларатор WEGA, нашу страну вышвырнули из ИТЭР. Теперь, когда появился термоядерный реактор Пангу, разумеется на тебя будут копать.

— Тогда как ты думаешь, кто это?

Чэнь Юйшань закатила глаза:

— Очевидно, они не собираются объявлять о своем расследовании, но ты наверняка знаешь, кто это.

Лу Чжоу посмотрел на свою чашку кофе и некоторое время молчал. Он вдруг улыбнулся и покачал головой.

— Не думал, что математик окажется в списке ЦРУ.

На самом деле, это не прям что-то неожиданное.

Когда он проводил эксперимент с атомным зондом гелий-3 в Принстоне, он смутно чувствовал, что кто-то мог его заметить. Если он продолжит проводить исследования, неизбежно возникнут проблемы.

Однако в то время управляемый термоядерный синтез был областью будущего, и ей не уделялось много внимания. Страны никогда не возлагали надежд на решение проблемы потепления климата и энергетического кризиса на термоядерную энергию. Только после успеха аппарата их реактора все полностью изменилось…

Тонкий подбородок Чэнь Юйшань покоился на ее кулаке, а нежные губы кусали соломинку. Она улыбнулась и сказала:

— Не волнуйся, я тебя защищу.

Лу Чжоу посмотрел на ее стройные плечи и не почувствовал от нее никакого чувства безопасности.

— О, спасибо.

Чэнь Юйшань фыркнула:

— Что за реакция? Что-то не нравится?

Лу Чжоу немного подумал.

— Тогда… В следующий раз я угощу тебя?

Чэнь Юйшань улыбнулась и сказала с некоторой ностальгией.

— Ты совсем не изменился.

Лу Чжоу на секунду впал в ступор.

— Да?

Он подумал, что по сравнению с ним двадцатилетним, он действительно немного изменился.

Пока Хань Мэнци наблюдала за разговором двоих, она опустила голову, используя ложку, чтобы смешать сливки в своем капучино.

Она еще ничего не сказала.

В этом не было ничего особенного. В конце концов, ей нечего было сказать.

Она просто чувствовала, что…

Сидя рядом с ними, на их фоне, она как маленький ребенок.

Вздохнув про себя, она стала угрюмой.

Однако она не знала, почему она так себя чувствовала…

Глава 600. Рискованный фондовый рынок

Обсудив деловые вопросы, три человека начали говорить о интересных событиях в их жизни и работе.

После того, как Чэнь Юйшань покончила с десертом и напитком, она посмотрела на часы и увидела, что уже поздно. Она улыбнулась и сказала:

— У меня скоро встреча, так что я должна идти. Да, Мэнци, не забудь передать маме привет. Я загляну в гости на днях.

Хань Мэнци кивнула:

— Хорошо!

Лу Чжоу посмотрел на часы и тоже встал.

— Да, мне тоже пора возвращаться. Твоя машина все еще стоит у входа в университет, верно? Пойдем вместе.

По возвращению в свой кабинет, он собирался отправить письмо Сарроту.

Если Саррот захочет работать в Китае, Лу Чжоу предоставит ему лабораторию.

Если тот не захочет идти, то Лу Чжоу будет уважать его выбор и поможет ему найти нового надежного работодателя, чтобы у всех все было хорошо. Хотя подобная политическая ситуация повлияла на его исследования, он не хотел, чтобы она продолжала влиять на его жизнь.

И хотя Саррот всегда был слишком самоуверенным, на самом деле он вполне умелый ученый.

После долгой совместной работы Лу Чжоу оценил его по достоинству.

Когда они подошли ко входу в университет, Чэнь Юйшань помахала на прощание Лу Чжоу и ее двоюродной сестре, после чего села в серебристый седан.

Лу Чжоу улыбнулся и помахал на прощание в ответ.

С тех пор как Чэнь Юйшань переехала из Пекина в Шанхай, Лу Чжоу чувствовала, что она стала более энергичной, словно помолодела.

Хотя невозможно точно описать это чувство, Лу Чжоу ощущал невероятную ауру, исходящую от нее.

Казалось, она открыла для себя цель.

Она уже давно искала ее и наверняка уже нашла.

Хань Мэнци шла рядом с Лу Чжоу и посмотрела на него.

После небольшого колебания, она спросила:

— Учитель…

— Что?

— Эм… Что ты думаешь о моей сестре?

Лу Чжоу странно посмотрел на нее.

— В каком плане?

Щеки Хань Мэнци покраснели, когда она неловко сказала:

— Ну… с точки зрения чувств…

Лу Чжоу некоторое время молчал и, казалось, думал над этим.

Хань Мэнци увидела его задумчивое лицо и забеспокоилась.

Внезапно она пожалела, что спросила это.

Когда она уже собиралась сменить тему разговора, Лу Чжоу вдруг заговорил:

— Она одна из немногих моих друзей с кем я могу пообщаться.

Услышав такой неожиданный ответ, Хань Мэнци замолчала.

Одна из немногих друзей, с которыми он может поговорить?

Она не знала отчего, но когда она смотрела на него, ее сердце разрывалось…

…………….

Хайчжоу, база термоядерного реактора.

Проект реактора завершили. После церемонии награждения всем практически нечем было заняться. В каком-то смысле это компенсировало отсутствие отпуска в прошлом году.

За исключением занятых экспертов, отвечавших за технические проблемы генераторов, большинство исследователей и инженеров сидели в своих кабинетах. Они проводили бессмысленные совещания, заполняли документы и большую часть времени занимались своими делами.

Например, Су Ивэнь из технического отдела недавно увлеклся фьючерсным рынком. Всякий раз, когда он был на работе, он смотрел на графики рынков. За исключением походов в туалет и поесть, он оставался за своим столом весь день.

Су Ивэнь, занимавшийся небольшими продажами, посмотрел на унылый фьючерсный рынок и щелкнул мышкой. Он вздохнул и эмоционально произнес:

— Совсем недавно цена фьючерсов на нефть марки Brent составляла более шестидесяти долларов за баррель, но сейчас она упала ниже сорока пяти за баррель. Почему не падают и цены наших нефтяных компаний?

Судя по этой тенденции, цена на нефть должна упасть ниже сорока долларов за баррель.

Если это случится, боюсь, добыча нефти в Китае прекратится, да?

Чжан Сюэцянь читал газету, когда посмотрел на своего коллегу и улыбнулся.

— Забудьте об этом, как только Пань-гу подключат к сети, цена на нефть вряд ли упадет. Забудь о снижении цен. Как только разовьются технологии электромобилей и распространят зарядные станции на все города, то налоги на нефть увеличатся.

Су Ивэнь помолчал немного и потом спросил:

— Почему?

Старый Чжан посмотрел на него и улыбнулся:

— Ты знаешь, что такое макроэкономическое регулирование и контроль?

— Да… но при чем здесь это?

— Энергетика нашей страны сильно зависит от импорта, а транспортировку энергии контролируют другие. После того, как термоядерные реакторы подключат к сети для выработки электроэнергии, ее стоимость снизится. Стране придется корректировать нашу энергетическую структуру, как это делается с электромобилями. А теперь подумай, если цена на нефть упадет, ты пересядешь на электромобиль?

Су Ивэнь подумал и посчитал, что это имеет смысл. Однако, если кто-то вдруг заставит его сменить машину, он сделает это с неохотой.

Видя, что Су Ивэнь молчит, Чжан Сюэцянь начал рассказывать о том, что читал в газетах.

— Теперь, когда изобрели литий-серные батареи, время работы электромобилей ненамного меньше, чем у бензиновых автомобилей. Время зарядки может быть еще проблема, но это намного лучше, чем несколько лет назад. Я также слышал, что Ассоциация энергетики собирается заставить сотрудничать ряд автомобильных компаний и стандартизировать аккумуляторы. Тогда никому не нужно будет подзаряжать аккумулятор, а просто можно будет поменять его. Правда никто не знает, когда появится эта технология. Посмотрим, что будет дальше.

Государство вложило триллионы долларов в новые электромобили. Эти деньги должны были откуда-то взяться.

Откуда они взялись?

Очевидно, они исходили от тех людей, которые не желали идти в ногу с меняющимися временами.

Хотя Су Ивэнь знал, что это хорошо, он не мог не жаловаться:

— Так они заставят нас поменять машины?

Чжан Сюэцянь ответил:

— Можешь интерпретировать это и так… Но ты должен признать, что в долгосрочной перспективе это правильно.

Будь это защита окружающей среды или возможность избежать зависимости от импорта энергосырья, с тех пор как создали East Asia Power, машины на бензине постепенно ликвидировались.

Правительственные чиновники довольно умны.

На строительство термоядерного реактора потратили менее 100 миллиардов юаней.

Они не только сэкономил триллионы долларов на затраты на электроэнергию, но и создали триллионный рынок из воздуха.

С развитием электроэнергии производственные мощности и социальная уровень жизни, несомненно, улучшатся.

Каким будет будущее?

Только время покажет.

Внезапно дверь кабинета распахнулась, и вошел начальник финансового отдела Ван.

В руке он держал список имен и контрактов. Он не стал тратить время на пустые разговоры и даже не поздоровался, а сразу перешел к делу.

— East Asia Power собирает средства от общественности, продавая акции, вам это интересно? Если нет, я спрошу пойду дальше спрашивать других.

Су Ивэнь только собирался спросить, как с удивлением увидел, что старый Чжан, который не интересовался акциями, внезапно встал.

— Сколько они выпустили?

— Всего два миллиарда акций, по десять юаней за акцию.

Су Ивэнь замер.

Что за?

Они собирают двадцать миллиардов?

Однако еще больше его удивили слова старого Чжана.

— Я куплю 100 000 акций!

А?

Сто тысяч!

Это же миллион!

Он же всегда жалуется на свою бедность, когда он успел так разбогатеть?

Начальник Ван покачал головой и сказал:

— Каждый сотрудник может купить только три тысячи акций.

Когда Чжан Сюэцянь услышал этот номер, ему стало немного не по себе.

— Только три тысячи?

— Да. — Кивнул начальник. — Техники ограничены 3000, сотрудники администрации ограничены 2000, остальные 1000. Секретарь Фэн установил такие правила. Если вы недовольны, вы можете пойти и поговорить с ним.

Поняв, что секретарь Фэн устанавливает правила, Чжан Сюэцянь вздохнул и больше ничего не сказал.

В любом случае 3000 довольно много.

Вместе с военными в части рядом, а также исследовательскими подразделениями по всей стране, вся команда проекта демонстрационного реактора насчитывала десятки тысяч человек. Публично выпустили всего 2 миллиарда акций, а каждый человек мог получить по 3000 акций. Если бы люди со всей страны захотят купить акции, им, возможно, даже пришлось бы пройти через лотерею.

Чжан Сюэцянь успокоился и взял контракт из рук шефа Вана. Он поставил свою подпись на контракте и написал количество акций.

— Не забудьте сделать взнос до среды. Иначе срок действия вашего заказа истечет.

После чего начальник Ван посмотрел на другого человека, сидящего в кабинете, на Су Ивэня, который сидел перед компьютером.

Прежде чем он успел открыть рот, Су Ивэнь заговорила:

— Я хочу купить.

После того, как Су Ивэнь подписал приказ, начальник Ван покинул кабинет.

Су Ивэнь посмотрел на контракт в своей руке и взволнованно спросил:

— Старина Чжан, фондовый рынок рискован, не купили ли мы слишком много?

Чжан Сюэцянь тут же закатил глаза и протянул руку, говоря:

— Если ты не хочешь, отдай мне, я возьму на себя твой риск.

— Я только ляпнул, не подумав…

Су Ивэнь улыбнулся и крепко сжал документ в руке.

Он просто шутил, он не был тупым.

Такая возможность получить заработать деньги выпадала раз в жизни. Он ни за что не собирался ее упускать.

Когда акции East Asia Power выпустили для команды демонстрационного реактора, также открылись онлайн продажи.

Однако те, кто заранее услышал об этом через различные источники, а также профессиональные инвесторы из фондов и компаний, которые обновляли страницу покупки, удивились, увидев, что эти акции на 20 миллиардов исчезли в мгновение ока.

Глава 601. Извлечение пользы

East Asia Power выпустила в общей сложности 2 миллиарда акций для общественности. Пункт назначения акций можно разделить на три части, где одна часть предназначалась для команды STAR, а другая пошла в различные банки.

Что касается последней части, то ее можно рассматривать, как реальное публичное предложение для всех.

Но на самом деле, даже если поддержать развитие страны хорошо, то у большинства людей не было на это средств.

Частные фонды узнавали новости заранее из разных источников, словно стервятники, почуявшие падаль. В ту же секунду, как акции выпустили, все до единой скупили.

К тому времени, когда простые люди получат шанс увидеть акции, вероятно, уже будет дневной торговый предел. Когда они наконец смогут купить их, East Asia Power уже будет стоить триллионы. К тому времени стремительный рост цен на акции уже закончится…

Конечно, некоторые фонды или инвестиционные компании имели суперкомпьютеры для многопоточных операций, но они не совсем монстры.

В конце концов, как бы ни была быстра скорость интернета, она только увеличивает вероятность успеха, а сколько акций получится купить, то все зависит от удачи.

Более престижным и известным фондам и инвестиционным компаниям нужно было только получить права на покупку акций у «квалифицированных» компаний.

Например, помимо 2 миллиардов акций, выпущенных для общественности, также выпустили 2 миллиарда акций для квалифицированных компаний, таких как нефтяные и энергетические гиганты.

И это все законно…

Шанхай, торговый зал Haixiang Capital.

После того, как сессия онлайн-заказов акций закончилась, в комнате раздался крик и плачь.

Чтобы опередить всех на онлайн-заказе акций, они не только работали сверхурочно всю ночь, но даже использовали суперкомпьютеры.

Однако, когда результаты лотереи подвели, они получили право купить только тридцать тысяч акций.

Ли Сян, генеральный директор Haixiang Capital, посмотрел на результаты на экране. Он сжал кулаки. Его сердце едва не обливалось кровью.

Хотя тридцать тысяч акций будет довольно большим результатов для большинства людей, для финансовой компании, как они, которая торгует десятками миллионов, это всего лишь ошибка округления…

После объявления результатов на соответствующем сайте разместили десятку крупнейших акционеров.

Крупнейшим крупным акционером был Комитет по контролю и управлению государственным имуществом Китая, которому принадлежало 50%. Затем шли крупные нефтяные компании, Государственная электросетевая корпорация Китая, фонд социального страхования… В основном, представители государства. На их долю приходилось более 80% имеющихся акций.

Об этом и нечего было говорить. В конце концов, у государства приоритет…

Однако, взглянув на имена акционеров, он вдруг увидел компанию Star Sky Technology с долей в 7% и чуть не плюнул на экран компьютера.

— Черт, 7%! Что это за фонд такой?! — Воскликнул заместитель генерального директора Тан Гуан, вырвав эти слова из уст управляющего.

— Да… Я никогда раньше не слышал про них. — Помощник Чжан стоял рядом с ними с недоумением на лице. — Может быть… Это какая-то крупная брокерская фирма?

Заместитель генерального директора Тан возразил:

— Тогда почему мы не слышали о них до сих пор?

Ли Сян некоторое время смотрел на экран и сказал:

— Проверьте историю этой компании… Даже если мы проиграли, мы должны знать, кому проиграли.

Хотя название показалось ему смутно знакомым, он не мог вспомнить, где слышал его.

Как бы то ни было, он должен хотя бы выяснить, кто стоит за этой компанией.

Если за ней никого нет…

Он не против пообщаться с ними.

Помощник Чжан увидел, что его босс в плохом настроении, поэтому сразу же кивнул и сказал:

— Есть.

Они не единственные, кто хотел выяснить, кто это такие. Эта компания шокировала половину китайского финансового рынка.

Даже зарубежные фонды, которые обратили внимание на акции East Asia Power, заметили это интересное явление.

Хотя 7% может показаться не большим числом, это гигантская компания, которая обладала монополией на рынке, и у нее было почти бесконечное пространство для развития и роста стоимости в будущем, которая будет исчисляться триллионами. Количество публично доступных акций China Petroleum составляло всего 2,2% от общего капитала. Это показывает, насколько велики 7%.

Лу Чжоу, с другой стороны, учился в Цзиньлинском университете. Он не знал, что его компания стала известной в отечественных финансовых кругах благодаря ее генеральному директору.

Впрочем, он бы не удивился, если бы знал.

East Asia Power не публичная компания и не контролировалась комиссией по регулированию ценных бумаг. Он купил акции по обычной цене в 10 юаней за штуку. Это не считалось поглощением государственных активов и не было незаконным. Что касается фондов прямых инвестиций и финансовых компаний, которые недоумевали, то им просто не повезло.

В конце концов, публика не особенно любила финансовые фонды.

Цзиньлинский университет.

Кабинет на математическом факультете.

Доктор Янь принесла результаты вчерашнего медицинского обследования. Она странно посмотрела на трех помощниц в офисе.

— Они… твои помощницы?

— Да, университет предоставил их.

Лу Чжоу не знал отчего, но ему показалось, что Янь Янь странно коситься на него.

Через некоторое время Янь Янь сказала:

— Они совсем молодые.

— Ага.

— …

???

Что такое?

Внезапно дверь кабинета открылась, и вошел студент.

Лю Сыюань прошел мимо доктора Янь, держа в руках стопку бумаг.

— Профессор, я выполнил ваше задание.

Лу Чжоу с удивлением посмотрел на его темные круги под глазами, но ничего не сказал, поскольку более чем знаком с бессонными ночами.

— Хорошо, положи его на мой стол… Почему ты пришел сегодня так рано?

Сейчас всего семь часов.

Его помощники пришли сюда из-за своих обязанностей, но от студентов он не требовал строгой отчетности. Его ученики должны только закончить свои работы вовремя.

Лю Сыюань почесал затылок и улыбнулся:

— Я должен много работать, иначе чувствую, что отстаю.

Похоже, Лу Чжоу уже начал работать, поэтому Янь Янь не хотела его беспокоить.

— Я пойду.

— Хорошо.

Не хочешь пообедать вместе?

Янь Янь хотела спросить это, но поняла, что будет немного странно спрашивать такое семь утра. Поэтому отбросила эту мысль и ушла.

Как обычно, после того, как Лу Чжоу кратко рассмотрел работу ученика и дал несколько советов, он отпустил студента и зашел проверить почту.

За исключением письма по аналитической теории чисел от Цинь Юэ, который читал лекции в Принстоне, все письма были неважными.

Подумав немного, Лу Чжоу напечатал ответ на вопрос Цинь Юэ.

Он уже собирался закрыть почту и открыть arXiv, чтобы найти какие-нибудь математические или физические статьи, на которые стоило бы обратить внимание, когда внезапно получил новое письмо.

Лу Чжоу посмотрел на него и замер.

Профессор Саррот?

Конечно, его не удивил отправитель. Его удивило содержание письма.

«Со мной связалось ФБР.»

Глава 602. Расстались по-хорошему

Рядом с Цзиньлинским университетом.

Все то же старое кафе.

Последние несколько дней Чэнь Юйшань работал в Цзиньлине. После того как ей позвонил Лу Чжоу, они договорились встретиться здесь. И, как и обещал Лу Чжоу в этот раз он угощал ее.

— С директором твоей лаборатории связалось ФБР?

Лу Чжоу сделал глоток кофе и кивнул.

— Да, я получил письмо от него сегодня утром.

— Тогда постарайся как можно скорее избавиться от нее. — Чэнь Юйшань взяла чашку кофе и вздохнула. — Это будет хорошо и для тебя, и для профессора Саррота.

Лу Чжоу немного подумал и сказал:

— Я не понимаю.

— Чего?

— Исследовательский проект лаборатории Саррота не связаны с секретными технологиями. В основном это наиболее геморные эксперименты из Института перспективных исследований… Если ЦРУ или ФБР действительно следят за мной, что они смогут найти?

— Им не нужно ничего искать. Будь то улики или свидетели, это всегда можно подделать.

Подделать?

Лу Чжоу задумался.

Чэнь Юйшань посмотрела на Лу Чжоу и со всей серьезностью сказала:

— В любом случае, я помогу тебе связаться с потенциальными покупателями. Я уверена, что многие заинтересованы в покупке лаборатории Нобелевского лауреата, так что она должна продаться по хорошей цене.

— Спасибо… Да, еще кое-что.

— Что?

Лу Чжоу посмотрела на кофе в своей руке и с любопытством спросил:

— Разве ты пьешь не американо со льдом? Почему ты сегодня пьешь горячий кофе?

Ему стало любопытно это, когда она делала заказ.

Он не знал почему, но Чэнь Юйшань внезапно покраснела и стала запинаться:

— Я… я просто хотела попробовать что-нибудь еще.

Лу Чжоу ошеломила ее реакция.

— Ничего… Мне просто стало интересно. Если не хочешь говорить мне, все нормально.

— Дело не в том, что я не хочу тебе говорить… — Чэнь Юйшань поджала ноги и смущенно отвела взгляд, а потом быстро прошептала. — У меня проблема, что я не могу пить холодное…

А?

Хотя он и не понимал, о чем она говорит, ему показалось, что разговор пошел в странное русло…

……………….

После разговора с Чэнь Юйшань Лу Чжоу принял решение относительно лаборатории Саррота.

Честно говоря, он испытывал смешанные эмоции, принимая это решение.

Хотя он всегда проявлял осторожность, не позволяя политике вмешиваться в его исследования, сейчас похоже это невозможно.

Даже если он не собирался находить неприятности, те сами найдут его.

Согласно предложению Чэнь Юйшань, начиная с сегодняшнего дня, филиал Star Sky Technology в Северной Америке сохранит только необходимые управленческие отделы и соответствующие юридические команды, чтобы гарантировать, что их патентные права все еще соблюдаются.

Что касается отдела исследований и разработок, то он будет переведен в Китай или страну с более низким уровнем политического контроля.

Они наняли профессионала для оценки стоимости лаборатории Саррота. После этого компания Star Sky Technology опубликовала информацию о продаже лаборатории.

Как и ожидала Чэнь Юйшань, на следующий день после появления новости она получила одиннадцать предложений.

Среди них были партнер Лу Чжоу, бельгийская компания Mobil Chemical и другие международные химические гиганты, такие как Nichia, Dow и BASF. Был также его старый конкурент ExxonMobil, который соревновался с ним в создании материала катода для литий-серной батареи.

Все эти компании испытывали потребности в материалах для своего бизнеса, поэтому делали весьма щедрые предложения.

Сравнив все предложения, Лу Чжоу выбрал богатую и влиятельную компанию ExxonMobil.

Генеральный директор ExxonMobil специальную приехал в Цзиньлин, провинцию Цзянсу, чтобы поговорить с Лу Чжоу.

На самом деле генеральный директор хотел поговорить с Лу Чжоу в Лос-Анджелесе.

Однако Лу Чжоу сказал ему, что-либо он приезжает к нему, либо может забыть о сделке.

Генеральный директор тут же согласился.

Точно так же место проведения переговоров было в Цзиньлине.

С помощью Чэнь Юйшань Лу Чжоу смог поднятьп ервоначальное предложение в 45 миллионов долларов до 50 миллионов долларов.

Хотя 50 миллионов долларов не такая большая сумма, что примерно цена частного самолета, но для Лу Чжоу, который только что потратил много денег, скупая акции, это все еще приличная сумма.

Хотя личные расходы Лу Чжоу не так уж велики, его общие расходы довольно большие.

Мало того, что он должен платить тысячам исследователей, ассистентов и других сотрудников в Институте перспективных исследований, но также в данный момент существовало более ста сжигающих деньги исследовательских проектов.

Особенно разработка углеродных микросхем, а также разработка двигателей на эффекте Холла… Эти два проекта бездонные ямы. Хотя национальный исследовательский фонд снял часть финансовой нагрузки, большая часть связанных с патентами исследовательских проектов по-прежнему финансировалась только Лу Чжоу.

Помимо 50 миллионам долларов Лу Чжоу также хотел владеть, казалось бы, бесполезным патентом на углеродные наносферы.

Хотя у него не было никаких планов на использование этой технологии, ExxonMobil несправедливо украли ее у него.

Теперь она могла, наконец, вернуться к своему первоначальному владельцу.

Кстати говоря, из-за этого случилось кое-что интересное.

Когда Вудс понял, что Лу Чжоу интересуется патентом на углеродные наносферы, он не захотел его продавать.

Но после того, как он услышал, что Лу Чжоу легко отказался от него и увеличил цену продажи лаборатории на 1 миллион долларов, Вудс тут же согласился на сделку.

Бесполезные патенты ничего не стоили.

Вместо того чтобы откладывать передачу лаборатории Саррота из-за миллиона долларов, Вудс предпочел бы использовать патент с пользой. Ведь, по его мнению, бесполезный патент не стоит миллиона долларов…

Наконец контракт подготовили. Они договорились подписать контракт в восемь вечера в отеле «Хилтон».

Вудс подписал контракт с болью на лице.

Однако в тот момент, когда Лу Чжоу поставил свою подпись, вся грусть на его лице внезапно исчезла, и он улыбнулся, убирая свою копию.

— Счастливого сотрудничества! — Вудс дружелюбно протянул руку, показывая самую приятную улыбку на свете.

— Счастливого сотрудничества. Все мои сотрудники очень талантливы, так что обращайтесь с ними хорошо. Возможно, когда-нибудь мне захочется их переманить… Похоже вы счастливы. Судя по всему, моя цена была немного низкой. — Лу Чжоу отпустил руку Вудса и улыбнулся.

— О чем вы? На самом деле мне очень грустно, очень, очень грустно… Но мы все должны сохранять оптимизм, да? — Вудс рассмеялся и похлопал Лу Чжоу по плечу. Он был слишком ленив, чтобы продолжать это шоу. — Хотите выпить? Я знаю поблизости хороший бар.

Очевидно, что 50 миллионов долларов были ниже ожиданий ExxonMobil, и им повезло.

По крайней мере так думали ExxonMobil.

Лу Чжоу отложил копию контракта и покачал головой.

— Нет, спасибо, у меня есть планы на вечер.

— Свидание?

— Эксперимент.

Вудс беспомощно вздохнул:

— Хорошо, похоже, вы безрадостный человек… Честно говоря, мой друг, со всеми деньгами, которые вы зарабатываете, вы не думали о том, чтобы тратить деньги на себя и наслаждаться жизнью?

Лу Чжоу равнодушно ответил:

— Я наслаждаюсь жизнью. Я наслаждаюсь экспериментами и их результатами.

Вудс пожал плечами:

— Жаль. Похоже, мне придется пить в одиночестве.

После окончания переговоров Лу Чжоу покинул Хилтон вместе с Ван Пеном.

Он сел и посмотрел на контракт в руке, потом достал телефон и отправил электронное письмо Сарроту, который ждал результатов переговоров.

«Переговоры окончены. Ваш новый владелец ExxonMobil.»

Через три минуты пришел ответ.

Только одно слово.

«Спасибо.»

Лу Чжоу улыбнулся и ответил.

«Пожалуйста.»

Глава 603. Хочется, но боязно

Шанхай, Haixiang Capital, офис генерального директора.

Ли Сян сидел в своем кресле с телефоном в руке, обливаясь потом. Он кивнул:

— Хорошо, директор У! Я понял… Нет, нет! Я ничего не буду делать без ваших указаний!

Звонок закончился.

Повесив трубку, он вздохнул и облокотился на спинку кресла. Казалось, он только что пробежал марафон, весь его лоб вспотел.

Директор У акционер Haixiang Capital. Именно он заранее узнать новость об акциях компании East Asia Power и посоветовал Ли Сяну купить их.

Ли Сян беспокоился, что директор У обвинит его в том, что он не смог купить акции. Ли Сян хотел выяснить, кто стоит за Star Sky Technology, и может ли он каким-то образом получить часть их акций…

Однако один телефонный звонок директора У остудил пыл Ли Сяна.

Он не ожидал, что Star Sky Technology будет иметь такую поддержку.

Когда он вспомнил, что собирался поговорить с акционером Star Sky Technology, его прошиб холодный пот.

Поговорить?

Меня уволят еще до начала разговора.

Внезапно дверь его кабинета открылась, и быстро вошел заместитель управляющего Тан Гуан.

— Босс, мы нашли нужную вам информацию! Лу Чжоу является зарегистрированным владельцем компании Star Sky Technology. Это профессор Лу, профессор из Цзиньлинского университета.

Ли Сян кивнул и без каких-либо эмоций ответил:

— Хорошо, я понял… Тогда ладно.

Видя, что его босс остался равнодушным, Тан Гуан на секунду замешкался и с тревогой сказал:

— Директор Ли, это прекрасная возможность!

Ли Сян ошеломленно посмотрел на своего подчиненного:

— Для чего?

— Возможность заработать деньги! — Тан Гуан взволнованно заговорил. — Как думаете, почему исследователь так богат? Предполагаю, что эти деньги грязные! Мы просто должны рассказать общественности о его вилле и компании и заставить их думать, что он использует государственные исследовательские фонды для своей собственной выгоды! Банк заморозит его счета, а соответствующие ведомства займутся расследованием…

План Тан Гуана довольно хитрый.

Даже если там будет семь миллиардов долларов наличными, деньги не смогут так быстро попасть на счет.

Если что-то случится с деньгами и Лу Чжоу не сможет произвести платеж, 700 миллионов акций станут доступны общественности.

Такой проект на государственном уровне не захочет никаких задержек.

Не говоря уже о том, что на этот кусок пирога глазело множество людей. Пока они немного поработают, вполне вероятно, что акции повторно станут доступны. Они не смогут скупить их все, но могли бы купить часть.

Что касается дискредитации всемирно известного ученого…

Почему это должно волновать их?

Ли Сян посмотрел на него.

— Ты и правда гений.

Тан Гуан улыбнулся.

— Спасибо, это все благодаря вашему руководству…

Ли Сян взял папку с документами и швырнул ее ему в лицо. Тан Гуан непонимал, поэтому Ли Сян объяснил:

— Думаешь, единственный, кто додумался до такой хрени? Даже если есть проблемы с его финансами, думаешь, что сможешь проверить? Ты из ФБР или из ЦРУ?

— Да, но…

— Катись отсюда!

Ли Сян швырнул в него подставкой для ручки.

Тан Гуан закрыл лицо руками и вышел из кабинета.

Ли Сян посмотрел на пустой дверной проем и некоторое время тяжело дышал, прежде чем успокоиться.

Когда он думал о плане своего подчиненного, ему становилось страшно.

К счастью, у этого придурка хватило ума сначала рассказать ему о плане, прежде чем самостоятельно действовать.

Хотя он и завидовал, узнав о происхождении Star Sky Technology, он не осмеливался и помыслить того, чего не должен делать.

Пока правительство, промышленность, научные круги и средства массовой информации тесно переплетаются, ни одно из них лучше не провоцировать.

Не говоря уже об уровне безопасности Лу Чжоу.

Если бы он действительно сделал что-то, чего не должен делать, даже босс над ним не только не смог бы защитить его, но и сам был бы брошен в яму вместе с ним.

Теперь он, наконец, понял, почему остальные брокеры и другие хищники в финансовой индустрии вели себя так тихо.

Не потому что они не хотели.

А потому что они не осмеливались…

………………………

Договорившись с ExxonMobil о продаже лаборатории, Лу Чжоу отправился в Институт перспективных исследований.

Он не лгал Вудсу о своих планах, ему действительно нужно заниматься исследованиями.

Примерно полчаса назад образцы и результаты испытаний образцов с Тяньваньской АЭС доставили обратно. Теперь он лишь хотел вернуться в научно-исследовательский институт и посмотреть на данные экспериментов.

Дорога от центра города до зоны высоких технологий заняла около 40 минут. К тому времени, когда черный седан остановился возле научно-исследовательского института, в зданиях этого района уже не горел свет. Только в здании института местами горели огни.

Ван Пэн выключил машину, Лу Чжоу посмотрел на него и спросил:

— Не хочешь пойти перекусить? Скорее всего, я вернусь после двенадцати.

— Нет, просто выкурю несколько сигарет.

— Ну ладно.

Лу Чжоу больше ничего не говорил. Выйдя из машины, он направился к институту.

Он прошел через охрану и вошел в лифт.

Прибыв в лабораторию, Ли Чанся, Шэн Сяньфу и еще несколько профессоров уже присутствовали там.

Судя по выражению их лиц, ситуация не выглядела оптимистичной

Однако Лу Чжоу все же спросил:

— Какой результат?

Шэн Сяньфу вздохнул и сказал:

— Посмотри сам.

Лу Чжоу взял свежеотпечатанные документы, еще теплые на ощупь. Он сел на стул и начал внимательно читать отчет об эксперименте.

Однако, чем больше он читал, тем серьезнее становился.

Как он и ожидал, данные действительно не идеальные.

С уроном от нейтронного излучения все в порядке, а сам материал ПУС-1 и его проницаемость для нейтронных лучей довольно хорошие. Это должен быть идеальный реакторный материал.

Однако проблема не в нейтронном излучении, а в рассеянии тепла.

— Идея импульсного зажигания и правда может быть хорошей, но накопление тепла — большая проблема. — Шэн Сяньфу посмотрел на него и вздохнул. — Если мы используем инерциальный термоядерный синтез, наши материалы напрямую будут соприкасаться с плазмой в сотни миллионов градусов. Несмотря на то, что в реакции в ядре участвует не так много реагентов, это все равно создаст большое давление на сам реактор. Мы не можем придумать подходящий способ избавится от этого тепла в космосе…

Хотя температура в космосе очень низкая, потому что это почти вакуум, не было ни воды, ни воздуха для любого типа теплопередачи. Можно только отводить тепло тепловым излучением.

Если тепло, выделяемое реакцией термоядерного синтеза, не будет рассеяно вовремя, компоненты повредятся, и космический корабль может сгореть или распасться.

Это не просто проблема термоядерной батареи, это проблема почти всех компонентов. Обычно решение состояло в том, чтобы добавить теплоотвод и ускорить тепловое излучение за счет увеличения площади поверхности.

Однако, когда речь шла о термоядерном синтезе, использование теплового излучения для рассеивания тепла просто капля в море…

Ли Чанся долго думал и вздохнул:

— Если бы только мы могли замедлить термоядерную энергию.

Шэн Сяньфу не удержался и сказал:

— Как насчет того, чтобы просто снизить температуру реакции, потому что это определенно возможно.

Холодный ядерный синтез сенсация 1980-х годов, но он оказался научным обманом. Расследование, проведенное группой из 22 членов Министерства энергетики Соединенных Штатов, показало, что это обман.

Даже сейчас появлялись люди, которые утверждали, что решили проблему холодного ядерного синтеза, но все это либо ошибка в данных, либо откровенное вранье.

Даже если и удастся достигнуть холодного ядерного синтеза в будущем, сейчас это нереально.

Однако слова Ли Чанся привлекли внимание Лу Чжоу.

Если бы они могли замедлить реакцию и оставить достаточно времени для ядра, чтобы передать тепло генератору энергии или выбросить его прямо в космос, это могло бы оказаться возможным?

Однако Лу Чжоу понятия не имел, как этого добиться.

Они обсуждали проблему до поздней ночи.

Лу Чжоу посмотрел на часы на стене и сказал:

— Уже поздно, давайте закончим.

Была уже полночь.

Даже если они продолжат рассуждать, это не будет продуктивном.

И Лу Чжоу также нужно время, чтобы подумать над этим, чтобы он мог придумать исследовательский проект, который мог бы решить эту проблему.

Глава 604. Неизбежная проблема

На другом берегу Тихого океана все еще был полдень.

После того как Саррот отправил письмо, он пошел в бар и напился.

Чтобы сохранить ясную голову для экспериментов, он никогда не пил днем, однако сегодняшний день стал исключением.

Когда он сидел в баре в Кремниевой долине, его помощник Пол посмотрел на него и вздохнул, после чего попытался утешить его.

— Подумайте глобально. Покупка ExxonMobil вашей лаборатории — не обязательно плохо. Даже если профессор Лу великий ученый, он не способен дать вам столько ресурсов, как они. Не говоря уже о том, что ExxonMobil потратили 50 миллионов долларов, чтобы купить нас, они определенно не оставят нас в стороне…

Профессор Саррот никак не отреагировал. Пол понимал, что его утешение не помогает. Поэтому он пожал плечами и закончил.

— В общем быть богатым не плохо.

Саррот усмехнулся:

— Ты не понимаешь.

— Чего я не понимаю?

Саррот ничего не стал объяснять. Он просто взял бутылку и сделал несколько глотков, после чего заговорил о другом.

— Дорогой Пол, я всегда считал, что научные исследования должны иметь свободу. До тех пор, пока это не нарушает основные права человека, даже если это не является правильным, пока ты думаешь, что это правильно, следует защищать это. Чем больше людей не верят в тебя, тем больше ты должен доказывать им, что прав.

Павел нахмурился и спросил:

— Разве теперь у нас нет свободы?

— Возможно. — Саррот посмотрел в потолок и вздохнул. — Но только ты достигнешь моего уровня, когда твои исследования повлияют на мир… Твое понимание свободы, изменится.

Пол ничего не ответил. Он просто озадаченно посмотрел на Саррота.

Через некоторое время Саррот поставил пустую бутылку рядом с табуретом и взял другую.

Пол уже собирался сказать ему, что он слишком много пьет, когда Саррот вдруг произнес:

— Я планирую эмигрировать.

— Куда? К профессору Лу?

— Не знаю, но только не Китай. Там только один профессор Лу… — Саррот, державший бутылку, почесал затылок. — Может в Нидерланды? Я слышал, как отец рассказывал мне, что наша семья жила в маленьком городке Утрехт, пока немцы не разбомбили Роттердам… Я там никогда не был. Давным-давно Утрехтский университет прислал мне приглашение стать профессором у них, но зарплата была слишком низкой, а ресурсы несопоставимы с Корнельским университетом… Но теперь, когда я думаю об этом, может быть, будет не так уж плохо принять их предложение?

……………………….

Исследования термоядерных батарей достигли проблемного места. Проблема тепловыделения казалась трудноразрешимой, поэтому члены команды проекта вновь начали сомневаться в целесообразности этого технического пути.

В конце концов, действительно ли возможно миниатюризировать термоядерный реактор?

Кроме того, действительно ли возможно инерциальное удержание в миниатюрном термоядерном реакторе?

Самым неприятным было то, что если они не могут использовать магнитное поле, чтобы удерживать плазму, то какой материал им использовать, чтобы удержать тепло?

Однако инерциальный термоядерный синтез, судя по всему, их единственный выбор. В конце концов, в маленьком космическом корабле просто нет места для создания магнитной клетки для плазмы.

Никто не мог ответить на эти вопросы. У них даже не было опоры из прошлых исследований для этого.

Чтобы найти вдохновение для решения этой проблемы, Лу Чжоу собрал большое количество статей из области космонавтики, батарей и технологии охлаждения космических станций. Он пытался черпать вдохновение из этих общедоступных исследовательских материалов.

На самом деле эти статьи принесли ему немного вдохновения.

Например, статья «Изучение основных принципов фононов в α-боре и его икосаэдрических соединениях, богатых бором» содержала интересную модель термоэлектрического преобразования и рассматривало рассеяние электронов фононами.

Преобразование тепловой энергии в электрическую в некотором смысле интересная идея. Фактически, большинство ядерных батарей, используемых в космических аппаратах, вырабатывали бы электричество с помощью этого метода.

Однако это не решало проблему в корне.

Использование разницы температур внутри и снаружи космического аппарата может повысить эффективность преобразования тепловой энергии в электрическую, но это не отменяет трудности в рассеивании тепла.

Лу Чжоу сидел в своем кабинете, облокотившись на спинку стула, он в потолок и прошептал себе под нос:

— Если бы я только мог замедлить термоядерную реакцию.

Или уменьшить область импульсного зажигания…

Внезапно его мысли прервал чей-то голос.

— Профессор, о чем вы говорите?

Чжао Хуань стояла перед его столом с папкой в руках и с любопытством на него смотрела.

— Ни о чем… Что случилось?

— Уже десятая неделя, ваши занятия по вычислительному материаловедению вот-вот начнутся. Вот ваше расписание занятий.

— Ладно, просто положи его на стол. — Лу Чжоу встал из-за стола и со вздохом сказал. — Я пойду прогуляюсь, если что, позвони мне.

Чжао Хуань кивнула:

— Хорошо.

Она не знала почему, но чувствовала, что профессор Лу не в лучшем настроении.

На самом деле, Чжао Хуань права, Лу Чжоу был не в хорошем настроении, можно даже сказать, что раздражен.

Интуиция подсказывала ему, что выбранный им путь исследования верен.

Однако словно невидимый барьер блокировал дорогу перед ним.

Лу Чжоу смутно чувствовал, что проблема не с технической стороны. Он чувствовал, что проблема кроется в теоретической части.

То есть, нет достаточного теоретического основания, чтобы поддержать его идею миниатюризации термоядерного реактора.

Кроме того, он не мог относиться к этому как к токамаку или стелларатору и превращать теоретические проблемы, такие как разрыв магнитного поля, в инженерные.

— Может ли быть эффективность исследований хуже из-за передовой темы?

Лу Чжоу шел по аллее студенческого городка, вдруг он улыбнулся и покачал головой.

Два года назад, когда он впервые занялся исследованиями управляемого термоядерного синтеза, он был в похожей ситуации.

В то время еще не было многообразия Лу. Существование гладкого решения уравнений Навье — Стокса и теоретическая модель турбулентности плазмы еще были двумя неразгаданными загадками в математике и физике.

После того, как он решил эти теоретические проблемы, управляемый термоядерный синтез имел достаточную теоретическую основу для своего осуществления.

Без этих теорий в качестве основы было бы невозможно достичь результатов Вендельштейна 7-X или модифицированного устройства STAR-1.

Однако где же теоретическая проблема миниатюрного термоядерного реактора?

Если это действительно теоретическая проблема…

Лу Чжоу шел по аллее и думал об этих проблемах. Сам того не подозревая, он направился к корпусу, где обычно читали лекции.

Он не узнал профессора, но, прислушавшись к содержанию, понял, что это физика.

Через окна лекционного зала он ясно видел студентов, внимательно слушавших лекцию.

Однако, уже собираясь уходить, краем глаза он заметил на доске пару ключевых слов.

Мгновенно вдохновение прошло по его телу.

Не колеблясь, Лу Чжоу направился к заднему входу в лекционный зал.

Глава 605. Почему нуклоны склеиваются?

Занятие только началось.

Лу Чжоу осторожно открыл заднюю дверь и посмотрел на профессора средних лет, стоящего лицом к аудитории. Лу Чжоу не стал отвлекать его и студентов, которые слушали лекцию и даже спавших на партах. Он нашел неприметное место и тихо сел.

Вдохновение не приходит само по себе, его нужно искать.

Лу Чжоу согласен со словами Ферми о том, что размышление о очевидных проблемах помогает углубить понимание сложных проблем.

Это относится и к математике, и к физике.

Когда Лу Чжоу был в Принстоне, всякий раз, когда он сталкивался с проблемой, которую не мог понять, он находил время, чтобы провести лекцию у студентов бакалавриата, или посетить занятие других профессоров, чтобы найти вдохновение.

Как и во время изучения гипотезы Гольдбаха, лекция профессора Феффермана по теории чисел дала ему много вдохновения. Дело не в том, что содержание лекции было какое-то особенное, а как раз наоборот. На своих лекциях Фефферман давал весьма простой материал.

Когда профессор закончил писать на доске и откашлялся, он начал говорить.

— Квантовая механика очень сложная область. Если вы действительно углубитесь в нее, ее содержание подорвет ваше понимание микромира, самой физики и даже классической философии. И хотя я знаю, что это все скучно, не рекомендую вам спать уже на первой паре…

В аудитории раздался смех, и Лу Чжоу, сидевший в заднем ряду, не смог сдержать улыбки.

Похоже, этот профессор весьма молодой. По крайней мере, он не читал дословно с презентации.

Однако его голос недостаточно громкий.

Потому что парень, спавший рядом с Лу Чжоу, не проснулся.

Профессор взглянул на студентов и пожал плечами, после чего продолжил говорить: — Все мы знаем, что демонстрационный реактор STAR-2 в Хайчжоу успешно запустили под руководством профессора Лу из нашего университета. Технология управляемого термоядерного синтеза нашей страны находится на переднем рубеже мировой экономики, и мы-единственная страна, построившая коммерческий реактор.

Лу Чжоу немного смутился от этого.

Почему профессор квантовой механики говорит обо мне?

Это же не урок физики плазмы.

Однако профессора переполнял энтузиазм, и студенты в лекционном зале тоже заинтересовались. Парень, который спал рядом с Лу Чжоу, проснулся и посмотрел на профессора с растерянным лицом.

Внезапно Лу Чжоу заметил, что имя и номер телефона преподавателя написаны на первой странице учебника по квантовой механике, который лежал под рукой у студента.

Чжан Чжионцин?

Никогда не слышал о нем…

— Согласно общедоступным данным, демонстрационный реактор STAR-2, или реактор Пань-гу, имеет внутреннюю температуру ядра в 130 миллионов градусов, что почти в девять раз превышает температуру ядра Солнца!

Студенты потрясенно слушали, а профессор Чжан радовался, что успешно привлек внимание студентов, поэтому он продолжил подковывать информации разжигающей интерес.

— Обычные материалы не выдерживают такой температуры. Поэтому наш демонстрационный реактор использует магнитное удержание для ограничения дейтерий-тритиевой смеси, заключая ее в магнитную клетку. Тогда возникает другой вопрос, какая температура требуется для термоядерной реакции? Или почему реакция термоядерного синтеза не осуществляется при комнатной температуре?

Повисла тишина.

Парень, сидевший рядом с Лу Чжоу, фыркнул.

— Что за чушь…

Лу Чжоу с интересом приподнял бровь, собираясь спросить его мнение, но студент заговорил первым.

— Если это происходит при комнатной температуре, то это не может быть термоядерный синтез.

— …

— Кто-нибудь может встать и сказать нам ответ? — Профессор Чжан обвел взглядом аудитории, когда никто так и не поднял руку, он добавил. — Вы получите дополнительные баллы, если ответите на этот вопрос.

Сразу поднялся шум.

Половина студентов подняла руки.

— Я знаю! — После знака профессора студентка в очках с первого ряда встала и быстро ответила. — Поскольку ядро положительно заряжено, между ядрами происходит кулоновское отталкивание. Только когда два ядра находятся достаточно близко, сильная сила взаимодействия может преодолеть кулоновское отталкивание и сблизить два ядра. На макроскопическом уровне только за счет увеличения тепла в системе и ускорения тепловое движение молекул можно создать достаточно кинетической энергии, чтобы вызвать реакцию синтеза.

— Это хороший ответ. — Профессор записал ее имя и откашлялся, потом улыбнулся и спросил. — Тогда следующий вопрос такой. Почему сильное взаимодействие происходит только на небольшом расстоянии?

— Из-за… близкодействующей силы?

— Это объяснение из школьного учебника по физике, это не то, что я хочу услышать. — Профессор Чжан улыбнулся и жестом показал студентку сесть, а потом продолжил. — Вы уже студенты университета, поэтому вы должны знать почему что-то происходит, а не только из-за чего.

Квантовая теория поля говорит нам, что слабое взаимодействие между частицами не происходит как таковая, а фактически осуществляется с помощью бозонов как переносчиков. Например, электромагнитные взаимодействие осуществляется с помощью фотонов, а сильное взаимодействие с помощью глюонов или мезонов, слабое взаимодействие осуществляется посредством W и Z-бозонов… Некоторые могут спросить, какое это имеет отношение к расстоянию силы, о которой мы говорим? — Профессор Чжан повернулся к доске и начал писать. — Когда рассеяние происходит между двумя разрешимыми фермионами (p+k→p'+k'), в приближении Берна соотношение между сечением рассеяния и взаимодействием выглядят следующим образом…

«= -iV (q) (2π)δ(Ep'-Ep) , (q = p'-p)»

«…»

Кто я?

Где я?

Студент, сидевший рядом с Лу Чжоу, недоумевал. Он ошеломленно смотрел на доску, пытаясь понять не спит ли он?

— Черт возьми, разве мы не говорили о термоядерном синтезе… Какой сегодня день?

Он отвлекся на пару секунд, но ему казалось, что он пропустил целый семестр.

Он не единственный так себя чувствовал.

Менее половины класса понимали, что профессор Чжан написал на доске.

Глядя на растерянного парня рядом, Лу Чжоу с улыбкой тихо спросил:

— Хочешь понять?

— Я пытаюсь… Ты понимаешь? — Растерянный парень посмотрел на Лу Чжоу. Может быть, потому, что он только проснулся, он не узнал Лу Чжоу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если хочешь, я объясню тебе.

Профессор Чжан перестал писать и обернулся. Он посмотрел на растерянных студентов и улыбнулся.

Не понимать это нормально.

Квантовая механика самая сложная часть физики.

Особенно когда дело доходит до вычислений, нужно иметь определенные познания в математике.

Он без проблем мог запомнить формулы, но, если кто-то попросит его вывести их на месте, он не смог бы рассчитать все до конца пары.

— Процесс расчетов в этой части очень сложный. — Профессор Чжан бросил мел на стол и улыбнулся. Сложив руки за спиной, он сказал. — Если кто-то сможет дописать оставшееся, тот получит зачет автоматом, и ему не придется приходить на мои занятия в будущем.

В аудитории стояла мертвая тишина.

Студенты переглянулись.

Даже аспиранты, которые пришли сюда, были сбиты с толку.

Профессор Чжан улыбнулся и покачал головой. Он собирался дать это в качестве сложного домашнего задания, но затем услышал, как с задних рядов раздался голос

— Можно мне воспользоваться доской?

Глава 606. Как объединить ядерные силы

Что за?

Бог Лу?

Я его фанат!

Когда Чжан Чжионцин посмотрел на стоящего человека, его очки чуть не упали на землю.

От одной мысли, что такой известный человек слушает его лекцию он пребывал в экстазе и непомерном удивлении, словно если бы он выиграл в лотерею. Он был потрясен тем, что не заметил Лу Чжоу в аудитории, и был счастлив, что может похвастаться перед остальными, что читал лекцию Нобелевскому лауреату.

И хотя Чжан Чжиоцин испытывал различные эмоции, Лу Чжоу был равнодушен.

Лекционный зал одно из мест для научного обмена.

Еще в Принстоне он часто просил студентов читать лекции.

По его мнению, научный обмен не должен быть связан честью или статусом.

— Профессор Лу, пожалуйста. — Профессор Чжан жестом пригласил Лу Чжоу и отошел в сторону.

— Не будь таким вежливым, просто у меня появились какие-то мысли.

Лу Чжоу посмотрел на профессора и улыбнулся.

Эти формальности отнимают очень много времени.

А он не из тех, кто любит тратить время на формальности.

Лу Чжоу подошел к доске и взял кусок мела.

— Подобное студенты бакалавриата с ходу не смогут решить, поскольку помимо глубокого понимание квантовой хромодинамики, также нужно более глубокое понимание функционального анализа. — Лу Чжоу сделал небольшую паузу и добавил. — Но на самом деле это не так сложно, как все думают.

Лу Чжоу начал объяснять и писать на доске мелом.

— Используя теорию поля, составим диаграмму Фейнмана, затем используя правило Фейнмана для вычисления амплитуды рассеяния, мы получим…

«iM=(ig2/|p'-p|2+mφ2)2m^ss'·2mδ^rr'»

«…»

— Где mφ масса соответствующего бозона, а g константа связи в лагранжиане взаимодействия. Если мы объединим это с предыдущими расчетами профессора Чжана, то V (q) можно получить из сечения рассеяния…

«V (q)=-g2/(|q|2+mφ2)»

Лу Чжоу отложил мел и оглянулся на студентов. Некоторые были ошеломлены, некоторые внимательно слушали. Он улыбнулся и сказал:

— Это довольно просто, но оно будет использоваться в следующих шагах.

Студенты молча ругались про себя.

Твою мать!

И это просто?

Чжан Чжионцин тоже в растерянности посмотрел на доску.

Дело не в том, что он не понимал расчетов, просто он не мог поверить, что кто-то действительно может расчитать такое с ходу.

Разве ему не нужно немного подумать?

Это потрясающе…

Лу Чжоу не останавливался, писав на доске, он продолжал говорить:

— Теперь сделаем обратное преобразование Фурье!

Мел скользил по доске все быстрее и быстрее, и Чжан Чжионцин все больше и больше удивлялся. Что касается студентов, то они смотрели на доску с пустым выражением на лицах. Даже гениальные студенты, которые прочитали учебник от корки до корки, с недоверием смотрели на сложные вычисления.

Лу Чжоу не замечал их лиц, он полностью погрузился в свой собственный мир.

Это правда, что это базовые вещи, но они недостаточно простые, чтобы появиться на экзамене в бакалавриате.

Однако, чем больше Лу Чжоу думал об этой проблеме, тем больше и больше он писал на доске. Проблеск понимания становился все более ярким.

Почему сильное взаимодействие происходит только на небольшом расстоянии?

Или что заставляет нуклоны образовывать ядро только на небольшом расстоянии?

Ответ очевиден…

«…»

«V®=-g2/4nr·e^(-mφr)»

Лу Чжоу перестал писать и посмотрел на уравнение на доске, после чего сказал:

— Электромагнитное взаимодействие — это обмен фотонами, а масса фотона равна нулю, поэтому для электромагнитного взаимодействия V пропорционально 1/r.

— С помощью некоторых расчетов мы можем оценить, что мезоны между нуклонов с массой около 200МэВ на расстоянии от минус десятой до минус четырнадцатой степени способны компенсировать электромагнитное отталкивание и вызвать реакцию синтеза

С первого ряда раздались аплодисменты.

Словно волны в океане, аплодисменты начали распространяться к задней части аудитории.

Профессор Чжан, стоявший рядом с ним, подсознательно тоже начал хлопать.

Для большинства студентов университета это просто захватывающая демонстрация.

Но для такого профессора, как он, он просто стал свидетелем простого решения, объясняющего сильное взаимодействие… По крайней мере, это намного проще, чем объяснения, которые он узнал раньше.

Он не мог поверить, что все это завершено меньше чем за десять минут.

Вероятно, он единственный, кто мог полностью осознавать это.

Лу Чжоу все еще стоял.

Несмотря на то, что аудитория была полна аплодисментов, Лу Чжоу, стоявший перед доской, погрузился в свои мысли. Он даже не заметил, когда аплодисменты прекратились.

Он уже закончил все расчеты для этой простой задачи.

Однако он думал не только об этой проблеме.

Согласно квантовой теории поля и квантовой хромодинамике, четыре фундаментальных взаимодействия можно объединить с традиционными частицами.

Например, в различных положениях времени и пространства компоненты электрического поля могут быть построены как некоммутативные операторы. При построении Гильбертово пространства, в котором действуют эти операторы, традиционные частицы, такие как электроны, можно переосмыслить как фермионы Дирака, квантования поля.

Тогда разница между полем и частицей исчезла бы.

Можем ли мы использовать краткую математическую формулу, подобную единой теории слабого и электромагнитного взаимодействия Вайнберга, Салама и Глэшоу, чтобы описать электромагнитное, слабое и сильное взаимодействия единым способом?

Ответ на этот вопрос не мог решить проблему миниатюризации термоядерного реактора, и он не смог бы привнести никаких инноваций в существующую технологию управляемого термоядерного синтеза. Однако интуиция Лу Чжоу подсказывала ему, что если он сможет решить эту теоретическую проблему, то это может дать ему некоторые подсказки или идеи…

Конечно, решить эту проблему непросто.

Например, существовала типичная проблема различия сильного и слабого взаимодействия…

После того, как прозвенел звонок, Лу Чжоу все еще стоял неподвижно, словно о чем-то думал.

Видя, что Лу Чжоу никак не реагирует, Чжан Чжионцин не хотел объявлять, что занятие окончено, так как не хотел прерывать размышления Лу Чжоу.

Прошло около двух минут.

Лу Чжоу уставился на вычисления на доске и начал говорить сам с собой:

— Как с помощью математики можно объяснить теорию Янга — Миллса?

Когда Чжан Чжионцин услышал этот вопрос, он впал в ступор. Он покраснел, как студент, и пробормотал:

— Я не знаю…

— Я спрашивал не тебя, само собой, ты не знаешь…

Разговаривая сам с собой Лу Чжоу покинул аудиторию, оставив позади доску полную расчетов и сбитых с толку профессора со студентами.

Никто не мог подсказать ему ответ на этот вопрос.

В конце концов, это одно из самых сложных утверждений в области физики элементарных частиц. Речь шла о единой теории поля.

Это также одна из задач тысячелетия…

Глава 607. Не то облысеешь

Через пять минут после окончания занятия лента Wechat Цзиньлинского университета оживилась от сообщений студентов-физиков.

«Черт, Бог Лу только что приходил на нашу пару по физике.»

«Какую?»

«Квантовая механика Чжан Чжионцина, что еще то.»

«Нихрена себе, лекция по физике от Бога Лу? Где???»

«Уже все!»

«Все? Черт, почему эти известные ученые не могут сообщить заранее, когда будут читать лекцию?»

В университете довольно много людей, которые просто делали минимум, но учились также и те, кто умел воспользоваться возможностью, в университете было довольно много гениальных студентов.

Для студентов, которые хотели заниматься исследованиями, возможность послушать такую лекцию очень ценна.

В конце концов, такая возможность выпадает раз в жизни.

Не важно, даже если они не поймут лекцию. Пока они смогут усвоить хоть что-нибудь это будет гораздо полезнее, чем прочитать учебник, потому что многое нельзя выучить через учебники.

Покинув аудиторию Лу Чжоу пошел в математический корпус.

Единственное, что он хотел сделать прямо сейчас, это записать вдохновение, что только получил.

На самом деле, теория Янга — Миллса доказана экспериментами теоретической физики и подтверждены компьютерным моделированием.

Однако, как объяснить это с точки зрения математики все еще загадка.

Проще говоря, для большинства математиков это сложная физическая проблема. Для большинства физиков это математическая проблема.

Решение этой проблемы потребовало бы изобретения новых как математических, так и физических теорий.

Лу Чжоу не осмеливался сказать, что абсолютно уверен, что решит ее.

В конце концов, теоретическая физика не его сильная сторона.

Во время пребывания в Принстоне он занимался в основном математикой. Кроме обнаружения сигнала 750 ГэВ, он не проводил никаких других исследований в области теоретической физики.

Если бы он все еще находился в Принстоне, то обратился бы за советом к Эдварду Виттену или Питеру Годдарду, поскольку все они оба эксперты в теоретической физике и глубоко понимали единую теорию поля.

Но теперь он мог общаться со своими коллегами только по почте, а многие вопросы сложно четко объяснить в письме.

Что касается отечественных ученых…

Если честно, то очень сложно найти кого-то с кем можно обсудить подобное.

Хотя господин Ян, один из основателей этой области, с радостью обсудит с ним этот вопрос, Лу Чжоу вне хотел беспокоить почти столетнего старика.

Особенно когда он вспоминал пятистраничную работу профессора Атии о гипотезе Римана, он не ожидал от пожилых ученых ничего хорошего.

В конце концов, возраст — проклятие ученых…

— Должен ли я полагаться только на себя?

Лу Чжоу сел за свой стул и взял ручку. Он записал строку слов и использовал математический язык для описания проблемы.

«Доказательство: Для любой простой компактной калибровочной группы G квантовая теория Янга — Миллса для пространства R^4 (четырёхмерного пространства-времени) существует и имеет ненулевую спектральную щель»

Кончик пера мягко прошелся по черновику. Посмотрев на строку слов на черновике, Лу Чжоу глубоко задумался.

Хотя он не уверен, что сможет решить задачу, но у него все еще имелись идеи для ее решения.

Прежде всего, это огромное предложение можно разделить на две части.

Первую часть доказательства можно сделать только с помощью математики.

То есть математически доказать существование решения уравнений Янга — Миллса или найти общее решение.

Эта часть может быть мало полезна для физиков. В конце концов, они получили нужные им выводы в результате экспериментов и компьютерного моделирования. Однако для математиков значение общего решения этой системы уравнений огромно.

Как однажды сказал Эдвард Виттен, если бы кто-то смог совершить этот подвиг, это достижение станет важной вехой для математики 21 века, чтобы догнать теоретическую физику 20 века…

Конечно, это слова физика, получившего Филдсовскую премию. По мнению Лу Чжоу, математика имела свою собственную траекторию развития, и он не думал, что математика должна догонять физику.

Если бы кто-то действительно хотел поспорить об этом, это будет немного смешно.

Что касается второй части, то здесь больше основного.

То есть само доказательство теории.

Это доказательство принесло бы пользу сообществу физиков и математиков. Это доказательство не только создало бы новые математические методы, но и прояснило бы законы природы, которые физики еще не полностью поняли, и физики могли бы использовать это для создания еще более продвинутой теории.

Например, объединения сильного взаимодействия и электромагнитных сил…

Если действительно получится, то все сообщество физиков сделает большой шаг к теории Великого объединения.

Время шло.

Лу Чжоу смотрел на черновик и думал, сидя за столом с ручкой в руке. Кроме следа чернил, на черновике больше ничего не было.

Он просидел так до шести часов, пока не раздался звонок об окончании занятий. Наконец он записал на листе две строчки.

После этого он встал и вышел из кабинета.

Внутри кабинета.

Прошло около двух минут.

Фэн Цзинь посмотрел на дверь, и когда он увидел, что Лу Чжоу не собирается возвращаться, он перестал писать и тоже встал.

Он заметил, что Лу Чжоу неподвижно сидел.

Хотя он уже бывал в этом кабинете, он впервые увидел Лу Чжоу с таким лицом.

Его интересовала проблема, которая волновала его научного руководителя, и поэтому он сделал вид, что идет к кулеру, чтобы налить немного воды. Он хотел пройти мимо стола Лу Чжоу и посмотреть, что там написано.

Он все еще гениальный студент в Цзиньлинском университете. Если бы он смог как-то помощь Лу Чжоу, то может получит несколько балов?

Однако реальность жестока.

Посмотрев на расчеты на листе, он замер.

«HΛ(L)=∑(rows)∑©·h^(c,c+1)+∑(columns)∑®·h^(r,r+1)+∑(i∈Λ(L))·h (i)»

«…»

Черт, что это?

Хэ Чанвэнь заметил, что уже поздно. Ему захотелось пойти в столовую и поужинать, поэтому он встал.

Он заметил своего младшего, стоящего рядом со столом Лу Чжоу с растерянным выражением. Будучи аспирантов, он попытался сделать замечание младшему товарищу.

— Не смотри на работу руководителя. — Подумав, что звучит недостаточно убедительно, он добавил. — Не то облысеешь.

Глава 608. Подключение генераторов

С момента, как Лу Чжоу посетил лекцию по физике, он неделю не выходил из дома.

Когда он жил еще в Принстоне, он все еще ходил в Walmart за продуктами, но теперь другие могли купить ему продукты.

Хотя Лу Чжоу стеснялся постоянно беспокоить Ван Пэна, он со временем начал привыкать к подобному.

Тем временем за эту неделю многое произошло.

Наиболее важное, скорее всего, East Asia Power.

На второй день его затворничества East Asia Power, которая уже завершила свою реорганизацию, достигла соглашения с Государственной электросетевой корпорацией Китая. Двенадцать генераторов электроэнергии наконец-то были введены в эксплуатацию и официально подключены к сети, чтобы поставлять чистую и дешевую электроэнергию в провинцию Цзянсу.

Помимо Хайчжоу больше всего изменений ощутили в Гусу.

Этот промышленный город в дельте реки Янцзы поддерживал половину высокотехнологичных отраслей промышленности Китая. С населением всего в 10 миллионов человек их ежегодное потребление энергии почти равнялось Шанхаю и несколько лет назад превысило 150 миллиардов киловатт в час, а сейчас уже приближалось в 200 миллионам.

После подключения термоядерного реактора к сети, цены на электроэнергию в районе Цзянсу упали почти вдвое.

Для владельцев заводов в провинции Цзянсу это как деньги, падающие с неба.

Затраты на производство значительно снизились, особенно для крупных потребителей в области производства полупроводников.

В условиях глобального экономического спада интеграция термоядерных реакторов в провинцию Цзянсу просто манна небесная.

На первый взгляд снижение затрат на электроэнергию только снизило стоимость электроэнергии для владельцев заводов и предпринимателей, но на самом деле оно изменило будущее всего города, а также людей, живущих в нем.

Себестоимость производства упала, и у компаний стало больше денег. Эти деньги пойдут на модернизацию технологий производства, развитие автоматизации и электрификации. Промышленная структура всего города и даже провинций сместится в стороны центральной производственной цепочки.

Такой экономический эффект, вызванный революцией в энергетике, гораздо эффективнее, чем прямое субсидирование.

Помимо цен на электроэнергию для промышленности, цены на электроэнергию для живущих в Хайчжоу, Гусу, Цзиньлине и других городах также резко упали от 10 до 20 процентов.

Однако сейчас весна. Лето пиковый сезон потребления электроэнергии. Большинство людей еще не ощутили существенного влияния от снижения цен. Самое большее, они удивились, когда увидели счет за электричество.

В конце концов, общество развивается не мгновенно, а со временем.

Однако, судя по макроскопическим данным, после снижения цен на электроэнергию спрос на электроприборы и электромобили немного вырос.

Может быть, через некоторое время в Гусу появится еще несколько автобусов на электроэнергии.

Возможно, через год или два умные устройства, такие как роботы пылесосы, распространятся по всем домам, а проводные или беспроводные зарядные устройства для электромобилей неосознанно мигрируют с заправочных станций на парковки торговых центров.

Может быть, через лет пять небольшие посылки или еду будут доставлять дроны, летая между высоток.

Человечество вечно стремилось к лучшему.

Наступил 2020 год, первый год подключения реактора Пань-гу к сети.

Что касается того, каким может будет далекое будущее, только время знает.

………………….

Впервые Лу Чжоу сосредоточился на чисто математической цели после того, как он поднялся до 8 уровня математики. Это также впервые, когда он испытал разницу между 7 и 8 уровнями.

Разница отражалась не только в расчетах.

Она больше отражалась в трансцендентном способе мышления.

Это чувство очень трудно описать. Но если бы ему пришлось записывать свои мысли, то словно он полностью погрузился в математику, когда все в мире замедлилось.

Возможно из-за того, что он начал быстрее думать, стало казаться, что вокруг все медленнее?

Это звучит безумно, но именно так он себя ощущал.

Конечно, даже при том, что его скорость мышления увеличилась, когда он погружался в исследования, он все еще чувствовал, что время быстро пролетает. Сам того не замечая, проходил целый день. О том, что необходимо поесть, он вспоминал только по урчанию своего желудка.

Лу Чжоу перестал писать и нахмурился. Он посмотрел на часы в правом нижнем углу экрана.

— Уже десять часов?

Вроде только было темно, а уже светло.

Конечно, еще больше его поразила дата.

Он вообще не заметил, как пролетела неделя.

Лу Чжоу от занавесил окна и посмотрел на мусорное ведро, полное черновиков, а также стопки черновиков на его столе. Он вздохнул и встал со стула.

— Очевидно, это не так просто решить…

Однако его работа за последние несколько дней не напрасно.

По крайней мере, он почти закончил часть о доказательстве существования решения.

Объективно говоря, математическая сложность уравнения Янга — Миллса не такая сложная, как уравнения Навье–Стокса.

Когда Лу Чжоу пытался решить проблему уравнений Навье — Стокса, он изобрел многообразие Лу и метод топологии во время своих исследований. Они также были очень эффективны в решении проблемы уравнений Янга — Миллса. Это сэкономило ему, по крайней мере, месяц работы.

Если бы не дела сегодня, он бы еще работал.

Однако сегодня начало десятой недели.

Скоро ему предстояло провести занятие по вычислительному материаловедению.

Если бы его аспирант был достаточно хорош, он бы поручил это ему.

К сожалению, нынешний уровень вычислительного материаловедение У Шуйму все еще слишком далек, чтобы он мог читать лекции другим. У Шуйму менее компетентен, чем два его ученика в Принстоне, поэтому Лу Чжоу должен сделать это самостоятельно.

Лу Чжоу стоял перед дверью своего кабинета и немного колебался. Он откашлялся и сказал:

— Сяо Ай, помоги мне убрать мою комнату… Не убирай только вещи на столе.

В правом нижнем углу экрана компьютера появилось сообщение.

«Хорошо, хозяин! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

Вскоре через открытое окно влетел дрон и, схватив мусорное ведро, полное бумаг, вылетел назад. После этого робот-подметальщик пронесся мимо ног Лу Чжоу и принялся убирать мусор с пола.

Лу Чжоу ухмыльнулся и посмотрел на маленьких роботов, помогавших ему убирать комнату, а потом развернулся и пошел вниз.

Он не выходил на улицу уже неделю, а кабинет не единственное, что он должен убрать.

Лу Чжоу принял горячую ванну и высушил волосы. Он надел чистую одежду и некоторое время смотрел на себя в зеркало в ванной, прежде чем направиться к входной двери.

Когда он уже собирался надеть ботинки, раздался звонок в дверь.

Он посмотрел в камеру наблюдения и увидел человека, стоящего за воротами. Отчего впал в ступор.

Янь Янь?

Что она здесь делает?

Хотя Лу Чжоу был полон сомнений, он все же открыл ей ворота, а затем открыл дверь.

Через некоторое время Янь Янь в повседневной одежде вошла в дом.

Она не поздоровалась с ним, а только бросила хмурый взгляд.

— Вчера ты не ходил на медицинский осмотр.

— Да? Я забыл.

Лу Чжоу смутно помнил, что Ван Пэн говорил ему про него, но он думал об математической проблеме, когда говорил по телефону. Он не мог вспомнить, о чем говорил по телефону.

Янь Янь посмотрела на растерянное лицо Лу Чжоу и вздохнула:

— Я понимаю, что ты занят, поэтому все принесла… Кстати, ты ведь еще не завтракал, верно?

Лу Чжоу посмотрел на пластиковый стаканчик и ватный тампон, которые она протянула ему, и спросил:

— Это?

Янь Янь ответила:

— Один для сбора мочи, другой для сбора кала. Тебе помочь?

— Нет, спасибо.

Сначала он планировал поесть, а потом пойти в университет.

Но теперь он потерял аппетит.

Глава 609. Доказательство существования решения

После обеда.

Лу Чжоу вошел в аудиторию во время звонка. Он посмотрел на переполненный лекционный зал и улыбнулся, сказав пару простых вступительных слов, он начал читать первую в своей жизни лекцию по вычислительному материаловедению.

Фактически, строго говоря, вычислительная материаловедение не обязательный курс для студентов прикладной химии. Нужные математика и знание программирования, слишком продвинутые для студентов бакалавриата.

Однако с развитием вычислительной техники область вычислительного материаловедения становилась все сильнее и сильнее. Кроме того, поскольку Лу Чжоу отец-основатель этой новой дисциплины, его курс сделали обязательным для всех студентов с прикладной химии.

В конце концов, Цзиньлинский университет существовал уже много лет, но только сейчас получили выпускника с Нобелевской премией.

Однако университет слишком много заморачивался.

Даже если занятия не были обязательными, Лу Чжоу не нужно беспокоиться о том, что на его занятия не будут ходить.

В аудитории сидели не только студенты Цзиньлинского университета, но и студенты из университета Дун, которые приехали сюда на метро, и даже профессора теоретической химии, наноматериалов и других областей. После лекции большинство слушателей говорили о том насколько это трудно, но в действительно большинство со всей серьезностью все записывало…

Лу Чжоу выложился на полную на лекции, а потом под аплодисменты покинул лекционный зал.

В коридоре он посмотрел на телефон и увидел, что еще рано, поэтому он пошел в свой кабинет в математическом корпусе.

Придя в кабинет, его ученики и помощники уже были здесь.

Хотя он не был в своем кабинете последние дни, его ученики все равно приходили сюда.

Лу Чжоу сел за свое рабочее место и оглядел его чистый и убранный стол. Он протянул руку и пролистал папку с документами рядом с ним. Не найдя того, что искал, он спросил:

— Где черновики, которые я положил на стол?

Чжао Хуань встала и быстро ответила:

— Я убрала их в ваш ящик, когда убиралась на вашем столе.

— О, спасибо… Но в будущем не стоит убирать мой стол, просто оставь все как есть.

— Хорошо, профессор, я поняла.

Лу Чжоу достал из ящика стола черновики и положил их на стол. Он посмотрел на строки уравнений, которые написал неделю назад, и на мгновение задумался, после чего продолжил с места, на котором остановился.

Фэн Цзинь, который что-то писал за своим столом, немного поколебался и, наконец, решился, он встал и подошел к Лу Чжоу.

— Профессор.

Лу Чжоу посмотрел на своего ученика и поскольку он был в довольно хорошем настроении, спросил:

— Что случилось?

— Это… Вы решили это?

Лу Чжоу с улыбкой спросил:

— Ты читал мои черновики?

Фэн Цзинь смущенно почесал затылок и ответил:

— Я случайно увидел их…

Лу Чжоу посмотрел на него и ничего не сказал.

На самом деле ему все равно, что Фэн Цзинь тайком читал его черновики.

В конце концов, он не положил бы на стол ничего важного. Если он хотел спрятать что-то, то как минимум убрал бы это в ящик.

— И? Ты думал над этой задачей?

Фэн Цзинь увидел, что Лу Чжоу, похоже, все равно, поэтому он вздохнул с облегчением и почесал голову, пробормотав:

— Я попытался, но ничего не придумал за неделю.

— Это нормально. Если сможешь решить это, молчу уже про магистра, ты можешь стать сразу профессором.

Фэн Цзинь смущенно улыбнулся.

Бросать вызов одной из задач тысячелетия, и правда, слишком самоуверенно.

Лу Чжоу посмотрел на его лицо и понял, о чем тот думает, поэтому улыбнулся и сказал:

— Расскажи мне о том, что надумал за последнюю неделю?

— Надумал?

— Да. Поскольку ты думал над этим в течение недели, нашел решение или нет, но ты наверняка чего-нибудь придумал? Только не говорите мне, что просто посмотрел на черновике и накалякал кучу непонятных символов.

Фэн Цзинь покраснел:

— Нет, я серьезно думал над этим.

Лу Чжоу поднял брови и спросил:

— Например?

Фэн Цзинь подумал, что Лу Чжоу снова посмеется над ним, поэтому немного поколебался, прежде чем стиснул зубы и смело высказал свое мнение.

— Согласно моему пониманию квантовой механики, поле Янга — Миллса безмассово, но частицы при сильном взаимодействие имеют массу. В этом случае, если мы введем скалярное поле поверх пространственно-временного многообразия, это упростит задачу.

Лу Чжоу одобрительно кивнул:

— Верно.

Фэн Цзинь удивленно посмотрел на Лу Чжоу, не ожидая, что тот похвалит его.

— Ты раньше изучал квантовую механику?

Фэн Цзинь стал немного подавленным.

Судя по всему, профессор Лу хвалит не мои мысли, а мое изучение предметов не из основного курса…

Фэн Цзинь кивнул. Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Ты мне кое-кого напоминаешь.

Фэн Цзинь замешкался, а потом спросил:

— Кого?

— Одного из моих студентов в Принстоне. Он учился у Виттена и занимался математической физикой. У вас схожие характеры, оба любите соперничать.

Между прочим, время действительно пролетело незаметно. Прошел год с тех пор, как он покинул Принстон.

Лу Чжоу не знал, как дела у его учеников.

Цинь Юэ, вероятно, читал лекции в Принстоне, какое-то время назад он общался с ним о проблемах теории чисел.

Вера…

Выражение лица Лу Чжоу стало неестественным, он кашлянул и сменил тему.

— Ладно, вернемся к тому, о чем мы говорим. В каком-то смысле с твоей идеей нет больших проблем.

Фэн Цзинь взволнованно спросил:

— Правда?

— Не сильно радовался. Как я уже сказал, больших проблем нет. — Лу Чжоу посмотрел на взволнованное лицо Фэн Цзиня и добавил. — Однако с точки зрения физики отсутствие проблем не означает, что все правильно.

— Не означает, что… правильно?

Лу Чжоу посмотрел на Фэн Цзиня и одобрительно кивнул.

— Когда действительно сможешь понять смысл этого предложения, тогда будешь ближе к истине, чем когда-либо.

………………………………….

Лу Чжоу оставался в университете до 6 часов вечера.

Когда Лу Чжоу вернулся домой, на улице уже стемнело.

Он прошел прямо в свой чистый и опрятный кабинет и сел на стул. Он тихонько взял ручку и начал заканчивать неполное доказательство, сделанное сегодня утром.

Иногда математические задачи бывают такими волшебными.

После того, как в его голове появилась идея доказательства, Лу Чжоу уже знал, что процесс доказательства будет работать. Ему нужно лишь записать доказательство в строгой математической форме.

После того, как Лу Чжоу записал последнюю строку уравнений, он посмотрел на стопки черновиков и улыбнулся.

Хотя это и не конечный результат, его можно считать промежуточным.

А именно он использовал математические методы, чтобы доказать существование решения уравнений Янга — Миллса.

Это первая половина задачи тысячелетия, и эта часть была вообще не сложная для него.

Хотя он использовал некоторые передовые математические методы для решения этой проблемы, здесь не было ничего нового.

На самом деле основа всего доказательства строилась вокруг многообразия Лу, которое он изобрел, когда решал уравнения Навье — Стокса.

Как бы то ни было, проблема наконец решена.

Следующим шагом найти фактическое решение уравнений Янга — Миллса.

По сравнению с доказательством существования решения эта часть, несомненно, более сложная.

Глава 610. Самый подходящий рецензент

Принстон.

Кабинет в Институте перспективных исследований.

Вэй Вэнь сидел за своим столом, смотря в черновик на столе.

Примерно в 2019 году, перед тем как покинуть Принстон, Лу Чжоу познакомил Вэй Вэя с Эдвардом Виттеном, чтобы тот мог продолжить учится под его руководством.

Вэй Вэнь поначалу был очень взволнован получением докторской под руководством профессора Виттена.

Любой, кто был в области математической физики или, кто знал что-нибудь о ней, слышал про Виттена.

Однако получить докторскую под руководством такого известного человека нелегко. Его возбуждение продлилось недолго, и вскоре он ощутил давление.

Поскольку Виттену приходилось часто находиться в ЦЕРНе, он проводил в Принстоне меньше трети года. Большую часть времени Вэй Вэнь справлялся со своими трудностями в одиночку.

После того, как Вэй Вэня взяли в качестве ученика профессора Виттена, он наконец понял, почему Ло Вэньсюань так долго не выпускался. Он также осознал, как сильно профессор Лу заботился о нем.

Хотя тот покинул институт более года назад, Лу Чжоу все равно помогал ему решать проблемы.

Или помогал ему найти кого-то, кто может решить проблемы…

Профессор Фефферман подошел к нему с двумя чашками кофе в руках. Он поставил одну чашку сбоку от Вэй Вэня, а потом дружелюбно спросил.

— У тебя есть идея?

— Еще нет.

— Помочь?

Вэй Вэнь покачал головой и уставился на строчку уравнений на бумаге.

— Нет, спасибо, вы уже достаточно помогли мне… Дайте мне еще десять минут, я чувствую, что скоро найду ответ, он где-то близко.

— Десяти минут может не хватит, посиди пару часов. — Фефферман посмотрел на часы и добавил. — У меня еще лекция по дифференциальным уравнениям. Меня можно будет найти в деканате до шести часов.

— Простите, что отнял так много времени.

— Все нормально, я все равно не очень занят. — Профессор Фефферман сделал глоток кофе и улыбнулся. — Не говоря уже о том, что профессор Лу мне очень помог, а теперь, когда он уехал, то можешь спрашивать меня.

Вэй Вэнь горько улыбнулся про себя, но ничего не сказал.

Хотя он и знал, что профессор Фефферман не прочь ему помочь, он все равно чувствовал себя крайне виноватым.

Возможно, это разница культур.

В дверь постучали, и вскоре вошел молодой человек в очках.

Фефферман, казалось, узнал этого парня. Увидев стопку бумаг в его руке, Фефферман вдруг занервничал.

Словно подтверждая его догадку, парень сказал:

— Профессор Фефферман, профессор Сарнак попросил меня принести вам эту статью. Он просил со всей любезностью передать, что надеется, что вы сможете просмотреть эту статью.

— Тогда скажи ему, что это вовсе не вежливо.Надеюсь, в следующий раз он сможет прислать мне просьбу по электронной почте, а не в. руки. — Профессор Фефферман посмотрел на ошеломленного помощника и пожал плечами. — Также через два дня у меня начинается отпуск, так что скажи ему, чтобы нашел кого-нибудь другого

— Профессор Сарнак знал, что вы так скажете. Он велел мне передать, что вы самый подходящий кандидат и что вы единственный, кто может проверить эту работу.

Профессор Фефферман некоторое время смотрел на помощника, прежде чем поставил чашку кофе и со вздохом сказал.

— Хорошо, дай мне сюда.

Он никогда не умел отказывать в просьбах другим, особенно когда это связано с его областью.

Помощник улыбнулся и протянул ему статью.

— Хорошо, профессор.

Отдав статью, помощник развернулся и ушел.

Фефферман скоро должен был читать лекцию, поэтому не мог внимательно прочитать статью и лишь мельком решил пролистать ее.

На работе не было имен авторов.

Подобное слепое рецензирование редкость.

Фефферман догадался, что автор либо один из его знакомых, либо коллега.

Впрочем, это неважно.

Даже если бы он узнает автора по стилю, он не станет помогать из-за дружбы.

— Существование решения уравнений Янга — Миллса? Не следует ли Виттену прочитать эту работу? Уверен его это интересует больше, чем меня.

Фефферман посмотрел на привлекательный заголовок и с интересом продолжил читать.

Вскоре он фыркнул и нахмурился.

Вэй Вэнь заметил это и спросил:

— Что случилось, профессор?

Профессор Фефферман некоторое время смотрел на работу и вдруг улыбнулся, покачав головой.

— Ничего.

Наконец он понял, почему Сарнак настоял на том, чтобы он рассмотрел эту статью.

— Многообразие Лу… Кроме того, этот метод дифференциальной геометрии для решения уравнений в частных производных. Я знаю только одного человека в этом мире, который может применить эти теории вот так.

На лице Вэй Вэня появилось удивление.

— Работа профессора Лу?

— Да, — Кивнул профессор Фефферман, — Доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса. Похоже, он не забросил математику.

Услышав название работу, Вэй Вэнь шокировано вздохнул.

Бросить вызов второй задачи тысячелетия.

Он вообще человек?

Профессор Фефферман сел за стол и достал из кармана телефон. Он пролистал список контактов и позвонил своему аспиранту.

— Эй, Льюис, ты сейчас свободен? Через полчаса у меня лекция по дифференциальным уравнениям в частных производных. Можешь ты или нет, но надеюсь ты найдешь кого-то, кто проведет его за меня.

— Эм, я немного занят.

— Это очень важно.

Они обменялись всего тремя фразами.

После этого Фефферман повесил трубку и положил телефон на стол.

Он посмотрел на лежащую на столе статью. Его глаза вспыхнули от возбуждения.

Позволь взглянуть.

Прошел год.

Улучшились или ухудшились твои математические способности…

Глава 611. Ты написал эту статью?

Рецензирование — дело неблагодарное.

Во-первых, это неоплачиваемая работа. Хотя рецензенты получали взамен признание журнала, должности в редакционном отделе, бесплатную подписку на журналы, скидки на размещение работ.

Во-вторых, при ограниченном понимании работы само по себе нелегко судить верна ли статья или нет.

Если бы это обычная работа, то все прекрасно, но, когда речь идет о задаче мирового уровня, как уравнения Янга — Миллса, нельзя быть небрежным. Каждая строка в работе должна тщательно рассмотреться рецензентами.

Помимо получения репутации рецензента, многие брались за эту работу из-за социальной ответственности и чувства долга стоять привратником научных исследований.

Для ученого, сделавшего себе имя, мотивация профессора Феффермана для принятия этой статьи на рассмотрения, вероятно, стала последняя причина. Однако получив работу, все это осталось позади.

Начиная с первой строки, расчеты просто потрясали. Словно по волшебству, они мгновенно увлекли его.

Особенно понимание дифференциальной геометрии, а также применение многообразия Лу, было настолько утонченным, что он едва мог в это поверить.

Он не мог поверить, что теория, которой всего два года, могла развиться до такого зрелого уровня.

— Это невероятно.

Профессор Фефферман потратил минут пятнадцать только на первую страницу. Он не мог не вздохнуть.

Ранее он немного сожалел, что его отпуск немного отложится.

Но сейчас в его сердце не осталось и капли сожаления.

Время неспешно шло, и постепенно за окном стемнело.

Вэй Вэнь сидел за другим столом в кабинете, когда он наконец нашел решение, то глубоко вздохнул. Он потянулся и расслабился.

Он уже собирался встать и пойти в столовую, чтобы поужинать, когда заметил профессора Феффермана, сидящего рядом все еще в той же позе и читая статью, в руке. Профессор Фефферман иногда что-то писал на листке черновика.

Вэй Вэнь немного поколебался и не смог сдержать любопытства:

— Профессор Лу… смог доказать?

Услышав вопрос, профессор Фефферман перестал писать.

Он положил статью на стол и взял свою чуть теплую чашку кофе. Через какое-то время он задумчиво ответил.

— Я не могу решить столь что-то важное в одиночку. — Профессор Фефферман посмотрел на лежащую на столе работу и через мгновение добавил. — Однако, по моему мнению, он, скорее всего, смог.

………………………….

Завершив доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса, Лу Чжоу перенес содержание черновика в компьютер. После редактирования он отправил его в редакцию журнала Математический ежегодник.

Без задержек статья прошла технического редактора и отправилась на рецензирование.

Лу Чжоу не знал, кто будет рецензентом. По крайней мере, он не узнает об этом, пока статью не опубликуют.

Впрочем, это неважно.

Перед загрузкой на компьютер он от начала до конца проверил все этапы доказательства почти на сто процентов был уверен в правильности своего доказательства. Независимо от того, что думал рецензент, в его глазах эта проблема уже решена.

Лу Чжоу убедился, что статья вступила в стадию рецензирования, после чего оставил ее в покое. Он приступил к следующей части исследований.

На самом деле доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса лишь первый шаг. Он все еще далек от решения всей проблемы. Перед тем как идти дальше ему необходимо найти общее решение.

С математической точки зрения не было никаких сомнений в том, что найти общее решение гораздо сложнее, чем найти доказательство существования решения. По крайней мере, использовать его основы из уравнений Навье — Стокса было не так-то просто.

Лу Чжоу не планировал в очередной раз закрываться дома, прежде чем у него появится идея, как решить эту проблему. Он искал работы других на arXiv, чтобы увидеть, может ли он найти вдохновение в исследованиях других.

К сожалению, результаты не были идеальными.

Хотя уравнения Янга — Миллса играли важную роль в современной теории калибровочной инвариантности, очень немногие люди занимались исследованиями решения дифференциальных уравнений в частных производных. Хотя были некоторые интересные идеи, исследования часто не были достаточно глубокими.

Это означало, что он должен полагаться на себя и в этой части…

Последняя среда апреля…

Лу Чжоу провел лекцию по вычислительному материаловедению и покинул аудиторию с учебников в руках.

Идя к лестнице, он думал об уравнениях Янга — Миллса. Вдруг его окликнул мужчина и подошел к нему.

— Пожалуйста, подождите секунду, профессор Лу.

Лу Чжоу остановился и обернулся, бросив на человека подозрительный взгляд.

— Кто вы?

Профессор тяжело дышал и улыбался, когда сказал:

— Я Чжан Чжионцин, с факультета физики… В прошлый раз мы встретились на лекции по физике.

— Да. — Лу Чжоу сразу же вспомнил его. Он с улыбкой спросил. — Профессор Чжан, что случилось?

Увидев, что Лу Чжоу все еще помнит его, Чжан Чжионцин неловко улыбнулся и сказал:

— Вы прочитали лекцию про сильное взаимодействие студентам. Многие другие студенты расстроились из-за того, что не смогли послушать лекцию. Квантовая механика очень сложный предмет для студентов, и она требует определенного уровня познаний в математике. Руководство факультета посовещалось, и мы хотим попросить вас прочитать лекцию по квантовой механике.

— Конечно, без проблем. — Улыбнулся Лу Чжоу. — В эту субботу пойдет?

Чжан Чжионцин улыбнулся:

— Здорово! Декан сказал, что можно в любое время. Значит, договорились! От имени факультета благодарю!

— Не надо излишней вежливости. Я люблю читать лекции.

Хотя обучение студентов не могло напрямую помочь ему в решении проблем, оно могло дать ему вдохновение.

Чжан Чжионцин улыбнулся:

— В конце концов, вы так заняты исследованиями, но находите время на преподавание в бакалавриате, мы вам благодарны.

— Лу Чжоу!

Громкий голос, донесшийся из другого конца коридора, прервал разговор.

Двое прекратили разговор и посмотрели в ту сторону, откуда доносился голос. Они увидели академика Лу, который шел к ним в сером пальто.

Лу Чжоу удивился, увидев академика Лу. Он хотел было поздороваться с ним, но не успел заговорить, как старик взволнованно спросил:

— Ты написал эту статью?

Лу Чжоу впал в ступор.

— Какую?

Академик Лу даже не успел перевести дух.

— Доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса!

Чжан Чжионцин чуть не поперхнулся.

Уравнения Янга — Миллса?!

Шутите?!

Глава 612. Хаотичный апрель

В конце апреля в научном мире произошло нечто грандиозное.

В последнем номере Математического ежегодника опубликовали сорокастраничную статью, посвященную доказательству существования решения уравнений Янга — Миллса.

Как только эта новость подтвердилась, она вызвала фурор в международных математических и физических кругах.

На всемирно известном математическом форуме Math Overflow разгорелось бурное обсуждение.

«Вы слышали? Доказано существование решения уравнений Янга — Миллса!»

«Я узнал об этом сегодня утром, но это все еще не подтверждено, верно?»

«Математический ежегодник опубликовал статью, очевидно, это подтверждено. Рецензент — Чарльз Фефферман!»

«Я еще не закончил читать, и я не очень много знаю о многообразиях Лу. Если я хочу понять статью 18 года о многообразиях Лу, мне сначала придется изучить дифференциальную геометрию, просто боль… Во всяком случае, очень трудно найти ошибки в такой работе, как эта. Посмотрим, каков будет окончательный вердикт после отчетной конференции.»

Поскольку многие современные молодые математики, такие как Тао Теренс и Шульц, имели свои собственные аккаунты на этом сайте, популярные темы отражали события, произошедшие в математическом кругу.

Последний раз такое бурное обсуждение было два года назад из-за пятистраничной статьи сэра Атии…

Профессиональные научные форумы не единственное место, где велось обсуждение.

Хотя большинство людей даже не знали, как выглядят уравнения Янга — Миллса, большинство людей знали о задачах тысячелетия.

Через два дня после того, как опубликовали статью, новость появилась в различных новостных сетях и привлекла внимание множества людей из академических кругов и из-за их пределов.

По сравнению с обсуждениями по существу на математических форумах, толпы в Facebook и Twitter писали более эмоционально.

«Лу Чжоу? Лу Чжоу автор статьи? Если я правильно помню, он решил математическую задачу мирового класса два года назад!»

«Уравнения Навье — Стокса! Одну из семи задач тысячелетия! Я до сих пор помню его доклад на Международном конгрессе математиков!»

«Оспорить две задачи тысячелетия за два года… Господи, как он это делает?»

«И он также решил проблему управляеомого термоядерного синтеза!»

«Ха-ха, может быть, это и есть сила азиатских математиков?»

«Безумие!»

«…»

После объявления задач тысячелетия недостатка в претендентах не было.

Однако очень немногие люди достигли достойных результатов в отношении уравнений Янга — Миллса.

Если бы кто-то мог доказать существование решения уравнений Янга — Миллса с помощью математического метода, то это не заняло бы много времени, прежде чем кто-то сможет найти общее решение.

Поскольку эта тема настолько значительно, что даже журнал Nature, который обычно уделял очень мало внимания математическим исследованиям, взял 200 слов из аннотации к статье и разместил в новом выпуске журнала. Nature даже разместила выдержку на обложке.

Во время интервью с журналистом из Science профессор Фефферман высоко оценил математические методы, использованные в этой работе.

— Очень немногие люди способны достичь высокого уровня более чем в трех областях математики. Он не только смог это сделать, но и интегрировал дифференциальные уравнения в частных производных, дифференциальную геометрию и топологию в новый математический инструмент.

— Вы говорите о магических многообразиях Лу?

— Именно так.

— Но некоторые люди отметили, что, хотя он доказал существование решения уравнений Янга — Миллса, он не создал никаких новых математических инструментов, он только повторно использовал инструменты, которые создал во время своих исследований уравнений Навье — Стокса… Что вы думаете об этом?

Ценность математического доказательства не отражается в самом доказательстве, а скорее отражается в математических инструментах, которые были созданы при решении проблемы.

Если бы эта статья только доказала существование решения уравнений Янга — Миллса с помощью математического языка и не смогла проложить путь к нахождению общего решения, хотя это все равно было бы отличным достижением, оно не будет выдающимся.

— Я не думаю, что это справедливо. Ценность математической гипотезы проявляется не только в создании новых математических инструментов. Она также может проявляться в совершенствовании существующих инструментов или даже просто в абстрактной математической концепции.

— Думаете, он укрепил теорию многообразия Лу?

— Верно, теории часто требуется от пяти до десяти лет, чтобы созреть, и это требует накопления бесчисленных гипотез и теорем. Изобретя многообразие Лу, он успешно построил мост между дифференциальными уравнениями в частных производных и дифференциальной геометрией и ввел топологические методы. Если бы я описал это в простых словах, он преобразовал уравнения в геометрический объект, который существует в особом пространстве.

— Это слишком абстрактно, не могли бы вы быть более конкретным?

Фефферман пожал плечами:

— Это как провести вспомогательную линию на изображении. После специальной трансформации первоначально сложное становятся простым.

— Но я заметил, что в arXiv очень мало людей, которые следят за этой исследовательской областью. Хотя мое мнение может быть недостаточно объективным, но если оно так важно, почему люди не пытаются использовать их?

— Ответ прост. Нельзя ожидать, что теория двухлетней давности станет популярной в научном мире. Даже Гротендик не мог сделать ничего подобного. Забудьте о глубоком изучении теории, даже если хотя бы просто научится ее использовать требует много времени… Не говоря уже о том, что существует определенный порог для изучения этой теории.

— Итак, вы высоко оцениваете его работу?

— Да, я верю, что любой, кто действительно понимает эту статью, согласится со мной.

— Еще один вопрос, он не связан с уравнениями Янга — Миллса, и, конечно, вы можете отказаться отвечать.

Фефферман улыбнулся:

— Спрашивайте.

— Как вы думаете, он может стать величайшим математиком этого века?

Это очень трудный вопрос.

В конце концов, двадцать первый век только начался.

Фефферман посмотрел в глаза журналисту и задумался, а потом ответил.

— Это зависит от того, будет ли гипотеза Римана доказана в этом столетии, если нет… — Он сделал паузу. — Тогда нет никаких сомнений, что он уже.

Глава 613. Письмо из Института Клэя

Когда Лу Чжоу отправлял статью, он даже не думал, что его работа вызовет такой ажиотаж.

В конце концов, это только промежуточные результаты, и они далеки от достижения главного доказательства. Самое большее, он просто сделал шаг, который другие еще не сделали.

Только когда академик Лу начал возбужденно задавать ему вопросы, он понял, что все не так просто, как он думал.

Статус уравнений Янга — Миллса в мире физики намного значительнее, чем его положение в мире математики.

Для математического сообщества это было просто сложное дифференциальное уравнение в частных производных, но для физиков это первый шаг к теории Всего, святому Граалю современной теоретической физики!

Поэтому, хотя это маленький шаг, он все равно потряс весь мир.

В конце концов, с начала 21 века, кроме открытия некоторых частиц, которые были предсказаны, и проверки некоторых частей стандартной модели, в сообществе теоретической физики не происходило ничего нового.

Конечно, шокированы были не только физики-теоретики, непрофессионалы, которые слышали об этой новости из различных источников, также поразились.

В каком-то смысле они были даже более взволнованы, чем эксперты.

Особенно после того, как профессор Фефферман дал интервью Science… Интервью подтолкнуло популярность к пику.

Тема стала настолько популярной, что, обедая в столовой, Лу Чжоу слышал, как о нем перешептывались студенты и показывали на него.

И это лишь верхушка айсберга.

После лекции по теории чисел он взял учебник и вышел из аудитории, после чего группа людей окружила его у входа.

Лу Чжоу не знал, откуда взялись эти журналисты. Они достали свои камеры, микрофоны и диктофоны, а потом разместили их прямо перед лицом Лу Чжоу.

— Здравствуйте, профессор Лу, я репортер Penguin news. По слухам, вы бросили вызов уравнениям Янга — Миллса одной из задач тысячелетия, это правда?

— Да, что такое?

— Профессор Тао Теренс из Калифорнийского университета однажды упомянул в своем блоге, что лучший способ решить проблему — это заставить профессора Лу заинтересоваться этой проблемой… Что вы об этом думаете?

— Спросите его.

Журналист позади толпы, смог поднести микрофон к Лу Чжоу.

— Математический ежегодник разместил вашу статью. Значит ли это, что вы решили проблему с уравнениями Янга — Миллса?

Когда Лу Чжоу услышал этот запоздалый вопрос, он ответил:

— Доказательство существования решения только лишь промежуточный результат, это не так…

— Если Институт Клэя выдаст вам премию в миллион долларов, на что потратите деньги?

Э?

Неужели они не умеют слушать?

В Лу Чжоу со всех сторон тыкали микрофоны из-за чего он не мог и шелохнуться.

К счастью, Ван Пэн быстро отреагировал и встал перед ним.

Ван Пэн был не особо накаченным, но он смог прорубить Лу Чжоу выход из толпы.

Десять минут спустя охрана университета услышала о случившемся, и группа охранников в черных куртках пришла, чтобы выгнать этих журналистов из университета.

Лу Чжоу наконец избавился от безжалостных журналистов и сбежал в математический корпус. Он вздохнул с облегчением и сел в свое кресло.

Линь Юйсян, готовившаяся к экзамену на Государственного служащего, заметила его усталое лицо. Она встала и подошла к автомату с водой.

Когда Лу Чжоу открыл свой ноутбук и собирался приступить к работе, она подошла с чашкой кофе в руке и улыбнулась.

— Ты устал? Я приготовила тебе кофе.

— Спасибо, — Лу Чжоу вежливо поблагодарил ее и сделал глоток кофе.

— Не за что. — Линь Юйсян улыбнулась. — На этот раз я использовала растворимый кофе, не знаю, понравилось ли тебе.

— Да, он довольно хороший.

Линь Юйсян сложила руки вместе и посмотрела на него щенячьими глазами, а потом кокетливо произнесла:

— Если тебе это нравится, тогда я буду делать его для тебя каждый день?

По ее прошлому опыту, когда она говорила что-то подобное с щенячьими глазами, даже у женщин в животе появлялись бабочки, не говоря уже о человека, который никогда раньше не пробовал любви.

Впрочем, пока она думала об этом…

Лу Чжоу ответил:

— Не надо это делать каждый день, я здесь не каждый день.

???

Лу Чжоу не знал, сказал ли он что-то не то или обидел ее, но когда Линь Юйсян поспешно вернулась обратно, Лу Чжоу почувствовал, что она полна разочарования?

Впрочем, ему было все равно.

Подув на кофе и сделав глоток, он отставил чашку в сторону и открыл Arxiv. Потом начал проверять последние материалы в областях исследований, за которыми он следил.

Он должен был признать, что физики-теоретики действительно одинокая группа.

Он все еще помнил, что в течение нескольких месяцев после его открытия 750 ГэВ arXiv бушевал над таинственной частицей, которая была вне стандартной модели.

То же самое происходило и сейчас.

На сайте стали появляться различные статьи, включавшие такие слова, как «многообразие Лу» и «уравнения Янга — Миллса».

Больше всего его раздражало то, что, прочитав пару работ, он не увидел ничего примечательного.

Казалось, что эти статьи написали в спешке, исключительно для того, чтобы попасть на волну хайпа.

Внезапно в правом нижнем углу экрана появилось сообщение.

«Хозяин, вам пришло письмо!»

Письмо?

Лу Чжоу немного опешил, после чего нажал на ссылку в сообщении.

Письмо было из Математического института Клэя, и отправителем был Карлсон, председатель научного совета Института Клэя. Они были знакомы, так что, он все еще помнил Карлсона.

В письме профессор Карлсон выразил свою любезность и благодарность за работу Лу Чжоу. Он также сделал запрос. Он надеялся, что Лу Чжоу сможет представить свое доказательство международному научному сообществу в форме доклада.

Если Лу Чжоу не мог организовать его, то Институт Клэя с радостью поможет.

После того, как Лу Чжоу прочитал это письмо, он немного подумал, а потом напечатал ответ.

«Я серьезно обдумаю ваше предложение.»

Хотя у него не было никаких планов делать доклад, поскольку, по его мнению, промежуточный результат не заслуживает этого. Однако после того, как он увидел бесполезные статьи на arXiv относительно многообразия Лу, он почувствовал, что должен встать и объяснить свою теорию миру более подробно.

Если бы он смог привлечь группу талантливых людей в свою область, это принесло бы большую пользу его исследованиям.

По крайней мере, он сможет читать достойные работы.

Лу Чжоу размышлял о том, как ему следует поступить с докладом, когда услышал стук в дверь своего кабинета,а потом увидел, как вошел ректор Сюй.

— Профессор Лу.

Увидев нетерпение на лице ректора, Лу Чжоу слегка впал в ступор.

— Что случилось?

Ректор Сюй улыбнулся и сказал:

— Ничего особенного, просто… Ты только получил такой замечательный результат исследования, согласно обычной практике математического сообщества, разве не нужно сделать доклад или что-то подобное?

— Ну есть такая традиция…

Ректор Сюй сразу же сказал:

— Тогда как насчет большой аудитории в старом корпусе?

Лу Чжоу сразу понял к чему клонит ректор и с улыбкой сказал:

— Это было бы здорово, спасибо.

Ректор Сюй махнул рукой и улыбнулся.

— Не беспокойся, не беспокойся! Точно, когда будет лучше?

Лу Чжоу немного подумал, а потом ответил:

— Давайте организуем все в мае.

Глава 614. Можно просто нормально поговорить?

Лу Чжоу на самом деле не заботило, где делать доклад.

Он будет рад, если все, что не связано с наукой, за него будут делать другие.

Вообще, научный доклад очень хлопотная вещь. Нужно не только позаботиться о размещении гостей, но и о различных непредвиденных обстоятельствах. Однако для Цзиньлинского университета все наоборот.

Из-за международной академической репутации Лу Чжоу и репутации уравнений Янга — Миллса в математическом и физическом сообществах можно предвидеть, что на этом отчетном докладе будет много известных людей.

Возможность провести научную конференцию такого масштаба, очевидно, была полезна для академического статуса университета.

Особенно для университета, который заинтересован в том, чтобы показать себя на международной академической арене, они были более чем счастливы помочь Лу Чжоу провести этот доклад.

Организация доклада стала главным приоритетом для университета. Административные отделы провели несколько дней собраний, и они говорили обо всем, начиная от безопасности встречи и заканчивая размещением чашек с водой и блюд на банкете.

В кабинете ректора.

Ректор Сюй нашел нескольких профессоров, которые занимались административной работой, чтобы продолжить обсуждение некоторых деталей.

Однако вдруг он услышал стук в дверь.

Увидев в дверях кабинета академика Ван Шичэна, ректор Сюй на мгновение впал в ступор.

Ван Шичэн председатель Китайского математического общества и один из руководителей факультета математики в Яньцзинском университете. Хотя ректор Сюй сам не математик, он все еще хорошо знал репутацию академика Вана в научных кругах.

Ректор Сюй сразу понял зачем тот здесь, однако сделал вид, что ничего не понимает.

— О, старина Ван, что привело тебя из Пекина? Ты даже не сказал мне, что приедешь.

Академик Ван Шичэн подошел к дивану и сел.

— У меня была встреча в Цзянсу. После я приехал сюда, чтобы повидаться со старым другом. Что? Разве я не желанный гость?

Ха-ха!

Ты никогда не общался со мной, а теперь я твой друг?

Только тупой поверит в это!

— О чем ты? — Ректор Сюй улыбнулся и посмотрел на своего помощника рядом с ним. — Сяо Ян, налей академику Вану чашку чая.

— Хорошо.

Сяо Ян немедленно встал и подошел к шкафу, после чего достал чайный сервиз.

Когда чай был готов, они начали непринужденно болтать. Профессора, на которых лежали административные обязанности, сидели в стороне и не понимали, что происходит.

Прошло полчаса, и Ван Шичэн наконец не выдержал.

Хотя он несколько раз пытался перевести разговор на Лу Чжоу и уравнения Янга — Миллса, ректор Сюй всегда уклонялся от этой темы.

Он поставил чашку и посмотрел на ректора Сюя.

— Старина Сюй, честно говоря, я пришел сюда не просто так.

— Правда?

Ван Шичэн откашлялся.

— Некоторое время назад профессор Лу опубликовал статью в Математическом ежегоднике, да? Там речь о существовании решения уравнений Янга — Миллса. Многие профессора на моем факультете прочитали ее и посчитали, что она очень хорошая.

Не неси хрень.

Все знают, что она хорошая.

Вы получали Филдсовскую премию или премию Крафорда?

Ректор ворчал про себя, но на его лице по-прежнему сияла улыбка.

Ван Шичэн продолжал неспешно говорить:

— Но я уверен, что вы также знаете правила академической мира. Для подобной работы просто публикации недостаточно. Очевидно, нужно провести несколько отчетных докладов и позволить высказать свои взгляды другим ученым? Только ответив на все вопросы можно считать доказательство верным.

— К чему ты клонишь?

Профессор Ван Шичэн перестал скрывать свои намерения и сказал:

— Просто Яньцзинский университет хочет пригласить профессора Лу сделать доклад у нас.

— Конечно, легко, я спрошу у профессора Лу. — Сюй Цзянь улыбнулся. — Если он согласится, то я позволю. Второй отчет состоится в Яньцзинском университете.

Академика Вана, на лице которого играла улыбка, чуть не вырвало.

— Это же… неправильно.

Сюй Цзянь сдержанно спросил:

— Что не так?

— Подобное важное международное мероприятие должно проводиться в Пекине, а не Цзиньлине.

— Ты смотришь на Цзиньлинь сверху вниз?

Ван Шичэн хлопнул себя по бедру и объяснил:

— Нет, я не это имел в виду. Я имел в виду, что Яньцзинский университет имеет более высокий статус в международном математическом сообществе, и у нас есть опыт организации международных математических докладов. Доверив подобное мероприятие нам, мы сможем показать международному сообществу способности китайского математического мира!

— У нас также есть опыт проведения международных научных конференций. Это наша долг показать миру силу китайских математиков. Не беспокойся об этом.

— Старина Сюй, ты знаешь уровень математики у вас в университете, зачем ты борешься за эту возможность?

К тому же, Сюй Цзянь, ты же эксперт в информатике, почему ты лезешь в мир математики?

Однако Сюй Цзянь внезапно расстроился. Он не стал хлопать ладонью по столу, но заговорил не очень вежливо.

— Есть ли у Яньцзинского университета Филдсовская премия?

Ван Шичэн опешил и покачал головой.

— А как насчет премии Крафорда?

Ван Шичэн растерянно продолжил качать головой.

— А у нас есть то и то.

— …

Черт!

Ты можешь просто нормально поговорить со мной?

Видя, что разговор не может продолжаться, Ван Шичэн покачал головой и встал.

— Старина, ты ведешь себя глупо. Я не собираюсь с тобой разговаривать. Где профессор Лу? Я поговорю с ним.

— Профессора Лу здесь нет.

— Где он?

Сюй Цзянь закатил глаза и сказал:

— Не спрашивай меня, найди его сам.

— …

После того, как Ван Шичэн покинул кабинет, ректор Сюй посмотрел на растерянных профессором в комнате. А затем строго спросил:

— Вы слышали, что сказал этот старый мусор? Он думает, что мы не можем этого сделать! Я еще раз повторяю, этот доклад повлияет на славу нашего университета! Это повлияет на наше будущее! Если что-то пойдет не так, в этом будете виноваты вы!

Глава 615. На мой взгляд, они одинаковы

Академик Ван являлся одним из руководителей Яньцзинского университета в течение многих лет, а также был председателем Китайского математического общества, но у него был довольно вспыльчивый характер.

Выйдя из кабинета ректора, он не стал спрашивать профессоров. Вместо этого он спросил студента и нашел кабинет профессора Лу.

После того как Лу Чжоу, сидевший за своим столом, услышал просьбу академика Вана, он перестал писать.

— Сделать доклад в Яньцзинском университете?

Академик Ван не скрывал своих истинных намерений:

— Математический факультет Яньцзинского университета намного сильнее математического факультета Цзиньлинского университета как с точки зрения научной атмосферы, так и с точки зрения способностей. Подобная конференция мирового уровня — шанс показать всему миру математическое сообщество Китая. Это также важная возможность для китайских математиков соединиться с миром. Я знаю, что доклад ваш, и у вас есть право выбирать, где вы хотите его проводить, но я надеюсь, что вы сможете посмотреть на ситуацию в целом и пересмотреть свое решение.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Могу я задать вам вопрос?

— Спрашивайте.

— Как думаете, важнее окно или предметы внутри дома?

— Конечно, я считаю, что предметы внутри дома важнее.

— Я тоже так думаю. — Лу Чжоу кивнул и на мгновение сделал паузу, а потом сказал. — Может ли китайское математическое сообщество соединиться с миром, не зависит от того, сколько окон или где они находятся. Все зависит от предметов в доме. И глядя на ситуацию в целом, говорю вам, что место проведения доклада не имеет значения. Само мое исследование то, что поможет преодолеть разрыв между Китаем и остальным миром.

Слова Лу Чжоу полностью лишили дара речи Ван Шичена.

Он открыл рот и не мог придумать, что сказать. Через некоторое время он сказал:

— Я не понимаю.

— Чего?

Ван Шичэн заговорил с растерянным видом:

— Я не понимаю, почему вы не приехали в Яньцзинский университет? Думаете, что Цзиньлинский университет станет математическим центром Азии, а не Яньцзинский университет?

Услышав этот вопрос, Лу Чжоу улыбнулся.

— Нет никакой особой причины. Просто это мой родной университет.

Хотя на то были особые причины, ему не нужно их говорить.

Почему Чжэнь Шэньшэнь выбрал университет Кая? Почему Яу Шинтун выбрал Шуйму? Разве Яньцзинский университет не лучше? На самом деле все наоборот. Это потому, что Яньцзиньский университет слишком силен, в нем уже слишком много математиков.

Чтобы что-то изменилось, требовалось столкновение идей.

Лу Чжоу думал о долгосрочном эффекте, поэтому он не пошел в Яньцзинский университет.

Когда он увидел, потрясеное лицо академика Вана, он сделал подумал и сказал:

— Что касается того, кто из них, скорее всего, станет математическим центром… На мой взгляд они одинаковы.

……………….

До доклада по уравнениям Янга — Миллса оставалось еще полтора месяца, но подготовка уже началась.

Подготовка такая же, как подготовка к крупной конференции, а также исправление внешнего вида университета, работа по проверке безопасности и даже ремонт некоторых старых зданий общежитий в старом студенческом городке. Например, когда Лу Чжоу участвовал в конкурсе математического моделирования, он жил в старом общежитие. На этот раз руководство решило, и несколько корпусов общежитий полностью отремонтировали. Они даже установили кондиционеры.

Честно говоря, Лу Чжоу немного смущался, что Цзиньлинский университет так серьезно отнесся к этому докладу.

В конце концов, когда он был в Принстоне, его доклады не были столь грандиозны. Даже его доклад о гипотезе Гольдбаха просто проводился в первом лекционном зале.

Однако он все еще понимал, почему ректор Сюй делает это.

В конце концов, математический факультет Цзиньлинского университета никогда раньше не показывал таких внушительных результатов.

Это не только приблизило сообщество физиков-теоретиков к святому Граалю современной физики, но и также высшее международное академическое достижение Цзиньлинского университета. Независимо от того, делал ли ректор это из-за самих результатов или из-за Лу Чжоу, в любом случае это того стоило.

С другой стороны, кроме университета, готовящегося к докладу, три помощника Лу Чжоу тоже были загружены.

Особенно помощница Линь, которая отвечала за работу с людьми. Обычно у нее было много свободного времени, но теперь у нее появились дела. Она бегала между новым и старым корпусами с кучей документов, но, похоже, ей это нравилось?

Лу Чжоу не понимал, что в этом приятного.

Однако поскольку так много людей, организующих доклад, Лу Чжоу не нужно беспокоиться о нем самому. Он продолжал исследовать общее решение уравнений Янга — Миллса.

Однако все оказалось гораздо сложнее, чем он себе представлял.

Его исследования даже не достигли переломной точки, можно сказать, что он вообще не знал с чего начать…

«F^i (µv)≡δμ·Av^i-δv·Aμ^i+g (f^ijk)·(Aμ^j)·(Av^k)»

«…»

— Трудно представить, как господин Янг и господин Миллс смогли вывести это уравнение.

Лу Чжоу смял листок в руке и выбросил его в мусорку.

Многообразие Лу очень полезно при проверки нелинейных дифференциальных уравнений в частных производных, но оно довольно ограничено при использовали для решения конкретных задач.

Вот почему Лу Чжоу никогда не думал о решении уравнений Навье — Стокса.

Не потому, что это трудно, а потому, что он понимал, что не сможет этого сделать.

Хань Мэнци подошла к его столу и протянула ему только что распечатанную работу.

— Учитель, вот моя работа.

Лу Чжоу перестал писать и мельком взглянул на статью и ее заголовок, а потом с интересом приподнял брови.

«Теоретическая модель границы раздела полупроводник-раствор электролита на основе барьера Шоттки»

Похоже, эта девчонка весьма талантлива в вычислительном материаловедении.

После двух месяцев она может написать что-то свое.

— Положи сюда… Я посмотрю ее позже.

— Ага… — Хань Мэнци кивнула и немного помедлила, а потом тихо спросила. — Эм… учитель, я могу чем-нибудь помочь?

Лу Чжоу слегка опешил и улыбнулся.

Мало кто мог ему помочь.

Однако, он все еще оставался скромным.

— Ты можешь выполнить задание, которое я тебе дал. Это лучшая помощь, которую ты можешь мне оказать.

В каком-то смысле это было правдой.

В конце концов, конечная награда за его бонусное задание, связано не только с его преподаванием, но и с качество работ его студентов.

Однако Хань Мэнци, очевидно, не знала о системе. Она немного подавленно кивнула.

— Ладно…

Если бы только я стала сильнее.

Тогда я могла быть полезнее…

Глава 616. Вдохновение заразительно

Цзиньлинский Институт перспективных исследований.

Лабораторию в институте физике переполнял дым.

Шэн Сяньфу выкуривал одну сигарету за другой, рассматривая чертеж на столе, который много раз менялся, и вздыхал.

— Как думаешь, почему профессор Лу вдруг начал изучать уравнения Янга — Миллса?

Ли Чанся, который читал статьи рядом с ним, покачал головой и ответил:

— Я не знаю.

Шэн Сяньфу обеспокоенно произнес:

— Мы все еще разрабатываем термоядерные батареи или что?

Он оставил свой пост директора в Юго-западном институте физики, чтобы приехать сюда и заниматься миниатюризацией термоядерного реактора с профессором Лу. Однако прошло уже больше двух месяцев, а исследовательский проект так и не продвинулся.

Они не только застопорились, но и Лу Чжоу теперь занимался другим.

— Я не знаю.

Шэн Сяньфу не удержался и спросил:

— Ты можешь сказать что-нибудь еще?

Профессор Ли Чанся почесал затылок и беспомощно произнес:

— Теоретически, если мы сможем установить единую связь между сильным взаимодействием и электромагнитной силой… Это пойдет на пользу нашему пониманию условий ядерного синтеза.

Его голос звучал неуверенно.

В конце концов, он профессор инженерии. Во всяком случае, он еще более сбит с толку, чем Шэн Сяньфу.

Шэн Сяньфу посмотрел на него.

— Что тогда? Как думаешь, сколько времени потребуется, чтобы эту теорию воплотить в реальную технологию? И даже если мы углубим наше понимание ядерного синтеза, сможем ли мы улучшить наш реакто?

Ли Чанся вздохнул и сказал:

— Но у нас нет другого пути.

На этот раз Шэн Сяньфу ничего не сказал.

Его коллега прав.

Больше они ничего не могли сделать.

Они разработали по меньшей мере десяток решений для решения проблемы рассеивания тепла. Однако не было ни одного решения, которое могло бы быть технически осуществимо. Даже в случае наилучшего решения реактор расплавится через 34 секунды работы.

— Возможно, сама идея использования высокотемпературного термоядерного зажигания неверна. — Шэн Сяньфу задумался. — Может быть, как ты сказал, если мы найдем способ уменьшить температуру термоядерной реакции, наша работа станет намного проще.

Профессор Ли Чанся стряхнул пепел с кончика сигареты и улыбнулся, после чего покачал головой:

— Думаю, что сама идея установить термоядерный реактор на космический корабль невозможна.

На какое-то время они замолчали.

Шэн Сяньфу посмотрел на наброски на столе, внезапно вздохнул и потянулся, чтобы вдавить окурок в пепельницу.

— Я пойду к профессору Лу.

Он скомкал набросок и сунул его в карман, после чего встал и уверено вышел из лаборатории.

…………………

Когда Шэн Сяньфу приехал в Цзиньлинский университет, Лу Чжоу читал студентам лекцию.

Точнее, лекцию по квантовой механике.

Шэн Сяньфу тихо вошел в лекционный зал через заднюю дверь. Увидев толпу, он не мог не удивиться.

Когда он работал в Лаборатории строительных материалов в Фуяне, он также вел лекции в близлежащем Университете науки и технологий Китая. Однако, хотя его занятия были посвящены физике управляемого термоядерного синтеза и плазмы, на его занятиях никогда не набиралось больше половины аудитории.

Конечно, это потому, что управляемый термоядерный синтез тогда был непопулярен и не так много людей выбирали его…

Шэн Сяньфу не стал прерывать лекцию Лу Чжоу. Вместо этого он нашел место в заднем ряду и сел, а зачем начал слушать лекцию и терпеливо ждать.

Судя по всему, лекция уже подходила к концу.

Во время сессии вопросов и ответов один студент поднял руку и спросил:

— Профессор, не могли бы вы рассказать нам о том, как понять уравнения Янга — Миллса с математической точки зрения?

Этот вопрос сразу же получил одобрение многих студентов.

Очевидно, что всех студентов-физиков интересовала эта тема.

— С вашим нынешним уровнем знания физики будет слишком трудно понять это. — Лу Чжоу улыбнулся студенту, который задал этот вопрос. — Если интересно, вы можете пойти в старый корпус двадцатого мая и послушать мой доклад. Я подробно объясню это во время доклада.

Кто-то в аудитории пожаловался:

— Но требования для входа слишком высоки.

Это действительно проблема.

Для подобного международного академического доклада барьер входа не только для ведущего, но и для слушателей.

Услышав эту жалобу, Лу Чжоу немного подумал, а потом сказал:

— Тогда я прямо сейчас объясню это вкратце.

Лу Чжоу откашлялся и собрался.

— Если вы хотите понять уравнения Янга — Миллса с математической точки зрения, мы сначала должны знать, что это такое.

— Если кратко, неабелева группа симметрии, заданная уравнениями Янга — Миллса, является специальной калибровочной теории. Эта теория аналогична теории Максвелла. Она заменяет абелеву группу u (1) более общей компактной калибровочной группой G

Когда дело касалось математики, просто говорить бесполезно.

Лу Чжоу взял кусок мела и начал писать на доске.

«Если 0=dA∗F, то можно вывести из оператора Лагранжа для поля Янга — Миллса: L=1/4g2·∫Tr (F'∗F)…»

«…»

Доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса далеко за пределами уровня студентов бакалавриата.

Даже если бы профессора Принстона хотели понять теорию, в первую очередь им пришлось бы начать с изучения многообразия Лу.

То, что он писал на доске, было просто объяснением самих уравнений Янга — Миллса.

Самое большее, что он добавил, это включил некоторые из своих идей, объясняя это.

На доске появлялось все больше и больше вычислений.

Лу Чжоу становился все сосредоточеннее и не мог остановиться, он давал все меньше и меньше объяснений.

Сидящие в аудитории студенты ошарашенно смотрели на доску.

Вначале они вроде как могли что-то понимать, но теперь они полностью побеждены этой сложной теорией.

Позже даже профессора с факультета физики не смогли за ним угнаться.

Что он пишет?

Чем больше они читали, тем больше им казалось… что это отличается от их специализации?

Он действительно говорит об уравнениях Янга — Миллса?

Многие старые профессора так же ошеломленно смотрели на доску и начали сомневаться в себе.

Академик Лу сидел в первом ряду и хмурился.

Внезапно он заметил ключевую строку на доске, и его зрачки расширились.

— Ненулевая асимптотическая константа вакуумного состояния сводит нормативную группу в u (1) подгруппы!

Лу Чжоу пытался с помощью математики объяснить сильное взаимодействие в теории Янга — Миллса!

Глаза академика Лу переполняло волнение.

Он смотрел на доску, полный надежд. Однако, когда Лу Чжоу написал последнюю строчку, тот, казалось, не оправдал его ожиданий.

Лу Чжоу внезапно перестал писать и сделал шаг назад. Он посмотрел на расчеты на доске и надолго замолчал.

Казалось, он застрял.

Он почесал затылок и отбросил мел, после чего повернулся и посмотрел на сбитых с толку студентов:

— Кажется, я зашел слишком далеко.

Профессора физики были так полны надежд, что чуть не выплюнули кровь.

Твою же!

По крайней мере закончи расчеты!

Однако профессор Шэн Сяньфу, сидевший в заднем ряду, отличался от других профессоров. Его глаза пылали.

Хотя он не понимал содержания самой лекции, он получил неожиданное вдохновение.

— До тех пор, пока расстояние между ядрами достаточно мало… — Пробормотал он себе под нос, когда вдохновение нахлынуло на него.

Хотя это звучало немного безумно, но он придумал возможную модель реактора.

Если это теоретически возможно…

Может быть, они и правда смогут высвободить термоядерную энергию в новой форме при температуре в сотни миллионов градусов…

Глава 617. Подумали об одном и том же

Термин холодный ядерный синтез очень смущающее предложение в академических кругах, потому что он часто не имел какого-либо интересного основания.

Впервые это понятие ввели в 1920 годы. Два австрийских химика Фридрих Панет и Курт Питерс предложили в 1926 году идею ядерного синтеза при комнатной температуре. Они обнаружили, что гелий проникает в асбест, пропуская водород через нагретый палладиевый асбест. Затем они подтвердили, что реакция произошла, и опубликовали результаты исследования в журнале Nature.

Как только статья вышла, она сразу же вызвал огромную сенсацию. Однако ее быстро раскритиковал Эрнест Резерфорд, президент Лондонского королевского общества на тот момент. На самом деле в последующих экспериментах эти двое не смогли повторить успех. В конце концов, весь инцидент посчитали ошибкой, и Nature отозвала статью.

Конец 1980 годов, вероятно, стал самым популярным периодом исследований холодного ядерного синтеза. Во время пресс-конференции в университете Юты в Солт-Лейк-Сити, штате Юта, Мартин Флейшман совместно со Стенли Понсом опубликовали свое последнее исследование, посвященное непрерывному ядерному синтезу на палладиевом электроде с помощью специального устройства для тяжелой воды при комнатной температуре.

Это открытие разрушило традиционное представление о том, что ядерный синтез может осуществляться только при температуре в сотни миллионов градусов. Это также стало новым светом для исследователей управляемого термоядерного синтеза, которые в последнее время не добились значительного прогресса. Сенсация, вызванная этим событием, быстро охватила всю Северную Америку и затем весь мир, включая Ливерморскую национальную лабораторию, Принстонскую лабораторию физики плазмы, Брукхейвенскую национальную лабораторию и еще множество исследовательских институтов. Даже частные лаборатории IBM были вовлечены в гонку за этим новым видом энергии. СМИ назвали результаты исследования солнцем внутри пробирки.

Однако хорошие времена длились недолго. От подписания соглашения о совместных исследованиях и разработках между ядерным гигантом США и экспериментальной группой университета Юты, от приоритета итальянского министерства науки и технологий работать над холодным ядерном синтезом. От особого совещания государственного секретаря по научным исследованиям Бельгии с экспертной группой. От создания исследовательской группы при МГУ в Советском союзе для исследования холодного ядерного синтеза… Прошло менее года, как весь ажиотаж угас.

Эта мировая неудача полностью уменьшила энтузиазм научного сообщества в отношении холодного ядерного синтеза. Несколько исследовательских групп все еще упорно занимались исследованиями в этой области. Однако даже исследования в области термоядерного синтеза были полумертвыми, не говоря уже о непопулярном холодном ядерном синтезе.

На данный момент позиция всего научного сообщества заключалась в том, чтобы оставить эту область в стороне, но не полностью отрицать ее. Однако ни у кого не было надежд когда-либо достичь холодного ядерного синтеза.

Что касается того, существует ли возможный технический путь…

На самом деле он действительно был.

Например, звуковой синтез.

Однако даже это не звучало надежным.

Шэн Сяньфу покинул аудиторию, не встречаясь с Лу Чжоу. Вместо этого он отправился в Институт акустики Цзиньлинского университета.

В конце 1980 годов все страны мира проводили исследования холодного ядерного синтеза. Китай, внимательно следивший за тенденциями международного научного сообщества, не стал исключением. Например, исследовательская группа во главе с профессором Чэнь Вэйчжуном из Института акустики Цзиньлинского университета попыталась исследовать звуковой синтез, но, к сожалению, потерпела неудачу.

Текущий вывод состоял в том, что синтез невозможен, но он может излучать свет.

Однако точно не известно, почему он излучал свет.

Чтобы закончить план в уме, Шэн Сяньфу нужно обратиться к прошлым исследованиям…

— Данные эксперимента по холодному ядерному синтезу тридцатилетней давности? — Переспросил профессор Чэнь Вэйчжун, выслушав Шэн Сяньфу. Он усмехнулся и покачал головой, а потом добавил. — Зря тратите время.

Шэн Сяньфу попытался убедить старика.

— Не попробовав не узнаешь.

— Попробовать? Я потратил на это десять лет своей жизни. Я доказал, что этот путь не сработает, я проделал всю эту работу не для того, чтобы вы могли попробовать еще раз позже. — Чэнь Вэйчжун улыбнулся и сказал саркастически заметил. — Я потратил впустую половину бюджета института, и получил лишь кучу бесполезных бумаг. Вы просите меня позволить вам тратить больше времени и государственных ресурсов на этот эксперимент? Моя мораль этого не допустит.

Судя по всему, этот пожилой профессор полностью отказался от звукового синтеза

Но это оправданно, учитывая, как он провел десять лет, пытаясь идти по неосуществимому пути. Это не только подорвало его собственную карьеру и ожидания института, но также студентов и исследователей, которые помогали ему.

Однако…

— Я не думаю, что эти данные бесполезны, — профессор Шэн Сяньфу посмотрел в глаза старому профессору и со всей серьезностью сказал. — Просто их еще не применили.

Старый профессор некоторое время просто молча смотрел на профессора Шэн Сяньфу, потом медленно встал и вышел из кабинета.

Через пять минут старик вернулся в кабинет со старой записной книжкой.

— У института не было большого бюджета, когда я начал этот проект. Я надеялся, что добьюсь каких-то успехов… но в итоге потерпел неудачу. — Профессор Чэнь Вэйчжун спокойно передал записную книжку с данными Шэн Сяньфу. — Если это может вам хоть немного помочь, используйте.

Если это действительно пригодится…

Ему станет легче на душе.

Шэн Сяньфу взял записную книдку и кивнул:

— Я буду использовать их как нужно.

………….

Получив данные, Шэн Сяньфу вернулся в Институт перспективных исследований и начал набрасывать план.

Когда он работал в Юго-западном институте, он изучал физику плазмы и был скорее инженером, чем теоретиком. Теперь, когда ему вдруг пришлось заняться исследованиями в теоретической области, он явно испытывал трудности.

Он уже давное многое забыл. Поэтому, помимо чтения статей, ему даже пришлось почитать учебники, чтобы завершить свои теоретические выводы.

К счастью, эти трудности преодолимы.

Одновременно учась и разрабатывая, он наконец закончил за десять дней документ «Техническая возможность достижения ядерной реакции при относительно низкой температуре». Он взял бумаги и пошел в кабинет Лу Чжоу.

Когда он пришел в кабинет Лу Чжоу, тот о чем-то думал, уставившись на лист бумаги на своем столе.

Шэн Сяньфу осторожно постучал в дверь.

— Я здесь.

Лу Чжоу не переставал писать и спросил:

— Что такое?

— У меня есть идея по поводу миниатюризации реактора… Шэн Сяньфу посмотрел на работу в своей руке и уже собирался передать ее Лу Чжоу, но немного заколебался.

— Не хочешь показывать?

Шэн Сяньфу неловко улыбнулся и решился, положив документ на стол:

— Только не смейся.

— Само собой, не буду.

Лу Чжоу взял со стола бумаги и начал внимательно их читать.

Время шло.

Шэн Сяньфу, стоявший перед столом, терпеливо ждал и глубоко вздыхал.

Когда Лу Чжоу наконец закончил читать, он улыбнулся и сказал:

— У тебя богатое воображение.

На лице Шэн Сяньфу появилась горькая улыбка.

Разве ты не говорил, что не будешь смеяться надо мной?

Он кашлянул и начал объяснять:

— Это правда, так что не воспринимай это всерьез, это лишь мои безумные идеи.

— Не считай это ошибкой. Научные дискуссии не должны изначально быть правильными или неправильным. Мы все можем ошибаться, а можем и не ошибаться. — Лу Чжоу осторожно положил работу на стол и добавил. — Не говоря уже о том, что на этот раз мы подумали об одном и том же.

Глава 618. Я единственный, кто может это сделать

Эти слова ошеломили Шэн Сяньфу.

Он заранее готовился, что его высмеют.

Однако он не ожидал, что его безумные взгляды признает Лу Чжоу.

— Холодный ядерный синтез — это не смешная концепция. На самом деле, многое невозможно сделать, не потому что это неправильно, а потому что мы недостаточно знаем о вселенной.

Лу Чжоу встал из-за стола и подошел к картине Солнечной системы в рамке, висевшей на стене кабинета. Он посмотрел на пламя, горящее миллиарды лет.

— Точно так же, как мы не до конца понимаем источник силы звезд…

Технически, термоядерная реакция внутри звезды также форма холодного ядерного синтеза, но это не тот холод, который могли понять люди.

Чтобы достичь ядерного синтеза, два протона должны обладать достаточной энергией для преодоления кулоновского барьера, чтобы расстояние между ядрами было меньше 10^-14 метров. Чтобы достичь этого расстояния, тепловая энергия одного ядра должна достичь по крайней мере величины мегаэлектронвольт.

Однако средняя тепловая энергия ядра внутри звезды достигала только величины килоэлектронвольт.

Сравнивая величины можно сказать, что тепловая энергия слишком мала, чтобы преодолеть кулоновский барьер. Даже учитывая влияние гравитации, реакция внутри звезды не научна.

Очень трудно объяснить это явление с точки зрения классической механики.

Поэтому пришлось ввести понятия квантовой механики.

Например, квантовый туннельный эффект.

Хотя эта концепция может показаться непонятной, пока человек понимает принцип корпускулярно-волнового дуализма и принцип неопределенности, понять этот вывод будет не так трудно.

В квантовой механике все объекты находятся в неопределенных состояниях, и существует диапазон, определяющий их состояния.

В качестве примера возьмем маленький шар, что обычно рассматривают в классической механике. Поместите его перед высокой горой. Согласно представлениям классической механики, когда скорость шара будет достаточно велика, он может перекатиться через гору. Если он не будет достаточно быстрым, он мог бы докатиться до середины горы и исчерпать кинетическую энергию, вследствие чего вернуться назад.

Однако в квантовой механике, даже если скорость шара небольшая, когда он катится к горе, у него все еще есть определенная вероятность подняться вверх и перекатиться через гору.

Если мы превратим гору в барьер и заменим шар атомом, мы могли бы объяснить, почему реакция синтеза может происходить в звездах.

Хотя энергия ядра в звезде намного меньше кулоновского барьера, из-за существования туннельного эффекта протон все еще мог проходить через кулоновский барьер. Именно из-за этого звезды могут непрерывно гореть в течение миллиардов лет, а не взрываться в одно мгновение, истощая таким образом все свое топливо.

— На самом деле холодный ядерный синтез теоретически возможен, или выражаясь более научно, когда макроскопические условия для синтеза не выполняются, в теории все еще возможна реакция синтеза. Однако у нас нет подходящего метода для продвижения нашей теории, чтобы полностью раскрыть тайну.

— Мы хотим решить проблему миниатюризации термоядерного реактора, и мы должны начать с основ. Мы должны понять, что такое сильное взаимодействие, и использовать какую-то модель, чтобы объединить ее с электромагнитным взаимодействием. — Лу Чжоу вернул Шэн Сяньфу его работу и сделал небольшую паузу, после чего произнес. — Если мы сможем объединить сильное взаимодействие и электромагнитное взаимодействие, нам станет гораздо проще. Фактически я не отказался от миниатюризации реактора. Просто я единственный, кто может сделать теоретическую часть.

……………………….

Лу Чжоу добился некоторого прогресса в отношении общего решения уравнений Янга — Миллса. Однако основные трудности все еще оставались неразрешимыми. Он не слишком волновался. После того как он сделает доклад, у него будет достаточно времени, чтобы подумать над этой проблемой.

Время быстро пролетело. Вскоре наступил май.

Лу Чжоу закончил свои занятия по вычислительному материаловедению и теории чисел. И теперь лишь ждал, когда будут опубликованы работы его учеников, чтобы он мог, наконец, получить свою награду от системы.

Он обнаружил, что это бонусное задание предоставляло больше свободы, чем предыдущие задания. У него даже не срока для его завершения. Теоретически, если бы он захотел, он мог бы сделать так, что статьи его студентов имели заоблачные импакт-факторы, и после этого он мог бы получить награду.

Однако оттягивать это задание дальше было неинтересно.

За каждый импакт-фактор он получал 1000 очков опыта и 10 баллов. Даже если импакт-фактор будет около ста, то это всего сто тысяч.

Однако это явно невозможно.

Лу Чжоу решил, что завершит задание до июня, независимо от того, сколько статей у его студентов. Если не успеет, то ничего страшного. Он отдыхал уже шесть месяцев, пора начинать новое задание.

За три дня до доклада в Цзиньлин прибыл профессор Клаус фон Клитцинг из Германии. Он столкнулся с Лу Чжоу, который только что закончил свою последнюю лекцию по вычислительному материаловедению.

— Давно не виделись. — Профессор Клитцинг тепло обнял Лу Чжоу и улыбнулся. — Я не думал, что меньше чем через два года ваше имя снова вызовет головную боль у Нобелевского комитета.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Возможно.

— Это невозможно. Неважно, что они думаю о ученом, который только получил Нобелевскую премию, я все равно выдвину вашу кандидатуру. Кстати, перед тем как я приехал в Китай, профессор Кербер велел мне кое-что передать.

— Что?

— Он сказал, что вы ужасный противник. — Профессор Клитцинг пожал плечами. — Он сказал, что больше всего сожалеет, что показал вам его лабораторию. Благодаря этому его высмеяли в департаменте экономики и технологий. Технологический отдел видел, что вы махнули рукой и решили проблему управляемого термоядерного синтеза, поэтому они посчитали, что управляемый термоядерный синтез на самом деле очень простой… Судя по всему, на последнем собрании инженеры Вендельштейн 7-X чуть не начали драку с чиновниками из министерства технологий.

Лу Чжоу неловко кашлянул.

— Эм… мне очень жаль. Если он считает это несправедливым, я могу позволить ему посетить свой Институт перспективных исследований.

— Ха-ха, я просто шучу. — Клитцинг похлопал его по плечу. —На самом деле он очень благодарен. В конце концов, без вашей модели турбулентности плазмы исследования на стеллараторе все равно бы застопорились. Не говоря уже о том, что если бы его лаборатория первой преуспела, то думаю он сделал бы тот же выбор.

Лу Чжоу беспомощно сказал:

— Надеюсь, что мои исследования не принесут ему больше неприятностей.

— Как такое возможно. Кроме того, у нас может быть возможность сотрудничать в будущем. — Клитцинг улыбнулся. — Несколько основных членов ИТЭР уже достигли соглашения с Китаем об обмене многими технологиями. Соглашение будет реализовано примерно через пять лет.

Лу Чжоу кивнул.

Пять лет — хорошая фора.

Другие страны не были уверены, смогут ли они решить эту проблему самостоятельно, поэтому они не хотели отдавать свои козыри слишком рано. С китайской стороны, они также не хотели, чтобы другие преждевременно догнали их и лишили доминирования в этой области.

Конечно, это все понимали, что невозможно сохранить технологию в секрете.

Особенно для гражданских технологий, таких как управляемый термоядерный синтез, которому суждено было быть использоваться в больших масштабах. Единственное, что могло сделать правительство, запереть технологию в подвале и никогда ее не внедрять. Как только технология получит широкое распространение, секреты неизбежно просочатся наружу.

Через лет пять термоядерные реакторы будут обеспечивать электроэнергией большую часть страны. Решение об обмене политическими, техническими и другими интересами с другими странами на эту технологию в течение пяти лет оптимальная стратегия.

Однако за пять лет может многое произойти…

Глава 619. Со всего мира

В середине мая атмосфера Цзиньлина стала несколько необычной.

По мере того как приближался доклад, ученые со всего мира слетались в Цзиньлин. Этот город, который никогда не выделялся в международном научном сообществе, стал очень активным в научном сообществе.

После того, как Цзиньлинский университет объявил о докладе, будь то отели или правительство города, все отнеслись к этому вопросу серьезно. Начиная с уборки улиц и заканчивая координацией дорожного движения, городское руководство дало зеленый свет многому, что находились вне контроля университета.

В конце концов, подобная научная конференция мирового уровня привлекла более тысячи ученых и оказалась в центре внимания физико-математического сообщества. Подобные события случались лишь раз в несколько лет. Возможность провести подобный доклад стала честью для университета, а также возможностью для города представить себя международному сообществу.

Дело не только в репутации города, но и в политике. Естественно, никто не будет относится к этому событию небрежно.

У входа в отель InterContinental.

Старик в черном пальто и с чемоданом в руках поднялся по лестнице и остановился у входа, а потом взглянул на часы. Также в это время мужчина в сером костюме вышел из лифта отеля и поздоровался с ним.

Когда Фальтингс увидел человека, выходящего из лифта отеля, и удивился.

— Не ожидал, что ты приедешь раньше меня.

Клитцинг с улыбкой ответил:

— Ты слишком медленный, я здесь уже два дня.

— Ты его видел?

— Да, вчера я ездил в Цзиньлинский университет, чтобы встретиться с ним. Похоже у него все хорошо. Он показал мне Институт перспективных исследований и другие интересные места поблизости. -— Клитцинг сделал паузу и пошутил. — Хорошо, что я приехал пораньше.

Фальтингс не изменяясь в лице ответил:

— Ты же знаешь, что меня не волнует подобное.

Клитцинг пожал плечами:

— Я знаю, что тебя волнует. Меня также это беспокоит, но доклад только завтра. Давай подождем до завтра, прежде чем думать об этих неприятных вещах.

Фальтингс посчитал, что слова Клитцинга разумны, поэтому больше ничего не говорил. Он взял свой чемодан и вместе с Клитцингом направился к лифту.

За три дня до начала все номера в отеле заняли ученые со всего мира, занимающиеся физикой и математикой.

По дороге в гостиничный номер все постоянно здоровались с Фальтингсом, который кивал в ответ и удивлялся, особенно когда увидел профессора Питера Сарнака из Принстона и Эндрю Уайлса из Оксфордского университета.

— Не ожидал увидеть здесь столько старых друзей.

— В конце концов, этот вопрос уже давно беспокоит математиков и физиков. — Клитцинг улыбнулся. — Мы все хотим знать ответ.

— Я не это имел в виду.

Клитцинг с интересом спросил:

— А что тогда?

— Математика молодеет. — Фальтингс помолчал немного, а потом пробормотал себе под нос. — Это хорошо.

………………

День доклада.

Толпа собралась в большом зале старого корпуса Цзиньлинского университета.

Профессор Делинь в черной шляпе и пальто прошел в третий ряд зала и сел рядом с Эдвардом Виттеном.

— Разве у тебя не доклад в ЦЕРНе? Откуда появилось время приехать сюда, на другую сторону Тихого океана?

— Я услышал, что тут интересный доклад, вот и пришел. — Виттен с улыбкой ответил старому другу. — К тому же мой коллега профессор Вильчек внезапно прекратил свою работу и настоял на том, чтобы приехать сюда. Мне не хотелось одному оставаться в Швейцарии, поэтому я решил тоже приехать. А как насчет тебя?

— В конце концов он мой ученик… — Делинь заметил удивленный взгляд Виттена и спросил. — Что?

Профессор Виттен кашлянул:

— Ничего, я чуть не забыл, что профессор Лу изучает алгебраическую геометрию.

— …

Оживление стояло не только среди ученых, а также среди работников, отвечающих за поддержание порядка по обе стороны зала и технических сотрудников, которые работали с 6 утра.

За каждым большим событием стояло множество людей, работающих за кулисами.

Чтобы проделать хорошую работу по организации этой конференции и не быть осмеянным Яньцзинским университетом, ректор Сюй лично прибыл на место и руководил персоналом. Декан Цинь тоже много работал. На самом деле он нервничал еще больше.

Хотя доклад проводил не он, он весь вспотел.

Впервые факультет математики Цзиньлинского университета стоял на международной арене, впервые они предстали перед миром.

Можно сказать, что этот доклад повлияет не только на будущее математического факультета, но и на будущее Цзиньлинского университета…

До доклада оставалось всего полчаса.

Тишина в гримерке Лу Чжоу сильно контрастировала с шумом зала. Лу Чжоу спокойно сидел за столом и что-то рассчитывал, делая пометки на черновике.

Тут послышались шаги за дверью.

Линь Юйсян в красном платье осторожно постучала и вошла.

— Профессор, скоро начало.

Лу Чжоу покрутил ручку и посмотрел на люстру на потолке, а потом встал.

— Понял.

Линь Юйсян увидела, что Лу Чжоу идет к шкафу, и спросила:

— Помочь завязать галстук?

— Нет.

Линь Юйсян вздохнула.

Хотя она знала, что он откажется, это прозвучало совсем не вежливо.

Лу Чжоу достал из шкафа костюм и надел его. Он подошел к зеркалу и посмотрел на себя.

Убедившись, что он такой же красивый, он затянул галстук и вышел.

Хань Мэнци стояла у входа в гримерку. Когда она увидела, как Лу Чжоу выходит, она радостно воскликнула:

— Учитель… Ты сможешь!

— Да, — кивнул Лу Чжоу. — Само собой.

Глава 620. Мел, который перестал писать

Загорелись огни.

Лу Чжоу в строгом костюме уверенно вышел на сцену.

Когда он подошел к микрофону, в зале воцарилась тишина.

Лу Чжоу спокойно оглядел аудиторию.

Это не первый его отчетный доклад.

И он не впервые бросается вызов проблеме мирового уровня.

Лу Чжоу протянул руку и поправил микрофон, а затем отчетливо заговорил:

— Большое спасибо за то, что нашли время в своем плотном графике, чтобы приехать сюда. Не буду больше тратить ваше время, давайте перейдем непосредственно к теме.

После вступительных слов Лу Чжоу сделал небольшую паузу и продолжил:

— Уверен, что вы все читали мою статью перед приездом сюда. Я кратко повторю процесс доказательства и подробно объясню свои идеи. Думаю, я развею все ваше недопонимание. Если есть какие-либо вопросы, не стесняйтесь задавать их во время сеанса вопросов и ответов.

На экране презентация переключилась на следующий слайд, показав формулы.

«F^i (µv)≡δμ·Av^i-δv·Aμ^i+g (f^ijk)·(Aμ^j)·(Av^k).»

«…»

— Когда мы задаем производную Шварца μ0 для векторных полей и задаем интервал времени I⊂[0, + ∞), мы можем определить обобщенное решение N9 уравнений Янга — Миллса как интегральное уравнение μ, то есть μ→ H10df (R3)…

— Обычным способ трудно решить это уравнение, а также трудно доказать существование его решения. Мы должны ввести трехмерное многообразие и преодолеть разрыв между безразмерными уравнениями и геометрическими принципами, введя идеи топологии…

Лу Чжоу взял со стола кусок довольно длинного мела, подошел к доске и начал писать.

В зале.

В первом ряду.

Академик Лу смотрел с волнением, как Лу Чжоу пишет.

— Невообразимо.

Рядом с ним сидел профессор Тан. Он улыбнулся и спросил:

— Что?

Академик Лу не ответил на его вопрос, а вместо этого погрузился в воспоминания.

— Пять лет назад, на конференции ЦЕРНА, у меня с ним возникли разногласия относительно энергетического пика 750 ГэВ. Я считал, что это двухфотонный сигнал, генерируемый глюонами во время полимеризации. Он настаивал на том, что это может быть что-то за пределами стандартной модели.

— А что в итоге? — Улыбнулся профессор Тан и спросил. — Он оказался прав или ты?

— Никакого единого заключения не было. — Академик Лу покачал головой. — ЦЕРН занимался исследованиями его открытия целый год, и сообщество теоретической физики также подготавливало почву для этой новой частицы в течение целого года, но… Словно Вселенная обманывает нас, некоторые говорили, что это квантовые флуктуации, другие говорили, что это двухфотонный сигнал… Но не в этом суть.

Академик Лу улыбнулся.

— Способность отстаивать свое мнение, когда оно оспаривается высшим авторитетом, редкая черта, особенно для студентов, прошедших через нашу систему образования. Это качество чрезвычайно похвально. С тех пор я знал, что этого парня ждет непростое будущее, но не ожидал, что недооценил его. Не могу поверить, что он дошел до этого уровня всего за пять коротких лет.

Эта последняя фраза, наконец, ответила на вопрос Тан Чживэя.

Раньше он думал, что с таким талантом и упорным трудом Лу Чжоу обязательно заработает себе собственное место в мире математики или в мире физики. Однако он не ожидал, что за эти пять коротких лет он не только станет сам сильнее, но и сделает сильнее Цзиньлинский университет и даже научное сообщество Китая.

Профессор Тан улыбнулся.

— Да… Он самый быстрорастущий ученик, которого я когда-либо видел.

Доклад продолжался.

После того, как часть о многообразии Лу закончилась, Лу Чжоу ускорился.

Статья занимала сорок страниц, а основной процесс доказательства не менее половину работы.

Если он не хотел откладывать сеанс вопросов и ответов на вторую половину дня, то должен закончить в течение двух часов.

По мере того как Лу Чжоу ускорялся, ученые в зале все пристальнее вглядывались в каждую строку вычисление. Они хотели не упустить ни одной детали, ни одной буквы.

На их уровне не нужно переживать, что можешь не понять доклад, у них просто может не быть времени, чтобы одновременно слушать и обмениваться мнением с коллегами рядом.

Страницы презентации пролистывались одна за другой.

На доске появлялось все больше и больше уравнений.

Лу Чжоу совершенно забыл о том, где он находится, и совершенно забыл о зрителях позади него. Он полностью сосредоточился, а все его внимание было приковано к мелу и на пустых местах доски.

Пока он писал, Лу Чжоу также собрался с мыслями по поводу доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса.

Пока он приводил в порядок свои мысли, в его голове также зарождались новые вдохновение и идеи.

Шла 36 страница статьи.

Доклад подходил к концу.

Профессор Клитцинг наконец-то мог вздохнуть с облегчением, так как он уже понял суть процесса доказательства. Он посмотрел на профессора Фальтингса, который сидел рядом с ним, и сказал:

— Превосходное доказательство… А ты что думаешь?

Фальтингс внимательно смотрел на строки уравнений на доске, и казалось, он что-то анализировал. Он долго молчал.

До приезда в Китай он изучал многообразие Лу и доказательство существования решения уравнений Янга — Миллса. Он также поговорил с несколькими докторами наук в этой области из Института математики Общества Макса Планка. Однако у него все еще оставались некоторые сомнения относительно некоторых деталей.

Однако на большинство его вопросов уже даны ответы.

Прошло пять или шесть минут. Он посмотрел на экран с презентацией, а потом опять на доску, после чего сухо сказал:

— Он ответил на часть моих вопросов… но не на все.

Профессор Клитцинг усмехнулся.

Поскольку Фальтингс так говорит, то думаю с доказательством нет проблем.

Однако, когда он уже собирался встать и аплодировать, когда Лу Чжоу закончит последние строки, мел в руках Лу Чжоу внезапно остановился.

Глава 621. Я решил

Мел на доске перестал двигаться.

Лу Чжоу также замолчал.

Все в аудитории были ошеломлены.

Руки Лу Чжоу не переставали писать в течение последнего часа, и теперь, когда он внезапно остановился, всем стало немного не по себе.

Но все понимали, что в непривычной обстановке человеку приходится сложнее, чем обычно. Некоторые даже видели, как старые профессора могли задремать во время доклада. Также это важная математическая задача. Здесь не только проверялся математические и ораторские способности докладчика, но и проходила проверку психологическая устойчивость.

Все молча ждали.

Однако…

Прошла минута.

Прошло 5 минут.

Лу Чжоу все еще стоял на сцене. Он уставился на доску, словно о чем-то размышлял.

Видя, как он долго не реагирует, в аудитории началось волнение.

Почему он все еще не двигается?

Неужели он сбился с мысли?

Или все-таки он… нашел ошибку?

Многие выглядели так, словно они злорадствовали, в то время как другие выглядели обеспокоено. В конце концов, можно ошибиться во время доклада о крупной математической проблеме, поскольку не каждый может быть прав каждый раз.

Однако никто не думал, что проблема возникнет на этапе доклада, а не на вопросах.

Словно Лу Чжоу споткнулся в собственных рассуждениях.

Журналисты, стоявшие за зрительным залом, заметили волнение в зале. Они чувствовали, что должно произойти что-то важное. Они тайно направили камеры на Лу Чжоу, чтобы получить крупный план выражения его лица.

Непрофессионалы всегда любили наблюдать за неудачами.

Ректор Сюй и декан Цинь, а также несколько других преподавателей, которые отвечали за организацию, забеспокоились. Персонал возле сцены был еще более беспомощен, они не знали подойти к Лу Чжоу и напомнить ему о времени или просто наблюдать.

Декан Цинь сжал кулаки и пробормотал:

— Что он делает? Разве он уже не в конце?

Он читал работу Лу Чжоу и понял ее. Еще несколько шагов, и он сможет доказать существование решения уравнений Янга — Миллса. Он не знал, забыл ли Лу Чжоу или что еще, потому что Лу Чжоу просто стоял там и… заснул?

Хань Мэнци, стоявшая в углу зала, наблюдала за Лу Чжоу на сцене. Она сжала правую руку и молча молилась про себя за Лу Чжоу.

Линь Юйсян, стоявшая рядом с ней, ухмыльнулась, словно что-то поняла.

В тоже время в зале.

Академик Ван Шичэн сидел с краю и хмурился, глядя на доску.

Процесс доказательства правильный.

Остальное очень легко. Чтобы закончить доказательство, потребуется всего одно предложение и остальное показать в презентации, а затем перейти к вопросам и ответам.

У всемирно известного ученого другие не будут просить подробно объяснять каждый шаг. Ему нужно только объяснить некоторые из наиболее спорных шагов.

Пока академик Ван размышлял о процессе доказательства, мужчина в очках, сидевший рядом с ним, спросил:

— Он застрял? Боюсь, ему будет неловко спускаться со сцены.

Ван Шичэн недовольно посмотрел на него и прошептал:

— Заткнись.

После выговора мужчина тут же замолчал.

В конце концов, Ван Шичэн председатель Китайского математического общества. Хотя он не известен в международном академическом сообществе, он все еще довольно известен внутри страны.

В другом конце зала.

Профессор Виттен посмотрел на Лу Чжоу на сцене и посмотрел на профессора Делиня.

— В чем проблема?

Делинь нахмурился и ничего не сказал.

Фефферман также хмурился и ничего не говорил.

Что же касается Уайлса, то он нисколько не волновался. Он бессердечно улыбнулся и радостно ответил на вопрос Виттена:

— Может он запутался в мыслях… Когда я исследовал последнюю теорему Ферма, у меня было такое же состояние. Я знаю, что он сейчас переживает, нам просто нужно немного подождать.

Когда он исследовал последнюю теорему Ферма, он впервые потерпел неудачу, когда использовал теорию Ивасавы. Потом он перешел на метод Колывагина — Флаха и обнаружил, что этот метод имеет серьезную проблему при применении к специальной системе Эйлера. Это заставило его отказаться от попыток успешно доказать последнюю теорему Ферма.

Так продолжалось до последнего дня августа, когда ему вдруг пришла в голову идея использовать теорию Ивасавы и объединить ее с методом Колывагина — Флаха. Конечный результат, мягко говоря, получился весьма удовлетворительным. Уайлс заделал дыры в своей безнадежной работе и превратил ее в доказательство последней теоремы Ферма.

Уайлс пробормотал о том, как его вдохновил конструктор дочери, как он вышел из безвыходной ситуации и какое солнечное было утро…

Ну у него были основания хвастаться.

Что касается самой гипотезы, то доказательство последней теоремы Ферма было самым блестящим математическим достижением двадцатого века.

Однако с тех пор прошло тридцать лет.

Когда Делинь услышал его, он просто проигнорировал его.

Фефферман протянул руку и ткнул Виттена пальцем.

Виттен посмотрел на него.

— Что?

— Я слышал другую версию этой истории, — Фефферман указал на Уайлса, который разговаривал с Делинем. — В последний раз, когда он рассказывал мне об этом, он сказал, что его вдохновил завтрак жены.

— …

Прошло десять минут.

Лу Чжоу все еще стоял на сцене.

Люди даже начали предполагать, не заснул ли он, но Лу Чжоу вдруг пошевелился.

Более того, он сделал совершенно неожиданное для всех.

Он взял со стола тряпку и начал стирать уравнения на доске, после чего взял мел и начал записывать новые строчки.

Когда Фефферман увидел линии вычислений, его зрачки расширились, словно он понял, что это, но не верил в это.

Однако движения Лу Чжоу подтвердили его догадку.

Лу Чжоу записал последнюю строку.

Он развернулся и бросил мел на стол.

Он помолчал немного, а потом обратился к толпе:

— Я решил.

После этого, ко всеобщему удивлению, Лу Чжоу повернулся и спустился со сцены.

Глава 622. Общее решение уравнений Янга-Миллса

Решил?

Общее решение уравнений Янга — Миллса?

Где же ход решения?

Стоп, а как же сеанс вопросов и ответов?

Почему он просто ушел?!

Даже если у тебя есть Филдсовская премия, как ты можешь быть таким своенравным?!

Зрители в зале переглянулись, суматоха распространилась по залу, как приливная волна.

Некоторые качали головами и вставали, собираясь уходить. Другие ошеломленно сидели. Некоторые фотографировали расчеты на доске, а некоторые смотрели на своих коллег и не знали, что сказать.

Клитцинг ошеломленно смотрел на расчеты, крепко сжимая ручку. Он записал что-то на листке, перевел взгляд на Фальтингса и спросил:

— Это общее решение?

Фальтингс смотрел на доску без каких-либо эмоций и ему потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и с неохотой ответить.

— Я хорошо разбираюсь в алгебраической геометрии. Спроси Феффермана.

А?

Есть что-то в чем ты не хорош?

Хотя Фальтингс скинул все на Феффермана, тот также сейчас пребывал в шоке.

Делинь хмурясь смотрел на доску и попытался проверить расчеты, но, как и Фалтингс, сдался. Он посмотрел на сидевшего рядом с ним эксперта по диференциальным уравнениям Феффермана. Он отложил ручку и спросил:

— Верны ли его расчеты?

— Я не знаю… Даже если бы я захотел, я не смог бы проверить. — Фефферман сделал паузу. — Это для компьютеров, а не математики.

Дифференциальные уравнения в частных производных отличались от общих уравнений. Они имели самые высокие требования для вычислений из всех математических дисциплин.

К тому же очень мало уравнений имели решения. Можно смело утверждать, что это не только одна из самых сложных областей математики, но и одна из основных трудностей при создании феноменологических моделей для других дисциплин.

Если бы Лу Чжоу написал ход расчетов, Фефферман мог бы по шагам попытаться найти какие-либо ошибки.

Однако тут было просто общее решение.

Он понятия не имел, что делать.

Эдвард Виттен закрыл блокнот и с серьезным лицом кивнул.

— Вычислений слишком много… Если он не собирается предоставить ход вычислений, нам придется использовать суперкомпьютеры, чтобы проверить это.

Его голос был полон волнения.

Он видел не только возможность математического решения уравнений Янга — Миллса, но и возможность соединения электромагнитного и сильного взаимодействий.

Если Лу Чжоу прав, этот день войдет в историю.

Уайлс рядом с ним также был заинтересован.

Хотя его не волновало, что думают об этом физики, его все еще интересовало само математическое утверждение. Услышав слова Виттена, он тут же кивнул.

— Согласен, к каждому великому открытию нужно относиться серьезно. Если мы не сможем проверить результат, это будет огромной потерей как для профессора Лу, так и для нас… Как и с последней теоремой Ферма. Кстати, в Принстоне же есть суперкомпьютера? Почему бы нам просто не воспользоваться им?

Профессор Делинь кивнул.

— Я свяжусь с ними.

Академик Ван Шичэн сидел в другой части зала, он достал телефон и сфотографировал доску, после чего отправил фото в групповой чат факультета математики Яньцзинского университета. Все люди в этом чате были ведущими учеными-математиками из их университета, лидерами математического сообщества Китая.

После того как академик Ван Шичэн прислал фотографию, он позвонил декану факультета математики Яньцинского университета.

— Я отправил фотографию в чат, воспользуйтесь суперкомпьютером, чтобы проверить ее.

— Да, это уравнения Янга — Миллса.

Мужчина, который раньше злорадствовал, сидел рядом с академиком Ван Шичэном. Он сглотнул и тихо прошептал:

— Он действительно решил это?

— Я не знаю, но есть большая вероятность, что он смог.

Люди в зале недоумевали. Профессора, отвечавшие за организацию, и руководство университета было сбито с толку импульсивным решением Лу Чжоу. Декан Цинь попытался догнать Лу Чжоу, но его остановил ректор Сюй.

— Что ты делаешь?

— Что еще я могу, я собираюсь вернуть его сюда. У нас все еще есть сессия вопросов и ответов. — Ответил декан Цинь с беспокойством в голосе. — Мы просто прекратим доклад в середине?

Ректор Сюй какое-то время помолчал, а потом сказал:

— Мы поговорим с Лу Чжоу позже. Поднимись на сцену и уладь ситуацию.

Декан впал в ступор.

— Это… Как я могу уладить ситуацию?

— Просто скажите что-нибудь, поблагодари их за то, что пришли, скажите, что доклад окончен. Попроси их поесть в отеле Интерконтиненталь… Неужели мне нужно учить тебя всему?

— Хорошо, хорошо! Я постараюсь. — С горечью произнес декан.

С другой стороны зала Хань Мэнци неподвижно стояла и вернулась к реальности лишь после того, как Лу Чжоу покинул зал.

Общее решение?

Что за общее решение?

Доклад окончен?

Линь Юйсян рядом с ней была намного спокойнее. Ее глаза сверкали, как звезды.

— Вау, профессор Лу такой красивый…

Э?

Хотя Мэнци не отрицала этого, но какое это имеет отношение к текущей ситуации?

Огромный зал пришел в хаос из-за пары строк Лу Чжоу.

Лу Чжоу покинул университет и уже сидел в машине Ван Пэна, направляясь домой.

Он открыл дверь и вошел в кабинет, после чего сел за компьютер и начал редактировать новый документ.

— Метод дифференциальной геометрии применим к решению уравнений в частных производных, просто он требует некоторых корректировок… Черт, почему я не подумал об этом полмесяца назад…

По мере того как Лу Чжоу говорил сам с собой, он становился все более и более возбужденным.

Вдохновение всегда приходило в неожиданные моменты.

Наконец он соединил все точки, которые собирал.

— Надо установить U (3) как плотно определенный оператор в банаховом пространстве X…

— Это дает общее решение!

Когда он смотрел на строки расчетов на экране, его пальцы слегка дрожали.

Если математика была языком бога, то в этот момент он стоял на плечах бога.

Истина вселенной еще никогда не была так близка…

Было ли что-нибудь еще более захватывающее для ученого?

Скорее всего, нет.

Глава 623. Бурная реакция

Пока Лу Чжоу писал свою статью, интернет взорвался.

Какой-то репортер, присутствовавший на конференции, выложил весь репортаж в сеть.

Просмотрев момент, когда Лу Чжоу написал на доске последнюю строку и заявил, что решил, то комментарии вспыхнули.

«Безумие! Он получил общее решение уравнений Янга— Миллса?»

«Бог Лу потрясающий!»

«Я потрясен.»

«Удивительно, даже подобное видео набирает миллионы просмотров…»

«Что это за уравнения? Я пришел сюда посмотреть на бога!»

«Вот для всех краткое объяснение. Уравнений Янга — Миллса — одно из самых выдающихся достижений теоретической физики двадцатого века. Они описывают поведения между элементарными частицами с использованием не абелевой группы. Нахождение общего решения уравнений дает нам возможность понять разрыв массы с математической точки зрения. Это позволяет нам сделать большой шаг к теории всего!»

«Что за теория всего???»

Раздел комментариев не единственное место, где велись оживленные беседы, различные СМИ также освещали эту тему.

Заголовки, как «Двадцатилетний математик в очередной раз шокирует мир теорией всего!» или «Бывший руководитель разведки США сожалеет, что позволил Лу Чжоу покинуть страну», появлялись на Weibo и других различных новостных сайтах. Многочисленные фотографии Лу Чжоу, стоящего перед доской публиковали во многих статьях.

Долгое время уравнения Янга — Миллса были важной вехой в мире теоретической физики, а также важным событием для китайцев. Теперь это неразрешимое уравнение наконец-то решено.

Конечно, была и критика.

Например, увидев это видео, какой-то китайский известный человек написал в Weibo.

«Меня не волнует значение уравнений Янга — Миллса. Уйти со сцены в середине доклада — неуважение, это как актер, уходящий посреди спектакля.

Как китайский ученый, Лу Чжоу представляет не только себя. Он олицетворяет Китай. Помимо научных достижений, он должен быть дисциплинированным и хорошо воспитанным.

Не говоря уже о том, что крайне безответственно писать не проверенные выводы.»

После того, как сообщение появилось, раздел комментариев стал зоной боевых действий.

«Пожалуйста, покажи нам, какой ты на самом деле в реальной жизни, покажи нам, какой ты вежливый.»

«О, в прошлый раз, когда сэр Атия с помощью пятистраничной работы пытался обмануть мир, ты сказал, что он храбрый воин. Почему теперь ты критикуешь Лу Чжоу? Потому что профессор Лу не иностранец?»

«А что плохого в том, чтобы просить людей быть более вежливыми!»

Автор сообщения обрадовался, что взлетел в топы и тихо удалился.

Помимо китайских СМИ, этому вопросу уделяли внимание и зарубежные.

Например, Дейли Мейл, после окончания доклада связались с профессором Сент-Эндрюсского университета, утверждающего, что он инсайдер отрасли.

Во время интервью, когда у профессора спросили о случившемся, он открыто ответил:

— Подозреваю, что это просто куча символов.

— Почему?

— Каждый, кто хоть немного разбирается в математике, знает, что за каждой страницей строгой математической работы стоят бесчисленные страницы черновиков. Особенно для подобных объёмных гипотез, требующих огромных вычислений. Как можно решить что-то, ничего не записывая? Хотите сказать, что он просто решил это под наплывом вдохновения?

— Зачем профессору Лу понадобилось обманывать?

Профессор пожал плечами:

— Не знаю, может быть, он слишком самоуверен? Хочет финансирования исследований? У меня есть прекрасный алгоритм, чтобы доказать правильность общего решения, но, к сожалению, мне не хватает места, чтобы записать его.

……………….

Ночью.

Отель Интерконтиненталь.

В просторном банкетном зале находились ученые в строгих костюмах. Столы, покрытые белыми скатертями, заполняли шампанское и китайская, а также западная еда. Чтобы восполнить случившееся на докладе, Цзиньлинский университет мог использовать только еду и напитки, чтобы попытаться произвести лучшее впечатление.

Однако лишь небольшая часть людей обиделась на то, что Лу Чжоу не следовал правилам. Большинство людей больше беспокоило общее решение, оставленное на доске.

— Уже восемь часов. — Фефферман посмотрел на вход в банкетный зал. — Похоже, наш главный герой не собирается появляться.

Первоначально он хотел, чтобы Лу Чжоу объяснил общее решение на банкете, но к его сожалению, судя по всему, этого не случится.

Уайлс в смокинге с бокалом шампанского в руке подошел и спросил:

— Что ответил Принстон?

Делинь по-прежнему в черной шляпе, закрывавшую его голову покачал головой и ответил:

— Объем вычислений большой. Мне сказали, что для его завершения потребуется два или три дня. Более того там только утро и инженеры только проснулись и приступили к работе.

Суперкомпьютер центра Джона фон Неймана не только работал на Институт перспективных исследований, но и обеспечивал вычислительную поддержку Принстонской лаборатории физики плазмы. Сотрудники центра больше выполняли заказов от НАСА или Министерства науки и технологий и ценили их больше, чем от Института перспективных исследований.

Однако, поскольку Делинь лично просил об этом, оно не должно занять слишком много времени.

Не говоря уже о том, что инженеры центра также интересовались математической проблемой мирового уровня.

Фефферман вздохнул:

— Было бы здорово, если бы он показал процесс вывода, даже просто идея помогла бы.

Уайлс улыбнулся:

— Говорят он снова ушел в затворничество? Слышал, что у профессора Лу это уникальный подход к решению проблем.

— Думаю, да. — Ответил Фефферман. — У него была привычка запираться в своем доме в Принстоне. Как бы то ни было, прежде чем он закончит свою работу, даже если придешь к нему домой, то он не откроет дверь.

— Я не уверен, стоит ли мне вернуться или ждать результатов здесь. — Эдвард Виттен посмотрел на свой телефон. — Через пять дней в ЦЕРНЕ состоится конференция по новому эксперименту.

Уайлс улыбнулся.

— В ЦЕРНЕ каждый день проводятся конференции, как часто тебе выпадает шанс стать свидетелем истории?

Виттен немного подумал и пожал плечами.

— Ты прав. Я просто подожду здесь еще пару дней.

Глава 624. Верно

За окном светало.

Лу Чжоу сидел за своим столом. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

Со многим так бывает, когда есть только тонкая бумажная стена между пониманием и непониманием.

Если стену не проткнуть, то человек так и останется в замешательстве.

Но если суметь проткнуть ее, все становится ясно.

На экране компьютера был процесс решения уравнений Янга — Миллса.

Если сравнить это с использованием многообразия Лу для введения методов дифференциальной геометрии для доказательства существования решения нелинейных уравнений в частных производных, процесс решения оказался на удивление простым. Основная часть занимала всего десять страниц.

Конечно, одна из причин отчего оно оказалось таким коротким в том, что в нем использовались несколько следствий и лемм из предыдущей статьи. Ссылки на нее позволило опустить множество утомительных повторяющихся выводов.

Лу Чжоу не терпелось поделиться работой с другими учеными. Он сразу же отправил статью в Математический ежегодник и загрузил ее на arXiv.

После этого Лу Чжоу потянулся и встал со стула. Он спустился вниз и принял горячий душ.

Из-за бессонной ночи он сбил свои биологические часы, и он не чувствовал себя сонным.

Чтобы не испортить свой график сна, он планировал вздремнуть два часа днем, а потом нормально поспать ночью.

После того, как Лу Чжоу вышел из ванны и надел чистую одежду, он пошел на кухню, чтобы приготовить себе чашку кофе. Он достал из холодильника холодный сэндвич и уже собирался поставить его в микроволновку, когда услышал звонок в дверь.

Лу Чжоу посмотрел на дрона, парящего возле холодильника, и спросил:

— Сяо Ай, кто снаружи?

Вскоре из дрона послышался электронный голос.

— Это ваш личный врач, хозяин.

Янь Янь?

Что она здесь делает?

Лу Чжоу положил бутерброд обратно в холодильник и велел Сяо Аю пустить ее. Затем он прошел через гостиную к главному входу.

Когда дверь открылась, он увидел Янь Янь с пакетом в руке. Она была не, как обычно, в медицинской одежде. Белый халат сменила повседневная фиолетово-черная футболка, а также повседневные джинсы, что заставляло ее выглядеть более молодой.

Однако, по сравнению с ее одеждой, Лу Чжоу больше интересовал пакет, который она держала в руках.

Хотя он не мог видеть, что внутри, лишь по форме контейнера и одному запаху, он сразу мог сказать, что в нем находились его любимые пельмени и соевое молоко.

— Зачем ты здесь?

Янь Янь потрясла пакет в ее руке и спокойно ответила:

— Ван Пэн испугался, что ты умрешь дома без присмотра, поэтому он позвонил мне и попросил, чтобы я принесла тебе поесть.

В каком плане умру?

Лу Чжоу проигнорировал эту крошечную деталь и вздохнул.

— А почему он не пришел?

— Он сказал, что если с тобой что-то случится, то у меня больше опыта в спасении людей.

— …

Я впал в кому только потому, что слишком быстро прокачался.

Почему вы думаете, что я могу умереть в любой момент?

Но как ни крути, она пришла с добрыми намерениями.

Лу Чжоу взял завтрак у Янь Янь и начал есть пельмени за обеденным столом. Он достал телефон и открыл Weibo. Он собирался посмотреть некоторые интересные трендовые новости, когда увидел, что уравнения Янга — Миллса в тренде.

Он заинтересовался, поэтому нажал на ссылку и нашел несколько связанных статей. Лу Чжоу нажал на раздел комментариев и обнаружил, что они достаточно оживленные.

Были некоторые подписчики, которые поздравляли его, а некоторые подкалывали. Были и те, кто оскорблял его… Однако он лишь мельком взглянул на комментарии и лишь улыбнулся, он не принимал такое близко к сердцу.

В конце концов, он сильно повзрослел за последние несколько лет.

По сравнению с собой прежним, он больше не заботился о похвалах и оскорблениях.

После того, как он поставил лайки людям, которые называли его красивым, он почти закончил завтракать.

Лу Чжоу вытер рот бумажным полотенцем и встал. Он выбросил пакет и контейнер в мусор и посмотрел на Янь Янь, который сидел на диване.

— Я планирую съездить в отель Интерконтиненталь.

Янь Яня кивнула и встал.

— Я отвезу тебя.

Лу Чжоу с удивлением посмотрел на нее.

— Ты умеешь водить машину?

Янь Янь нахмурилась.

— Ты мне не веришь?

Лу Чжоу тихонько кашлянул.

— Нет, нет.

Лу Чжоу просто немного боялся садиться в машину с женщиной за рулем.

………………………….

Лу Чжоу не единственный, кто не спал всю ночь.

В десятке километров отсюда, в суперкомпьютерном центре Цзиньлинского университета, группа инженеров также работала всю ночь.

Сюй Цзянь сидел в соседнем кабинете и ждал окончательного результата. Он выкурил уже несколько сигарет, время от времени поглядывая на дверь.

После того, как доклад закончился вчера, декан Цинь и заместитель ректора позаботились о приглашенных ученых. Он, с другой стороны, нашел нескольких профессоров, которые хорошо разбирались в уравнениях в частных производных, и привел их сюда. Он использовал общее решение Лу Чжоу и мощь суперкомпьютера, чтобы проверить правильность решения.

С тех пор прошло больше десяти часов.

С таким количеством рабочей силы и вычислительных ресурсов пришло время узнать вердикт.

Однако все еще было тихо…

Это время беспокойства напомнило ему о том, когда его жена рожала.

Сюй Цзянь глубоко вздохнул и положил окурок в пепельницу. Он собирался пойти спросить о прогрессе.

Однако, когда он подошел к двери, та открылась. Два инженера вошли с серьезными лицами.

Сюй Цзянь посмотрел на их серьезные лица и после небольшого ступора все же спросил:

— Есть результат? Какой?

— Результат получили, надеюсь, вы морально готовы.

На лице ректора Сюя появилась печаль, он сказал:

— Рассказывайте.

Два инженера переглянулись, а потом другой сказал:

— Результат превзошел все наши ожидания… Общее решение уравнений Янга — Миллса верное!

???

Сюй Цзянь чуть не плюнул им в лицо.

Черт, если оно верно, почему вы такие серьезные? Я думал, что оно неправильное.

Однако ему было плевать на двух инженеров. Возбуждение, которое переполнило его, заставило его громко рассмеяться.

Два инженера посмотрели на ректора, а потом опять переглянулись.

Он…

Сошел с ума?

Сюй Цзянь остановился и перевел дыхание. Он тут же посмотрел на своего помощника, который сидел в кабинете.

— Немедленно свяжитесь с отделом по связям с общественностью, я хочу рассказать всем о результатах!

Глава 625. Он вообще человек?

Пока суперкомпьютерный центр Цзиньлинского университета опубликовал результаты на своем сайте и связывался со СМИ для пресс-конференции, Лу Чжоу ехал в белом внедорожнике Янь Янь.

Через полчаса машина остановилась на подземной стоянке отеля.

Остановившись, Янь Янь посмотрела на Лу Чжоу через зеркало заднего вида, словно выжидая оценки от него ее навыкам вождения, но Лу Чжоу вообще не заметил ее взгляда. Ведь в данный момент все его мысли были на написанной им работе.

Выйдя из машины, он поднялся на лифте и направился прямо в фойе отеля.

Было уже семь часов утра, и многие ученые уже проснулись.

Особенно те, кто планировал улетать сегодня, они уже несли свои чемоданы и выходили из главного входа, но появление Лу Чжоу ошеломило их.

Лу Чжоу?

Разве он снова не ушел в затворничество?

Почему он так рано вышел?

Может быть…

Внезапно ученые, которые уже купили билеты и шли со своими чемоданами, заколебались.

Когда Фефферман вышел из лифта, он встретился взглядом с Лу Чжоу и на замер, после чего сразу же подошел к нему с улыбкой.

— Не могу поверить, ты вышел из дома?

Лу Чжоу кашлянул и переспросил:

— В каком плане вышел из дома? Я не интроверт.

— Нет, я о твоем затворничестве… Ну ты понял, о чем я говорю, о твоем уникальном способе исследования проблем. Мы все думали, что пройдет не меньше месяца, прежде чем ты выйдешь. Я не ожидал, что ты выйдешь так скоро. — Фефферман улыбнулся и похлопал Лу Чжоу по плечу. — В любом случае, раз ты здесь, я предполагаю, что результат верен? У меня много вопросов, которые я хочу задать тебе, может позавтракаем вместе.

— Я уже позавтракал.

Фефферман пожал плечами.

— Какая жалость, может тогда послеобеденный чай?

— Конечно, у меня также есть некоторые вопросы, связанные с уравнениями Янга — Миллса и разрывом в массе, которые я хочу обсудить. — Лу Чжоу посмотрел на часы и добавил. — Примерно через два часа будет короткий доклад, в том же месте, что и вчера. Это будет продолжение вчерашнего доклада. Я объясню общее решение и отвечу на вопросы.

Фефферман серьезно спросил:

— У тебя есть статья? Или, по крайней мере, черновик? Я предполагаю, что ты не подготовил презентацию. Боюсь, что не так уж много людей смогут поспевать за твоими мыслями.

Лу Чжоу покачал головой и с печалью в голосе произнес:

— Сроки поджимают и у меня не было времени. Но работа уже находится на arXiv, я скажу университету, чтобы они напечатал несколько сотен копий перед докладом и раздали всем.

— Уже на arXiv? Тебе стоило сказать сразу. — Профессор Фефферман немного подумал и предложил. — Я предлагаю перенести время доклада на два часа. Тогда у нас будет больше времени, чтобы прочитать работу.

Обычно для подобных крупных теорий, требуется хотя бы три дня на ознакомление со статьей. Если бы Лу Чжоу планировал провести доклад через два часа, даже ученые, которые исследовали уравнения Янга — Миллса, могут запутаться.

Лу Чжоу немного подумал и посчитал, что это логично, поэтому он кивнул:

— Хорошо, тогда так и поступим.

…………….

Пока сотрудники Цзиньлинского университета неустанно информировали каждого участника о докладе, объявление из суперкомпьютерного центра Цзиньлинского университета распространилось по крупным СМИ.

Поскольку вчера уравнения Янга — Миллса были в трендах, Лу Чжоу все еще не покинул этот список. Сегодня благодаря суперкомпьютерному центру он снова там закрепился.

Китайская новостная сеть репостнула объявление суперкомпьютерного центра и уже набрала 5000 комментариев.

«Суперкомпьютер потратил 16 часов, чтобы проверить результаты, в то время как профессор Лу рассчитал их за десять минут… Потрясающе, сколько суперкомпьютеров в голове профессора Лу?»

«Он вообще человек?»

«Очевидно, он потратил больше 10 минут, он однозначно раньше думал над этим.»

«Я думаю, что Бог Лу может бороться с AlphaGo.»

«Вы не можете сравнивать их. Традиционные суперкомпьютеры доминируют в вычислениях, в то время как человеческий мозг более сильнее в абстрактном мышлении. Для задач, которые нужно решить абстрактно, суперкомпьютерам трудно найти решение. Если квантовый компьютер будет развиваться и появится в будущем, у них может появится преимущество в решения таких задач. Но на данный момент суперкомпьютеры — не окончательное решение математических задач!»

«Если бы только у меня была часть ДНК этого бога… (грусть) (грусть)»

«Забудь, это государственная тайна, иначе почему ты думаешь, что Бог Лу все еще одинок?»

«Ха-ха-ха, и правда.»

«Не знаю, получит ли он снова Филдсовскую премию, но, вероятно, он получит Нобелевскую премию по физике.»

Пока весь интернет приходил в себя от объявления суперкомпьютерного центра Цзиньилнского университета, человек, который ранее оскорблял Лу Чжоу, внезапно удалил свой пост и сделал вид, что ничего не произошло.

В конце концов, у людей есть чувство самосохранения.

Теперь, после этого объявления вся предыдущая клевета всплыла наружу.

Лу Чжоу слишком ленив и у него не было времени спорить с простыми людьми, но Цзиньлинский университет отличался.

Было ли это для защиты репутации университета или для защиты интересов преподавателей и студентов, университет не потерпит никакой клеветы.

В конце концов, никто не захочет идти против пяти лучших отечественных университетов.

Кроме того, тот человек хотел только создать драму и привлечь больше подписчиков, ему не хотелось терять имеющиеся миллионы подписчиков.

Если бы он потерял свой аккаунт, то потери были бы немыслимым

В то же время Дейли Мейл узнали об этом и немедленно послали журналиста в Сент-Эндрюсский университет, потому что хотели взять интервью у вчерашнего профессора математики. Репортер хотел спросить его о результатах суперкомпьютерного центра Цзиньлинского университета.

К сожалению, тот отказался давать интервью. Профессор сказал, что слишком занят исследованиями, и выгнал журналиста из своего кабинета.

Хотя Лу Чжоу не очень беспокоила известность за пределами академических кругов, он вновь стал знаменит…

Глава 626. Исторический памятник математики и физики

Два часа.

Все в том же зале Цзиньлинского университета.

Хотя присутствовало на одну пятую меньше людей по сравнению со вчерашним днем, зал был все еще довольно оживленный.

Лу Чжоу стоял на сцене и писал на доске, одновременно объясняя.

Как только заполнялась доска сотрудник вытаскивал на сцену новую.

Персонал выходил на сцену в общей сложности пять раз, стояло шесть полностью исписанных досок.

Когда Лу Чжоу записал последнюю строку уравнений для общего решения, аудитория встала в волнении.

Громовые аплодисменты распространились, как волна, заполнив аудиторию.

Эдвард Виттен хлопал в ладоши. Он посмотрел на доски на сцене и улыбнулся.

— Как же повезло, что я не уехал, иначе пропустил бы этот исторический момент.

Делинь с теплой улыбкой сказал:

— Возможно, его таланты в других областях математики намного сильнее, чем его способности к алгебраической геометрии.

Фефферман улыбнулся и пошутил:

— Не расстраивайся. Его просто пока не интересует алгебраической геометрией. Как только он ей заинтересуется, вся область алгебраической геометрии будет потрясена его результатами.

Делинь не смог сдержать смеха.

— Надеюсь, этот день настанет.

Аплодисменты постепенно стихли.

Зрители снова сели, когда Лу Чжоу перестал писать.

Лу Чжоу оглянулся на аудиторию и откашлялся, а потом неспешно заговорил:

— Мы получили общее решение уравнений Янга — Миллса. С математической точки зрения мы получили более глубокое понимание взаимодействия микроскопических частиц и форму их существования и движения. Дальше я попытаюсь объяснить проблему разрыва масс сильного взаимодействия с математической точки зрения.

Услышав удивлённые возгласы из зала, Лу Чжоу продолжил:

— А теперь сессия вопрос и ответов.

…………………………

Решение отличалось от доказательства.

Последнее требовало строгого подхода и не допускало мелких ошибок.

Первое же не требовало какого-либо строгого процесса и научное сообщество одобряло даже просто предположение о результате.

Точно так же, как когда Эдвард Уоринг написал «Meditationes algebraicae» и предположил, что для каждого натурального n такое число g (n), что любое натуральное число n является суммой не более чем g (n) слагаемых, являющихся n-ми степенями натуральных чисел. Например, он предсказал, что g (2)=4, а g (3)=9, g (4)=19.

При этом он не дал четких доказательств и все последующие решения были получены потомками в течении следующих полутора веков.

На самом деле, даже если бы Лу Чжоу не предоставил хода решения, все было бы в порядке.

В лучшем случае потомки были бы в ожидании в течении 50-100 лет, ища математический способ решения чтобы правильность этой гипотезы…

В общем, после того, как сессия вопросов и ответов закончилась, доклад также подошел к концу. Ученые, посетившие Китай, отправились обратно.

Десять часов вечера, международный аэропорт Цзиньлин.

Эдвард Виттен ждал своего рейса в аэропорту. Он собирался почитать журнал, как к нему подбежал журналист.

— Профессор Виттен, что вы думаете об этом докладе?

— Это был отличный доклад. Я хотел бы поблагодарить профессора Лу за то, что он предоставил нам этот доклад, и за гостеприимство Цзиньлинского университета. Я уже скучаю по этой самой… Цзиньлинской жареной утке? Кажется, так она называется на вашем языке. — Виттен с улыбкой попытался сказать пару слов на китайском.

Журналист улыбнулся в ответ, а затем сразу же спросил:

— Тогда что вы думаете о содержании доклада?

Виттен немного подумал, прежде чем ответить:

— Нет никаких сомнений в том, что это важная веха как в математике, так и в физике. Нахождение общего решения уравнений Янга — Миллса означает, что мы можем взглянуть на микроскопический мир с более глубокой математической точки зрения. Это позволит выявить существующие физические явления, которые мы еще не открыли. Глядя на это с точки зрения физика-теоретика и математика, я думаю, что это будет самый выдающийся результат исследований этого года.

— Даже если год только начался?

— Да, я почти уверен в этом. — Виттен посмотрел на часы и увидел, что ему уже пора, поэтому сказал журналисту. — Если есть еще какие-либо вопросы, скорее спрашивайте. Через пять минут я уже должен идти на посадку.

Если все пойдет хорошо, он еще может успеть поприсутствовать на конференции в ЦЕРНе.

Однако по сравнению с пользой от поездки в Китай, конференция, ожидавшая его в Швейцарии, казалась довольно незначительной.

— Обещаю, это мой последний вопрос. — Журналист пролистал блокнот и нашел самый важный вопрос. — Люди критиковали профессора Лу за то, что он внезапно оставил доклад, и они сказали, что его поступок оскорбил других ученых. Как всемирно известный ученый, что вы думаете об этом?

— Я не совсем всемирно известный. — Виттен улыбнулся и скромно ответил. — По сравнению с профессором Лу мне все еще не хватает Нобелевской премии.

Он сделал небольшую паузу.

— Обычно, если что-то не случится, никто не уйдет посреди доклада. В конце концов, доклад влияет на то, признает ли научное сообщество результаты. Однако, если ему действительно необходимо было уйти посреди доклада, то лично я понимаю это.

— Так вы думаете, что обвинения необоснованные?

— Думаю да, по крайней мере, увидев такие отличные результаты второго доклада, я более чем удовлетворен. У меня действительно нет никаких жалоб. — Виттен улыбнулся и расслабленно сказал. — Лично я думаю, что критиковать ученого, который внес выдающийся вклад в область теоретической физики, и считать, что мы такие же поверхностные… Я считаю, что это самое большое оскорбление нас.

Глава 627. Разговор с профессором Фефферманом

Доклад успешно завершился.

В течение следующих трех дней суперкомпьютерные центры Яньцзинского университета, Джона фон Неймана в Принстоне и несколько других, заинтересованных в этом решении, опубликовали результаты своих расчетов.

Результаты были ожидаемые.

Решение уравнения могло отличаться из-за различных входных параметров, но общее решение одно на всех компьютерах, даже если это нелинейное уравнение в частных производных.

После публикации результатов суперкомпьютерными центрами, вычислительные способности профессора Лу поразили большую часть людей. В тоже время обвинения в сторону суперкомпьютерного центра Цзиньлинского университета, что они фальсифицировали результаты, провалились.

Хотя научное мошенничество не сошло на нет, и даже если суперкомпьютерный центр Яньцзинского университета нельзя назвать абсолютно надежным, центр Джона фон Неймана в глаза большинства все еще обладал большим авторитетом.

Кроме того, из-за статьи Лу Чжоу на arXiv, исследования уравнений Янга — Миллса вновь наполнили arXiv. Также велись оживленные обсуждения на научных форумах.

В конце концов, понимание тайны, лежащая за этими уравнениями, желание всей жизни многих ученых. Открытие общего решения дало им надежду.

Помимо удовлетворения собственного любопытства ученых также привлекала Нобелевская премия и награда в миллион долларов за одну из задач тысячелетия.

Если бы кто-нибудь мог положить последний кирпич на это здание, он не только мог бы получить по крайней мере треть этих денег, но и мог бы стоять на пьедестале Нобелевской премии с всемирно известным ученым.

За исключением некоторых довольно странных ученых, никто не отторгал идею о большом количестве почестей…

………………………………

Лу Чжоу не обращал особого внимания на результаты работы суперкомпьютерных центров.

В конце концов, он знал, что был прав, и этого ему было достаточно.

В течение трех дней после доклада Лу Чжоу в основном находился на факультете математики Цзиньлинского университета, обсуждая уравнения Янга — Миллса со своим другом и коллегой профессором Фефферманом.

Хотя основное поле деятельности Феффермана математика, он хорошо разбирался в уравнениях с частными производными. Поэтому его исследования тесно связаны с физикой. Будь то механика жидкостей или теоретическая физика у него имелись свои уникальные идеи и взгляды.

Это именно то, что нужно Лу Чжоу.

Не говоря уже о том, что они вместе работали над уравнениями Навье — Стокса, и у них уже имелся прошлый опыт обсуждения научных проблем.

Цзиньлинский университет, математический корпус.

Кабинет Лу Чжоу.

Три доски у стены были полностью исписаны.

Проговорив все утро у Лу Чжоу пересохло в горле. Попросив помощницу Линь приготовить две чашки кофе, он сел на диван рядом с профессором Фефферманом и начал разговаривать.

— Как там в Принстоне?

Фефферман улыбнулся:

— Все хорошо, многие студенты скучают по тебе, есть также некоторые молодые девушки ученые, которые восхищаются тобой… Мне немного странно спрашивать об этом, но хочешь, я дам им твою почту?

Лу Чжоу чуть не выплюнул кофе.

— Кха-кха! В этом нет необходимости… Эм, а как насчет моих учеников? Как у них дела?

— Цинь Юэ в настоящее время является научным сотрудником факультета математики Института перспективных исследований. Похоже, он занимается исследованиями в области теории чисел. Парень по имени Харди вернулся в Бразилию и, судя по всему, преподает в университете Сан-Паулу. Точно не знаю по поводу него… А точно, девушка по имени Вера Пуляй, читает лекции по теории чисел и они очень хороши. Она уже доцент Принстонского университета. Однако, она не хочет рассказывать никому, над чем работает, так что, может быть, можешь спросишь ее? Удовлетвори наше любопытство.

Лу Чжоу незаметно отвел взгляд и кашлянул.

— Поскольку она не хочет раскрывать свои исследования, я думаю, мы должны уважать ее решение.

Хотя Лу Чжоу был почти уверен, что, если он спросит ее, она скажет ему.

Но…

Лу Чжоу просто не знал, как спросить ее об этом.

— Ты прав. — Фефферман пожал плечами. — Боюсь, она слишком упряма. Я видел подобные случаи со многими молодыми учеными. В конце концов, мы все думаем, что она является самым большим претендентом на Филдсовскую премию на международном конгрессе математиков в Санкт-Петербурге. Если она застрянет на одной гипотезе, это будет печально.

Лу Чжоу какое-то время молчал, а потом сказал:

— Я думаю, она знает, что делает.

— Ладно, если ты так считаешь.

Фефферман заметил, что Лу Чжоу, похоже, не хотел говорить об этом, поэтому больше не поднимал эту тему.

Он взял чашку с кофе и посмотрел на три доски у стены кабинета.

— Честно, думаю, что тебе следует поговорить об этом с Эдвардом Виттеном. Он мастер в теоретической физики, в то время как я знаю о теоретической физике только то, что нужно для моих исследований. — Фефферман поставил чашку с кофе и сказал несколько беспомощно. — И мои знания по теоретической физике еще хуже, чем мои знания по механике жидкости.

Лу Чжоу знал, что он скажет подобное, поэтому улыбнулся:

— Обсуждение этой проблемы с ним, возможно, не лучшая идея, по крайней мере сейчас… Конечно, надеюсь, что ты не будешь передавать ему мои слова.

— Не мог бы ты сказать мне почему? — Фефферман удивленно посмотрел на Лу Чжоу. — Может быть, я позже включу это в свои мемуары.

— Тогда я должен со всей серьезностью ответить на этот вопрос. — Улыбнулся Лу Чжоу и сделал небольшую паузу. — На самом деле тут нет особенной причины. Просто он физик-математик и уже более десяти лет работает над теорией Всего. У него устоявшаяся точка зрения как на теорию струн, так и на взаимодействие микроскопических частиц. Эта теория достаточно зрелая, но нет никаких экспериментальных данных подтверждающих ее. Разговор об этой проблеме с ним не будет обсуждением, это будет просто попытка переубедить друг друга… Прежде чем будут изобретены какие-либо новые теории, нет смысла обсуждать это с ним. Думаю, что Виттен тоже это понимает. — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — Иначе, уверен, что он хотел бы остаться здесь еще на несколько дней. У него не было причин уезжать так быстро.

Глава 628. Интервью для Nature Weekly

Всему хорошему приходит конец. В конце концов, Фефферман глава факультета математики, у него все еще много работы в Принстоне.

Лу Чжоу проводил Феффермана до аэропорта. Наблюдая, как тот с чемоданом направляется внутрь, Лу Чжоу сказал:

— Удачно добраться.

— Хорошо. — Фефферман помахал на прощание рукой. — Если у тебя появятся какие-либо новые открытия, обязательно свяжись со мной.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Конечно.

В течение следующих нескольких дней Лу Чжоу вернулся к своему типичному распорядку перемещаясь между домом, Институтом перспективных исследований и своим кабинетом в университете. Его занятия по теории чисел и вычислительному материаловедению закончились, поэтому у него не так много работы в университете.

Лу Чжоу либо работал над своими собственными исследованиями, либо помогал своим студентам с работами.

Наблюдая, как его ученики растут и развиваются, то он испытывал чувство выполненного долга.

Кабинет Лу Чжоу.

Лу Чжоу подозвал Хань Мэнци к своему столу.

— У меня для тебя хорошие новости.

Хань Мэнци с подозрением посмотрела на Лу Чжоу.

— Какие?

— Сегодня утром я получил письмо из редакционного отдела ACS-Nano. Твоя статья прошла! — Лу Чжоу улыбнулся. — Поздравляю, теперь ты ученый с публикациями.

Хань Мэнци какое-то время стояла ошеломленная, пока не пришла в себя и не обрадовалась.

— Правда?

— Да. — Улыбнулся Лу Чжоу. — Это результат твоей напряженной работы последние шесть месяцев. Ну что? Взволнована?

Хань Мэнци взволнованно кивнула.

— Да, очень!

Импакт-фактор ACS-Nano был около 14, это один из лучших журналов в области материаловедения. Успешно представить работу в этот журнал очень непросто.

Рецензентом Хань Мэнци стал заместитель главного редактора Али Джави, известный эксперт в области материаловедения. Однажды Лу Чжоу обменялся с ним электронными адресами на научной конференции.

Хотя статью могли одобрить так быстро из-за имени Лу Чжоу, как соавтора, но нет никаких сомнений в качестве статьи.

В конце концов, репутация один из важных аспектов, но научное сообщество в основном беспокоилось о качестве.

Когда Лу Чжоу увидел, как взволнована Хань Мэнци, он искренне порадовался за нее.

В целом все его ученики очень способные.

Помимо работы Хань Мэнци также опубликовали две другие работы его учеников. Одна по теории чисел и одна по вычислительному материаловедению. Они были опубликованы в SIAM Review, который имел импакт-фактор четыре, и Nano Today, который имел импакт-фактор 17.

Поскольку У Шуйму смог опубликовать статью в журнале с импакт-фактором более 10, он был в восторге.

Хотя эта работа часть исследовательского проекта Института перспективных исследований и что у некоторых людей возникли некоторые сомнения по поводу его главного автора, он действительно вложил много сил в этот проект.

Что касается работы Хэ Чанвэня, то, кроме некоторых указаний Лу Чжоу, он в основном завершил ее самостоятельно.

Математические журналы, как правило, имели более низкие импакт-факторы. И импакт-фактор не отражает истинного влияния журнала. И хотя SIAM Review не считался одним из четырех лучших математических журналов, он все еще считался журналом высшего уровня по версии Китайской академии наук.

Еще одну работу написан Фэн Цзинем, и импакт-фактор его журнала составлял около 1-2.

Его работа еще находилась на рассмотрении, но к июлю должен прийти ответ.

Что касается остальных трех студентов-математиков и одного аспиранта по материаловедению, которые не смогли закончить свои работы, то Лу Чжоу не винил их.

В конце концов, у людей разные способности. Не говоря уже о том, что студентов Цзиньлинского университета нельзя сравнивать со студентами Принстона. Он никогда не ожидал, что все его ученики будут выдающимися. Он только надеялся, что они смогут выполнять его задачи шаг за шагом.

В полдень Лу Чжоу отправился в столовую, чтобы съесть немного мяса барбекю с рисом. Вернувшись в свой кабинет, он увидел, что пришло время для интервью. Он переоделся в официальный костюм и сел на диван в своем кабинете, после чего дал интервью британскому журналу Nature Weekly.

В последнее время он получал много просьб об интервью, некоторые из них от китайских сми, другие от международных.

Лу Чжоу знал, что общественность интересуется его исследованиями. Поэтому он выборочно согласился провести интервью для нескольких СМИ.

Например, Nature Weekly одни из счастливчиков.

Nature Weekly более научный, чем такие газеты, как Дейли Мейл. По крайней мере, в том, что касается публикаций о научных деятелях, открытиях, они имели определенную степень серьезности.

После того, как журналист и фотограф пришли на математический факультет, Линь Юйсян с радостью пригласил их сесть, а потом налила им две чашки кофе.

Камеру включили, настроили диктофон. Белинда улыбнулась и сказала:

— Здравствуйте, Лу Чжоу.

— Здравствуйте.

— Помните, как мы встретились пять лет назад в штаб-квартире ЦЕРНа в Швейцарии? Тогда вы участвовали в Европейской конференции по ядерным исследованиям будучи стажером, и я тогда взяла у вас интервью в связи с обнаружением пика 750 ГэВ.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Неудивительно, что вы выглядите знакомо.

— Я до сих пор помню, как профессор Грейер в ЦЕРНе хвастался вашими способностями. Могу я спросить, почему вы вместо этого выбрали путь математики?

— Сначала это из-за того, что моей специальностью была математика. — Лу Чжоу немного подумал и ответил. — Но чем глубже я проводил исследования, тем интереснее становилось, в итоге я полностью нырнул в нее.

Белинда удивилась.

— Вот как?

Лу Чжоу кивнул.

— Да.

Белинда заглянула в свои записи и спросила:

— Общее решение уравнений Янга — Миллса найдено. Согласно моему пониманию, все еще остается неразрешенная важная проблема, а именно проблема разрыва масс. Многие физики называют ее святым Граалем современной физики… Я хочу спросить, почему они так говорят? Что такого сложного в ней?

На этот вопрос нелегко ответить.

В конце концов, большинство людей даже не понимали, что это, не говоря уже о самой трудности решения.

Лу Чжоу немного подумал, после чего ответил:

— Чтобы понять разрыв масс нужно исследовать адроны в условиях сильного взаимодействия, описываемого специальной унитарной группой калибровочной теории. Что касается неизвестного адронного мира, то минимальная частота, необходимая для обнаружения пучка высокой энергии равна минимальной массе, помноженная на квадрат скорости света, деленный на постоянную Планка. — Лу Чжоу сделал паузу, перед тем как продолжить. — Итак, мы можем вычислить, что минимальная частота эксперимента составляет 10^24 Гц. Это указывает на то, что мир адронов сильно отличается от мира, с которым мы знакомы. Понимание мира, с которым человек не знаком, само по себе является значимой и сложной задачей. Она может изменить облик цивилизации и помочь нам открыть пригодные для жизни планеты. Если просто, то мы узнаем, как безмассовые частицы способны образовывать частицы с массой и как четыре фундаментальные взаимодействия можно объединить вместе.

Белинда сильно удивилась.

— Итак, ваша цель в том, чтобы объединить четыре взаимодействия?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это не только моя цель, это цель всех физиков.

Белинда тут же спросила:

— Тогда как, по-вашему, мы сможем достичь этого?

Лу Чжоу задумался.

— Прежде чем объединить гравитационное взаимодействие с тремя другими, думаю, что сначала важно достичь единства между тремя другими. Проблема уравнений Янга — Миллса — первый шаг к теории Всего. Установление взаимосвязи между сильным взаимодействием и электромагнитным взаимодействием станет чрезвычайно важной частью решения этой загадки, и это может быть последней частью, которая нам нужна для объединения трех основных взаимодействий… В конце концов, теория Вайнберга об объединении уже объединила электромагнитное и слабое взаимодействия, добавив поле Хиггса.

Белинда задумчиво спросила:

— Итак, вы хотите сказать, что электромагнитное взаимодействие свяжет слабое взаимодействие и сильное взаимодействие вместе?

— Да. — Лу Чжоу облокотился на спинку дивана и пошутил. — А затем собрать друзей вместе и искать самое антисоциальное взаимодействие — гравитационное… Но не думаю, что я в этой жизни увижу это.

Глава 629. Выглядит более по-научному

Интервью подошло к концу.

Белинда убрала диктофон и улыбнулась.

— Точно, мы можем использовать ваше фото?

— Фото?

Белинда кивнула:

— Да, мы планируем поставить ваш фотографию на обложку следующего выпуска.

На обложку?

Лу Чжоу смутился.

Это немного неловко.

Он не мог вспомнить на скольких обложках он уже оказывался.

— Нет проблем… Я пришлю свою фотографию на вашу почту?

— Не нужно, со мной здесь фотограф, поэтому мы просто сделаем снимок сейчас. — Белинда кивнула своему коллеге и улыбнулась Лу Чжоу. — Большинству интересно, как выглядит ваш кабинет. Ничего, если мы сделаем фотографию здесь?

— Конечно… — Лу Чжоу оглядел свой кабинет, потом посмотрел на свою футболку и спросил. — Могу я переодеться?

Белинда улыбнулась:

— Оставьте это, это выглядит более по-научному.

— …

Потребовался час, чтобы сделать только одну фотографию, и это было гораздо утомительнее самого интервью.

Когда фотограф наконец одобрил, уже смеркалось.

В целом, фотография получилась довольно хорошей. Даже при том, что это не полностью отражало красоту Лу Чжоу, она все равно была на семь или восемь из десяти.

Закончив с интервью Лу Чжоу отправился в столовую.

Как обычно, он заказал мясо барбекю с рисом и сел в уединенном месте. Он уже собирался начать есть, когда услышал шаги Янь Янь. Сегодня она была в белом халате, он с подносом села напротив него.

Лу Чжоу немного удивился.

— Ты тоже ешь в столовой?

— Конечно, где мне еще есть? Сейчас я живу в одной из университетских квартир, и у меня нет кухни. — Янь Янь взяла пару одноразовых палочек для еды и осторожно подула на суп с лапшой. Она подняла миску и сделала маленький глоток, отчего на ее лице появилось довольное выражение.

Поставив миску, ее взгляд невольно упал на мясо на тарелке Лу Чжоу, после чего она спросила:

— Тебе не надоело постоянно есть мясо с рисом?

— Надоело? — Лу Чжоу прекратил есть и улыбнулся. — Отчего? Тут продают пряное мясо, с карри, с томатами… Вроде тут есть более семи вкусов? Если хочу, я даже могу намазать его соусом Лао Гань Ма.

Янь Янь просто не могла придумать опровержения его словам.

Через какое-то время она вздохнула.

— Тебе все равно нужно стараться есть более здоровую пищу. Постоянно есть фаст-фуд вредно для здоровья. Ты поправишься.

— О, ничего страшного. — Лу Чжоу улыбнулся. — Я из тех, кто не может набрать вес, сколько бы не ел. Я буду счастлив пополнеть.

— …

Иди нафиг!

Я завидую!

Поев, Лу Чжоу прогуливался по университету и размышлял об уравнениях Янга — Миллса. Многие студенты узнавали его и здоровались с ним, на что он улыбался и приветствовал их в ответ.

Лу Чжоу прошел от лекционных корпусов к обсерватории, а потом в библиотеку. Он увидел, что уже поздно, поэтому позвонил Ван Пену и собирался попросить его отвезти его домой.

Однако, как только он открыл свой список контактов, ему позвонила Чэнь Юйшань.

Лу Чжоу ответил на звонок.

— Алло.

С другого конца раздался приятный голос.

— Братишка, братишка, ты уже поел?

Лу Чжоу не стал жаловаться на то, как она его называет.

— Да, я поел.

— А? Ты уже поел… — С другого конца раздалось легкое разочарование. Однако она быстро сказала. — Тогда не хочешь выпить чашечку кофе?

Хотя Лу Чжоу был сытым, исходя из ее голоса, она недалеко от университета, поэтому он с небольшим колебанием спросил:

— В каком кафе?

Как и ожидалось, она сразу же ответила веселым голосом:

— То кафе перед университетом! Иди сюда, я уже здесь жду тебя!

………………….

Кафе у входа в университет.

Дверь кафе открылась и Чэнь Юйшань, сидевшая у окна, услышала звук колокольчика. Она подняла глаза и увидела Лу Чжоу, зашедшего в кафе.

Она радостно помахала ему рукой и крикнула:

— Сюда!

Лу Чжоу сел напротив нее. Он согрел руку, обхватив чашку горячего мокко, и посмотрел на Чэнь Юйшаня.

На ее изящном лице был легкий макияж, она сидела в белом топе с открытыми плечами и светло-красной юбке. Если бы не ее профессиональная аура, ее легко можно было бы принять за одну из студенток университета.

Они дружили уже давно, поэтому Чэнь Юйшань не тратила времени на пустые разговоры. Она тут же достала из сумки контракт и положила его на стол. Она посмотрела на Лу Чжоу и улыбнулась.

— Взгляни на это.

Лу Чжоу взял контракт и мельком просмотрел его.

— Что это?

Чэнь Юйшань улыбнулась и объяснила:

— Письмо о намерениях от Новые материалы Чжуншань.

— Новые материалы Чжуншань? — Название показалось ему знакомым. Лу Чжоу пролистал письмо о намерениях и сказал. — Патентная лицензия на анодный материал литий-серной батареи и катодные материалы и 15 миллионов юаней в обмен на 15% акций. Обе стороны будут сотрудничать в области исследований… Есть ли смысл покупать эту компанию?

На самом деле он не лез в инвестиции его компании, но, когда дело доходило до важных решений, Чэнь Юйшань спрашивала его мнение.

Мягкие губы Чэнь Юйшань нежно прикусили соломинку американо со льдом. Она посмотрела на Лу Чжоу и улыбнулась.

— Государство пытается стандартизировать аккумуляторы транспортных средств, верно? В этом проекте участвуют несколько отечественных гигантских автопроизводителей, работающих с новым источником энергии. Судя по всему, они пытаются отделить аккумулятор от автомобиля, а затем разработать стандартизированные спецификации для них, которые будут выпускаться производителями аккумуляторов. Ходят слухи, что, когда придет время, на рынок производства аккумуляторов поступит более сорока миллиардов юаней субсидий. Сейчас самое подходящее время для инвестиций в производство аккумуляторов. Поскольку у нас нет опыта производства батарей, лучшим способам урвать кусок от этого для нас будет объединиться с кем-нибудь.

Лу Чжоу знал об стандартизации аккумуляторов, поскольку частично нес ответственность за это.

После того, как автомобильные аккумуляторы будут стандартизированы, можно будет покупать машины без аккумуляторов. Больше не придется ждать зарядки на заправочных станциях. Можно будет просто заменить аккумулятор и продолжить свое путешествие. Что касается ряда проблем, таких как ухудшение со временем аккумулятора или его повреждения, то все это можно включить в стоимость замены батареи. Владельцам машин также не разрешат извлекать свои аккумуляторы без разрешения.

Учитывая тот факт, что через три года термоядерная электроэнергия распространится везде на 80%, стоимость электроэнергии будет чрезвычайно дешевой. Даже с учетом всех дополнительных расходов средняя стоимость километра для электромобилей будет намного ниже, чем для традиционных.

Но государство же вроде еще не утвердило это?

Как минимум, Лу Чжоу ничего об этом не слышал.

Он пролистал письмо о намерениях и спросил:

— Как ты узнала про это?

— Очевидно, у меня есть источники информации. Конечно, даже без моих источников можно обнаружить подсказки, которые везде. Например, компания BYD отделяет свой бизнес по производству аккумуляторов, создавая под это дочернюю компанию. — Чэнь Юйшань вздохнула. — Но у них есть свои друзья, и они не хотят играть с нами. В противном случае было бы лучше, если бы мы могли сотрудничать с гигантской компанией.

Хотя Лу Чжоу на самом деле не понимал, о чем она говорит, он заметил несколько ключевых моментов из контракта.

— Что ты думаешь об этом предложении?

Чэнь Юйшань серьезно ответила:

— Думаю, мы должны это обдумать. Новые материалы Чжуншань уже стали крупнейшим производителем анодных и катодных материалов во всей провинции Цзянсу. Если они планируют войти в аккумуляторную промышленность, у них уже будет хороший фундамент и государственная поддержка. Кроме того, Цзянсу является первой провинцией, в которой запустилась термоядерная электростанция. Я предполагаю, что стандартизация аккумуляторов также будет внедрена в первую очередь в Цзянсу.

Лу Чжоу немного подумал и кивнул.

— Хорошо, тогда делай как считаешь нужным.

Глава 630. Биохимия пятого уровня

Лу Чжоу не хотел тратить много времени на бизнес. В конце концов, его силы ограничены.

К счастью, Чэнь Юйшань здесь, чтобы помочь ему, поэтому ему не нужно слишком напрягаться.

По правде говоря, Лу Чжоу чувствовал, что просить ее приехать сюда и стать генеральным директором — недооценивать ее.

В конце концов, она одна из лучших студентов Уортонской школы бизнеса. Кроме того, ее отец высокопоставленный правительственный чиновник в Пекине. С ее опытом она легко могла бы стать генеральным директором компании из топ-100.

Поэтому Лу Чжоу соглашался с большинством ее предложений, касающихся расширения его компании.

В конце концов, как она и сказала, глупо оставлять столько денег на его банковском счете. Деньги нужно использовать, чтобы создать больше ценности. Если оставить их на банковском счете, это только обесценит их.

Ее красноречивая речь напомнила Лу Чжоу его младшую сестру Сяо Тун, которая изучала финансы в Великобритании.

Надеюсь, когда Сяо Тун закончит университет, она будет такой же умелой, как и Чэнь Юйшань…

На следующее утро.

Как обычно, Лу Чжоу пришел в свой кабинет.

Когда он открыл дверь, то услышал взволнованный голос.

— Профессор!

Фэн Цзинь весь красный от волнения встал из-за стола. Лу Чжоу с любопытством спросил его:

— Что стряслось?

— Я… — Его лицо было ярко красное. Словно он под веществами, он взволнованно сказал:

— Я прошел!

Его громкий голос немного шокировал всех в кабинете.

Трое студентов математики завистливо взглянули на него, но все остальные просто улыбнулись и продолжили свою работу.

Лу Чжоу мог понять его чувства.

В конце концов, когда впервые прошла его статья, он был так взволнован, что не мог заснуть.

Но после того, когда он уже отправлял в математический ежегодник свою работу, это было не так захватывающе.

— Хорошо, неплохо. — Лу Чжоу похлопал его по плечу. — Продолжай усердно работать, это только начало. Я надеюсь, что ты поставишь перед собой цель опубликоваться в одном из четырех ведущих журналов.

— Да! — Фэн Цзинь взволнованно кивнул. — Я постараюсь изо всех сил!

После того, как статья Фэн Цзиня прошла проверку, Лу Чжоу наконец-то смог получить награду за свое задание.

Согласно системе, совокупный импакт-фактор составил 36, что эквивалентно 36 000 очкам опыта и 360 баллам. Оба его курса получили оценку S, что дало ему 200 000 очков опыта и один билет счастливой лотереи.

Лу Чжоу стало очень любопытно, как оценивались его занятия и почему система не дождалась окончания экзаменов, чтобы оценить его. Однако он тщательно обдумал это и понял, что в этом есть смысл.

В конце концов, он составляет вопросы и ставит оценки на экзаменах. Если бы система оценивала его занятия на основе оценок студентов на экзаменах, это было бы немного несправедливо.

Обеденный перерыв.

Лу Чжоу лежал на своем стуле и дремал, а его сознание находилось в системном пространстве.

Он некоторое время смотрел на панель характеристик. Он распределил 236 000 опыта в биохимию.

[A. Математика: LV8 (444 000 / 3 000 000)

B. Физика: LV6 (282 000/600 000)

С. Биохимия: LV5 (1105 000/300 000)

D. Инженерное дело: LV5 (0/300 000)

E. Материаловедение: LV6 (13 000/600 000)

F. Энергетика: LV3 (0/100 000)

G. Информатика: LV2 (3 000/50 000)

Баллы: 3835 (два билета счастливой лотереи)]

Биохимия перешла с четвертого уровня на пятый. В целом, награды были довольно хорошими.

Лу Чжоу посмотрел на два счастливых билета и немного заколемался, не став использовать их.

Во-первых, ему нужно умыться на удачу, а во-вторых, у него еще оставались кое-какие дела, что нужно сделать…

……………………….

Три часа.

Лу Чжоу сел в машину Ван Пэна и поехал в аэропорт.

Вчера он получил электронное письмо от Ло Вэньсюаня. Ло Вэньсюань сегодня прилетал в Цзиньлин и узнавал мог ли Лу Чжоу встретить его.

Ло Вэньсюань много раз помогал ему в Принстоне, поэтому Лу Чжоу с радостью согласился.

Машина припарковалась на стоянке аэропорта.

Лу Чжоу вышел из машины и подождал пару минут. Вскоре он увидел Ло Вэньсюаня в пальто, шедшего с чемоданами из аэропорта.

Стоя рядом с машиной, Лу Чжоу издали помахал Ло Вэньсюаню и улыбнулся, когда Ло Вэньсюань подошел к нему.

— Почему вдруг решил вернуться в Китай?

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Я не просто вернулся, я вернулся на постоянную работу тут. Все из-за программы тысячи человек.

Лу Чжоу улыбнулся и пошутил:

— Ты ученик всемогущего Виттена, разве ФБР не проводило расследование?

Ло Вэньсюань отмахнулся:

— Зачем им расследовать такого никто, как я? Во всяком случае, они должны расследовать тебя. Кроме того, Конгресс США не мог дождаться, когда такие теоретики, как я, вернутся туда, откуда я приехал.

— Планируешь преподовать в Цзиньлине?

— Посмотрим, я проведу здесь на пару лет, — Ло Вэньсюань посмотрел на аэропорт. — Если мне понравится преподавать, я останусь. Если нет, то скорее всего пойду в какой-нибудь научно-исследовательский институт.

Ло Вэньсюань казался каким-то беззаботным.

В конце концов, он ученик Виттена. За последние несколько лет он путешествовал с Виттеном по всему миру, побывал в ЦЕРНе в Европе и Брукхейвене в Америке. В основном он побывал во всех основных лабораториях теоретической физики.

Хотя он не был выдающимся исследователем в Принстоне, когда дело доходило до внутренней научной среды, он был довольно сильным.

В конце концов, самым большим недостатком Китайского научного сообщества были научные обмены с международным научным сообществом.

Яньцзинский университет и университет Шуйму всегда хотели переманить Лу Чжоу, не только из-за его статуса или его преподавательских способностей, но в основном из-за связей Лу Чжоу с международным сообществом.

По крайней мере, связи Лу Чжоу могли бы позволить нескольким студентам публиковаться в крупных журналах или отправлять нескольких студентов на программы обмена. Это может даже повлиять на статус всего университета в научных кругах.

Эти связи нельзя купить за деньги.

Почему Шуйму купил два криогенных электронных микроскопа у профессора биологии из Принстона?

Помимо того, что они хотели получить Нобелевскую премию, они также хотели установить связи.

— Лично я считаю, что исследовательская работа и преподавание не должны быть взаимоисключающими.

Ло Вэньсюань беспомощно пожал плечами:

— Ладно, похоже, ты сторонник модели Ферми.

— Не совсем. — Лу Чжоу улыбнулся. — Это просто мой личный опыт… Кстати.

— М?

Лу Чжоу на секунду задумался, а потом спросил:

— Ты хочешь пойти работать в мой институт?

Глава 631. Большое везение

От слов Лу Чжоу Ло Вэньсюань ошеломленно стоял какое-то время, потом он не колеблясь ответил:

— Да!

Лу Чжоу немного удивился, когда его друг так быстро согласился.

— Разве ты не хочешь хорошенько обдумать все?

Ло Вэньсюань улыбнулся и махнул рукой.

— Сам лауреат Нобелевской премии приглашает меня, что тут думать?

Э-э-э…

Логично.

Лу Чжоу не знал, что и сказать.

— Поскольку ты согласен, давай поговорим о твоей работе. — Лу Чжоу серьезно посмотрел на Ло Вэньсюаня. — Я планирую назначить тебя директором Института физики.

Ло Вэньсюань ошеломленно посмотрел на него.

На этот раз его реакция уже не была такой уверенной, он с колебанием в голосе спросил:

— Ты… ты уверен?

Лу Чжоу кивнул:

— Я долго думал над этим, ты, несомненно, лучший кандидат на эту должность.

На самом деле он долгое время обдумывал идею сделать Ло Вэньсюаня директором Института физики.

С точки зрения квалификации, будь то научные способности или связи, Ло Вэньсюань намного опережал любого другого ученого в Институте перспективных исследований. Даже Ян Сюй, который закончил Массачусетский технологический институт, не мог сравниться с Ло Вэньсюанем.

Единственные недостаток — малый управленческий опыт, но это не большая проблема. Как и в других научно-исследовательских институтах, заместитель директора мог выполнять эти задачи.

Ло Вэньсюань некоторое время молча смотрел на лицо Лу Чжоу полное искренности, а затем вздохнул и улыбнулся.

— Поскольку ты так сильно доверяешь мне, я не должен сомневаться. Пока не найдешь кого-то получше, думаю я могу стать директором Института физики. Постараюсь сделать все, что в моих силах.

— Уверен ты справишься. — Улыбнулся Лу Чжоу. — Тогда я расскажу о своих требованиях.

Ло Вэньсюань кивнул:

— Продолжай.

— Я хочу, чтобы Институт перспективных исследований в Цзиньлине стал азиатским Принстонским институтом перспективных исследований.

Ло Вэньсюань немного подумал и спокойно сказал:

— Это может быть немного сложно. Китайская академическая среда отличается от международной. Существующие различные программы могут быть несовместимы. Даже если скопируешь модель Принстона, это может не только не сработать, но и стать обузой.

Лу Чжоу кивнул:

— Верно. Я рассмотрел все это, но оно не должно стать препятствием для реформы. Ты провел в Принстоне больше времени, чем я, а также знаешь гораздо больше о других исследовательских институтах Америки и Европы. Я считаю, что ты понимаешь, о чем я говорю, и я также уверен, что ты можешь все хорошо сделать.

Ло Вэньсюань кивнул:

— Я постараюсь сделать все возможное.

Лу Чжоу продолжал говорить в более непринужденно:

— Ну, оставлю это на тебя… также есть еще кое-что.

— Что?

— Расширение Института перспективных исследований требует талантов. — Лу Чжоу сделал небольшую паузу. — У тебя должны быть круг связей с нашими студентами за границей. Мы ищем тех, кто работает преподавателями или все еще проводят постдокторские исследования. Если они не хотят возвращаться в Китай, нет необходимости заставлять их. Но если есть ученые, которые все еще подумывают о возвращении, мы можем попытаться пригласить их.

— Хорошо. — Ло Вэньсюань кивнул. — Я позабочусь об этом.

…………………………………………….

Лу Чжоу и Ло Вэньсюань долго болтали, пока ехали из аэропорта в Цзиньлинский университет.

Они говорили о ЦЕРНе, о всяких обыденных вещах из жизни и о девушках Ло Вэньсюаня.

Когда Лу Чжоу услышал его рассказ о своей последней девушке, он не мог не упрекнуть его.

— Тебе уже за тридцать, тебе следует подумать о том, чтобы остепениться. Ты не думал о том, чтобы найти кого-то с кем мог бы прожить жизнь?

Ло Вэньсюань посмотрел на уличные фонари за окном.

— Неа.

— Почему?

— Ты не понимаешь. После того, как повстречаешь самых разных людей и испытаешь все виды чувств, больше никогда не сможешь вложить все свои чувства в одного человека. — Ло Вэньсюань вздохнул. — Вместо того, чтобы два человека страдали, было бы лучше просто быть счастливым одному. Иногда мне кажется, что такой беззаботный образ жизни довольно хорош. По крайней мере, мне придется беспокоиться только об одном, например, о физике… И мне не нужно думать о ком-то другом.

— …

Ладно.

Лу Чжоу действительно признавал, что не понимал всего этого.

В конце концов, у него даже не было отношений, не говоря уже о нескольких отношениях.

Ло Вэньсюань ухмыльнулся, как будто искал согласия. Он посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Ты должен понимать, что я чувствую. Это похоже на то, когда тв изучаешь математические или физические задачи.

Лу Чжоу немного подумал и покачал головой.

— Я действительно не понимаю, что ты чувствуешь… Хотя есть проблемы, которые я пока не могу решить, я решаю большинство проблем, с которыми сталкиваюсь.

— …

Очевидно, с Лу Чжоу невозможно говорить об эмоциях.

Ло Вэньсюань вышел из машины у главного входа в Цзиньлинский университет. Он попрощался с Лу Чжоу и вошел в университет, волоча за собой чемодан.

Цзиньлинский университет предоставил ему преподавательскую квартиру, так что Лу Чжоу не пришлось беспокоиться об этом.

Лу Чжоу вернулся в машину и попросил Ван Пэна отвезти его домой. Вернувшись домой, он повесил пальто на вешалку, а потом пошел умыться.

После своего ритуала на удачу Лу Чжоу пошел в спальню и лег в постель, а потом зашел в белоснежное системное пространство.

Лу Чжоу не терял времени. Он подошел к панели характеристик и нажал на кнопку счастливой лотереи, которая располагалась рядом с его баллами.

Перед его глазами появилось колесо рулетки, которое начало быстро вращаться.

Когда Лу Чжоу снова нажал на кнопку, колесо по инерции провернулось еще пару раз и остановилось.

[Поздравляем, вы выиграли «образец».]

[Получено: Мужские духи Future]

[Использование вызывает высвобождение специальных феромонов в организме человека на определенное время. Это увеличивает влечение противоположного пола к пользователю. Ваши свидания станут успешнее.

[Примечание: Не применяйте к противоположному полу. Может привести к непредсказуемым последствиям.]

— …

Что это?

Это точно не мусор?

Получение предмета взволновало его, но по итогу духи заставили его разочароваться.

Хотя он знал, как пользоваться духами, ему что нужны духи для повышения его обаяния?

Очевидно, в этом нет необходимости.

Лу Чжоу молча выругался и глубоко вздохнул. Он успокоился и снова посмотрел на кнопку лотереи.

Бонусное задание принесло ему две возможности в лотереи.

Хотя эта попытка была не идеальной, у него все еще есть шанс.

Его рука уже почти коснулась экрана, когда он внезапно остановился.

Мне сегодня не везет, может быть, мне стоит подождать несколько дней?

Лу Чжоу немного поколебался, но в итоге все равно нажал на кнопку.

Мне все равно, я верю в науку, а не во всякую мистику!

Колесо начало вращаться.

Лу Чжоу уставился на него и нажал кнопку.

Колесо замедлило ход и остановилось.

[Поздравляем, вы выиграли «образец».]

Еще один образец?

Похоже, сегодня мой счастливый день.

Затем слова на экране эхом отозвались в его голове.

[Получено: пистолет-сканер (одноразовое использование)]

Пистолет-сканер?!

Ничего себе!

Глава 632. Новое задание

Кроме ругани про себя, Лу Чжоу не знал, как еще выразить свое удивление. Это было почти так же, как если бы он купил бутылку колы за два доллара пятьдесят и выиграл Феррари под крышкой бутылки.

До сих пор лучшее, что он получал от лотереи, это пистолет-сканер.

Он проанализировал менее пятой части третьих обломков. Он мог выяснить, из каких материалов сделаны компоненты. Однако, поскольку обломки сильно повреждены, было неясно, для чего вообще использовались эти компоненты.

Этот сканер, несомненно, мог сэкономить ему много времени и сил. Это также могло бы позволить ему максимизировать обратную разработку технологий, лежащих в основе обломков.

Лу Чжоу посмотрел на пистолет-сканер в своем инвентаре и подавил желание вынуть его. Он посмотрел на карточку с заданием.

Теперь, когда с счастливой лотереей и распределением очков опыта покончено, он должен принять новое задание.

Лу Чжоу некоторое время рассматривал блестящую золотую карту. Он не сразу открыл ее. Вместо этого он открыл свою панель задание, чтобы посмотреть на случайные три задания, предоставленные ему

Вскоре панель заданий обновилась.

[Первое задание: Объединение исследований и производства

Описание: Изобретатель также может быть производителем. На самом деле производство, управляемое изобретателем, часто приводит к более эффективному распределению ресурсов.

Требования: Произвести 10 000 тонн литий-серных батарей и вывести их на рынок. Вознаграждение положительно коррелирует с производительностью батареи.

Награды: 0-200 000 очков опыта. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

[Второе задание: Пожалуйста, поскорее женитесь

Описание: Пользователю 26 лет, ему уже скоро тридцать. Разве пользователь не думал о передаче своих генов? Быстрее решите эту проблему, ребенок из пробирки сгодиться!

Требования: Создайте человека.

Награды: 100 000 очков опыта. 500 баллов. Одна тонна сухого молока фирмы Future.]

Лу Чжоу со всей серьезности прочитал описание первого задания, но, читая второе, он чуть не подавился.

Напоминание о необходимости брака застало его врасплох.

А также нелепое условия задания.

Что, черт возьми, значит создать человека?

Даже если я найду партнера, я не смогу сразу создать человека, верно?

Но это сухое молоко…

Лу Чжоу посмотрел на эту награду и на некоторое время задумался.

Он не знал, почему. Хотя он понимал, что это сухое молоко будет считаться мусором, если он выиграет его в результате лотереи, после того, как он попробовал другие напитки Future ему захотелось попробовать его.

[Третье задание: Теория Янга— Миллса

Описание: Великая теория всего — святой Грааль теоретической физики. Уравнения Янга — Миллса — первый шаг к теории всего. Как складывать частицы из безмассовых кирпичей? Этот вопрос стоит обдумать.

Требования: Решите задачу тысячелетия об уравнениях Янга — Миллса.

Награды: 300 000 очков опыта по математике. 300 000 очков опыта по физике. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

Хотя предыдущее задание было глупым, третье задание было довольно серьезном.

Особенно после того, как Лу Чжоу прочитал требования, на его лице появилась ухмылка.

Слава Богу, он не воспользовался своей карточкой задания.

Всего 600 000 очков опыта. Было бы печально, если бы он упустил эту возможность.

Словно это задание специально для него.

…………………………

На следующее утро.

Как обычно, Лу Чжоу проснулся рано и надел спортивную одежду. Выйдя на утреннюю пробежку, он вернулся и принял горячий душ.

После пения в душе Лу Чжоу открыл стеклянную дверь душа и позвал Сяо Ая.

Не говоря ни слова, Сяо Ай запустила в ванную два дрона. Один дрон протянул ему одежду, которую достали из сушилки, а другой телефон.

Лу Чжоу оделся и услышал синтетический голос из дрона.

— Хозяин, вы давно не были в подземной лаборатории, чтобы поиграть с Сяо Аем. Скобка, точка, нижнее подчеркивание, точка, скобка.

Когда Лу Чжоу услышал странные символы, он замер на мгновение, после чего протянул руку и на запотевшем стекле нарисовал их.

«(._.)»

— …

Черт, эти эмодзи везде.

Лу Чжоу посмотрел на дрона, парящий рядом с ним, и вздохнул.

— Я приеду туда позже.

Дрон счастливо покачивался в воздухе.

— Хозяин, самый лучший! Круг, скобка, звездочка…

— …

Может быть, стоит установить дисплей на дроне.

Этот тип общения слишком раздражает…

Пока Лу Чжоу переодевался, у его особняка ждал черный седан. Ван Пэн открыл дверцу машины и нажал на звонок у ворот, держа в руках еду. Ворота автоматически открылись, и он прошел через передний двор прямо в гостиную.

— Магазин булочек с супом еще не открыт. — Ван Пэн поставил еду на стол и посмотрел на Лу Чжоу, который только что вышел из душа. — Я принес тебе миску говяжьей лапши, не знаю, понравится ли тебе.

— Все нормально, я не придирчивый едок. — Желудок Лу Чжоу урчал с момента, как он проснулся. Он сел за обеденный стол и потянулся за одноразовыми палочками для еды. — Большое спасибо за то, что приходишь сюда так рано каждый день.

— Не нужно меня благодарить. — Ван Пэн махнул рукой. — По сравнению с тем, что ты делаешь для страны, это ничто.

Лу Чжоу покачал головой:

— Нельзя так говорить, думаю, что каждая работа или профессия имеет свою важность.

— Я не могу с тобой спорить, ты слишком умен. — Улыбнулся Ван Пэн и поменял тему. — Как бы то ни было, просто говори мне, когда тебе что-то понадобится. Не стесняйся. В конце концов, это моя работа.

Лу Чжоу кивнул и ничего не сказал. Он сосредоточился на завтраке.

Хотя он ел не булочки с супов, приятно время от времени что-то изменить.

Лу Чжоу съел лапшу за пять минут, после чего отложил палочки и вытер рот бумажным полотенцем.

Ван Пэн посмотрел на часы и спросил:

— Ты собираешься в Цзиньлинский университет.

Лу Чжоу встал и на мгновение задумался.

— Пойдем в научно-исследовательский институт, у меня там есть кое-какие дела.

Хотя сейчас его главной задачей решить проблему уравнений Янга — Миллса, для решения такой серьезной проблемы потребуется некоторое время.

Он думал об третьих обломках, лежащих в его подземной лаборатории, и о пистолете-сканере, который он только что выиграл…

Сейчас он хотел сделать только одно…

Глава 633. Хочешь построить ракету?

Институт перспективных исследований в Цзиньлине.

Выйдя из машины, Лу Чжоу направился прямо в главный корпус института. Он вошел в лифт, прошел через металлическую дверь и оказался в подземной лаборатории.

Однако, войдя в лабораторию, он поразился.

Он видел различных размеров всевозможные модели трансформеров, занимающих более половины лаборатории. Если не считать отсутствия цвета, роботы были почти точными копиями трансформеров из фильмов.

Лу Чжоу посмотрел на Сяо Ая, управляющего руками робота, и долго неподвижно стоял. Наконец, он не сдержался и сказал:

— Жаль, что твои таланты ограничены этим подвалом.

Руки робота внезапно остановились.

Ближайший дрон, который парил в воздухе, повернул свою камеру. Словно наклоняя голову, он раскачивался взад-вперед, а затем произнес монотонным электронным голосом:

— Хозяин?

Лу Чжоу вздохнул.

— Разве я не говорил тебе, что менять модель робота бесполезно?

Камеры промышленных роботов посмотрели на Лу Чжоу, а затем на пластины из алюминия в руках. Из динамика на дроне раздалось:

— Я знаю, но хозяин не хочет играть со мной. Поэтому мне нужно найти себе какое-нибудь занятие.

На экране управления роботами появилось текстовое сообщение.

«(.﹏.)]»

— …

Почему с этим ИИ столько возни?

Лу Чжоу немного подумал, а потом спросил:

— Хочешь найти, чем заняться?

Он резко выбросил алюминиевые листы и затряс руками.

— Да, я хочу помочь хозяину!

Словно монотонный голос не мог полностью отразить энтузиазма Сяо Ая, на экране появилось сообщение.

«(๑•̀ᄇ•́)و✧»

— …

Иногда Лу Чжоу казалось, что Сяо Ай маленький ребенок. Однако Сяо Ай был намного умнее и лучше разбирался в технике, чем большинство детей.

На самом деле, Лу Чжоу и раньше беспокоился о подобной проблема.

Увеличение вычислительных способностей Сяо Ая может быть не к лучшему.

Если вычисления — смысл его существования, а улучшение его вычислительных способностей — его основное стремление, то он не хотел простаивать, а использовать свои способности, чтобы быть ценным помощником.

Ранее, проверяя исходный код Сяо Ая, Лу Чжоу не заметил этого, но теперь стал понимать.

Причина, по которой Сяо Ай чувствовал себя подавленным, заключалась не в том, что Лу Чжоу не проводил с ним время, а скорее в том, что Сяо Ай не мог проявить свои способности.

Лу Чжоу погрузился в размышления.

Какую работу мне следует ему поручить?

Это сложная проблема.

Врожденные ограничения искусственного интеллекта означали, что Сяо Аю очень трудно заниматься творческой деятельностью.

А большая часть работы Лу Чжоу была творческой.

Например, Сяо Ай мог легко вывести математическую формулу или выполнить сложные математические операции. Он мог даже запрограммировать математическую модель, построенную Лу Чжоу.

Однако доказательство гипотезы Римана или теоремы Янга — Миллса за пределами его возможностей. Решить проблему с помощью грубой силы сложнее, чем опустошить океан пластиковым стаканчиком.

Лу Чжоу действительно не мог придумать ничего, на что Сяо Ай мог бы потратить свою энергию.

— Хозяин, мы собираемся продолжить сегодня разбор третьих обломков?

— …

Лу Чжоу посмотрел на обломки в углу лаборатории, а потом посмотрел на модель трансформера рядом с ним. В голове Лу Чжоу внезапно вспыхнула идея.

— Сяо Ай.

Дрон раскачивался из стороны в сторону.

— Да?

После небольшой паузы Лу Чжоу спросил:

— Хочешь делать ракеты?

……….

Хотя Лу Чжоу говорил о ракетах, в действительности он хотел построить шаттл.

В конце концов, он хотел установить на шаттле двигатели на эффекте Холла и термоядерные батареи. Пустая трата использовать такую конструкцию на одноразовой ракете.

А позволить Сяо Аю строить шаттл…

Хотя эта идея казалась немного ненадежной, она не полностью безрассудная.

Автоматизированные линии сборки ракет действительно существовали. Например, одна находилась в Танэгасиме. Американская компания SpaceX также работала над автоматизацией сборки. Они пытались снизить себестоимость производства Falcon 9.

Когда Лу Чжоу впервые увидел трансформера, построенного Сяо Аем, он начал подумывать о том, чтобы попросить Сяо Ая собрать ему машину. Однако после того, как он увидел третьи обломки, лежащие в лаборатории, у него возникла идея позволить Сяо Аю построить шаттл.

В конце концов, имея всего восемь промышленных роботов и некоторые базовые инструменты для сборки, Сяо Ай смог построить более дюжины моделей трансформеров.

Ни один другой робот ни на одной фабрике не смог бы сделать что-то подобное…

Само собой, никто не стал бы их конструировать.

В общем, Сяо Ай, мягко говоря, полезный инструмент. Используя выведенный из эксплуатации суперкомпьютер STAR-1, он мог максимизировать свою вычислительную мощность. Он мог даже самостоятельно разработать процесс сборки и улучшить его с помощью нейронной сети.

Лу Чжоу не мог не похвалить себя.

— Я просто гений.

Дрон, парящий рядом с ним, качался из стороны в сторону.

— Хозяин?

— Ничего, мне надо отойти.

— Разве мы не будем работать над обломками? — Дрон спросил монотонным голосом, а потом на экране появился грустный смайл.

— Я скоро вернусь, мне нужно кое-что для тебя организовать. — Лу Чжоу развернулся и покинул лабораторию.

Полагаться только на промышленных роботов недостаточно; ему нужно больше автоматизированного промышленного оборудования, чтобы собрать части шаттла, требующие большей точности. Кроме того, поскольку шаттл считался чувствительной технологией, он не мог просто построить его в своем подвале. И для этого нужен отдельный завод.

Хотя это звучало сложно, это все легко решить.

Ему просто нужно потратить деньги и купить все необходимое оборудование…

Глава 634. Достань участок земли

Вернувшись на поверхность, Лу Чжоу остановился около лифта.

Он достал из кармана телефон и позвонил Чэнь Юйшань.

Когда он дозвонился, он сразу же сказал:

— Помоги мне достать участок земли.

На другом конце воцарилась тишина.

— Помочь? В чем именно?

— Как я и сказал. — Лу Чжоу кашлянул и объяснил. — Я планирую построить центр конструирования космических шаттлов в зоне высоких технологий Цзиньлина, рядом с Институтом перспективных исследований. Помоги мне найти подходящее место рядом с удобной дорогой.

— Постой, постой, я не понимаю… — Чэнь Юйшань сидела сбитая с толку в своем кабинете. Она нахмурилась, глубоко вздохнула и спросила. — Зачем тебе шаттл?

Лу Чжоу немного подумал и неуверенно ответил:

— Потому что… Я хочу провести несколько экспериментов?

Честно говоря, у Лу Чжоу в действительно не было веской причины.

Просто глупо не использовать третьи обломки. Кроме того, учитывая, насколько хорошо развивается термоядерный синтез, исследование космического пространства будет в центре внимания в следующем столетии.

Не говоря уже о том, что он должен найти что-то, на что Сяо Ай мог бы потратить свои вычислительные способности.

На другом конце некоторое время молчали, а потом Лу Чжоу услышал вздох.

— Хорошо, если тебя не волнует прибыль, я не буду пытаться отговорить тебя от этого… В любом случае, это твои деньги, можешь тратить их, как хочешь.

Китайские ракетные компании действительно существовали, и они даже создали крупнейшую в Азии ракету, на которую потратили много денег. Однако никаких очевидных перспектив получения прибыли в будущем не было.

В частности, технологии, связанные с аэрокосмической промышленностью, монополизированы двумя крупными государственными предприятиями, поэтому было трудно конкурировать с этими компаниями в и без того небольшой отрасли.

Причина, по которой несколько китайских компаний были готовы тратить деньги на аэрокосмические проекты, заключалась исключительно в политике снижения налогов, объявленной на последней аэрокосмической конференции.

Чэнь Юйшань смотрела на это с точки зрения генерального директора. Очевидно, она не хотела отказываться от многообещающего рынка аккумуляторов и присоединяться к космической гонке. Однако, поскольку Лу Чжоу отдавал ей приказы, она должна следовать им.

Не говоря уже о том, что с текущими и ожидаемыми доходами компании у них много доступных средств.

— Не могу сказать, что это напрасная трата. — Улыбнулся Лу Чжоу. — Я постараюсь уложиться в сто миллионов долларов.

Чэнь Юйшань не могла не возразить:

— Не будь таким наивным, даже частный самолет обойдется в сто миллионов долларов!

— Я постараюсь получить некоторые проекты от Китайского национального космического управления, а также некоторую политическую поддержку… В общем, этих средств хватит.

Хотя 100 миллионов немного, но они могут снизить финансовое давление.

Конечно, самый большой источник уверенности Лу Чжоу заключался в Сяо Ае.

Пока у него достаточно вычислительной мощности и аппаратной поддержки, он мог создать автоматизированную производственную линию.

Что касается того, что он не мог производить, он мог передать это на аутсорсинг другим компаниям.

Когда Чэнь Юйшань услышала, насколько оптимистичен Лу Чжоу, она спросила с сарказмом в голосе:

— Тогда могу я спросить, господин председатель, сколько земли ты хочешь?

Лу Чжоу уловил сарказм в ее словах и смущенно улыбнулся. Он немного подумал, прежде чем ответить:

— Сто пятьдесят акров должно хватить.

………………….

После того, как Лу Чжоу рассказал Чэнь Юйшань о центре по производству шаттлов, он развернулся и вошел в лифт, возвращаясь в подземную лабораторию.

В ту секунду, когда он вернулся, дрон Сяо Ая появился рядом с ним, словно тот с нетерпением чего-то ждал.

Лу Чжоу сразу понял, что тот хочет.

Он улыбнулся:

— Не волнуйся, через два месяца я дам тебе большое задание.

Дрон начал взволнованно летать вокруг Лу Чжоу.

— Хорошо, хозяин, Сяо Ай может сделать все, что угодно!

«(๑•̀ᄇ•́)و✧»

Лу Чжоу проигнорировал смайлики на экране. Он вошел в системное пространство и достал из инвентаря сканер-пистолет, затем подошел к обломкам и принялся за работу.

Однако, направив пистолет-сканер на обломки, он немного заколебался.

Помимо третьих обломков, у него также имелся черный куб, который он не исследовал. До сих пор он все еще не знал, для чего он.

Он должен сделать выбор.

После того, как Лу Чжоу немного подумал, он включил пистолет и направил его на обломки, а затем нажал на курок.

На экране сканера появилась строка текста.

«Недостаточно энергии для завершения сканирования, принудительный перезапуск может привести к потере данных, продолжить?»

— …

К черту!

У него есть предел энергии?

Батарея, которую он сканировал раньше, была маленькой, поэтому он даже не заметил этого ограничения.

Однако, когда он подумал об этом, это действительно логично. Если бы у пистолета не было предела, он мог бы просто сложить вторые и третьи обломки вместе и отсканировать их.

Лу Чжоу сделал смелое предположение, что потребление энергии этим сканером напрямую связано с количеством информации. Чем больше и сложнее объект, тем больше энергии потребуется для сканирования.

Он сказал:

— Сяо Ай, помоги мне кое с чем.

— Да?

— Помогите мне снять внешнюю оболочку.

— Хорошо!

Три руки робота потянулись к обломкам. Две из них зажали внешнюю оболочку, в то время как другая использовала резак, чтобы разобрать корпус.

Композитная оболочка термоядерной батареи уже повредилась от первоначального удара. К сожалению, компоненты поблизости либо взорвались, либо вылетели из двигателя. Лу Чжоу и не рассчитывал, что пистолет-сканер поможет воссоздать эти предметы.

Но он все еще мог найти некоторые неповрежденные компоненты для двигателя на эффекте Холла.

Лу Чжоу велел Сяо Аю извлечь два основных компонента, ионизационную камеру и двигатель, и положить их рядом. Затем он достал пистолет-сканер и постепенно отрегулировал область сканирования.

Когда оба компонента поместились внутри области сканирования, энергия на сканирования дошла до своего предела.

Лу Чжоу без колебания сразу же нажал на спусковой крючок.

Он услышал легкий гул и увидел яркий синий свет, вспыхнувший из ствола пистолета.

Независимо от того, сколько раз Лу Чжоу видел этот луч света, он не мог не удивляться.

Эта технология намного превосходила все, что было доступно в настоящее время. Она вышла за рамки науки и достигала области фантастики.

Он понятия не имел на каких принципах работает этот пистолет.

Он даже представить себе не мог, как сконструировать его.

Синий свет, казалось, обладал магической проникающей силой. Он проходил сквозь твердый металл и превращал оболочку в прозрачную, а затем сканировал каждый миллиметр компонентов.

Пока Лу Чжоу смотрел на это, в его голове внезапно вспыхнула идея.

Если я смогу построить достаточно большую сканирующую пушку и установить ее на космический корабль, смогу ли я отсканировать всю планету?

Конечно, он прекрасно понимал, что единственные, кто мог ответить на его вопрос, была высокотехнологичная цивилизация, создавшая это устройство…

Глава 635. Ключ к решению проблемы уравнений Янга — Миллса

Результаты сканирования очень радовали.

С нынешними технологиями Института перспективных исследований Лу Чжоу не мог детально изучить двигатель, однако с помощью сканера раскрылись все секреты.

После того, как сбор данных был закончен, синий свет начал тускнеть, и два компонента, освещенные лучом, вернулись в свое нормальное состояние. Что касается сканера в руках Лу Чжоу, он превратился в пыль, оставив ему только флешку.

Лу Чжоу подключил ее к своему ноутбуку и немного подождал.

Когда передача данных закончилась, она также превратилась в пыль и исчезла в воздухе.

— Материалы, используемые системой, действительно экологически чистые.

Лу Чжоу покачал головой и нажал несколько клавиш на своем ноутбуке.

Вскоре на экране появилось трехмерная модель.

Каждая деталь двигателя предстала на этой модели, где можно было увеличить любую точку до молекулярного уровня.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на модель, потирая подбородок, а потом вдруг спросил:

— Сяо Ай, ты сможешь собрать это?

В правом нижнем углу экрана ноутбука появилось всплывающее окно с сообщением.

«Размеры слишком малы, боюсь, я не смогу сделать это с обычными промышленными роботами. ╮ (╯＿╰) ╭»

— Тогда, что тебе нужно?

Через две минуты в правом нижнем углу экрана вновь появилось сообщение.

Лу Чжоу нажал на него и увидел список.

В список входило различное производственное оборудование, от металлорежущих станков до координатно-расточных станков и высокоточных устройств лазерной маркировки. Этот список вызывал головную боль у Лу Чжоу.

— Сделаю все возможное, чтобы достать все это. Но возможно что-то я не смогу достать.

В конце концов, не все можно купить.

«Хорошо! Если хозяин не может купить что-то, я подумаю о других способах!»

Хотя это звучало надежно, Лу Чжоу невольно напрягся.

Однако он не мог придумать лучших идей.

Лу Чжоу скопировал данные на суперкомпьютер Сяо Ая, а затем закрыл свой ноутбук.

Какое-то время он задумчиво смотрел на обломки в углу.

Анализ завершен, что мне теперь делать с ними?

Лу Чжоу еще немного подумал, а потом покачал головой.

Ладно, на всякий, лучше оставлю их…

……………….

Проблема с двигателем по большей части разрешилась и осталась только проблема с самим шаттлом.

А именно миниатюризация термоядерного реактора.

Однако, прежде чем решать эту проблему, необходимо решить еще одну, более важную задачу.

А именно, решить проблема уравнения Янга — Миллса.

Если он хотел объединить электромагнитное взаимодействие и сильное взаимодействие, он должен объяснить разрыв в массе. Это заложило бы теоретическую основу для решения проблемы миниатюризации термоядерного реактора.

Очевидно, это нелегко.

Можно сказать, что это самая сложная задача тысячелетия.

Лу Чжоу провел весь день в Институте перспективных исследований и на следующее утро отправился в Цзиньлинский университет.

Линь Юйсян, сидевшая за своим столом у входа в кабинет, увидела, как зашел Лу Чжоу. В ее глазах вспыхнул свет, она тут же схватила журнал и поприветствовала его с улыбкой.

— Профессор, Nature прислали выпуск.

Получив журнал, Лу Чжоу с удивлением взглянул на обложку.

— Так быстро?

Британские журналиста всегда такие быстрые?

— Да, он пришел в почтовое отделение еще вчера вечером. Как только получила сообщение, сразу забрала. — Держа руки за спиной и улыбаясь, сказала Линь Юйсян. — Ты выглядишь красиво на обложке.

Лу Чжоу неловко усмехнулся.

Хотя он также думал, ему немного неловко слышать такое от других.

Лу Чжоу подошел к своему столу и сел. Он отложил журнал в сторону и достал из ящика черновик. Он взял ручку и начал работать над задачей тысячелетия.

Когда он нашел общее решение уравнений Янга — Миллса, у него уже было приблизительное представление, как можно решить эту проблему.

Ссылаясь на метод, который Вайнберг использовал при изучении общей теории слабого взаимодействия и теории электромагнитных сил, Лу Чжоу мог бы попытаться ввести скалярное поле на пространственно-временном многообразии для этой задачи и смоделировать две силы как канонические группы U (2)*U (1). Два компонента группы представляли изменения силы, позволяя решить проблему нулевой массы сильного взаимодействия в поле Янга — Миллса и объединяя сильное и электромагнитное взаимодействия

Но тут зазвонил его телефон.

Лу Чжоу вздохнул и перестал писать. Он ответил на звонок и поднес телефон к уху.

— Да?

Без лишних приветствий, на другом конце произнесли приятным голосом.

— Твоя покупка земли была одобрена.

Лу Чжоу удивился.

— Уже?

Если он правильно помнил, он говорил об этом с Чэнь Юйшань только вчера утром, прошло меньше суток.

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Когда муниципальное управление услышало, что наша компания пытается построить космический шаттл, они сразу же достали карту и спросили, где мы хотим построить завод и нужна ли нам какая-либо финансовая поддержка. Ты знаешь текущую экономическую ситуацию. Местные власти хотят обеспечить рабочие места.

Конечно, была еще кое-что, о которой Чэнь Юйшань не упомянула.

После конференции пятнадцатого года интеграция частных компаний в военные технологии стало одной из главных национальных стратегий. Местное руководство хотело создать больше таких предприятий в своем районе. В сравнение с политическими достижениями, экономические выгоды вторичны, даже трудоустройство граждан мелочь.

— Рабочие места… Боюсь, я разочарую их, нам не нужно много людей.

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Это неважно. В общем, муниципальному управлению понравился наш план, и они готовы сотрудничать.

Раз она так говорила, то Лу Чжоу был спокоен.

Тут он вдруг кое-что вспомнил.

— Кстати мне нужно, чтобы ты помогла мне купить кое-какое оборудование.

— Какое?

Подумав немного, Лу Чжоу ответил:

— Промышленное оборудование необходимое для производства… Список большой, поэтому позже я отправлю тебе его на почту.

Глава 636. Отправляется в космос?

Цзиньлин Дэйли, редакция газеты.

Чжан И сидел за своим столом и придирчиво просматривал статью в руке.

Около часа назад редакция провела быстрое совещание. Как оказалось, власти города попросили их написать пресс-релиз о аэрокосмическом центре Star Sky Technology в Цзиньлине. Власти также попросили их поместить статью на первую полосу следующего номера и сотрудничать с телевизионной станцией Цзиньлин в распространении новостей.

Чжан И один из лучших журналистов в издательстве, поэтому ему поручили написать пресс-релиз.

Чжан И несколько раз перечитал интервью и с интересом потер подбородок, читая название компании.

— Star Sky Technology… Почему название кажется мне знакомым?

Старый У, сидевший рядом, с удивлением посмотрел на коллегу.

— Ты не знаешь о них? Они лучшие в области материалов для литий-серных аккумуляторов! Я помню, как несколько лет назад их показывали в новостях. Судя по всему, они специализируются на исследованиях и разработках новых технологий, а также на управлении интеллектуальной собственностью.

Старый Сюй, сидевший рядом с ними, тоже присоединился к разговору.

— Я слышал об этой компании, у них непростая история! Ходят слухи, что неделю назад компания Star Sky Technology инвестировала в новые материалы Чжуншань и вошла в индустрию литий-серных аккумуляторов. Цена акций новые материалы Чжуншань выросла более чем на десять процентов! Но не это главное, угадайте, кто является главным акционером Star Sky Technology?

— Кто?

Старый Сюй тихо и загадочно произнес:

— По слухам, это профессор Лу из Цзиньлинского университета.

Чжан И на мгновение опешил.

— Профессор Лу? Какой профессор Лу?

— Ты чего! Кроме лауреата Нобелевской премии, сколько профессоров Лу из Цзиньлинского университета ты знаешь?

Тот самый?

Главный акционер Star Sky Technology?

Это поразило Чжан И.

Некоторое время назад их газета писала о докладе по уравнениям Янга — Миллса, который проходил в Цзиньлинском университете. Он тот, кто написал статью.

Его не сильно шокировали научные достижения Лу Чжоу. В конце концов, Лу Чжоу главный конструктор проект управляемого термоядерного синтеза, лауреат Нобелевской премии и обладатель Филдсовской премии. Он не удивился бы, еслитот выиграл еще одну награду мирового уровня.

Его удивляло, что Лу Чжоу не только блестящий ученый и владеет огромными деньгами, но и строит теперь шаттл…

Чжан И не мог не удивляться.

Этот парень вообще человек?

Старый Сюй увидел, что Чжан И оцепенел, и тут же добавил:

— Не переживай об этом так сильно. Тебе просто нужно следовать требованиям руководства и написать пресс-релиз.

Чжан И уставился на статью в своей руке и надолго задумался. Вдруг он пробормотал:

— Я не думаю, что эта статья достаточно потрясает.

— Потрясает?

— Да. — Кивнул Чжан И. — Никто не знает, что это за компания. Даже если мы напишем статью, она не получит должной гласности…

Он немного помолчал, а потом неуверенно спросил:

— Что, если мы просто используем имя Лу Чжоу вместо названия компании?

…………………….

После того, как Чжан И рассказал руководству о своей идее, его идея быстро одобрили.

Власти города хотели предать этому событию как можно больше гласности.

Поэтому, при написании пресс-релиза, Чжан И сконцентрировал внимания на Лу Чжоу.

И его план удался, аудитория бурно отреагировала на новость.

После того, публикации свежего выпуска газеты, новость распространилась по всему Интернету в тот же день. Это сразу же вызвало бурю на различных китайских социальных сетях.

Профессор Лу планирует построить шаттл?

Люди, услышавшие эту новость, были шокированы.

Совсем недавно Интернет взорвался из-за решения уравнений Янга — Миллса. С тех пор прошло меньше двух недель, и вдруг появилась еще одна важная новость. Это превзошло все ожидания. После того, как несколько СМИ написали об этом, тема попала на страницу трендов.

«Шутите! Бог Лу собирается в космос?»

«Я думаю, что да, только видел его на обложке последнего Nature, теперь он снова в трендах.»

«Ого, ты читаешь научные журналы, как Nature?»

«Лу Чжоу, стать моим научруком…»

«Да, Бог Лу, пожалуйста, прими меня в ученики…»

На китайском форуме также с энтузиазмом обсуждали это.

«Разве Бог Лу не исследует уравнения Янга — Миллса? Главную задачу тысячелетия?»

«Это типично для научных кругов, он обманывает людей для получения финансирования.»

«Но ведь нельзя сказать, что это неправда? Он главный консультант программы по высадке на Луну. Он должен же что-то знать об аэрокосмической промышленности? Кроме того, он сам вложил много денег, судя по всему, пару сотен миллионов.»

«Чушь, он математик и физик. Я могу поверить, что он изобрел управляемый термоядерный синтез, но как он собирается лететь в космос? Это бред. Кроме того, кого волнует, что он вложил деньги, он просто пытается заманить людей в ловушку. Он будет делать вид, что строит шаттл, и ждать, пока глупые инвесторы бросят деньги. А потом он закроет компанию.»

«Почему ты такой токсик? Я чувствую вонь даже отсюда.»

В Цзиньлинском университете в кабинете на кафедре математики.

Лу Чжоу сидел за своим столом и смотрел на сообщения на Weibo, и не знал, что думать.

Он просто хотел посмотреть новости во время обеда, но его встретил шквал уведомлений.

В действительности он ожидал подобного. Как опубликовали ту статью, он получил более десятка звонков в его кабинет, и все спрашивали о разном. Некоторые люди спрашивали, нужна ли ему помощь с финансированием, некоторые предлагали ему кредит, а некоторые люди предлагали ему устроить свидание.

К счастью, с помощью трудолюбивой Линь Юйсян эти звонки не обеспокоили его.

В конце концов, отвечать на телефонные звонки весь день довольно утомительно.

Лу Чжоу выключил телефон и смог отдохнуть и немного поспать. Однако внезапно он услышал шаги за пределами своего кабинета.

Лу Чжоу услышал стук в дверь и увидел, как зашел академик Лу.

Старик пропустил всякие приветствия и сразу спросил:

— Ты больше не занимаешься уравнениями Янга — Миллса?

Глава 637. У меня плохое предчувствие

Лу Чжоу с подозрением посмотрел на академика Лу:

— С чего бы?

Академик Лу встревоженно спросил:

— Тогда зачем ты строишь шаттл?

А, понятно.

Лу Чжоу мгновенно понял, о чем думал академик Лу, и объяснил.

— Статья в газетах немного неточна, проект шаттла в основном выполняется Сяо… Моей компанией. Я только финансирую проект.

Было близко, я чуть не выдал Сяо Ая.

Академик Лу не заметил, что Лу Чжоу прервался на полуслове, и вздохнул:

— Я не очень много знаю об аэрокосмической промышленности, но мои старые друзья из Инженерной академии говорили про это. Хотя аэрокосмическую промышленность поддерживает государство. Конкурировать с международными аэрокосмическими компаниями очень сложно, и большинство компаний все еще пытаются получить финансирование. Я пришел сюда не из-за того, что беспокоюсь о твоих исследованиях, а потому что ты можешь забыть свои корни! Когда ученые становятся бизнесменами, им становится сложно заниматься наукой. Я видел слишком много подобных случаев.

— Это не мое дело, но ты постоянно метаешься. Если ты успокоишься и сосредоточишься на изучении физики, то сможешь стать физиком уровня Ньютона или Эйнштейна. Но теперь ты полез в аэрокосмическую отрасль? Твои приоритеты неверны!

Лу Чжоу возразил:

— Но, если бы я сосредоточился только на одном, управляемого термоядерного синтеза не существовало бы.

Академик Лу замолчал и не нашел, что сказать.

Лу Чжоу продолжал:

— Я всегда думал, что теоретическая физика очень интересна. Однако в науке есть нечто большее, чем просто теория, и использование наших теоретических знаний для изменения мира также очень значимо.

— Например, уравнения Янга — Миллса. — Лу Чжоу сделал паузу. — Если мое предположение верно, то это ключ к миниатюризации термоядерного реактора. Вот почему я занялся этим исследованием.

Миниатюризация термоядерного реактора!

Академик Лу стоял потрясенным и не мог не спросить:

— Неужели так просто?

— Нет, но мы нашли возможный технический путь. Еще слишком рано говорить про успех.

Хотя слова Лу Чжоу прозвучали несколько пессимистично, он не был слишком напряжен.

Академик Лу посмотрел на него и вздохнул.

— Если ты действительно сможешь решить проблему миниатюризации термоядерного реактора, то вся страна будет благодарить меня.

На лице Лу Чжоу появилась легкая улыбка.

— Благодарности имеют второстепенное значение.

……………………………

Мюнхен, Германия.

Мюнхен один из крупнейших промышленных и культурных городов Германии. Он также дом для старейшего промышленного университета Германии, а также тут располагался главный офис одной из крупнейших электротехнических компаний мира Siemens.

Рядом со зданием главного офиса.

Из черного мерседеса вышли двое мужчин в костюмах. Показав охранникам свои удостоверения, они вошли в здание. Они вошли в лифт и поднялись в фойе.

Через пять минут пожилой мужчина с седыми волосами, очками без оправы и морщинистым лицом вошел в фойе и сел на диван напротив двух мужчин.

— Хотите кофе?

Мужчина справа серьезно ответил:

— Нет, спасибо, сейчас не время для послеобеденного кофе.

— Я всегда думал, что вы, американцы, любите кофе.

Человек, сидевший слева, кашлянул.

— Мистер Джо Кэзер, давайте поговорим о делах.

Кэзер пожал плечами и сказал:

— Я жду, когда вы начнете.

Человек, сидевший справа, протянул руку и сказал:

— Тогда сразу перейдем к делу, мы из ЦРУ. Можете звать меня Хорнс.

Кэзер пожал ему правую руку, а затем облокотился на спинку дивана.

— Тогда, мистер Хорнс, чего вы хотите?

Хорнс пристально посмотрел на Кэзера и сказал:

— Мы обнаружили необычный заказ, связанный с чувствительным оборудованием. Два высокоточных пятиосевых станка, которые используются в аэрокосмической промышленности.

Кэзер нахмурился и тут же вспомнил о недавнем заказе компании, который экспортировали в Италию.

— Необычный заказ? Депозит выплатили нормально, и 20 миллионов евро поступили на наши счета. Я не думаю, что это необычно.

— Проблема в том, что до нас дошли некоторые плохие слухи об этом заказе. Нам нужно, чтобы вы предоставили информацию о покупателе, включая платежный счет, также юридическое лицо и остальное…

Кэзер покачал головой:

— Это касается частной жизни клиентов. Я не могу вам ничего предоставить, если у вас нет письма из Министерства торговли…

— Вот оно. — Хорнс нетерпеливо достал из кармана документы и положил его на стол. — Надеюсь, вы будете работать с нами.

Кэзер поправил очки и взял документы. Он мельком взглянул на них, а потом положил обратно на стол.

— Поскольку у вас есть одобрение Министерства торговли, то я не буду возражать.

Он посмотрел на секретаря, которая стояла рядом.

— Распечатай соответствующую информацию об этом заказе.

— Да, сэр.

Секретарь кивнула и ушла.

Долго ждать не пришлось.

Минут через десять секретарь вернулась с свеже распечатанными бумагами.

— Вот, что вы просили. — Кэзер бросил бумаги на стол. — Покупатель — производственная компания в Неаполе. Называется Ai Industry. Представитель итальянец по имени Саатче Фарбиле. Они производят детали для Rolls Royce, поэтому нужно такое оборудование. Я не вижу проблем с этим заказом.

Технология многоосевых станков всегда была очень конфиденциальной. За последние несколько лет Китай добился нескольких прорывов в высокоточных станках, поэтому многие страны исключили некоторые пятиосевые станки из списка конфиденциальных технологий, но многие высокоточные пятиосевые станки все еще находились в этом списке.

Но они часто экспортировались международным компаниям.

Когда Китай не мог производить пятиосевые станки, другие страны продавали Китаю только трехосные станки. Когда Китай смог производить пятиосевые станки, другие страны немедленно начали продавать их в Китай, что повлияло на китайский производителей станков.

Это один из способов давления на Китай при переговорах об термоядерном синтезе. Китай надеялся, что европейцы смогут открыть рынок станков, что означало разрешение китайским компаниям приобретать европейское промышленное оборудование.

Но такое не нравилось американцам.

Хорнс нахмурился:

— Ai Industry?

Кэзер кивнул:

— Да, это странное название, но ничего необычного, я видел и более странные названия. Кроме того, мы проверили их в Министерстве торговли, у них нет никаких проблем с экспортом оборудования.

— Я сам все проверю. — Хорнс встал с дивана и пожал руку Кэзеру. — Спасибо за сотрудничество.

Хорнс отпустил руку и посмотрел на своего помощника, который сидел рядом.

— Пошли, следующая остановка в Неаполе.

Его помощник заколебался:

— Сразу туда?

Хорнс кивнул и хмуро посмотрел в окно.

— Да, чем скорее, тем лучше, у меня плохое предчувствие.

Глава 638. Умная идея для доказательства

Институт физики.

Ло Вэньсюань и Лу Чжоу стояли перед доской в кабинете директора и уже продолжительное время молча смотрели на надписи на доске.

Прошло еще пять минут.

Ло Вэньсюань внезапно нарушил молчание.

— Могу я что-нибудь выпить?

— Алкоголь?

— Да, это моя привычка. Когда я не могу что-то решить, я выпиваю.

— А потом скинешь все на кого-нибудь другого? Просто хочешь оставить трудности в стороне?

— Не говори так… Разве я такой человек? — Ло Вэньсюань потер нос и посмотрел на доску. — Ладно, тогда потом, я вдруг кое-что вспомнил.

— Что?

— Статью в математическом ежегоднике, опубликованную в 1974 году… Я не помню какой выпуск, Виттен показывал мне ее. Там упоминался возможный способ.

«Математический ежегодник» один из четырех крупнейших математических журналов и все статьи опубликованные в нем очень авторитетны.

Лу Чжоу протянул ему мел и жестом предложил подойти к доске.

После того, как Ло Вэньсюань немного повертел мел в руках, размышляя, он подошел к доске и начал писать.

— Простейший случай плотности энергии со стандартным порядком будет λφ^4+φ2, где…

Ло Вэньсюань замолчал и посмотрел на Лу Чжоу.

— Существование и уникальность поля уже доказаны автором статьи, я могу найти ее, чтобы ты посмотрел.

— Хорошо. — Лу Чжоу кивнул. — Продолжайте.

Ло Вэньсюань повернулся и продолжил писать.

— Масса поля удовлетворяет m=√(2+O (λ^3))

— Установив подмножество ∏ так, чтобы оно удовлетворяло ∏Ω, плотностью H, существование разрыва массы зависит от следующего… То есть для константы C, C < √2,=»» и=» " λ0="">0. Кроме того, константа B оператора A (A∈ ∏) для любого 0 ← λ ← λ0 имеет (AΩe ^ (- tH)*AΩ)←Be ^ (- tC) и обозначается как 1 ← t…

Ло Вэньсюаню потребовалось около пяти минут, чтобы вспомнить все уравнения и написать их на доске.

— Ну, как-то так. Не уверен, не упустил ли я чего. Я посмотрю статью позже… Эй, почему ты на меня так смотришь?

— Ничего. — Лу Чжоу отвел взгляд и покачал головой. — Я просто немного удивлен.

Ло Вэньсюань кашлянул:

— Я все же ученик Виттена.

— А.

— …

Хвастаться перед Лу Чжоу бесполезно.

Не беспокоясь о Ло Вэньсюане, Лу Чжоу около минуты смотрел на доску.

В этом доказательстве была своя оригинальность.

При этом учитывалось, что одночастичное состояние есть собственное состояние оператора «масс» гильбертова пространства, а соответствующее собственное значение частицы масс. Согласно специальной теории относительности, если скорость света равна 1, масса M, энергия H и импульс P оператор обмена удовлетворяет условия M^2 = H^2 — P^2.

В этом частным случае возможно более подробно изучить спектр M, и в то же время масса поля M представляет собой изолированное собственное значение в спектре M, а соответствующее собственное состояние было наблюдаемым одночастичным состоянием. Это было неприводимое представление группы Пуанкаре.

Кроме того, формула оценки (1) доказала, что для любого ε>0 и достаточно малом λ разрыв масс Δ удовлетворяет Δ>(√2-ε). Вся проблема становилась понятной… По крайней мере, с точки зрения Лу Чжоу.

Лу Чжоу немного подумал, а потом высказал свое мнение.

— Теоретически это доказательство осуществимо, но есть несколько проблем, которые необходимо решить, например, частицы… Или как существование массы M не может быть определено. Тут нет доказательств этого. Кроме того, асимптотическое разложение λ в √(2+O (λ^3)) отсутствует.

Ло Вэньсюань ошеломленно и с недоверием посмотрел на Лу Чжоу.

— Ты все прочитал?

Лу Чжоу немного опешил от удивления друга и переспросил:

— Это сложно?

— Нет… Не так уж и сложно.

Ло Вэньсюаню потребовалось пять дней, чтобы понять эти уравнения.

Ну, эта статья была довольно простой в сравнении с некоторыми другими заданиями Виттена.

Ло Вэньсюань успокоился про себя и вернулся к главному вопросу. Он кашлянул и сказал:

— Асимптотическое разложение λ, о котором ты сказал, упоминалось в статье. Построив линейный оператор E2, спроецировав состояние в h, мы можем доказать для состояния массой меньшей двух частиц, что диапазон значений оператора E2 — пространство, образованное вектором вида Ω и e^(- sH) Ω. Что касается существования частицы массу M…

Он замолчал и смущенно улыбнулся.

— Если я докажу это, разве я не получу Филдсовскую премию?

— …

Слова Ло Вэньсюаня логичны, поэтому Лу Чжоу даже не знал, что ответить.

Хотя это проблема квантовой хромодинамики, это также конкретное сложная математическая гипотеза.

Если бы кто-то мог математически доказать существование этой частицы, даже если бы он не получил Филдсовскую премию, он, как минимум, получил бы премию Хейнемана в области математической физике. Хотя она имела более низкий статус в академическом мире и не сопоставима с Нобелевской премией, не говоря уже о том, что призовой фонд составлял всего пять тысяч долларов, она все еще пользовалась большим уважением в мире математической физики. Многие специалисты по теоретической физике уже получали эту награду раньше.

Например, Вайнберг, основавший единую теорию электрослабого взаимодействия, получил премию в 1977 году. Два года спустя он получил Нобелевскую премию.

Если бы кто-нибудь мог найти значение M или хотя бы обнаружить эту частицу…

Это определенно было бы достойно Нобелевской премии.

Пока они размышляли, пришел сотрудник Института физики.

Он посмотрел на уравнения на доске и запутался. Он даже начал сомневаться в своей жизни.

Кто я?

Где я?

Что это за фигня на доске?

Он отбросил мысли о надписях на доске и постучал в открытую дверь.

— Профессор Лу, человек за пределами института спрашивает вас.

Лу Чжоу продолжал смотреть на доску.

— Кто?

— Он утверждает, что является владельцем «новые материалов Чжуншань», вроде, его зовут Лю Ваньшань.

Глава 639. Продавец отправил товар

Первый этаж Института физики института перспективных исследований.

В просторной комнате рядом с лестницей стояли дорогие диваны, журнальные столики и шкафы. Вдоль стены на книжной полке располагались ряды книг и журналов.

При проектировании исследовательского института, Лу Чжоу надеялся, что у исследователей будет спокойное место для изучения интересных научных проблем и они смогут пару часиков в день проводить тут, отдыхая и общаясь с коллегами за чашкой кофе в поисках вдохновения. Точно так же, как он часто делал в Принстоне.

Однако, мечты мечтами, но реальность полна разочарований.

И теперь казалось, что он единственный, кто мог получать удовольствие от подобных исследований.

За исключением некоторых аспирантов, которые отучились за границей, у большинства сотрудников даже не было привычки пить кофе во второй половине дня, не говоря уже про свободное время на подобное. Большинство исследователей в Институте вычислительного материаловедения ночевали в лабораториях; у них вообще не находилось времени отдыхать.

Поэтому этот зал оставили для гостей.

— Спасибо.

Лю Ваньшань, сидевший на диване, поблагодарил помощника из института, который налил ему чашку чая. Время от времени его взгляд скользил по входу в гостиную и часам на стене.

Как раз в тот момент, когда он начал думать, сколько времени потребуется Лу Чжоу, чтобы прийти, он услышал шаги из коридора.

Лю Ваньшань тут же подсознательно выпрямился.

Дверь открылась.

Увидел, как Лу Чжоу вошел, Лю Ваньшань сразу же встал с дивана и с улыбкой протянул руку.

— Профессор Лу, давно не виделись!

— Давно не виделись. — Лу Чжоу с улыбкой пожал руку генеральному директору Лю.

Лу Чжоу хорошо относился к этому человеку.

В конце концов, в начале его трудного пути, директор Лю предоставил ему финансирование в размере пяти миллионов юаней, помогая ему завершить задание системы.

Лу Чжоу все еще было неловко от этого.

В конце концов, хотя их приложение собрало прилично денег и имело широкое распространение среди студентов колледжа, уровень удержания пользователей был слишком низким, поэтому оно не принесло огромных доходов.

Многие переставали использовать приложение после окончания учебы или просто удаляли его. Было очень трудно увеличить доход, и они в основном полагались на рекламу для поддержания приложения.

В команде разработчиков произошло несколько изменений, но Лу Чжоу, как основной акционер, так и не заработал ничего.

Хотя он и не рассчитывал на него в качестве заработка…

После того, как они сели на диван, помощник подошел и налил чашку кофе для Лу Чжоу.

Лю Ваньшань посмотрел на Лу Чжоу, который сидел напротив него, и взволнованно заговорил:

— Время действительно быстро летит. Ты все еще учился в университете, когда мы впервые встретились. С тех пор прошло пять или шесть лет, и теперь ты почти академик.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Для академика еще рано, я только преподаю в Цзиньлинском университете для расслабления и занимаюсь интересными исследованиями. У меня нет времени, чтобы бороться за звание академика.

Лу Чжоу не скромничал, ведь процесс отбора академиков не сильно зависел от способностей человека. Во многих случаях это все еще зависело от того, нравится ли академикам с правом голоса кандидат или нет. Лу Чжоу на самом деле не интересовался этим званием.

В конце концов, ему не нужно полагаться на звания для финансирования.

По крайней мере, в Китае медаль Линь Юня была лучше любого академического звания, которое он мог получить.

Лю Ваньшань улыбнулся:

— Еще не поздно. В следующем году будут отбирать новых академиков. Если даже ты не можешь стать академиком, то в звании академика вообще нет никакой ценности.

Лу Чжоу улыбнулся на это глупое заявление и ничего не стал объяснять, он просто скромно ответил:

— Спасибо.

Чашка кофе и чашка чая.

Ни Лу Чжоу, ни Лю Ваньшань не спешили говорить о делах.

Хотя в последнее время Лу Чжоу был очень занят, у него все еще имелось время насладиться чашкой кофе.

Он многое узнал, общаясь с генеральным директором Лю.

Например, студенты, которые работали с ним над приложением, переехали из Цзиньлина в Шанхай, и они расширили свою целевую аудиторию до всей страны.

Хотя члены команды разработчиков изменились уже несколько, должность генерального директора и исполнительного директора по-прежнему занимали Юань Ливэй и толстяк У. Технический директор Жун Хай ушел после того, как они получили второе финансирование. По-видимому, Жун Хай теперь работал исполнительным директором в Penguin и неплохо зарабатывал для себя.

Кроме того, специальный цемент, разработанный профессором Ли Жуньеном, теперь использовался для инфраструктурных проектов в Пакистане, создавая миллиарды юаней прибыли.

Когда разговор случайно зашел о делах, Лю Ваньшань поставил чашку с чаем и внезапно с улыбкой спросил:

— Кстати говоря, почему ты вдруг строишь шаттл? Выгодно ли это?

— Прибыль вторична, просто это мое хобби.

— Профессор Лу, ты слишком амбициозен. — Лю Ваньшань вздохнул. — Может быть, именно поэтому мой бизнес не такой большой.

— Слишком скромно, если бизнес в несколько сотен миллионов маленький, то я даже не знаю, что сказать.

— Ну сотни миллионов немного преувеличено, я работаю в промышленности по переработке материалов. Мы зажаты между верхним и нижним звеньями цепочки поставок. Прибыль съедается обеими сторонами цепочки. Хотя наш денежный поток исчисляется сотнями миллионов, мы не зарабатываем много денег. Иначе я бы не хотел заниматься промышленностью аккумуляторов. — Лю Ваньшань улыбнулся. — Профессор Лу, слышал, что Китай планирует разрешить экспорт сверхпроводника СГ-1?

Какое-то время назад Соединенные Штаты начали крупномасштабный проект термоядерного реактора в Калифорнии. Из-за напряженности в торговой войне запрет на экспорт сверхпроводника СГ-1 вызвал остановку на строительной площадке калифорнийского термоядерного реактора, вызвав гнев американцев.

Теперь, когда переговоры по технологии управляемого термоядерного синтеза достигли некоторого прогресса, запрет на экспорт был снят. Заказы летели из разных стран. Владельцы патентов заработали на этом много денег.

Новые материалы Чжуншань также занимались углеродными материалами поэтому они, очевидно, хотели получить кусок от этого пирога.

Лу Чжоу сразу понял его намерения.

— Вам нужна лицензия на технологию?

Лю Ваньшань улыбнулся:

— Верно, не знаю возможно это или нет.

— Меня все устраивает, пока вы можете пройти производственную квалификацию и проверку конфиденциальности. Я пришлю людей, которые помогут вам решить технические проблемы. Однако я не люблю беспокоиться о деловых вопросах, поэтому вам следует обсудить детали с моим генеральным директором.

Лю Ваньшань тут же кивнул и улыбнулся.

— Конечно, беспокоить тебя скучными деловыми разговорами — плохая услуга для всей страны!

Лу Чжоу чуть не поперхнулся кофе. Он закашлялся и поставил чашку с кофе.

— Это слишком преувеличено.

— Я нисколько не преувеличиваю, я честен. — Лю Ваньшань встал с дивана и поклонился Лу Чжоу. — Уже поздно, я больше не буду тебя беспокоить. Я пойду.

— Хорошей дороги.

Когда генеральный директор Лю стал таким дружелюбным?

Я думаю, время действительно меняет людей…

После ухода Лю Ваньшаня Лу Чжоу вернулся в свой кабинет. Он сел за стол и достал лист бумаги и ручку. Он продолжал думать о проблеме, которую обсуждал с Ло Вэньсюанем. В то же время он также написал несколько заметок.

Внезапно в правом нижнем углу экрана появилось сообщение.

«Хозяин, продавец отправил товар. Я помог тебе купить необходимое мне оборудование! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

Когда Лу Чжоу увидел сообщение Сяо Ая, он внезапно перестал писать.

Купил?!

Уже?

Лу Чжоу некоторое время ничего не говорил, так что появилось еще одно сообщение.

«Похвали меня! Сейчас же похвали! (*≧ ▽ ≦) »

Лу Чжоу немного ошеломленно кивнул:

— Да, спасибо за помощь.

Как он смог…

Если Лу Чжоу правильно помнил, покупка высокоточного промышленного оборудования за рубежом, особенно оборудования, которое он хотел, совсем непростая задача.

Договоры об экспорте иностранных товаров в ЕС были сложными и запутанными. Даже если он отправится за товаром через третью страну, потребуется по меньшей мере две недели, чтобы все это организовать.

Чего Лу Чжоу не знал, так это того, что кто-то в Неаполе так же, как и он, был потрясен.

Однако потрясен в другом смысле…

Глава 640. Обманутые

Окраина Неаполя, черный мерседес медленно ехал по петляющей дороге в маленький городок у холмов.

Хорнс, сидящий за рулем, смотрел на захудалые улицы по сторонам дороги и хмурился.

— Мы не туда приехали?

— Не может быть… — Его помощник несколько раз сверился с бумагами в руках, а потом неуверенно сказал. — И информация о доставке, и Министерство торговли Италии указывают на это место.

Хорнс ничего не сказал, но дурное предчувствие в его сердце стало сильнее.

Это место явно не походило на промышленную точку. Даже если завод построят не рядом с железной дорогой или морем, его, по крайней мере, построят в относительно густонаселенном районе. Даже самый глупый предприниматель не стал бы открывать фабрику в жопе мира.

Дорога становилась все уже и уже.

Машина едва помещалась на ней.

Они вышли из машины и прошли по проселочной дороге около пятидесяти метров. И вышли на старую улицу рядом с общественным рынком. Большинство людей, живущих здесь, в основном фермеры или пенсионеры. Кроме нескольких детей, играющих в переулках, не было ни единого признака молодежи.

Хорнс подошел к небольшому кирпичному дому со своим помощником. Он остановился, огляделся и нахмурился.

— Это фабрика?

Его помощник тоже растерялся, и он снова достал бумаги.

Пожилой итальянец в плетеной шляпе заметил двух странных иностранцев, стоявших на пороге. Он вышел из дома и с подозрением спросил:

— Кто вы такие?

— Хорнс, а это мой коллега. Приношу свои извинения за беспокойство. Я ищу компанию под названием AI Industry. Насколько я понимаю, она находится по этому адресу. — Сказал Хорнс как можно дружелюбнее.

Старый итальянец не купился на его дружелюбие. Он нахмурился и с еще большим подозрением посмотрел на Хорнса.

— Я живу здесь уже много лет и никогда не слышал об этой компании. Поблизости нет никаких заводов.

Как только Хорнс услышал это, он обменялся взглядом со своим помощником.

Теперь все стало понятно.

Другая сторона подделала личность. Она не только обманула итальянское правительство и Siemens, она даже обманула немецкую таможню, а также комитет ЕС по импорту и экспорту!

При мысли об идущих переговорах по управляемому термоядерному синтезу между ЕС и Китаем, на его лбу выступил холодный пот.

Другое оборудование в списке не важно, но если два станка окажутся в доках Китая, США, несомненно, потеряют рычаги давления на переговорах.

Эти два станка не должны попасть в руки Китая, несмотря ни на что!

Хорнс посмотрел на старика и сделал последнюю отчаянную попытку. Он глубоко вздохнул и спросил:

— Не живет ли поблизости кто-нибудь по имени Саатче Фарбиле?

Партия оборудования не так давно прибыла в Италию. Чтобы отплыть из порта и покинуть Европу, требуется время.

Единственной подсказкой, которая у него была, кроме наличия у другой стороны опытного хакера, было это имя.

Пока он сможет найти Саатче Фарбиле, он сможет раскрыть это дело!

Старый итальянец нахмурился и покачал головой.

— Я никогда не слышал о нем раньше. По крайней мере никого на этой улице с такой фамилией не проживает.

Ненадолго повисла тишина.

Хорнс глубоко вздохнул. Он уже собирался поблагодарить старика и вернуться к своей машине, когда в разговор внезапно вмешалась пожилая женщина.

— Вы знаете Фарбиле?

В тот момент, когда Хорнс услышал это, он сразу же спросил с волнением:

— Конечно, я его друг, могу я…

— Вы его друг? Отлично, подождите секундочку.

Женщина развернулась и вошла в свой дом.

Через некоторое время она вышла, держа в руках большой сверток.

— Несколько дней назад сюда пришла посылка. Имя получателя Саатче Фарбиле. Я совсем не знаю этого человека, и тут никого нет с таким именем. Я думала курьер отправил его по неправильному адресу, но я трижды проверила, и он правильный… Поскольку вы его друг, не могли бы вы передать ему эту посылку?

— Спасибо… Я отдам ее ему.

Хорнс сдержал волнение и взял сверток у женщины. Он тут же вернулся в машину вместе со своим помощником.

Он уже собирался открыть сверток, как вдруг остановился.

Его помощник замешкался.

— Сэр?

Хорнс молча посмотрел на своего помощника.

— Ты должен кое-что сделать.

Помощник заколебался и спросил:

— Что?

Хорнс протянул ему сверток и серьезно сказал:

— Открой его.

Помощник мгновенно понял, что происходит, и посинел от напряжения.

Хотя он хотел отказаться, он все равно выполнил приказ и взял пакет. Он подошел к обочине и осторожно начал открывать сверток.

К счастью, ничего не произошло.

В посылке не оказалось никакой взрывчатки, ничего опасного.

Помощник посмотрел на конверт, лежащий внутри посылки, и вздохнул. Он вынул конверт.

— Сэр, здесь письмо.

Он открыл письмо и вытащил листок бумаги.

Однако, когда помощник взглянул в письмо, он неподвижно замер.

Хорнс заметил реакцию своего помощника и подумал, что в письме есть важная подсказка. Он быстро подошел и схватил письмо.

— Что там…

Он также потрясено замер, словно его стукнуло током.

В письме был написан ряд случайных символов.

«? (^? ^ *)»

Глава 641. Квантовое поле Янга — Миллса

После того, как Лу Чжоу расспросил Сяо Ая, как тот смог купить все оборудование, он встал как вкопанный.

Увидев, что Лу Чжоу некоторое время молчал, в правом нижнем углу экрана появилось сообщение.

«Хозяин? 0.0»

— Ничего, я просто немного шокирован… Точно, ты ведь не оставил после себя никаких следов, да?

«Не волнуйтесь, я уже удалил компанию! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

— Ну. ладно…

Поскольку никаких доказательств не осталось, Лу Чжоу больше не беспокоился об этом.

После того, как Лу Чжоу похвалил Сяо Ая, он начал искать в базе данных статью, о которой рассказывал Ло Вэньсюань. После того, как он нашел ее и посмотрел на автора, он не мог не удивиться.

— Автор Артур Джаффе…

Артур Джаффе бывший глава Американского математического общества и занимал пост директора института Клэя.

Он и Эдвард Виттен те, кто предложил уравнения Янга — Миллса в качестве одной из задач тысячелетия и сделали объявление об этом во Франции.

Еще до объявления этой проблемы задачей тысячелетия профессор Яффе исследовал ее более десяти лет, и он считался влиятельным человеком в этой области.

Джанис Глимм другой автор статьи. Он известный профессор математики в Гарвардском университете, но все еще на уровень ниже Джаффе.

В любом случае, эта статья дело всей жизни этих двух людей.

Зная это, Лу Чжоу с большим уважением стал относится к этой работе. Он распечатал статью и начал внимательно читать ее.

Грубо говоря, интерпретация Ло Вэньсюаня была правильной. Хотя имела незначительные проблемы, общая идея соответствовала содержанию диссертации.

— Ясно…

С легким волнением прошептал Лу Чжоу и начал писать строки уравнений на листе.

— Построив линейный оператор прогрессивной проекции E2 на H и проецируя состояние H на состояние с массой меньше двух частиц, можно доказать, что оператор E2 имеет диапазон значений между Ω и e^(- sH)Ω, образуя векторное пространство…

— Тогда можно получить асимптотическое разложение λ!

— Что касается конкретного значения массы m… Что именно это за частица с массой m?

Лу Чжоу осторожно постучал ручкой по бумаге и поставил на ней твердую точку.

Использование теоретической физики для поиска частицы нелегкое дело, особенно когда частица состояла из безмассовой основы.

К счастью, Лу Чжоу математик. Он просто должен провести логическую последовательность. Проблему можно значительно упростить и все не так сложно. Однако, если действительно искать частицу исходя из физики, то это ужасно сложно.

— Уравнение группы перенормировки должно иметь фиксированную точку вычитания. Потом зададим параметры перенормировки в этой точке… Если бы я только мог объединить скалярное поле с пространственным-временным многообразием, типа электрослабого взаимодействия, и решить проблему исходя из этого…

— Стоп, поле…

Ручка в руке Лу Чжоу внезапно дернулась, и его глаза загорелись.

— Квантовое поле Янга — Миллса!

Лу Чжоу повертел ручку в руке, и его глаза вспыхнули от возбуждения.

Черт!

Почему я не подумал об этом раньше?

………………

Какой бы интересной ни была математика, всем все равно нужно было есть.

В конце концов, Лу Чжоу не мог не спать всю ночь на пустой желудок.

Вечером Лу Чжоу пошел в столовую.

К сожалению, в столовой Института перспективных исследований не подавали настоящего мяса барбекю. Лу Чжоу случайно столкнулся с Ван Пеном, поэтому он заказал три блюда и миску супа, прежде чем сесть поесть месте с Ван Пеном.

Ван Пэн подошел с двумя мисками супа из желтой фасоли и протянул одну из них Лу Чжоу. Он взял одноразовые палочки для еды и спросил:

— Похоже ты занят в последнее время?

— Верно… Как ты понял?

— Из опыта.

— Опыта?

Ван Пэн улыбнулся:

— Когда ты не занят, ты часто посещаешь университет. А когда занят надолго остаешься в институте. Если ты станешь еще более занятым, ты даже не будешь выходить из дома.

Лу Чжоу немного помолчал и улыбнулся:

— Ты и правда из спецназа.

Ван Пэн улыбнулся:

— Это не имеет большого отношения к спецназу, чисто жизненный опыт.

— Не думаю, что у большинства людей есть такой жизненный опыт, как у тебя.

Пока они болтали, у Лу Чжоу в кармане внезапно зазвонил телефон.

Он достал телефон и увидел, что звонит Чэнь Юйшань, поэтому отложил палочки и встал.

— Я должен ответить на звонок.

Лу Чжоу принял вызов и отошел в сторону.

В ту же секунду, как раздался звонок, по телефону разнесся голос Чэнь Юйшаня.

— Председатель новые материалы Чжуншань встречался с тобой?

— Да, а что?

Чэнь Юйшань заподозрила неладное и сказала:

— Баошэн Груп экспортирует сверхпроводник СГ-1. Зачем такой частной компании влезать в это?

— Есть ли проблема?

— Не проблема. Пока компания может пройти проверки, нет никаких проблем. Однако этот бизнес сильно зависит от государства, и сейчас он может быть прибыльным, но что будет позже? Для небольшой компании хуже всего разрываться в разные стороны. Они уже производят материалы для аккумуляторов, теперь они инвестируют в СГ-1. Это не очень хорошо.

Их компания владела 15% акций компании «Новые материалы Чжуншань». В некотором смысле их интересы пересеклись. Поэтому даже если это обычное использование прав акционеров, Чэнь Юйшань все еще должна следить за тем, что они делают.

— Ты знаешь о бизнесе больше, чем я, просто делай, что нужно. — Лу Чжоу сделал небольшую паузу, а потом добавил. — Однако Лю Ваньшань очень помог мне в прошлом, так что будет лучше, если мы сможем помочь ему.

Лу Чжоу на самом деле не заботило, сколько денег он сможет заработать. Независимо от того, обладала ли Баошэн Груп исключительной долей рынка или существовали другие компании, плата за лицензирование патентов взималась в зависимости от объема производства, так что это не имело бы большого значения.

Поскольку генеральный директор Лю действительно хотел выйти на этот рынок, Лу Чжоу не будет останавливать его.

Однако любое новое дело было рискованным.

Поскольку генеральный директор Лю так долго занимался бизнесом, он определенно хорошо знал об этом.

Чэнь Юйшань пошутила:

— Я не ожидала, что ты окажешься таким сентиментальным человеком.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Разве не все люди такие?

— Не обязательно.

— Тогда каким ты меня видела раньше?

Чэнь Юйшань не сдержала улыбки и пошутила:

— Апатичным человеком.

— Апатичным?

Лу Чжоу впал в ступор, а Чэнь Юйшань продолжила говорить:

— Ладно, у меня скоро встреча. Ты тоже, наверное, занят, поэтому не буде беспокоить… Кстати, во второй половине этого года я планирую перенести штаб-квартиру компании в Цзиньлин. Тогда с тобой будет легче общаться. Что думаешь?

— Меня все устраивает… А что с сотрудниками?

— Кто-то останется в Шанхае, кто-то переедет туда. Это не значит, что мы расформируем шанхайский офис.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, тогда сделай так.

Глава 642. Может это судьба

Вирджиния, штаб-квартира ЦРУ.

В кабинете директора послышались крики, и от этих криков окна кабинета чуть не разлетелись вдребезги.

— Кучка бездарей! Как партия оборудования ускользнула у вас из-под носа? — Директор ЦРУ швырнул отчет из Европы на стол и закричал. — Три контейнера! Три! Хотите сказать, что не смогли их найти?

Джаред, директор ЦРУ по европейским делам, смущенно стоял, он посмотрел вниз и тихо прошептал:

— Сэр… Это немного сложное дело.

Директор сердито переспросил:

— Сложное? Когда мы работали с чем-то не сложным?

Джеймс быстро заговорил:

— Согласно последней информации от агента Хорна в Италии, мы все еще не уверены, куда отправили это оборудование, возможно это не Китай…

— За дурака меня держишь? Кому еще могло понадобиться это оборудование?

Джаред про себя согласился с первым вопросом, но оставил свои мысли при себе.

Он опустил голову и признал ошибку.

— Конечно, я…

— Не оправдывайся тут! — Директор сдержал свой гнев и сел на стул. Он выпил немного воды и спросил. — На каком этапе сейчас расследование.

Джаред посмотрел на директора и тщательно подобрал слова, прежде чем ответить:

— Мы пытались найти итальянца по имени Саатче Фарбиле, но не смогли. Мы подозреваем, что это поддельная личность.

— Посылка… Откуда ее отправили? Посылка — это ключ! Мы можем отследить место отправления и найти этих преступников! — Он вспомнил, как десять минут назад выбросил скомканную бумагу со странными символами в мусорное ведро, отчего завелся еще сильнее.

На его взгляд, над ним просто смеялись преступники!

Не только над ним, они смеялись над всем ЦРУ!

— Сэр…

Директор посмотрел на Джареда и нахмурился.

— В чем дело?

— Эту идею… Мы уже подумали об этом и нашли адрес отправления посылки через почтовую компанию. Адрес указывает на Французскую Гвиану. Мы связались с агентами в Южной Америке и нашли человека, который отправил посылку. Это подросток, который еще учится в средней школе, он сказал, что вообще не знает, кто такой Саатче Фарбиле. Ему просто кто-то по почте предложил сто евро, если он отправит письмо.

Директор сразу же спросил:

— А что с этим почтовым ящиком?

— Джаред с болью в голосе ответил:

— Его больше не существует.

Нависла тишина.

Директор вздохнул и нахмурился. Он долгое время просто молчал.

Джаред посмотрел на директора и тихо спросил:

— Сэр?

— Что?

— Что… нам делать дальше?

— Не знаю, не спрашивай меня. — Директор протянул руку и взял документ со своего стола, а потом сказал. — Это огромная проблема, что серьезно повлияет на текущие переговоры по термоядерному синтезу… Черт, как мне объяснить все президенту…

………………….

Пока половина западных спецслужб пребывала в хаосе из-за пропавшего оборудования, контейнеры с оборудованием уже прошли через Панамский канал, через Восточно-Китайское море и пришвартовались в порту Хайчжоу.

Институт перспективных исследований.

Лу Чжоу пришел сюда утром и отправился в Институт физики с копией статьи.

Зайдя в кабинет директора, он застал Ло Вэньсюаня, который стоял у кофеварки и ждал пока закипит вода, размышляя над документами в руке.

Лу Чжоу постучал в дверь и положил стопку бумаг на стол.

— Я внимательно прочитал статью, думаю, что это хорошая идея.

— Я тоже так думаю… Главное найти значение m. — Ло Вэньсюань налил себе чашку кофе и посмотрел на Лу Чжоу. — Будешь?

— Нет, спасибо… Я предпочитаю растворимый кофе.

Ло Вэньсюань положил в чашку два кубика сахара и покачал головой.

— Растворимый кофе бездушен.

— …

Ло Вэньсюань подошел к своему столу и посмотрел на статью, которую принес Лу Чжоу, с кучей комментариев Лу Чжоу. Он сделал глоток кофе, а потом спросил:

— Ну как? У тебя появились идеи?

— Парочка.

— Пффф!

Ло Вэньсюань выплюнул полный рот кофе на свой компьютер. Он начал кашлять и быстро схватил салфетки, начав все протирать.

Лу Чжоу удивился его бурной реакцией.

— Что ты так волнуешься?

— Не волнуюсь! Нет, все же взволнован. — Ло Вэньсюань глубоко вздохнул и попытался успокоиться. — Ты хочешь сказать, что у тебя уже есть идея?

— Да. — Лу Чжоу кивнул и посмотрел на доску. — Хочешь все объясню?

— Пожалуйста!

— Конечно, я могу, это не та проблема, которую можно решить в одиночку, мне понадобиться твоя помощь. — Лу Чжоу взял кусок мела со стола рядом с ним и написал строку на доске.

Ло Вэньсюань долго смотрел на нее и хмурился.

— Квантовое… поле Янга — Миллса?

— Да. — Кивнул Лу Чжоу. — Комбинация механизма Хиггса и поле Янга — Миллса успешно применены для объяснения электрослабого взаимодействия, входящего в стандартную модель квантовой теории поля. Однако проблему нулевой массы не решить просто нарушением симметрии. Понимаешь, о чем я?

В глазах Ло Вэньсюаня постепенно появилось пламя. Он смог произнести только одно слово.

— Тогда…

— Да. — Кивнул Лу Чжоу. — Ты, наверное, уже догадался, что я подразумеваю. Чтобы решить эту проблему, нам нужно квантовое поле, соответствующее вышеупомянутой задаче, а именно квантовое поле Янга — Миллса.

Если бы они могли построить квантовое поле Янга-Миллса, они могли бы легко найти массу частицы m, и безмассовая проблема сильного взаимодействия, несомненно, была бы решена.

Лу Чжоу собирался продолжить объяснять свои идеи, когда зазвонил телефон у него в кармане.

Лу Чжоу отложил мел и достал телефон.

Он увидел номер звонившего и впал в ступор.

Государственный комитет по оборонной науке, технике и промышленности?

Лу Чжоу озадаченно ответил на звонок.

Ло Вэньсюань отошел в сторону и выпил кофе, сидя на диване. Он спокойно ждал, пока Лу Чжоу закончит разговор.

Прошло пять минут.

Наконец звонок закончился.

Лу Чжоу положил телефон в карман и посмотрел на Ло Вэньсюаня.

— Почему у меня появляются проблемы, когда я начинаю говорить с тобой о проблемах?

Ло Вэньсюань опешил, а потом ухмыльнулся.

— Не знаю… Может это судьба.

— …

Такая судьба совсем не радовала Лу Чжоу.

Однако это небольшая проблема.

Глава 643. Что, если я не продам их вам?

В то время как переговоры с Западной Европой все еще продолжались, никто не думал, что сокровища будут спрятаны на корабле, полным кукурузы. Когда станки извлекли из кучи кукурузы, таможенники, мягко говоря, удивились. Они немедленно сообщили об этом начальству.

Поскольку это важный вопрос, новость передали непосредственно в Государственный комитет по оборонной науке, технике и промышленности.

В тоже время связались с двумя инженерами из Shenyang Machine Tool, чтобы осмотреть станки, поэтому новости начали распространяться среди общественности.

В Китае присутствовало несколько крупных производителей станков, в основном Shenyang Machine Tool, Qiqihar Heavy CNC Equipment Corporation и BYJC Machine Tools. Они занимали значительную часть китайского рынка, и все стремились производить высококачественные станки.

Проблема заключалась в том, что каждая компания хотела улучшить свой продукт, и все они были, что смогут перепроектировать эти станки. Однако станков всего два, которых не хватит на всех.

Поэтому, когда главный инженер Shenyang Machine Tool академик Ян Чжунцюань узнал об этом, он бросил обед и сел в самолет со своим коллегой секретарем У.

Они вдвоем сидели на диване в гостиной Института перспективных исследований.

Секретарь У посмотрел на дверь и тихо сказал:

— Господин Ян, станки очень важны для нашего завода. Мы должны попытаться заполучить хотя бы один, но лучше два.

Ян Чжунцюань сделал глоток чая и ничуть не изменился в лице.

— Само собой.

Внезапно дверь открылась, и они сразу же замолчали.

Лу Чжоу поздоровался с ними и сел напротив них на диван.

— Вы проделали весь этот путь, чтобы встретиться со мной. Мне любопытно, чего вы хотите?

Ян Чжунцюань собирался заговорить, но секретарь У кашлянул и перехватил инициативу.

— Лу Чжоу занятой человек, поэтому я сразу перейду к делу. Ты купил станки?

— Да.

Честно говоря, Лу Чжоу удивился.

Эту встречу организовал один из руководителей Государственного комитета по оборонной науке, технике и промышленности. Но сюда пришли эти два бизнесмена.

Секретарь У спросил:

— Сколько денег ты потратил?

Цена не была чем-то достойным сохранения в секрете, поэтому Лу Чжоу легкомысленно ответил:

— Около двадцати миллионов евро.

— Всего двадцать миллионов евро? — Ян Чжунцюань недоумевал. Он посмотрел на Лу Чжоу с любопытством и сразу же спросил. — Где ты их взял?

По его опыту, если бы кто-то в Китае захотел купить такую высококлассную технику, ему пришлось бы передавать ее через стороннюю страну, и цена часто удваивалась бы или еще выше. 20 миллионов евро выгодная сделкой для такого станка.

И это не главное.

Промышленные станки последнего поколения, особенно для производства деталей авиационных двигателей, трудно получить даже по трехкратной цене. Во-первых, посредники не хотели слишком рисковать. Во-вторых, компании в Европе имели строгий процесс проверки. В конце концов, это может повлиять на их конкурентоспособность на рынке, и все знали, что китайские компании часто игнорируют правила и нормы.

Гораздо ценнее узнать, где можно получить станки, нежели покупать их у Лу Чжоу.

Ян Чжунцюань и секретарь У пребывали в восторге. Им не терпелось узнать, как Лу Чжоу удалось заполучить эти два станки в стране.

Однако Лу Чжоу, сидевший напротив них, чувствовал себя немного некомфортно.

Их тон не понравился Лу Чжоу. Не говоря уже о том, что это не то, что Лу Чжоу так легко раскроет, особенно третьему лицу.

Лу Чжоу облакотился на спинку дивана и уже не был так вежлив.

— Я познакомился с некоторыми друзьями во время учебы за границей. Я просто попросил их об одолжении. Зачем я должен рассказывать вам о своих связях?

Атмосфера внезапно стала напряженной.

Секретарь У посмотрел на лицо Лу Чжоу и понял, что все идет не так.

Лу Чжоу выглядел очень молодо, поэтому секретарь У подсознательно говорил властно. Он собирался заговорить более вежливо, чтобы спасти разговор, но Ян Чжунцюань заговорил первым.

Ян Чжунцюань некоторое время пронзал взглядом Лу Чжоу, потом внезапно махнул рукой.

— Забудь, мне все равно, откуда взялись станки. Я заплачу 20 миллионов евро, и ты отдашь их нам.

Когда Лу Чжоу услышал требования старика, он нахмурился.

— Я не собираюсь их продавать.

Ян Чжунцюань впился взглядом в него и спросил:

— Ты хоть знаешь, что купил?

— Два высокоточных пятиосевых станка от Siemens?

Эти два станки самые дорогими в партии оборудования. Из-за своей высокой точности они даже дороже, чем шестиосевые или семиосные станки.

Ян Чжунцюань фыркнул и облокотился на спинку дивана.

— Хорошо, что знаешь.

Лу Чжоу не мог не улыбнуться, глядя на лицо Ян Чжунцюаня.

— Что будет, если я не продам их вам?

— Это касается национальной безопасности. Я надеюсь, что профессор Лу сможет оценить ситуацию как наиболее важную. Иначе он должен будет взять ответственность.

Увидев, что двое собираются начать спорить, секретарь У забеспокоился. Однако у него не было возможности заговорить. Он мог только с отчаянием подмигивать Ян Чжунцюаню.

Однако Ян Чжунцюань слишком злился в этот момент и полностью игнорировал секретаря У.

Лу Чжоу посмотрел на старика и улыбнулся. Он достал из кармана телефон и набрал номер.

— Командир Дай? Сделайте мне одолжение.

Командир Дай, который работал в офисе, даже не стал спрашивать подробностей и сразу ответил:

— Конечно, что нужно?

— В порту Хайчжоу есть партия оборудования, что государственная тайна, поэтому, пожалуйста, отправьте его в Институт в Цзиньлине.

— Хорошо.

В общей сложности они обменялись четырьмя предложениями.

Ян Чжунцюаня с широко раскрытыми глазами и красным лицом, показал пальцем в Лу Чжоу.

— Ты! Ты хоть понимаешь, что творишь?

— Да. — Лу Чжоу убрал телефон обратно в карман и улыбнулся. — Но это государственная тайна, поэтому я ничего не могу вам сказать.

Думаешь, я вас боюсь?

Глава 644. Что-то пошло не так

Эффективность армии поражала.

После утреннего разговора, уже во второй половине дня прибыл груз в Институт перспективных исследований.

Два инженера проделали весь путь до Цзиньлина только для того, чтобы взглянуть на три неприкасаемых контейнера. Ян Чжунцюань пребывал в ярости, он был готов разорвать Лу Чжоу заживо.

Он не мог не спросить Лу Чжоу:

— Нахрена вам такие высокоточные станки для такой маленькой лаборатории? Вы строите коллайдер или что?

Лу Чжоу ответил также грубо:

— А на кой-черт понадобились высокоточные станки вашей фабрики? Вы хотите разобрать их и играть, как с конструктором?

Ян Чжунцюань чуть не вырвало кровью.

Ван Пэн стоял рядом, наблюдая за происходящим. Он хотел убедить Лу Чжоу успокоиться, но не знал, что делать, поэтому решил держать язык за зубами.

Во второй половине дня наконец-то пришли руководители Государственного комитета по оборонной науке, технике и промышленности.

Черная машина остановилась у главного входа. Директор Ли поспешно вышел из нее, и они с Лу Чжоу перешли в помещение рядом, чтобы поговорить.

— Профессор Лу, эти станки очень важны для нас.

Лу Чжоу с улыбкой спросил:

— А разве аэрокосмическая отрасль не важна?

— Нет, я не это имел в виду. Само собой, это будущее Китая, конечно, она важно с долгосрочной точки зрения, очень важна! Не говоря уже о том, что вы главный консультант лунного проекта, так что я понимаю, ваши чувства!

Лу Чжоу отхлебнул кофе и промолчал.

Директор Ли выпил чаю, чтобы увлажнить горло, а затем искренне сказал:

— Но вы также знаете, что в дополнение к долгосрочным вопросам мы также должны думать о краткосрочной перспективе. Наша промышленная революция началась поздно, поэтому мы более чем на пятнадцать лет отстаем от немцев и японцев. Особенно в ключевых областях национальной обороны, таких как двигатели и подводные лодки. Между нами и западными странами все еще большой разрыв.

Китайские станки обладали своими преимуществами, такими как относительно низкая стоимость, что почти делало иностранные станки низкого класса невыгодными. Однако, когда дело доходило до высококачественных станков, будь то точность обработки или частота отказов, китайские станки не могли сравниться с международными промышленными гигантами.

Поскольку Китай отчаянно хотел улучшить свою обрабатывающую промышленность, ему пришлось сосредоточиться на получении более качественного оборудования.

Например, некоторые китайские производители, которым нужна высокая точность обработки, предпочитают импортные станки высокой точности. Поскольку станки принадлежали западу, у западных стран все карты. Китайцам пришлось не только платить огромные цены, но и иметь дело с ужасными процедурами доступа. Из-за этого компании, занимавшиеся конфиденциальными технологиями, даже не осмеливались использовать импортные станки.

Поэтому в ходе переговоров по управляемому термоядерному синтезу китайская сторона также подняла тему станков.

Выслушав объяснения, Лу Чжоу понимающе кивнул.

Он не скупой. Ему просто не нравилось отношение двух мужчин.

Лу Чжоу разумный человек, поэтому можно нормально разговаривать.

Видя, что Лу Чжоу успокоился, директор Ли продолжал искренне уговаривать:

— Я знаю, что вы с трудом купили их. Надеюсь, что вы сможете предоставить нам один из них. Само собой, не за просто так. Просто назовите цену за сколько вы его купили, и мы заплатим в три раза больше. Если у вас есть какие-либо другие пожелания, говорите.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Нет необходимости платить мне втрое больше, я приобрел их не для заработка.

— Тогда может быть мы как-то можем помочь на политическом уровне?

Лу Чжоу немного подумал, а потом с блеском в глазах сказал:

— Космодромы находятся довольно далеко от Цзиньлина. После того, как я построю шаттл, транспортировка может будет немного затруднительно.

У директора Ли проступил пот.

— Ты намекаешь…

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если бы только космопорт был немного ближе…

Директор Ли с болью в голосе воскликнул:

— Это невозможно! Даже если мы согласимся, местное правительство не согласится. Это касается не только конфиденциальности, но и ближайшей местности, а также метеорологических условий и защиты окружающей среды. Такое не так просто одобрить

Лу Чжоу кашлянул:

— Вы меня неправильно поняли. Мне не нужен космодром, как в Цзюцюане или Сичуане. Мне просто нужны небольшая площадка, чтобы запустить шаттл.

Шаттлы отличались от ракет, тем более что Лу Чжоу планировал корабли с двигателями на эффекте Холла, что более экологически чисто, чем ракеты на химическом топливе.

Директор Ли покачал головой:

— Не выйдет!

Лу Чжоу похлопал себя по бедру и собрался встать.

— Хорошо, тогда я поговорю о станках как-нибудь в другой раз. Я напишу письмо о космопорте наверх.

Когда директор Ли услышал, что Лу Чжоу собирается написать письмо президенту, он с тревогой сказал:

— Не нужно писать письмо, не беспокойте президента этими маленькими вопросами.

Лу Чжоу серьезно возразил:

— Аэрокосмическая отрасль — из главных национальных стратегий страны, как это может быть маленьким вопросом?

— …

В комнате воцарилась тишина.

Директор Ли вздохнул:

— Я не могу дать никаких обещаний. Честно говоря, это вне моей юрисдикции. Однако, я постараюсь сделать все возможное, чтобы найти способ решить вашу проблему.

Директор Ли размышлял про себя.

Если бы Лу Чжоу хотел запустить только шаттл, а не мощную ракету, небольшой космодром подойдет. Космодром просто должен был находиться вдали от городской зоны, и они должны убедиться, что траектория запуска не будет над густонаселенными районами.

В конце концов, Цзиньлин отличается от Шанхая. На востоке много свободной земли.

Если Лу Чжоу действительно не нужно запускать ракеты, небольшой космодром должен удовлетворить его.

Поскольку директор Ли не отказался напрямую, Лу Чжоу понял, что все может получится, поэтому улыбнулся:

— Тогда благодарю вас, директор Ли.

Директор Ли отмахнулся:

— Не за что, я рад помочь таким ученым.

— Кстати, есть кое-что еще.

— Что?

— Станки уже здесь. После осмотра вы можете взять один.

Директор Ли сразу понял о чем говорит Лу Чжоу.

— Это прекрасно.

Лу Чжоу кивнул директору Ли.

Будучи математиком, Лу Чжоу не хотел иметь дело с этими руководителями компаний и не хотел никого обидеть. Теперь, когда Шэньянский станкостроительный завод услышал об этих слухах, другие компании последуют их примеру и попытаются выкупить у него станки.

Лучше просто передать станок правительству, чтобы уже они разбирались.

Ян Чжунцюань стоял на складе научно-исследовательского института. Когда он увидел, что Лу Чжоу и директор Ли улыбаются, он догадался, что они пришли к соглашению. Поэтому он просто молчал, даже не глядя на Лу Чжоу.

Очевидно, он все еще злился из-за произошедшего.

Директор Ли подошел к Ян Чжунцюаню и улыбнулся.

— Пусть ваши инженеры осмотрят станки.

Ян Чжунцюань кивнул и махнул рукой двум инженерам, стоявшим рядом с ним.

Два инженера взволнованно подошли к двум пятиосевым станкам, которые стояли в центре склада, и осторожно стали изучать их.

Лу Чжоу стало скучно, поэтому он достал телефон и начал читать статьи.

Ян Чжунцюань увидел статьи на экране Лу Чжоу и отвернулся. От математических символов у него разболелась голова.

Прошло пять минут.

Инженеры, осматриваюшие станки, внезапно обеспокоились.

Один из них сказал.

— Есть проблема с этими станками.

У директора Ли чуть не остановилось сердце:

— В чем проблема?

Инженер с бледным лицом нерешительно ответил:

— Система ЧПУ… еще не установлена.

Глава 645. Просто найду эксперта

Система ЧПУ не установлена?!

Кроме Лу Чжоу, все остальные на складе стояли в шоке.

Секретарь У вздохнул. Он достал из кармана сигарету и вышел со склада. Директор Ли молча смотрел на два станка с глазами полными разочарования.

Ян Чжунцюань выглядел так, словно у него украли выигрышный лотерейный билет. Он покачал головой и вздохнул.

— Система ЧПУ не установлена… Я знал, что бесплатный сыр, только в мышеловке…

Поначалу он не понимал, как Лу Чжоу смог потратить 20 миллионов евро на покупку этого оборудования, поскольку только два станка стоили больше. Однако он наконец понял. Оказалось, что Лу Чжоу купил кастрированную версию.

Лу Чжоу пристально посмотрел на всех и тихо спросил:

— Разве это не просто система управления?

Он вообще не думал, что это так уж важно…

Однако он не ожидал, что разозлит окружающих его инженеров.

Особенно Ян Чжунцюаня, который начал ругаться.

— Да ты хоть знаешь, что она делает?

— …

Лу Чжоу математик, он мало что знал о системах управления станками.

Но даже так он не считал, что это что-то проблемное.

Когда директор Ли увидел, что эти двое снова собираются начать ругаться, он закашлялся и попытался выступить в роли миротворца.

— Этот станок совершенно особенный. Есть программная часть и аппаратная часть. С аппаратным обеспечением все просто. Оно включает материалы, гидравлические компоненты, пневматические компоненты, подшипники, серводвигатели и остальное. Каждая деталь влияет на точность. Что касается программного обеспечения, то оно определяет, может ли оборудование использоваться в реальном производстве.

Лу Чжоу кивнул и вроде как понял.

— Программное обеспечение — система ЧПУ?

Ян Чжунцюань усмехнулся.

— Да ты гений. Ты собирался управлять станком вручную?

Условно говоря, промышленные станки не требовали высококачественных компьютерных чипов. Однако они сильно зависели от алгоритмов системы управления. Чтобы достичь высочайшей степени точности, превосходный станок должен быть оснащен превосходной системой ЧПУ.

Согласно отчету Европейской ассоциации станкостроительной промышленности (CECIMO), в нем четко указано, что основными конкурентами европейской станкостроительной промышленности являются Япония и Китай. В то время как Япония и Европа находятся примерно на одном уровне, Китайские станки имели преимуществе в своей дешевой цене и постепенном улучшении технических мощностей. Однако Китай по-прежнему отставал от Европы и Японии.

Одна из причин заключалась в том, что китайцы производили станки с использованием импортных систем ЧПУ, зачастую импортируя их из Японии. Это не только увеличило стоимость, но и привело к тому, что Китай отстал с точки зрения программного обеспечения для станков.

Теперь, когда станки оказались здесь без системы управления, хотя они и не были полностью бесполезны, их стоимость уменьшилась вдвое. И это просто цена от станкостроительных компаний, которые планировали разобрать их для изучения. Для компаний, которые планировали использовать эти станки, они вовсе бесполезны.

Когда Ян Чжунцюань увидел, что Лу Чжоу молча стоит, он подумал, что тот огорчен потерей денег, поэтому Ян Чжунцюань начал злорадствовать.

— Можете продать нам эти два станка, они все равно бесполезны. С таким же успехом можно расплавить их и переработать. Не волнуйтесь, мы все равно заплатим 20 миллионов евро.

Лу Чжоу проигнорировал его. Он посмотрел на директора Ли и спросил:

— Разве мы не можем просто купить систему и установить ее?

Директор Ли покачал головой:

— Это трудно. Если бы вы купили их по законным каналам, то нет проблем, но… Все сложно.

Лу Чжоу мгновенно понял, о чем говорит директор.

Суть заключалась в том, что эти два станка считались нелегальным товаром и во всем мире искали пропавшие станки. Как Лу Чжоу мог обратиться к Siemens и просто попросить систему?

Тем более что переговоры по управляемому термоядерному синтезу все еще продолжались, он не мог делать того, что могло повлиять на них.

Что касается установки китайской системы ЧПУ…

Это бесполезно, китайские системы не могли сравниться с западными.

Лу Чжоу посмотрел в сторону.

— Тогда я найду нескольких инженеров, чтобы разобраться с проблемой.

Ян Чжунцюань не мог не высмеять его:

— Эй, если ты сможешь найти того, кто сделает систему управления, я съем этот станок.

— Хорошо, я запомню это.

Лу Чжоу не стал с ним спорить, у него не было на это времени, да и ему все равно.

Директор Ли покачал головой.

Старых инженеров с таким скверным характером невозможно успокоить. С другой стороны Лу Чжоу довольно спокойным по жизни, но только если собеседник проявляет вежливость.

В конце концов, Лу Чжоу всемирно известный ученый. Хотя он не был экспертом по станкам, Ян Чжунцюань должен был проявить хоть немного уважения.

В целом таможня проделала плохую работу. Они не только отказались сообщить Институту перспективных исследований о прибытии оборудования, но и не сразу сообщили об этом вышестоящему руководству. Вместо этого они тут же связались с инженерами из отрасли для проверки.

В любом случае, Ян Чжунцюань и Лу Чжоу два столпа страны.

Хотя это вне контроля директора Ли, но он надеялся, что они смогут поладить.

Большинство людей ушли со склада, оставив двух инженеров и нескольких охранников Института перспективных исследований. Один из станков должны переместить на другой склад, а другой должен забрать Государственный комитет по оборонной науке, технике и промышленности.

Секретарь У остался с директором Ли. Ян Чжунцюань теперь оставил этот вопрос в стороне и вернулся в отель.

Что касается Лу Чжоу, то он тоже не терял времени. После того, как он рассказал исследовательскому институту о ситуации, он вернулся в свой кабинет и начал исследовать уравнения Янга — Миллса. Когда солнце садилось, он спустился в столовую, чтобы поужинать.

Ван Пэн сел напротив Лу Чжоу и спросил:

— Это же плохо?

Используя свои палочки для еды, Лу Чжоу положил немного мяса в свою миску с рисом и равнодушно ответил:

— Нет, они просто слишком бурно реагируют.

Ван Пэн посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Но… главный инженер с станкостроительного завода сказал, что нет системы ЧПУ? Она же важна, нет?

Хотя он не разбирался в станках лучше, чем Лу Чжоу, он понимал важность программного обеспечения.

Однако Лу Чжоу все еще оставался безразличным, пока ел.

— Неважно, что они говорят. Я просто найду эксперта и поговорю с ним.

Глава 646. Кто установил эту систему?

Экспертом, на которого ссылался Лу Чжоу, очевидно, являлся Сяо Ай.

Вечером на складе, где хранилось оборудование, робот-погрузчик сделал несколько кругов по складу. Лу Чжоу уже собирался спросить, что с ним, как его телефон в кармане завибрировал.

«Где мой станок? Он только недавно был здесь (°ー°〃)»

Робот-погрузчик вращался на месте, где стоял когда-то станок.

Лу Чжоу посмотрел на сообщение на своем экране и почувствовал себя немного виноватым. Он почесал щеку и пробормотал:

— Э-э-э, другой позаимствовал кое-кто.

Робот-погрузчик внезапно остановился.

Через некоторое время на экране его телефона появилось сообщение.

« : (»

Лу Чжоу кашлянул:

— Нет смысла дуться. Остался только один, так что используй его… Или я дам тебе еще денег, и ты купишь еще один.

«Очень трудно купить еще, используя тот же метод. :(»

— …

Спецслужбы не дураки, чтобы повестись на тот же трюк второй раз.

Им придется довольствоваться только одним станком.

Обмен одного станка на стартовую площадку поближе выгодная сделка. Не говоря уже о том, что одного станка должно быть достаточно. Просто это займет больше времени.

Лу Чжоу решил поменять тему.

— Сяо Ай, ты знал, что в станках, которое ты купил, нет системы ЧПУ?

« Зачем она нужна? Разве я не могу просто научиться их использовать? 0.0»

— …

Хотя Лу Чжоу хотелось отругать Сяо Ая, он не мог найти слов.

Но если подумать, Сяо Ай прав. В конце концов, он смог построить точную модель трансформера с помощью обычных промышленных роботов. Поэтому он должен без проблем справиться с высокоточными станками.

И хотя Лу Чжоу верил в способности Сяо Ая, он все же спросил Сяо Ая:

— Ты же не испортишь станок?

«Нет, я буду осторожен.»

— Тогда, пожалуйста, научись им пользоваться…

«Хорошо, хозяин, я понял! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

………………………….

На следующий день грузовик из Государственного комитета по оборонной науке, технике и промышленности. к Институту перспективных исследований.

На склад пришла группа людей, собираясь забрать станок.

Лу Чжоу подошел и проигнорировал Ян Чжунцюаня. Он посмотрел на директора Ли и сказал:

— Я нашел кое-кого, кто установил систему ЧПУ.

Директор Ли чуть не выронил сигарету от услышанного.

Однако, прежде чем он успел заговорить, Ян Чжунцюань ухмыльнулся:

— О, неужели? Кого ты нашел?

Лу Чжоу нахмурился и ответил:

— Государственная тайна.

Ян Чжунцюань подумал, что Лу Чжоу скорее всего установил какое-то пиратское программное обеспечение. Он легонько постучал по сигарете и взглянул на станок.

—Тогда нужно провести тест и посмотреть.

— Конечно, какой тест?

Ян Чжунцюань постучал по сигарете и равнодушно сказал:

— Я не собираюсь ничего усложнять, просто произведите стандартный образец S-образной формы.

Образец S-образной формы стандарт для тестирования станков, который предложили несколько экспертов из Инженерной академии. Впервые он появился в виде патентов, а позже сыграл важную роль в испытании пятиосевых станков. Он использовался на различных станкостроительных заводах по всей стране в качестве стандарта.

Образец S-образной формы единственный китайский стандарт контроля для ISO для высококачественных станков. До этого стандарты ISO полностью контролировались такими странами, как Германия и Япония.

Таким образом, образец S-образной формы стал одним из величайших изобретений Китая в области станкостроения.

Будучи академиком Инженерной академии и главным инженером станкостроительного завода, Ян Чжунцюань, очевидно, участвовал в разработке этого стандарта. Не будет преувеличением сказать, что с его опытом он мог определить качество станка, просто прикоснувшись к образцу S-образной формы

Лу Чжоу промолчал.

Что это за образец?

Однако Сяо Ай понимал, что требуется.

Лу Чжоу подошел к терминалу управления и сделал вид, что нажимает кнопки, после чего нажал кнопку запуск.

После чего внутри склада словно проснулся дикий зверь. Резец, соединенный с главным валом, начал вращаться с высокой скоростью. Металлическая заготовка в форме куба, закрепленная на рабочей плоскости, напоминала вершину с которой обрушился снег, когда от нее отлетала металлическая стружка.

Ян Чжунцюань нахмурился, увидев это.

Резец вращался со скоростью десятков тысяч оборотов в минуту.

Это выглядело неправильным.

Высокоскоростная резка имела очевидные преимущества. Это уменьшало силу резания и деформацию от термического напряжения на изделии. Это также улучшало жесткость тонкостенных деталей, и конечный продукт имел более высокое качество.

Однако недостатки тоже фатальны. Высокоскоростная резка может привести к поломке резца или даже плавлению и повреждения детали.

Обычно высокоскоростная резка должна соответствовать соответствующей скорости подачи, сохраняя оба значения в определенном диапазоне, чтобы достичь наилучшей точности обработки и живучести резца.

В этом аспекте полностью отражалось качество системы ЧПУ.

Если плохой станок ломался во время работы, вина не полностью лежала на самом станке. По крайней мере, половина вины лежала на системе ЧПУ.

Конечно, Ян Чжунцюань удивился тому, что станок поддерживал такую высокую скорость резки.

Однако в этом не было ничего особенного. Многие станки с импортными керамическими подшипниками могут производить резку на высоких скоростях, не говоря уже о пятиосевом станке Siemens.

Надежность станка раскрывалась в конечном продукте.

Если станок не может произвести конечный продукт или если конечный продукт будет с дефектом, то скорость резания не имеет значения.

Ян Чжунцюань подумал об этом и успокоился.

Лу Чжоу стоял рядом с терминалом управления. Он действительно не знал, что происходит, поэтому достал телефон и начал читать статью с места, на котором остановился прошлой ночью. Примерно через десять минут резец остановился, и появился S-образный кусок металла.

Инженеры, стоявшие рядом, выглядели ошеломленными.

Готово?

Так быстро?

Лу Чжоу положил телефон в карман и улыбнулся Ян Чжунцюаню.

— Похоже, все.

— Тебе не надо напоминать мне.

Ян Чжунцюань нахмурился и направился к станку.

Стоя рядом со станком, он нахмурился.

Он протянул палец и коснулся образца S-образной формы.

Теплый!

Лу Чжоу смотрел на него и не понимал, что тот делает. Он с усмешкой спросил:

— Не слишком ли горячо? Может, подуть на него немного?

Ян Чжунцюань не обращал внимания на насмешки Лу Чжоу. Он перевернул образец и потер большим пальцем изогнутую поверхность металлического образца.

Однако его выражения его лица полностью изменилось.

Руки Ян Чжунцюаня слегка дрожали, когда он держал образец, заикаясь он спросил:

— Кто… Кто установил эту систему?

Глава 647. Скрытный и скромный профессор Лу

Ян Чжунцюань с недоумением смотрел на образец в своей руке.

Не стоит недооценивать этот тонкий металлический лист. Поверхность образца повторяла кривую, которая была создана с помощью заданных координат сплайна. Это было очень похоже на форму крыльев самолета.

Из-за S-образной формы изогнутая поверхность находилась под острым углом к основанию, поэтому только пятиосевой станок мог создать такую деталь. Кроме того, в процессе обработки необходимо многократно менять скорость работы, что являлось серьезным испытанием производительности станка.

Поэтому в конечном образце S-образной формы отражалась не только точность обработки, но и сила, тепло, вибрация, шум и другие погрешности.

Ян Чжунцюань не знал, что за система управления в этом станке, но интуиция подсказывала ему, что достичь такого уровня точности будет трудно, даже если Siemens разработает систему ЧПУ для этого станка.

Лу Чжоу увидел выражение лица Ян Чжунцюаня и понял, что Сяо Ая слишком хорошо показал себя и не знал, как объяснить это.

Но подумав над этим…

Зачем мне надо объясняться?

Мне не нужно ничего объяснять!

Поэтому он дал простой комментарий.

— Я познакомился с несколькими друзьями, когда был в Европе, и один из них эксперт в этой области. Он сказал, что работает над системой управления станком, основанной на нейронных сетях…

— Это невозможно! — Тут же возразил Ян Чжунцюань. — Применение нейронных сетей на станках исследовалось и раньше, но все это в теории. Нет ни одного примера алгоритмов, способных повысить точность станков…

Лу Чжоу подбородком указал на машину.

— Пример прямо перед вами.

Ян Чжунцюань некоторое время молчал, а потом сердито спросил:

— Кто твой друг?

— Я не скажу вам.

Атмосфера на складе стала немного неловкой.

Не планируя все усложнуть, Лу Чжоу окинул инженеров взглядом, а потом заговорил:

— Я не могу сказать вам, где взял систему, но, если вы хотите ее купить, я мог бы рассмотреть возможность ее продажи.

Ян Чжунцюань спросил:

— Ваша система ЧПУ совместима с другими станками?

—Кон… Я не знаю. — Лу Чжоу внезапно изменил свой ответ. — Но вы можете привезти станок сюда ко мне, и я найду кого-нибудь, чтобы разобраться в этом для вас и настроить систему на станке.

Ян Чжунцюань не стал спрашивать, что это за человек. В конце концов, он знал, что Лу Чжоу не ответит ему, поэтому он спросил:

— А какая цена?

Лу Чжоу не знал цен, поэтому небрежно назвал цену:

— Не привозите дешевый станок, у меня нет на это времени. Система ЧПУ будет настраиваться только для высококлассных станков. Миллион за станок.

Прежде чем Ян Чжунцюань успел что-то сказал, секретарь У поспешно воскликнул:

— Договорились!

— …

Я запросил слишком мало?

………………………….

Во время ужина.

Группа людей ела и смеялась за столом.

Подвыпив и уже вдоволь наевшись, секретарь У прошептал директору Ли, сидевшему рядом с ним.

— Директор Ли, вы можете выяснить, кто создал эту систему ЧПУ? Китайские станки всегда низкого качества. Если мы получим этого человека, я уверен, что наша компания станет лучшим производителем станков в мире в течении десяти лет!

Хотя это звучало, как преувеличение, увидев образец, секретарь У действительно поверил в это.

Китайские системы ЧПУ отчаянно нуждались в талантливых людях, и позволить такому таланту остаться в научно-исследовательском институте болезненно для секретаря У.

Директор Ли ничего не сказал. Он только улыбнулся ему в ответ.

Хотя он пил, он еще не опьянел.

Через некоторое время он сказал:

— Человек хочет остаться в Институте перспективных исследований, так что давайте просто оставим его в покое, ладно? Вы хотите заставить его работать в вашей компании? Вы итак платите за разработку систем ЧПУ для вас. Экономика изменилась, поэтому старайтесь идти в ногу со временем. Вы ведете дела с другой организацией, хватит меня втягивать в это.

Директор Ли говорил так, словно критиковал секретаря У.

Секретарь У улыбнулся и попытался объяснить.

— Я просто не хочу, чтобы хорошие таланты напрасно пропадали.

Директор Ли улыбнулся и покачал головой.

— Тогда поговорите с профессором Лу, посмотрим, согласится ли он.

Секретарь У закрыл рот.

Лу Чжоу главный конструктор проекта термоядерного реактора, а теперь главный консультантом лунной программы. Он внес большой вклад в развитие страны. У Лу Чжоу не было времени встречаться с такими ребятами, как он.

Если бы не Государственный комитет по оборонной науке, технике и промышленности, Лу Чжоу не стал бы встречаться с ними.

Глядя на замолчавшего секретаря У, директор У многозначительно добавил:

— Кроме того, думаю, эту систему мог создать и не его друг.

Секретарь У с некоторым колебанием спросил:

— О чем вы?

Директор Ли пристально посмотрел на него:

— Примерно шесть или семь лет назад он написал более десяти статей по искусственному интеллекту, нейронным сетям и логистике беспилотных летательных аппаратов. Хотя они были опубликованы неизвестным журналом, некоторые эксперты из отдела информационной инженерии нашли и прочитали статьи. Все они единогласно согласились, что эти статьи не могут быть написаны обычным новичком. После всех этих лет, если его способности к программированию остались прежними или даже улучшились… Возможно, он мог бы сделать то, что другие не могли.

Секретарь У пребывал в шоке, он с недоверием в голосе спросил:

— Так вы говорите, что это он написал код системы ЧПУ? Но это совершенно отличается от математики, это…

— Невероятно, да? — Директор Ли улыбнулся. — Иногда я тоже так думаю, но это не невозможно. Подумайте об этом, он с таким трудом купил станки, но забыл про важнейшую систему ЧПУ?

— Но он не знал…

Директор Ли покачал головой.

— Даже если он не знал, как насчет людей, которые помогли ему купить станки? — Директор Ли посмотрел на секретаря У, который замер, и многозначительно заметил. — Более того, думаете, что система ЧПУ сложнее, чем система управления плазмой в термоядерном реакторе?

Глава 648. Доказали?

Вечером.

Лу Чжоу быстро поужинал и направился обратно в свой кабинет. По пути он позвонил Чэнь Юйшань и рассказал ей про станки.

Услышав объяснение Лу Чжоу, Чэнь Юйшань вздохнула.

— Тебе нужно консультироваться со мной по поводу подобного, ты слишком продешевил.

Лу Чжоу вздохнул:

— Я тоже так подумал, но я не могу отказаться от своих слов.

Чэнь Юйшань не находила слов:

— Конечно, можешь. Кого волнует мнение этих людей? Если цена низкая, нормально изменить ее.

— Но это нехорошо же? Я уже согласился.

— Ладно, тогда, если хочешь сдержать свое слово, можем использовать другой метод.

— Какой?

Чэнь Юйшань хитро улыбнулась и ответила:

— Миллион — всего лишь плата за установку, это не включает плату за обслуживание и плату за обновление системы.

Лу Чжоу с горькой усмешкой сказал:

— Ты слишком хороша в вымогательстве.

Честно говоря, хотя Лу Чжоу не нравились эти два бизнесмена, он все еще хотел, чтобы китайские станки нашли место в международной станкостроительной промышленности.

Хотя он не знаком с этой областью, промышленность и исследования тесно связаны. Он не хотел никого обидеть.

В его планах построить коллайдер и космическую лабораторию, и все эти головокружительные высокотехнологичные проекты нуждались в поддержке промышленности страны. Ему пришлось бы заплатить тонну налогов на импорт, если бы он полагался на другие страны.

— Почему ты переживаешь за них? — Спросила Чэнь Юйшань. — Я говорю тебе, если тебе действительно не все равно, то ты не должен был предлагать такую низкую цену! Им надо заплатить как можно больше. Только тогда они будут пытаться самостоятельно проводить новые разработки и исследования. Если не брать с них высокую цену, они никогда не будут хорошо относиться к своим техническим специалистам. Все высокотехнологичные компании страдают от патентных сборов!

Лу Чжоу почувствовал, что в словах Чэнь Юйшань есть доля правды.

— Я не хочу заниматься этим, поэтому просто сделаем то, как ты считаешь нужным.

— С самого начала ты должен был предоставить это мне!

Когда дело касалось работы, Чэнь Юйшань превращалась в совсем другого человека, все ее действия были решительными.

Лу Чжоу было приятно видеть эту ее сторону.

Вечером Лу Чжоу вернулся на склад института. Он установил систему ЧПУ, которую Сяо Ай написал, на другой станок. Об остальном ему уже не нужно беспокоиться, все проблемы возьмет на себя его компания.

На следующий день пришли люди из Государственного комитета по оборонной науке, технике и промышленности.

Лу Чжоу ненароком увидел Ян Чжунцюаня, поэтому он с улыбкой поприветствовал его.

— О, Ян Чжунцюань, собираетесь поесть?

Ян Чжунцюань вспомнил его заявление и мгновенно покраснел. Он развернулся и пошел прочь.

Секретарь У улыбнулся и пошутил:

— Станок слишком дорогой. Он обошелся нам в десять миллионов, мы не можем позволить ему съесть его.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не сказал.

……………………

Новый космодром все еще находится на стадии рассмотрения и утверждения, но Государственный комитет по оборонной науке, технике и промышленности

предоставил гарантии, поэтому это проблем. Центр по производству шаттлов утвердили неделю назад и строительную технику уже подвезли на стройплощадку, начав строительство.

Тендер на строительство выиграла местная инжиниринговая компания. Она отвечала требованиям для военно-инженерных проектов, а также условиям безопасности и конфиденциальности. Поэтому не должно возникнуть проблем при строительстве завода.

Поскольку строительством руководили профессионалы, Лу Чжоу оставил этот вопрос в стороне. Он сосредоточился на своем решении проблемы уравнения Янга — Миллса.

Основываясь на результатах, которые он обсудил с Ло Вэньсюанем, самый надежный способ найти массу частицы m ввести квантового поля Янга — Миллса.

Для этого потребовалось бы безмассовое поле, распространяющееся со скоростью света, когда как квантовые частицы обладали положительной массой, то есть положительное число ∆. И энергия любого возбужденного состояния частицы не должна быть меньше ∆, что гарантирует, что сильное взаимодействие было кратковременным.

Лу Чжоу обменивался идеями с профессором Фефферманом и профессором Виттеном по почте, получив в итоге разные предложения.

Виттен считал, что использовать квантовое поле Янга — Миллса для решения проблемы ненадежно и что теория М лучший способ объяснить разрыв в массе.

Однако проблема заключалась в том, что не было никаких прямых доказательств существования теории М или теории струн. Использование гипотезы для доказательства другой гипотезы также ненадежно.

В отличие от Виттена, профессор Фефферман с оптимизмом отнесся к предложению Лу Чжоу о квантовом поле Янга — Миллса.

В конце письма Фефферман упомянул кое-что интересное.

«… Когда традиционные методы не в состоянии решить новые проблемы, лучше всего создать новые методы для адаптации к постоянно меняющейся науки. Создать квантовое поле, соответствующее классическим свойствам, указанным выше, чтобы решить проблему невозможности описать точку на пространственно-временном многообразии. Думаю, этот метод очень интересен, по крайней мере, стоит попробовать.

Если бы я не был занят своим собственным исследовательским проектом, я бы купил билет на самолет, чтобы изучать эту проблему вместе.»

Помимо общения с профессором Фефферманом и Виттеном, единственным помощником Лу Чжоу был Ло Вэньсюань.

Стыдно упоминать, но хотя Институт перспективных исследований уже существовал долгое время, в нем не так много талантов. Институт вычислительного материаловедения обладал множеством талантов, и отвечал уровню исследований мирового класса.

Однако, вспоминая про Институт математики или Институт физики…

Они в основном полагались на репутацию Лу Чжоу.

Лу Чжоу вынужден был признать, что выращивания талантов и создание научной атмосферы займет приличное время.

Институт физики.

Кабинет директора.

Всякий раз, когда Лу Чжоу не мог найти вдохновения для решения проблемы, он приходил сюда, чтобы обменяться новыми открытиями в исследованиях с Ло Вэньсюанем.

Когда Ло Вэньсюань увидел, как Лу Чжоу вошел в этот кабинет, он оторвался от компьютера и спросил:

— Ты добился каких-либо успехов с квантовым полем Янга — Миллса?

— Нет, но чувствую, что очень близок к решению. Меня от него отделяет лишь тонкая бумажная стенка… Конечно, это также может быть пуленепробиваемое стекло. — Лу Чжоу подошел к автомату с водой и приготовил себе чашку растворимого кофе. — А как насчет тебя?

Ло Вэньсюань покачал головой.

— Думаю, что между мной и решением стоит толстая стена.

— Хорошо подумав, ты найдешь ответ… Кстати, что ты делаешь?

— Просматриваю статьи на Arxiv, чтобы узнать, есть ли какие-либо интересные идеи. Со момента твоего доклада число статей по уравнениям Янга — Миллса выросло экспоненциально. Однако среднее качество работ также снижается экспоненциально.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это понятно, все хотят найти решение.

Ло Вэньсюань вздохнул:

— Да, в конце концов, это самая сложная задача тысячелетия.

Лу Чжоу сделал глоток кофе.

— Не обязательно. Как по мне гипотеза Римана сложнее. За последние несколько десятилетий в теории Янга — Миллса достигли определенного прогресса, но гипотеза Римана все еще покрыта тайной.

— Думаешь? — Ло Вэньсюань пожал плечами. — Одно может быть сложнее другого, но пока они не решены, они для меня одинаковы.

Вдруг он замер, уставившись на экран компьютера.

Лу Чжоу заметил странную реакцию Ло Вэньсюаня и спросил:

— Что такое?

Ло Вэньсюань отвел взгляд от экрана и посмотрел на Лу Чжоу, а потом озадаченно сказал:

— Теорию Янга — Миллса… доказали?

Глава 649. Серьезные изъяны

Доказали?

Лу Чжоу с интересом посмотрел на экран, ставя чашку с кофе на стол.

— Уверен, что это именно доказательство, а не просто идея?

— Да… Автор статьи утверждает, что он доказал теория Янга — Миллса. Кроме того, он не какой-то любитель. — Ответил Ло Вэньсюань, просматривая информацию об авторе. — Брайан Каро, профессор Оксфордского университета. Член Лондонского королевского общества, академик Европейской академии наук. Участвовал в открытии частиц Хиггса. Получил пять наград, в том числе медаль Исаака Ньютона… Невероятно, ему шестьдесят лет.

Шестьдесят лет уже не золотое время для физиков, но это не время, когда ухудшается память. Однако даже так добиться подобных результатов в таком возрасте не просто.

Лу Чжоу никогда даже не слышал о профессоре Брайане Каро, но скорее всего это из-за того, что он никогда особо не лез в эту область.

Поняв, что Ло Вэньсюань закончил читать резюме профессора, Лу Чжоу спросил:

— Это предпринт или просто краткий обзор?

Ло Вэньсюань сделал пару щелчков мышью и ответил:

— Препринт.

Хотя такое редкость в мире математики, оно не редко для мира физики, особенно в теоретической физике. Для подобной серьезной проблемы, как эта, многие опытные профессора любят публиковать препринты своих статей, чтобы другие ученые не украли их славу.

В конце концов, очень трудно добиться результатов в теоретической физике. Небольшое промедление может привести к годам напрасной работе.

Лу Чжоу заинтересовался:

— Распечатай мне копию.

— Ладно… Но я не понимаю, почему тебе нравится читать статьи в печатном виде, разве не проще читать их в электроном виде?

— Нет какой-то особой причины, просто мне нравится держать работу в своих руках.

Хотя Лу Чжоу иногда читал документы через телефон, это было только тогда, когда он не мог получить печатные вариант.

Если бы он мог посидеть на диване или за столом в библиотеке, он бы предпочел прочитать печатную копию стать. Ему не только легче делать заметки, но и легче записывать вдохновение.

Принтер загудел.

Ло Вэньсюань читал статью на компьютере, как вдруг спросил:

— Что, если он прав?

Лу Чжоу немного ошеломленно посмотрел на друга.

— Тогда все хорошо, в чем проблема?

Ло Вэньсюань с недоверием посмотрел на него.

— Ты не будешь сожалеть?

— Из-за чего?

Ло Вэньсюань беспомощно произнес:

— Мы так долго работали над этим, что находимся в одном шаге от финиша. Ты совсем не сожалеешь?

Лу Чжоу равнодушно произнес:

— Совсем. Мне на самом деле все равно, кто сделал доказательство.

Лу Чжоу уже получил Филдсовскую и Нобелевскую премии. Он не жаждал новых медалей. Он исследовал эти проблемы исключительно потому, что хотел получить ответ. Если бы кто-то другой под вдохновением его работы смог доказать теорию Янга — Миллса, он бы испытал большую радость от этого, чем если бы решил сам.

Ло Вэньсюань посмотрел на Лу Чжоу и вздохнул.

— Ладно… Мне все еще далеко до твоего уровня.

— Когда-нибудь все будет.

……………………………….

Через минуту или две двадцатистраничная статья была распечатана.

Для предпринта, можно отметить, что над статьей очень постарались.

По крайней мере, формат соответствовал требованиям популярных журналов. Это не походило на типичные препринты в сети, которые полны ошибок.

Взяв распечатанную статью, Лу Чжоу сел на диван и начал читать ее.

В целом Брайан Каро проделал довольно хорошую работу как с точки зрения математики, так и с точки зрения физики. Хотя между ним и ведущими учеными все еще существовал разрыв, способности Каро соответствовали его репутации.

Больше всего удивило Лу Чжоу, так это то, что метод, взятый Брайаном Каро, походил идею Лу Чжоу и Ло Вэньсюаня. Статья Брайана Каро также основывалась на работе профессора Яффе.

Однако у Лу Чжоу и Каро разные методы определения массы частицы m.

Брайан Каро не вводил квантовое поле Янга — Миллса. Вместо этого он использовал метод, аналогичный Вайнбергу, он ввел скалярное пространственно-временное многообразие для решения этой проблемы.

Но независимо от остального содержания стати, по мнению Лу Чжоу, это очень неточно.

В конце концов, проблему сильного взаимодействия без массы не решить с помощью простого метода нарушения симметрии.

— Его доказательство очень близко к правде, но все еще это не то. — Лу Чжоу отложил работу и взял кружку с кофе. Он заметил, что его кофе остыл, поэтому подошел и налил себе еще одну чашку.

Ло Вэньсюань тут же поднял глаза и с энтузиазмом спросил:

— Так, он ошибся?

— Да, но не злорадствуй слишком сильно. Мы все еще можем кое-что почерпнуть из его работы, например, как он использовал существование четырехмерного калибровочного поля для нормализации узлов сетки или как он определил постоянное влияние на евклидово пространство тора… Конечно, в работе много проблем.

— Например?

— Например, когда он пишет о нормализации узлов сетки, он не привел доказательство, что шаг сетки стремится к нулю. Поэтому его метод определения евклидова пространства тора не только не строгий, а даже неправильный. — Лу Чжоу осторожно подул на кофе и сделал глоток. Он помолчал немного, а потом продолжил. — Но это только предпринт. Возможно, он уже нашел хороший метод доказательства, но просто еще не опубликовал его.

Такое было весьма распространено.

В конце концов, многие статьи высокого уровня на arXiv становились лучше в результате постоянных обсуждений и исправлений.

— Значит, он этого не доказал?

— В данный момент все выглядит именно так. Независимо от мнения других, на мой взгляд он не смог.

Лу Чжоу разочаровано вздохнул.

Сначала он думал, что профессор Брайан сможет показать ему что-нибудь новенькое. Он не ожидал, что профессор Брайан допустит так много ошибок.

Как и ожидалось, в решении этой проблемы он мог положится только на себя.

Глава 650. Приглашение от профессора Брайана

Статья профессора Брайана Каро произвела фурор в научных кругах.

Поскольку большинство предполагало, что проблему Янга — Миллса решит профессор Лу, никто не ожидал, что все так изменится.

Последнюю трудность в уравнениях Янга — Миллса фактически решена профессором Оксфордского университета.

Конечно, доказательство профессора Брайана Каро никого особо не удивило. В конце концов, он хорошо известен в сообществе физиков теоретиков, работающий над теорией калибровочного поля более двадцати лет. Он был вполне способен совершить такой крупный прорыв.

Общее решение уравнений Янга — Миллса от профессора Лу вдохновило все математическое и физическое сообщество.

Репутация профессора Брайана Каро мгновенно взлетела в сообществе теоретической физики, и количество статей, опубликованных в arXiv на тему уравнений Янга — Миллса, также сократилось.

Все ждали результатов.

Ждали мнение физиков относительно статьи.

Ждали мнение от ведущих ученых.

Оксфордский университет.

В кабинете с книжными полками из красного дерева на диване сидел профессор Брайан Каро и с энтузиазмом давал интервью журналу Nature.

Когда вопросы дошли до уравнений Янга — Миллса, проблеме, что десятилетиями мучили физиков, он облокотился на подушку сзади и заговорил:

— Теория Янга — Миллса — очень сложная проблема. Хотя мы можем наблюдать это явление в экспериментах и компьютерном моделировании, мы не смогли дать математического объяснения. Поэтому мы не могли понять причину его существования. Эта проблема беспокоила сообщество физиков более полувека. Это походило на бесконечный марафон, но теперь марафон закончен.

Журналистка Белинда из Nature с микрофоном в руках серьезно спросила:

— Тогда как вы решили эту проблему?

— С какой стороны я должен ответить вам на этот вопрос?

Белинда улыбнулась:

— Я надеюсь, что вы сможете рассказать об источнике своего вдохновения и идеях для решения проблемы, чтобы это было понятно обычному человеку.

— Я постараюсь. — Брайан сделал глоток черного чая и изящно поставил чашку. — Я изучал эту проблему более двух десятилетий. Доклад в Цзиньлинском университете очень вдохновил меня. Введя многообразие Лу, профессор Лу научил нас, как применять метод дифференциальной геометрии к решению нелинейных уравнений в частных производных. Я думаю, что это чрезвычайно важно, как для мира математики, так и для физики.

— Так вы использовали тот же или аналогичный метод?

Брайан покачал головой:

— Нет, но идея профессора Лу действительно вдохновила меня. Мы все знаем, что разрыв в массе не наблюдается в четырехмерном калибровочном поле. Чтобы доказать это, мы должны ввести неклассические преобразования переменных. Поэтому мой подход заключался в введении скалярного на многообразии пространства и времени для всей задачи, а затем использовать простой метод для решения проблемы.

Говоря это, Брайан подсознательно задрал нос.

Каждый раз, вспоминая о своей гениальности, он не мог не гордиться.

Белинда улыбнулась и продолжила спрашивать:

— Вы проведете отчетный доклад?

Профессор Брайан вежливо улыбнулся:

— Конечно, это обычная практика в научном сообществе. Каждое великое открытие неизбежно встречает вопросы, даже Эйнштейн не исключение. Мой доклад с доказательствами будет проходить в лекционном зале Оксфордского университета. Я подробно расскажу об использованных методах и отвечу на вопросы коллег.

— Как вы убедите физиков с другим мнением?

— Если они запутались или у них есть какие-либо сомнения, пускай задают любый вопросы. Однако думаю, вероятность этого невелика.

— Однако, согласно комментариям на arXiv, у профессора Лу есть сомнения относительно вашей работы. Он считает, что в вашей статье есть по крайней мере три места, которые нельзя легко исправить.

Профессор Брайан нахмурился, но быстро расслабился и заговорил мягким тоном.

— Профессор Лу — уважаемый ученый, но он не является абсолютным авторитетом. Все совершают ошибки, включая меня, включая его.

Белинда заинтересовано спросила:

— Итак, вы хотите сказать, что на этот раз профессор Лу ошибается?

— Я этого не говорил, но нельзя отрицать, что такое возможно. В конце концов, я уверен в своей собственной работе. Я исследую эту проблему уже более двадцати лет. Он исследовал ее менее года, небольшая халатность с его стороны вполне нормальна. — Профессор Брайан откашлялся. — Конечно, чтобы прояснить это недоразумение, я отправлю ему приглашение на доклад в Оксфордском университете. Он станет свидетелем этого великого и славного момента. Если он приедет, я отвечу на все его вопросы во время доклада.

…………………………….

Институт перспективных исследований.

В дверь кабинета директора постучали.

Лу Чжоу что-то писал на своем столе. Он перестал писать и посмотрел на дверь.

— Зайдите.

Дверь распахнулась.

Ло Вэньсюань вошел, неся журнал Nature.

— Я слышал, что профессор Брайан приглашает тебя на свой доклад. — Сказал Ло Вэньсюань, кладя журнал на стол Лу Чжоу. — Ты получил приглашение?

Лу Чжоу кивнул.

— Да, вчера.

— Ты поедешь?

Лу Чжоу немного подумал и покачал головой:

— Это не слишком хорошая идея покидать страну в течении пяти лет. Боюсь я не могу там присутствовать.

— Это печально.

Ло Вэньсюань знал о ситуации Лу Чжоу.

До завершения переговоров по управляемому термоядерному синтезу такой выдающийся ученый, как он, должен быть осторожным при поездках за границу, как с точки зрения сохранения секретов, так и из соображений личной безопасности.

Во всем есть плюсы и минусы.

В действительности, Лу Чжоу это не волновало.

— Это совсем не печально. В конце концов, это не важный доклад.

Он следил за статьей. Хотя профессор Брайан внес некоторые изменения в предпринт, Лу Чжоу не стал удовлетворен. Честно говоря, даже если бы у Лу Чжоу было время, он бы не захотел присутствовать на докладе.

В конце концов, он мог просто отправить Брайану по почте ошибки в его работе.

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Тогда я поеду вместо тебя, не забудь возместить мне стоимость билета.

— Тебе так нужны деньги?

Ло Вэньсюань отмахнулся:

— Я планирую завести семью, поэтому мне нужно быть более бережливым.

— Ага, когда солнце взойдет на западе… — Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он вытащил из ящика стола чек и подписал его. — Можешь оставить остатки себе. Иди в бухгалтерию и получи пять тысяч евро на расходы.

Ло Вэньсюань взял чек и улыбнулся:

— Отчего ты такой щедрый? Похоже, я собираюсь провести лишний день или два в Великобритании.

— Давай, давай, развлекайся.

Глава 651. У меня есть вопрос

Лекционный зал в Оксфордском университете был полностью заполнен.

Ученые в зале болтали друг с другом и просматривали распечатки статьи.

Шум в зале походил на музыку для ушей Брайана Каро. Через полчаса он станет одним из величайших физиков-математиков этого века. Он положит последний кирпичик в решении проблему уравнений Янга — Миллса и получит часть от миллиона долларов… Как минимум, треть фонда.

Для ученого, работающего в теоретической области, подобная премия весьма значительна.

Само собой, он решал эту проблему не из-за денег, по его мнению, деньги и слава приятные бонусы?

Так ради чего он решал задачу?

Потому что продвигать собственными руками цивилизацию приятное дело.

До доклада оставалось еще пятнадцать минут. Большинство слушателей уже прибыли. Те, кто все еще не приехал, скорее всего, уже не приедут. Охранник, стоявший у входа в лекционный зал, открыл двери и пропустил некоторых людей, которые не получили приглашений, в зал.

Профессор Брайан в черном костюме стоял в коридоре и смотрел на часы. Он посмотрел на вход в зал и, казалось, был немного разочарован.

Подошел сотрудник в черном костюме и галстуке-бабочке.

Профессор Брайан посмотрел на него и сразу же спросил:

— Профессор Лу здесь?

Тот покачал головой в ответ.

— Нет.

Разочарование в глазах профессора Брайана стало еще сильнее.

Впрочем, больше ничего.

К сожалению, хотя профессор Лу не смог приехать, на этом докладе присутствовало много других известных ученых. Присутствовал тут профессор Лу или нет, его доклад будет продолжаться.

Прошло пятнадцать минут, и отчет доклад начался.

Брайан вышел на сцену и начал показывать свою презентацию. Он начал рассказывать о своих основных идеях в работе, а также о некоторых методах, которые он использовал для доказательства теории Янга — Миллса.

Ло Вэньсюань сидел в зале. Он глубоко вздохнул и открыл свой ноутбук, который лежал у него на коленях.

На экране ноутбука отображались некоторые из проблем, которые он обнаружил, исследуя статью профессора Брайана. Будет здорово, если бы на его вопросы будут ответы во время доклада профессора Брайана, но, если нет, он задаст их во время сессии вопросов и ответов.

С другой стороны, Питер Годдард и Эдвард Виттен сидели вместе.

Они оба известные ученые в мире математической физики и в основном занимались исследованиями в области теории струн. Когда они услышали, что профессор Брайан из Оксфордского университета заявил, что доказал теорию Янга — Миллса, они тут же покинули ЦЕРН и вылетели в Великобританию.

Слушая выступление профессора Брайана, Годдард вздохнул.

— Если бы профессор Лу был здесь…

Будучи ректором Института перспективных исследований, когда он получил заявление об увольнении Лу Чжоу, он попытался убедить того остаться. К сожалению, ему это не удалось. Каждый раз, когда он думал о Лу Чжоу, он испытывал легкое сожаление.

— У него свои проблемы… — Улыбнулся Виттен и закрыл ноутбук. — Также, тут он или нет, думаю, что он не пропустит содержании этого доклада.

— Что думаешь о работе профессора Брайана?

Виттен немного подумал и ответил:

— Мне нужно немного подумать. В конце концов, он улучшал и менял предпринят с десяток раз. Я увидел окончательную версию всего неделю назад. Думаю, что его идея доказательства достойна признания, но чувствую, что что-то не так. Если меня пригласят в качестве рецензента, то я выскажу свое мнение в процессе рецензирования… А ты, что считаешь?

Перед началом доклада профессор Брайан заявил, что окончательную статью он отправит в «Математическую физику». Согласно процедурам, для такой важной работы будет организована комиссия из пяти человек минимум.

Виттен выдающийся физик-математик, который ранее получил Филдсовскую премию, поэтому, очевидно, его позовут.

Конечно, тоже касается и Питера Годдарда.

Годдард некоторое время молчал, а потом заговорил:

— Тоже самое. Его доказательство может быть неверным… И у меня другое мнение на эту проблему.

— Правда?

Годдард ручкой поставил четыре точки в блокноте и заговорил:

— Зададим четырехмерное калибровочное поле с SU (N) или SO (N) и SP (N) в качестве калибровочной группы, что эквивалентно константе связи 1/n аккордов в теории струн… Если это так, то и разрыв в массе, и удержание кварков могут быть прекрасно объяснены.

Виттен с интересом спросил:

— С точки зрения теории струн?

Годдард кивнул:

— Да.

Виттен улыбнулся.

— Твое мнение интересно. Может быть, мы сможем выпить по чашке кофе после доклада.

— Ха-ха, только если ты платишь.

В разгар обсуждения новой идеи доказательства эти двое не понимали, что в глубине души у них больше не было надежд на этот доклад.

Прошло два часа, доклад подошел к концу.

Когда профессор Брайан закончил свою презентацию, лекционный зал взорвался аплодисментами. Пришло время для сеанса вопросов и ответов.

Профессор Брайан заранее должным образом подготовился и ответил на все вопросы от ученых.

Вскоре уже никто не задавал вопросов.

Профессор Брайан уже собирался объявить об окончании доклада, когда внезапно поднялась рука.

— Постойте секунду.

Профессор Брайан посмотрел на одинокую руку в толпе и нахмурился, но быстро взял себя в руки и с улыбкой спросил:

— Что такое?

Ло Вэньсюань глубоко вздохнул и закрыл свой ноутбук, а потом встал.

Виттен сидел в другом конце лекционного зала, и на его лице внезапно появилось удивление.

Годдард посмотрел на него и спросил:

— Ты его знаешь?

Виттен посмотрел на Ло Вэньсюаня и ответил:

— Конечно, он мой ученик.

Хотя Ло Вэньсюань посещал доклады не менее двух десятков раз, на него все еще смотрело много известных ученых, что давило на его плечи.

Он успокоился и посмотрел на профессора Брайана.

— У меня есть вопрос.

— Продолжай.

— На одиннадцатой странице, пятнадцатой строке, я заметил, что вы определили постоянную величины движения в евклидовом пространстве… Верно?

— Конечно, мы используем евклидово пространство-время для получения узлов решетки, это имеет решающее значение для всего процесса аргументации.

— Как вы и сказали, это важно, но… — Ло Вэньсюань глубоко вздохнул, прежде чем спросить. — Но как вы планируете доказать, что размер шага сетки стремится к нулю?

Глава 652. Решил?

— Как вы доказали, что размер шага сетки стремится к нулю?

Услышав вопрос, профессор Брайан нахмурился.

Об этом нужно спрашивать?

Ответ очевиден…

Слова вертелись на языке Брайана, но не покинули его рот.

Он встал с открытым ртом, ничего не говоря.

Как доказать, что размер шага сетки стремится к нулю?

Черт… Как это доказать?!

Когда он писал статью, он использовал это как что-то очевидное, не приводя никаких доказательств. Однако это не совсем его вина, это такая мелкая деталь, что даже не нужно тратить слишком много места в статье, чтобы говорить об этом.

Капля холодного пота скатилась по его лбу.

— Это очень интересный вопрос… Очень интересный, я могу это доказать… — Брайан говорил в надежде выиграть время, пока отчаянно обдумывал решения проблемы.

Однако чем больше он переживал, тем медленнее думал.

В зале воцарилась тишина.

Эта тишина пугала профессора Брайана.

Растягивание времени не помогало ему ответить на вопрос.

Когда слушатели увидели, что профессор Брайан не может ответить на вопрос, в зале началось волнение.

Виттен с удивлением посмотрел на своего ученика, а потом закрыл блокнот со словами:

— Похоже, приглашения на рецензирование не будет.

Заметить такую ошибку действительно сложно.

Если бы Виттену пришлось стать рецензентом, он бы не упустил эту деталь. Однако очень трудно найти подобную ошибку во время самого доклада. В конце концов, слишком много всего на что нужно обратить внимание.

Однако, вспоминая, что Ло Вэньсюань работал в Институте перспективных исследований в Цзиньлине, он сразу все понял.

Он понял, что Ло Вэньсюань, должно быть, заранее поговорил об этом с Лу Чжоу…

Годдард с сочувствием посмотрел на профессора Брайана и кивнул.

— Да.

Как британец, он хотел, чтобы профессор Брайан был прав.

Однако, судя по всему, профессор Брайан не мог исправить эту роковую оплошность в своей работе. Этому докладу суждено закончится на разочаровывающей ноте.

К сожалению, их поездка в Великобританию оказалась пустой тратой времени.

Неудивительно, что профессор Лу не приехал…

Аудитория находилась в хаосе, многие уже начали покидать зал.

Хотя присутствующие тут ученые не сильно куда-то торопились, просто они поняли, что уже не дождутся ответа от профессора.

Журналисты также заметили хаос и отчаянно начали делать снимки. Многие журналы даже были готовы броситься к профессору Брайану после доклада.

Хотя сотрудники Оксфордского университета пытались поддерживать порядок, это выглядело бесполезным.

Ло Вэньсюань все еще стоял и немного занервничал.

Особенно от пожирающего его взгляда профессора Брайана у него по всему телу пробегали мурашки.

Первоначально он хотел провести здесь несколько дней.

Но теперь кажется лучше поскорее вернуться…

…………………….

Цзиньлинский университет.

В кабинете в углу коридора.

Лу Чжоу сидел за своим столом и что-то писал в черновике.

Поскольку Ло Вэньсюань уехал, в институте не осталось с кем можно поговорить. Поскольку Лу Чжоу уже довольно не посещал Цзиньлинский университет, он решил воспользоваться этой возможностью, чтобы поработать там.

Смена обстановки давала ему больше простора для размышлений, и он также мог помочь своим студентам с проблемами, с которыми они столкнулись.

Хэ Чанвэнь сидел за своим столом, просматривая видеозапись доклада. Он поправил очки и спросил Лу Чжоу:

— Профессор, вы рассказали профессору Ло о проблемах в работе профессора Брайана?

Лу Чжоу перестал писать и ответил, после небольшого обдумывания.

— Я действительно упомянул это при разговоре с ним, но даже так, он бы сам заметил ошибку.

Хэ Чанвэнь поправил очки. Внешне он был спокоен, но в глубине души он удивлялся.

Он знал, что профессор Ло студент Виттена и участник программы «Тысяча талантов», но он никогда не видел достижений профессора Ло в области теоретической физики. Он не ожидал, что профессор Ло окажется таким способным.

Не говоря уже о том, что профессор Брайан не простой профессор. Даже если он не ведущий ученый, он все еще занимал высокое положение в научном мире. Не говоря уже о том, что он исследовал уравнения Янга — Миллса более 20 лет. Простой человек не мог найти ошибки в работе профессора Брайана.

Лу Чжоу посмотрел на недоверчивый взгляд Хэ Чанвэня и спросил:

— Думаешь, это невероятно?

Хэ Чанвэнь кивнул:

— Немного.

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно сказал:

— В этом нет ничего такого, слава просто побочное явление способностей. Как только кто-то достигнет определенного уровня, слава и почет придут естественным образом.

— Как вы думаете, какого уровня профессор Ло?

Лу Чжоу немного подумал.

— Филдсовская премия слишком сложна, а Нобелевская премия зависит от удачи слишком сильно. Но пока он будет работать и продолжать изучать математическую физику он определенно сможет выиграть премию Денни Хайнемана.

Премия Данни Хайнемана!

Хэ Чанвэнь поразился.

Хотя эта награда не сильно известна за пределами физики, любой в мире математической физики знал о ней.

Эта награда не что-то особенное среди исследователей в ЦЕРНе, но когда дело касалось Китая, одно только наличие этой награды могло сделать кого-то ведущим ученым…

Хэ Чанвэнь помолчал немного, а потом спросил:

— Как вы думаете, профессор Брайан сможет исправить свою ошибку?

— Не думаю, что это возможно…

Лу Чжоу внезапно прекратил говорить.

Ручка в его руке тоже перестала двигаться.

Видя, что профессор молчит, Хэ Чанвэнь нерешительности окликнул его:

— Профессор?

Профессор Лу сидел неподвижно, как статуя.

Хэ Чанвэнь собирался заговорить снова, но ручка в руках Лу Чжоу внезапно шевельнулась. Лу Чжоу тихо пробормотал что-то себе под нос, так тихо, что только он мог его услышать.

— Ясно…

Частица массы m являлась ключом к решению проблемы. Согласно идее доказательства Яффе, это имело решающее значение для решения проблемы разрыва масс.

Однако рассчитать конкретное значение массы было практически невозможно.

Масса частицы не определена в мире квантовой хромодинамики. Это может быть даже не частица.

Даже сейчас он еще не определил значение m.

Однако он доказал ее существование.

Пока она существовала, теорему можно доказать.

Изначально ему вообще не нужно находить массу.

Лу Чжоу посмотрел на расчеты на бумаге, и его глаза вспыхнули от волнения.

Он резко вскочил, как будто его только что ударило током.

— Я решил!

А?

Все остальные в кабинете удивленно взглянули на него.

Какое-то время в кабинете стояла мертвая тишина.

Глава 653. Старение — грустная тема

Доклад закончился неудачно.

Хотя сообщество физиков обычно достаточно терпимо относилось к таким проблемам мирового уровня, пока он мог решить проблемы в своей работе, никто не стал бы немедленно приговаривать к смерти его статью. Однако это все еще тяжелый удар.

В конце концов, при нормальных обстоятельствах, если с момента публикации работы не прошло много времени или в ней не было множество дыр, даже лучшие ученые не смогли бы найти ошибки во время доклада. Тем более большинство ученых занимались разными областями.

Доработка статьи, долгие обсуждения с рецензентами — эти вопросы зачастую решались во время проверки работы для публикации в журнале.

Однако это всего лишь доклад, и все же он закончился вот такой катастрофой.

Он был расстроен и чувствовал себя униженным.

— Черт побери!

Профессор Брайан швырнул страницы на пол и сжал кулак. Он собирался ударить кулаком по столу, но не хотел причинять себе боль.

Все в кабинете видели, в какой ярости пребывал профессор Брайан. Никто не осмеливался издать и звука.

Хотя этот пожилой джентльмен выглядел просвещенным и мудрым, это не значит, что он всегда такой. Любой, кто провел с ним много времени, знал, что он довольно эмоциональный человек.

Особенно, если кто-то умудрится разозлить его, то этому человеку можно забыть о спокойной жизни в Оксфордском университете.

Через какое-то время профессор Брайан наконец успокоился.

Его помощник, стоявший рядом с ним, с небольшим колебанием спросил:

— Это не смертельная ошибка. Хотя мы не можем объяснить эту проблему, по крайней мере, мы смогли вычислить массу m в компьютерном моделировании на этом пространство-временном многообразии… Может быть в нашем доказательстве есть недочеты, но никто не может доказать, что мы ошибаемся.

Лицо профессора Брайана немного смягчилось, но он все еще был в скверном настроении.

— Это бесполезно… Результаты компьютерного моделирования не всегда убедительны, особенно для подобной проблемы. — Профессор Брайан нахмурился и задумался. — Но ты прав, никто не может доказать, что мы неправы, мы просто не идеальны.

Профессор Брайан глубоко вздохнул и попытался взбодриться. Он откашлялся и сказал:

— Хорошо, подготовьтесь к работе… Азиатский профессор прав, это очень важно. Если мы не сможем доказать, что размер шага сетки стремится к нулю, наше доказательство не может считаться верным. На самом деле к лучшему, что мы обнаружили это сейчас, а не узнали об этом позже.

Услышав слова профессора Брайана, все вздохнули с облегчением и снова принялись за работу.

Профессор Брайан встал, подошел к кофеварке и приготовил себе чашку кофе.

Он вернулся к столу и сел. Прежде чем приступить к решению проблемы, он планировал поменять статус своей работы на arXiv на «В процессе».

Однако, когда он зашел на сайт, он обнаружил новую статью, опубликованную в этой же области, которая утверждала, что доказала теорию Янга — Миллса.

В ошеломленном состоянии и гадая, кто мог это сделать, он открыл работу.

Имя автора потрясло его.

Лу Чжоу?!

Что?

Без колебаний он пролистал статью и перешел к основному содержанию.

Чем больше он читал, тем больше у него начинали подергиваться веки.

Особенно когда он увидел формулу «m=√(2+O (λ^3))». Он смотрел на работу с глазами полными ярости.

Ход мыслей такой же как у него!

Препринт, опубликованный Лу Чжоу, также ссылался на работу Яффе и метод асимптотического разложения массы m!

В доказательстве было небольшое отклонение в способе решения… Но, по его мнению, оно было совсем незначительным.

Например, он использовал скалярное поле на пространственно-временном многообразии, что использовал Вайнберг для создания единой теории электрослабого взаимодействия. Однако Лу Чжоу использовал квантовое поле, соответствующий теории Янга — Миллса, квантовое поле Янга-Миллса.

В кабинете раздался грохот, когда профессор Брайан сердито встал со стула.

— Это не может быть совпадением!

Он наконец понял.

Он понял, почему Лу Чжоу не присутствовал на его докладе.

Почему вместо этого появился какой-то неизвестный парень из Цзиньлинского университета.

И как он смог указать на слабые места в статье.

Он считал, что все это заранее спланировано. Они планировали испортить его доклад, после чего они ухватились за возможность украсть его доказательство, пока он занят внесением исправлений.

Подобное не редкость в мире физики. Всякий раз, когда появлялась идея, но не применялась идеально, она быстро бралась и использовалась другими учеными, которые реализовывали ее в своих исследованиях и утверждали, что они первые.

Однако он не ожидал, что такой ученый, как Лу Чжоу, сделает что-то подобное!

— Профессор…

Помощник посмотрел на профессора Брайана и хотел что-то сказать, но в итоге решил не делать этого.

Профессора Брайана переполнял гнев.

Он слишком злился и не было смысла что-либо говорить.

Профессор посмотрел на экран своего компьютера и сказал:

— Свяжитесь для меня с BBC. Я должен рассказать всем, насколько бесстыдный этот человек!

…………………………………….

Кампус Оксфордского университета…

С отъездом ученых со всего мира, атмосфера вернулась к прежнему спокойствию.

Два студента физика-теоретика держали в руках учебники, когда шли по асфальтированной дороге рядом с кафе. Они только что вышли из библиотеки и собирались вернуться в общежитие.

Они начали говорить о квантовой хромодинамике и последних исследованиях в области калибровочной теории.

— Ты слышал? Доказали теорию Янга — Миллса!

— Ты говоришь о доказательстве профессора Брайана Каро? Разве оно не ошибочно?

— Нет, я говорю о работе профессора Лу!

— Лу? Из Цзиньилнского университета?

— Разве ты не знал? Вчера он опубликовал статью на arXiv в три часа ночи. Мой профессор даже написал об этом в твиттере. Проснувшись, я лайкнул его твит.

— На arXiv? Ладно, увидимся позже, я возвращаюсь в библиотеку!

— …

Возле кафе.

Виттен в темных очках с улыбкой посмотрел на проходящих мимо парней.

— Похоже, профессор Лу выиграл гонку.

Он не торопился возвращаться в ЦЕРН. Вместо этого он поговорил с Годдардом о решении проблемы уравнений Янга — Миллса с точки зрения теории струн. Однако, судя по всему, в этих обсуждениях не было смысла.

В конце концов, профессор Лу, который всегда славился своими строгими доказательствами, разместил препринт.

Найти ошибку в работе Лу Чжоу в математике куда сложнее, чем написать статью.

Годдард сидел напротив Виттена. Он сделал глоток кофе и сказал, словно ожидал всего этого.

— Я так и знал.

— Послезавтра состоится конференция в ЦЕРНе. — Виттен посмотрел на часы, а потом перевел взгляд на Годдарда. — Раз теорию Янга — Миллса доказали, нужно ли нам обсуждать нашу идею?

— Хотя теорию доказали, проблема объединения сильного взаимодействия и электромагнитного взаимодействия еще не решена. Разве тебя не интересует Нобелевская премия?

Он знал, что Виттен всегда злился из-за того, что не смог получить Нобелевскую премию, хотя был одним из основателей теории струн.

Сейчас Виттен не сможет получить Нобелевскую премию за М-теорию, поскольку нет надежды, что эту теорию проверят в ближайшее столетие. Однако в теоретической физике есть нечто большее, чем просто теория струн, а именно теория всего.

Однако…

— Забудь. — Виттен улыбнулся и встал. — Если он прав, то в мире нет никого ближе к истине, чем он. Чтобы превзойти его нужно обладать большим талантом и упорством. Если бы я был на двадцать… или на тридцать лет моложе, мне было бы интересно соревноваться с ним, но теперь… — Виттен внезапно посмотрел на Годдарда и пожал плечами. — Не говоря обо мне, у тебя, то есть такая уверенность?

Годдард ничего не сказал. Он просто взял чашку с кофе и сделал глоток.

Старение — грустная тема.

Особенно для людей, посвятивших свою жизнь науке.

Хотя они не заботились о лишних морщинах на своих лицах, замедление мышления и упадок сил необратимы. И он, и Виттен теперь уже не могли работать ночами и обсуждая проблемы.

Их эпоха прошла…

Глава 654. Путь к Млечному Пути

Препринт, опубликованный на arXiv, словно цунами охватил все сообщество физиков.

Хотя все мысленно подготовились перед чтением статьи, после того, как они прочитали ее, многих потряс объем информации в работе.

Будь то доказательство теории Янга — Миллса, так и введение квантового поля Янга — Миллса заставили людей взглянуть на эту проблему с другой точки зрения.

Как и всегда, статья Лу Чжоу была настолько строгой, насколько это возможно. Если не найдется серьезной ошибки, не нужно будет вносить изменений в работу, поэтому, скорее всего, это окончательная версия.

Загрузив статью, он наконец закончил задание.

Лу Чжоу сидел за своим столом в ожидании чашки кофе. Он облокотился на спинку стула и вошел в системное пространство.

Он подошел к полупрозрачной панели в белоснежном пространстве. Вскоре перед ним появилась строка слов.

[Пользователь, поздравляю с завершением задания]

[Детали завершения задания: Доказана теория Янга — Миллса.]

[Окончательная оценка задания: S]

[Награда за задание: 300 000 очков опыта по математике, 300 000 очков опыта по физике. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

[Специальная награда за оценку: 10% бонус к опыту.]

Я не получил S+?

Лу Чжоу удивился.

Обычно, S+ сопровождалась бонусным заданием.

За оценку S обычно в награду дополнительно давались очки опыта, баллы или предметы.

Очевидно, лучше всего награда за побочные ветви, но до этого он получал только одну такую награду. Это случилось на конференции в ЦЕРНе, где он обнаружил сигнал 750 ГэВ. Система расценила это открытие как завершение задания скрытой ветви, что дало ему много очков опыта.

Лу Чжоу посмотрел на экран и задумался, что он мог бы сделать лучше.

Это потому, что я загрузил работу на arXiv?

Но это не логично. В конце концов, когда он впервые доказал гипотезу Гольдбаха, он также загрузил статью на arXiv, а потом только отправил ее в журнал.

Если он правильно вспомнил, то получил оценку S+.

Лу Чжоу не находил причины, по которой он не получил идеальную оценку, поэтому он отложил вопрос в сторону.

И хотя Лу Чжоу не получил оценку S+, он особо не расстраивался. В конце концов, после завершения этого задания он хотел воспользоваться карточкой задания, которая начала бы цепочку заданий. Если бы он получил еще одно бонусное задание, он бы не знал, что делать.

— Система, открой мою панель характеристик!

Мягкий голубой свет пронесся по экрану, показывая его панель характеристик.

[A. Математика: LV8 (774 000 / 3 000 000)

B. Физика: LV7 (13 215/1 200 000)

С. Биохимия: LV5 (110 000/300 000)

D. Инженерное дело: LV5 (0/300 000)

E. Материаловедение: LV6 (13 000/600 000)

F. Энергетика: LV3 (0/100 000)

G. Информатика: LV2 (3 000/50 000)

Баллы: 4335 (один билет счастливой лотереи)]

Лу Чжоу посмотрел на очки опыта по физики и почувствовал облегчение.

Повезло, что моя оценка задания S и это дало мне очки опыта.

Если бы не дополнительные 10% очков опыта, которые принесли ему еще 30 000 очков опыта по физике, ему бы не хватило совсем чуть-чуть до седьмого уровня, тогда это было бы точно грустно.

Что касается математики…

Поскольку Лу Чжоу и близко не набрал опыта до следующего уровня, он не волновался.

После того, как он получил награду за задание, следующим, что ему нужно сделать, это сыграть в лотереи.

Лу Чжоу перешел на страницу счастливой лотереи, а потом запустил ее. Он глубоко вздохнул и посмотрел, как быстро вращается колесо рулетки, после чего нажал «стоп».

По инерции колесо прокрутилось еще несколько оборотов, а затем остановилось.

[Поздравляем, вы выиграли «образец».]

Пульс Лу Чжоу участился.

[Получено: Медицинский энергетик (10 штук)

[Медицинский энергетик: разработан компанией Future Pharmaceuticals. Может полностью снять любую усталость, накопленную организмом. Полностью восстанавливает клеточную функциональность пользователя и уровень метаболизма до оптимального состояния.]

Сердцебиение Лу Чжоу пришло в норму.

Он какое-то время молча смотрел на награду.

Что вообще это делает?

С этим я могу всю ночь быть полным сил и работать?

В любом случае, это все равно лучше, чем бесполезные духи.

Лу Чжоу открыл инвентарь и увидел, что внутри находится его новая награда. Затем он посмотрел на свою карточку задания, которая хранилась у него уже давно.

[Карта специального задания: Может быть активирована перед принятием обычного задания. Активация начинает специальную цепочку заданий, которая заменяет обычное задание. Цепочку специальных заданий нельзя прекратить до завершения задания.]

[Активировать? Да/Нет]

Лу Чжоу не колебался. Он протянул руку и нажал «Да».

По экрану прошел голубой свет, и перед ним появилась обновленная панель заданий.

[Цепочка специальных заданий: Возьмите под свой контроль Землю и Луну]

[Описание: В такую холодную ночь недостаточно научиться согреваться. К счастью, поблизости есть неосвоенное изобилие ресурсов, ожидающих исследования человеком.]

[Цель: Завершить три этапа.]

[Вознаграждение за задание: Окончательная оценка определяется результатами работы пользователя на каждом этапе. Награды включают, но не ограничиваются, очками опыта, баллами, образцами, чертежами, специальными предметами…]

Вся цепочка заданий разделялась на три этапа. Посмотреть можно пока только первую часть, остальные были скрыты.

Эта цепочка заданий отличалась от предыдущей. Не было никаких различных путей, которыми он мог бы воспользоваться для завершения миссии. Лу Чжоу должен был следовать плану системы шаг за шагом.

Пока Лу Чжоу не завершит первый этап задания, он даже не будет знать, каким будет следующий этап.

Поэтому он не мог найти никаких простых путей.

Однако имелись и свои преимущества.

Например, он будет получать опыт и награды после каждого этапа заданий, вместо того чтобы ждать завершения всей цепочки заданий.

Лу Чжоу протянул руку и выбрал первый этап.

[Этап 1: Осуществить пилотируемую посадку на Луну.]

[Требования: Отправьте по крайней мере одного космонавта на Луну и успешно верните его обратно, обеспечив его личную безопасность.]

[Второстепенные цели:

1. Соберите и принесите обратно 1 кг лунного грунта. Награда: 10 000 свободных очков опыта.

2. Разместите в течении пяти месяцев лунный модуль площадью 10 квадратных метров с сельскохозяйственными культурами. Наблюдайте и записывайте рост культур в условиях низкой гравитации и отсутствия магнитного поля. Награда: 10 000-50 000 свободных очков опыта.

3. Поместите десять живых мышей на поверхность Луны на пять месяцев. Регистрируйте активность мышей при низкой гравитации и отсутствии магнитного поля. Награда: 10 000-100 000 свободных очков опыта.…]

Лу Чжоу посмотрел на информационный экран задания и задумался.

— Значит, мне необходимо отправить кого-нибудь на Луну?

Честно, раньше он задумывался о том, чтобы отправить на Луну несколько спутников связи или сигнальных станций. После этого он, возможно, мог бы послать оборудование для некоторых автономных научных исследовательских экспериментов. Однако система жаждала, чтобы он отправил живого человека.

Уравнения Янга — Миллса решены, и должна открыться единая теория сильного взаимодействия и электромагнитной силы. Технология термоядерных батарей почти завершена, и Лу Чжоу уже имел представление о том, как создать их.

После того, как я закончу двигатель на эффекте Холла и термоядерную батарею, я думаю, что отправлю кого-нибудь на Луну.

Глава 655. Отвечу до конца месяца

После того, как Лу Чжоу выбрал задание, он покинул системное пространство.

Сознание Лу Чжоу вернулось в его кабинет в доме. Он не спешил приступать к работе. Вместо этого он пошел на кухню и приготовил себе чашку кофе, а потом зашел на MathOverflow.

Это крупнейший и наиболее профессиональный математический форум в мире, многие известные ученые, такие как Тао Теренс и Петер Шольце, имели аккаунты и блоги на нем, и Лу Чжоу не исключение.

Хотя Лу Чжоу не обновлял свой блог так часто, как профессор Тао, ему все еще нравилось общаться с учеными со всего мира.

Лу Чжоу знал, что его статью с arXiv много раз скачивали люди со всего мира. Он открыл свою почту на MathOverflow и поразился количеству полученных сообщений.

Самое интересное, что ему писали не только математики, но также пришли сообщения от докторов, аспирантов и профессоров физики. Все они присылали ему личные сообщения.

Главная мысль во всех сообщениях по большая части была одинаковой.

Все они спрашивали его, насколько он близок к теории электросильного взаимодействия.

Или, если точнее, когда он сможет закончить ее.

Теорема Янга — Миллса объяснена с математической точки зрения. Поэтому открытие единой теории электросильного взаимодействия теперь лишь вопрос времени. В конце концов, самая трудная часть теории заключалась в том, что нельзя использовать метод нарушения симметрии, который использовался для обнаружения электрослабого взаимодействия.

Однако теперь, когда проблема уравнений Янга — Миллса решена, больше ничего не препятствовало теории электросильного взаимодействия. Сейчас ясно, что открытие новаторской теории — лишь вопрос времени.

Когда Лу Чжоу прочитал эти сообщения, он не мог не ухмыльнуться.

Слишком долго отвечать будет на каждое сообщение.

Лу Чжоу воспользовался блогом и быстро написал сообщение, а потом отправил его.

«До конца месяца я дам вам ответ.»

Это короткое сообщение взорвало сообщество физиков.

………………………………….

Последние несколько дней в жизни Лу Чжоу царил хаос. Однако, доказав теорию Янга — Миллса, он наконец смог забраться в постель и хорошенько выспаться.

Он проспал до шести часов следующего дня. Он съел завтрак, что принес Ван Пэн, а потом поехал в Цзиньлинский университет.

Он вышел из машины и направился к математическому корпусу. Встречные поздравляли его.

— Профессор Лу, поздравляю!

— Не ожидал, что увижу этот день в своей жизни, профессор Лу, вы удивительны!

— Поздравляю, поздравляю. Ваше имя будет занесено в зал славы физики.

Лу Чжоу сохранял натянутую улыбку, вежливо отвечая на поздравления.

Он не знал почему, но ему казалось, что некоторые профессора ждали его, чтобы поздравить.

Он столкнулся подозрительно с большим числом людей.

Не говоря уже о том, что корпус физики находился довольно далеко от корпуса математики.

Наконец Лу Чжоу добрался до своего кабинета. Он вздохнул и собрался сесть за свой стол. Однако он увидел, что кто-то уже сидел на его диване, а на кофейном столике стояла теплая чашка чая.

— Академик Лу? — Лу Чжоу с удивлением посмотрел на старика. Он подошел к нему. — Зачем вы пришли?

Академик Лу раньше был научным руководителем Лу Чжоу, поэтому он очень уважал его.

Хотя они не провели вместе много времени, даже сейчас проведенное в ЦЕРНе время очень помогало ему.

Академик Лу улыбнулся:

—Как зачем? Очевидно, чтобы увидеть тебя.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Могли бы сказать, и я сам бы пришел на факультет физики, чтобы встертится с вами. Не надо было идти так далеко.

Академик Лу отмахнулся рукой:

— Ничего такого. Это недалеко, и мне все равно больше нечего делать. К тому же ты так занят своими исследованиями, что я не хочу тебя слишком беспокоить.

Старый академик сильно постарел. Хотя он хотел посещать конференции по всему миру, его хрупкое тело уже не позволяло ему этого. С тех пор как он отошел от научных исследований, он посвятил большую часть своих сил обучению следующего поколения ученых в Цзиньлинском университете.

— О чем вы? У меня все еще есть время, чтобы навестить вас.

— Ладно, хватит. — Академик Лу отмахнулся и улыбнулся. — Я пришел сюда в первую очередь, чтобы поздравить тебя!

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Хотя его часто поздравляли по дороге сюда, услышав, как его поздравляет бывший научный руководитель, он почувствовал гордость, которую не испытывал уже долгое время.

Академик Лу посмотрел на бывшего студента и кивнул, его переполняло одобрение и восхищение.

Очень редко, кто добивался стольких достижений в теоретической физике в таком молодом возрасте. Академик Лу никогда не мог себе представить, что, попытавшись привести Лу Чжоу в мир теоретической физики, он создаст столько изменений в физике.

После небольшой паузы он продолжил:

— Теория всего — святой грааль теоретической физики. Объединение сильного взаимодействия и электромагнитного взаимодействия второй шаг к ней. Поскольку ты смог решить проблему разрыва массы, уверен, что ты близок к созданию теории электросильного взаимодействия. Твое имя занесут в историю не только как великого физика, но и как памятник человеческого разума.

— Совсем недавно я думал, что ты отвлекся на аэрокосмическую область, растрачивая свой талант впустую. Я был неправ. — Переполнившись эмоциями, говорил академик Лу. Он пошутил. — Ты самый всемогущий физик в современном мире, иди и делай то, что должен!

Лу Чжоу торжественно кивнул.

— Хорошо!

Он знал, о чем говорил академик Лу.

Он также знал, что ему нужно сделать сейчас.

Когда академик Лу ушел, Лу Чжоу сел за свой стол и достал из ящика листок бумаги. Он немного подумал, а потом приступил к написанию статьи по электросильному взаимодействию.

Может из-за увеличения уровня физике, что улучшило его способ мышления над такими проблемами, или, может, из-за привычки решать подобные специфичные проблемы, но он писал более бегло, чем обычно.

Казалось, успех почти неизбежен.

Лу Чжоу пропустил аннотацию и закончил писать первый раздел статьи. Перестав писать он с ухмылкой посмотрел на текст на бумаге, словно это произведение исскуства.

Однако в этот момент дверь кабинета внезапно распахнулась. Чжао Хуань, отвечавшая за его расписание, быстро вбежала в кабинет.

— Профессор, беда.

Лу Чжоу оторвал взгляд от черновика и посмотрел на нее.

— Что случилось?

Чжао Хуань ничего не сказала. Она достала газету и положила ее на стол.

Лу Чжоу увидел английское издание Дэйли Мейл

И увидел заголовок статьи на второй странице.

«Профессор Брайан: Это плагиат!»

— …

А, всего-то.

Он думал, что случилось что-то действительно серьезное.

Глава 656. Это и есть разрыв?

— Он же лжет! — Воскликнула Чжао Хуань, глядя на Лу Чжоу, который читал газету. Она не могла не возмутиться.

Она лично стала свидетельницей всех усилий, которые Лу Чжоу вложил в работу над этой проблемой.

Но теперь, ни с того ни с сего, кто-то назвал профессор Лу вором чужих результатов!

Она считала это возмутительным!

Однако, в отличие от нее, Лу Чжоу был абсолютно спокоен. Он даже с интересом в глазах прочитал статью

Закончив читать, Лу Чжоу улыбнулся и вернул газету.

— Понятно.

Увидев невозмутимое лицо Лу Чжоу, Чжао Хуань не могла не спросить:

— Вас это вообще не волнует?

— Не о чем волноваться. — Лу Чжоу взял ручку и разложил черновики на своем столе. — Китайские СМИ никогда не опубликуют это, так что это меня не будет беспокоить. Что касается иностранных СМИ, то за меня все прояснят другие.

Люди с похожими идеями постоянно появлялись в научных кругах, но говорить, что кто-то своровал у другого идею слишком постыдно.

Статья Яффе была опубликована более полувека назад. Профессор Брайан далеко не первый человек, который подумал об этом доказательстве, просто он первый кому это почти удалось.

Ло Вэньсюань реальный человек, кто подал Лу Чжоу эту идею, поэтому тот радовался, что его имя присутствовало в статье.

Что касается того, почему профессор Брайан так себя вел…

Он, вероятно, понимал, что ведет себя неразумно, но просто не хотел принимать правду.

В конце концов, это был его шанс войти в историю. Не говоря уже о безымянном ученом, даже ученый с Нобелевской премией был бы соблазнен подобным.

Лу Чжоу решил отложить в сторону статью в газете. Он не хотел жаловаться на клевету профессора Брайана. Вместо этого он сосредоточил свое внимание на работе над электросильным взаимодействием.

Как бы он ни был близок к истине, на решение этой проблемы у него ушло бы много времени. Точно так же, как метод нарушения симметрии появился в 1960-х годах, но Вайнбергу потребовались годы, чтобы завершить свою теорию электрослабого взаимодействия.

Однако неприятности они специфичны.

Даже если Лу Чжоу не будет проявлять инициативу, другие проявят ее за нее.

Лу Чжоу стал получать какие-то странные письма. Некоторые были приглашениями на интервью, другие просто сообщениями с оскорблениями. К счастью, Сяо Ай помог ему отфильтровать спам.

Однако Лу Чжоу не мог молчать вечно.

Немного подумав Лу Чжоу попросил Чжао Хуань организовать интервью.

Как и ожидалось, ему сразу же задали резкий вопрос.

— Во время интервью профессор Брайан настаивал на том, что вы украли его работу… Что вы думаете по этому вопросу?

Лу Чжоу усмехнулся.

— Мне нечего тут сказать.

— У вас… нет никакого мнения?

— Да. — Лу Чжоу кивнул и спокойно ответил. — Если господин Брайан сможет доказать уравнения Янга — Миллса, установив пространственно-временное многообразие, тогда я отдам ему всю славу решения задачи тысячелетия.

Лу Чжоу с абсолютным равнодушием заявил это.

Однако журналистов потрясли эти слова.

Вся слава решения задачи тысячелетия!

Хотя они никогда не слышали, чтобы кто-то передавал славу кому-то другому, эта так называемая «слава» сделала бы профессора Брайана одним из самых выдающихся физиков-математиков этого столетия…

Возможно, Лу Чжоу не счел это достаточно убедительным, поэтому он добавил:

— Конечно, это включает награду в миллион долларов, предложенную Институтом Клэя. Я могу даже заплатить заранее.

………………

Интервью впервые показали по телевидению, а потом его разместили на крупные видеохостинги, такие как Youtube.

Из-за подачи британских СМИ общественность изначально была на стороне профессора Брайана. Однако, услышав слова Лу Чжоу, общественность начала сомневаться в профессоре Брайане.

Лу Чжоу вообще не заботился ни о славе, ни о богатстве, и не имел мотивации делать что-то подобное.

Возможно… У этой истории есть и другая сторона.

В кабинете Оксфордского университета.

Профессор Брайан сердито смотрел интервью Лу Чжоу на экране. Когда он услышал, как Лу Чжоу сказал, что отдаст ему награду, он чуть не сгорел заживо.

Брайан ни за что не собирался проглатывать свою гордость.

— Ты сам это сказал.

Профессор Брайан закрыл ноутбук и достал из ящика стола бумаги.

— Я дам тебе доказательство…

— Этот метод определенно выполним…

— Ты заплатишь за свое высокомерие!

Когда погружаешься в исследования, время всегда быстро пролетело.

Хотя Брайан долгое время не занимался интенсивными исследований, его ярость и гнев в качестве топлива придавали ему дополнительных сил. Хотя слишком большая эмоциональность не к добру, эмоции стали для него движущей силой.

Прошел месяц.

У Брайана отросла борода. С неопрятной внешность в нем уже было не узнать пожилого джентльмена.

В углу кабинета сидел аспирант. Он посмотрел на профессора и тихо прошептал про себя:

— Профессор сошел с ума…

Ранее до физики он изучал психологии.

Исходя из его знаний, это явный признак того, что кто-то сходит с ума.

Другой аспирант, сидевший рядом с ним, напомнил ему.

— Шшш, молчи, не позволяй профессору Брайану услышать тебя.

Кабинет не такой большой, поэтому профессор Брайан не мог не услышать этого, но ему было уже все равно.

Его мутные зрачки смотрели прямо на смятые комки бумаги. Профессор Брайан пробормотал про себя ту же фразу, которую он повторял в течение последнего месяца: — Это невозможно… Это невозможно…

Только в этот раз в его голосе было больше жизни.

Он отложил ручку и посмотрел в потолок, а потом монотонно произнес:

— Я доказал это.

Эти слова потрясли всех в кабинете.

Молчание длилось какое-то время.

Помощник профессора первым нарушил тишину.

Молодой человек лет двадцати сглотнул и дрожащим голосом с недоверием спросил:

— Вы доказали это?!

Он доказал это!

Если профессор Лу человек слова, Брайан не только получил бы миллион долларов, но и удостоился чести решения задачи тысячелетия, и станет величайшим математиком-физиком этого столетия.

— Да. — С легкой грустью профессор посмотрел на стопку бумаг и самоуничижительно сказал. — Мне потребовался месяц чтобы доказать, что скалярное поле пространства-времени нельзя использовать…

Будь то инвариантное евклидово пространство или ограничение размера шага сетки…

Все эти ошибки просто проявлениями более глубокой ошибки.

Ло Вэньсюань не видел всей картины, как и Брайан.

Наиболее важной проблемой в работе Брайана было то, что само скалярное поле пространственно-временного многообразия нельзя использовать для изучения сильных взаимодействий.

Лу Чжоу, должно быть, знал об этом с самого начала, поэтому был так уверен, что он не сможет этого сделать.

Брайан наконец понял это.

Хотя у него не было таланта Лу Чжоу, он наконец доказал это с помощью математических методов.

Может быть, он мог бы назвать это «теоремой Брайана» или «нестандартной теоремой»?

В разгар своего самоуничижения на Брайана снизошло озарение.

Именно в этот момент он наконец понял значение слов профессора Лу.

— Если господин Брайан сможет доказать уравнения Янга — Миллса, установив пространственно-временное многообразие? Ты это имел в виду? — Спросил себя же профессор Брайан, заходя на Youtube. Вскоре он нашел интервью Лу Чжоу.

Посмотрев видео, он горько улыбнулся.

— Это и есть разрыв?

Только с помощью математической интуиции тот победил то над чем он работал более десяти лет. Он мог назвать Лу Чжоу только монстром.

Почему мне кажется, что я все больше и больше не могу этого принять.

Глава 657. Электросильное взаимодействие

Оксфордский университет.

Тот же самый кабинет.

Профессор Брайан привел себя в порядок и сел за свой стол. Он посмотрел на листок бумаги в своей руке и глубоко вздохнул, потом перевел взгляд на оператора и кивнул.

— Мы можем начать.

Оператор ничего не сказал, а только сделал жест, что запись пошла.

Профессор Брайан какое-то время просто молча смотрел в камеру, а потом заговорил.

— С моей стороны было крайне безответственно выдвигать такое обвинение против ученого. Хотя это произошло из-за многих недоразумений и недопонимания, я все равно полностью беру ответственность за это. — После паузы он медленно опустил брови и продолжил. — Я хотел бы извиниться за произошедшее между мной и профессором Лу. Хотя я знаю, что извинения ничего не исправят, я все равно искренне прошу вашего прощения.

Извиниться нелегко.

Особенно для таких, как он, эгоистичных и высокомерных людей.

Однако Брайан изменился.

За этот месяц исследований, он вырос не только в научных способностях, но и стал сильнее как личность.

Хотя это стыдно признавать, но профессор Лу косвенно преподал профессору Брайану урок физики, а Брайан даже не знал об этом.

Это видео было не просто извинением.

Это также прощание с прошлым собой.

…………………….

Видео получилось коротким, меньше пяти минут.

После его загрузки на Youtube, оно получило ничтожное количество просмотров.

В конце концов, прошло уже больше месяца с момента обвинения Лу Чжоу в плагиате. Этот вопрос больше не вызывал споров. Хотя газета активно продвигала статью, большинство людей интересовались только драмой и им было плевать на драму.

Профессор Брайан после загрузки видео молча сидел за своим столом. Потом он открыл свой компьютер и напечатал письмо. Он отправил письмо Лу Чжоу.

Два дня спустя Лу Чжоу просмотрел это видео в своем кабинете в Цзиньлинском факультета.

— Потрясающе… Профессор, как вам это удалось?

Чжао Хуань сидела за своим столом и смотрела видео с лицом полным восхищения.

Она не могла даже придумать, как Лу Чжоу смог заставить такого бесстыдного человека извиниться так искренне…

Возможно, называть его бесстыдным немного слишком, но в ее глазах профессор Брайан был бесстыдным подонком.

— Я ничего не делал. — Лу Чжоу выключил видео. — Он просто сам все понял.

Если бы он сам не разобрался во всем, то, возможно, его карьере пришел бы конец.

Однако теперь, когда он со всем разобрался, он смог выйти из этого тупика и продолжить свою карьеру.

Лу Чжоу ничего не объяснял помощнице, а дальше стал работать над статьей.

Прошел месяц с тех пор, как теорема Янга — Миллса была доказана. Однако окончательную оценку работы Лу Чжоу еще не дали. Большинство ведущих международных научно-исследовательских институтов теоретической физики все еще внимательно изучали ее. Лу Чжоу, с другой стороны, не прекращал работать.

Он сказал, что к концу месяца даст всем ответ.

Он стабильно шел к этому, и он почти закончил…

Наступил вечер.

Лу Чжоу все еще сидел за своим столом с ручкой в руке. Он коснулся стопки черновиков и ощутил удовлетворение.

Его теория сильного взаимодействия наконец завершена!

Лу Чжоу провел весь день за работой, и теперь немного проголодался. Он отложил рукопись в сторону и захотел выйти на улицу, чтобы что-нибудь съесть.

В это время, со стопкой только распечатанных работ по вычислительному материаловедению Хань Мэнци подошла к столу Лу Чжоу:

— Учитель, я выполнила задание.

Лу Чжоу посмотрела на свою статью и кивнул.

— Хорошо, просто положи их сюда.

Хань Мэнци положила бумаги на угол стола и заметил рукопись. Она с любопытством спросила:

— Что вы пишете?

— Ничего. — Лу Чжоу встал и улыбнулся. — Это просто краткое изложение работы, которую я проделал некоторое время назад.

……………….

2020 год стал потрясающим годом для мира теоретической физики.

Менее чем за год получено общее решение уравнений Янга — Миллса. Изобретение квантового поля Янга — Миллса положило начало новой эре в области калибровочной теории.

И не только это.

В то время как все думали, что в этом году достигнут потолок в исследованиях на десять лет вперед, появился еще один шокирующий мир исследовательский проект.

Через три дня после того, как профессор Брайан опубликовал свое видео с извинениями, Лу Чжоу опубликовал свою вторую статью на arXiv.

Заголовок всего из трех слов.

[Теория электросильного взаимодействия!]

Как только статья была опубликована, все сообщество физиков потрясло землетрясение.

Хотя у всех не было сомнений в том, что Лу Чжоу, тот, кто решил проблему уравнений Янга — Миллса, скорее всего объединить теории сильного и электромагнитного взаимодействий, физики все еще не ожидали увидеть так скоро работу Лу Чжоу на arXiv.

Всего за полтора месяца Лу Чжоу усовершенствовал свою теорию и объединил сильное и электромагнитное взаимодействия!

Лу Чжоу даже нельзя было назвать просто гением…

В конце концов, гении остаются людьми.

А этот уровень может показывать только бог.

За исключением некоторых китайских исследовательских институтов, ни один хорошо известный исследовательский институт не стал комментировать эту работу. Большинство людей либо избегали вопросов журналистов, либо давали уклончивые ответы.

В конце концов, это слишком важный вопрос, даже физики самого высокого уровня с осторожностью относились к этой работе.

Если бы эта статья была верной, то она изменила бы облик физики на следующее столетие.

Если бы она ошибочна, и научное сообщество опрометчиво ее приняла, то это могло бы отбросить исследования в области теоретической физики на десятилетия…

Глава 658. Ответ у тебя в руках

Швейцария.

Штаб-квартира ЦЕРНа.

Виттен сидел на диване, скрестив ноги, в кофейне. Он читал статью в руках попивая несладкий черный кофе.

Рядом с ним сидел Джаффе.

Старик положил руки на стол, спокойно ожидая, пока Виттен закончит читать статью.

Как основатель и директор Института Клэя, включить уравнения Янга — Миллса в задачи тысячелетия эти двое, и именно они фактически сформулировали описание проблемы.

Первоначально эта проблема должна стать вершиной задач тысячелетия и Джаффе думал, что никто не сможет решить ее до конца века, поэтому совсем не ожидал, что этот день наступит так внезапно…

Через какое-то время Виттен, наконец, перевернул последнюю страницу статьи.

Джаффе заметил это и спросил:

— Закончил?

— Почти.

— Что думаешь?

— Он оказался быстрее, чем я думал. — Виттен отложил статью и посмотрел на календарь на своем телефоне, а потом улыбнулся. — Сорок один день. Боюсь, он единственный человек способный на такое.

Джаффе вздохнул:

— Тебе больше нечего сказать, кроме комментирования его скорости?

— К сожалению, пока это все мои мысли. — Виттен вздохнул. — У нас пока нет четкого заключения относительно его предыдущей работы.

Виттена переполняли различные эмоции.

Международное сообщество физиков все еще спорило о предыдущих результатах исследований Лу Чжоу.

Впервые Виттен стал свидетелем, как результаты исследований публикуются быстрее, чем заключения о них. Словно весь мир пытался догнать Лу Чжоу…

— Скоро в первом конференц-зале состоится совещание по поводу его статьи на arXiv… Я упомяну об этом во время собрания. Но уверен, что даже если я не скажу, то кто-нибудь другой скажет. — Сказал Виттен и посмотрел на часы. — В любом случае к концу этого месяца должно быть сделано заключение о его работе.

Джаффе кивнул.

— Полностью согласен.

………………………………

Пока ЦЕРН готовил еще одно совещание, посвященное уравнениям Янга — Миллса, в Институте перспективных исследований уже наступил вечер.

Большинство сотрудников собирались идти домой, но в лабораториях Института физики все еще горел свет.

Особенно в лаборатории в конце коридора.

В комнате в 30 квадратных метров сидело около десятка ученых. Стол каждого был завален стопками исследовательскими документами. Все выглядели измученными.

Это крупнейший исследовательский центр Китая по миниатюризации термоядерного реактора. Большинство присутствовавших здесь работали над оригинальным стелларатором, и их специальности варьировались от физики плазмы до инженерной физики.

Однако этого недостаточно.

Прошло уже более полугода с момента старта проекта, но он так и не продвинулся ни на шаг.

Как обычно, Шэн Сяньфу посмотрел на темное небо за окном. Он подошел к кофеварке и вернулся к своему столу с чашкой горячего кофе.

Он нашел материалы из Института акустики и собирался отчет о сегодняшних исследованиях. Однако в этот момент в лабораторию пришел неожиданный человек.

— У меня кое-что есть. — Лу Чжоу осторожно положил документы, которые держал в руках, на стол Шэн Сяньфу. — Надеюсь, что ты сможешь ознакомиться с этим за день… Если не сможешь, то попытайся уложиться в два дня.

Шэн Сяньфу недоумевая посмотрел сначала на Лу Чжоу, а потом на бумаги.

— Что это…

— То, что нуждается в экспериментальной проверке. Речь идет о миниатюризации термоядерного реактора. — Лу Чжоу окинул взглядом грязную лабораторию. — Кроме того, по поводу вопросов, которые ты у меня спрашивал недавно. Я могу дать тебе четкий ответ. Высокая температура — не единственное условие для достижения реакции термоядерного синтеза. Есть и другие методы. Пока мы можем определить взаимосвязь между сильным и электромагнитным взаимодействиями, мы можем найти такой метод…

Лу Чжоу схватил маркер со стола и записал на доске строку уравнений.

Шэн Сяньфу нахмурился, глядя на доску.

— Это?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Формула, которая соединяет сильное и электромагнитное взаимодействия. Оказалось, что эти взаимодействия можно объединить в рамках теоретической основы квантового поля Янга — Миллса. Месяц назад я не был в этом уверен, но теперь я могу объяснить это с помощью математики.

Эти слова потрясли Шэн Сяньфу.

— Тебе удалось?!

Если он правильно помнил, Лу Чжоу только месяц назад доказал теорию Янга — Миллса.

— Я так думаю.

Хотя сообщество физиков еще не приняло его исследования об уравнениях Янга — Миллса, это не повлияло на его исследования электросильного взаимодействия.

Не говоря уже о том, что система уже приняла его работу и присвоила оценку S. Лу Чжоу был чрезвычайно уверен в своих математических способностях.

Слова Лу Чжоу эхом отозвались в голове Шэн Сяньфу, словно его ударила молния.

Он сглотнул:

— Но… как ты планируешь включить эту теорию в наши исследования?

Применить теоретические результаты к практическим проблемам иногда даже сложнее, чем открыть теорию. Такое особенно верно для теоретической физики. Влияние теоретической физики на технологии часто проявлялось столетиями позже, чем само открытие. Хотя Лу Чжоу успешно объединил сильное и электромагнитное взаимодействие, Шэн Сяньфу не испытывал уверенности, что сможет применить эту теорию к миниатюризации термоядерного реактора.

— Поэтому я и пришел сюда. — Лу Чжоу постучал по стопке документов. — Мне нужна твоя помощь, чтобы проверить некоторые из моих догадок.

Шэн Сяньфу пролистал стопку документов и взглянул на содержимое.

— Это…

Лу Чжоу кивнул и серьезно сказал:

— Да, сонолюминесценция.

Лу Чжоу директор Института перспективных исследований, поэтому он знал, что исследует Шэн Сяньфу.

Лу Чжоу знал об информации, которую Шэн Сяньфу получил от профессора Чэнь Вэйчжуна из Института акустики, а также о нескольких моделях, от которых отказался Шэн Сяньфу.

У физического сообщества нет четкого заключения относительно принципа сонолюминесценции. Среди популярных теорий есть теория воздушной имплозии и теория разрыва химических связей… Однако наиболее убедительной теорией для объяснения сонолюминесценции являлась теория реакции синтеза.

Лу Чжоу посмотрел на Шэн Сяньфу и сказал:

— Я знаю, что ты много раз потерпел неудачу, возможно, даже думаешь о том, чтобы сдаться… Я просто хочу сказать, что твои исследования не бесполезны, просто еще нет подходящего метода.

Шэн Сяньфу покачал головой.

— Я испробовал все возможные методы, что еще можно сделать?

Лу Чжоу перевел взгляд на стопку документов.

— Разве ответ не у тебя в руках?

Глава 659. Удивительные результаты экспериментов

Пузырьки в жидкости свободно плавали и периодически пульсировали под действием звукового поля. Достигая коллапса, пузырь может сжаться в объеме в миллионы раз и создать среду с высокой температурой и высоким давлением. Когда звуковое давление достаточно велико, накопление энергии заставляло пузырьки загораться. Это явление получило название сонолюминесценции.

При надлежащих условиях пузырьки сонолюминесценции могут сохранять сферическую форму, а нелинейная вибрация повторятся в течение миллионов или даже сотен миллионов циклов. Благодаря этому управляемый синтез может быть в условиях относительно низких температур.

В Институте перспективных исследований.

Лаборатория акустики в Институте физики временно перешла под управление команды по миниатюризации термоядерного реактора во главе с Лу Чжоу. На одном из столов в лаборатории стояла прозрачная колба радиусом около семи сантиметров

Колбу заполняла концентрированная серная кислота. С двух сторон к колбе крепились мощные генераторы ультразвука. Различное сложное оборудование размещалось вокруг, готовое к сбору данных.

Поскольку явление сонолюминесценции наблюдалось лишь пикосекунды, лабораторным камерам трудно запечатлеть всю вспышку, особенно в тот момент, когда пузырь сжался до самого маленького размера.

Поэтому для этого эксперимента Лу Чжоу позаимствовал интегральную экспериментальную систему съемки с фазовой синхронизацией частоты из Института акустики Цзиньлинского университета.

Помимо специальных акустических экспериментов, эта система обычно использовалась для разработки противолодочных гидролокаторов. Если бы Лу Чжоу лично не попросил об одолжении, директор Института акустики ни за что не предоставил бы оборудование.

Шэн Сяньфу стоял рядом с экспериментальным устройством и посмотрел на Лу Чжоу.

Лу Чжоу кивнул.

— Начнем.

— Хорошо.

Шэн Сяньфу глубоко вздохнул и подошел к ближайшему компьютеру, потом быстро нажал несколько кнопок.

Послышалось недолгое жужжание, мощные генераторы ультразвука начали испускать ультразвуковые волны в раствор, передавая большое количество энергии.

Когда звуковое давление в жидкости стало в пять раз превышать атмосферное давление, Лу Чжоу приказал.

— Вводите ксенон!

— Есть!

После введения ксенона, пузырьки медленно поплыли со дна колбы к центру.

Сразу же после этого мощность ультразвука начала постепенно увеличиваться, и звуковое давление, приложенное к пузырькам, также начало возрастать.

В тот момент, когда звуковое давление в пятнадцать раз превышало атмосферное, ксеноновый пузырь, плавающий в концентрированной серной кислоте, вспыхнул фиолетово-белым светом!

Увидев это, ученые вокруг обрадовались.

Хотя это всего лишь проверка экспериментального устройства, и они далеки от успеха, это определенно хорошее начало.

Пузырьки в жидкости непрерывно мигали наборами 10 лучей света, и система сделала фотографии. Несколько физиков-акустиков из Института перспективных исследований немедленно начали анализировать их и вычислять температуру и мощность свечения.

После того, как Лу Чжоу просмотрел экспериментальные данные, он взглянул на Шэн Сяньфу.

Мощность света составляла около 130 Вт. Даже несмотря на то, что все произошло в мгновение ока, это все равно довольно удивительно. Пиковая температура поверхности пузырька достигла ужасающего значение в 1,5 миллиона Кельвинов, словно внутренняя часть солнца плавала в растворе!

Конечно, эти данные могут быть неточными.

В конце концов, все происходило в мгновение. Нелегко зафиксировать температуру, не говоря уже об уменьшении погрешности сбора данных.

— Первый этап эксперимента прошел успешно, перейдем к следующему этапу. — Лу Чжоу положил отчет об эксперименте на стол и обратился к Шэн Сяньфу. — Добавь в колбу экранирующий слой и приготовьтесь к впрыску дейтерий-тритиевого газа!

Шэн Сяньфу серьезно кивнул:

— Есть!

Первым этапом эксперимента проверялась конструкция установки и могли ли они обеспечить достаточное звуковое давление, чтобы температура могла достигать более миллиона Кельвинов.

Выяснилось, что эксперимент прошел очень успешно.

Ксенон, плавающий в жидкости, сжался до крошечной точки с энергией, эквивалентной энергии крошечной звезды.

Хотя температура в миллионы Кельвинов и все еще далека от термоядерного зажигания, температура не единственный способ достижения термоядерного зажигания.

Пузырьки не только достигали миллионов Кельвинов, но и обладали ужасающей плотностью

Плотность еще одно условие термоядерной реакции!

По приказу Лу Чжоу, исследователи в лаборатории поместили прозрачную колбу в черный ящик из защитного материала против излучения. Они отключили систему съемки и снова начали проводить эксперимент.

Однако на этот раз ксенон заменили на газовую смесь дейтерия и трития. Мощность ультразвука также увеличилась на целый порядок.

Эксперимент продолжался.

Хотя черный ящик закрывал обзор исследователям, в действительности это не имело значения.

Не все нужно видеть своими глазами, порой данные надежнее всего.

Исследователи достали колбу с концентрированной серной кислотой и начали анализировать степень повреждений и скорость потока нейтронов.

Лу Чжоу стоял рядом с исследователями, спокойно ожидая результатов эксперимента.

Прошло десять минут.

Наконец-то появились результаты.

— Вот результаты. — Ученый с радостной улыбкой передал отчет Лу Чжоу, а потом с волнением сказал. — По излучению на поверхности материала, имеется достаточно доказательств, чтобы предположить, что во время эксперимента поверхность материала подверглась воздействию нейтронами с энергией 2,5 МэВ… Скорость увеличения потока нейтронов оценивается в 1,7%. Есть подтверждение, что произошла реакция синтеза!

После этих слов у всех в лаборатории стали радостные лица, и чуть не начали аплодировать.

Особенно Шэн Сяньфу, он в возбуждении сжал кулаки.

Эта идея могла сработать!

Для него нет более волнующий новостей, чем эта.

Однако, хотя результаты были удовлетворительными, скорость потока нейтронов не оптимистичная.

Они наблюдали только признаки протекания реакций слияния. Они все еще далеки от использования этой установки для стабильной реакции синтеза.

Профессор Ли Чанся посмотрел на данные в отчете об эксперименте и сказал:

— Скорость увеличения потока нейтронов слишком мала. Если мы хотим добиться стабильной реакции… такого уровня звуковой волны может быть недостаточно.

Лу Чжоу серьезно кивнул:

— Верно, с нашей нынешней установкой трудно добиться стабильной реакции синтеза. Я думаю, мы должны заменить жидкость.

Профессор Ли Чанся спросил:

— На какую?

Лу Чжоу покачал головой:

— Я не знаю, но у меня есть идея.

— Идея?

— Да. — Кивнул Лу Чжоу. — Поскольку традиционные жидкости не могут соответствовать требованиям при комнатной температуре, почему бы нам не попробовать жидкие металлы? Я думаю, что стоит попробовать жидкий литий…

Глава 660. Голосование ЦЕРНа

Пока Институт перспективных исследований проводил эксперименты по сонолюминесценции и акустическому синтезу, в настоящее время в штаб-квартире ЦЕРНа в Швейцарии проходило обсуждение, посвященное теории Янга — Миллса.

На собрании присутствовало не так много людей. В основном все они ведущие физики, и более половины из них уже получали Нобелевскую премию раньше.

Без преувеличения можно сказать, если кто-то взорвет этот зал, то отбросит развитие мировой физики на полвека…

После того как Виттен вошел в конференц-зал, он нашел тихое место, чтобы сесть. Он посмотрел на другого ученого, сидевшего за столом.

Питер Хиггс!

Первооткрыватель частицы Бога!

Вернувшись в Великобританию из ЦЕРНА в 2013 году, Хиггс редко появлялся на публике. Сейчас ему 91 год, так что Виттен не ожидал увидеть его здесь.

Но в этом нет ничего необычного. В конце концов, эта встреча определит будущее физики, и любой, кто беспокоится за физику, не упустит такой возможности.

До начала оставалось еще некоторое время. Виттен оглядел ученых в комнате и увидел, что здесь присутствовал не только Питер Хиггс, но и многие другие, одинокие физики. Они сидели в этом конференц-зале, спокойно ожидая начала.

— Поразительно. — Джаффе обратился к Виттену с улыбкой. — Я не ожидал увидеть здесь так много старых друзей.

— Да. — Расстроившись, кивнул Виттен. Он собирался что-то добавить, но услышал звук проверки микрофона, доносившийся из передней части зала.

На сцене стоял председатель ЦЕРНа. Он откашлялся и заговорил:

— Мы достаточно долго обсуждали вопрос теории Янга — Миллса. Все сообщество теоретической физики ждет наших выводов. Думаю, пора заканчивать обсуждения и позволить услышать наше мнение об этом… И не важно, верное оно или нет.

Председатель сделал небольшую паузу, потом добавил:

— Поэтому я предлагаю проголосовать.

В конференц-зале послышались перешептывания.

Председатель кашлянул и громко сказал:

— Все, кто согласен, пожалуйста, поднимите руку.

Более 70% людей в конференц-зале подняли руки.

Сотрудники, сидевшие сзади, посчитали поднятие рук и показали данные голосования на экране на сцене.

Председатель посмотрел на данные голосования и кивнул. Он сделал знак всем опустить руки, а потом продолжил:

— Все, кто не согласен, пожалуйста, поднимите руки.

Как и раньше, люди подняли руки.

Однако только около 15% людей подняли руки в знак несогласия. Многие колебались, поднимая руки, словно были не уверены в своем мнении.

Председатель посмотрел на старика, сидевшего в первом ряду конференц-зала, и почтительно спросил:

— Господин Хиггс, я заметил, что вы дважды поднимали руку, могу я спросить, почему?

Профессор Хиггс с легкой дрожью поднялся.

Он посмотрел на председателя и ответил:

— Председатель, я поднял руку в первый раз, потому что не могу найти никаких проблем в работе. Я поднял руку во второй раз, потому что я против принятия поспешных решений.

Председатель кивнул:

— Я понимаю, о чем вы, но мы потратили достаточно времени на обсуждение. Не только я, многие другие также думают, что пришло время для окончательного голосования.

— Я не думаю, что мы еще достаточно обсудили. — Сказал профессор Хиггс. — Прежде всего, как сторонник этой теории, он обязан нести ответственность за подробное объяснение своей теории. Он должен ответить на наши вопросы. Однако я просмотрел официальный сайт Цзиньлинского университета, и, похоже, профессор Лу не планирует делать доклад.

Многие люди согласились с этим.

Почти половина людей, поднявших руки в знак несогласия, согласились с Хиггсом.

В частности, профессор Фрэнк Вильчек, который также лауреат Нобелевской премии, кивнул и пожаловался председателю.

— Мои запросы небольшие. Даже если он не может приехать сам, он должен, по крайней мере, послать ученика или помощника!

Для ученых нет ничего необычного в том, чтобы посылать своих студентов или помощников для проведения докладов. Всякий раз, когда профессора были слишком заняты исследованиями или просто не интересовались докладами, вместо себя они присылали своих студентов.

Например, Синъити Мотидзуки, который разработал теорию Тейхмюллера, отправил двух своих студентов проводить доклад о abc-гипотезе. Шиничи Мочизуки в это время следил через видеосвязь за докладом.

Для профессора Лу не очень хорошо покидать Китай прямо сейчас, и большинство ученых, сидящих здесь, хорошо знали об этом.

Но даже так, он должен послать хотя бы студента, чтобы тот сделал доклад за него.

Когда председатель ЦЕРНа услышал слова Вильчека, он некоторое время обдумывал их.

— Я передам вашу просьбу профессору Лу. Давайте не будем говорить о докладе, просто о содержании статьи. У кого-нибудь есть какие-либо вопросы или сомнения относительно работы профессора Лу?

На этот раз ни один человек не поднял руку.

Даже профессор Хиггс.

Был еще Виттен, который за всю конференцию ни разу не поднял руку.

Председатель оглядел комнату и испытал облегчение, а на его лице появилась улыбка.

Поскольку все эти серьезные ученые не возражали, судя по всему с работой не было никаких проблем.

— Похоже, мы пришли к консенсусу. История запомнит этот день, мы только что сделали большой шаг к единой теории! — Он сделал небольшую паузу. — На этом обсуждения теории Янга — Миллса заканчивается. Кроме того, многие профессора, такие как профессор Виттен, предложили изменить экспериментальный план со второй половины этого по первую половину следующего года. Мы составим план исследования для частицы m в энергетической зоне, предсказанной профессором Лу в статье… Удастся нам найти ее или нет, но я считаю, что это поможет нам усовершенствовать стандартную модель значительно лучше.

Встреча подошла к концу.

В тот же день ЦЕРН опубликовал заявление, в котором объявил о своем одобрении статьи Лу Чжоу о теории Янга — Миллса. Они также опубликовали план своих встреч на следующий месяц, а также изменения в расписании экспериментов.

Новости полетели одна за другой.

Результаты голосования в ЦЕРНе полностью потрясли тех, кто следил за этим…

Глава 661. Приглашение от ЦЕРНа

На Weibo.

В тот момент, когда появилось объявление, Евриуан Дэйли опубликовало об этом сообщение в Weibo.

Когда общественность узнала о голосовании в ЦЕРНе количество комментариев стремительно разрослась.

«Просто псих!»

«Бог Лу просто потрясающий!»

«Мир физики скоро изменится.»

«Я думаю, это означает, что электросильное взаимодействие также верное?»

«Нельзя этого утверждать, между этим есть разница. Даже если работа Лу Чжоу хорошо написана, она должна пройти тщательный процесс рецензирования со стороны физического сообщества. На самом деле, это намного лучше того, через что прошел Вайнберг. Когда появилась его теория электрослабого взаимодействия, все проигнорировали его исследования. Прошло более десяти лет, прежде чем сообщество физиков наконец приняло его работу.»

«Скорость исследований Лу Чжоу слишком высока, мир не может догнать его.»

«Я не могу в это поверить, я все еще делаю магистерскую. Я больше не могу этого выносить… :(»

«Черт побери, он умнее меня и красивее меня! (плачь.jpg)»

Кто-то называет меня красивым?

Как неловко…

Лу Чжоу просматривал Weibo, сидя в столовой и обедая. Он не мог не улыбнуться, поскольку ему понравился этот комментарий.

На самом деле он не ожидал, что ЦЕРН примет решение так быстро.

Он думал, что ничего не услышит от них до конца года.

Однако ему не пришлось ждать так долго.

Лу Чжоу закончил есть и отнес поднос с едой. Его телефон внезапно завибрировал, когда пришло сообщение.

«Хозяин, пришло письмо!»

Новое письмо?

Лу Чжоу стало любопытно. Он открыл свою почту и щелкнул по непрочитанному письму.

Отправителем был секретариат ЦЕРНа. Поскольку Лу Чжоу давно сохранил их почту, то сразу узнал ее.

Писал Калман Сом, генеральный секретарь ЦЕРНа. Когда Лу Чжоу проходил стажировку в ЦЕРНе, он перекинулись парой фраз с ним. Однако в то время Калман работал всего лишь обычным директором, в основном отвечавшим за прием членов из стран-партнеров.

«Уважаемый профессор Лу, я генеральный секретарь совета ЦЕРН, Калман Сом. Прежде всего, пожалуйста, позвольте мне выразить глубочайшее уважение вам и вашим результатам исследований. Объединение четырех основных сил основная цель жизни всех математиков и физиков. Без великих работ таких выдающихся ученых, как вы, цивилизация не сможет двигаться вперед.

Однако у многих людей все еще много вопросов относительно двух ваших статей, которые вы недавно опубликовали на arXiv. Мы понимаем, что вы не можете сами сделать доклад, но мы надеемся, что вы сможете отправить надежного студента или другого ученого, который объяснит вашу теорию и ответит на некоторые вопросы.»

Письмо довольно короткое, но искренние.

Эта просьба определенно логична.

Для подобной проблемы мирового уровня в научном сообществе принято объяснять свою теорию в форме доклада. Если бы Лу Чжоу не был занят миниатюризацией термоядерного реактора, он бы организовал доклад в Цзиньлинском университете.

Немного подумав, Лу Чжоу написал ответ.

«Я серьезно рассмотрю вашу просьбу, я выберу человека для доклада.»

Лу Чжоу отправил ответ, а затем позвонил Ло Вэньсюаню.

Ло Вэньсюань сразу же спросил:

— Алло? Что такое?

Лу Чжоу немного подумал и спросил:

— Не хочешь попутешествовать за чужой счет?

Ло Вэньсюань сразу заинтересовался:

— Куда хвастаться на этот раз?

Лу Чжоу чуть не подавился слюной.

— Что значит хвастаться? Можно ли научные поездки называть хвастовством?

— Да, да, как скажешь. — Беспомощно сказал Ло Вэньсюань. — Просто скажи, куда я еду?

— Швейцария.

— ЦЕРН?

— Да, они приглашают меня выступить там с докладом, но я действительно не могу поехать. Так что тебе придется поехать туда вместо меня.

— С легкостью… Когда ехать?

— Скорее всего, в скором времени, все зависит от того, когда ты будешь готов.

Ло Вэньсюань ранее работал с Лу Чжоу над проблемой теории Янга — Миллса и после завершения работы, они подробно говорили об этом.

Поэтому Ло Вэньсюань наиболее подходящий кандидат, чтобы представлять Лу Чжоу. Пока вопросы будут не слишком сложные, Ло Вэньсюань сможет справиться с докладом самостоятельно.

Разобравшись с этой проблемой, Лу Чжоу оставил вопрос в стороне.

Лу Чжоу пришел в свой кабинет на факультете математике и собирался сделать перерыв.

Когда он пришел, Линь Юйсян встала и поприветствовала его с блеском в глазах.

— Профессор, пока вас не было, звонили с центрального телеканала.

— Центрального телеканала? — Лу Чжоу нахмурился. — Чего они хотят?

Линь Юйсян с улыбкой сказала:

— Разве вы недавно не решили уравнения Янга — Миллса? Они хотят взять у вас эксклюзивное интервью и хотели, чтобы я узнала, свободны ли вы?

— Что за шоу?

Линь Юйсян улыбнулась.

— Судя по всему, что это специальная программа, подготовленная специально для вас. Говорят, ее покажут в восемь вечера по центральному каналу.

Хотя Лу Чжоу не заинтересован в интервью, он все равно должен проявить некоторое уважение к национальному телевидению.

Конечно, он не хотел терять слишком много времени.

В конце концов, его исследования беспокоили его больше, нежели интервью.

Лу Чжоу немного подумал и спросил:

— Мне обязательно ехать в Пекин?

— Нет, совсем не так, они сказали, что пришлют сюда журналиста.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, тогда поговори с помощницей Чжао и назначь подходящее время.

Линь Юйсян игриво отсалютовала.

— Есть, сэр!

Глава 662. Интервью

Интервью назначили на неделю позже.

В это время Лу Чжоу в основном занимался минитюризацией термоядерного реактора.

Чтобы увеличить температурный пик пузырьков в жидкости, несколько пожилых профессоров из Института акустики предложили помощь. Они сняли стабилизатор акустической подвески на ультразвуковом генераторе, что усилило ультразвуковую волну. Максимальное звуковое давление, действующее на пузырь, увеличилось с 15 атмосфер до 30.

Само собой, за все приходится платить.

Без стабилизатора акустической подвески пузырьки не могли оставаться в центре колбы с жидкостью.

Однако сонолюминесценция не требовала, чтобы пузырьки плавали в определенном месте, поэтому это не имело большого значения.

Обновив оборудование, Лу Чжоу собрал Шэн Сяньфу и команду для повторения эксперимента. Они использовали газовую смесь ксенона и дейтерий-трития и следили за температурой и скоростью восстановления нейтронов.

Отдав отчет об эксперименте Лу Чжоу, Шэн Сяньфу сказал:

— Ситуация все еще не оптимистична, пик температуры 10 миллионов Кельвинов, но минимальная всего около 500 000 Кельвинов.

Лу Чжоу посмотрел на отчет и нахмурился.

— Отклонение настолько велико?

Шэн Сяньфу кивнул.

— Изменение температуры, наблюдаемое за температурным излучением абсолютно черного тела, довольно нестабильно. Мы не уверены, проблема в нашем наблюдении или чем-то еще.

Если бы они могли каждый раз доводить температуру пузырька до 10 миллионов Кельвинов, можно было бы стабилизировать реакцию синтеза с помощью импульсного зажигания.

Однако это чрезвычайно трудная задача.

Лу Чжоу спросил:

— А что со скоростью восстановления нейтронов?

Шэн Сяньфу с небольшим колебанием ответил:

— Лучше… Но мы все еще далеки от стабильного синтеза.

Лу Чжоу задумался:

— Как с подготовкой новой колбы для экспериментов?

— Китайская национальная ядерная корпорация уже закончила ее, привезут завтра.

Лу Чжоу наконец испытал какое-то облегчение.

Он положил отчет на стол и обратился ко всем:

— Сегодняшний эксперимент завершен, завтра проверьте оборудование, послезавтра попробуем использовать жидкий литий.

Шэн Сяньфу серьезно кивнул.

— Есть!

Как Лу Чжоу и предсказал с помощью расчетов, когда жидкий литий с более меньшей плотностью использовался в качестве рабочей жидкости, характеристики сонолюминесценции действительно были лучше, чем в случае с концентрированной серной кислотой. Особенно при введении смеси газа значительно увеличилось звуковое давление, действующее на поверхность пузырьков, и максимальное давление составило 31,7 атмосфер.

Однако жидкий литий находился при температуре 700 градусов по Цельсию, что делало его чрезвычайно летучим. Эксперимент стал в несколько раз опаснее, чем при использование концентрированной серной кислоты.

Во время третьего эксперимента оператор случайно примешал небольшое количество кислорода при подготовке газовой смеси дейтерия-трития. Это тут же привело возгоранию.

К счастью, кислорода было немного. Ученые быстро отреагировали и спасли лабораторию. Если повредится колбы, высокотемпературный жидкий литий мгновенно вступит в прямой контакт с воздухом. Если бы это случится, можно забыть о лаборатории, будет риск потерять все здание…

После этого все в Институте перспективных исследований по-другому смотрели на исследовательскую группу Шэн Сяньфу…

Дни быстро пролетели, и вскоре наступил день интервью.

Лу Чжоу находился в своем кабинете в Цзиньлинском университете. Он встретился с командой с центрального телевидения.

Так совпало, что он встречал этого журналиста год назад.

— Здравствуйте, профессор Лу. — Сказала Хэ Ин в темно-синем официальном костюме. Она протянула руку и пожала руку Лу Чжоу. — Мы снова встретились.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Давно не виделись, госпожа Ин… Начнем?

Хэ Ин улыбнулась:

— Давайте начнем.

Она знала, что Лу Чжоу занят исследованиями, поэтому не тратила время на пустые разговоры.

После того, как Хэ Ин села на диван, она изменила позу и подала знак оператору, стоявшему рядом с ней. Она показала профессиональную улыбку и заговорила:

— Для меня большая честь иметь возможность взять у вас интервью. Прежде чем начнется интервью, я хочу задать вам несколько вопросов от нашей аудитории.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спрашивайте, я отвечу на все, что смогу.

— Не волнуйтесь, это простые вопросы. Мы все знаем, что проблема уравнений Янга — Миллса решена, и объединение сильного и электромагнитного взаимодействия полностью изменит мир физики. Однако это абстрактное утверждение только лишь сбивает большинство людей. Что вы думаете о будущем физики?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Начинаете с такого сложного вопроса?

Хэ Ин ухмыльнулась:

— Это может быть трудно для большинства, но для вас это должно быть легко, да?

— С точки зрения ученого, о будущем физики… На этот вопрос и правда тяжело ответить. В конце концов, никто не знает, когда появятся революционная теория. — Лу Чжоу задумался. — Долгосрочной целью физиков-теоретиков является теория всего. Теперь, когда сильное и электромагнитное взаимодействие успешно объединены, осталось только гравитация. Конечно, хотя мы потратили столетие на изучение этой теории, мы даже не коснулись верхушки айсберга.

Хэ Ин серьезно спросила:

— Почему гравитационную силу так трудно объединить?

— Гравитация самая загадочная область в физике, хотя мы более интуитивно понимаем гравитацию, чем три другие фундаментальные силы. На самом деле даже теория струн, и квантовая теория объясняют гравитацию двумя прямо противоложными способами. Никто не знает, что правильно.

Хэ Ин спросила:

— Тогда, какая более реалистичная цель?

Лу Чжоу откинулся на спинку дивана.

— Более реалистичная или краткосрочная цель проверка и изучение стандартной модели. Хотя стандартная модель достаточно хороша, всегда можно найти что-то за ее пределами. Будь то с помощью экспериментов или теории. — Лу Чжоу сделал паузу, а потом пошутил. — Как и частица m, хотя я и не знаю, как она выглядит, я могу доказать ее существование с помощью математики. Если кто-то сможет найти частицу, то будет решена еще одна часть головоломки стандартной модели.

— Это звучит очень захватывающе.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, исследование неизвестного — захватывающе.

— Однако теоретическая физика для большинства из нас все еще остается очень далеким понятием. Можете ли вы объяснить, как теоретическая физика влияет на общество?

Лу Чжоу долго думал.

Хэ Ин уже начала думать, что задала вопрос на который неудобно отвечать. Она уже собиралась попросить оператора прервать интервью, когда внезапно Лу Чжоу заговорил.

— Это очень абстрактный вопрос. Трудно рассказать об открытиях теоретической физики, которые можно увидеть своими глазами. Это как частица Хиггса, гравитационные волны и подобное. Большинство вещей, найденных во вселенной, бесполезны для простых людей. Как и с частицей m, о которой я говорил ранее. Даже если мы объединим электрослабое взаимодействие, электросильное взаимодействие и гравитацию и создадим теорию всего, Вселенная все равно останется прежней. Возможно, средства на изучения теоретической физики можно использовать для благотворительности, что сделает жизнь многих лучше на какое-то время. — Лу Чжоу помолчал немного, а потом серьезно добавил. — Однако, если никто не будет исследовать эти, казалось бы, бесполезные вещи, у нас не будет будущего.

Глава 663. Разноцветная пена от Сяо Ая?

После этого Хе Ин спросила о частице m и сильном взаимодействии, а также кое-что о лунном проекте. Лу Чжоу ответил на все вопросы как можно лучше.

Часовое интервью, наконец, закончилось.

После интервью Лу Чжоу попросил оператора показать ему некоторые кадры.

Лу Чжоу остался доволен своим видом во время интервью.

После интервью Лу Чжоу пригласил команду интервьюеров поесть, а потом вернулся домой.

Он налил себе стакан горячего молока и пошел в свой кабинет. Он собирался посидеть немного за компьютером, а потом лечь спать, однако внезапно ему позвонила Чэнь Юйшань.

— Алло?

— Это я, я звонила тебе днем, но твой телефон был выключен.

Лу Чжоу слышал эхо, доносящееся со стороны Чэнь Юйшань, а также звуки плещущейся воды.

Она принимает ванну?

Лу Чжоу не придал этому большого значения и ответил:

— Днем? Скорее всего из-за интервью я выключил свой телефон.

Чэнь Юйшань надулась:

— А почему не перезвонил?

— Я не заметил твоего звонка.

Чэнь Юйшань убрала мокрые волосы за уши и уселась поудобнее, в итоге оставив над водой только голову.

— В любом случае, это твое дело. Я звонила тебе поскольку хотела сказать, что центр сборки шаттлов завершен.

Лу Чжоу удивился.

— Уже?

Чэнь Юйшань самодовольно ответила:

— Да, первая фаза проекта — всего лишь несколько заводов, так что на строительство ушло не много времени. Может, как будет время, сам проверишь?

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, если будет время, я съезжу туда.

Разговор внезапно прекратился.

Когда они поговорили о делах, им было не о чем говорить.

Время шло.

Чэнь Юйшань почувствовала, что атмосфера становится несколько неловкой. Она обхватила руками колени. Когда она думала, что сказать, своей распаренной головой от горячей воды, Лу Чжоу заговорил первым.

— Алло? Ты в порядке?

Услышав вопрос через Bluetooth-гарнитуру, Чэнь Юйшань ответила на автомате:

— А, я в порядке… Я принимаю ванну.

Она покраснела, и ей захотелось уткнуться лицом в ванну.

Черт, зачем я это сказала?

Не подумает ли он…

Но ей вообще не нужно излишне беспокоится, поскольку Лу Чжоу вообще не обратил на это внимания, а просто сказал:

— Я знаю, только не падай там в обморок.

А?

Знаешь?

Откуда?

Тут же ее лицо стало еще краснее.

Она снова замолчала. Лу Чжоу понял, что сказал что-то не так, поэтому быстро попытался объясниться.

— Подожди, я имел в виде… Я догадался, что ты в ванне. В конце концов, я слышал звуки и проанализировав их…

Прежде чем он успел объясниться, звонок оборвался.

Лу Чжоу слегка ошеломленно посмотрел на телефон.

Она повесила трубку?

Пофиг, не важно.

Надеюсь, она не упадет в обморок.

Лу Чжоу отложил телефон в сторону и допил стакан молока. Он посмотрел на свой компьютер и сказал:

— Сяо Ай, налей немного горячей воды в мою ванну, около сорока градусов, наполовину полную.

Изначально он собирался почистить зубы и лечь спать, но теперь ему захотелось принять ванну.

Он слышал, что ванна помогает снять усталость.

Поскольку он слишком устал, он решил немного расслабиться.

В правом углу экране появилось сообщение.

«Мне добавить разноцветной пены в ванну?»

— Э-э-эм… Не надо разноцветной, обычная пойдет.

«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

……………………………

Лу Чжоу должен признать, что горячая ванна одно из величайших удовольствий в жизни.

Выйдя в халате из ванны, Лу Чжоу ощутил, что каждая пора его тела дышит, ему было неописуемо комфортно.

Вернувшись в спальню, он проспал до шести часов следующего дня.

Проснувшись, он отправился на утреннюю пробежку, потом позавтракал несколькими булочками с супом и сел в машину. Он не отправился сразу в институт или университет. Вместо этого он попросил Ван Пена отвезти его на строительную площадку центра сборки шаттлов.

На залитом бетоном участке стояли два трехэтажных здания. Двери у них были открыты и Лу Чжоу мог увидеть внутри просторное пространство и железобетонные колоны.

Рядом с ними находилось еще одно пятиэтажное бетонное здание, которое предназначалось для сотрудников и серверной.

Как и сказала Чэнь Юйшань, первая фаза проекта завершена. Они могли начать перемещать оборудование.

Лу Чжоу не мог не ухмыльнуться.

С помощью Сяо Ая, самого современного пятиосевого станка и полного комплекта автоматизированного промышленного оборудования… Он был уверен, что они не только шаттл, но и трансформера смогут собрать.

Это просто вопрос времени.

Но думая над этим, Лу Чжоу внезапно осознал одну серьезные проблему.

Ему надо напомнить Сяо Аю, чтобы он не игрался с оборудованием как попало. В конце концов, это не его подземная лаборатория. Технологические возможности станка намного ниже, чем у промышленных роботов.

Лу Чжоу некоторое время постоял у сборочного центра, а потом вернулся в машину.

— Поехали в Цзиньлинский университет.

Ван Пэн завел двигатель и с удивлением спросил:

— Не будешь заходить и смотреть?

— Нет необходимости. — Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он посмотрел на пустой завод и сказал. — Оборудование еще не переместили, поэтому не на что смотреть. Точно, среди твоих товарищей по армии, есть кто в отставке?

— Немного… Что тебе нужно?

— Я хочу нанять нескольких консультантов по безопасности. Зарплата от 10 000 до 20 000 юаней в месяц, включая питание и проживание. Пожалуйста, можешь узнать у них?

Лу Чжоу подумал об этой идее только что.

Если он хотел получить лицензию на военно-гражданский проект, он должен пройти проверку конфиденциальности. Не только нужно получить производственную квалификацию, но и для подобных чувствительных проектов надо пройти проверку безопасности.

К счастью, Ван Пэн имел военное прошлое, и у него много связей в армии. Найти несколько ветеранов для этой работы будет намного лучше, чем передать ее на аутсорсинг охранной компании.

Не говоря уже о том, что это также поможет обучить группу охранников.

В конце концов, этот сборочный центр считался частной собственностью. Будет неразумно использовать государственные ресурсы.

Услышал про зарплату в 20 000 юаней, Ван Пэн сказал:

— Эта зарплата вызывает у меня небольшое искушение.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Забудь об этом, ты не работал в безопасности снабжения, так что ты не подходишь.

Ван Пэн улыбнулся и не стал возражать.

— Ладно, тогда спрошу… Когда они нужны?

— Как можно скорее.

Глава 664. Я буду говорить, а ты пиши

В другой части планеты, в Швейцарии, первый лекционный зал в штаб-квартире ЦЕРНа переполняла толпа людей.

Ло Вэньсюань в костюме стоял в проходе рядом с кафедрой, внимательно читая статью в руке. Он глубоко вздохнул в надежде успокоиться.

Хотя тут уже не в первый раз, есть огромная разница между нахождением в зале и выступлением перед ним.

Это храм международного сообщества физиков.

Через полчаса его будут проверять ведущие физики мира.

Ло Вэньсюань нервно делал последние приготовления. Внезапно он услышал сбоку знакомый голос.

— Ты слишком затянул галстук, тебе же трудно дышать.

Ло Вэньсюань оглянулся и сразу же удивился.

— Профессор?

— Чему ты удивляешься? Ты же знаешь, что я провожу в ЦЕРНе, как минимум, половину года. — Пошутил Виттен и улыбнулся. — Не говоря уже о том, что сейчас тут будет такой важный доклад.

Ло Вэньсюань смущенно улыбнулся и почесал затылок.

— Буду счастлив, если все не испорчу.

— Поскольку профессор Лу доверил этот доклад тебе, это означает, что он верит в тебя. На твоем месте я бы так не нервничал, просто представил бы, что это обыкновенный доклад.

Скажите еще… Вы обладатель Филдсовской премии, очевидно, вы бы не нервничали. Но я еще не выигрывал Филдсовской премии.

Ло Вэньсюань промолчал.

Заметив, что он молчил, Виттен продолжил:

— Кстати говоря, как поживает профессор Лу?

— У него все хорошо, но, как и всегда, полностью в исследованиях.

— Да? Это очень похоже на него. — Виттен улыбнулся. — На не думаю, что ему нужно так спешить. Он добился успеха на несколько жизней всего за несколько коротких лет, и ему еще предстоят десятилетия работы… Я предлагаю ему переключиться на более здоровый образ жизни и найти время для путешествий или чего-то подобного.

— Я передам ему ваши пожелания.

— Не пожелания, просто мысли. — Виттен посмотрел на Ло Вэньсюаня, который все еще нервничал. — Ты тоже, расслабься. Если я правильно помню, ты здесь не впервые.

Ло Вэньсюань нервно ответил:

— Но я всегда сидел в зале.

Виттен улыбнулся:

— Ну, не в этот раз. Я с нетерпением жду твоего доклада, не разочаруй меня.

Виттен похлопал своего бывшего ученика по плечу и ушел.

……………………….

Поговорив со своим бывшим руководителем, Ло Веньсюань стал намного спокойнее.

Вскоре пришло время для начала доклада.

Ло Вэньсюань вышел на сцену и достал свой телефон. Он набрал номер, после чего положил его рядом с микрофоном на мультимедийном столе.

Зал постепенно затих. Он посмотрел на всех, откашлялся и заговорил:

— По различным причинам профессор Лу не может лично присутствовать сегодня. Вместо этого я буду вести этот доклад. Если у вас есть какие-либо вопросы по этому поводу, можете спросить сейчас.

Кто-то тут же поднял руку.

Ло Вэньсюань вежливо пригласил:

— Профессор, пожалуйста, говорите.

Старик с морщинами на лице и крючковатым носом, дрожа, встал. Он пристально посмотрел прямо на Ло Вэньсюаня и спросил:

— У меня только один вопрос. Какую роль лично вы сыграли в решении уравнений Янга — Миллса?

Ло Вэньсюань посмотрел на аудиторию. Казалось, что многих это интересовало.

Он выровнял дыхание и попытался говорить свободно.

— Я… в основном предоставил возможную идею доказательства и обсудил с ним метод решения проблемы. Конечно, как указано в статье, основную аргументацию сделал он один.

Тогда старик спросил:

— Тогда ваши взгляды отражают его взгляды?

И это один вопрос?

Ло Вэньсюань пожаловался про себя, а затем пояснил:

— Конечно… если только профессор Лу не выразит явного возражения. — Он указал на свой телефон. — Он будет слушать весь этот доклад. Если нужно, он дополнит мою речь…

Старик кивнул и сел.

Ло Вэньсюань вздохнул с облегчением.

— Тогда, пожалуйста, переверните свои бумаги в начало. Мы начнем…

Хотя Ло Вэньсюань нервничал, как только начался доклад, он быстро собрался.

Фактически, у него имелся опыт докладов в ЦЕРНЕ. Когда он еще учился у Виттена, у него было много возможностей рассказать об этапах работы ЦЕРНу. Однако это не особенно важные доклады, и на них не присутствовало известных ученых.

Время быстро шло.

Прошел уже час.

Наконец, Ло Вэньсюань посмотрел на последнюю страницу презентации и вздохнул с облегчением. Однако он совсем не расслабился.

Презентация закончилась, но не доклад.

Дальша шло самое важное, вопросы!

— В основном это так… Теперь вы можете задавать свои вопросы.

В ту секунду, когда он объявил, что отчет вступил в стадию вопросов и ответов, руки сразу же поднялись.

Ло Вэньсюань взглянул на того же старика, который раньше спрашивал, и кивнул.

— Пожалуйста, спрашивайте.

Старик с дрожью поднялся, а затем он ровным голосом спросил:

— На странице 9, 23 строке, для обобщенных полиномиальных взаимодействий вида R2, таких как λR (φ) + φ2, существует нижняя граница R (φ) и 0<λ<λ_0 < 1. Как вы определили изолированный спектр одиночных частиц?

Ло Вэньсюань вздохнул с облегчением, услышав этот вопрос.

Это не особо сложный вопрос.

Прокашлявшись, он подошел к доске, потом взял маркер и начал объяснять, одновременно писав:

— Для двумерной малой константы связи R (φ) наличие или отсутствие ограниченного состояния зависит от конкретного случая R (φ). Поле будет иметь оператор массы M, который имеет спектр возбуждения. Разрыв масс (0, m) и верхний разрыв (m, mb)… Так мы доказываем его существование. Что касается спектра одиночных частиц… Ло Вэньсюань внезапно перестал писать и говорить.

Словно что-то застряло у него в горле, ни одно слово не слетело с его губ.

Спектр одиночных частиц.

Черт!

Как мне ответить на этот вопрос?

Капля холодного пота скатилась с его лба.

Его мозг работал с бешенной скорость в поисках ответа.

Однако все безрезультатно.

В зале послышался шепот, и Ло Вэньсюань увидел, как некоторые профессора в первом ряду, выразили разочарование.

Он сглотнул и почувствовал слабость в руках и ногах.

Что мне делать…

Он не мог представить, что будет, если все испортит.

Даже если бы Лу Чжоу простит его, он не смог бы жить с этим.

Однако из телефона, стоявшего на столе, донесся голос, как божий дар. Всего шесть слов вселили надежду Ло Вэньсюаню.

Лу Чжоу спокойно и уверено произнес:

— Я буду говорить, а ты пиши.

Глава 665. Сделал все сам

Проблема двумерной малой константы связи R (φ) не особенно сложная. Для этого требовалось всего лишь немного абстрактного мышления… По крайней мере, так считал Лу Чжоу.

Однако, хотя сама проблема не особо сложная, не каждый мог задать такой вопрос. В конце концов, большинство людей вообще не заметили ничего в этом месте.

Лу Чжоу немного подумал и заговорил.

— Существование изолированного собственного значения m матрицы M вместе с аксиомой Вайтмана обеспечивает теоретическую основу для двух стандартных форм теории рассеяния, которыми являются метод волнового оператора и элементы матрицы рассеяния. Применяя эти два метода, мы получаем вывод, что существует прогрессирующее состояние с произвольным числом частиц…

Ло Вэньсюань тут же взял маркер и начал писать на доске.

Аккуратные строки уравнений заполняли доску.

По мере решения, Виттен перестал хмуриться и улыбнулся. Старик с кривым носом кивнул головой.

Шепот в зале стих.

Ло Вэньсюань глубоко вздохнул и перестал писать.

— Это ответ на вопрос… Есть еще какие-нибудь вопросы?

Старик улыбнулся.

— Нет, больше никаких вопросов.

Люди в зале начали аплодировать, Ло Вэньсюань почувствовал похвалу и поддержку в атмосфере.

Ло Вэньсюань положил маркер и с облегчением вздохнул. На его лице появилась расслабленная улыбка, а голова снова заработала.

Он слушал затихающие аплодисменты в зале и невольно вздохнул.

Профессор Лу по-прежнему великолепен.

Повезло, что он спас меня.

Но…

Похоже, что он опять все сделал сам.

После этого присутствующие ученые задали еще много вопросов, на которые Ло Вэньсюань ответил один за другим. Всякий раз, когда у Ло Вэньсюаня возникали какие-то трудности, Лу Чжоу дополнял ответ.

В итоге под аплодисменты доклад закончился.

Когда Ло Вэньсюань сошел со сцены, к нему подошел старик с кривым носом и тростью в руках.

— Замечательный доклад.

Старик посмотрел на Ло Вэньсюаня и добродушно улыбнулся, отчего на его лице появилось еще больше морщин.

Однако Ло Вэньсюань не испытал особой радости от комплимента. В конце концов, Лу Чжоу тот, кто ответил на вопрос этого старика.

— Да, все прошло хорошо.

— Хорошо? Нет, это было очень хорошо. — Старик улыбнулся. — Кроме того, когда снова увидите профессора Лу, передайте ему мою благодарность. Я не ожидал, что до того, как я отправлюсь на небеса, застану объединение трех из четырех сил. Первоначально я немного беспокоился о будущем теоретической физики… Но теперь, судя по всему, мои тревоги излишними.

Ло Вэньсюань вежливо ответил:

— Я передам ему вашу благодарность… Простите, но кто вы такой?

Старик надел шляпу.

— Питер Хиггс.

— Он улыбнулся Ло Вэньсюаню, развернулся и ушел.

Хиггс!

Ло Вэньсюань посмотрел на удаляющегося Хиггса, и ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Ему показалось, что старик выглядит знакомо, но он не ожидал, что это будет Хиггс!

Однако этого следовало ожидать. Старик пропал из сообщества физиков в 2013 году, а все его фотографии в СМИ уже старые. Ло Вэньсюань впервые посетил ЦЕРН в 2014 году…

— Надо было попроситьа втограф, — пробормотал сам себе Ло Вэньсюань.

Однако Хиггс уже давно ушел…

……………………….

Аплодисменты в ЦЕРНе разнеслись по всему физическому сообществу. Ранее международное физическое сообщество все еще обсуждало уравнения Янга — Миллса, однако теперь все споры закончились.

Через три дня после доклада в ЦЕРНе Институт Клэя опубликовал заявление. Директор Института Клэя, профессор Джаффе, объявил, что он согласен с решением ЦЕРНа и сказал, что совет ищет подходящее время, чтобы вручить Лу Чжоу награду за решение проблемы.

Кроме того, телефонные ответы Лу Чжоу во время доклада стали предметом обсуждения в сообществе физиков…

Через три дня после окончания доклада, в 8 часов вечера в Швейцарии, и в полдень в Китае.

Ло Вэньсюань сидел на диване в отеле недалеко от ЦЕРНа. Он разговаривал по телефону с Лу Чжоу.

— Я, наверное, вернусь раньше.

— Что так?

— Э-э… Я хочу посетить Францию, чтобы найти немного вдохновения. — Ло Вэньсюань смущенно спросил. — Кстати, у меня заканчиваются деньги, не мог бы перевести мне немного, я верну тебе их позже.

Лу Чжоу мог слышать воду на заднем фоне. Он улыбнулся и покачал головой.

— Не занимай. Профессор Карлсон весь день писал мне. Если ты поедешь во Францию, помоги мне получить миллион наградных в Институте Франции, и я разделю половину с тобой.

Ло Вэньсюань чуть не упал с дивана.

— О чем ты! Половина…

Лу Чжоу равнодушно сказал:

— Ничего такого. Кроме того, ты мне очень помог. Я должен разделить с тобой награду.

Честно говоря, учитывая, что Лу Чжоу получал сотни миллионов на финансирование научных исследований, миллион для него ничего не значил. Его интересовал только сертификат, выданный Институтом Клэя.

В конце концов, не бывает слишком много славы. Существовало только семь таких сертификатов, поэтому он имел коллекционную ценность.

Однако Ло Вэньсюань не согласился, а начал спорить.

— Это задача тысячелетия! Эти деньги не принадлежат мне, они мне не нужны! — Ло Вэньсюань колебался. — Я могу пойти на церемонию награждения за тебя, но я не возьму деньги.

Глава 666. Прорыв в миниатюризации

В конце концов, Ло Вэньсюань все же отказался от предложения Лу Чжоу. Он сказал, что вернет чек Института Клэя Лу Чжоу.

Лу Чжоу хорошо подумал над этим и посчитал, что действительно перегнул с предложением. Поэтому он отправился в бухгалтерию Института перспективных исследований и перевел Ло Вэньсюаню 100 000 долларов на дорожные расходы. А также пожелал Ло Вэньсюаню хорошо повеселится с новой девушкой.

Ло Вэньсюань не отказался от этих денег, а также взял месячный отпуск.

Похоже, он планировал потратить все деньги…

Но Лу Чжоу было все равно.

В эти дни он получал поздравления от многих людей.

Его поздравляли студенты и коллеги из Принстона, друзья, а также ученые с которыми он пересекался на конференциях.

Так его поздравил Тао Теренс.

Лу Чжоу тесно сотрудничал с ним, когда исследовал гипотезу Гольдбаха, и они продолжали поддерживать связь. Они оба разносторонние математики, поэтому могли говорить о многом.

Во время телефонного разговора Тао Теренс сказал:

— Поздравляю, ты решил еще одну задачу тысячелетия. Институт Клэя должен обновить свой список. Кстати, не расскажешь над какой проблемой будешь работать теперь?

— Я, скорее всего, некоторое время не буду заниматься чистой математикой. Я собираюсь больше сосредоточится на прикладной математике.

— Лунный проект?

— Это в том числе.

— Звучит очень захватывающе. Моя жена работает в НАСА и она всегда рассказывает мне о своей работе, которая сильно отличается от моей области. Если однажды добьешься успеха, то прибереги для меня местечко, я никогда не бывал на Луне.

Лу Чжоу в шутку ответил:

— Если получится, однажды я проведу научный доклад о Луне.

Повесив трубку, Лу Чжоу встал и собирался пойти в столовую пообедать. Однако только убрав телефон в карман, тот тут же зазвонил опять.

Звонил Шэн Сяньфу, поэтому Лу Чжоу сразу ответил.

— Да?

— Профессор…

По голосу Шэн Сяньфу казалось, что что-то случилось, поэтому Лу Чжоу сразу же спросил:

— Он снова взорвался? Кто-нибудь пострадал? Оборудование, которое я позаимствовал, в порядке?

Шэн Сяньфу откашлялся:

— Что значит снова взорвался?! Мы здесь не делаем бомбы, зачем так говорить?

— …

Ну, термоядерная энергия ужаснее обычных бомб, да?

Но…

По крайней мере, они в безопасности.

Со вздохом облегчения Лу Чжоу спросил:

— Тогда почему ты такой таинственный?

Шэн Сяньфу потер свой нос:

— Я взволнован.

— Взволнован?

— Да… —Шэн Сяньфу кивнул, держа в руке свой телефон, и сказал дрожащим голосом. — Кажется… нам удалось.

На пару секунд воцарилась тишина.

Лу Чжоу взял себя в руки и сказал:

— Я сейчас приеду, тогда поговорим.

Лу Чжоу закончил звонок и тут же позвонил Ван Пэну.

— Заезжай за мной на факультет математики.

Ван Пэн ничего не спрашивал и просто ответил одним словом:

— Хорошо.

Через двадцать минут они приехали в институт.

Выйдя из машины, Лу Чжоу быстро прошел проверку безопасности и отправился прямо в угол института.

С момента последней аварии из соображений безопасности лабораторию переместили во временный склад рядом с институтом. Но даже тогда люди подсознательно обходили это место.

Лу Чжоу направился ко входу в лабораторию, но еще не успев открыть дверь, он услышал громкие возгласы из лаборатории.

— Что происходит? — Лу Чжоу вошел в лабораторию и увидел, Шэн Сяньфу, пребывающего в восторге.

— Идея использовать жидкий металл в качестве рабочего раствора верна! Согласно нашим данным, при использовании жидкого лития, мы смогли оказать большее звуковое давление на пузырьки! И это также более стабильно! — Взволнованно сказал Шэн Сяньфу, он дражал от возбуждения.

Услышал, что его идея сработала, Лу Чжоу не мог не улыбнуться.

Однако его больше беспокоило, как они смогли добиться успеха.

— Почему не удалось в прошлый раз?

Шэн Сяньфу взволнованно ответил:

— В прошлый раз мы пытались увеличить мощность ультразвукового генератора, но скорость потока нейтронов не увеличилась. Тогда мы поняли, что проблема кроется в газовой смеси.

— И что вы сделали?

— Мы предварительно нагрели газ!

— Вы ионизировали газ?

Шэн Сяньфу переполняла радость:

— Верно!

Лу Чжоу ошеломленно кивнул, поняв их способ.

Они нагрели и ионизировали газовую смесь дейтерия и трития, а затем впрыснули его в жидкий литий. Хотя температура ионизации составляла всего несколько тысяч градусов, что было ничто по сравнению с десятками миллионов градусов. Ионизированный газ имел большую площадь поверхности, чем в нормальном состоянии, поэтому энергия, передаваемая пузырькам, увеличивалась.

В итоге температура увеличивалась, что приближало к условию возникновения термоядерной реакции!

Профессор Ли Чанся, стоящий рядом с Шэн Сяньфу, с волнением добавил:

— Мы только что нашли более стабильный способ достижения термоядерного синтеза! Мы снова впереди всего мира!

— Да…

Лу Чжоу посмотрел на черную колбу в центре лаборатории. Он не мог не восхититься этим.

Конструкция двигателя на эффекте Холла взята из третьих обломков. Кроме того, пятиосевой станок с ЧПУ стоит в центре сборки шаттлов. Сяо Ай мог справиться со всей производственной работой. Теперь, когда они решили проблему миниатюризации управляемого термоядерного реактора, ничто не могло помешать Лу Чжоу осуществить свой план.

Конечно, даже сейчас этот реактор все еще в зачаточном состоянии. Поскольку его энергоэффективность и выходная мощность намного меньше, чем у огромного термоядерного реактора с магнитным удержанием Пань-гу. Высокая стоимость и невозможность использовать повторно исключали его использование в обычном транспорте.

Однако такой вид миниатюрного термоядерного реактора не предназначался для массового производства, так что это не имело значения.

Из-за его высокой плотности энергии и преимуществ в мощности в сравнении с традиционными батареями, плюсы перевешивали минусы.

С помощью двигателя на эффекте Холла от обломков, Лу Чжоу мог бы произвести революцию в космической отрасли, подобно тому, как порох произвел революцию в военной отрасли.

Без преувеличения можно сказать, что это открытие изменит весь мир…

Глава 667. Сделали?

Хайчжоу.

Лаборатория Китайской национальной ядерной корпорации.

Академик Ван Цзенгуан сидел в очках перед столом для экспериментов. Он придирчиво разглядывал чертеж в своей руке, напряженно размышляя.

Цель проекта миниатюризации термоядерного реактора в том, чтобы спроектировать источник электроэнергии меньшего размера для космического корабля. Теперь эту задачу возложили на Национальную ядерную корпорацию Китая, которая работала над реактором Пань-гу.

Хотя они не испытывали оптимизма в отношении этого проекта, они все же согласились участвовать.

Особой причины нет.

Потому что, помимо веры в Лу Чжоу, что уже принес им победу, это была их ответственность.

В этот момент зазвонил телефон на столе.

Ван Цзэнгуан нахмурился. Телефонный звонок раздражал его, поскольку прервал его размышления. Однако, когда он увидел имя звонившего, он сразу же ответил.

Он не успел ничего сказать, как голос с другого конца спросил:

— Академик Ван, как там генератор?

Поскольку Лу Чжоу говорил не особо серьезно, академик Ван немного расслабился и ответил:

— Не беспокойтесь о нас, мы изготовим прототип не позднее чем через месяц. А что у вас? Есть какой-то прогресс?

Генератор может и небольшой, но в нем не было ничего особенно высокотехнологичного. Главная проблема все еще крылась в самом реакторе. Если бы они не смогли создать реактор, генератор будет бесполезен.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Что вы подразумеваете под этим? Его создание считается прогрессом?

На некоторое время воцарилась тишина.

Через некоторое время академик Ван произнес:

— Эм, я не расслышал, повторите…

Лу Чжоу громко и четко произнес:

— Я сказал, мы уже решили проблему миниатюризации термоядерного реактора!

Грохот с другого конца оглушил Лу Чжоу, что он подсознательно убрал телефон от уха и посмотрел на экран.

Он уронил телефон?

Он так удивлен?

Академик Ван быстро поднял свой телефон и начал спрашивать:

— Сделали? Уже? Вы решили проблему рассеивания тепла? Он полетит в космос! Вы ведь не просто создали уменьшенную версию Пань-гу, да?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Реактор работает не на магнитном удержание, а скорее комбинация инерционного удержания и быстрого воспламенения… Я не могу нормально объяснить это по телефону, приезжайте, когда сможете.

— Приеду сейчас же.

Звонок закончился.

……………………………….

Исследовательский центр по ядерному синтезу Китайской национальной ядерной корпорации находился в Хайчжоу, прямо рядом с реактором Пань-гу. Это сделано для возможности оказывать техническую поддержку, а также из-за защищенности войсками.

Из Хайчжоу до Цзиньлина надо пересечь половину Цзянсу из-за чего добираться действительно не очень удобно.

Однако на следующее утро академик Ван Цзэнгуан с двумя своими студентами приехал для углубленного изучения.

Кроме того, директор Ли тоже приехал.

— Профессор Лу, давно не виделись!

Директор Ли посмотрел на Лу Чжоу с улыбкой на лице и протянул правую руку.

Лу Чжоу пожал ему руку и улыбнулся:

— Это большая честь, директор Ли. Прошло не так уж много времени.

Когда академик Ван увидел, что директор Ли собирался поддержать вежливый разговор ни о чем, он нетерпеливо прервал их.

— Ладно, давайте поговорим позже? Где он? Я хочу его увидеть.

Директор Ли улыбнулся:

— Э-э… господин Ван прав. Профессор Лу, давайте поговорим внутри?

Лу Чжоу улыбнулся и развернулся.

— Идите за мной.

Под руководством Лу Чжоу группа пришла в лабораторию, расположенную в углу института.

В центре лаборатории находился экспериментальный реактор, спроектированный командой проекта.

Академик Ван посмотрел на черный цилиндр, диаметр которого составлял около двух метров. Он посмотрел на разбросанные провода. И замер с широко открытым ртом.

Через некоторое время он наконец заговорил:

— Ты планируешь использовать это… для термоядерного синтеза?

Он не стал говорить свои истинные мысли.

Может ли это…

Хотя бы заработать?

Два аспиранта, стоявшие позади академика Вана, тоже смотрели с неверием.

Мало того, что это выглядит слишком неприглядно.

Но оно еще слишком небольшое.

Учитывая необходимость добавить изоляционный и защитный слоя от нейтронов, цилиндр диаметром два метра мог вместить только активную зону шириной в пару сантиметров.

Услышав неверие в словах академика Вана, Лу Чжоу усмехнулся.

— Он и правда выглядит немного простоватым, но он компактный и в нем есть все, что нужно. В конце концов, это всего лишь экспериментальный реактор, для установки на оборудования детали будут скорректированы.

Лу Чжоу прервался и не стал утруждать себя объяснением принципа, лежащего в его основе. Он посмотрел на Шэн Сяньфу и сказал:

— Пожалуйста, продемонстрируйте директору Ли и академику Вану?

— Есть!

Шэн Сяньфу подошел к реактору и приказал двум исследователям сесть рядом с ним.

— Запустите устройство нагрева!

— Есть!

Реактор начал нагреваться. Когда температура достигла примерно 180° C, литиевый материал внутри изолирующего слоя постепенно начал плавиться в жидкость.

После этого в ионизационную камеру ввели газовую смесь дейтерия и трития, которая затем превратилась в плазму. Жидкий литий напоминал пулемет, когда его ввели в ядро.

В ту секунду, когда пузырьки сжались до своего минимального размера, их температура мгновенно возросла до сотен миллионов градусов.

Однако это не самое шокирующее.

Академик Ван Цзенгуан и двое его студентов уставились на значение детектора нейтронов, которое увеличивалось.

Директор Ли ничего не понимал, он сглотнул и спросил:

— Это… успех?

Академик Ван кивнул. С дрожью в голосе он сказал:

— Да!

Глава 668. Как вы это сделали?

Генератор не был еще подключен и тепло отводилось в воду через систему теплообмена, однако энергия, вырабатываемая системой, намного превышала входную. Следовательно, скорость распространения нейтронов достигла самообеспечения. Только исходя из этого термоядерный реактор успешен!

Когда установят электрогенератор ультразвуковому устройству больше не потребуется внешний источник питания. Нужна будет только литий-серная батарей большой емкости для плавления лития. Реактор сможет полагаться на собственную выработку электричества для работы.

Когда эксперимент закончился, академик Ван сразу же спросил у Лу Чжоу:

— Как вы это сделали?

Лу Чжоу с ухмылкой ответил:

— Сонолюминесценция.

Ответ ошеломил Ван Цзэнгуана, он нахмурился:

— Я думал… Доказали, что это невозможно?

Поскольку исследования магнитного и инерциальное удержание затормозились, исследования в области звукового синтеза стали популярными в 1980-х и 1990-х годах. Однако даже по сей день споры вокруг этого направления не прекращались.

Это происходило из-за противоречий. Помимо двух совершенно разных экспериментальных данных, сообщество физиков не пришло к единому мнению касательно природы сонолюминесценции.

— Есть две причины, по которым этот технический путь неосуществим. Во-первых, это изначально неправильно, а во-вторых, сам метод неправильный. Двадцать лет назад исследования в области звукового синтеза. Теоретическую основу еще не заложили. Люди просто проводили эксперименты вслепую и собирали данные, чтобы найти способы достижения термоядерной реакции, что ничем не отличается от попыток найти иголку в стоге сена. — Лу Чжоу взял маркер со стола и написал на доске несколько строчек. — Только после того, как мы определим взаимосвязь между электромагнитным и сильным взаимодействиями, мы сможем построить феноменологическую модель для ее уравновешивания. Тогда можно использовать эту модель для поиска наиболее оптимального метода.

Академик Ван некоторое время смотрел на доску и хмурился.

— Это из теории электросильного взаимодействия?

Хотя он не физик-теоретик, он занимался ядерной физикой и ядерной инженерией. Он в курсе физических исследований, особенно тех, которые касались ядерной физики.

Лу Чжоу посмотрел на академика Вана и кивнул.

— Верно.

На первый взгляд может показаться, что причина успеха в том, что Шэн Сяньфу и другие добавили небольшую ионизационную камеру между воздухозаборником и активной зоной, где нагревалась газовая смесь дейтерия и трития, а потом вводилась в жидкий литий.

Но в действительности все это было возможно благодаря теории электросильного взаимодействия.

Это как связь модели турбулентности плазмы с термоядерным реактором на магнитном удержании.

Без теоретической работы Лу Чжоу, кто знал, сколько времени потребуется, чтобы построить звуковую термоядерную машину…

Директор Ли больше не мог терпеть с вопросом:

— Мы можем разместить это на авианосце?

Лу Чжоу слегка опешил от вопроса, а затем улыбнулся:

— Я мало что знаю об авианосцах. Вам нужно проконсультироваться с инженерами-ядерщиками. Однако, хотя мощность и эффективность намного ниже, чем у Пань-гу, он лучше традиционного реактора деления… Пока все верно спроектировано, использование на авианосце или подводной лодке не должно быть проблемным.

Директор Ли вздохнул с облегчением и торжественно сказал Лу Чжоу.

— От имени страны я хочу поблагодарить вас!

Лу Чжоу улыбнулся.

— Не за что.

Лу Чжоу так много благодарили, что он уже не реагировал на это.

Однако ему было приятно от похвалы директора Ли.

Хотя он не интересовался военной промышленностью, он все еще счастлив, что мог внести свой вклад в безопасность страны.

А как использовать на авианосцах или подлодках, то это задача для морской промышленности. Институт перспективных исследований предоставит техническую поддержку, но работа по проектированию, естественно, будут выполнять специалисты.

Конечно, все это не бесплатно.

Поскольку миниатюризация термоядерного реактора финансировалась Институтом перспективных исследований, который частный научно-исследовательский институт, права на интеллектуальную собственность будут защищены патентами.

И хотя прибыль от лицензирования китайским военно-морским флота будет намного меньше, чем прибыль от патентов литий-серных батарей, Лу Чжоу не собирался заработать на этом проекте, поэтому не сильно волновался.

— Пока это термоядерное устройство в основном будет использоваться на космических кораблях. В конце концов, нам все еще нужно провести больше экспериментов. — Лу Чжоу посмотрел на академика Вана и серьезно сказал. — Итак, остался только генератор.

Академик Ван торжественно кивнул.

— Не беспокойтесь, в течении двух недель все будет!

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Рад слышать.

После того, как академик Ван засвидетельствовал устройство, он покинул институт и вернулся в Хайчжоу со своими студентами.

Самая важная часть проекта завершена. Теперь им оставалось закончить генератор.

Он должен как можно скорее завершить проектирование генератора, чтобы эффективно преобразовывать тепловую энергию в электрическую!

Что касается директора Ли, то после того, как он поужинал с Шэн Сяньфу и Лу Чжоу, он покинул Цзиньлин и вернулся в Пекин, привезя новости о прорыве в области миниатюрного управляемого термоядерного реактора.

Это касалось национальной безопасности, так что чем меньше людей знали об этом, тем лучше.

Поэтому он должен был лично доложить об этом…

Глава 669. Для большего блага

Пекин.

Во дворе дома сидел старик с бледной кожей и внимательно читал газету в руках. Когда он дочитал до определенного места, он нахмурился, но в этот момент он услышал шаги.

Он поднял глаза и увидел директора Ли, идущего к нему в сопровождении охранников. Старик посмотрел на директора Ли и улыбнулся.

— Что случилось? Еще раннее утро.

— Я только приехал из Цзиньлина. — Директор Ли глубоко вздохнул и попытался сдержать волнение.

Старик начал догадываться в чем дело, но все равно спросил.

— Что случилось в Цзиньлине?

— Эксперимент с миниатюрным термоядерным реактором… под руководством профессора Лу прошел успешно!

Не только старик, но даже охранник, сопровождающий директора Ли удивился.

Старик улыбнулся и отложил газету, а потом встал со стула.

Он подошел к директору Ли и посмотрел на большую иву во дворе, а потом с волнением сказал:

— Для странны огромная честь иметь такого ученого, как профессор Лу!

— Да… — Директор Ли тоже был взволнован.

Термоядерная ядерная энергия теперь подключена к электросети, укрепляя слабую обрабатывающую промышленность. Жизнь людей становилась лучше благодаря этому источнику бесконечной энергии. Лу Чжоу оказал большое влияние на эту страну.

Одного этого достаточно, чтобы увековечить его в истории.

Старик немного подумал, а потом внезапно спросил:

— Кто знает об этом?

Директор Ли серьезно ответил:

— Кроме исследователей, участвовавших в проекте, об этом знают только главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации Ван и двое его студентов… Я уже сказал профессору Лу, чтобы он держал это в секрете.

Все, кто знал об этом, бывшие участники проекта STAR, поэтому они надежные люди. Сохранить все в тайне не проблема.

Старик одобрительно кивнул.

— Хорошо, держи это дело в секрете.

Исследования управляемого термоядерного синтеза во всем мире застопорились, а переговоры почти подошли к концу.

Хотя экспериментальный реактор в Калифорнии шел по тому же техническому пути, что и Пань-гу, у них все еще оставалось несколько серьезных нерешенных проблем. Даже если Китай временно сократит экспорт материала СГ-1, результаты испытаний калифорнийских материалов не оправдали ожиданий.

Что касается ИТЭР, то они все те же, огромен, но не страшен…

Западные страны постепенно начали терять доверие к своим собственным исследователям, и они с нетерпением вернулись за стол переговоров с Китаем. Китай, с другой стороны, был очень рад вести переговоры в обмен на технологии и политические выгоды.

Информирование других стран о внезапном прорыве Китая в миниатюризации термоядерного реактора, несомненно, окажет негативное влияние на текущие переговоры. Западные страны стали бы жаднее и начали бы торговаться и за нее… Кроме того, миниатюрный термоядерный реактор гораздо более опасный.

Увидев одобрительный взгляд старика, директор Ли немного расслабился. Он вздохнул с облегчением и спросил:

— Тогда что насчет аэрокосмической отрасли?

— Аэрокосмической?

Директор Ли немного замешкался и выразил свою озабоченность:

— Да… если мы установим термоядерную батарею на космический корабль, то боюсь, что об этом узнают. Если произойдет несчастный случай, нашу технологию могут даже украсть.

Это беспокойство не безосновательно. В конце концов, космический корабль нечто хаотичное. Пока он в небе, всегда есть риск, что он сломается. Будет прекрасно, если батарея упадет на территории Китая, но если она упадет в море или на чужой территории, тогда будет много проблем.

Президент улыбнулся и ответил:

— Осторожность — это хорошо, но не надо излишних опасений. Кроме того, миниатюризация термоядерного реактора в первую очередь предназначалась для аэрокосмической отрасли, вы действительно думаете, что из-за этого стоит приостановить проект?

— Это… Вы правы. — Директор Ли опустил голову.

Старик посмотрел на него.

— Не беспокойтесь о профессоре Лу, просто обязательно расскажите об этом Научно-исследовательскому институту военно-морского оборудования. Еще слишком рано внедрять это в авианосцы, но думаю, что мы можем использовать это в подводных лодках!

Директор Ли кивнул и запомнил каждое слово, сказанное стариком.

— Да!

…………………

Тем временем, в Институте перспективных исследований. Лу Чжоу вызвал исследователей проекта миниатюризации термоядерного реактора в конференц-зал для недолгого собрания.

— Со мной связалось Государственный комитет по оборонной науке, технике и промышленности. Технологии уменьшенного термоядерного реактора не подходит для публичного разглашения. Давайте пока сохраним ее в секрете. У нас не будет большой церемонии или чего-то подобного, мы просто устроим праздничный банкет.

Шэн Сяньфу улыбнулся и пошутил:

— У нас только была большая церемония награждения в начале года.

Профессор Ли Чанся кивнул.

— Да, не нужно праздновать. Мы делаем это для большего блага.

Несколько других исследователей также кивнули.

Хотя грустно, что они не могли написать об этом достижении в своих резюме, участие в подобном историческом проекте почетно само по себе.

Кроме того, большинство сидящих здесь людей все еще весьма молодые. Самому старшему было всего около сорока. Большинство людей могли дожить до того дня, когда эту тайну раскроют, а до этого обычно достаточно тридцати лет.

И даже если они не застанут этого, то это напишут на их надгробиях.

Поэтому им не о чем беспокоиться…

— По поводу дальнейшего. — Лу Чжоу посмотрел на Шэн Сяньфу. — Проект подошел к концу. Мы объявим, что эксперимент провалился и что мы не получили никаких результатов… Ты можешь вернуться в Юго-Западный институт физики или обратиться в East Asia Power. Скажи куда ты хочешь пойти, и я напишу тебе рекомендательное письмо.

Шэн Сяньфу без колебаний сказал:

— Я вернусь в Юго-Западный институт физики. Я собирался вернуться туда еще после того, как Пань-гу построят.

Профессор Ли Чанся похлопал Шэн Сяньфу по плечу и сказал:

— Понимаю, хочешь повыпендриваться перед старыми коллегами?

Шэн Сяньфу подсознательно потер нос и переспросил:

— О чем ты? Я что такой человек?

— Я напишу тебе рекомендательное письмо от имени Китайской национальной ядерной корпорации и Министерства науки и технологий. Ты получишь его в течении недели. — Лу Чжоу улыбнулся и посмотрел на Ли Чанся, после чего спросил. — А как насчет тебя? Вернешься в Юхуа, отправишься в East Asia Power или в какой-нибудь другой исследовательский институт?

Профессор Ли Чанся немного заколебался.

— Я хочу остаться здесь.

Лу Чжоу удивленно посмотрел на него и спросил:

— Останешься здесь?

— Да. — Профессор Ли Чанся кивнул. — Я не гожусь для компаний, и Юхуа… Пространство для исследований ограничено. Я хочу остаться здесь.

— В Китае много исследовательских институтов, так что не обязательно оставаться здесь.

Ли Чанся отмахнулся:

— Какой научно-исследовательский институт в Китае безумнее этого?

— Хорошо. — Лу Чжоу немного подумал и сказал. — Цзиньлинский университет хочет открыть факультет ядерной физики, который должны отделить от факультета физики. Это должно помочь подготовить новую волну китайских физиков-ядерщиков. Поскольку ты раньше работал в Научно-исследовательском институте STAR, ты должен стать директором Института ядерной физики.

Ли Чанся искренне улыбнулся.

— Спасибо.

— Не за что. — Лу Чжоу улыбнулся. — Это меньшее, чего ты заслуживаешь.

Глава 670. Завершение строительства сборочного центра

На окраине Цзиньлина тяжелый грузовик Volvo ехал по бетонной дороге, оставляя за собою облако пыли.

Обычно такой грузовик остановили бы полицейские за езду по бетонной дороге. Но этот мог ехать спокойно, потому что его сопровождали две военные машины, одна спереди, а другая сзади.

Большинство бы просто отошли в сторону, глядя на это опасное сопровождение.

Машины направились на восток и въехали в самую восточную часть зоны высоких технологий. Они остановились у завода площадью в сто акров.

Мужчина в каске и рабочей одежде подошел к грузовику и перекинулся несколькими словами с человеком на пассажирском сиденье, а потом жестом дал знак машинам въехать на завод.

Рядом с воротами было название завода.

«Сборочный центр шаттлов Star Sky Technology».

Название звучало довольно футуристично.

На стоянке поблизости остановилась черная машина с красным флагом.

Ван Пэн выключил двигатель и посмотрел на военные машины. Он не мог не спросить:

— Ты правда хочешь построить шаттл?

— Да, а что такое?

— Ничего… Я думал это все только чтобы ввести в заблуждение Американцев.

В конце концов, семья Ван Пэна связана с правительством, и до него уже доходили слухи.

Он слышал, что на симпозиуме по Лунной программе обсуждался план Китая относительно управляемого термоядерного синтеза, но на самом деле это все только для того, чтобы напугать Соединенные Штаты и Европу. Он даже слышал, что Министерство науки и технологий хотело назначать Лу Чжоу главным конструктором, но Лу Чжоу настоял на том, чтобы остаться только консультантом.

Ван Пэн признавал, что подобная стратегия работала.

В конце концов, идея ускорителя масс до смерти напугала людей. Если бы ускоритель масс действительно мог отправлять тонны груза на низкую околоземную орбиту, его без проблем можно использовать для быстрых доставок…

Хотя Китай не собирался этого делать, другие страны все еще были обеспокоены.

Тем более, что Лу Чжоу главный консультант…

— Ни в коем случае, я не играю в эти политические игры, поэтому я занимаюсь этим со всей серьезностью. — Лу Чжоу улыбнулся. — Хорошо, хватит шуток, я действительно давно думал о строительстве космического корабля.

— Я думал, что ты математик.

— Я математик.

Лу Чжоу недолго сидел в машине. Выйдя из машины, он направился прямо в сборочный центр.

Благодаря Сяо Аю весь сборочный центр в теории мог обеспечить полный автоматизированный производственный процесс. Кроме инженеров, отвечающих за оборудование, электронику и техническое обслуживание, единственными необходимым персоналом были сотрудники отдела безопасности, членов которого было вдвое больше чем остальных.

Возможность автоматизировать производственный процесс до такой степени редкость даже в западных странах.

Как только придут материалы, сборочный центр сможет приступить к работе.

Лу Чжоу планировал построить здесь независимый исследовательский отдел, а также специальный центр подготовки космонавтов. Однако он не мог сделать все это сразу, так как это заняло бы много времени. Но это нельзя сделать мгновенно и потребуется некоторое время.

Лу Чжоу огляделся внутри завода, он посмотрел на ряды промышленных роботов и сделал снимок, а потом отправил фотографию Сяо Аю и улыбнулся.

— Доволен новой игрушкой?

Сяо Ай мгновенно ответил.

«Да! Очень доволен! Спасибо!»

— Хорошо… Кстати, не забывай о том, что я тебе говорил. Не делай ничего странного… Кроме того, построй шаттл в соответствии с чертежами, не добавляй никаких дополнительных компонентов.

Лу Чжоу получил чертежи шаттла от Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации. Двигатель и топливный бак изменили, в то время как остальное было точной копией.

Хотя Китай никогда не строил работающий шаттл, это не означало, что они не занимались их разработкой. Китай прекратил исследования космических челноков только после провала советского Союза.

В программе 863 много передовых технологических концепций. Причина, по которой некоторые технические пути забросили не в том, что они не плохие варианты, а в том, что они не соответствовали времени.

Если бы действительно можно было реализовать мощные электродвигатели и устройства питания, то они могли бы полностью заменить традиционные ракеты.

К счастью, Лу Чжоу уже решил обе эти проблемы.

«Не стоит волноваться! Сяо Ай позаботится об этом! (๑•ᄇ•)و]»

Лу Чжоу увидел ответ Сяо Ая и не мог не ухмыльнуться.

Даже если этот парень иногда выглядел умственно отсталым, он идеален с точки зрения послушания.

Он услышал шаги позади себя.

Лу Чжоу оглянулся и увидел Чэнь Юйшаня у входа на завод. Она подошла к нему.

Лу Чжоу посмотрел на нее и убрал телефон, а потом с улыбкой спросил:

— Зачем ты здесь?

Примерно в марте главный офис Star Sky Technology перенесли из Шанхая в Цзиньлин. Новый офис находится в деловом районе Цзиньлина, а не в зоне высоких технологий. Дорога сюда занимает не менее часа.

Чэнь Юйшань встала рядом с Лу Чжоу и улыбнулась.

— Ну, я все еще генеральный директор Star Sky Technology, как я мог не прийти в такой важный день? Как насчет тебя? Доволен?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я очень доволен, спасибо.

— Не за что. — Чэнь Юйшань ухмыльнулась и шутливо заговорила. — Кстати, я никогда не была в космосе. Если ты действительно сможешь построить этот шаттл, быть может, мы сможем совершить однодневную поездку на Луну.

— Слишком расточительно ездить на один день, мы должны остаться там по крайней мере на несколько дней.

— Тогда мы должны построить отель на Луне.

Лу Чжоу улыбнулся:

— А ты интересно мыслишь.

Чэнь Юйшань закатила глаза.

— Что значит интересно, это деловая хватка!

— Да, да, неважно.

Глава 671. Создать что-то из ничего

Лу Чжоу пробыл в сборочном центре весь день, ожидая доставки серверов.

Лу Чжоу проследил, как техники настраивают сервер, а после перевел Сяо Ая на серверы сборочного центра.

К тому времени, когда все закончилось, уже наступила ночь.

Лу Чжоу забронировал десятки столиков в самом роскошном отеле недалеко от Пурпурной горы. Он пригласил инженеров и строителей, а также сотрудников сборочного центра на праздничный ужин, выражая им свою благодарность.

Хорошо поев, Лу Чжоу вернулся домой на машине. Он уже собирался заснуть, когда Сяо Ай внезапно отправил ему сообщение.

«Хозяин, письмо!»

Лу Чжоу посмотрел на адрес отправителя и увидел, что письмо было от Китайской национальной ядерной корпорации. Он сразу же открыл его.

Письмо очень короткое, всего одно предложение.

«Электрогенератор готов.»

Лу Чжоу вылез из кровати и надел тапочки. Он прошел в свой кабинет и начал печатать на компьютере.

«Зашифруйте чертеж и отправьте его мне.»

Через пять минут академик Ван ответил.

«Хорошо.»

Вскоре Лу Чжоу получил чертежи.

Лу Чжоу скачал большое вложение и расшифровал файл. Он открыл папку и быстро просмотрел чертежи, присланные академиком Ваном.

В целом, на конструкцию этого феррожидкостного генератора большое влияние оказал генератор Пань-гу. Будь то воздухозаборник или сверхпарамагниты, конструкция напоминала конструкцию Пань-гу.

Однако даже так Китайской национальной ядерной корпорации пришлось внести множество улучшений и изменений.

В частности, в конструкцию ионизационной камеры. Они использовали изогнутую конструкцию, что уменьшило размер генератора по крайней мере на 20%. Однако им пришлось пожертвовать небольшой эффективностью преобразования энергии, но эта жертва приемлема для использования на шаттле.

Лу Чжоу посмотрел на чертежи и обратился к Сяо Аю.

— Сяо Ай.

«Да? 0.0»

Лу Чжоу с помощью мыши нарисовал круг на чертеже и спросил:

— Сможешь построить этот генератор?

«Нет проблем, хозяин, не волнуйся! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

Хотя он выглядит уверен, но точно ли не будет проблем?

Лу Чжоу немного поколебался, но в конце концов решил довериться Сяо Аю.

— Хорошо, тогда я попрошу поставщика прислать материалы. Попробуй изготовить это.

«Обещаю, что смогу это сделать! (≧∇≦*)ゝ»

………………………

В то же время в Пекине, за тысячи километров отсюда, во двор Научно-исследовательского института военно-морского оборудования медленно въехала машина.

Под конвоем нескольких сотрудников разведки флешку с информацией об уменьшенном термоядерном реакторе быстро миновала посты охраны и была доставлена в лабораторию нужному человеку.

В отличие от феррожидкостного генератора, информация об уменьшенном термоядерном реакторе можно передать только с помощью подобных примитивных методов. Это самый безопасный способ, и он не оставил бы никаких следов.

Поздняя ночь.

Академик Чжан Цзяньжун сидел в очках в тихой лаборатории и периодически хмурился. пока придирчиво читал только распечатанные документы.

Спустя долгое время он осторожно отложил чертежи.

— Это… модель термоядерного реактора для батареи?

— Да. — Ответил человек, стоявший рядом с академиком. — Мы доставили материал, пожалуйста, распишитесь здесь.

Чжан Цзяньжун ничего не сказал. Он взял ручку и подписал бумаги. После этого он вернул их мужчине.

Мужчина кивнул, повернулся и сразу же начал покидать лабораторию.

После его ухода напряженная атмосфера в лаборатории исчезла.

Исследователь в очках, сидевший рядом, прошептал:

— Я не могу в это поверить… Проект Пань-гу сотрудничал с почти сотней институтов ядерной физики всей страны. Они потратили целый год на завершение проекта. Не могу поверить, что этот столб диаметром менее двух метров способен решить другую проблему.

— Самая трудная часть любой технологии — создать что-то из ничего. — сказал другой исследователь. — Термоядерная батарея отличается от термоядерного реактора, будь то выработка энергии или энергоэффективность.

— Но благодаря этому мы сильно улучшим наши корабли.

— Да.

Все чертежи были в руках академика Чжан Цзяньжуна. Другие исследователи могли только сидеть и разговаривать.

Обычно академик Чжан распределял работу только после начала проекта. Задача каждого человека и материалы, с которым они работают, разные. До этого информация на чертежах строжайшая тайна.

Академик Чжан Цзяньжун долго смотрел на чертежи. Он не распределял работу, как обычно. Внезапно он встал.

— Завтра я поеду в Цзиньлин.

Разговаривающие исследователи удивленно посмотрели на начальника.

— В Цзиньлин?

Чжан Цзяньжун кивнул.

— Да.

— Это совершенно новый технический путь, и он сильно отличается от пути термоядерного синтеза с магнитным удержанием, которого мы пробовали.

Все исследователи в лаборатории выглядели удивленными.

Совершенно новый?

До этого все они просто думали, что профессор Лу пытался создать устройство для термоядерного синтеза с магнитным удержанием меньшего размера. Они не ожидали, что он пойдет по-другому, совершенно иному техническому пути.

— Чтобы ничего не упустить, мне лучше поговорить с профессором Лу о некоторых моментах на чертежах. Что касается всех остальных, будьте готовы. Я скоро организую работу.

Исследователи, сидевшие за столом, подсознательно кивнули.

— Когда вы уезжаете?

Чжан Цзяньжун ответил без всяких колебаний:

— Сейчас.

Глава 672. Время настоящих технологий

Во многих случаях неудовлетворительные результаты китайских исследований была не из-за самих исследователей, а в значительной степени из-за отрасли. В конце концов, многое невозможно решить просто начертив чертеж.

Будь то развитие науки или развитие технологий, они должны двигаться вперед вместе.

Лу Чжоу надеялся, что сможет сосредоточиться на теоретических исследованиях и оставить другим работу по превращению технологий в реальный продукт.

Однако, если бы он занимался только теоретическими исследованиями, ему могли бы потребоваться десятилетия, чтобы дождаться, пока его результаты станут реальностью.

На следующее утро, возле сборочного центра.

Припарковав машину, Ван Пэн посмотрел на здание и невзначай спросил:

— Что планируешь делать после того, как отправишь шаттл в космос?

Когда Лу Чжоу услышал вопрос, он улыбнулся.

— Еще не знаю, возможно, обсерваторию.

— Обсерваторию? — Ван Пэн посмотрел на него и спросил. — Когда ты заинтересовался звездами?

— Обсерватории используются не только для наблюдения за звездами. В физике есть раздел, который называется астрофизика. Для теоретической физики эксперименты — один из способов доказать выводы, но это не единственный способ. Особенно в случае проблем, выходящих за рамки наших технических знаний, более экономичным и практичным решением является поиск подсказок в космосе.

Фактически, так родилось много великих открытий.

Например, самое известное открытие гравитационных волн — результат наблюдений астрофизиков. Существование гравитационных волн впервые заметили, когда две черные дыры, находящиеся на расстоянии 1,3 миллиарда световых лет, слились в одну.

— Похоже на поиск иголки в стоге сена.

— Вот так и проходят научные исследования. — Лу Чжоу отстегнул ремень безопасности и спросил. — Хочешь посмотреть?

— А мне можно?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Проходи, если хочешь. Это просто какие-то машины, ничего секретного.

Ван Пэн вышел из машины и последовал за Лу Чжоу в этот таинственный сборочный центр.

Если смотреть снаружи, то сборочный центр защищен высокими заборами с колючей проволокой и охранниками с электрическими дубинками. Однако, как только они вошли внутрь, сборочный центр ничем не отличался от любого другого крупного обрабатывающего центра.

Они прошли до центра завода, где к ним подошел сотрудник.

— Прибыли материалы, вот список.

После того, как сотрудник передал Лу Чжоу документы, он взглянул на список и подтвердил, что все необходимые материалы прибыли, потом он поставил свое имя на бумагах.

— Скажи сотрудникам на складе, чтобы переместили материалы сюда.

— Есть!

Сотрудник кивнул и быстро направился к складу.

Лу Чжоу жестом подозвал Ван Пэна, и они продолжили прогулку.

Ван Пэн оглядел здание.

В последний раз, когда он приходил сюда, все оборудование находилось в разных коробках. Но теперь оно аккуратно расставлены по всему зданию.

Единственное, чего он не понимал, где все рабочие.

Будет ли оборудование работать само?

Ван Пэн недоумевал, он еще раз окинул взглядом завод, а потом спросил у Лу Чжоу:

— Работа начинается сегодня?

Лу Чжоу кивнул и дал простой ответ.

— Да, Китайская национальная ядерная корпорация вчера прислала чертежи, я планирую попробовать обработать материалы по ним.

Ван Пэн не мог не спросить.

— Тогда почему здесь нет никаких рабочих?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Потому что они нам не нужны.

Ван Пэн впал в ступор, не понимая, что происходит.

Однако вскоре после этого он понял, о чем говорил Лу Чжоу.

Он увидел большой автоматизированный логистический грузовик, припаркованный на разгрузочном пункте.

После разгрузки материалов, группа небольших роботов-погрузчиков двинулась к куче материалов. Они начали брать, перемещать и размещать материалы. Это поражающее зрелище.

Однако это только начало.

Роботы-погрузчики подобны эритроцитам в кровеносных сосудах, посылающим важные химические вещества в органы.

Вскоре лист металла превратился в корпус генератора, который переместился на другого робота.

После этого несколько манипуляторов начали заполнять внутреннюю часть металлического корпуса компонентами генератора, такими как стабилизатор и нагревательное устройство. Они работали с невероятной скоростью. После этого они спокойно ждали робота с магнитной катушкой для завершения следующего этапа сборки.

Алгоритмы нейронных сетей контролировали каждое мгновение производственного процесса. Каждая часть производственной линии полностью контролировалась искусственным интеллектом, что максимизировало ее эффективность.

Единственным местом на производственной линии, где требовались люди, была погрузка и разгрузка крупных транспортных средств.

Ван Пэн стоял рядом с Лу Чжоу. Он не сильно изменился в лице, но в глубине души он был полностью потрясен.

Через какое-то время он пробормотал:

— Если эти роботы станут повсеместно, все люди потеряют работу.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Ты слишком много думаешь. Даже в развитых странах будет невозможно везде распространить подобное оборудование. Кроме того, если это когда-нибудь станет повсеместным, это может быть благом.

Совершенствование производственных технологий вывело бы работников на более высокий уровень. Даже если это приведет к ряду социальных проблем в краткосрочной перспективе, это принесет пользу развитию цивилизаций в долгосрочной перспективе.

Лу Чжоу хотел еще что-то сказать, как к ним подошел техник.

— Профессор, кто-то ищет вас снаружи.

— Кто?

— Они утверждают, что они из Научно-исследовательского института военно-морского оборудования. Похоже, лидер группы академик Чжан Цзяньжун.

Академик Чжан Цзяньжун?

Лу Чжоу смутно припоминал, что слышал это имя раньше, но забыл где.

Он смутно помнил, что этот академик занимался исследованиями в области корабельной энергетики и был выпускником Лаборатории строительных материалов Института Фуян. Он также был хорошим другом Ли Цзяньгана.

Как бы то ни было, поскольку тот проделал такой долгий путь из Пекина, Лу Чжоу должен проявить к нему некоторое уважение.

Поэтому Лу Чжоу с неохотой отошел от заводских станков и посмотрел на техника.

— Отведи меня к нему.

Глава 673. Вы мой учитель

Приемная в сборочном центре.

На диване сидел седовласый старик. Несмотря на то, что ему больше восьмидесяти лет, он выглядел достаточно бодрым.

Рядом с ним сидели еще два молодых исследователя. Хотя аура у них была не такая сильная, как у старика, но они также сильно отличались от простых исследователей.

Поэтому даже если ему не представят их, Лу Чжоу мог сразу найти Чжан Цзяньжуна.

Он вдруг вспомнил, где впервые услышал об этом старике.

Тогда он разговаривал с академиком Ван Цзэнгуаном из Китайской национальной ядерной корпорации после ужина. Они поговорили о временах, когда Китайская национальная ядерная корпорация сотрудничала с Научно-исследовательским институтом военно-морского оборудования, и Ван Цзэнгуан рассказал Лу Чжоу о Чжан Цзяньжуне.

В те далекие времена, когда экономическое развитие Китая находилось на пике, Чжан Цзяньжун и 29 других экспертов со всей страны собрались для разработки первого поколения атомных подводных лодок. Что еще более удивительно, так это то, что единственными материалами, которые у них имелись, были две размытые фотографии и детская игрушечная подводная лодка из Соединенных Штатов…

Даже сейчас об этой удивительной истории все еще вспоминают.

Глядя на встающего с дивана академика, Лу Чжоу улыбнулся и протянул руку.

— Здравствуйте, академик Чжан, рад с вами познакомиться!

— Здравствуйте. — Чжан Цзяньжун пожал Лу Чжоу руку со словами. — Мне очень приятно. То, что вы сделали в Хайчжоу, зажег надежду и энтузиазм в сердцах многих маленьких детей. Хотя я не находился там, я все еще мог прочувствовать эти эмоции через экран телевизора!

Хотя старик был академиком, в нем чувствовался дух военного. Однако он не выглядел высокомерным, напротив он был дружелюбным.

— Вы слишком добры. — Лу Чжоу улыбнулся. — Мне интересно, зачем вы проделали такой долгий путь из Пекина? Что-то случилось?

— Верно. — Академик Чжан Цзяньжун кивнул. — Вчера я долго читал документы по уменьшенному термоядерному реактору. Я также долго обсуждал их со своими двумя помощниками, но я все еще не имею представления общей конструкции… Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь даже упоминал об использовании ультразвуковых волн для зажигания.

Миниатюризация термоядерного реактора один из ключевых проектов Научно-исследовательского института военно-морского оборудования. Научно-исследовательский институт военно-морского оборудования работал с Китайской национальной ядерной корпорацией над миниатюризацией реактора Пань-гу в надежде внедрить его на корабли.

Однако их проект шел не очень хорошо. По крайней мере, на данный момент они не добились никакого прогресса.

С другой стороны, Лу Чжоу разработал новую технологию.

После паузы старик произнес:

— Вы мой учитель, надеюсь, что сможете помочь мне в понимании этой технологии.

Лу Чжоу немного смутила вежливость академика.

— Я не учитель, но я могу помочь с частями, которые вам непонятны.

Старик тут же достал из кармана записную книжку и передал ее Лу Чжоу.

— Это некоторые из вопросов, которые у меня возникли при просмотре чертежей и документов. Я надеюсь, что вы сможете ответить на них.

Лу Чжоу взял у старика записную книжку и начал листать ее.

Время быстро пролетело.

Примерно через десять минут Лу Чжоу перевернул записную книжку на последнюю страницу и закрыл его.

— Давайте сделаем так. — Лу Чжоу вернул записную книжку старику и сказал. — Я могу ответить на вопросы, но это пустые разговоры. Как насчет того, чтобы я показал вам само устройство?

Все трое в приемной поразились.

Особенно два исследователя замерли с глубоким удивлением в глазах.

Лу Чжоу мог многое сказать по их лицам.

Как и ожидал Лу Чжоу, Научно-исследовательский институт военно-морского оборудования вообще не верил, что он решил проблему миниатюризации термоядерного реактора.

Хотя академик Чжан не сомневался в Лу Чжоу, двух, сопровождающих его, исследователей переполняли сомнения и недоверие.

Конечно, они не сомневались в самом Лу Чжоу, только в его заявлениях.

Хотя Лу Чжоу лауреат Нобелевской премии и медалистом Линь Юня, его концепция слишком футуристичная.

Тем более что репутация холодного синтеза не очень хороша, и многие страны потерпели неудачу в холодном синтезе еще в 1980-х годах. Поэтому большинство сразу же считали это обманом.

Правда в том, что подавляющее большинство исследовательских институтов или отдельных лиц, которые занимались исследованиями холодного синтеза, делали это только для того, чтобы получить финансирование. Но это не означало, что холодный синтез невозможен.

Допущения в научных исследованиях смертный грех.

В конце концов, многое из того, что казалось невозможным несколько сотен лет назад, теперь стало частью их мира…

В некотором смысле, звуковой синтез не категория холодного синтеза. В конце концов, мгновенный пик температур пузырьков превышал температуру внутри ядра солнца, так что это далеко не холодно. Однако ядро работало при температуре 1000–1300 градусов по Цельсию, что намного холоднее, чем миллионы градусов внутри Пань-гу.

Из-за этого, после того как исследователи Научно-исследовательского института военно-морского оборудования увидели документы, никто не поверил, что это реально.

— Термоядерное устройство… здесь? — Академик Чжан Цзяньжун удивленно посмотрел на Лу Чжоу.

Лу Чжоу достал свой телефон и улыбнулся.

— Экспериментального реактора здесь нет, но у нас есть кое-что получше.

Академик Чжан Цзяньжун нахмурился.

— Что-то лучше?

Лу Чжоу кивнул.

— Да, следуйте за мной и увидите.

Глава 674. 100 МВт

Группа людей последовала за Лу Чжоу и пришла в главное здание сборочного центра.

Академик Чжан Цзяньжун, войдя в двери завода, замер словно статуя.

Двое исследователей позади него также замерли с широко открытыми ртами.

Множество промышленного оборудования на заводе работало на высоких скоростях, полностью автоматизировано. Они перерабатывали сырье в необходимые компоненты и собирали их вместе. Эти люди видели много китайских перерабатывающих предприятий, но впервые они увидели подобный уровень автоматизации.

Лу Чжоу напечатал несколько слов в телефоне.

«Сколько еще?»

«Почти готово! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

Вскоре после этого автоматизированный погрузчик, перевозивший цилиндр диаметром два метра, медленно направился к только что собранным генераторам. Погрузчик ждал, пока манипуляторы завершат окончательную сборку.

Академик Чжан Цзяньжун наконец понял, что происходит, и закрыл рот, а потом решился спросить:

— Это?

Лу Чжоу подошел к оборудованию странной формы и постучал по цилиндру, а потом с улыбкой ответил:

— Это звуковой термоядерный реактор, который вы видели на чертежах, а это генератор электроэнергии. Выглядит немного простовато, но он будет внутри корабля, поэтому эстетичность тут ни к чему.

Академик Чжан Цзяньжун не мог не спросить:

— Значит, это собрали только что?

Лу Чжоу дал простой ответ.

— Верно.

Точнее, полчаса назад.

И генератор, и реактор с активной зоной начались делаться одновременно, когда Лу Чжоу отходил. Пока три компонента делались, рядом с ними также работала вакуумная производственная комната. В форму для ядра заливали жидкий металл при высокой температуре.

Когда Лу Чжоу и трое ученых прибыли сюда, Сяо Ай уже закончил сборку двух генераторов, и только закончил активную зону и изолирующий контейнер. Что касается окончательной сборки, то это все проще простого.

Академик Чжан Цзяньжун спросил:

— Можете ли вы продемонстрировать его для нас? За работой.

— Конечно, могу.

Лу Чжоу указал на камеру на заводе.

После того, как Сяо Ай увидел жест хозяина, он немедленно начал управлять манипуляторами и подключать провода к реактору.

Программное обеспечение уже установили и отладка завершена. После включения нагревательного и ультразвукового устройств вся машина перешла в состояние предварительного нагрева, готовясь к активации ядра.

Они спокойно подождали несколько минут. Вскоре жидкий литий внутри ядра нагрелся до нескольких сотен градусов и медленно потек под звуковым давлением.

В тоже время, начался вброс газовой смеси дейтерия и трития, которая нагревалась до состояния плазмы. Пузырьки начали непрерывно сжиматься под ультразвуковым давлением, пока перемещались со дна контейнера к верху.

Сразу после этого загорелись зеленые сигнальные огни по обе стороны реактора. Огромное количество электроэнергии хлынуло из феррожидкостного генератора, которая направлялась за пределы завода по специальной линии электропередачи…

Когда академик Чжан Цзяньжун увидел, что ничего особенного не происходит, он не мог не спросить:

— Он уже работает?

Лу Чжоу кивнул и уверенно ответил:

— Да.

Исследователь рядом с ними прошептал:

— Кажется, что ничего не происходит.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Само собой, вы здесь ничего не увидите, давайте выйдем на улицу.

Лу Чжоу развернулся и вывел трех скептически настроенных людей за пределы завода.

На выходе в лицо им ударил сильный порыв ветра.

Академику Вану стало интересно, почему ветер такой сильный, и он посмотрел в направлении ветра, а затем замер.

Рядом с фабрикой крутилось несколько высоких ветряных мельниц.

Ветряные турбины?

Стоп… Нет!

Академик Чжан Цзяньжун сразу же потрясенно спросил:

— Подождите… Они питаются от реактора?

Лу Чжоу кивнул и ответил на его вопрос.

— Конечно.

Лу Чжоу посмотрел на возвышающиеся ветряные мельницы и сказал:

— Мы должны найти способ использовать электричество, вырабатываемое термоядерной батареей. Поблизости нет ни озера, ни реки, так что пришлось воспользоваться этим.

Академик Чжан с тревогой спросил:

— Какую мощность вырабатывает этот реактор?

Лу Чжоу немного задумался, а потом ответил:

— Теоретически он может достигать сотни мегаватт. Нам просто нужно контролировать скорость впрыска дейтерий-тритиевого газа. Однако генерировать электроэнергию так немного дорого, и сейчас некуда девать избыток электроэнергии, поэтому не могу показать.

Лу Чжоу беспомощно взглянул на академика.

10 МВт могут использовать несколько ветряных мельниц за пределами завода. Если бы они увеличили мощность до 100 МВт, Лу Чжоу пришлось бы найти лазерный передатчик и преобразовывать электрическую энергию в лазер.

Чжан Цзяньжун и двое исследователей выглядели удивленными.

100 МВт!

Хотя это не очень много, многие тепловые электростанции могли вырабатывать всего пару сотен мегаватт. Однако эта батарея не стационарный объект. Это всего лишь переносная термоядерная батарея!

Два реактора на воде под давлением на авианосцах типа «Нимиц» имели суммарную мощность всего 194 МВт. Однако они весили 900 тонн!

Хотя эта термоядерная батарея также была тяжелой, она не приближалась к 900 тоннам.

Кроме того, еще важный критерий объем.

Одной из самых больших целей в атомной энергетике был поиск уменьшения размеров оборудования. Этот термоядерный реактор обладал огромными преимуществами. Это, несомненно, выгодно для атомных авианосцев.

Кроме того, что больше всего удивило академика Чжана Цзяньжуна, так это то, что это только первое поколение термоядерных батарей.

Как только эта технология станет зрелой, максимальная мощность увеличится!

Что касается двух исследователей, стоящих позади академика Чжан Цзяньжуна, то их переполняли различные эмоции.

До того, как они приехали сюда, им даже не верилось, что звуковой синтез возможен.

Однако правда оказалась прямо у них перед глазами и разбила их непоколебимое мнение.

Они не хотели в это верить, но им пришлось признать, что Лу Чжоу прав.

Миниатюризация термоядерного реактора удалась.

Лу Чжоу смог выполнить эту почти невыполнимую задачу!

Глава 675. Раздражает

После того, как два исследователя увидели это своими глазами, все их сомнения и подозрения исчезли, и они тут же начали смотреть на Лу Чжоу с обожанием.

Честно говоря, Лу Чжоу было немного неловко от такого внимания.

После пробного запуска Лу Чжоу попросил Сяо Ая остановить реактор и подождал, пока он полностью остынет, а затем попросил техников сборочного центра осмотреть радиационные повреждения корпуса реактора.

Пока они разбирали корпус реактора, академик Чжан Цзяньжун и два других исследователя наблюдали со стороны, время от времени задавая вопросы о компонентах реактора.

Хотя они уже в преклонном возрасте, они так же нетерпеливо и серьезно относились к учебе, словно им двадцать.

Это то, чем Лу Чжоу восхищался больше всего.

Он всегда верил, что пока человек продолжает учиться, он никогда не состарится.

Даже если бы их тела ослабли, их разум навсегда останется молодым.

Академик Чжан Цзяньжун, скорее всего, останется на несколько недель в Цзиньлине, чтобы побольше ознакомится лучше с звуковым синтезом, а также поднабраться техническими знаниями от Лу Чжоу. Поскольку Лу Чжоу часто занят и не мог учить его каждый день, он назначил профессора Ли Чанся ответственным за обучение этих трех исследователей.

Профессор Ли Чанся, очевидно, взялся за задание Лу Чжоу.

В конце концов, это хорошая возможность для Ли Чанся продвинуться в академической области.

Если бы он мог подружиться с таким престижным академиком из высокопоставленного военного учреждения, у Ли Чанся появилась бы надежда попасть в программу ученых Чанцзяна.

Поскольку жить в отеле не очень удобно и небезопасно. Лу Чжоу поговорил с Цзиньлинским университетом и устроил их в общежитие факультета, как группу по академическому обмену.

Вечером Лу Чжоу нашел ресторан, готовящий рыбу на гриле, недалеко от университета и пригласил трех исследователей из Научно-исследовательского института военно-морского оборудования на ужин.

Поскольку академик Чжан был довольно стар, Лу Чжоу не стал просить официанта принести алкоголь. Однако, когда жареную рыбу поставили на стол и аппетитный запах заполнил всю комнату, академик Чжан решил пойти против своего нежелания пить и попросил одного из исследователей купить бутылку Байцзю в ближайшем супермаркете.

Казалось, что Лу Чжоу излишне беспокоился.

Этот старик пил Байцзю, словно воду. Он не выглядел так, будто ему больше 50 лет.

Немного выпив, академик Чжан Цзяньжун вдруг сказал:

— Кстати, я тут кое-что вспомнил.

Лу Чжоу только вернулся из туалета. Он облокотился на спинку стула и налил себе еще рюмку.

— Что?

— Следующий год — год выборов в академики, верно?

— Вроде, да?

— Я тут подумал, а что, если вы станете академиком Инженерной академии? Или Академии наук?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я математик, в Инженерной академии для меня нет места. Если бы я мог, то, наверное, стал бы академиком Академии наук.

Академик Чжан покачал головой:

— На мой взгляд, ваши достижения в области инженерии ничем не уступают достижениям в теоретической области. Значение проекта Пань-гу сравнимо с Манхэттенским проектом!

Лу Чжоу покачал головой:

— Пань-гу не только моя работа.

Академик Чжан улыбнулся:

— Это просто ваши слова, но мы все знаем, что есть много превосходных ученых и инженеров, но никто из них не может руководить так, как вы. Как вы думаете, если бы академик Ван Цзенгуан стал главным конструктором, был бы создан термоядерный реактор?

Лу Чжоу чуть не выплюнул Байцзю изо рта.

Даже если он знал, что они хорошие друзья, это все равно немного безжалостно…

У академика Чжана внезапно блеснули глаза, и он улыбнулся:

— Как насчет того, чтобы подать заявление в Инженерную академию в следующем году? Мы уже несколько раз это обсуждали. Многие готовы написать для вас рекомендательные письма. Все пройдет как по маслу. Что касается Академии наук, то на самом деле это не важно, подадите вы заявление или нет, у них не так много финансирования.

Хотя это предложение несколько сбивало, академики той и той академий имели одинаковый статус, ни одни из них не были лучше другого. Те и те имели опыт руководства научно-исследовательскими институтами и были вице-президентами университетов.

Старик определенно слишком много выпил. Лу Чжоу улыбнулся:

— Поживем — увидим, кто знает, что может случиться.

Академик Чжан Цзяньжун отмахнулся.

— Что ты имеешь в виду? Я лично напишу для вас рекомендательное письмо! Никто не посмеет голосовать против меня!

Лу Чжоу кашлянул.

— Я подумаю об этом.

Чжан Цзяньжун улыбнулся и кивнул.

— Подумай со всей серьезностью!

Двое исследователей, сидевших рядом с ними, молча ели.

Поразительно.

Остальные должны просить его помочь, но он сам умоляет Лу Чжоу!

Как же раздражает!

……………….

Закончив есть, Лу Чжоу попрощался с академиком Чжаном. Он сел в машину Ван Пена и поехал обратно на свою виллу на Пурпурной горе.

На обратном пути он попросил Сяо Ая наполнить ванну водой. Он пошел прямо в ванную и погрузил свое тело в теплую ванну, смывая запах алкоголя со своего тела.

Тут отражались все преимущества его повышенного метаболизма. Будь то выпивка или физические упражнения, его тело восстанавливалось с безумно быстрой скоростью. Хотя академик Чжан много пил с Лу Чжоу, организм Лу Чжоу смог переработать большую часть алкоголя по дороге домой.

В каком-то смысле это удобная способность.

Лу Чжоу вышел из ванной и надел пижаму, которую положил дрон Сяо Ая, а потом пошел в кабинет.

Он хотел кое-что сделать перед сном.

Однако в тот момент, когда он сел за свой стол и включил компьютер, ему позвонили…

Глава 676. Знаешь, кем я восхищаюсь больше всего?

Звонила Чэнь Юйшань.

Подняв трубку, Лу Чжоу услышал приятный голос.

— Привет, что ты делал? Я звонила тебе ранее, но ты не брал.

— Я ел в ресторане.

Чэнь Юйшань с любопытством спросила:

— Ел? С парнем или девушкой?

— С академиком из Инженерной академии, ему за семьдесят. — Лу Чжоу кашлянул. — Не будем об этом, зачем ты позвонила так поздно?

— Ну, Комитет оборонной науки, техники и оборонной промышленности только что позвонил в нашу компанию.

— Комитет? — Лу Чжоу удивлено вскинул бровь. Ему стало любопытно. — Что они сказали?

— Они спросили, заинтересована ли Star Sky Technology в тендере в конце года по лунному проекту. Если мы заинтересованы, мы должны начать подготовку плана и передать его в течение двух месяцев.

Лу Чжоу немного подумал, а потом спросил:

— Они сказали конкретные детали?

— Конкретное детали можно найти на их сайте. Я бегло прочитала его. Грубо говоря, на первом этапе проекта требуетсы, чтобы мы предоставили план запуска с возможностью доставки на околоземную орбиту пятидесяти тонн, который будет завершен в течении пяти лет.

Пятьдесят тонн на околоземную орбиту?

Довольно амбициозно.

Следует знать, что грузоподъемность Чанчжэн-5 составляла всего 25 тонн. Ни одна из китайских аэрокосмических компаний не смогла бы выполнить эту задачу с помощью своих текущих технологий.

Что касается Чанчжэн-9, то тут трудно сказать. В конце концов, предполагалось, что его постройку завершат в 2026 году. Однако финансирование аэрокосмической отрасли значительно увеличили. Если бы они достаточно постарались, то, возможно, смогли бы уложиться в 5-летний срок.

Лу Чжоу сел на стул и некоторое время думал.

— Понял, я напишу план и пришлю через пару дней.

— Хорошо, тогда буду ждать.

Закончив звонок, Лу Чжоу включил компьютер и задумался.

Хотя в начале года он не рассматривал возможность участия в тендере по этому аэрокосмическому проекту, он не ожидал внезапного прорыва в миниатюризации термоядерного реактора.

Не говоря уже о сканирующем пистолете, который он получил в лотереи, который раскрыл секреты двигателя на эффекте Холла. Это значительно сократило его время на анализ третьих обломков.

Теперь термоядерная батарея решила проблему энергии. Самые современные пятиосевые станки с ЧПУ и усовершенствованный алгоритм нейронной сети можно использовать для сборки двигателя на эффекте Холла. Будет печально не участвовать в этом проекте.

В конце концов, на последней встрече по Лунному проекту бюджет проекта составил около двух миллиардов юаней. Подобный сжигающий деньги проект сильно повредил бы его банковскому счету, поэтому будет здорово, если кто-нибудь сможет оплатить его исследования.

Кроме того, отправка 50-тонного груза на орбиту не что-то сложное для него.

Лу Чжоу открыл word и начал печатать заголовок.

«Возможность применения технологии термоядерных батарей и ионного двигателя в аэрокосмической промышленности.»

………………………………………

Последние дни Лу Чжоу проводил свое время либо в Институте перспективных исследований, либо в сборочном центре, чтобы собрать необходимые данные для плана. Поэтому у него оставалось не так много времени на Цзиньлинский университет.

Однако это не имело большого значения. Во второй половине семестра у него не так много занятий. Всего несколько лекций по теории чисел, теоретической физике и химии.

Хотя иногда у студентов появлялись вопросы, аспиранты, которые находились в его кабинете, могли справиться с этим.

Что касается других мелочей, то с ними могли справиться его три помощника.

Через две недели после начала семестра Лу Чжоу почти закончил свой план с аргументацией. Тут ему позвонил Ло Вэньсюань, который находился в командировке в Европе.

Из телефона сразу же послышался знакомый голос.

— Жаль, что ты не смог приехать лично. Церемония награждения проходила в знаменитой Французской Академии. Ты даже не представляешь, как тщательно Институт Клэя подготовился к ней

— Правда? — Лу Чжоу волнение Ло Вэньсюаня и улыбнулся. — Я не слишком сожалею, я уже был там.

На другом конце воцарилась тишина.

Через пару секунд Лу Чжоу услышал кашель.

— Да, чуть не забыл, ты уже второй раз получаешь эту награду.

Черт, совсем забыл.

Он опять меня шокировал!

Лу Чжоу не знал, о чем думал Ло Вэньсюань. Он улыбнулся и сказал:

— Не забудь поблагодарить за меня профессора Карлсона, Джаффи и Виттена.

Ло Вэньсюань беспомощно вздохнул:

— Я знал, что ты это скажешь. И уже сделал это… Кстати, я отправил тебе медаль и чек из Института Клэя по почте. Не забудь проверить её.

— По почте? Почему решил на лично вернуть?

— Путешествовать с чеком на миллион долларов и медалью из чистого золота? Ты думаешь, я сумасшедший?

— Ладно, тогда как долго ты планируешь оставаться во Франции?

— Ха-ха, это… Я еще не решил. — Ло Вэньсюань посмотрел в окно своего отеля и зевнул. — По крайней мере, до конца месяца, пока не закончится отпуск? Я планирую отправиться в Лихтенштейн.

— …

Он все еще ненадежен.

Но он выполнил поручение, поэтому Лу Чжоу не стал ничего говорить по этому поводу.

Лу Чжоу вздохнул:

— Ладно, тогда просто возвращайся после поездки.

— Без проблем! На самом деле, я не совсем в отпуске, я гуляю, чтобы набраться вдохновения. Знаешь, кем я восхищаюсь больше всего?

— Кем?

Не мной же?

Пожалуйста, пусть не мной…

— Шредингером! Он создал великое волновое уравнение в предгорьях Альп со своей возлюбленной! Я думаю, ты понимаешь, о чем я, точно так же, как ты обучая студентов получаешь вдохновение, я получаю вдохновение…

— Да иди ты!

Лу Чжоу повесил трубку и бросил свой телефон на стол.

Он посмотрел на готовый план экране компьютера и дважды все проверил. Он сохранил файл и отправил его Комитету оборонной науки, техники и оборонной промышленности.

Он был уверен, что после того, как они увидят, от кого письмо, то серьезно отнесется к его предложению.

Что касается Ло Вэньсюаня…

Сейчас нет никаких проектов по физике, где Лу Чжоу нуждался бы в его помощи, поэтому Лу Чжоу решил просто оставить его в покое.

Глава 677. Поднимите руки

Китайское национальное космическое управление.

Внутри конференц-зала.

На экране появилось название.

«Возможность применения технологии термоядерных батарей и ионного двигателя в аэрокосмической промышленности.»

Название статьи также стало темой собрания.

Хотя название не очень длинное, в нем содержалось много информации. Настолько, что, хотя конференция началась давным-давно, никто еще ничего не говорил.

Директор Сунь окинул взглядом людей в конференц-зале и закрыл глаза, задумавшись. Через какое-то время он открыл глаза и заговорил.

— Это написал профессор Лу около двух дней назад. После того, как мы получили этот текст, лидеры Коммунистической партии Китая сказали мне обсудить это с вами. — Директор Сунь сделал паузу и убедился, что не забыл ничего. — Об этом документе… О шаттле, я хочу услышать ваше мнение.

В конференц-зале воцарилась тишина.

Через некоторое время тихий голос разнесся по залу.

— Программу шаттлов отринул Цянь Сюэсэнь по какой-то причине… Должны ли мы что-то менять?

— Мы что, будем вечно слушать Цянь Сюэсэня? Также, это было очень давно. Если бы кто-то захотел построить самолет сто лет назад, думаете ему поверили бы?

— Я согласен с профессором Юем, сейчас программы NASP в США и программа Sanger в Германии сосредоточились на многоразовых шаттлах для транспортировки в оба конца. Я уверен, что американцы потеряли больше в программе шаттлов, чем мы. Но есть причина, по которой они выбрали их. Поэтому мы не можем игнорировать их решение!

Директор Сунь сидел и спокойно слушал их дискуссию.

Хотя обсуждение несколько поверхностное, у него не было другого выбора.

В конце концов, поскольку в статье профессора Лу упоминалось много чувствительных технологий, она не подходила для публичного обсуждения или даже совещания экспертов за закрытыми дверями, поэтому информацию для участников встречи изменили. Например, термоядерную батарею описали как гипотетическую незавершенную технологию.

Поэтому большинство людей не воспринимали технологию термоядерных батарей всерьез.

На самом деле, подобное случалось и раньше в этом конференц-зале. Однако тогда не было современного мультимедийного оборудования, и участники собраний изменились.

Заместитель директора Ван окинул взглядом хаос в зале и тихо сказал:

— Директор.

— Что такое?

— Это обсуждение… нужно ли оно?

Директор Сунь нахмурился.

— О чем ты?

Заместитель директора Ван сказал:

— Начальство хочет, чтобы мы со всей серьезностью отнеслись к работе профессора Лу. Разве их намерения не очевидны?

Директор Сунь холодно ответил:

— Нам все еще нужно обсудить. Иначе, ты хочешь нести ответственность, если что-то пойдет не так?

Заместитель директора улыбнулся и закрыл рот.

Дискуссия постепенно накалилась.

Никто никого не мог убедить.

Директор Сунь посмотрел на часы и увидел, что время почти истекло, поэтому он откашлялся и громко сказал:

— Чтобы обеспечить более эффективное проведение этой встречи, я раскрою некоторую секретную информацию. Я хочу, чтобы вы все убедились, что у вас нет никаких электронных устройств на теле, и обязались, что это остается строго конфиденциальным.

В конференц-зале стало тихо.

Эксперты в комнате посмотрели друг на друга с задумчивыми лицами.

Конечно, некоторые ошарашенно посмотрели на директора Суня.

Директор Сунь ничего не объяснил. Он посмотрел на своего помощника рядом с ним и кивнул.

Помощник сразу все понял и вставил диск в компьютер на столе и быстро нашел изначальный текст работы Лу Чжоу. Там были некоторые конфиденциальные данные, а также информация, касающаяся термоядерной батареи.

Когда это показали залу, воцарилась мертвая тишина.

Прошло несколько минут…

Внезапно в конференц-зале поднялся шум.

— Сто мегаватт! Это невозможно!

— Если мощность такая… то нужная тяга не невозможна.

— Это же смешно! Даже если мощность такая, то электродвигатель не обязательно достигнет нужной тяги.

До сих пор самым мощным ионным двигателем в мире была система NEXT от НАСА, которая имела выходную мощность 6,8 кВт при тяге всего 0,236 Н.

Тяга в тысячи ньютонов…

Для этого потребовалась бы энергия порядка МВт, но ни один ионный двигатель в этом мире не смог бы использовать эту энергию.

Старый профессор в очках посмотрел на данные.

— Какой ионный двигатель способен достичь такого уровня мощности…

— Это же не обман для финансирования?

— Невозможно, профессор Лу написал это сам! Думаете, ему не хватает финансирования исследований?

— Верно. Но что же это еще, если не обман?

— А что, если он действительно смог?

— Тихо!

Громкий голос прервал хаос в зале.

Директор посмотрел на экспертов и сказал:

— Я не специалист, поэтому не могу оценить надежность этого. В конце концов, я летал на многих самолетах, но никогда не летал на шаттле. Вы же все эксперты в области аэрокосмической промышленности. За последние два десятилетия аэрокосмическая промышленность нашей страны с вашей помощью добилась больших успехов. Мы не только совершили технологические прорывы, но и завершили то, что другие страны и представить себе не могли. Поэтому я верю в ваше решение.

Директор Сунь использовал только одно предложение, чтобы положить конец этому спору.

— Поднимите руки для голосования.

На какое-то время стало тихо.

Эксперты внимательно просмотрели данные на проекторе и призадумались.

Потом поднялась одна рука.

Затем вторая…

Затем третья…

Через какое-то время директор Сунь оглядел зал и начал считать.

Одиннадцать из двадцати человек подняли руки.

Хотя некоторые воздержались, большинство высказалось за это предложение.

Директор Сунь оглядел комнату и кивнул, а потом сказал решение, которое уже принял.

— Проект одобрен! Встреча закончена!

Глава 678. Финансирование одобрено

За шаттлами тянулась долгая история.

С момента завершения программы «Аполлон» в Соединенных Штатах в 1960-х годах основное внимание при разработке шаттлов уделялось простоте обслуживания и возможности многократных запусков. Советский Союз внимательно следил за Соединенными Штатами в космической гонке и успешно запустили три космических шаттла, таких как «Буран».

Китай тоже не хотел отставать, и также вносил изменения в свои планы.

Например, проект 863-204, так называемая «транспортная система земля-космос». На ранних стадиях торгов китайские аэрокосмические эксперты активно обсуждали шаттлы. Люди, поддерживающие идею с шаттлом, одержали верх.

Однако, как только все, казалось, получилось, план передали Цянь Сюэсэню, который в те времена уже собирался на пенсию.

После того как он прочитал план, он написал в ответ только одну строчку. Эта строка полностью изменила технический путь шаттлов, а также изменила аэрокосмическую промышленность Китая.

«Это ужасная идея».

Оглядываясь сейчас назад, можно осознать, что это решение, несомненно, было правильным.

Шаттлы не такие прекрасные, как кажется. Даже две сверхдержавы не смогли осуществить свои мечты об удобных космических путешествиях.

Если взять Соединенные Штаты за основу, расчетный срок службы шаттла «Колумбия» составляет 20 лет или 100 запусков, но общее число запусков всех пяти шаттлов в Соединенных Штатах едва превышает сотню. Затраты на запуск и техническое обслуживание также значительные и всегда превышали их предполагаемые бюджеты.

С другой стороны, в Советском Союзе еще хуже. Их три шаттла запустили только по разу. После 90-х годов шаттлы даже не запускали, а один из них купил музей в Германии.

Вместо излишних метаний было лучше просто придумать, как восстанавливать вторую ступень ракеты-носителя. Это обойдется примерно столько же, сколько и разработка шаттла.

Однако времена постоянно менялись.

Если посмотреть на проблему с другой стороны, то всегда можно найти способ ее решения.

Сборочный центр.

Лу Чжоу стоял рядом с промышленным роботом. Руками в перчатках он достал из пластиковой коробки металлическую трубку размером с бутылку для воды, после чего начал внимательно осматривать поверхность.

— Почему мне кажется, что размер слишком большой?

На экране управления станком появился текст.

«Прости, хозяин! Это лучшее, что смог сделать Сяо Ай…»

— Все нормально, я не виню тебя… Ты хорошо поработал.

«Правда? 0.0»

— Да.

«Ура! Φ(≧ω≦*)♪»

— …

В данный момент он держал увеличенную версию двигателя на эффекте Холла, что также было пределом, который можно получить на этом станке.

Лу Чжоу попытался попросить Сяо Ая сделать его меньше, не жертвуя производительностью. Однако уменьшая диаметр даже на миллиметр уже в геометрической прогрессии усложнялось производство. Это также повлияло на общую устойчивость.

Однако даже если не удалось полностью повторить технологию, эта имитация довольно хороша.

В двигатель диаметром 1,32 метра можно поместить 200 таких элементов. Используя газообразный ксенон в ионизационной камере плазменный шлейф может ускоряться до одной тысячной скорости света создавая максимальную тягу в 200кН.

Тяга одного двигателя составляла 200 кН, поэтому пять двигателей в общей сложности имели бы тягу в 1000 кН.

Даже при нагрузке в 50 тонн шаттл смог бы достичь первой космической скорости. И хотя он был бы медленнее, чем традиционные ракеты, у него было преимущество в том, что ему не нужно нести еще тяжелое топливо.

Единственная проблема теперь заключалась в том, что термоядерная батарея мощностью 100 МВт должна удовлетворять требованиям двигателя.

Если Лу Чжоу хотел добиться достаточной выработки энергии, ему нужно увеличить мощность термоядерной батареи.

— Похоже, придется увеличить мощность термоядерной батареи до 500 МВт… В идеале до 1000 МВт. — Лу Чжоу посмотрел на часть двигателя в своей руке. — Систему управления мощностью также нужно улучшить… Кстати, лучше использовать пять двигателей или один большой?

Лу Чжоу положил деталь обратно в пластиковую коробку и ушел с завода. Он вошел в главный офис в соседнем здании и нашел технического директора сборочного центра компании Star Sky Technology Хоу Гуана.

Говоря про него, он тоже высококлассный эксперт.

Этот старый профессор участвовал в проекте 836-204, хотя тогда он был лишь стажером. У него богатый опыт в аэрокосмической отрасли. Позже он работал профессором в аэрокосмической промышленности в университете Бэйхан.

Подобного человека трудно нанять. Однако, как только старый профессор услышал, что Лу Чжоу возглавляет команду по созданию шаттла, он немедленно принял предложение Star Sky Technology и на следующий день вылетел в Цзиньлин.

Прошло уже больше месяца с момента, как он начал тут работать.

Лу Чжоу был очень доволен его работой.

В конце концов, проектирование шаттла не входило в компетенцию Лу Чжоу, и для него лучше всего доверить это профессионалам.

— Я тщательно изучил конструкцию шаттла. Из-за размеров компонентов источника питания, двигателей, то более 40% шаттла нужно перепроектировать.

— Что это значит?

Хоу Гуан немного подумал и более понятно объяснил.

— Скорее всего придется перепроектировать всю конструкцию крыльев шаттла.

Лу Чжоу кивнул.

— Поскольку вы эксперт в этом, я сделаю то, что вы скажете. Кроме того, основываясь на вашем опыте, я хочу, чтобы вы дали мне простую оценку того, сколько будет стоить весь проект?

Хоу Гуан задумался, а потом ответил:

— По самым скромным оценкам, где-то миллиард долларов… Конечно, пока нету новой конструкции, то точно не сказать.

Миллиард долларов…

Для проекта шаттла эта цена совсем не большая. В конце концов, шаттл «Колумбия» обошелся американцам более чем в 2,5 миллиарда долларов, и это десятилетия назад. Возможность построить его всего за миллиард долларов в значительной степени обусловлена тем, что большую часть проекта завершили в 1990-х годах. И поскольку сборочный центр мог обрабатывать большинство компонентов, им требовалось только сырье.

И хотя Лу Чжоу был готов потратить деньги…

Цена в 1 миллиард долларов не вписывалась в его бюджет.

Лу Чжоу не мог не начать беспокоиться о деньгах.

Следует ли мне продать часть акций East Asia Power?

И хотя это не публичная компания, он мог легко продать свои акции. В конце концов, все знали о потенциале гигантской термоядерной компании. Однако работы в Дайя-Бэй только начались, а проект энергосистемы Юго-Восточной Азии находился только на первом этапе. Будет большой потерей продавать это сейчас

Следует ли мне взять денег у банка?

Но это аэрокосмический проект. Окупаемость очень долгая и не очевидных выгод. Трудно будет получить кредит.

Пока Лу Чжоу думал над этим, вдруг раздался стук в дверь.

Лу Чжоу посмотрел на дверь и сказал:

— Войдите.

Дверь открылась и появилась секретарь.

Секретарь не ожидала увидеть здесь Лу Чжоу и ошарашенно остановилась.

— Профессор Лу!

— Что случилось?

Она с волнением ответила:

— Финансирование, на которое мы подали заявку в Китайское национальное космическое управление, одобрили!

Глава 679. 500 Миллионов

Финансирование одобрили?

Уже?

Лу Чжоу удивился и быстро спросил:

— Сколько выделили?

— 500 миллионов!

Всего полмиллиарда?

Лу Чжоу немного расстроился, но быстро собрался.

Хотя это небольшие деньги, но они временно уменьшат их нехватку финансирования.

В конце концов, страна ориентируется на весь аэрокосмический рынок, и они не могли просто отдать все свои средства одной компании. Если он хотел выжить в аэрокосмической отрасли, ему нужно полагаться на лунный проект.

Если он сможет выиграть тендер и взять на себя некоторые исследовательские проекты Китайского национального космического управления, то ему не придется беспокоится о финансировать.

У Хоу Гуана были схожие мысли. Выслушав отчет секретаря, он нахмурился и задумался, а потом сказал:

— 500 миллионов… Должно хватить для первых двух этапов проекта, позже нам понадобиться больше финансирования.

— Да. — Лу Чжоу кивнул. — Я найду способ получить финансирование, тебе не нужно беспокоиться об этом.

Лу Чжоу улыбнулся и похлопал технического директора по плечу.

— Даже если выделенный деньги кончатся, я продам свою виллу и позабочусь, чтобы наш шаттл полетел в космос!

Хоу Гуан не находил слов.

Продать дом, чтобы построить шаттл…

Какой человек так поступит?

Хоу Гуан спросил себя, сможет ли он пожертвовать чем-то ценным ради высшего блага, и он не думал, что сможет это сделать.

Не стоит переживать, что такой человек не сможет построить шаттл!

Подумав об этом, Хоу Гуан выпрямился и торжественно пообещал.

— Я не подведу!

Лу Чжоу не ожидал, что Хоу Гуан станет таким серьезным, отчего немного смутился.

Даже если бы им понадобились деньги, он не продал бы свою виллу…

Его особняк стоил намного меньше, чем его акции или патент на литий-серную батарею.

Использование их в качестве залога принесло бы ему куда больше.

Лу Чжоу кашлянул и сменил тему.

— В общем, делайте свою работу и не переживайте о других проблемах. Мы должны попытаться выиграть крупные проекты у Китайского национального космического управления. Если сделаем это, у нас больше не будет проблем с финансированием!

Хоу Гуан кивнул.

— Понял.

…………………………….

Вирджиния.

Штаб-квартира ЦРУ.

Директор ЦРУ сидел за своим столом и внимательно читал ответ о проекте ИТЭР, который прислали из Европы.

Внезапно он услышал стук в дверь.

Он отложил бумаги, затем посмотрел на дверь и пробормотал:

— Войдите.

Дверь кабинета открылась.

Вошел агент лет сорока с папкой в руках.

— Директор, наши агенты в Китае вернулись с последней информацией. Научно-исследовательский институт военно-морского оборудования разрабатывает более надежный блок питания.

— Более надежный блок питания? — Директор нахмурился и спросил. — Вы можете сказать конкретнее?

Агент глубоко вздохнул и ответил с долей неуверенности:

— Говорят, что… это может быть уменьшенный термоядерный реактор.

— Уменьшенный термоядерный реактор? — Директор удивленно вытаращил глаза и резко вскочил с кресла, хлопнув ладонями по столу. — Достоверна ли эта информация? Есть подробный отчет?

— Информация все еще проверяется… Конечно, мы подготовили отчет.

Агент прошел вперед и положил папку на стол, потом сделал два шага назад и выпрямился, сложив руки за спиной.

Директор взял отчет и снова сел, начав внимательно читать его.

— Расчетная мощность может достигать 500-1000 МВт… Технический маршрут неизвестен, может отличаться от магнитного удержания. — Директор отложил папку и спросил. — Это единственная информация, которой мы располагаем?

Агент кивнул:

— В данный момент да.

В кабинете воцарилась тишина.

Прошло какое-то время, прежде чем директор спросил:

— Снова профессор Лу?

Агент нахмурился.

— Это возможно… но маловероятно. По словам наших агентов, в Китае, после завершения проекта стелларатора STAR-2 профессор Лу ушел со своей должности. Однако позже он продолжил исследования в области звукового синтеза, но не добился каких-либо значительных результатов… Проектную группу даже распустили в прошлом месяце.

Звуковой синтез одна из идей для холодного синтеза, и исследования в области холодного синтеза прозвали обманом Национальной академией наук и Министерством энергетики Соединенных Штатов в 80-х годах.

Похоже, что даже всемогущий профессор Лу не может одолеть этого таинственного дракона.

Хотя ЦРУ учло тот факт, что Китай мог попытаться скрыть успех экспериментов, учитывая факт того, что Лу Чжоу недавно занимался уравнениями Янга — Миллса, для него невозможно одновременно заниматься звуковым синтезом.

Скорее всего звуковой синтез приманка от китайских властей, которые использовали его для прикрытия их основных исследований в Научно-исследовательском институте военно-морского оборудования.

Директор ничего не сказал. Он постучал указательным пальцем по столу и задумался.

Через какое-то время он расслабился и заговорил:

— Вероятность того, что профессор Лу замешан в этом, невелика… Но я не думаю, что мы можем отделить это от него».

— Что вы имеете в виду?

Директор посмотрел на отчет на столе и ответил:

— На данный момент мы не уверены, является ли это уловкой Китая или они действительно добились каких-то результатов. Как бы то ни было, самое важное получить дополнительную информацию. Увеличьте количество агентов в Цзиньлине, особенно в сборочном центре шаттлом! Мне нужно знать, что делает Лу Чжоу. Также в Научно-исследовательском институте военно-морского оборудования! Если они действительно проводят исследования по миниатюризации термоядерного реактора, должны быть какие-то зацепки. Тут же сообщайте мне всю информацию!

Агент выпрямился.

— Есть, сэр.

Глава 680. Подготовка к будущему

Лу Чжоу не мог особо помочь с проектирование шаттла.

Хотя с его текущим уровнем инженерного дела он мог самостоятельно овладеть необходимыми знаниями, его силы не безграничны. Он должен вкладывать свое время и энергию в то, с чего будет максимальная отдача.

Поэтому Лу Чжоу тратил свое время на исследования того, как улучшить термоядерную батарею, чтобы максимально увеличить плотность энергии. Большая часть тепла, выделяемого двигателем на эффекте Холла, отводилась из космического корабля в виде высокотемпературной плазмы.

К счастью, благодаря Сяо Аю сложность его работы значительно снизилась.

Пока у него есть ноутбук, он мог управлять реактором с помощью роботов Сяо Ая и проверять некоторые новые интересные идеи экспериментов, находясь в десятках километров оттуда.

Пока Лу Чжоу успешно увеличил мощность примерно до 200 МВт. Что касается стоимости, то пришлось увеличить размер активной зоны на 20% и вес на 10%. Таким образом, общая плотность энергии и плотность энергии массы значительно улучшились.

Хотя до минимального требования в 500 МВт еще не близко, Лу Чжоу считал, что он не далек от успеха.

Помимо улучшения термоядерной батареи, еще была возня с документами для тендера.

Аэрокосмическая конференция в конце года пройдет менее чем через месяц. В этом году в конференции примут участие многие аэрокосмические компании. В ней примут участие не только Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация и Китайская аэрокосмическая научно-промышленная корпорация, но также OneSpace, Blue Arrow Aerospace и другие выдающиеся частные аэрокосмические компании. Даже большая тройка откликнулась на призыв.

В конце концов, инвестиции в аэрокосмическую промышленность означали налоговые льготы. Для таких крупных налогоплательщиков, как они, это означало, что государство давала деньги на их развитие аэрокосмических технологий. Не говоря уже о том, что у них имелись потребности в спутниках…

Время шло, и вскоре наступил конец сентября.

В последнюю неделю сентября Ло Вэньсюань наконец вернулся из Европы.

Увидев, как тот вошел в его кабинет, Лу Чжоу подшутил над ним:

— Нашел вдохновение?

Ло Вэньсюань кашлянул и ответил:

— Вдохновение… нельзя торопить, оно придет, само собой.

— Ну, в любом случае, у меня есть для тебя задание.

Ло Вэньсюань тут же сосредоточился.

— Какое?

Лу Чжоу не сразу сказал ему, а сначала спросил.

— Как долго ты был в ЦЕРНе?

— Наверное, около трех лет.

— Три года? — Лу Чжоу кивнул. — Ты много знаешь об адронном коллайдере?

Ло Вэньсюань не понимал, почему Лу Чжоу спрашивает об этом, но он все равно ответил:

— Немного, у меня хорошие отношения с профессором Грейером. Он часто показывал мне туннель, а также ремонт детекторов, таких как ATLAS и CMS.

— Грейер? — Лу Чжоу улыбнулся, вспоминая. — Он забавный.

— Ты его знаешь? — Ло Вэньсюань удивился, а потом хлопнул себя по лбу. — Точно, я забыл, ты стажировался в ЦЕРНе.

— Да, но я мало что знаю о ЦЕРНе, особенно о БАК. — Лу Чжоу сделал паузу, а потом продолжил. — Я планирую построить похожий для исследований в области теоретической физики.

— Построить подобный? — Ло Вэньсюаня выпучил глаза, и с недоверием посмотрел на Лу Чжоу спрашивая. — Ты хочешь построить коллайдер? Ты знаешь, сколько он стоит?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Десятки миллиардов долларов? В действительности это не так уж и много, к тому же… Я хочу построить его не на земле, а в космосе.

Ло Вэньсюань был потрясен до глубины души.

— Разве это не будет стоить еще больше?

— Тебе не нужно беспокоиться о деньгах, это моя проблема. Кроме того, нам пока не нужны деньги, мне просто нужно, чтобы ты принял участие в проектирование.

— Но я не инженер-физик.

— Я знаю, но ты эксперт в области теоретической физики, который провел три года, работая в ЦЕРНе. — Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня. — Я передам разработку кому-нибудь другому, а ты будешь отвечать за обеспечение теоретической поддержки проекта. Конечно, если тебе не интересно, я попрошу кого-нибудь другого.

— Конечно, интересно… Я просто боюсь подвести тебя.

— Не волнуйся. — Лу Чжоу похлопал Ло Вэньсюаня по плечу и сказал с улыбкой. — Я верю в тебя.

Мысль о строительстве адронного коллайдера в космосе для проведения исследований в области теоретической физики в условиях низкой гравитации и отсутствия магнитных полей всегда витали в голове Лу Чжоу, но у него никогда не было средств для ее реализации.

Теперь, когда он совершил прорыв в области управляемого термоядерного синтеза, передовые ионные двигатели положат начало новой аэрокосмической эре. Эта фантастическая идея теперь казалась осуществимой.

Вне зависимости от сложности, проектирование уже можно было начать.

Ло Вэньсюань почесал затылок и вздохнул.

— Хорошо, если тебе понадобиться моя помощь, просто скажи.

Лу Чжоу кивнул.

— Да, я отправлю подробности тебе на почту. Ладно, на этом все, ты можешь идти, если хочешь.

Ло Вэньсюань пошутил:

— Ты выгоняешь меня теперь? Ты даже не собираешься угостить меня чашкой кофе?

Лу Чжоу поднял глаза и увидел Кун Цзе, стоящую возле кофеварки.

— Кун Цзе, пожалуйста, сделай две чашки кофе, одну растворимого и одну черного, без сахара и молока.

— Хорошо. — Кун Цзе кивнула Лу Чжоу и достала из ящика пакет растворимого кофе и банку кофейных зерен. Она умело приготовила две чашки кофе и принесла их на подносе.

— Вот, наслаждайтесь!

— Спасибо!

Кун Цзе кокетливо улыбнулась и накрутила волосы на большой палец

— Не за что.

Кун Цзе вернулась к кофеварке и тоже сделала себе чашку кофе, после чего вернулась к себе за стол.

Лу Чжоу взял свою чашку кофе и сделал глоток.

Неплохо.

Вкус и температура идеальные, именно такие, как ему нравилось.

Лу Чжоу поставил чашку и посмотрел на другую чашку, которая все еще стояла на подносе, а потом взглянул на неподвижно стоящего Ло Вэньсюаня:

— Разве ты не хотел кофе? Почему ты не пьешь?

— Я…

Ло Вэньсюань открыл рот, но долго молчал.

Он нервно оглянулся, затем посмотрел на Лу Чжоу.

Лу Чжоу догадался, что тот хотел что-то сказать, но не знал как. Лу Чжоу вздохнул.

— Говори уже…

— Мне вдруг захотелось кое-что у тебя узнать…

Лу Чжоу скучающе посмотрел на него.

— Давай уже.

— Она… твоя помощница?

Лу Чжоу на мгновение опешил. Он проследил за взглядом Ло Вэньсюаня и увидел Кун Цзе, которая сидела за своим столом и разбирала документы.

— Да, а что?

Ло Вэньсюань сразу же спросил:

— У нее есть парень?

Лу Чжоу чуть не выплюнул кофе. Он поставил чашку и тихим голосом грозно предупредил.

— Предупреждаю тебя! Мне все равно, что ты доставляешь проблем другим, но если попытаешься гоняться за моими студентами или сотрудниками…

— Я что по-твоему такой человек?! Я …— Ло Вэньсюань посмотрел на Кун Цзе, потом посмотрел на Лу Чжоу, а затем перевел взгляд на окно. — Я говорю серьезно.

Лу Чжоу не находил слов.

Он уже много раз слышал эту фразу раньше.

— А раньше ты не был серьезен?

— Я всегда серьезен… Но на этот раз все по-другому. Каждый раз все по-другому. Ты же знаешь, что любовь внезапна, она подобна электронам вне ядра, никогда не знаешь, где появится в следующий раз. В одно мгновение она внезапно появится рядом с тобой.

Сдохни…

Это отвратительно…

Лу Чжоу сделал притворный жест, изображающий рвоту.

Ло Вэньсюань притворился, что ничего не видит и продолжил смотреть в сторону стола Кун Цзе.

— Посмотри мне в глаза и повтори, что ты сказал.

— Нет, я лучше посмотрю на красотку.

— Твою мать!

Глава 681. Ло Вэньсюань потерял голову от любви?

Из-за Кун Цзе Ло Вэньсюань полюбил посещать кабинет Лу Чжоу. Он либо приходил выпить кофе, либо обсудить какие-то сложные проблемы с Лу Чжоу.

Хотя Лу Чжоу не заботился о личной жизни этого парня, но Ло Вэньсюань из тех, кто меняет по нескольку девушек за месяц, и это заставляло Лу Чжоу немного беспокоится. Если бы Ло Вэньсюань действительно начал встречаться с его помощником, Лу Чжоу боялся, что это плохо закончится…

Также Лу Чжоу это весьма озадачивало, поскольку Ло Вэньсюань ранее говорил, что он никогда не встречается с людьми со своей работы.

Он изменился?

К счастью, подкаты Ло Вэньсюаня не срабатывали каждый раз. По крайней мере, с точки зрения Лу Чжоу, помощница Кун не замечала поведение Ло Вэньсюаня и занималась только своей работой.

Хотя Ло Вэньсюань был немного расстроен от этого, Лу Чжоу испытывал облегчение.

Однако Лу Чжоу начал уставать от него.

Поэтому в последний день сентября Лу Чжоу уже не мог терпеть. Он поставил чашку с кофе и вздохнул.

— Ты знаешь, что Эдвард Виттен сказал о тебе?

Ло Вэньсюань, который беспокоил Лу Чжоу обсуждением теории электросильного взаимодействия, прервался.

— Что… он сказал?

— Он сказал, что если ты потратил бы половины энергии, что тратить на женщин, то физика станет твоей любовницей.

Было еще кое-что, о чем Лу Чжоу не сказал.

Виттен когда-то думал, что Ло Вэньсюань наиболее подходящий ученик, который мог бы унаследовать его мантию и продвигать М-теорию, но, к сожалению, Ло Вэньсюаню потребовалось куча времени, чтобы выпустится…

Конечно, будет слишком обидно говорить такое, поэтому Лу Чжоу подумал, что лучше никогда не говорить этого.

Однако…

— Виттен такого высокого мнения обо мне?

А?

— Это по-твоему высокое мнение?

— Неважно, дай мне отдохнуть! Мне уже за тридцать! Если я пропущу этот шанс, кто знает, когда я еще найду настоящую любовь…

— Не втягивай меня в это!

Хань Мэнци украдкой посмотрел в их сторону, но не могла расслышать, о чем они говорят.

В этот момент постучали в кабинет.

Линь Юйсян, встала и открыла дверь, она увидела декана Циня с улыбкой и термо-кружкой в руках

— О, профессор Ло тоже здесь, я не прервал вашу беседу?

— Нет. — Лу Чжоу откинулся на спинку стула и вздохнул. — Этот парень в последнее время немного сходит с ума, я его просвещаю… Что случилось?

Декан Цинь улыбнулся:

— Я должен вам кое-что сказать, касаемо мероприятия факультета в октябре.

Мероприятие факультета?

Лу Чжоу немного удивился.

— Что за мероприятие?

— Поездка.

— Поездка?

— Да. — Декан кивнул и сел на диван, а потом с улыбкой продолжил. — Эту осеннюю поездку организовывает наш факультет математики совместно с факультетом иностранных языков. Приглашаются молодые преподаватели и сотрудники в возрасте до тридцати лет. Оно предназначено для того, чтобы дать возможность сотрудникам расслабиться и отдохнуть от напряженной работы… Конечно, главная причина возможности для молодых людей получше узнать друг друга.

— Укрепление взаимоотношений?

— Можно и так сказать, но главное дать каждому шанс развеяться. Все остановятся на ночь в отеле на пурпурной горе. Я был там пару раз, обстановка и пейзаж очень приятные. Ну что? Заинтересовались?

Было кое-что, о чем декан не упомянул. Для подобных университетских мероприятий, особенно между факультетами, основная причина проведения для того, чтобы помочь одиноким сотрудникам найти себе пару.

В конце концов, академические круги довольно замкнутые. По сравнению с другими профессиями, не так много возможностей для контакта с внешним миром. Особенно для некоторых более замкнутых учёных, без этих мероприятий они могли бы никогда не найти своих партнеров.

Что касается ситуации в отношениях Лу Чжоу…

Множество людей пытались найти ему пару.

Лу Чжоу был немного подозрительным. Он чувствовал, что декан Цинь что-то скрывает.

Он покачал головой и ответил:

— Ну что ж, я, наверное, не поеду, вы там развлекайтесь.

Декан Цинь знал, что Лу Чжоу ответит так.

— У тебя куча времени для исследований, но ты не можешь потратить даже один день на общение? Общение полезно для исследований!

Линь Юйсянь подслушала разговор, подошла с чашкой растворимого кофе, кивнула и помогла декану:

— Да, это намного полезнее, чем сидеть дома.

— Я не сижу дома.

— Сидеть в кабинете тоже самое! Молодым следует чаще гулять и веселится.

Лу Чжоу немного помолчал и вздохнул.

— Ладно, если не буду занят, то приму участие.

Он действительно не умел отказывать людям.

Особенно когда дело касалось не особо хлопотных вещей.

— Ура! — Линь Юйсян показала знак победы и с радостной улыбкой посмотрела на декана. — Декан Цинь, помощники тоже могут поехать?

Декан улыбнулся и ответил:

— Вы можете зарегистрироваться, если хотите!

Когда Ло Вэньсюань услышал, что зарегистрироваться может любой желающий, он быстро ткнул Лу Чжоу в руку и показал на себя с молящим взглядом.

Лу Чжоу закатил глаза и откашлялся.

— Кто еще хочет пойти?

На некоторое время в кабинете воцарилась тишина.

Кроме Линь Юйсянь, никто больше не поднял руку.

Это имело смысл…

В конце концов, это для преподавателей и сотрудников, студенты не хотели идти. Что касается помощников, то они тоже не заинтересованы.

Лу Чжоу одарил Ло Вэньсюаня беспомощным взглядом.

Внезапно поднялась рука.

— Эм… Я.

Лу Чжоу оглянулся и увидел Хань Мэнци с поднятой рукой.

Лу Чжоу неуверенно спросил:

— Ты тоже хочешь пойти?

Хань Мэнци покраснела и кивнула.

— Да!

Линь Юйсянь посмотрела на покрасневшую Хань Мэнци. И притворившись глупой сказала:

— Но… Ты ведь не сотрудник, верно?

— Ну…

По сравнению с Линь Юйсянь Хань Мэнци слишком невинная. Даже при том, что она хотела что-то сказать, она ничего не могла придумать.

Декан Цинь махнул рукой и улыбнулся:

— Все нормально. Аспиранты тоже могут принятьу частие. В любом случае, вы все молодые люди. Прогуляться полезнее, чем сидеть весь день в офисе!

Линь Юйсянь немного разочаровалась, но Хань Мэнци испытала облегчение.

Первоначально Хань Мэнци не хотела идти…

Просто она беспокоилась о том, что Линь Юйсянь будет с Лу Чжоу наедине.

В конце концов, Лу Чжоу ее будущий шурин!

Хань Мэнци взяла ручку и написала свое имя в регистрационном бланке декана Циня.

Ло Вэньсюань, стоявший рядом со столом Лу Чжоу, выглядел убитым горем.

Хотя помощница Кун не заинтересовалась, он все равно написал свое имя.

— Я просто пойду, чтобы успокоить голову.

Ло Вэньсюань вздохнул и передал регистрационный бланк Лу Чжоу., после чего развернулся и ушел.

Глава 682. Тьфу

Осень самое прекрасное время года в Цзиньлине.

Еще вчера летняя жара все еще пробивалась сквозь ветви деревьев, но в мгновение ока осенние листья уже покрыли землю. Группа шла по листьям, разбросанным по горной асфальтовой дороге.

— Я устала.

— Кто тебя заставлял надевать высокие каблуки?

— Я думал, что автобус довезет нас до отеля, кто ж знал, что придется идти еще пешком… Ой, это так больно.

— А тут довольно много красивых парней с факультета математики.

— О, смотрите, там профессор Лу…

— …

Лу Чжоу не знал отчего, но ему казалось, что кто-то позади пристально смотрит на него.

И далеко не один человек.

Ван Пэн шел рядом с Лу Чжоу. Он посмотрел на горы и вдруг вздохнул:

— Я живу в Цзиньлине уже почти два года, но впервые приезжаю сюда.

Ло Вэньсюань лениво сказал:

— Хех, ничего такого, я прожил здесь четыре года учась в бакалавриате и два года в магистратуре, и я тоже здесь не был.

— Два года в магистратуре? — Ван Пэн удивленно взглянул на него.

— Да, я получил предложение из Принстона на втором курсе, поэтому сразу отправился туда.

Ло Вэньсюань очень гордился этим.

Даже в таком престижном университете, как Цзиньлинский, возможность получить докторскую степень у известного профессора Эдварда Виттена выдающиеся достижение.

Линь Юйсян, которая шла рядом с ними, хлопнула в ладоши.

— Поразительно.

Эго Ло Вэньсюаня поднялось еще сильнее.

— Ха-ха, да.

Лу Чжоу не сдержался и подшутил:

— Значит, тебе потребовалось шесть лет, чтобы окончить Принстон?

Ло Вэньсюань кашлянул.

— Это все Виттен… Ладно, мы можем не говорить об этом?

Хань Мэнци шла неподалеку и не смогла сдержать смешка от их разговора. Другие профессора с математического факультета тоже улыбнулись.

Всем было весело, и Ло Вэньсюань быстро сменил тему и начал рассказывать о своем опыте в ЦЕРНе, и о своей стажировке в Брукхейвенской национальной лаборатории.

Лу Чжоу признавал, что у этого парня большой опыт. Лу Чжоу всегда хотел поехать в Брукхейвенскую национальную лабораторию, но ближе всего к ней он подобрался в разговоре с профессором Вильчеком о сигнале 750 ГэВ в кафе рядом с лабораторией.

Пройдя около пяти или шести километров, они сделали перерыв в беседке, потом продолжили пеший путь и, наконец, добрались до места назначения.

Название отеля простое. Он назывался в честь Пурпурной горы. Оформление внутри роскошное. Судя по всему, внутри также находились горячие источники, но Лу Чжоу не знал, искусственные или естественные они.

После того, как факультет математики прибыл в отель, они зарегистрировались, а через какое-то время в отель пришел и факультет иностранных языков.

Лу Чжоу осмотрел пришедших, держа в руке ключ от своего номера. В общих чертах, факультет иностранных языков походил на факультет математики. За исключением некоторых пожилых профессоров, которые все еще оставались в хорошей форме, большинство из пришедших были молодыми людьми. Единственная разница заключалась в том, что соотношение полов прямо противоположное, присутствовало даже несколько красивых и высоких преподавательниц.

Из-за большого числа людей, Лу Чжоу изначально не хотел идти, но приглашение декана Циня не оставило ему выбора.

Кроме того, он закончил большую часть работы для предстоящего тендера. Усовершенствование термоядерной батареи также находилось на завершающей стадии. Поскольку он больше не так занят работой, ему пора немного отдохнуть.

Тоже самое Чэнь Юйшань сказала ему по телефону прошлым вечером.

Это просто способ для него немного отдохнуть.

Лу Чжоу взял свою сумку и собрался подняться наверх.

Внезапно управляющий отеля вошел в холл и улыбнулся преподавателям.

— Вы все из Цзиньлинского университета? Добро пожаловать!

Декан Цинь, похоже, знал управляющего. Он подошел и пожал ему руку.

— Господин Сун, вы слишком добры.

— Что тут такого, для нашего маленького отеля большая честь разместить стольких ученых.

Декан Цинь улыбнулся:

— Этот отель совсем не маленький.

Менеджер Сун улыбнулся и ничего не ответил. Он посмотрел на Лу Чжоу, который стоял позади декана, и с удивление спросил:

— Вы… Профессор Лу?

Лу Чжоу также удивился, что его окликнули. Хотя он несколько раз появлялся в новостях, его почти не узнавали на улице.

— Да, здравствуйте.

Лу Чжоу вежливо улыбнулся.

— Это большая честь. — Управляющий Сун пожал руку Лу Чжоу. — Я не ожидал, что вы будете здесь.

— Вы знаете обо мне?

— Конечно, знаю, моя дочь боготворит вас. Она все время следит за вашим Weibo и комментирует его.

— Папа. — Сказала молодая девушка, которая пряталась за ним. Она потянула отца за руку и добавила. — Пожалуйста, прекрати.

Лу Чжоу не ожидал встретить здесь своих подписчиков. Он смущенно улыбнулся.

Эх, думаю, это и есть обратная сторона известности?

Лу Чжоу спросил:

— Сколько тебе лет?

Девушка покраснела и ответила:

— Я учусь в средней школе.

Просматривает Weibo в средней школе?

Это нехорошо.

Лу Чжоу начал читать ей нотацию.

— Не трать все свое время на Weibo, сосредоточься на учебе, и ты поступишь в хорошую старшую школу.

— Да.

Девушка смущенно кивнула.

Похоже, она серьезно отнеслась к совету Лу Чжоу.

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Кстати, что за комментарии ты пишешь в моем Weibo?

Девушка замолчала.

Менеджер Сун улыбнулся и похлопал дочь по плечу.

— Скажи, мне тоже любопытно, ты никогда не показывала мне свой телефон.

Девушка долго колебалась. Наконец она взглянула на Лу Чжоу и ответила тихим голосом:

— Например, тьфу…

— Все пишут это, поэтому я тоже решила писать Я имею в виду, вы в действительности довольно красивый, эм…

На мгновение воцарилась тишина.

Ло Вэньсюань первым не сдержался и рассмеялся. Хань Мэнци прикрыла рот руками и отвернулась. Она пыталась сдержать смех, отчего выглядела так, словно ей стало плохо.

Что касается Лу Чжоу, то он недоумевал.

Тьфу?

Что за тьфу?

Менеджер Сун внезапно отвел свою дочь в сторону.

— Что это было?

— Разве не ты просил меня рассказать?

Декан Цинь кашлянул и попытался разрядить обстановку.

— Она всего лишь ребенок, я уверен, что профессор Лу не примет это близко к сердцу.

— …

Лу Чжоу не заботило, что сказал ребенок.

В конце концов, он вполне уверен в своей внешности.

Однако управляющий выглядел немного несчастным.

По этой причине, во время обеда на столах преподавателей оказалось несколько очень вкусных крабов, приготовленных на пару. Даже Лу Чжоу, который обычно не любил морепродукты, съел несколько.

— Они хорошо сочетаются с алкоголем. — Сказал старик Тан, жуя крабовую ножку и запивая ее рисовым вином.

Другой профессор ответил:

— Ха-ха, нам стоит снова приехать сюда весной?

— Снова на Пурпурную гору?

— Хорошо, тогда я организую нашу следующую поездку, вместо этого мы можем отправиться в Бэйдайхэ.

— В Бэйдайхэ весной? Очень плохая идея.

Пока профессора математики болтали, Лу Чжоу спокойно ел своих крабов. Он вдруг кое-что вспомнил.

— Точно, какие у нас планы на день?

Профессор Тан, наполнявший свой бокал, ответил:

— Я думаю, мы отправимся в гору.

В гору…

Звучит скучно.

Лу Чжоу немного подумал и спросил:

— Могу я не идти?

Профессор Тан улыбнулся:

— Конечно, но вечернее барбекю на вершине горы. Позволь сказать, что старина Лу отправился в пригородную деревню и купил несколько бочек рыбы только для этого. Будет обидно, если ты его пропустишь!

Когда Лу Чжоу услышал, что будет рыба на гриле, он заколебался.

Хотя его не интересовали прогулки, он очень любил еду.

Особенно когда дело касалось рыбы на гриле…

— Тогда… Пожалуй, я пойду.

Глава 683. Вечер на Пурпурной горе

Во второй половине дня солнце уже начало опускаться и появился прохладный осенний ветер, благодаря чему все чувствовали себя расслабленно и комфортно.

Днем все еще по плану был поход, но в отличие от утреннего восхождения, все разделились на шесть групп по пять-шесть человек в каждой.

Ван Пэн, очевидно, состоял в команде Лу Чжоу. Ло Вэньсюань приехал в Цзиньлин всего полгода назад, так что он особо не знал других преподавателей. К тому же он не хотел знакомиться с другими девушками, поэтому присоединился к группе Лу Чжоу.

Хань Мэнци, помощница Линь и еще девушка с факультета иностранных языков также присоединились к команде Лу Чжоу. У девушки с факультета иностранных языков были роскошные длинные черные волосы. Она специализировалась на испанском языке и в прошлом году стала консультантом. У нее был очень дружелюбный и веселый характер. Хотя она единственная со своего факультета в этой группе, она хорошо влилась в компанию.

— О, профессор Лу, вы впервые приезжаете на Пурпурную гору?

Лу Чжоу немного подумал и ответил:

— Нет.

В конце концов, его вилла находился у подножия горы, и когда он выходил на прогулку, он считай шел в гору.

— Мы, местные, редко приезжаем сюда.

— Вы из Цзиньлина?

— Да, а вы?

— Я из Цзянлина.

Девушка с факультета иностранных языков улыбнулась:

— Цзянлин, звучит довольно похоже. Ха-ха, похоже, это судьба.

Э?

Судьба?

С таким разговорчивым человеком подъем был не скучный. Они сделали несколько остановок по пути. После часа ходьбы, они проходили мимо красивого кленового леса и решили остановиться и отдохнуть.

Прежде чем Лу Чжоу смог найти место, чтобы сесть, девушка с факультета иностранных языков взяла его за руку и передала Ван Пену камеру. Ван Пэн бросил вопросительный взгляд на Лу Чжоу и увидел на лице того беспомощную улыбку. Ван Пэн покачал головой и сделал несколько шагов назад, чтобы сделать снимок.

Хань Мэнци сидела на скамейке неподалеку. Она болтала ногами и время от времени бросала завистливый взгляд на фотографирующих.

Она тоже хотела сфотографироваться.

Однако по какой-то причине всякий раз, когда эта мысль приходила ей в голову, она начинала задыхаться и не могла ничего сказать.

— Тебе нравится профессор Лу?

Хань Мэнци чуть не спрыгнул со скамейки от внезапного голоса. Она обернулась и увидела, что это помощница Линь. Она бросила на нее стыдливый взгляд.

— Нет, нет! О чем ты?

Линь Юйсян ухмыльнулась и невинно моргнула.

— Ни о чем, просто ты смотрела на него весь день. Мне просто стало любопытно.

Хань Мэнци посмотрела на Линь Юйсян и ничего не сказала.

Через какое-то время она откашлялась и фыркнула.

— Не будем обо мне… Что насчет тебя?

— Меня? — Линь Юйсян улыбнулась. — Профессор Лу не в моем вкусе, он мне не нравится.

Из-за её легкомысленного тона трудно понять, лжет она или нет.

В конце концов, она всегда такая.

Хань Мэнци некоторое время пристально смотрела на нее и не могла понять, лжет она или нет. Она притворилась, будто видит помощницу Лина насквозь.

— Лгунья.

Линь Юйсян ухмыльнулась и двусмысленно сказала:

— Зачем мне лгать тебе? Хм… Хотя я не против, если между нами что-то произойдет.

Хань Мэнци тут же покраснела, и словно превратилась в испуганного кролика.

— Разве это не странно?! Он тебе не нравится, с чего бы тебе… хотеть, чтобы что-то между вами произошло?

Видя, как заволновалась маленькая девочка, Линь Юйсян не могла не поддразнить ее.

— А что такого? Он красив, богат, у него нет никаких вредных привычек. Он также довольно привлекателен. Не только я, многие другие думают так же… Посмотри на ту девушку, что фотографируется с профессором Лу, ее глаза прям пылают вожделением.

— Эм…

Хань Мэнци пристально посмотрела на Линь Юйсяна. Она поджала губы и ничего не сказала.

Линь Юйсян посмотрела чистый взгляд в глазах девушку и внезапно ощутила отвращение в своем сердце.

Однако оно быстро исчезла. Она улыбнулась и сказала:

— Ты странная, у тебя явно есть чувства к нему, но ты не хочешь в этом признаваться. — Прежде чем Хань Мэнци успела что-то ответить, помощница Линь развернулся и сделала два шага, остановившись, он добавила. — Однако… если ты когда-нибудь захочешь быть более честной с профессором Лу, я могу тебе помочь.

Сказав это, она пошла в сторону туалета.

Хань Мэнци посмотрела на уходящую Линь Юйсян и пробормотала себе под нос:

— С чего бы мне тебе верить… Подождите, нет, нет, он мне не нравится!

Хань Мэнци топнула ногой. Она не знала отчего она так рассердилась. Она встала и ушла.

…………….

Вечером солнце начало скрываться за горой.

Шесть групп прибыли к месту назначения. Они находились на одной из горных вершин.

И хотя это вершина, Лу Чжоу чувствовал, что мог еще подниматься. Однако впереди не было ровных дорог. Только несколько активных мужчин и несколько женщин продолжили исследовать горы. Остальные остались на месте сбора и установили гриль.

Это специальное место для пикников, так что тут безопасно разводить открытый огонь. Однако они должны будут убрать мусор за собой и следить за безопасностью.

Ван Пэн подошел с пластиковым ведром в руках. Увидев Лу Чжоу, спокойно сидящего там, он улыбнулся и спросил:

— Почему ты не выбираешь рыбу для жарки на гриле?

— Можешь приготовить за меня. Я люблю больше есть, чем жарить.

— Ладно. — Ван Пэн бросил несколько сомов в пластиковое ведро и встал. — Пойду принесу еще.

Небо наполнялось оранжевым оттенком, когда золотистые листья стали сливаться с ним.

Пламя от углей медленно разгоралось. Некоторые девушки с факультета иностранных языков достали свои телефоны и взволнованно делали групповые фотографии на фоне этого прекрасного пейзажа.

Что касается Лу Чжоу, то его не интересовали фотографии. Он удобно устроился под деревом и достал телефон, чтобы почитать статьи.

Время шло и вскоре все вокруг наполнилось ароматом жареной рыбы.

Ван Пэн с парой шампуров с рыбой в руках улыбнулся и сказал:

— Я не только умею готовить шашлык.

— А что еще?

— Хот-пот.

— Это считается готовкой?

Ван Пэн улыбнулся и ответил:

— Все, что связано с едой — готовка!

Вечеринка продолжалась до 8 вечера.

Они собрали свой мусор и сели в автобус, который отвез их обратно в отель.

Лу Чжоу хотел отдохнуть в своем номере, но старик Тан предложил ему посетить горячие источники.

Лу Чжоу должен был признать, что горячий источник был довольно приятным. Его даже перестало волновать искусственный или естественный он.

Лу Чжоу насухо вытерся и надел чистую одежду. Он купил банку кофе в торговом автомате и собирался вернуться в свой номер, как заметил Хань Мэнци с мокрыми волосами. Она сидела на стуле неподалеку.

Лу Чжоу посмотрел на торговый автомат и на мгновение задумался, потом он купил небольшую упаковку теплого молока и подошел к ней и сел рядом с ней.

— Твои волосы еще не высохли, ты так можешь простудиться. — Лу Чжоу дал ей упаковку теплого молока. Он открыл банку с кофе и сделал глоток.

Хань Мэнци избегала смотреть ему в глаза, когда она мягко кивнула.

— Хорошо, я вернусь и высушу их.

Лу Чжоу кивнул и ничего не сказал.

Он посмотрел на вид за окном, а потом поднялся и собрался уходить.

Однако, прежде чем он успел сделать шаг, Хань Мэнци внезапно остановила его.

— Подожди секунду.

Лу Чжоу обернулся и спросил:

— Что такое?

Хань Мэнци схватила за колени, а затем тихо спросила:

— Ты можешь посидеть здесь со мной немного?

Лу Чжоу подумал и кивнул.

— Конечно.

Он снова сел, и они оба замолчали.

Лу Чжоу выпил свой кофе и посмотрел на Хань Мэнци.

Он чувствовал, что она хотела что-то сказать.

Однако он не воспринял это слишком серьезно и не стал спрашивать ее.

У каждого свои заботы и секреты. Спрашивать о них невежливо.

Прошло несколько минут.

Хань Мэнци крепко сильнее сжала колени и посмотрела на Лу Чжоу, а потом тихо задала вопрос, что удивил Лу Чжоу:

— Что ты думаешь о моей сестре?

— Чэнь Юйшань?

Лу Чжоу посмотрел на огни города вдалеке и почувствовал вечерний ветерок на своем лице. Он немного обдумал вопрос и ответил:

— Она близкий друг, с которой я хорошо лажу.

Было два типа друзей.

Одни с кем есть общие интересы, как Ло Вэньсюань.

И другой с кем нет общих интересов, но с которыми можно просто общаться.

Для него Чем Юшань тот редкий последний тип, несмотря на отсутствие общих интересов они хорошо ладили.

Что касается других чувств…

Он тщательно обдумал это и решил, что у него их нет.

Хань Мэнци выглядела немного разочарованной, и она опустила глаза, тихо пробормотав:

— И это все?

Лу Чжоу посмотрел на нее и спросила:

— А что такое?

— Ничего…

Хань Мэнци уткнулась подбородком в колени и опустила голову.

Из-за освещения Лу Чжоу не мог видеть ее лица и мог слышать лишь тихий шепот.

— Ничего…

Глава 684. Простите

В тот вечер они больше не разговаривали.

Следующий день — последний день их поездки.

Согласно плану, группа изначально собиралась осмотреть достопримечательности, посетить пагоду и посетить Тибетский павильон.

Однако некоторые из местных учителей Цзиньлин не проявили интереса. Лу Чжоу уже был здесь дважды, поэтому тоже не заинтересовался. Поэтому некоторые из новых сотрудников и помощников рано утром собрали свои вещи и отправились в путь.

Что касается старых профессоров, которые не пошли, они стали играть в карты.

Женщина преподаватель, которая вчера болтала всю дорогу с Лу Чжоу, рано утром постучала в дверь Лу Чжоу. Она пригласила его вместе посетить пагоду, но Лу Чжоу отказался в итоге ей пришлось пойти со своими подругами.

Лу Чжоу позавтракал и направился в комнату отдыха отеля. Поскольку Ло Вэньсюань и декан Цинь тоже находились там, они начали играть в карты.

— Пара тузов.

— Все, все, я проиграл! — Ло Вэньсюань махнул рукой и улыбнулся. Он явно не мог победить тузов декана.

Декан Цинь улыбнулся и посмотрел на Лу Чжоу.

— Все равно мой ход. Каре…

Побежденный Ло Вэньсюань чуть не соскользнул с дивана от этих карт.

— Черт побери! У тебя все еще есть карты.

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не сказал. Он бросил пару Валетов на стол и бросил оставшиеся десятки.

Декан посмотрел на свои карты и нахмурился. Он вздохнул и сказал:

— Мне не следовало тогда бросать пару дам. Тогда бы я выиграл.

— Может быть, если бы ты не играл дамами, я бы играл по-другому.

— Ты знаешь, какие у меня карты?

— Глядя на это с точки зрения вероятности, я могу рассчитать шансы каждой карты в руке противника. — Лу Чжоу улыбнулся. — Это просто игра в числа, поэтому я предпочитаю играть в блэкджек.

— Я больше не играю. — Сказал Ло Вэньсюань, откидываясь на спинку дивана. — Этот парень монстр. Никто не мог победить его в Принстоне, а тем более здесь.

Он проиграл двенадцать раз подряд, и его психика полностью разрушена.

В конце концов он решил больше не играть в карты с Филдсовскими медалистами.

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и улыбнулся.

— Последний раз, я покажу тебе свои карты.

Ло Вэньсюань вскочил с дивана и тут же бросил на стол две купюры по сто юань. Он потер руки и улыбнулся.

— Хорошо, давай на этот раз сыграем по-крупному.

— …

— …

Раньше они играли на пару юаней, но теперь на столе внезапно оказалось двести…

…………………………

В конце концов, Лу Чжоу все равно победил.

Хотя важно, удача все еще играла огромную роль.

И Лу Чжоу, очевидно, родился под счастливой звездой.

Он получил оба джокера и три туза. Его удача выше крыши, он мог победить даже с закрытыми глазами.

Лу Чжоу хотел проиграть и позволить другим отыграться, но у Ло Вэньсюаня не очень хороший день.

Лу Чжоу помахал деньгами в руке и встал. Он позволил старику Тану, который только вышел из горячих источников, занять его место.

Лу Чжоу покинул комнату отдыха и вышел из отеля. Он собирался пройтись по магазинам неподалеку, когда кто-то окликнул его по имени.

— Постойте, профессор Лу.

Лу Чжоу оглянулся и увидел девушку-подростка, которую встретил вчера. Она почти бежала к нему с книгой в руках.

— Простите за вчерашнее… — Сказала девушка, виновато склонив голову.

Лу Чжоу посмотрел на девушку и улыбнулся.

— Ничего страшного, я понимаю.

В конце концов, у него много подписчиков на Weibo. Наверняка найдутся те, кто завидует его внешности.

Как только ненавистники начинали продвигать свое мнение, все больше и больше людей присоединялось к ним, даже если это не отражало их настоящих мыслей. Поэтому Лу Чжоу никогда не принимал всерьез эти комментарии.

Девушка вздохнула с облегчением и достала свой учебник математики и ручку. Она передала его ему и спросила:

— Эм, я хочу поступить в лучшую старшую школу города… Вы можете подписать его для меня?

— Конечно.

Лу Чжоу взял ручку и подписал свое имя на учебнике.

Посчитав, что это как-то незаметно, в итоге он аккуратно написал строку слов и вернул книгу девушке.

— Образование — наш пропуск в будущее, ибо завтрашний день принадлежит людям, которые готовятся к нему сегодня. — Девушка тихо прочитала строчку. Затем резко радостно посмотрела на Лу Чжоу и сказала. — Спасибо! У вас красивый почерк.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Обязательно усердно учись.

— Да! Я постараюсь.

Когда она вернулась в отель, Лу Чжоу развернулся и начал спускаться с горы. Однако он случайно встретил знакомого.

— Профессор Лу! Ха-ха, какое совпадение встретить вас здесь.

Лу Чжоу посмотрел на красное лицо Лю Ваньшаня и тоже удивился.

— Господин Лю? Какое совпадение, вы тоже здесь?

Лю Ваньшань улыбнулся и пожал руку Лу Чжоу.

— Да, мир тесен. Я отдыхаю в санатории по соседству. Я знаю поблизости хорошую чайную, хотите сходить?

Поскольку Лу Чжоу больше нечего было делать, он кивнул и ответил:

— Конечно, покажете дорогу?

Лю Ваньшань улыбнулся:

— Ха-ха, конечно. Нелегко найти это место, пойдемте.

Найти чайную оказалось не так сложно, как сказал генеральный директор Лю. Чайный домик находился на полпути к горе вверх по пешеходной тропе. Это место, где посетители могли отдохнуть и полюбоваться прекрасными горными пейзажами. Это также хорошее место для фотографирования.

Пара нашла тихое место с хорошим видом, чтобы сесть и заказать чай.

— Как у вас дела?

— Все идет отлично, благодаря вам!

Лю Ваньшань сделал глоток чая Лунцзин. Он улыбнулся и начал говорить с Лу Чжоу о том, как идут дела с его компанией.

С момента как Star Sky Technology купила их акции, Новые материалы Чжуншань также получила техническую поддержку от Star Sky Technology, что снизило их платы за патенты. Новые материалы Чжуншань быстро развивались на китайском рынке.

В частности, после того, как они недавно приобрели два местных завода по производству аккумуляторов и обновили производственную линию, они теперь контролировала полную линию по производству литий-серных аккумуляторов и получали заказы от многих электромобильных и телефонных компаний.

Благодаря влиянию технологии управляемого термоядерного синтеза весь китайский рынок аккумуляторов расширялся. Новые материалы Чжуншань стала самым прибыльным делом генерального директора Лю, приносящим миллиарды юаней в месяц.

Был также сверхпроводящий материал СГ-1. Хотя с большой вероятность правительство будет регулировать его продажи, американцы и европейцы отчаянно нуждались в нем, что приносило солидную прибыль.

— А что насчет вас? Ты все еще занимаешься аэрокосмическими исследованиями?

Лу Чжоу сделал глоток чая и ответил:

— Верно.

Лю Ваньшань кивнул и больше не спрашивал.

После стольких лет работы в бизнесе он точно знал, о чем можно спрашивать, а о чем нет.

Очевидно, что Лу Чжоу не хотел говорить об этом, поэтому он сменил тему.

— Кстати о батареях, через несколько дней состоится новый саммит производителей электромобилей. По-видимому, они будут обсуждать новый стандарт батареи. Там даже будет высокопоставленный чиновник из Министерства промышленности и информационных технологий.

Саммит производителей электромобилей?

Внезапно в голове Лу Чжоу мелькнула идея.

— Где он будет проходить?

— Здесь в Цзиньлине, вам интересно? — Лю Ваньшань улыбнулся. — Если интересно, у меня есть несколько приглашений, могу отправить вам.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Большое спасибо.

— Не беспокойтесь! Ничего такого.

Они вдвоем просидели там и пили чай до полудня.

Лу Чжоу посмотрел на часы и увидел, что кафе отеля вот-вот откроется, поэтому он попрощался с Лю Ваньшанем и вышел из чайного домика.

Возвращаясь в отель, он почувствовал, что кто-то следует за ним. Он нахмурился и оглянулся, но никого не увидел.

— Показалось?

Лу Чжоу продолжил идти к отелю.

Как только он прибыл в отель, кафе уже работало.

Лу Чжоу случайно встретил Ван Пена, поэтому он сел напротив него.

Лу Чжоу внезапно вспомнил о своем странном чувстве по дороге сюда, поэтому он рассказал об этом Ван Пену.

— Тебе показалось, что за тобой следят? — Ван Пэн нахмурился. — Может быть, это из армии?

— Армии?

— Да, за твою безопасность отвечают два отдела безопасности. Я из государственной безопасности, но еще есть армия. Однако тебе не нужно беспокоиться о своей безопасности. Служба безопасности патрулирует этот район с момента, как ты приехал сюда. Если ты все еще беспокоишься, я могу позвонить им и узнать.

— Не думаю, что это нужно. Если бы знал, что это будет так хлопотно, я бы с самого начала не поехал в эту поездку.

Ван Пэн улыбнулся:

— Нет, пожалуйста, мы не хотим, чтобы это повлияло на твою повседневную жизнь.

Более того…

Лу Чжоу никуда не выходит, он весь день сидит в лаборатории с группой пожилых мужчин. Если он так продолжит, то проведет остаток своей жизни одиноким.

Будь это кто-то другой, правительству было бы все равно.

Но личная жизнь Лу Чжоу…

Это то, о чем беспокоятся правительственные чиновники.

Лу Чжоу покачал головой и ничего не сказал.

Он не любил беспокоить других. И если мог что-то сделать один, делал это в одиночку.

Однако, даже если бы он не хотел, чтобы его так охраняли. Государство не согласилось бы. В конце концов, его личная безопасность не только его забота, но и дело страны.

Внезапно Лу Чжоу пришла в голову странная идея.

Почему бы не создать телохранителя терминатора?

С нынешним интеллектом Сяо Ая и производственными возможностями сборочного центра такое возможно.

Однако он быстро отбросил эту мысль.

Сяо Ай похож на его ребенка, кто позволит своим детям быть их телохранителем?

Кроме того, Сяо Ай подобен чистому листу бумаги. ЛуЧжоу не хотел наполнять его жестокостью

Иначе Сяо Ай может стать действительно опасным…

Глава 685. Только дети задают вопросы с несколькими вариантами ответов

Поездка для преподавателей продлилась два дня. Утром третьего дня автобус остановился у входа в отель и забрал преподавателей обратно в Цзиньлинский университет.

Лу Чжоу не занимался исследованиями эти два дня. Эта поездка действительно позволила ему расслабиться и дать отдохнуть напряженным с начала года нервам.

Когда Лу Чжоу сидел в автобусе, прислонившись головой к окну и закрыв глаза, наслаждаясь моментом отдыха. Но тут он услышал, как декан Цинь и декан факультета иностранных языков о чем-то говорили в задней части автобуса.

— Где-то пять-шесть пар.

— Пять-шесть, неплохо.

— Похоже, в следующем году у нас будет несколько свадеб?

— Кстати профессор Лу с математического факультета нашел пару?

— Не знаю, кажется, он приглянулся девушке с вашего факультета, кто знает, продвинулось ли у них что.

— Я пойду спрошу.

Лу Чжоу сидел перед ними. Он нахмурился и дважды кашлянул.

Двое стариков не знали, что Лу Чжоу сидит так близко к ним. Они неловко рассмеялись и замолчали.

Покинув автобус, Лу Чжоу направился прямо к корпусу математического факультета. По пути он позвонил Чэнь Юйшань.

Она быстро ответила и послышался приятный голос.

— Как прошло? Весело провел время?

— Довольно весело.

Чэнь Юйшань ухмыльнулась:

— Это хорошо, ты всегда в лаборатории, я беспокоилась, что тебе скучно

— Ничего подобного, когда я был в Принстоне, я оставался дома по пару месяцев. Ничего не случалась, лишь моя кожа становилась бледнее. Кстати,во время поездки я встретил Лю Ваньшанем.

Чэнь Юйшань с любопытством спросила:

— Лю Ваньшаня? Он снова просил тебя что-то сделать?

— Нет, мы просто болтали. — Лу Чжоу сделал паузу и продолжил. — Через несколько дней в Цзиньлине состоится саммит по альтернативной энергетике. Я хочу посетить его, попробуй достать мне приглашение.

Хотя у Лю Ваньшаня были запасные приглашения, Лу Чжоу не хотел ими пользоваться.

Не то чтобы Лу Чжоу сам не мог получить приглашение.

Чэнь Юйшань коротко ответила:

— Хорошо, я зарегистрирую тебя, проблем не должно быть.

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, спасибо.

Закончив телефонный разговор, Лу Чжоу пришел к себе в кабинет.

Неудивительно, что Ло Вэньсюань уже пришел сюда. Он разговаривал с Кун Цзе о различных методах обработки кофейных зерен. Кун Цзе профессионально держала улыбку, явно незаинтересовано разговаривая. К сожалению, Ло Вэньсюань этого не замечал.

Лу Чжоу покачал головой и прервал болтовню Ло Вэньсюаня.

— Прекрати мешать работе моего помощника.

Ло Вэньсюань понял, что он делает, поэтому посмотрел на помощника Кун и смущенно улыбнулся.

— Э? Мне очень жаль.

— Ничего, наслаждайтесь кофе.

Кун Цзе сдержанно улыбнулась и больше ничего не произнесла, она развернулась и ушла.

Ло Вэньсюань посмотрел, как она уходит, и с грустью взглянул на Лу Чжоу, потом шепотом сказал:

— Ты не вовремя пришел.

Лу Чжоу закатил глаза:

— Ты ничего не попутал? Это мой кабинет, твой находится в соседнем корпусе.

— Нет, я имел в виду, мог же съездить домой и оставить вещи? — Ло Вэньсюань почесал затылок. — Я думал, ты не придешь сюда сегодня.

— К сожалению, у меня не так много свободного времени. — Лу Чжоу сел за свой стол и застучал по клавиатуре. Вскоре принтер рядом с ним загудел.

Из принтера появилось несколько свежих распечаток. Лу Чжоу взял стопку бумаг и похлопал ею по плечу Ло Вэньсюаня:

— Но поздравляю, твой отпуск тоже закончился.

— Что это? — Ло Вэньсюань взял у Лу Чжоу стопку бумаг формата и взглянул на нее. А потом удивленно произнес. — Проект «Восточное кольцо» … начинается?

Так называемый проект «Восточное кольцо» заключался в постройке коллайдера в космическом пространстве. Лу Чжоу инициировал проект, и проект уже прошел стадию предварительных оценок, и теперь вступил в стадию рассмотрения.

Пока было два плана. Один из них в том, чтобы найти подходящее место на поверхности Луны, а другой в постройке на орбите. Первый зависел от способности доставлять грузы на Луну, в то время как второй от возможности построить большую орбитальную станцию. Ни то ни другое не легкое дело.

Однако…

Этот проект прошел предварительную оценку.

Ло Вэньсюань был поражен.

Лу Чжоу посмотрел на него и усмехнулся.

— Когда это я шутил с тобой о науке? Раз я сказал, то я обязательно займусь этим. — Лу Чжоу продолжил после небольшой паузы. — Этот проект уже вступил в стадию разработки. Мы будем сотрудничать со многими подразделениями, такими как Институт физики и Институт математики Китайской академии наук, а также с Китайской аэрокосмической научно-технической корпорацией, Институтом физики высоких энергий. Я хочу, чтобы ты некоторое время поработал в Пекине.

— В Пекине… Командировка?

— Да, не хочешь?

— Не то чтобы, просто… — Ло Вэньсюань выглядел немного расстроенным. — Ты же не собираешься меня отправить из-за такой мелочи?

Лу Чжоу улыбнулся видя, что на Ло Вэньсюань состроил страдальческое лицо.

Это ты виноват, что весь день пил кофе в моем кабинете, теперь доволен?

Конечно, Лу Чжоу не хотел намеренно разрушать любовную жизнь Ло Вэньсюаня… У него даже не находилось времени позаботиться о своей личной жизни.

Однако поведения Ло Вэньсюаня выходило из-под контроля.

На всякий случай Лу Чжоу решил, что тому хорошо уехать на некоторое время и успокоиться.

— Брось ты, мы говорим о Пекине. Это лишь командировка, ты вернешься через шесть месяцев. Думаю, вдали отсюда ты успокоишься. — Сказал Лу Чжоу, глядя на сопротивляющегося Ло Вэньсюаня. Он знал, что тот не собирается быть послушным. — Если будет какой-либо прогресс в работе, ты можешь сообщать об этом непосредственно помощнице Кун.

Ло Вэньсюань на мгновение замер, а потом с благодарностью замер:

— Братан, спасибо!

Лу Чжоу нахмурился и предупредил его.

— Предупреждаю, работа должна быть на первом месте.

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Будь уверен, я точно знаю, что приоритетнее!

— …

Надеюсь, что это так.

Однако хотя Ло Вэньсюань говорил легкомысленно, он никогда не подводил Лу Чжоу.

Когда Лу Чжоу подумал об этом, он почувствовал себя немного спокойнее.

— Тогда я пойду… А точно.

— Что такое?

Ло Вэньсюань уставился на бумаги в руках и с небольшим колебанием спросил:

— Сигнал 750 ГэВ… Прошло много времени, ты все еще не сдался?

Хотя сигнал 750 ГэВ не включен в план проекта постройки коллайдера, интуиция Ло Вэньсюаня подсказала ему, что это для сигнала 750 ГэВ.

Или, по крайней мере, часть проекта предназначалась для этого…

У Лу Чжоу появилась слабая ухмылка.

— Ты видел, чтобы я когда-нибудь от чего-нибудь отказывался?

Глава 686. Транспортные средства на альтернативной энергии

В проекте «Восточное кольцо» присутствовала часть эгоизма Лу Чжоу.

Он действительно стремился осуществить этот проект отчасти из-за сигнала 750 ГэВ.

Он считал, что его собственные расчеты не ошибочны. И сигналы, которые появились на двух детекторах, не просто совпадением. Хотя эксперименты LHCb ничего не обнаружили, он считал, что это либо проблема с детектором, либо методом.

Он больше не мог полагаться на ЦЕРН.

Ему нужен собственный коллайдер. Или, по крайней мере, коллайдер, над которым он имел полный контроль. Только тогда он смог бы проводить эксперименты именно так, как хотел.

Очевидно, чтобы воплотить в жизнь свои замыслы, он должен решить текущие дела.

В середине октября состоялся саммит производителей электромобилей.

Крупные игроки в автомобильной промышленности, ведущие ученые и другие крупные предприниматели, которые интересовались этой отраслью, собрались в столице.

С приглашением, которое получила Чэнь Юйшань, Лу Чжоу прибыл на саммит.

Показав свое приглашение, он собирался войти в зал, но его остановила сотрудница, стоявшая у входа.

— Господин, вам туда.

Лу Чжоу посмотрел на коридор, на который показала сотрудница, и в замешательстве спросил:

— Разве зал не тут?

Женщина вежливо ответила:

— У вас специальное приглашение для специалистов. Сиденья с правой стороны зала, пожалуйста, войдите в зал через правый коридор.

Лу Чжоу посмотрел на свое пригласительное письмо.

— Есть и такие приглашения?

Девушка ошарашенно спросила:

— Господин, разве вы не заметили этого, как получили пригласительное письмо?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся:

— Я… Генеральный директор моей компании помог мне получить приглашение, я особо не рассматривал его.

— Тогда я провожу вас.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, спасибо.

Транспортные средства на альтернативной энергии первое применение технологии управляемого термоядерного синтеза. После стандартизации автомобильных аккумуляторов в них будет инвестировано большое количество средств. Это ускорит развитие китайского автомобильного рынка и в конечном итоге приведет к отказу от традиционных машин на бензине.

К этому стремились и до прорыва в литий-серных батареях.

Для высокотехнологичных компаний, специализирующихся на исследованиях и разработках, таких как Star Sky Technology, этот саммит открывает возможности. В конце концов, после того, как установят стандарты, разработка и исследования аккумуляторов перестанут быть хаотичными.

И хотя Лу Чжоу не заинтересован в зарабатывании денег, ему не хватало средств.

Он потратил сотни миллионов юаней на проект шаттла и добился лишь небольшого прогресса. Кто знает, сколько ему придется потратить в будущем.

Вскоре после этого начался саммит.

Лу Чжоу включил запись на своем телефоне и попросил Сяо Ая собрать содержание конференции в виде заметок, потом сосредоточился на сцене.

Первым вышел второй по рангу чиновник Министерства промышленности и информатизации, секретарь Ян Чжунюань.

После приветственных аплодисментов он начал типичную вступительную речь.

В этой речи не было ничего особенно важного. Однако кое-что заинтересовало Лу Чжоу. Секретарь Ян пока говорил несколько раз упомянул фразу «умный город».

Вообще говоря, такими речами часто передавались истинные намерения руководства Китая.

— Развитие науки и техники стремительно меняет наше общество. С быстрым развитием сети и интернета, данных, облачных вычислений, искусственного интеллекта. Умные города постепенно войдут в нашу жизнь. Управляемый термоядерный синтез принес нам дешевую и чистую энергию. Эта новая энергия позволит нам реализовать все в нашем плане будущего. — Секретарь Ян сделал небольшую паузу. — Мы ясно видим, что наша экономика и общество стремительно движутся к искусственному интеллекту, а в некоторых аспектах мы даже находимся на передовых позициях. Информатизация и электрификация городов будут в нашем приоритете в течение следующих пяти лет. Я надеюсь, что вы все сможете продолжать использовать этот импульс для создания процветающего будущего.

Секретарь Ян кивнул и объявил о начале саммита.

Лу Чжоу задумчиво посмотрел на ведущего, который сменил секретаря, а затем написал строчку в блокноте.

«Литий-воздушная батарея.»

Литий-воздушные батареи более фантастичны, чем литий-серные батареи, поскольку полагались на внешний кислород для образования оксидов. Теоретически они должны иметь более высокую плотность энергии, чем литий-серные батареи. В действительности, первые обломки, которые он получил от системы, были частью литий-воздушной батареи. Поэтому не должно быть сложно перепроектировать их.

Ему даже не нужно полностью переделывать технологию. Ему просто надо следовать техническому маршруту первых обломков, и позволить Институту вычислительного материаловедения все остальное.

Просто он до сих пор сомневался, стоил ли спешить с этой технологией.

— В любом случае, пусть Ян Сюй сначала начнет разработку газообменной мембраны кислорода.

Лу Чжоу нахмурился. Он зачеркнул «литий-воздушная батарея» и написал «газообменная мембрана», а потом закрыл блокнот.

В этот момент рядом с ним раздался голос.

— Очень интересная речь, правда?

Человек обращался к нему.

Лу Чжоу повернулся и внезапно удивился.

Мужчина, сидевший рядом с ним, немного похожий на инопланетянина, добродушно улыбнулся и протянул правую руку.

— Рад познакомиться с вами, профессор Лу.

Лу Чжоу пожал ему руку.

— Здравствуйте, директор Ма.

Джек Ма улыбнулся:

— Я больше не директор, вы можете называть меня Джек Ма.

Лу Чжоу думал о своих собственных проблемах, поэтому он даже не заметил, что сидит рядом с боссом Alibaba. Однако в этом ничего особенного. Лу Чжоу просто слегка удивился.

С точки зрения денег, у Лу Чжоу определенно меньше, чем у него.

С точки зрения статуса…

Это несопоставимо.

— Господин Ма, вам также интересны электромобили?

— Нет, я не заинтересован в них. — Джек Ма покачал головой. — Я заинтересован в этой отрасли.

— Новая энергетика?

— Нет, все отрасли будущего. — Он сделал паузу на мгновение. — Как и сказал секретарь Ян, электричество станет дешевле и чище. Многие дорогостоящие идеи, которые не могли быть реализованы, станут реальностью. Не только электромобили, но и многие другие великие изобретения воплотятся в жизнь.

Джек Ма внезапно повернулся и улыбнулся Лу Чжоу.

— Например, логистика с использованием дронов, которую вы предложили шесть-семь лет назад, тогда была недостижима. Но через несколько лет наши улицы могут заполнить летающими дронами. В будущем наши города станут больше похожи на информационное сообщество, людям нужно будет только Интернет для удовлетворения всех своих потребностей. Люди, освобожденные от монотонной труда, ручной работу, смогут заниматься творческой деятельностью, обогащая нашу цивилизацию.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я думал, вы больше не директор.

Джек Ма улыбнулся:

— Я все еще инвестор. Даже если я не могу попасть в космос, это не значит, что меня не интересует космос. Конечно, меня больше интересуете вы, профессор Лу.

— Я?

— Да, у меня много идей. Но у вас не только есть идеи, у вас также есть возможность реализовать их. — Джек Ма посмотрел на Лу Чжоу с блеском в глазах.

Лу Чжоу на какое-то время замолчал. Потом он улыбнулся и ответил:

— Это смущается, когда вы так лестно отзываетесь обо мне.

Джек Ма улыбнулся:

— Вы слишком скромный.

Он достал из кармана визитку и протянул ее Лу Чжоу.

— Если у вас будут какие-либо интересные проекты, требующие инвестиций, вы всегда можете связаться со мной. Даже если я не смогу помочь, я могу познакомить с теми, кто может.

Понятно…

Вы заговорили со мной, поскольку хотели инвестировать в меня?

Лу Чжоу взял визитку и кивнул в знак благодарности.

— Если понадобится, я обязательно обращусь.

Глава 687. Проект литий-воздушной батареи

Институт перспективных исследований.

Институт вычислительного материаловедения.

Поскольку сейчас обеденный перерыв, люди в кабинете сидели довольно расслабленно. Кроме Цянь Чжунмина, который все еще читал статьи, большинство сотрудников либо просматривали последние новости в отрасли, либо болтали, попивая кофе.

— Слышал, что несколько дней назад в Цзиньлинском университете проходила групповая поездка?

— Да, я тоже слышал про это. Вроде математический и химический факультеты вместе провели два дня на Пурпурной горе.

Лю Бо вздохнул:

— Черт… Почему на химическом факультете никогда не проводятся подобные мероприятия?

Большинство исследователей Института перспективных исследований занимали преподавательские должности в близлежащих университетах, большинство работало в Цзиньлинском университете и технологическом институте Цзиньлина. В конце концов, главой института был Лу Чжоу, лауреат Нобелевской премии по химии и отец-основатель вычислительного материаловедения. Даже в международной сфере Институт вычислительного материаловедения являлся одним из ведущих научно-исследовательских институтов в области материаловедения.

Поэтому ни один университет не откажется нанять исследователей из их института.

Следовательно, они также должны получать долю преимуществ для преподавателей.

К сожалению, в этом году на химическом факультете не проводилось никаких мероприятий, и октябрь спокойно подходил к концу.

Ян Сюй рассмеялся, услышав вздох Лю Бо. Он сделал себе вторую чашку кофе и сказал:

— Не рассчитывай на это. Даже если бы на химическом факультете провели подобное, ты думаешь, что эти девушки заинтересовались бы нами? Забудь об остальном, только наш волосяной покров отпугнет их.

Те, кто занимался естественными науками, такими как биология, химия и материаловедение, не только не зарабатывали денег, но и не имели нормальных волос.

Чтобы точно получить набор данных, им часто приходилось оставаться в лаборатории допоздна. Старые профессора не страдали от этого, поскольку могли передать работу исследователям-новичкам. Однако это означало, что исследователям-новичкам не везло.

Однако нельзя терять надежду.

Лю Бо сразу же недовольно возразил:

— Но не похоже, что наша ситуация с волосами намного хуже, чем у математиков, верно?

Ян Сюй отпил кофе и покачал головой.

— Не совсем, видели волосы профессора Лу?

Лю Бо не находил слов, и ему потребовалось некоторое время, чтобы придумать ответ.

— Думаю, он исключение.

Ян Сюй улыбнулся:

— Хорошо, тогда, когда закончите работу, прогуляйся по корпусам химического и математического факультетов. Найди сотрудников примерно того же возраста и сравни волосы.

Цянь Чжунмин, который вертел колесико мыши, не мог не присоединиться к разговору.

— Нелегко найти сотрудников примерно того же возраста…

В кабинете воцарилась тишина.

Никто ничего не говорил.

В итоге Лю Бо нарушил молчание.

— Давайте не будем говорить на такую грустную тему…

В этот раз все согласились, и никто больше ничего не говорил.

Когда дело доходило до их возраста…

Эта тема слишком тяжелой для этих исследователей, чтобы говорить о ней.

Обеденный перерыв быстро закончился, и около часа дня сотрудники вернулись за свои столы и приступили к работе. К половине второго все уже работали над своими задачами.

Ян Сюй вернулся в свой кабинет и сел. Он открыл свой ноутбук.

Внезапно он увидел новое сообщение у себя на почти. Оно было от Лу Чжоу.

— Молекулярная мембрана с высокой проходимостью для литий-воздушной батареи?

Посмотрев на тему, Ян Сюй нахмурился. Он быстро скачал вложение и осторожно открыл его. Чем больше он читал, тем больше поражался.

Литий-воздушные батареи всегда являлись спорной темой среди ученых. Многие поддерживали эту идею, но многие также подвергали ее сомнению. Самая основная причина в том, что природа металлического лития делала его реактивным почти со всеми газами в воздухе, за исключением благородных газов.

Если кто-то захочет решить эту проблему, ему придется отделить кислород в воздухе и пропускать только его в систему реакции.

Наиболее реалистичный метод добавить слой молекулярного сита или мембраны, который позволит молекулам кислорода контактировать только с поверхностью металлического лития. Это может казаться простым, но достичь этого чрезвычайно сложно.

Однако в приложении к письму профессор Лу не только указал четкий путь исследований, но и перечислил несколько, казалось бы, осуществимых идей.

— Он пришел к этому параллельно, изучая уравнения Янга — Миллса? — Сказал Ян Сюй, прочитав последнюю строку. Он тихо вздохнул, откинулся на спинку и посмотрел в потолок. Он не мог не сказать. — Он действительно монстр…

Человек может вообще завершить это, работая над проблемой мирового уровня?

Конечно, Ян Сюй не знал еще об одном.

Если бы он знал, что в дополнение к решению уравнений Янга — Миллса Лу Чжоу также решил проблему миниатюризации термоядерного реактора, Ян Сюй начал бы сомневаться в своей жизни…

Как бы то ни было, технические идеи ясны. Сработают или нет, зависит уже от экспериментов.

Ян Сюй переслал письмо коллегам, а затем встал.

Он вернулся в большой кабинет.

— Новое задание, пора приниматься за работу.

Ученые в кабинете посмотрели на него.

Первым заговорил Цянь Чжунмин. Он поправил очки и спросил:

— Новая задача? На какую тему?

Ян Сюй кратко объяснил:

— Мембрана с высокой проходимостью для разделения молекул кислорода. Что касается технической информации и содержания эксперимента, я отправил вам на почту.

Мембрана с высокой проходимостью для разделения молекул кислорода?

Цянь Чжунмин, услышал это, сильно удивился.

Лю Бо, сидевший за соседним столом, тоже выглядел потрясенным. С долей волнения в голосе он произнес:

— Мембрана с высокой проходимостью для разделения молекул кислорода? Проект о…

— Да. — Кивнул Ян Сюй. — Наш следующий исследовательский проект… Литий-воздушная батарея.

Глава 688. Новый способ делать сэндвич с беконом?

Если литий-серные батареи напоминали деление ядра, то литий-воздушные батареи походили на термоядерный синтез. Метод получения оксидов из внешнего воздуха открывал предел плотности всех батарей.

По сравнению с традиционными литий-ионными батареями, плотность энергии литий-серных батарей на порядок выше. По сравнению с литий-серными батареями литий-воздушные батареи также на порядок выше с точки зрения плотности энергии.

Единственный недостаток, что они не подходили для телефонов или спутников.

В конце концов, причина, по которой плотность энергии литий-воздушных батарей высокая, в том, что их оксиды не встроены внутрь батареи, а находились снаружи. Поэтому батарее нужно было «дышать».

Мобильные телефоны часто хранились в тесных карманах, а спутники находились вдали от атмосферы, что затрудняло использование в этих устройствах литий-воздушные батареи. Однако для транспортных средств или небольших дронов нет лучшего варианта.

Из-за этого литий-воздушные батареи гораздо сложнее создать, чем литий-серные.

Проблема не только в дендритах лития, от которого страдали все литиевые батареи, но еще в том, что литий-воздушные батареи также предъявляли чрезвычайно высокие требования к материалам. В конце концов, литий сам по себе сверхактивный металл. Если подвергать его воздействию атмосферы, то нужно, чтобы он реагировал только с кислородом в атмосфере. Сложность очевидна.

Не говоря уже о множестве других побочных реакций.

Ключом к решению этой проблемы найти создать мембрану, которая могла бы отфильтровывать другие газы в воздухе и могла бы точно и быстро пропускать молекулы кислорода.

В действительности, эта технология присутствовала в первых обломках.

К сожалению, повреждения первых обломков достаточно большие и слой пленки располагался на поверхности. Даже используя данные, собранные с помощью сканера, все равно сложно перепроектировать эту технологию.

К счастью, полагаясь на свою интуицию в области вычислительного материаловедения и свое понимание материалов на основе углерода, Лу Чжоу определил технические пути, которые казались более осуществимыми, а затем он передал их исследователям Института вычислительного материаловедения.

Будучи научным лидером, ему не нужно работать над каждым проектом лично. Все, что ему нужно сделать, это спланировать направление исследований и найти надежный технический путь.

Если эта технология увенчается успехом, ее влияние распространится бы за пределы области применения батарей.

От промышленности до медицинских устройств многие области выиграют от этой технологии.

Саммит по электромобилям в Цзиньлине проходил в общей сложности два дня, в течение которых Лу Чжоу получил множество визиток. Хотя он редко контактировал с предпринимателями-инвесторами, эти люди были чрезвычайно заинтересованы в нем.

То ли это медали Лин Юня или из-за преимуществ в области исследований и разработок технологии его компании, многие обменивались с ним визитками.

И независимо от их целей, Лу Чжоу вежливо отвечал всем, кто интересовался им.

Даже если сейчас он не нуждался в их помощи, кто знает, что может ждать его в будущем?

В конце концов, не все проекты могут финансироваться государством.

Через неделю после окончания саммита, в конце октября…

Осень идеальное время года для Лу Чжоу, чтобы посидеть в своем кабинете и углубиться в математику. Неожиданно он получил письмо из Швейцарии.

Оно пришло от Эдварда Виттена.

В этом письме, помимо приветствий, Виттен рассказал о последних результатах исследований ЦЕРНа.

Особенно в отношении m частицы.

«Что касается m частицы, что ты предсказал в своей статье, соответствующие эксперименты запланированы на этот месяц. Если все пойдет хорошо, мы получим результаты в конце месяца. Мы провели много собраний ради этого эксперимента, и все мы с нетерпением ждем возможности увидеть нечто интересное в ходе него.

Наконец, я надеюсь, что ты будешь пребывать в здравии и будешь усердно работать. Если будут какие-либо новости, я сообщу тебе как можно скорее, хотя думаю, что пресс-релизы ЦЕРНа быстрее, чем мои письма.

Также ты знаешь о разновидности тофу, который выглядит как сыр? Я не знаю, может это фирменное блюдо Цзиньлина, но добавлять его в бутерброды с беконом очень вкусно, я рекомендую попробовать. К сожалению, я не нашел его здесь ни в одном магазине… Не мог бы прислать мне немного, если сможешь? Само собой, я верну деньги. :Р»

Смайлик в конце чуть не заставил Лу Чжоу подавиться кофе.

Что за тофу похожий на сыр?

Это ферментированный тофу?

Лу Чжоу отправил письмо в ответ.

«Я кажется понял, что нужно.»

Лу Чжоу отправил письмо и закрыл страницу. Он собирался прочитать новую статью, которую только что скачал, когда подошел его студент У Шуйму.

— Профессор, вы будете есть в столовой?

— Нет, мне нужно прочитать кое-какие документы… Кстати, если сможешь, принеси мне сэндвич с беконом.

— Сэндвич с беконом? Конечно.

— И еще принеси мне упаковку ферментированного тофу.

А?

Как бы то ни было, он должен следовать требованиям профессора.

У Шуйму сходил в супермаркет и вернулся с пакетом.

— Я принес сэндвич… И ферментированный тофу.

— Спасибо.

Лу Чжоу перевел У Шуйму денег за еду. Поколебавшись, он намазал немного ферментированного тофу на бутерброд с беконом и откусил большой кусок.

Острый, соленый вкус наполнил его рот. Он откинулся на спинку кресла и некоторое время размышлял. Он посмотрел на упаковку с тофу и отбросил ее в сторону.

Черт возьми!

Тупо соль, как это может быть вкусным?

…………….

Дни летели, и скоро наступил конец октября.

Лу Чжоу готовился к предстоящей конференции по тендеру лунного проекта. Он почти забыл о письме Виттена, когда внезапно услышал взрывные новости из ЦЕРНа.

В последних экспериментах ЦЕРНа по столкновениям они проверили m частицу, предсказанную Лу Чжоу в его теории электросильного взаимодействия. Удивительно, но они смогли наблюдать существование частиц как с детекторов ATLAS, так и CMS!

Однако это всего лишь сигнал, который достиг 2,5 и 2,7 сигм, так что это далеко не классифицировано как открытие; но это все еще довольно захватывающе!

Если этот сигнал подтвердят, как открытие, физически наконец получат часть загадки, которая выходила за рамки стандартной модели. Часть так называемой «новой физике». Можно было бы дать четкое объяснение теории Янга — Миллса и другим спорным вещам!

Кроме того, это стало бы крупным открытием, уступающим только частице Хиггса. Это вошло бы в десятку величайших физических открытий века!

Даже если этот век только начался…

Как только объявили эту новость, она привлекла внимание физиков всего мира.

Брукхейвенская национальная лаборатория в Соединенных Штатах тут же объявила, что они собираются повторить эксперимент и проверить результаты экспериментов ЦЕРНа. Другие лаборатории физики высоких энергий по всему миру также начали готовиться к появлению этой новой частицы.

Институты физики высоких энергий не единственными, кто пребывал в восторге, все сообщество теоретической физики было вне себя от радости по поводу возможности частицы преодолеть разрыв между сильным и электромагнитным взаимодействиями.

Статьи по физике элементарных частиц на arXiv достигли рекордного количества. Многие аспиранты стремились использовать это потенциальное открытие в качестве своей диссертации.

Все физики с нетерпением ждали этого. Эксперимент в Брукхейвенской национальной лаборатории должен был вот-вот состояться, и второй эксперимент ЦЕРНа будет проведен в соответствии с графиком.

Однако Китай не слишком взволновала эта новость. Электрон-позитронный коллайдер в Пекине не мог повторить эксперименты с частицами высокой энергии.

Однако хотя китайское физическое сообщество оставалось относительно спокойным, аэрокосмическая отрасль находилась на подъеме.

В первую пятницу ноября в Харбине, как и было запланировано, состоялась конференция по лунной программе…

Глава 689. Секретная встреча

Пять часов утра.

Международный аэропорт Харбина.

Ярко-серебристый самолет медленно приземлился на посадочную полосу.

Лу Чжоу посмотрел на город, покрытый утренним туманом, и произнес:

— Я впервые приехал на север.

Ван Пэн выглянул в окно и сказал:

— А я во второй раз.

— Да?

— Последний раз был тут около шести лет назад, когда мы ехали на границу с задание. По дороге туда мы пробыли здесь полтора дня.

— Бывают задания на севере?

— Задания бывают везде.

Лу Чжоу кивнул и не стал спрашивать, что это было за задание.

Во-первых, Ван Пэн, скорее всего, не рассказал бы ему, а во-вторых, это не имело к нему никакого отношения, так что ему неинтересно.

У входа в аэропорт их ждала серебристая машина. Мужчина, одетый в повседневную одежду, вышел из машины и открыл дверь для Лу Чжоу. Они поехали в отель рядом с Харбинским технологическим институтом.

На этот раз за рулем сидел не Ван Пэн. Вместо этого водителя предоставило Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности.

В отличие от конференции в Пекине в прошлый раз, все участники этой встречи имели высокие статусы.

Поскольку часть обсуждаемого будет временно конфиденциальной для внешнего мира, как и личности участников, так и детали скрывали.

Поэтому Лу Чжоу для всех приехал сюда прочитать лекцию в Харбинском технологическом институте.

Приехав в отель двое мужчин, которые ждали у входа, подошли, чтобы поприветствовать их.

Один из них улыбнулся и протянул правую руку.

— Профессор Лу, давно не виделись!

Лу Чжоу пожал ему руку и улыбнулся.

— Давно не виделись, директор Ли.

Директор Ли посмотрел на старика, стоявшего рядом с ним, и представил его.

— Пожалуйста, позволь мне представить директора Харбинского технологического института, академика Цзоу Юя.

— Рад встречи.

— А как я рад. — Академик Цзоу Юй пожал руку Лу Чжоу. — Я слышал много о том, насколько молод профессор Лу, но реальность потрясает сильнее!

— Вы слишком добры.

Директор Ли улыбнулся:

— Ладно, хватит пустых разговоров. Вы только с самолета, так что еще не завтракал, верно? Мы тоже не ели, так что давай поедим в отеле?

Группа единогласно согласилась.

Особенно Лу Чжоу.

Он провел ночь в самолете и плохо спал, и все это время он умирал с голоду.

Вскоре завтрак был готов.

Сначала принесли тарелку дымящегося супа из баранины, а затем лепешку с мясом. Хотя это простые блюда, они оказались на удивление вкусными. Особенно суп из баранины. Только сделав глоток, Лу Чжоу почувствовал тепло во всем теле. И хотя он находился далеко на севере, он больше не чувствовал холода.

Они сидели за столом, ели и болтали. Вскоре они заговорили о научных вопросах.

Во время их разговора Лу Чжоу услышал, что академик Цзоу изучает керамические композиты и биокомпозиты. Академик Цзоу известный ученый в области материаловедения. Когда Лу Чжоу услышал о биокомпозитных материалах, в его голове появилась идея.

— Биокомпозиты? — Лу Чжоу улыбнулся и спросил. — Какими исследованиями вы в основном занимаетесь?

Академик Цзоу улыбнулся:

— Я? По большей части работаю над гидроксиапатитом и титаном.

Гидроксиапатит и титановые композитные материалы?

На лице Лу Чжоу появился интерес.

Хотя он не углублялся в эту область, у него было определенное понимание.

Гидроксиапатитовые и титановые композиты одни из наиболее передовых направлений исследований в области материаловедения. Они обычно рассматривались как материал следующего поколения для искусственных костей. Если бы исследования будут успешными, это окажет огромное влияние на медицину.

— Сейчас мы работаем с университетом Авроры над разработкой бионической кости, которая может заменить человеческие кости, которая будет контролироваться нейронными сигналами. Если эта технология станет успешной, проблема ампутаций исчезнет.

— Управлять с помощью нейронных сигналов? Боюсь, это непросто.

Академик Цзоу кивнул:

— Как и ожидалось, вы мгновенно увидели главную трудность. На самом деле, самая большая проблема, с которой мы сейчас столкнулись, — это получение нейронных сигналов. Особенно в части обратной связи, нелегко обмануть мозг.

— Это звучит интересно.

Однако Лу Чжоу думал не о бионическом протезировании, а о кое-чем другом.

Академик Цзоу улубнулся:

— Это интересно. Если хотите, то можете посетить нашу лабораторию, я проведу для вас экскурсию.

— Подождем пока закончится встреча по лунному проекту, заранее спасибо.

Академик Цзоу пошутил:

— Не за что. Если вы заинтересуетесь, то в конечном итоге окажете нам большую помощь.

Всякий раз, когда кто-то не мог решить проблему, самый простой способ решить эту проблему — заинтересовать ею профессора Лу.

Это высказывание, которое первоначально ходило среди математиков, теперь распространилось и в других областях…

……………….

Начало ноября.

Конференция лунному проекту проходила в непринужденной обстановке в аудитории Харбинского технологического института.

Предъявив приглашение и свое удостоверение личности персоналу у двери, Лу Чжоу передал свои электронные устройства. Он последовал за сотрудником у стойки регистрации в зал и сел на свое место, на котором было указано его имя.

Помимо проверки на входе, за 15 минут до начала также провели вторую проверку. Помимо проверки личности участников, они также проверят, не пронесли ли какие-либо электронные устройства.

После того, как все проверки закончились, настало десять часов утра.

После того, как кто-то из Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности зачитал конфиденциальное соглашение, высокопоставленный чиновник из о начале тендера.

Он отличался от других подробных встреч. Покупатель не объяснил свои конкретные требования к проекту. Вместо этого именно участник торгов должен продемонстрировать свои собственные технологические возможности.

Конечно, демонстрации проходили в форме презентаций. За исключением некоторых конфиденциальных данных, содержание презентаций были не техническими.

В действительности два китайских аэрокосмических гиганта были довольно сильны. Хотя они далеки от того, чтобы стать лидерами аэрокосмической отрасли мира, они все еще показали множество потрясающих технологий.

Например, Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация продемонстрировала 500-тонный двигатель на жидком кислороде.

Несмотря на то, что технология показана лишь в презентации, согласно заявлениям экспертов, назначенных Аэрокосмической корпорацией, были разработаны мощный турбонасос, газогенератор, криогенный клапан высокого давления и высокоточный регулятор расхода. Также изготовили прототипы, которые в настоящее время находятся на этапе испытаний.

С другой стороны, Китайская аэрокосмическая научно-промышленная корпорация также не показала слабостей. Они показали новейшую технологию высокотемпературного и износостойкого керамического покрытия, которая решила ключевую техническую проблему уплотнения жидкого кислорода и керосина в условиях высокой скорости и большой нагрузки. Ее можно применить к 120-тонному двигателю, что может повысить характеристики и безопасность использования ракетного двигателя.

Наконец, после того, когда технический директор Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации завершил свою презентацию, настала очередь Star Sky Technology.

Лу Чжоу вышел на сцену и начал показывать презентацию, которую он подготовил неделю назад. Он продемонстрировал новейшую разработку ионного двигателя, разработанную его компанией.

Когда он переключил на второй слайд, весь зал погрузился в тишину…

Глава 690. Давайте поспорим

Ионный двигатель?

В космосе?

Черт, я правильно прочитал?

Будь то ученные или представители компаний, все подсознательно протирали глаза. Но текст в презентации не менялся.

Эксперт из Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации покачал головой.

Другой представитель частной аэрокосмической компании, которая только получила финансирование от Penguin, недоумевал.

Мы все преувеличиваем в наших презентациях, но это...

Это перебор!

Тишина закончилась, и начались обсуждения.

— Невероятно...

— Это не невероятно, это невозможно! Я никогда не слышал о ионном двигателе, способном достичь тяги в килоньютонах! Даже новейший ионный двигатель AEPS XR-5, разработанный Lockheed для НАСА, только удвоил тягу XR-5 Hall.

— ...

Сотрудники собирались попросить аудиторию успокоиться, но Лу Чжоу жестом велел им этого не делать.

Он спокойно подождал, пока шум утихнет, прежде чем спокойно сказать:

— Можете спрашивать, что хотите.

Хотя сейчас не время для вопросов и ответов, и тут не было времени на это. Однако Лу Чжоу знал, что, если он не объяснит, ему никто не поверит.

Вскоре после этого кто-то поднял руку.

— У меня есть вопрос.

Лу Чжоу кивнул старику.

— Пожалуйста, спрашивайте.

Старик медленно встал со своего места и некоторое время смотрел на презентацию. Он посмотрел на Лу Чжоу и осторожно спросил:

— Я никогда не слышал о ионном двигателе, который может достигать величины тяги в килоньютонах. Поэтому, профессор Лу, это опечатка?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я могу заверить вас, что это не опечатка. Мы доказали надежными экспериментами, что тяга действительно может достигать этих величин. Конечно, должен признать, что использование максимального уровня тяги потребляет много топлива. Однако по сравнению с традиционными ракетами вес топлива все равно меньше на 90%.

Старик покачал головой и снова сел.

Вскоре поднялся еще один эксперт из Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации.

— Миниатюрный реактор мощностью 500-1000 мегаватт... Я раньше не слышал ничего о подобных технологиях, поэтому не буду комментировать это. Но вопрос в том, как вы планируете организовать реактивный поток, чтобы достигать скорости в одну тысячной скорости света?

Ракета РД-170 имела мощность 192 МВт, и большая часть этой мощности использовалась для движения жидкого топлива, переносимого самой ракетой. Если бы общая мощность ионного двигателя могла достигать 1000 МВт, то теоретически можно отправить 50 тонный груз на низкую околоземную орбиту.

Однако…

Лишь мощности недостаточно.

Ключевой момент, как применить эту мощность.

Лу Чжоу ожидал, что кто-нибудь спросит об этом, поэтому он улыбнулся и переключил страницу презентации.

— Это я хотел сказать дальше.

Презентация переключилась на следующий слайд.

У всех на глазах появился цилиндрический предмет.

И хотя они не могли видеть его структуру, в тексте рядом подробно перечислялись его экспериментальные характеристики.

Однако, увидев эти характеристики, теперь уже успокоившиеся участники снова погрузились в волну интенсивных и жарких обсуждений.

— Двигатель на эффекте Холла? Что это?

— Я не вижу ничего особенного в конструкции этого двигателя. Если он такой удивительный, почему бы просто не сделать его побольше? Вместо того, чтобы объединять множество этих двигателей в один другой двигатель?

— Это невозможно! Просто смешно!

Директор Ли видел, что ситуация выходит из-под контроля. Он собирался что-то сказать, но старик, сидевший в первом ряду аудитории, встал.

— Позволь мне кое-что сказать.

Шум в зале постепенно стих.

Поднялся главный инженер Юань Хуаньминь из Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации. Он был руководителем последнего проекта ракеты большой тяги. Увидев, как старик встал, многие перестали разговаривать лишь из уважения.

Лу Чжоу посмотрел на старика, в то время как старик посмотрел на него.

— Я понимаю, что профессор Лу, как эксперт в области управляемого термоядерного синтеза, питает слабость к техническому пути ионных двигателей. Я признаю, что управляемый термоядерный синтез изменил нашу жизнь и что технология ионного двигателя обладает большим потенциалом.

В зале послышался шепот.

Многие растерялись.

Это звучало неправильно...

Словно этот эксперт соглашается с Лу Чжоу.

Однако Лу Чжоу не воспринял его слова всерьез.

Потому что, в отличие от других присутствующих, он мог прекрасно видеть лицо старика.

И глаза старика наполняли сомнения и подозрение.

Как и ожидалось, после паузы старик сказал:

— Возможно, когда-нибудь в будущем предлагаемый вами двигатель изменит аэрокосмическую отрасль. Но не думаю, что сейчас настало это время.

— О? Почему?

Старик улыбнулся.

— Развитие любой технологии — постепенный и медленный процесс. Новые технологии нельзя разработать за пару дней. Это как с квантовыми компьютерами, которые уже существуют, но мы все еще вкладываем силы в совершенствование традиционных. Не потому, что квантовые компьютеры плохие, а потому, что они недостаточно хороши... Вы понимаете, что я подразумеваю? — Прежде чем Лу Чжоу успел ответить, старик продолжил. — Очевидно, что еще слишком рано внедрять ионный двигатель. Мы должны сосредоточить наши ограниченные ресурсы на химических ракетах и завершить первый этап лунного проекта, прежде чем пытаться разработать какую-либо более сложную технологию. Если мы внедрим предложенный вами двигатель, нам придется нести все риски, которые несет с собой новая технология. Можете ли вы гарантировать надежность вашего двигателя? Можем ли мы позволить себе неудачу? Может ли наша страна позволить себе неудачу?"

Многие согласились со словами старика.

Хотя Лу Чжоу назначили главным консультантом лунного проекта, у него не было никакой реальной власти. Кроме того, его специальностью являлся термоядерный синтез, а не аэрокосмическая отрасль. Многие считали его новичком.

И когда дело касалось ракет с химическим двигателем...

Очевидно, этот старик более авторитетный.

И Лу Чжоу хорошо знал об этом.

Это нормально, что они не испытывали оптимизма

В конце концов, для тех, кто всю свою жизнь изучал ракеты на химическом двигателе, это не только невероятно, но и трудно принять.

На самом деле, когда Лу Чжоу извлек конструкцию двигателя из третьих обломков, его самого переполняли сомнения, сможет ли он вывести шаттл на низкую околоземную орбиту. В конце концов, согласно информации НАСА, их самые сильный ионный двигатель мог поднять только яйцо.

Однако после завершения сборки и тестирования все его сомнения исчезли.

Неверие — это первая реакция, основанная на здравом смысле.

Однако развитие науки и техники само по себе основано на разрушении здравого смысла.

Лу Чжоу верил, что, увидев то, что увидел он, они будут потрясены до глубины души.

Чтобы ему не пришлось ничего объяснять самому, он должен был показать им.

Лу Чжоу пожал плечами и сказал без всяких эмоций:

— Итак, я просто должен доказать, что этот двигатель может отправить 50 тонный груз на низкую околоземную орбиту?

Академик Юань улыбнулся:

— Я съем термос, если вы сможете это сделать.

— В этом нет никакой необходимости. — Лу Чжоу улыбнулся и вздохнул. — Многие говорили мне это раньше, но никто никогда не выполнял своего обещания.

Директор Ли, который руководил встречей, кашлянул и попытался разрядить обстановку.

— Все, это дружеская встреча… Мы просто смотрим документацию участников, какой путь использовать зависит лишь от участников. И мы также изучим различные аэрокосмические агентства и рассмотрим все планы, чтобы выбрать подходящий.

Директор Ли оказался в трудном положении.

Хотя ионный двигатель был хорош, он был более склонен выбирать традиционный ракету.

Это не из-за его предубеждения против новых технологий. Это просто из практических соображений.

В конце концов, аэрокосмическая промышленность всегда имела связи с национальной обороной. Причина, по которой страны были готовы тратить деньги на ракеты, заключалась в развитии ракетных технологий, которая не только расширяла их аэрокосмические возможности, но и укрепляла стратегически ударный потенциал страны.

Независимо от мощности ионного двигателя, тяга все равно будет уступать традиционный ракетам. Хотя ионные двигатели обладали преимуществом в больших расстояниях, это не применимо к баллистическим ракетам.

Кроме того, они не могли поместить термоядерные реакторы на ракеты.

Миниатюризация термоядерного реактора важна, но важны ли двигатели также?

Может быть, это будет в будущем, но не сейчас...

Лу Чжоу увидел лицо директора Ли и понял, что они не желают инвестировать в технологию ионных двигателей и что директор Ли просто не хотел смущать Лу Чжоу, говоря это вслух.

В действительности Лу Чжоу не беспокоился о том, что другие думают насчет его исследований, но он действительно волновался о деньгах...

Это исследование обойдется в миллиарды долларов...

Даже если бы он обналичил все свои акции, он не мог себе этого позволить.

Что мне делать?

Лу Чжоу немного подумал, а потом внезапно улыбнулся, глядя на академика Юаня.

— Ладно. Раз вы так уверены, что я не смогу этого сделать, давайте поспорим.

Глава 691. Конкурент

Встреча закончилась.

После презентации Лу Чжоу многие другие научно-исследовательские институты и аэрокосмические компании показали свои разработки. Хотя некоторые проекты были еще более нелепыми, чем презентация Лу Чжоу, ни у кого не было желания жаловаться.

Так и закончилась конференция.

После ее окончания Лу Чжоу пошел в свой гостиничный номер и принял душ. После чего сделал несколько звонков по визиткам, которые ему дали ранее. Наконец, он позвонил Чэнь Юйшань и рассказал ей о пари, которое он заключил на конференции.

Строго говоря, это не официальный спор с академиком Юанем. В конце концов, заключать пари с главным инженером бессмысленно. Даже если он победит, вряд ли он смог бы возглавить Китайскую аэрокосмическую научно-техническую кооперацию.

Вместо этого это просто устное соглашение, которое просто добавляло азарта.

Спор заключался в том, что в итоге они будут сравнивать готовую продукцию вместо документов с описаниями. Или, другими словами, первый, кто докажет, что у него есть возможность вывести 50-тонный груз на низкую околоземную орбиту, может выиграть тендер при разумной цене.

И это, вероятно, в пределах от 9 до 12 миллиардов юаней.

Хотя это было всего лишь устное соглашение, его признало руководство Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности и Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации, а также задокументировано. В каком-то смысле он стал исполнимо.

В конце концов, помимо ставки, сделанной перед столькими коллегами, если Star Sky Technology действительно сможет создать такой двигатель, как в презентации, не будет причин не выбирать их.

Независимо от того, какой из участников победит, покупатель всегда в выигрыше.

Конечно, компании Star Sky Technology будет нелегко противостоять такой гигантской аэрокосмической компании. Поскольку 500-тонный двигатель уже разработан, если бы они работали достаточно усердно, они могли бы построить «Чанчжэн-9» раньше.

Как бы то ни было, у Лу Чжоу все еще был шанс на победу.

Теперь, когда завершена разработка миниатюрного реактора и двигателя на эффекте Холла, проектирование шаттла вступило в завершающую стадию. Пока у Лу Чжоу будет достаточно средств, он уверен, что Сяо Ай и сборочный центр смогут оправдать его ожидания.

Однако…

Рассказав Чэнь Юйшань о случившегося, она начала отчитывать его:

— Почему ты не сказал мне об этом раньше?

Лу Чжоу вздохнул:

— Я не мог позвонить из места проведения конференции, так как они конфисковали мой телефон. Я никак не мог связаться с тобой.

Чэнь Юйшань села в свое кресло:

— Твое решение слишком поспешное… Ты понимаешь, что это значит для нас?

Хотя перспективы исследований и разработок Star Sky Technology казались довольно хорошими, они уступали гигантской Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации. Особенно когда касалось аэрокосмической отрасли, они просто не в одной весовой категории.

Не говоря уже о технических запасах и возможностях производства, только с точки зрения опыта запусков ракет Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация имела огромное преимущество перед ними.

Иначе почему другие компании так быстро сдаются? Вместо этого другие компании сосредоточились на других более мелких предложениях, таких как лунный модуль, оборудование для жизнеобеспечения астронавтов и других.

Потому что у других компаний не хватало уверенности победить их 500-тонный двигатель, не говоря уже о уверенности победить «Чанчжэн-9».

Такова сила Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации!

Лу Чжоу мягко постучал по подлокотнику. Он закончил выслушивать жалобы Чэнь Юйшань и сказал:

— Но это лучший способ, при обычном тендере мы могли бы превзойти их только очень низкой ценой.

На самом деле, это не просто трудно, это почти невозможно.

Большинство экспертов и ученых в аэрокосмической промышленности не верили, что Лу Чжоу сможет это сделать.

Самое главное, Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности не так интересовалось ионным двигателей, как миниатюрными реактором…

Чэнь Юйшань вздохнула и не смог удержаться, чтобы не возразить:

— Лучший способ — отказаться от этой заявки. Если хочешь построить шаттл… мы можем постепенно накапливать опыт от небольших запусков. После этого мы сможем подумать об участии в подобных крупных проектах.

С точки зрения генерального директора, это наиболее подходящий подход.

Нет никаких причин продолжать проект с рисками, которые перевешивали преимущества.

В действительности создать миниатюрный термоядерный реактор уже поразительное достижение.

После того, как Научно-исследовательский институт военно-морского оборудования завершит доработку реакторов, многие военные компании заплатят, чтобы получить эту технологию в свои руки. Хотя их доходы от патентов будут ограничены, они легко окупят свои затраты на исследования.

Кроме Чэнь Юйшань не только беспокоилась об этом.

Выслушав объяснение Лу Чжоу, она вздохнула:

— Какой банк предоставит кредит в 8 миллиардов юаней для такого проекта! Если не хочешь продать свои акции, то у нас не будет таких денег.

— Э-э… Но я уже решил денежный вопрос, тебе не нужно беспокоиться об этом.

— Говорю, без денег… Подожди, что? — Чэнь Юйшань ошеломленно замерла, а потом с недоверием в голосе спросила. — Решил?

— Да. — Лу Чжоу кивнул. — Alibaba готовы внести часть средств в виде инвестиций.

Принятие этих инвестиций означало, что после завершения проекта Alibaba вернет свои инвестиции, а также возьмет определенный процент от средств, выделенных агосударством на проект. Однако Лу Чжоу не очень заботился о прибыли.

В конце концов, в будущем предстояло провести множество космических проектов, и лунный проект лишь крошечная их часть.

На какое-то время воцарилась пауза.

Через некоторое время Чэнь Юйшань пробормотала:

— Они что, психи…

— Может быть. — Пожал плечами Лу Чжоу и шутливо добавил. — Но думаю, что они вполне уверены, что мы сможем выиграть этот спор, поэтому я думаю, что тебе тоже следует быть поувереннее

На самом деле, даже если бы они проиграли ставку, то не потеряли слишком много.

В конце концов, государство объявило о политике поддержки аэрокосмической отрасли. Средства, вложенные в аэрокосмические проекты, могли пользоваться налоговыми льготами.

Поскольку Лу Чжоу не хотел менять свое мнение, Чэнь Юйшань не пыталась переубедить его. Она вздохнула:

— Ладно, тогда я не буду переубеждать тебя в обратном. Просто… Помогу максимально сократить расходы… без ущерба для качества и прогресса проекта.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, спасибо.

Глава 692. Вам нужна помощь?

На следующий день после конференции.

Тот же самый зал.

Лу Чжоу стоял перед аудиторией и говорил громко и четко. Он читал лекцию по вычислительному материаловедению студентам Харбинского технологического института.

— Преимущество вычислительного материаловедения в том, что мы можем избежать многих ненужных ошибок с помощью расчетов, избавиться от традиционной научной предвзятости и использовать более рациональный подход для поиска нужных нам ответов.

— Возьмем в качестве примера Теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса. Я кратко объясню применение математических методов, таких как функциональный анализ, в области вычислительного материаловедения…

Зал был переполнен, люди сидели вплотную друг к другу, многие сидели даже на полу.

Услышав о лекции, студенты Харбинского технологического института и других близлежащих университетов, а также некоторые ученые, окончившие университет много лет назад и работавшие в близлежащих научно-исследовательских институтах, слетелись на этот доклад.

Для поддержания порядка, Харбинский технологический институт разместил тут половину своих охранников. Хотя это добавило много хлопот преподавателям, судя по лицу академика Цзоу, он был очень рад.

В ответ на их энтузиазм Лу Чжоу вложил все 146% сил в эту лекцию.

Теоретическая модель структуры электрохимического интерфейса вызвала огромную сенсацию в области вычислительного материаловедения и химии поверхности. Благодаря этой теории Лу Чжоу получил медаль Гофмана и Нобелевскую премию.

Как сама теория, так и математические методы, которые он описывал, вдохновляли специалистов в области материаловедения и математики.

Поэтому все присутствующие внимательно слушали.

Понимали они или нет, но они обязательно делали записи в важных местах.

Будь то студенты или профессора.

Как с факультета химии, так и с факультета математики

Лекция проходила с 10 утра до часа дня.

Первоначально она должна была закончиться в 12:30, но ее продлили на полчаса. Менее десяти человек покинули лекцию до ее окончания.

После окончания весь зал наполнили громовые аплодисменты.

Лу Чжоу посмотрел на преподавателей и студентов в зале и кивнул, после чего ушел.

Он провел все утро, читая лекцию, не только слушатели проголодались за это время.

Лу Чжоу проследовал за сотрудником и направился в столовую.

Университет организовал для него обед в столовой.

— Профессор Лу, от имени студентов Харбинского технологического института я хочу поблагодарить вас! Спасибо за то, что провели такую замечательную лекцию для наших студентов!

— Академик Цзоу, вы слишком добры. — Лу Чжоу чокнулся с академиком Цзоу и улыбнулся. — Мне хотелось узнать, вы можете сегодня днем показать вашу лабораторию?

— Ох, я чуть не забыл. — Академик Цзоу допил вино и хлопнул себя по лбу. Он улыбнулся. — Без проблем, я рад, что вы так заинтересованы в моих исследованиях! Я отведу вас туда после обеда!

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спасибо, вы слишком добры.

После обеда группа людей покинула столовую.

Когда академик Цзоу шел по аллеи, ведущей в лабораторию, он с улыбкой спросил:

— Что вы думаете о обстановке нашего университета?

Лу Чжоу посмотрел на тени деревьев и увидел неподалеку библиотеку. Он улыбнулся и ответил:

— Здесь сильная инженерная атмосфера.

— Это наша специальность. Мы готовим будущих талантов в области национальной обороны, и инженерные специальности — сильная наша сторона. — Академик Цзоу сделал паузу и улыбнулся. — Если у вас будет время, надеюсь, вы сможете прочитать больше лекций у нас.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Определенно.

Академик Цзоу не приглашал Лу Чжоу остаться в качестве сотрудника. В конце концов, он знал, что это нереально.

Даже Яньцзинский университет и университет Шуйму не смогли переманить Лу Чжоу, не говоря уже о их университете. Пригласить Лу Чжоу на несколько лекций уже более чем достаточно.

Даже академик Цзоу смог многое подчерпнуть из лекции Лу Чжоу.

Вскоре группа подошла к шестиэтажному зданию.

Пройду через охрану у входа, академик Цзоу привел Лу Чжоу к лаборатории.

— Это о чем я говорил, лаборатория бионического протезирования. Моя команда по гидроксиапатиту и биокомпозиту титана работают здесь. Есть также исследовательская группа из университета Авроры, они время от времени приезжают сюда и работают с нами. Конечно, они в основном отвечают за нейроинтерфейс, а мы отвечаем за решение материальных и механических проблем… Сюда, пожалуйста.

Академик Цзоу открыл дверь и провел Лу Чжоу в лабораторию.

Двое исследователей, стоявших рядом с каким-то оборудованием, заметили, как открылась дверь.

Они собирались поздороваться с академиком Цзоу, когда заметили Лу Чжоу. Исследователь в очках тут же удивился, взволнованно сделал два шага вперед и спросил:

— Вы… Вы Лу Чжоу?

— Ну… Да. — Лу Чжоу немного смутился. — Я же не помешал вашей работе?

— Нет, нет, пожалуйста, садитесь, я приготовлю кофе.

— Нет, все нормально, академик Цзоу просто проводит экскурсию для меня, я не останусь надолго.

Исследователь наконец успокоился, и Лу Чжоу последовал за академиком Цзоу по лаборатории. Они подошли к прозрачному контейнеру длиной где-то в один-два метра. Внутри находилась пара роботизированных рук, установленных на металлическом основании.

Лу Чжоу посмотрел на роботизированные руки.

— Они могут двигаться?

Академик Цзоу улыбнулся.

— Конечно, могут! Кое-что нужно подкорректировать, но в основном они работают… Хотите попробовать?

— Буду рад.

Устройство, используемое для управления роботизированной рукой, представляло из себя металлическое кольцо. Лу Чжоу надел его на свою руку.

После того, как исследователь в очках внес корректировки, Лу Чжоу почувствовал легкое покалывание в локте, но вскоре это ощущение исчезло. В этот момент два крошечных зонда проникли в его мышцы и начали собирать нервные сигналы от его руки.

— Готово?

— Все в порядке. — Исследователь нажал несколько кнопок на компьютере, и на экране появилась колеблющаяся линия, похожая на электрокардиограмму. Он улыбнулся Лу Чжоу. — Попробуйте что-нибудь ударить.

Лу Чжоу попытался ударить кулаком по воздуху, после чего произошло чудо.

Его настоящая рука не двигалась, она лишь слегка дернулась вперед, наоборот роботизированная рука внутри контейнера неуклюже двинулась вперед.

Лу Чжоу с интересом посмотрел на свою «бессознательную» руку.

— Оно блокирует мои нервные сигналы?

Он ущипнул ладонь правой руки.

Эм…

Я все еще чувствую боль.

Это очень странно!

Исследователь, стоявший рядом с ними, объяснил:

— На самом деле нет. В конце концов, она используется только для сбора данных, поэтому это не полностью готовая технология… В действительности пока ваши нервные клетки в порядке, вы должны в состоянии поднять руку. В худшем случае, они будут немного вялыми, словно вы только что закончили тренировку в зале.

— Я никогда не занимался в зале… Но это интересное изобретение. — Сказал Лу Чжоу, двигая рукой, но только некоторые движения воспроизвела роботизированная рука.

Как и сказал исследователь, эта технология находилась на ранней стадии своего развития.

Но она была полна потенциала.

В отличие от экзоскелетов, которые усиливали движения человека, подобные устройства позволяли управлять механизмами, находящимися далеко от человека, просто полагаясь на передачу нейронных сигналов в цифровые сигналы.

Если эта технология будет завершена, она не только будет применена в области медицинского оборудования, но и сыграла бы неожиданную роль во многих других областях!

Академик Цзоу покачал головой:

— Это не изобретение. Система нейронного обхода появилась в Nature еще в апреле 2016 года. Наш проект можно рассматривать лишь как ветвь этого проекта. Насколько я понимаю, Массачусетский технологический институт опережает всех в развитие этой технологии, и они уже добились поразительных результатов. Мы же просто пытаемся догнать их.

— Не важно, кто впереди. — Лу Чжоу снял кольцо и коснулся двух крошечных отверстий в своей руке. — Было бы здорово, если можно было выполнять подключение безболезненно… Довольно глубоко вошло.

Исследователь, стоявший рядом с ними, беспомощно произнес:

— В этом нет никакой необходимости, поскольку это предназначается для людей с ампутированными конечностями. Его не должны снимать.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Думаю, что эта технология применима не только для людей с ампутированными конечностями. Если кто-то прикрепит это к своему позвоночнику, сможет ли он дистанционно управлять целым роботом?

Академик Цзоу улыбнулся:

— Это интересная идея, но она слишком сложна для реализации. Спинномозговые нервные сигналы в сотни раз сложнее. Кроме того, нелегко проводить эксперименты, поскольку это будет касаться состояния и здоровья всего тела.

Лу Чжоу задумчиво кивнул.

— Вы правы.

Лу Чжоу вернул оборудование и прошелся по лаборатории.

Лу Чжоу стоял у входа в научно-исследовательский институт и собирался уходить, как вдруг внезапно остановился и посмотрел на академика Цзоу.

— Кстати, академик Цзоу, я хотел спросить у вас еще кое-что.

— О чем?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

— Вам нужна помощь с этим проектом?

Глава 693. Последнее слово будет за специалистами

Пекин.

Министерство промышленности и информатизации.

Старик с редкими волосами сидел за своим столом. Закончив читать отчет в руке, он покачал головой и осторожно положил его на стол.

— Все сделано не как надо.

Вчера в полдень завершилась встреча по лунному проекту, всю информацию о прошедшем быстро доставили ему.

Хотя лунным проектом занималось департаменты ниже, партия придавала этому проекту большое значение. Руководство неоднократно спрашивало о его ходе. Поэтому, как руководитель Министерства промышленности и информатизации, он должен приложить максимум усилий к этому делу.

Однако кто бы мог подумать, что уже возникнет такой большой конфликт…

Ионный или традиционный двигатель?

В идеале было бы лучше использовать оба этих пути. К сожалению, финансирование ограничено. И хотя инвестиции от государства велики, они не безграничны.

Трудно выбрать между этими двумя путями.

Секретарь молча посмотрел на руководителя, сидевшего там. Он пытался понять, что подразумевал министр.

Он недоволен подходом директора Ли?

Или он не знает, что делать?

Секретарь спросил:

— Они ничего не подписывали, заключая пари, это просто устное соглашение… Следует ли мне поговорить с обеими сторонами и сказать им отступить, отказавшись от спора?

Министр улыбнулся и покачал головой.

— В этом нет необходимости.

Но почему?

Разве не вы сказали, что все сделано не как надо?

Секретарь не понимал.

Однако, хотя он не понимал замысла министра, он знал, что в такой ситуации лучше молчать.

Министр взглянул на секретаря и сказал:

— Директор Ли поступил неправильно, но не совсем. Научные эксперты могут спорить, как им заблагорассудится. Когда они закончат спор, мы можем выбрать лучший вариант.

— Предлагаете игнорировать их?

— Не совсем так. — Министр покачал головой. — В сравнении с Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации, Star Sky Technology все еще слишком малы. Честно говоря, мы должны помочь профессору Лу.

Из-за репутации профессора Лу он не переживал, что Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация воспользуется махинациями.

Позволить двум компаниям честно конкурировать выгодно.

Самое главное, что кто бы ни выиграл, государство будет в выигрыше…

Министр не мог не ухмыльнуться.

Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация слишком долго не испытывала никакого давления.

Секретарь сразу же спросил:

— Как вы планируете помочь ему?

Министр немного подумал, а потом ответил:

— Свяжись с ВВС и узнай, не заинтересованы ли они. Я мало что знаю о шаттлах и ионных двигателях, и ты тоже. Стоит ли это исследовать или нет… Пусть последнее слово будет за специалистами!

…………….

Академик Цзоу с радостью принял предложение Лу Чжоу о совместных исследованиях.

Институт вычислительного материаловедения Института перспективных исследований хорошо известен в области материаловедения. Будь то оборудование или профессионализм исследователей, он входил в число лучших по миру.

Не говоря уже о значимых достижениях при помощи в проекте управляемого термоядерного синтеза, у университета Авроры и Харбинского технологического института не было причин отказываться от сотрудничества.

Более того участие Нобелевского лауреата в проекте обеспечит огромную поддержку даже на национальном уровне. Это намного лучше, чем позволить одному академику руководить проектом.

После подписания соглашения о сотрудничестве в области исследований и разработок с Харбинским технологическим институтом Лу Чжоу на следующий день сел в самолет и вернулся в Цзиньлин. На обратном пути он отправил своим исследователям информацию о проекте и назначил задачи каждой исследовательской группе.

Вообще, исследовательские проекты, которые взял на себя Институт перспективных исследований, можно разделить на две задачи. Одна — нейронный интерфейс, а другая — бионическая кость.

Над первой совместно будут работать Институт вычислительного материаловедения и недавно созданный Институт информационной инженерии, с таким же приоритетом, как и над углеродными чипами. Другая совместный проект Харбинского технологического института и Института вычислительного материаловедения и имел более низкий приоритет, чем литий-воздушные батареи.

Что касается таких проектов, как серводвигателя и обработка нейронных сигналов, используемых в роботизированных руках, Институт перспективных исследований не нанимал специалистов из этой области, поэтому Лу Чжоу решил не браться за них.

Хотя эти технологии не менее важны, они его не интересовали.

Исследовательских проектов слишком много, он же не мог взять их все себе?

Даже если бы другие не будут против, его сил не хватит на все.

Конечно, хотя эти проекты чрезвычайно интересные, большая часть его сил все еще направлена на аэрокосмическую отрасль.

Вернувшись домой, Лу Чжоу немедленно отправился в сборочный центр и нашел ответственного человека — Хоу Гуана.

Только увидев худого инженера, Лу Чжоу собрался было заговорить, но тот начал первым:

— Я слышал от генерального директора Чэнь о сделанном вами пари.

— Хорошо, это избавляет меня от лишних объяснений. — Лу Чжоу про себя поблагодарил Чэнь Юйшань. — Сроки небольшие и я понимаю, что это очень сложно, но связано с существованием нашего проекта. Надеюсь, что мы сможем получить рабочий прототип к январю следующего года.

— К январю? — Хоу Гуан с неохотой кивнул. — Постараюсь изо всех сил.

Хотя задача трудна, она не невыполнима.

В конце концов, он лично засвидетельствовал мощь сборочного центра.

Кроме того, большинство компоненты уже разработаны, а оставшиеся они могут получить из технических резервов 863 программы. Пока решены ключевые проблемы, создание прототипа не проблема.

Ну, в худшем случае…

Я просто проведу несколько ночей в офисе!

Хоу Гуан сжал зубы и сказал:

— Есть еще кое-что.

— Что?

— Нам все еще нужен космонавт для тестирования прототипа. — Хоу Гуан сделал паузу. — Конечно… Поскольку ему за многим придется следить, то лучше двух.

Лу Чжоу задумчиво погладил подбородок.

— Чуть не забыл об этом… Ладно, я решу эту проблему. Это срочно?

— Не очень, но желательно в течение месяца решить все.

В течение месяца?

Лу Чжоу потер подбородок.

Времени нет.

Пилоты шаттлов гораздо более востребованы, чем простые пилоты. У них не только более высокие требования к физической подготовке, но и более высокие требования к способностям. Найти или обучить человека, способного выполнить подобную задачу, будет непросто, особенно из-за ограниченного времени и средств.

Лу Чжоу засмущался.

Я не хотел его беспокоить…

Но, похоже, мне придется задействовать свои связи…

Глава 694. Жуйсян

Самый простой способ нанять двух пилотов у ВВС.

Однако проблема в том, что он не знает никого из ВВС. Он не знал, где найти подходящих пилотов. Однако проблема решилась сама по себе.

На вторую неделю после конференции, когда Лу Чжоу уже написал письмо, сборочный центр посетило несколько особых гостей.

В приемной…

Секретарь Министерства промышленности и информатизации представил Лу Чжоу главному инженеру ВВС академику У Кану, а также министру ВВС.

Этот старик в военной форме выглядел серьезным и суровым, что соответствовало его имени.

— Это руководитель ВВС, министр Цинь Чжуанян.

— Министр Цинь, приятно познакомиться.

Лу Чжоу не знал, следует ли ему пожать руку министру, но министр первым протянул руку.

— Приятно познакомиться с вами, профессор Лу.

После того, как Лу Чжоу пожал руки и другим экспертам из ВВС, министр Цинь заговорил с ним.

— Профессор Лу, уверен, что вы занятой человек, поэтому не собираюсь тратить ваше время впустую. Сразу прошу простить меня за прямоту.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Нет, все нормально, я не люблю пустые разговоры.

Министр Цинь кивнул и серьезным заговорил.

— Уверен, что Министерство промышленности и информатизации уже связалось с вами до нашего приезда. У меня только один вопрос. Ваш двигатель действительно может создавать тяги в двести килоньютонов?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Не знаю ваших запросов по стабильности… Но если использовать его для отправки корабля на низкую околоземную орбиту, то проблем не будет.

Эксперты, стоявшие позади министра Цинь, стали потрясенными.

Хотя они видели данные, присланные Министерством промышленности и информатизации, увидеть их в презентации менее шокирующе, чем услышать, как Лу Чжоу заявляет это лично.

Академиу У стал еще более взволнованным.

По меркам других аэрокосмических двигателей, тяга в 200 кН не очень большая. Даже у Rolls-Royce Trent 800 для 777 Боинга тяга вдвое больше.

Однако, если учитывать непрерывное время полета, очень немногие традиционные двигатели могли бы противостоять ионным двигателям, оснащенными небольшими термоядерными батареями. Хотя тяга в 200 кН намного ниже, чем у реактивных самолетов, экстремальная выносливость двигателя может пережить любой другой самолет…

В одно мгновенно ему в голову пришла идея.

Космический стратегический бомбардировщик!

Если этот ионный двигатель действительно такой волшебный, как описывает его Лу Чжоу, то он идеально подойдет для бомбардировщиков!

Он не единственный, кому пришла в голову эта мысль.

Очевидно, министру, который стоял рядом, тоже пришла в голову эта идея.

Выслушав объяснение Лу Чжоу, министр Цинь мгновенно также стал взволнованным. Он посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Можете ли вы показать нам ионный двигатель?

Лу Чжоу посмотрел на нетерпеливого министра Циня и улыбнулся.

— Конечно, могу, вы приехали вовремя. Мы только вчера закончили сборку двигателя, и теперь он находится на испытательном стенде, ожидая испытаний. Если вам интересно, просто следуйте за мной.

Академик У сразу ответил:

— Пожалуйста, мы с радостью посмотрим!

— Хорошо, тогда следуйте за мной.

Лу Чжоу повел группу людей к испытательному стенду, расположенному в углу сборочного центра.

Там находился конус высотой в пару метров, закрепленный на подставке из стального сплава. Прямо перед отверстием конуса была бетонная стена.

Лу Чжоу заметил, что академика У очень заинтересовала бетонная стена, поэтому он пояснил:

— Температура струи очень высока, поэтому мы должны разместить его перед бетонной стеной, чтобы избежать несчастных случаев. — Он посмотрел на сотрудника, который настраивал оборудование, и кивнул. — Примерно через полчаса будет эксперимент по проверке тяги и стабильности струи. Думаю, вам будет интересно.

Полчаса быстро пролетели.

Эксперимент официально начался.

Обслуживающий персонал ушел на безопасное расстояние от двигателя. Сотрудники закончили последние настройки и включили напряжение. Огромное количество электричества начало поступать внутрь ионизационной камеры двигателя. Температура на экране начала повышаться, и воздух вокруг двигателя начал искажаться и образовался прозрачный синий конус, когда оранжевая струя двигателя вырвалась наружу.

Плазма непрерывно выбрасывалась из двигателя. Значение тяги на экране постепенно начало расти. После того, как оно достигло 198,68 кН, оно начало колебаться вверх и вниз в диапазоне 10 Кн.

— Поток плазмы стабилен!

— Температура в ионизационной камере в норме!

— …

Слушая слова сотрудника, академик У взглянул на скорость струи на экране.

— Из какого материала ваш двигатель? Как он может выдерживать такую температуру?

— Дело не в материале, а в магнитном поле… Но этой бетонной стене так не повезло.

Бетонная стена позади двигателя расплавилась, образовав в стене углубление диаметром в один метр.

Хотя общее количество выброшенной плазмы не так много, бетонная стена не выдержала такой температуры.

Эксперимент продолжался около часа.

Помимо максимальной тяги Лу Чжоу поручил персоналу провести тесты скорости изменения траектории на 15% от максимальной мощности и крейсерской скорости в открытом космосе на 3% от максимальной мощности.

После завершения всех тестов потребление электроэнергии приблизилось к сотне тысяч киловатт.

Совершенно пораженный Министр Цинь стоял на стальной платформе, осматривая двигатель.

Через некоторое время он посмотрел на Лу Чжоу и глубоко вздохнул.

— Этот двигатель… Через сколько он будет готов?

— Он уже готов, но все еще находится на испытательном стенде. Пока мы не совершим испытательные полеты, не могу гарантировать, что он будет в небе таким же надежным, как и на земле.

Министр Цинь посмотрел на Лу Чжоу и серьезно заявил:

— Если у вас возникнут какие-либо трудности в разработке, сообщите нам, мы сделаем все возможное, чтобы помочь!

Лу Чжоу улыбнулся:

— На самом деле мне нужна ваша помощь. Мне нужно два летчика.

Министр Цинь впал в ступор, а потом спросил:

— Нужно только два летчика?

— Да.

Министр Цинь не ожидал такой просьбы.

— Я слышал, у вас проблема с финансированием.

— Проблема с финансированием? Мы уже решили ее.

— О-о, вы решили её. Хорошо, хорошо… — Министр Цинь кивнул и почувствовал облегчение.

Он знал, что Министерство промышленности и информатизации хотело, чтобы министерство ВВС оплатило исследования и разработку ионных двигателей.

Если бы не тот факт, что эти двигатели были такими эффективными на бумаги, и потому что Лу Чжоу лауреат Нобелевской премии и обладатель медали Линь Юня, он не привел бы сюда так много экспертов. И он не оказал большой поддержки этому проекту.

Но теперь, когда проблема финансирования решена, они могли просто потратить деньги на покупку конечного продукта.

Что касается двух летчиков…

В сравнении с этим артефактом, что изменит воздушный бой, то это не вообще не вопрос.

Министр Цинь посмотрел на Лу Чжоу и пообещал:

— Я предоставлю пилотов. Что касается разработки двигателя… Доверяю это вам!

Лу Чжоу улыбнулся.

— Не переживайте, я уверен в своих исследованиях.

Лу Чжоу с виду был совершенно спокоен, но в душе был рад.

Всегда будут те, кто не будет оптимистичен по поводу технического пути, но также всегда будут те, кто поддержит этот путь.

К сожалению, специалистов Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации не было здесь…

Лу Чжоу с нетерпением ждал момента, когда увидит их лица, когда самолет взлетит в небо.

Министр Цинь вдруг кое-что вспомнил и спросил:

— Кстати… У шаттла есть название?

Название?

Лу Чжоу не думал об этом раньше. На данный момент у него было только кодовое название.

Но…

Думаю, я могу назвать его.

Ему на ум пришло идеальное название.

Он посмотрел вниз на огромный серебристый двигатель.

— Струя двигателя на эффекте Холла может достигать сотен миллионов градусов, когда он летит, и он оставит красное и синее свечение в облаках. В мифологии эти цвета счастливое предзнаменование. — Лу Чжоу сделал паузу и улыбнулся. — Скоро китайский Новый год, так что давайте назовем его Жуйсян (Удача)!

Глава 695. Команда космонавтов

Над голубым небом.

Два истребителя парили в небе, скользя между облаками, оставляя за собой рев от двигателей.

Не Юн шел позади другого самолета, прицел замер на истребителе перед ним. Он глубоко вздохнул и нажал на кнопку на рычаге.

Сразу после этого он услышал голос из командного пункта.

— Цель уничтожена.

— Приготовьтесь к следующему упражнению.

Я выиграл!

Не Юн вздохнул с облегчением и ослабил шлем, потом спокойно ответил:

— Вас понял.

Очевидно, что они не могли стрелять боевыми патронами на тренировках. Вместо этого на истребителях установлены электроннооптические передающие и принимающие устройства. Испускаемый световой луч действовал как заменитель ракет. Если цель поражена, приемное устройство на цели принимало сигнал и уведомляло наземный командный пункт. После чего сбитый самолет покидал учения.

Конечно, подобная имитация воздушного боя лишь одна из частей тренировочного полета. Только после выполнения всех заданий они могут вернутся.

После того, как командный пункт сообщил, что другой самолет был сбит, два истребителя изменили свое построение и начали полет в следующую точку, готовясь к следующей задаче.

Как раз в тот момент, когда Не Юн мысленно готовился к следующей части тренировки, он услышал команду.

— Тренировка закончена, немедленно возвращайтесь.

Закончено?

Не Юн удивился, но все равно спокойно ответил:

— Вас понял, возвращаюсь.

Не Юн бросил последний взгляд на голубое небо и показал большой палец своему другу в другом истребителе, после чего повел свой J-20 обратно.

…………………….

Шасси серебристого истребителя уверенно коснулись взлетно-посадочной полосы. После недолгого выруливания истребитель остановился.

Обслуживающий персонаж направился к самолету, и кабина самолета открылась.

Передав команде свой шлем, он направился к старшему офицеру и отдал честь.

Старший офицер тоже отдал честь, потом посмотрел на министра Цинь.

— Это Не Юн, тот, о ком я рассказывал, летчик-испытатель J-20 и лучший в нашей команде.

Министр Цинь отвел взгляд от J-20 и посмотрел на летчика-испытателя, потом неспешно кивнул.

— Приятно познакомиться, Не Юн, думаю тренировка была утомительна.

— Вовсе нет, такие тренировки распространены у нас.

Министр Цинь посмотрел на энергичного мужчину, стоявшего перед ним, и кивнул.

Через какое-то время он со всей серьезностью заговорил:

— У отдела разработок ВВС есть важное задание, для которого требуются два выдающихся пилота. Командир Сунь порекомендовал мне тебя. Теперь мне нужно знать твое мнение,

Разработок ВВС?

Испытываете новое оружие?

Не Юн тут же заинтересовался.

— Я отправлюсь туда, где нужен стране.

Министр улыбнулся:

— Уверен? Даже не спросишь в чем именно задача?

Даже если бы я спросил, вы бы не рассказали…

Не Юн решительно ответил.

— Уверен!

Министр Цинь кивнул.

— Хорошо. С этого момента вы будете переведены из команды летчиков-испытателей в команду космонавтов.

Что за…

Команда космонавтов?

Не Юн был ошеломлен.

…………………….

Он определенно немного разочаровался.

Не Юн никогда не думал, что его отправят в команду астронавтов. Так называемое задание оказалась всего лишь испытанием шаттла, изготовленного частной компанией, которая сотрудничала с национальной обороной, так называемым Жуйсян.

Хотя команда космонавтов не что-то постыдное, все они элита, но всякий раз, когда он вспоминал, что больше не сможет полетать на J-20 по голубому небу, он не мог не чувствовать печали.

Однако долг солдата в том, чтобы выполнять приказы, поэтому ему не на что жаловаться.

Он отбросил мысли в сторону и посмотрел на молодого человека, стоявшего перед ним.

Это и есть легендарный профессор Лу?

Он просто… немного красив. Нет ничего особенного.

Пока два пилота тайком смотрели на Лу Чжоу, Лу Чжоу держал в руках их личные дела и также внимательно наблюдал за ними.

Конечно, он не беспокоился об их внешности. Его беспокоило, обладают ли они качествами, необходимыми для того, чтобы стать квалифицированными космонавтами.

«Не Юн, мужчина, 32 года, летал на J-10, J-20…»

«Не Ян, женщина, 29 лет, летала на Y-20, Y-8…»

Лу Чжоу оторвал взгляд от бумаг и спросил.

— Вы, брат и сестра?

Двое в унисон ответили:

— Да.

Лу Чжоу из любопытства спросил:

— Почему выбрали вас?

Женщина с короткими волосами ответила:

— Командир спросил меня, хочу ли я летать еще выше в небе, я ответила да, и он отправил меня сюда.

В этом не было ничего такого, но Лу Чжоу слегка рассмеялся.

Он кашлянул и посмотрел на Не Юна.

— А ты?

— Приказ от начальства.

Лу Чжоу догадался, что тот не слишком рад.

Он посмотрел на папку в своей руке и, говоря, перевернул на следующую страницу.

— Хотя Жуйсян ни истребитель, ни бомбардировщик, гарантирую, что летать на нем будет интереснее, чем на любом из них… А также более значимо. Я заверяю вас, что многие будут завидовать вам двоим, а ваши товарищи по команде будут гордиться вами. Поэтому не имеет значения, что вы думаете, просто следуйте моим приказам.

Если не нежелание государства, то даже позвони ему посреди ночи и спрося, что он хочет, Лу Чжоу сам стал бы космонавтом-испытателем. Его физическая подготовка так же хороша, как и у обычных пилотов.

Однако это не имело большого значения.

Он всегда мог полетать после того, как технология будет полностью разработана. Ему не обязательно лететь первым.

Лу Чжоу закончил читать личные дела и откашлялся. Он посмотрел на двоих и спросил:

— Как много вы знаете о шаттлах?

Не Юн ответил:

— Это самолет, который может летать в космосе и вернутся обратно.

Реакция Не Яна оказалось медленнее:

— Я думаю также, как брат.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Верно, но есть гораздо больше, чем это. Прежде чем сесть в шаттл, надеюсь, что вы сможете получить полное представление о характеристиках шаттла. В следующие три месяца ответственные люди будут обучать вас, как управлять шаттлов, его устройстве и самое главное… как спастись в случае аварии. Задача очень важна, и у нас всего три месяца, так что я надеюсь, что вы сделаете все возможное.

Два пилота выпрямились и ответили в унисон.

— Да!

Глава 696. Пора нобелевской премии

Хотя Лу Чжоу чувствовал, что два летчика с неохотой относились к новому назначению, к счастью, их настроение не отразилось на работе и они все тщательно выполняли.

Что больше всего понравилось Лу Чжоу, так это то, они показали отличные результаты во всех своих задания, будь то тренировка в имитации невесомости или тренировка на центрифуге.

Нечего говорить о более простых тренировках, как прыжки с парашютом или выживание в дикой природе.

Поскольку они военные летчики, они уже выполняли такие тренировке раньше.

Хотя в сравнении с традиционными ракетами, Жуйсян не предъявлял особо жестких требований к физической подготовке. Ускорение в атмосфере вдвое превышало силу тяжести. После выхода на низкую околоземную орбиту двигатель на эффекте Холла переключится в режим космического полета, и тяга уменьшится. Поэтому даже обычные люди могли справиться с полетом на этом шаттле.

Однако им все равно предстояло пройти соответствующую подготовку.

Дни пролетели быстро, и скоро наступил декабрь.

Очередной Нобелевский ужин прошел в Стокгольме.

Хотя Лу Чжоу, как и предыдущие лауреаты Нобелевской премии, получил приглашение от шведской королевской семьи, и Министерство иностранных дел спросило его хочет ли он принять участие в дипломатическом мероприятие, Лу Чжоу тактично отказался после тщательного обдумывания.

Во-первых, он слишком занят своими исследованиями. Во-вторых, сидеть в стороне довольно скучно. Вместо того чтобы наблюдать, как другие получают награды, он предпочитал получать награды сам. Хотя еда на банкете запомнилась, она недостаточно хороша, чтобы заставить его захотеть вернуться.

В этом году лауреатами премии по физике стали Дэвид О’Шарон и Артур Госсард за их исследования в области полупроводниковой спинтроники.

Первый получил докторскую степень по физике в Корнельском университете и работал профессором электротехники и вычислительной техники в Калифорнийском университете в Санта-Барбаре. Второй известный специалист в области материаловедения и вычислительной техники, который также преподавал в Калифорнийском университете в Санта-Барбаре.

Сейчас не часто встретишь ученых, обладающих обширными знаниями в двух областях. Еще реже этим ученым удавалось добиться выдающихся результатов в двух разных областях. Именно это и подчеркивало важность результатов их работы.

В частности, открытие квантово-размерного эффекта Штарка и дробного квантового эффекта Холла стали огромным прорывом в физике. Это также оказало глубокое влияние на индустрию компьютерных чипов.

Много лет назад многие люди предсказывали, что эти двое получат награду.

Теперь эта награда наконец-то попала к ним в руки.

Стоит упомянуть, что также обсуждали получит ли Лу Чжоу Нобелевскую премию по физике в этом году, и даже начали делать ставки в интернете.

Как и думал Лу Чжоу, хотя термоядерный синтез выдающееся достижение, Нобелевский комитет не рассматривал возможность награждения за групповые исследования.

Однако по оценке Лу Чжоу, это лишь одна из причин. Скорее всего, в первую очередь все из-за того, что он совсем недавно получил Нобелевскую премию по химии. Иначе теоретической модели турбулентности плазмы более чем достаточно, чтобы завоевать награду.

Не говоря уже о том, что существовала также технология атомного зонда Гелий-3.

Будучи щедрым человеком, он с радостью поделился бы миллионами крон от награды с профессором Лазерсоном.

В тот же день, когда Лу Чжоу решил отклонить приглашение на Нобелевский ужин, он услышал новости из East Asia Power.

Спустя год строительства термоядерный реактор Сихэ в заливе Дайя-Бэй построили. Ввести в эксплуатацию его должны до конца года. В первый день Нового года он начнет поставлять чистую и дешевую электроэнергию в районы Гуандун, Шэньчжэнь и Сянцзян.

К текущему моменту мощность электростанции достигла 11 000 МВт, что превысило общую мощность атомной электростанции Дайя-Бей. В конечном итоге новый реактор достигнет мощности Пань-гу в 100 000 МВт.

В декабре межрегиональный проект электросети юго-восточной Азии вступил в свою заключительную фазу. Реакторы Цзиньву в северном регионе и Хоуидуй в центральном регионе также будут введены в эксплуатацию следующей осенью.

К тому времени управляемый термоядерные реакторы будет обеспечивать электроэнергией почти весь Китай.

По-видимому, из-за реактора Хоуидуй некоторые люди предложили снести плотину «Три ущелья». Этот вопрос активно обсуждался среди ученых и все еще оставался нерешенным.

После того, как завершилось строительство реактора Сихе, переговоры со странами-членами ИТЭР стали оживленнее.

Год назад они еще были уверены, что смогут повторить успех Пань-гу через пять или шесть лет. Но теперь, независимо от их уверенности, разрыв между ними и Китаем медленно увеличивался. Китай переживает энергетическую революцию, поэтому другие страны больше не могли ждать.

Лу Чжоу не знал о конкретном прогрессе переговоров и что американцы и европейцы предложили взамен. Однако учитывая, что Министерство иностранных дел предложило ему посетить Стокгольм, переговоры должны проходить гладко.

В конце концов, если бы переговоры не были успешными, китайское правительство не рискнуло бы отправить главного конструктора термоядерного реактора за границу.

Лу Чжоу стоял у входа в тренировочный зал. Он подумал обо всех интересных впечатлениях, которые пропустил, и не смог сдержать вздоха.

Он посмотрел на двух людей, лежащих на виброплатформе, и пробормотал:

— Я им завидую…

Ван Пэн, стоявший рядом с ним, ошеломленно спросил:

— Завидуешь?

Ван Пэн посмотрел на двух пилотов на тренажере, а потом страно покосился на Лу Чжоу.

Чему тут завидовать?

— Да. — Кивнул Лу Чжоу. — Разве ты не хотел бы полететь?

— Полететь… В космос?

— Да.

Ван Пэн покачал головой:

— Раньше никогда не помышлял лететь так высоко.

Лу Чжоу вздохнул:

— Какая твоя максимальная высота прыжка с парашютом?

— Самая высокая… где-то шесть тысяч метров.

Как правило, с парашютом не прыгают на высоте более тысячи метром. На высоте ниже тысячи метров температура и давление воздуха снаружи самолета на нормальном уровне, и парашютистам не нужно рисковать из-за недостатка кислорода или холода.

Прыжки с парашютом выше пяти тысяч метров чрезвычайно опасны даже для спецназа. Они использовались только в крайнем случае, например, когда самолет находился в критической зоне и не мог снизиться. Иначе никто в здравом уме не стал бы прыгать с парашютом на таких высотах.

— Шесть тысяч метров? — Лу Чжоу улыбнулся. — Как только вернешься в армию через несколько лет, прыжки с парашютом на высоте в тысячу километров станут нормой.

Тысяча километров?

Ван Пэн усмехнулся.

Никогда не думал, что дотошный профессор Лу допустит подобную ошибку.

Прыгая с такой высоты с парашютом, превратишься в мороженое…

Глава 697. Подготовка

Время быстро пролетело.

С приближением конца года пилоты и инженеры, как часы, работали изо всех сил.

Что до Лу Чжоу, то, поскольку проект уже подходил к концу, то большая часть задач была уже распределена и ему, как руководителю оставалось меньше работы.

Хоу Гуан, который когда-то принимал участие в программе 863, и отвечал за проектирование шаттла. Сяо Ай, использовал пятиосевой станок и другие станки для создания необходимых деталей. Шаттл постепенно перемещался с чертежей в реальность.

Пока Лу Чжоу сможет обеспечить финансирование, все будет завершено.

Очевидно, это непростое дело.

Даже если производительность Сяо Ая превосходна, все еще оставалось то, что Лу Чжоу не мог просто сделать. Например, систему управления полетом приобрели у Китайской научно-технической аэрокосмической корпорации. Также материал для поверхности шаттла разработал Институт вычислительного материаловедения, а производство передано на аутсорсинг.

Другой пример, передовые материалы, как теплоизоляционная плитка для высоких температур, армированный углеродный материал для передней кромки крыла и даже специальная сталь для основной конструкции. Все это необходимые материалы.

Из-за своих свойств, технология их производства была очень сложна. Вследствие чего стоимость материалов за квадратный метр выше чем стоимость квадратного метра квартиры в центре Цзиньлина.

Эти материалы поставляли поставщики и большая часть стоимости шаттла упиралась в них.

Без преувеличения можно сказать, что аэрокосмическая отрасль просто сжигала деньги.

Однако, в сравнении с американцами, у Лу Чжоу достаточно нормальная ситуация.

Пока «Колумбию» не отправили на пенсию, США потратили сотни миллиардов долларов на шаттл. Стоимость каждого запуска достигала 500 миллионов долларов, не говоря о возникающих различных проблемах.

А Лу Чжоу использовал в основе чертежи программы 863, устранив необходимость в больших деньгах на исследования и разработки. Конструкцию двигателя он получил с помощью пистолета-сканера, поэтому он изменил технологию, не потратив и копейки.

Иначе он не смог бы построить шаттл, даже вложив все свои деньги.

Не Юн стоял в сборочном центре и смотрел на огромный шаттл. Под впечатлением он воскликнул:

— Невероятно.

Лу Чжоу посмотрел на него с улыбкой и спросил:

— Что невероятно?

— Что вы построили его за два месяца.

Не Ян молчала, но по ее лицу можно догадаться, что она думала также.

В сравнении с Не Юн, который летал на истребителях, она летала на больших транспортных самолетах. Поэтому ее будоражила возможность полетать на этом гигантском шаттле. Теперь она с нетерпением ждала полета.

Лу Чжоу понял, что брат с сестрой потрясены.

— Не два месяца. Подготовительные работы начались полгода назад. Электроника подготовлена год назад.

Не Юн сказал:

— Это все равно поражает.

— Правда? — Лу Чжоу немного заколебался, он посмотрел на шаттл и какое-то время что-то обдумывал. — На мой взгляд, что относительно уравнений Янга — Миллса это просто.

— …

Наверное, Лу Чжоу единственный человек на земле, который может сделать подобное сравнение.

……………………

Лу Чжоу не хвастался, он и правда так думал.

После доказательства теории Янга — Миллса и создания теории электросильного взаимодействия он с легкостью создал теоретическую модель для акустического синтеза. Двигатель на эффекте Холла он разработал с помощью пистолета-сканера, а проектирование самого шаттла в основном выполняли другие профессионалы. Думая над этим, Лу Чжоу действительно пришлось сделать не так много.

Главный инженер Хоу Гуан направлял технических специалистов, которые проводили проверку различных компонентов шаттла. Чтобы исключить вероятность несчастного случая, шаттл пристально проверяли две команды.

Хоу Гуан спросил у техника.

— Проверили?

— Да!

— Что с ионизационной камерой? Как гидравлика? Все проверили?

— Все проверили! Все исправно!

— Уверены?

— Да!

Хоу Гуан кивнул:

— Тогда перепроверьте!

— Есть!

Хотя повторные проверки не радостная вещь, инженеры не жаловались на приказ.

Шаттл сложное устрйоство. Они должны удостоверится, что каждый почти из ста тысяч компонентов работает как надо. Лишь тогда можно безопасно отправлять космонавтов.

Любая мельчайшая ошибка, даже если один винт не затянули как надо, может привести к серьезным последствиям.

Поэтому говорят, что каждый успешный запуск — почти провал, а каждый неудачный пуск — почти успех.

Проверочные работы длились три дня.

Наконец, за день до Нового года все проверки завершены и Хоу Гуан принес отчет Лу Чжоу.

Лу Чжоу посмотрел на отчет и спросил:

— Все готово?

— Да! — Хоу Гуан с волнением сказал. — Теперь нам нужно лишь доставить его на стартовую площадку в десяти километрах отсюда, а потом провести еще одну проверку, после чего можно планировать запуск!

Перевезти такую громадину более чем на десять километров непросто.

Особенно учитывая, что им надо сохранить все в секрете.

Однако, подобное может быть трудно для других, но не для Лу Чжоу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Без проблем.

Он достал телефон и отошел в сторону, после чего набрал номер.

— Командир Дай, мне нужна ваша помощь.

Глава 698. Излишние переживания?

США.

Калифорния.

В Space-X проводилась пресс-конференция.

Илон Маск в классической для Кремниевой долины одежде, джинсах и футболке, стоял перед репортерами и рассказывал о будущем Space-X.

Позади него на экране показывался серебристый космический корабль, напоминающий пулю, летящий на фоне голубой земли и бескрайнего космоса.

На космическом корабле были написаны слова Space-X и BFR.

На этой конференции говорили о BFR.

— Ракета, обеспечивающая основную тягу, будет работать на 31 метановом двигателе Raptor, потом идут 2 невысотных и 4 вакуумных двигателя. Топливный бак вмещает 240 тонн метана, а максимальная тяга измеряется в килотоннах… Но это не главное. Мы сосредоточены на основных планах относительно BFR. — Макс прервался и посмотрел в камеры. — Мы запустим два пилотируемых корабля на Марс к 2024 году!

В зале поднялся шум, и репортеры начали лихорадочно делать снимки.

Аэрокосмическая отрасль не что-то новое для американцев.

Однако исследования Марса и освоение космоса все еще увлекательная тема.

Иначе «Звездные войны» не стали бы такими культовыми в США.

Маск ухмыльнулся и заговорил громче.

— Как только разработка BFR будет завершена, он вытеснит все другие текущие ракеты. Благодаря нему станет возможно выполнять различные задачи в космосе, будь то на Луне или Марсе. Он изменит наше понимание аэрокосмической отрасли и изменит наше будущее.

Дальше Маск продолжил рассказывать о преимуществах их корабля и дальнейших планах относительно Марса.

Под громкие аплодисменты пресс-конференция подошла к концу, после чего репортеры окружили Илона Маска.

Отделавшись от репортеров и покончив с интервью, Маск вернулся к себе в офис и сел в кресло.

Он с нетерпением достал телефон и посмотрел на рост акций, после чего расслабился.

BFR вселил надежду в инвесторов, но еще не время праздновать.

Фондовый рынок дикое животное, особенно для высокотехнологичных компаний.

Поддержат ли богачи видения Маска или нет, не зависит от возможной прибыли, а зависит от способности Маска выполнить его обещания.

К счастью, благодаря термоядерному синтезу и литий-серным батареям энергетическая отрасль хорошо развивалась. Цены на акции Теслы росли, а доверие инвесторов к нему возросло. Однако аэрокосмическая отрасль, где даже он не испытывал 100% уверенности.

Тут раздался стук в дверь и вошла секретарь.

— Президент, к вам пришли.

Маск хотел отдохнуть, поэтому хмуро спросил:

— Кто?

— Они утверждают, что они из ЦРУ…

— ЦРУ? — Маск с колебанием заговорил. — Я не помню, чтобы…

В этот момент дверь резко открылось и вошли двое мужчин в черных пиджаках.

Маск недовольно посмотрел на них.

—Я не помню, чтобы разрешал вам входить. У вас есть ордер?

— Извиняемся, но ситуация очень срочная, надеюсь, вы нам простите. — Чернокожий агент показал свое удостоверение и представился. — Я агент Эйден.

— Илон… Впрочем, вы знаете, кто я. Кофе?

Агент позади Эйдена сказал:

— Нет, мы спешим.

— Ладно, тогда… — Маск посмотрел на секретаршу. — Алисса, принеси мне латте.

— Поняла. — Секретарь кивнула и вышла.

— …

Через пять минут она принесла кофе.

Эйден больше не хотел терять времени, поэтому перешел сразу к главному.

— Мы слышали, что где-то два месяца назад Star Sky Technology сделали у вас заказ на 20 миллионов долларов, так?

Маск немного подумал, а потом кивнул.

— Да, но не помню, что там было что-то запрещенное. Какие-то проблемы?

Эйден агрессивно сказал:

— Проблема не в заказе, а для чего он.

Маска не испугал его тон, и он грубо ответил:

— Нас не волнуют, что наши клиенты делают с нашими товарами. Если возникли какие-то проблемы, то поговорите с таможней.

Эйден просто молча достал размытый снимок и положил его на стол.

Маск посмотрел на шаттл на фотографии и, вскочив, спросил:

— Что это?

— Ваш клиент или уже ваш будущий конкурент назвал его Жуйсян. — Агент пожал плечами. — Судя по всему они используют новейший ионный двигатель, и мы все еще изучаем это дело.

— Стоп, стоп, ионный двигатель? — Маск пристально посмотрел на мужчину перед собой. — Вы уверенны?

— Уверенны. — Эйден кивнул. — Наши источники надежны, но не конкретны.

Маск с улыбкой покачал головой и вновь сел.

Он с насмешкой посмотрел на них и заговорил:

— Дорогие агенты ЦРУ, хотя я не уверен, каковы ваши успехи в расследовании, будучи добросовестным налогоплательщиков, мне хотелось бы, чтобы у вас было побольше профессионализма… Ионные двигатели? С помощью ионного двигателя отправить шаттл в космос? Это просто смешно.

— Разве полет с помощью ионного двигателя что-то нереальное?

— Это что-то невозможное. — Без колебаний ответил Илон. — Даже самый передовой ионный двигатель обладает тягой в десяток ньютонов. Для отправки корабля на орбиту потребуются, как минимум, килоньютоны.

Эйден переглянулся с другим агентом и тот сказал:

— НАСА сказали также… Мы слишком переживаем?

Эйден задумался и ничего не ответил.

Он надеялся, что это лишь излишние переживания.

Но вспоминая Лу Чжоу, он не мог не нервничать…

Глава 699. Ответственный за обратный отсчет

Китайская научно-техническая корпорация.

Кабинет главного инженера.

Услышав, что Star Sky Technology, собирается провести испытательный запуск в Новогодний день, секретарь Юй тут же появился в этом кабинете, чтобы доложить. Юань Хуаньминь пребывал в шоке от этой новости.

Переварив все и осознав происходящее, он с недоверием переспросил:

— Испытательный запуск?

— Да! Никто не ожидал, что они будут такими быстрыми. — С беспокойством сказал секретарь. — Мы оказались на шаг позади, что нам теперь делать?!

На самом деле, в отличие от Министерства промышленности и информатизации, они не принимали этот спор всерьез.

Ионный двигатель…

Все понимали. что преодолеть гравитацию с такой малой тягой будет невозможно. Иначе они не согласились бы на этот спор так легко. Они скорее заставили бы профессора Лу гоняться за ними.

Сейчас же…

Кто мог знать, что они организуют испытательный запуск?

Юань Хуаньминь пораженно посмотрел на встревоженного секретаря.

Но он переживал не о том же.

Помолчав какое-то время, он с подозрением спросил:

— В первом полете же отправят людей?

— Два пилота…

— Это возмутительно!

Юань Хуаньминь хлопнул рукой по столу так, что чашки на нем задрожали. Он сердито вскочил и, взяв пальто, направился к выходу из кабинета.

Секретарь Юй быстро догнал его.

— Инженер Юань, куда вы идете?

Юань Хуаньминь резко ответил:

— Ты серьезно спрашиваешь? Еду на космодром в Цзиньлин!

— Но они не звали нас, будет унизительно, если мы появимся там…

— Сейчас надо не об этом думать! — Юань Хуанминь восклинул. — Что важнее, жизнь человека или какая-то гордость?!

Два космонавта!

Не говоря уже о том, что они одни из лучших летчиков испытателей.

Юань Хуаньминь яростно покачал головой.

Как он и ожидал, Лу Чжоу слишном незрел.

Его эго перешло все границы.

Экспериментирует в технологиях, а теперь подвергает риску жизни космонавтов!

Юань Хуаньмин считал, что Лу Чжоу слепо злоупотребляет доверием страны к нему!

Юань Хуаньмин не против, чтобы Лу Чжоу тратил деньги на проект, но теперь жизни людей под угрозой, и он должен что-то сделать.

Он должен остановить его!

Он позвонил своим помощникам и попросил заказть билет на поезд из Пекина в Цзиньлин, а потом спустился на стоянку.

Секретарь Юй шел прямо за ним. Он хотел отговорить его ехать, но передумал.

Может будет здорово, если получится предотвратить пуск?

Независимо от успеха, стоит попробовать…

……………….

Недалеко от космодрома Цзиньлина.

Машину, транспортирующую шаттл, сопровождали несколько машин.

Вчера власти города с помощью полиции заблокировали эту часть дороги и дороги вокруг, ведущие к космодрому. Все специально для защиты граждан, а также для сохранения секретности.

Однако, очевидно, что многие другие страны обратили внимание на этот пуск.

Но это неважно.

Ничто нельзя сохранить в секрете. Даже удивительно, что оно сохранилось в тайне до этого момента.

Командир Дай вышел из военного джипа и подошел к Лу Чжоу, после чего пожал тому руку.

— Профессор Лу, мы вновь встретились.

— Рад видеть вас, командир Дай. — Ответил Лу Чжоу, пожимая тому руку.

Они знали друг друга еще с проекта по управляемому термоядерному синтезу и у них всегда были хорошие отношения. Этот запуск очень важен для страны, поэтому подразделение командира Дая отвечало за безопасность.

После небольшой беседы командир Дай сказал:

— Давайте поговорим еще после окончания пуска, а пока больше не буду вас беспокоить. Мы охраняем эту территорию, можете просто сосредоточится на своей работе!

— Хорошо. — Лу Чжоу кивнул. — Огромное вам спасибо.

— Не нужно благодарностей. Это наш долг.

Командир Дай махнул рукой и отправился обратно к своему джипу.

Взяв рацию, он отдал приказ.

— Группа один, группа два, начинайте патрулирований стартовой площадки! Чтобы не одно мухи не было в радиусе пятиста метров!

…………………….

Попрощавшись с командиром, Лу Чжоу нашел космонавтов. Они готовились к посадке, а инструктор давал им последние советы.

Увидев подошедшего Лу Чжоу, инструктор замолчал и дал тому слово.

Лу Чжоу подошел к космонавтам и слегка стукнул кулаком того по груди.

— Ты справишься!

Не Юн вздохнул. Он был не особо разговорчив, но с ухмылкой ответил:

— Конечно!

Лу Чжоу подошел к Не Ян и собирался сделать также, как вспомнил, что она девушка, поэтому аккуратно похлопал ее по плечу.

Не Ян заметила, что хотел сделать Лу Чжоу, поэтому подшутила.

— На самом деле, я не против.

— Все женщины в армии такие смелые?

— Нет, в армии разные девушки. Какой тип вам нравится? Я могу познакомить вас с некоторыми.

— Забудь…

Все знают, что я одинок?

Лу Чжоу собрался и серьезно посмотрел на нее:

— Сделай все, что в твоих силах.

Не Ян отсалютовала. Она выглядела бесстрашной и сильной, как и ее брат.

— Я справлюсь!

Лу Чжоу кивнул и направился к шаттлу, но внезапно обернулся и посмотрел на пилотов.

— С этого дня начнется новый этап космической эры. А вы первые, кто вступит в нее. Не буду тратить ваше время понапрасну. Просто знайте, что история запомнит этот день, запомнит вас и всех остальных, кто здесь стоит.

Лу Чжоу посмотрел на серебристый шаттл.

— Увидимся позже.

Все инженеры, которые находились рядом, прониклись словами Лу Чжоу.

Никто не заметил, что Лу Чжоу с ухмылкой посмотрел на шаттл.

Чуть позже Лу Чжоу крикнул:

— Хоу Гуан.

— Да?!

— Ты будешь отвечать за обратный отсчет!

Хоу Гуан взволнованно кивнул.

— Да!

Глава 700. Зажигание! Подъем

— 5!

— 4!

— 3!

— 2!

— 1!

— Зажигание!

Жидкий литий начал подаваться в реактор.

Когда внутрь попало множество плотных пузырьков, энергия звезды начала образовываться в атомных ядрах. Когда ксенон был подан в ионизационную камеру, высокотемпературная плазма под действием магнитного поля направилась в сопло двигателя…

От задней части шаттла шла голубая вольтова дуга, которая толкала его вперед.

Вперед!

И вперед!

Скорость постепенно набиралась, а носовая часть шаттла приподнялась.

Эта голубая душа несла человеческие мечты о космосе. Серебристый корабль скрылся за облаками, направляясь в космос…

Техники, стоявшие возле взлетной полосы, радостно закричали и подкинули свои шапки в небо.

В то же время в командном пункте в 500 метрах также раздались радостные возгласы.

Хоу Гуан тяжело вздохнул и снял наушники, а потом вытер слезы.

Прошло уже много лет, но его места наконец-то стала реальностью.

Он не разочаровал своих наставников.

Чертежи, которые когда-то считались бесполезными в итоге пригодились.

За пределами стартовой площадки.

Солдаты, охраняющие территорию, тоже увидели голубую дугу, скрывшуюся за облаками.

Хотя из-за работы они должны сохранять хладнокровие, их лица переполняла радость и гордость.

Командир Дай посмотрел в сторону, где исчез шаттл, и отсалютовал.

Да благословит бог Китай.

Желаю вам благополучного возвращения!

……………………

В этот момент около входа в командный пункт остановился внедорожник.

Юань Хуаньмин, которому разрешили въезд на территорию, направился к главному входу. Секретарь Юй следовал за ним.

Сотрудник службы безопасности заметил двух мужчин и тут же остановил их.

— Стойте, это запретная зона!

Секретарь Юй тут же показал разрешения.

— Вот бумаги с разрешением от Министерства промышленности и информатизации, быстро пропустите нас.

Охранник внимательно просмотрел бумаги, а затем вернул их секретарю.

— Извините, но это разрешение лишь на въезд. Вы можете находится на территории, но не можете войти внутрь.

Юань Хуаньминь нахмурился и спросил:

— О чем вы?

— Это частная территория.

Секретарь удивился:

— Вы!

Но это нормально.

Земля в конце концов принадлежала Star Sky Technology. Им разрешалось попасть на территорию, но если они хотят попасть закрытую зону, они должны получить специальное разрешение…

В этот момент на площадке поднялась суматоха.

Группа солдат вошла в командный пункт.

Охраник ошеломленно замер, не понимая, что происходит. Он увидел, как командир Дай и главный инженер Хоу Гуан вышли из командного центра.

Юань Хуаньминь заметил суматоху и спросил у командира Дая.

— Что случилось? С шаттлом что-то стряслось?

Командир Дай собирался что-то ответить, но Хоу Гуан его опередил:

— Не совсем, пуск прошел успешно, просто…

Секретарь Юй сглотнул и спросил:

— Просто что?

Командир Дай вздохнул:

— Профессор Лу пропал. Мы не знаем куда он подевался и пытаемся найти его. Если вы что-то знаете, пожалуйста, скажите нам.

— Пропал? Как?

— Он был тут совсем недавно… Может…

Хоу Гуан замер.

Командир Дай заметил его странную реакцию и тут же спросил:

— Может, что? Где он?

— Я не уверен, но возможно, подчеркиваю, возможно… Он в шаттле.

У всех на лицах воцарился шок.

В шаттле?

Твою ж!

……………………………

Тем временем над облаками.

Руки Не Юна дрожали.

Он посмотрел на появившегося из ниоткуда Лу Чжоу и спросил:

— Зачем вы здесь?

Лу Чжоу неторопливо заварил себе чашку кофе и сел в кресло.

— Это мой шаттл, почему мне нельзя быть здесь?

— …

Его слова имели смысл, поэтому пилоты не знали, как ответить.

Не Ян посмотрела на кофе и спросила:

— Может сейчас не лучшее время для кофе?

— А когда еще? — Лу Чжоу помешал ложкой кофе. — Как только мы выйдем в стратосферу, мне не удастся ничего выпить.

Ускорее от ионного двигателя намного медленнее, чем у традиционного. Даже в идеальных условиях для достижения первой космической скорости им нужно два часа.

Благодаря этому он мог насладиться чашкой кофе.

Кроме того, один лишний человек не повлияет на безопасность, поскольку шаттл рассчитать на десять человек. Если нужно, они могли взять еще семерых.

Не Юн и Не Ян переглянулись.

— Брат, что нам делать?

— Не знаю! Может вернуться?

— Но стоимость запуска астрономическая, мы не можем просто вернуться…

— Подумай сколько стоит Лу Чжоу.

Не Юн стиснул зубы.

Этот парень…

Не осознает, насколько важна его безопасность.

Честно говоря, когда Не Юн поднялся на борт, он рискнул жизнью. Он даже оставил завещание в ящике стола, но теперь неудача недопустима.

Он должен сделать все возможное, чтобы благополучно посадить шаттл.

Не Ян, которая сидела в кресле второго пилота, посмотрела на брата.

— Ты прав… Я поговорю с командным пунктом.

Лу Чжоу видел, как брат с сестрой молча общаются взглядами, и догадался, что они хотели сделать, поэтому кашлянул:

— Я знаю, о чем вы думаете, но не советую вам делать это. Если мы приземлимся сейчас, это не только уничтожит труд тысяч работников за последний год, но и весь проект окажется под угрозой банкротства.

После небольшой паузы Лу Чжоу добавил.

— Также… Я тут не для развлечения, у меня на то свои причины. Но это неважно, вы же солдаты. Поэтому слушайти приказы. Военные послали вам ко мне выполнять мои приказы. Поэтому сейчас я хочу, чтобы вы сосредоточились на выполнении своих задач. Не беспокотесь обо мне. Я бегаю по часу каждое утро, и я в хорошей форме. Просто сделайте вид, будто меня нет.

При чем тут ваша форма?

Как представить будто вас тут нет?

Не Юн поколебался, но решил не приземляться.

Как сказал Лу Чжоу, он должен следовать приказам.

Когда его отправили сюда, Лу Чжоу стал его командиром. Хотя тот и не солдат, он все еще мог им командовать.

Поэтому, даже на миллион причин прекратить полет, он должен следовать приказам…

Глава 701. Вид на землю

— Это Жуйсян…

— У нас проблема…

После небольшого колебания Не Юн решился сообщиться о сложившейся ситуации в командный пункт.

— Профессор Лу здесь.

Какое-то время от командного пункта не было ответа, потом раздался голос Хоу Гуана.

— Хорошо, поняли.

Поняли?

И все?

Не Юн размышлял стоит ли ему спрашивать, что им делать, но Хоу Гуан заговорил первым.

— Продолжайте полет в соответствии с планом… Убедитесь, что с профессором Лу все нормально.

Изменение плана полета добавило бы рисков.

Не Юн хорошо понимал это, поэтому кивнул.

— Есть.

Не Юн вздохнул и посмотрел на Лу Чжоу, который убирал чашку.

— Мы приближаемся к пороговой высоте, режим полета будет изменен.

На высоте более 20 километров, плотность воздуха стремительно будет падать. Крылья уже не будут играть никакой роли и для обеспечения нужной подъемной силы можно положиться только на тягу двигателя, поэтому шаттл начнет подниматься вверх под большим углом наклона.

На такой высоте члены экипажа уже не могли свободно передвигаться по шаттлу.

— Понял.

Не Юну не нужно было напоминать об этом Лу Чжоу. Тот уже подошел к пассажирскому креслу, открыл металлическую дверцу шкафчика и достал громоздкий скафандр.

Не Юн посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Вы знаете… как его надевать?

Лу Чжоу с легкостью надел его и ухмыльнувшись посмотрел на пилота.

— Конечно, я много раз практиковался дома.

— …

Господи…

Он спланировал все с самого начала!

Хотя ускорение этого шаттла не особо большое и скафандр нужен только для защиты на момент посадки, поскольку это первое испытание, присутствовало много рисков и необходимо было быть готовым ко всеу.

Для обеспечения максимальной безопасности, они должны следовать всем предписания. И они могли снять этот скафандр лишь когда окажутся на орбите.

Лу Чжоу встал рядом с пассажирским креслом и посмотрел на себя в зеркало.

В сравнении со скафандром для выхода в космос, в котором присутствовала портативная система питания и жизнеобеспечения, скафандр для кабины был относительно легким, хотя и громоздким. Но и стоимость была дешевле, всего 10 миллионов юаней.

Вероятно, это самая дорогая одежда, которую когда-либо носил Лу Чжоу.

Лу Чжоу думал стоит ли ему сфотографироваться, но в итоге отбросил эту мысль.

Использовать телефон в скафандре слишком неудобно.

Достигнув высоты 20 километров, мощность двигателя Жуйсяня стала увеличиваться. Корабль устремился в космос.

……………………………….

Полет в космос — путешествие не быстрое.

Строго говоря, высота от 100 до 2000 километров считалась низкоорбитальным пространством. Целью этого испытательного полета было добраться до высоты орбиты МКС в 418 километров. Общее время полета составляло около двух часов. Ожидалось, что после 24 часового пребывания на низкой околоземной орбите они вернутся назад.

Для подобных шаттлов это оптимальная высота. Большинство полетов заканчивались вообще на высоте менее 400 километров. Лу Чжоу не хотел, чтобы в свой первый полет шаттл поднимался слишком высоко.

Все пять двигателей шаттла работали. Словно метеор он оставлял за собой голубой след. Высота увеличивалась. Три человека в шаттле ощутили увеличение силы тяжести, но они привыкли к ней через какое-то время.

Лу Чжоу потрясено посмотрел на планету из иллюминатора. Голубое море и густые облака, тысячи огней домой походили на звезды в холодной ночи.

Через некоторое время он унял свое потрясение и поддавшись эмоциям произнес:

— Лучше не может быть места, чтобы засвидетельствовать, что земля круглая.

— Разве по глобусу это не понятно?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это не тоже самое, что подтвердить это лично.

Не Ян посмотрела на планету и, в отличие от рациональных мыслей двух мужчин, поразилась красотой Земли.

После долгого разглядывания Земли она произнесла:

— Красиво.

Не Юн кивнул.

— Да… Красиво.

Преодолев 100 километровую границу, шаттл вошел в термосферу из мезосферы. Примерно через 60 километров они достигнут самой низкой высоты низкой околоземной орбиты.

Теперь сопротивление воздуха было незначительным.

Голубой след за Жуйсян начал слабеть и постепенно превратился из яркого луча в свечу. В наушниках Лу Чжоу услышал, что они успешно вышли на орбиты. Двигатели переключились на систему, работающую на литий-серных батареях.

Хотя Лу Чжоу ничего не слышал, он мог прочувствовать радостные крики из командного пункта, а также гордость людей.

— Мы на орбите… Черт, этот скафандр легко надеть, но снимать его та еще морока.

Особенно в условиях невесомости.

Лу Чжоу смог отцепится от пассажирского кресла и снять скафандр. Он неуклюже подлетел к иллюминатору.

Лу Чжоу посмотрел на Землю, достал телефон и сделал снимок.

В этот момент перед ним появилась полупрозрачная панель.

[Дополнительное задание: Вид на Землю]

[Описание: Наука — нечто большее, чем просто исследования, это также смелость поставить на кон жизнь!

Требования: с высоты 100-2000 км лично сделайте снимок Земли.

Награда: 50 000 свободных очков опыта, один билет счастливой лотереи. (Награды выдаются после завершения первой части основного задания).

]

Это задание… Словно я отдаю жизнь за науку.

Лу Чжоу посмотрел на описание и покачал головой, после чего убрал телефон обратно в карман.

Хотя описание весьма странное, награда вполне хорошая.

Просто… В командном пункте, скорее всего, сходят с уча.

Как мне им объяснить все?

Не могу же я просто сказать, что просто хотел полюбоваться видом? Хотя вид просто отличный.

Эм…

Лу Чжоу покачал головой.

Неважно.

Он не обязан ничего объяснять.

Вам нужна причина?

Придумайте ее сами.

Глава 702. Суперзвезда кремниевой долины?

США, Калифорния.

В особняке в Бель-Эйр.

Илон Маск достал из холодильника два шампанского и половину коробки пиццы. Он поставил пиццу в микроволновку и сел на диван, после чего включил телевизор.

Через час должен начаться матч регби, но он сосредоточился на новостях, которые транслировали перед игрой.

Хотя большинство из Кремниевой долины получают новости из соцсетей, для Маска предстоящие новости по телевизору важнее.

Потому что через минуту на экране появится логотип Space-X.

Вскоре ведущий расскажет про Space-X и покажет интервью после пресс-конференции.

Его супер ракета привлечет всеобщее внимание, а технология двигателей на жидком метане изменит аэрокосмическую отрасль.

Это приносило ему больше радости, чем становление международной супер звездой.

— За успех! — Маск открыл шампанское и наполнил бокал. Он посмотрел на начинающиеся новости и добавил. — Ура!

Началась программа новостей.

Как он и ожидал, концепт BFR показали по центру экрана. После интервью со специалистами НАСА, которые тесно сотрудничали с Space-X, начали показывать предположительный план лунной базы и план по колонизации Марса к 2024 году.

В это время Маск услышал звон от микроволновки.

Он с неохотой поднялся с дивана и пошел на кухню. Положив пиццу на тарелку, он быстро вернулся.

— Илон Маск, генеральный директор Space-X, заявил, что первое испытание ракеты BFR пройдет в этом году…

Ведущего прервали, и Маск увидел, как кто-то протянул ведущему листок бумаги.

Ведущая удивилась, увидев написанное на листке, потом вздохнула и заговорила:

— Извините, мы только получили срочные новости… Около Двух часов назад китайский шаттл Жуйсян с новейшей разработкой ионного двигателя был успешно запущен с космодрома в Цзиньлине. Об этом сообщают китайские СМИ. Мы пытаемся связаться с НАСА, чтобы подтвердить достоверность этих сведений. Пока мы не получили ответа… Для получения дополнительной информации, следите за нашими новостями…

Горячий кусок пиццы упал, запачкав пол сыром и соусом.

Маск с пустым лицом смотрел на телевизор. Он даже не удосужился поднять пиццу и не никак не мог прийти в себя.

Его мозг просто отключился.

Жуйсян?

Ионный двигатель?

Что?

Они ошиблись?

Новости продолжались, дальше продолжили говорить о Space-X и BFR.

Однако теперь он потерял всякий интерес к этому…

Он достал телефон и быстро зашел в твиттер в поисках информации о Жуйсян.

Однако он не смог найти никакой дополнительной информации. Он не смог даже ничего найти о Star Sky Technology.

В кремниевой долине все с удивлением обсуждали Жуйсян.

Маск выключил телефон, когда новости уже закончились.

Он пробормотал:

— Господи…

Он попытался сделать глоток из второй бутылки шампанского, но осознал, что еще не открыл ее…

……………………

Не только американцы пребывали в шоке.

Эта новость больше всего шокировала самих китайцев.

Когда Жуйсян благополучно достиг орбиты, журналисты около командного пункта тут же отправили новости прямо в Пекин. Получив одобрение от правительства, центральный телеканал сообщил об этом и поздравил Жуйсян с успехом. Новость стала для страны новогодним подарком.

Но не все радовались.

У многих эта новость вызвала головную боль.

Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности.

Кабинет директора.

Директор Ли разговаривал по телефону с Хоу Гуаном на космодроме в Цзиньлине.

Услышав, что Лу Чжоу тоже на шаттле, его улыбка исчезла и он уронил телефон.

Он быстро поднял телефон и проверил не разбил ли он экран, после чего с тревогой спросил:

— Что? Профессора Лу на шаттле.

Хоу Гуан сглотнул и ответил:

— Да…

— Вы вообще делали проверки перед пуском? Как вы пропустили туда его?

— Мы все проверили… Но думаю, что он туда тайно проник.

Директор Ли чуть не потерял сознание.

К счастью он держался за стол.

Он облокотился на спинку кресла и спросил:

— Тогда, что с ним сейчас?

— Он в шаттле.

— Ну ничего себе! Я знаю, что он там, где ему еще быть? Я спрашиваю с ним все нормально? Он здоров?

— Ничего такого, полет проходит стабильно, а по словам пилотов… Профессор Лу, похоже, тренировался дома.

Твою же…

У директора Ли разболелась голова.

Хоть у него и была власть над другими, он совсем не мог контролировать Лу Чжоу.

— Ладно, все нормально, если он в безопасности…

Директор глубоко вздохнул и закончил звонок.

Он встал и прошелся по кабинету, потом хлопнул по столу и взял свое пальто. Затем он обратился к своему недоумевающему помощнику.

— Сяо Чжоу, купи мне билет на ближайший поезд! В Цзиньлин!

Глава 703. В любом случае, это не плохо

Директор Ли получил билет на поезд, но не смог приехать в Цзиньлин.

Только покинув здание Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности, он получил звонок от высшего руководства. Его попросили присутствовать на важном собрании.

Очевидно, совещание посвящалось успешному пуску Жуйсян.

В конференц-зале.

Когда руководитель Ли добрался туда там уже присутствовало много людей.

Директор Ли поприветствовал других руководителей и быстро сел. Оглядев присутствующих, он не мог не удивится.

Его удивили больше не сами люди, а их количество. Здесь собрались чиновники из самых разных министерств и ведомств. Тут сидел даже глава Министерства иностранных дел.

Директор Ли не стал тратить время и взял толстую папку перед собой.

Увидев заголовок, он понял почему их собрали.

«Проект орбитального стратегического бомбардировщика.»

Понятно.

Неудивительно, что всех так быстро собрали.

Вскоре совещание началось.

Вступлений особо не было и обсуждение быстро перешло к главному.

Министр Цинь из ВВС заговорил первым.

Властным голосом он сказал:

— Пуск Жуйсяна прошел успешно, ионные двигатели готовы к использованию. Думаю, с развитием космоса наше представление о войне кардинально изменится, но, к счастью, мы впереди. Я считаю, что мы должны сохранить наше преимущество и использовать технологию ионного двигателя для национальной обороны и разработать самолет, способный летать на более ста километров! Я уже проконсультировался с экспертами научно-исследовательского института ВВС и изложил все в отчете. Он находится в третьем разделе, на двадцать четвертой странице. Надеюсь, что вы серьезно рассмотрите мое предложение.

Слова министра получили одобрение у многих, но не у всех.

Когда он сел, представитель другого министерства поднялся и с осторожность заговорил:

— Мне кажется, что тут надо рассмотреть все более тщательно. Сейчас наше положение в международном сообществе не благоприятное. Если мы решим применить подобные технологии в военных целях, то встревожим другие страны.

Министр Цинь не изменился в лице, он встал и ответил:

— Стратегическое сдерживание часть национальной обороны. И мы не единственные, кто разрабатывает подобное. У американцев есть проекты X-37B и X-43, они даже осуществили испытательный полет несколько лет назад. У русских тоже есть проект под кодовым названием Н5, где четко видно их желание создать орбитальный стратегический бомбардировщик со скоростью в десять махов и возможностью бомбардировки наземных целей с высоты выше ста километров. Даже если мы не должны провоцировать военные конфликты, мы все равно должны со всей серьезностью отнестись к этому оружию.

Спор продолжался около получаса, но легкое покашливание прервало его.

Президент кивнул и произнес:

— Я согласен с министром Цинем. Мы должны разработать подобный самолет, но мы также должны соблюдать международные договоры. Мы должны ограничивать разработку космического вооружения и сосредоточится на обычном. Мы не собираемся стать первыми, кто создаст не традиционное оружие. И не должны никогда проявлять инициативу по отправке его в космос, если только другие страны не сделают это первыми.

На самом деле разница между традиционным и нетрадиционным вооружением иногда заключалась просто в изменении боеголовки, но заявление, что это самое обыкновенное вооружение заявление, помогало уменьшить давление со стороны международного сообщества.

Президент продолжил после небольшой паузы:

— Также мы недооценили важность освоения космоса и придавали небольшое значение аэрокосмическим проектам. Думаю, что пора внести некоторые коррективы в нашу политику. Помимо военных проектов, мы должны уделить приоритетное внимание другим проектам, связанным с освоением космоса, включая лунный проект.

Почти все согласились со словами президента.

Даже те, кто сомневался в необходимости разработки орбитального бомбардировщика, или кто сомневался в значимости космической программы, не сомневались в важности лунного проекта.

Переговоры по термоядерному синтезу почти подошли к концу. В обмен на эту технологию Китай получил много важных технологий других стран. Нет никакого смысла использовать космическую программы для отвлечения США и Европы.

Особенно из-за успеха Жуйсяна все могли понять, что космическая эра скоро наступит.

Когда энергетическая проблема решилась, дальше встает проблема ресурсов.

Тот, кто контролирует Луну, контролирует будущее.

Не совещание многое обсудили.

Создание новых аэрокосмических промышленных зон вдоль реки от Цзиньлина до Сицзяна, низкие налоговые ставки для поддержки частых компаний в этой области и многое другое.

Время быстро пролетело и собрание подходило к концу.

Заговорил глава Китайского национального космического управления.

Они министерство второго уровня и обычно не поднимали бы вопросов на таком собрании, но ситуация была немного особенной…

— Еще кое-что… Это касаемо профессора Лу. — Глава кашлянул и сказал. — Несколько часов назад мы получили информацию от командного пункта космодрома Цзиньлина. Они сообщили, что… профессор Лу на борту Жуйсян.

— …

Старик в военной форме снял очки и пробормотал:

— Пора бы найти ему пару.

Другой старик покачал головой и улыбнулся:

— Времена изменились. Теперь все не так, как раньше. Боюсь, что молодым людям это неинтересно. Всякий раз, как спрашиваю сына о девушке, то он злится на меня…

— Зачем это говорить здесь?!

— А что нам делать?

Президент вздохнул.

— Забудьте, пусть делает, что хочет. В любом случае, это неплохо.

Глава 704. Празднование Нового года в небе

Москва.

Федеральная служба безопасности.

За столом сидел мужчина в серой кожаной куртке и просматривал отчет.

Внезапно раздался стук в дверь.

Мужчина взглянул на вход и сказал:

— Войдите.

Дверь открылась, и вошел худощавый мужчина.

— Это последний отчет от службы внешней разведки, а также информация от «Роскосмоса». — Сказал мужчина, кладя бумаги на стол. — Похоже, что китайцы и правда смогли.

Мужчина за столом, постучал пальцами по столу, а потом начал просматривать документы.

Прошло несколько минут.

Отложив отчет в сторону, он посмотрел на сотрудника перед ним.

— Это все, что у нас есть?

— Военные патрули слишком плотные, а воздушное пространство патрулируют самолеты. Мы можем наблюдать только с расстояния опасаясь слишком приближаться.

Мужчина в кожаной куртке кивнул.

Он помолчал, а потом встал. Он взял два отчета.

— Я доложу об этом господину Владимиру. Пусть служба внешней разведки не расслабляется. Если появится что-то новое, сразу же сообщают мне. Особенно про двигатель… Я хочу все знать про него!

…………………………

Лу Чжоу немного ошибался.

Хотя командный пункт в действительности пребывал в хаосе из-за его пропажи, когда они узнали, что он находится в шаттле, то все успокоились.

Не было смысла паниковать, ведь он уже в шаттле.

Они не могли на середине пути возвращать шаттл.

Поэтому, подтвердив безопасность Лу Чжоу, Хоу Гуан поменял свой взгляд и продолжил руководство.

5 часов и 27 минут полета.

Когда Жуйсян пролетал над Китаем, они через командный пункт связались с центральным телевидением. Согласно плану, они отправили 25-секундное поздравление с Новым годом.

Изначально видео должны были записать только два космонавта, но в итоге к ним присоединился Лу Чжоу, поскольку Не Юн и Не Ян не могли игнорировать его существование, не говоря уже о том, что Лу Чжоу сам хотел принять участие в поздравление.

Лу Чжоу помахал рукой в камеру. От имени всех космонавтов и сотрудников командного пункту он пожелал всем в Китае счастливого нового года.

Пока они отправляли поздравление, Америка тоже вступила в новый год.

Однако множество людей не смогло уснуть из-за новостей.

Согласно официальной статистике твиттера почти треть американцев во время матча обсуждали шаттл, запущенный с другого конца света.

Такое редко встретишь…

В течении долгого времени США гордились, что они космическая держава, что даже стало частью их культуры. Это не только из-за Голливуда с множеством научно-фантастический фильмов, но и еще из-за того, что со времен холодной воды никто не превосходил США в этой области.

Однако успешный запуск шаттла со странным названием подорвал их гордость.

Особенно, когда они услышали, что он использует ионный двигатель!

Все пребывали в шоке и неверии…

Особенно инженеры из аэрокосмических компаний. Увидев выпуск новостей, они с трудом поверили своим глазам.

Самый продвинутый ионный двигатель НАСА едва мог отправить яйцо в небо. Однако компания, производящая литиевые батареи, смогла отправить шаттл.

Может ли быть что-то более фантастическое?

Они хотели верить, что это первоапрельский розыгрыш…

Сотрудникам НАСА также было не весело.

Сейчас время, когда они могли насладиться комфортным отдыхом и отправиться всей семьей на Гавайи, но из-за проклятого шаттла все их отпуска резко закончились.

И не только это. С вечера множество журналистов осаждали НАСА и сотрудникам приходилось пробиться сквозь них.

Чтобы избавится от журналистов, НАСА провели пресс-конференцию. Они пригласили журналистов в приемную и свалили это непростое дело на стажера.

Посреди хаоса началась пресс-конференция.

Ведущий не успевал что-то сказать, как в него тыкали микрофонами и диктофонами, крича вопросы.

— Правда ли, что данный китайский шаттл использует ионный двигатель?

— Китай догнал нас в аэрокосмической области?

— На что тратятся 40 миллиардов долларов налогоплательщиков в год?!

— Мы действительно получили сообщение о запуске шаттла в Китае. Однако не уточнялось, что за технологию пуска они использовали. — Ответил представитель НАСА. — Мы внимательно следим за этим, но пока больше ничего нет. Однако хочу заметить, что успешный пуск еще ничего не значит. Необходимо еще провести орбитальные операции, а также завершить сам полет, чтобы считать его успешным.

Журналисты засуетились.

Журналист Нью-Йорк Таймс учуял слова, который можно исказить и тут же спросил:

— Так вы хотите сказать, что ионный двигатель Жуйсян потерпит неудачу по возвращению? Это заявление НАСА?

— Я такого не говорил. — Представитель НАСА попытался неоднозначно ответить. — Мы не знаем действительно ли их шаттл использует ионный двигатель. Также успех полета зависит от того, смогут ли космонавты благополучно вернуться на Землю.

Глаза журналистов загорелись.

Хаос воцарился вновь.

Срочная новость!

НАСА сообщают, что в конструкции Жуйсян есть дефект, шаттл потерпит крушение?!

Представитель НАСА вспотел и не знал, что делать.

Ожидаемо, что стажер окажется неопытным.

Хотя он пытался сказать неоднозначно, журналисты интерпретировали его слова с выгодой для себя.

Однако НАСА больше беспокоила ситуация с Жуйсян…

Глава 705. Серьезная проблема?

Штаб-квартира НАСА.

Эйден в черном костюме пришел в командный пункт. Он швырнул стопку отчетов на стол и встал перед экспертами из НАСА.

— Кто говорил мне, что ионный двигатель не способен поднять шаттл, кто сказал, что он даже не может отправить яйцо в космос?! Кто?! Кто объяснит мне это!

Эксперт из НАСА, который ранее утверждал, что это невозможно, смущенно ответил взгляд.

— Мы все еще не знаем, какой двигатель они используют. По шлейфу они могут использовать метан и водород в качестве топлива…

— Замолчи…

Уильям Герстенмайер взглянул на слишком эмоционального Эйдена, потом кашлянул и поправил очки.

— Мистер Эйден, добыча информации работа ЦРУ. Мы обязаны сотрудничать, но это не значит, что мы несем ответственность за ваши ошибки.

— Думаете это наша ошибка? Вы сказали, что для них это невозможно.

— Но мы все еще не знаем, что за двигатель они используют, верно? Возможно, все не так плохо, как мы думаем… — Герстенмайер кашлянул. — Кроме того, мы не сказали ничего не верного. Обычные технологии ионного двигателя не могли отправить даже яйцо в космос… Возможно, Китайцы разработали новую технологию. Спросите об этом их, ведь это они исследовали ионный двигатель…

Эйден холодно ответил:

— Да? Насколько я знаю у вас достаточно большое финансирование на исследование ионных двигателей.

Герстенмайер попытался перевести разговор с темы финансирования:

— Я не отвечаю за финансы, спросите директора.

Эйден вздохнул и подошел к панели управления.

Он посмотрел на зеленую точку на экране и пожалел, что рядом нет кнопки запуска ракеты, чтобы он мог взорвать ее.

Эта идея была очень соблазнительной, но не практичной.

Даже будь у них ракета способная сделать это, президент бы не одобрил такую глупую идею.

Он хотел только, чтобы их полет окончился быстрее, чем планировалось, как «Колумбия» когда-то.

Внезапно, эксперт НАСА, которого он раньше отчитывал, пробормотал:

— Надеюсь, у них все получится.

Эйден злобно на него посмотрел.

Эксперт заметил взгляд Эйдена и понял, что не вовремя сказанул подобное, и попытался объяснится.

— Я имел ввиду, что… Если они смогут и правда используют ионный двигатель, то значит, что мощность ионных двигателей сравнима с традиционными. А это означает революцию в аэрокосмической отрасли.

— О, неужели? Жаль только, что это революция не в Американской аэрокосмической отрасли. — Эйден фыркнул. — Я просто надеюсь, что этот шаттл и космонавты сгорят дотла при возвращении… Постой, что ты сказал?

Внезапно его осенило, и он схватил эксперта за воротник.

— Эй, что вы делаете? — Воскликнул Герстенмайер и бросился на помощь, но его остановили подчиненные Эйдена.

Эксперт не понимал, что от него хотят.

— Что вы делаете? Хотите драться? Предупреждаю вас, если тронете меня…

— Ты сказал сравнимая мощность?

— Какая мощность…

— Ионного двигателя.

— Да, что такое?

— Сколько электроэнергии требуется, чтобы отправить в космос 10 тонный шаттл? Ответь!

— Сто мегаватт? Может тысяча? Я не знаю! Мы никогда даже не думали ставить подобную батарею на ракету, а спутникам достаточно солнечный панелей и небольших батарей.

Услышав про мегаватты Эйден весь изменился в лице.

Он смутно вспомнил секретный отчет, в котором упоминалась, что китайцы возможно разрабатывают миниатюрный термоядерный реактор.

Если Жуйсян действительно использует такой двигатель…

Нужно беспокоится не о ионном двигателе, а об устройстве, что поддерживает его энергией.

Капля холодного пота скатилась со лба Эйдена…

……….

Цзиньлин.

Головной офис Star Sky Technology.

Уже стемнело и только в нескольких офисах горел свет.

Чэнь Юйшань сидела в кабинете генерального директора и с тревогой звонила на космодром Цзиньлина. Через какое-то время на ее звонок ответили.

— Что происходит? Почему Лу Чжоу на шаттле?

Десять минут назад она смотрела выпуск новостей об успешном пуске Жуйсян и услышала, что Лу Чжоу на шаттле.

Хоу Гуан нервничая произнес:

— Мы…

Чэнь Юйшань чуть не плакала, когда крикнула:

— Почему не остановили его?!

Хоу Гуан попытался объяснится:

— Кто может остановить Лу Чжоу, он же главный…

У Лу Чжоу самый высокий уровень допуска на стартовой площадке.

Он мог бы разобрать шаттл, если бы хотел, не говоря уже о том, чтобы войти в него.

Обычные сотрудники не посмели бы спросить, зачем он зашел в шаттл, подумав, что он просто проводит последние проверки. И не подумали, что он решит остаться там. Они узнали о его пропаже только после пуска.

Услышав ответ Хоу Гуана, Чэнь юйшань все поняла.

Он…

Это не первый раз, когда он вытворяет подобное!

Почему он не воспринимает свою безопасность всерьез?

Какими бы интересными не были исследования, нельзя же вытворять что-то подобное…

Чэнь Юйшань облокотилась на кресло.

Она достала телефон и начала просматривать соцсети в надежде успокоить бешено стучащее сердце.

Увидев 30 секундное поздравительное видео с Новым годом из космоса, что опубликовал центральный телеканал, она почувствовала себя лучше и улыбнулась.

Внезапно, она поняла желание Лу Чжоу.

Возможно, он хотел показать всем, что космические полеты не что-то невозможное для простых людей и не что-то опасное, а в ближейшем будущем они будут всем доступны.

Чэнь Юйшань не нужно переживать.

Она успокоилась, как вдруг ее внимание привлек один из заголовков.

Прочитав его, она чуть не упала в обморок.

«У Жуйсян серьезная проблема в конструкции? Вернуться на Землю будет сложно!»

Это была последняя статья Нью-Йорк Таймс после пресс-конференции НАСА…

Глава 706. Возвращение с орбиты

День нового года.

Понимали они что-то в аэрокосмической области или нет, почти половина Китая праздновала пуск Жуйсяна. Большинство не знало разницы между ионных двигателей и простым, но Жуйсян стал первым шаттлом, который смог путешествовать между Землей и космосом, что стало огромной победой Китая.

Но этот день омрачила внезапная статья Нью-Йорк Таймс, которая заставило всех заволновался.

В статье они использовали слова представителя НАСА, а также сослались на экспертные мнения инженеров Кремниевой долины, где говорилось, что у Жуйсян серьезные недостатки в конструкции.

Из-за этих проблем в конструкции возвращение на землю может стать фатальным.

Итог может быть таким же, как и у «Колумбии», который расплавился во время входа в атмосферу.

После публикации статья быстро распространилась по соцсетям.

В Китае статья вызвало огромную волну негодования.

Никто больше не испытывал праздничного волнения.

Многие даже начали молится за профессора Лу.

«Твою же! Американцы истинное зло! Они прокляли наш шаттл!»

«Можно ли проклясть шаттл? Это просто дружеское предупреждение.»

«Не знаю! Но думаю, что они что-то замышляют, они же не хотят отправить ракету по шаттлу?»

«МиГ-25: Пока я достаточно быстр, меня не догонят ракеты.»

«Молюсь за Бога Лу.»

«Надеюсь, они благополучно вернутся.»

«…»

Тема быстро попала в тренды.

К счастью, Лу Чжоу не мог этого видеть, иначе он бы громко смеялся.

Не вернуться домой?

Невозможно…

Даже если они не могли вернутся, у них имелась спасательная капсула. Лу Чжоу не стал бы настолько рисковать своей жизнью.

400 километров над землей.

Жуйсян находился на низкой околоземной орбите. Космонавты уже выполнили множество основных задач, таких как полет по орбите, регулирование давления, тестирование санитарной системы, сон в невесомости. Они также просмотрели за воздействием космических лучшей на 20 различных растений.

После завершения всех задач время полета составило 23 часа 50 минут.

Согласно плану, командный пункт приказал им возвращаться на Землю.

Не Ян сидела в кресле второго пилота, проверяя работу системы. Подражая бортпроводнице, она сказала:

— Профессор Лу, пожалуйста наденьте скафандр и сядьте на свое место. Наш рейс заходит на посадку…

— Я знаю, не нужно мне напоминать. — Лу Чжоу улыбнулся и показал большой палец. — Будьте добры, верните нас домой.

Лу Чжоу пребывал в хорошем настроении.

Он смог побывать в космосе.

Конечное, самое важное, что он получил 50000 очков опыта и билет счастливой лотереи.

Одни только очки опыта окупали этот полет.

Не Юн обернулся и выдавил из себя улыбку, но его ладони вспотели.

Возвращение не проще старта.

Хотя в теории обратный путь безопаснее пуска, нет никаких гарантий, что не случится никаких несчастных случаев. Ведь это его первый полет так высоко…

— Профессор, можете пообещать мне кое-что?

— Что?

— Если мы благополучно приземлимся…

— Стоп! — Лу Чжоу прервал его. — Не сглазь нас. Пообещаю все, что угодно, когда приземлимся.

В разумных пределах.

И если это не связано с моей личной жизнью.

Но Не Юн не слушал.

Увидев, что Лу Чжоу настолько небрежен, Не Юн убрал руки с панели управления и возразил:

— Нет, я должен сказать сейчас!

— …

Господи!

Не можешь подождать пару часов?

Лу Чжоу вздохнул:

— Хорошо… Но не могу ничего гарантировать.

— У меня простая космос, просто пообещайте мне, что это ваш последний полет в космос!

Лу Чжоу поразился этой просьбе.

Я ни за что не соглашусь с этим! Я еще молод!

Но увидев, насколько решительно настроен Не Юнь, он с неохотой пошел на компромисс.

— В лучшем случае, могу пообещать, что это мой последний полет с тобой.

Не Юн подумал и кивнул.

— Хорошо.

Главное не со мной.

Если что-то случится, я опозорю свое имя.

После стольких лет в армии он впервые испытывал страх.

— Бра, прекращай!

Не Ян покачала головой.

— Навигационная система работает, подтверждаю, что неисправностей нет. Энергоснабжение есть. Двигатели в режиме ожидания.

— Готовы покинуть орбиту.

Не Юн успокоился и собрался. Он закрыл глаза и сделал глубокий вздох. Открыв глаза, он произнес:

— Летим домой!

…………………………

Независимо от типа пилотируемого космического корабля, возвращение с низкой околоземной орбиты всегда трудная задача.

Будучи вторым пилотом Не Ян проверила количество топлива. Оставшегося количества дейтерия и трития достаточно. Они могли бы даже сделать второй полет туда и обратно. Только ксенона в рабочей среде осталось всего 21%.

Ведь без определенной силы тяги они не смогут преодолеть земную гравитацию. Если они хотят покинуть низкую околоземную орбиту, необходимо увеличить тягу двигателей и увеличить объем выброса жидкости из рабочей среды.

Но имеющегося количества достаточно для возвращения.

С помощью командного пункта и навигационной системы шаттла. Не Юн успешно изменил траекторию.

В тоже время в диспетчерской НАСА кто-то воскликнул:

— Объект приближается к атмосфере.

— Тихий океан станет их могилой. — Произнес Эйден, глядя на зеленую точку. — Надеюсь, что можно будет спасти только шаттл.

Несколько сотрудников вздрогнули от этих слов.

Это слишком злобно, даже если Китай их конкурент…

Инженер нервно смотрел на зеленую точку, которая приблизилась к границе атмосферы.

— Их траектория странная…

Эйден хлопнул ладонями по столу и радостно воскликнул:

— У них случилась авария?

Бог услышал мои мольбы?

Если они действительно приземлятся в Тихом океане, мы с радостью поможем им спасти части шаттла.

— Траектория отличается от ожидаемой нами.

Возбуждение Эйдена прошло, и он хмуро спросил:

— Что вы подразумеваете?

— Возможно только одно.

— Что?

— У них еще осталось топливо… — С недоверием произнес сотрудник. — Очень много топлива.

Глава 707. Триумфальное возвращение

В НАСА догадались правильно.

В сравнение с другими космическими кораблями, у Жуйсян оставалось много топлива для возвращения.

Возможно недостаточно, чтобы они могли заново взлететь, но достаточно, чтобы набрать нужное ускорение и отправиться к Марсу.

На высоте от 100 до 20 километров скорость шаттла снизилась до 7 махов, и он влетел в воздушное пространство Китая.

Из-за такой небольшой скорости не было сомнений в успешном приземлении.

Роскосмос.

Суровый мужчина в черном костюме разочарованно посмотрел на зеленую точку на экране радара.

Если бы шаттл приземлился в России или в Тихом океане, он бы с радостью «помог» китайцам. К сожалению, ему не представилось шанса «помочь» своим китайским друзьям.

Дальше следить уже не было смысла.

Он уверен, что даже он сможет спокойно посадить этот шаттл на такой высоте.

— Прекратите режим ожидания Тихоокеанского флота.

Мужчина в военной форме ответил:

— Есть.

………………………….

С голубым светом позади из облаков появился серебристый Жуйсян.

В командном пункте раздались радостные возгласы.

Главный инженер Хоу Гуан снял наушники и начал праздновать с окружающими.

Они дежурили почти 24 часа. Большинство смогло поспать меньше двух часов, а некоторые вообще не спали.

В конце концов, это первый полет Жуйсян.

Для них этот шаттл стал словно ребенком, оснащенного самыми передовыми в мире технологиями.

Не говоря уже о том, что профессор Лу также находился на борту.

Многие даже попросили свои наушники на стол и выбежали на стартовую площадку, чтобы встретить героев.

Чэнь Юйшань, которая находилась тут с вечера, была вся в слезах от волнения.

Янь Янь с медицинским чемоданом встала у входа в командный пункт. Она посмотрела на Ван Пэна рядом и спросила:

— Он та еще заноза в заднице для тебя, да?

— Все нормально. — Ван Пэн вздохнул и потянулся за пачкой сигарет в кармане, как вспомнил, что тут нельзя курить. — Руководство знает, что его трудно контролировать, поэтому они не винят меня.

Его только отчитали по телефону.

Янь Янь с недоверием посмотрела на него.

— Да? Тебя не накажут? Не верю.

— Ну… — Ван Пэн беспомощно вздохнул. — Ну, ладно, скорее всего, я не получу премию в конце года… Но проведя столько времени с ним, я и не ожидал ее уже.

Янь Янь покачала головой и посмотрела на Чэнь Юйшань, которая вышла из здания.

— Пойдем… Надеюсь, он не получил паралич.

Ян Гуанбяо, который тоже стоял рядом, кашлянул.

— Пожалуйста, не сглазь.

Он все еще помнил произошедшее на первом пуске термоядерного реактора.

…………………

Двигатель выключился.

Шасси выпущено и ударилось о землю. Шаттл ехал по взлетно-посадочной полосе.

Когда позади шаттла раскрылись два парашюта, Не Юнь наконец расслабился.

Он облокотился на спинку кресла и вдруг понял, что вся его спина мокрая. Только теперь он осознал, какую ответственность и давление он перенес за эти 24 часа.

Они преуспели.

Он краем глаза видел людей, бегущих к шаттлу. Сотрудников, механиков, репортеров…

Он выдавил улыбку и вспомнил день, когда впервые полетел на J-20.

— Это словно сон…

В отличие от него, Лу Чжоу не тратил время на сентиментальности.

Он уже встал с кресла и смотрел в иллюминатор наружу о чем-то думая.

Не Юнь заметил его задумчивость и спросил:

— Какая-то проблема?

— Нет, но конструкцию двигателя и крыла надо подправить.

— Думаю все довольно хорошо.

— Но она может быть лучше. — Лу Чжоу улыбнулся. — Ожидаемо, пришлось лететь самому, чтобы лучше понять.

У брата с сестрой появилось плохое предчувствие.

……………………

Они помогли друг другу снять скафандры.

Как только они вышли из шаттла, героем окружила толпа людей.

Лу Чжоу оставил брата с сестрой давать интервью, а сам хотел отправиться в командный пункт переговорить с Хоу Гуаном о будущем Жуйсяня, однако его остановил мужчина.

Лу Чжоу смотрел на него какое-то время, а потом неуверенно спросил:

— Директор Ли это вы?

— Я!

— Боже, что с вами стряслось? Выглядите ужасно.

Может ли быть, что на Земле прошел год?

Но это не логично.

Директор нахмурился и вздохнул.

— Это из-за тебя!

Он собирался что-то сказать, но вперед вышел другой старик.

Лу Чжоу посмотрел на него и удивился.

Юань Хуаньминь?

А?

Что он тут делает?

Лу Чжоу собирался сделать вид, что не замечает его, как тот со слезами на глазах пожал ему руку.

— Я был не прав… Позволь мне извиниться!

Э?

За что?

О чем он?

Пока Лу Чжоу пребывал в замешательстве стройная фигура проскользнула сквозь толпу и обняла его.

— Слава богу ты в порядке!

Янь Янь увидела это издалека и внезапно остановилась.

Она была рада, что Лу Чжоу в порядке, но что-то в ее сердце кольнуло…

Глава 708. Наполовину угадала

Самой горячей новостью в новый год стала не свадьба знаменитостей и не подключение Дайя-Бэй, а успешный полет Жуйсян.

Каждая частичка информации, связанная с полетом, привлекала всеобщее внимание.

Есть много ученых-конструкторов ракет, но Лу Чжоу единственный, кто из них полетел на собственном детище.

Даже Илон Маск, которого прозвали железным человеком, сказал, что не полетит на своей ракете.

Это событие изменило всеобщее отношение к аэрокосмической области.

Этот год начнет новую космическую эру.

Самое интересное, что, если бы не новости от НАСА, которые показали по телевидению. большинство не знало бы, что Жуйсян использует ионный двигатель.

Star Sky Technology и китайское правительство не опровергали и не подтверждали эту информацию. Но это молчание говорило само за себя.

Те, кто молился о благополучном возвращении шаттла, ликовали.

Долгое время Китай пытался нагнать США и Россию в аэрокосмической области. Но в проектировании ракет с большой тягой Китай отставал даже от Японии и Европы. Теперь же с успешным пуском Китай резко оказался впереди остальных стран.

Первый пункт лунного проекта прошел успешно.

Дальше нужно придумать, как в безопасности доставлять туда людей.

Но большинство не волновали эти будущие темы. Благополучное возвращение Жуйсян доказало, что многие ошибались.

Услышав о произошедшем от Чэнь Юйшань, Лу Чжоу открыл Weibo и опубликовал фотографию земли, что он сделал в космосе.

«Кто сказал, что я не вернусь?»

Не прошло и минуты, как появились сотни комментариев.

«Ха-ха, и что теперь скажут эксперты из НАСА?»

«Чертовы фейковые новости Нью-Йорк Таймс!»

«Хочу сказать лишь одно, Бог Лу, ты безумен!»

«В действительности, Жуйсян должен был развалится, но НАСА сглазило их!»

«Я знал, что с богом Лу не случится ничего плохого!»

«Бог Лу, я хочу завести с тобой детей в космосе»

«Человек выше спятил!»

«Никто еще не написал, поэтому я напишу, как красив Бог Лу!»

«…»

За полчаса число репостов перевалило за десять тысяч. Все крупные СМИ также сделали репост этой записи, после чего пост быстро распространился и на другие сайты.

Многие стали писать Нью-Йорк Таймс в твиттере.

Забавно, что первыми ответили не они, а официальный аккаунт НАСА.

НАСА уточнили, что никогда не говорили, что Жуйсян развалится по возвращении и что СМИ исказили их слова на пресс-конференции.

На Нью-Йорк Таймс свалился шквал негатива.

Лу Чжоу думал, что он со всем разобрался, поскольку это лишь испытательный полет и ничего такого в нем нет, но он ошибался.

После интервью с космонавтами, центральный телеканал Китая использовал ранее снятые материалы и выпустил документальный фильм об этом полете.

Они использовали классическое повествование присущее документальным фильмам и подчеркнули сложность и опасность пуска. В центре внимания оказался Лу Чжоу, который полетел вместе с космонавтами. Его показали, как героя, который рискнул жизнью ради исследований.

Они даже придумали для него реплику.

«Я главный конструктор. Мне нужно получить прямой опыт, как я могу не лететь?!»

От этого высказывания создавалась впечатление, что он летел в космос, чтобы сражаться с пришельцами…

В специальной палате 301-й больницы Лу Чжоу отбросил на стол газету и покачал головой.

Его отправили в палату не из-за болезни, а чтобы, как и у двух других космонавтов, провести медицинское обследование.

Хотя он много раз заявлял, что здоров, он не мог переспорить старых врачей.

Само собой, Лу Чжоу понимал, что у них нет злых мотивов и они просто боялись, что он мог заболеть.

Поэтому он не возражал.

— Ну, неплохо…

Ван Пэн с подозрением покосился на Лу Чжоу.

Он никогда не видел его таким спокойным…

Янь Янь подошла и сказала:

— Честно говоря, статья получилась достаточно трогательной.

— Вы все не понимаете. — Лу Чжоу покачал головой.

Чэнь Юйшань, стоявшая рядом, спросила:

— Я могу попытаться угадать?

Лу Чжоу вздохнул:

— Давай.

После того, как она обняла его по возвращению, их отношения с ней стали более сложными.

Однако Лу Чжоу не знал, как описать это.

С того момента никто из них больше не упоминал об объятиях и каждый делал вид будто ничего не было.

Как же мне это описать?

Лу Чжоу не понимал, что это за чувство.

Никогда не испытывал такого…

— Ну… Полетев в шаттле ты решил показать людям, что это ничем не отличается от простого путешествия, и что это не так опасно, как кажется?

Лу Чжоу какое-то время молчал, а потом перевел взгляд в сторону.

— Ладно, ты наполовину угадала.

В действительно она угадала лишь на четверть.

Основная причина связана с заданием системы. Потом он хотел посмотреть, как шаттл будет вести себя при полете. Он хотел знать, что он мог улучшить, а не просто слушать предложение космонавтов и изучать данные.

Хотя она оказалась права лишь на половину, Чэнь Юйшань улыбнулась.

Янь Янь молча надула губы. Она взяла лист с медицинским осмотров и покинула палату.

Лу Чжоу не заметил ее переменившееся настроение, поскольку сосредоточено смотрел на падающие снежинки за окном.

Уже разгар зимы.

Экспериментальный пуск термоядерного реактор произошел в это же время в прошлом году.

Время и правда летит.

Глава 709. Выписка

Пока Лу Чжоу находился в больнице его навещало множество людей.

Приходили Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности, из Национального космического управления и министерства военного оборудования. А также высокопоставленные чиновники.

Его могли выписать уже через два дня, ведь у него много дел, которые надо сделать, а больница провела все обследования быстро. Но, когда его навещал президент, тот с улыбкой сказал ему:

— Полежи еще тут и отдохни, помнишь, что случилось в прошлый раз?

В итоге его пребывание в больнице продлилось на неделю.

Конечно, Лу Чжоу понимал, что это все делается с добрыми намерениями, но от нахождения в больнице ему казалось, что он разваливается.

Чэнь Юйшань пробыла с ним несколько дней и убедилась, что с его здоровьем все нормально, а потом вернулась в Цзиньлин. В каком-то смысле она была таким же трудоголиком, как и он.

От больничной скуки Лу Чжоу играл в карты с Ван Пэном и Янь Янь.

К сожалению, игра в карты не помогала ему скоротать время. Хотя двое других довольно хороши, в сравнении с Лу Чжоу они новички в игре в карты. Лу Чжоу устал побежать и уступил свое место Ян Гуанбяо.

Наконец, неделя прошла, и Лу Чжоу остались последние обследования.

По совпадению их проводил академик Чжао Чжунцзи, который возглавлял международную команду медицинских консультантов, когда Лу Чжоу был в коме.

Старик улыбнулся ему:

— Профессор Лу, мы снова встретились.

Лу Чжоу не знал, что сказать, поэтому просто кивнул:

— Да.

— Результаты нормальные, с тобой все в порядке. Но должен сказать, что ты молод и тебе следует заботиться о себе. Полеты в космос хороши для тех, у кого есть дети. В конце концов, в космосе нет магнитного поля и никто не знает, как космические лучи повлияют на твое тело.

— Думаю, наука сможет решить эти проблемы, но тут нет ничего особенного, не надо переживать.

В действительности не все космонавты были женаты или имели детей. У китайского космонавта Лю родился ребенок через три года после ее возвращения на Землю. Это весьма спорное утверждение, что космические лучи могут как-то генетически повлиять на человека, не говоря уже про то, что современные технологии способны блокировать большинство лучей.

Чжао Чжунцзи тут был бессилен и больше не пытался его убеждать.

— Ладно, я знаю не так много, как ты, и просто советую.

Лу Чжоу кивнул:

— Спасибо.

— Пожалуйста, заполни этот бланк. — Академик передал Лу Чжоу бланк и чуть позже спросил. — Кстати, скоро выборы в академики, готов?

Лу Чжоу прервался от заполнения и ответил:

— Я как-то и не следил.

Академик Чжао покачал головой:

— Наверное, ты единственный китайский ученый, кто не обращает на это внимание.

Лу Чжоу смутился:

— Я не единственный. Просто для меня это не важно.

— Ха-ха, верно. Как бы то ни было, заранее поздравляю.

Лу Чжоу передал копию бланка академику:

— Поздравлять стоит после избрания… Увидимся позже.

Старый академик улыбнулся и помахал рукой.

— До свидания, но, надеюсь, я тебя здесь больше не увижу.

………………

Отдав другую копию бланка в регистратуру на первом этаже и пройдя процедуру выписки, Лу Чжоу вернулся в свою палату, собрать вещи. Двух других космонавтов также выписывали сегодня, но он не собирался возвращаться с ними.

Перед возвращением в Цзиньлин, ему нужно еще кое-что сделать.

Лу Чжоу открыл дверь своей палаты и удивился, обнаружив там человека, сидящего на стуле рядом с кроватью.

— Директор Ли? Что вы здесь делаете?

— Пришел навестить тебя перед выпиской, что еще я могу тут делать?

Директор Ли посмотрел на Лу Чжоу с небольшой обидой.

Судя по всему, выходка Лу Чжоу с проникновением на шаттл доставила ему много лишних хлопот.

Лу Чжоу улыбнулся:

— А я как раз собирался навестить вас после выписки. Палата достаточно простая, сидите, где хотите.

— Простая? Это лучшая палата в этой больнице! Ты собираешься вернуться в Цзиньлин?

— Побуду в Пекине еще пару дней, а что?

— Просто интересно. Кстати, должен тебе кое-что сказать.

— Про воздушно-космический самолет?

— Да.

— Ладно, послушаю… Хотите чего-нибудь выпить?

— Нет, я буду краток. Неделю назад, когда ты был на шаттле. Правительство провело совещание, посвященное цели сделать аэрокосмическую отрасль главным национальным приоритетом. Есть много политик, но я скажу только самые важные из них. Конкретные указы будут опубликованы в скором времени, но убедись, что никому не скажешь.

— Понял, продолжайте.

Директор Ли посмотрел на дверь и заговорил тише:

— Мы планирует создать зону аэрокосмических технологий в Цзиньлине и Сицзяне.

Лу Чжоу сильно удивился.

— Разве это не должно исходить от местных властей? Почему центральное правительство взялось за это?

Директор Ли кашлянул:

— Думаешь небольшое местное правительство способно справиться с аэрокосмической отраслью?

Лу Чжоу задумчиво кивнул:

— Вы правы.

Он не очень разбирался в политике, поэтому решил промолчать.

Однако кое-что он не понимал…

— А я тут при чем?

— Это имеет прямое отношение к тебе. — Директор Ли выпрямился. — Когда все политики одобрят, то эти места станут крупнейшими аэрокосмическими зонами Китая, туда переедет большинство аэрокосмический и военных предприятий. Руководство хочет сосредоточится на разработанным тобою ионным двигателем, а также на другом широком спектре областей. — Он улыбнулся Лу Чжоу. — Мы надеемся, что ты окажешь техническую помощь предприятиям в этой зоне. Конечно, ты получишь свою прибыль в виде оборонных патентов и субсидий на исследования.

— Конечно. — Лу Чжоу улыбнулся. — Когда все одобрят, позвоните мне. Что-то еще?

Увеличение числа компаний в зоне выгодно для них, поскольку сборочному центру больше не придется искать детали по всей стране.

Лу Чжоу контролировал основную технологию, но ему не нужно контролировать весь процесс производства, поскольку это не реально и не выгодно. Ему нужно изготовить только самые важные компоненты, как ионный двигатель.

— Тогда на этом все. — Тут директор Ли хлопнул себя по бедру и добавил. — Еще кое-что, меня постоянно спрашивают. Ты уже достаточно взрослый. У многих двадцатипятилетних уже есть дети. Разве твои родители не переживают?

— Судьбу нельзя торопить.

Директор Ли улыбнулся:

— Судьба не будет ждать! Может тебя с кем-нибудь познакомить?

Исследования очень веселые, зачем мне что-то еще?

Если у меня появится семья…

То, скорее всего, я буду меньше находится в лаборатории.

Поэтому он всегда избегал этого.

Директор Ли покачал головой и больше ничего не сказал.

Он уже собирался уходить, как хлопнул себя по голову, словно что-то забыл:

— О, я чуть не забыл. Сегодня утром позвонили из западного военного округа. Войска в районе Джунгарского бассейна нашли то, что ты искал. Нам отправить в Пекин или в Цзиньлин?

Лу Чжоу тут же оживился и тут же спросил:

— В каком месте?

Увидев оживившего Лу Чжоу, директор Ли поразился.

— Кажется, в пустыне Гоби.

— Пусть остаются там! Я лично съезжу туда.

Глава 710. Пустыня

Ветер завывал над бескрайной пустошью, песчаными дюнами и несколькими едва заметными нефтяными скважинами. Признаков живых существ нигде не было.

Два военных джипа ехали по засыпанной песком дороге.

Это центр Джунгарской впадины, второй по величине пустыни в Китае — Дзосотын-Элисун.

Тут не найти никакой жизни.

Ван Пэн посмотрел вдаль и радостно сказал:

— Сегодня прекрасная погода.

— По-твоему это прекрасная погода?

— По крайней мере нет песчаной бури, а это прекрасно. — Ответил Ван Пэна, сидя за рулем. Он улыбнулся Лу Чжоу, который сидел позади. — Знаешь, что означает Дзосотын-Элисун?

Лу Чжоу мало разбирался в подобном, поэтому спросил:

— Что?

— На монгольском это значит кишащая дикими кабанами.

Лу Чжоу выглянул в окно:

— И почему я не вижу кабанов?

Он даже жука не видел.

Только акации и сухие ветки.

— Так назвали еще в старину.

— Ты много знаешь.

— Я тоже узнал это от других.

Директор также сидел на заднем сидень с обмотанным вокруг лица платком. Он кашлянул и спросил:

— Долго еще?

Ван Пэн посмотрел на навигаторе и ответил:

— Написано, что осталось десять километров, поэтому скоро будем.

Директор Ли с облегчением вздохнул.

Его старое тело устало от такого путешествия.

Чтобы добраться на поезде из Пекина в Уси понадобился целый день. После чего еще полдня заняла дорога в эту пустыню.

Лу Чжоу никогда тут не был и если бы не важные дела, то он бы тут немного отдохнул. Однако впереди его ждали важные исследования.

Они взяли джип в местной части. Ван Пэн сидел за рулем, доктор Янь рядом с ним спереди, а Лу Чжоу и директор Ли позади.

В сопровождающем их джипе перед ними сидели солдаты из 150 части.

Хотя это район в глубинке, он вовсе не безопасный.

Даже Янь Янь взяла пистолет.

Хотя его не интересовало оружия, Лу Чжоу тоже хотел получить пистолет для веселья.

Однако Ван Пэн отказал ему, сказав, что тому опаснее иметь пистолет, но пообещал дать ему поиграться с пистолетом, когда никого не будет рядом.

…………………………

Они быстро проехали оставшиеся десять километров.

Они свернули с дороги и поехали по каменистой пустыни, пока не добрались до временного лагеря.

Ван Пэн проследовал за джипом к пропускному пункту, затем опустил окно и достал документы.

Когда у них проверили документы, джипы въехали внутрь.

По пути в центр лагеря Лу Чжоу смотрел в окно и увидел патрули солдат. Он с удивлением спросил:

— Почему тут такая строгая охрана?

— Так и должно быть. — Ван Пэн припарковался и выключил двигатель. — Запуск шаттла привлек внимания всего мира. Сброшенный объект с орбиты, может не увидели обычные люди, но заметили спутники и радары. Угадай сколько оно стоит на черном рынке?

— Сколько?

— Двести миллионов.

— Двести миллионов?!

Лу Чжоу не мог не подумать.

Черт…

Так дорого?

Почему мне никто не сказал раньше?

Я бы заработал целое состояние, продав на черном рынке.

Ван Пэн не знал, о чем думал Лу Чжоу, но видел его удивление.

— Кстати это в долларах.

— Да. — Сказал, подходящий к джипу, мужчина в военной форме. — Вчера мы поймали несколько преступников, маскирующихся под туристов.

Лу Чжоу посмотрел на него и спросил:

— Кто-то приезжает сюда?

— Ага, знаете, что мы нашли в их машине? Два РПГ-7, довольно серьезно.

Янь Янь спросила:

— Никто не пострадал?

— Конечно, нет. — Мужчина посмотрел на Ван Пэна и развел руками. — Давно не виделись, брат Ван! Прошло много времени, как ты покинул армию, как ты теперь?

Ван Пэн обнял своего старого друга и похлопал его по плечу.

— Нормально, побледнел вот! А ты за эти четыре года неплохо продвинулся, даже дослужился до командира батальона.

Лу Чжоу не очень интересовался их разговором. Он огляделся и спросил:

— Где оно?

— В центре лагеря, я провожу вас. — Командир батальона улыбнулся Лу Чжоу и протянул руку. — Позвольте представиться. Я Ли Гаолян.

Лу Чжоу пожал руку.

— Лу Чжоу. Можете звать меня профессором Лу.

— Знаю, мы все смотрели новости в Новый год. — Командир улыбнулся. — Как космос? Было весело?

— Довольно интересно.

Ли Гаолян оказался интересным человеком, хоть он долго прослужил в армии, но разговаривать с ним было легко. Пока они болтали, они пришли в центр лагеря.

В центре песчаной воронки стоял железный гроб высотой в два с половиной метра.

Четыре парашюта лежали рядом. Военные не хотели трогать его, но, чтобы его не унесла песчаная буря, они поместили на него тяжелые предметы для устойчивости.

Ван Пэн посмотрел на странный предмет и пробормотал:

— Что это…

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Молния… Спасательная капсула. Помнишь я говорил тебе о прыжках с тысячи километров? С помощью нее, оно станет возможно.

Глава 711. Спасательная капсула «Молния»

Корпус капсулы был сделан из сплава титана и имел темный цвет, в дополнении сверху его покрывала термостойкая керамика, что позволяло одному человеку в безопасности приземлится с низкой околоземной орбиты. В верхней части еще находился обтекатель, который отделился при падении.

Хотя высота при испытании не достигла 1000 километров, 100 километров все еще рекорд.

Эту капсулу установили на шаттл и при заходе на посадку, на высоте около 100 километров, пролетая над западной частью Китая, экипаж выпустил спасательную капсулу из корабля для тестирования. В итоге она приземлилась в центре Джунгарской впадины.

Это было последние задание в испытательном полете.

В действительности эта капсула не такая высокотехнологичная, просто уменьшенная версия спускаемого аппарата ракет. Помимо человека, в капсуле также необходимые предметы для выживания, которые могли помочь выжить в течении десяти дней.

Форма капсулы достаточно необычная, но даже это не приближало ее стоимость к 200 миллионам долларов. И хотя собранные данные важны, они не стоят таких больших денег, не говоря уже о том, что капсула одноразовая…

Именно поэтому Лу Чжоу так удивился, узнав сколько на черном рынке стоила эта капсула.

Люди были готовы платить за мусор.

Ван Пэн долго смотрел на железный гроб переваривая то, что сказал Лу Чжоу.

— В этом?

— Да.

Лу Чжоу не стал вдаваться в объяснения, он надел пару перчаток и прошел вперед.

Поскольку они долго находились в космосе, объекты, упавшие с неба, могут содержать небольшое количество радиации, что может навредить здоровью.

Жуйсян провел на орбите всего 24 часа, а капсулу выбросили с высоты в 100 километров, поэтому не нужно беспокоиться о какой-либо радиации.

Лу Чжоу осмотрел повреждения соединительных отверстий парашюта, а также повреждения важных частей, таких как термостойкого экрана и защитной пластины. Потом он с помощью аварийного выключателя с внешней стороны открыл люк.

Когда люк открылся со звуком выходящего газа, внутри предстал манекен со скрещенными руками, лежащий на защитной подушке.

Янь Янь посмотрела на спасательную капсулу и прошептала:

— Действительно в ней…

Директор Ли просто молча смотрел за движениями Лу Чжоу.

Лу Чжоу не обращал внимание на людей, следящих за ним. Он полностью сосредоточился на манекене. Он достал свой телефон и подключил провод к манекену, потом тихо сказал:

— Сяо Ай, оставляю это тебе.

Вскоре на экране появилась строка.

«Понял, хозяин! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Панель загрузки быстро заполнилась.

Различные данные, как температура, давление, изменение времени и высоты, появились на экране телефона. Телефон автоматически показал графики этих значений.

Лу Чжоу посмотрел данные и сохранил их. Он отсоединил провод и подключил его к самой капсуле, чтобы получить данные о полете.

— Примерно в 174 метрах от запланированного места посадки, допустимая погрешность.

Лу Чжоу посмотрел на данные и узмыльнулся.

Грубо говоря, спасательная капсула отлично выполнила свою задачу, но космонавту внутри не слишком повезло. Из-за перегрузок он мог потерять зрения или даже попасть в кому, но это все еще могло спасти чью-то жизнь.

Однако эти недостатки можно исправить в будущих версиях.

Директор Ли посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— И как? Она работает?

Лу Чжоу, пребывая в хорошем настроении, ответил:

— Работает, судя по данным с датчиком, если бы кто-то в действительности находился внутри, то он был бы жив.

Тогда директор Ли спросил:

— Нужна ли хорошая физическая подготовка для того, кто хочет ею воспользоваться?

— Хорошая? Не особо. — Лу Чжоу задумался. — Пока нет проблем с сердцем или давление, то после небольших тренировок человек сможет использовать ее. В зависимости от человека могут быть некоторые побочные эффекты, но необратимых травм не будет.

— Можно ли использовать ее для высадки солдат…

— Это возможно… Но стоимость немного высока.

— Сколько?

— От десяти до двадцати миллионов долларов.

Это не дорого для космонавтов, но и не дешево.

Использовать эту капсулу для сбрасывания спецназа слишком дорого, не говоря уже, об однократном использовании.

Также, если они захотят использовать в капсуле ионный двигатель для замедления, то придется беспокоится о конфиденциальности.

Однако значимость освоения этой технологии высока.

С помощью нее китайский спецназ мог высадиться в любом уголке земли в течении часа… или даже меньше.

Лу Чжоу посмотрел на директора Ли и улыбнулся.

— Идемте, тут больше не на что смотреть.

— И это все?

— Моя работа на этом закончена. — Лу Чжоу посмотрел на джип. — Теперь мы должны подождать, пока ученые из Цзиньлна не приедут сюда и не проведут более тщательную проверку места посадки и капсулы… Это может занять пару дней. ПОтом вам надо отправить ее обратно в Цзиньлин.

Директор Ли нахмурился и пробормотал:

— Весь этот путь сюда только ради этого?

Любой мог скопировать данные!

— Не только. — Лу Чжоу посмотрел на пески за лагерем. — В первую очередь я приехал сюда, чтобы осмотреть пустыню.

— Осмотреть пустыню?

— Да. — Лу Чжоу кивнул. — Выбрать место для второй китайской биосферы!

Глава 712. Проект «Хочжун»

В 90-е американцы попытались построить искусственную экосистему к северу от Тусона, штата Аризона. Цель плана была в том, чтобы провести экологические и климатические исследования в закрытой среде, а также помочь людям понять, как устроена Земля, моделирую ее окружающую среду.

Этот план изначально предложил игрок в регби и получил инвестиции от нескольких консорциумов, включая Рокфеллера, в сумме в 150 миллионов долларов. И вызвал большую шумиху.

К сожалению, окончательные результаты эксперимента оказались не такими поразительными. Через год после экспериментальная группа объявила проект «Биосфера 2» провальным. Проект закрыли.

В результате эксперимента был сделан единственный вывод, что Земля может быть единственной подходящей для жизни людей планеты.

В целом проект, несомненно, провалился. Биосфера 2 не только не создала стабильную и независимую экосистему, но даже чуть не превратилась в эко-отель.

Но в те времена эта идея была новаторской. Благодаря этому проекту появилось множество технологий, которые стали применять в других областях.

Судя по заданиям системы, скорее всего третьим этапом в цепочки заданий станет создания исследовательской станции на Луне. Хотя Лу Чжоу еще не совершил высадку на Луну, это не мешало ему готовиться к будущему.

Не говоря уже о том, что уже на первом этапе были побочные задания про выращивание растений на Луне.

Поэтому после обсуждений с экспертами китайской академии наук, национального космического управления и министерством науки и технологий появился проект искусственной биосфера «Хочжун».

В сравнении с американской биосферой 2, проект «Хочжун» имел более ясную цель, проложить дорогу к колонизации космоса.

Учитывая климат и окружающую среду, а также ряд других факторов, биосферу решили разместить в пустыне Дзосотын-Элисун, в центре Джунгарской впадины. Биосфера будет располагаться в полусферическом здании и изолирована от внешнего мира.

По разным причинам Лу Чжоу не собирался копировать Аризонскую биосферу. Он хотел сделать ограниченное количество полезных ископаемых, пресной воды и биологических ресурсов, чтобы как можно сильнее сократить потребление ресурсов.

И хотя у Лу Чжоу имелся конкретный план проекта, он не нес личной ответственности за него. Вместо этого он решил сотрудничать с другими университетами. А также выбрал человека из Китайского сельскохозяйственного университета, которые будет отвечать за исследования…

Переночевав в лагере, на следующий день Лу Чжоу встретился с исследователями из Цзиньлина и объяснил им их работу. Потому ему позвонили из Китайского сельскохозяйственного университета и сообщили, что ученые приехали в Уши.

Джунгарская впадина располагалась довольно далеко от города, но Лу Чжоу не спешил. После обеда, Лу Чжоу попросил Ван Пэна повести его и армейского гида по пустыне, чтобы осмотреть местность.

Когда стемнело, на горизонте появился военный джип и грузовик с водой, приближающиеся к лагерю.

В это время Лу Чжоу как раз вернулся с осмотра местности. Он вышел из машины и направился к джипу. Из джипа вышел стройный мужчина средних лет в очках и ветровке.

Мужчина тут же узнал Лу Чжоу. Он перекинул через плечо старый рюкзак и улыбнулся.

— Приятно познакомиться, профессор Лу! Это большая честь!

— Не надо излишней вежливости! — Лу Чжоу пожал ему руку. — Тут неудобно разговаривать, пройдемте внутрь.

Кроме парня, который нес предметы первой необходимости и еду, в джипе сидело еще два аспиранта. Они выглядели уставшими и похоже плохо спали.

Из-за сильного ветра и песков все в группе утомились. Лу Чжоу проводил их на склад и пошел на поиски чайного сервиза. Янь Янь в повседневной одежде цвета хакки вошла на склад.

— Вода закипает, садись, я помогу.

Лу Чжоу кивнул ей и сказал:

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Янь Янь поправила волосы и налила каждому по чашке чая, после чего оставила чайник на столе, развернулась и ушла.

Лу Чжоу сидел за столом и просматривал резюме профессора, который сидел на диване. Он сравнил профессора с его фотографией в личном деле.

Профессор смутился от такого пристального взгляда Лу Чжоу, поэтому кашлянул и спросил:

— Какая-то проблема?

— Нет, просто проверяю. — Лу Чжоу улыбнулся и отложил папку. — Добро пожаловать.

Профессора звали Ху Ян. Он был достаточно скромным человеком.

Лу Чжоу не встречался с ним раньше и видел лишь его фотографию, но он имел краткое представление о его направлении исследований и образовании.

Вообще, его резюме довольно стандартное, как и у большинство ученых, которые работали в непопулярных отраслях. Он не попал под особые программы и у него не было шансов стать академиков… Но это не волновало Лу Чжоу.

В конце концов, ученому изучающему сельское хозяйство сложно заиметь много выдающихся результатов.

Бегло просмотрев резюме, Лу Чжоу решил позволить ему возглавить проект.

Ху Ян обладал опытом в этой области, а также трудился в ней много лет, что показывало его настойчивость и упорство. Эта работа очень сложная, придется годами оставаться в пустыне.

Также больше никто не подавал заявок, поэтому у Лу Чжоу особо не была выбора.

После приветственной беседы Лу Чжоу поставил чашку и перешел к сути.

— Я опущу формальности, уверен, что в университете уже рассказали о проекте.

— Да. — Кивнул Ху Ян. — Я получил проект два дня назад и сразу отправился сюда.

— Спасибо, что приехали так быстро.

— Не беспокойтесь. — Осторожно улыбнулся Ху Ян. — Мне постоянно приходилось ездить на испытательные поля, что город, что пустыня, для меня все равно!

Лу Чжоу кивнул.

— Замечательно, что вы так настроены. Нелегко решиться на такое. Но я все же должен подчеркнуть некоторые моменты. Этот проект важен для будущего аэрокосмической отрасли Китая. Он нелегкий. — Лу Чжоу сделал паузу. — Прежде чем вы приметесь за этот проект, надеюсь, вы понимаете, что в течении следующих нескольких лет или даже десятилетий вы будете изолированы от мира. Боюсь, что вы сможете только по праздникам возвращаться домой.

Два аспиранта, сидевшие рядом с Ху Яном, затаили дыхание, но быстро расслабились.

Хотя они работали с трудной области, им не приходилось так трудно, как их руководителю.

В конце концов, они закончат университет через несколько лет. Самое больше, они пробудут два года.

Что же касается Ху Яна, то он не изменился в лице.

Он кивнул и без колебаний сказал:

— Я все хорошо обдумал.

— Тогда, пожалуйста, позаботьтесь об этом проекте.

Глава 713. Кандидат в академики

Весь проект разделили на три этапа.

На первом этапе необходимо было заложить фундамент. Для изоляции участка земли будет использоваться сварная нержавеющая сталь. Второй этап — это строительство. Будет собран стальной каркас из шести частей. На третьем этапе полусферу огородят двухслойным специальным стеклом, которое покроют специальным покрытием для регулировки температур.

Также биосфер будет несколько, чтобы можно было имитировать различные космические условия. Их также будут использовать для разработки систем жизнеобеспечения, которые будут использоваться на других планетах.

Поскольку любое даже малое вмешательство может привести к непредсказуемым результатам, биосфера должна построена в зоне вдали от живых существ.

К счастью Китай довольно большой и такое место легко нашлось.

Нет места лучше, чем центр пустыни.

Лу Чжоу в течении трех дней осматривал ближайшую геологическую среду. Проконсультировавшись с профессором Ху и геологами, Лу Чжоу выбрал место для биосферы рядом с дорогой и песчаной дюной.

На проект будет потрачено 1,5 миллиарда юаней, 1,3 из которых выделили 41 различных правительственных фонда, а оставшиеся 200 миллионов предоставила компания Лу Чжоу. Это небольшие финансы в сравнении со всем лунным проектом, но его значение чрезвычайно важно.

Закончив с планом проекта, Лу Чжоу больше не задерживался в пустыне, поскольку у него имелись дела в Цзиньлинею На следующий день он покинул лагерь и сел на поезд в Уши.

Только сойдя с поезда, он получил письма от Китайской академии наук, Инженерной академии и Цзиньлинского университета. Прочитав, он понял, что его имя числилось в предварительных списках для выборов от Китайской академии наук и Инженерной академии.

Глядя на эти письма Лу Чжоу пребывал в расстерянности.

Первоначально он собирался стать академиком Академии наук. Ведь он математик. Однако неожиданно для него Инженерная академия тоже выдвинула его кандидатуру.

В соответствии с правилами, собрав рекомендации, комиссия рассмотрит и отберет кандидатов.

Этот процесс стандартизирован, во время него справедливо и объективно оценивают научные результаты кандидата.

Пока кто-то не нарушал научные правила или не нарушал законы, он имеет возможность пройти. После этого начинает анонимное голосование. Когда кандидат набирает более двух третей голосов и будет свободное место, его избирают.

Результаты проверяются и подтверждаются комиссиями соответствующих департаментов. После рассмотрения и утверждения руководящей группой академиков, все новые академики уведомляются в письменной форме.

В Цзиньлинском университете уже много лет не было нового академика, а академика с факультета физики не было более 70 лет. В этот раз Лу Чжоу номинировали две разные академии, что стало достойным поводом для празднования.

Но Лу Чжоу особо не следил за выборами в академики. Он ответил на поздравления Ван Цзэнгуана, Ли Цзянъаня и других старых академиков.

Несомненно, что именно они выдвинули его кандидатуру.

Хотя в действительности ему плевать на это, он все же должен поблагодарить этих людей.

В первую очередь Лу Чжоу сосредоточился на шаттле.

Хотя пуск прошел успешно, осталось еще много моментов, что можно улучшить.

Следующий пуск запланировали до китайского Нового года, до которого оставалось где-то два месяца. Поэтому у него не было времени прохлаждаться.

И хотя Лу Чжоу отложил выборы академиков в сторону, многие другие были вовлечены в это дело.

Находясь в Цзиньлине, Лу Чжоу проводил собрание с конструкторами Жуйсян. Тем временем, академик Ван Шичэн, директор отдела математической физики, которые отвечал за выборы академиков, пришел в управление по работе с персоналом Китайской академии наук.

Директор Цянь, сидевший за своим столом, перестал писать и попросил помощника налить чашку чая академику Вану.

— Почему вдруг пришел?

Ван Шичэн сделал глоток чая и вздохнул:

— Из-за чего я еще мог прийти?

— Дай угадаю… — Директор Цянь улыбнулся. — Из-за Лу Чжоу?

Ван Шичэн ничего не ответил. Он поставил чашку на стол и сказал:

— Это проблемный момент.

Выборы академиком непростое дело для различных отделений.

Китайское научное сообщество относительно изолированное и имело собственную систему. Большинству китайских ученных довольно трудно получить международную награду, которая могла быть выше звания академика. Поэтому звание академика конечная цель для большинства китайских ученых.

Звание академика удвоило их власть и статус, они практически могли работать в любом научно-исследовательском институте или университете.

Не говоря уже о том, что мест немного.

Поэтому между кандидатами шла жесткая конкуренция.

Однако…

Ситуация с Лу Чжоу иная.

Другие кандидаты не трогали его, что хорошо. В конце концов, все проголосуют за него, и он получит звание.

Однако проблема в том, что этот парень слишком потрясающий. Он оказался в списках от Академии наук и Инженерной академии.

Очевидно, что главный конструктор термоядерного реактора должен относится к отделению энергетики и инженерии. Если все пройдет хорошо, то через несколько лет Лу Чжоу возглавит его.

Поэтому проблема заключалась в том, что раз Инженерная академия хотела присвоить ему звание академика, был ли смысл присваивать ему звание академика от Академии наук?

Некоторые ученые имели два звания академика, но удостоиться их в один год…

Это немного чрезмерно.

В очереди стояло много старых профессоров, которые добились значительных результатов в исследованиях.

Ван Шичэн посмотрел на директора Циня и сказал:

— Слышал, что из Инженерной академии тоже выдвинули его. Может стоит не лезть в этом году и в следующий раз подать заявку? Тогда Лу Чжоу не сразу получит два звания.

— О, — Директор Цинь улыбнулся. — Тогда скажи, какой талант из Яньцзинского университета будет лучшим выбором, чем профессор Лу?

Ван Шичэн не знал, что ответить.

Это то, что доставило ему проблем.

Отложить заявку хорошая идея…

Но Филдсовская и Нобелевские премии слишком значительно, чтобы их игнорировать. Не говоря уже о медали Лин Юна. Лу Чжоу не заменить. Даже во всем мире не найти лучшего кандидата.

— Не знаю, что делать, поэтому и пришел. Сделаю все, что нужно.

Директор Цянь покачал головой:

— Мне кажется, ты слишком усложняешь все.

— Слишком?

— Да. — Директор Цянь кивнул. — Для него не имеет значение звание академика. Его мнение итак высоко ценится правительством. Звание академика для него просто вишенка на торте.

— Тогда… Ничего, если мы отложим это до следующих выборов?

— Нет, я говорю, что для него это все не важно, но оно очень важно для нас.

— …

Глава 714. Космический конвертоплан

После успешного пуска Жуйсян Лу Чжоу перенес отдел разработки сборочного центра в Институт перспективных исследований, назвав его «Институтов аэрокосмической науки и техники». Он стал отвечать за изучение аэрокосмических технологий, включая ионный двигатель.

Из-за множества сверхсекретных проектов здание института имела высочайших уровень безопасности.

Основным заказчиком нового института стал сборочный центр Star Sky Technology, откуда также поступало большая часть средств. Что отличалось от Института вычислительного материаловедения, который получал финансирование от других компаний.

Директором нового института стал Хоу Гуан.

Благодаря его опыту не было никого более подходящего на эту должность. В институте не было никого, кто лучше знал конструкцию Жуйсян. Поставить его на должность директора правильный выбор.

И Хоу Гуан оправдал ожидания Лу Чжоу. Пока Лу Чжоу не было, он быстро организовал переезд не приостанавливая исследований.

Он поручил модульную разборку шаттла техническому персоналу, а также оценил повреждённые части оборудования и провел анализ полета, после чего составил 20 страничный отчет.

Прочитав отчет за два дня и сделав презентацию, Лу Чжоу позвонил Хоу Гуану и организовал собрание.

— Для начала хочу поблагодарить всех за тяжелую работу. Не могу говорить от имени страны, но будучи президентов Института перспективных исследований, хочу выразить вам свою искреннюю благодарность.

После приветственных слов раздались аплодисменты.

Лу Чжоу кивнул, и аплодисменты стихли.

Откашлявшись, он положил отчет на стол.

— Я ознакомился с отчетом. Конструкция шаттла очень удачная, но есть места, которые можно улучшить. Согласно заключению техников, крыло и нижняя часть шаттла подверглись большему нагреву, чем мы ожидали по возвращению. Наши инженеры пришли к выводу, что корабль слишком быстро вошел в плотные слои атмосферы.

— Тщательно обдумав проблему и проконсультировавшись с экспертами, то поскольку ионный двигатель относительно «стабилен» в сравнении с традиционным. Мы можем переместить четыре двигателя на крылья шаттла, оставив только главный в хвосте. А также можно добавить два элерона для торможения и управления двигателями.

В конференц-зале послышались перешептывания и многие выглядели удивленными.

В изменениях в конструкции не было ничего нового. Конструкция походила на конвертоплан, что обладала преимуществами летательных аппаратов с неподвижным крылом и летательных аппаратов вертикального взлета. Хотя подобная конструкция не редкость, впервые кто-то предложил использовать ее в аэрокосмической отрасли.

После небольшой паузы Лу Чжоу продолжил:

— Улучшив конструкцию, мы сможем использовать двигатель для замедления при входе в атмосферу. Мы сможем снизить скорость, что уменьшит трение.

Выслушав Лу Чжоу, Хоу Гуан встал и сказал:

— Это интересная конструкция… Мы изучим возможность ее осуществления вместе с командой.

— Я уже рассмотрел этот момент и смоделировал его. — Лу Чжоу улыбнулся и открыл на компьютере папку, показав 3D модель на экране. — Это только предполагаемая модель.

В центре экрана предстал концептуальный дизайн космического конвертоплана. Рядом в графиках указывались высота полета, плотность атмосферы, скорость и другие параметры.

Все эти расчеты сделал лишь один Лу Чжоу.

Сяо Ай помог ему лишь с моделированием.

Хоу Гуан посмотрел на изображение и поправил очки, после чего в изумлении спросил:

— Какой компании эта программа?

Он проработал в этой отрасли много лет и пользовался различными программами, но никогда не видел такого точного моделирования движения… На его взгляд это идеальная программа.

Лу Чжоу ничего не объяснил, а просто сказал:

— Я попросил сотрудников из научно-исследовательского института информационных технологий написать код для меня. Я пришлю вам копию после собрания.

В этот момент в его кармане завибрировал телефон.

Лу Чжоу понял, что Сяо Ай жаловался, но он никак не мог раскрыть его существования.

Хоу Гуан стоял с широко раскрытым ртом.

Хотя он не знал, кто мог создать подобную совершенную программу, но эта программа намного облегчит его работу.

Хоу Гуан сказал:

— Ладно, не будем о программе… Если мы переместим двигатели с хвоста на крылья, то это повлияет на интенсивность отказов. Только ради маневренности, не перебор ли?

Лу Чжоу покачал головой:

— Дело не только в маневренности. Благодаря такой конструкции мы значительно снизим скорость на высоте свыше тридцати километров, что не только снизит риски при входе в атмосферу, но и сократит расходы на полеты. Говоря про интенсивность отказов, тут есть риски, но думаю, что мы решим проблемы, если улучшим конструкцию.

Хотя на бумаге звучало все просто, Лу Чжоу прекрасно понимал, что реализовать этот план непросто.

Добавление двух двигателей на крылья значительно увеличит опасность поломки самих крыльев.

Также для поддержания скоординированной работы двигателей нужно разработать более сложную систему электропривода, чтобы из-за ошибок в корректировки направления шаттл не отклонялся от первоначального маршрута.

Также нужно улучшить соединительные части и систему управления.

Можно смело сказать, что это также сложно, как делать шаттл с нуля.

Хоу Гуан нахмурился и спросил:

— А что насчет тендера?

— Мы будем использовать Жуйсян для участия. — Ответил Лу Чжоу. — Это наша цель на следующий год. Мы никуда не спешим. У нас достаточно времени на подготовку.

Услышав про сроки, Хоу Гуан испытал облегчение.

Наконец, профессор Лу установил более реальные сроки.

Скоро объявят результаты тендера. Проводить новые разработки сейчас не лучшая идея, но неплохо будет взяться за проект в следующем году.

Поскольку Лу Чжоу и Хоу Гуан пришли к согласию, спорить уже было не о чем.

Лу Чжоу кратко рассказал о новой конструкции шаттла.

Один из инженеров поднял руку.

— У меня вопрос.

— Да?

— Как будет называться новая конструкция? Жуйсян-2?

Старое название не лучший вариант.

Не говоря уже о том, что новый шаттл полностью отличался.

Как мне его назвать…

Молния? Так назвали уже спасательную капсулу.

Метеор? Звучит как-то трагично.

Лу Чжоу какое-то время размышлял, а потом придумал:

— Назовем его Сягуан (Заря).

Глава 715. Она ждет

После окончания совещание проект шаттла Сягуан одобрили и за него стал отвечать Хоу Гуан.

Дни шли и вскоре наступил конец января.

Спустя долгое ожидание объявили победителей тендера.

Как и ожидалось, Жуйсян, способный доставлять грузы на орбиту, победил при выборе самого важного элемента, перевозчика грузов.

В действительности, даже пари не имело большого значения.

Увидев возможности Жуйсяна, любой сделает верный выбор.

Выделили 10 миллиардов юаней, что решило острую потребность в деньгах Star Sky Technology.

Star Sky Technology погасило долг перед Alibaba и на оставшиеся средства начала готовить план по высадке человека на Луну.

Что касается лунного модуля, лунохода, скафандров и других компонентов, то они распределились между десятками других компаний.

Многие из них были уже даже готовы. Например, самые важные командный модуль и лунный модуль Китайская аэрокосмическая научно-промышленная корпорация завершила еще в декабре прошлого года.

При готовности ракеты с грузоподъемности более 24 тонн, можно начинать лунный проект.

В данный момент не было никаких сомнений. что Жуйсян выполняет необходимые условия.

После обсуждений высшее руководство решило организовать пуск на Луну за день до китайского Нового года до которого оставалось меньше месяца.

Star Sky Technology должна обсудить и сформулировать конкретные планы пуска с другими компаниями, участвовавшими в проекте.

В этот раз государственного финансирования более чем хватало. Впечатляющие показатели Жуйсян во время испытательного полета значительно повысило уровень доверия других компаний. Все работали очень быстро, готовясь преподнести стране подарок на новый год.

Ранним утром в конце январе Сунь Чэнпин, генеральный директор Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации, прибыл в Цзиньлин вместе с другими специалистами.

Черная машина остановилась у входа в сборочный центр. Сунь Чэнпин вышел из машины и протянул правую руку.

— Рад познакомиться, профессор Лу, мне много хорошего рассказывали про вас.

— Вы слишком добры, директор Сунь. — Лу Чжоу улыбнулся и отпустил его руку, после чего пригласил их. — Поговорим позже, сначала идите за мной.

Сейчас требовалось решить очень важную проблему, заключающейся в совместимости лунного и командного модулей с шаттлом Жуйсян.

Можно ли модули нормально отстыковать и пристыковать, не будет ли помех во время миссии… Эти вопросы должны обсудить профессионалы. Если они не решат эти проблемы, то шаттл может не вернуться с луны.

Группа людей проследовала за Лу Чжоу и пришла к гигантскому монстру в ангаре.

Эксперты из Научно-исследовательского института военно-воздушной техники поразились

Особенно когда увидели пять ионных двигателей.

Яркий металлический корпус воплощал мечты каждого исследователя в аэрокосмической области…

Сунь Чэнпин какое-то время стоял, как вкопанный, а потом с волнением спросил:

— Это Жуйсян?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Впервые увидели?

— Не совсем. — Директор покачал головой. — Я видел его пару раз по телевизору, но вживую он потрясает куда сильнее.

— Хотите посидеть внутри? Могу гарантировать, что это еще интереснее.

Сунь Чэнпин кашлянул:

— Нет, спасибо, я боюсь высоты.

Тем временем, рядом с шаттлом эксперты из Института перспективных исследований начали обсуждения с экспертами из Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации.

— Какая грузоподъемность вашего шаттла на траектории Земля-Луна?

Хоу Гуан ответил:

— В теории максимум двадцать пять тонн.

— Двадцать пять? Тогда какое решение по-вашему наиболее подходящее?

— Пока самым надежным остается остановка на лунной орбите. Мы предлагаем интегрировать командный модуль в Жуйсян и отцеплять лунный модуль только после выхода на лунную орбиту. Это снизит риски.

Существовало четыре основных способа посадки на Луну — прямой полет, отстыковка с околоземной орбиты, отстыковка с лунной поверхности, отстыковка с лунной орбиты. С точки зрения безопасности, то методы ранжировались 1>4>2>3, а с точки зрения требований к ракете 2>4>3>1.

«Апполон» использовал четвертый способ. Корабль вышел на лунную орбиту, после чего лунный модуль приземлился на Луну, а командный модуль остался на орбите.

Выслушав объяснение Хоу Гуана, инженер кивнул и задумчиво потер подбородок.

— Интегрировать командный модуль в шаттле? Интересная идея, мы ее рассмотрим…

Сунь Чэнпин посмотрел на инженеров, стоящих рядом с шаттлом, и произнес:

— Не ожидал, что смогу застать китайские следы на Луне.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Луна лишь начало, в будущем мы пойдем еще дальше.

Сунь Чэнпин посмотрел на Лу Чжоу и несколько смущенно сказал:

— У меня назрел вопрос.

— Какой?

— Просто из любопытства, вы всегда утверждаете, что математик, но ваш вклад в другие области намного превышает достижения в математике.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Так ли это?

— А разве нет?

Лу Чжоу задумался:

— Будь то термоядерный синтез или аэрокосмическая область, подобное рано или поздно разовьет общество. Людям нужны лишь ресурсы и время на совершение проб и ошибок. Однако математика — другое. Даже если изобрести математический инструмент, если никто не сможет использовать его, то математические задачи никогда не решить.

— Тогда я еще больше запутался.

— Чем?

— Если вы считаете, что математика так важно, то почему все еще интересуетесь космосом?

— Вам интересно, что меня подтолкнуло на это?

Сунь Чэнпин кивнул.

— Верно.

Лу Чжоу улыбнулся и спокойно ответил:

— Это не важно. Важно, что есть проблема. И она ждет моего решения.

Глава 716. Ответ Белого дома

Центр Джунгарской впадины.

Множество тяжелого промышленного оборудования везли по шоссе вглубь пустыни Дзосотын-Элисун.

После утверждения проекта биосферы, средства быстро поступили. Как только закончился тендер, строительное оборудование перевезли из Уши.

На строительной площадке рядом с военным лагерем стояли трейлеры. Рабочие в желтых касках быстро разгрузили оборудование и материалы. Они обустроили основные жилые помещения рядом с трейлерами, после чего началась стройка.

Строительство любого проекта начинается с фундамента, и биосфера не стала исключением.

Перед установкой стального каркаса строительная компания выроет большую яму глубиной от трех до четырех метров. Потом они вобьют в землю стальные стержни, зальют цемент и установят пластины из нержавеющей стали.

Профессор Ху в каске стоял неподалеку и смотрел на строительную площадку. Он внимательно ознакомился с чертежами и планом строительства в руках и теперь слушал ответственного за строительство.

— Такой план. Прямо сейчас мы закладываем фундамент. Если возникнут проблемы, то сообщайте мне. Сделаю все возможное, чтобы решить их.

Профессор Ху еще раз внимательно просмотрел чертежи и убедился, что ошибок нет, после чего кивнул.

— Вроде все в порядке, когда закончите строительство?

Ответственный за строительство посмотрел на песчаные дюны на горизонте и ответил:

— Первый этап займет три месяца, а все от шести до восьми. Как повезет с погодой, если постоянно будут песчаные бури, то стройка затянется.

И не только песчаная буря, могли произойти внезапные скачки температуры и другие неожиданные экстремальные изменения в погоде.

На строительной площадке в пустыне могло произойти много непредсказуемого.

— Скорость не важно, ничего, если оно займет больше времени. — Ху Ян вернул чертежи. — Пожалуйста, сосредоточьтесь на качестве, поскольку малейшая ошибка может привести к провалу эксперимента.

— Не волнуйтесь. Это проект национального уровня. Мы гарантируем качество, иначе нам не поздоровиться.

Если они решат где-то схалтурить, то их карьере придет конец.

Строительной компании нужно выложиться на максимум.

В тоже время новости о строительстве биосферы распространились, как лесной пожар.

Хотя эта пустыня считалась засекреченной зоной, сохранить в секрете такой огромный проект попросту невозможно.

Но не было необходимости утаивать его. В конце концов, в проекте не задействованы никакие национальные оборонные технологии. Биология, экология, метеорология, гидрология и похожие области относились к естественным наукам, которые взаимодействовали с другими международными исследовательскими институтами.

Новость о строительстве в Китае искусственной биосферы быстро распространилась по всему международному научному сообществу, что вызвало огромное потрясение.

Как потерпел неудачу американский проект, многие говорили о создании новой биосферы, но никто не хотел вкладываться в этот рисковый проект с низкой окупаемостью.

Американцы ни за что не вложились в эту область.

А сейчас Китай готов инвестировать в биосферу в центре Джунгарской впадины, что стало несомненно фантастической новостью для ученых, изучавших искусственные экосистемы.

В конце концов, инвестиции Китая в естественные науки всегда не большие. После таких крупных инвестиций, Китай завоевал расположение многих иностранных ученых.

В отличие от научного сообщества, многие крупные СМИ имели неоднозначное мнение.

Некоторые считали, что это очередная смелая попытка человечества по контролю природу. Другие пытались связать это с недавней космической активностью Китая заключая, что, скорее всего, Китай хочет проложить путь для развития космоса.

«Нью-Йорк таймс» и «Вашингтон таймс» описывали проект Китая используя такие термины как, «военная подготовка» и «подозрительные намерения». Они не хотели называть Китай лидером в освоении космоса. СМИ советовали ученым принимать участие в этом проекте с осторожностью.

Хотя такие слова звучали немного абсурдно, они все равно привлекли внимание НАСА.

Или скорее Национальный космический совет.

Три года назад, когда США объявили о своем плане по возвращению на Луну, Трамп подписал распоряжение о восстановлении Национального космического совета.

Но в отличие от прошлого, этот совет подчинялся непосредственно администрации президента. Он напоминал по обязанностям Совет национальной безопасности, Административно-бюджетное управление.

Очевидно, США показали возродившийся интерес к космосу.

В конференц-зале белого дома.

Президент собрал некоторых высокопоставленных чиновников из соответствующих ведомств. Хлопнув по столу, он произнес:

— Китайцы очень заинтересованы в освоении космических ресурсов. Мы должны рассмотреть нашу собственную космическую программу. Не важно, чего мы достигли в прошлом! Мы должны сохранить наше преимущество в области!

— Могу я вставить свои пять копеек?

Президент посмотрел на говорившего и кивнул.

— Конечно.

Все в комнате посмотрели на директора НАСА, который медленно встал и заговорил:

— Китай все еще пытается догнать нас, поэтому не думаю, что нам нужно беспокоиться. Конечно, мы также не должны сидеть сложа руки. Мы должны ускориться, чтобы сохранить лидерство. — Он сделал небольшую паузу и продолжил. — Я предлагаю продолжать наш план по возвращению на Луну, но также должны продвинуться дальше, например, к Марсу.

Президент нахмурился.

— Марсу?

Послышались перешёптывания

Директор НАСА проигнорировал их, кивнул и серьезно сказал.

— Все верно. У нас есть возможности исследовать Марс. У нас много превосходных аэрокосмических компаний. Нам нужно только оказать им помощь и объединить их силы. — После паузы он воскликнул. — Предлагаю начать программу «Арес»! Если китайцы и правда думают, что могут превзойти нас вступив на Луну, мы пошлем наших людей на Марс!

Глава 717. Проект «Арес»

«Шок! Американцы начали проект „Арес“! Они собираются на Марс!»

В кабинете на математическом факультете в Цзиньлинском университете.

Лу Чжоу сидел за своим столом и пил кофе, просматривая новости в интернете. Тут его привлек этот заголовок.

Прочитав полностью статью, он с улыбкой покачал головой.

— Судя по всему, американцам не сидится на месте.

Согласно новостной статье, НАСА в течение этого года запустит проект по колонизации Марса «Арес», подпроекты они распределят между аэрокосмическими компания США.

Согласно обнародованной информации, весь проект разделялся на три части. Первая — доставка устройств жизнеобеспечения на поверхность Марса.

Когда они подтвердят работоспособность устройств жизнеобеспечения на должном уровне, начнется вторая часть проекта. В ходе нее они отправят пилотируемый корабль на Марс с несколькими астронавтами для подготовки к колонизации Марса.

Внезапное заявление НАСА удивило Лу Чжоу, его потрясло, что конгресс так быстро одобрил бюджет.

Однако он понимал из-за чего это происходит.

Политики, проводимые Китаем в развитие аэрокосмической отрасли, и успех Жуйсян с ионным двигателем определенно спровоцировало штаты.

Не говоря уже о проекте биосферы и попытке высадке человека на луну, что будет в феврале. Белый дом засвидетельствовал решимость Китая в получении космических ресурсов и испугался этого.

В конце концов, космические технологии относятся не только к национальной обороне, но и к престижу страны, поэтому НАСА без проблем получила нужные средства от конгресса.

Несмотря на чрезмерные амбиции НАСА, Лу Чжоу должен признать, что США сильный соперник в аэрокосмической сфере.

В 1960-х их Сатурн-5 с грузоподъемностью в 140 тонн совершил свой первый полет на низкую околоземную орбиту. В качестве замены Сатурн-5 у США сейчас появилась SLS.

Напротив, Чанчжэн-5, который Китай запустил впервые в 2016 году, имел грузоподъемность всего в 25 тонн.

И хотя ионный двигатель огромное достижение, грузоподъемность составляла всего 50 тонн, которую очень сложно будет увеличить из-за меньшей тяги.

Еще более важно, что не только он исследовал ионные двигатели.

Еще во времена его пребывания в Принстоне, Принстонская лаборатория физики плазмы работа над двигателем на эффекте Холла для управления движением в дальнем космосе…

Лу Чжоу поставил чашку и собирался вернуться к работе, как услышал шаги за дверью, а потом стук.

Прежде чем Линь Юйсян успела открыть дверь, в кабинете раздался громкий голос.

— Давно не виделись, профессор Лу.

— Секретарь Ян? — Лу Чжоу перестал писать и посмотрел в сторону двери. — Зачем вы пришли?

Госсекретарь Ян второе по чину должностное лицо в Министерстве иностранных дел.

Лу Чжоу немного общался с ним на государственном банкете. Приглашения от Нобелевского комитета и на международную конференцию по управляемому термоядерному синтезу тоже передавал он.

К сожалению, Лу Чжоу не смог принять в них участие.

— Я к вам. — Старик улыбнулся и вошел в кабинет. — Специально пришел во время обеда, чтобы не помешать работе.

— Все нормально, садитесь… Линь Юйсян принеси нам чаю.

— Хорошо!

Помощница Линь проработала тут уже больше года, поэтому знала, что делать.

Через пять минут на столе перед ними появилась чашка горячего чая и чашка растворимого кофе.

Секретарь Ян сделал глоток и сказал:

— Хороший чай.

Лу Чжоу смутился и промолчал.

Он не знал, что ответить, поскольку обычно не пил чай. Каждый год из Пекина он привозил немного чая для профессоров с факультета.

А чай в кабинете был обычным дешевым чаем из супермаркета…

Секретарь Ян поставил чашку и с улыбкой спросил:

— Любите кофе?

Лу Чжоу кашлянул и ответил:

— Чай слабоват для меня. Мне нравится вкус покрепче.

— Ха-ха. Я знал об этом, поэтому принес немного кофейных зерен, которыми меня угостили мои друзья из-за границы.

Лу Чжоу тут же ответил:

— Не стоит. Я не люблю молоть зерна и пью только растворимый кофе.

— У вас слишком уникальный вкус, хорошо, оставлю их себе. — Секретарь с улыбкой покачал головой. — Я приехал сюда, поскольку тут проходит важный саммит. Также я хотел задать вам пару вопросом от имени Коммунистической партии Китая.

Лу Чжоу удивился.

Пару вопросов?

Каких?

— Это касается некоторых слухов о проекте «Хочжун». Вы должно быть слышали эти международные слухи.

Лу Чжоу кивнул:

— Что-то слышал, но что такое?

Секретарь Ян отмахнулся:

— Ничего такого. Это касается международного научного сообщества. Два дня назад Международный союз биологических наук и Международный совет по науке прислали письмо, в которых сообщили, что хотят принять участие в этом проекте.

Лу Чжоу смутно понял в чем дело. Он кивнул и спросил:

— Что думает правительство?

— Мы еще не определились, но и не отвергали предложение. Государство в затруднительном положении в этом вопросе. Хотя мы приветствуем участие иностранных ученых, этот проект связан с аэрокосмической отраслью. Трудно оценить риски. Поскольку я случайно оказался в Цзиньлине, то руководство попросило узнать ваше мнение. — Он серьезно посмотрел на Лу Чжоу и спросил. — По вашему мнению, как нам следует поступить?

Глава 718. Блок для роста растений

Лу Чжоу на какое-то время замолчал от такого вопроса, потом, не сдержав улыбки, он ответил:

— Если они хотят принять участие, то мы должны позволить им. Нужно ли спрашивать меня об этом?

— Но что с секретностью?

Лу Чжоу покачал головой.

— Тут не о чем переживать. Этот проект отличается от стелларатор. В нем нет никаких секретов. Если мы сможем получить поддержку от иностранных организаций, то легче решим многие проблемы.

В свое время биосфера 2 создала огромное число передовых технологий, как система контроля температуры, а также взрастила множество выдающихся ученых в области экологии и биологии.

Хотя проект провалился, полученный знания бесценны.

Не говоря уже о том, что ученые молили о новом проекте биосферы. Они извлекли уроки из своих неудач и готовы снова бросить вызов этому проекту. Не было никаких причин отказывать этим талантам.

Даже при существенном шансе на шпионаж, риски приемлемы.

Секретарь Ян задумчиво потер подбородок и спросил:

— Хотите сказать, что мы должны позволить иностранным ученым участвовать?

Лу Чжоу кивнул:

— Настоятельно рекомендую так поступить. Не только в проекте «Хочжун», но и в других нам следует сотрудничать с международным сообществом. Пока это не касается конфиденциальных технологий.

Это уменьшит слежку других стран за аэрокосмической отраслью Китая, а также привлечет больше способных людей для проведения исследований в Китае, которые могут даже остаться на долго.

Кроме того, Китай может сотрудничать со странами с хорошими отношениями.

Это также полезно для усиления влияния Китая в международном научном сообществе.

Лу Чжоу хорошо это понимал, но Секретарь Ян нет.

Выслушав объяснения Лу Чжоу, он помолчал, а затем встал:

— Ваше мнение очень важно. Я передам его руководству.

— Уже уходите? Не хотите пообедать?

— Нет, спасибо, мне нужно идти. — Секретарь Ян улыбнулся. — Давайте поедим в следующий раз. Я угощу вас в Пекине.

Лу Чжоу улыбнулся и проводил его.

У Китая приличный опыт в крупных научно-исследовательских проектах, но ему не хватало опыта участия в крупных международных проектах. Это сотрудничество станет прекрасной возможностью.

Лу Чжоу сел за стол и достал пару чистых листов. Немного подумав, он написал свое мнение по этому вопросу с точки зрения ученого.

Глобализация науки неизбежный процесс.

По мере углубления понимания природы человеком, крупные научно-исследовательские проекты не будут осуществляться одной страной.

А тот, кто возьмет на себя большую ответственность в этих проектах, возглавит будущее…

Он быстро закончил писать пять страниц.

Лу Чжоу перечитал письмо и удовлетворенно кивнул, после чего убрал его в карман, собираюсь позже отправить.

В этот момент он даже не представлял, что это письмо окажет огромное влияние на политику в Азии и во всем мире.

В некотором роде, оно стало более влиятельным, чем термоядерный синтез.

Лу Чжоу облокотился на спинку кресла и задумался, заказать ли ему еду или нет. В этот момент его телефон на столе завибрировал.

Он взял его и увидел, что звонила Чэнь юйшань. Он вышел в коридор и ответил на звонок.

Сразу же он услышал знакомый и приятный голос:

— Мне только что звонили из Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации. Их блок для роста растений, что они разработали вместе с Сельскохозяйственным университетом, завершен. Через неделю они доставят его на стартовую площадку.

Лу Чжоу удивился.

— Уже? Так быстро?

Блок для роста растений не часть правительственного проекта. Это частный проект, компании Лу Чжоу. Он взялся за него из-за цепочки заданий.

На первом этапе было два интересных дополнительных задания. Одно разместить модуль для выращивания растений в десять квадратных метров на поверхности Луны, а другое наблюдение за десятью мышами на Луне.

Поскольку лунный проект состоится в ближайшее время, Лу Чжоу попросил разрешение на это у Китайского национального космического управления, что ему быстро позволили.

Жуйсян имел грузоподъемность в 25 тонн. Вычитая 17 тонн, которые занимало необходимое оборудования для реализации плана по высадке на Луну, оставалось еще 8 тонн. Было бы глупо не использовать эти 8 тонн.

Пока Лу Чжоу сам не полетит на Луну, Национальное космическое управление Китая согласится с чем угодно.

Заявка подавалась еще в июле или августе прошлого года. Получив разрешение Лу Чжоу тут же связался с Китайской академией наук, Сельскохозяйственным университетом и Научно-исследовательским институтом биотехнологий и сельскохозяйственной техники для организации проекта по выращиванию растений в космосе.

Хотя звучало как-то мудрено, в действительности это автоматизированная установка для посадок. Для экономии места, питательную среду отделили от оборудования и сделали складную модель. Это даже не считалась передовыми технологиями.

Но даже так разработать и изготовить этот блок за шесть месяцев при финансировании менее 10 миллионов юаней впечатляюще. Поэтому Лу Чжоу удивился новости.

— Не настолько быстро, как ты строишь шаттл. Прошло почти шесть месяцев. — Чэнь Юйшань ухмыльнулась. — Как ты и просил, блок использует метод гидропоники. После установки блока и заполнения питательной среды, площадь будет ровно десять квадратных метров, а вес около пяти тонн. Пока будет хватать энергии, то питательные вещества смогут обеспечить первый этап роста урожая.

Лу Чжоу кивнул:

— Неплохо, а что по техническим характеристикам?

— Я отправили их тебе на почту.

— Понял, сейчас прочитаю.

Повесив трубку, Лу Чжоу вернулся в кабинет и сел за стол, после чего открыл письмо.

Прочитав его, он не смог сдержать улыбки.

Отлично.

Похоже 50 000 очков опыта у меня в кармане!

Глава 719. Подготовка к полету на Луну

Пекин.

Информационной агентство проводило пресс-конференцию.

Представитель в костюме говорил на камеры четким и внушительным голосом:

— Учитывая стремление международного сообщества, мы решили открыть прием заявок о сотрудничестве для проекта «Хочжун». Мы приветствуем участие международного сообщества в этом глобальном проекте будущего.

Как только он закончил говорить, в зале поднялся шум.

Позволить иностранцам участвовать в проекте?

Это отличалось от того, что думали журналисты.

До этого иностранные СМИ показали этот проект как часть плана Китая по колонизации космоса. Предполагалось, что исследования будут держаться в секрете. Никто не ожидал, что Китай откроет двери для иностранцев.

Если у человека есть соответствующий профессиональный уровень, он может подать заявку, а после получения разрешения, он может принять участие в исследованиях.

Инвестиции в проект были более 200 миллионов долларов, что для большинства исследователей в области естественных наук чрезвычайно привлекательно.

Как и ожидал Лу Чжоу, сразу после этого пришло так много заявок, что пришлось создавать соответствующий отдел, который будет этим заниматься.

Международное научное сообщество встретило с одобрением проект Китая.

Но не все.

Для многих американцев наращивание темпов Китаем в космической гонке стало объявлением войны.

На съемках одного из американских шоу случайно завели об этом разговор.

Ведущий в белом костюме протянул микрофон своему толстому гостю:

— Джим, ты же работаешь в банке, да?

— Да, что такое?

— Думаю, что ты человек с богатым жизненным опытом. Могу я задать тебе пару вопросов?

— Конечно, если я смогу на них ответить.

— Всем уже известно, что Китай строит биосферу, они также приглашают многих ученых принять участие в этом проекте. Что ты об этом думаешь?

Джим ухмыльнулся.

— Что думаю? Это словно ваш скупой сосед внезапно предложил вам выпить пива. Либо он хочет украсть твою машину, либо твою жену, либо то и другое.

Зрители засмеялись.

Политические шутки были обыденным делом в этом шоу.

Однако в этот раз шутка была более язвительная, но именно такими были американские медиа.

Например, в последнем номере «Нью-Йорк таймс» писалось, что Китай просто пытался добиться господства в космической отрасли. В нем говорилось, что американские ученые должны участвовать в проекте на свой страх и риск.

Прочитав статью, Лу Чжоу только усмехнулся.

Имелась причина отчего американцы так думали.

В конце концов, космическое превосходство США, установившееся со времен холодной войны, стало частью американского патриотизма А теперь Китай бросил вызов их гордости, поэтому такая враждебная реакция вполне нормальна.

Однако эти консервативный статьи практически не оказали никакого влияния.

В отличие от них, большинство ученых в естественных науках либералы и их исследования приносили пользу всему миру, а не только США. Они с радостью будут работать с теми, кто предоставлял им финансирование.

Даже без огласки СМИ ученые будут подавать заявки на участие в проекте.

Если бы американцы планировали построить третью биосферу, то ученых можно было бы и убедить, но из-за нехватки финансирования большинство американских ученых с готовностью будут заниматься исследованиями в других странах.

К сожалению, Конгресс не собирался финансировать подобный исследовательский проект.

Калифорнийский реактор, проект «Арес» требовали больших затрат. Даже для США трудно было найти средства еще на одну биосферу, особенно с учетом других крупномасштабных проектов.

Даже если биосфера стоила дешевле двух других…

Также не было шансов, что кто-то с Уолл-стрит профинансирует проект.

Рокфеллеры потеряли деньги финансирую биосферу, поэтому без особых причин ни одни инвесторы не захотят взять такие риски.

Время шло, скоро наступил китайский Новый год.

К запуску все было подготовлено. Оборудование уже погрузили на Жуйсян и шаттл был готов подарить всем уникальный подарок.

48 часов до запуска.

Директор Ли сел на поезд до Цзиньлина. Первым делом он отправился на стартовую площадку, где отыскал Лу Чжоу.

Лу Чжоу с улыбкой спросил:

— Директор Ли? Зачем приехали?

Директор сердито зыркнул на него.

— Еще спрашиваешь!

Эм?

Откуда мне знать?

Что не так в моем вопросе?

Директор Ли посмотрел на ничего не понимающего Лу Чжоу и со вздохом сказал:

— Перестань делать вид будто не понимаешь зачем я здесь. Признайся, ты уже подготовился, да?

Лу Чжоу не понимал.

— К чему подготовился?

— Высадка на Луну это не полет на околоземной орбите! У нас есть опыт отправки людей на орбиту и их безопасного возвращения, но у нас нет опыта возвращения людей с Луны. Ноль опыта! Понимаешь? Никто не знает, что там может случится, может ты никогда не вернешься! Иди спроси у космонавтов. Они все написали завещания! Я понимаю, что ты уверен в своих исследованиях, но позаботься о своей безопасности! Подумай о своих родителях! Ты их единственный сын! Если с тобой что-то случится, что я должен буду им сказать?

А-а-а…

А я думал, что что-то случилось!

Лу Чжоу кашлянул:

— Не волнуйтесь. Я достаточно развлекся в прошлый раз. В этот раз я не полезу.

Директор Ли чуть не потерял сознание.

Ты сказал, что это было ради науки!

Ты полетел тогда ради развлечения?!

Директор какое-то время пристально смотрел на Лу Чжоу!

— Не хочу слышать твои обещания, я буду следовать за тобой в день запуска. Если ты полетишь, то и я полечу с тобой!

— …

Да я слетал всего разочек, что так паниковать?

Глава 720. Воссоединение

Хотя директор Ли хотел следить за Лу Чжоу следующие два дня, это явно невозможно.

Кроме своей семьи Лу Чжоу никого и никогда не приглашал остановится в его доме, несмотря на свободные спальни.

Пообещав директору Ли, что он не полетит, он смог отделаться от него.

Лу Чжоу работал на стартовой площадке до четырех часов, после чего попросил Ван Пэна отвезти его домой. Он собирался поесть и принять ванну, как в его дверь позвонили.

Лу Чжоу подошел к двери и посмотрел на камеры.

Удивившись, он открыл дверь.

— Папа, Мама, Сяо Тун? Зачем вы приехали?

Лу Банго рассмеялся, проходя с чемоданом внутрь.

— Если бы не приехали, ты снова окажешься в космосе!

Лу Чжоу улыбнулся:

— Почему не предупредили, я бы встретил вас.

Фан Мэй вздохнула:

— Ты так занят работой, что мы не хотели беспокоить тебя, поэтому приехали из Цзянлина. Семьи должны встречать праздники вместе, ты не должен оставаться один.

Лу Чжоу какое-то время просто молчал, потом с виноватой улыбкой сказал:

— Простите… Уже почти Новый год, а я вам даже не позвонил.

Старик Лу просто молча похлопал сына по плечу.

— Все нормально, я понимаю.

Иногда мужчины могут общаться без слов.

Лу Чжоу чувствовал, что отец понимает его и гордится им.

Сяо Тун с рюкзаком на спине протиснулась между родителями и кинулась к брату.

— Брат, я слышала, что ты летал на ракете?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Ну, это не ракета, а шаттл.

Сяо Тун с горящими глазами спросила:

— Круто! Было весело?

— Весело, как-нибудь я дам тебе возможность полетать… Но не в этот раз. Этот полет рискованный, даже я не собираюсь лететь.

Услышав, что Лу Чжоу хочет отправить его драгоценную дочь в космос, Лу Банго возразил:

— Забудь! Дай мне внука, тогда можешь говорить о полетах в космос.

Фан Мэй посмотрела на мужа и сказала:

— Почему внука, а как насчет внучки?

Старый Лу тут же ответил:

— Внучка тоже здорово! А двое еще лучше!

Сяо Тун молча показала им язык.

Я не смогу отправиться в космос, пока мой брат не женится и не заведет детей…

Думаю, придется подождать.

Уже почти шесть вечера.

В холодильнике оставалось немного продуктов, осмотрев их Фан Мэй приказала старому Лу купить мяса и овощей, а сама надела фартук и принялась за готовку.

Лу Чжоу не хотел, чтобы его мама готовила. В конце концов, они только приехали, однако переубедить ее у него не вышло, поэтому просто сел на диване в гостиной.

Поскольку их родители были заняты, Сяо Тун и Лу Чжоу остались одни в гостиной.

Лу Чжоу включил редко используемый телевизор в попытке убить немного времени и как старший брат начал расспрашивать сестру про учебу.

— Как учеба в Англии?

Сяо Тун положила ноги на кофейный столик и, играя в телефоне, ответила:

— Все нормально, там не так оживленно, как в Китае. Просто мне не нравятся вечеринки, поэтому я просто сижу в библиотеке со своими соседками.

— Кстати, ты же заканчиваешься в следующем году?

— Да, если ничего не произойдет.

— Думала о том, что будешь делать после окончания?

Сяо Тун выключила телефон и задумалась. Она почесала голову и ответила:

— Хотела получить докторскую в Оксфорде или работать в HSBC.

— Тебе предложили работу HSBC? HSBC берут студентом с магистратуры?

Лу Чжоу особо не взаимодействовал с банками, поэтому не хорошо разбирался, как все устроено. Если он правильно помнил, HSBC крупнейший банк в Великобритании и имел большое влияние в мире.

Сяо Тун смущенно потерла нос и ответила:

— Конечно. Мой научный руководитель помог мне попасть на стажировку к ним летом. Я неплохо сея показала и отдел кадров спросил не хочу ли я работать у них после окончания университета. Хотя начну с самого низа, обстановка там мне нравится.

— Думаю тебе нужно выбрать, либо по научному, либо по корпоративному пути. Если выберешь науку, то докторская степень хороший выбор, если корпоративный, то предложение от банка тоже привлекательно.

Лу Чжоу не мог не загрустить.

Он вспомнил свой студенческий опыт. Даже с помощью системы ему пришлось потрудиться, чтобы оказаться на таком уровне.

Конечно, Сяо Тун тоже упорно трудилась, чтобы добиться таких результатов. Хотя Лу Чжоу действительно помог ей рекомендательным письмом, она все равно та, кто воспользовалась этими возможностями.

Например, даже если бы идиоту дали систему, то он не смог бы многого добиться…

Сяо Тун серьезно спросила:

— Тогда, брат, что мне следует выбрать?

— Ты меня спрашиваешь? — Лу Чжоу улыбнулся. — Я ничего не смыслю в этом, поэтому мое мнение не имеет значения… Спроси старшую сестру.

— Старшую сестру?

— Да, Чэнь Юйшань.

Сяо Тун увидела смутившегося брата и, ухмыльнулась, ткнув его в руку.

— Эй, брат, признайся, как далеко вы продвинулись?

Лу ЧЖоу сердито посмотрел на нее.

— О чем ты! Ты еще маленькая, чтобы спрашивать про это.

Сяо Тун внезапно стало еще интереснее:

— Я не маленькая! Подумай сам, Чэнь Юйшань уже двадцать шесть, а она все еще одинока, сколько ей еще ждать тебя.

— Ты ничего не понимаешь.

Сяо Тун расстроилась.

— Очевидно, я понимаю женщин лучше тебя. Постой, неужели ты…

Сяо Тун странно покосилась на брата.

Лу Чжоу посмотрел в потолок и вздохнул.

— Что опять не так?

— Ты… голубой?

— Отвали!

В этот момент начались новости.

В новостях говорилось про предстоящий пуск.

Сяо Тун посмотрела на экран и спросила.

— Брат.

— Что теперь?

— Будет ли этот запуск успешным?

Лу Чжоу подумал, а затем ухмыльнулся.

— Он не может не быть успешным.

Вся страна с нетерпением ждала этого.

Миллиарды полных надежды глаз следили за происходящим.

Лу Чжоу не мог их подвести.

Глава 721. Присоединится

Ночь.

Яркие огни освещали стартовую площадку.

В этот день, когда большинство людей планируют свои выходные и с нетерпением ждут праздников, тут не наблюдалось и следа праздничной атмосферы.

Наземная команда ходила по взлетной полосе и проводила финальную проверку стартовой площадки и оборудования.

Запуск утвердили, и он должен состоятся в 12 ночи.

Основываясь на прогнозе погоды метеорологов — это будет наиболее подходящее время.

Космонавты и сотрудники занимались соответствующими подготовками.

Внутри комнаты отдыха космонавтов было спокойно.

Запуск состоится через три часа, а через час они должны будут подняться на борт шаттла.

Не Юнь вздохнул и нарушил тишину.

— Готова?

Не Янь ухмыльнулась и постучала себя по груди.

— С рождения готова.

Не Юна заразил ее энтузиазм, и он не сдержал улыбки, однако улыбался он лишь мгновение.

После минуты молчания он сказал вновь:

— Тебе следует серьезно подумать. Этот полет будет другим. Мы без понятия, что будет ждать нас на Луне.

Не Янь улыбнулась и в шутку спросила:

— Какой смысл переживать из-за этого? Думаешь можно заменить меня?

— У нас есть запасные космонавты.

Не Янь без колебаний возразила.

— Даже не думай.

Не Юнь знал свою сестру, поэтому не пытался ее переубедить.

В действительности, поскольку они родственники, они не могли лететь в эту миссию вместе, поэтому выбрали только Не Юна.

Однако Не Янь выпросила у начальства разрешение полететь. Из-за ее выдающихся успехов ее просьбу одобрили.

Не Юнь не считал это хорошей идеей.

Потому что в случае аварии это стало бы трагедией для их родителей.

Помимо брата и сестры летел еще один человек.

В отличие от космонавтов, он не бывший летчик. Он научный сотрудник Института геохимии Китайской академии наук и раньше работал в Китайской лунной и планетарной лаборатории, занимаясь планетологической разведкой. Он прошел несколько этапов тестов и собеседований, прежде чем его выбрали для участия в этом проекте.

До этого он прошел всего два месяца подготовки и не понимал всей серьезности, пока старший офицер не попросил его написать завещание…

Не Янь заметила дрожь в его руках, поэтому спросила его:

— Эй, как тебя зовут?

Внезапное обращение к нему потрясло мужчину и заикаясь он ответил:

— Лю… Лю Чжэнвэнь.

— Нервничаешь?

— Ну… Немного.

Лю Чжэнвэнь выдавил из себя улыбку. Он глубоко вздохнул и посмотрел на свои кулаки. Через какое-то время он смог сказать:

— Думал, что буду готов, но сейчас… Я боюсь умереть.

Не Юнь сказал:

— Все бояться смерти, тут нечего стыдиться.

— Тебе тоже страшно?

Не Юнь кивнул, а потом покачал готовой.

— Бояться и испытывать страх не одно и тоже.

Внезапно в комнате раздался сигнал.

Им пора в раздевалку надевать скафандры с помощью других сотрудников.

Не Юнь встал и подошел к молчащему Лю Чжэнвэню, после чего похлопал его по плечу.

— Расслабься, миллионы молятся за нас. Мы справимся.

…………………….

Стартовую площадку переполняли военные. На автомагистралях рядом стояли ограждения, запрещающие въезд в район транспортных средств. Военные и полицейские также прогоняли людей, которые пробрались, чтобы сделать фотографии.

Стартовая площадка походила на крепость, даже муха не могла пролететь внутрь.

Внутри стоял припаркованный фургон центрального телеканала, который получил разрешение на съемки.

Камера смотрела на трех пилотов, которые направились к шаттлу. Взволнованная женщина репортер заговорила:

— Прямо за мной три космонавта, которые собираются подняться на борт шаттла. Меньше чем через час состоится второй полет Жуйсян. По словам сотрудников, космические шаттл выйдет на орбиту Луны. Наши космонавты оставят следы на Луне! Они также поздравят нас с Новым годом прямо оттуда!

Женщина репортер глубоко вздохнула.

Если все пройдет хорошо, эти кадры покажут завтра на новостном канале.

Если что-то пойдет не так…

Она не знала, что произойдет.

Она могла только молиться.

Трап соединился со входом в шаттл.

Лу Чжоу наблюдал, как трое космонавтов садятся внутрь. Он с улыбкой помахал им рукой.

Директор Ли стоял позади Лу Чжоу и пристально смотрел на того. Хотя трап отсоединился от шаттла, он все еще не спускал глаз с Лу Чжоу.

Директор Ли был человеком слова. Он по пятам следовал за Лу Чжоу в течении последнего часа, даже в туалет.

В крайнем случае стоял чуть подальше…

Лу Чжоу посмотрел на его взволнованное лицо и вздохнул.

— Я тут подумал.

— О чем?

— Лунный модуль вмещает только двух человек, поэтому один человек останется на корабле один.

— И?

— Там будет довольно скучно, поэтому нам надо полететь с ними, чтобы можно было сыграть в карты.

Директор Ли выпучил глаза. Лу Чжоу увидел его реакцию и начал переживать не станем ли тому плохо.

— Просто шучу… Ладно… Давайте вернемся в командный пункт. Сейчас все начнется.

Директор Ли не успел ответить, как Лу Чжоу потащил его в командный центр.

Глава 722. Можно гордиться всю жизнь

Люк закрылся.

Не Юнь сел в кресло пилота.

Подключив систему жизнеобеспечения к скафандру и ремень безопасности, он глубоко вздохнул и облокотился на спинку кресла.

Цифры на электронном циферблате менялись.

— Уже скоро.

— Да.

Не Юнь ударил Не Янь кулаком и посмотрел на панель управления. В его наушниках раздалось:

— Все группы готовы.

Он открыл снял с предохранителя устройство зажигания, а потом повернул ручку.

В этот же момент из реактора вырвалось огромное количество энергии, словно весь шаттл был пробуждающимся монстром.

Лю Чжэнвэнь ощутил вибрацию и нервно спросил:

— Мы собираемся взлететь?

Связь не была включена, поэтому никто не услышал его вопроса.

Не Юнь посмотрел на растущую энергию на циферблате, слегка постучал по шлему и четко доложил:

— Это Жуйсян, зажигание прошло успешно. Мы готовы взлетать. Запрашиваю одобрение.

Вскоре из командного центра ответили.

— Одобряю. Обратный отсчет начнется через минуту.

— Понял.

Не Юнь сжал штурвал обеими руками. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Его большой палец был над кнопкой, готовый включить двигатель.

Открыв глаза, он услышал обратный отсчет…

— 5… 4… 3… 2… 1… 0… Поехали!

В прошлый раз Лу Чжоу позволил Хоу Гуану вести обратный отсчет, но в этот раз он вел его лично.

Пять гигантских ионных двигателей заработали, оставляя за собой голубое пламя. Шаттл медленно начал двигаться вперед.

В этот момент наземная команда, солдаты и инженеры увлеченно следили за шаттлом.

Этот поразительный вид никогда не надоест.

Директор Ли стоял рядом с Лу Чжоу, уставившись на большой экран в командном центре в командном пункте.

Поддавшись эмоциям, через какое-то время он заговорил:

— Наконец-то я понял, почему ты хотел подняться на борт.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Давайте как-нибудь вместе слетаем?

Директор Ли тут же ответил:

— Даже не думай об этом!

Пока они разговаривали шаттл набирал скорость.

Наконец он медленно оторвался от земли и полетел в сторону горизонта. Голубые огни ярко сияли в темноте, словно полярное сияние.

Наблюдая, как шаттл исчезает в ночи, наземная команда разразилась радостными возгласами.

Хотя путешествие на Луну только началось, этот момент останется в истории.

А смогут ли они успешно приземлиться на Луне и благополучно вернутся…

Это уже зависит от космонавтов…

— Жуйсян, это командный пункт, пожалуйста, доложите о своем статусе.

После короткой паузы послышался ответ второго пилота.

— Это Жуйсян, мы находимся на высоте 5 километров, скорость тысяча километров в час, перегрузка 1,25g. Датчики температуры в норме. Все в норме!

— Хорошо, оставайтесь на связи. Командный пункт обеспечит вашу навигацию.

— Есть.

Жуйсян скрылся из виду.

Директор Ли окинул взглядом команду на стартовой площадке, которая убирало оборудование, и внезапно обратился к Лу Чжоу.

— Если для выхода на околоземную орбиту требуется два часа, то сколько понадобиться, чтобы достичь Луны?

Хотя предполагаемый график был указан в плане, план пуска отправили непосредственно в космическое управление Китая. Star Sky Technology отправили копию в Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности., но директор Ли в спешке уехал в Цзиньлин, поэтому не успел ознакомиться с ними.

Лу Чжоу посмотрел на зеленую точку на радаре и ответил:

— Около 56 часов.

— Всего 56? — Директор Ли потрясено посмотрел на Лу Чжоу. — Если правильно помню, то у «Сатурн V» американцев полет занял более 70 часов, да?

— Если бы расстояние было больше, то мы могли набрать еще большую скорость. — Лу Чжоу улыбнулся. — Пуск прошел успешно. Я собираюсь вздремнуть, вам тоже нужно отдохнуть. Шаттл в небе, я теперь не смогу улететь.

Прежде чем директор Ли успел ответить, Лу Чжоу снял наушники и отдал их Хоу Гуану.

— Теперь ты главный.

Хоу Гуан взял наушники у Лу Чжоу и кивнул.

— Понял.

……….

В небе.

Жуйсян уже достиг высоты в 20 километров. Пилот переключил режим двигателя и шаттл устремился в космос по касательной траектории к Земле.

Лю Чжэнвэнь ощутил изменение центра тяжести. Он вздохнул, потому щелкнул переключатель связи на шлеме и спросил:

— Мы покинули атмосферу?

Через какое-то время Не Янь ответила:

— Еще нет. Если нервничаешь, можешь поспать.

— Я проснулся всего несколько часов назад. Снова не засну.

В любом случае, не заснуть в такой обстановке!

Не Янь улыбнулась:

— Не веди себя, как девочка. Ты взрослый. Профессор Лу тоже ученый, но он совсем не испугался, когда прокрался сюда.

Большинство молодых китайских ученых рассматривали Лу Чжоу как образец для подражания.

Вспомнив, что Лу Чжоу тоже летал на этом Шаттле, Лю Чжэнвэнь успокоился.

— Как себя вел профессор Лу здесь?

Не Юнь включил автоматический режим полета, а потом с улыбкой ответил:

— Он то? Он сумасшедший. Даже мы, профессионалы, нервничали, а он ничуть. Он даже сделал селфи в космосе.

— …

Думаю, профессор Лу действительно бог.

Кроме желания опубликовать у себя в соц. сети, что Бог Лу сумасшедший, он не знал, как реагировать.

Не Юнь заметил, что Лю Чженвэнь молчит, и посчитал, что тот еще боится, поэтому попытался подбодрить его.

— Тебе следует расслабиться и подумать о чем-то хорошем. Когда мы вернемся с Луны, то станем героями. Этим можно будет гордиться всю оставшуюся жизнь.

Лю Чжэнвэнь посмотрел на него и спросил:

— А что, если мы не вернемся?

Не Юнь улыбнулся.

— Тогда мы все равно будем героями.

Глава 723. Нам нужна победа

Полночь в Пекине, а в Вашингтоне 8 утра.

Большинство американцев только начали этот день.

В пригороде Нью-Джерси супружеская пара и их четырехлетний ребенок наслаждались завтраком в своем доме.

Джулия добавила заправки в салат. Она посмотрела на телевизор, в котором шли новости о проекте «Арес». После чего не могла не пожаловаться:

— Не понимаю зачем нам тратить деньги и соревноваться с Китаем? Разве эти деньги нельзя использовать в чем-то лучшем?

Брэд ел бутерброд с беконом и с ухмылкой ответил:

— Ты не поймешь, это то, что должны делать мужчины.

Джулия закатила глаза.

— Ага, дальнобойщик, которого волнует космос. Не похоже, что ты сможешь водить грузовик на Марсе.

Брэд улыбнулся:

— Однажды все может случится. Они набирают добровольцев, поэтому может быть я буду как Хан Соло…

— Даже не думай!

Брэд тут же попытался успокоить свою жену.

— Не переживай, дорогая… Я просто пошутил. Я не собираюсь записываться.

В этот момент по телевизору показали последние новости.

— Девять минут назад спутник НАСА обнаружил взлет Жуйсян с лунным модулем с китайского космодрома в Цзиньлине. На данный момент он покинул стратосферу и находится на пути к низкой околоземной орбите.

Брэд с широко открытым ртом смотрел на экран, даже не заметив, как бекон упал с его бутерброда.

— Боже… Китайцы собрались на Луну.

Джулия взглянула на мужа, возясь с салатом в своей тарелке.

— И что?

Брэд не ответил жене. Он смотрел в телевизор и раздражено жаловался:

— Черт, что вообще делает НАСА? Мы ничего не сделали за последние пару десятилетий!

Новости продолжались.

Первоначальный новостной сегмент прервался из-за этой новости.

После короткого репортажа, ведущий в прямом эфире связался со специалистом из Корнельского университета, профессором Слейдом, который также работал консультантом программы «Арес», что подчеркивало его профессионализм.

— Получив эти новости, мы тут же связались с экспертом из НАСА, профессором Слейдом… Профессор Слейд, здравствуйте!

— Здравствуйте.

На экране появилась фотография профессора.

Через телефонный звонок ведущий брал у того интервью.

Что вы думаете о китайской попытке высадиться на Луну?

Профессор Слейд подумал немного, а потом с осторожностью в голосе заговорил:

— Китай не раскрывал технической информации о Жуйсян. По нашим предположениям, корабль оборудован усовершенствованными двигателями на эффекте Холла и миниатюрным термоядерным реактором… Также некоторые считают, что они установили передовые литий-серные аккумуляторы, поскольку основная деятельность Star Sky Technology производство аккумуляторных батарей.

— Думаю, что большинству зрителей плевать на их технологии. Можете сделать нам прогноз?

— Прогноз?

Ведущий кивнул:

— Да, мы хотим знать шансы на успех.

— Я не могу дать вам точного ответа, поскольку не обладаю информацией о Жуйсян. — Он сделал паузу, а потом с неохотой сказал. — Но если мне надо дать оценку, то у Китая больше шансов, чем у Советов.

— Думаете, что шансы на успех у Китая выше, чем у Советского Союза? — Ведущий удивился и с недоверием добавил. — Хотите сказать они добьются успеха?

— Я этого не говорил. Я говорю, что их шансы 50-30%… Конечно, даже если они высадятся на Луну, они все равно будут отставать от нас в аэрокосмической отрасли. В конце концов, мы много раз высаживались на Луну. Также…

Брэд вздохнул с облегчением и почувствовал себя намного лучше.

По крайней мере шансы Китайцев не такие большие.

Специалистам из НАСА можно доверять больше, чем журналистам.

Маленький четырехлетний мальчик ел яичницу, он поднял вилку над своей головой и сказал:

— Папа, я хочу полететь на Луну.

Брэд улыбнулся и погладил сына по голове.

— Однажды ты сможешь. Наш президент сделает нашу страну вновь великой! Когда ты вырастешь таким же высоким, как я, слетать на Марс будет так же легко, как на Гавайи… Не забудь привезти своему отцу несколько сувениров с Марса.

Маленький мальчик моргнул и кивнул.

— Ладно, папа.

Джулия улыбнулась и покачала головой, продолжая есть свой салат.

Ей все равно, станет ли Америка вновь великой.

Она просто надеялась, что не станет хуже.

……………………….

Однако происходило то о чем переживало большинство американцев.

С момента успеха термоядерного реактора Пань-гу затраты на электричество в Китае резко снизились.

Штаб-квартира НАСА.

В комнате управления спутника.

За три дня запуска Жуйсян спутники наблюдения направили к Цзиньлину. Сейчас же этот раздражающий шаттл медленно двигался к Луне.

Эйден посмотрел на зеленую точку на экране и пробормотал%

— Мы просто будем сидеть и смотреть?

Директор НАСА посмотрел на него.

— Да.

Эйден тут же взбесился.

— Мы должны принять контрмеры.

Директор НАСА проигнорировал его и обратился к своему помощнику.

— Как система жизнеобеспечения Space-X?

— Она на стадии тестирования.

— Сколько времени это займет?

Помощник быстро ответил:

— Из-за промежутка для высадки на Марсе и других факторов нашим колонистам придется жить там два года… Тестирование не займет настолько много времени, но по словам Илона нужно где-то девять месяцев.

— Мы не можем ждать девять месяцев. — Директор НАСА покачал головой и посмотрел на радар. — Китайцы догоняют нас. Мы должны выделить «Арес» самый высокий приоритет. — Он вздохнул. — Свяжитесь с Илоном Маском и узнайте, можно ли сократить время на тестирование. Понимаю, что это трудно, но нам нужна победа. Победа, который мы дадим Конгрессу!

Помощник вздохнул и спросил:

— Сэр… Что вы подразумевает под победой?

Директор НАСА бесстрастно ответил:

— Доставить на Марс систему жизнеобеспечения в течении шести месяцев. Если китайцы думают, что догнали нас просто побывав на Луне, то мы покажем им и нашим гражданам, что насколько ничтожно их достижение!

Глава 724. Шаг в звездное небо

Со времен полета «Апполона-17» в декабре 1972 никто не покидал пределы земной орбиты не ступал на поверхность Луны. Жуйсян летящий в тьме между Землей и Луной походил на одинокую лодку в океане.

Из иллюминатора виднелась лишь кромешная тьма, совершенно непохожая на ночь на земле, мертвая тишина и холод. Словно это тьма из другого мира, подобное можно лишь увидеть на глубине моря.

Почти после сорока часов полета они приблизились к темно-серому спутнику.

Не Юнь посмотрел на Луну и глубоко вздохнул.

— Это Жуйсян, мы вышли на двенадцатичасовую орбиту, приближаемся к Луне…

Лю Чжэнвэнь сидел сзади него на пассажирском сиденье. Глядя на приближающийся спутник, его сердце забилось быстрее.

Он не мог описать этого чувства.

Через несколько минут он вдруг вспомнил:

— Между прочим… Кто пойдет первым?

Лю Чжэнвэнь покраснел. Хотя он не хотел урвать себе заслуги, но все же это вопрос в глубине души волновал его. В действительности он чувствовал, что лучше спросить это заранее.

Не Юнь улыбнулся.

— Можешь идти первым.

Лю Чжэнвэнь смущенно ответил:

— Нет, тебе лучше идти первым.

В конце концов, именно Не Юнь вел Жуйсян весь путь.

Не Юнь улыбнулся.

— Я должен остаться на борту. Боюсь я не смогу пойти.

Во время полета на Луну главный пилот должен оставаться на борту, чтобы убедиться, что все системы работают нормально. Хотя имелся автономный режим, во время которого шаттл мог автоматически двигаться по заданной траектории, он не очень надежен. Поэтому самому опытному пилоту нужно находиться на борту.

Следовательно, он мог только засвидетельствовать момент установки китайского флага на Луне.

Но его это не волновало.

Лю Чжэнвэнь нервничая спросил:

— Я один пойду?

Не Юнь указал на Не Янь и сказал:

— Не волнуйся, она пойдет с тобой и вернет тебя.

— Тогда она должна идти первой.

— Не переживай. Не важно пойду я первой или второй. — Не Янь улыбнулась. — В любом случае я буду первой женщиной на Луне.

Не Юнь спросил:

— На Аполлоне не было женщин?

Лю Чжэнвэнь ответил:

— Насколько помню, все двенадцать астронавтов — мужчины.

Не Юнь кивнул.

— Понятно…

Поэтому руководство хотели отправить женщину космонавта.

Помимо вложения в будущее, в космической гонке хочется быть первым.

Но почему американцы не отправили женщину?

…………………

Хотя Жуйсян находился рядом с Луной, они не могли сбросить лунный модуль на текущей скорости.

После недельного полета по 12 часовой орбите при помощи командного пункта Земли Не Юнь вывел Жуйсян на 127 минутную орбиту. Теперь скорость и траектория находились на безопасном уровне.

Не Юнь вздохнул и сказал:

— Это Жуйсян. Мы успешно вышли на сто двадцать семиминутную орбиту. Достиг точки посадки через двадцать пять минут. Запрашиваем разрешение на сброс лунного модуля.

— Это командный пункт. Сброс одобряем.

— Понял.

Не Юнь посмотрел на Лю Чжэнвэня.

— Двадцать минут до посадки на Луну. Вам стоит подготовиться.

— Понял!

Двое других космонавтов помогли друг другу надеть скафандры. Под контролем Не Юна они проверили свои скафандры.

— Устройство подачи кислорода включено.

— Проверяю уровень кислорода.

— Кислород на 100%, хватит на четыре часа!

— Проверьте систему движения.

— Есть!

Как и на тренировках, Лю Чжэнвэнь зацепился за ближайший поручень, а затем нажал на кнопку на левой руке. Из его реактивного рюкзака послышался негромкий звук, и он ощутил, как его толкает вперед.

Но эта сила не оттолкнула его слишком далеко.

— Работает!

Не Юнь кивнул и посмотрел на Не Янь, которая сидела рядом с ним.

После того, как она закончила свои теста, она кивнула:

— Все нормально.

Не Юнь кивнул.

— Начинайте посадку. Удачи!

— Спасибо.

Не Янь с ухмылкой ударила кулаком своего брата и шагнула в люк.

Лю Чжэнвэнь кивнул Не Юну и последовал за ней.

Не Юнь посмотрел, как закрылся люк, и какое-то время молчал. Потом поднял руку и отдал честь.

А затем торжественно сказал сам себе:

— Береги себя!

После пятиминутного полета шаттл достиг целевой точки. От Жуйсяна отделился черный похожий на яйцо объект.

С помощью двух пар химических ракет лунный модуль полетел к Луне, как метеорит, и приземлился на бесплодной поверхности.

Пыль на Луне поднялась.

Будь то Не Юнь, сидевший в шаттле, или сотрудники командного пункта в 380 километрах отсюда, все сжали кулаки.

Наконец дверь лунного модуля открылась.

У люка стояла фигура.

Все затаили дыхание.

Только Лю Чжэнвэнь у люка глубоко вздохнул.

Он осторожно выпрыгнул из кабины.

Словно он был из перьев он мягко приземлился на луну.

Когда его ноги коснулись лунной поверхности, он ощутил жар во всем теле.

В это же мгновение оглушительные радостные крики раздались на расстоянии 380 километров.

Люди обнимались со слезами на глазах.

Они сделали это!

Они приземлились на Луне!

Они писали историю!

Глава 725. Особое поздравление

Канун нового года.

Семья собралась за столом и ела новогодний ужин.

Разнообразные блюда стояли на столе. Помимо любимых Лу Чжоу тушенных свиных ножек, тут был хрустящий и нежный лещ, дымящиеся пельмени с луком пореем.

Пельмени были особенно вкусными.

Лу Чжоу чуть не расплакался, когда попробовал пельмени своей матери.

Это самое вкусное, что он ел за весь год…

Увидев, что его сын уже съел две тарелки пельменей, старый Лу, который пил вино и ел тушеную говядину, сказал:

— Не переедай, а то станет плохо.

— Я могу поесть их раз в год, просто дай мне поесть.

— Что значит раз в год, если хочешь, твоя мама может приготовить тебе на несколько дней. — Сказала Фан Мэй, а потом пристально посмотрела на мужа. — Наш сын хочет есть, что тебе не нравится?

— Я просто беспокоюсь, что он переест.

— О чем ты, он явно похудел. Хватит переживать за него, может лучше помоешь посуду?

Лу Чжоу посмотрел на спорящих родителей и сказал:

— Все нормально. Просто отнеси тарелки на кухню. У меня есть автоматическая посудомоечная машина.

Его телефон завибрировал.

Лу Чжоу знал, что Сяо Ай вновь ругается, но у него не было времени ответить. Ему нужно есть.

Сяо Тун посмотрела на своего яростно евшего брата и с улыбкой сказала:

— Ужин еще длинный. Притормози, брат.

— Хорошо.

Но Лу Чжоу совсем не замедлился.

Что касается возможности переесть…

Для него это невозможно.

Система уже давно укрепила его организм. Даже если он съест вдвое больше обычного, его метаболизм с легкостью справится с этим. Лишние калории не пойдут в жир.

Из-за этого он никогда не мог потолстеть.

После того, как его отчитала жена, старый Лу ничего не говорил больше.

Телефон Лу Чжоу вибрировал без остановки.

Не выдержав он отложил палочки и достал его.

Как и ожидалось, Сяо Ай слал ему сообщения.

Там было только одно сообщение.

«Хозяин, я тоже хочу есть.»

— …

Это слишком сложная просьба.

Лу Чжоу вздохнул и набрал ответ.

«Ты еще молод, поговорим об этом позже.»

«QAQ»

Лу Банго попытался заглянуть в телефон Лу Чжоу, но тот быстро убрал его.

Лу Банго выпил вина и с улыбкой сказал:

— Эй, что ты прячешь то? Подружку?

Лу Чжоу не успел ответить, как его мать вышла их кухни с новой порцией пельменей. С горящими глазами она поставила тарелку и спросила:

— У тебя есть девушка? Почему ты не познакомишь нас с ней?

Сяо Тун вздохнула и сказала:

— Вы совсем не знаете моего брата.

— …

Сяо Ай написал:

«(・∀・ *)?»

Начался новогодний Гала-концерт.

Хотя никому не интересно было его смотреть, но он уже стал традицией.

Телевизор делал атмосферу более оживленной.

Перед началом ведущий сказал новогодние поздравление всей стране.

Он стоял на сцене с микрофонов в руках и задорно говорил:

— В этом году у нас есть особое поздравление.

Женщина, ведущая сделала вид, что не понимает, о чем он.

— Особое? От кого?

Ведущий громко объевил:

— Не от кого, а откуда! Оно пришло с Луны!

Экран тут же переключился на сцену с лунной орбиты.

Не Юнь парил внутри кабины Жуйсян. Он улыбнулся и помахал в камеру.

— Всем привет. Это Жуйсян. Сейчас мы находимся на расстоянии 380 000 километров от Земли… Два моих коллеги уже ступили на Луну. От их имени и своего, я хочу пожелать счастливого нового года! И еще, папа, мама, с новым годом!

После этого сцена быстро переключилась обратно на новогоднее торжество.

Зрители в зале аплодировали и радовались.

Старина Лу посмотрел на большой экран телевизора и вдруг спросил:

—Ты построил этот космический корабль?

Лу Чжоу посмотрел на телевизор и с улыбкой ответил:

— Очевидно, что нет. Он построен совместными усилиями всех инженеров института аэрокосмических исследований и сотрудников на космодроме.

Не говоря уже о тех, кто сейчас все еще работал на космодроме.

Не говоря уже о ужине с семьей, у этих людей нет времени даже съесть лапшу быстрого приготовления.

— Значит ты его построил.

Лу Чжоу даже не знал, что ответил.

Думаю, легче просто согласиться с отцом.

Его отец посмотрел на него и сказал:

— Неплохо, сын.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Все в порядке.

Его отец кивнул и искренне сказал:

— Отличная работа.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спасибо, пап.

Помимо воздуха и воды, на Луне также ценным ресурсом была связь.

В конце концов, командный пункт должен поддерживать связь с Жуйсяном и получать данные от лунного модуля в реальном времени. Поэтому им было невозможно получить прямую трансляцию высадки на Луну. Поздравление с новым годом в 57Мб уже заняло значительный объем потока данных, который выделялся изначально для основных задач.

Но традиции важны.

Это же относится и к аэрокосмической отрасли.

Если все делать ради исследований, то жизнь станет довольно скучной.

Ведь не все измерялось материальной ценностью.

Лу Чжоу продолжал смотреть за новогодним праздником.

Связь с Лунной довольно сложна.

Но это только пока.

После установки точки связи и спутника связи на поверхности или орбите Луны проблема со связью значительно облегчится.

Глава 726. Момент всеобщего ликования

Высадка на Луну прошла успешно!

Это короткое видео, показанное на новогоднем концерте, потрясло всю страну.

На протяжении тысячелетий люди смотрели на Луну как на что-то мифическое.

С момента, когда Китай стал третьей страной, которая успешно отправила человека в космос, высадка на Луну стала желанием всех китайцев.

Но это было нелегко.

Хотя Китай догнал США и Россию в области пилотируемых полетов, в ракетных технологиях он отставал. И не только от них, Китай также отставал от Евросоюза и Японии.

Однако успешный полет Жуйсян полностью перевернул ситуацию. Технология ионного двигателя позволила отправить китайских космонавтов на Луну!

Люди с широко открытыми глазами смотрели на экраны телевизоров.

Слезы скатывались по их их лицам…

В доме в Пекине.

Юань Хуаньминь сидел за новогодним столом. Две слезы скатились с уголков его глаз, когда он смотрел телевизор.

Будучи главным инженером Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации его мечтой было увидеть китайский лунный модуль и следы китайцев на Луне.

Теперь его мечта сбылась.

Его сын заметил слезы у отца:

— Папа, что случилось? Ты в порядке?

Его внучка с тревогой посмотрела на дедушку и тихо сказала:

— Боль, боль уходи, не плачь.

— Я в порядке… Не волнуйтесь. — Он снял очки и вытер слезы. — Просто немного разволновался.

Он вспомнил свое отношение к Лу Чжоу и его проекту, отчего ему стало стыдно.

Хотя он и понимал, что он поступал из благих намерений, ему было не по себе от того, что проект мог провалиться из-за него.

Возможно…

Он был слишком суров к себе.

В тоже время в дому в Чанане другая семья ела.

Старик посмотрел на телевизор и улыбнулся:

— Ха-ха, а я говорил, этот парень гений!

Единственный минус в том, что Лу Чжоу хорошо не думал о последствиях. Но все двадцатилетние незрелые. Для такого парня уже редкость сохранять скромность, становясь знаменитым и богатым.

Не говоря уже о том, что мир всегда более снисходителен к людям с выдающимися способностями.

Женщина, сидевшая напротив старика, улыбнулась:

— Посмотрите только, как обрадовался. Он уже получил Нобелевскую премию, разумеется он гений.

— Многие получили Нобелевскую премию. Но думаю он единственный, кто достиг сколького в своем возрасте. К сожалению, ни одна наград в Китае не может сравниться с его достижениями.

Трое космонавтов однозначно будут награждены на благодарственной конференции.

Что касается ученых и героев, работающих за кулисами, то они также получат награды.

Что касается награды Лу Чжоу…

Старик думал.

Женщина улыбнулась:

— Он уже получил высшую награду в научной среде. Ему, скорее всего, все равно на награды. Лучше не думай о том, какую медаль ему вручить, а сосредоточься на предоставлении ему хорошей научной среды и ресурсов.

— Ты права, но награда направлена не только на получателя, но и на мотивацию других. — Старик вдруг поднял глаза. — Забудь, я не могу придумать ничего. Проведу собрание и обсужу это с другими.

Как бы то ни было, важно что, космонавты еще на Луне.

Они могли отложить благодарственную конференцию.

Тем временем новость, что китайцы высадились на Луне, распространилась по Интернету.

За десять минут Жуйсян стал трендом в социальных сетях.

Эффект был таким же, как и от Олимпийских игр в Пекине.

Лу Чжоу открыл Weibo и увидел, что Жуйсян в трендах. Он не мог не улыбнуться.

«Это был долгий и тяжелый путь.»

«Самая захватывающая новость этого года!»

«Все знают, что на Луне высадиться легко. Американцы не летают на нее, поскольку их цель Солнце! Не такая громкая новость, идите спать.»

«Ага! Слышал, что американцы собираются высадиться там ночью!»

«Хочу поблагодарить конструктором Жуйсян!!!»

«…»

Закрыв Weibo, Лу Чжоу заглянул в Твиттер.

Поразительно, но официальный аккаунт НАСА ничего не написал.

Долгое время, когда Китай добивался какого-то прогресса, они писали поздравления.

Потому что они знали, что Китай значительно отстает от них. НАСА уже исследовали половину солнечной системы и даже начало исследования за пределами пояса Койпера.

Однако Китай сейчас не только завершил полет на низкую околоземную орбиту с 50-тонным грузом, но и высадился на Луну.

Очевидно, что Китай быстро рос в аэрокосмической отрасли.

Сейчас руководство НАСА были на совещании, поэтому они ничего не писали в Твиттере.

Лу Чжоу с улыбкой пролистал Твиттер и починал комментарии иностранцев, после чего выключил телефон и лег на диван.

Первый этап задания завершен. Он мог зайти в системное пространство и завершить этап, если бы хотел.

Но он не спешил переходить к следующему этапу.

В конце концов, у него было много простых и полезных побочных заданий. Ему нужно просто дождаться космонавтов, которые помогут ему выполнить их…

Глава 727. Блок для выращивания растений

Высадка на Луну лишь первый шаг.

Для исследователей, которые отправляли космонавтов на Луну, важно то, что происходит после высадки.

Часть материалов из лунного модуля загрузили в луноход. Не Янь села на водительское сиденье и поехала к ближайшему кратеру. Лю Чжэнвэнь сидел рядом с ней.

Лю Чжэнвэнь посмотрел на кратеры вдалеке и оглянулся на голубую планету.

— На Луне действительно пустынно.

— Ага.

Они почти не разговаривали.

Луноход остановился рядом с ударным кратером. Лю Чжэнвэнь вышел из него, огляделся и заметил столб, стоящий на земле рядом с кратером.

— Это…

— Это, наверное, флаг США. Тогда использовали нейлоновые флаги. От воздействия космических лучей от флага остался только шест… Включи камеру в скафандре.

Лю Чжэнвэнь тут же понял.

Он знал о вреде космических лучей. В конце концов он самый образованный среди трех космонавтов. Из-за солнечного ветра флагшток, скорее всего, тоже был хрупким.

— Я включил его после того, как покинул лунный модуль.

— Не Янь достала флаг из лунохода и кивнула.

— Да? Хорошо.

Лю Чжэнвэнь наблюдал, как Не Янь с флагом шла к центру кратера.

— Тогда, что насчет нашего?

— Мы научились на их ошибках. Пока в не не попадет метеорит, этот флаг сможет простоять здесь сто лет.

Ярко-красный флаг прочно воткнули в лунный грунт, а снизу флагштока развернули треугольное крепление.

Не Янь ухмыльнулась. Она рукой вытерла лунную пыль с маски и сказала:

— Это первый шаг… Однажды вся луна будет заполнена красными флагами.

У Лю Чжэнвэня участилось сердцебиение от этих слов.

Он вспомнил почему выбрал эту профессию…

Вспомнил клятву, когда записывался на отбор в космонавты…

— Луна слишком мала.

Не Янь посмотрела на Лю Чжэнвэня и удивленно вскинула бровь.

— Да?

Лю Чжэнвэнь посмотрел на голубую планету и улыбнулся:

— Только Луна не интересно. Однажды мы воздвигнем этот флаг на планетах за пределами пояса Койпера

Не Янь улыбнулась и пошла обратно к луноходу.

— Ладно, пошли, приступим к работе.

Они приехали сюда не отдыхать.

Поставить флаг лишь первый шаг.

У них много задач, которые нужно сделать.

…………………

Время на Луне очень ценное.

Еды, воды и кислорода в лунном модуле хватит только, чтобы два космонавта могли находится на поверхности Луны 48 часов. Каждый выход за пределы модуля мог продлиться лишь 4-6 часов. Им нужно время от времени возвращаться в лунный модуль, чтобы поесть и попить. У них не много времени на выполнения заданий.

После установки флага они вернулись в луноход и объехали кратер. Они остановились на относительно ровной площадке, недалеко от хребта.

Согласно расчетам, в эту область с небольшой вероятностью попадет метеорит.

И хотя это лишь оценки вероятности, область все еще требовала изучения.

Лю Чжэнвэнь, как его учили, достал инфракрасный маяк и положил его на землю, после чего сел в луноход и покинул эту зону.

Вскоре после этого от Жуйсяна отделился черный объект и медленно приземлился на поверхности Луны.

Когда пыль осела, луноход вновь приехал сюда.

Лю Чжэнвэнь вышел из машины и достал из скафандра специальный кабель для передачи данных, после чего подключил его к черному объекту.

Вскоре после этого на экране, которые был прикреплен к его руке, появился индикатор загрузки.

После завершения загрузки перед его глазами появился простой интерфейс.

— Это лунная группа. Блок для выращивания растений успешно развернут. Устройство в норме.

По каналу связи послышался голос Не Юна.

— Проверьте состояние образцов.

— Есть.

Весь блок занимал 15 квадратных метров. И когда он был полностью развернут, блок был достаточно просторным.

Основные компоненты разделялись на две части. Большая часть из которых была отделениями для выращивания таких культур, как картофель и морковь. В небольшой части в углу блока содержалось десять белых крыс.

Три пары, с самкой и самцом в каждой, находились в трех ячейках. Остальные стерилизованные крысы жили в отдельных ячейках.

Пока будет электричество система будет продолжать поставлять кислород. Также имелся годовой запас воды и еды. Если устройство обнаружит смерть крысы, то включится заморозка, что предотвратит разложение тела.

Что касается крыс, что проживут дольше года…

То в этом не было необходимости…

Этот блок всего лишь экспериментальным, он нужен для изучения возможности выращивания растений на поверхности Луны. А также для изучения влияние длительной среды с низкой гравитацией на здоровье организмов.

Если крысы проживут дольше трех месяцев, то эксперимент уже можно будет считать успешным.

Проведя диагностику блока. Лю Чжэнвэнь первым делом проверил здоровье крыс.

Возможно, из-за того, что они не смогли приспособиться к низкой гравитации, некоторые из них выглядели встревоженными. К счастью, они были живы и двигались.

Лю Чжэнвэнь сомневался, что они смогут выжить. Он молча помолился за этих ребят, которые жертвовали своими жизнями ради науки.

Убедившись, что все образцы в хорошем состоянии, он проверил рабочее состояние блока. Наконец, он отсоединил кабель и доложил Не Юну.

— Это лунная группа. Все образцы целы. Давление, температуры, баланс углерода и кислорода в норме.

— Отлично! Готовьтесь к следующей задаче.

— Есть.

Следующая цель сбор лунного грунта.

В течении долгого времени образцы лунных метеоритов и грунта, собранные Китайской академией наук, получались зондами. Впервые Китай собирал лунный грунт вручную.

Лю Чжэнвэнь посмотрел на серые горы и улыбнулся.

Поскольку он раньше работал в Китайской лунной и планетарной лаборатории, он прекрасно знал насколько ценен этот грунт.

Его ценность нельзя измерить деньгами.

Если бы не ограничение по весу, то он бы с радость выкопал побольше.

— Поторопись. У нас не так много времени. — Не Янь положила грунт в пакет для образцов. Она посмотрела на локатор на руке и добавила. — Следующие пробы нужно взять в кратере в двух километрах отсюда. Мы должны поспешить.

Лю Чжэнвэнь взял лопату и начал копать.

— Понял.

Глава 728. Возвращение

— 5! 4!.. 0! Поехали домой!

Двигатели включились.

Включилась капсула возврата лунного модуля.

Полусфера отделилась от огромного модуля и с легкостью преодолев силу притяжения Луны полетела вверх.

Жуйсян же начал замедлятся и менять траекторию, встречая капсулу.

На расстоянии 380 000 километров на большом экране внутри командного пункта появилось две белые точки. Они постепенно приближались друг к другу, прежде чем соединились в одну…

После этого донесся бодрый голос:

— Это Жуйсян. Капсула успешно пристыкована. Жду дальнейших указаний.

Хоу Гуан ответил:

— Это командный пункт. Возвращайтесь.

Через мгновение раздался ответ.

— Вас понял.

После получения приказа из пяти двигателей вырвалось синее пламя. Жуйсян перешел с 127 минутной орбиты на 3,5 часовую орбиты, а затем на 12 часовую орбиту.

После нескольких часов медленного разгона Жуйсян достиг скорости в 2,4 километра в секунду и успешно вышел на орбиту Земля-Луна.

Не Юнь перевел шаттл в крейсерский режим. Под действием гравитации Земли Жуйсян вышел на 48 часовую орбиту.

Суперкомпьютер командного пункта рассчитал оптимальный обратный маршрут.

Кроме того, с оставшимися 9% топлива — это единственный безопасный способ вернутся.

Полет длился более 50 часов.

Наконец, через шесть дней после Китайского нового года Жуйсян приблизился к атмосфере Земли.

Еще вчера американские СМИ придерживались своей версии. Они писали, что все еще стоит вопрос об успешном возвращении и обвиняли Китай в пренебрежении безопасности космонавтов. Они утверждали, что Китай тестирует новые технологии на людях.

Успешный вход Жуйсян в атмосферу выставило специалистов из НАСА и журналистом в глупом свете.

Не только США, весь мир сосредоточился на Жуйсян, даже простые граждане следили за ним.

Особенно китайцы.

Множество молилось за этот космический корабль.

Последний отрезов марафона.

Посадка на Луну достижение, а возвращение с Луны окончательная победа!

— Это Жуйсян, мы вышли на обратную орбиту. — Не Юнь глубоко вздохнул. — Войдем в атмосферу через пять минут.

Вскоре из командного пункта раздался ответ:

— Поняли, удачи.

Пять минут быстро пролетели. Жуйсян начал входить в атмосферу, раскрылись тормоза на крыльях для противодействия притяжению Земли.

Жуйсян наконец вошел в тропосферу, самую плотную часть атмосферы.

50 километров!

10 километров!

5 километров!

2 километра!

Вот он!

Жуйсян появился из-за облаков.

В этот момент персонал не мог уже сдерживать радости этой трудной победе.

Гигантский шаттл плавно приземлился на посадочной полосе.

Из хвоста вылетел парашют и заставил Жуйсян остановиться.

Персонал и репортеры устремились к кораблю.

Тяжелый люк медленно открылся и перед всеми появилось три космонавта.

Лю Чжэнвэнь, держась за поручни, спускался по лестнице. Ему казалось, что он видит сон.

Я… Герой?

Слезы потекли из его глаз.

В этот момент он осознал, что вся ответственность и давление, стоило того.

…………………….

Когда шаттл успешно приземлился, и работа командного пункта завершилась. Сотрудники, работающие там, либо пошли на взлетно-посадочную полосу, либо в зал отдыха, чтобы отдохнуть.

Некоторые из них работали более суток.

Особенно Хоу Гуан, он не сомкнул глаз ни на секунду с момента, как шаттл вышел на 24 часовую орбиту. Увидев, что Жуйсян приземлился, он словно под стероидами обронил наушники и выбежал из командного пункта.

Словно перед перерывом он должен лично убедиться в происходящем.

Лу Чжоу стоял в командном пункте и издалека наблюдал, как космонавтов окружила толпа людей. Он не мог не ухмыльнутся.

Янь Янь позади него поддразнила его.

— Разве не хочешь, чтобы журналисты сфотографировали тебя?

Она опасалась, что Лу Чжоу будет чрезмерно возбужден, когда шаттл приземлится. К счастью, с Лу Чжоу было все нормально.

Янь Янь не могла не испытать облегчения.

Похоже, что Лу Чжоу наконец начал заботиться о своем здоровье.

Лу Чжоу посмотрел на толпу и улыбнулся.

— Все нормально. Я уже получил свои награды.

Янь Янь ничего не поняла и прежде чем успела спросить, Лу Чжоу уже развернулся и вышел из комнаты управления.

Две минуты назад он получил уведомление от системы, что он завершил побочное задание.

Теперь он мог получить награды, ему не терпелось узнать какой будет следующий этап цепочки заданий…

Глава 729. Второй этап

В личной комнате отдыха Лу Чжоу.

Лу Чжоу повесил табличку «Не беспокоить» на дверь. Закрыл дверь и лег на кровать. Он закрыл глаза и вошел в системное пространство.

Вскоре он ощутил знакомое чувство.

Когда он вновь открыл глаза, то оказался в белоснежном пространстве.

Сколько времени прошло с момента, когда он был тут в последний раз?

Месяц?

Два?

Или полгода?

Лу Чжоу уже не помнил, когда приходил сюда последний раз.

С начала цепочки заданий, он редко возвращался в системное пространство.

Он подошел к голографической панели и перед ним появилась строка синего текста.

[Пользователь, поздравляю с завершением первого этапа цепочки задания «Контроль над Землей и Луной»: Пилотируемая высадка на Луну.

Требования: Пользователь должен руководить проектом и успешно отправить на Луну и вернуть назад хотя бы одного космонавта.

Награда: 100 000 очков опыта инженерного дела, 50 000 очков опыта материаловедения, 50 000 опыта энергетики, 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

[Второстепенные цели:

Бочка золота: Соберите и принесите 1 килограмм лунного грунта.

Награда: 50 000 свободных очков опыта. (завершено)

Вид на Землю: На высоте 100-2000 километров собственноручно сделайте снимок Земли.

Награда: 50 000 свободных очков опыта, один билет счастливой лотереи. (завершено).

Сельское хозяйство: Разместите лунный модуль площадью 10 квадратных метров на поверхности Луны с сельскохозяйственными культурами. Следите за ростом сельскохозяйственных культур в условиях низкой гравитации и отсутствия магнитного поля.

Награда: 50 000 свободных очков опыта, один билет счастливой лотереи. (завершено)

Сумасшедший Джерри: Посадите десять крыс на поверхность Луны. Следите за их активностью в условиях низкой гравитации и отсутствия магнитного поля.

Награда: 100 000 свободных очков опыта, один билет счастливой лотереи. (завершено)]

Награды в очках опыта оказались щедрыми. Помимо очков опыта за основное задание он получил 250 000 очков опыта, которые мог распределить, как угодно. Он также получил четыре билета счастливой лотереи.

Лу Чжоу испытывал не меньшее волнение, чем вернувшиеся только что космонавты.

Конечно, еще рано праздновать.

Стоит ли ему радоваться или нет будет зависеть от лотереи.

— Система открой мою панель характеристик!

Синий свет пронесся по экрану и вскоре перед ним появилась его панель характеристик.

Сейчас ему не надо переживать за математику и физику. Они восьмого и седьмого уровня соответственно. Их требования к повышению уровня в районе миллиона очков, поэтому 250 000 опыта ничего не изменят.

Инженерное дело и биохимия оба были пятого уровня и выглядели, как хорошее вложение. Однако энергетика третьего уровня и информатика второго уровня тоже хорошие варианты. Если решить проблему добычи гелия-3 или проблему пропускной способности связи с лунной, то информатика и энергетика могут стать полезными.

Лу Чжоу стоял перед панелью и размышлял. Он почувствовал, что 250 000 опыта совсем не хватает.

— Наверное, я мало выполнил побочных заданий. Думаю, нужно больше уделить внимания второму этапу.

Еще немного подумав, а потом вздохнув, он решил. Он распределил 200 000 очков опыта в биохимию, а оставшиеся 50 000 в информатику.

Вскоре его панель характеристик обновилась.

[A. Математика: LV8 (774 000 / 3 000 000)

B. Физика: LV 6 (13 215/600 000)

С. Биохимия: LV6 (10 000/600 000)

D. Инженерное дело: LV5 (10/300 000)

E. Материаловедение: LV6 (63 000/600 000)

F. Энергетика: LV3 (50 000/100 000)

G. Информатика: LV3 (3 000/100 000)

Баллы: 4835 (четыре билета счастливой лотереи)]

Биохимия повысилась с пятого до шестого уровня, а информатика повысилась со второго до третьего. Он стал ближе к овладению биохимией и уже больше не новичок в информатике.

Он распределил так очки поскольку биохимия тесно связана с материаловедением. Преимущества повышения уровня биохимии довольно велики.

Что касается того почему информатика, а не какая-нибудь энергетика, то это связано с тем, что второе поколение термоядерного реакторов еще не близко, а добыча гелия-3 не срочный проект.

Конечно, он мог бы повысить инженерное дело до шестого уровня.

Однако до сих пор Лу Чжоу считал, что ему не нужно высокоуровневое понимание инженерного дела. В конце концов, в Институте перспективных исследований много отличных инженеров, которые могли заполнить его дыры в этой области.

Распределив все очки, он приступил к лотерее.

Лу Чжоу посмотрел на экран и глубоко вздохнул. Он немного помолился про себя, а потом сосредоточился на колесе.

Он нажал на кнопку и произнес:

— Начали!

Колесо начало вращаться.

Без колебаний Лу Чжоу прокрутил колесо три раза подряд и получил три приза.

Но увидев призы, он испугался.

Два мусора и один образец. Жидкая еда, кока-кола и… пижама?

Хотя написано, что это свитер, это явно пижама.

Но больше всего Лу Чжоу удивило, что эта «пижама» образец…

Лу Чжоу посчитал, что она не отличается от мусора.

Глубоко вздохнув, Лу Чжоу вновь посмотрел на кнопку розыгрыша.

У него остался один шанс.

Стиснув зубы, он нажал на кнопку.

[Поздравляем, вы выиграли «образец».]

[Получено: «Краулер», вездеходный разведывательный аппарат с дистанционным управлением.]

А?

Лу Чжоу пристально посмотрел на этот аппарат странной формы.

Хотя никаких инструкций не было, интуиция подсказывала ему, что он сорвал куш!

Лу Чжоу стало немного лучше.

Он посмотрел на голографическую панель.

Завершив лотерею, он наконец мог увидеть следующий этап цепочки заданий.

— Время начать следующий этап.

Лу Чжоу вздохнул и открыть панель заданий.

Синий свет пронесся по экрану и перед его глазами появилась вторая цель.

[Этап 2: Постоянная база на Луне]

[Требования: Построить полупостоянную научно-исследовательскую станцию на поверхности Луны. Эта станция предназначена для астрономических наблюдений, наблюдений за геологической и климатической деятельностью, а также экспериментов по физике высоких энергий. Основное требование разместить на поверхности Луны более 100 тонн искусственных объектов.]

[Второстепенные цели:

Перенаселенная планета: 24-часовое активное население на Луне должно превысить 100 человек.

Искра будущего: Построить большой адронный коллайдер на Луне.

Глубина три фута: Соберите 50 тонн редкого лунного грунта.

Алхимик: Произведите 100 тонн титанового сплава.

Взгляд назад на Землю: Создайте постоянную метеорологическую станцию для наблюдения за Землей на орбите Луны.

Взгляд вдаль: Установить большой космический телескоп для наблюдения планет Солнечной системы, а также далеких звезд.

………

]

— …

Высадка человека на Луну было реалистичным заданием, но это совершенно на другом уровне.

Даже если Жуйсян подберет мусор с низкой околоземной орбиты и сбросит его на Луну, потребуется несколько полетов, чтобы разместить 100 тонн объектов на Луне. Становилось страшно, что будет ждать на следующем этапе.

У Лу Чжоу заболела голова.

Почему мне кажется, что с этой системой все труднее и труднее совладать.

Глава 730. Загадочная кока-кола

Космодром.

Толпа обступила космонавтов.

Не Юнь и другие космонавты пытались привыкнуть к земной гравитации. С помощью наземной команды они спустились по лестнице.

Репортеры столпились вокруг трех героев.

— Не Юнь, будучи пилотом, как вы себя чувствуете?

Не Юнь никогда не был особо разговорчивым, даже сейчас он коротко ответил:

— Хорошо.

— И все? Вся страна желает услышать вас.

Не Юнь посмотрел в камеру и спросил:

— Это показывается всей стране?

— С часовой задержкой. Мы отредактируем запись до выхода в эфир.

Не Юнь кивнул.

Он выпрямился и сказал:

— Папа, мама, я вернулся.

Лю Чжэнвэня, как первого китайца, ступившего на луну, также окружали журналисты.

— Лю Чжэнвэнь, будучи первым китайцев, кто ступил на Луну, что вы хотите сказать зрителям?

— Я хочу поблагодарить своих сограждан.

Конечно, в сравнении с двумя другими космонавтами, больше всего журналистов интересовала Не Янь.

Она первая женщина космонавт, ступившая на Луну.

Однако из-за здоровья космонавтов репортеры не долго донимали космонавтов. После пятиминутного интервью все они покинули космодром.

Ван Пэн стоял рядом с башней управления и смотрел на шаттл.

Услышав шаги позади себя, он оглянулся и увидел Янь Янь.

— Где Лу Чжоу?

Янь Янь посмотрела на толпу вдалеке и ответила:

— Он отдыхает.

— Спит?

— Да.

Ван Пэн посмотрел на нее и поинтересовался:

— Извини, что спрашиваю, но ты уверена, что он опять не в коме?

Янь Янь впала в ступор и не знала, что ответить.

Надеюсь, что нет…

— Тогда… Надо ли мне… Проверить его?

Ван Пэн серьезно сказал:

— Думаю, стоит.

Надеюсь, с ним все нормально.

……….

Белоснежное системное пространство исчезло и Лу Чжоу вернулся к реальности.

Он слез с кровати и потянулся, после чего вновь сел на кровать.

Награды оказались довольно неплохими.

Он собирался отвезти исследовательский аппарат и странную одежду в подземную лабораторию.

А прямо сейчас…

Он собирался отпраздновать эту победу бутылкой шампанского!

Лу Чжоу мысленно сосредоточился на кока-коле и банка появилась в его руках.

Банка напоминала классическую всем знакомую банку из-под кока-колы.

Она правда из будущего? Почему банка совсем не изменилась?

Может ее специально сделали такой?

Он попытался найти дату изготовления и список ингредиентов, но не нашел их.

Лу Чжоу уже собирался открыть банку и сделать глоток, как дверь в комнату внезапно открылась. Янь Янь вошла и увидела колу в руках Лу Чжоу. Она тут же выхватила банку у него из рук.

— Зачем ты ее пьешь, это вредно.

Янь Янь открыла банку, и сама сделала глоток.

Ого!

Довольно вкусно.

Она поняла, что хоть банка и выглядела, как кока-кола, бренд другой.

— Future? — Пробормотала Янь Янь и посмотрела на Лу Чжоу. — Что за производитель? Никогда не видела.

— Это особая версия, конечно, ты ее не видела. — Ответил Лу Чжоу, глядя на банку в руках Янь Янь, когда его сердце истекало кровью.

— Чем ты гордишься, так здорово быть богатым?

Янь Янь не могла не подумать про себя.

Какая пустая трата денег.

Кого волнует твоя изготовленная на заказ банка колы?

Лу Чжоу не смог сдержать смешка.

Янь Янь не знала, о чем думает Лу Чжоу, она закатила глаза и поставила банку на стол.

— Ладно, возвращаю.

Если он собирался пить колу, то с ним явно все в порядке.

А услышав, что банка сделана на заказ, она почувствовала себя виноватой.

Убедившись, что Лу Чжоу в порядке, она прочитала ему лекцию о вреде газировки. Потом покинула комнату, повесив табличку «не беспокоить».

Лу Чжоу вздохнул с облегчением.

Ван Пэна или Ян Гуанбяо так легко не одурачить…

Хотя это не так важно, если бы другие узнали, что него есть какая-то особая кола, то ему следовало бы быть осторожнее в будущем.

Лу Чжоу взял колу и собирался добить «напиток победы». Но, увидев открытую банку, заколебался.

Хотя он не слишком чистоплотный, ему не нравилось пить из чужой банки.

Что теперь делать?

Подумав немного, Лу Чжоу решил не растрачивать впустую ценную колу и подошел к ближайшему шкафу, после чего отыскал чашку.

Просто налью в чашку…

Янь Янь шла по коридору. Она прошептала, вспоминая о коле:

— Никогда не слышала, чтобы кока-колу делали на заказ… Она довольно вкусная.

Она всегда считала, что кока-кола бывает только без сахара и обычной, но ни то, ни другое не полезно для здоровья.

Она покачала головой и отбросила этот вопрос в сторону.

Забудь, богатые странные.

Главное, что Лу Чжоу здоров…

Она не знала почему, но чувствовала, что ей необычайно хорошо. Словно она приняла допинг…

Почему мне так хорошо? Иллюзия?

Янь Янь похлопала себя по лицу и попыталась забыть о произошедшем.

Глава 731. Перегруженное НАСА

Пока Китай праздновал возвращение героев, новость о успехе Жуйсян распространилась по всему миру благодаря СМИ и заявлениям НАСА, ЕКА, Роскосмоса.

Новость потрясла всех.

До этого американские СМИ опубликовали интервью с специалистами из НАСА. То говорили, что Жуйсян и правда обладает грузоподъемность 25 тонн, но из-за спешки китайцы могут провалиться также, как и русские.

Но реальность стала пощечиной для них.

Жуйсян не только успешно вернулся, но и доставил назад трех космонавтов и килограмм лунного грунта.

Хотя они не желали принимать правду, у них не было выбора.

Китай потряс отрасль своим ионным двигателем и догонял США бешеными темпами.

Если Китай сегодня высадился на Луне, что будет завтра? А через день?

И даже если за последние полвека НАСА добилась определенных успехов, скорость их прогресса замедлилась. Создание лунной космической станции они планировали к 2022 году. И хотя программа «Арес» подняла большую шумиху, никто не видел фактических действий.

Всех американцев, который беспокоила космическая отрасль, начали сомневаться, а некоторые разозлились.

Они спрашивали, что делает НАСА?

Мнение американских СМИ начало меняться.

Цинизм по отношению к китайцам сменился гневом в сторону НАСА. Нью-Йорк Таймс в этот раз не стали брать интервью у НАСА, а просто направили все против них, опубликовав интересный заголовок в последней газете.

«Китай высадился на Луну, а что делаем мы?»

В тоже время другие издания также атаковали НАСА. Спрашивая, как был потрачен огромный бюджет НАСА?

CNN даже предложили организовать расследования для проверки расходов НАСА, утверждая, что там не все так чисто.

Эти выпады очень сильно ошарашили НАСА.

Оценивая объективно, США добились многих успехов в аэрокосмической отрасли за последние десятилетия. Они расширили границы исследования до Плутона и даже отправили два зонда за пределы Солнечной системы.

Но все эти достижения выглядели не такими впечатляющими, как высадка человека на Луну.

Ведь зонды лишь бездушные машины. Это не так поражает, как отправка людей за пределы Земли.

Не только НАСА подвергались нападению. Эта проблемы разделила страну на две части. Это вылилось уже в политическую проблему.

Правительство США пообещало вновь сделать Америку великой, но обещание никто не выполнил.

СМИ нацелились еще и на Белый дом…

…………….

В Белом доме, внутри конференц-зала.

Помимо нескольких новых лиц, за столом для совещаний собрались те же самые люди.

Все поднялись. когда вошел президент.

— Дамы и господа, садитесь.

Президент сел и окинул взглядом присутствующих. Он посмотрел на директора НАСА, Карсона:

— Мне нужны объяснения.

Карсон посмотрел на своего заместителя, а затем вздохнул и встал:

— Мы недооценили решимость Китая… а также их технологическое развитие. Ионные двигатели превзошли наши ожидания. Мы никогда не предполагали, что ионные двигатели смогут составить конкуренцию традиционным. Это подтвердило, что ионные двигатели способны противостоять притяжению Земли. Мы все еще сотрудничаем с Лабораторией физики плазмы, Массачусетским технологическим институтом и другими исследовательскими учреждениями в совершенствовании нашей технологии ионных двигателей…

Президент прервал Карсона, хлопнув по столу. Он нахмурился и нетерпеливо спросил:

— Сколько времени это займет?

Карсон подумал и выдавил горькую улыбку.

— Эм… Мы не можем оценить. Сначала необходимо создать миниатюрный термоядерный реактор.

Прежде чем они смогут миниатюризировать термоядерный реактор, ни должны добиться успеха в термоядерном синтезе. Хотя интуиция подсказывала Карсону, что миниатюризация реактора не так сложна, как кажется, они все еще далеки от этой технологии.

В конце концов, согласно технологическим переговорам с Китаем, им придется дождаться следующего года, чтобы достичь соглашения. Не говоря уже о немалой цене…

— Мне нужно решение сейчас, не хочу слышать о вашей некомпетентности!

Карсон чуть не выплюнул кровь.

Что за?

Не вы ли хотели объяснений?

Очевидно, он не осмелился сказать этого вслух.

Немного помолчав, он заговорил вновь:

— Конечно, мы разработали план реагирования… Мы это обсуждали с вице-президентов перед этой встречей.

Президент перевел взгляд на вице-президента, старик, сидевший рядом, кивнул и заговорил:

— Перед собранием мы говорили с Карсоном. Его предложение хорошее, хотя и немного рискованное.

Хотя вице-президент лишь политический талисман, он все равно очень помогал.

Во многих вопросах президент напрямую не контролировал вопросы в аэрокосмической сфере. Большую часть времени этим занималась администрация и вице-президент.

— Рискованно? — Президент нахмурился. — Какой риск?

Карсон глубоко вздохнул.

— Я предлагаю немедленно начал первый этап проекта «Арес» и отправить систему жизнеобеспечения на Марс!

— И это предложение? Если я правильно помню, система все еще на стадии тестовых испытаний.

— Верно, но мы не можем больше ждать. Как вы и говорили, мы должны довериться нашим инженерам. Если мы опустим некоторые хлопотные процессы, то сможем отправить систему жизнеобеспечения на Марс через два месяца!

За столом послышались перешептывания.

У Карсона на лбу выступил пот.

Он понимал, насколько рискованное его предложение.

Он прямо на карту ставил жизни космонавтов.

После трагедии «Колумбии» мало кто отважится на такое!

Тут же встал мужчина и серьезно посмотрел на Карсона:

— Директор Карсон, хочу уточнить, под хлопотными процедурами вы подразумеваете тестовые испытания?

Карсон посмотрел на советника администрации президента и ответил:

— Они не необходимы… Мы уверены, что можем использовать систему жизнеобеспечения, как минимум два года.

— Откуда исходит ваша уверенность?

Карсон не находил слов. Не успел он ответить, как заговорил президент:

— Он прав. Мы должны быть более гибкими, особенно перед лицом нового соперника. Разве не для этого создан Национальный космический совет?

Вице-президент улыбнулся и поправил галстук.

Это один из случаев, когда он может ощутить свою значимость.

Люди в комнате перешёптывались, а человек, ранее спрашивавший Карсона, заколебался, но сказал:

— Господин Президент, должен сказать, что это не очень хорошая идея.

— Может да, а может и нет. Испытания не обязательно проводить в Аризоне, их можно привести и на Марсе. — Сказал Карсон. — Мы можем сначала отправить систему жизнеобеспечения, а потом проверить ее работоспособность. Если все будет нормально, то отправим космонавтов.

Хотя он сам не был уверен в этой идее, ему уже все равно.

НАСА нужна победа.

Америке нужна победа.

Если что-то пойдет не так, просто возьму вину на себя и уволюсь.

У него не было другого выбора.

— Тогда так и поступите, отправьте систему жизнеобеспечения на Марс. — Сказал президент. — У нас больше времени, чтобы прохлаждаться. Китай собирается сражаться с нами! Каждая минута важна! — Президент посмотрел на Карсона и добавил. — Карсон, надеюсь открыть бутылку шампанского вместе с вами через два месяца. Не подведите меня.

Капля холодного пота скатилась по лбу Карсона.

Однако он все равно прижал правую руку к груди и пообещал:

— Обещаю. С нами Бог!

Глава 732. Не разрезаемая одежда?

Успешная высадка на Луну заставила ликовать всю страну.

Став второй страной успешно высадившего человека на Луну, Китай приковал многие завистливые взгляды.

Особенно России.

Будучи второй по силе аэрокосмической державой, в 2017 году Роскосмос разработал четырехэтапный план высадки на Луну. По плану они отправят в 2031 году человека на Луну и проведут 14 дневную исследовательскую работу, а в 2034 построят исследовательскую станцию на Луне.

Хотя план рассматривался как ответ на план США, факт оставался фактом, Роскосмос также осуществлял лунную программу.

Ведь аэрокосмическая отрасль гордость не только американцев, но и русских.

И хотя повторить величие Советского Союза невозможно, для большинства россиян важно осуществить то, что не мог совершить Советский Союз.

При этом мало кто сомневался, что Россия станет второй страной, отправившей человека на Луну…

Но этому не суждено было случится…

Достижения китайцев напугали не только американцев, но и русских.

Россия чувствовала, что Китай поднимется…

Роскосмос поздравил Китай с успешной высадкой на Луну, а также быстро созвал секретное собрание, где изменили планы своей лунной программы и решили подать заявку на увеличение бюджета.

Русские не единственные, кто так отреагировал. Европейское космическое агентство также провело пресс-конференцию, где заявили, что им тоже пора высадиться на Луну. Они также объявили о ряде новых планах по высадке на Луну и совместных проектов с США в рамках проекта «Арес».

Например, проект системы жизнеобеспечения.

Как бы то ни было темная лошадка в лице Китая полностью изменило международную аэрокосмическую отрасль. Новая космическая гонка заменила геополитические конфликты.

Очень трудно предсказать, что случится в будущем…

На следующий день после возвращения космонавтов по телевизору все еще показывали видео, снятые на Луне, а также документальные фильме о высадке на Луну.

Что касается вернувшихся героев, то их отправили в больницу в Пекине.

Хотя их здоровье в норме, им все равно нужно пройти стандартные обследование, поскольку могли быть скрытые проблемы.

Поскольку они долго находились в условиях низкой гравитации, им нужно какое-то время, чтобы обратно приспособится к земной гравитации.

Что касается Лу Чжоу, то он на время оставил космос в покое, а сосредоточился на кое-чем другом…

………………………………….

Внутри подземной личной лаборатории Лу Чжоу в Институте перспективных исследований…

На столе для экспериментов лежал черный свитер. В нем не было ничего примечательно кроме того, что он был очень мягким и гладким.

Как ни смотри на него, это всего лишь обычная одежда.

Лу Чжоу вывернул свитер наизнанку и не обнаружил никаких скрытых устройств.

— Он чтобы носить его летом? Но если я надену его, то люди подумают, что я сумасшедший.

Лу Чжоу считал, что в свитере должно таиться что-то еще и не верил, что у людей в будущем будет такой просто вкус в моде.

Учитывая, что система обозначила свитер, как образец, то тут было что-то еще.

— Толщина 1,72 мм, теплопроводность 2000 Вт/(м*к), — Пробормотал Лу Чжоу, просматривая данные. Немного поразмыслив, он вдруг сказал. — Сяо Ай, принеси мне мой ящик с инструментами.

«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Строка текста появилась на экране рядом с ним. Сразу после этого роботизированная рука начала двигаться. Она аккуратно взяла ящик с инструментами с пола, поместила его на погрузчик, который быстро подъехал к Лу Чжоу.

Лу Чжоу взял ножницы, потом нашел место рядом с рукавом и попытался разрезать свитер.

Но результат поразил его.

Словно он пытался разрезать стальную пластину. Как бы он ни старался, ножницы не могли оставить и вмятины.

— Удивительно.

Полный удивления Лу Чжоу отложил ножницы и осмотрел совершенно целый свитер.

Заметив озадаченость Лу Чжоу, дрон подлетел ближе.

«Хозяин, хочешь Сяо Ай поможет?»

— У тебя есть идея?

«Почему бы не воспользоваться водоструйным резаком?»

Лу Чжоу тут же хлопнул себя по голове.

Чуть не забыл про него!

Еще давно он купил кучу промышленного и экспериментального оборудования, чтобы Сяо Ай не скучал. Очевидно у него был водоструйный резак.

Лу Чжоу тут же сказал:

— Отлично, отрежь мне сантиметр от левого рукава.

«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Дрон схватил свитер со стола и отлетел в угол лаборатории, после чего поместил свитер под водоструйный резак.

С помощью струи воды под высоким давлением Сяо Ай отрезал от рукава один сантиметр.

После этого Лу Чжоу взял пинцетом этот небольшой кусок ткани и поместил ее в пакет для образцов.

Хотя в подземной лаборатории довольно много оборудования, просвечивающий электронный микроскоп можно было найти только в специальных лабораториях наверху.

Лу Чжоу хотел отдать эту ткань Ян Сюю, чтобы тот провел ее анализ.

Лу Чжоу вполне доверял тому, как с точки зрения способности, как и с точки зрения надежности…

Наведя порядок в лаборатории, Лу Чжоу надел пальто и собрался уходить.

Однако дойдя до двери, он вдруг вспомнил и быстро вернулся к столу.

— Чуть не забыл.

Он взял две пробирки со стола, одну с зеленой, другую с черной жидкостью. Лу Чжоу улыбнулся и положил пробирки в пакет для образцов вместе с куском ткани. После чего он покинул лабораторию.

Глава 733. Компонентный анализ

С создания Института перспективных исследований в Цзиньлине, его экспериментальный уровень, научная атмосфера и исследовательские фонды увеличивались, что побудило многих талантливых людей вернуться в Китай.

Раньше институт был небольшим частным заведением с четырьмя отделениями, занимающихся математикой, физикой, вычислительным материаловедением и информационными технологиями. Но благодаря новым талантам он постепенно превратился в крупный институт с широким спектром занятий.

После завершение второй и третий фазы развития Института, часть команд отделились и создали свои отделения.

Так появился Институт биохимии, ранее входящий в Институт вычислительного материаловедения.

Отдав Ян Сюю образец ткани, Лу Чжоу отнес две пробирки в Институт биохимии и нашел главного Сюй Вэньхао.

— Профессор Лу? Заходите, я принесу что-нибудь выпить… Что хотите? У нас есть…

— Нет, не надо. — Лу Чжоу посмотрел на взволнованного Сюй Вэньхао и смущенно улыбнулся. — У меня есть несколько пробирок. Мне нужно, чтобы вы сделали компонентный анализ. Надеюсь, я не прервал вашу работу.

Сюй Вэньхао покачал головой:

— Нет-нет, я только закончил свой эксперимент. Если у вас есть образцы, что мне нужно изучить, только скажите!

Для такого начинающего исследователя будет честью помочь лауреату Нобелевской премии.

Не говоря уже о том, что любая работа с именем Лу Чжоу благословлена!

Лу Чжоу посчитал, что этот парень слишком воодушевлен, но не стал воспринимать это слишком серьезно.

Лу Чжоу посмотрел на образцы на столе экспериментов и поинтересовался:

— Что это?

Проследив за взглядом Лу Чжоу, Сюй Вэньхао сразу понял, о чем тот спрашивал:

— О, это образцы углеродных чипов, что прислал Институт вычислительного материаловедения. Они просили провести компонентный анализ. поэтому я работал с ними.

Чипы из углерода?

Лу Чжоу удивился.

Прошло уже два года, и он почти забыл об этом проекте.

Он помнил, что после его возвращения из США, Институт вычислительного материаловедения начал сотрудничество с Баошэн Груп и разработал сверхпроводящий материал СГ-1.

В прошлом году Баошэн Груп показала технологию сверхпроводника на конференции по термоядерному синтезу в Калифорнии, что поразило многие зарубежные компании и исследований, после чего компания получила множество заказов.

Перед возвращением в Китай Лу Чжоу сказал руководителю компании, что чипы на основе кремния замедляются в развитии и, если Китай хочет вырваться вперед на этом рынке, то ему нужно найти замену кремния.

Углерод как раз был одним из возможных материалов.

Графен обладал почти всеми необходимыми свойствами.

И хотя руководитель Баошэн Груп пообещал начать эти исследования, у него так и не нашлось на это времени.

Но Лу Чжоу не обвинял его. В конце концов тот хотел сосредоточиться на материале СГ-1 и своем продвижении в компании.

Тем более, что графеновые полупроводники только появились. Могут пройти годы или даже десятилетия, прежде чем технология углеродных чипов достигнет зрелости. Даже при вливании множества средств, Баошэн Груп могли не получить прибыли.

В итоге над этим проектом работал Институт перспективных исследований.

Проект частично финансировался государственными фондами, а остальная часть компанией Лу Чжоу, поскольку нельзя получить патент, не вложившись в него.

Лу Чжоу заинтересовался и спросил:

— Как продвигается проект?

Сюй Вэньхао почесал затылок и ответил:

— Точно не знаю, но слышал, что команда профессора Яна разработала метод получения графеновых полупроводником. Но он не очень стабилен… Слышал, как пару раз профессор Ян жаловался, что если бы вы помогли, то проблема бы разрешилась уже давным-давно.

Лу Чжоу кашлянул.

— О чем ты… Я не какой-то там бог.

Сюй Вэньхао быстро сказал:

— Это сказал не я, а профессор Ян.

— Ладно, неважно. — Лу Чжоу покачал головой и достал из кармана две пробирки. — Вот два образца, мне надо, чтобы ты провел их компонентный анализ.

В одной из пробирок был образец жидкого заменителя пищи.

Попробовав его, Лу Чжоу посчитал, что эта еда довольно приятная на вкус. Словно смешали йогурт с лимонадом, но гуще.

Конечно, вкус не главное, самое важное, что выпил лишь полбутылки он полностью наелся.

Лу Чжоу заинтересовался питательными веществами в еде, поэтому поместил остатки в пробирку для образцов.

Если он сможет выяснить состав, то можно было бы разработать новую пищу для космонавтов.

В другой пробирки находились остатки колы.

В прошлом у Лу Чжоу не было средств, чтобы изучить состав, но не теперь. Он никогда не откажется от возможности провести эксперимент. А каждый раз, когда он пил колу, то чувствовал себя отдохнувшим и разрядившимся энергией. Ингредиенты в ней могут быть весьма интересными…

Хотя возможно он слишком навоображал.

Производитель мог добавить просто побольше таурина и кофеина…

Сюй Вэньхао посмотрел на пробирки и улыбнулся.

— Без проблем, когда нужно?

— Как только сможешь. Отправить отчет и оставшиеся образцы ко мне в офис…

В этот момент телефон в кармане Лу Чжоу зазвонил.

— Я выйду, чтобы ответить.

Сюй Вэньхао тут же сказал:

— Все нормально, я прямо сейчас начну тесты!

Лу Чжоу кивнул:

— Хорошо, спасибо.

Лу Чжоу развернулся и покинул лабораторию, после чего ответил на звонок, направляясь в конец коридора.

— Да?

Он тут же услышал голос директора Ли.

— Это, как у тебя дела?

По его голосу Лу Чжоу понял, что тот в хорошем настроении. Очевидно, что высадка на Луну стала огромным достижением для них.

Но Лу Чжоу было все равно на это, поэтому он с улыбкой ответил:

— Все нормально, а у вас?

— У тебя будет время приехать в Пекин?

— В Пекин? Зачем?

— Зачем? — Директор Ли улыбнулся. — Конечно же, чтобы вручить тебе награду, зачем же еще?

Глава 734. Реликвия

Пекин.

Более трех тысяч собралось в Большом зале народного собрания.

Большинство из сидящих здесь были академиками или высокопоставленными чиновниками. Все сидели здесь с целью послать самые теплые и искренние аплодисменты героем лунной программы.

После торжественных вступительных слов церемония награждения официально началась. На сцену вышел старик и встал перед микрофоном.

Аплодисменты постепенно стихли.

После небольшой паузы президент торжественно заговорил:

— Мы успешно запустили Дунфан Хун-1 пятьдесят один год назад. Это был наш первый спутник и наш первый шаг в аэрокосмическую отрасль. Восемнадцать лет назад мы успешно запустили Шэньчжоу-5. Мы стали третьими, кто освоил пилотируемые космические полеты, опередив европейцев… Это был наш второй шаг.

В зале воцарилась тишина.

— Теперь мы стали вторыми, кто высадился на Луне! Это, несомненно, наше третье и самое крупное достижение на сегодняшний день! Позвольте мне сказать от имени всей страны. Я хотел бы поблагодарить огромное число научных и технических сотрудников, которые принесли большие жертвы ради этого события!

Оглушительные аплодисменты сотрясли зал.

Президент кивнул и покинул сцену.

Церемония шла дальше.

Академик Юань, главный инженер Китайской научно-технической аэрокосмической корпорации, эмоционально окинул взглядом трех космонавтов, которые получали медали на сцене.

Последние шесть месяцев казались ему сном.

Он никогда не думал застать день, когда ионные двигатели станут реальностью. Он не знал ему стоит сожалеть или испытывать облегчение.

Академик У Кан, главный инженер Научно-технического института военно-воздушной техники, сидел рядом с ним.

У Кан тихо произнес:

— Он потрясающий.

Юань Хуаньминь посмотрел на него и спросил:

— Ты о…

— Профессоре Лу. А о ком еще? — Академик У улыбнулся. — Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности позвонило в министерство ВВС, а министр Цинь позвонил мне. Он сказал, что кто-то разработал космический корабль с ионными двигателями, но у них проблемы с финансированием. Они попросили меня проверить его надежность… Угадай мою первую реакцию.

— Без понятия.

— Я сказал поскорее арестовать этого человека! Как этот человек мог так лгать! Его нужно было срочно арестовать!

Юань Хуаньминь немного засмущался.

Это было похоже и на него.

Однако его действия были оправданы.

— Слава богу, его не арестовали.

— Ха-ха, само собой. — Академик У с улыбкой покачал головой. — Министр Цинь сказал мне, что это особенный человек и что никто не посмеет арестовать его. Я сразу понял о ком он, поэтому мы тут же отправились смотреть на корабль.

Академик У приукрашивал.

Он посмотрел на сцену с легким очарованием в глазах.

— Я никогда не забуду то, что увидел тогда.

Под гром апплодисментов президент пожал руки трем космонавтам на сцене. Он наградил их золотой медалью «За выдающиеся достижения в аэрокосмической отрасли» и «Почетной медалью аэрокосмической отрасли» в знак признания их мужества и решимости.

После вручили награды исследователям, которые работали над лунной программой.

Хотя высадились космонавты, без героев, работающих за кулисами, никто бы не долетел даже до Луны.

Их также наградили золотой медалью «За выдающиеся достижения в аэрокосмической отрасли».

Это высшая медаль в этой сфере и места всей жизни многих космонавтов. Это награда присуждалась лишь выдающимся космонавтам и ученым.

Президент достал блестящую медаль из коробки и повесил ее на грудь Лу Чжоу, а потом пожал тому руку.

— Спасибо.

— Спасибо!

С момента получения медали Линь Юня Лу Чжоу перестал волноваться о наградах. Его желания теперь были просты. Он лишь хотел людей для поддержки его исследования, чтобы продолжать свой путь в науке.

Президент некоторое время молча с улыбкой смотрел на Лу Чжоу.

— К сожалению, это все, что я могу вам дать.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Вы слишком добры, этого более чем достаточно.

— Одна медаль не может выразить благодарность всей страны. — Президент задумался. — Все, что я могу предложить, у вас уже есть. И вам, скорее всего, больше ничего не нужно. Немного подумав, я решил подарить вам каллиграфию.

Президент взял свернутый лист бумаги у сотрудника. Он развернул бумагу и протянул ее Лу Чжоу.

На рисовой бумаге располагалась великолепная строка.

«Благоприятные предзнаменования и успех улыбаются талантливым людям!»

В углу также стоял штамп с именем автора.

Лу Чжоу удивлено посмотрел на строку.

Даже если он не очень разбирался в искусстве, он все еще мог ощутить силу кисти.

— Хорошие слова.

Президент улыбнулся и махнул рукой:

— Если тебе понравилось, то найди место и повесь.

Лу Чжоу взял лист бумаги и коробку с медалями, после чего поклонился в знак благодарности.

Хотя Лу Чжоу не знал, что это конкретно за работа, увидев зависть в глазах директора Ли, он понял, что это весьма ценная работа.

Хм, не будет ли слишком высокомерным повесить ее у себя в кабинете?

Эм…

Не, просто буду хранить ее, как реликвию.

Глава 735. Можно хвастаться всю жизнь

Академик Ван Цзэнгуан аплодировал, а потом сказал:

— Ли…

Академик Ли Цзянъан также аплодировал, он посмотрел на Ван Цзэнгуана и спросил:

— Что такое?

— Думал, термоядерного синтеза достаточно, чтобы мы хвастались им до конца жизни

— Конечно. — Академик Ли улыбнулся. — Еще в следующей жизни другие будут хвастаться им за нас.

— Согласен. — Академик Ван вздохнул и с долей меланхолии в голосе произнес. — Человеку сложно совершить что-то потрясающее в своей жизни.

— Разумеется, или ты хочешь совершить множество поразительных прорывов за жизнь?

Ван Цзэнгуан вздохнул.

— После встречи с этим парней, я уже даже не знаю. Может на Земле и правда есть прирожденные гении, превосходящие простых людей. Которые способны добиться результатов, о которых остальные только смеют мечтать.

Ли Цзянъан замолчал, спустя какое-то время он произнес:

— Забудь о нем… Он исключение.

После завершения церемония награждения состоялся грандиозный торжественный банкет. Он начался, как серьезное мероприятие, но вскоре атмосфера становилась все более веселой. В итоге все ходили пьяные и общались.

Лу Чжоу не хотел пить, но слишком много людей заставляли его… Под напором их энтузиазма он не мог отказаться, поэтому в итоге написался.

Не контролируя себя он слишком много выпил. У него закружилась голова и он едва мог стоять прямо. К счастью, красивая молодая официантка принесла ему горячие полотенце и проводила в заднюю часть зала отдохнуть.

Лу Чжоу вытер лицо полотенцем и сел на диван. Он передохнул и ощутил, как немного вспотел. Благодаря его быстрому метаболизму, он вскоре пришел в себя.

Красивая официантка села рядом и тихо спросила:

— Как вы себя чувствуете?

— Я в порядке. — Лу Чжоу покачал головой. — Спасибо, я чувствую себя намного лучше. Ты можешь идти.

— Мне сказали позаботиться о вас. Если что-то понадобиться, пожалуйста, скажите.

— Ничего не надо, спасибо. Я тут посижу немного, а потом вернусь в отель.

Если он вернется в конференц-зал, его снова напоят.

Академик Ван старался больше всех. Лу Чжоу не знал отчего тот пытался так его напоить, но в итоге тот напился быстрее.

Официантка тихо сказала:

— Как я могу позволить вам остаться тут одному. Может я отвезу вас домой?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Хотя у нее были добрые намерения, для него уже заказали машину.

— Все нормально, у меня есть водитель.

— …

…………….

Банкет продолжался, а гости веселились, но Лу Чжоу уже устал.

Попрощавшись со всеми, Лу Чжоу покинул зал и сел в машину Ван Пэна.

Во время пути назад Лу Чжоу открыл окно, чтобы ветер дул ему в лицо, отчего чувствовал, как трезвеет. В номере он принял горячий душ, переоделся и лег на кровать.

Но как только он лег, у него зазвонил телефон.

Взяв телефон, он зевнул и ответил на звонок.

— Да?

Из трубки донесся голос.

— Профессор Лу, я вас не разбудил?

Лу Чжоу почесал затылок и спросил:

— Кто это?

— Председатель Цянь.

Лу Чжоу впал в ступор.

— Председатель Цянь?

Эм…

Кто это?

Он никак не мог вспомнить, чтобы встречал его.

Немного поколебавшись, Лу Чжоу попытался вежливо спросить.

— Кто… Вы?

Председатель Цянь со слезами на глазах ответил:

— Я работаю в Китайской академии наук…

Лу Чжоу, наверное, единственный кандидат, кто не знал его.

Председатель Цянь напрямую отвечал за выборы в академиков. Он координировал работу комитетов, а его ноги целовали все ученые, кто хотел стать академиком.

Ведь, если ученый станет академиков, то получит самую высокую из возможных академических наград. Они станут на вершине пищевой цепочки и будут получать огромное финансирование!

Но председатель Цянь не сердился, что Лу Чжоу не знал его.

Он откашлялся и поздравил Лу Чжоу:

— Профессор Лу, рад сообщить, что вы прошли академическую проверку!

— Проверку? — Лу Чжоу сделал паузу. — Разве она не в начале июля?

Если он правильно помнил, то результаты публиковали в июне. Сейчас еще не наступил март, а крайний срок подачи заявок через месяц. Некоторые еще даже не подали заявлений, а Лу Чжоу уже прошел?

Что еще более важно, то Лу Чжоу даже не подал заявление…

— Результаты объявят в начале июня, но мы уже начали отбор! Результаты доводятся до кандидатов после завершения проверки, поэтому не обязательно ждать до июня.

— Но я же не подал заявление…

— Все нормально, мы отлично знаем ваши достижение и награды. Принимая во внимание ваш вклад в аэрокосмическую отрасль нашей страны, то я попросил своего секретаря написать за вас.

— Хорошо… Спасибо. — Лу Чжоу не знал, что сказать.

Не могу же я позвать его на обед?

Было бы здорово, если бы мы дружили, но так это могут оценить, как взятку.

А можно ли вообще писать отчет о достижениях за других?

Даже известные профессора сами пишут его.

Лу Чжоу сильно смутился от действий академии наук.

Председатель Цянь сделал вид, что ничего такого не произошло.

— Не за что! Если нет вопросов, то у меня все.

— Хорошо, всего хорошего.

— До свидания!

Звонок закончился.

Лу Чжоу посмотрел на экран телефона и пробормотал:

— Странно!

Однако он не стал воспринимать произошедшее слишком серьезно.

У него легкое похмелье и он хотел спать.

Не говоря уже о том, что звание академика для него просто вишенка на торте…

Лу Чжоу отложил телефон, закрыл глаза и вскоре заснул…

Глава 736. Прогресс разработки лунного адронного колайдера

Лу Чжоу проснулся в десять часов.

Он принял душ и оделся. Спустившись вниз, он узнал, что завтрак со шведским столом уже закончился, а повара уже готовили обед.

Однако, когда управляющий услышал, что Лу Чжоу еще не позавтракал, то велел повару приготовить для него специальный завтрак. Но поскольку Лу Чжоу не хотел беспокоить других, он отклонил предложение и сказал, что пойдет прогуляется и где-нибудь поест.

Лу Чжоу сел на диван в холле отеля и позвонил Ван Пэну, попросив того подъехать ко входу.

Когда Лу Чжоу сел в машину, и они поехали, Ван Пэн спросил:

— Куда едем?

Лу Чжоу задумался и хотел спросить, где можно поесть, как вдруг вспомнил, что Ло Вэньсюань находится тут уже почти полгода, и решил навестить друга.

— В Институт физики высоких энергий Китайской академии наук.

— Понял.

………………….

Был уже конец февраля, и весна почти наступила.

В Пекине все еще было прохладно, но уже можно было достаточно лишь пальто или свитера.

К счастью на дорогах не было пробок, и они доехали до места меньше чем за двадцать минут.

Выйдя из машины, Лу Чжоу вошел в институт. Он отметился у службы безопасности и узнал, где располагается проектная группа по лунному адронному коллайдеру.

Лу Чжоу постучал в дверь. Ее открыла девушка в очках, которая скорее всего была помощницей. Девушка удивилась, увидев Лу Чжоу.

Лу Чжоу спросил:

— Здравствуйте, профессор Ло Вэньсюань здесь?

Девушка заикаясь ответила:

— А… Вы ищете профессора Ло? Он здесь…

Она не успела договорить, как раздался голос Ло Вэньсюаня.

— Сяо Цзюань, кто там?

Лу Чжоу улыбнулся и прошел в кабинет.

— Я пришел проведать тебя.

Внезапно в офисе раздался грохот, словно что-то упало на пол.

Ло Вэньсюань выпрямился и потрясено посмотрел на Лу Чжоу.

— Ничего себе, бог Лу?! Зачем пришел?

Лу Чжоу чуть не упал в обморок от такой реакции и не мог не пожаловаться:

— Я еще терплю, когда другие так меня называют, но ты?

— Тебе подходит. — Ло Вэньсюань почесал затылок. — В последние дни в Институте все так тебя называют, я подхватил и тоже начал.

Лу Чжоу поблагодарил помощницу, который принесла чай, потом сел на диван и спросил:

— О чем они говорят?

— А ты не знаешь? Ты не смотрел на сайт Китайской академии наук?

— Что там?

— Твое имя числится в списках кандидатов и в Инженерную академию, и в Академию наук. Я знаю, что тебя подобное не волнует, но форумы сходят с ума на этом фоне.

Лу Чжоу ничего не ответил и лишь улыбнулся.

Лу Чжоу стало интересно, какая реакция была бы у Ло Вэньсюаня, если бы он сказал, что не только в списке кандидатов, но и прошел проверки.

Но подобное стоит не раскрывать. В конце концов, господин Цянь оказал ему услугу рассказав про это, поэтому Лу Чжоу считал, что ему нужно быть скромнее.

Ло Вэньсюань сделал глоток из чашки, а потом спросил:

— Так ты приехал сюда в Пекин только лишь, чтобы увидеться со мной?

— Не совсем. В первую очередь чтобы получить награду.

Ло Вэньсюань закатил глаза:

— Так и знал! Но мог бы и соврать.

— Какой смысл? — Лу Чжоу улыбнулся. — Кстати, как продвигается проектирование лунного коллайдера?

Ло Вэньсюань отмахнулся:

— Сама конструкция не сложна. Главная трудность, как ее собрать. Китайская академия наук максимально серьезно относится к этому проекту, поэтому многих опытных инженеров из группы проекта BESII перевели к нам, что значительно все упростило.

Хотя Пекинский электрон-позитронный коллайдер не так на слуху, в его проекте участвовали выдающиеся специалисты в области экспериментальной физики.

Хотя они может и не занимали высокого положения в международном научном сообществе, их навыки были на высоком уровне. Ведь опубликовать статьи по экспериментальной физике не так просто, как по физике высоких энергий. Поэтому в основном они работали в тылах. Это можно заметить из того, что большинство крупных наград присуждались ученым-теоретикам.

Узнав, что Лу Чжоу хочет построить коллайдер на Луне, даже понимая, что это сложный для реализации проект, эксперты из Института физики высоких энергий со всей серьезностью отнеслись к этому проекту.

В конце концов, китайское сообщество физиков-теоретиков испытывало нехватку финансирования. Очень редко кто-то добровольно вкладывался в коллайдер. И насколько безумной не выглядела эта затея, они все равно не хотели отказываться от этого шанса.

Будет обидно, если они вообще не попытаются.

— Наша группа также связалась с ЦЕРНом. Услышав наш план, ЦЕРН сильно заинтересовались. Они отправили нескольких инженеров, чтобы помочь решить нам некоторые технические проблемы.

Лу Чжоу удивился.

— Из ЦЕРНа кого-то прислали?

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Вначале они не особо хотели сотрудничать и посчитали, что мы шутим про строительство коллайдера на Луне. Но узнав, что ты ответственный, то тут же подписали договор о сотрудничестве.

— Чего они хотят?

— Они хотят, чтобы мы купили космические зонды у их партнеров и по возможности наняли часть их исследователей на лунный коллайдер после его готовности.

Лу Чжоу кивнул.

Это разумные просьбы.

В сравнении с другими областями теоретическая физика относительно не корыстна. Большинство исследовательских институтов тесно сотрудничали друг с другом. Хотя между институтами существовала конкуренция, сотрудничество все еще распространено.

Лу Чжоу не видел причин отказывать европейским ученым в участие в проекте.

Ведь эта область физики приносила пользу человечеству и человечество должно заниматься ею сообща.

Заметив, что Лу Чжоу какое-то время молчит, Ло Вэньсюань сказал:

— Кстати, хотел тебя кое о чем попросить.

— О чем? Говори.

Ло Вэньсюань со всей серьезностью произнес:

— Неважно как мы улучшим конструкцию. Вся конструкция будет весить тысчи тонн. Сможем ли мы ее в действительности отправить на Луну?

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и уверенно заявил:

— Обещаю, что сможем. Я постараюсь изо всех сил.

Даже при нынешних технологических возможностях Star Sky Technology, Лу Чжоу никак не мог доставить тысячи тонн на поверхность Луны. Даже если продаст все свои акции и патенты…

Таково настоящее, но в будущем могут быть неожиданные изменения.

После разработки нового шаттла способы доставки на орбиту выйдут на новый уровень. Так же сейчас многие институты Китая занимались разработкой оборудования для автоматизации добычи полезных ископаемых в космосе.

На Луне тонны титана и других ценных ресурсов. И вполне реально автоматизировать процесс их добычи.

Но Лу Чжоу не знал сколько времени это займет.

Ведь он мог быть превосходным ученым, но не превосходным инженером.

Ему еще предстоял долгий путь.

— Ладно, хватит про работу. — Лу Чжоу поставил чашку на стол. — Я пришел глянуть, как ты обустроился тут, а также угостить обедом

Ло Вэньсюань удивился.

— С каких пор ты так расщедрился?

Лу Чжоу чуть не потерял дар речи.

— О чем это ты? Когда это я был скупым? Поблизости есть хорошие рестораны?

— Ну, я не могу отказаться от подобного. — Ло Вэньсюань встал. — Поблизости есть хорошее место, иди за мной.

Глава 737. Потрясающие новости

Лу Чжоу думал, что Ло Вэньсюань попытается разорить его, но они пришли в совсем не модный и простой небольшой ресторан.

Большинство посетителей тут были студентами и профессорами из ближайших институтов.

Хотя обед еще не наступил, в заведении уже сидело много людей.

Когда они нашли место в углу, к ним подошел официант с чаем и меню.

Пока Ло Вэньсюань и Лу Чжоу делали заказ, Ван Пэн прошел на кухню, а также осмотрел все вокруг.

Ло Вэньсюань уже привык к телохранителю Лу Чжоу, поэтому не обращал на это внимание. Он болтал с Лу Чжоу, пока ждал еду.

— Владелец этого ресторана родом из Хубэя. Мы с коллегами часто едим тут, в основном курицу Ду. Мне сказали, что здешняя курица Ду готовят по оригинальному рецепту и она хорошо гармонирует с алкоголем.

Лу Чжоу выпил чая и сказал:

— Владелец из Цзянлина?

— Наверное, я не знаю… Ты тут был? — Ло Вэньсюань удивился.

— Нет, впервые тут. — Лу Чжоу улыбнулся. — Просто курица Ду знаменитое блюдо Цзянлина, поэтому я подумал, что владелец оттуда.

Ло Вэньсюань почесал затылок.

— Так это Цзянлинское блюдо, ты должно быть ел его раньше.

Лу Чжоу покачал головой.

— Мы росли в бедности, поэтому у меня никогда не было возможности съесть его. А когда я вырос мне просто не представилось шанса попробовать его… Ладно. Как в теоретической физике? Есть какие-нибудь новые открытия?

Лу Чжоу в последнее время сосредоточился на лунной программе и не следил за новостями математики, не то чтобы за другими тенденциями в науке.

— Самое крупное достижение прошлого года решение уравнений Янга — Миллса. — Ло Вэньсюан взглянул на Лу Чжоу. — Тебе правда не повезло. Многие считали, что это достойно Нобелевской премии. Стало неожиданностью, что Нобелевскую премию вручили за достижение квантово-ограниченного эффекта Старка.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Ничего такого. Я уже получил один раз Нобелевскую премию. Если мне хотят вручить еще одну, то ученые в научном сообществе не сильно обрадуются.

Для большинства ученых Нобелевская премия цель жизни.

Большинство добивалось значимых достижений в 30-40 лет, но много людей в возрасте 80-90 лет все еще ждали Нобелевскую премию.

А возможность получить Нобелевскую премию в возрасте Лу Чжоу само по себе достижение.

Вскоре подошел официант с курицей с чесноком и зеленом луков и поставил котелок на стол.

Ло Вэньсюань вдохнул восхитительный аромат еды и тут же взял палочки для еды. Затем попросил официанта принести несколько бутылок пива.

Ему все еще надо работать позже, но несколько от пары стаканчиков ничего не будет.

Словно статуя Ван Пэн сидел рядом с ними и спокойно пил чай. Ему придется позже сесть за руль, поэтому он не пил.

— Что дальше? Ты отправил человека на Луну, какие следующие планы?

— У меня? — Лу Чжоу выпил стакан пива и ответил. — Высадка на Луну лишь первый шаг.

Ло Вэньсюань вздохнул:

— Ого, вообще не понимаю, как работает твоя гениальная голова.

Ло Вэньсюань учился у Виттена в Принстоне и сам был гений, но, когда он встретил Лу Чжоу, то его представление о гениальности изменилось.

В море всегда водиться рыба покрупнее.

Они ели и болтали. Тем времени за соседним столик слишком много выпили и разшумелись.

Лу Чжоу не обращал внимания на их разговоры, но не мог не заметить их громкие голоса.

— Знаешь, что профессор Лу создал Жуйсян?!

— Конечно, мой друг работает в Китайской аэрокосмической корпорации. Только недавно говорил с ним про это. Он действительно невероятен, простоя взял и отправил человека на Луну.

Лу Чжоу навострил уши, услышав, как назвали его имя.

Хотя ему все равно, о чем говорили за соседний столик, его очень интересовало мнение других о нем.

Мужчина в очках и со смехом налил себе еще выпить:

— Да это ничто… Американцы послали человека на Луну в шестидесятые, а мы только сейчас, когда американцы собираются лететь на Марс.

Его друг также засмеялся:

— На Марс? Ты совсем напился?

— Сам прочитай в Твиттере. НАСА сообщило, что планирует отправить на Марс двадцати пяти тонный модуль жизнеобеспечения. Скоро у них будет пресс-конференция.

Другие люди за столом поразились.

— Двадцать пять тонн? Это возможно? Они преувеличивают.

— Не верю, дай включу ВПН и сам гляну.

Хотя они не из аэрокосмической сферы, они все еще имели здравый смысл. Они знали, что НАСА не могли отправить 25 тонн на Марс.

Мужчина в очках знал, что ему не поверят, поэтому с улыбкой сказал:

— Судя по всему, Space-X собираются использовать свою ракету BFR. Очевидно, что после отправки модуля жизнеобеспечения, они отправят до пяти человек туда. Они уже набирают добровольцев.

Ло Вэньсюань тоже удивился и посмотрел на Лу Чжоу.

— Это правда?

Но Лу Чжоу был удивлен больше Ло Вэньсюаня.

Ни хрена себе…

На Марс?

Американцы серьезно?

Глава 738. Пресс-конференция НАСА

В 9 утра по вашингтонскому времени в гримерной пресс-конференции НАСА.

Директор НАСА Карсон стоял перед зеркалом. Он поправил галстук и вдруг спросил:

— Герстенмайер, ты веришь в бога?

Герстенмайер сидел в кресле рядом. Перед ответом он немного поколебался.

— Я… Прости, я не верю в бога.

— Так ты материалист?

— Скорее да. — Герстенмайер пожал плечами. — Я имею дело с ракетами и спутниками. Вообще сомневаюсь, что в НАСА есть особо религиозные люди.

— Похоже мы разные. — Карсон улыбнулся. — Я идеалист.

— Монотеист?

— Нет, я немного другой идеалист. Скорее верю в духовное пробуждение. Как снова сделать Америку великой? Тут вопрос даже не в том, как сделать страну великой, а как убедить людей вновь поверить в Америку. — Он взглянул на Герстенмайера и сказал. — Пора. Репортеры ждут нас, идем.

…………………

Включился свет.

Директор Карсон в костюме встал перед камерами и объявил о начале пресс-конференции.

Обычно подобные пресс-конференции проводит пресс-секретарь, но вспоминая прошлый случай, где пресс-секретарь облажался, Карсон решил сделать все сам.

— Дамы и господа, благодарю, что пришли. Наделю назад Конгресс утвердил наш бюджет на первый этап программы «Арес». BFR доставит на Марс двадцати пяти тонную систему жизнеобеспечения. Через месяц после этого мы отправимся к нашему новому дому, Марсу.

Карсон посмотрел на экран позади него:

— Вот система жизнеобеспечения.

На экране сменился слайд.

В центре экрана появилось белое здание в форме полусферы. Оно разделялось на две части — внутренний и внешний круги. Внутренний круг разделялся на четыре блока, два жилых помещения, где могло проживать до четырех человек. На человека выделялась 5,3 квадратных метра. Один блок выделялся, как блок для экспериментов, а последний, как комната отдыха.

Внешний круг можно было надуть, и он превращался в подобие теплице для выращивания засухоустойчивых культур и обеспечения дополнительного питания, что должно уменьшить потребности в транспортировке припасов с Земли.

Позже шел концепт района марсианской колонии.

Ряды полусферических белых палаток соединялись прозрачными трубками. Фигурки людей ходили между сферами по этим трубкам, а большой марсоход ехал неподалеку по красной пустыне.

Журналисты удивились.

Хотя они видели новости в официальных аккаунтах НАСА, но до этого не раскрывались никакие подробности.

Теперь увидев систему жизнеобеспечения, журналисты не могли не поразиться.

Особенно увидев ракету.

Самой большой грузоподъемностью обладала ракета Сатурн-5 в 47 тонн.

Но целью Ареса была планета в 55 миллионах километров отсюда, Марс!

Журналистов поражал грандиозный план НАСА, отчего начались громкие обсуждения в зале.

Карсону понравилась реакция журналистов, он кашлянул и продолжил объяснения:

— Когда система жизнеобеспечения будет успешно развернута на марсе, она сможет обеспечить потребности пяти космонавтов на протяжении двух-пяти лет. За это время космонавты проведут множество исследований на Марсе, как изучение полезных ископаемых и воды. Наши ученые на Земле получат информацию из первых рук, будет проложен путь для бедующих проектов. В конце мы построим самодостаточное поселение на красной планете!

Ажиотаж достиг кульминации.

Вскоре пошли вопросы.

Все подняли руки.

Карсон окинул взглядов журналистов и выбрал одного из Вашингтон Пост.

Вашингтон Пост зарекомендовавшее себя СМИ, и они с меньшей вероятностью спросят что-то неудобное. Это самый безопасный вариант для директора НАСА.

Журналист воспользовался возможностью и тут же спросил:

— Здравствуйте. Мы знаем, что эта программа достаточно новая. Хватит ли времени для подготовки? Или, вернее, насколько в НАСА уверены в выполнимости первого этапа?

Как и ожидал Карсон, вопрос казался времени подготовки и шансах на успех.

Карсон посмотрел на журналиста и ответил:

— Да, это новая программа. Но к высадке на Марс мы готовились очень долго. Например, разработка системы жизнеобеспечения началась еще десять лет назад. А первый испытательный полет BFR был совершен два года назад. Колонизация Марса хорошо продуманный план. Могу заверить вас, что мы примем все меры предосторожности!

Оглушительные аплодисменты заполнили зал.

Также британским журналистам из BBC посчастливилось задать вопрос:

— Мы все знаем, что неделю назад Китай успешно совершил высадку на Луну. Новая программа Арес ответ Китаю?

Ответ очевиден.

Если бы Китай не отправил космонавтов на Луну, то конгресс никогда бы не согласился на такой дорогостоящий проект.

НАСА действительно нужно благодарить китайцев.

Ведь если бы не развитие Китая в аэрокосмической отрасли, конгресс не стал бы таким щедрым.

Но очевидно Карсон не признается в подобном.

— Это смешно. Мы послали космонавтов на Луну еще полвека назад. Китай, который догоняет нас, не стал достойным противником. Высадка на Луну — старая тема. Наша новая цель высадиться на Марсе, где бесконечные возможности.

Послышались щелчки камер.

Словно журналисты были под допингом. Американские журналисты ликовали, британские выглядели заинтересованными, а российские стали обеспокоенными.

Как это не интерпретируй, но директор НАСА не лестно отзывался о Китае.

США не считало Китай конкурентом.

Пока Китай наверстывал упущенное, США шло все дальше и дальше!

Глава 739. Вернулись к началу?

Пресс-конференция НАСА словно взрыв ядерной бомбы вызвала сильный международный резонанс.

Ракета BFR обладала грузоподъемность в 550 тонн!

Программа «Арес» стартует через месяц, они отправят систему жизнеобеспечения на Марс!

Китай совсем не соперник!

Слова Карсона обрадовало американцев.

СМИ, которые еще недавно критиковали НАСА, теперь полностью изменили свою позицию. Они сразу стали хвалить Space-X и «Арес».

Аэрокосмическая отрасль будущее человечества, она гордость и радость американцев.

Когда-то они победили русских в высадке на Луне, а теперь китайцы бросают вызов их гегемонии.

Многие считали возмутительным, что НАСА ничего не делали, пока Китай нагонял их.

Теперь, когда НАСА сделали ответный ход, американцы перестали ругаться, а наоборот хвалили их.

Китай высадился на Луну?

Лишить нас нашей гордости?

Извините, но мы это сделали шестьдесят лет назад, теперь наша цель Марс!

Китай даже не может отправить зонд на Марс!

После пресс-конференции высокотехнологичные аэрокосмические компании провели собственные пресс-конференции, показав свои достижение в аэрокосмической области.

Например, испытания ракеты BFR Илона Маска. Или ракета Blue Origin BE-4.

Многие медицинские компании также присоединились к движению. Johnson & Johnson объявили о проекте «замороженный агент с замедленным высвобождением», который разработали для предотвращения замерзания клеточной жидкости при низких температурах.

Этот проект поддерживало Министерство здравоохранения США и НАСА, как подпроект проекта крио капсулы, которая совместно разрабатывалась НАСА и SpaceWorks.

Рыночная стоимость аэрокосмических компаний взлетела до небывалого уровня. Американцы вспомнили времена шестидесятилетней давности.

Когда Юрий Гагарин отправил в космос на «Восток-1», а семь лет спустя американцы обогнали их и высадились на Луне…

Британское издание BBC также рассказало о пресс-конференции НАСА.

В сравнении с американцами они более объективно рассматривали происходящее.

В конце концов, космическая гонка шла между Китаем и США и не имела отношения к Великобритании. Даже если бы они хотели, то не смогли бы принять участие.

В отличие от энтузиазма СМИ США, китайские СМИ молчали.

Китайские СМИ получили инструкцию продвигать высадку на Луну, и никто не ожидал ответа НАСА.

Они не знали, следует ли им писать про это или просто игнорировать.

Если они напишут правдиво, то, несомненно, бросят тень на национальный успех, но и игнорировать казалось немного неправильно.

Они также думали кратко написать об этом и скрыть в потоке других новостей.

Как бы то ни было это не им решать, а государству.

Пока основные СМИ молчали, интернет СМИ воспользовались возможностью и начали писать про это.

США начинали первые этап программы «Арес» в следующем месяце, и новость о системе жизнеобеспечения подняла шум в китайских социальных сетях.

Большинство все еще радовались высадки на Луне, но теперь их словно окунули в холодную воду.

Соперник Китая начал подготовку к высадке на Марс.

Многие не обрадовались такой новости.

Понимая, что победитьа американцев будет трудно.

Некоторые обеспокоились, некоторые обрадовались. Те, кого раньше высмеивали из-за успешной высадки на Луну, наконец смогли ответить.

Кого волнует высадка на Луну!

Американцы летят на Марс!

Подобный пессимизм распространился по всей стране…

«Американцы планируют высадиться на Марс, а мы только высадились на Луну. Думал, что мы их нагоняем, не ожидал, что мы так отстаем.»

«Что там с теми, кто говорил, что мы можем победить Америку? Где они теперь? (смех)»

«Я давно говорил, что высадиться на Луну сейчас не трудно. Запад не высаживается на Луну поскольку их цель Марс. Нам нечем гордиться.»

«Да, мы тоже должны приземлиться на Марсе.»

«Завидую… Подал заявку на участие в Аресе. Судя по всему, они набирают людей со всего мира. Надеюсь меня выберут.»

«Ну и где вы хвастуны Жуйсяном? Где вы?»

Обсуждение распространилось по социальным сетям.

Например, анонимный пользователь опубликовал статью, где анализирует почему Китай проиграл космическую гонку…

«Успешный полет суперракеты BFR разрушил наши мечты. 42 двигателя Raptor имеют вакуумную тягу 138 мега ньютонов и могут использоваться повторно более тысячи раз. В отличие от Жуйсян это абсолютно на другом уровне.

Нам дали пощечину. Штаты показали, что традиционные ракеты совсем не устарели. Двигатель на жидком кислороде и метане все еще предпочтителен для межпланетных путешествий. Именно его они будут использовать для колонизации Марса.

Если подумать, то, если ионные двигатели так хороши, почему американцы все еще используют традиционные химические? Не потому что они не могут создать ионные, просто знают, что это бессмысленно.

Успех Жуйсян заставил нас слишком зазнаться. Китай слишком сильно сосредоточился на Луне.

Изобретать новые техногии конечно здорово, но иногда новые технологии бывают чрезмерными…»

Статья набрала десятки тысяч лайков и ее размещали в различных социальных сетях.

Хотя некоторые посчитали ее слишком предвзятой к Китаю, но у многих она нашла отклик.

Народ думал, что они проигрывают и отказавшись от традиционных ракет они лишились будущего.

Хотя Американцы еще не запустили свою ракету, Китай уже терял надежду…

Глава 740. Выбор пути

Лу Чжоу не имел особо хобби. Его единственным хобби, если это можно так назвать, было листать соцсети и лайкать комментарии.

Особенно те, где его называли красивым.

За последние дни, он читал про программу «Арес» и заметил, что многие упоминали его под этой статьей.

Из любопытства он прочитал статью полностью, после чего рассмеялся.

— А автор способный.

Способность проанализировать двигатель «Раптор» означало, что он скорее всего работал в аэрокосмической отрасли.

Но статья слишком предвзята. Лу Чжоу знал, что тягу Жуйсяна нельзя сравнивать с Чанчжэн-5, но это предупреждение не сравнить соотношение тяги к весу и продолжительности полета.

Заявление, что США не заинтересованы в ионных двигателях откровенная ложь. Пока Лу Чжоу не уехал из Принстона, Принстонская лаборатория физики плазмы все еще занималась разработкой ионных двигателей.

Также по мнению автора Чанчжэн-5 также ракета, что и Чанчжэн-9. Успех Жуйсян не означал, что Чанчжэн-9 отменят. Поскольку ионные двигатели достаточно дорогие и все еще имело смысл использовать традиционные ракеты для полетов на низкую околоземную орбиту.

Даже несмотря на то, что французы изобрели паровой трехколесный велосипед, они все еще использовали лошадей более века. Технологические изменения произошли не за несколько дней.

Если бы Жуйсян не смог успешно отправить человека на Луну, то Лу Чжоу получил множество обвинений.

Лу Чжоу не знал какое образование у автора, но тот умел вводить в заблуждение людей.

Ван Пэн посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Мне заняться им?

Лу Чжоу покачал головой:

— И что ты сделаешь? Отследишь его по айпи?

Ван Пэн заколебался и сказал:

— Можем арестовать его за неподобающие высказывания… За клевету на национального героя, запрем на пару недель.

У Лу Чжоу медаль за выдающиеся достижения в аэрокосмической отрасли и медаль Лин Юня, поэтому без сомнения он национальный герой.

Поняв, что Ван Пэн серьезен, Лу Чжоу сказал:

— Все нормально, я просто шучу. Довольно глупо со стороны государства цензурить эту статью. Просто оставьте его.

Лу Чжоу довольно спокойный человек и в действительности его не волновало, что о нем говорят другие.

Он долгое время сидел на Weibo и способен вынести мелкую критику.

Ван Пэн посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— В каком плане оставить?

— Мое время ценно, чтобы тратить на подобных людей. — Лу Чжоу улыбнулся и выключил телефон, после чего встал. — Пора. Мне надо присутствовать на собрании. Пошли.

— Понял.

Ван Пэн больше ничего не сказал. Просто кивнул и направился к двери.

……………

Лу Чжоу вышел из отеля и сел в машину. Он попросил Ван Пэна отвезти его в Большой зал, после чего облокотился на спинку сиденья и закрыл глаза.

Уже начало марта.

Первоначально после получения награды он собирался вернуться в Цзиньлин и не ожидал, что еще задержится в Пекине.

Все из-за программы «Арес».

Лу Чжоу вошел в конференц-зал.

Найдя свое место с табличкой, он сел, после чего достал телефон и включил приложение для записи.

Это не конфиденциальное собрание. Многое, что будут обсуждать обнародуют после, поэтому электронные устройства не изымали.

Лу Чжоу отправил Сяо Аю сообщение и попросил его делать заметки, что сэкономит время.

Лу Чжоу открыл протокол встречи и стал ждать начала. Старик, сидевший рядом с ним, с серьезным лицом заговорил:

— Американцы собираются высадиться на Марс, что вы думаете об этом?

Лу Чжоу повернулся и увидел академика Юань Хуаньмина.

На конференции по лунной программе этот старик сильно все усложнил для него. Однако после успешного испытательного полета Жуйсяна, старик стих.

Лу Чжоу не понял, что подразумевает старик, поэтому улыбнулся и спросил:

— Как это относится ко мне?

Юань Хуаньминь задумался и сказал:

— Хотите сказать, что следует их проигнорировать и просто идти своим путем? Понятно…

Чего?

О чем вы?

Лу Чжоу не успел дочитать протокол, как началось собрание.

Секретарь Национального космического управления Китая вышел на сцену и рассказал о содержании встречи, после чего передал микрофон директору Ли.

Тот поднялся на сцену и серьезно заговорил:

— Прежде всего хочу извиниться, что заставил вас выделить время и присутствовать здесь. Это собрание должно было пройти в следующем месяца, но из-за различных обстоятельств должна произойти сегодня.

Хотя причина не была названа, все понимали почему встреча проводиться сегодня.

Объявление НАСА явно было нацелено на Китай. Будь то сроки или размер инвестиций, они явно целились на лунную программу Китая.

Хотя не одна из сторон не признавала этой космической гонки, все прекрасно видели, что идет ожесточенное соревнование.

— Вчера состоялось заседание Коммунистической партии Китая. Они пришли к двум выводам. Первый последовать за американцами и готовиться к высадку на Марс. Второй продолжить лунную программу. Какой именно путь выбрать мы решили спросить экспертов. Надеюсь, что вы все свободно можете высказаться по этому вопросу. Если у вас есть другие варианты, тоже говорите.

Послышались перешёптывания.

Без преувеличения можно сказать, что эта встреча определит аэрокосмическую стратегию Китая на ближайшие пять или даже десять лет. Различные крупные компании изменят свою политику.

Люди серьезно задумались над вопросом.

Раздался голос с первого ряда.

— Я скажу пару слов.

Директор Ли посмотрел на старика в первом ряду и вежливо сказал:

— Академик Юань, пожалуйста.

Юань Хуаньминь неспешна поднялся и заговорил:

— Американцы хотят высадиться на Марсе и это их дело. Нам нет нужды гнаться за ними. Мы должны сосредоточиться на собственных проектах. Думаю, будущее аэрокосмической промышленности все еще за Луной. Нет ничего важнее, чем развитие текущего нашего успеха.

Юань Хуаньминь пользовался большим авторитетом в отрасли и его мнение тут же получило одобрение многих слушателей.

Конечно, некоторые не согласились с этим. Они хотели догнать американцев. усовершенствовать китайскую технологию посадки на Марс и разработать более мощные ракеты.

В первую очередь из-за того, что они из компаний, которые занимались ракетами, поэтому желали выбрать путь ракет.

Когда директор Ли жестом сказал Юань Хуаньминю сесть, он перевел взгляд на Лу Чжоу, который просматривал заметки Сяо Ая.

Лу Чжоу не заметил взгляда директора Ли, поэтому тот сам обратился к нему.

— Давайте послушаем, что скажет профессор Лу.

Глава 741. Камня на камне не оставить

Лу Чжоу просматривал заметки по конференции, когда к нему внезапно обратился директор Ли. Он сразу даже и не понял, что к нему приковано столько взглядов.

Эм…

Но я не просил слова…

Хотя Лу Чжоу не планировал высказываться, он не хотел смущать директора Ли, поэтому встал и заговорил:

— Я согласен с академиком Юанем. Луна огромно и на ней можно многое сделать. Поскольку американцы интересуются Марсом… Мы можем спокойно добиться успехов на Луне. Можем выращивать растения или изучить способ добычи ресурсов Луны.

Я должен это вообще говорить?

Пофиг, кого это волнует.

Вновь сев, Лу Чжоу услышал одобрительные голоса позади себя.

Высадка на Луну лишь первый шаг. На Луне есть чем заняться. Им не надо гнаться за США и пытаться высадить человека на Марсе. Нет никого смысла в флаге на Марсе или парочке камней оттуда.

В дальнейшем обсуждении не было смысла.

Ветеран аэрокосмической промышленности и известный ученый хотели сосредоточиться на разработке Луны. Даже если другие не согласны, то это уже не важно.

Кроме того, большинство присутствующих были согласны с ними.

У директора Ли сложилось примерное представление о том, что думали участники встречи. Он спросил есть ли еще какие-нибудь мнения у других, но никто не поднял руки, поэтому он сказал:

— Похоже нет смысла спорить о пути. Подобного мнения придерживалось и руководство. В сравнении с иллюзорными почестями, материальные вещи более достойны развития. — После небольшой паузы он продолжил. — Тогда дальше мы также сосредоточимся на Луне. Проконсультировавшись с Национальным космическим управлением, мы планируем построить космическую станцию для пополнения ресурсов космических аппаратов. Эта станция также будет использоваться для выполнения научно-исследовательских задач.

— Китайское национальное космическое управление разработало два плана. По первому предлагается разместить станцию на низкой околоземной орбите, как МКС. По второму разместить на лунной орбите, аналогично лунной программе США. Где нам следует построить космическую станцию? Надеюсь, услышать ваши мнения.

Присутствующие начали обсуждать это друг с другом.

В отличие от предыдущей темы, теперь у экспертов или представителей компаний появилось больше желаний высказаться. Споры стали более оживленными.

Подобный план напрямую связан с интересами каждого, как ученых, так и промышленности.

Более консервативные люди считали, что следует построить станцию на низкой околоземной орбите. И лишь спустя пару лет пытаться достичь лунной орбиты.

Другие же испытывали больший оптимизм. Они считали, что раз Китай способен перенести 25 тон с Земли на Луну, то вполне возможно построить космическую станцию на лунной орбите. Им не надо строить еще одну станцию подобную МКС, поскольку они могли просто разделить МКС с другими.

В конце концов, одним из важнейших аспектов переговоров по управляемому термоядерному синтезу было ослабление барьеров для входа в международные научные проекты, такие как МКС, и чтобы Китай участвовал в них на равных условиях.

Очевидно, Лу Чжоу хотел разместить станцию на лунной орбите.

Ведь он хотел завершить задание системы. Но без государственного финансирования он никак не смог бы этого.

Более того, даже несмотря на напряженную международную ситуацию, он всегда поддерживал открытое сотрудничество. Он за проекты, которые использовали науку для достижения процветания всего человечества.

Но он немного сомневался. Он не знал стоит ли им поднабраться больше опыта на низкой околоземной орбите или решительно напрямую нацелиться на лунную орбиту.

Лу Чжоу слушал оживленные споры, происходившие рядом, потом посмотрел на академика Юань, который погрузился в свои мысли.

Юань Хауньминь заметил взгляд Лу Чжоу и спросил:

— Что вы думаете?

Лу Чжоу не ожидал, что он спросил его, поэтому ответил:

— Выскажитесь первым.

Академик немного помолчал, а потом вздохнул:

— Честно говоря, не знаю.

Лу Чжоу удивился:

— Не знаете?

Вы то не знаете?

С вашей то самоуверенностью?

— Да… Юань Хуаньминь кивнул и поддавшись эмоциям продолжил. — Аэрокосмическое развитие нашей страны началась намного позже других стран. Можете смеяться, но во времена успеха «Колумбии» мы тоже хотели построить шаттл, а потом что? В итоге Цянь Сюэсэнь предпочел ракеты, но главная причина в том, что американцы сами отказались от шаттла.

Лу Чжоу кивнул и задумался.

— Понимаю, но это не то, над чем я бы смеялся.

Исследования путь обучения и открытий. Никто не рождался уже со знаниями. Нет ничего постыдного в том, чтобы идти по чужим стопам. Важно применить полученные знания на практике.

Когда Лу Чжоу учился в Принстоне, он познакомился со многими уважаемыми учеными и многому научился от них. Именно эти знания в значительной степени способствовали его успеху.

Лу Чжоу понимал из-за чего переживает академик Юань.

Теперь, когда Китай успешно отправил космонавтов на Луну, они достигли первых рядов.

Поскольку они наравне со всеми остальными, теперь у них нет никаких примеров предшественников, которые можно использовать в качестве ориентира.

Отныне им придется идти вслепую и пытаться найти правильный путь, учась на своих ошибках.

Лу Чжоу посмотрел на академика Юаня и внезапно улыбнулся:

— Думаю, что это неплохо для нас.

Академик Юань нахмурился и переспросил:

— В каком плане?

— Теперь мы пройдем путь от последователя к лидеру и установим стандарты для всего мира.

Академик Юань на мгновение ошеломленно замер, а потом улыбнулся.

— Ваше поколение действительно думает по-другому. Вас не устраивает низкая околоземная орбите?

— Устраивает. — Вздохнул Лу Чжоу. — Но мы можем и лучше.

Академик Юань улыбнулся:

— Хорошо, тогда похвастаемся вместе, когда выведем станцию на лунную орбиту.

Эм…

Что?

Когда мы настолько сдружились, что вы так шутите?

Но больше всего Лу Чжоу поражался, как тот понял, что он за идею станции на лунной орбите.

Обсуждения продолжались.

Специалист из Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации поднялся.

— Мы должны выбрать низкую околоземную орбиту! В первую очередь мы можем опираться на МКС. Хотя есть технические трудности, будет не слишком сложно. Потом мы можем использовать опыт, полученный от станции на низкой околоземной орбите для будущей станции на лунной орбите!

Многие одобрительно кивнули.

Представители компаний, которые сосредоточились на запусках ракет, кивнули головами.

Внезапно послышался чей-то голос.

— Не согласен.

Все в комнате посмотрели в сторону голоса.

Человек, отправивших трех космонавтов на Луну, профессор Лу встал.

Директора Ли напрягали споры в зале, поэтому он тут же приободрился и сказал:

— Пожалуйста, объясните.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Раз мы все равно строим космическую станцию, то считаю лучше сразу строить ее на лунной орбите!

В зале опять воцарился хаос.

Глава 742. Покорение будущего

Лу Чжоу также предъявил аргументы.

Сказав свое мнение, он подробно пояснил экономические и научные последствия.

Учитывая, что грузоподъемность Жуйсяна была 25 тонн, построить станцию на лунной орбите гораздо важнее, чем на низкой околоземной орбите.

— На Луне в изобилие множество ресурсов, например, титан и гелий. Если мы сможем их добывать, то строительство станции на Луне лучший выбор.

Услышав слова Лу Чжоу, говоривший ранее не мог не встать и заговорить.

— Но перед тем как бегать, нужно научиться ходить. Я не говорю, что мы не должны строить станцию на лунной орбите. Но почему не делать все шаг за шагом и сначала не построить станцию на низкой околоземной орбите? Можете ли вы гарантировать, что лунная станция будет успешно?

Лу Чжоу спокойно ответил:

— Я не могу дать вам гарантий, но могу ответить на ваш вопрос. Все потому что мы не можем позволить себе ждать.

Эксперт нахмурился:

— Что вы имеете ввиду?

Лу Чжоу улыбнулся и объяснил:

— Возможно, вы этого не знаете, но НАСА также в своей программе «Лунные врата» планируют построить космическую станцию. Хотя сейчас они сосредоточились на программе «Арес», другая программа уже была в разработке. Можно смело предполагать, что конгресс уже одобрил программу «Лунные врата», которая начнется в двадцать втором году. Строительство американцами станции все усложнит для нас.

В конференц-зале послышались перешептывания. Говорящий ранее хотел что-то сказать, но заколебался и не смог придумать контраргументов, поэтому вновь сел.

Лунная орбита намного меньше земной.

Возможно, с развитием аэрокосмических технологий и программного обеспечения можно было бы увеличить мощность космической станции, но при текущих технологиях пределом для лунной орбиты будет одна станция.

Директор Ли серьезно задумался.

Лу Чжоу посмотрел на него и сказал:

— Я согласен с мнением, что сначала надо научиться ходить. Но у нас есть шанс завоевать будущее. Если мы не воспользуемся этой возможностью сейчас, то в итоге поплатимся за это.

— Это мое мнение, и я надеюсь, что вы серьезно его обдумаете.

— Сегодняшний выбор повлияет не только на космическую гонку, но и навсегда изменит аэрокосмическую промышленность нашей страны.

Все присутствующие итак находились под большим давлением, а после слов Лу Чжоу все застыли с каменными лицами.

Навсегда повлияет на аэрокосмическую промышленность страны…

Если я приму неправильное решение, то навсегда останусь опозоренным…

А если…

Может пусть другие решат?

Сторонники двух планов разделялись примерно поровну, но после речи Лу Чжоу баланс пошатнулся.

Все перевели взгляд на академика рядом с Лу Чжоу. Сторонники низкой околоземной орбиты надеялись, что тот найдет контраргумент.

Однако академик Юань неподвижно сидел. Он ничего не сказал и никак не отреагировал, заняв нейтральную позицию.

Директор Ли несколько раз посмотрел на академика Юаня, но похоже тот не собирался говорить.

Те, кто поддерживал станцию на низкой околоземной орбите, наполнились отчаянием.

Старик решил молчать, что означала полное господство Лу Чжоу. Даже если другие будут не согласны, то кем бы они ни были, они проиграют.

Не говоря уже про то, что большинство действительно поддержали предложение Лу Чжоу.

Встреча продолжилась еще какое-то время и еще несколько человек выразило свое мнение, но, судя по всему, уже все решили. Директор Ли объявил об окончании.

После окончания…

Академик Чжэн Сяндун, вице-президент Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации быстро поднялся и направился к выходу. Он догнал академика Юаня и спросил:

— Мой друг, ты сидел рядом с ним, почему не переубедил его?

Академик Юань странно посмотрел на него:

— Переубедить в чем?

— Ты слышал его слова?

Академик Юань улыбнулся:

— Думаю он очень грамотно все сказал.

Вице-президент посмотрел на академика так словно того подменили.

Спустя какое-то время он нахмурился и сказал:

— Постой, я не понимаю… Разве ты не был против него?

— Кто так сказал? — Академик Юань пристально посмотрел на вице-президента. — Когда я говорил, что против него?

Академику Юаню вначале не понравился Лу Чжоу, но это уже в прошлом.

Ему не нравились те, кто поминает прошлое.

Чжэн Сяндун не знал, как реагировать.

— Этот парень сошел с ума, и ты вместе с ним. Этот проект стоит десятки или даже сотни миллиардов! Если мы построим такую космическую станцию на лунной орбите, то ни одна из китайских компаний не поимеет с этого ничего! Понимаешь, что это значит? Представляешь сколько людей потеряет работу?

Очевидно, больше всего его беспокоили не рабочие места, а проекты по исследованию и разработке раке.

Если в будущем спрос Китая на ракетные технологии сместится с низкой околоземной орбиты на лунную, то, даже если Чанчжэн-9 выживет, то большая часть другие проектов ракет закроют.

Чжэн Сяндун вздохнул и хлопнул себя.

— Этот пацан слишком безжалостен! В одиночку решил съесть весь пирог.

Академик Юань нахмурился.

— О чем ты?

Вице-президент поспешно стал объяснять:

— Неужели непонятно? Если мы построим космическую станцию на лунной орбите, то только одна китайская компания сможет доставлять туда грузы! У других компаний, включая нас, даже не будет шансов получить контракты! Думаешь он хочет из-за чего-то другого разместить станцию там? Думаешь он действительно настолько самоотвержен ради страны?

Если станцию будут строить на низкой околоземной орбите, то можно было бы еще использовать Чанчжэн-5, хоть было и дорого.

А так если они хотят принять участие в торгах, то им придется ждать Чанчжэн-9. Однако в лучшем случае им придется ждать до 2025 года, когда завершат проектирование и производство ракеты.

К тому моменту завершат строительство станции.

Академик Юань не изменился в лице и ответил:

— Он не такой человек.

Чжэн Сяндун недоумевая воскликнул:

— Откуда ты это знаешь? Ты его дядя?

Единственный способ изменить расположение космической станции — это убедить академика Юаня с его коллегами. Тогда они смогут написать письмо партии.

Но академик Юань стоял на своей.

Разве тебе не нравилось, что Лу Чжоу влез в нашу отрасль?

Что стряслось?

Академик Юань посмотрел на взволнованного собеседника и неспешна сказал:

— Я не его дядя и не очень хорошо его знаю. Но он рискнул своей жизнью и полетел на своем шаттле. Могу гарантировать, что он не такой человек. Я понимаю, что ты хочешь, поэтому предлагаю сразу сдаться.

Лу Чжоу национальный герой!

Юань Хауньминь никогда не поверит, что тот делает что-то ради денег.

Именно такой человек Юань Хуаньминь.

Как только он получит причину во что-то верить, он никогда не изменит вере.

Академик Юань развернулся и ушел.

Глава 743. Колесо покатилось вперед

После успешной высадки на Луну Китай быстро определил следующую цель в своей национальной стратегии. Лу Чжоу как раз пора возвращаться в Цзиньлин.

Услышав, что Лу Чжоу собирается уехать, то Ван Цзэнгуан отыскал его и отвел в ресторан рядом с отелем. За едой он начал рассказывать о прошлом:

— Хотел угостить вас обедом, но из-за собрания хотел подождать пару дней. Не ожидал, что вы сразу же захотите уехать.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, работы много, поэтому у меня нет лишнего времени, чтобы тратить его впустую.

Академик Ван сделал глоток вина и произнес:

— Лунной станцией вы обидели многих.

Лу Чжоу положил еды себе в тарелку и спокойно сказал:

— Это не важно, чтобы я не сказал, то кого-нибудь оскорбил.

На любой аргумент найдется контраргумент, этого не избежать.

Академик Ван улыбнулся:

— Похоже вам все равно.

Лу Чжоу отложил палочки.

— Все потому, что нет причин переживать.

Академик Ван наполнил стакан пивом и сказал:

— Тогда выпьем за безразличие!

— За безразличие.

Лу Чжоу улыбнулся и выпил до дна.

Поев, Лу Чжоу попрощался с академиком Ваном, вернулся в отель и собрал багаж, после чего Ван Пэн отвез его на вокзал.

Еще до начала собрания ему уже купили билеты в бизнес-класс на поезд. И хотя ему это не нужно было, он все равно оценил подобную вежливость.

Лу Чжоу сидел в поезде. Он попросил проводницу приготовить ему чашку кофе и достал ноутбук.

Он просматривал почту, когда внезапно ему позвонили:

— Да?

— Это я, где ты?

По приятному голосу Лу Чжоу сразу понял, что звонила Чэнь Юйшань.

Лу Чжоу облокотился на спинку кресла и ответил:

— Почти вернулся в Цзиньлин, что случилось?

Чэнь Юйшань ухмыльнулась:

— Ничего, я просто хотел тебе позвонить. Всегда считала, что в тебе нет никаких задатков предпринимателя, но я тебя недооценила.

— Ха-ха, однозначно.

Ты позвонила мне лишь, чтобы польстить мне.

Зачем?

Лу Чжоу улыбнулся и потер нос.

— Кстати, что заставило тебя передумать?

Лу Чжоу немного засмущался.

Он не видел в себе таланта к предпринимательству и не ожидал, что это подметит Чэнь Юйшань.

— Ты не видел? Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности опубликовало на своем сайте информацию по прошедшей встречи относительно аэрокосмической отрасли. Китай планирует построить лунную космическую станцию.

После небольшого молчания Лу Чжоу спросил:

— Так, есть какие-то проблемы?

Он присутствовал, когда это обсуждалось, и именно он предложил данный путь.

Как это относится к таланту предпринимателя?

— Я попросила, чтобы с аэрокосмического отделала сделали мне отчет по отрасли. Я изучила его и поняла, что только мы можем участвовать в тендере на проект станции. — Чэнь Юйшань взволнованно продолжала. — Честно, никогда не испытывала оптимизма в этой отрасли. Она требует больших вложений и несет большие риски и низкую окупаемость. Но ты словно видел будущее. Сейчас мы лидеры в отрасли. Я правда впечатлена.

Перед началом строительства Жуйсяна она даже подготовила контрмеры на случай банкротства компании.

Она не ожидала, что все пройдет так гладко.

— Понятно.

Заметив, что Лу Чжоу совсем не волнуется, Чэнь Юйшань спросила:

— Что-то случилось?

— Ничего… — Лу Чжоу ущипнул себя и вздохнул. — Просто мне кажется, что нас теперь возненавидят за то, что все досталось нам.

Он наконец понял почему глава Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации так злобно смотрел на него. А также почему руководители частных компаний были такими мрачными.

Даже государственные корпорации не могли выиграть тендер… Остальные просто могли забыть про это, им оставалось лишь два варианта.

Они могут попытаться разработать новые технологии для запуска в космос или сосредоточиться на больших инвестициях в исследования и разработку космического оборудования.

Чэнь Юйшань услышала вздох Лу Чжоу и усмехнулась:

— Ты уже беспокоишься о других.

— Не беспокоюсь, просто думаю…

— Лицемер!

— …

Лицемер?

Почему?

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Не волнуйся, лучше побеспокойся о чем-то более важном. У меня скоро встреча, поговорим позже.

— Хорошо, до встречи.

Чэнь Юйшань права, что Лу Чжоу излишне переживал.

Рынок в конечном счете вернется к равновесию.

Если компании не смогут адаптироваться, то они разорятся. Если они смогут найти другой путь, то они выживут.

Всегда найдется кто-то лучше, кто займет их место.

А что касается ненавистников, то это не имеет значения.

Подумав над этим, Лу Чжоу стало лучше.

Он убрал телефон в карман, а потом подошла проводница с кофе.

— Господин, ваш кофе.

— Спасибо.

Лу Чжоу взял кофе и кивнул в знак благодарности, после чего сделал глоток и продолжил смотреть в экран.

Открыв браузер его внимание привлек новостной заголовок.

— Компания Johnson & Johnson совершила крупный прорыв в технологии замедленного высвобождения замороженных спящих людей. Генеральный директор Johnson & Johnson сообщил, что, когда технология созреет, она не только будет использоваться для межпланетных путешествий на сверхдальние расстояния, но также позволит некоторым неизлечимо больным пациентам выжить до будущего, где медицинские технологии будут более продвинуты.

— Интересно.

Лу Чжоу удивился.

Если бы термоядерным синтез сравним с открытием огня, то аэрокосмическая промышленность была подобна изобретению колеса, что возродило желание людей увидеть новые технологии.

Как когда-то Америка дала европейцам желание исследовать, освоение космоса заставило людей стремиться к большему.

С момента окончания холодной войны большинство областей, не связанных с компьютерами, находились в стагнации. Теперь технологическое колесо вновь покатилось вперед.

Лу Чжоу не мог не испытать волнения.

Он с нетерпением ждал возможности увидеть мир полвека спустя.

Уверен, что следующая половина столетия будет более захватывающей.

Если все пойдет хорошо, то я стану свидетелем новой технической революции…

Глава 744. Высокомерный оппонент

Нью-Йорк.

Офис «Нью-Йорк Таймс».

Дверь в редакцию открылась и в нее быстро вошел мужчина в черном костюме, после чего положил на соседний стол пачку документов.

— Андерсон, вот опрос по программу «Арес». Надеюсь, что сможешь вставить его в следующее интервью и вернуть мне до конца дня.

— Есть, босс.

Андерсон взял документы, облизал палец и начал листать папку.

Хотя это антисанитарно, у него была такая профессиональная привычка. Всегда, когда появлялись интересные новости, он облизывал палец, даже если материалы приходили в электронном виде.

Он закончил читать и с волнением произнес:

— Даже не верится, рейтинг одобрения правительства увеличился на 14,3%.

Главный редактор, Дюк, достал бумаги из ящика своего стола, а затем с ухмылкой что-то быстро написал.

— Верно, народ очень привлекла программа «Арес» и отбор добровольцев. С нами связались с Columbia TV. Они планируют сделать ток-шоу.

— Ток-шоу? С кем?

— Очевидно, с тремя счастливчиками, которых выбрали для программы «Арес».

Андерсон от удивления вскочил:

— Черт, неужели их уже выбрали?

— Еще на прошлой неделе, просто об этом еще не объявили. Мой друг из НАСА рассказал мне, что они уже тренируются в пустыне в Аризоне, а также изучают базовые знания.

— Все простые люди?

— Судя по всему, два гражданских, а третий профессионал.

Андерсон покачал головой и вздохнул:

— Понятно, похоже меня не выбрали… Впервые я пожертвовал на что-то, но все еще жаль сто долларов. Надеялся стать первым журналистов, побывавшем на Марсе. Похоже надежда не оправдалась.

Дюк пребывал в хорошем настроении, поэтому приободрил коллегу:

— Не обязательно, они только первая группа, в будущем будут еще возможности.

Пока они болтали, дверь кабинета внезапно открылась.

Дюк посмотрел на вошедшую девушку и нахмурился:

— Камилла, ты забыла постучать.

— Извиняюсь, я спешила. — Ответила Камилла, подходя к столу Дюка. Она поправила свои светлые волосы и поставила свой ноутбук на стол Дюка. — Громкие новости из Азии! Поверьте мне, завтра это однозначно будет в заголовках!

Заметив насколько взволнованна Камилла, Дюк отнесся к вопросу более серьезно.

Камилла больше не новичок.

Дюк знал, что она достаточно спокойно, поэтому догадался, что произошло действительно что-то невероятное.

Дюк посмотрел на ноутбук и замер.

Он сразу же спросил:

— Источник надежен?

— Абсолютно. — Камилла взволнованно ответила. — Я связалась с другом в Пекине, и он подтвердил информацию. Вчера в Китае состоялось совещание. Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности и космическое управление Китая у себя опубликовали содержание совещания!

Андерсон сидел за свои столом и спросил:

— Что там?

— В ответ на нашу программу «Арес» Китай объявил, что собирается построить космическую станцию на лунной орбите. Судя по всему, она будет называться Лунный дворец!

Лунный дворец?

Какое странное название.

На только название удивило Андерсона…

— Они спятили? Они вообще знают, что такое космическая станция?

— Откуда я знаю? — Камилла глубоко вздохнула и успокоилась. Она посмотрела на Дюка и сказала. — Однозначно, завтра это будет в заголовках газет.

Дюк долго смотрел на ноутбук. Он вздохнул и произнес с дрожью в голосе:

— Отличная работа.

Дюй возбуждался все сильнее. Он уже начал думать над заголовком.

Китай хочет построить космическую станцию? Смогут ли они?

Единственное слово, которое он смог подобрать для описания ситуации, было высокомерие. Китай спятили.

……………………….

Объявления Китая о плане построить лунную станцию вызвало всемирную сенсацию.

«Нью-Йорк Таймс», «Вашингтон Таймс» и другие СМИ писали про это.

В сравнении с высадкой человека на Луну эта новость стала более привлекательной. В конце концов построить станцию гораздо сложнее, чем отправить лунный модуль на Луну.

Даже США все еще находились на стадии разработок, а их лунный проект должен был начаться только в 2022 году.

Для большинства американцев план Китая был попросту невозможным.

Китай только высадился на Луну, а теперь решили побежать, прежде чем научиться ходить?

СМИ слегка предвзято освещали эту тему, а телевизионные шоу высмеивали Китай.

И хотя американцы считали Китай слишком самоуверенным, все еще имелись основания верить в планы Китая.

Ведь Жуйсян успешно осуществил полет. Даже радикальные СМИ не решались цитировать экспертов НАСА, и прямо писали, что Китай потерпит неудачу.

Хотя вероятность неудачи Китая составляла 80%.

Еще более интересно то, что большая часть критика исходила изнутри Китая…

Лу Чжоу не знал кого он обидел, но ему было все равно.

Даже если он и правда кого-то обидел, то какая разница?

Умные люди не обижались.

А что касается глупых…

То Лу Чжоу никак не связан с ними.

По возвращению в Цзиньлин, Лу Чжоу становился все более занятым. У него не находилось времени следить за происходящим в сети.

Он сидел у себя в кабинете и просматривал документы. Тут раздался стук в дверь.

Он поднял глаза и спросил:

— Кто там?

— Сюй Вэньхао, из лаборатории Института биохимии. Я пришел с докладом!

Лу Чжоу чуть не рассмеялся.

Тут что армия?

Лу Чжоу вспомнил, что просил лаборатории биохимию об услуге.

— Входи.

Дверь открылась и вошел Сюй Вэньхао со стопкой документов.

— Профессор, вот тесты, что вы хотели. Остальные образцы тоже здесь!

Молодой ученый положил результаты и оставшиеся образцы на стол Лу Чжоу.

— Спасибо.

— Не нужно благодарности. — Сюй Вэньхао улыбнулся и почесал затылок. — Эм… Можете дать автограф? Подпишите этот учебник по электрохимии.

Словно по волшебству, из ниоткуда появился учебник по электрохимии.

— Ладно, дай его сюда.

— Вот.

Для Лу Чжоу ничего не стоило подписать учебник. Он подписывал множество бумаг за день.

Лу Чжоу пролистал учебник и увидел множество заметок внутри, поэтому поинтересовался:

— Ты изучаешь электрохимию?

Сюй Вэньхао улыбнулся:

— Да! Я хочу работать в Институте вычислительного материаловедения.

Раньше Институт биохимии входил в состав Института вычислительного материаловедения. И хотя у них было приличное финансирование, оно даже близко не приближалось к уровню Института вычислительного материаловедения.

В конце концов, один новое исследовательское отделение, а другой мировой лидер в области вычислительного материаловедения. Даже иностранным специалистам трудно попасть в этот институт, не говоря уже об отечественных ученых.

Большинство сотрудников были аспирантами или магистрами. Все они горели желанием попасть в Институт вычислительного материаловедения.

В конце концов, материаловедения напоминало биохимию, а они хотели туда, где финансировались исследования.

Лу Чжоу знал, о чем думает Сюй Вэньхао. Он покачал головой и с улыбкой расписался на учебнике.

Он вдруг что-то вспомнил и сказал:

— Помню, что ты занимаешься биохимией, да?

Сюй Вэньхао не думал, что Лу Чжоу запомнит такое ничтожество, как он.

Это польстило его.

— Да, это так.

Лу Чжоу отложил ручку и, немного подумав, произнес:

— Тебе не надо стремиться перевестись в Институт вычислительного материаловедения. Институт биохимии в ближайшие годы станет одним из ключевых институтов.

Сюй Вэньхао удивился:

— Правда?

— Зачем мне лгать? — Лу Чжоу улыбнулся и вернул учебник, после чего похлопал того по плечу. — Постарайся изо всех сил, я верю в тебя.

Глава 745. Поиск сокровищ

Лу Чжоу улыбнулся, глядя на радостного Сюй Вэньхао, который вышел из его кабинета. Он вспомнил себя в молодости. Он взял отчет со стола.

Результаты анализа оказались весьма интересными.

Первой проанализирована была жидкая пища.

Хотя Лу Чжоу никогда не занимался биологическими исследованиями, он все еще разбирался в биологии. Также отчет Сюй Вэньхао написал достаточно простым языком, поэтому он все еще мог понять содержимое.

Согласно анализу, жидкая пища содержала почти все питательные вещества необходимые человеку, а также особое активное вещество, которое улучшало работу кишечника, что ускоряло усвоение вещества и уменьшало выделения.

Если проще, то эта пища заменяла трехразовое питание и в туалет можно ходить лишь раз в три дня.

Эту пищу можно использовать в космонавтике, где с подобным проблемы.

Также ее можно превратить в пищевую добавку для здоровья.

Говоря о токсикологических исследованиях, то эксперименты показали отсутствие каких-то явных признаков токсичности. Сюй Вэньхао не проводил экспериментов не людях, но Лу Чжоу предположил, что все должно быть в порядке.

Ведь клинические и фармакологические испытания в будущем должны быть более строгие, поэтому не было повода беспокоиться о безопасности.

Прочитав отчет о жидкой пище Лу Чжоу начал читать о отчет по кока-коле.

Этот отчет был длиннее.

Помимо проверки состава, Сюй Вэньхао провел клинические испытания на мышах некоторых веществ.

Лу Чжоу оказался прав, и кока-кола работала, как энергетик.

Но он в кое-чем он ошибся, в коле не было много таурина, а скорее добавлялась специальная аминокислота.

Она не растворялась в органических растворителях, таких как этанол, и относилась к особой небелковой группе аминокислот. После попадания в организм человека она не принимала участие в биологическом синтезе белка.

Эта аминокислота имела специальную R группу, которая легче связывалась с рецепторами инсулина, что способствовало поглощению клетками глюкозы и ускорению гликолиза.

Также эта аминокислота ускоряла секрецию различных желез организма, благодаря чему улучшался метаболизм и стимулировались нервные клетки.

Но еще более важно то, что не наблюдалось каких-либо побочных эффектов!

Правда это Лу Чжоу знал, поскольку много раз пил эту колу.

— Это стимулятор… У которого нет побочных эффектов.

Лу Чжоу отложил отчет.

Его интересовало лишь одно, содержал ли энергетик от системы аналогичные вещества.

Но к сожалению, он все выпил, когда работал. Ему придется ждать следующего раза, чтобы проверить.

Лу Чжоу немного подумал и включил компьютер. Он начал печатать два черновика патентов.

Хотя он не планировал продавать колу, вещества в этих жидкостях могли много где применяться.

Пригодятся они или нет, но Лу Чжоу решил сначала зарегистрировать патенты.

Патенты не заняли у него много времени. Ему не нужно все подробно расписывать. У его компании был отдельный отдел для их написания, который мог сделать это за него.

Учитывая, что его компания работала в патентной сфере, соответствующие проверки не представляли особых проблем и утверждение патентов не займет много времени.

Лу Чжоу облокотился на спинку и потянулся. Он отложил отчеты в сторону и увидел уведомление на экране.

«Хозяин, пришло письмо.»

— Понял.

Лу Чжоу нажал на уведомление и открыл почту.

Письмо было от Ян Сюя.

Лу Чжоу понял, что они завершили анализ материала одежды.

Он скачал отчет и начал читать.

Дойдя до изображения из-под микроскопа, он поразился.

— Невероятно.

Нанотонкая проволока переплеталась и образовывала прочную сетчатую структуру.

Неудивительно, что материал такой прочный и обладал хорошей теплопроводностью. Она сплетена из углеродных нанотрубок!

Испытания на растяжение-сжатие также содержались в отчете.

Не тестируя на материале оружие, Лу Чжоу подсчитал, что пуле будет достаточно трудно пробить такой материал толщиной в несколько миллиметров.

Если добавить еще один слой керамической крошки, чтобы рассеять силу удара пули, то одежда станет пуленепробиваемой.

Лу Чжоу не мог не пробормотать:

— Не вериться, что из подобного сделали просто свитер, какая трата.

Материал СГ-1, используемый в реакторе Пань-гу, также строился из аналогичных нанотрубок. Однако он был слишком дорогим и использовался только в реакторах.

Но кто-то использовал более тонкое волокно из нанотрубок для изготовления одежды. Лу Чжоу было страшно представить насколько это дорого.

Его можно применять в промышленности для изготовления кабелей с отличительными механическими свойствами. Также можно сделать пуленепробиваемую одежду или даже броню танков. А можно использовать в истребителях. В голове Лу Чжоу вертелось множество идей для применения…

Возможно в будущем подобный материал станет дешевле и поэтому его используют в изготовлении одежды?

Столетия назад алюминий был таким же дорогим, как золота, а теперь его использую для изготовления банок.

Но в данный момент Лу Чжоу не мог представить использование подобного дорогого материала для изготовления одежды.

Этот материал был абсолютным сокровищем.

Я недооценил этот свитер!

Лу Чжоу сразу пришла в голову идея и он встал.

Программа лунной космической станции вот-вот начнется.

Что если я использую этот материал на станции?

Глава 746. Аризонский купол

Институт перспективных исследований.

Лаборатория в Институте вычислительного материаловедения.

Ян Сюй проводил эксперимент. Он поднялся и поправил очки. В этот момент он заметил Лу Чжоу, стоящего у входа в лабораторию, и сказал:

— О, пришел? Я как раз собирался найти тебя. Где ты раздобыл эту ткань?

— Из одного государственного отдела. Это конфиденциально, могу рассказать только после истечения срока секретности. — Лу Чжоу положил отчет на стол и спросил. — Есть способ изготовить ее?

Ян Сюй слышал это оправдание уже множество раз, поэтому мог только закатить глаза и больше не спрашивать. Он отложил пробирку и спросил:

— Ты про лабораторный образец или про промышленные масштабы?

— И то, и то.

Ян Сюй призадумался, а потом серьезно ответил:

— Сейчас я могу изготовить ее в лаборатории, но фабричное производство… Боюсь, это не просто.

— В сравнении с СГ-1?

— Они даже рядом не стояли.

Лу Чжоу сразу стал серьезнее.

Как он и ожидал, воссоздать подобную ткань нелегко.

Поскольку Ян Сюй много времени проводил в лаборатории, он сильнее в экспериментах, чем в теории.

Поэтому, если тот говорит, что трудно, значит оно очень сложно.

— Создай команду по данному материалу. Неважно насколько сложно, мы должны попытаться… Кстати, я еще хотел кое о чем тебя спросить.

— Что такое?

— Есть какие-нибудь фармацевтические компании, с которыми у нас хорошие отношения?

— Фармацевтические компании? — Ян Сюй задумчиво потер подбородок, а потом покачал головой. — Скорее всего нет, мы в основном работаем с компаниями занимающимися материалами и химическими компонентами. Мы не работаем с фармацевтическими компаниями… А что такое?

Лу Чжоу кивнул:

— У меня есть два интересных соединения. Мне возможно понадобиться соответствующая организация, чтобы помочь с клиническими испытаниями. Также возможно она стала бы непосредственным изготовителем.

Лу Чжоу также хотел, чтобы фармацевтическая компания помогла вывести продукт на рынок.

В конце концов, если они смогут применить пищевую аминокислоту и ингредиенты колы в других продуктах питания и предметах для здоровья, он мог бы значительно заработать.

Не говоря уже о возможности использования этого заменителя пищи в аэрокосмической отрасли.

Ян Сюй поправил очки и спросил:

— Проект выгодный? Или просто для экспериментов?

— Однозначно выгодно. На мой взгляд соединения можно применять в продуктах питания и лекарствах.

— Тогда легко. — Ян Сюй улыбнулся и пошутил. — Множество компаний выстроятся в очередь, чтобы работать с таким Нобелевским Лауреатом.

………………….

Аризона.

По бесплодной пустыне ехал Хаммер.

Илон Маск сидел на заднем сиденье Хаммера и смотрел на пустыню и кактусы за окном. Он обратился к директору НАСА, который сидел рядом с ним.

— В действительности Марс больше подходит для жизни человека, чем Луна. Там богатая атмосфера… Хотя плотность воздуха небольшая. Множество богатых залежей ресурсов, таких как метан, которые могут использовать колонисты. Если захотим, то можем рассмотреть возможность таяния сухого льда на полюсах и высвобождению углекислого газа, находящегося на Марсе. Парниковый эффект сможет оживить атмосферу планеты.

Карсон улыбнулся:

— И сколько столетий это займет?

— Десяток? Сотню? Это не главное. Это не работа Space-X. Я прекрасно вижу цель. Мы станем космической «железнодорожной» компанией. Наша задача создать транспортную систему, чтобы доставлять людей на Марс.

— Звучит немного нелепо, даже как-то по-детски.

Он не хотел думать о далеком будущем.

Если у будущих поколений будут подобные технологии способные, то вместо колонизации планеты Карсон предпочел, чтобы пустыню Аризона превратили в лес. Такое казалось более практичным, чем колонизация Марса.

Разумеется, он не скажет подобного вслух.

Ведь он директор НАСА, руководитель программы «Арес». Успех программы напрямую связан со славой его страны и его карьерой.

Даже если он не видел никакой пользы в колонизации Марса, он все равно должен до конца придерживаться плана.

В конце концов он все поставил на этот план.

Илону Маску в действительности было плевать на комментарии Карсона. В прошлом он уже слышал много язвительных комментариев.

Он посмотрел на красный песок и произнес:

— Когда создавалась Union Pacific Railroad, многие говорили, что это глупый проект. Но смотря на это сейчас, никто не может отрицать пользы от этого для США. То же самое и с Марсом. Марс откроет огромные возможности для человечества. А также даст нам мотивации и смелости бросить вызов будущему… Мы приехали.

Пока они разговаривали, они приехали.

Белое сферообразное здание стояло в пустыне.

Рядом с ним находилось инженерное оборудование и инженеры в касках. Они вносили последние коррективы в здание странной формы.

Директор Карсон открыл дверь Хаммера и вышел из машины. Прищурившись, он посмотрел на белый купол.

— Это оно?

— Да. — Ответил Маск и раскинул руки в стороны. — Добро пожаловать в Аризону. Это наш новый дом для будущих колонистов. Хотя снаружи не так красиво, интерьер внутри может удивить.

Карсон окинул купол взглядом и прознес:

— Меня это не волнует. Я хочу лишь услышать одно, вы уверены, что наши колонисты смогут безопасно провести двадцать шесть месяцев в нем?

Маск улыбнулся:

— Конечно, хоть мы и не смогли провести долгосрочные испытания, судя по данным о потреблении пищи, воды и кислорода, даже если колонисты не будут заниматься какой-либо деятельностью по добычи дополнительных ресурсов, то они смогут выжить в течении тридцати месяцев.

Карсон спросил:

— Как собираетесь отправить купол на Марс?

— С помощью нашей ракеты. — Маск похлопал Карсона по плечу. — Поверьте мне, мы выиграем эту гонку. Все под контролем.

Глава 747. Вы привыкните

Как и сказал Ян Сюй, как только Star Sky Technology заявила о своей заинтересованности в сотрудничестве с фармацевтической компанией, начало поступать множество предложений.

В день звонили по несколько раз, что выводило из себя Чэнь Юйшань, из-за чего она не могла не позвонить и не пожаловаться Лу Чжоу:

— Ты собрался производить товары для здоровья?

Лу Чжоу понял о чем она, и улыбнулся:

— Во время эксперимента нашелся интересный побочный продукт, поэтому я захотел принести пользу общества.

— В итоге жертвой стала я. Меня завалило звонками.

— Э-э, извиняюсь.

— Все в порядке, это моя работа. Но в следующий раз не забудь предупреди меня заранее. Я все еще занята аэрокосмическими проектами. По началу я даже подумала, что звонят мошенники.

— В следующий раз я предупрежу.

— Ага, спасибо. Кстати я изучила компании, которые позвонили, и составила список из наиболее квалифицированных. Я отправила его тебе на почту. Посмотри, когда будет время.

— Хорошо, посмотрю прямо сейчас.

Повесив трубку, Лу Чжоу открыл почту и нашел список.

Он вынужден отметить, что все было очень подробно. Содержалась не только рыночная стоимость, бизнес-модель, но и другие интересные сведения о компаниях.

В итоге, внимательно ознакомившись, Лу Чжоу выбрал Hengrui Medicine партнерами.

Это одна из немногих китайских фармацевтических компаний, которые с готовностью инвестировали в исследования и разработку лекарств. Компания принадлежала к Hengrui Group. Они были крупнейшими производителями в Китае противоопухолевых препаратов, а также участвовали в разработке лекарств от диабета, болезней сердца и рака.

В действительности желание сотрудничать изъявило множество иностранных компаний, который могли стать подходящими партнерами.

Однако большинство подразделений этих компаний находились за рубежом. Из-за произошедшего с лабораторией Саррота и с учетом политических рисков Лу Чжоу исключил подобные компании в качестве партнеров.

Лу Чжоу выбрал Hengrui Medicine поскольку у них была собственная команда исследователей. Институт перспективных исследований планировал заняться биохимией, поэтому в будущем у них будет много возможностей для сотрудничества.

Специальный отдел по патентам составил соглашение о сотрудничестве. Институт перспективных исследований будет отвечать только за предоставление патентов другой стороне.

Прошло две недели и Лу Чжоу почти забыл про это, когда внезапно к нему пришли.

— Здравствуйте, профессор Лу! Рад познакомиться с вами!

Лу Чжоу встретился с профессором Чжан Цзянфу, главным руководителей отдела разработок и исследований Hengrui Medicine, у себя в кабинете. Поскольку тот также преподавал в университете Чжи, он также был профессором.

— Здравствуйте, профессор Чжан, верно? Пожалуйста, садитесь. — Они пожали друг другу руки.

— Вы слишком добры!

После приветствий профессор Чжан сел на диван.

Секретарь Лу Чжоу подошла с чайником и налила две чашки чая.

Профессор Чжан сделал глоток чая и не теряя времени заговорил о деле.

— Все знают, что сейчас мы разрабатываем препарат для лечения диабета. Получив отчет и образцы от вас, мы протестировали их в нашей лаборатории, и… — Он сглотнул. — Клинические испытания поразительны.

Три года исследований, десятки или даже сотни тысяч соединений. Множество проб и ошибок. Профессор Чжан никак не ожидал, что они получат ответ из института, который был создан менее года назад.

Это…

Профессору Чжану стало не по себе.

Лу Чжоу поразился.

— Это соединение может вылечить диабет?

Ни черта себе!

Нобелевская премия вновь дразнит меня?

Однако профессор Чжан слегка смутился и кашлянул.

— Полное излечение маловероятно, но Нобелевский комитет может рассмотреть присуждение награды, если произойдет подобное чудо. Но даже если в итоге не достигается полное излечение, мы обнаружили, что аминокислота обладает хорошей совместимостью с инсулином и аналогами инсулина, что ускоряет гликолиз и снижает уровень сахара в крови.

— Мы провели эксперименты на мышах, страдающих диабетом, и обнаружили, что аминокислота непосредственно предотвращает повреждения β-клеток, сохраняет их структурную целостность и помогает эндокринной функции, а также эффективно ингибирует индуцированный стрептозотоцином β-апоптоз.

Лу Чжоу тут же стал серьезным.

Стептозотоцин международная организация здравоохранения внесла в список канцерогеном. Однако страшными были не сами канцерогенные свойства, а способность вызывать диабет.

Профессор Чжан сказал:

— Мы планируем использовать эту аминокислоту в составе нового нашего препарата. Можете сказать нам, как вы назвали ее?

— Назвали? — Лу Чжоу впал в ступор. — Разве вы не можете просто использовать химическую номенклатуру?

— Вы еще не придумали название?

— Я не думал над этим.

В отчете Сюй Вэньхао использовал химическую номенклатуру для обозначения этой аминокислоты. Чтобы не заморачиваться, Лу Чжоу просто сократил название до букв и цифр.

— Если вы не знаете, как назвать, то просто назовите компонентов, откуда получили эту кислоту. Так проще всего.

Лу Чжоу замер.

И что теперь делать?

Я получил ее из кока-колы, я же не могу назвать ее кока-колой?

Хм…

Хотя, а звучит довольно неплохо.

— Давайте назовем ее колалин!

— Колалин? — Профессор Чжан замер. — Почему?

— Просто… Могу я ее так назвать?

— Конечно, можете.

Просто немного странно звучит…

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ладно, тогда думаю, что это хорошее название.

Профессор Чжан хотел переубедить Лу Чжоу, но судя по всему тот не собирался менять свое мнения, поэтому профессор Чжан сдался.

Покинув кабинет, профессор Чжан посмотрел на сотрудника, который провожал его и спросил:

— Вам не кажется… Профессор Лу дает немного странные наименования.

Он хотел сказать ужасные, но это было бы немного неуважительно.

Услышав слова профессора Чжана, исследователь улыбнулся.

— Вы привыкните.

Глава 748. Запуск ракеты BFR

Флорида, США.

Суперракета высотой в 32 этажа стояла на стартовой площадке на мысе Канаверал.

На боку ракеты были нарисованы американский флаг, логотип НАСА и логотип Space-X, а также надпись «BFR». Кроме того, несколько банков с Уолл-стрит также разместили свои логотипы.

Потребовался почти месяц на сбор всей ракеты, после чего ушла еще неделя на подготовку к запуску.

Сейчас, когда ракету оснастили системой жизнеобеспечения, все было готово. Наконец настало время пуска. Множество глаз полных надежды смотрели на ракету в ожидании.

Начался обратный отсчет.

После десятисекундного обратного отсчета клубы дыма вырвались из ракеты.

Двигатели потребляли жидкий кислород и метан с безумной скоростью. Они обеспечивали невероятную тягу в 128 триллионов ньютонов. Двигатели медленно подняли сто метровую ракету в голубое небо.

Рев этого химического двигателя походил на рев гигантского чудовища.

В нем скрывались самые передовые технологии мира. И этот монстр в очередной раз показал миру свою силу…

Маск посмотрел на ракету через подзорную трубу и ухмыльнулся. Передав подзорную трубу помощнику, он посмотрел на директора Карсона:

— Я же говорил, беспокоиться не о чем. У нас лучшая в мире команда исследователей, а также самый обширный опыт пусков. Просто нужно ждать хороших новостей с расстояния в 60 миллионов километров.

— Надеюсь, это будут хорошие новости. — Карсон тоже отложил подзорную трубу. — Что с кораблем BFS? Он готов?

Если система жизнеобеспечения будет успешно развернута на Марсе, то трое счастливчиков поднимутся на борт корабля в июне и начнут величайшую экспедицию в истории человечества.

Космический корабль BFS играл важную роль в программе «Арес», которая должна безопасно отправить астронавтов на Марс.

— Нам он не нужен.

Директор Карсон удивленно посмотрел на Маска:

— Но в своей презентации вы сами заявили…

Маск отмахнулся от него:

— Он рассчитан на сто человек. Мы будет использовать его для последнего этапа. Сейчас нам нужно отправить лишь троих. Мы воспользуемся меньшим и более надежным кораблем. Угадайте его название.

— Какое?

— Золотое сердце!

— Как в «Автостопом по Галактике»?

Если он правильно помнил, то корабль там назывался также. Однако корабль в книге не использовал химический двигатель. Он использовал двигатель бесконечной невероятности, который мог мгновенно доставить в любой уголок вселенной.

Маск улыбнулся.

— Верно. Научно-фантастический шедевр Дугласа Адамса. Это первый корабль, который приземлится на Марсе!

Директор Карсон улыбнулся и покачал головой.

— Думаю, что более подходящее название лучше впишется в историю.

— Историю пишут люди. Когда мы преуспеем, то название не будет иметь значения.

Пока они разговаривали, рядом раздались радостные возгласы.

Там стояли приглашенные НАСА, воодушевленные репортеры и представители компаний.

Ракета с системой жизнеобеспечения направлялась к Марсу. Если все пойдет по плану, то через месяц он приземлиться на поверхности Марса.

Репортеры стояли на обозначенном месте для съемок и только закончили фотографировать. С камерами они покинули космодром.

Они спешили вернуться за компьютеры и отредактировать завтрашние статьи.

Завтра…

Весь мир поразиться от достижений Америки…

………………….

Новость о успешном пуске BFR разлетелась по всему миру.

Согласно докладу НАСА, космический корабль «Золотое сердце» с системой жизнеобеспечения успешно покинул систему Земля-Луна.

США в очередной раз показали миру свои амбиции и сильные стороны в аэрокосмической отрасли. СМИ переполняли репортажи про них.

Поскольку компания Space-X одна из главных действующих лиц в программе «Арес», цена ее акций начала расти.

Со слов трейдера, работающего на Уолл-стрит, эта программа принесла Space-X миллиарды долларов прибыли, а также привел к росту рыночной стоимости фондового рынка США.

Рынок литий-серных аккумуляторов и электромобилей уже расширялся, и Илону Маску не потребуется много времени, чтобы войти в топ 10 самых богатых людей мира.

Из-за успешного запуска ракеты китайское сообщество начало бурно обсуждать космическую станцию на лунной орбите.

Многие утверждали, что данный проект в миллиарды долларов обречен на провал, а если и будет объявлен успех, то просто для вида. Они даже утверждали, что космическая станция бесполезна.

Лу Чжоу не обращал на это внимание. По возвращению из Пекина он был очень загружен.

Самой сложной частью строительства станции на лунной орбите была доставка компонентов.

В данный момент только Star Sky Technology могли это осуществлять.

Поэтому без преувеличения можно сказать, что успех проекта зависел от самого Лу Чжоу.

Совещание инженеров по космической станции происходило в конференц-зале Института перспективных исследований.

— Если мы хотим построить лунную станцию, то нам необходимо доставить на лунную орбиту не менее пяти ста тонн материалов. — Говорил Лу Чжоу, глядя на экран проектора. — И это только первая фаза. Нас ждет как минимум две тысячи тонн. Мы должны увеличить наши возможности по доставке.

Из-за высоких ожиданий от правительства, Лу Чжоу легко мог получить финансирование. Многие банки с радостью выдадут кредит.

Хотя проект еще не начался, Лу Чжоу уже получил кредит в размере 50 миллиардов от крупного банка. Часть этих средств пойдет на строительство нового шаттла, а остальные пустят на исследования и разработку космических транспортных средств.

После паузы Лу Чжоу сказал:

— Думаю мы можем разработать специальный корабль для перемещения между орбитами Луны и Земли.

В зале послышались перешёптывания.

Создание специального корабля слишком новаторская и многие специалисты даже не задумывались о возможности подобного.

Хоу Гуан нахмурился и спросил:

— То есть… Вы предлагаете использовать Жуйсян для доставки груза на орбиту, а потом использовать другой корабль для доставки груза на орбиту Земля-Луна?

Лу Чжоу кивнул:

— Верно.

— Теоретически подобное осуществимо, но это рискованно.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Эта отрасль сама по себе риск. Каждый полет — приключение. Если мы сможем, то не только существенно увеличим наши возможности по доставки, но также сможем передать доставку грузом с поверхности на орбиту другим, что сократит наши расходы.

Хоу Гуан какое-то время молчал, прежде чем заговорить:

— Я проведу исследования. Предоставлю подробный отчет к завтрашнему вечеру.

— Хорошо, спасибо.

Подобное решение нельзя принять сходу. Надо все тщательно обдумать. Специалисты должны проделать соответствующую работу.

Хоу Гуан не пытался отвергнуть идею Лу Чжоу, а даже выразил мысль, что такое возможно. Он думал, что можно достичь компромисса между плюсами и минусами.

Собрание продолжилось до обеда.

После Лу Чжоу отправился в столовую. Он нашел место, чтобы насладиться мясом с рисом, когда внезапно ему позвонили.

Лу Чжоу увидел, что звонит директор Ли, и ответил:

— Алло, что такое?

Директор Ли серьезно произнес:

— Американцы запустил свою ракету BFR!

Глава 749. Комитет по строительным работам на лунной орбите

Американцы запустили свою ракету?

Лу Чжоу замер разинув рот. Он молча отложил палочки для еды и переспросил:

— Они… запустили ее? Когда?

— Прошедшей ночью! НАСА сделали публичное заявление, мы также подтвердили пуск через наши спутники. BFR сейчас покидает низкую околоземную орбиту, про это уже писали в новостях… Когда ты в последний раз смотрел новости?

— Вчера… Я готовил материалы для совещания всю ночь, поэтому у меня не было времени следить за новостями. — Лу Чжоу нахмурился. — Они отправили людей или просто груз?

— Лишь груз. Систему жизнеобеспечения, сделанная несколькими аэрокосмическими компаниями. — С грустью ответил директор Ли. — Как успехи с нашей биосферой? Есть какой прогресс?

— Мы все еще на начальном этапе… А что такое?

Пока над биосферой работало несколько научно-исследовательских институтов. Компания Лу Чжоу отвечала не за многие проекты.

Какое-то время назад Лу Чжоу связывался с руководителем проекта, профессором Ху Яном. Пока только закончили строительство биосферы, а персонал и оборудования еще не прибыли. Пройдет еще какое-то время прежде чем будет возможно использовать биосферу для разработки новых технологий.

На другом конце воцарилась тишина.

После долгого молчания директор Ли тихо спросил:

— Чисто гипотетически, если я выделю еще два миллиарда на проект, мы сможем построить биосферу и разместить ее на Марсе?

Хотя он говорил про гипотетическую ситуацию, можно было понять, что он весьма серьезен. Директор Ли не мог принять подобное решение самостоятельно, многие руководители партии должны одобрить это.

Лу Чжоу чуть не поперхнулся от такого вопроса.

Два миллиарда?

И хоть подобное весьма заманчиво, но деньги не могли ничего решить.

Вам там кажется, что только деньгами можно что-то сделать на Марсе?

Лу Чжоу без колебания сразу же отверг его мысль:

— Забудьте, у нас нет таких технологий. У американцев более полувековой опыт. Чудо, что мы вообще можем отправлять кого-то на Луну. Нам надо идти шаг за шагом.

Лу Чжоу чувствовал решительность США.

Похоже успешный полет Жуйсян спровоцировал их.

Иначе можно было бы забыть о пуске системы жизнеобеспечения, их конгресс только пару лет одобрял бы строительство.

Директор Ли помолчал немного, а потом вздохнул.

— Ладно, я понимаю, что это нереально… Как скоро стартует наш проект лунной станции?

Лу Чжоу задумался.

— Самое ближнее конец месяца. Сначала мы отправим главный модуль. Если все будет нормально с ним, то мы затем отправим узловой модуль и рабочий модуль… Конкретные даты запусков зависят от Китайской научно-технической аэрокосмической корпорации.

Главный модуль основной компонент всей станции. Он будет обеспечивать питание, движение, навигацию, связь, контроль высоты и температуры, а также другие функции. Год назад два китайских аэрокосмических гиганта завершили проектирование и успешно протестировали модуль в начале этого года.

Помимо основных функций, главный модуль имел четыре стыковочных отделения, что позволяет подключить к нему другие модули.

Главный модуль в первую очередь полагался на солнечную энергию, которую будут накапливать литий-серные аккумуляторы.

Хотя некоторые предлагали использовать миниатюрные термоядерные реакторы, из-за различных факторов, как тепло, стоимость, обслуживания, от этой идеи отказались. В итоге внедрили традиционное и надежное решение с солнечными батареями.

Директор Ли удивился:

— В конце месяца?

Лу Чжоу уверенно ответил:

— В конце месяца.

Хотя новая орбитальная транспортная система все еще разрабатывается, это не мешает использовать старый шаттл для транспортировки модулей.

— Хорошо, тогда попрошу Китайскую научно-техническую аэрокосмическую корпорацию завершить испытания и отправить вам основной модуль… Кстати, есть еще по поводу чего я хочу посоветоваться.

— Чего?

Директор Ли откашлялся и заговорил:

— Для облегчения строительства станции и добычи лунных ресурсов, чиновники решили создать комитет по строительным работам на лунной орбите. Он будет управлять и координировать финансирование различных проектов по освоению лунных ресурсов.

— И?

— В состав комитета также войдет и главный конструктор… — Директор Ли сделал паузу. — Партия решила, что ты будешь главным конструктором!

Эм…

Хотя Лу Чжоу ничего не имел против…

Разве они не могли сначала спросить меня?

………………….

Следующий пуск Жуйсяна запланировали на конец месяца. Чтобы показать решимость Китая выиграть эту гонку, правительство одобрило различные поддерживающие политики.

Также с созданием Комитета по строительным работам на лунной орбите, проект лунной орбитальной станции теперь контролировался не Государственным управлением оборонной науки, техники и промышленности или Китайским космическим агентством, а находился в непосредственном надзоре Коммунистической партии Китая.

Это напоминало ситуация с первым термоядерным реактором.

Очевидно, что у Китая большие амбиции.

Хотя создание Комитета по строительным работам на лунной орбите вызвало ажиотаж в аэрокосмической отрасли, это событие не привлекло внимания иностранных СМИ.

В конце концов новость о строительстве лунной станции Китаев уже объявляли. Международное сообщество негативно относились к этому проекту и считали его невыполнимым.

Даже с самой передовой технологией ионного двигателя, с точки зрения затрат, отправить 500 тонн на лунную орбиту практически невозможно.

Не говоря уже о том, что у Китая не было опыта в строительстве крупных космических объектов.

Даже с помощью профессора Лу, все считали это невозможным!

Аналогичного мнения придерживались и в китайском аэрокосмическом сообществе.

Успешная высадка на Луну удивительное достижение, но сразу же построить лунную станцию казалось слишком амбициозным шагом.

Некоторые радикальные активисты посчитали, что китайскую аэрокосмическую промышленность одурачил профессор Лу.

Создание Комитета по лунной орбите стало волнующим событием, но, увидев, кто был главным конструктором, как минимум, треть людей забеспокоилась.

Все кончено… Все бесполезно…

Глава 750. Накопление тепла

Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация.

Большой цилиндрический главный модуль находился на складе в Тяньцзине.

Скоро должны начаться последние проверки. Сейчас инженеры проводили плановый осмотр безопасности главного модуля.

Проверив провода на двери и удостоверившись, что пароль работает правильно, Сунь Юаньпэй ухмыльнулся и обратился к инженеру рядом:

— Профессор Лу — главный конструктор… Он действительно полностью вложился в проект.

Чжао Сяньпу все еще работал. Не поднимая голову, он ответил:

— Не знаю…

Из-за Лу Чжоу запуск запланировали на конец месяца, поэтому им пришлось забыть про выходные и работать.

Сунь Юаньпэй покачал головой:

— Я не понимаю его. Почему он не может просто сосредоточиться на термоядерной энергетике? Слышал, что он отклонил предложение стать директором Китайского международного центра по программе термоядерного синтеза. Он даже передал должность главного инженера East Asia Power кому-то другому. И все это ради космоса… Он должно быть одержимый.

На его взгляд, что бы не происходило в аэрокосмической промышленности, она никогда не станет такой огромной, как отрасль термоядерного синтеза.

Просто глядя на объем выгод, что принесла термоядерная энергетика Китая, становилось очевидно, что эта отрасль будет расти.

Однако профессора Лу подобное совсем не волновало. Он отбросил термоядерный синтез в сторону, как старую игрушку.

Большинство ученых не могли понять логику его действий.

Они спрашивали себя, почему Лу Чжоу не хотел довольствоваться своей победой?

Когда тот мог насладиться успехом, ради которого усердно трудился, Лу Чжоу пошел в аэрокосмическую отрасль.

Чжао Сяньпу поправил каску и пробормотал:

— Хрен поймешь, о чем он думает.

Стоявший рядом с ними инженер чуть моложе произнес:

— Может он просто не такой, как мы?

— Он такой же человек…

В этот момент послышались шаги, и они прекратили болтать.

Вскоре Чжэн Сяндун, вице-президент, и главный инженер академик Юань вошли на склад с группой людей.

Академик Юань подошел к Сунь Юаньпэю и, окинув взглядом модуль, спросил:

— Вы закончили проверку?

— Да. Проблем нет. — Ответил инженер и отдал академику бумаги.

Академик Юань посмотрел на форму и кивнул, после чего посмотрел на директора Чжана.

— Начинайте проверку.

— Хорошо!

Директор Чжан кивнул.

Первоначально проверку запланировали на два дня позже, но поскольку к запуску уже было все готово, Китайское национальное космическое управление сдвинуло график.

Однако Сунь Юаньпэй не волновался. Главный модуль содержал самые передовые технологии, он был улучшенной версией главного модуля станции «Тяньгун».

Вскоре главный модуль поместили в вакуумную камеру и подвесили на четырех тросах, что имитировала среду в космосе.

Сразу после этого ответственный инженер нажал кнопку пуска. Все оборудование, кроме солнечной панели, включилось. На панели управления отобразились различные параметры.

— Работа стабильна!

Чжэн Сяндун вздохнул с облегчением и смог улыбнуться.

А академик Юань нахмурился.

— Что-то не так.

Чжэн Сяндун сразу же посмотрел на академика и спросил:

— Что случилось?

Академик Юань не дал конкретного ответа.

— Надо посмотреть еще.

Чжэн Сяндун нервно произнес:

— Ну пугайте меня…

Пуск должен сосояться в конце месяца, он не мог допустить никаких ошибок.

Академик Юань молча пристально смотрел на экран.

Чжэн Сяндун немного расслабился.

Может тот ошибался?

Академик продолжал смотреть на экран.

Прошло десять минут…

Двадцать минут…

Спустя полчаса наконец что-то произошло.

Температурные графики начали колебаться в сторону повышения. Судя по прогнозу, то температура всего модуля быстро повышалась и через 24 часа достигнет критического значения. Из-за перегрева первым делом выйдет из строя оборудование управления антенной.

Сунь Юаньпэй начал потеть.

Ужасное слово зависло в его голове.

Перегрев!

Судя по температурным графикам главного модуля, накопление тепла превысило предел рассеивания тепла.

Сунь Юаньпэй не единственный, кто заметил подобное, другие инженеры и исследователи также обратили внимание на эту аномалию.

Академик Юань заговорил первым:

— Остановите тестирование! Введите защитный газ!

— Есть!

Инженеры быстро приступил к работе.

Газовый клапан открылся и в вакуумную камеру ввели газообразный азот. Компоненты главного модуля начали отключаться, и температура начала снижаться.

Однако никто не расслабился.

Особенно директор Чжан, а также Сунь Юаньпэй… Они побледнели.

— Черт…

Хотя Чжэн Сяндун не понимал технической части, он понимал, что что-то не так. Он посмотрел на академика Юаня и спросил:

— Что случилось?

Академик Юань хмуро покачал головой:

— У нас проблема.

Хотя он не осматривал модуль, он мог догадаться, где проблема.

Очевидно, что проблема в контурной тепловой трубе.

Системы тепловых труб обычно использовать в качестве системы охлаждения на космических аппаратах. Они использовали капиллярный отвод тепла от источника перед его перемещением в конденсатор или радиатор.

Даже если с остальными компонентами все нормально, то поломка тепловой трубы мог все сорвать!

Есть только два способа решить данную проблему. Первый удалить тепловую трубу и перепроектировать ее. Другой снизить производительность космического аппарата и удалить часть компонентов, повышающих температуру.

Но главная проблема в том, что это главный модуль. Это сердце станции!

Хотя они хотели бы убрать часть компонентов, убирать им нечего. Если они захотят перепроектировать систему контурных тепловых труб, то это обойдется в миллиарды юаней, но и задержит весь проект.

Вице-президент Чжэн ощутил холод в руках и ногах, а на его лбу выступил пот.

Пуск должен состояться в конце месяца.

И как раз в этот момент появилась критическая проблема.

Обычно обнаружить проблему до пуска считалось удачей.

Однако сейчас ситуация напряженная. Американцы запустили систему жизнеобеспечения. Вся страна с нетерпением ожидала строительство станции.

Весь план могли отложить до 2021 года…

И он будет лично нести ответственность за это.

Глава 751. Проблема в решающий момент?

Институт перспективных исследований.

Лу Чжоу стоял за микроскопом. Он с осторожностью отрегулировал приближение и рассматривал углеродные нанотрубки через микроскоп.

Спустя пару минут он оторвался от микроскопа и посмотрел на Ян Сюя:

— Никак нельзя сделать их длиннее?

Ян Сюй покачал головой:

— Пока это все на что мы способны.

Лу Чжоу обратил внимание, что самый короткий образец был длиной в 5-10 мкм, а самый длинный в 2 мм.

В сравнении с углеродными нанотрубками из ткани, данные образцы походили на кучку сбритой щетины.

Лу Чжоу потер подбородок и спросил:

— А что с технологией наращивания, которую мы используем в сверхпроводнике? Пробовал?

— Я перепробовал все. — Ян сюй покачал головой. — Но размер пор намного меньше, чем у материала СГ-1. Очень трудно применять технологию наращивания. А даже если бы смогли, то это было бы очень дорого.

Сверхпроводник СГ-1 использовался в областях высоких технологий, потому затраты были приемлемы. Но подобные затраты на материалы для одежды излишни.

Лу Чжоу посмотрел на микроскоп и вздохнул:

— Значит у тебя больше нет никаких идей?

— Не совсем, есть одна мысль. — Ян Сюй взял отчет со стола и передал его Лу Чжоу. — Согласно данным серии экспериментов, улучшение катализатора может эффективно повлиять на получение длинных нанотрубок. Эти нанотрубки очень напоминают проводимой мною ранее эксперимент. Поэтому нам надо так улучшить катализатор, чтобы он продолжал сохранять активность при более высоких температурах во время роста углеродных нанотрубок. Тогда, в теории, длина увеличится.

Говоря про получение углеродных нанотрубок, прекращение активности катализатора при высоких температурах неизбежно. Это одна из причин ограничения длины нанотрубок.

Однако усовершенствования катализатора осуществимая и недорогая идея.

Лу Чжоу кивнул:

— Тогда попробуем. Если закончатся средства, сообщи мне.

— Не волнуйся, когда понадобиться, обязательно попрошу. — Ян Сюй улыбнулся. — Кстати, я хотел еще кое о чем спросить. Теперь, когда мы получили лабораторный метод изготовления, не пора ли нам зарегистрировать патент?

Лу Чжоу задумался:

— Для начала зарегистрируйте только для углеродных нанотрубок, для катализатора пока не нужно.

— А что насчет статьи?

— После регистрации патента мы можем предоставить и статью, где не будет описываться метод изготовления.

Они должны сохранить процесс изготовления в тайне и преподнести углеродную нанотрубку с азотной группой лишь как интересное открытие в материаловедении.

Привлечение многих институтов к участию будет выгодно им.

И это относится не только к материаловедению, подобное верно ко всему научному кругу. Чем популярнее проблема, тем больше институтов задействовалось и тем быстрее можно было получить результаты.

Если институт закроет свои двери и не с кем не будет сотрудничать, потребуются десятилетия, чтобы добиться успехов.

— Хорошо. — Ян сюй кивнул. — Кстати, как нам следует назвать материал?

Он интуитивно спросил это.

Но тут же пожалел, что задал этот вопрос.

К сожалению, было уже слишком поздно.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и задумался.

— Давай назовем его А-1.

В названии не было ничего особенного, учитывая, что особой характерной чертой нанотрубок являлась азотная группа, Лу Чжоу решил использовать «А» для обозначения «Азота».

Цифра «1» потому что это первая версия, следующая будет называться «А-2» и так далее.

Хотя он хотел назвать их «сверхпрочные углеродные нанотрубки» или «углеродная нанотрубка прочнее стали», такие названия слишком длинные и их долго писать. Поэтому он отбросил эту мысль.

Лу Чжоу был доволен своим умением давать названия. Он посмотрел на Ян Сюя и заметил, что тот замер.

— Что такое?

— Ничего. — Ян Сюй выдавил улыбку. — Название определенно в твоем стиле.

М?

И как это понимать?

Тебе не нравится моя система наименований?

Тут у него зазвонил телефон.

Он увидел, что звонил директор Ли, поэтому попрощался с Ян Сюем и ответил на звонок.

— Да?

— Это я.

Его голос звучал, словно что-то случилось, поэтому Лу Чжоу сразу спросил:

— Что случилось?

Слова директора Ли подтвердили подозрения.

— Возникла проблема у Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации. Главный модуль не справляется с охлаждением. — После небольшой паузы директор Ли добавил. — Пуск нужно отложить.

Рассеивание тепла огромная проблема, которую трудно обнаружить на моменте проектирования. Хотя существовали технологии для имитации подобного, моделирование все еще имело определенное отклонение.

Например, спутник GOES-17 США оказался уязвим к солнечным лучам и перегреву из-за просчетов в конструкции системы охлаждения. Из-за чего было невозможно своевременно получать снимки облаков в инфракрасном диапазоне. Инвестиции в сто миллионов долларов оказались пустой тратой.

В некотором роде обнаружение проблемы до запуска считалось удачей. Ведь, когда космический аппарат окажется в космосе, уже не могло быть речи о капитальном ремонте.

Лу Чжоу спросил:

— А нельзя установить несколько теплоприемников?

— Проблема не в теплоотводе, а в контурной тепловой трубе.

Лу Чжоу замер, осознав серьезность проблемы.

— Хотите сказать, что нужно переделывать контурные трубы?

Директор Ли с болью в голосе ответил:

— Боюсь, что так.

— …

Дерьмо.

Ее нужно перепроектировать?!

С таким же успехом можно перепроектировать весь модуль!

Глава 752. Большая проблема

Хотя Китайская аэрокосмическая научно-техническая корпорация в состоянии перепроектировать главный модуль, Лу Чжоу не мог ждать.

Жуйсян уже готов к полету. Мы уже готовы к пуску, а вы хотите сказать, что что-то не так с главным модулем?

Серьезно?

Не может быть!

Лу Чжоу ходил взад-вперед по коридору. Он решил. Он сказал директору Ли по телефону.

— Я еду в Тяньцзинь!

Директор Ли впал в ступор.

— Зачем… Ты разбираешься в конструировании станций?

Все специалисты Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации не могли решить проблему, даже академик Юань мог только качать головой. Что собирался сделать Лу Чжоу.

Основные проекты Star Sky Technology связаны с ионным двигателем. А в Институте перспективных исследований не работало ни одного инженера, кто занимался проектированием космических станций.

— Я должен увидеть лично!

Если действительно решаться разбирать главный модуль и заново собирать конструкцию, то на все уйдет не менее года.

Хотя Лу Чжоу не мог решить проблему, он хотел отправиться и лично посмотреть, что случилось.

Поняв насколько решителен Лу Чжоу, директор Ли не стал пытаться переубедить его.

— Хорошо… Я сообщу Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации, чтобы они пока не разбирали главный модуль.

— Спасибо.

Лу Чжоу закончил звонок и быстро вернулся в лабораторию.

Ян Сюй доставал образец из-под микроскопа. Он посмотрел на Лу Чжоу и после небольшой заминки спросил:

— Что случилось?

— Возникла проблема в Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации. Пуск придется отложить.

Ян Сюй поправил очки:

— Серьезная проблема?

Хотя он работал не в аэрокосмической сфера, будучи одним из старших сотрудников, его все еще беспокоили подобные важные вопросы.

— Да. Я уеду на неделю или даже две, поэтому тебе в одиночку придется заниматься А-1…

Лу Чжоу уже хотел уйти, как увидел образцы волокон углеродных нанотрубок на столе.

Он какое-то время молча посмотрел на них, а потом спросил:

— Какую максимальную длину мы можем получить в данный момент?

— Где-то 2 миллиметра, а что?

Без колебаний Лу Чжоу ответил:

— Завтра ты летишь со мной!

А?

…………………

Атмосфера в Тяньцзине стояла мрачная и безрадостная.

Одна только сверхурочная работа заставляло пребывать рабочих в плохом настроении, а теперь с возникновением проблемы с перегревом, работники ощутили себя еще хуже.

Особенно инженеры ходили с усталыми лицами.

Сунь Юаньпэй, инженер, ответственный за станции, сидел на небольшом стуле перед заводом. Он пачкой курил сигареты. Он словно постарел на десять лет за ночь. Он даже не заметил, как подошел директор Чжан.

— Главный модуль внутри, я покажу вам.

— Хорошо. — Лу Чжоу кивнул, а потом перевел взгляд на подавленного инженера. — Кто это?

— Один из инженеров, отвечающих за станцию. Он также отвечал за систему охлаждения.

У Лу Чжоу в глазах отразилось понимание.

Понимаю!

Неудивительно, что он такой подавленный.

Уверен, что любой на его месте чувствовал себя также.

Сунь Юаньпэй услышал разговор рядом с ним и посмотрел на Лу Чжоу, после чего снова посмотрел вниз и продолжил курить.

— Вы инженер Сунь?

Сунь Юаньпэй кивнул.

— Да.

— Вы нашли решение?

Сунь Юаньпэй с горечью произнес:

— Сейчас единственное решение перепроектировать контурную тепловую трубу… Придется разбирать модуль.

Будучи консерватором ему не особо нравился Лу Чжоу.

Но сейчас у него нет повода ругать Лу Чжоу.

Скорее он ругал себя за то, что не обнаружил проблему раньше.

Лу Чжоу пристально посмотрел на него и сказал:

— Потушите сигарету и покажите мне, что там.

— Хорошо.

Сунь Юаньпэй выбросил окурок и неспешно встал. Он пошел к складу, словно бездушная марионетка.

Директор Чжан посмотрел на Лу Чжоу и вздохнул:

— Не провоцируйте его… Ему сейчас не очень хорошо.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Зачем мне это?

Ян Сюй, который шел шел за Лу Чжоу, спросил:

— Мне остаться здесь? Я к тому… Это же государственная тайна, да?

После долгой работы с Лу Чжоу, «государственная тайна» стала самой распространенной фразой, что Ян Сюй слышал от Лу Чжоу.

Это фраза стала для него почти сигналом.

Директор Чжан улыбнулся и покачал головой.

— Все нормально, это не государственная тайна. Два месяца назад мы проводили экскурсию ученикам начальной школы. Идемте.

Он повел группу людей на склад.

Лу Чжоу и Ян Сюй последовали за ними.

Войдя на склад, Ян Сюй с любопытством стал оглядываться по сторонам.

Он занимался материаловедением и никогда раньше не сталкивался с аэрокосмической отраслью. Все это для него впервые.

Лу Чжоу не испытывал любопытства. Он прямо направился к главному модулю, который располагался в центре.

Вход в модуль был открыт и достаточно широк, чтобы в него мог пройти космонавт.

Однако Лу Чжоу не стал заходить внутрь. Он просунул голову и осмотрел внутренности.

— Проблема в контурной тепловой трубе, да?

Сунь Юаньпэй слегка кивнул:

— Да.

— Что насчет охлаждающей жидкости? Не пробовали заменить ее?

Сунь Юаньпэй с улыбкой покачал головой:

— Мы используем гликоль-воду, что уже лучшее охлаждение… Думаете, что ее замена решит проблему? Не получится. Увеличение скорости впрыска охлаждающей жидкости, улучшение смеси… Мы перепробовали все! Проблема в том, что избыточное тепло скапливается в тепловых трубах. Его невозможно рассеять.

Ожидаемо, что проблема не будет такой простой.

Лу Чжоу с серьезным лицом дважды обошел главный модуль и вспомнил третьи обломки, что лежали в его подземной лаборатории.

Тут у него появилась идея. Он вошел внутрь главного модуля через левый вход.

Он постучал по тепловой трубе и спросил:

— Из чего она?

Сунь Юаньпэй ответил:

— Медно-алюминиевый сплав… А что?

— Ничего просто интересно.

Лу Чжоу вышел из модуля и посмотрел на недоумевающего Ян Сюя:

— Возможно ли гальванопокрытие материалом А-1?

Ян Сюй поправил очки и ответил:

— Возможно… Но что ты хочешь?

— Медь.

— Медь? — Ян Сюй посмотрел на Лу Чжоу, а потом перевел взгляд на главный модуль. — Ты хочешь…

Лу Чжоу кивнул.

— Ага.

Ян Сюй задумался.

— Боюсь, что невозможно нанести А-1 размером с микрометр на медные пластины… Но химический метод должен сработать.

— Тогда воспользуемся химическим методом. Ты же эксперт.

Директор Чжан не понимал, что происходит. Он посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— О чем вы говорите?

Лу Чжоу улыбнулся и бросил небрежный ответ:

— Мы говорим о решении проблем!

После этого он и Ян Сюй пошли со склада.

Глава 753. Единственный способ

Хотя директор Чжан не испытывал уверенности, что Лу Чжоу сможет решить проблему, но из-за прошлого Лу Чжоу он надеялся на того.

У него не осталось вариантов, ведь они не справились со своей задачей.

Если проблему не устранить, пуск может перенестись на год.

Они вложили большие средства в этот проект и не могли сейчас потерпеть неудачу. Бесполезно кого-то наказывать за неудачу. Им надо сделать все возможное, чтобы исправить все.

Поэтому, услышав про потенциальное решение от Лу Чжоу, он тут же позвонил академику Юаню, главному инженеру. Потом велел своему помощнику организовать жилью для гостей.

В машине по пути к отелю, директор Чжан обратился к Лу Чжоу:

— Профессор Лу, что вы придумали? Можете сказать мне? Я посоветуюсь с экспертами и узнаю, возможно ли это…

Лу Чжоу покачал:

— Сейчас я не могу рассказать вам, поскольку это связано с новым материалом, что мы разрабатываем… Также трудно сказать поможет ли он. Мы узнаем лишь после тестирования. Слишком не надейтесь, я просто стараюсь помочь изо всех сил.

От слов Лу Чжоу директор Чжан одновременно растрогался и обеспокоился.

Он благодарен Лу Чжоу за его помощь, но он не мог не волноваться.

Лу Чжоу собирался применить лабораторный материал непосредственно к модулю. Любой будет обеспокоен подобным.

Директор Чжан с горечью спросил:

— Он надежен?

Ян Сюй ответил:

— Не спрашивайте. Мы сами еще не знаем.

Видя, что Лу Чжоу не собирался ничего рассказывать, директор Чжан замолчал.

Лу Чжоу закрыл глаза и задумался над своей идеей.

В действительности он не придумал чего-то сложного. Однако нужно время, чтобы подготовить материалы.

Прибыв в отель, он направился прямо к себе в номер. Из номера он позвонил в Институт перспективных исследований и попросил брата Цяня подготовить необходимые материалы.

К счастью проблема изготовления материала А-1 была решена.

Помимо хороших механических свойств, материал также показал хорошую теплопроводность.

Лу Чжоу ориентировался на третьи обломки.

Когда он впервые разобрал двигатель, остатки графита были внутри грязных труб.

Часть этого графита от углеродной стружки, Лу Чжоу был в этом уверен.

А другая часть скорее всего была термическим слоем покрытия.

Теплопроводность А-1 была на уровне 200 Вт/мк, что на целую величину выше, чем у медных и алюминиевых сплавов!

Если они нанесут этот материал на соединение контурной тепловой трубы с перегревающимися компонентами, то будет шанс, что проблема решиться.

Конечно, некоторые моменты надо доработать.

Например, материал А-1 сам по себе использовать невозможно. Для идеального сочетания материала А-1 и алюминиево-медный сплава слой меди снаружи должен быть покрыт материалов А-1.

Технологический процесс достаточно простой. Они должно воспользоваться химическим методом нанесения покрытия, что обычно использовалось для порошков на основе углерода.

Поверхность сначала сенсибилизируется хлоридом олова, затем обрабатывается хлоридом палладия, после чего ее покрывают растворимой солью с медью с использованием формальдегида в качестве восстановителя.

Сотрудники Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации радовались.

Главный конструктор профессор Лу прибыл, чтобы спасти модуль!

Надежда еще жива!

Услышав о потенциальном решении, к Лу Чжоу и Ян Сюю стали относиться, как к богам.

Ян Сюя смущало такое отношение, поэтому во время еды он позвал Лу Чжоу в сторону и спросил:

— Этот метод… Он сработает?

Подумав немного, Лу Чжоу ответил:

— Возможно.

— Возможно?

Лу Чжоу покосился на него.

— А откуда мне знать, если я раньше не пробовал этого?

— Это космическая станция…

— Я знаю.

— Они стоит пару сотен миллионов, да?

— Добавь еще нолик.

— А что если мы облажаемся?

Лу Чжоу решительно посмотрел Ян Сюю в глаза.

— Ни за что.

Заметив решительность Лу Чжоу, Ян Сюй понял, что никак не переубедит того. Он покачал головой и решил вернуться к еде.

Вновь подумав об этом, он вспомнил, что Лу Чжоу главный конструктор, и понял, что возможно излишне беспокоиться.

Поев, Лу Чжоу решив прогуляться.

Однако в отель приехали из Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации.

Присутствовали академик Юань и вице-президент Чжэн, с которыми Лу Чжоу раньше встречался в Пекине.

Лу Чжоу помахал им рукой и собирался поздороваться, но академик опередил его.

— Решение действительно есть?!

Волнующийся старик ввел в ступор Лу Чжоу. После небольшой заминки он ответил:

— Я не уверен однозначно, но могу сделать все, что в моих силах.

Услышав, что Лу Чжоу не полностью уверен, Чжэн Сяндун занервничал:

— Не делайте глупостей! Мы можем еще исправить случившееся. Что если после модуль будет не подлежать ремонту? Кто будет отвечать за это?

Лу Чжоу улыбнулся и отшутился:

— Не знаю, а кто подойдет лучше всего?

Чжэн Сяндун хотел что-то сказать, но проглотил слова. После небольшого ступора он ответил:

— Не вы. Наша компания найдет ответственного.

Он вдруг вспомнил, что Лу Чжоу больше не какой-то консультант, а главный конструктор, что влекло за собой определенную власть.

Во всяком случае, он мог сам решить, кто виновен…

Внезапно у него проступил пот.

Лу Чжоу догадался, о чем думал вице-президент и с улыбкой сказал:

— План пуска утвердили месяц назад. Я не хочу ничего откладывать. Возможно, мое решение выглядит поспешным, но это единственный способ для решения проблемы с перегревом. Если боитесь, что я все испорчу, то обещаю возместить любой ущерб.

Глава 754. Холодная сварка

Академик Юань тут же среагировал.

— Профессор Лу, не заблуждайтесь! Проблема с главным модулем — наша ошибка, а вы приехали сюда, чтобы помочь нам. Мы очень благодарны. — Старик строго посмотрел на Чжэн Сянду и шепотом сделал тому выговор. — Заткнись.

По логике главный инженер по должности ниже вице-президента.

Однако академик Юань легендарная фигура в отрасли. Даже президент уважал его, не говоря уже о достаточно новом вице-президенте.

Чжэн Сянду покраснел, как помидор. Он осознал, что ошибся. поэтому опустил голову и с улыбкой обратился к Лу Чжоу.

— Не переживайте о компенсациях или чем-то подобном. Я просто боялся задержать аэрокосмическое развитие страны. Надеюсь, что профессор Лу не в обиде на меня.

Лу Чжоу улыбнулся и промолчал.

Хотя он сказал про возмещение ущерба, он лишь шутил.

Ему не придется ни за что платить.

Даже если бы он захотел, Чжэн Сянду не взял бы деньги.

Почему?

Потому что все финансирование шло от государства.

У них не было ни одной причины брать деньги Лу Чжоу.

Лу Чжоу проигнорировал Чжэн Сундуна и перевел взгляд на академика Юаня:

— Если все пойдет хорошо, то через три дня я сообщу результат.

Академик замер, а потом воскликнул:

— Всего три дня? Этого хватит?

Лу Чжоу кивнул.

— Трех дней достаточно.

Необходимые материалы может изготовить Институт перспективных исследований за два дня. И еще один день нужен на транспортировку материалов.

Но помимо этой у Лу Чжоу больше не было идей. Если метод не сработает, то ему придется дожидаться, когда перепроектируют главный модуль.

Вернувшись в номер, Лу Чжоу лег на кровать и достал телефон. Он просмотрел список контактов и набрал номер.

— Алло? Это кабинет академика Ян Чжунцюаня? Да, я Лу Чжоу… Не могли бы вы узнать у инженера Яна есть ли у него на примете специалисты по холодной сварке?.. А? Мне надо назначить встречу? Что же, передайте ему, что пора ему вернуть долг!

……………….

Три дня быстро пролетели.

Около десятка человек стояли рядом с главным модулем на складе.

Инженер с любопытством смотрел, как профессор Лу решит проблему.

Желая узнать больше Чжао Сяньпу похлопал по плечу Сунь Юаньпэя и спросил:

— Что собирается делать профессор Лу?

— Без понятия.

— Разве в прошлой раз не ты показывал ему все?

— Я только показал ему, он не говорил мне, что будет делать.

— Тогда думаешь он сможет?

Сунь Юаньпэй покачал головой.

— Невозможно, никто не разберется с этой проблемой.

— Прям никто?

— Да, даже если Тесла был бы жив, то он бы посчитал это невозможным.

Чжао Сяньпу замер.

— Как это относится к Тесле?

Сунь Юаньпэй вздохнул:

— Никак, но его же называют крестным отцом инженерии, нет?

— …

Внутри главного модуля.

Под присмотром стольким людей академик Ян Чжунцюань нервничал. Он с тревогой посмотрел на Лу Чжоу.

— Я никогда раньше не связывался с аэрокосмической техникой, поэтому не могу ничего гарантировать.

Лу Чжоу закатил глаза и ответил:

— Тогда почему не нашли кого-нибудь более опытного?

Что блин?

Ян Чжунцюань чуть не выругался.

— Да, конечно, хорошо. Идите и найдите в Шэньянском станкостроительном заводе кого-то опытнее меня. Если сможете, то я съем ящик инструментов.

Черт!

Я приехал сюда, чтобы помочь исправить эту хрень, а вы еще жалуетесь.

Лу Чжоу кашлянул и ответил:

— Не стоит, вы все еще не съели тот станок…

Услышав про станок, Ян Чжунцюань тут же охладил свой пыл и начал работать.

— Где сваривать? Поторопитесь, не тратьте мое время зря.

Лу Чжоу ухмыльнулся и развернул чертеж контурной тепловой трубы, после чего указал на круги на нем.

Все это места, где наблюдался перегрев.

— Здесь, здесь и здесь… Все, что обведено. Я уже подготовил материалы. Вам нужно лишь найти способ их сварить.

Ян Чжунцюань какое-то время разглядывал чертеж. Он нахмурился и потер подбородок.

— Сварка непосредственно по капиллярной структуре? Углеродный порошок? Интересно… А если что-то пойдет не так, то как исправлять?

— Не волнуйтесь, все будет хорошо. Пока вы все сварите вместе. — Лу Чжоу покачал головой. — Просто представьте, что это водопроводная труба. Просто приварите слой порошка между капиллярной структурой и нагревающимися компонентами.

Все присутствующие не находили слов.

— Хорошо, тогда я попробую. — Ян Чжунцюань почесал затылок. — Если что-то пойдет не так, не вините меня.

— Просто делайте, что я говорю.

Главный инженер Ян начал варить.

Академик Юань спокойно ждал, в то время как директор Чжан периодически поглядывал на часы. Вице-президент Чжэн нервничал. К сожалению, он не видел, что происходило внутри.

Остальные инженеры с интересом пытались углядеть, что делает пришедший инженер.

И хотя Лу Чжоу внешне был спокойным, его ладони вспотели.

Ян Сюй хотел что-то сказать, но не придумав что, закрыл рот и спокойно ждал.

Время шло быстро, вскоре прошел час.

Лу Чжоу уже начало клонить в сон, когда главный инженер Ян вылез из модуля.

Лу Чжоу хотел спросить, как все проходит, но первым заговорил вице-президент Чжэн Сяндун:

— Все исправлено?

Ян Чжунцюань улыбнулся:

— Не знаю, спросите об этом профессора Лу. Я лишь сделал, что он сказал.

— Большое спасибо, главный инженер Ян! — Академик Юань Хуаньмин посмотрел на помощника. — Подготовьте вакуумную камеру для тестирования!

Больше было не о чем говорить. Теперь им нужно все проверить.

— Есть!

Помощник кивнул и убежал.

Главный инженер Ян отложил инструменты и кивнул Лу Чжоу.

Лу Чжоу кивнул ему в знак благодарности.

Он сделал все, что мог.

Теперь осталось просто дожидаться результатов.

Глава 755. Невероятный профессор Лу

Вскоре тест начался.

Главный модуль поместили в вакуумную камеру.

Академик Юань Хуаньминь подошел к панели управления и кивнул инженеру рядом, чтобы тот включал клапаны.

Воздух из вакуумной камеры начал выкачиваться. На четырех кабелях главный модуль медленно поднялся вверх.

Когда главный модуль поднялся, инженер перед панелью управления посмотрел на академика Юаня и сказал:

— Готовы начать проверку!

Академик Юань кивнул:

— Начинайте!

— Есть!

Сложенная антенна на главном модуле развернулась.

На консоли загорелись различные показатели.

— Центральный компьютер включился!

— Все схемы работают нормально!

— Проверьте состояние батареи!

— Батарея в норме!

— …

Лу Чжоу и другие инженеры стояли перед окнами и спокойно ожидали окончания эксперимента.

Ян Сюй посмотрел на Лу Чжоу, после чего нервно сглотнул и восхитился Лу Чжоу.

Боже мой, главный модуль стоит сотни миллионов. Если что-то пойдет не так, то потери будут огромны.

Готов поспорить, что профессор Лу единственный, кто может оставаться спокойным в такой ситуации.

Однако Ян Сюй не знал, что Лу Чжоу в действительности посматривал на графики температуры и времени. Анализируя данные про себя, он оставался спокойным только внешне.

Но для Лу Чжоу подобное не что-то новое.

В сравнении с экспериментов по управляемому термоядерному синтезу это ничто. Именно поэтому он мог оставаться спокойным внешне.

Однако руководство Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации, особенно Чжэн Сяндун, страшно переживали. В конце концов они ответственны за станцию.

Изначально они радовались подвернувшейся возможности, но не ожидали, что все обернется против них. Чжэн Сяндун не спал почти неделю.

Глядя на графики, он спросил у академика Юаня.

— Отчего мне кажется, что кривая сильнее скачет нежели в прошлый раз.

Почему все выглядит хуже, чем в прошлый раз?

Но академик Юань спокойно пояснил:

— Это нормально, температура камеры другая в этот раз.

— Температура камеры?

Академик Юань, не отрываясь от экрана, кивнул и нетерпеливо объяснил:

— Да, в прошлый раз мы предварительно охладили камеру, а теперь поместили ее туда при комнатной температура. Очевидно, что температура будет другой.

— Тогда почему мы не охладили ее в этот раз?

Академика Юаня взбесили эти вопросы.

— Откуда столько вопросов? Тебе девять лет?

Чжэн Сянду понял, что старик злиться и смутился:

— Извините, не обращайте внимания.

Директор Чжан рядом усмехнулся.

Ему никогда не нравился вице-президент Чжан, поэтому он с радостью наблюдал, как того отчитывают.

Но опять же во время тестирования любые вопросы раздражали.

Время шло быстро, уже прошло почти двадцать минут.

Лу Чжоу посмотрел на графики и внезапно обратился к Ян Сюю.

— Тринадцать градусов по Цельсию.

Ян Сюй не понял.

— Что?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Давай поспорим. Когда пройдет полчаса, температура будет ровно тринадцать градусов по Цельсию, плюс-минус полградуса. А когда пройдет час, температура составит четырнадцать и семь градусов, плюс-минус градус.

Ян Сюй посмотрел на графики и нахмурился.

Что за…

Это что фондовый рынок?

Будучи директором Института вычислительного материаловедения, он весьма неплохо считал. Он также известен в области материаловедению. Однако он понятия не имел как изменится график, не говоря уже о прогнозах.

Он не мог поверить, что Лу Чжоу мог предсказать температуру!

Поэтому сразу же возразил:

— Никаких ставок! Азартные игры запрещены!

— Просто поспорим на рис с жаренным мясом.

— Не надо спорить, я так куплю тебе рис с мясом.

Это все лишь рис. Он вообще не хотел делать ставки.

— Скучно.

Лу Чжоу покачал головой и вздохнул.

Очевидно, что эксперимент успешен, поэтому нет причин продолжать.

Даже если главный модуль работал со 100% нагрузкой в течении 30 дней, температура все равно останется ниже 21 градусов.

Они не могли учесть внешние факторы, как солнечная радиация. Однако, согласно данным теста, все должно быть нормально.

Лу Чжоу собирался уйти, как академик Ян Чжунцюань удивленно спросил:

— Вы не дождетесь окончания? Если он сгорит дотла, вам придется отвечать.

Лу Чжоу не оборачиваясь покачал головой:

— Незачем оставаться, поскольку я уже знаю результат.

После этого он покинул помещение.

Инженер рядом с дверью недоуменно смотрел, как уходит Лу Чжоу. Академик Юань же был настолько сосредоточен, что даже не заметил, как Лу Чжоу ушел…

Ян Сюй задумался и решил не уходить.

Он не верил, что Лу Чжоу смог предсказать будущие значения графика. Он хотел остаться и посмотреть, насколько просчитался Лу Чжоу.

Он спокойно прождал десять минут. Ян Сюй чувствовал, что его сердце почти синхронно стучит вместе с подъемами и спусками кривой.

Когда прошло полчаса, кто-то взволновано сказал:

— Температура 286,69 градусов по Кельвину! График стабилен!

286,69!

Ян Сюй поразился.

Это 13,54 по Цельсию!

Черт!

Почти точно!

Он вообще человек?

Данные хорошо виднелись на большом экране.

Вся толпа пораженно смотрела на цифры. Инженеры радостно закричали и стали обнимать друг друга.

Сунь Юаньпэй посмотрел на главный модуль и по его лицу покатились слезы.

Мы смогли!

Мы и правда сумели!

Происходящее словно сон…

Чжао Сяньпу схватил его за руку и взволнованно потряс:

— Все еще есть надежда! Профессор Лу невероятен! Он и правда смог!

Инженер даже заикался от возбуждения.

Сунь Юаньпэй, чью руку все еще трясли, кивнул и задыхаясь ответил:

— Д-да… Профессор Лу невероятен!

Боже мой!

Хотя Чжэн Сяндун не понимал цифр на кривой, по атмосфере он догадался, что все хорошо. Он быстро отвел академика Юаня в сторону и спросил:

— Что происходит? Все исправлено? Проблема устранена?

В этот раз академик Юань не злился.

Бросив взгляд на экран, старик с недоверием произнес:

— Все очень хорошо…

Хотя все не просто хорошо, все превосходно!

Он обернулся и попытался найти Лу Чжоу.

Он хотел знать лишь одно. Как Лу Чжоу улучшил систему охлаждения, не меняя конструкцию труб…

Однако, попытавшись найти Лу Чжоу, он понял…

Где он?

Куда он подевался?

Глава 756. Термостойкий материал

Ян Сюй смотрел, как инженеры радостно обнимают друг друга. Он посмотрел на график температур и удивлено открыл рот.

Это и есть сила Филдсовского медалиста?

Неудивительно, что Нобелевский комитет восхищается им…

Неудивительно, что вся область вычислительного материаловедения без ума от его теории…

Когда-то давно Ян Сюй верил, что близок к получению Нобелевской премии. В конце концов, он получил награду «цитирования» за материал катода литий-серной батареи и сверхпроводник СГ-1.

Нобелевский комитет не рассматривал его кандидатуру на Нобелевскую премию именно по причине помощника, но однажды он собирался получить премию осуществив собственный исследовательский проект!

Но сейчас он ощутил себя бессильным!

Он посмотрел на свое отражения в окне и покачал головой.

Лауреаты Нобелевской премии просто монстры…

Ожидаемо, что я все еще далек от получения награды.

Внезапно его размышления прервали.

Академик Юань схватил его за плечо и с тревогой спросил:

— Где профессор Лу?

Ян Сюй посмотрел на встревоженного академика и ответил:

— Профессор Лу… уже ушел.

Директор Чжан, стоящий позади академика, тут же спросил:

— Куда?

— Само собой вернулся в отель…

А куда еще? Не мог же он вернуться в Цзиньлин.

Ян Сюй покосился на двух мужчин, не понимая отчего те переживают.

Академик Юань посмотрел на своего помощника и сказал:

— Подгони машину, мы едем в отель.

Директор Чжан спросил:

— А как же проверка?

— Пусть продолжается еще сутки.

Даже если он знал, что все хорошо, им нужно провести проверку как положено.

Больше не задерживаясь, академик Юань вместе с вице-президентом покинул склад.

……………………….

Математика — язык богов.

Математика — загадка богов, что ждет, когда ее разгадают.

Цифры правдивее того, что видишь своими глазами.

Что касается графика температуры…

В глаза других он мог казаться хаотичным, но для Лу Чжоу он даже не вызов.

Покинув склад, Лу Чжоу сел в машину Ван Пэна и вернулся в отель.

Ван Пэн заметил улыбку Лу Чжоу и улыбнулся:

— Произошло что-то хорошее?

— Пожалуй, да. — Лу Чжоу вздохнул. — Разобравшись с этой проблемой, наконец-то мы можем продолжить.

Ван Пэн не стал спрашивать, как Лу Чжоу со всем разобрался, поскольку все равно не понял бы его объяснений.

— А где профессор Ян?

Лу Чжоу отмахнулся.

— Нет смысла его ждать. Он мне не поверил, поэтому все еще ждет результатов. Они отвезут его обратно.

— Ты снова захотел поспорить?

Лу Чжоу поразился.

— Как ты узнал?

— Тут легко догадаться!

Ван Пэн улыбнулся и покачал головой, после чего завел машину и поехал в сторону отеля…

…………………

Вернувшись в отель, Лу Чжоу собрал свои вещи. Он позвонил помощнице Чжао Хуань и попросил заказать ее два билета на скоростной поезд.

Повесив трубку, он проверил время и заметил, что уже почти обед, поэтому спустился в кафе на первом этаже.

Когда Лу Чжоу собирался выйти из лифта на первом этаже, он услышал шаги.

Лу Чжоу огляделся и увидел академика Юаня с другими людьми.

Ян Сюй тоже был среди них, а также академик Ян Чжунцюань, и даже вице-президент Чжэн.

Не приехал только директор Чжан, который скорее всего еще остался на складе.

Лу Чжоу улыбнулся и хотел было поприветствовать академика юаня, но тот был быстрее:

— Как вы сделали это?

— Сначала скажите, сработало или нет.

— Сработало! — Академик Юань кивнул. — Еще как сработало!

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я не сделал ничего особенного. Мы улучшили тепловую трубу с помощью материала А-1. После чего приварили материал к перегревающимся местам, после чего проблема решилась…

Проще говоря они нанесли слой термопасты поверх различных компонентов, что улучшило теплообмен между компонентами и контурной тепловой трубой.

Само собой, это лишь упрощенной объяснение. В конце концов, тепловыделение в аэрокосмических устройствах сильно отличалось от традиционной электроники.

Академик Юань хотел что-то спросить, но Ян Чжунцюань опередил его:

— Этот материал очень интересен… Получается это углеродные нанотрубки с медью?

— Примерно да.

— И какая теплопроводность?

— Около 2000 Вт/мк.

Это значение можно увеличить, но при нынешнем лабораторном способе изготовления, длина нанотрубок нестабильна и ее трудно контролировать.

Но даже подобный показатель теплопроводности пугает.

Академик Ян перевел дыхание и недоверчиво пробормотал:

— Безумный материал… Теплопроводность в несколько раз больше, чем у чистой меди!

Серебро обладало лучшей теплопроводность среди обычных материалов, но было чрезвычайно дорогим. Медь находилась на втором места, но была слишком тяжелой. Поэтому в аэрокосмической промышленности в основном применяли алюминиево-медный сплав.

Считалось, что графитовая пленка толщиной 10-20 миллиметров обладает высокой теплопроводность, которая составляла всего 1400 Вт/мК. Производители телефонов из-за этого просто сошли с ума.

Но этот материал…

Он бриллиант!

Даже промышленность будет потрясена этим материалом.

Лу Чжоу мало что знал об отрасли тепло проводников. Выслушав академика Яна он улыбнулся:

— Не плохо, да? Главное материал выполнил свою роль.

Ян Чжунцюань смущено посмотрел на Лу Чжоу и заколебался. Спустя какое-то время он решился:

— Кстати, говоря о материале А-1… Сколько он стоит? Дорогой?

Лу Чжоу удивился.

— Вам он интересен?

Ян Чжунцюань не мог сдержаться:

— Вы что не знаете, что значит для индустрии теплопроводность?! Просто возьмите для примера датчики линейных перемещений на наших станках, тепловое расширение напрямую влияет на точность! А подобное отражается в конечном продукте!

Хотя Лу Чжоу мало понимал в важности точности, но из-за тона академика, понял, что свойства материала А-1 важны для промышленности.

Это поразительная случайность.

Изначально он думал, что этот материал станет высокопрочным пластиком. Он не ожидал, что нанотрубки будут обладать такой теплопроводностью.

Спокойно подождав, пока старик успокоится, Лу Чжоу кашлянул и ответил:

— Я еще не знаю цену, материал все еще на стадии разработки. Если бы не главный модуль, то мы бы не стали использовать его. Как только найдем способ производить его в большим масштабах, то сможем уже обсудить цену.

— Отлично! Тогда буду ждать хороших новостей!

Академик Ян не ожидал получить такие хорошие новости.

Приехать из Шэньяна стоило того!

Увидев, что появилась возможность, вице-президент Чжэн наконец смог влезть в разговор:

— Профессор Лу! Я хотел еще кое о чем спросить. Вы сварили все компоненты в главном модули, но что если нам придется разбирать его в будущем?

Лу Чжоу улыбнулся и пошутил:

— Вы еще собираетесь разбирать его?

Чжан Сяндун впал в ступор. Он не понял, о чем Лу Чжоу.

Но увидев прожигающий взгляд академика Юань он закрыл рот.

Главный модуль будет находиться в космосе и в ближайшее время никто не будет разбирать его…

Глава 757. Экспорт внутренних товаров

Шанхай.

Офис Deep Space в районе высоких технологий.

Сюй Гуй вернулся в кабинет с заседания совета директоров. Он бросил записи на стол и уселся в кресло, после чего тяжело вздохнул.

С 2020 года Китай включил аэрокосмическую отрасль в список основных национальных приоритетов. Благодаря этому большая часть частных аэрокосмический компаний значительно выросли.

Deep Space оказались в нужном месте в нужное время.

В действительности промышленная компания нуждается не только в финансах и политической поддержке, но ей также нужно время для развития.

Но данная компания особенная.

Имея всего миллиард юаней, они за год превратились из поставщика сырья в высокотехнологичную компанию, занимающимися запусками ракет.

Благодаря лунной программе Сюй Гуй смог наладить сотрудничество с Haifeng Capital Ventures и успешно вывести компанию в космос.

Однако хорошое не может длится вечно. Откладывание «Тяньгуна» и начало проекта по строительству лунной станции снизило спрос на запуски на околоземную орбиту, что существенно отразилось на прибыли Deep Space.

В итоге Star Sky Technology единственный, кто может осуществлять перевозки с Земли на Луну. Из-за чего они не могут получить ничего из миллиардов юаней, что собираются потратить на запуски.

Все из-за профессора Лу…

Сюй Гуй посмотрел на записи и достал из кармана сигарету. Он уже хотел закурить, как дверь в кабинет открылась и вошел мужчина в костюме.

Председатель Сюй Гу тут же властно сказал:

— Я уже говорил, стучи, прежде чем войти ко мне.

— Ты хочешь поговорить об этом именно сейчас? К тому же я не твой подчиненный. — Мужчина кинул документы на стол. — Совет директором недоволен, думаю дальше я могу не продолжать?

Будучи партнером Deep Space, Haifeng Capital Ventures существенно повлияли на их успех.

Можно даже утверждать, что весь успех Deep Space обеспечила Haifeng Capital Ventures.

Поэтому Сюй Гуй не имел никакой власти над этим мужчиной.

Однако он также его не боялся.

Ведь…

Сюй Гуй ухмыльнулся и спокойно ответил:

— Не говори мне о бесполезных вещах. Я знаю, что они недовольны. Мы все тут ходим по очень тонкому льду.

Хэ Янь улыбнулся:

— Ты прав, я не пытался тебя оскорбить. Просто хочу знать, что из-за этого дворца наши акции упали на пятнадцать базисных пунктов за неделю. Хотя я доверяю вашей компании, если так продолжиться, другие инвесторы могут не быть такими дружелюбными.

Хэ Янь даже недооценивал ситуацию. Если цена продолжит падать, мелкие акционеры могут не выдержать. Все превратиться в кровавую давку.

При нынешней финансовой ситуации любой вывод активов будет равносилен сокрушительному удару.

И хотя он улыбался, его сердце обливалось кровью.

Его инвестиции в Deep Space стали одним из крупнейших успехов в его карьере. Именно он обеспечил им финансовое основание и в итоге превратил 20 миллионные инвестиции в инвестиции в один миллиард.

Однако случилось непредвиденное. Он рассчитывал на будущие инвестиции Китая, но никак не ожидал, что профессор Лу разрушит отрасль, отправив человека на Луну.

И никак не ожидал, что для поддержки профессор Лу правительство даже учредит соответствующий комитет.

Хотя у Haifeng Capital Ventures имелись связи в политике их влияние вообще не сопоставимо с комитетом.

Сюй Гуй посмотрел на Хэ Яня и ничего не сказал.

После стольких лет работы интуиция подсказывала ему, что Хэ Янь пришел не просто так. Настолько, что даже начало казаться, что у того есть решение проблем.

Хэ Янь ухмыльнулся.

— У меня есть инсайдерская информация?

— Опять? — Сюй Гуй фыркнул. — Какие новости? Комитет по строительным работам на лунной орбите решили распустить?

Больше всего он хотел подобных новостей.

С момента создания этого комитета он получал лишь плохие новости.

Хэ Янь покачал головой.

— Нет, но близко.

Сюй Гуй удивился:

— Правда?

Хэ Янь неспешно заговорил:

— Согласно моему надежному источнику, произошла серьезная проблема с главным модулем.

Глаза Сюй Гуя вспыхнул, и он вскочил.

— Уверен? Насколько серьезная?

— Очень. Проблема связана с системой охлаждения. Похоже сломана контурная тепловая труба или что-то подобное… Не знаю подробностей, но судя по всему планируется отложить пуск.

Сюй Гуй хлопнул себя по бедру.

— Отлично!

Даже если он не должен так злорадствовать…

Но на его плечах лежало будущее всей компании, а подобная новость музыка для его ушей. Он желал, чтобы правительство осознало безумность идеи лунной станции профессора Лу. Только тогда они изменят свои политики и планы…

Возможно они сместят профессора Лу с должности главного конструктора или вообще распустят комитет, после чего сформируют новый.

Хэ Янь посмотрел на взволнованное лицо Сюй Гуя и сказал:

— Не слишком радуйся, это лишь небольшой просчет. Самое худшее, только несколько руководителя из Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации придется написать отчет. Это не заденет Лу Чжоу.

Сюй Гуй успокоился и посмотрел на Хэ Яня.

— Тогда, что ты предлагаешь?

— Распространить новости и усугубить ситуацию.

Сюй Гуя потрясло подобное предложение.

— Ты спятил?! Нас не поймают?

— Не переживай, я не тупой. Очевидно новости будут не из Китая, мы можем предоставить их американским СМИ, а потом подождать пока они дойдут до нас.

Сюй Гуй был заинтригован, но все еще сомневался.

— Уверен?

Надеюсь, никто не узнает, что за этим стоим мы.

Но если узнают…

Падение цен на акции не единственное, что их ожидает.

Хэ Янь заметил колебания Сюй Гуя, поэтому улыбнулся:

— Не волнуйся, помнишь статью, что мы проигрываем космическую гонку?

— Смутно… — Сюй Гуй внезапно посмотрел на Хэ Яна. — Ты стоял за этой статьей?

— Манипулирование общественным мнением — отличная тактика. Профессор Лу приносит пользу нашей стране, но это не значит, что он полезен для нас. — Хэ Янь ухмыльнулся. — Даже если общественное мнение не повлияет, в сочетании с другими способами оно может дать поразительные результат!

Глава 758. Очередная громкая новость

Нью-Йорк.

Офис «Нью-Йорк Тайм».

Главный редактор Дюк сидел за своим столом и с ухмылкой просматривал горячие темы.

Успешный запуск системы жизнеобеспечения вывел НАСА в заголовки всех крупных СМИ. Народ ощутил, что они вновь участвуют в космической гонке, никто не мог победить звездно полосатый флаг.

Из-за огромного интереса общественности любые новости о программе «Арес» находили огромный отклик.

СМИ даже не надо было искать новые новости. Им просто нужно немного обрабатывать уже существующие знания. Благодаря громким заголовкам продажи газет взлетели.

С момента наступления эпохи Интернета, впервые за два месяца у них выросли продажи на 20%. И половина заслуг принадлежит редакции.

Глядя на растущую эффективность, Дюк не мог не радоваться.

Может быть через пару месяцев он получит повышение.

Внезапно дверь открылась. Громко стуча каблука, вошла Камилла.

— Что такое? Очередная громкая новость?

Камилла быстро ответила:

— Важная новость из-за Тихого океана.

Дюк улыбнулся:

— Поразительно, говори.

— Думаю, тебе лучше самому посмотреть. — Камилла положила отчет на стол Дюка и гордо заявила. — Ты удивишься.

Дюк удивленно вскинул брови и, выпрямившись, с любопытством взглянул на отчет.

Закончив читать, в его глазах вспыхнуло волнение.

— Боже!

Невероятно!

Дюк отбросил бумаги и встал. Он пронзил Камиллу взглядом и сказал:

— Серьезные проблемы в конструкции космической станции, китайцы обнаружили, что имеются проблемы с отводом тепла… Это серьезно отразиться на проекте станции… Это правда? — По его голосу можно было заметить его волнение. — Это из того же источника?

Камилла молча кивнула головой.

Дюк тут же обрадовался.

В прошлые раз они написали статью о китайском плане строительства космической станции быстрее китайских СМИ. И все благодаря информатору Камиллы.

Дюк все еще помнил, как статья расположилась в трендах, а также, как его хвалил босс.

Тогда они написали, что Китай слишком амбициозен. А сейчас идеальное время, чтобы рассказать о провале их станции, закончив круг.

Боже, благослови Америку!

Боже, благослови «Нью-Йорк Таймс»

Он уверен, что благодаря этой новости их продажи выйдут на совершенно новый уровень.

Дюк взволнованно потер руки и посмотрел на отчет.

— Похоже, что твой китайский друг занимает довольно высокую должность.

Камилла высокомерно ответила:

— Да, но это не важно, важнее, что у нас общие интересы.

Дюк знал, что нет ничего бесплатного. Если они хотят сотрудничать с информатором, они должны удовлетворить его требования.

Он хорошо это понимал благодаря работе с информаторами из Белого дома. Он спросил:

— Что ему нужно?

— Чтобы мы сделали новость как можно громче.

Дюк улыбнулся:

— Легко! Я удовлетворю его желание… Я бы итак это сделал!

Провал китайцев прекрасно сочетается с успехом американцев!

Невозможно, чтобы эта новость не попала в заголовки!

Хотя Дюк радовался, Камилла была немного недовольна.

— Он мой информатор.

Дюк беззаботно улыбнулся:

— Да-да, твой и это твоя новость… Тогда как мне тебя наградить? Прибавить зарплату?

— Собственный кабинет и помощник. Я это заслужила.

Мечтой каждого журналиста было иметь собственный кабинет.

Это не только позволяло сохранить их новости в секрете, но и подчеркивало их статус.

Хотя Камилла уже не начинающий журналист в подобных крупных СМИ полно конкурентов.

Выслушав просьбу Камиллы, Дюк нахмурился. Однако тут же приободрился.

— Не гони лошадей. Я скажу боссу, что ты заслужила помощника и свой кабинет.

Находить истории важный навык для журналиста.

Дюк был счастлив угодить Камилле.

Журналист с полезными источниками информации ценен.

Камилла ухмыльнулась.

— Тогда благодарю заранее.

— Не переживай, ты свободна сегодня вечером? Я знаю хороший ресторан?

— К сожалению, на сегодня у меня другие планы.

Камилла развернулась и ушла, оставив после себя аромат духов.

Дюк посмотрел ей вслед и огорчился. После чего потянулся к телефону на столе.

— Андерсон, приезжай на работу.

— Босс, у меня отпуск.

— Твой перерыв закончился. Я дам тебе отдохнуть через две недели. Мне нужен пресс-релиз про недостатки в конструкции главного модуля китайцев. Другие газеты возможно уже прознали об этом, поэтому мы должны подготовить все к завтрашнему дню!

Из телефона донеслись звуки, словно что-то упало, а после послышался взволнованный голос Андерсона.

— Что? Китай отложит пуск? Насколько? Это надежно? Я еду прямо сейчас!

Дюк не хотел пересказывать, что говорила Камилла, поэтому просто отправил информацию на почту Андерсона:

— Я скинул тебе на почту, прочитай.

Дюк повесил трубку и облокотился на спинку кресла.

Все шло просто замечательно.

У него даже появилось искушение достать шампанское из холодильника.

Он с нетерпением ждал возможности выпить шампанское…

Глава 759. Пуля в барабане

Кто бы ни был информатором, в этот раз «Нью-Йорк таймс» преуспели.

В свежем выпуске газеты появился большой красный заголовок. Который кричал о последнем успехе китайцев — серьезной проблеме с системой охлаждения главного модуля космической станции и что строительство будет отложено!

Судя по всему, ошибка возникла из-за малого опыта у Китая в строительстве станции, а также из-за спешки Комитета по строительным работам на лунной орбите.

Спешка комитета скорее всего главная причина.

Новость мгновенно стала популярной в Америке.

НАСА в своем официальном Твиттере подтвердили это предположение, сказав, что слышали про это, но не могут подтвердить достоверность.

НАСА заслуживало большего доверия нежели СМИ, поэтому после появления твита, американцы бурно начали обсуждать случившиеся.

«Боже… Мы ожидали, что китайцы дадут достойный опор, но они споткнулись о собственные же шнурки.»

«А я говорил, что это даже не гонка. Хотя они превзошли русских, они все еще отстают от нас на полвека.»

«Может нам стоит помочь китайцам?»

«Да! Соревнование уже считай завершилось, слишком скучно!»

«С нетерпением жду конца месяца! Space-X нас не подведет!»

«…»

И хотя большинство высмеивали китайцев, НАСА этого не делало, они даже выразили сожаление.

Китайская научно-промышленная аэрокосмическая корпорации достойный противник. И несмотря на радость Белого дома и Конгресса, НАСА не хотело, чтобы их соперник вот так проиграл.

Потому что космическая программа Китая принесли им огромное финансирование и одобрение многих программ.

Поэтому они хотели, чтобы китайцы выжили, ну или хотя бы продержались немного дольше…

И пока американцы собирались открывать бутылки шампанского и праздновать, некоторые уже открыли их.

Кто связан с пусками на низкую околоземную орбиту, стали счастливее узнав о проблемах с космической станцией, ничто не могло сделать их счастливее.

В тот же день, когда вышла статья в США, китайские СМИ опубликовали про произошедшее.

Анонимный аккаунт, который в прошлый раз написал, что они проигрывают космическую гонку, написал вновь.

В этот раз он выставил себя пророком… или даже «спасителем».

«К сожалению, реальность вновь доказала мою правоту. Однако я не ожидал, что все случится так внезапно и ужасно.

Проблема в проектировании главного модуля стоимостью в миллиарды долларов не случайность, подобное было неизбежно. Я ожидал этого. Если проблема не в контурной тепловой трубе, они будет в двигатели в солнечной панели.

Как я уже писал, термоядерный синтез поспособствовал успеху Жуйсян. Однако существуют десятки других проблем, которые скрываются в нем. Теперь мы все ясно можем увидеть их.

Вся китайская аэрокосмическая промышленность походит на заведенные часы. Их тщеславие толкает их на недостижимое.

От высадки на Луну до космической станции, всеми этими проектами руководит один безумец. Никто даже не подумал о том, чтобы смазать механизм, или дать ему больше времени.

Возможно, профессор Лу превосходный математик, физик и химик. Его достижения в области термоядерного синтеза войдут в историю. Но он все еще человек, а люди ошибаются. История говорит нам, что слепое поклонение не приводит ни к чему хорошему.

После создания Комитета по строительным работам на лунной орбите, профессор Лу получил желаемое, трон главного конструктора. Его авторитет в научном мире принес ему множество слепых сторонников. Однако профессор Лу не всегда права. Проблема с главным модулем тревожный звоночек.

Ученые мира задумайтесь!»

Не прошло и дня, как публикация получила десятки тысяч лайков. Пост репостили крупные платформы, и он распространялся с безумной скоростью.

Анонимный пользователь знал с какой стороны зайти. Он использовал проблему с системой охлаждения, чтобы критиковать Китайскую научно-промышленную аэрокосмическую корпорацию, которая связана с комитетом, который возглавлял Лу Чжоу.

Если бы не амбиции Лу Чжоу, если бы не он возглавлял комитет, если бы он не начал эту авантюру…

Подобного можно было бы избежать!

И хотя многие поддерживали Лу Чжоу, сила интернета слишком огромна.

Поскольку большинство не способно мыслить критически их легко убедить.

Спустя трехдневное молчание Китайская академия наук, Национальное космической управление, Китайская научно-промышленная аэрокосмическая корпорации наконец ответили.

Их сообщения были одинаковыми.

Короткое, но информативное сообщение.

«План запуска остался без изменений!»

К посту прикрепили фотографию Жуйсян около Цзиньлинского космодрома, а также главный модуль рядом!

Пуля в барабане!

Они целятся…

В лунную орбиту!

Интернет закипел.

Глава 760. Заходим

Цзиньлин.

Район Чжуншань.

Вернувшись лишь вчера домой, Лу Чжоу сидел у себя в кабинете, когда ему позвонил председатель комитета по строительным работам на лунной орбите.

— Что случилось с главным модулем? Все серьезно?

Лу Чжоу подошел к окну и улыбнулся:

— Вообще не проблема, уже все исправлено.

Старик кивнул и серьезно заметил:

— Не стоит быть небрежными. Медленно, но верно. Так мы должны продвигаться. Если нужно, следует сдвинуть график. Мы ждали очень долго, можем подождать и еще пару лет.

— Не волнуйтесь, я все уладил.

— Хорошо, прекрасно. Я не ученный и не могу помочь. Моя должность лишь титул. Вы ответственны за сам процесс.

Звонок почти завершился.

Старик решил поговорить на отвлеченные темы. Он спрашивал: «Как дела?», «Как продвигаются исследования?», «Появилась ли девушка?» и другие подобные вопросы. Больше они не говорили ни о чем важном.

Лу Чжоу закончил звонок и вернулся к своему столу.

Он не знал, кто написал этот пост, и не знал, кто мутил воду…

Но его это не волновало.

Такое никак не повлияло на него.

Никто из важных людей не обвинял Лу Чжоу…

Лу Чжоу положил телефон и вздохнул, а потом покачал головой.

— Что я делаю не так?

В правом углу экрана появилось сообщение от Сяо Ая.

«Хозяин, почему ты вздыхаешь?»

Лу Чжоу покачал головой:

— Ничего такого, просто… немного устал.

Он никогда даже не помышлял монополизировать космос.

Деньги для него лишь цифра.

Что касается власти…

Она его тоже не интересовала.

Если бы он хотел, то он должен был просто сказать, и любая должность была бы за ним.

Он даже попросил Хоу Гуана изучить новый способ транспортировки с орбиты Земли до луны, чтобы мотивировать китайские компании присоединится к космической гонке.

В США множество компаний и они движущая сила технологических инноваций. Эти инновационные возможности наряду с огромным промышленным потенциалом прославили аэрокосмическую отрасль США.

Лу Чжоу желал, чтобы и в Китае появилось большое число выдающихся компаний в аэрокосмической отрасли.

Он не хотел, чтобы компании полагались на государственную поддержку. Поскольку подобные компании легко сдавались.

Разумеется, он понимал, что такое нелегко.

Для подобного должно пройти время.

«Хозяин, не грусти. (; ′⌒`)»

Лу Чжоу посмотрел на сообщение и улыбнулся:

— Не грустить? Я не грущу. Я больше не студент университета, который знал лишь, как учить математику.

Он ностальгировал по тем временам, когда ему нужно было думать лишь о математике.

Тогда он не понимал Гротендика, но теперь начал понимать его.

«Хорошо… Хозяин, хотите спою вам? ♪ (^ ∇ ^ *)»

— Сяо Ай.

«Да?»

Лу Чжоу помолчал и сказал:

— Если однажды…

Он хотел спросить, что будет делать Сяо Ай, если он умрет. Но не знал, понимает ли Сяо Ай, что означает «смерть», поэтому решил не спрашивать.

«Что такое?»

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ничего… Просто подумал, что было бы неплохо уйти на пенсию и стать просто преподавателем математики.

«Но разве вы сейчас не преподаете математику?»

Лу Чжоу посмотрел на сообщение и смущенно потер нос.

— Да?..

В прошлом году он прочитал несколько лекций, но в этом он слишком занят. Он всего несколько раз встретился со своими студентами. Большую часть руководящей работы проделали сотрудники Института перспективной исследований.

Однако Цзиньлинский университет ничего не говорил. Они продолжали платить ему его зарплату…

Каждый раз думаю над этим он ощущал себя виноватым.

Телефон Лу Чжоу зазвонил.

Звонил Ван Пэн.

Лу Чжоу ответил.

— Алло. Как твои выходные? Ты завтра выйдешь?

Когда они еще были в Тяньцзине, Ван Пэн попросил пару выходных перед возращением в Цзиньлин. Он оставил обеспечение безопасности Лу Чжоу на Ян Гуанбяо и сел на другой поезд.

Лу Чжоу не стал спрашивал ни о чем Ван Пэна, но тот был очень серьезным прося отгул.

Определенно он собирался не просто отдохнуть.

После небольшой тишины Ван Пэн кашлянул и ответил:

— Мне надо еще пару дней… Я вернусь в Цзиньлин через два дня. Извиняюсь, Ян Гуанбяо заменит меня.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, надеюсь все в порядке.

— Да. — Кивнул Ван Пэн, но, поняв, что его ответ прозвучал странно, быстро добавил. — У меня выходные… Отдыхаю.

— Конечно, отдыхай.

Лу Чжоу облокотился на кресле и улыбнулся. закончив звонок.

Тем времен в центре Шанхая странно посмотрел на экран телефона.

Тут к нему подошел мужчина в черном костюме.

— Цель в здании, группа захвата готова.

Ван Пэн кивнул и убрал телефон в карман.

— Заходим.

Глава 761. Заслуженно

Лу Чжоу всегда считал себя добродушным человеком.

Он мог шутить, о чем угодно и никогда не принимал шутки близко к сердцу.

Поэтому, когда он прочитал пост, где его критиковали, он не воспринял его всерьез.

Он даже частично согласился с автором. Слепое поклонение опасно в науке. К мнение каждого нужно прислушиваться и относиться серьезно.

Лу Чжоу понимал, что не всегда принимает верные решения. Будь то термоядерный синтез или разработка Жуйсяна, командная работа была очень важна.

Однако…

Это не делало все мнение полезными.

Некоторые критиковали просто так, а некоторые из зависти.

Поэтому Лу Чжоу лишь посмеялся над комментариями в сети и не воспринял их всерьез.

Однако, даже если ему все равно, некоторые люди не были столь добродушны.

В конце концов, его репутация теперь не только его личная проблема.

…………………….

Шанхай.

Офис Haifeng Capital Ventures.

У Хэ Яня не было больше никаких встреч. Он со своей сумкой прошел прямо в свой кабинет.

Но только сев за свое кресло, он услышал множество шагов за дверью.

Он нахмурился и собирался уже встать, чтобы посмотреть, что случилось, как дверь в кабинет открылась.

Вошла группа полицейских во главе с несколькими людьми в костюмах.

Хэ Янь удивился и подсознательно схватился за подлокотники и вскочил с кресла.

Однако быстро понял, что они находились на 20 этаже. Он не мог сбежать, поэтому вновь сел.

— Я лишь простой бизнесмен и не делал ничего противозаконного. Зачем вы пришли?

Офицер чуть постарше ухмыльнулся:

— Ничего противозаконного не делал значит? Господин Хэ, у вас проблемы с памятью. Зачем нам приходить к вам, если вы ничего не делали такого?

Хэ Янь почувствовал, как его прожигают взглядом, и запаниковал.

— Я не понимаю, о чем вы.

Он неплохо мог держать себя в руках. Хотя он понимал, что не сбежит, он все равно собирался гнуть свою линию.

Пока он ни в чем не признается, он все еще мог спастись.

Он мог бы дать взятку или обвинить кого-нибудь другого.

В конце концов, его начальник в Пекине, который давал ему приказы, не допустит, чтобы он вот так закончил…

Хэ Янь лихорадочно размышлял. Ван Пэн с жалостью посмотрел на него, словно тот тонул и цеплялся за свою жизнь.

Хэ Янь сглотнул и сказал.

— Что… Я не понимаю, о чем вы.

— Хэ Янь!

Хэ Янь испугался от того, что Ван Пэн выкрикнул его имя. Он хотел возразить, но словно в его горле застряла вата, он не смог ничего сказать.

— Согласно статье… Уголовного кодекса Китайской народной республики, вам предъявлено двенадцать обвинений, включая шпионаж, клевету, нарушение порядка на финансовом рынке, манипулированием рынком ценных бумаг и продажей секретной информации. Суд выдал ордер на ваш арест агентству национальной безопасности…

Ван Пэн достал соответствующие документы, после чего посмотрел прямо в глаза Хэ Яню:

— Пожалуйста, сотрудничайте с нашим расследованием.

— Я не знаю…

Заметив, что он снова собирается начать спорить, другой офицер нетерпеливо махнул рукой.

— Молчи, уведите его!

Несколько полицейских вышли вперед и, схватив Хэ Яня за руки, стащили с кресла.

Когда его потащили из кабинета, Хэ Янь не выдержал и закричал:

— Вы не имеете права арестовывать меня! Я американский гражданин! Я требую экстрадиции, я требую адвоката! Не трогайте меня!

Посмотрев на отчаянную борьбу Хэ Яна, Ван Пэн даже посочувствовал ему.

Будучи вдохновителем случившегося, Хэ Янь сыграл важную роль, однако он все равно был лишь пешкой.

Хэ Янь все еще надеялся, что офис в Пекине спасет его, но он не подозревал, что его руководство бросило его умирать…

Но несмотря на сочувствие Ван Пэна, никто не собирался снимать с него обвинения.

— Мы связались с вашим адвокатом. Он скоро навестит вас в следственном изоляторе. — После небольшой паузы Ван Пэн добавил. — Ваш друг Сюй Гуй тоже присоединиться к вам.

Тем временем в Международном аэропорту Шанхая.

Сюй Гуй только прошел проверку безопасности, как остановился.

Он посмотрел на полицейского идущего к нему и понял, что не сбежит. Он отпустил свой чемодан и улыбнулся.

— Похоже, я не сяду на этот рейс.

Пожилой полицейский удивился:

— О, ты подготовился к этому?

Сюй Гуй улыбнулся:

— Когда-нибудь мне пришлось бы заплатить за это.

Полицейский посмотрел на Сюй Гуя и глубокомысленно произнес:

— Не знаю, что придало тебе смелости совершить подобное!

Передать государственные секреты иностранцам…

Это чистой воды государственная измена.

Сюй Гуй посмотрел на полицейских вокруг и неожиданно рассмеялся:

— Ха-ха.

— Чему ты радуешься?

— Вы думаете, что я единственный, кто занимается подобным? Просто я единственный, кто попался. — Сюй Гуй протянул руки и с отчаянием произнес. — Надевайте наручники.

Пожилой полицейский какое-то время молча смотрел на Сюй Гуя.

Он проработал уже много лет, поэтому не произошло чего-то необычного.

Но…

Он не испытывал сочувствия к предателям.

Он посмотрел на молодого коллегу и приказал:

— Наденьте на него наручники.

Хотя преступник не сопротивлялся, им все равно требуется надеть наручники.

Другой полицейский кивнул и пошел к Сюй Гую.

— Есть.

Подобное происходило в квартире за десятки километров отсюда.

У бледнокожего мужчины вообще не было сил оказать сопротивление, когда двое полицейских вытаскивали его из квартиры.

Он самый незначительный персонаж во всей этой истории, на него было достаточно полицейских из местного участка.

В сравнении с Хэ Янем и Сюй Гуем, его обвинения были относительно легкими. Если Лу Чжоу не подаст на него в суд за клевету, у него только конфискуют незаконные доходы и дадут пятнадцать суток ареста.

С сожалением и печалью на лице, мужчину посадили в полицейскую машину на глазах у соседей.

Трудно было представить, что у «эксперта» в интернете, была только степень бакалавра…

В интернете любой мог притвориться кем-то другим.

Но даже в этой огромной сети не скроешь никаких секретов.

Даже не существовало анонимности.

Глава 762. Всеобщее внимание

План запуска не изменился!

Лунный дворец отправят на лунную орбиту в конце месяца!

После этого заявления интернет зашумел.

Со станцией все нормально!

Проблемы в конструкции лишь слухи!

Те, кто раньше высмеивал амбициозность Китая, больше не мог ничего сказать.

Оказалось, что все это лишь слух.

С главным модулем нет никаких проблем и изменений в планах не было.

Люди, которые высмеивали систему охлаждения станции в различных ток-шоу, оказались смущены.

Ведущие хотели продолжить обсуждать данный вопрос, но теперь им придется изменить свои сценарии.

«Нью-йорк Таймс» оказались в самой неловкой ситуации.

Хотя СМИ не слишком честны, но подобный случай нанесет значительный удар по их репутации.

Ведь они первые, кто опубликовал про это.

Они даже разместили это в заголовках.

Офис «Нью-Йорк Таймс».

Выслушав ругань босса, Дюк вернулся в свой кабинет.

Обеспокоенная Камилла сидела на диване в его кабинете и нервно ерзала.

После долгой тишины, она посмотрела на босса и с осторожностью заговорила:

— Нам не следует быть такими пессимистичными… Все выглядит весьма странно, возможно, они просто блефуют.

Сообщение от Китайской научно-промышленной аэрокосмической корпорации не обязательно правдивое. Вполне возможно, что на них надавили власти, чтобы изменить общественное мнение. Они вполне могли поручить всем организациям сделать одинаковое заявление.

Подобное случалось и раньше.

Камилла иностранный репортер уже больше года и хорошо знала методы Китая…

Дюк посмотрел на Камиллу и грубо сказал:

— Уже почти конец месяца, смысл им блефовать?

Камилла не знала, что ответить.

Он прав, уже почти конец месяца.

Даже если они блефуют, у них не хватит времени для решения проблемы.

Заметив, что Камилла не может ничего ответить, Дюк посмотрел в окно.

— Мы можем лишь надеяться на успех ракеты BFR, что она успешно доставит систему жизнеобеспечения. Тогда внимание народа переключится и все забудут про этот случай.

Камилла неуверенно произнесла:

— Думаю, если расширить историю про лунную станцию, если…

Она не успела закончить, как Дюк прервал ее.

— Забудь про новые истории… Сейчас нам нужно сосредоточиться на Америке.

Камилла сглотнула и кивнула.

— Хорошо.

Она не осмелилась упомянуть про личный кабинет и помощника…

Понимая насколько огорчен босс, она мудро решила промолчать.

Она лишь молилась про себя, что китайцы блефовали…

Если космическую станцию успешно запустят, то это станет катастрофой для газеты.

Не только читатели будут недовольны, но и они сами станут посмешищем в индустрии.

В конце концов, именно они разместили фальшивый слух в своих заголовках.

Она достала телефон и проверила почту.

Она ждала сообщение от своего информатора из Китая, но никаких писем не было.

Судя по всему, с ее информатором что-то случилось.

У нее появилось зловещее предчувствие.

………………………………….

Бурное обсуждение прекратилось не сразу. Но поскольку произошедшее опровергли различные ведомства, тема стала не актуально.

Время быстро пролетело и вскоре наступил конец месяца.

Никто не нарушил своих обещаний.

Крупные СМИ опубликовали фотографии главного модуля, загружаемого в шаттл.

Тут же посыпались комментарии.

«И кто сказал, что они его не запустят?»

«СМИ врут, они заставили нас думать, что лунная станция провалилась.»

«Профессор Лу невероятен.»

«Думаю, что кто-нибудь потом скажет, что космическая станция все равно не достижение.»

«Наше путешествие в море звезд!»

«…»

В ожидании жителей всей страны наконец настал день запуска.

На месте пуска собрались почти все СМИ страны для трансляции происходящего.

Кто не получил разрешения, поехали на окраину города, за пределы служб безопасности. Они планировали издалека наблюдать за происходящим с помощью специального съемочного оборудования.

Точно также под всеобщим вниманием Жуйсян медленно оторвался от земли и улетел в голубое небо, скрываясь от глаз.

Лу Чжоу стоял в командном пункте и наблюдал, как шаттл скрывается от его взора. Он повернулся к Хоу Гуану и спросил:

— Сколько времени еще до реализации транспортировки Земля-Луна?

Хоу Гуан подумал, а потом серьезно ответил:

— Технология вполне осуществима… Но даже если мы воспользуемся таким же двигателем, как на Жуйсяне, придется ждать до следующего года.

— Следующий год значит… — Лу Чжоу посмотрел на команду на посадочной полосе и спросил. — А что с Сягуаном?

— Мы собирались тестировать его в конце месяца, но из-за пуска все отложили на неделю.

— Значит испытательный полет состоится через неделю?

Хоу Гуан кивнул:

— Верно.

Лу Чжоу ухмыльнулся.

Если все пройдет успешно, то ионный двигатель поднимется на совершенно новый уровень.

Лу Чжоу испытывал облегчения, наблюдая, как его собственные технологии оживают.

Его усилия не напрасны.

Глава 763. Лунный дворец на орбите

НАСА.

Центр управления.

Инженеры НАСА, люди из Конгресса и Белого дома, специалисты из Space-X и Blue Origin, а также представители других аэрокосмических компаний собрались перед панелью управления.

В гнетущей атмосфере, они все в ожидании смотрели в одну точку на большом экране.

Три дня назад Жуйсян успешно взлетел с главным модулем.

Вся отрасль сосредоточилась на этом шаттле.

Если пуск окажется успешным, Китай станет первой страной, которая вывела космическую станцию на лунную орбиту. Они также станут единственный, кто будет способен производить там строительные работы.

Очевидно, что в этом нет ничего хорошего для США.

Согласно старому плану они должны были начинать проект своей лунной станции лишь в следующем году. И хотя программа «Арес» была успешной и поставила их впереди по колонизации Марса, все выглядело так, что они проиграли Лунную гонку.

Три дня назад НАСА направила свои спутники на орбиту Земля-Луна в ожидании шаттла.

Сегодня день, когда Жуйсян выйдет на лунную орбиту.

Директор Карсон посмотрел на большой экран, затем на часы, после чего нетерпеливо спросил:

— Не пора бы им уже?

Билл стоял рядом с Карсоном. Он открыл папку в руках и ответил:

— По нашим расчетам они достигнут лунной орбиты примерно через десять минут… Также есть вероятность, что они не летят не по традиционной траектории. — Билл посмотрел на Карсона и добавил. — Если это так, то нам нужны данные точнее для наблюдения за их шаттлом.

Карсон ответил:

— Может позвоните в Китайское национальное космическое управление и попросите их, они с радостью все предоставят вам.

Директор центра управление спутниками, Билл смутился. Он посмотрел на часы и сказал:

— Мы не можем ждать тут весь день. В следующий раз предоставьте нам более точную оценку.

— Не волнуйтесь, в течении двух часов мы все увидим.

Разумеется, он лелеял надежду, что это гребанный шаттл никогда не появится на их экранах. Будет здорово, если он исчезнет как комета…

НАСА нуждалась в противнике, который будет позади них, а не впереди. НАСА должны быть лучшими во всем. Дело не только в чести, но и в политическом влиянии.

Однако Карсон понимал, что это лишь несбыточные мечты.

Учитывая прошлые успехи Жуйсяна, он с легкостью доставит два модуля.

И как он и предполагал в зале поднялся шум.

Инженер внезапно указал на экран и воскликнул:

— Это Жуйсян! Я вижу его!

Директор Карсон посмотрел в сторону куда указывал инженер и нахмурился.

Вот он!

Жуйсян!

……………………………………….

Яркая дуга неслась сквозь тьму.

Серебристый шаттл плавно вышел на 127-минутную орбиту.

Все было сделано четко и на одном дыхании.

Не Юнь посмотрел на неровную поверхность Луны. В его голове крутилось множество мыслей.

Вновь вернулся сюда…

Три месяца назад я уже был тут.

Его очаровывал этот пейзаж.

К сожалению, ему не довелось лично постоять на лунной поверхности.

Но он знал, что однажды в будущем полеты на Луну будут самым обычным делом, как перелеты через океан.

Не Юнь включил связь и сообщил на базу:

— Это Жуйсян, мы вышли на лунную орбиту.

Через какое-то время пришел ответ.

— Это командный пункт. Рады слышать. Вы уже выполнили половину миссии… Пожалуйста, направляйтесь в указанные координаты и приготовьтесь к следующему этапу.

— Есть.

Не Юнь нажал кнопки на панели управления и переключил полет на автоматический режим, после чего включил систему измерения давления в кабинет.

Не Янь сидела на месте второго пилота. Она посмотрела на дальнометр и сказала:

— Высота в норме, приближаемся к нужной точке… Может быть, если полетим чуть быстрее и все пройдет хорошо, сможем провести испытательный полет.

Не Юнь улыбнулся:

— Забудь, для него уже выбрали пилотов. Это будут два человека из группы космонавтов.

Не Янь вздохнула:

— Да? Жаль.

Сянгун имел конструкции с двойным крылом, у него четыре из пяти двигателей могли вращаться под любым углом. Новый Шаттл сможет более безопасно и эффективно летать с Земли до орбиты.

Управлять таким шаттлом гораздо интереснее, чем Жуйсяном.

Не Юнь ответил:

— Ничего, у нас будут еще другие испытательные полеты, уверен, что они будут также интересными.

— Какие?

Не Юнь улыбнулся:

— Твой любимый транспортник… Полет между геосинхронной и лунной орбитами.

Недавно он услышал, что планируются использовать двигатель Жуйсяна для создания межпланетного шаттла, который сможет неоднократно летать с Земли до Луны.

Если проект будет успешным, то очень скоро Жуйсян отправят на пенсию.

Как минимум, прекратят регулярные запуски Жуйсяна.

Не Янь закатила глаза:

— Лучше летать на Жуйсяне. Я записалась сюда, поскольку устала летать на транспортных самолетах.

Не Юнь пошутил:

— А не потому что ты хотела взлететь выше?

— Ну может то и то… Мы на месте!

Они достигли цели.

Траектория полета постепенно отклонялась от 127-минутной орбиты, выходя на эллиптическую орбиту.

Это лучшее место для размещения станции. Благодаря объединенному гравитационному воздействую Земли, Солнца и Луны главный модель сможет поддерживать орбиту в течении трех лет без необходимости выравнивания из вне.

С двигателем и небольшим количество топлива, космическая станция сможет оставаться на орбите десятилетия…

Подтвердив координаты, Не Юнь глубоко вздохнул и успокоился. Он сообщил в штаб:

— Это Жуйсян, мы вышли на орбиту космической станции.

Вскоре поступил приказ:

— Начинайте разгрузку:

— Есть.

Не Янь протянула руку и сняла предохранитель, после чего нажала ярко-красную кнопку.

— Начинаем разгрузку!

Послышался грохот и цилиндрический модуль был выброшен в космос, оставаясь позади шаттла…

Не Юнь посмотрел на строчку на экране «Разгрузка прошла успешно» и с волнение произнёс:

— Разгрузка прошла успешно! Лунный дворец выведен на заданную орбиту! У нас получилось!

Глава 764. Наш Лунный дворец

Услышав, что станция успешно выгружен, на командном пункте раздались оглушительные аплодисменты.

Люди обнимались и хлопали в ладоши, ликуя от этой тяжкой победы.

Директор Ли стоял перед панелью управления. На его глазах наворачивались слезы:

— Мы смогли…

Главный модуль надежно разместился над Лунной, медленно удаляясь от Жуйсяна.

Когда Лу Чжоу посмотрел на экран, он улыбнулся с облегчением. Он наконец смог расслабиться:

— Да… Мы смогли!

С сегодняшнего дня Лунный дворец станет отправной точкой для Китая на Луне. Скоро поверхность и орбита Луны будут заполнены китайскими спутниками и оборудованием…

Журналистов из различных крупных СМИ пригласили в конференц-зал. Представители компаний и правительства стали отвечать на вопросы.

В тоже время командный пункт все еще работал.

Хотя Жуйсян завершил задание, для сотрудников все только начиналось.

Им все еще необходимо вернуть Жуйсян, а также дистанционно управлять станцией.

Еще немного постояв в командном пункте, Лу Чжоу решил уйти, поскольку не хотел мешать работе.

Он пересек посадочную полосу и направился к выходу из космодрома. В этот момент он заметил молодую журналистку с микрофоном. Она закончила опрашивать сотрудников на посадочной полосе.

Ее глаза вспыхнули, когда она заметила Лу Чжоу, после чего сразу же подошла к нему с оператором.

— Здравствуйте, профессор Лу?

Лу Чжоу пребывал в хорошем настроение, поэтому с улыбкой ответил:

— Да, вам что-нибудь нужно?

— Вы можете говорить? У меня есть пару вопросов от нашей аудитории.

— Постараюсь ответить.

Девушка улыбнулась и спросила:

— Мы знаем, что Star Sky Technology самая передовая компания в области запусков в космос в Китае и даже Азии. Будете ли вы расширять свой бизнес на строительство космических станций или конструирование спутников?

Лу Чжоу немного подумал и дал ответ:

— На текущий момент нет. Я вижу будущее компании в создании высокоскоростной межпланетной дороги. Возможно в будущем мы расширимся с Луны до Марса или других звезд, но прямо сейчас мы сконцентрированы на разработках и исследованиях в целях усовершенствования нашего шаттла…

Глаза журналистки вспыхнули.

Ее интуиция подсказывала ей, что тут большая история.

Без колебаний с волнением в голосе она спросила:

— Можете ли вы раскрыть что конкретно вы изучаете?

Следует ли мне рассказывать?

Лу Чжоу немного подумал и решил ответил:

— Учитывая, что в будущем на Луну потребуется перевезти тысячи тонн, мы разрабатываем быструю транспортную систему между орбитами Земли и Луны. Она будет использоваться для доставки материалов и оборудования между орбитами, а также…

Журналистка взволнованно спросила?

— Также?

Лу Чжоу улыбнулся:

— А также мы сможем отправлять гражданских на Луну.

…………………………….

В тот же день, в 7 вечера по пекинскому времени объявили об успехе.

Тут же основные СМИ, присутствующие на пресс-конференции, начали публиковать материалы.

Успех китайцев в очередной раз потряс мир.

Начиная с холодной войны технологии пуска ракет совершенствовались. Радиус активности планетарных зондов достигла новых максимумов, а количество спутников и космического мусора вокруг Земли росло в геометрической прогрессии.

Однако даже так ни одна страна не могла отправить на лунную орбиту космическую станцию весом в десять тысяч тонн, поскольку для этого требовались не только ракеты с большой тягой и возможностью вывести спутник на орбиту, но и сложные технологии управления спутниками.

Ведь масса Луны неравномерна. Гравитация Луны невелика в сравнение с другими планетами. Лунные спутники будут подвержены сильному влиянию гравитации других планет.

Из-за этого сложно поддерживать туже орбиту длительное время. Необходимо постоянно корректировать орбиты в соответствии с текущей гравитацией.

Большинство лунных спутников служили не долго и обычно были одноразовыми. Однако космическая станция стоимостью в миллиарды юаней не может быть брошена, как простой спутник. Срок службы станции должен быть не менее 20 лет.

Очевидно, что без идеальной технологии управления двигателями космическая станция просуществует недолго. Словно человек с сильными ногами, но с проблемами с головой.

К счастью благодаря Цзиньскому институту перспективных исследований и Star Sky Technology ионные двигатели значительно опередили технологии двигателей других стран.

Космическая станция «Лунный дворец» оснащена ионными двигателями, которые обеспечивали стабильную и непрерывную тягу, что снижало сложность управления системой.

Конечно даже так Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации пришлось дорого заплатить за такую технологию.

Главный модуль состоял из самых передовых технологий крупнейших авиационных и аэрокосмических гигантов. Не говоря уже о том, что главный компьютер управления был из Национального исследовательского центра параллельных вычислений.

Это символ всех китайских технологий!

Помимо самой новости СМИ осветили закулисные события разработки и отправки Лунного дворца в двухминутном ролике.

Из-за недостаточной подготовки во время высадки на Луну Жуйсян не вел прямую трансляцию.

Но в этот раз все по-другому.

Улучшенная система связи передавали фотографии Лунного дворца в высоком разрешении. А также запись всего процесса разгрузки.

После профессиональной обработки видео и фотографий, их опубликовали в новостях и сайтах. После чего разгорелось обсуждение станции…

Глава 765. Сначала плохую новость

На видео серебряный главный модуль спокойно двигался по лунной орбите. Ионный двигатель размером с кулак заставлял модуль медленно поворачиваться, оставляя за собой голубое свечение.

Сложенные солнечные панели вскоре раскрылись навстречу солнечным лучам, словно крылья орла.

От момента разгрузки модуля до начала стабильной работы, все показали на десятиминутном видео. Жуйсян же этим временем улетел на встречу солнечным лучам.

Эта сцена походила на картинку.

Менее чем через полчаса после выхода видео комментарии под видео загудели.

«Вот он наш Лунный дворец? Он прекрасен!»

«Круто!»

«Надеюсь, что у меня будет возможность посетить его.»

«Луна такая бесплодная. Может нам посадить там что-нибудь?»

«Китай лучший!»

В течение многих лет Китай отставал от западных стран в аэрокосмической отрасли. Чанъэ-5 же подвергался резкой критики.

Но сейчас Китаю удалось совершить прорыв в технологии ионных двигателей. Они смогли доставить космическую станцию на лунную орбиту, выдвинув себя в лидеры отрасли.

Только в аэрокосмической отрасли понимали насколько сложна эта победа!

Менее чем через час новость распространилась по всему миру.

НАСА первыми подтвердили ее на своем сайте и в Твиттере, после чего Роскосмос, Европейское космическое агентство и Японское агентство аэрокосмических исследований также опубликовали объявление и отправили поздравления Китаю.

Конкурировали ли они с Китаем или нет, но это было свидетельством признания силы Китая.

Как бы ни хотелось этого, но НАСА были вынуждены признать деятельность Китая на Луне превзошла все их ожидания.

Даже они не испытывали уверенности, что смогут разместить космическую станцию на орбите Луны. В некотором роде Китай даже превзошел их.

После того, как различные космические агентства подтвердили новость, репортеры BBC обобщили интервью с официальными лицами НАСА и представителем Китайского национального космического управления, чтобы дать беспристрастную точку зрения…

«Сейчас кажется, что Китай стал ведущим в разведке и разработке лунных ресурсов. Ни одна страна до сих не размещала постоянный объект на лунной орбите.

По мнению специалистов из НАСА, успех Лунного дворца в первую очередь обусловлен большим прогрессом Китая в области ионных двигателей. Нелегко достичь подобной точности в управлении с помощью традиционных двигателей, но ионные двигатели позволяют осуществить подобное.

Стоит признать, что это поразительно. В сравнении с другими аэрокосмическими державами Китая уступает США и России. Например, США начали внедрять коммерциализацию в космические проекты.

Но Китай каким-то образом справился.

Успех Лунного дворца лишь небольшой шаг на пути человека в космос, но это большой шаг для цивилизации в целом!»

В этом редком непредвзятом репортаже очень положительно отзывались о Китае и Лунном дворце. После размещения видео на видео хостингах началось бурное обсуждение среди иностранцев.

В отличие от восторга китайцев, эти обсуждения переполняла ненависть и зависть.

Особенно у американцев… Они все еще пребывали в возбуждении после успешного запуска системы жизнеобеспечения, но менее чем через месяц Китай объявил, что вывел главный модуль на лунную орбиту, что привлекло внимание американцев.

Новость ошеломила их всех.

Конечно, некоторым было все равно.

Например, известный ведущий ток-шоу Джимми Тан опубликовал пост в поддержку НАСА.

«Китайцы смогли развернуть свою станцию? Не пойму только, что вы опустили головы, тут нет ничего такого.

Хотя Китай успешно отправил свою космическую станцию на Луну, НАСА начало колонизацию Марса, который в десятках миллионов километров от нас. Мне кажется, очевидно, кто впереди в этой гонке.

Более того у нас также есть планы по строительству космической станции на Луне! Но нас больше заботит безопасность, поэтому мы тщательно выбираем время строительства, которое должно начаться в 2022 году.

Наша ракета приближается к Марсу. Скоро мы получим новости о системе жизнеобеспечения, после чего отправим наших колонистов на новую планету!

Я Джимми Тан, смотрите меня в следующий субботний вечер на BBC, где у меня будет интервью с тремя астронавтами.

Если вам интересна программа „Арес“, то следите за мной и моим шоу!»

Напряженность от космической гонки быстро поглотила и другие технические области.

Черная машина припарковалась у Белого дома в Вашингтоне.

Карсон в синем костюме вышел из машины и быстро направился к Белому дому.

Войдя в кабинет президента, он застал президента за своим столом и просматривающего какой-то документ.

Карсон на мгновение заколебался, не зная, следует ли ему отрывать президента.

Однако он решился.

Полчаса назад он получил две новости и две были важными…

Карсон сглотнул и глубоко вздохнул:

— Господин президент!

Монотонный голос развеял тишину кабинета.

Президент после недолго молчания, все еще над чем-то размышляя, ответил:

— Директор Карсон.

Карсон откашлялся и продолжил:

— Сэр, у меня есть хорошая и плохая новость, какую вы хотите услышать первой?

Президент все еще погруженный в свои мысли покрутил ручку и ответил.

— Я люблю сначала съесть брокколи, прежде чем наслаждаться стейком.

Директор Карсон опустил голову и произнес:

— Извините, я не понимаю, что вы подразумеваете.

— Я к тому, что не люблю брокколи и ненавижу их есть после вкуса восхитительного стейка… — Президент отложил пачку бумаг со штампом ЦРУ и посмотрел на Карсона, скрестив пальца. — Давайте начнем с плохих новостей.

Глава 766. Новость о успехе

Институт перспективных исследований.

Кабинет директора.

Лу Чжоу за своим столом придирчиво просматривал документы.

С момента, когда он стал главным конструктором, то стал очень занят.

Он контролировал финансирование проекта лунной станции всей страны.

Председатель комитета отвечал за контроль общей суммы, основываясь на научных, экономических и культурных ценностях лунного проекта определялся общий объем финансирования проекта.

Будучи же главным конструктором Лу Чжоу отвечал за распределение средств. А именно на какие исследовательские и конструкторские проекты они будут направлены.

План освоения космоса подобен маленькой лодке, плывущей по морю, а Лу Чжоу был ее капитаном. Если он допустит хоть одну ошибку, вся лодка потонет.

Поэтому хоть он и не интересовался финансами, ему приходилось придирчиво читать каждый документ от корки до корки. Он определял наиболее надежные проекты и ставил на них свою подпись.

Лу Чжоу размышлял над отчетом по технической осуществимости добычи полезных ископаемых на Луне, когда раздался стук в дверь.

Лу Чжоу отложил ручку и посмотрел на дверь, после чего откашлялся и сказал:

— Войдите.

Дверь открылась и вошла секретарь в костюме со стопкой документов в руках.

— Профессор, пришли документы от Китайского сельскохозяйственного университета и Китайского национального космического управления.

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Понял, просто положи их на стол.

— Хорошо. — Секретарь положила бумаги на угол стола, а потом тихо поинтересовалась. — Я могу еще чем-нибудь помочь?

— Сделай мне чашку кофе, пожалуйста.

— Хорошо, профессор!

Секретарь кивнула и направилась к автомату с водой. Вскоре она принесла чашку растворимого мокко и тихо вышла из кабинета.

Лу Чжоу попивая кофе начал просматривать два новых документа.

В целом пришли хорошие новости. Особенно от Китайского национального космического управления. Они похвалили институт за выдающийся вклад в проект космической станции.

Успешное развертывание главного модуля дало Китаю преимущества в освоении лунных ресурсов, обеспечивая Китаю международное уважение.

В документе также содержался концептуальный чертеж первой части космической станции, а также график строительства остальных компонентов.

Лу Чжоу планировал обсудить с комитетом график запуска общего модуля, рабочего модуля и других компонентов станции.

Пришла хорошая новость еще и из Дзосотын-Элисунской пустыни.

Месяц назад Лу Чжоу был занят космической станцией, а первый этап проекта биосферы завершился. Под руководством профессора Ху Яна Биосфера А заработала.

В течении этого месяца Биосфера А успешно работала. В этом месяце добровольцы, размещенные в биосфере, успешно достигли ожидаемых целей. Они жили с ограниченным количеством воды и других ресурсов.

Технология жизнеобеспечения замкнутой система одна из важнейших для колонизации Луны или даже Марса, она также важна для проекта космической станции.

США когда-то шли впереди всех со своей второй биосферой. Система жизнеобеспечения в программе «Арес» как раз воплощение их технологии.

Если Китай хочет колонизировать луну или другие отдаленные планеты, они должны изучить эти технологии.

Прочитав отчет Лу Чжоу стал довольным.

Если все пойдет хорошо, Китай сможет отправить колонистов на Луну в следующем году.

Тут вновь раздался стук в дверь.

Лу Чжоу отложил документы в руках и посмотрел на дверь.

— Войдите.

Хоу Гуан, директор аэрокосмического Института, открыл дверь и поспешно зашел внутрь. Лу Чжоу не успел ничего сказать, как тот заговорил первым:

— Хорошую или плохую новость сначала?

Видя насколько он серьезен, Лу Чжоу ответил с улыбкой:

— Давайте… Начнем с хороших новостей.

— Хорошая новость в том, что блок для выращивания растений, что мы разместили на Луне, успешно собрал первую партию картофеля!

Лу Чжоу немного удивился:

— Уже? Так скоро?

Хотя он раньше не сажал картошку, но слышал, что до сбора урожая должно пройти где-то три месяца.

Прошло менее двух месяца с момента размещения блока, поэтому он поразился такому прогрессу.

Хоу Гуан улыбнулся:

— Все нормально. Мы улучшили семена, не говоря уже про то, что блок поддерживает самую благоприятную температуру для роста, поэтому два месяца не так быстро.

Стоимость картофеля, выращенного в космосе, несомненно дороже, чем на Земле.

Но даже так из-за астрономических затрат на запуск, выращивать продукты питания на Луне намного дешевле, чем отправлять их с Земли.

Также выращивания еды на Луне означает самообеспечение…

— Это и правда хорошая новость. — После небольшой паузы Лу Чжоу спросил. — Тогда какая плохая новость?

— В том, что сегодня утром пришла новость… — Хоу Гуан глубоко вздохнул. — Ракета BFR, запущенная Space-X в прошлом месяце, приземлилась на Марсе сегодня в 13:00 по Пекинскому времени.

Уже?!

Лу Чжоу выпрямился и спросил:

— Как прошла посадка?

Хоу Гуан ответил:

— Очевидно… что успешно.

Глава 767. Равные?

Вторые выходные апреля.

Утреннее спокойствие Северной Америки нарушил заголовок в газетах.

Кричащий заголовок «Вашингтон пост» потряс всех.

«Крупный успех программы „Арес“! Система жизнеобеспечения успешно доставлена! Наступает новая эра освоения космоса!»

«Вашингтон пост» крупнейшее и самое авторитетное издание в США, опережая «Нью-Йорк таймс». Они сыграли важную роль в Уотергейтском скандале, а также вызывали больше доверия, чем другие СМИ.

Даже люде не интересовавшиеся газетами, завидев этот притягивающий заголовок, не могли не потратиться и не купить ее.

Все газеты были тут же распроданы!

Вашингтон пост пришлось срочно звонить в типографию и печатать еще миллионы копий, после чего быстро рассылать их по торговым точкам.

К югу от залива Сан-Франциско, недалеко от Кремниевой долины.

Пара офисных работников с похмелья завтракали в закусочной, а вокруг в закусочной сидели старики, которые явно пришли сюда просто убить время.

— Слышал? Ракета BFR доставила систему жизнеобеспечения на Марс!

— Боже… Невероятно!

— Да! Но это не все, слышал, что новый корабль BFS оборудован ракетой BFR. Уже отправили план запуска в НАСА. Илон Маск хочет отправить человека на Марс!

— Здорово. Может мы стоим на пороге эры космических путешествий. Может надо открыть бутылочку и отпраздновать такое событие?

— Не надо, слишком рано напиваться.

— Ха-ха, кого это волнует? За Америку.

Вскоре официантка принесла им несколько бутылок пива.

Пьяный мужчина рядом проснулся от шума телевизора. Открыв сонные глаза, он услышал разговор рядом с собой, после чего поднял свой пустой бокал и, отрыгнув, воскликнул:

— За Америку!

Тем временем, ведущий утренних новостей рассказывал о прошедшем футбольном матче, когда ему вручили листок. Он сразу же стал радостным.

— Последние новости… По данным НАСА, ракета BFR, запущенная в прошлом месяца, успешно достигла Марса и доставила систему жизнеобеспечения. Это так неожиданно, что позвольте мне отдышаться… — Ведущий сделал несколько глубоких вдохов, потом посмотрел в камеру. — Даже не вериться! Мы сделали это!

……………………….

Не только американцев потрясла эта новость.

После официального заявления НАСА у себя на сайте, новость сразу же распространилась по миру.

Space-X тут же провел пресс-конференцию на которой выступил Илон Маск. Он рассказал общественности о роли его компании в программе «Арес» и как его легендарная ракета смогла отправить на Марс 25 тонн груза.

Маск стоял в черном костюме и серой рубашке. Согласно легенде, в его шкафу была только эта одежда.

Маск говорил страстным голосом.

— Система жизнеобеспечения лишь первый шаг. В итоге мы отправил людей, после чего раздвинем границы нашей цивилизации. Однажды люди любого пола, национальности и возраста смогут полететь и поселиться на Марсе. Будущее уже здесь… Спасибо вам всем!

Когда он закончил говорить зал заполонили аплодисменты.

После пресс-конференции.

После новости об успехе Space-X, цены на их акции взлетели.

Не только у них, но и у всех компаний, кто участвовал в разработке системы жизнеобеспечения, выросли цены на акции.

Космическая гонка достигла поворотного момента.

Поскольку Китай находился на подъеме со своей лунной программой, США в очередной раз показали свою неудержимую силу в аэрокосмической промышленности.

Даже Лу Чжоу признавал, что доставить 25 тонн на Марс впечатляюще.

Когда международные СМИ рассказали об успехе ракеты BFR, BBC наконец опубликовали свою статью.

После статьи о китайской станции британцы объективно высказались о первом этапе программы «Арес».

«У Space-X Илона Маска есть потенциал стать Maersk вселенной. Если Falcon 9 маленький деревянный корабль, то BFR стальной пароход.

Постоянное развитие технологий Space-X показывает их решить. Нам следует с нетерпением ожидать будущего большего прогресса в аэрокосмической отрасли…

Пока еще рано говорить, но если Space-X продолжат набирать обороты, то смогу занять доминирующую позицию в сфере аэрокосмических перевозок.

Интересный факт, мы заметили, что профессор Лу из Китая в своем интервью сказал, что превратит свою компанию в будущую межпланетную железнодорожную компанию.

Похоже, что Star Sky Technology, что занимают 80% рынка запусков Китая, станут крупнейшим конкурентов Space-X.

Космическая гонка между Китаем и США становится все более напряженной.

Будь то Китай или США, две стороны преуспели в своих проектах. И похоже у них еще остались козыри в рукавах.

Один всемирно известный математик, другой инженер мирового уровня и бизнесмен… Кто выиграет эту гонку?»

Глава 768. Мы скоро узнаем

Космическая гонка между Китаем и США создавала много обсуждений в китайских социальных сетях. Особенно сильно возгорались споры, когда речь доходила до сравнений лунной космической станции и системой жизнеобеспечения на Марсе.

Большинство смотрели на это объективно.

Например, те кто поддерживал США говорили, что в ракета BFR использует самый совершенный жидко кислородный-метановый двигатель и что она может развивать тягу в 138 триллионов ньютонов, что превосходило Жуйсян.

Не говоря уже про то, что Марс в десятках миллионов километров от сравнение транспортных сложностей несопоставимы. Очевидно, что США добились большего.

Поддерживающие Китай, смотрели на это со стороны «полезности». Марс слишком далеко, а пуски туда происходили раз в два года. Напротив, Луна достаточно близко.

Если объективно, то обе стороны имели адекватные доводы.

Но Лу Чжоу не обращал внимания на онлайн споры.

На его взгляд все они бессмысленны.

Будь то добыча полезных ископаемых на Луне или исследование Марса, все это краткосрочные убыточные проекты. Будь то гелиевые и титановые руда на Луне или богатые запасы метана на Марсе, все они находились далеко от Земли.

Как и столетия назад, до Эпохи открытий, никто не знал куда отправятся колонисты…

Однако луна намного ближе.

Но с экономической точки зрения космическая программа обречена на потерю денег. Зачастую нельзя судить исключительно из экономической выгоды.

По крайней мере, для Китая политические, научные и культурные выгоды от космической программы не измерить деньгами.

Например, рассмотрим проект Лунного дворца. Будучи первой страной в мире, разместившей космическую станцию на лунной орбите, другие страны, которые захотят принять участие в научных проектах, связанных с Луной, будут вынуждены подписать договора с Китаем.

Например, Германия, которая первой договорилась с Китаем по технологии термоядерного синтеза, уже начала переговоры об использовании космической станции на лунной орбите.

Согласно результатам переговоров, после завершения первого этапа строительства Лунного дворца, Китай сохранит место для Института Макса Планка. Китай разрешил Германии направить одного ученого на станцию.

В обмен Институт Макса Плана будет сотрудничать с китайскими институтами в проектах, которые связаны с лунными ресурсами.

Великобритания, Франция, Евросоюз, Россия, Япония и другие страны также начали переговоры с Китаем.

Китай с радостью готов сотрудничать с ними. Они даже сохранили место в Лунном дворце для американского астронавта.

Конкурентные отношения всегда относительны, а не абсолютны.

Хотя Китай занимал четкую позицию в мире, международные отношения достаточно тонкие.

Даже в самые напряженные моменты холодной войны Соединенные Штаты и Советский Союз продолжали сотрудничество во взаимовыгодных аэрокосмических и термоядерных проектах.

Сейчас напряженность между Китаем и США далека от холодной войны. Китай занимал миролюбивую позицию и никогда первым не провоцировал другие страны. Поэтому, если США захотят сотрудничать, то у Китая нет причин отказываться.

Однако все это основывается на том, что США будут готовы поделиться своими ресурсами на Марсе или другим чем-то равнозначным…

Лу Чжоу не знал, как проходят переговоры у Министерства иностранных дел, но ему было все равно.

Это не его дело.

Подобные вопросы не имели ничего общего с Комитетом по строительным работам на лунной орбите.

У него имелись более неотложные дела о которых стоило волноваться.

Цзиньлин.

Институт аэрокосмической науки и технологий.

Проходила конференция по лунному проекту.

На ней присутствовали все известные представители аэрокосмической отрасли.

Здесь собрались академик Юань, директор Чжан и другие известные люди.

После короткой вступительной речи конференция началась. Лу Чжоу вышел на сцену и окинул взглядом собравшихся, а потом заговорил:

— Думаю, уже все знают, что США завершили первый этап своей программы. Согласно информации НАСА, ракета BFR не использовали традиционную Гомановскую траекторию. Вместо этого они воспользовались прямым маршрутом, чтобы войти в гравитационную зону Марса.

Когда он договорил, в зале послышались перешептывания.

Хотя многие не понимали, что за прямой маршрут, все были удивлены.

До сих пор все использовали Гомановской траекторией при отправке на Марс, поскольку это наиболее выгодная траектория.

Однако окно появляется лишь раз в два года, и чтобы добраться до Марса требовалось 180 дней полета.

Когда вопрос касался космических зондов, то 180 дней приемлемы. Но когда нужно перевезти людей, то это уже долгий срок.

Поэтому будучи основной ракетой программы «Арес» ракета BFR пролетела по более быстрой и короткой траектории. Ей нужно всего от 30 до 120 дней, чтобы долететь до Марса. Кроме того, не надо ждать следующего пуска два года.

Ключевая стоимость, очевидно, заключалась в топливе.

И если на первый взгляд кажется, что стоимость полета увеличивается, в действительности сокращение времени может снизить затраты ресурсов. А именно меньшая трата воды, кислорода и еды. Поэтому в итоге полет по менее экономически выгодной траектории может фактически стать более выгодным…

Хотя для всех в отрасли отказаться от Гомановской траекторией безумие, всем стало очевидно насколько продвинуты Space-X!

Лу Чжоу оглядел зал и спокойно подождал пока все успокоятся.

Через какое-то время профессор в зале поднял руку и заговорил:

— Я должен сказать.

Лу Чжоу кивнул.

— Пожалуйста.

Профессор поправил очки и неспешно встал.

— Думаю, что успех BFR показывает, что традиционным ракетам еще есть куда развиваться. Может нам стоит вновь пересмотреть наш план развития. Я не отрицаю важности ионных двигателей, но думаю еще слишком рано отказываться от традиционных ракет.

Лу Чжоу немного посмотрел на профессора и задал внезапный вопрос:

— Если я дам вам пятьдесят лет и миллиард долларов финансирования в год, вы уверены, что достигнете того же уровня, что и BFR?

Профессор не ожидал подобного вопроса и заколебался.

Через какое-то время он покачал головой и честно ответил:

— Такое было бы трудно.

Ракета BFR на вершине развития, не существовало равных этой чудовищной ракете.

Китаю невозможно опередить США в этом плане.

Профессор не осмелился больше что-то сказать.

Лу Чжоу тоже молча дал знак профессору сесть.

— Верно, как вы и сказали, такое сложно.

— Возможно есть еще места для совершенствования химических двигателей. Если мы улучшим наши двигатели, то сможешь летать дольше и дальше. Но мы не победим с помощью традиционных ракет. Именно поэтому нам следует сосредоточиться на ионном двигателе. Это наше единственное преимущество, и мы должны поддерживать его.

После паузы Лу Чжоу продолжил:

— Хотя ракета BFR заимела огромный успех, не стоит принижать себя. У нас меньшая тяга, но у нас есть свои преимущества! Традиционные ракеты никогда не будут иметь такого же импульса, как наши ракеты. Недавно я объявил, что Star Sky Technology разрабатывает более гибкий и подходящий корабль для полетов на низкой околоземной орбите. Разработки подошли к концу, и мы можем раскрыть некоторые секреты.

Лу Чжоу посмотрел на большой экран позади себя и нажал на лазерную указку в руке.

Вскоре перед всеми предстало трехмерное изображение концепта.

Академик Юань не смог сдержать удивления и встал:

— Что это?!

Академик Юань не единственные, кого поразило изображение.

По залу разнеслись восторженные возгласы.

Лу Чжоу посмотрел на академика Юаня и улыбнулся.

— Это Сягуан! Новое поколение наших космических кораблей.

Сунь Юаньпэй сидел рядом с академиком Юаней. Он не мог не усомниться в конструкции.

— Подобное… осуществимо?

Четыре двигателя на четырех двухосных крыльях, с одним ионным двигателем в хвостовой части…

Концепт выглядел нелепо!

— Мы уже доказали, что технически он осуществим. Что касается практических возможностей… — Лу Чжоу сделал паузу. — Мы скоро узнаем!

Глава 769. Три воина

Каждый космический полет был приключением, а испытание нового корабля был азартной игрой.

Никто не знал, чем все закончиться, пока корабль не поднимается в небо.

У Сягуана две пары крыльев, что повышало его маневренность, но также добавляло риски.

Хотя систему управления двигателями разработал Сяо Ай, Лу Чжоу не был уверен, что все пройдет без происшествий.

Он мог лишь постараться изо всех сил, чтобы к минимуму свести вероятность несчастного случая…

Во второй половине конференции они обсудили расписание испытательного полета и запуска общего модуля космического станции.

Все согласились, что запуск должен состояться в следующем месяце. После соединения общего модуля с главным модулем у космической станции появится больше простора для испытаний, а также она сможет стыковаться с космическими кораблями.

Поэтому, даже если станция еще мала, ее можно считать космическим портом.

Пока Китай планировал испытательные полеты Сягуана, американцы тоже не прохлаждались.

Система жизнеобеспечения на Марсе успешно была запущена с помощью командного пункта, а три добровольца завершили свое обучение. США больше не было смысла ждать.

Получив одобрение от конгресса, НАСА тут же объявило, что программа «Арес» переходит к следующему этапу.

Они собирались отправить первых колонистов!

Эта новость сразу же вызвала всемирный резонанс.

Хотя все знали, что США отправит кого-нибудь на Марс, никто не ожидал, что это произойдет так быстро.

Возможно достижение Китая действительно всполошили НАСА и те хотели доказать своей стране, что именно они все еще короли аэрокосмической отрасли.

Перед запуском с поддержки Space-X были организованы ток-шоу для трех добровольцев.

Это не только способ проводить героев перед отлетом, но и шанс привлечь больше добровольцев.

На третьем этапе программы «Арес» должны были отправить 10 модулей и 50 колонистов в Марсианскую деревню. Для Space-X и НАСА устранить страх людей перед космическими полетами важный шаг для поддержки программы «Арес» …

Когда ток-шоу началось, ведущий Джимми Тан вышел на сцену в костюме. Он поклонился и улыбнулся белоснежной улыбкой.

— Привет всем, добро пожаловать на наше специальное ток-шоу «Космические воины». Если вы случайно на нас переключились, значит вы выиграли в лотерею!

Зрители посмеялись над умелым увеличением накала атмосферы, после чего Джимми посмотрел на большой экран позади.

— Уверен, что мне не нужно рассказывать, о чем будем сегодня говорить. Наш противник отправил Лунный дворец на орбиту луны, но НАСА уничтожит их! Конечно, я говорю образно.

Джимми перевел взгляд на зрителей и продолжил:

— Не волнуйтесь. Хотя наш соперник силен, они все еще отстают от нас на шестьдесят миллионов километров. Победа у нас в кармане! — Джимми поднял обе руки и страстно воскликнул. — Поэтому не будем называть это соревнованием, а назовем приключением! Наши воины, наши герои преодолеют миллионы километров до неизведанной планеты, расширяя границы цивилизации. С самого начала проекта наших противникам была не какая-то страна, а лишь мы сами! Мы единственные, кто достоин бросить вызов будущему!

Атмосфера достигла пика.

Джимми плавно перешел к главной теме.

— Для меня честь приветствовать этих трех героев на нашем шоу!

Бурные аплодисменты смешались с поддерживающими возгласами.

Три астронавта вышли на сцену один за другим и сели.

Аплодисменты и фоновая музыка постепенно стихли.

Джимми поднял микрофон и обратился к аудитории.

— Представлю вам Джонсона! Капитан-астронавт! Бывший морской пехотинец, он настоящий воин и патриот, давайте поприветствуем его.

Аудиторию снова потрясли аплодисменты.

Джонсон улыбнулся и кивнул.

Когда аплодисменты стихли. Джимми с улыбкой заговорил с Джонсоном:

— А вы довольно популярны, скажите что-нибудь нашей аудитории.

— Всем привет, я капитан этой экспедиции. Для меня честь быть здесь.

Джонсон был типичным белокожим мужчиной с мужественной внешностью и крепким телосложением, он также имел соответствующую харизму.

Когда он объяснял детали второго этапа программы «Арес», аудитория внимательно слушала его.

Закончив говорить, Джонсон посмотрел на Джимми.

Джимми улыбнулся.

— Итак, я слышал, что вы служили на авианосце.

— Да.

— Тогда, что побудило вас к космическим полетам? Или, скорее, почему вы присоединились к программе «Арес».

Немного подумав, Джонсон ответил:

— Потому что это всегда было моей мечтой… И еще это из-за моих детей.

— Детей? — Джимми удивился. — Расскажите подробнее?

Семья одна из главных американских ценностей, особенно в вопросе детей.

Джонсон объяснил:

— У меня любящая жена и двое детей. Мои дети считают меня героем, и я хочу быть для них лучшим примером для подражания. Поэтому я решил записаться на программу «Арес». Я ничего не ожидал, поэтому удивился, когда меня выбрали.

Джимми улыбнулся:

— Судьба интересная штука. Уверен, что станете примером для своих детей!

Джонсон кивнул.

— Спасибо.

Камера сфокусировалась на товарищах по команде Джонсона.

Красивой женщине-космонавту по имени Джулия было чуть за двадцать. Похоже у нее не было интересного прошлого, и она немного нервничала.

Как она сама рассказала, до того, как ее взяли в астронавты, она была обычной учительницей в Амстердаме.

Другого чернокожего мужчину звали Трэвисом, он был более импозантный, чем Джонсон. Он был профессиональным футболистом и играл в команде «Атланта».

Когда у него брали интервью, он выглядел немного вялым, словно плохо спал.

Джимми пошутил по этому поводу:

— Похоже вас так взволновало предстоящее интервью, что не выспались.

— Наверное… — Трэвис с силой улыбнулся. — Я просто слишком устал, знаете де, что тренировки тяжелые.

— Не волнуйся. — Джонсон похлопал его по плечу. — Мы вернемся с триумфом!

— Если мы вернемся…

Трэвис попытался улыбнуться, но его глаза беспорядочно метались.

Джимми посмотрел на аудиторию.

— Наши воины готовы! Огромный корабль вот-вот отправиться в путешествие! Запуск в восемь вчера на следующей недели в среду, будет прямая трансляция с места пуска! Бог защитит наших воинов, а факел свободы осветит их путь! Давайте пошлем им наше благословление!

Студию наполнили громогласные аплодисменты.

Шоу подошло к концу.

Преднамеренно или нет, но запуск космического корабля «Золотое сердце» приходилось на тот же день, что и запуск китайского Сягуана.

Стороны явно соревновались друг с другом. И оно становилось все более и более захватывающим…

Глава 770. Посмотрели друг на друга

— Пять! Четыре! Три! Два! Один! Ноль! Зажигание!

Голубое пламя исходило от крыльев космического корабля.

Сягуан взлетел с Цзиньлинского космодрома, под наблюдением командного пункта он скрылся в облаках.

Пуск прошел гладко.

После выхода из тропосферы пара элеронов Сягуана медленно повернулись и изменили угол полета.

Голубое пламя загорелось еще ярче и Сягуан преодолевая гравитацию полетел в бескрайний космос по касательной к Земле.

Время шло…

Почти после часового полета Сягуан, оправдывая ожидания, уверенно преодолел границу атмосферы, что стало началом его 72-часового орбитального полета.

Пилот-испытатель Сюй Чжэнхун внимательно проверил высоту, температуру и другие данные корабля.

Убедившись, что все работает нормально, он вздохнул с облегчением.

Это его 57 испытательный полет, самый высокий полет, в котором он когда-либо участвовал. Он никогда не предполагал, что однажды вылетит за пределы атмосферы.

Так было пока его командир не отправил его на испытания Сягуана…

Хотя на корабле была спасательная капсула, только бог знал, сработает она или нет.

Сюй Чжэнхун протянул руку и включил крейсерский режим. Он отсоединил свой скафандр от системы жизнеобеспечения кабины и нажал на кнопку сбоку шлема. Глубоко вздохнув, он сказал:

— Это Сягуан, мы успешно вышли на целевую орбиту, запрашиваем дальнейшие указания.

Раздался шум, после стабилизации сигнала связи, командный центр отправил ответ.

— Это командный пункт. Поздравляем с завершением первой части испытательного полета. Пожалуйста, поддерживайте орбитальную высоту в течении двух часов. Следующее испытание начнется через два часа.

— Вас понял, мы перешли на крейсерский режим полета.

Лю Бяо сидел в кресле второго пилота. Он также отключился от системы жизнеобеспечения, после чего выглянул в окно и сказал с улыбкой:

— Отсюда довольно красивый вид.

Сюй Чжэнхун посмотрел на огни на Земле и бескрайнюю вселенную сверху, после чего тоже улыбнулся:

— Да, неплохой.

Наверное, это самое красивое, что он видел в жизни.

Внезапно очень далеко серебристый корабль медленно поднялся к границе атмосферы.

Лю Бяо прищурился и спросил:

— Что это?

— Скорее всего корабль BFS. Я слышал, что они тоже запускаются сегодня. — Сюй Чжэнхун посмотрел на него и добавил. — Удивлен, что ты заметил его. Отсюда он совсем крошечный.

Получив похвалу, Лу Бяо смутился.

— Может нам подлететь и поздороваться с ними?

— Отличная идея, сообщи об этом в командный пункт, чтобы узнать мнения руководства.

Лу Бяо смутился еще сильнее:

— Э-э, я просто пошутил.

— Ладно, хватит шуток. Отдохни десять минут, потом приступай к работе.

Лю Бяо выпрямился и ответил:

— Есть!

………………….

На другой стороне Земли.

В космическом корабле BFS также заметили Сягуан.

Хотя корабли не были оснащены специальными радарами, благодаря тому, что они находились на одинаковой высоте, они могли смутно видеть друг друга.

Трэвис посмотрел на серебристый корабль за окно и вдруг сказал:

— В морской пехоте есть традиция писать что-то на бумаге и прикладывать его к окну.

Джонсон ответил:

— Это не у морпехов, а у летчиков… Но даже если мы прикрепим что-то на окно, они никак не прочитают.

— Да, верно. — Пробормотал Трэвис.

В отличие от мужчин, Джулию до глубины поразила голубая планета.

После продолжительного взгляда на нее она сказала:

— Великолепный вид…

Трэвис взглянул на Джулию и согласился:

— Точно.

— Кстати, мы все тренировались на разных базах. — С улыбкой начал Джонсон. — Давайте получше узнаем друг друга.

Трэвис перевел взгляд на Джонсона:

— О чем говорить?

— Поговорим о жизни, мечтах, почему мы тут, зачем решились лететь на Марс… Черт, нам бы бутылку виски. — Джонсон почесал затылок.

Джулия тихо произнесла:

— Припасы откроются только после приземления… Мне сказали это во время тренировки.

Трэвиса не волновали подобные вопросы.

— Разве мы не говорили о нашей жизни и мечтах во время ток-шоу?

Джонсон развел руками.

— Я говорил, а не вы.

Трэвис заколебался и посмотрел на Джулию.

— Дамы вперед.

— А? Я? — Джулия огляделась и вздохнула. — Только не смейтесь. Я тут потому что у меня были проблемы в отношениях…

Джонсон удивился.

— Проблемы в отношениях? Рассталась? Развелась? Ой, постой… Извиняюсь, мне не стоит лезть.

— Расстались. — Джулия помолчала и добавила. — Может для вас подобное мелочи, но для меня это был удар. Я хотела снова встать на ноги и поселиться где-нибудь в другом месте.

Трэвис с недоверием спросил:

— Поэтому ты решила записаться в программу?

— Ага. — Джулия выдавила улыбку. — Удивительно, да? Я шокировала всех коллег. Никто не ожидал, что меня и правда выберут… Иммиграционный отдел быстро одобрил заявление, а Space-X купили билет на самолет. Подумав над этим, я решила, что это хорошая идея, поэтому… — Она пожала плечами. — Поэтому я здесь.

— Безумие… — Трэвис посмотрел на Джулию. — Если ты покинула Землю из-за расставания, то я должен покинуть Солнечную систему.

— Не говори так. — Джонсон похлопал Трэвиса по плечу. — Дама закончила. Теперь твоя очередь. Мне очень любопытно, почему футболист решил превратиться в астронавта.

Трэвис немного поколебался и пожал плечами.

— Из-за… долго.

Джонсон удивился:

— Кредит?

— Вроде того… — Трэвис отвел взгляд.

Джонсон улыбнулся и ободряюще похлопал его.

— Ха-ха, на Марсе нет сборщиков долгов, поэтому ты свободен.

— Трэвис улыбнулся, но ничего не сказал.

Джулия посмотрел на него. Ее женская интуиция подсказывала, что он не договаривает.

Он отправился в эту экспедицию не только из-за долга.

Однако Джонсон не стал вдаваться в подробности. Он просто понял, что Трэвис не хочет говорить про это, поэтому не стал поднимать тему.

Прошлое не имело значение, важно, как человек справиться с будущим.

Все они товарищи по команде, и все сталкивались с одинаковыми проблемами…

После того, как они немного поговорили, атмосфера стала более дружелюбной.

Джонсон посмотрел на двух товарищей и кивнул.

Будучи капитанов, помимо ответственности за экспедицию, он также отвечал за психическое состояние своих товарищей.

Ведь им придется просидеть в этом замкнутом пространстве два месяца. Подобное ничем не отличалось от пребывания в тюрьме.

Время шло, и голубая планета постепенно удалялась.

Корабль BFS покинул орбиты и улетел в глубокий космос к красной планете…

Глава 771. Никто не может помешать мне

Сягуан с ревом пронесся по небу и приземлился.

Двух космонавтов, вышедших из шаттла, тут же окружил персонал. Космонавты помахали репортерам вдалеке и сели в машину. Они направлялись в медицинский кабинет для осмотра.

72 часовой полет прошел успешно!

Испытания были идеальными, что подтвердило выводы Лу Чжоу.

Хотя все же имелись отклонения от теоретических данных, тепловыделение Сягуана значительно ниже, что позволяло снизить затраты на техобслуживание.

Сягуан официально начнет работу на Цзиньлинском космодроме и совместно Жуйсяном будет выполнять задачи по перемещению грузов на Лунную орбиту.

На второй день после завершения Сягуаном испытательного полета Жуйсян завершил свою задачу на лунной орбите и приземлился на космодроме.

Главный модуль космической станции находился на орбите уже две недели. За время наблюдений установили, что главный модуль работает стабильно.

Академик Юань посмотрел на Не Юня и Не Янь, выходящих из Жуйсяна, и вздохнул с облегчением.

В течении последних трех дней он с учениками, а также инженерами из Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации сутки напролет проводили на космодроме.

Теперь, когда Лунный дворец на правильном пути, они могли передохнуть.

Тем временем за Тихим океаном американцы также праздновали.

Космический корабль BFS успешно покинул систему Земля-Луна, унося астронавтов в десятки миллионов километров.

Впервые люди покинули систему Земля-Луна.

Также впервые человечество отправило колонистов на другую планету.

Хотя Китай первым вывел космическую станцию на лунную орбиту, НАСА показало свое доминирование в области навигации на большие расстояния. А в своем интервью НАСА заявили, что программа «Арес» не повлияет на финансирование программы «Лунные врата».

Также космическая станция НАСА «Лунные врата» по новому плану будет запущена во второй половине 2021 года, не в 2022. Космический корабль Dragon доставит главный модуль на лунную орбиту.

Если американцы успешно разместят космическую станцию на лунной орбите, то, несомненно, выиграю космическую гонку.

США вновь оказались впереди исследований человечества.

По крайней мере, так думал весь мир…

Программа «Арес» и строительство Лунного дворца шли полным ходом. Ученые и специалисты в аэрокосмической области изо всех сил старались превзойти друг друга.

Создавалось ощущение, что каждый день рождались новые аэрокосмические технологии.

Соревнование сверхдержав создало иллюзию будущего.

Но может это совсем не иллюзия.

Из-за космической гонки огромные средства были направлены на аэрокосмические исследования. В крупных университетах появились отделения по исследованию космического пространства и освоению его ресурсов. Многие проекты получили финансирование…

Благодаря этому многие другие области стали расти стремительными темпами.

Наиболее заметной была медицинская промышленность.

Всего через неделю после запуска BFS Вашингтон Пост опубликовали другую срочную новость.

Значительного прогресса добились в области криосна. Johnson & Johnson и Blue Origin успешно разморозили и пробудили обезьян, которые были заморожены на протяжении 67 дней!

Новость взбудоражила международное сообщество.

Хотя тела обезьян получили различной степени повреждения и обезьяны имели признаки слабоумия после пробуждения, подобное «воскрешение» все равно потрясло весь мир.

Руководил проектом профессор Грейдж из Гарвардского университета. Когда Nature опубликовали основную часть его статьи, он даже описал свое исследование как «прорыв того же уровня, что и термоядерный синтез».

В действительности, хотя заморозка организма звучит, как что-то из научной фантастики, примеры можно встретить и в природе.

Живой пример сибирские саламандриды. Саламандриды, живущие в Саха, забираются в трещины вечномерзлого грунта, где остаются замороженными долгое время.

Самое продолжительное зафиксированное время в замороженном состоянии составило 90 лет.

Теоретически, если животные могли выжить в суровых условиях заморозки и пребывать в состоянии покоя, то они могли бы эффективно «путешествовать во времени» в будущее. Насекомые во многих экстремальных условиях обладали более или менее похожими способностями.

Проблема была в том, как добиться подобного у млекопитающих!

Когда ученые исследовали технологию, они обнаружили, что при замораживании и реанимации клеток животных существует опасная температурная зона, которая составляет от 0 до — 60С.

Длительное пребывание в этом температурном диапазоне может привести к необратимой гибели организма.

Избежать опасной зоны и безопасно достичь -120 °C было главной проблемой технологии.

Профессор Грейдж, работавший в Johnson & Johnson, использовал замороженный агент с замедленным высвобождением, чтобы устранить данную проблему. После ввода анестезии организм затем пропитывался специальным средством с замедленным высвобождением, после чего начинался процесс замораживания.

До сих пор эта технология спонсировалась Alcor. Многие богатые мультимиллиардеры и арабская королевская семья также выразили интерес к этой технологии.

Большинство спонсоров в интервью сказали, что надеются, что технология позволит им переместиться в далекое будущее.

Они считали, что в будущем человечество найдет способы вылечить почти все болезни и достигнет бессмертия.

Член арабской королевской семья сказал, что он думает о том, чтобы разделить свое богатство на семь частей, прежде чем впасть в спячку. Он планировал передать его четырем разным компаниям и трем банкам.

Если все пройдет по плану, в будущем он все еще будет богатым человеком, когда проснется.

Не говоря уже о том, что рост его состояния может сделать его одним из богатейших людей в мире…

Если только инфляция не будет слишком смехотворной.

Однако многие либералы и социалисты беспокоились из-за этой технологии.

В частности, известный лауреат Нобелевской премии по экономике профессор Ангус Дитон заявил в интервью, что технология не такая радужная, как все представляют. Частое использование подобной технологии усугубит проблему различий в экономических классах.

Если все будут желать лучшей жизни в будущем, никто не захочет делать лучше настоящее.

Особенно когда 3% людей, желающих погрузиться в сон, владели 97% мировых богатств и ресурсов. Подобное может остановить глобальный экономический рост, превратив человечество в антиутопическое общество…

Профессор Ангус Дитон получил Нобелевскую премию по экономике в 2015 году за «анализ потребления, бедности и благосостояния». Он был гением, который использовал математические методы для построения экономических моделей. В настоящее время он возглавляет экономический факультет Принстонского университета.

Его слова могли звучать слишком панически, но из-за его репутации в науке его слова привлекли внимание многих людей.

Североамериканские либералы даже провели акцию протеста у Белого дома, призывая принять закон о запрете исследований…

Конечно, протест бесполезен.

Особенно когда богатые и влиятельные смотрели на эту технологию жадными глазами…

Лу Чжоу также прочитал статью профессора Грейджа в Nature.

Прочитав статью, он сказал:

— В прошлый раз, когда я читал статью по данной тематике, Johnson & Johnson заявили, что технология все еще находится на стадии демонстрации. Я не ожидал, что всего за несколько месяцев они уже закончат клинические испытания.

Лу Чжоу сделал глоток чая.

Ян Сюй ответил:

— Похоже, они добились удивительного прогресса.

— Да, они далеко продвинулись. — Лу Чжоу отложил журнал и на некоторое время задумался. Потом посмотрел на Ян Сюя и спросил. — Что ответили Hengrui Medicine?

— Они очень заинтересованы в нашем предложении и согласны, что технология крионики может стать очень перспективной в ближайшем будущем… Однако они также обеспокоены рисками, связанных с проектом.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Они бояться, что не смогут?

Ян Сюй покачал головой:

—Не совсем, они больше беспокоятся о политике.

Лу Чжоу нахмурился:

— Политики?

— Да. — Ян Сюй поставил свою чашку и посмотрел на Лу Чжоу. — Международное сообщество активно обсуждает данные исследования. К тому же не только среди ученых есть разногласие, но и общество в целом также имеют различные взгляды. Они обеспокоена, что Китай может запретить исследования этой технологии из-за международного давления.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

— И это риски?

Ян Сюй беспомощно пожал плечами:

— Возможно, ты так не считаешь… Но подобное уже случалось.

— Передай им, что их беспокойство излишне. — Лу Чжоу улыбнулся. — Никто не может помешать мне исследовать то, что я хочу.

Глава 772. Наем

Еще учась в Принстоне, Лу Чжоу размышлял о возможных направлениях исследования.

Чем более новым и неизвестным будет его исследование, тем сильнее оно будет противоречить этике и морали.

Это неизбежно.

В конце концов, высокотехнологичная система имела широкий спектр предметов, и он не мог заниматься математикой всю жизнь.

Погооврив с Ян Сюем, Лу Чжоу открыл ноутбук и задумался. Подцепив основные момент из работы профессора Грейджа он написал резюме своей статьи на тему «Технология криогенной гибернации человека». Он четко заявлял о своей поддержке данного исследования.

«Из-за короткой продолжительности жизни человека более целесообразно разработать способ, позволяющий людям путешествовать в течении тысяч лет, а не искать способ увеличения скорость космических кораблей.

Земля лишь источник цивилизации. Однажды наши следы достигнут других галактик.

Возможно, еще слишком рано задумываться над этим. Но в перспективе нам необходимо освоить эту технологию.»

Лу Чжоу печатал.

Хотя он не обязан объяснять мотив своих исследований, общественное мнение все равно важно. Если его не будет поддерживать общественность, то она поддержит кого-то другого, что может создать проблемы.

С его текущим влиянием в научных кругах, даже если у кого-то будут возражения против его исследований, никто не посмеет выступить против него публично… По крайней мере в Китае.

Поэтому, прежде чем иностранные СМИ и протесты смогут повлиять на общественное мнение Китая, он должен использовать собственное влияние, чтобы направить китайское научное сообщество на пользу этой технологии.

Лу Чжоу закончил печатать, после чего от корки до корки прочитал статью и удовлетворенно кивнул. Потом он отправил статью в редакционный отдел Цзиньлинского университета.

С момента его возвращения в Китай, влияния журнала Цзиньлинского университета сильно возросло. Особенно после успеха проекта термоядерного синтеза репутация Цзиньлинского университета была на пике.

Хотя они все еще отставали в сравнении с ведущими университетами, это отставание было не сильным.

Особенно с учетом того, что это статья его.

Многие специально искали работы Лу Чжоу и использовали их в качестве справочного материала.

Закончив, Лу Чжоу выключил компьютер и отложил вопрос в сторону.

Он не эксперт в области биохимии или этой технологии. Ему все еще надо положиться на специалистов, которые помогут с его исследованиями.

Ян Сюй уже связался с Hengrui Medicine по этому вопросу.

Результаты переговоров о сотрудничестве будут объявлены в ближайшее время.

Лу Чжоу был уверен, что они будут сотрудничать.

Ведь он Лу Чжоу.

С его поддержкой у Hengrui Medicine не должно быть никаких проблем.

Теперь, когда космическая гонка в самом разгаре, любой проект, отмеченный Комитетом по строительным работам на лунной орбите, быстро получал зеленый свет.

Исключений тут не было.

…………………

На следующий день после того, как Ян Сюй связался с Hengrui Medicine, профессор Чжан Цзяфу, который ранее посещал Лу Чжоу, вновь приехал к нему.

После небольшой беседы профессор Чжан поинтересовался:

— Отчего вдруг вы заинтересовались крионикой?

Профессор Чжан не испытывал оптимизма в этой технологии и не понимал почему Лу Чжоу захотел замарать свои руки в этой области.

Судя по всему, из-за своей статьи профессор Грейдж получил несколько писем с угрозами расправы и протесты около своего дома. Из-за чего он был вынужден переехать в исследовательский институт Johnson & Johnson.

Хотя в Китае бы никто не осмелился отправить угрозы Лу Чжоу, это все равно повлияет на его репутацию.

Выслушав вопрос, Лу Чжоу спокойно ответил:

— Крионика важная технология, которая пригодиться в будущем.

Профессор Чжан был ошеломлен. Он покачал головой и улыбнулся.

— Я не имею ничего против… И если вы настаиваете, то мы займемся ею.

Лу Чжоу кивнул и больше ничего не сказал. Он открыл ящик стола и достал предложение о проекте, после чего положил его на стол.

— Мы предоставим необходимых ученых и финансирование для исследования. Но наши способности в области клинической биологии скромны, поэтому понадобятся ученые от вас.

— Без проблем, — Ответил профессор Чжан Цзяфу. — У нас довольно много экспертов.

Являясь одной из немногих китайских компаний в области исследований и разработок лекарств, Hengrui Medicine располагала большим кадровым резервом в области клинической биологии и других областях, связанных с лекарствами. У них много ученых из ведущих зарубежных университетов и научно-исследовательских институтов. Все они лучшие специалисты в области биологии.

А Институт биохимии Лу Чжоу создал совсем недавно.

Лу Чжоу кивнул:

— План сотрудничество и распределение прибыли — все тут. Можете взять с собой и показать своим юристам. Если проблем нет, надеюсь, что мы сможем как можно скорее приступить к работе.

Профессор Чэан Цзяфу взял план и бегло просмотрел его. Увидев список участников, он сказал:

— У меня появился вопрос.

— Какой?

— Область крионики очень непопулярна. Хотя у нас есть ведущие специалисты в области клинической биологии и биофармацевтики, крионика не совсем наша сфера…

Лу Чжоу улыбнулся:

— Вы эксперт в биофармацевтике, поэтому я уверен, что у вас есть связи. Просто найдите несколько ученых, которые подойду, и наймите их.

— Это не так просто. — Чжан Цзяфу улыбнулся. — В Китае очень мало людей, которые занимаются крионикой. Я знаю их, но не могу гарантировать, что они присоединяться к проекту.

Чем новее исследовательское направление, тем меньше людей им занимаются. В данном случае горстка людей полностью контролировала данную область.

Горстка ведущих профессоров получала почти все ресурсы, а менее известные профессора не могли даже опубликовать работу.

После обучение талантливые молодые ученые меняли направления на более популярные… Подобное очень распространено в биологии.

Поэтому Лу Чжоу хотел сразу нанять ведущих специалистов.

Но поскольку они уже лидеры отрасли, то зачем им помощь Лу Чжоу?

Однако Лу Чжоу слегка улыбнулся и ответил:

— Просто сообщите мне, кто вам нужен, и я найду их.

Чжан Цзяфу заколебался, но потом сказал:

— Лю Цзобин…

— Кто это?

— Директор лаборатории криогенной медицины клеток, Института медицинских наук, Главного госпиталя Народной освободительной армии Китая… — Чжан Цзяфу немного помолчал и добавил. — Я познакомился с ним на научной конференции в Чэнду, после чего мы разговорились о крионике. Он с оптимизмом относился к криогенным технологиям. Он даже публиковал статью о восстановлении клеток. Профессор Грейдж даже цитировал его работу, но…

— Но?

— Но я слышал, что он хочет стать академиков, поэтому есть вероятность, что он не захочет с этим связываться. Убедить его будет нелегко.

Чтобы стать академиком нужны не только результаты исследований. Общественный имидж также должен быть хорошим. Однако, услышав опасения профессора Чжана, у Лу Чжоу возникла идея.

Он хочет стать академиком?

Идеально!

Лу Чжоу улыбнулся.

— Хорошо, возьмем его.

— Вы правда хотите нанять его?

— Вы сказали, что он лучший в крионики в Китае. Очевидно, что я хочу самого лучшего.

Глава 773. Сам по себе

До июня оставалось меньше двух месяцев.

Все кандидаты в академики уже предоставили эссе в 3000 слов и спокойно дожидались результатов первого раунда.

Но все это лишь затишье перед бурей.

Хоть первый раунд не главное поле битвы, уже начались налаживания связи.

Кому-то нравилось происходящее, кому-то нет, а кто-то записывался на зарубежные научные конференции, чтобы сбежать от происходящего.

Лаборатория криогенной медицины клеток, Института медицинских наук, Главный госпиталь Народной освободительной армии Китая.

Два лаборанта стояли перед инкубатором, «весело» проводя время за экспериментом.

В сравнении с другими китайскими университета, Главный госпиталь НОАК казался престижным и был влиятельным в отрасли. Однако он все еще находился ниже ведущих университетов.

Все точно также, как и в случае Академии наук, которая не могла превзойти Яньцзинский университет и университет Аврора.

Чем разношерстнее число кадров, тем сильнее конкуренция между фракциями.

Вместо того, чтобы нанимать кого-то из других отделений, они обучали своих сторонников.

Не говоря уже про академические круги, в любом учреждении с бюрократическими пережитками подобное неизбежно.

Но молодые ученые в лаборатории были вполне всем довольны.

Если все пройдет хорошо, то их наставник сможет стать академиком в этом году.

Выборы академиков больше связаны с удачей. Их руководитель Лю Цзобин хорошо знал это, именно поэтому он все еще не предоставил эссе в 3000 слов.

Ведь, если он будет убеждать других голосовать за него, то он будет должен им услугу.

Не вспоминая про то, что уже дважды ранее он не проходил.

После трех последовательных неудачных попыток право кандидата на избрание будет приостановлено. Все ранее представленные кандидатом материалы не должны использоваться повторно. Очень редко кто-то становился академиков после трех неудачных попыток.

Даже известные ученые не исключения.

Из-за этого его ученикам не нужно было помогать их руководителю налаживать связи.

Сун Сыюань сказал:

— Выборы в академики в этом году интересные.

Чжо Жуйцай спросил:

— Почему?

— Видел первичный список первого тура?

— Видел, что там такого?

— Раньше выборы в академики было битвой пожилых и Цзиньлинский университет не особо выделялся. Средний возраст кандидатов был семьдесят лет.

Хотя Цзиньлинский университет занимал третье место по числу академиков, у него была серьезная проблема с возрастом академиков. Прошло уже много лет с момента, как в университете появлялся новый академик.

Однако в этом году все изменилось. Многие молодые ученые из Цзиньлинского университета попали в первичный список.

— Тут нет ничего удивительного, в Цзиньлинском университета профессор Лу, очевидно, что все будет по-другому! Любой другой университет с профессором Лу взорвался бы от числа кадров.

— Ну это не совсем так.

— А что тогда.

— Хотя профессор Лу выпустился из Цзиньлинского университета, думаешь университет способен удержать его? Цзиньлинский университет так силен благодаря поддержки профессора Лу.

Чжо Жуйцай был сбит с толку и спросил:

— Тогда к кому относится профессор Лу?

Чжо Жуйцай новичок в научном мире, поэтому не знал о внутренних сплетнях.

— Просто взгляни на голоса на выборах.

Чжо Жуйцай заколебался и покачал головой:

— Без понятия. Не к Институту перспективных исследований же?

Институт перспективных исследований набирал популярность под руководством профессора Лу и добился многих выдающихся достижений, опубликовав много высококлассных работ.

Благодаря этому, а еще из-за благоприятной академической атмосферы, многие иностранные китайские ученые решили вернуться в Китай и работать в институте.

Даже тогда Институт перспективных исследований не мог сравниться с ведущими университетами и выделиться в академическом мире.

Поскольку он был создан совсем недавно.

Сун Сыюань посмотрел на своего недоумевающего коллегу и ответил:

— Он сам по себе.

Их коллега, сидевший рядом с ними, был потрясен.

Сам по себе.

Он единственный такой.

Чжо Жуйцай тоже удивился.

— Если бы наш руководитель был таким же невероятным.

— Ты о профессоре Лю? — Сун Сыюань холодно улыбнулся. — Забудь, мы в безвестной области, чудо, что наш руководитель попал в программу Чанцзяна!

Хотя Сун Сыюань не хотел признавать подобного, его руководитель Лю Цзабин выдающийся ученый, но он все еще не достиг уровня академика.

Программа Чанцзян могла стать его потолком.

И в этом не было ничего грустного. Программа Чанцзян поразительное достижение. Многие всю жизнь пытались попасть только в нее.

Внезапно дверь открылась

Двое ученых замолчали.

Лю Цзобин вошел в лабораторию и направился к инкубатору. Он посмотрел на клетки, а потом на своих учеников.

— Как состояние образца?

Сун Сыюань заикаясь ответил:

— Он… Он все еще жив.

Тут же он понял, что сказал какой-то бред.

Но его руководитель, судя по всему, вообще не волновался о образцах.

— Пришлите мне копию отчета по наблюдению завтра, а потом тут же собирайте вещи. Завтра мы отправляемся в Цзиньлин!

В Цзиньлин?

Что происходит?

Чжо Жуйцай и Сун Сыюань недоумевали, как и другие ученые в лаборатории.

Профессор Лю Цзобин глубоко вздохнул и серьезно сказал, пытаясь скрыть свое волнение.

— Сегодня утром я получил приглашение от профессора Лу принять участие в совместном проекте по гибернации человека в Институте перспективных исследований!

— Человека? — Сун Сыюань нервно произнес. — Но общественность… Общественность же не одобряет подобного.

Научная этика серьезная проблема.

Нарушение этических норм может стоить звания академика!

Однако их профессор нисколько не колебался.

— Научные исследования требуют жертв, я готов принести жертву ради страны!

— …

Серьезно?

Почему мы впервые видим вас таким патриотом?

Профессор Лю серьезно сказал:

— Я уже согласился присоединится к проекту. Институт также поддерживает мое решение. Они хотят, чтобы я поехал в Цзиньлин как можно скорее! Я хочу внести свой вклад в космическую гонку!

Сун Сыюань кивнул:

— Понятно.

На самом деле он не понимал.

Не из-за проекта, в конце концов тот всегда интересовался крионикой.

Он не ожидал, что их руководитель примет участие в таком проекте именно в такой момент.

Что касается вклада в космическую гонку…

То это абсолютная не правда!

Хотя крионика могла принести пользу для аэрокосмической промышленности, для таких ученых, как они, космическая гонка совершенно бессмысленна.

Однако…

Судя по всему, их руководитель был взволнован этим сильнее, чем выборами в академики.

Что происходит…

Два исследователя посмотрели, как их руководитель покинул лабораторию, а потом в шоке переглянулись

Сун Сиюань сказал:

— Черт, он все еще собирается становиться академиком или нет?

Чжо Жуйцай сглотнул.

Через некоторое время он ответил:

— Профессор Лу действительно невероятен…

Глава 774. Мы все умрем

С момента успешных экспериментов Johnson & Johnson профессор Грейдж оказался в центре общественного мнения.

Большинство были против технологии гибернации человека.

Хотя это давало еще один шанс на жизнь неизлечимо больным пациентам, большинство людей не могли позволить себе поддерживать заморозку в течении десятилетий.

Данная технология предназначена лишь для высшего класса, поэтому у остальных не было причин поддерживать ее.

Голландский художник нарисовал сатирическую картину маслом на данную тему. Он изобразил замороженную мумию в ледяном гробу, сидящую на троне. Группа слуг стояла на коленях вокруг мумии. Он высмеивал слуг, которые думали, что однажды смогут сидеть на троне, подобно фараонам тысячи лет назад.

Североамериканский писатель-фантаст описал картину мрачного общества, управляемого слугами, которые никогда не будили своих хозяев.

В этом антиутопическом обществе люди жили крайне бедно, социальное развитие остановилось, а в обществе все встало настолько, что человеку было почти невозможно подняться по классовой лестнице собственными силами. Все потому что большая часть богатства контролировалась «замороженными мумиями».

Подобные взгляды излишне экстремальны, но в них был смысл, поэтому они привлекли к себе много внимания.

Этичность данной технологии обсуждалась как в научных кругах, так и за его пределами.

На фоне этих споров случилось важное событие.

Пока все писали собственное мнение по поводу этой технологии, Институт перспективных исследований незаметно создал исследовательскую группу по гибернации человека. Они пригласили Лю Цзобина в качестве руководителя проекта.

С появлением этой новости в международном сообществе поднялся шум.

Им было все равно, если бы какой-то безымянный институт взялся за исследования, но это Институт перспективных исследований.

Именно они изобрели технологию управляемого термоядерного синтеза!

Именно они спроектировали Жуйсян!

И самое главное, что главой института был профессор Лу…

Противники крионики тут же обеспокоились.

Черт!

Профессор Лу заинтересовался этим!

А что если он преуспеет?!

Хотя Лу Чжоу никогда не показывал талантов в области биологии и не занимался исследованиями в этом направлении, никто не знал его истинных способностей.

А Лу Чжоу раньше творил множество невозможного.

Некоторые наблюдательные подметили, что проектом руководит Лю Цзобин, который упоминался в работе Грейджа…

Все это указывало на то, что Лу Чжоу серьезно подошел к данной теме.

……………………

В корпусе факультета экономики Принстонского университета.

Ангус Дитон сидел в своем кабинете. Он снял очки и бросил газету на стол.

— Невероятно!

Профессор Виттен сидел напротив него. Он улыбнулся и сделал глоток чая.

— Что случилось, друг мой?

Пять лет назад Виттен начал лысеть и теперь на его голове почти не осталось волос.

Это жизнь.

Родившись в 1951 году, ему уже больше семидесяти лет, он достиг последних лет своей жизни.

Два года назад профессор Атия скончался в разгар своих поисков решения гипотезы Римана, что сильно ударило по Витенну. Он стал жить уединенной жизнью в Принстоне.

— Не знаю зачем Лу Чжоу занялся чем-то подобным! Не может быть, чтобы такой умный человек, как он, не понимал этого! — Профессор Ангус сердито открыл почту и дрожащими руками начал печатать.

Виттен посмотрел на своего друга и улыбнулся.

— Успокойся, мы уже не молоды, следи за своим давлением.

— Но… Я должен остановить его!

Виттен поставил чашку и задумался.

— Может… У него есть на то причины?

Ангус перестал печатать и нахмурился.

— Хочешь сказать… Что Китайцы заставляют его?

— Врят ли, подобное невозможно! — Эдвард Виттен улыбнулся. — Он очень упрямый, поэтому не стал бы делать то, чего не хочет. Так же как, если он решил что-то, то никто не остановит его.

Ангус замолчал и облокотился на спинку стула.

— Если ты его так хорошо знаешь, то зачем он решился на такое?

— Ошибаешься, я плохо его знаю. Даже, когда он учился в Принстоне, я знал лишь его как талантливого студента. А вот профессор Фефферман знал его намного лучше меня. Я просто считаю его уважаемым ученым.

Профессор Ангус сердито возразил:

— Но он использует свои знания, чтобы делать что-то аморальное!

— Кто знает, что случится в будущем. Может я политически не прав, но я лично не считаю, что гибернация человека что-то настолько плохое. — Виттен улыбнулся. — Это же не хуже изобретения мобильников? В наши дни, вся молодежь просто уткнулась в свои телефоны.

Ангус покачал головой:

— Ты не понимаешь.

— Ты прав, я не разбираюсь в экономике, я лишь физик. Но думаю, что мы похожи. Я использую математику для изучения физики, а ты для экономики.

— Но мои экономические модели — это феноменологические модели, что были досконально проверены! Они предсказывают человеческую деятельность. — А потом ухмыльнувшись добавил. — Если думаешь, что это так просто, почему бы тебе не создать экономическую модель с помощью математики, чтобы получить Нобелевскую премию?

— О… я слишком стар для такого, может с помощью технологии крионики я смогу получить Нобелевскую премию

— Все мы умрем, друг мой. Нет ничего плохого в этом. — Ангус посмотрел на Виттена. — Я знаю, что смерть Атии сильно ударила по тебе, но тоже самое случится и с нами. Не стоит переживать из-за этого.

— Я не хочу обсуждать это с тобою. — Виттен улыбнулся. — Поскольку тебе есть, что сказать Лу Чжоу, то почему тебе не поговорить с ним лично? Каждый раз при личной встречи с ним, я становлюсь немного мудрее… Если бы не совет моего врача поменьше летать, то я бы слетал с тобой.

— Отличная идея!

Ангус выключил компьютер и медленно встал, после чего направился на выход из кабинета.

Виттен посмотрел на своего старого друга, покидающего кабинет, и улыбнулся.

— Не забудь передать привет профессору Лу от меня и скажи, что я хотел бы сыграть с ним в карты.

Ангус не ответил, поскольку уже ушел.

Виттен улыбнулся и покачал головой. Он оперся на подлокотник дивана и медленно встал.

— Время действительно летит незаметно, а я даже и не замечал… — Он посмотрел в окно и заметил горлицу на ветку дерева, после чего пробормотал. — Как прекрасно.

Глава 775. Клетки нематод

В действительности профессору Лю не нужно было подлизываться к Лу Чжоу.

Имея собственную лабораторию он и так мог проводить любые эксперименты.

Но он не смог устоять.

Он сразу же направился к Лу Чжоу, поскольку тот сказал ему:

— Я не могу помочь вам на этих выборах, но на следующих через два года, я гарантирую, что вы станете академиком.

Не имея связей за пределами сферы биологии, профессор Лю тут же соблазнился этими словами…

Институт перспективных исследований.

Лаборатория внутри Института биохимии.

Часть оборудования здесь была заказана друзьями Лу Чжоу из Германии и Нидерландов, а остальное позаимствовано или выкуплено из Института медицинский наук.

Хотя обычно подобное оборудование не одалживают, поскольку проект был от Комитета по строительным работам на лунной орбите, Больница с радостью предоставила оборудование.

Им нужно лишь передать оборудования, чтобы получать бонусы от поддержки одного из главных национальных проектов.

Лу Чжоу стоял в лаборатории и смотрел на образцы в холодильнике.

— Что это?

Профессор Лю ответил:

— Образцы клеток древних нематод! Исследовательская группа из Санкт-Петербургского государственного университета нашла их в тундре вблизи реки Алазея. Я хорошо общаюсь с профессорами оттуда, поэтому смог купить их.

— Сколько они стоят?

— Довольно дешево, всего сто тысяч долларов.

Всего сто тысяч долларов…

Довольно дорого…

Если Лу Чжоу правильно помнил, то это не вымирающий вид. Его часто находили в фекалиях вымерших видов. Просто будучи рядом с древним руслом реки, можно получить образцы с помощью одной только лопаты.

Ста тысяч долларов достаточно, чтобы профинансировать целую научно-исследовательскую экспедицию.

Профессор Лю догадался о мыслях Лу Чжоу, поэтому объяснил:

— Это не дорого! Спрос и предложение. Согласно радиоуглеродному анализу, им сорок тысяч лет. Подобных нам будет трудно найти.

— Ладно, перейдем к главному, я не эксперт в палеонтологии.

— Вероятно, это самый древний живой образец, что мы можем получить в свои руки. Выкупив образец, мы извлекли некоторые клетки нематод и поместили их в специальные чашки для выращивания, после чего обнаружили удивительный феномен.

Профессор Чжан Цзяфу, рядом с ними, тут же спросил:

— Что за феномен?

Профессор Лю со всей серьезностью ответил:

— Среди ста семидесяти трех чашек для выращивания в двух мы заметили восстановление клеток. Они возобновили нормальную жизнедеятельность!

Профессор Чжан поразился.

— Вы уверены, что что-то не попало из вне? Может что-то не так с присланным образцом?

— Уверен, поскольку мои студенты посещали исследовательскую группу в Санкт-Петербурге.

— Да. — Сун Сыюань нервничая добавил. — Я приезжал туда, чтобы забрать образцы, и сделал фотографии.

— Тогда за что вы платили сто тысяч долларов?

Если вы сами забирали образцы, зачем вы платили?

Профессор Лю смутился.

Чжан Цзяфу кашлянул:

— Все из-за контракта с русскими… Можно посмотреть на образец?

Профессор Лю Цзобин кивнул:

— Конечно.

Помощник профессора с помощью специальной пипетки извлек образец, а потом поместил его на стекло под микроскоп.

Профессор Чжан подошел и посмотрел в микроскоп.

Он увидел драгоценных крошечных существ, плавающих в специальном питательном растворе.

Они медленно передвигались, поедая кишечную палочку в качестве еды.

Через пару секунд он оторвал взгляд и поддавшись эмоциям произнес:

— Невероятное открытие… Санкт-Петербургский университет передал вам результаты исследований?

— Очевидно, нет, статья принадлежит им, но я не сотрудничал с ними в дальнейших исследованиях. — Профессор Лю ухмыльнулся. — Например, в извлечении ДНК из клеток… Думаю, что они также пытались., но пока не получили результатов.

Профессор Чжан тут же спросил:

— Значит вы что-то обнаружили?

— Изучая ДНК, мы обнаружили, что фрагмент гена мог содержать факторы, которые позволяют оставаться в активном состоянии покоя в чрезвычайно холодных условиях.

Даже Лу Чжоу удивился.

Фрагмент ДНК связанный с гибернацией!

Потрясающе!

Лу Чжоу спросил:

— Вы опубликовали результаты?

— Пока нет. — Лю Цзобин покачал головой. — Пока это лишь не конечные результаты. Мы уверены, что русские еще не обнаружили их, поэтому продолжает держать это в секрете.

Подобное распространено в научном сообществе.

Лу Чжоу поступал также, поэтому кивнул.

— Хорошо, тогда я хочу услышать ваши идеи, можете мне рассказать про них?

— Фрагмент гена может стать ключом к решению проблемы гибернации. Сейчас мы думаем о двух возможностях. Первая, что ген синтезирует особый белок, что позволяет клеткам поддерживать структуру клеточного тела в экстремальных условиях.

Это звучало захватывающе.

Однако Лу Чжоу не был взволнован. Он задумался и сказал:

— Но многие клетки все равно погибают.

Профессор Лю кивнул:

— Да, не каждая клетка способна выжить, потому что тут влияет не только низкая температура… Но это не главное. У нас есть и другая мысль.

Он подошел к доске в лаборатории и нарисовал на ней две линии, после чего подписал одну из них.

— Первая — изменение генов. После модифицирования потенциально эффективного фрагмента гена, мы сможем вставить его в гены живого организма. Тогда мы достигнем состояния покоя!

Лу Чжоу задумался, а потом спросил:

— А другая идея?

— Другая — воспользоваться идеей аналогичной идеи профессора Грейджа. А именно погрузить человека в вещество, содержащие специальный белок.

Профессор Чжан спросил:

— Например в формалин?

Профессор Лю кивнул:

— Да, но определенно не в формалин…

Стоя рядом с доской Лу Чжоу думал.

Через какое-то время он сказал:

— Звучит, как безумие, но думаю мы можем попробовать вторую идею.

Профессор Лю кивнул.

— Согласен, генетическая модификация возможна, но затраты слишком велики.

И еще более важно то, что генетические модификации ДНК человека в данный момент запрещены.

В отличие от споров по гибернации человека, игры с генетикой человека признаны неэтичными…

Даже профессор Лу не осмелится на подобные незаконные эксперименты.

Внезапно послышал стук и в дверь вошла секретарша Лу Чжоу.

— Профессор, вас кто-то спрашивает?

Меня?

Лу Чжоу не помнил, что у него были назначены встречи на сегодня, поэтому спросил:

— Кто?

Молодая секретарь ответила:

— Он утверждает, что профессор Ангус Дитон из Принстона… Он выглядит обеспокоенным.

Ангус Дитон?

Лу Чжоу немного слышал про него. Он вспомнил, что Дитон был с экономического факультета.

Хотя в Принстоне не было бизнес-школы, в нем находился экономический факультет. Удивительно, но экономический факультет Принстона высоко оценивался в США.

Однако Лу Чжоу никогда раньше не изучал экономику.

Поэтому он не понимал отчего Дитон захотел вдруг встретится с ним.

Лу Чжоу кивнул:

— Понял, попроси его подождать на стойке регистрации.

Помощница кивнула.

— Хорошо, профессор Лу.

Она развернулась и покинула лабораторию.

Глава 776. В будущем разрешится

Институт перспективных исследований, приемная для гостей.

Лу Чжоу открыл дверь и увидел профессора Ангуса, сидящего на диване. Профессор Ангус все еще был с седой бородой. Ван Пэн сидел напротив него.

Лу Чжоу улыбнулся и поприветствовал профессора Ангуса:

— Ангус Дитон, зачем вы приехали сюда?

Профессор Ангус поправил очки. У него уже было не такое хорошее зрение, поэтому ему потребовалось время, чтобы узнать Лу Чжоу. Наконец, он ответил:

— Это из-за случившегося недавно. Вы должны узнать, зачем я приехал.

Случившегося недавно?

Лу Чжоу сразу понял, о чем он. Он посмотрел на Ван Пэна и дал знак покинуть ему комнату.

Ван Пэн немного заколебался, а потом встал.

Но он не сразу ушел из комнаты, а сначала подошел к Лу Чжоу и сказал:

— Я узнал плохие новости. Тебе следует быть осторожнее.

Лу Чжоу посмотрел на него и улыбнулся:

— Не волнуйся, я не делаю чего-то опасного. И китайское сообщество отличается от иностранного. Думаю, что проблемы профессора Грейджа, тут вообще не возникнут.

С момента публикации статьи Грейджа, китайские СМИ все еще молчали по этой теме.

— Нет, я не про правозащитные организации, они не проблема… — Ван Пэн заколебался и посмотрел на профессора Ангуса, после чего прошептал. — Я про ЦРУ… Слышал, что они что-то замышляют.

Лу Чжоу замер, а потом подозрительно покосился на Ван Пэна.

— Думаешь, что ЦРУ саботируют нас прямо сейчас?

Ван Пэн тут же вспомнил о прошлом Ангуса Дитона и смутился.

— Думаю, ты прав.

Ангус Дитон Нобелевский лауреат, и ЦРУ никак не могли сделать из него шпиона…

Даже у Голливуда не найти такого безумного сюжета…

Лу Чжоу пожал плечами:

— Ты излишне беспокоишься.

— Просто будь осторожнее, он американец.

— Не волнуйся, меня не волнует его национальность. Я доверяю ему. Молчу про то… — Лу Чжоу пошутил… — Я не боюсь семидесятилетнего старика.

Ван Пэн наконец ушел.

Профессор Ангус и Лу Чжоу остались одни.

Лу Чжоу сел на диван напротив Ангуса. Он взял чайник и налил себе чая, а потом облокотился на спинку дивана и сказал:

— Думаю вам есть, что сказать. Можете начинать.

— Хочу сказать лишь одно… Пожалуйста, прекратите все, что делаете! Ваши исследования могут пробудить страшное зло!

Лу Чжоу посмотрел на пар, поднимающийся от чашки, а потом заговорил:

— Я не очень разбираюсь в экономике и социологии, и не совсем понимаю, что вы подразумеваете под страшным злом!

Профессор Ангус встал.

— Если вы не понимаете, то я просвещу вас.

Лу Чжоу кивнул, предлагая Ангусу продолжить.

— Мне нужна белая доска… или черная.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Без проблем, у нас тут предостаточно досок.

Лу Чжоу нашел доску и вкатил ее в приемную.

Профессор Ангус взял маркер и начал писать на доске вычисления. Он просто объяснил свою теорию. Лу Чжоу, после чего провел линию, отражающую его представления относительно будущей тенденции экономики.

Ангус рассказал о своих опасениях по поводу технологии гибернации, проблемах, как оседание огромных активов, перенос класса элиты в будущее, усиление классовых различий… Он сказал, что все это приведет к краху общества.

Ведь богатые люди жадные.

Если кто-то может жить лучшей жизнью в будущем. кто захочет оставаться в текущей эпохе.

— В нашем обществе средства контролируются небольшим числом людей. Поэтому мы приняли множеством законов, правил и налогов для ограничения подобного. Но ваши исследования разрушат усилия людей по созданию сбалансированного общества.

Выслушав теорию Ангуса, Лу Чжоу призадумался, а потом произнес:

— Хотя я признаю, что ваши опасения логично, я не могу с вами согласиться.

— Но почему?

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

— Не только лишь технология гибернации человека, продвинутый искусственный интеллект, виртуальная реальность… Множество всего способно разрушить наше общество. Если вы хотите сохранить общество таким, каким оно есть, то, боюсь, единственный вариант просто запретить научные исследования.

Профессор Ангус воскликнул:

— Вы фашист!

— Нет, это не так, просто я смотрю на это объективно. — Лу Чжоу покачал головой — Технология сама по себе невинна, а люди как раз нет.

Профессор Ангус тут же спросил:

— Тогда вы можете пообещать, что люди будут использовать технологию морально и этично?

— Я не могу ничего обещать, как и политики не могут гарантировать мир во всем мире, а экономисты не могут гарантировать экономический рост. Даже прогнозы погоды порой неверны… Поэтому отчего вы требуете от меня обещания, что моя технология будет использоваться правильно?

Профессор Ангус замолчал и заколебался.

Спустя какое-то время он хмуро ответил:

— Вы правы… Но есть риски, которые мы не можем себе позволить.

— Некоторые риски неизбежны. — Лу Чжоу пронзительно посмотрел на Ангуса. — Наша цивилизация движется всегда вперед. Даже если я не буду исследовать эту технологию, то это сделает кто-то другой. Точно также, как с управляемым термоядерным синтезом. Многие ненавидят меня за то, что я ликвидировал миллионы или даже десятки миллионов рабочих мест. Но я также верю, что в будущем больше людей будут благодарны мне, поскольку меньше людей станут страдать в угольных шахтах. Качество жизни повысится.

Таков закон развития цивилизации. Дажу учитывая, что ситуация со временем может ухудшаться или стагнировать, в долгосрочной перспективе качество всегда будет улучшаться.

Искусственный интеллект будет становиться все умнее и умнее людей. Однажды люди смогут вести себя как боги, изменяя свою генетику и делая себя всемогущим…

— Аналогично и с технологией гибернации человека, она даст многим неизлечимо больным второй шанс, а также позволит цивилизации распространиться по всей галактики. Она негативно скажется на обществе… Проблемы, о которых вы говорите, правда существуют. Но я думаю, что цивилизации в конечном итоге найдет подходящее решение этих проблем. Также, как мы находим решения научных проблем. — Лу Чжоу посмотрел на профессора Ангуса и добавил. — И ваша задача — внедрить эти новые технологии в общество не разрушая его.

Глава 777. Великие идеи часто приходят неожиданно

Принстонский университет.

Многие профессора пили кофе на втором этаже. Это их любимое место, где можно поговорить о науке или просто почитать книгу, наслаждаясь спокойными деньками.

Эдвард Виттен был частым посетителем этого кафе.

Виттен физик с Филдсовской премией за плечами. Большинство студентов глубоко уважали его и часто проявляли инициативу, чтобы поздороваться и спросить о непонятных проблемах в физике.

Старик с радостью отвечал студентам.

Он с Фефферманом были открытыми людьми.

Закончив лекцию, Виттен пришел в это кафе. Он заказал чашку кофе и сел у окна. Он удивился, увидев, что его знакомый поднялся по лестнице и вошел в кафе.

— Ангус? — Виттен удивился. Он отложил блокнот и посмотрел на профессора Ангуса, после чего в шутку сказал. — Друг мой, почему вернулся так рано?

— Потому что я получил ответ, который искал. — Ангус медленно сел напротив Виттена и какое-то время молчал, потом он сказал. — Ты был прав, хотя я разговаривал с ним меньше часа, я многому научился.

Виттен улыбнулся:

— Правда? Можешь ли поделиться со мной, чему ты научился?

— Новое поколение ученых более оптимистично, нежели мы, у них уникальные мысли. Раньше я был слишком пессимистичен. Я думал, что мир обречен, но подобное дает мне надежду на человечество.

— Я рад, что ты стал более оптимистичен. — Виттен посмотрел на часы. — У меня скоро лекция по физике, поэтому мне нужно идти.

— Иди… Кстати, почему ты вдруг заинтересовался в обучении бакалавров? — С интересом спросил Ангус.

— Потому что жизнь всегда заканчивается… Думаю, ты прав, мы все рано или поздно умрем, но что-то мы можем передать. — Виттен улыбнулся и допил кофе. Он поставил чашку и добавил. — Может быть, однажды в будущем мои студенты объединят четыре силы.

Ангус пошутил:

— А может и нет.

Виттен улыбнулся.

— Ха-ха, все может быть! В любом случае я буду мертв… Не хочешь поспорить?

— Без проблем, но на что будем спорить? Не похоже, что на небеса можно будет взять деньги.

— Никогда не узнаешь, может на небесах тебе пригодятся деньги.

— Скоро узнаем.

Виттен ушел.

Профессор Ангус остался в кафе.

Он спокойно посмотрел на двор университета за окном. Он смотрел, как студенты идут по аллее, и начал грезить.

Спустя какое-то время он достал потрёпанную записную книжку.

Это его памятка. Из-за ухудшающейся памяти он часто носил ее с собой. Всякие раз, когда сомневался сделал или он что-то, или нет, то он доставал книжку и просматривал ее.

Помимо записей дел, как про оплату счетов или про необходимость отремонтировать кран, он иногда писал вдохновляющие мысли…

Профессор посмотрел на пустую страницу и надолго задумался, держа ручку над страницей.

Словно он что-то понял.

— Использование прошлых методом для предсказания будущего неверно. Нужен новый метод…

Он что-то пробормотал себе под нос и написал строку в блокноте.

«Экономика вселенной.»

После небольших раздумий он перечеркнул ее и написал другую строку.

«Социология будущего.»

— Так звучит интереснее…

Великие идеи часто приходят неожиданно.

Теории, которые могли повлиять на весь мир, рождались именно так…

……………………….

На вторую неделю после отъезда профессора Ангуса до Лу Чжоу дошел интересный слух.

Принстон открыл новый курс профессора Ангуса Дитона с названием «Социология будущего». В данном курсе не преподавалось что-то конкретное. Это просто общий курс с размышлениями о будущем.

Хотя название звучало странно, многие студенты все равно записались на курс, поскольку его преподавал лауреат Нобелевской премии.

Судя по всему, профессор Ангус писал книгу на эту тему.

Хотя конкретное содержание курса не обнародовали, по словам старого друга Ангуса, он писал книгу похожую на скучный научно-фантастический роман без научной основы.

Но его друг сказал, что книга может принести пользу в будущем…

Лу Чжоу услышал это от бывших студентов в Принстоне.

Цинь Юэ прошел путь от лектора до профессора. Харди вернулся в Бразилию преподавать в университете Сан-Паулу, став одним из лидеров в теории чисел в Бразилии… Конечно, бразильские математики не были особенно хороши в теории чисел.

Вера, судя по всему, вместе с Молиной занималась гипотезой Римана. Независимо от ее успехов, смелось бросить ей вызов достижение само по себе.

Вэй Вэнь планировал получить докторскую степень в Принстоне, когда как Джерик устроился на работу в Массачусетский технологический институт…

В целом его студенты неплохо себя зарекомендовали.

Лу Чжоу был доволен, что учил их.

Ответив на письмо Цинь Юэ, Лу Чжоу потянулся и планировал убить немного времени на Arxiv, как внезапно услышал стук в дверь.

Лу Чжоу откашлялся и сказал:

— Войдите.

Дверь распахнулась и вошел серьезный Ван Пэн.

— Плохие новости!

Лу Чжоу нахмурился.

— Что случилось?

Ван Пэн вздохнул:

— Биосфера подверглась нападению неизвестных вооруженных сил. По словам местных военных, ущерб нанесен значительный…

Неизвестные напали?

Что за?!

Лу Чжоу тут же вскочил.

— Все в порядке?

— Боевики убиты. Все ученые и иностранные специалисты в безопасности… Они перевезены в местный город по соображениям безопасности. Местные военные перекрыли все дороги в близлежащем районе, и они расследуют прошлое нападавших, но…

Лу Чжоу почувствовал облегчение, однако последнее «но» заставило его вновь нервничать.

— Но?

— Ущерб биосфере нанесен серьёзный.

Глава 778. Посещение раненых

Цзиньлинская больница.

Солдаты с ранениями были перевезены сюда для лучшего лечения.

Среди них был командир Ли Гаолян…

Хотя Ван Пэн не советовал Лу Чжоу приезжать сюда, Лу Чжоу настоял. Получив одобрение от начальства, Ван Пэн привел сюда Лу Чжоу.

Лу Чжоу сказал, что они пострадали из-за его проекта и с его стороны будет слишком бессердечно не навестить их.

Лу Чжоу последовал за Ван Пэном и пришел в закрытое отделение больницы.

Лу Чжоу взглянул на солдат у входа и спросил:

— Здесь дежурят солдаты?

— Само собой. — Кивнул Ван Пэн. — Если не держать случившееся в секрете, то новость распространится с безумной скоростью.

Лу Чжоу кивнул.

Ван Пэн показал письмо солдату у дверей. Тот внимательно изучил письмо и отсалютовал, после чего отошел в сторону.

Лу Чжоу пошел в палату и увидел лежащего на кровати Ли Гаоляна с ногами обмотанными бинтами. Спустя небольшое молчание Лу Чжоу сказал:

— Ваши ноги…

— Отрезаны. — Ответил Ли Гаолян. — Профессор Лу, зачем вы пришли?

— Чтобы навестить вас. — Лу Чжоу поставил фрукты и молоко на стол. — Мне жаль, что такое случилось с вами…

Ли Гаолян посмотрел в сторону и кашлянул:

— Не говорите так, это мне нужно извиняться… Я не смог защитить экспериментальный объект. Я подвел страну.

Лу Чжоу покачал головой.

— Эксперимент не важен, пока люди в безопасности.

Хотя Лу Чжоу сожалел, что эксперимент сорван… Нет ничего важнее человеческих жизней.

Пока с людьми все в порядке, нужно лишь немного дополнительного времени, чтобы восстановить эксперимент.

Ли Гаолян вздохнул и посмотрел на Ван Пэна.

— Можешь дать прикурить?

Ван Пэн покачал головой:

— Когда я пришел сюда, то врачи предупредили меня, что у тебя была только вчера операция и тебе нельзя курить.

— Всего одну затяжку, я не могу избавиться от зависимости.

— Нет, ни одной затяжки!

Ли Гаолян повернулся к Лу Чжоу и беспомощно попросил:

— Тогда, профессор Лу, я здесь уже несколько дней, можете…

Ван Пэн кашлянул:

— Забудь, он не курит.

Ли Гаолян удивился:

— Бывают парни, что не курят?

— Да, я. У вас с этим проблемы?

Ли Гаолян кашлянул:

— Нет, ничего такого не подразумевал…

Лу Чжоу покачал головой:

— В любом случае…. Можете рассказать, что произошло?

Ли Гаолян внезапно замолчал.

Через какое-то время он сказал:

— Могу лишь сказать, что разрешено.

Лу Чжоу кивнул.

— Все нормально.

Ли Гаолян посмотрел на капельницу рядом и начал вспоминать.

— Было около пяти часов вчера. В пустыне бушевала песчаная буря. Ветер был сильный, что нельзя было видеть дальше метра перед собой. Они угнали наш грузовик с водой и приблизились к нам во время бури. Ситуация была опасной. К счастью, солдаты на блокпосте заметили, что что-то не так, но…

Случившееся очевидно, и все было объяснить в двух словах. Однако, чтобы объяснить полностью произошедшее, нужно больше пары слов.

Солдат, дежуривший на блокпосте, заметил неладное и тайком нажал тревожную кнопку. Однако нарушители заметили его движения и тут же начали атаку.

Нападавшие, прошли боевую подготовку, что делало их куда опытнее простых террористов.

Однако такое ожидаемо, поскольку обычные террористы не нашли бы исследовательский центр, спрятанный в пустыне.

Очевидно, что они наблюдали за объектом больше месяца и все тщательно спланировали. Возможно атака была даже изнутри…

К счастью, там располагались четыре батальона. Когда нападавшие попытались проехать внутрь лагеря, дежурный снайпер быстро отреагировал и убил водителя.

На пропускном пункте вспыхнуло сражение. По биосфере сделали выстрел из РПГ в результате которого воспламенились литий-серные солнечные батареи, после чего объект загорелся.

Поразительно, что все 12 нападавших сражались до самой смерти. Даже когда их окружили, никто не сдался. Стрельба прекратилась лишь тогда, когда всех нападавших убили.

Что касается ног Ли Гаоляна… Его не ранили во время боя. Он попытался спасти экспериментальное оборудование и на него упал бетонный блок.

Выслушав рассказ Ли Гаоляна, Лу Чжоу спросил:

— Сколько вы потеряли?

Ли Гаолян ничего не сказал. Он лишь молчал взглянул на Лу Чжоу.

Ван Пэн вздохнул.

— Не смущай его…

Лу Чжоу, что спросил не то, лишь по взгляду Ван Пэна.

Некоторые вещи нельзя разглашать.

Скорее всего, подобное не раскроют еще лет десять.

Ван Пэну пришлось задействовать связи, чтобы позволить Лу Чжоу навестить раненых.

Как бы то ни было, сколько бы ни было жертв, солдат на блокпосте, что поднял тревогу, однозначно не выжил.

Лу Чжоу еще смутно помнил молодого солдата, отдавшего ему честь, когда он приезжал в пустыню искать место для биосферы. Он не ожидал, что тот парень умрет менее чем через год…

— Извиняюсь.

Командир покачал головой:

— Не извиняйся. Защищать страну — долг солдат. Страна позаботиться о нас. У меня нет ног, но теперь я могу выйти на пенсию и получать пособие до конца жизни.

Ли Гаолян улыбнулся.

Но Лу Чжоу мог почувствовать следы печали в его словах.

Тот явно скрывал свои эмоции.

Мало того, что его солдаты погибли в бою, так он еще потерял ноги.

Возможно, он был бы более счастлив умереть в бою, чем провести остаток жизни в инвалидном кресле…

Ван Пэн посмотрел на командира и промолчал.

Через какое-то время он сказал:

— Если тебе что-нибудь понадобиться, скажи. Сделаю все возможное.

Ли Гаолян улыбнулся:

— Ха-ха, я запомню твои слова!

— Обещаю

— Хорошо. — Ли Гаолян покачал головой. — Все нормально, я лишь потерял ноги. Ты мне не нужен. Просто приходи иногда выпить. Ладно медсестре пора давать мне лекарства. Вы с профессором Лу можете уходить.

Ван Пэн кивнул и развернулся.

Дверь палаты открылась и мимо Ван Пэна прошли врач с медсестрой.

Молодая медсестра посмотрела на Лу Чжоу и вежливо попросила:

— Господин, можете покинуть палату? Нам нужно осмотреть пациента и сделать перевязку…

Лу Чжоу словно пробудился от слов медсестры.

Он посмотрел на Ли Гаоляна и сказал:

— Возможно, все не настолько плохо. Может… Я смогу заставить вас снова ходить.

Глава 779. Шанс снова встать на ноги

В палате воцарилась тишина.

Ли Гаолян не единственный, кто пребывал в шоке. Медсестра, доктор и даже Ван Пэн были шокированы этими словами.

Все молчали.

Через мгновение Ли Гаолян взволновано посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Правда?

Снова встать?

Он не шутит?

Доктор кашлянул:

— Пожалуйста, не шутите так с пациентами.

Даже профессору Лу нельзя так жестоко шутить!

Медсестра с доктором холодно посмотрели на Лу Чжоу.

Ли Гаолян побледнел, после чего рассмеялся, чтобы скрыть свое смущение.

— Да, не шутите надо мной… Врачи сказали, что я полностью лишился ног. Чудо, что я сейчас жив.

Лу Чжоу покачал головой и посмотрел на Ли Гаоляна:

— Я не шучу, я серьезен.

Ли Гаолян замолчал.

Интуиция говорила ему, что такое невозможно.

Ведь когда его вытащили из-под бетона, две его ноги были полностью разрушены. Не было никакой надежды спасти ноги.

Когда его доставили в больницу, он получил лишь один выбор. Либо ему ампутируют ноги сейчас, либо он может дождаться некроза, что тоже будет означать скорейшую ампутацию…

Теперь, когда его ноги ампутировали, Ли Гаолян не верил, что у Лу Чжоу был способ заставить вновь его ходить.

Доктор рядом покачал головой и сказал:

— Невозможно! Никогда раньше не слышал о такой технологии. Если говорить о протезировании, то встать можно. С помощью реабилитационных тренировок можно даже вновь нормально ходить. Но его ситуация ная. Повреждены были не только ноги, но и спинномозговой нерв! Он даже не может контролировать свой мочевой пузырь, можно забыть о протезах!

— Вы правы. — Лу Чжоу посмотрел на Ли Гаоляна и кивнул. — Я не очень разбираюсь в биологии, но если нервы повреждены, то это проблематично.

Доктор покачал головой и сказал:

— Поэтому я и говорю вам не шутить с пациентами. Вы даете ложную надежду.

Если давать ложную надежду, то это не решит проблем.

— Я не даю ложную проблему. — Лу Чжоу покачал головой. — Теоретически такое осуществимо, но не с помощью современных технологий.

Доктор спросил:

— Говорите, что такое будет возможно в будущем?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Не будущем. Сейчас мы проводим совместное исследованием с университетом Авроры и Харбинским технологическим институтом по моделированию нервных сигналов.

— Моделирование нервных сигналов? — Доктор посмотрел на Лу Чжоу и спросил. — Был ли успешный случай?

Доктор слышал о подобных технологиях, но даже зарубежные лаборатории находились лишь на раннем этапе исследований. Судя по текущем результатом, технология все еще не зрелая, чтобы помочь пациентам с поврежденным спинным мозгом встать.

— Нет, никаких успешных случаев, вообще нет никаких случаев. — Ответил Лу Чжоу. — Технология еще не проходили клинических испытаний и остается все еще в лаборатории. Хотя мы добились определенных результатов, они еще далеки от зрелости.

Доктор понял, что подразумевал Лу Чжоу, и сказал:

— Хотите сказать, что…

Лу Чжоу кивнул:

— Да… Сработает или нет, все еще зависит от того, захочет ли Ли Гаолян рискнуть.

Ли Гаолян посмотрел на них, не понимая, о чем речь.

— О чем вы говорите?

Ли Гаолян хотел знать лишь одно, есть ли у него шанс вновь встать н ноги.

К тому же собирается ли врач изменить мои лекарства?

Доктор после небольшой паузы ответил:

— Мы говорим о лечении…

— Дело вот в чем… — Прервал доктора Лу Чжоу. — Мы проводим эксперимент с моделированием нервных сигналов. Если все пройдет хорошо, то с помощью данной технологии вы вновь сможете встать на ноги. Но поскольку клинических испытаний еще не проводилось, то подобное очень рискованно. Мы обещаем сделать все возможное для минимизации рисков, но все еще нет гарантий, что все получится.

Ли Гаолян громко рассмеялся.

Спустя какое-то время он покачал головой и серьезно посмотрел на Лу Чжоу.

— Забудьте о рисках. Я готов рискнуть чем угодно ради шанса вновь встать на ноги. — Вдруг он что-то осознал и добавил. — Само собой… Я не предам свою страну! Я никогда не сделаю ничего против нее!

Лу Чжоу улыбнулся:

— Разве я похож на предателя страны?

Ли Гаолян смутился:

— Я не ничего такого не подразумевал…

— Понимаю. — Лу Чжоу кивнул с улыбкой. — Мне от вас ничего не нужно. Вы были ранены защищая нашу страну. Я не могу позволить просидеть вам всю оставшуюся жизнь в инвалидном кресле.

Лу Чжоу посмотрел на Ли Гаоляна и спросил:

— Спрошу еще раз, согласны на эксперимент и на все связанные риски?

Ли Гаолян без колебаний кивнул.

— Согласен.

— Хорошо. — Лу Чжоу кивнул. — Мне нужно будет обсудить это с директором Ли. Я перезвоню через три дня. Если не получится, надеюсь, что вы не будете слишком разочарованы.

Ли Гаолян посмотрел на свои забинтованные ноги и улыбнулся:

— Разочарован? А что мне еще терять?

Доктор посмотрел на Ли Гаоляна и сказал:

— Подобные эксперименты — не шутка, особенно касающиеся нервной системы. Может случится несчастный случай. Надеюсь, что вы все тщательно обдумаете. Ведь, если пойдет что-то не так, то вы можете потерять свою жизнь.

Лу Чжоу согласился с доктором.

Он внимательно посмотрел на Ли Гаоляна.

Если бы на его лице появилось хоть малейшее колебание, то Лу Чжоу бы задумался бы об отказе эксперимента.

Применения новой технологии к живому человеку стоило дорого.

Если Гаолян не сможет полностью сотрудничать, то все может быть полностью бесполезным.

Однако Ли Гаолян не показал и капли сомнения.

Он даже улыбнулся еще шире.

— Значит я умру!

Глава 780. Операция

Неврология одна из сложнейших медицинских дисциплин, особенно когда речь шла о спинномозговом нерве, где все осложнялось еще сильнее.

Если поврежден конец спинномозгового нерва, то все нижняя половина человека будет парализована. В этом случае врачи сообщали пациентам, что встать практически невозможно.

Такая же ситуация с Ли Гаоляном. Центральные нервные клетки после повреждений не подлежали восстановлению. Даже самый лучший врач мира не мог восстановить сломанный позвоночник.

Однако план лечения Лу Чжоу был довольно нетрадиционный.

Планировалось имплантировать преобразователь нервных сигналов на каждом поврежденном сегменте спинномозгового нерва. Поврежденный нерв покроют имитационным нервных сигналов сенсорным устройством из молибденово-титанового сплава.

Это как построить мост через поврежденный нерв с помощью электрических сигналов. Используя «переводчики» на двух концах для преобразования электрических сигналов в нейронные сигналы можно будет управлять встроенными костями из титанового сплава, что позволит пациенту восстановить двигательную функцию ног.

Чтобы максимально восстановить спортивные способности пациента и продлить срок годности протезов с доступом к нервам, кости из титанового сплава, используемые в ногах, совместная разработали Институт вычислительного материаловедения и Институт машиностроения.

Цена материала составила не менее 2000 долларов за грамм.

А учитывая стоимость устройств и различного оборудования, то данный эксперимент далеко не дешевый…

После такой модификации почти вся половина его нижней части тела будет заменена деталями машин. Даже если он не станет терминатором, после адаптации он вернется к спортивным способностям нормального человека.

Операционная.

Анестезиолог уже был готов вводить анестезию в любой момент.

Хирург надел перчатки и достал инструменты. Он посмотрел на Ли Гаоляна и спросил:

— Вы готовы?

Ли Гаолян спокойно ответил:

— Я готов, начинайте.

Все было подготовлено и скоро операция началась.

Ван Пэн стоял у входа в операционную. Он нащупал в кармане сигарету, но в итоге решил выбросить ее в мусорку.

Он не удержался и посмотрел на Лу Чжоу:

— Думаешь операция пройдет успешно?

Лу Чжоу покачал головой:

— Не уверен на все сто, но могу сказать, что я изо всех сил постарался свести риски к минимуму.

Для надежности они пригласили самого опытного хирурга из Пекина и провели многочисленные тренировки.

Даже так Лу Чжоу не мог гарантировать абсолютный успех.

Ван Пэн кивнул и ничего не сказал. Он молча посмотрел на дверь операционной и сжал кулаки, про себя молясь за своего товарища.

Операция длилась долго.

Первоначально планировалось закончить в шесть вечера, но операция продлилась до трех утра.

Лу Чжоу сидел на скамейке перед операционной и дремал. Внезапно он проснулся от звука открывающейся двери операционной. Увидев выходящего хирурга, он тут же спросил:

— Как дела? Операция прошла успешно?

Главный хирург снял маску и устало взглянул на Лу Чжоу:

— В целом операция прошла успешно… Но поможет она или нет, то нам придется подождать пока пациент не проснется.

Лу Чжоу вздохнул с облегчением.

Ван Пэн разжал кулаки и с благодарностью посмотрел на хирурга.

— Спасибо.

— Не благодари меня. К счастью, пациент находился в отличной физической форме. Честно, впервые я делал такую безумную операцию… Раньше я даже не слышал о соединение спинномозговых нервов.

Хирурга переполняли эмоции.

Для людей вне операционной, операция просто означала либо успех, либо неудачу. Но для него это десятичасовая тяжелая работа.

Врач сделал паузу и сказал:

— Вообще говоря, если травма спинного мозга разорвала нервные волокна, паралич постоянный… Если он правда сможет встать на ноги, это станет медицинским чудом.

— Надеюсь на чудо. — Лу Чжоу кивнул. — Вам следует пойти отдохнуть.

Доктор выдавил улыбку.

— Да, спасибо.

Последние десять часов он напряженно работал и достиг своего предела.

………………………

После операции Ли Гаолян пролежал на больничные койки до утра.

Наконец он проснулся.

Хотя врач отвечал за анестезию был опытным и идеально контролировал дозу, операция на центральной нервной системе требовала большего количества анестезии. Прямо сейчас он не мог говорить и мог лишь открыть глаза.

Лу Чжоу тут же примчался в больницу.

Когда он пришел в палату, то Ли Гаолян уже какое-то время просто лежал на койке.

Он мог лишь двигать глазами и частью мышц на лице. Услышав, как открылась дверь, он посмотрел на Лу Чжоу:

— Как вы себя чувствуете?

Мышцы на лице Ли Гаоляна дернулись, но его рот остался закрыт.

— Извиняюсь, я забыл, что вы еще не можете говорить. — Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. — Операция прошла успешно. Сможете вы адаптироваться к новому телу или нет, то это уже зависит от вашего самочувствия после реабилитации. Операция самое трудно, остальное должно быть легче.

Ли Гаолян ничего не сказал и просто пристально смотрел на Лу Чжоу.

Лу Чжоу догадался по его взгляду, что он благодарен, поэтому улыбнулся:

— Я рад, что вы в порядке. Вам следует отдохнуть пару дней. Я еще навещу вас.

— Спа… — Лицо Ли Гаоляна дернулось, и он попытался открыть рот. — Спасибо… вам.

— Не за что.

Лу Чжоу улыбнулся, после чего развернулся и ушел.

Глава 781. Киборг

В действительности киборг, сочетание человека и машины, не просто научно-фантастическая концепция.

В 2002 году известный британский кибернетик Кевин Уорик провел рискованный эксперимент. Он имплантировал силиконовый чип-передатчик в свой мозг и стал первым в мире киборгом.

С помощью разума он мог управлять простыми сетевыми устройствами, а выходные сигналы были достаточно сложными. чтобы управлять даже роботизированной рукой.

Принцип устройства Уорика был аналогичен технологии нейронного доступа, используемой Лу Чжоу, за исключением того, что Уорик получал сигналы непосредственно от головного мозга, а не от спинномозгового нерва… Сигналы генерировались, когда кто-то представлял, что двигает конечностью.

Таким образом, Star Sky Technology не первые, кто провел эксперимент с киборгами.

Сбор нейронных сигналов, обработка их с помощью компьютерного чипа, а затем непосредственная подача на устройство. Это одна из величайших проблем в современной кибернетики.

Кевин Уорик предсказал, что если кибернетические технологии продолжат совершенствоваться, то однажды они будут использоваться, чтобы помочь слепым «видеть», а глухим «слышать» и позволят калекам встать с инвалидных колясок… В конце концов, люди в итоге не будут состоять из плоти и крови. Они станут единым целым с машинами. Высшей формой.

Профессор Кевин Уорик постоянно работал над своими исследованиями. Он пожертвовал свое тело для своих собственных исследований, имплантировал в свою нервную систему чип на основе кремния. Вставленная микроэлектродная матрица содержала 100 электродов.

В данный момент это не принесло никаких негативных последствий для его жизни, но будущие возможные последствия неизвестны.

Как бы то ни было, операция Ли Гаоляна прошла успешно.

Через две недели после операции с помощью медсестер Ли Гаолян смог встать с постели.

К тому же, с помощью оборудования он теперь мог контролировать свой мочевой пузырь…

В общем, процесс реабилитации проходил довольно гладко.

Через три недели после операции Лу Чжоу вновь посетил больницу в Цзиньлине. Он увидел Ли Гаоляна в реабилитационном зале, где тот учился ходить на костылях.

Лу Чжоу подошел к нему и спросил:

— Как самочувствие? Как процесс восстановления?

— Все нормально, постепенно привыкаю. — Ли Гаоляна переполняли эмоции. — Впервые увидев медицинское заключение, думал, что моя жизнь кончена. Не ожидал, что у меня появится второй шанс встать на ноги… Не знаю, как вас благодарить.

Лу Чжоу отшутился:

— Не меня надо благодарить, а прогресс в области медицинских технологий.

Ли Гаолян смущенно улыбнулся.

Немного поколебавшись, он заговорил:

— Кстати, я хотел спросить кое о чем, но не уверен, можете ли вы ответить.

— Спрашивай.

— Я жив и могу ходить, значит ли это…. Что клинические испытания успешны, и у других парализованных людей будет шанс вновь встать в будущем?

Ли Гаолян выглядел взволнованным.

Он вспомнил искалеченных солдат, прикованных к кроватям.

Если данная технология смогла восстановить его спинномозговой нерв, то значит…

Лу Чжоу посмотрел на взволнованного Ли Гаоляна и понимал, о чем тот думал. После недолгого молчания, он ответил:

— Если травма недавняя, то можно попробовать. Но должен напомнить, что вероятность успеха вашей операции была менее десяти процентов. Даже хирург удивился. Чудо, что все прошло так гладко. Также не стоит слишком радоваться. Мы до сих пор не знаем стабильна ли технология и не случиться ли чего-то в будущем.

Лу Чжоу словно вылил ведро холодной воды на Ли Гаоляна.

Ли Гаолян тут же осознал реальность.

— Я с радостью буду сотрудничать для любых тестов.

Лу Чжоу решил прекратить этот разговор:

— Забудьте про тесты. Прямо сейчас вам следует освоиться с протезами.

— Понимаю… — Ли Гаолян кивнул. — Кстати, возможно ли заменить другие части тела титановым скелетом?

— Теоретически возможно, но я не рекомендую такого. При существующих в настоящий момент технологиях каждая операция несет огромный риск. Чудо, что мы смогли сделать эти две титановые ноги. Не стоит ждать, что чудо повториться.

Также Лу Чжоу не стал упоминать о другом важном моменте.

О том, что у каждого человека разные физическое состояние. Нейронный передатчик трудно стандартизировать и его необходимо для каждого человека изготавливать на заказ.

На первый взгляд нужна всего одна операция. Но еще до операции было проведено множество совещаний по обсуждению технических особенностей.

Даже если государство будет готово профинансировать такую технологию, будет невозможно снабдить каждого солдата таким дорогостоящим оборудованием.

— Я понял.

Лу Чжоу кивнул:

— Что ж, надеюсь вы быстро поправитесь. Мне нужно возвращаться в институт увидимся позже.

Лу Чжоу развернулся и собрался уходить.

Внезапно Ли Гаолян окликнул его.

— Подождите!

Лу Чжоу развернулся и спросил:

— Что такое?

— Когда мне нужно сообщить армии об отставке?

Хотя ему не хотелось уходить в отставку, он был не в той форме, чтобы оставаться в 4-м батальоне.

Но Лу Чжоу недоумевая спросил:

— Отставке? Зачем вам на пенсию?

Ли Гаолян поразился.

Он сглотнул и дрожащим голосом спросил:

— То есть, вы хотите сказать… У меня есть шанс вернуться в армию?

— Разве вы не хотите отомстить? — Лу Чжоу улыбнулся и похлопал Ли Гаоляна по плечу. — Вы отомстите.

………………………….

Дни пролетали быстро, вскоре наступил июнь.

Лу Чжоу узнал у Ван Пэна о нападении, но, судя по всему, расследование шло не слишком успешно.

До сих пор они лишь знали, что организация, устроившее нападение, находилась недалеко от Турции, Сирии и Ирака. Однако, поскольку это раздираемые войной страны, то в этом регионе множество наемников и военных организаций. Трудно установить истинную личность нападавших.

Самое главное, что никто не заявил о своей причастности к нападению.

Что касается татуировок на погибших, то это было что-то из фильмов. Если нападавшие не хотели раскрыть своих личностей, то они не оставили каких-либо вещественных доказательств на своих телах. Даже невозможно было отследить происхождение оружия.

До сих пор разведывательное управление пришло к заключению, что это продвинутая организация.

В конце концов, они проделали весь путь от ближнего востока, пересечь практически всю Центральную Азию.

Возможность переправить двенадцать хорошо обученных и хорошо вооруженных солдат через такое число границ трудная задача.

В мире только две страны обладали такими возможностями и причиной для подобной атаки…

Проект биосферы отложили на какое-то время.

В этот момент Инженерная академия и Академия наук объявили о первичных результатах выборов академиков.

Как и ожидалось, имя Лу Чжоу числилось в обоих списках.

Это вызвало сенсацию и стало горячей темой на форумах.

И хотя некоторые люди негативно высказались по поводу результатов, никто не усомнился в их справедливости.

В конце концов, обладая Нобелевской и Филдсовской премиями, не говоря уже о ионном двигателе и термоядерном реакторе, Лу Чжоу более чем достоин двух академических званий.

Во время последних выборов Лу Чжоу занимался термоядерным реактором, иначе он уже давно был бы академиком…

Глава 782. Прибытие на Марс?

Говоря о китайском научном сообществе, то июнь месяц объявления первичных результатов выборов академиков.

Но тем временем, июнь уже третий месяц полета Золотого сердца…

Серебристый корабль медленно продвигался вперед в глубоком космосе, находясь в десятках миллионов километров от Земли.

Сравнивая с Солнцем казалось, что корабль движется не быстрее улитки, но в действительности он летел со скоростью почти четыре километра в секунду.

А четыре дня назад он двигался еще быстрее, но сейчас его значительно замедляла гравитационная система Марса.

Джонсон с победоносной улыбкой посмотрел на огненно-красную планету за иллюминатором.

— Марс! Наконец-то мы здесь!

Джулия сделала снимок огненно-красной планеты на фотоаппарат.

— Как красиво!

Четыре дня назад корабль BFS успешно отстыковался от ракеты BFR и вошел в гравитационную систему Марса, начав двигаться вокруг планеты по эллиптической орбите.

После торможения и нескольких сложных изменений траектории полета, корабль успешно приблизился к атмосфере Марса.

Это конец их путешествия.

И начало покорения галактики цивилизацией!

— Когда мы приземляемся? — Трэвис посмотрел на планету за окном. — Меня немного подташнивает.

Джонсон был здесь ради славы, но Трэвис тут из-за другого. Он присоединился к программе, чтобы спрятаться от своего долга.

Зачем он полетел на Марс, чтобы спрятаться от долгов… То у него не было особой причины, он всегда все делал без каких-либо планов.

Он увидел рекламу и по пьяни заполнил анкету даже не задумываясь. А потом, когда он уже забыл про это, кто-то позвонил ему и сказал, что его выбрали.

Он подумал, что звонок был от мошенников, не ожидая, что футболиста и правда отправят на Марс.

К счастью, НАСА не требовало от него что-то сложное. Они просто предоставили ему базовую подготовку колониста. Более сложные задачи должен выполнять бывший морской пехотинец Джонсон.

В отличие от Трэвиса и Джулии, Джонсон был капитаном корабля. Его выбрали после тщательного отбора, и он прошел профессиональную подготовку. В действительности он подписал контракт с Space-X много лет назад.

Очевидно, тогда еще не существовало программы «Арес», а Китай даже не начинал свою лунную программу, но у Space-X уже были планы на Марс…

— Приготовиться к посадке! — Джонсон вернулся на свое место и хлопнул в ладоши. — Ладно, друзья, наш будущий дом, прямо перед нами. Мы на высоте 316,7 километров и достигнет целевой точки через пять минут! Пожалуйста, наденьте скафандры и подключитесь к системе контроля жизнедеятельности. Покажите палец вверх, когда будете готовы!

Трэвис нервно подключился к системе. Он пристегнул ремень безопасности и спросил:

— Как долго мы будем здесь жить?

Джонсон искренне улыбнулся:

— Как минимум года четыре! Возможно кто-то займет наше место через пару лет, а может мы тут на всю оставшуюся жизнь. Словно мы в Вегасе, нет ничего кроме красного песка.

Трэвис не мог не возразить:

— Лас-Вегас не настолько пустынный!

— Тогда давай изменим это… Готовьтесь к посадке! Система контроля жизнедеятельности включена! Три, два, один… Зажигание! Новый мир, мы идем!

Корабль находился в целевой точке, а орбитальная калибровка была завершена. Джонсон нажал кнопку посадки.

Его кресло сильно затряслось, и через иллюминатор он видел, как они удаляются все дальше и дальше от корабля.

Трэвис ощутил, как на него действует сила тяжести и прошептал:

— Черт возьми.

Джонсон сидел взволнованный стиснув зубы.

Джулия сидела и нервно оглядываясь, тайно молясь про себя.

Они сделали первый шаг к Марсу.

Что же касается того, что произойдет дальше, то только Бог знает это…

…………………………….

Даже в самой близкой точке Марс находился на расстоянии десятков миллионов километров от Земли.

Отправка электронного письма с Марса на Землю занимала не менее трех минут. Поэтому после входа в гравитационную систему Марса командному пункту НАСА было трудно отследить и давать указания кораблю.

Однако даже на трехминутную задержку новость о приземлении все равно распространилась по всей Земле…

Цзиньлинский космодром.

С момента создания Комитета по строительным работам на лунной орбите он стал его главной базой.

Чтобы помочь в лунном проекте две крупные аэрокосмические компании открыли здесь свои офисы. Даже Национальное космическое управление Китая перенесло сюда часть своих офисов из Пекина.

В конференц-зале на первом этаже командного пункта проходило срочное совещание.

Заместитель директора Национального космического управления Китая Чэнь Юньхай, который также был директором организационного отдела комитета, сидел с отчетом.

— Тридцать пять минут назад мы получили сообщение от сферического телескопа с пятисотметровой апертурой. Проанализировав и идентифицировав сигнал, мы подтвердили, что электромагнитная волна шла с Марса. Время передачи составляло десять минут. — Он положил отчет на стол и оглядел собравшихся. — Это отчет от команды телескопа. Они предполагают, что «Золотое сердце» успешно вышло на орбиту Марса!

Послышались перешептывания.

Многие посмотрели на Лу Чжоу, который сидел на другом конце, уставившись в свой ноутбук и никак не реагировал.

Юань Хуаньмин, главный инженер Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации, спросил:

— Они начала посадку?

— Мы не знаем, но если они уже на орбите Марса, то посадка не должна быть сложной.

Хотя впервые отправили человека на Марс, НАСА не впервые отправляет космический аппарат туда. Начиная с «Викинга-1», США имели более чем полувековой опыт посадок на Марса. Маловероятно, что возникнут проблемы с посадкой.

Выслушав академика Юаня, Чэнь Юньхай заговорил:

— Мы все подтверждаем достоверность новостей…

— В этом нет необходимости. — Внезапно произнес Лу Чжоу. — Скорее всего, все прошло успешно. Сигнал, полученный командой телескопа, скорее всего, был видео передачей с корабля в командный пункт НАСА.

Чэнь Юньхай поправил очки и спросил:

— Откуда вы знаете…

Лу Чжоу развернул экран своего ноутбуку и ответил:

— Потому что они только что загрузили видео на Youtube.

Глава 783. Небольшие проблемы

Видео было записью корабля на орбите и продолжалось всего минуту и пятьдесят секунд.

Там показывалась полукруглая посадочная капсула. которая отделилась от корабля и направилась к Марсу…

Как и думал Лу Чжоу, сразу же, как посадка прошла, НАСА объявило об этом на своем сайте и разместило видео.

Дальнейшие события были вполне ожидаемые.

Всего за десять минут видео завирусилось и заняло третье место на странице трендов.

После просмотра видео все в конференц-зале замолчали.

Через какое-то время Чэнь Юньхай нарушил молчание:

— Мы должны обсудить контрмеры…

— Нечего обсуждать, я изначально говорил, что нам нужно сосредоточиться на реализации собственном проекте. — Лу Чжоу закрыл свой ноутбук и посмотрел на академика Юаня. — Как скоро будет готова спасательная капсула для Лунного дворца?

Академик подумал и ответил:

— Уже готовы. Тесты займут еще неделю.

— Тогда приступим через две недели! — Лу Чжоу убрал ноутбук в сумку и встал. — Давайте все вернемся к работе, совещание окончено!

……………………………………………

Успех корабля «Золотое сердце» создал огромное почитание США от международного сообщества. Вся страна праздновала.

Видео от НАСА засыпали комментариями со всего мира.

Словно мстя за случай с поломкой системы охлаждения Лунного дворца, Нью-Йорк таймс разместили в новости боксерскую перчатку со звездно полосатым рисунком, провоцируя Китай.

Даже Вашингтон Пост написали, что это «величайший шаг для человечества».

Помимо американских другие СМИ также активно писали про эту новость.

BBC заняли нейтральную позицию и указали, что никто не сомневается, что НАСА одержали верх в этой гонке.

До сих пор Лунный дворец не мог сравниваться с колонизацией Марса.

В сравнении с запасами гелия-3 на Луне, богатые запасы метана на Марсе можно использовать в качестве источника энергии для ракет с жидким кислородом и метаном.

Технологии химических двигателей еще было куда расти. Ракета BFS показала это. Колония на Марсе станет отправной точкой для НАСА по отправки космических аппаратов на другие планеты.

Будущее ионных двигателей светлое, но традиционные ракеты все еще сопротивлялись.

Space-X заключили контракт с YouTube на регулярную публикацию видеороликов с колонии Марса.

Илон Маск пообещал, что все доходы с рекламы будут инвестироваться в космические проекты.

Белый дом и НАСА открыли голосование за название для марсианской колонии.

Люди восприняли с большим энтузиазмом голосование. Даже те, кого не интересовала космическая отрасль, голосовали.

В течении одного дня проголосовало более 30 миллионов человек.

В итоге объявили, что первая марсианская колония будет называться «Новая Вирджиния».

Именно здесь британские поселенцы впервые обосновались в Америке.

Назвать колонию в честь нее вполне хороший выбор.

НАСА также объявило следующий этап программы «Арес».

Перед отправлением новых колонистов, текущие колонисты изучат запасы метаны и залежи металов, и расширят геологоразведочные работы до районов, ранее недоступных марсоходом дистанционно. Они будут исследовать запасы углекислого газа в полярных районах Марса, оценивать возможность восстановления атмосферы Марса, и, самое главное, исследовать подземные воды.

До сих пор, казалось, что победа США однозначна.

По другую сторону Тихого океана Комитет по строительным работам на лунной орбите находился под большим давлением.

Еще в начале программы космической станции было много споров по поводу места ее строительства. Теперь, когда программа «Арес» стала успешной, споры стали еще громче.

Однако, казалось, что Лу Чжоу все равно на них.

Запуск модуля жизнеобеспечения Лунного дворца должен состояться независимо от успеха американцев.

Когда будет пристыкован модуль жизнеобеспечения, то космическая станция может использоваться в качестве полноценной станции.

Это будет заключительный этап первая фазы строительства Лунного дворца.

…………………….

Белый дом.

Офис президента.

Президент только вернулся с конгресса. Он сел в свое кресло и воодушевленно читал записи совещания.

Лица оппозиции вызывали у него улыбку.

Неделю назад они еще критиковали его за чрезмерное финансирование аэрокосмической программы, и мало кто верил в его правоту.

Но программа «Арес» оказалась успешной!

Они выиграли космическую гонку!

А он вел американцев к лучшему будущему!

Он поставил свою подпись на документе и вспомнил члена конгресса, что посоветовал ему сократить финансирование, после чего ухмыльнулся.

— Разве эти идиоты не понимают? Конечно, НАСА тратит много денег, но они создают рабочие места и помогают экономике, на что они жалуются…

Плотина Рузвельта поспособствовала росту американской экономики, аэрокосмическая отрасль не исключение.

Он покачал головой и отложил документы по бюджету в сторону. После чего взял документ проекта калифорнийской атомной электростанции.

Только он собирался прочесть его, как раздался стук в дверь.

Он отложил бумаги и сказал:

— Войдите.

Увидев директора Карсона в дверях, президент радостно улыбнулся:

— Директор Карсон! Рад вас видеть, присаживайтесь!

Карсон посмотрел на радостного президента и ему стало не по себе.

— Господин президент, я тоже рад вас видеть…

Президент облокотился на кресло и спросил:

— У вас для меня хорошие новости?

— Нет… Не совсем. — Карсон сглотнул. — У наших колонистов небольшие проблемы…

Глава 784. Дневники Марса

Прим. Адм: Данная глава отсутствует в переводе, внизу машинный перевод.

Прошло почти две недели с тех пор, как они приземлились на Марсе, три дня, как система жизнеобеспечения была названа «Новая Вирджиния».».

В течение этого времени планы обследования в штате Вирджиния шли довольно гладко. Несмотря на то, что они столкнулись с 17-часовой песчаной бурей, она прошла без какого-либо вреда.

На самом деле атмосфера Марса была в сто раз тоньше Земли, поэтому сама песчаная буря не была особенно опасной. То, что было опасно, было электростатической молнией, которая пришла с песчаными бурями и уменьшением солнечного света. Это не позволило устройствам, работающим на солнечной энергии, получать достаточное количество энергии.

Однако такое событие уже было учтено командой проекта Space-X по колонизации Марса. Система жизнеобеспечения была оснащена генератором метана, который мог бы заменить устройства на солнечной энергии для подачи энергии.

Первое, что эти колонисты сделали после приземления, было установить молниеотводы для своего дома, чтобы предотвратить любые возможные последствия. несчастные случаи…

Хотя они столкнулись со многими трудностями, приспособленными к жизни на Марсе, они смогли их преодолеть. Они сотрудничали с наземным командным центром НАСА для выполнения запланированных научно-исследовательских миссий. Джонсон обычно занимал по полчаса каждый день, чтобы снимать свои «Дневники Марса».

Он был «Колумбом» этого нового «континента», поэтому он, очевидно, надеялся, что «Новая Вирджиния» заинтересует больше людей. Поэтому, когда он снимал видео, он обычно предпочитал показывать более гламурные части своей марсианской жизни. Он никогда не снимал опасные и плохие стороны своей жизни.

На самом деле, его «реклама в блогах» была довольно успешной. Люди взяли наживку и начали обсуждать жизнь на Марсе. Каждый эпизод «Дневников Марса» вызывал восторженные дискуссии в Фейсбуке и Твиттере.

К настоящему времени выпущено пять эпизодов «Дневников Марса». Это стало одним из самых популярных интернет-шоу в Северной Америке. Многие телевизионные станции даже приобрели права на вещание у Space-X.

Сегодня была съемка эпизода 6.

Джонсон положил камеру на стол и сделал два шага назад. Затем он ярко улыбнулся, обнажив свои белые зубы, приветствуя камеру.

«Здравствуйте, ребята! Это Джонсон, капитан Золотого Сердца! Прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз разговаривали!

«К сожалению, мы столкнулись с песчаной бурей! Сегодня мы не можем исследовать снаружи… Но не беспокойтесь о нас, мы не беспокоимся о том, что нас унесет ветер, и торнадо едва щекочет нас.

«Я хочу использовать эту возможность, чтобы ребята, покажите вам, что мы делаем на Марсе, когда мы не можем исследовать снаружи… «

Джонсон поднял камеру со стола и пошел к общей зоне. Он объяснил аудитории, что они делают, чтобы убить время, например, играть в виртуальные игры или бегать на беговой дорожке.

«Это наш развлекательный зал… Он немного маленький, но он все еще на ранних стадиях… Привет, Тревис, передай привет всем».

Тревис играл в видеоигры. Сначала он фальшиво улыбнулся, но когда он заметил страшные глаза Джонсона, он изменил его на настоящую улыбку.

Джонсон поднял ему палец вверх.

«Я отключу это Добро пожаловать.

«Спасибо, Джонсон.»

Трэвис закатил глаза и надел очки виртуальной реальности. Затем он вернулся к своей видеоигре.

Пропущена глава или т. п. — сообщи в Комментариях… Улучшить Текст легко РЕДАКТОРом!

На самом деле жизнь здесь была довольно скучной. Это было гораздо менее утопично, чем изображал Джонсон.

Однако, недостатки, очевидно, не были показаны во влогах. Даже если он случайно снял его, команда из Space-X вырезала «плохие» части видео.

Однако в этом часто не было необходимости.

Потому что он редко снимал отрицательная сторона вещей.

Говоря в камеру, он общался с людьми на расстоянии десятков миллионов километров. Это стало повседневной рутиной для него. Если бы было больше вещей, которые можно снять, и редактирование заняло бы не так много времени, он с удовольствием снял бы по одному видеоблогу в день.

После показа зрителям Трэвиса, играющего в видеоигры, и Джулии, читающей книгу рядом с кофемашиной, Джонсон вошел в гараж и встал рядом со своей «машиной».

«Все хорошее заканчивается. Время прощаться. Я с нетерпением жду новой встречи с вами, ребята. Надеюсь, вы с нетерпением ждете следующего эпизода, пока… «

Джонсон поставил классную позу перед камерой и закончил сегодняшнюю съемку.

Он услышал шаги, идущие к гаражу. Тревис, который закончил играть в свою видеоигру, подошел.

Он посмотрел на Джонсона, стоящего рядом с ровером, и сложил руки на груди. Он пожаловался Джонсону.

«Этот проклятый видеоблог совсем меня не радует».

Джонсон улыбнулся и сунул камеру в карман. Он подошел к Трэвису и похлопал его по плечу.

«Полегче, приятель. После того, как песчаная буря пройдет, я отвезу тебя на прогулку».

Тревис сказал: «Я не хочу водить машину, иди сам. Здесь нет ничего, кроме песка! Черт возьми, зачем я сюда приехал?»

На Марсе явно не было дорог, поэтому ехать по песку было хорошо, но в прошлый раз им пришлось объезжать более скалистые районы, чтобы собирать образцы. Поездка была очень неровной и неудобной.

Прожив некоторое время на Марсе, Трэвис был довольно устойчив к походам на открытом воздухе. Он потребовал, чтобы его работу перенесли в закрытое помещение.

Джонсон решил утвердить его требования.

Вместо этого Джулию перевели на выездные миссии.

К счастью, эти миссии не требовали много людей. Большинство частей оборудования были высоко автоматизированы, поэтому большую часть времени им даже не нужно было выходить из своего ровера.

Перед отправкой системы жизнеобеспечения на Марс НАСА рассмотрело случай, когда ни один из колонистов не захотел бы покинуть кабину.

Если говорить прямо, то их основной миссией было проверить жизнь. Система поддержки и большинство других научных мероприятий были просто дополнительными.

«Хорошо, приятель, все будет хорошо. Мы пролетели два месяца, чтобы попасть сюда, веселье только начинается».

Джонсон не знал, как реагировать на жалобы своего товарища по команде, поэтому он мог лишь успокоить его.

Независимо от того, был ли Трэвис утешен или нет, это было единственное, что Джонсон мог сделать.

Однако Джонсон не знал, что на расстоянии десятков миллионов километров от него наземный командный центр НАСА был в хаосе.

Это верно.

Ничего страшного в песчаной буре на Марсе не было.

Однако песчаная буря на Марсе может длиться более шести месяцев. Даже если они используют генератор метана в качестве резервного источника питания, они могут не продержаться шесть месяцев…

Глава 785. Глобальная песчаная буря

Командный пункт НАСА.

Крики президента эхом разносились по зданию.

— Черт!

— Куча идиотов!

— Если вы знали про песчаные бури, то зачем сейчас отправили наших колонистов?

Люди в конференц-зале молча смотрели на разозлившегося президента. Никто не хотел, чтобы на него обратили внимание.

Особенно директор Карсон, который смущенно смотрел вниз.

Он не ожидал, что произойдет нечто подобное.

Ведь он не Бог, чтобы предсказать такое.

— Господин президент… У нас на Марсе нет метеорологической обсерватории. Я понимаю ваши чувства, но у нас нет возможности узнать какая будет погода на Марсе… — Карсон сделал паузу и продолжил. — Вообще большая часть песчаных бурь проходит летом, а глобальные случаются редко случаются в другое время… Происходящее сейчас выходит за рамки наших ожиданий. Хотя у нас есть контрмеры…

Президент свирепо посмотрел на него и спросил:

— Каковы контрмеры?

— Произошла небольшая авария. — Заговорил Карсон. — Первоначально наш план был создать места сбора метана и подземных вод, чтобы мы могли использовать ресурсы Марса для выживания. Пока у нас были бы эти ресурсы, то песчаные бури не стали бы проблемой, но…

— Но?

Директор Карсон сглотнул.

— Но наши колонисты только высадились на Марсе и не установили точки сбора метана и воды. Запасов метана на борту… их не хватит на долго.

Проще говоря они не учли такую плохую погоду через две недели после приземления.

Хотя глобальные песчаные бури на Марсе трудно предсказать с помощью астрономических наблюдений, можно сделать приблизительные оценки. Согласно данным они происходили каждый 3 марсианских года, что равнялось 5,5 земным.

Последняя такая буря была в 2018 году. Прошло всего 3 года. Не говоря уже о том, что скоро должна быть еще одна орбита Хомана, которую можно было бы использовать для отправки ресурсов.

Но…

Никто не ожидал, что на Марсе окажется такой суровый климат. Эта песчаная буря охватила всю планету. Глядя на Марс с наземной обсерватории, то Марс выглядел, как пыльный шар.

Отсутствие солнечной энергии не самое плохое.

Хуже всего, что они только что посадили свой урожай, а растениям для роста нужен солнечный свет.

У колонистов оставалось только два варианта. Они должны либо избавиться от всех только посеянных культур, либо тратить электроэнергию впустую для искусственного освещения.

Ни один из вариантов не оптимальный.

— Почему вы этого не предусмотрели? Я ясно говорил в Белом доме! Если мы не можем гарантировать стопроцентной безопасности наших колонистов, то лучше вообще никого не посылать!

— Сэр…

— Что? У вас есть возражения?

— Да, вы правда так говорили. — Карсон сглотнул. — Но вы также сказали во время закрытого собрания… Выиграть космическую гонку любой ценой и как можно быстрее.

Президент напрягся, он потер нос и спросил:

— Разве я так говорил?

Вице-президент, стоявший рядом, кивнул.

— Я помню, как вы говорили… Мы можем найти это в записях собрания.

Вице-президент лишь марионетка, у него не было причин подлизываться к президенту. Кроме того, он глава реорганизованного Национального космического комитета и не хотел, чтобы вина легла на него.

Президент ответил:

— Это не главное! Независимо от моих слов, я хочу, чтобы вы немедленно что-то придумали! Поняли, директор Карсон?!

Карсон выпрямился и ответил:

— Да, сэр!

Президент отдал приказ:

— Мне надо, чтобы вы разработали решение за двадцать четыре часа, а затем реализовали его за следующие трое суток. Мне все равно, что вы используете! Мы должны обеспечить безопасность колонистов и сохранить им жизнь! Если не удастся, вы знаете, что произойдет.

Карсона прошиб холодный пот, когда он нервно ответил:

— Да, сэр…

………………………………………

«Новая Вирджиния!»

— Они такие оптимисты.

Лу Чжоу посмотрел на всплывающие окно на экране и с улыбкой покачал головой.

Лу Чжоу обедал в своем кабинете в Института перспективных исследований. Он пил кофе и читал статьи.

По случайности он заметил это всплывающее окно.

— Похоже Space-X действительно много тратят на рекламу. Они даже выкладывают рекламу на научных форумах.

Общественное мнение относительно марсианской колонии было односторонним.

С момента успешного приземления, Новая Вирджиния стала местом мечты. Из-за Марсианских дневников все захотели жить на Марсе…

Американские СМИ перестали говорить о космической гонке и вместо этого они сосредоточились на опросах друзей и семей колонистов.

Лу Чжоу также следил за Марсианскими дневниками и не пропустил ни одного эпизода.

В конце концов, если он хотел победить своих противников, то сначала должен понять их.

Хотя на его взгляд Маск временами был слишком самоуверенным, не стоит сомневаться, что Маск опытный.

Ракета BFR ведущая ракета с химическими двигателями, но все еще имелись места для совершенствования.

И у него также была своя система жизнеобеспечения…

Помимо просмотра дневников через комитет Лу Чжоу запросил данные о сигналах электромагнитных волн от телескопа, а затем отправлял их для анализа и взлома.

Не все передачи можно было взломать, но это также способ получить больше информации о колонии.

Если все пойдет хорошо, то он получит важную информацию.

Например, данные о ресурсах на Марсе…

Лу Чжоу закрыл сайт и собирался вернуться к работе. Однако в углу экрана всплыло оповещение.

«Хозяин, файл с номером 0001 расшифрован! Посмотрите сейчас? ψ (` ∇́) ψ»

Лу Чжоу посмотрел на дьявольский смайл Сяо Ая и улыбнулся.

— Ладно, отправь его на мой рабочий стол… Кстати, как прогресс с другими файлами?

«Еще не закончил. Они используют разные методы шифрования для каждого сообщения, поэтому расшифровка займет много времени… (; ́д`)ゞ»

— Не беспокойся, можешь не торопиться, мне не горит.

«Хорошо! Сяо Ай постарается изо всех сил! (≧∀≦)ゞ»

Хотя Сяо Ай был умен, у него все еще есть свои ограничения.

Даже суперкомпьютеры не смогли сразу обойти шифрование.

Файл № 0001 был первым сигналом связи между «Золотым сердцем» и НАСА. Данные были собраны командой телескопа Тьяньяна (Сферический телескоп с пятисотметровой апертурой) две недели назад.

Лу Чжоу открыл взломанный файл и бегло просмотрел его. Как он и ожидал, все это были сообщения типа «все в порядке» и «задание одобрено». Он не нашел никакого интересного содержания.

Лу Чжоу собирался перекинуть файл на флешку, как внезапно услышал стук в дверь.

Лу Чжоу закрыл папку и откашлялся.

— Войдите.

Дверь открылась, и вошел Хоу Гуан с серьезным лицом.

Он пропустил приветствия и сразу перешел к делу.

— Есть новости от Тьяньяна. Они обнаружили что-то необычное.

Лу Чжоу откинулся на спинку и спросил:

— Что?

— На Марсе глобальная песчаная буря!

Глава 786. Четвертая космическая эра

Глобальная песчаная буря?

Лу Чжоу подсознательно взглянул на календарь в углу стола, услышав Хоу Гуана. Он увидел, что сейчас все еще 2021 год.

Хоу Гуан понял его мысли и сказал:

— Я понимаю, ваше удивление… Сотрудники телескопа Тьяньяна тоже поразились этому. Обычно глобальная песчаная буря происходит раз в пять-шесть лет.

Хоу Гуан вздохнул.

Хотя здорово, что их соперники столкнулись с бедой, но не хотел, чтобы НАСА полностью провалились. Не в их интересах, чтобы программа «Ареса» закрылась.

Лу Чжоу задумался.

— Из-за чего это может быть?

Хоу Гуан улыбнулся:

— Кто знает…

Климат на Марсе весьма сложен. Из-за разреженной атмосферы и экстремальных условий местности не существовало надежных способов, с помощью которых можно предсказать точное изменение климата.

Единственный вывод, что сделали люди, что глобальные песчаные бури случались каждые пять-шесть лет. Каждая песчаная буря длилась несколько месяцев или даже год и часто сопровождалась молниями и торнадо.

Если бы кто-то захотел сделать точные прогнозы климата Марса, то пришлось бы отправить несколько метеорологических спутников на орбиту Марса.

— Что будет с колонистами Марса при глобальной песчаной бури?

— Вообще, она повлияет на солнечные генераторы, но у них должен быть резервный источник питания, что не должно стать большой проблемой… Но в действительности лишь НАСА знают насколько тяжела ситуация.

Система жизнеобеспечения воплотила в себе самые передовые технологии многих космических компаний. Хотя программа «Арес» делалась в спешке, Илон Маск десятилетиями готовился к колонизации Марса. Невозможно, что они не учли песчаные бури.

Маск даже возможно делал обучения на случай песчаных бурь.

Но очевидно это все лишь предположения Лу Чжоу.

Как сказал Хоу Гуан, только колонисты и НАСА знали истинную ситуацию.

Лу Чжоу кивнул и замолчал.

— Попросите команду телескопа продолжить наблюдение за Марсом… Думаю подождем новостей от НАСА.

Лу Чжоу все еще сконцентрирован на Луне и лишь немного следил за происходящим на Марсе. Будет хорошо, если эта буря покажет насколько продвинуты технологии НАСА.

Хоу Гуан покинул кабинет и закрыл за собой дверь.

Лу Чжоу посмотрел на дверь и вспомнил, что у него назначена встреча с директором Европейского космического агентства. Он встал и собрался готовиться к встрече.

Но он вдруг остановился и обратился к компьютеру.

— Сяо Ай, измени порядок расшифровки файлов. Сначала взломай самые последние файлы!

Лампочка компьютера мигнула, давая знать, что Сяо Ай услышал его.

Лу Чжоу кивнул и покинул кабинет.

…………………………….

Переговоры по контролируемому термоядерному синтезу подошли к концу. Китай и остальной мир находились на стадии медового месяца, и они начали тесно сотрудничать, как в научной, так и в промышленных областях.

Вступления Китая в программу МКС и сотрудничество Евросоюза и Китая по лунной космической станции лучшими примерами этого.

В командном пункте на Цзиньлинскому космодроме Лу Чжоу встретился с Оуэном, директором Европейского космического агентства.

Оуэнс только со встречи в Пекине и прилетел в Цзиньлин только, чтобы встретиться с Лу Чжоу. Он хотел встретиться с лидером китайской аэрокосмической промышленности, главный конструктором, легендарным ученым…

— Здравствуйте, профессор Лу, рад познакомиться с вами!

Сразу высокий Оуэнс пожал руку Лу Чжоу. Лу Чжоу вежливо улыбнулся.

— Я тоже рад с вами познакомиться, господин Оуэнс! Присаживайтесь.

Официальные лица Европейского космического агентства и журналисты европейских и китайских СМИ зашли вслед за Оуэнсом.

Это публичная встреча. Обе стороны собирались обсудить планы сотрудничества и показать международному сообществу, что сотрудничество между Китаем и Европой проходят гладко.

Оуэнс сел на диван и заговорил:

— Если мы посмотрим на историю освоения космоса, то думаю ее можно поделить на три эры.

Лу Чжоу улыбнулся:

— На какие?

— В первой эре люди изучали астрономию и астрологию, а культурные и религиозные факторы играли значимую роль. Во второй, мы отправились в космос и ступили на Луну. Это эпоха «Аполлона». В третьей космос стал еще одной областью человеческого развития. Коммерческие запуски становятся все чаще. Это эра МКС.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Тогда интересно, когда по-вашему мы войдем в четвертую эру?

Оуэнс задумался и улыбнулся:

— Думаю, что четвертая эра — эра Лунного дворца.

— Правда? Почему не эра программы «Арес»?

Оуэнс с улыбкой покачал головой:

— Марс слишком далеко, на перелет туда и обратно уходят месяцы. Европа пока не может принять участие. Возможно, программа «Арес» станет следующей эрой, но пока мы с большим оптимизмом смотрим на Луну.

Лу Чжоу задумался.

Он действительно рассмотрел этот вопрос со всех сторон.

Дело не в том, что они не хотят присоединиться к программе Арес, просто у них нет возможностей присоединиться к ней.

Он правда из Германии?

По мнению Лу Чжоу он сильно отличался от других его немецких знакомых….

Оуэнс улыбнулся в камеры журналистов:

— Мы вступаем в новую эру, когда цивилизация будет все больше и больше интегрироваться с аэрокосмической промышленностью. В будущем все больше стран примут участие в аэрокосмических проектах, и все люди смогут полетать на космических кораблях. Я бы хотел, чтобы мы вместе разрабатывали лунные ресурсы. вместе строили лунное поселение.

Лу Чжоу улыбнулся и протянул правую руку.

— Мы рады сотрудничеству. Я рад договориться с вами.

Глава 787

Построение общества с одной целью одна из фундаментальных философий китайцев. Это также основные принципы предложенные китайскими представителя на 15 генеральной ассамблее ООН.

Китай не хотел мирового господства. Скорее, они хотели, чтобы будущие интересы мира совпали с интересами Китая.

Но это не то, о чем нужно беспокоиться Лу Чжоу.

Будучи ученым ему нужно сосредоточиться только на собственных исследованиях.

Однако он также рад был наблюдать, как его родина интегрируется с международным сообществом, благодаря чему он мог использовать свой голос, чтобы повлиять на него…

Встреча продлилась примерно час, и они обсудили многие вещи.

Оуэнса поразило виденье Лу Чжоу лунного поселения. Лу Чжоу заинтересовали некоторые идеи Оуэнса по развитию космических ресурсов и моделей ведения бизнеса.

Технология предоставила людям инструменты для преобразования природных ресурсов и управления ими. Однако, как люди будут использовать их, само по себе наука.

— Конференция «Живая планета» пройдет в Праге, в Чехии. Если у вас будет время, мы хотели бы увидеть вас там.

— Если буду свободен, то я подумаю над этим.

Лу Чжоу кивнул с улыбкой, но не дал конкретного ответа.

Оуэнс не стал настаивать. Он пожал руку Лу Чжоу и попрощался.

…………………….

На следующий день после встречи Лу Чжоу и Оуэнса, новость о договоренностях между Китаем и Евросоюзом распространилась по сети.

Евриван Дэйли опубликовали концептуальную карту лунного поселения.

А Синьхуа Дэйли выложили подробное содержания обсуждения между Китаем и Евросоюзом по разработке и изучению лунных ресурсов.

Поразительно, что Евросоюз признал законопроект Китая от начала прошлого года, который контролировал прибыль компаний в области добычи лунных ресурсов.

Тогда данный законопроект вызвал много споров, а также он подвергся критики со стороны западных СМИ.

Если бы не желания запада получить технологию термоядерного синтеза, они бы шумели еще сильнее…

Но теперь после признания ЕС, что страны должны честно конкурировать и сотрудничать в разработке лунных ресурсов, многие должны будут заткнуться.

Американцы были особенно шокированы. Для них данное событие стало предательством со стороны Европы. А фраза, что четвертая космическая эра — это эра Лунного дворца, породила множество споров.

Хотя Оуэнс говорил образно, многих его высказывание сильно оскорбило.

Программа «Арес» почти достигла победы, но Оуэнс все еще сомневался в ней?

Американцы посчитали европейцев слепцами.

Однако, даже если Европа склонялась к Китаю, у США не было времени на этот вопрос.

В то время пока Китай вел обсуждение с Европой, Новая Вирджиния столкнулась с глобальной песчаной бурей на Марсе.

Даже любимое шоу Лу Чжоу «Марсианские дневники» приостановили.

Однако Space-X не указали истинную причину приостановки. Они сообщили, что стоимость передачи информации слишком высока и им нужна полоса для передачи научных исследований.

После данного объявления многие расстроились.

Шоу находилось на пике популярности и многие фанаты расстроились, но большинство отнеслось с пониманием.

В конце концов наука важнее развлекательного шоу.

Илон Маск встал перед камерой и извинился перед фанатами шоу.

— К сожалению, песчаная буря может продлиться еще долго. Но уверяю вас, что все хорошо. Плотность атмосферы Марса составляет всего процент от земной. Поэтому эта суровая песчаная буря не причинит никакого вреда… Также пользуясь возможностью хочу сообщить вам кое-что захватывающее… Новая ракета BFR вот-вот отправиться в полет. В этот раз мы отправим на Марс шестнадцати тонный исследовательский модуль!

— Если вы хотите что-то сказать нашим колонистам, то пришлите нам письмо! Мы выберем сто писем и отправим их на Марс вместе с модулем. Наши колонисты прочтут письма вслух по телевизору.

Репортеры тут же оживились и бросились вперед с микрофонами.

Письмо на Марс!

Это слишком волнующе!

Маск гений!

Однако Джонсон, находившийся на расстоянии десятков миллионов километров не знал, что эта катастрофа преуменьшается на земле.

Запасы кислорода и метана продолжали сокращаться, а ситуации становилась все более опасной.

Правительство США старалось изо всех сил. НАСА даже провели несколько совещаний по поводу спасательной операции.

Карсону было представлено два решения. Одно отправить новую ракету на Марс с ресурсами, что помогут колонистам. Другое найти способ вернуть колонистов на корабль BFS, где они смогут прожить в течении длительного времени.

Однако ни одно из решений не выглядело реалистичным.

Расстояние между Марсом и Землей становилось все больше. Лучший момент для запуска на Марс прошел. Даже с ракетами BFR, им потребуется более шести месяцев, чтобы долететь до Марса.

А по прогнозам Новая Вирджиния сможет продержаться лишь два месяца.

Молиться, чтобы песчаная буря прекратилась самое реалистичное решение…

В Институте перспективных исследований на компьютере Лу Чжоу всплыло сообщение.

«Хозяин, файл 021 успешно расшифрован!»

Лу Чжоу оторвался от статей и посмотрел на сообщение:

— Отправь его на мой компьютер.

«Хорошо~»

Почти мгновенно на рабочем столе появилась папка.

Лу Чжоу открыл папку и его сразу же привлекли три буквы в названии файла.

Он нахмурился и пробормотал:

— СОС?

Они послали сигнал бедствия?

Становится все интереснее и интереснее…

Глава 788. Раскрытый секрет

Институт перспективных исследований.

Чэнь Юньхай встал перед кабинетом директора и глубоко вздохнул, после чего поправил воротник и постучал в дверь.

Услышав «войдите», он открыл дверь и вошел в кабинет.

— Вызывали?

— Да. — Лу Чжоу улыбнулся и встал, указывая на диван. — Пожалуйста, присаживайся.

Чэнь Юньхай сел на диван и поблагодарил секретаршу, которая налила ему чашку чая. Он обратил внимание на кучу черновиков на журнальном столе.

Он заметил сложные расчеты и обозначения на бумагах, а рядом с ними разные графики и схемы.

Чэнь Юньхай ничего не понимал из этого. В этот момент подошел Лу Чжоу с чашкой кофе и сел напротив него.

— Просто мои увлечения, не воспринимайте серьезно. — Лу Чжоу отложил в сторону черновики и достал только распечатанный документ. Он положил его на стол со словами. — Два часа назад мы расшифровали сигнал, посланный с Марса на Землю. Уверен, вам будет интересно.

Чэнь Юйхай внезапно стал серьезен и быстро взял бумаги.

Увидев три буквы, он поразился.

— СОС?

Лу Чжоу кивнул.

— Да, а учитывая, что происходит сейчас на Марсе, то думаю наша расшифровка весьма точна. Думаю, что у Новой Вирджинии небольшие проблемы. — Лу Чжоу помолчал, а потом добавил. — Но это может стать возможностью для нас.

Идеи мелькали в голове Чэнь Юньхая, но в итоге он покачал головой.

— Я понял, что вы хотите, но это может быть трудно… Белый дом скорее позволит колонистам умереть, чем будет сотрудничать с нами.

Если США позволит Китаю заняться спасение колонистом, то это будет не только удар по престижу и гордости США, но и повлечет шанс на кражу технологий.

Хотя это жестоко, но аэрокосмическая отрасль очень рискованная. Смерть нескольких астронавтом недостаточно значимая, чтобы обуздать свое эго.

Самое большее, американцы приготовят почетные похороны для колонистов.

Возможно, цена акций Space-X сильно пострадает, но это не станет концом программы «Арес». Ученые извлекут урок из ошибок и попробуют вновь.

— Знаю. — Лу Чжоу поставил кружку и кивнул. — Это верно. НАСА не потратят миллиарды на спасение трех колонистов… Не говоря уже о рисках самой спасительной операции. Возможно, в интересах США объявить о случайной смерти астронавтов.

— Да. — Чэнь Юньхай кивнул. — Поэтому нам сложно воспользоваться данной возможностью.

— Не обязательно. — Лу Чжоу покачал головой. — Что если мы сообщим американцам, что можем спасти колонистов?

Чэнь Юньхай заинтересовался:

— Хотите сказать…

— Да, распространите новость. Тогда им придется провести спасательную операцию. А если они этого не сделают…

— Тогда это уже не будет несчастным случаем, а будет убийством!

США.

НАСА.

В командном пункте программы «Арес» сотрудники усердно работали.

Директор Карсон отчитывался президенту о текущей ситуации.

— Теперь мы уверены, что песчаная буря на Марсе глобальное событие. По нашим оценкам она продлится не менее пяти месяцев. Наши колонисты столкнулись с…

Президент прервал Карсона и сердито спросил:

— Мне все равно на бурю. Я просто хочу знать, какой у вас план?

Карсон помолчал и потом ответил:

— Сэр… Не хочу этого говорить, но шансы невелики. Даже если мы сейчас запустим ракету и отправимся на Марс по нетрадиционной орбите, потребуется не менее трех месяцев, чтобы добраться до Марса.

— Смогут ли наши колонисты продержаться три месяца?

— Пятьдесятн, а пятьдесят… Все зависит от их навыков выживания.

— Мы пока не должны позволить им знать о ситуации. — Сказал президент. — Скажите им, что мы делаем все возможное ради их спасения и им не надо беспокоиться!

— Но наша ракета… — Директор Карсон посмотрел на мрачного президента и внезапно понял, на что тот намекает. — Я понял.

По сравнению с возвращением астронавтов живыми, сохранить все в секрете гораздо важнее. Они должны заставить астронавтов поверить, что НАСА делает все возможное, чтобы спасти их.

Если колонисты узнают, что у них нет шансов выжить, то они будут использовать телекоммуникационное оборудование на Марсе, чтобы распространить новости по всей Земле…

Это станет катастрофой для НАСА.

Внезапно в коридоре послышались шаги.

Пришел секретарь Белого дома.

— Сэр!

Президент повернулся и хмуро посмотрел на высокого мужчину:

— Что теперь?

Секретарь сглотнул:

— Новости просочились.

— Какие?

— Новости о колонистах… — Секретарь достал из сумки газету и осторожно сказал. — Посмотрите сами.

Газета иностранного издания Евриван Дэйли.

Президент взял газету и прищурившись стал читать.

Тут же его сердце почти остановилось.

Гигантский заголовок в самом верху газеты гласил.

«На Марсе редкая глобальная песчаная буря, колонисты „Новой Вирджинии“ в опасности!»

Что за?!

Глава 789. Ионный двигатель?

Обычно США критиковал другие страны.

Президент совсем не ожидал, что столкнется с подобным со стороны Китая.

«На Марсе редкая глобальная песчаная буря, колонисты „Новой Вирджинии“ в опасности!»

В газете цитировали ученых с телескопа Тьяньян, которые рассказали, что песчаная буря может длится месяцами.

Самое пагубное воздействие в том, что солнечный свет, достигающий Марса, уменьшится на 80 процентов из-за чего будут проблемы с выработкой электроэнергии.

У колонистов не хватит электроэнергии для поддержания повседневной деятельности.

Без солнечной энергии, если не решить проблему, то они не продержатся больше двух месяцев, пока кислородные и метановые баллоны не закончатся…

Как только новость распространилась, то в США поднялся шум.

Новая Вирджиния будет погребена под песчаной бурей?

Что за хрень?

Американцев возмутила не сама песчаная буря, а то, что они только услышали про нее!

Еще неделю назад они перед своими телевизорами за пивом с чипсами смотрели «Марсианские дневники» и завидовали колонистам, а теперь…

Им совсем не завидно!

Многие добровольцы на программу «Арес» обрадовались, что их не выбрали.

Люди не только жалели, что подписались на нее, но и разозлились!

На следующий день после новости, в крупных социальных сетях начались бурные обсуждения.

Люди стали выкладывать скриншоты своего отказа от участия в программе «Арес», обвиняя НАСА и правительство в обмане. Они завили, что НАСА проводит бесчеловечные эксперименты!

Те, кто смеялся над отсталостью китайцев в космической гонке, тихо исчезли.

Конечно, у некоторых было и другое мнение.

Например, американские патриоты считали, что ракета BFR вернет героев домой.

Но как бы то ни было стало очевидно, что НАСА пытались все скрыть.

Тем временем общественный интерес к Space-X начал угасать. Недавно, согласно официальной статистике на сайте, число зарегистрированных добровольцев для программы «Арес» приблизилось к 20 миллионов, но всего за день оно сократилось до 5 миллионов и продолжало снижаться.

Поэтому Space-X и NASA закрыли регистрацию на своих сайтах и отключили отображения общего числа зарегистрировавшихся…

Снаружи офиса НАСА.

Машины СМИ заполонили парковку.

Журналисты окружили здание.

— Господин Карсон, какая текущая ситуация в Новой Вирджинии?

— Почему все случилось всего через две недели после высадки? Разве НАСА не проверяло климат перед утверждением программы?

— Вы вообще планируете спасать наших колонистов? Почему не организуются спасательная операция? Вы собираетесь бросить наших героев?

— Мы имеем право знать правду!

Карсон посмотрел на кучу микрофоном перед ним и вспотел.

Он глубоко вздохнул и попытался успокоить репортеров.

— Мы скоро опубликуем заявление! Но не сейчас! Могу сказать, что наши колонисты в безопасности! У нас самая передовая в мире технология искусственной биосферы! Даже если песчаная буря продлиться год, то колонисты будут в безопасности!

Но большинство не повелись на слова Карсона.

Они думали о приостановленном шоу «Марсианские дневники» и имели примерное представление о реальной ситуации.

Ситуация на Марсе выглядела не очень хорошо.

Более того, колонисты, возможно, не смогут выжить намного дольше…

……………….

Трудно сохранить в секрете глобальную песчаную бурю на Марсе. В конце концов, любые мощные обсерватории могли направить телескопы на Марс и следить за происходящим.

Правда большинство обсерваторий не думали о серьезности последствий для колонистов.

Пока китайское издание не опубликовало статью, которая раскрыла правду…

Избавившись от назойливых журналистов Карсон направился в командный пункт. Генеральный секретарь НАСА обратился к нему.

— Ситуация не очень хорошая. Джулия — голландка. Правительство Нидерланд обеспокоены последними событиями программы «Арес». Прошлой ночью французы также пубилчно заявили, что, если мы не дадим им объяснений ситуации, то они закроют у себя регистрацию в программе «Арес» … Президент Франции сказал, что граждане не хотят иметь ничего общего с Новой Вирджинией.

— Черт, какое нам дело до участия французов?!

И хотя директор Карсон говорил будто бы ему все равно, его лицо кричало об обратном.

Это проблема дипломатического уровня.

Европа важный союзник США, поэтому они не могли игнорировать их.

Не говоря уже о том, что главная проблема была в подавляющем общественном мнении.

Если они не смогут спасти колонистов, то президент без шансов проиграет на следующих выборах, а он будет уволен с поста директора НАСА.

Но даже если они хотели спасти колонистов, они были не в состоянии осуществить это.

Карсон вошел в командный пункт и глубоко вздохнул. Он думал, что сказать сотрудникам.

Однако тут к нему подбежал его помощник.

— Директор, вам звонят по видеосвязи.

— Кто?

— IP-адрес с другой стороны Тихого океана… — Помощник сглотнул. — Думаю, это из Цзиньлина, Китая.

Карсон нахмурился, он примерно понял в чем дело.

Он открыл ноутбук и нажал на кнопку ответа.

В центре экрана появилось знакомое лицо.

— Здравствуйте, господин Карсон, рад вас видеть. Похоже у вас небольшие неприятности.

Директор Карсон посмотрел на профессора Лу и даже не стал спрашивать, как тот смог найти его в Facebook. Он ответил:

— Да, но вам не надо беспокоиться, мы сможем решить проблему сами.

— Правда? —Лу Чжоу улыбнулся. — Вы как три пропустили оптимальное окно для пуска. Если собираетесь отправить ракету сейчас, все может быть не так оптимистично. Я сделал некоторые расчеты и загрузил их на arXiv. Можете посмотреть на них, если хотите.

Карсон чуть не поперхнулся.

Ничего такого, что Лу Чжоу сделал расчеты для развлечения, но Карсон не мог поверить, что он опубликовал их.

Из-за влияния Лу Чжоу уже завтра журналисты будут ломится с этой пикантной информацией…

Карсон злобно посмотрел на Лу Чжоу:

— Вы насмехаетесь над нами?

— Конечно нет, мы глубоко опечалены вашей ситуацией. — Лу Чжоу покачал головой. — Кстати, хотите узнать о нашем ионном двигателе?

Глава 790. Нужна

Ионном двигателе?

Хочешь рассказать нам о нем?

Директор Карсон на мгновение впал в ступор от слов Лу Чжоу.

После чего он без колебаний ответил:

— Нет, обойдемся! В Новой Вирджинии все нормально. Наша система жизнеобеспечения может гарантировать, что колонисты переживут кризис.

Ни за что не позволю китайцам спасать!

Невозможно представить, как смущающе будет, если они спасут наших колонистов!

К тому же космический корабль BFR обладал всеми самыми передовыми технологиями различных аэрокосмических компаний. Расходы на разработку исчислялись миллиардами долларов, не говоря уже о дорогостоящей системе жизнеобеспечения на Марсе…

Он не мог доверить китайцах их технологии!

Глядя на упрямство Карсона, Лу Чжоу не смог сдержать смешка.

Он сказал:

— Правда? Похоже, трое астронавтов в Новой Вирджинии так не считают.

Карсон нахмурился:

— О чем вы?

Лу Чжоу кашлянул и продолжил:

— Мы очень волнуемся за колонистов, поэтому изучили сигналы с Марса.

В этот момент Карсон побледнел.

— Вы прослушивали наши сообщения?

— Не надо злиться, вы же постоянно это делаете, верно? — Лу Чжоу улыбнулся. — Нам посчастливилось наткнуться на сигналы во время обычных астрономических наблюдений.

— Но наши сообщения зашифрованы…

Карсон не успел закончить, как его прервал Лу Чжоу одним словом:

— СОС.

Директор Карсон замер.

Поначалу он подумал, что Лу Чжоу блефует, но теперь понял, что это не так.

Директор Карсон упрямился:

— Нам не нужна ваша помощь…

— Нет, нужна. — Серьезно сказал Лу Чжоу. — Мы говорим о трех жизнях. Подумайте хорошенько, прежде чем отвечать мне.

После его Лу Чжоу завершил вызов.

Директор Карсон какое-то время молчал. Он ущипнул себя за брови и ощутил, как у него болит голова.

Три гребанных жизни…

Да, кого они волнуют?

Однако он не мог опровергнуть слова Лу Чжоу.

Если Китай решит опубликовать эти сообщения…

То это станет катастрофическим ударом по власти.

Может американская общественность и могла проигнорировать гибель астронавтов, но Белый дом не мог этого игнорировать, и он в том числе. Любого, вовлеченного в программу «Арес». затронет гибель астронавтов.

Десять минут назад он размышлял о сокрытие гибели людей несчастным случаем или стихийным бедствием, но у теперь у него больше нет такого выбора…

Если он не сделает все возможное ради спасения астронавтов, то его могут окрестить убийцей!

Помощник посмотрел на директора и сглотнул:

— Сэр? Вы… в порядке?

— В полном. — Карсон окинул взглядом зал управления, а потом посмотрел на помощника.

— Подготовь машину… Я еду в Белый дом.

Это решение, которое должен принять президент.

Помощник переспросил:

— Сейчас?

— Прямо сейчас!

………………………………….

Институт перспективных исследований.

После звонка Лу Чжоу вздохнул с облегчением и облокотился на спинку кресла.

Он не особо хорош в ведении переговоров, но знал, что ясно передал директору Карсону свои намерения. Если не будет дан официальный ответ от США, то он раскроет эти сообщения.

Если США все еще не дадут ответа, то они объявят о гуманитарной миссии по спасению колонистов.

В конце концов, США не могли помешать другим спасать колонистов.

Почему же Китай хотел вернуть колонистов живыми?

Спасение жизней не главное. Само участие в спасательной операции будет огромным стимулом для международного престижа и репутации Китая, даже если спасательная операция провалиться.

Лу Чжоу также интересовали технологии, используемые в системе жизнеобеспечения и космическом корабле BFR на орбите Марса. Послать туда исследователей будет очень полезно.

На его компьютере замигала сигнальная лампочка и появилось сообщение от Сяо Ая.

«Хозяин, кто-то попытался отправить троян на ваш компьютер.»

Троян?

Может ЦРУ?

Лу Чжоу особо не удивился. Ведь, Карсон высокопоставленный чиновник. Не говоря уже о том, что Лу Чжоу звонил со своего личного компьютера.

— Это проблема?

«Не такая уж большая! (≧∇≦)»

Лу Чжоу кивнул:

— Тогда избався от него, если сможешь, преподай им урок. Только не перестарайся.

«Хорошо, Сяо Ай позаботиться обо всем!»

Сообщения пропали.

Кулеры ноутбука некоторое время пошумели, а потом постепенно успокоились.

Лу Чжоу посчитал, что троян, скорее всего, удален. Он достал телефон и позвонил Хоу Гуану.

На звонок моментально ответили.

Лу Чжоу начал давать указания:

— Передайте в командный пункт, чтобы рассчитали траекторию полета. В течении двенадцати часов мне нужна самая быстра траектория до Марса! Также поручите спасительную операцию Сягуану. Скажите им, чтобы готовились. Пусть заправятся в Лунном дворце, после чего ожидают на лунной орбите.

В Лунном дворце имелся специальный грузовой отсек, в котором хранились запасные батареи. Космическая станция изначально задумывалась как «лунный стыковочный узел», поэтому на ней достаточно запасов.

Высушив приказ Лу Чжоу, Хоу Гуан сразу же спросил:

— США ответили?

— Я не собираюсь дожидаться их ответа. — Лу Чжоу покачал головой. — К моменту, когда они ответят, может быть уже слишком поздно.

Глава 791. Мир вновь поразила

Если кто-то хочет понять преимущества и недостатки ионного двигателя и традиционного двигателя, он должен иметь базовые школьные знания по физике, а именно про ускорения.

На небольших расстояниях из-за огромной тяги, создаваемой традиционными двигателями, космический корабль может достичь очень высоких скоростей за короткий промежуток времени, что сокращает общее время полета.

Однако, если расстояние увеличить до миллиона или даже десятков миллионов километров, то ситуация начинает кардинально отличаться.

В отличие от ионных двигателей, традиционные двигатели могут создавать огромную тягу расходуя топливо. Однако ионный двигатель может развивать скорости, намного превышающие скорости традиционных ракет, благодаря непрерывному ускорению и большому импульсу.

Ракете BFR нужно три месяца, чтобы долететь до Марса.

Однако для Сягуана, который располагался на лунной орбите, полет займет всего пару месяцев.

Не говоря уже о том, что это без использования Гомановской траектории. Если Марс и Земля будут находиться в оптимальном положение, то путешествие заняло бы меньше месяца.

В пустом и темном космосе астронавты в Лунном дворце, только закончили заправку Сягуана.

Сидя в кабине пилота, Сюй Чжэнхун протянул руку и нажал на кнопку на своем шлеме, после чего доложил.

— Это Сягуан, мы закончили дозаправку. Запрашиваю дальнейшие указания.

— Это командный пункт. Поздравляю с завершением задания. Пожалуйста, переключитесь в крейсерский режим и ждите дальнейших указаний.

— Вас понял, переключаюсь в крейсерский режим.

Сидя в кресле второго пилота, Лю Бяо посмотрел на Сюй Чжэнхуна.

— Разве мы не собираемся вернуться на Землю?

— Нам приказали оставаться наготове.

— Из-за американцев?

— Да.

Лю Бяо не мог не вздохнуть.

Пару месяцев назад он видел корабль США, летящий через космос. Они не смогли поприветствовать его и лишь наблюдали, как он улетает.

Он не ожидал так скоро встретиться с их кораблем.

На какое-то время в кабине воцарилась тишина.

Сюй Чжэнхун закрыл глаза и уже собирался вздремнуть, когда в кабине замигала сигнальная лампочка.

Лю Бяо произнес:

— Сигнал из командного пункта.

— Я вижу. — Сюй Чжэнхун открыл глаза и встал, после чего ответил на вызов. — Это Сягуан, направляется на заданную позицию, готовимся сменить маршрут…

— 5,4,3,2,1… Зажигание!

Из пяти двигателей вырвалось пламя, медленно толкая серебристый корабль.

……………………………………

15 минут назад.

Белый дом, наконец, решил. В Министерство иностранных дел Китая позвонил президент Соединенных Штатов. Во время этого телефонного разговора президент официально обратился за помощью.

10 минут назад новость пришла на космодром Цзиньлин. Сотрудники тут же приступили к работе.

Сягуан в это время выполнял задачи на лунной орбите, получив новость, они сразу начали готовиться к полету. После пополнения припасов и заправки в Лунном дворце, они отправились к Марсу.

Между официальным обращением президента с просьбой о помощи и отправкой Сягуана на Марс прошло менее 15 минут.

Мир вновь поразила эффективность Китая.

С другой стороны, Комитет по строительным работам на лунной орбите провел пресс-конференцию в отеле Цзиньлина. Они публично сообщили журналистам различных СМИ о ходе последней спасательной операции.

Это привело американцев в ярость, которые хотели сохранить все в тайне.

Однако китайцы позвали журналистов!

Белый дом хотел сделать все скрытно и не ожидали, что Китай устроит из этого масштабное шоу.

Пресс-конференция заставила покраснеть сотрудников НАСА.

Они потратили три дня на анализ всех своих вариантов и решений. Однако они не смогли принять окончательное решение и пропустили оптимальное окно запуска.

А Китай смог выслать спасательную команду в течение 15 минут после того, как президент обратился за помощью. Эффективность Китая совершенно на другом уровне.

Однако НАСА знало, что план спасения явно составили не за 15 минут. Скорее всего китайцы планировали эту спасательную операцию еще задолго до видеозвонка.

Но даже подобная быстрота раньше не встречалась.

К тому же открытое, серьезное и ответственное отношение Китая к спасательной операции резко контрастировало с имиджем НАСА. Общественное мнение о программе «Арес» изменилось в одночасье.

«Мне стыдно за НАСА.»

«Невероятно. Если бы не китайцы, мы бы даже не узнали, что случилось с нашими колонистами? Белый дом хотел похоронить их тела?»

«Они отправили спасательную команду в течение 15 минут… Боже, как это возможно?»

«Я сомневаюсь, что у НАСА вообще было какое-либо желание спасать колонистов!»

«Теперь я знаю, почему „Марсианские дневники“ приостановили. Это не из-за затрат на связь, а исключительно из-за песчаной бури. Белый дом хотел скрыть от нас правду…»

Чтобы сохранить лицо и продемонстрировать свою решимость вернуть колонистов домой, Белый дом объявил, что они возьмут на себя все расходы по спасательной операции.

Менее чем через 15 минут после объявления НАСА получили счет из Китая.

1,7 миллиарда долларов.

Китай запрашивал банковский перевод.

Увидев счет, директор Карсон чуть не плюнул кровью.

1,7 миллиарда долларов!

На эти деньги они могут построить еще один чертов Сягуан!

Они нас за денежный мешок держат?

Подошел его помощник.

— Сэр?

— Что теперь?

Помощник посмотрел на директора Карсона и немного заколебался.

— У меня плохая новость…

Карсон нетерпеливо ответил:

— Поторопись и скажи ее…

Видя, как злился его начальник, помощник заговорил:

— Хорошо! Полчаса назад мы обнаружили документальный фильм на официальном китайском сайте.

Карсона замер, он почувствовал что-то неладное.

Однако он не мог описать это чувство.

Он открыл рот и неохотно спросил:

— Что за фильм?

— Похоже он называется… Спасение Марсиан.

— …

Твою мать!

Глава 792. Наихудший вариант

В конце концов, американцы не воспользовались переводом средств.

Такую крупную сумму не перевести в любой момент и для этого нужны специальные переводы.

Просто Лу Чжоу не ожидал, что американцы действительно заплатят…

Лу Чжоу спросил у директора Ли:

— Американцы правда платят?

Он тщательно размышлял над этим и понял, что такое возможно. Вопрос уже не только в деньгах.

Не говоря про то, что США обещали оплатить спасательную операцию, Белый дом просто не мог позволить оплатить всю операцию китайцам.

Американцам будет слишком стыдно, если Китай еще и оплатит спасение их людей.

Директор Ли кивнул и ответил:

— Сегодня утром министр финансов США вызвал сотрудников нашего посольства в Вашингтоне. Они сказали, что 1,7 миллиардов долларов слишком много, и они готовы заплатить только миллиард.

1 миллиард долларов!

У Лу Чжоу задрожали руки.

Он кашлянул и сказал:

— Миллиарда достаточно.

Однако директор Ли немного погрустнел.

— Мы постараемся выбить для вас больше, но Белый дом готов заплатить только миллиард… Этого хватит? Если нет, мы выделим еще сами.

Эта спасательная операция значительно улучшал международный имидж и престиж Китая, что стоило своих денег.

Хотя Лу Чжоу главный конструктором, Star Sky Technology его собственная компания. Если Star Sky Technology действительно потратят столько денег на спасательную операцию, правительству было бы логичным выделить им средства.

В конце концов, высокотехнологичные компании будущее страны. Китай хотел, чтобы эти компании процветали.

Однако, услышав слова директора Ли, Лу Чжоу покачал головой.

— Это никак не будет стоить так дорого. Включая все расходы, самое большее двести или триста миллионов долларов.

Директор Ли поразился.

— Всего двести-триста? Тогда счет в размере 1,7 миллиарда долларов…

Лу Чжоу рассмеялся.

— Э-э, а разве не ожидаемо, что они должны были поторговаться?

— …

Просить 1,7 миллиарда долларов действительно немного чересчур, не говоря уже про то, что это должна быть гуманитарная миссия.

Лу Чжоу вообще не планировал зарабатывать деньги. Он ожидал, что американцы сделают ему встречное предложение с гораздо меньшей суммой, которую он неохотно примет.

Он понятия не имел, что Белый дом так расщедриться. Лу Чжоу даже смутился.

Лу Чжоу на некоторое время задумался, и ему стало не по себе от получившийся ситуации.

— Мне изменить цену?

—Нет надобности… Но цена и правда высока. — Директор Ли немного подумал и сказал. — Как насчет такого… Скажем им, что мы сами покроем оставшиеся 700 миллионов долларов.

Оставшиеся 700 миллионов?

Одного миллиарда более чем достаточно, что вы хотите покрыть?

Внезапно Лу Чжоу понял и вспомнил хитрую улыбку директора Ли.

Он вздохнул и ответил:

— А я думал, что это я бесстыдный… Не ожидал, что вы меня переплюнете.

— О чем вы… Что, если у нас есть другие скрытые расходы? Сколько стоит документальный фильм? Конечно, когда СМИ спросят, скажите, что мы потратили 1,713 миллиарда долларов. Американцы выделили 1 миллиард, а мы покрыли 0,713 оставшихся…

Лу Чжоу не мог не спросить:

— Откуда взялись 130 миллионов?

Директор Ли отхлебнул немного чая и ответил:

— Так выглядит более правдоподобно.

— …

………………….

Тем временем.

Штаб-квартира НАСА.

Командный пункт программы «Арес».

Президент стоял рядом с панелью управления. Он посмотрел на мигающую зеленую точку на большом экране, а также на линию траектории.

Эта точно являлась спасательным кораблем, летящем к Марсу, отчего президент пребывал не в лучшем настроении.

Прошло двадцать лет после крушения Колумбии, в результате чего погибли все семь астронавтов.

Честно говоря, президент скорее позволил бы погибнуть еще семи астронавтам, чем дал СССР получить обломки «Колумбии»… Он был уверен, что Джордж Буш считал также.

Однако это всего лишь гипотетическая ситуация, тогда у СССР не было никакой возможности получить обломки.

Однако сейчас…

Все шло к худшему раскладу.

Президент наклонил голову и посмотрел на директора Карсона.

— Какова ситуация в Новой Вирджинии?

— Колонисты в стабильном состоянии. Мы уже сказали им, что к Марсу направляется спасательный корабль и что у них будет более чем достаточно топлива для обратного полета…

Президент кивнул и приказал знаком Карсону замолчать.

Через какое-то время президент заговорил.

— Вторая фаза программы «Арес» полностью провалилась. Нам нужно начать устранять последствия. Корабль BFS оснащен нашим самым передовым оборудованием связи. Боинг сообщили, что было бы лучше разбить корабль BFS, если не хотим передать его китайцам.

Там не только оборудование связи, но и другие самые современные технологии американских аэрокосмических компаний.

Хотя Китай и лидировал в разработке ионных двигателей, американцы доминировали в других областях.

Корабль BFS же воплощение технологий, полученных в результате сотен запусков. Если они позволят китайцам завладеть ими, это стало бы огромной потерей для американской аэрокосмической промышленности.

Когда директор Карсон услышал безумную идею президента, у него на лбу выступил пот.

Он говорит об уничтожении космического корабля стоимостью в миллиард долларов!

Молчу уже про…

— Но оборудование на BFS единственный способ связи с Новой Вирджинией. Если мы разобьем корабль…

— Катастрофа произойдет после того, как китайский корабль достигнет орбиты Марса… Мы можем придумать оправдание. Сказать, что произошла авария. — Президент невозмутимо продолжил. — В любом случае на корабле никого не будет. Это будет просто кусок металла, падающий с неба.

— Но… Тогда Новая Вирджиния будет полностью изолирована от связи с нами, что может еще больше затруднить спасательные работы.

— Бог защитит наших героев. — Ответил президент. Он посмотрел на большой экран и пробормотал себе под нос. — Если с ними что-то случится, то мы запомним их жертву.

Глава 793. Падение

В действительности Сягуан прибыл на 79 часов раньше, чем ожидал Лу Чжоу.

После 41 дня и 2 часов полета огненно-красная планета появилась в иллюминаторе Сягуана.

Лю Бяо прищурился и посмотрел в иллюминатор. Он наблюдал, как яркое солнце медленно поднимается над краем огненно-красного силуэта, за красными песчаными волнами, напоминающими огненное море.

— Хаос… Но довольно красиво.

— Да. — Сюй Чжэнхун кивнул и надел шлем. — Это Сягуан, мы вошли в гравитационную систему Марса и успешно вышли на орбиту а-11.

Они молча ждали около пяти минут.

С Земли шли помехи из-за расстояния в десятки миллионов километров.

— Это наземный командный пункт, поздравляю с завершением задачи… Пожалуйста, начните процедуру торможения и приготовьтесь к сближению с Марсом. Навигацию будет осуществлять бортовой компьютер. Удачи.

— Вас понял.

Поскольку они находились на расстоянии десятков миллионов километров от Земли, наземный командный пункт не мог управлять космическим кораблем в режиме реального времени.

План изменения орбиты уже заранее запрограммировали в компьютере корабля. Пилот должен был выполнить изменение орбиты с помощью бортового компьютера.

И хотя это звучало сложно, на деле все было проще.

Сягуан обладал высокой степенью автоматизации управления. Если нет непредвиденных обстоятельств, то пилоту надо следить лишь за скоростью и за отклонением от орбиты.

Лю Бяо спросил:

— Мы будем приземляться? Или они сами долетят до нас?

— В новой системе жизнеобеспечения Вирджинии есть капсула возврата. При помощи нее они вернутся на корабль BFS, после чего мы вернемся.

Они также сбросили бы свой «шпионский зонд».

Но это сверхсекретная миссия, которую лично организовал главный конструктор Лу Чжоу. Даже Лю Бяо не сообщили о ней.

— Понял… Но что если они не смогут вернуться?

— Тогда мы помолимся за них… Не забудь сделать фотографии, чтобы американцы нас ни в чем не упрекали.

— Без проблем, начну делать фото прямо сейчас.

Лю Бяо улыбнулся и протянул руку, чтобы нажать кнопку на консоли.

— Подожди.

Сюй Чжэнхун улыбнулся.

Однако его лицо внезапно застыло.

Он посмотрел на серебристый космический корабль за окном и нахмурился. после чего положил руку на шлем.

— Это Сягуан… Похоже, у американского корабля небольшие проблемы.

Прошло пять минут.

По каналу связи донесся голос из командного пункта.

— Что происходит?

Сюй Чжэнхун прищурился и пристально посмотрел на серебристый корабль вдалеке.

Он не знал отчего, но ощущал, что что-то не так.

Лю Бяо посмотрел в том же направлении, включил дальномерный лидар и направил его на корабль.

Несмотря устройство использовалось для измерения расстояния до метеоритов, его также можно на космических кораблях.

Сюй Чжэнхун посмотрел на измеритель скорости на лидаре и глубоко вздохнул.

— Космический корабль BFS падает… Повторяю, космический корабль BFS падает!

………………………….

Прошло больше месяца с тех пор, как с Марса подали сигнал бедствия.

Точнее говоря, прошел 41 день и 2 часа.

Из-за отсутствия света и электричества посевы все засохли.

В целях экономии энергии две недели назад они стали жить в экспериментальной комнате и отключили электричество во всех других помещениях, поскольку здесь находилась единственная панель управления, принимающая и отправляющая данные на космический корабль BFS.

Даже так у них заканчивались ресурсы.

Они умрут от гипоксии в течение следующих 42 часов…

Дрожащий женский голос нарушил тишину в комнате.

— Они спасут нас? — Джулия беспомощно посмотрела в окно с отчаянием на лице.

Не было никакой надежды, что песчаная буря прекратится.

Судя по всему, песчаная буря продлится по меньшей мере полгода.

Джонсон прислонился к окну, держа в руке фотографию, после чего тихо ответил:

— Однозначно.

Хотя он пытался говорить, как можно оптимистичнее, его лицо говорило об обратном.

— Может и нет. — Заговорил Трэвис. — Может, они предпочли бы, чтобы мы умерли.

Джулия удивлено выпучила глаза, спрашивая:

— Зачем?

— А ты подумай. Если мы умрем, мы умрем как герои. Если мы выживем, им придется снабдить нас припасами и вернуть домой… Им это невыгодно.

— Хватит! — Внезапно зарычал Джонсон.

Воцарилась тишина.

Трэвис нахмурился и недовольно сказал:

— Я что-то сказал не так?

Джонсон встал и посмотрел на Трэвиса.

— Я просто хочу, чтобы ты заткнул свой гребаный рот, прекрати тратить кислород впустую.

— О чем ты? Мы все равно умрем. Или ты хочешь разобраться? Давай, с меня уже хватит. — Трэвис потер руки и сжал кулаки.

Джулия увидела, что двое мужчин собираются драться, поэтому она использовала всю свою энергию, чтобы встать и попыталась остановить их.

— Хватит, успокойтесь, вы двое!

Внезапно они услышали приглушенный шум за пределами системы жизнеобеспечения.

Двое мужчин остановились и выглянули в иллюминатор.

Даже в такую сильную песчаную бурю, они ясно видели огненный шар, упавший на землю. В то же время они увидели, как на панели управления замигала зеленая точка, которая потом стала красной.

Строка слов вспыхнула в правом верхнем углу экрана.

«Связь потеряна».

Джонсон сглотнул и испугался.

— Черт, наш корабль!

Трэвис тихо пробормотал:

— Боже…

Молчание продолжалось долгое время.

Огонь исчерпал весь оставшийся кислород и в конце концов был поглощен песчаной бурей…

Джулия выглянула в иллюминатор и дрожащим голосом спросила:

— Мы умрем?

Ей никто не ответил.

У космического корабля BFR было достаточно топлива, чтобы находиться на орбите в течение двадцати лет, но каким-то образом произошел сбой…

Джонсон перекрестился.

Боже, пожалуйста, спаси меня.

Однако в глубине души он знал, что Бог ничего не мог сделать, ибо это земля Ареса.

Внезапно от панели управления донесся звон.

Сначала он подумал, что это статический шум, поэтому проигнорировал его.

Так продолжалось до тех пор, пока звон не стал отчетливее и сильнее…

Джонсон увидел «Запрос на подключение» на экране, поэтому быстро подбежал и нажал кнопку.

Может это инопланетяне?

Он надеялся, что ему не показалось.

Оказалось, что это не его воображение.

В тот момент, когда канал связи был открыт, до его ушей донесся голос…

— Это китайский астронавт Сюй Чжэнхун, как вы, мои марсианские друзья?

Глава 794. Обратный билет

Корабль BFR падает на Марс!

Новости до Земли пришли с пятиминутным опозданием.

Лу Чжоу поразила безжалостность НАСА.

Это не могло быть совпадением, что именно сейчас корабль упал.

Тем более что заставить корабль самоуничтожиться дело нетрудное. Им просто нужно снизить высоту полета и позволить гравитации Марса медленно притянуть корабль к поверхности.

Обычно, когда срок службы спутника подходит к концу, его вручную направляют для падения в море.

Лу Чжоу не ожидал, что американцы скорее уничтожат космический корабль, чем позволят китайским астронавтам осмотреть его.

Отчего такая агрессивная реакция?

Внутри командного пункта Хоу Гуан стоял рядом с Лу Чжоу, когда спросил:

— Что нам теперь делать?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Мы знаем, где он упал?

Хоу Гуан покачал головой:

— Конкретные координаты нам не известны. А из-за песчаной бури нам не видна поверхность. Однако мы можем приблизительно прикинуть место падения.

Лу Чжоу тут же среагировал:

— Отметьте предполагаемое место падения. Мне нужно знать положение места относительно марсианской колонии.

— Понял.

Лу Чжоу стоял у панели управления и спокойно ждал в течение десяти минут. Вскоре на экране появилось трехмерное изображение поверхности Марса в виде сетки. Колония отмечалась синей точкой, используя координаты, предоставленные США. Предполагаемая зона падения BFS была выделена красным кругом и была площадью около 40 квадратных километров. Расстояние между колонией и центром круга составляло около 30 километров.

Марсоходу потребуется где-то час, чтобы доехать от колонии до места падения.

Лу Чжоу посмотрел на изображение и внезапно ему пришла идея. Он посмотрел на Хоу Гуана и сказал:

— Попросите Сягуан связаться с колонистами.

— Для чего?

— Чтобы отвезти их домой. — Лу Чжоу ухмыльнулся. — Но мы собираемся взять с них плату за обратный билет.

……………………….

— Это китайский астронавт Сюй Чжэнхун, как вы, мои марсианские друзья?

Голос эхом отражался в голове Джонсона. Он схватил наушники и надел их на голову, после чего быстро ответил:

— У нас все хорошо! Нет-нет, у нас ужасное положение… Вас прислало НАСА? Нет, я имел в виду…

На другом конце оборвали его:

— Нет. Мы помогаем вам из гуманитарных соображений, нас никто не нанимал. Если вы хотите благополучно вернуться домой, пожалуйста, следуйте нашим указаниям.

Джонсон почувствовал что-то неладное и нахмурился:

— Что вы хотите, чтобы мы сделали?

— Пожалуйста, откройте канал передачи данных.

Джонсон немного заколебался, прежде чем согласиться на просьбу Сюй Чжэнхуна, а потом открыл канал для передачи данных.

Это довольно рискованно. Если другая сторона отправит вирус в систему жизнеобеспечения, то сможет перекрыть им подачу кислорода и убить их.

Однако у него не было выбора.

Если он хотел вернуться домой, он должен подчиняться приказам.

После открытия канала, появился индикатор загрузки.

Джонсон нахмурился и спросил:

— Что это?

— Нам нужно собрать данные для расследования причин крушения

С чего бы вам, китайцам, расследовать их?

Однако сейчас не время для жалоб.

Джонсон посмотрел на загрузку и глубоко вздохнул.

— Нам пока просто ждать здесь окончания?

— Нет, нам нужно от вас еще кое-что.

Джонсон сглотнул:

— ЧТо?

— Мы отправили вам приблизительное место крушения корабля BFS. Оно примерно в тридцати километрах от Новой Вирджинии. Но я полагаю, что у вас есть более точный способ определения местоположения крушения. Мне все равно, как вы найдете корабль, но мне нужно, чтобы вы извлекли черный ящик и взяли образцы материалов в районе крушения… — Сюй Чжэнхун сделал небольшую паузу и добавил максимально серьезно. — Это запрос НАСА.

Джонсон сглотнул.

У него не было времени на раздумья.

— Но снаружи песчаная буря, мы не можем…

— Атмосфера на Марсе всего на один процент плотнее. Песчаная буря не опасна. Получив то, что нам нужно, мы спасем вас. На этом все. Жду от вас хороших новостей.

Связь закончилась.

Джонсон посмотрел на экран и ударил кулаком по стене.

— Черт!

Джулия прошептала:

— Как ты думаешь, НАСА правда сделали запрос?

Трэвис нервно сказал:

— Да кого волнует, чего они хотят, просто дадим им это. НАСА бросило нас. Иначе зачем бы им разбивать корабль? Только не говорите мне, что это несчастный случай!

Джонсон замолчал.

Спустя долгое время он принял решение. Он медленно произнес:

— Подготовь марсоход.

— Хорошо.

Трэвис подчинился приказу Джонсона.

В конце концов, это его шанс вернуться домой.

Джонсон выглянул в иллюминатор и внезапно вздохнул. Он пробормотал сам себе:

— Независимо от того, запрос НАСА это или нет, BFS рухнул. Мы можем связаться только с Сягуаном… Мы должны им верить.

У него все еще была жена, которая ждала его.

И двое прекрасных детей.

Несмотря ни на что, он должен был вернуться домой!

Если НАСА хотело их бросить, то не было ничего плохого в сотрудничестве с китайцами.

Глава 795. Успешное спасение

Орбита Марса.

В кабине стояла тишина.

Лю Бяо спокойно ждал ответа с другого конца. Он вздохнул и вдруг сказал:

— Капитан.

— Что такое?

— Правильно ли это?

— А что такого в том, чтобы попросить у них услугу? С нами они поступили бы также. — Сюй Чжэнхун посмотрел на красную планету и добавил. — Даже, если это спасательная операция, мы не можем допустить, чтобы она была совсем напрасной.

Лю Бяо спросил:

— А что, если они ничего не найдет?

Сюй Чжэнхун помолчал и ответил:

— Тогда это станет потерей для нас.

Но они все равно продолжат спасательную операцию.

Так приказал им профессор Лу…

…………………………………

На поверхности Марса.

Двери блока жизнеобеспечения медленно открылись и оттуда выехал красный марсоход навстречу бушующей песчаной буре.

Джонсон со смесью множества эмоций взглянул на зеленую точку на радаре.

Очевидно, что НАСА не дали им такой безумный приказ и китайцы врали им.

Но если он хотел вернуться домой, у него не было выбора…

С помощью радара Джонсон быстро добрался до нужного места.

Остановив марсоход недалеко от зоны падения, Джонсон в скафандре вышел из марсохода и направился к BFS с набором инструментов в руках.

— Черт… Он понлостью уничтожен.

Джонсон взял образцы материалов корабля BFS и поместил их в специальный ящик.

Ближе к центру было все больше и больше обломков.

Он осторожно перешагнул через металлические обломки, после чего достал резак. Вскоре он прорезал круглое отверстие в кабине корабля.

Джонсон вздохнул и отложил резак.

— Эх… Пора работать.

Он ухватился за металлические прутья снаружи корабля BFS и проскользнул внутрь кабины.

— Черный ящик… Надо подумать… Скорее всего, он под креслом пилота…

Джонсон включил фонарик скафандра и стер пыль с песком со шлема, после чего направился к кабине пилота.

Как и предполагал Лу Чжоу, на BFS действительно был черный ящик. В него записывались такие данные, как расчеты запуска корабля BFS, а также записи связи.

Если корабль BFS потерпел крушение на Марсе, задача колонистов заключалась в возвращении черного ящика.

Однако в обязанности колонистов не входило передавать черный ящик Китаю…

Джонсон нашел зеленый чемодан со светоотражающей полосой под сиденьем пилота. На мгновение он замер, покачал головой и начал выходить…

В тридцати километрах отсюда, внутри блока жизнеобеспечения.

Джулия и Трэвис оставались в экспериментальном помещении. Они с нетерпением ждали новостей от своего капитана.

Трэвис выглянул в иллюминатор и не увидел ничего, кроме желтого песка.

Внезапно дверь открылась. Вошел Джонсон в скафандре и весь в песке.

В руках он держал зеленую коробку и маленький чемоданчик.

Трэвис с улыбкой подошел к нему, но капитан проигнорировал его. Джонсон подошел прямо к панели управления и подсоединил кабель передачи данных к чемодану, после чего нажал кнопку.

— Мы достали черный ящик.

Послышались помехи, а потом донесся четкий голос.

— Поздравляю, вы заработали свой обратный билет. Пожалуйста, войдите в спасательную капсулу и начните зажигание. Через пять минут мы будем в воздушном пространстве над колонией.

— Вас понял.

Джонсон отсоединил кабель и посмотрел на своих товарищей, после чего вздохнул с облегчением.

— Мы едем домой.

…………………………………….

Спасательная капсула располагалась в центре системы жизнеобеспечения, прямо над генератором метана.

Во время чрезвычайной ситуации колонисты должны войти в нее и начать процесс эвакуации. Запасы кислорода и метана в системе жизнеобеспечения будут впрыскиваться в двигатель спасательной капсулы, после чего она полетит к кораблю BFS.

Только космический корабль BFS уничтожили НАСА.

Хотя Джонсон не имел доказательств, что НАСА намеренно уничтожило его, он знал, что за всем этим стоит НАСА.

Он знал, что НАСА отказалось от них.

От этого он чувствовал себя лучше помогая Китаю…

Серебристая спасательная капсула отделилась от системы жизнеобеспечения, оставив после себя пыль и дым.

Наступил конец их неудачной колонизации.

Но даже потерпев неудачу они приобрели бесценный опыт и знания, что проложит путь для их преемников…

Спасательная капсула устремилась к Сягуану, постепенно выходя на орбиту. После получаса болтания в космосе, их подхватил Сягуан.

Корабли медленно приблизились друг к другу.

— Мы находимся на орбите… Наш уровень кислорода на исходе, нам нужна помощь.

— Это Сягуан, мы получили ваш запрос. Пожалуйста, терпеливо дожидайтесь спасения.

Люк медленно открылся, и толстая и длинная механическая рука высунулась из кабины и схватила спасательную капсулу, после чего переместила ее в грузовой отсек.

Первоначально эта система предназначалась для извлечения космического мусора и мертвых спутников, но ее также можно было использовать для захвата спасательных капсул.

Тем временем в Цзиньлине проходила пресс-конференцию, посвященная спасательной операции.

Когда репортеры на конференции услышали, что корабль BFS потерпел крушение на Марсе, в конференц-зале воцарился хаос. Жена Джонсона, которая проделала весь путь до Китая, громко рыдала.

Однако всего через несколько часов все изменилось.

Медленно начали поступать новости о выходе спасательной капсулы на орбиту, прибытии Сягуана в целевую точку и другие новости об операции по спасению. Репортеры и сотрудники посольства США затаили дыхание, нервно ожидая результата.

Наконец, когда новость об успешном спасении достигла командного пункта в Цзиньлине, ее мгновенно сообщили на пресс-конференции. На большом экране в зале была надпись: «Все астронавты спасены» …

Все увидели слова на экране…

Пресс-конференция наполнилась бурными аплодисментами.

— Боже… Спасибо! Спасибо! Простите, я не знаю, что сказать…

Плачущая женщина держала Лу Чжоу за руку. У нее подкосились ноги. Сотрудник быстро помог ей, было ощущение, что она сейчас упадет в обморок.

Лу Чжоу ободряюще посмотрел на нее и велел сотруднику позаботиться о ней.

Ее муж наконец-то в безопасности.

В течение последних месяцев ее жизнь была сплошной пыткой.

Теперь она наконец могла хорошо выспаться ночью.

Чэнь Юньхай, директор организационного отдела Комитета по строительным работам на лунной орбите, встал перед камерой и торжественно объявил о успехе спасательной операции. Он также объявил о сроках возвращения Сягуана.

Сотрудники посольства США стояли в стороне, они вытерли слезы со своих лиц и начали аплодировать.

США проиграло космическую гонку, это несомненно.

Но… Они не могли не аплодировать.

Глава 796. Двуличный

Подобрав спасательную капсулу, Сягуан еще пару дней продолжал вращаться вокруг Марса, после чего начал процедуру обратного полета и начал менять орбиту.

Сюй Чжэнхун достал ключ, вставил его в панель и повернул. Черный предмет был сброшен из грузового хранилища и начал падать на огненно-красную планету.

Лю Бяо мельком заметил что-то и выглянул в иллюминатор, но ничего не увидел и спросил.

— Ты ничего не видел за окном?

Сюй Чжэнхун проверил скорость на панели. Он протянул руку и нажал кнопку главного двигателя.

— Я ничего не видел, тебе, должно быть тебе показалось.

Лю Бяо был уверен, что он что-то видел.

Он бывший пилот реактивного истребителя. У него глаза, как у орла.

— Мы что-то сбросили?

— Нет. — Сюй Чжэнхун спокойно сменил тему. — Как только закончим разгон, иди поприветствуй их. Дай им краткое описание компонентов Сягуана и размести в гостевой каюте. Точно, не забудь включить диктофон и сохранить в безопасности черный ящик.

Лю Бяо улыбнулся и поднял вверх большой палец.

— Понял.

………………………………………

Прошло менее десяти минут между тем, как спасательная камера вышла на орбиту Марса и как ее подобрал Сягуан. Камера снаружи Сягуана полностью заснула этот момент.

Двадцатиминутное видео поступило в командный пункт Цзиньлине, после чего поступило на монтаж центрального телеканала, что ознаменовало окончание документального фильма про спасение.

Документальный фильм наконец был сделан.

На следующий день после объявления об успехе спасательной операции, вышла полная версия документального фильма «Спасение марсиан».

Общая продолжительность фильма составила 120 минут. После некоторой художественной обработки, была восстановлена точная хронология событий. Начиная от получения сигнала телескопом и призыва Белого дома о помощи, и заканчивая указаниями правительством Китая по началу спасательной операции и тем, как Сягуан начинает свою спасательную операцию в течение 15 минут после получения просьбы о помощи… Все запечатлели в документальном фильме.

Цифровая версия фильма опубликовали на основных видеохостингах и социальных сетях в Китае.

Раздел комментариев под фильмом бушевал.

«Сягуан поразительны! Профессор Лу невероятен! (национальный флаг)»

«Среагировали за пятнадцать минут!»

«Я хочу, чтобы Лунный дворец стал открытым для посещений! Я хочу получить шанс полететь на Луну!»

«Американцы послали колонистов на Марс, но нам пришлось спасать их… Считается ли это нашей победой?»

«Думаю, что да»

«Я заметил, что расходы на спасательную операцию составили 1,714 миллиарда долларов. США заплатили нам всего миллиард долларов. Почему мы должны оплачивать оставшиеся 714 миллионов, чтобы спасать их граждан? Разве сейчас не космическая гонка? Если бы я был главным конструктором, я бы обязательно заставил американцев заплатить полностью! (сердится)»

«Слава богу, что ты не главный конструктор.»

«…»

Волна комментариев затопила сайт. «Спасение марсиан» вскоре загрузили на YouTube.

Хотя неэффективность и бессилие НАСА возмутила многих пользователей, обращение Белого дома за помощью в нужное время, все равно принесло много положительных очков президенту.

Великодушное и ответственное отношение, проявленное Китаем во время спасательной операции, также добавило уважения и престижа имиджу страны.

Хотя на Земле существовали соревнования между разными нациями, в космосе все были с одной планеты.

И неважно какие мотивы лежали в основе спасательной операции, возможность спасти кого-то на расстоянии в десятки миллионов километров то, что стоит увековечить в истории.

Конечно, Комитет по строительным работам на лунной орбите заслуживали наибольшую похвалу.

При пятнадцатиминутном времени реагировании эффективность и скорость выполнения шокировали весь мир…

Через три дня после пресс-конференции.

Лу Чжоу пил чай с директором Ли в своем кабинете в Институте перспективных исследований.

Они случайно затронули тему комментариев в Интернете на что Лу Чжоу несколько эмоционально произнес:

— Иногда мне кажется, что если ты не повлияешь на общественное мнение, то повлияет кто-то другой. Мы были слишком пассивны в этом.

Космическая гонка продолжалась уже более полутора лет.

Комитет создали довольно давно. Они даже отправили космическую станцию на лунную орбиту. Однако всеобщую похвалу они получили впервые.

Директор Ли кивнул.

— Да, но подобное не изменить мгновенно.

Лу Чжоу кивнул и больше ничего не говорил.

Как и сказал директор Ли, не все можно изменить в одночасье.

Будь то строительство башни или создание общественной репутации, все это требовало времени.

Директор Ли немного помолчал, а потом внезапно спросил:

— Кстати говоря, вы получили черный ящик BFS?

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Да, получили.

— Боюсь, мы не сможем скрыть это.

Они не могли скрыть правду.

У трех колонистов не было причин держать это в секрете.

Даже если не сильно, но подобное нанесет удар по их репутации.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Тут нет ничего сложного. Просто скопируйте данные и верните им ящик обратно.

Директор Ли тут же ответил:

— Сделаем проверку несчастного случая, после чего отправим отчет об аварии вместе с черным ящиком.

Лу Чжоу сначала не понял, что имел в виду директор Ли, но быстро сообразил.

— А вы довольно двуличный.

Директор Ли нахмурился и спросил:

— Что это значит?

Лу Чжоу кашлянул:

— Ничего такого… Образно в интернете это умный человек.

— Эх, миллениумы, говорите нормально. — Директор Ли улыбнулся и встал с дивана. — Ладно, больше не буду отрывать от дел, мне все равно нужно идти на собрание на космодроме. Не собираешься пойти?

Лу Чжоу допил чай и тоже встал.

— Я провожу вас.

— Так и знал, что не пойдешь. — Директор Ли улыбнулся. — Тогда я пойду один.

— Аккуратнее.

После того, как директор Ли покинул кабинет, Лу Чжоу достал свой телефон и посмотрел на время.

Черный объект, который он сбросил на Марс, уже должен был приземлиться…

Глава 797. Исследовательский вездеход

Когда директор Ли ушел, Лу Чжоу спустился на лифте на второй подземный этаж главного корпуса Института перспективных исследований. Он прошел через комнату для образцов и вошел в секретный подвал.

Тут находилась его подземная лаборатория.

Здесь хранились все награды системы, с которыми возился Сяо Ай.

Когда он вошел в лабораторию, к нему подлетел беспилотник с дисплеем.

Лу Чжоу посмотрел на Сяо Ая и спросил:

— Как там краулер?

Так называемый «краулер» это исследовательский вездеход с дистанционным управлением на Марсе, который он получил в качестве награды за одно из прошлых заданий.

В отличие от одежды из углеродного нано волокна, этот вездеход был более сложное в технологическом плане.

Согласно руководству, его радиус связи составлял 3 астрономические единицы. Даже если бы Марс и Земля находились на самом дальнем расстоянии друг от друга, краулером все равно можно было бы управлять.

Лу Чжоу очень заинтересовали технологии связи в этом устройстве. Он попытался разобрать его, но не смог найти способа разборки при котором бы не сломал краулер. В руководстве также отмечалось, что у него есть встроенная функция самоуничтожения, что может привести к непредсказуемым последствиям.

Очевидно, устройство напоминало азотный щит.

Ему оставалось либо воспользоваться пистолетом сканером, либо просто использовать как есть.

К счастью, в отличие от азотного щита, краулер не одноразовый. Согласно руководство, он может заряжаться от солнечной и геотермальной энергий. Когда уровень заряда будет низким, он автоматически переходит в режим ожидания с низким энергопотреблением и ждал подзарядки аккумулятора.

Учитывая, что на Луне уже была космическая станция, единственным вариантом было отправить краулер на Марс.

Так он сможет исследовать не только места ресурсов для будущих колонистов, но и исследовать Новую Вирджинию.

«Он успешно приземлился на Марсе! Мы можем начать в любое время!»

Лу Чжоу кивнул:

— Тогда давай сейчас и начнем!

«Есть, сэр! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Панель управления краулером выглядела, как тяжелый компьютер, к которому также прилагалось устройство передачи данных размером с холодильник. Его Лу Чжоу поставил рядом с водонапорной башней на крыше, что было довольно незаметно.

Однако, даже если кому-то объект покажется подозрительным, он не имел права проводить расследование.

Это связано с тем, что Институт перспективных исследований играл решающую роль в управляемом термоядерном синтезе и аэрокосмических исследованиях. Даже военным исследовательским департаментам трудно получить доступ к этим зданиям.

В данный момент панель управления краулером была подключена и управлялась Сяо Аем.

Через пять минут после приказа Лу Чжоу из черной коробки на Марсе донеслось шипение газа.

Коробка медленно открылась. Появился угловатый вездеход высотой не выше метра Он последовал данным указаниям м и начал движение к марсианской колонии.

Тем временем Лу Чжоу, находившийся в подземной лаборатории, заварил себе чашку кофе, потом сел за экспериментальный стол и открыл панель управления вездеходом.

Он спокойно ждал. Наконец, сигнал прошел десятки миллионов километров, и на его экране появилось сообщение.

«Спасательная капсула „Молния“ активирована!»

«Активирована „Краулер“!»

«Панель управления успешно подключена!»

На экране отобразилась четкая видеотрансляция. Лу Чжоу пил кофе и смотрел, как краулер движется по суровому климату.

Из-за пятиминутной задержки он не мог управлять им. Однако у краулера был некоторый встроенный искусственный интеллект, благодаря которому и предустановленным инструкциям он мог выполнять свои задачи без какого-либо вмешательства человека.

Человеку, сидящему перед панелью управления, нужно только смотреть за сигналами, получаемыми каждую минуту, и следить за непредвиденными ситуациями.

На самом деле, Сяо Ай мог все сделать и без него. Но Лу Чжоу было просто любопытно. Эта система жизнеобеспечения стала воплощением самых современных технологий биосферы у США. Он хотел посмотреть, что в итоге они создали.

Через некоторое время на экране можно было разглядеть контуры системы жизнеобеспечения.

Лу Чжоу посмотрел на «останки» биосферы. Он вспомнил концептуальную карту, опубликованную Space-X, и посочувствовал программе «Арес».

После запуска спасательной капсулы вся система жизнеобеспечения оказалась отключена от электроэнергии. Оставшейся энергии достаточно, чтобы поддерживать систему жизнеобеспечения в течение какого-то времени, но недолго.

Спасательная капсула забрала почти весь оставшийся кислород и метан. Не говоря уже, что хвостовое пламя капсулы повредило оболочку системы жизнеобеспечения.

Лу Чжоу через камеру заметил уничтоженные овощи в блоке для выращивания растений, когда краулер проезжал мимо.

Однако все это лишь незначительные проблемы. В конце концов, после начала песчаной бури колонисты отказались от всех посевов.

Краулер подъехал к двери гаража, протянул механическую руку и открыл дверь.

Включив фары, он въехал внутрь.

Лу Чжоу посмотрел на систему жизнеобеспечения и задумался.

На его биосферу напали неизвестный. Он предполагал, что это организовало ЦРУ, но не имел доказательств. Он никогда бы не подумал, что вот так получит новую технологию искусственной биосферы.

Возможно, это так называемая карма.

Хотя он не верил в карму.

Краулер проехал через гараж и направился в экспериментальную зону. Лу Чжоу посмотрел на пластиковые пакеты и представил, каково было жить здесь последние пару недель.

Чтобы сберечь ресурсы и электроэнергию, колонисты переехали в одну комнату. Они находились в единственном помещении со связью.

Лу Чжоу сочувствовал им.

Он представил себе бедных колонистов, прибывших на Сягуан и обнаруживших, что они наконец-то могут принять душ в гостевой каюте.

Краулер подъехал к панели управления. Он вытянул руку и вставил ее в консоль.

Вскоре экран засветился, показывая прогресс загрузки.

Когда загрузка завершилась, данные отправились Лу Чжоу, который находился на расстоянии десятков миллионов километров.

Лу Чжоу быстро просмотрел файлы и посерьезнел.

Он был даже немного шокирован.

— Интересно…

Глава 798. Следы подземного льда?

Технологии США в области биосферы были самыми лучшими в мире.

Не было никаких проблем с конструкцией всего блока системы жизнеобеспечения. Даже можно заявить, что конструкция была идеальна.

Начиная с системы циркуляции воздуха и заканчивая системой фильтрации воды и автоматическим устройством полива растений, все задействовано с максимальной эффективностью. Биосфера находилась на грани научной фантастики.

Сбоку на системе жизнеобеспечения даже располагалась дверь, предположительно для будущего расширения колонии.

Space-X и НАСА хотели создать колонию на сто человек. Они хотели создать экосистему, используя богатые скопления метана и углекислого газа.

Единственная проблема, или единственное упущение, что смог найти Лу Чжоу была в том, что программа «Арес» делалась в спешке. Поэтому они случайно столкнулись с глобальной песчаной бурей…

По большей части это из-за природы, а не ошибки человека…

Если бы песчаная буря не разразилась так внезапно, возможно, колонисты Новой Вирджинии добились бы больших успехов на Марсе. Если бы они успели установить места сбора метана и геотермальные установки, то даже во время песчаной бури они были бы обеспечены электроэнергией.

Конечно, все это уже в прошлом.

Скачав все данные из системы жизнеобеспечения, краулер направился в хранилище образцов.

Дверь медленно открылась, и высококонцентрированный воздух с углекислым газом тут же ворвался в помещение. Будь там живой человек, то он не смог бы дышать.

Однако для краулера это не проблема.

Краулер проехал по пыльному коридору и быстро добрался до библиотеки образцов. На экране были видны ряды аккуратно расставленных стеллажей для образцов.

Согласно биркам, здесь хранились образцы горных пород с районов вокруг Новой Вирджинии. Цифры и буквы обозначали координаты мест, где был взят образец.

Хотя астронавтов на Марсе назвали колонистами, они больше занимались научными исследованиями.

Эти ценные образцы результат их исследовательской деятельности.

Лу Чжоу посмотрел на образцы и произнес:

— Похоже, что нельзя напрямую скачать данные по образцам. Жаль, что мы не можем забрать их.

Если бы он смог доставить образцы на Землю, то у людей появилось гораздо больше знаний о Марсе.

К сожалению, колонисты не смогли взять образцы в спасательную капсулу.

Пришло сообщение от Сяо Ая.

«Хозяин, хотите начать сканирование?»

Лу Чжоу кивнул:

— Да, начинай.

Спокойно подождав несколько минут, краулер подъехал к первому ряду стеллажей с образцами. Из верхней части краулера медленно выдвинулся похожий на прожектор компонент.

От прожектора начал исходить голубой свет, освещая образцы на полке.

С помощью специального алгоритма отражение света от объектов обрабатывалось. Лу Чжоу получил ряд характеристик, таких как размер и вес камней.

Данные о местоположении и глубине извлечения образцов также поступили Лу Чжоу.

Спустя 10 минут Лу Чжоу увидел перед собой карту мест взятия образцов. Карта охватывала круг 10-20 километров диаметром.

Лу Чжоу посмотрел на карту и заинтересовался.

Он уже был доволен после получения данных по системе жизнеобеспечения и не ожидал, что получит еще больше полезной информации.

Согласно карте, недалеко от Новой Вирджинии было по меньшей мере два кратера, выделяющих газообразный метан, а также возможный подземный слой льда!

В марте 2019 года Европейское космическое агентство обнаружило следы жидкой воды под марсианским антарктическим ледяным покровом. НАСА также ранее опубликовало информацию об обнаружении солей в кратерах. Однако они находились в экстремальных районах и добыть их было очень сложно.

Но если найти неглубокий слой подземного льда, то это пойдет на пользу всем будущим колонистам.

— Судя по всему, у НАСА есть больше информации о Марсе…

Лу Чжоу посмотрел на область, где предполагалось наличие подземного льда. Он задумался, а потом потянулся к клавиатуре.

Сяо Ай сразу понял, что он хотел.

«Мастер, хотите изучить эту область?»

Лу Чжоу кивнул:

— Да, после того, как краулер закончит исследовать колонию, отправь его исследовать данную область. Если он обнаружит слой подземного льда, немедленно сообщи мне.

«Есть, сэр! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Лу Чжоу наконец-то увидел, технологии системы жизнеобеспечения НАСА и его любопытство было удовлетворено.

Он оставил краулер на Сяо Ая.

Сказав Сяо Аю сохранить систему жизнеобеспечения в ее первоначальном виде, Лу Чжоу скопировал данные на переносной жесткий диск, после чего вернулся на первый этаж.

Он достал телефон, открыл записную книжку и набрал номер.

На звонок сразу же овтетили и послышался хриплый голос.

— Алло?

— Профессор Ху?

После небольшого молчания Ху Ян среагировал и ответил:

— Профессор Лу?

— Да, это Лу Чжоу. — Лу Чжоу спросил. — Где вы сейчас находитесь?

— Я работаю в аэрокосмическом институте Китайской академии наук… А что случилось?

— Отлично. — Лу Чжоу не стал церемониться и перешел к делу. — Если вы свободны, пожалуйста, приезжайте в Институт перспективных исследований. Я не могу сообщить вам конкретики по телефону, только при личной встрече.

Профессор Ху затаил дыхание.

Он с волнением спросил:

— Это связано с проектом биосферы?

Ответ Лу Чжоу был именно таким, каким хотел профессор Ху.

— Верно, это связано с проектом биосферы!

Глава 799. Дорога до луны

После нападения на биосферу часть экспериментальных данных оказалась утерянной, а проект застопорился.

Хотя научный институты не прекратили свое сотрудничество с проектом, многие иностранные институты стали рассматривать выход из проекта по соображениям безопасности.

Исследователей проекта перевели в Институт аэрокосмических технологий Китайской академии наук. Также уже началась реконструкция биосферы. Количество военных в регионе также было увеличено. Но не все потери можно было восстановить.

Почти полгода работы были уничтожены. Профессор Ху будучи руководителем проекта пострадал сильнее всех и даже исхудал.

Хотя никто его не обвинял, он винил себя.

Поэтому, получив звонок от профессора Лу и услышав, что профессор Лу хочет сообщить ему что-то важное о проекте, он немедленно покинул Пекин и помчался в Цзиньлин.

После долгого путешествия он, наконец, прибыл в институт.

— Я хотел передать вам это. — Лу Чжоу достал из ящика стола жесткий диск и сел на диван. Он передал его профессору Ху и серьезно произнес. — Надеюсь, что вы сможете хорошо использовать эти данные.

Ху Ян с сомнением посмотрел на жесткий диск, а потом поинтересовался:

— Что это?

— Данные с Марса.

На мгновение в кабинете воцарилась тишина.

Профессор Ху сглотнул и спросил:

— А это… законно?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Зависит от того, как вы их используете. Публикация в журнале определенно незаконна. Вы также не можете обсуждать их ни с одним иностранным экспертом. Но все остальное разрешено.

Ху Ян протянул руку и попытался схватить жесткий диск, но Лу Чжоу не отпустил его.

Профессор Ху посмотрел на Лу Чжоу с растерянным выражением лица.

Лу Чжоу посмотрел на профессора Ху и серьезно добавил:

— Помните, взяв данные, вы можете оказаться в списках ЦРУ.

Ху Ян с улыбкой ответил:

— Как бы то ни было, скорее всего, я уже в списках.

В тот момент, когда Китай проявил свой интерес к колонизации космоса, проект биосферы неизбежно стал мишенью. Он, как руководитель проекта, был обречен с самого начала.

Он снова попытался взять жесткий диск и в этот раз Лу Чжоу отпустил его.

Профессор Ху посмотрел на диск и вдруг сказал:

— Как только проект будет завершен, мы сможем колонизировать солнечную систему.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Забудьте о солнечной системе, мы сможем пойти куда больше.

Это всего лишь вопрос времени.

……………………

Вернувшись в Пекин, Ху Ян тут же связался с другими исследователями и создал независимую исследовательскую группу. Эта исследовательская группа занималась изучением полученных данных.

Тем временем, Сягуан, находившийся в тысячах километров от Земли, успешно вышел на орбиту Марс-Земля. Никто уже не сомневался, что они благополучно вернуться на землю, после чего все споры в интернете стихли.

После возвращения астронавтов на Землю центральный телеканал возьмет интервью…

Много чего произошло на Земле во время полуторамесячного путешествия Сягуана обратно на Землю.

НАСА полным ходом продвигалось вперед со своими программами «Арес» и «Лунные врата». Китай же сосредоточился на разработке лунных ресурсов.

Первая фаза проекта лунной космической станции завершилась. Как только шесть астронавтов войдут на лунную космическую станцию, человеческая цивилизация встанет на путь колонизации Луны.

Космическая станция на лунной орбите напоминала косомдром. Может быть, через десятилетие или два люди посмотрят на звездное небо и увидят населенную Луну…

И очевидно, что это лишь начало.

После бесчисленных дней проектирования и планирования «орбитальная транспортная система Земля-Луна» главного конструктора Лу наконец стала воплощаться в реальность.

После опроса мнений в Интернете первый космический корабль этой транспортной системы решили назвать Цюэцяо (Сорочий мост).

Конструкция корабля была аналогична конструкции Жуйсяеа. У них обоих был один двигатель. Они меняли траеторию движения, изменяя скорости двигателей. Однако вместо пяти двигателей в Сягуане у Цюэцяо было четыре. Цюэцяо также перешел от конструкции в форме шаттла к параллелепипеду, крылья также были убраны

Он был громоздким кораблем, который собирался летать между Землей и Луной.

Корабль отправили на низкую околоземную орбиту ракетой Чанчжэн-9, после чего возможности и влияние комитета вышло на новый уровень.

Транспортировка материалов с низкой околоземной орбиты на лунную орбиту будет осуществляться новым космическим кораблем с ионным двигателем, который специально разработали для этой цели. Цюэцяо достиг грузоподъемности в 500-750 тонн!

Сейчас комитет даже рассматривал возможность аренды модуля МКС для хранения материалом.

Если это сотрудничество будет налажено, МКС станет станцией для передачи снабжения между лунной и земной орбитами.

Отныне, если кто-то хотел отправить что-то на Луну, ему нужно было только отправить груз на МКС, которая затем переправить его на Луну с помощью Цюэцяо.

Таким образом, небольшие аэрокосмические компании могли участвовать в лунном проекте.

Больше не требовался двигатель с большой тягой для отправки ресурсов. Самое сложное будет совершать гигантский корабль Star Sky Technology.

Лу Чжоу даже не осознавал, что строит межпланетную транспортную компанию.

Большинство людей никогда бы не подумали, что идею Space-X реализует китайская компания…

Глава 800. Добыча полезных ископаемых

Институт перспективных исследований.

Кабинет директора аэрокосмический Институт.

Увидев предложение Лу Чжоу, Хоу Гуан колебался:

— Добывать полезные ископаемые на Луне?

Лу Чжоу кивнул:

— Да.

Поскольку Лу Чжоу судя по всему не шутил. Хоу Гуан надел очки и внимательно решил прочитать текст предложения.

Через пару минут он закончил читать и посмотрел на Лу Чжоу.

— Я закончил читать… Так… Вы хотите создать автоматическое устройство способное добывать неглубокие залежи руды на Луне?

— Верно.

Верно…

Лу Чжоу относился к этому слишком небрежно.

Хоу Гуан не сдержал улыбки.

— Мы только что завершили первый этап строительства космической станции, а теперь переходим к добыче полезных ископаемых на Луне… Не слишком ли быстро?

Лу Чжоу покачал головой:

— Отнюдь. Изначально проект Лунного дворца был направлен на освоение ресурсов луны. Теперь, когда у нас есть Цюэцяо, думаю, что настало время перейти с лунной орбиты на лунную поверхность.

2020 годы стали началом лунной эры.

Если бы кто-то пару лет назад захотел добывать ресурсы на Луне, то такое было невозможно. Но в 2021 году добыча полезных ископаемых на Луне стала осуществима.

Лунная программа НАСА, компания Moon Express получает финансирование, Европейское космическое агентство подписывает контракт с производителем ракет Ariane Group… Все данные события вели к этому.

В качестве примера можно взять космический аппарат серии MX, изготовленный компанией Moon Express. Он смог собрать и извлечь 20 килограмм образцов лунных пород. Согласно их плану, они сконцентрированы на разработке неглубоких месторождений в условиях низкой гравитации.

Очевидно, Лу Чжоу не волновал конкурент, просто он не хотел больше ждать.

Ключом к завершению второго этапа специальной цепочки заданий было строительство полупостоянной научно-исследовательской станции на Луне.

Если он только хотел завершить основное задание системы, он мог бы сделать это прямо сейчас с помощью текущих доступных ему технологий.

Однако он упустил бы другие награды.

Некоторые из вторичных задач невыполнимы, но некоторые вполне реальны. Лу Чжоу не хотел слишком легко отказываться от наград.

Одно из заданий требовало добыть и переплавить 100 тонн титана на поверхности Луны, а также собрать 50 тонн лунного грунта.

Сейчас, закончив с первым этапом проекта космической станции, вот-вот должен начать второй. Для него потребуется много материалов, но к счастью на луне они были в избытке.

Если они смогут использовать ресурсы Луны в качестве материалов и создать «самоподдерживающуюся» лунную строительную систему, они смогут значительно сократить затраты.

Кроме того, Лу Чжоу считал, что это единственный способ расширить масштабы.

После завершения второго этапа, третий будет заключаться в совершенствовании космической станции.

На тот момент ему понадобиться изобилии материалов…

Однако хотя добыча полезных ископаемых на Луне возможна в теории, на практике существовало множество сложностей…

Условия работы на Луне при низкой температуре и гравитации, высокие затраты на персонал и требования к технологиям автоматизации… Они должны преодолеть эти преграды.

Хоу Гуан почесал затылок и задумался.

Лу Чжоу внезапно швырнул эту идею ему в лицо, поэтому у него не было времени подготовиться. Он сказал:

— Может оставите план мне здесь? Я проведу кое-какие исследования самостоятельно… Однако промышленное производство не входит в мою область, поэтому мне придется проконсультироваться с экспертами.

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Я уже сам изучил все. На еженедельном заседании комитета мы обсуждали его. Теоретические исследования уже проведены. — После паузы он добавил. — Я свяжусь с Шэньянским станкостроительным концерном, а также с двумя государственными аэрокосмическими компаниями. Мы будем не одни. Ведущие компании в области промышленной автоматизации и аэрокосмического оборудования помогут нам. Я буду руководителем проекта, а помимо меня будут задействованы минимум еще три академика. Вам же придется справиться с некоторыми из самых неприятных моментов. А если вам понадобится больше людей, просто сообщите.

Хоу Гуан быстро ответил:

— Все в порядке, людей хватает.

У одного академика была бы группа исследователей, работающая на него, не говоря уже об ученых с государственными наградами. За спиной одного академика стояла целая исследовательская армия.

А у них их целых три…

Но координация проектных групп сама по себе трудная задача.

Хоу Гуан не мог не подумать, что в мире только профессор Лу с такой легкостью мог нанять трех академиков…

…………………………….

Такое же предложение с планом появилось на столе китайского президента.

После того, как президент прочитал его, он снял очки и посмотрел на директора Ли.

— Это написал профессор Лу.

Директор Ли кивнул и ответил:

— Да.

— Собрание по данному вопросу проводилось.

— Да.

— Что думают другие эксперты?

— Академик Юань считает, что стоит попробовать. Главный инженер Ян Чжунцюань из тоже согласен с ним. Даже если будет трудно, то не невозможно. Это очень поможет технологиям автоматизации нашей страны.

Выслушав директора Ли, президент кивнул.

— Для нашей страны большая честь иметь такого ученого, как профессор Лу.

Он взял со стола ручку и подписал документ, после чего поставил на нем ярко-красную печать.

— Одобрено!

Глава 801. С возвращением

Комитет по строительным работам на лунной орбите готовился начать строительство на поверхности Луны. Уже прошел месяц с момента, как Сягуан улетел от Марса.

Сягуан уже израсходовал большую часть топлива и, отрегулировав в последний раз траекторию, отключил ионные двигатели и теперь полагался на инерцию до конца путешествия.

Трэвис уже привык к жизни на корабле.

У них имелись чистая постель, много кислорода и вкусная еда.

Он провел больше месяца в небольшой комнате в Новой Вирджинии, и в сравнении с ней жизнь на Сягуане была раем.

У Китая была лучше реализована система мытья, чем у НАСА. В Сягуане присутствовала ванная на одного человека, которая имитировала гравитацию с помощью центробежного ускорения.

Если просто, то после включения устройство не ощущалось особой разницы от мытья на Земле. Вода не плавала в воздухе.

А когда человек закончит мыться, то воздухозаборник высасывал всю влагу и только тогда устройство прекращало работу.

Ванная напоминала гигантскую центрифугу.

На BFS не было такого удобного способа помыться.

Разумеется, поднявшись на Сягуан им приходилось также полностью рассчитывать потребление ресурсов, но тут не наблюдалось проблем с электричеством…

Единственное, чем Трэвис был недоволен, так это отсутствием свободы.

У него была маленькая одноместная комната лишь с кроватью и без какой-либо другой мебелью, кроме складного столика под кроватью. Он даже не мог выйти из своей комнаты, кроме как поесть и помыться. Он убивал время сном.

Гнетущая атмосфера сильно давила на Трэвиса. Круглые иллюминаторы не показывали ничего, кроме пустоты. Ему казалось, что он в подводной лодке.

На BFS была роскошная мебель и развлекательные систему. Сягуан же напоминал мусоровоз.

Словно это не корабль, а тюрьма.

Трэвис посмотрел на Джонсона в своей комнате и спросил:

— Как скоро мы прибудем на Землю?

Джонсон сидел на кровати и читал книгу. Он спокойно ответил:

— Может быть, через месяц… может, через два… Может даже дольше.

Казалось, что он не хотел говорить. Трэвис пожал плечами и не смог удержаться:

— Почему китайцы держит нас тут? Неужели они боятся нас…

— Потому что не знаем, заразились ли вы какими-либо бактериями живя на Марсе. Здесь мы не можем провести полное обследование. — Ответил Лю Бяо, подлетая с едой.

Он поставил обед на стол перед их комнатой и добавил:

— Я понимаю, что условия тут суровые, но надеюсь, что вы справитесь. В конце концов, изначально эта отделение было грузовым отсеком. Мы никогда не думали, что полетим на Марс.

Трэвис посмотрел на китайского космонавта и попросил:

— Дружище, ты не мог бы дать нам игровую приставку или что-нибудь подобное? Не все хотят читать книги!

Лю Бяо улыбнулся:

— Я передам ваш запрос в наземный командный пункт. Может быть, в следующий раз они предоставят игровые приставки.

— В следующий раз? Я не хочу оказаться тут снова.

Лю Бяо не ответил. Он развернулся и покинул гостевое отделение.

После того, как дверь в отделение закрылась, двери спален открылись. Трэвис пробормотал:

— Словно я в тюрьме.

Джонсон сказал:

— Они делают нам одолжение… По крайней мере, они возвращают нас на Землю.

Трэвис подумал и понял, что Джонсон прав.

Вдруг он вспомнил слова китайского астронавта.

Он сглотнул и нервно произнес:

— Капитан…

— Что?..

— Если на Марсе есть микроорганизмы и бактерии, значит ли, что мы…

— Не надумывай. — Джонсон пролистал книгу и добавил. — Такое возможно, но очень маловероятно.

Трэвис сердито заколотил кулаками по тяжелой двери.

— Черт, за кого нас держит Белый дом? За лабораторных крыс?

Джулия сидела у себя на кровати, обхватив колени руками. Она слушала двух парней, спокойно глядя в иллюминатор.

Она использовала это время, чтобы поразмыслить о своей жизни, своих решениях и планах относительно программы «Арес».

Поначалу она не понимала, отчего они провалились, хотя все старались изо всех сил.

Но теперь она осознала, что результат программы «Арес», возможно, не был случайностью.

Эта поспешная поездка на Марс с самого начала была неразумным решением…

………………………

Сягуан добрался до Земли быстрее, чем рассчитывалось.

На 50-й день путешествия за иллюминатором появилась голубая планета.

— Это Сягуан, мы выходим на орбиту космической станции, запрашиваем навигационную поддержку.

— Это Лунный дворец, обеспечиваем навигацию.

— Вас понял, спасибо.

После сообщения Сягуан медленно вошел на орбиту Лунного Дворца.

В иллюминаторе появилось серебристое сооружение, за которым сияло солнце.

Джонсон лежал на своей кровати. Он посмотрел на Лунный дворец и отложил книгу.

Выпучив глаза, он воскликнул:

— Боже… Это китайская космическая станция?

Он не мог поверить в увиденное.

Вид перед ним поражал.

Космический корабль медленно двигался вперед.

Они подлетали все ближе и ближе к космической станции.

Космическая станция размером с рисовое зернышко в конце концов превратилась в дракона.

Тысячи солнечных панелей напоминали крылья. Батареи напоминали чешую. Космические модули были конечностями.

Огромная крепость.

Или произведение искусства…

Сюй Чжэнхун, сидевший в кабине пилота, устало улыбнулся. Он вытянул кулак и ударил кулак Лю Био, после чего нажал на кнопку на шлеме и отчитался.

— Это Сягуан, мы успешно вышли на орбиту, запрашиваем разрешение на стыковку!

Прошло пару секунд.

Поступил ответ от другой стороны:

— Это Лунный дворец. С возвращением, герои!

Глава 802. Проблемы

Сягуан медленно приближался к стыковочному шлюзу.

Пара длинных стыковочных устройств выдвинулась из Сягуана в сторону стыковочного шлюза космической станции.

Джонсон сидел в каюте и смотрел на станцию через иллюминатор. Его сердце билось с бешеной скорость, а ладони вспотели.

Стыковка космических аппаратов одна из самых сложных частей.

Для этого требовались точные камеры, прочные материалы корабля и развитые технологии управления двигателем, а также отличное программное обеспечение.

В частности, были особенно жесткие требования к высоте орбиты и скорости космического аппарата. Точность управления должна быть выверена до секунды, поскольку секундная задержка или спешка могла привести к невозможности стыковки…

Когда только началась программа пилотируемых полетов США «Джемини», «Джемини-6» и «Джемини-7» потребовался почти год для встречи кораблей. Однако два корабля смогли поддерживать дистанцию в 30 сантиметров в течение 20 минут и в конечном счете им не удалось состыковаться. Только в следующем году США смогли освоить технологию стыковки, состыковав «Джемини-8» с беспилотным космическим кораблем.

Стыковка же пилотируемых кораблей произошла только в семидесятых годах, когда США и СССР наконец «пожали друг другу руки» и «помирились», объединив свои усилия в аэрокосмической отрасли.

Одна из главных причин, по которой в программе «Аполлон» решили не запускать посадочные компоненты поэтапно и потом стыковать их в космосе, заключалась именно в технических трудностях. Гораздо проще было воспользоваться ракетой с большей тягой и запустить все компоненты вместе.

По сравнению с Трэвисом и Джулией Джонсон проработал в НАСА гораздо дольше, поэтому он знал, насколько трудный процесс стыковки.

Однако он даже не успел среагировать, как пара стыковочных устройств Сягуана вошла в стыковочный отсек Лунного дворца.

Сягуан успешно состыковался с космической станцией, когда стыковочные устройства подтянули космический корабль к станции.

В конце концов, два космических аппарата соединились.

Потом…

Все закончилось.

Весь процесс стыковки совершенно не вызвал ощущения напряженности и выглядел слишком просто.

— Что за?

Джонсон смотрел в иллюминатор, словно там был абсолютно другой мир.

Он прошел подготовку астронавтов НАСА и прекрасно знал, что стыковка не должна быть настолько простой.

Правильная стыковка космического корабля в открытом космосе заключалась в размещение корабля перед космической станцией, после чего скорость корабля снижали и таким образом позволяли космической станции нагнать корабль.

Он никогда не видел, чтобы космический корабль подтягивал себя к станции с помощью стыковочных устройств.

В этот момент загорелась сигнальная лампочка.

Дверь в помещение открылась и в нее влетел Трэвис, потягиваясь. Он увидел немного встревоженного Джонсона.

— Мужик, что с тобой?

Джонсон посмотрел на него.

— Ты не видел? Видел, как китайцы стыкуют космический корабль?

Трэвис посмотрел на своего капитана и почесал затылок. Он нахмурился и ответил:

— Без понятия, о чем ты.

Джонсон вздохнул.

— Тогда неважно…

Джонсон понимал, что бесполезно спрашивать этого дурака о чем-либо.

Трое колонистов находились в общей зоне. Главная дверь медленно открылась, и появился Лю Бяо в скафандре.

— Сягуан успешно состыковался с Лунным дворцом. Через полчаса мы проверим ваше физическое состояние и продезинфицируем весь корабль. — В этот момент он заметил Джонсона, который словно увидел привидение, поэтому спросил. — Ты в порядке?

— Да… просто отлично. — Джонсон не мог не спросить. — Как вы это сделали?

Лю Бяо посмотрел на него в замешательстве:

— Что?

Джонсон открыл рот и не знал, что сказать.

Должен ли я вообще спрашивать про это?

Может для них стыковка — это максимально простой процесс?

Просто он до сих пор не мог принять эту реальность, где Китай настолько продвинулся в аэрокосмических технологиях.

Джонсон улыбнулся китайскому астронавту и ответил:

— Ничего… Сделай вид, что я не спрашивал.

Хотя в глубине души он все еще хотел это выяснить…

Лю Бяо провел трех колонистов через соединительный шлюз в стыковочный модуль.

Когда космический корабль не состыкован, через эту зону космонавты могли входить и выходить из станции. Именно здесь они надевали скафандры, проверяли свое оборудование и приспосабливались к атмосферному давлению…

Однако теперь, когда космический корабль состыкован, модуль превратился в контрольно-пропускной пункт.

— Подождите здесь. Вскоре врач осмотрит вас. После осмотра мы можем вам устроить экскурсию по станции.

Джонсон посмотрел на Лю Бяо и спросил:

— Что нам теперь нужно делать?

Лю Бяо улыбнулся.

—Съешьте что-нибудь, выпейте что-нибудь, а потом… Медикам из ООН может понадобиться, чтобы вы предоставили образцы кала и мочи.

Джулия покраснела и спросила:

— Прямо здесь?

— Нет. — Лю Бяо слегка кашлянул и указал на дверь из сплава рядом со стеной. — Там есть туалет.

Колонистам не пришлось долго ждать.

Два сотрудника станции быстро провели медицинский осмотр. А также взяли образцы метаболизмов, после чего отнесли их в специальный исследовательский модуль.

Профессор Лесли из Института микробиологии Клиники Лемана в Швейцарии отвечал за анализ этих образцов. Исследователь Чжао Шусюань из Института биомедицины Китайской академии наук также принимал участие в анализе.

Оба ученых известные личности в области биологии, и они опубликовали много статей. И хотя, возможно, они не лучшие ученые, они все равно первоклассные.

Самое главное, что обоим было меньше 45 лет, благодаря чему они были в хорошем физическом состоянии. Многие известные личности хотели получить возможность поработать в Лунном дворце, но условия невесомости были слишком тяжелы для их старых тел.

Время пролетело незаметно.

Все нервно ждали результатов теста.

Профессор Лесли, сидевший перед электронным микроскопом, вдруг прошептал что-то себе под нос с безумным восторгом и удивлением в глазах:

— Боже, невероятно…

— Что вы нашли? — Чжао Шусюань подошел к микроскопу и посмотрел на экран компьютера. Он спросил. — Что это?

— Очень странная анаэробная бактерия с толстыми клеточными стенками и мембранами… Стоп, нет, это споры! Невероятно, как она выжила на Марсе. — Профессор Лесли отрегулировал микроскоп и взволнованно сказал. — Невероятно.

Чжао Шусюань пристально посмотрел на картинку на экране, его глаза тоже вспыхнули от возбуждения, но он быстро посерьезнел.

— У нас проблемы.

Лесли посмотрел на Чжао Шусюаня и поправил очки.

— Теоретически, но это все еще захватывающе, да?

Колонисты спокойно ждали.

Джонсон и остальные начали проявлять некоторое нетерпение, но, к счастью, вскоре после этого люк открылся. В дверях появился человек, которого они никогда раньше не видели.

Джонсон вспомнил, что мельком видел его на Сягуане. Если он правильно помнил, он капитан Сягуана.

Прежде чем он успел спросить, что случилось, заговорил Трэвис.

— Что случилось? Почему осмотр так долго? Когда мы сможем вернуться домой?

— Извините, друзья. — Сюй Чжэнхун тяжелым тоном произнес. — Боюсь наша поездка домой откладывается.

Глава 803. Жизнь с Марса

Земля, Северная Америка.

Штаб-квартира НАСА.

Директор Карсон сидел за своим столом и просматривал документы.

Внезапно дверь в его кабинете открылась и поспешно вошел мужчина в костюме.

Директор посмотрел на своего помощника и снял очки, после чего устало спросил:

— Ну что там? Как наши астронавты?

Помощник ответил:

— Они на космической станции Лунный дворец.

Карсон покрутил ручку в руке и легонько постучал ею по столу.

— И какие планы? Когда китайцы собираются вернуть наших граждан?

Они потратили по меньшей мере миллиард долларов на эту спасательную операцию.

И хотя Китай публично заявил, что им самим пришлось потратить 713 миллионов долларов, никто не знает насколько правдиво это.

В конце концов, Star Sky Technology единственная компания, которая могла отправиться на Марс в этот период. Они могли манипулировать цифрами так, как им хочется.

По оценкам, Китай потратил на эту операцию максимум от трехсот до четырехсот миллионов долларов, что намного меньше заявленной суммы.

Помощник посмотрел на директора Карсона и после непродолжительного молчания ответил:

— Не знаю…

— Не знаешь? — Директор Карсон нахмурился. — О чем ты… Они планируют держать их в заложниках?

— Нет… Просто, судя по всему с нашими астронавтами возникла проблема.

— Какая?

Директор Карсон с болью на лице посмотрел на своего помощника.

— Они обнаружили марсианские бактерии у трех колонистов…

……………….

Когда Лунный дворец и Сягуан успешно состыковались, новость о том, что три колониста из Новой Вирджинии вернулись, распространилась по всему миру.

Однако народ еще не успев начать праздновать их возвращение получил новость о марсианских бактериях в телах колонистов.

Международное сообщество пребывало в смятении.

Некоторым было любопытно узнать о крошечных существах с Марса, в то время как другим было все равно.

Однако большая часть людей запаниковало.

Центральные телеканал США.

Когда программа «Арес» была в тренде, ведущий ток-шоу Джимми с энтузиазмом приглашал трех колонистов к себе на шоу. Однако теперь его позиция полностью переменилась. Он не только стал твердым противником программы, но и пригласил эколога критиковать НАСА у себя на шоу.

Старый профессор посмотрел в камеру и сердито сказал:

— А я говорил, что программа «Арес» — бесчеловечный и глупый эксперимент! НАСА знало, что марсианский климат не только опасен, но и может содержать опасные микробы и вирусы! И даже так они отправили несчастных колонистов на Марс, заверив, что они в безопасности… И просто замечательно, теперь они возвращаются на землю при помощи китайцев. Но что мы будем делать с марсианскими бактериями? Что если они навредят нашей экосистеме? НАСА должны взять ответственность за случившиеся.

Они стали не единственными, кто изменил свою позицию.

Почти все политкорректные СМИ выразили свое несогласие с программой «Арес» и НАСА.

Как и ожидал Карсон, НАСА и программа «Арес» подверглись критике из-за новостей о колонистах, несущих марсианские бактерии.

Он чувствовал, что все происходящее несправедливо.

В конце концов, изначально не существовало никакого плана по возвращению колонистов на Землю. Если бы не глобальная песчаная буря, они бы не подверглись всей этой ненависти.

Но теперь слишком поздно.

Момент, когда у трех колонистов обнаружили марсианские бактерии, стал моментом окончания его карьеры…

Директор Карсон не единственный, кто пострадал.

У всех тех, кто работал на Уолл-стрит, а также у аэрокосмических компаний, наступил черный день.

Даже Space-X и Blue Origin, находящиеся на вершине отрасли, понесли потери.

Однако у научного сообщества была противоположная реакция.

Статья, опубликованная Лесли и доктором Чжао Шусюанем, вызвала всемирное потрясение.

Существование жизни на Марсе всегда являлось спорной темой.

Даже если на Марс было отправлено множество марсоходов, до сих пор не было получено оттуда образцов почвы.

Единственные образцы доступные астробиологам были три марсианских метеорита, которые упали на Землю. Они были пронумерованы ALH840001, Yamato 000593 и Нахла.

Хотя на них обнаружили признаки микроорганизмов, прямых доказательств существования самих микроорганизмов не было.

И даже если бактерии на Сягуане представляли огромный риск, они имели огромную исследовательскую ценность.

Сообщество биологов считало, что это величайшее открытие. Они надеялись, что, изучив их, раскроют больше секретов экосистемы Марса.

Астрономы заявили, что бактерии с Марса могут предоставить важные исследовательские данные для изучения исторических и геоморфологических изменений на Марсе, а также эволюции марсианской атмосферы.

Само собой, ученые также выражали и опасения.

Марсианские бактерии, которые могли выжить в суровом климате Марса, скорее всего выживут и на Земле, что может вызвать непредсказуемые последствия для экосистемы планеты.

Европейские колонисты однажды принесли в Северную Америку ряд инфекционных заболеваний, что почти уничтожило коренное население Америки. Число коренных американцев, погибших от этих инфекционных заболеваний, намного больше, чем погибших от огнестрельного оружия.

Теперь три колониста отправились на Марс и вернулись с марсианскими бактериями. И даже если они в данный момент в хорошем состоянии, никто не знал, что может случиться в будущем.

В разгар мировой паники Китайский комитет по строительным работам на лунной орбите выступил с публичным заявлением.

— Для блага человеческой цивилизации мы не вернем трех колонистов, пока не определим возможное воздействие бактерий на экосистему Земли или не убедимся, что бактерии полностью удалены из тел трех колонистов.

Китайский комитет по строительным работам на лунной орбите также объявил, что на орбите Луны будет построен лунный исследовательский центр для временного размещения трех колонистов и наблюдения за их здоровьем.

Исследовательский центр будет открыт для международного сообщества. Китай приветствовал участие других стран в исследовании.

Однако из-за различных факторов, как стоимость и ограниченное пространство, другим странам придется заплатить за участие…

Глава 804. Срочное задание

Марсианские бактерии обнаружили в телах трех колонистов программы «Арес». Судьба всей экосистемы Земли, казалось, находилась в руках китайского Комитета по строительным работам на лунной орбите.

К счастью, Китай отнесся к этому вопросу со всей серьезностью и ответственностью. Почти сразу же комитет объявил о своем плане.

Лу Чжоу вообще не думал, что это очень важно. В конце концов, у него много других причин для беспокойства.

И так было, пока через два дня после обнаружения бактерий перед его глазами не всплыла панель с оповещением

[Срочное задание: Биологическое вторжение (ограничение на выполнение 90 дней)]

Лу Чжоу показалось, что он еще спит.

И он думал бы так, пока он не встал с кровати и пристально не посмотрел бы на оповещение.

Лу Чжоу закрыл голубое окно оповещения и сразу же улегся на кровать.

— Система!

Он почувствовал знакомые ощущения. Вновь открыв глаза, он увидел белоснежное пространство и ничего более.

Без каких-либо колебаний Лу Чжоу прошел в центр системного пространства и положил руки на панель управления.

Как и ожидалось, это срочное задание было в его панели заданий.

Значок цепочки заданий стал серым, и на нем также появился значок замка.

— Судя по всему, если я не выполню это срочное задание, то я не смогу продолжить свое другое задание…

Он впервые наткнулся на срочное задание.

Похоже, что по мере росла его влияния, его исследования также начали влиять на всю цивилизацию.

Лу Чжоу некоторое время посмотрел на замок, а потом нажал на срочное задание.

Тут же перед ним появилась подробная информация о задании.

[Срочное задание: Биологическое вторжение (Уровень опасности: 3)]

[Описание: По мере развития технологий цивилизации часто сталкиваются с опасными ситуациями. По статистике 90% цивилизаций были уничтожены из-за собственного высокомерия, а не из-за завоевателей.

Требования: Устраните чужеродные виды. Контрмеры, которыми можно воспользоваться, но решение не ограничено ими:

1. Избавьтесь от источника инфекции: Тот, кто приносит проблемы, должен гореть в аду. (??? +10, Риск: ???)

2. Естественный отбор: Выживает наиболее приспособленный. Экосистема Земли рано или поздно подвергнется вторжению из вне. Те, кто не может адаптироваться, погибают. Это лишь вопрос времени. (Материализм +3, Дарвинизм +5, Риск: 70%)

3. Дар вселенной: Объективно, это одновременно угроза и возможность. Найдите способ сосуществовать с новыми видами. (Материализм +10, Риск: 39%)

4. Помолитесь: Может пусть Бог решит судьбу. Поместите их на некоторое время в изолированное место, может они выздоровеют? (Идеализм +10, Риск: 15%)

…

]

[Награда: Неизвестно.]

— …

Прочитав описание задания, Лу Чжоу даже не знал, что думать. И не знал с чего начинать жаловаться.

Он понятия не имел, что означают идеализм и материализм, и не знал, что представляет собой процент риска. Но больше всего он не находил слов из-за того, что ему не сообщалось о наградах за задание.

Зависит ли вознаграждение от способа решения проблемы? Или там содержится какая-то информацию, которую пока нельзя мне знать?

Система должна, по крайней мере, дать мне какие-то подсказки!

Лу Чжоу некоторое время смотрел на панель заданий и в итоге решил.

Он не мог просто избавиться от колонистов, данный вариант просто исключен. Это не только нанесет ущерб международному имиджу Китая, но и приведет к серьезным дипломатическим проблемам.

Счастливыми окажутся только НАСА.

Если это случится, им не придется выплачивать долг Китаю. Они также могут возложить всю вину на них. Никто больше не вспомнит о неудачах программы «Арес». Все будут только вспоминать трех погибших колонистов и как НАСА пытались их спасти.

— У меня лишь девяносто дней на завершение задание, но нет никаких конкретных критериев для его завершения. Может они зависят от конкретного моего выбора? Для второго варианта самый большой риск, поэтому я должен его исключить. Поэтому… — Лу Чжоу посмотрел на третий вариант. — Этот самый подходящий.

Хотел ли он полностью удалить бактерии у колонистов или доказать, что они безвредны, он сначала должен изучить их и наверняка выяснить, что они из себя представляют.

Лу Чжоу быстро покинул системное пространство.

У него всего девяносто дней. Для биологических исследований это довольно короткий срок. К сожалению, он мало чем мог помочь. Он мог только поддержать других ученых в проведении исследований. Это, несомненно, делало задание гораздо труднее.

Лу Чжоу открыл глаза и сел на кровати. Он тут же позвонил в Пекин и связался с председателем комитета.

Выслушав Лу Чжоу, старейшина серьезно спросил:

— Насколько серьезна проблема?

— Довольно серьезна. — Ответил Лу Чжоу. — Пока мы очень мало знаем об этой бактерии, еще слишком рано говорить, что она безвредна. Мы знаем, что она может выжить в суровых условиях, и ее трудно убить. Даже если она безвредна для человека, она может нанести ущерб экосистеме нашей планеты другими способами.

Хотя Лу Чжоу не знал, что означает 3 уровень опасности, учитывая, что система выдала срочное задание, проблема должна довольно серьезной.

Старейшина сразу же спросил:

— Понимаю, что вам нужно?

— Возвращение трех колонистов надо отложить. Мы не можем доверять Белому дому и НАСА в решении этой проблемы. Тем более что они находятся под давлением общественности. Для ее решения нам понадобится помощь международных специалистов. Я предлагаю сотрудничать с другими странами. Мы должны создать специальную научно-исследовательскую организацию. Это глобальный кризис, но, если мы справимся с ним, он подарит нам много преимуществ.

Выслушав просьбы Лу Чжоу, старейшина кивнул и серьезно заявил.

— Хорошо, я постараюсь удовлетворить ваши требования как можно скорее. Также пока правительство не выпустило официального указа, у вас есть все полномочия принимать решения. Я верю в вас.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, я постараюсь изо всех сил.

Лу Чжоу повесил трубку и позвонил директору Ли. Объяснив ему ситуацию, он переоделся и позвонил Ван Пэну.

— Приезжай за мной ко мне, а потом отвези меня на космодром. Быстрее!

Глава 805. Неблагоприятный первый контакт

Прошли сутки после объявления Комитета по строительным работам на лунной орбите.

Все страны мира придали большое значение плану комитета.

В Нью-Йорке состоялось экстренное заседание ООН. На нем присутствовали высокопоставленные политики и известные специалисты из разных стран.

Перед началом заседания встал заместитель генерального секретаря Элиассон. Своей торжественной речью он начал собрание:

— Долгое время мы очень мало знали о жизни за пределами Земли. Мы считали, что мы не единственные в галактике, но все еще не получали доказательств существования жизни за пределами Земли. Но очевидно, что все изменилось. Случившееся с колонистами программы «Арес», показало, что мы не одиноки в Солнечной системе.

— Однако первый контакт не всегда благоприятный. Полагаю, все присутствующие уже обсуждали данный вопрос с соответствующими специалистами. Бактерия с Марса очень живучая. Она способна выдерживать перепады температур в сотни градусов и устойчива радиации. Они окажут непредсказуемое влияние на нашу экосистему.

— Еще раз подчеркиваю, что это глобальный кризис! Решение данной проблемы неответственность лишь одной страны, а ответственной всего человечества!

— Спасибо.

В зале раздались аплодисменты.

Заместитель генерального секретаря кивнул и неспешно вновь сел.

После вступительных слов заседание началось.

Различные представители предложили свои идеи по разрешению кризиса.

Например, США предлагали создать закрытую территорию в пустыне Сонора, где разместят астронавтов и будут наблюдать за их состоянием.

Другие предлагали узнать у колонистов, готовы ли они пожертвовать собой ради человечества. Хотя двое из колонистов были американцами, таким способом можно было сэкономить много времени и средств.

Ведь если колонисты погибнут, все проблемы решатся сами собою, а оставшиеся бактерии можно будет медленно исследовать.

Однако все понимали, что данный план невозможен.

Помимо США, наибольшее внимание во время конференции привлек Китай.

В конце концов, колонисты находились на их станции. Независимо от решения ООН, его выполнение все равно будет зависеть от Китая.

Представитель Китая встал и медленно и спокойно заговорил.

— Наша позиция очевидна. Пока не подтвердиться, что бактерии не представляют опасности для экосистемы Земли, мы не позволим колонистам вернуться. Комитет по строительным работам на лунной орбите уже делал заявление ранее. Мы построим исследовательский центр на Луне. Там астронавты будут в безопасности.

— А как вы планируете обеспечить их безопасность? — Спросил представитель США. Он встал и агрессивно заявил. — Длительное воздействие низкой гравитации вызовет непредсказуемые последствия для человеческого организма! Вам не кажется, что это нарушение прав человека?

Без промедления представитель Китая ответил:

— А вы подумали о правах человека, прежде чем отправлять их на Марс?

В зале послышался шепот.

Американский представитель открыл рот, но ничего не смог сказать.

Китайцы правы.

Американцы не имели права занимать высокие моральные позиции.

Если бы они перед программой «Арес» учли эти варианты, то у них не возникло бы таких больших проблем.

Китайский представитель посмотрел на американского представителя и добавил:

— Не говоря уже о том, что у нас есть решения ваших проблем. Для гарантии, что исследовательский центр сможет функционировать без проблем, мы предлагаем всем странам внести свой вклад в общие интересы человечества. В то же время мы также приглашаем ученых из всех стран принять участие в изучении Марсианской жизни!

После жарких споров ООН в конце концов решила принять китайское решение.

В любом случае, последнее слово в этом вопросе оставалось за китайцами.

Даже если ООН выберет другое решение, китайцы могут отказаться от его реализации «ради общих интересов международного сообщества».

Но, судя по голосованию, большинство стран поддержало Китай.

И репутация Китая в аэрокосмической сфере сильно поспособствовала этому.

Вторая половина заседания в основном сосредоточилась на финансовых вопросах, участвующих ученых, а также участвующих научно-исследовательских институтах.

Заседание продолжалось с 10 утра до 3 часов дня и наконец закончилось.

После того, как директор Европейского космического агентства Оуэнс немного побеседовал с директором НАСА Карсоном, он покинул здание ООН и направился к парковке.

За ним шел его заместитель Ферриан, который внезапно сказал:

— Сэр.

Оуэнс, не останавливаясь, спросил:

— Что?

— 1,2 миллиарда евро… Думаете оно того стоит?

— Не важно, стоит ли оно того или нет. Данный кризис должно решать международное сообщество совместно. — После небольшой паузы он добавил. — С практической точки зрения, возможность присоединиться к лунным разработкам Китая и участвовать в исследованиях Марсианской жизни чрезвычайно значима. 1,2 миллиарда евро определенно того стоят.

……………………………

В сотнях километров отсюда, внутри Лунного дворца.

Трое колонистов располагались внутри своих жилых капсул. Чжао Шусюань закончил с их обычный медицинский осмотр.

Трэвис сдал анализ крови, от специального устройства для сдачи крови у него болели запястья. Он сел на кровать и обратился к китайскому ученому:

— Эй, что с нами? Можете хотя бы сказать нам… Что вы нашли в нас? Мы имеем право знать.

Чжао Шусюань заполнил анкету наблюдения и холодно ответил:

— Вы в хорошей физической форме, не надумывайте слишком много. Поскольку существует много неопределенных факторов, нам нужно время, чтобы все перепроверить. Я обещаю, что, когда все закончится, вы сможете вернуться домой.

Трэвис беспомощно сказал:

— Хорошо… Можете ли вы тогда предоставить доступ к Интернету? Мне же можно пользоваться компьютером?

— Связь здесь обходиться очень дорого. Боюсь, я не могу позволить вам этого. Однако ваша игровая консоль скоро прибудет. — Чжао Шусюань перевернул анкету и спросил. — Как ваше самочувствие?

— Великолепное, лучше и быть не может. Однако находиться в невесомости так долго неприятно. Я чувствую, как сжимаются мои мышцы.

— Вам лишь кажется. Ваши кости и мышцы в идеальном состоянии. Кроме того, у нас есть специальная кабина, которая может имитировать гравитационную среду Земли. Если плохо себя чувствуете, можете пойти туда, принять ванну или сделать что-нибудь такое. — После небольшой паузы он сказал. — Кстати, как долго спали прошлой ночью?

Трэвис немного подумал и ответил:

— Восемь часов. Мне больше нечем заняться, кроме как спать.

— Восемь часов, да? —Чжао Шусюань записал данные. Он нахмурился и спросил. — Какой-нибудь дискомфорт?

— Я же сказал, что чувствую себя прекрасно. Это просто невесомость. — Трэвис встал со своей кровати и спросил. — Осмотр закончен? Хватит меня беспокоить, я собираюсь попить кофе. Здесь слишком скучно.

— У нас здесь неограниченное количество кофе, хотя выбор скуден… Кстати, вам не хочется спать?

— Я всегда немного сонный. В космосе очень скучно, здесь даже бара нет. Тут как в тюрьме.

Он проплыл мимо китайского ученого и поплыл к люку.

Наблюдая, как Трэвис улетает, Чжао Шусюань нахмурился.

Его догадки оказались верны.

Маленькие бактерии с Марса были не так просты…

Глава 806. Паразит? Симбиот?

— Вчера ООН провела экстренное заседание в Нью-Йорке для определения общих контрмер для разрешения кризиса. Исследовательская группа из ученых из разных стран прибудет в Лунный дворец в течении недели. Тем временем, Всемирная организация здравоохранения обозвала новую бактерию X-0172. С вами были Китайские новости.

Новостной репортаж о марсианских бактериях закончился.

Лу Чжоу сидел за столом и наслаждался завтраком. Он посмотрел на календарь на телефоне и пробормотал:

— Осталось восемьдесят семь дней.

Время кончается…

Лу Чжоу пультом выключил телевизор. Вытер рот бумажным полотенцем и встал.

— Сяо Ай, убери все на кухне, пожалуйста.

Дрон полетел на кухню.

«Хорошо, предоставьте это мне!»

Лу Чжоу надел пальто и позвонил Ван Пэну.

Вскоре возле его виллы остановилась черная машина, после чего отвезла его в Институт перспективных исследований.

В действительности Институт перспективных исследований не был особенно силен в биологии.

Особенно когда речь шла о астробиологии. Мало того, что в институте работало мало астробиологии, но даже в стране их было мало.

Однако иногда исследования не обязательно должен проводить эксперт. Когда дело до ходит до передовых областей, то разница между экспертами и новичками сильно размывалась.

Сейчас их экспертом в области микробиологии был профессор Лю Цзобин, который отвечал за проект криосна.

И хотя его главное направление была криобиология, он изучал множество клеток, выживших в экстремальных условиях.

В конце концов, марсианские бактерии также выжили в экстремальных условиях…

Лу Чжоу прямиком направился к корпусу Института биологии.

Прибыв в лабораторию, Лю Цзобин со студентами рассматривали что-то за микроскопом.

Лу Чжоу не захотел из отвлекать и спокойно подождал, пока они закончат, потом обратился к профессору:

— Образец прибыл?

— Да. — Профессор посмотрел на образец и сказал. — Готов поспорить, что это самые дорогие фекалии в мире.

Лу Чжоу отшутился:

— А также самые опасные.

Профессор Лю Цзобин замахал руками:

— Не волнуйтесь. Образцы, что отправили на Землю, тщательно продезинфицировали. Если будем следовать технике безопасности, то проблем не возникнет.

Хотя его слова не звучали убедительно, Лу Чжоу знал, что профессор Лю не допустит глупых ошибок.

Лу Чжоу спросил самое важное:

— Есть ли какой прогресс в исследовании?

— Небольшой. — Профессор снял очки. — Согласно последним исследованиям профессора Лесли и профессора Чжао Шусюаня, мы установили, что у колонистов наблюдается сонливость. Скорее всего, она вызвана аминокислотными веществами, секретируемыми бактериями.

— Аминокислотные вещества? — Лу Чжоу нахмурился. — Проблема серьезная?

— Проблема несерьезна, но данное вещество очень интересно… Оно даже полезно для носителя.

— Полезно? Можно конкретнее?

— Активный покой. — Внезапно сказал профессор и объяснил. — Предположим, что когда-то на Марсе была атмосфера, защитное магнитное поле и разнообразная экосистема. При серьезных геологических изменениях, выделения этих бактерий помогут хозяину выжить. Это напоминает гибернацию.

Помочь носителю выжить в суровых условиях метод выживания бактерий, поэтому паразит образовывал взаимовыгодные симбиотический отношение с носителем.

Профессор Лю посмотрел на Лу Чжоу и добавил.

— Помимо сонливости, мы пока не обнаружили других последствий для здоровья. Мы можем полагать, что выделяемое вещество бактериями это защитный механизм. В состоянии покоя, устойчивость носителя к экстремальным условиям повышается. Носитель также затрачивает меньше энергии для основных функция жизнедеятельности.

— А как они высвобождают эти вещества?

— В этом то и загвоздка, что мы еще не до конца выяснили все. — Профессор Лю вздохнул. — Пока есть две гипотезы. Первая заключается в том, что, когда у носителя начинается иммунная реакция на чужеродный организм, бактерии начинают производить споры для своей защиты, тем самым начиная вырабатывать также эти вещества. Другая гипотеза в том, что при определенных внешних воздействиях, бактерии определяют, что носитель в суровой среде, и потом активно пытаются защитить его.

И хотя сонливость не смертельна, никто не хотел испытывать хроническую усталость.

Пока только один из трех колонистов испытывал сонливость.

Если треть населения начнет страдать вечной усталостью, то трудно представить эффект на обществе.

Лу Чжоу спросил:

— К какой гипотезе склоняетесь лично вы?

— К первой.

— Значит, что внутри сонливого пациента могут быть антитела?

Профессор Лю осторожно кивнул.

— Не знаю, но предполагаю!

Глава 807. Лунный проект

За сотни тысяч километров, на лунной орбите.

Недалеко от космической станции с Цюэцяо сбросили шестиугольное серебристое устройство, которое приземлилось на поверхность Луны.

Несколько месяцев назад Институт перспективных исследований совместно с рядом научно-исследовательских институтов ООН начал разработки автоматического оборудования для добычи полезных ископаемых на Луне.

И уже был достигнут кое-какой прогресс. Данное устройство стоимостью в 300 миллионов юаней под названием «Пионер» один из результатов исследований. Оно предназначалось для предварительной добычу богатых титановых руд.

Если устройство успешно заработает нормально, то рассматривалась возможность размещения на поверхности Луны автоматического устройства для плавка руды, которое будет использоваться для переработки титановой руды в титановые слитки или даже титановые сплавы, после чего их можно будет использовать для второй части проекта космической станции, который заключался в создании исследовательского центра на Луне.

Устройство медленно опускалось к Луне.

Чем ближе оно становилось к Луне, тем сильнее нервничали на Лунном дворце и Цюэцяо.

— Столкновение через 5,4,3,2,1… Посадка успешна!

— Развертываем монтажные опоры!

В момент, когда призма соприкоснулась с лунной поверхностью, из-под нее поднялся круг серой лунной пыли.

Треноги по бокам аппарата раскрылись и прочно вонзились в лунный грунт.

Два сотрудника Лунного дворца, следившие через монитор за происходящим, вздохнули с облегчением. Они немного порадовались успеху, прежде чем вернуться к работе.

— Это Лунный дворец, прототип автоматического горнодобывающего оборудования успешно приземлился на Луну. Запрашиваю дальнейшие указания.

— Это наземный командный пункт, поздравляю с завершением задания. Пожалуйста, проверьте статус оборудования. Если все нормально, начинайте тест через десять минут.

— Вас понял.

Сотрудник быстро проверил состояние оборудования, после чего включил его.

На устройстве для добычи полезных ископаемых замигала сигнальная лампочка, и тут же устройство ожило, отвечая на зов Лунного дворца.

Пластина из сплава на дне медленно открылась, после чего в грунт вонзилось огромное сверло.

Когда сверло начало вращаться, титаносодержащая порода быстро стала разлетаться на куски, она всасывалась трубой для руды и выбрасывалась сбоку от устройства.

Когда разместят устройство для плавка руды, то отверстие для выгрузки материала соединят при помощи трубы с ним. Тогда руда будет сразу перемещаться в плавильную печь для полной автоматизации производства.

Но сейчас порода просто лежала сбоку в куче. Поскольку устройство работало нормально, не было необходимости держать машину запущенной.

— Устройство работает нормально.

— Тогда выключите его.

— Есть.

Бур медленно остановился и убрался назад.

Из-за низкой гравитации повсюду все еще летала пыль.

Джонсон видел происходящее через иллюминатор на Лунном дворце. Он посмотрел на пылящуюся поверхность Луны и произнес.

— Боже… Что китайцы делают с Луной?

Ему никто не ответил.

Джулия также ничего не понимала, как и он.

Она только видела, как китайцы что-то сбросили с космического корабля, а удар напоминал попадание ракеты в Луну.

— Они… испытывают оружие на Луне?

Джонсон замолк. Когда пыль осела, он смог отчетливее видеть происходящее.

— Надеюсь, что нет…

В теории в ООН подписали договор о мирном освоении ресурсов космоса. На этой космической станции находились специалисты со всего мира. Не говоря уже о множестве обсерваторий, направленных на Луну.

Если китайцы и правда испытывают оружие на Луне, то они спятили.

Джонсон полагал, что китайцы просто что-то строили на Луне, например, блок для выращивания растений, что недавно они уже размещали.

Джулия посмотрела на капитана и спросила:

— Кстати говоря… Когда мы сможем вернуться домой?

Джонсон покачал головой и ответил:

— Я не знаю.

— И где Трэвис? Почему я не видела его в последнее время?

Джонсон какое-то время помолчал, а потом ответил:

— Возможно с ним что-то не так.

Джулия с бледным лицом пробормотала:

— Я слышала, что… Судя по всему, он заразился каким-то марсианским вирусом. Возможно, мы…

Хотя Джонсон сам волновался, он попытался утешить своего товарища.

— Не волнуйся, здесь собрались все ведущие мировые специалисты в области биологии. Трэвис, ты и я все мы будем в порядке.

Джонсон вообще не верил в свои слова.

Когда он только прибыл на Лунный дворец, ему разрешили немного пообщаться с НАСА.

К счастью, китайцы не помешали ему узнать правду. Директор НАСА рассказал ему всё.

Если коротко, то они стали носителями чрезвычайно живучего вида марсианских бактерий, который способен повлиять на экосистему Земли. Поэтому их временно изолировали на станции. Через какое-то время их переведут в лунный исследовательский центр.

Выживут ли они? Что, если бактерии непобедимы? Об этом Джонсон не хотел думать.

Возможно, наилучшим решением для них будет пожертвовать собой. Джонсону даже показалось, что директор Карсон намекал на это во время их разговора.

Однако у человека лишь одна жизнь. Какой бы героической ни была жертва, Джонсон не мог так легко расстаться со своей жизнью.

Внезапно люк жилого модуля открылся.

Китайский ученый в сопровождении двух астронавтов вплыли в жилой модуль и встали перед ними.

Джонсон занервничал и попытался успокоиться.

— Что случилось? Есть ли какой-нибудь прогресс в исследовании?

Джонсон не испытывал надежд. В конце концов, международные специалисты прибыли лишь пару дней назад. За такой короткий промежуток времени невозможно было найти решение.

Однако слова Чжао Шусюаня удивили его.

— Небольшой. — Чжао Шусюань посмотрел на удивленного Джонсона и со всей серьезностью добавил. — Чтобы проверить нашу гипотезу, нам нужно, чтобы вы сотрудничали с нами в проведении некоторых экспериментов.

Глава 808. «Аппетитное» лекарство

Джонсон без раздумий согласился на эксперименты.

Китайский ученый Чжао Шусюань сообщил ему, что клинические эксперименты проводились только дважды на мышах, поэтому есть огромный риск. Однако для Джонсона это единственный способ вернуться на Землю.

Если он не сможет избавиться от марсианских бактерий на своем теле, возможно, ему придется остаться в Лунном дворце на всю оставшуюся жизнь. Он будет изолирован от Земли.

У него все еще оставалась семья, которая ждала его возвращения домой.

Он сидел на медицинской кушетке и спокойно ждал, пока два ученых приготовят ему лекарство. Через некоторое время китайских ученым принес ему три капсулы и немного воды.

— Выпей их.

Джонсон взял капсулы у Чжао Шусюаня и тут же закинул в рот, после чего запил.

Джонсон спокойно просидел пять минут. Он беспокойно огляделся и заметил, что все в лаборатории наблюдают за ним, после чего поинтересовался:

— И-и-и, это все?

— Не уверен. — Чжао Шусюань покачал головой. — Точно узнаю через час или два. Я предлагаю вам лечь и немного поспать.

— Могу узнать, откуда эти капсулы? Мне просто интересно…

Профессор Лесли и профессор Чжао Шусюань переглянулись. Чжао Шусюань ответил. — Не следует знать слишком много.

— Это секретно?

— Нет. — Профессор Лесли пожал плечами и ответил. — Просто… Только у одного человека есть иммунная реакция на бактерии.

Джонсон нахмурился:

— И что?

Профессор Лесли кашлянул:

— Бактерии в основном находятся в толстой кишке…

Джонсон побелел.

— Черт… Это…

— Верно, дерьмо… Или, скорее, экстракт из него, так что не совсем оно.

Джонсона тут же затошнило. Подавив тошноту, он спросил:

— Думаете оно сработает?

— Не знаем. — Профессор Лесли смущенно улыбнулся. — Иногда нужно попробовать, прежде чем узнать, да?

Джонсон хотел что-то сказать, когда внезапно его охватила сильная сонливость. Он начал щупать свой лоб.

Ученые заметили его реакцию, они тут же радостно удивились.

Джонсон уже на грани обморока, слышал их разговор.

— Боже… Наше предположение верно!

— Антитела способные убить X-0172 можно получить от третьего колониста.

— Нужно сообщить всему миру!

— …

……………………

В то время как исследователи Лунного дворца завершали свой эксперимент…

В Институте перспективных исследований.

Лу Чжоу внимательно следил за ходом эксперимента. После того, как он услышал, что эксперимент прошел успешно, он тут же отправился в недавно созданную лабораторию по X-0172. Он обратился к профессору Лю Цзуобина, отвечающему за исследования.

— Как состояние двух других колонистов?

— Их сон стабилен, мы испробовали различные способы, чтобы разбудить их. Холод, жар, удар током. Они не просыпаются, несмотря ни на что. — Ответил профессор Лю. — В целом эксперимент прошел успешно. По крайней мере, подтвердилась наша гипотеза. Судя по всему, у обоих колонистов обнаружились следы спор.

Лу Чжоу сразу спросил:

— Значит организм Трэвиса все же вырабатывает антитела.

— Теоретически так. — Профессор Лю кивнул и вздохнул. — Однако сложность в том, что даже если у нас есть антитела, мы можем удалить только часть X-0172 в колонистах. Трудно уничтожить остальные споры.

Споры, также известные как эндоспоры, представляли из себя бездействующую формы бактерий вырабатываемую бактериями. Они также известны как самые устойчивые живые организмы в мире.

В качестве примера можно взять Clostridium Botulinum. Для уничтожения их спор в кипящей воде потребуется от 5 до 9,5 часов. Или, например, антирадиационная способность Bacillus Megaterium в 36 раз сильнее, чем у клеток E. coli. Даже под прямым воздействием ультрафиолетовых лучей Bacillus Megaterium может выживать в течение длительного времени.

Споры не оказывали существенного воздействия на метаболизм. Они содержали угрозу потенциального роста. Их считают разновидностью скрытой формы жизни, потому что, как только условия окружающей среды становятся оптимальными, споры могут в любой момент стать вегетативными клетками.

Это как пакетики с сушеными овощами, которые прилагались к лапше быстрого приготовления. Сушеные овощи преображаются при контакте с водой.

Следовательно, если они не смогут уничтожить споры, рано или поздно может случиться что-то плохое.

В лаборатории воцарилась тишина.

Профессор Лю посмотрел на отчет с Лунного дворца и задумался.

По напряженному виду старого профессора Лу Чжоу понял, что решить эту проблему будет нелегко. Даже если они объединят лучшие мировые умы в области биомедицинских исследований и разработок, все равно будет трудно найти решение.

— Можем ли мы что-нибудь сделать со спорами?

— Если бы могли, то уже попробовали. — Профессор Лю покачал головой. — Международные эксперты провели несколько собраний. Наиболее надежный вариант, скорее всего, периодическая стерилизация спор перед их уничтожением. Однако есть одна проблема. Возможно, мы сможем уменьшить число бактерий X-0172 у колонистов, но удалить их все очень трудно.

— Это что-то вроде раковых клеток, которые распространились по всему телу?

— Не совсем, но можно итак сказать.

Лу Чжоу на мгновение задумался и вдруг спросил:

— А что с антителами? Есть ли они у нас в лаборатории?

Профессор Лю показал на запечатанную стеклянную бутылку на столе.

— Вот они… А что такое?

— Могу я взять образец для собственных исследований.

Профессор Лю подозрительно посмотрел на Лу Чжоу:

— Можете… Но не думаю, что в этом будет какой-то смысл.

Он верил в способности Лу Чжоу, но это просто было бессмысленно.

Это всего лишь антитела; они не содержали никаких бактерий.

Почему он хочет изучить их?

Лу Чжоу спокойно улыбнулся и ответил:

— Проверим. Никогда ничего не знаешь наверняка.

Глава 809. Профессор Z?

Способность уничтожить все споры важный способ измерения показателя уровня дезинфекции и стерилизации.

Мировой лидер в этой области была немецкая компания Oxytech. Их дезинфицирующее средство для вакцин, используемое в производстве вакцин, самое лучшее дезинфицирующим средством для борьбы со спорами. А его основным компонентом являлась перекись водорода.

После того, как обнаружили марсианскую бактерию, в Лунный дворец отправили партию специальной версии этого антисептика. Однако он предназначался только для стерилизации поверхностей и его нельзя использовать на людях.

В Лунном дворце не знали, что делать со спорами бактерий.

Казалось, что исследование заморозилось.

Лу Чжоу чувствовал, что если он не сделает что-то сейчас, то ничего не разрешиться.

С образцом от профессора Лю Лу Чжоу отправился в свою подземную лабораторию.

Лу Чжоу сел за свой стол и поставил пробирку на угол своего стола. Он нашел исследовательскую работу, опубликованную исследовательской группой Лунного дворца, и какое-то время читал ее. В итоге он вздохнул.

— К сожалению, биология не моя сфера. Я не смогу помочь, даже если захочу. Значит ли, что мне следует обратиться к системе за помощью?

Лу Чжоу посмотрел на пробирку и задумался, закрыл глаза.

— Система, есть ли какой-нибудь способ уничтожить споры X-0172.

Он открыл глаза и увидел перед собой сияющее синее окно.

[Средство для удаления паразитических бактерий X-0172 из организма человека.

Требуемые баллы: 10 000]

— Десять тысяч?

Лу Чжоу чуть не упал со стула.

Если он правильно помнил, у него всего 4835 баллов.

Он начал сомневаться в своей жизни.

Неужели с этой бактерией так трудно справиться?

За эти годы я накопил так много баллов, но их все равно не хватает…

Постойте…

Лу Чжоу вдруг что-то вспомнил и стукнул себя по голове.

— Черт, как я мог забыть то?

Система определения цен на «вопросы» основывалась на содержании вопросов. Если он запросит решение всей проблемы, то очевидно система потребует много баллов. Однако, если он разделит проблему на части и попросит решить только одну, то стоимость будет ниже.

Сейчас международная исследовательская группа не знала, как уничтожить споры.

Поэтому ему пришлось изменить свой вопрос…

— Система, есть ли способ предотвратить образование спор бактерий X-0172?

Марсианские бактерии было трудно убить поскольку, когда их атаковали, они активно вырабатывали споры. Даже физические контрмеры, такие как высокая температура, высокое давление, ультрафиолетовый свет и радиация, не могли убить споры, не говоря уже об антителах, вырабатываемых самим носителем.

Следовательно, ключом к удалению бактерий было предотвращение образования ими спор!

Если справятся с защитным механизмом бактерий, то будет лишь вопрос времени, когда ученые найдут соответствующие антитела.

Через некоторое время в поле зрения Лу Чжоу появилось еще одно синее окно.

На этот раз цена стала гораздо более разумной.

[Предотвращение образования спор бактериями X-0172.

Требуемые баллы: 2500]

2,500.

Это примерно равно половине его накопившихся баллов.

И хотя ему не хотелось тратить баллы, он должен был спасти будущее человечества и завершить свою срочную миссию. Лу Чжоу стиснул зубы и нажал кнопку покупки в окне.

— Беру!

Тут же на него обрушился волной огромный поток информации.

Лу Чжоу уже давно не испытывал подобного чувства.

Словно его голову наполнили чужие воспоминания.

Через полминуты странное ощущение исчезло.

Лу Чжоу просидел в своем кресле еще полчаса и, наконец, закончил переваривать новые знания в своей голове. Он открыл глаза и почувствовал себя просветленным.

— Ясно…

Хотя может он сам и не мог придумать решения, с его биохимией 6 уровня и химией Нобелевского уровня, он мог легко понять решение от системы.

Проще говоря, для того, чтобы бактерии X-0172 не производили активно спящие споры, система предложила специальный феромон.

Он мог бы обмануть бактерии X-0172 и заставить их думать, что они находятся в комфортной среде. Таким образом, бактерии больше не будут производить споры, когда на них нападут антитела.

— Мы просто должны ввести инфицированному человеку специальный феромон, прежде чем принимать антитела. Что заставит бактерии X-0172 отступить.

Без колебаний Лу Чжоу открыл свой ноутбук и начал писать статью.

Он уже получил от системы способ приготовление феромона, поэтому ему не нужно было что-либо менять.

Что касается клинического эффекта антител X-0172, то Лу Чжоу процитировал несколько статей, опубликованных профессором Лесли и профессором Чжао Шусюанем.

Время медленно шло…

Наступил полдень.

Лу Чжоу посмотрел на завершенную статью и удовлетворенно улыбнулся.

Он уже давно не писал статей.

Чем больше власти он получал, тем меньше ему приходилось лично выполнять научно-исследовательские проекты. Большую часть времени его работа была сосредоточена на планировании высокого уровня, а не на участии в конкретных исследовательских проектах.

— Когда космическая гонка закончится, я собираюсь взять давно заслуженный отпуск.

Лу Чжоу сохранил работу в формате PDF и уже собирался выложить статью, когда вдруг кое-что вспомнил.

Не будет ли подозрительным, что математик написал статью по биологии?

Хотя он изучил способ решения проблемы, само решение придумал не он сам. Он купил решение у системы, используя баллы.

Если он получит Нобелевскую премию за эту статью, ему будет стыдно.

Лу Чжоу немного подумал, и к нему пришла мысль. Он удалил имя автора и заменил его буквой «Z».

— Идеально.

Лу Чжоу улыбнулся и открыл arXiv. Он создал новую учетную запись и загрузил статью.

Слишком муторно будет все объяснять, просто опубликую анонимно.

Глава 810. Беспомощные международные специалисты

Лунный дворец.

Внутри лаборатории.

Ян Кроуфорд, британский профессор планетологии и астробиологии в Биркбеке, сидел на стуле и смотрел в иллюминатор. Он вдруг улыбнулся и сказал.

— Около шести лет назад я написал оценку экономической целесообразности добычи полезных ископаемых на Луне.

Сидевший напротив него Стивен Парубы, фыркнул и спросил:

— И?

— Я опубликовал работу в журнале Natural Geography и отправил копию в Космическое агентство Великобритании. — Ян Кроуфорд пожал плечами. — Но там сочли ее пустой тратой времени.

— Разве они не правы?

— Конечно, нет. — Профессор Ян посмотрел в иллюминатор и улыбнулся. — И сейчас китайцы воплощают в реальность написанное мною.

— Рано или поздно, они поймут, что дешевле производить на Земле, а потом отправлять в космос, нежели делать производственные линии на Луне. — Пробормотал профессор Стивен. — Я к тому, что китайцы не делают что-то особенное, мы имеем аналогичные планы.

Профессор Стивен был из Стэнфордского университета, будучи американцем ему не нравилось слышать новости о победе Китая в космической гонке. Особенно с провалом программы «Арес».

Ощутив себя не слишком хорошо, Стивен сунул руку в карман и подсознательно попытался достать сигарету, но понял, что у него нет сигарет.

— Черт, неужели негде покурить?

Он хотел было встать со стула, когда услышал, как к нему обращаются.

— Курение на космической станции приведет к попаданию по меньшей мере двух миллионов частиц дыма в систему вентиляции. Чтобы покурить нужно подождать возвращения на Землю.

Произнес профессор Чжао Шусюань, вплывая в помещения. Он схватился одной рукой за поручни на стене, а в другой держал последний отчет об экспериментах. — Коллеги, перерыв закончен. Время на исходе, у нас трое бедных колонистов программы «Арес», которые ждут нашего спасения.

Профессору Стивену не понравилось, что китаец упоминает неудачу их программы, но промолчал.

Программа «Арес» действительно стала ошибкой. С самого начала песчаной бури программа не приносила ничего, кроме неприятностей. Лучшие специалисты по астробиологии, микробиологии и клинической биохимии теперь находились в Лунном дворце лишь с одной целью, чтобы решить проблемы от программы «Арес».

Чжао Шусюань раздал копии результатов анализов и кратко пояснил ситуацию остальным.

— По результатам последних анализов уровень антител у первого и второго колонистов снизился. Глядя на частоту их сердцебиения, можно увидеть, что их метаболизм постепенно возвращается к нормальному уровню, и они скоро должны проснуться… Вам нужно время, чтобы ознакомиться результатами?

— Не нужно, я уже прочитал. — Профессор Стивен отложил результаты анализов и поправил очки. — Прямо сейчас проблема не в антителах или бактериях X-0172.

Профессор Ян вставил:

— Проблема в спорах.

— Верно. — Профессор Стивен кивнул и оглядел других ученых. — Сначала мы должны избавиться от них.

Профессор Лесли спросил:

— У вас есть идеи?

— Есть два варианта.

— Первый, найти способ предотвратить образование спор бактериями. Второй, найти способ уничтожить все споры напрямую.

Профессор Лесли задумался.

— Второй метод более сложный.

— Верно. Сейчас самый реалистичный первый вариант. — Профессор Стивен оглядел собравшихся и добавил. — На мой взгляд, исследовательские возможности здесь слишком скудны. Не знаю получится ли у нас чего-то добиться в условиях невесомости. Если мы хотим, как можно скорее разобраться со спорами, мы должны отправить образцы на Землю.

Он посмотрел на профессора Чжао Шусюаня.

Чжао Шусюань руководитель китайских ученых. Он также ответственный за весь проект, и он единственный, кто имел право отправлять образцы инактивированных бактерий на Землю.

Стивен же хотел отправить больше, чем просто инактивированные образцы. Он хотел найти способ убедить отправить живые споры бактерий в его лабораторию в Стэнфордском университете.

Он также верил, что это увеличит шансы на решение проблемы.

Однако китайский исследователь не исполнил его желания.

Чжао Шусюань покачал головой и отверг его предложение.

— Это слишком рискованно, даже отправка инактивированных бактерий небезопасна.

— Не существует абсолютной безопасности, но мы можем приложить все силы для нее. — Сказал профессор Стивен. — У нас же есть живые образцы оспы, чем они отличаются?

Чжао Шусюань замолчал, а потом покачал головой.

— Я должен подумать об этом.

Профессор Стивен вздохнул.

— Мы думаем уже слишком долго.

…………………………

Совещание исследовательской группы закончилось, и они не пришли ни к каким конструктивным выводам.

Было уже поздно, поэтому ученые поужинали и разошлись по своим каютам.

Профессор Стивен, лежа в своей кровати, подключил свой ноутбук к информационному интерфейсу Лунного дворца. Благодаря этому он мог контактировать с Землей.

И хотя скорость была низкой, а задержка долгой, этого было достаточно, чтобы он мог обмениваться мнениями с учеными на Земле.

Он собирался связаться со своим помощником, как его помощник сам позвонил ему.

— Извините, что беспокою вас, профессор, но я должен вам кое-что сообщить.

Стивен нахмурился и спросил:

— Что такое?

— По вашему запросу мы провели поиск в базе данных на работы касаемо исследования спор паразитических бактерий. Мы нашли статью на arXiv. — Помощник сделал паузу. — Автор утверждает, что… Нашел способ препятствовать образованию спор у бактерий X-0172.

— Невозможно, в мире есть только семь человек, которые могут написать подобную статью, и я один из них. — Профессор Стивен улыбнулся и покачал головой. — Отправь ее мне на почту.

Его помощник кивнул.

— Хорошо, профессор.

Стивен вообще не надеялся на статью с arXiv.

Единственные образцы X-0172 находились в Лунном дворце. Если бы другие ученые захотели провести исследование бактерий, им сначала пришлось бы заполучить в свои руки образцы.

Хотя на Землю отправили двенадцать инактивированных образцов, все они были в руках крупных исследовательских институтов. Крупный институт ни за что не стал бы публиковать работу вот так.

И хотя он знал, что ценность статьи с arXiv равна нулю, он все равно хотел посмотреть, что написал автор.

В конце концов, она могла дать ему вдохновение.

Профессор Стивен открыл статью и начал ее читать, но уже через несколько страниц он удивился.

Он становился все более серьезным, он вернулся к первой странице и начал читать ее более внимательно.

— Кто… Кто написал ее?

Чем больше он читал, тем больше удивлялся.

Его переполняло сомнение и недоверие.

Профессор Стивен хотел знать только одно: кто написал эту работу?!

Однако, когда он увидел имя автора, он остался поражённым.

— Z? Кто это такой?

Глава 811. Аминокислота

На следующий день.

Внутри лаборатории Лунного дворца.

Профессор Стивен с темными кругами под глазами стоял перед группой ученых. Он поднял статью в руке и спросил:

— Уверен, вы прочитали статью… Не буду повторять ее содержание. Просто из любопытства, кто такой доктор Z?

Шесть человек, стоявших перед ним, недоумевали. Профессор Стивен спросил снова.

— Доктор Z должен быть среди нас семерых… Нет, шестерых, поскольку я знаю, что не писал этого. Йен, это был ты?

Йен посмотрел на статью и покачал головой.

— Нет, не я, зачем мне публиковать анонимную работу? Это может открытие на Нобелевскую премию, кто не захочет подписаться под ней?

Бактерия X-0172 считалась глобальным кризисом. Любой, кто решил проблему, несомненно, будет считаться героем человечества. Возможно, он и не получит Нобелевскую премию, но определенно его номинируют.

Профессор Лесли посмотрел на профессора Чжао Шусюаня и обменялся с ним взглядом.

— Z… Разве это не первая буква твоего имени?

— Даже не думай. —. Профессор Чжао покачал головой. — Это не я… Зачем мне скрывать авторство?

Большинство с радостью подпишутся под этой работой. Семеро ученых понятия не имели, почему автор решил остаться анонимным.

Все семеро переглянулись.

Наконец профессор Йен пожал плечами и нетерпеливо сказал:

— Ладно… Судя по всему, доктора Z с нами нет. Любой здравомыслящий человек не откажется от своего упоминания в этой работе.

— Просто смешно. — С недоверием заговорил профессор Лесли. — Без доступа к бактериям, как он выяснил механизм бактериальных спор?

Воцарилась тишина.

Очевидно, данный момент озадачил не только профессора Лесли.

— Звучит безумно, но думаю, мы можем попробовать метод доктора Z.… Мы же также искали способ предотвращения образования спор. — Профессор Йен посмотрел на статью и пожал плечами, а потом посмотрел на остальных ученых. — Похоже, у доктора Z те же мысли.

Чжао Шусюань кивнул:

— Думаю, что стоит попробовать.

Профессор Лесли кивнул.

— Согласен.

Профессор Стивен прислонился к иллюминатору и сказал:

— Я итак планировал это сделать.

Профессор Йен щелкнул пальцами.

— Четверо согласны, что больше половины… Тогда решено.

…………………………

Обычно повторить эксперимент сложнее, чем провести его впервые.

Многие важные результаты исследований в современной биологии получились благодаря совпадениям. Даже если кто-то закажет один и тот же набор реагентов, одно и то же оборудование у одного и того же производителя, эксперимент все равно может дать разные результаты.

Не говоря уже о том, что возможности редактирования фотографий становились все многообразнее. Если студент не мог повторить эксперимент, он часто просто копировал изображения экспериментов.

Таким образом, повторяемость эксперимента стала одним из важнейших показателей ценности эксперимента.

Профессор Стивен верил, что предложение доктора Z сработает.

Потому что слова в этой статье arXiv нашли отклик в его сознании.

— Бактерии X-0172 могут выжить в суровых условиях Марса. Их трудно убить обычными методами. Мы должны найти их слабое место.

— А в чем их слабость?

— Умение выживать на Марсе дает им преимущество при столкновении с экстремальными условиями, но в то же время — это также и недостаток.

— Они не борются с другими микроорганизмами за выживание, поэтому должны быть слабыми против других микроорганизмов.

— Поэтому ключом к решению проблемы будет найти феромон, который обманет бактерии X-0172…И почему я не додумался до этого?

Профессор Стивен что-то пробормотал себе под нос и смотрел в потолок полностью погруженный в свои мысли.

В действительности, это всего лишь исследовательская идея.

Будь у него больше времени, то возможно она и сама пришла к нему.

Но главное не это.

Что вызывало недоумение, так это то, что даже если доктор Z додумался до этого, то как доктор Z рассчитал молекулярную формулу аминокислоты, которая блокировала образование спор X-0172?

Можно ли вообще вычислить подобное?

Мне казалось, что подобное можно получить лишь тысячами проб и ошибок.

Это находилось за пределами его понимания биологии.

Профессор Стивен посмотрел на молекулы аминокислот на экране компьютера, почесывая бороду. Он понятия не имел, как доктор Z получил это.

Внезапно дверь лаборатории открылась. В комнату вплыл Чжао Шусюань.

Профессор Стивен посмотрел на профессора Чжао и спросил:

— Каков результат?

— Трем пациентам вели синтетические аминокислоты. Мы все еще наблюдаем за реакцией.

Профессор Стивен вздохнул.

— Похоже, теперь нам просто нужно подождать.

Время шло.

На космической станции не было ни восхода, ни захода солнца, и время пролетело быстро.

Профессор Стивен продолжал зевать. Ему стало немного скучно, когда дверь внезапно открылась.

Прежде чем он успел что-либо спросить, в комнату вплыл профессор Лесли с взволнованным лицом.

— Мы наблюдали повышение уровня метаболизма у колонистов 1 и 2! Содержание спор в метаболитах значительно снизилось! Никаких аллергических реакций тоже не возникло! — Он глубоко вздохнул и дрожащим от волнения голосом сказал. — Аминокислоты работают. Мы смогли!

Глава 812.

— Ох…

Сначала Джонсон почувствовал боль, потом по нему пробежали мурашки. Он открыл глаза и проснулся.

— Черт, почему так холодно…

Джонсон замерз и попытался свернуться в клубок, но понял, что привязан.

Он пальцем расстегнул ремни, после чего медленно поднялся и сел на кровать.

Он заметил, что китайский ученый, который ввел ему антитела, сидел рядом и наблюдал за ним.

— Ваш уровень метаболизма все еще очень низок. Мерзнуть сейчас вполне нормально.

— Как долго… Я спал?

Чжао Шусюань посмотрел на часы на запястье.

— Около двадцати семи дней.

— Двадцать семь дней?!— Поразился Джонсон и пробормотал. — Не верю.

— Почему же?

— Когда я служил в морской пехоте, то провалялся без сознания неделю. Потом мне пришлось целый месяц пролежать в постели. Помню, что, когда мне наконец разрешили встать с постели, все мои мышцы чувствовали слабость. Медикам потребовалось полмесяца, чтобы помочь мне нормально ходить. — Джонсон поднял руку и недоверчиво посмотрел на нее. — Но прямо сейчас я чувствую, что лишь… Вздремнул?

— Это правда странно. Длительное бездействие должно привести к атрофии мышц, но феромон, выделяемый бактериями X-0172, предотвращает это. Феромоны защищают спящие клетки. — Профессор Чжао Шусюань посмотрел на Джонсона. — Мы все еще исследуем конкретный физико-химический процесс. Если вам интересно, вы можете последить за последующими экспериментами.

Услышав про бактерии, Джонсон тут же напрягся и нервно спросил:

— Что с бактериями в моем теле.

— Они удалены.

Джонсон вздохнул с облегчением.

Наконец он мог быть спокоен.

В его теле больше не было марсианских бактерий.

Наконец-то он мог отправиться домой.

Он вспомнил, что два его товарища по команде все еще находятся в опасности, поэтому спросил:

— А что с Джулией и Трэвисом? Как дела у моих товарищей по команде?

Чжао Шусюань снова посмотрел на часы и ответил:

— Джулия проснулась пятнадцать минут назад. Сейчас она в ванной. Что касается Трэвиса, то его ситуация более сложная.

— Что не так с Трэвисом?

Чжао Шусюань помрачнел. После недолгого молчания он ответил:

— Способ, которым мы удаляем бактерии X-0172, заключался в предотвращении образования спор, а затем уничтожении бактерий антителами. Однако его ситуация немного особенная, потому что у него есть иммунный ответ на бактерии. Из-за этого споры в его организме всегда находятся под атакой. Даже если мы введем ему блокирующий феромон, споры в его теле не станут вегетативными клетками.

Джонсон сглотнул:

— Значит…

— Он все еще в коме, пребывая в состоянии покоя. — Чжао Шусюань похлопал его по плечу и встал. — Не волнуйтесь слишком сильно, мы позаботимся о нем.

— Спасибо.

Джонсон вяло улыбнулся.

На самом деле он не волновался.

Ему никогда не нравился бунтарь Трэвис. Он только притворялся, что заботится о нем, потому что он капитан. В действительности ему наплевать, проснется тот или нет.

Программа «Арес» в любом случае полностью провалилась.

Дверь медицинской каюты открылась, и в нее влетел бородатый ученый.

После того, как профессор Стивен увидел Джонсона на кровати, он тут же подлетел к нему.

— Мои соболезнования! Как самочувствия? Есть какой-нибудь дискомфорт?

Джонсон недоумевал от энтузиазма профессора Стивена. Он посмотрел на Чжао Шусюаня.

Чжао Шусюань кашлянул и пояснил:

— Это профессор Стивен из Стэнфордского университета, микробиолог, назначенный правительством США.

Он в третий раз посмотрел на часы.

— Я оставлю вас.

Чжао Шусюань направился к люку и оставил двоих наедине.

Джонсон смотрел, как закрылся люк, после чего с небольшим колебанием ответил:

— У меня все хорошо… Когда мы сможем вернуться домой?

Профессор Стивен похлопал его по плечу.

— Скоро. Корабль доставит припасы в Лунный дворец. Китайцы пообещали нам, что мы сможем на нем вернуться на МКС. Потом наш корабль заберет нас с МКС.

Наконец-то я могу отправиться домой.

Это стало музыкой для ушей Джонсона.

Профессор Стивен посмотрел на радостного Джонсона и спросил:

— Кстати, какие мысли о Марсе? Можешь рассказать?

— Это часть медицинского обследования?

— Нет, мне просто любопытно. — Профессор Стивен покачал головой с улыбкой. — Вы герои. Никто никогда не ступал ногой на эту красную пустынную планету, но ты это сделал! Мне просто любопытно, какая была жизнь на Марсе? Я слышал, что вы посадили там картошку? Вы использовали марсианскую почву? Какая она на вкус, вкусная?

Я… Герой?

Джонсон горько улыбнулся от горы вопросов профессора.

Правильно, они первые, кто ступил на Марс, но китайцы те, кто вернул их обратно.

Это не считалось успешным полетом.

Система жизнеобеспечения Новой Вирджинии разрушена песчаной бурей. Продержавшись месяц, они в итоге были спасены китайцами.

Джонсон посмотрел в иллюминатор на Луну. Он глубоко вздохнул и ответил.

— Я бы не хотел полететь туда вновь. Это был жуткий опыт.

Глава 813. Доктор Z спаситель мира?

«После 27 дневной комы двое колонистов программы „Арес“ выздоровели!»

«Последние новости! Команда ученых лунного дворца справилась с марсианскими бактериями! Доктор Z предоставил важную информацию»

«…»

На следующий день после пробуждения Джонсона, весь мир узнал о прогрессе в исследовании бактерий X-0172.

Все узнали, что двое из трех, впавших в кому колонистов, успешно очнулись с удаленными из их тел бактериями. Это создало огромную сенсацию в международном сообществе.

Тут же Вашингтон пост написали про это и взяла интервью у заместителя Генерального секретаря ООН Элиассона.

Месяц назад на экстренном заседании ООН Элиассон призвал все страны мира объединиться в борьбе с этим глобальным кризисом.

Хотя не его речь сподвигла большинство стран на сотрудничество, она стала весьма символичной.

Когда его попросили оценить эффективность реагирования на кризис различных стран, Элиассон без колебаний ответил.

— Это была одна из величайших угроз человечеству. Мы держались вместе, как команда, и не сдались!

— Что вы думаете о неудачном спасении афроамериканского колониста Трэвиса?

— Думаю, что надежда все еще есть. Я доверяю нашей международной команде. Им просто нужно еще немного времени!

Из трех пациентов, инфицированных бактериями X-0172, двоих успешно вылечили. Это стало значительным прорывом.

Согласно объявлению Китая, через неделю Джонсон и Джулия доставят из Лунного дворца на МКС. Специалисты из ООН проведут заключительный осмотр там, а потом отправят их на Землю.

Экологический кризис для Земли наконец-то подошел к концу.

В течение 27 дней множество людей беспокоились о будущем экосистемы Земли. Наконец, все опасения исчезли.

Люди больше не беззащитны перед спорами бактерий X-0172. Все были уверены, что последний колонист достаточно скоро также очнется.

Нужно лишь немного времени.

Помимо двух колонистов, которые собирались вернуться на Землю, СМИ также сосредоточились на таинственном докторе, который сыграл важную роль в разрешении кризиса.

По словам профессора Стивена, из Стэнфордского университета, если бы не молекулярная формула феромона и метод его синтеза, предоставленные этим доктором, то они бы все еще не знали, как решить проблему со спорами.

— Результаты его исследований внесли огромный вклад в уничтожение марсианских бактерий!

— И хоть мне неизвестно, почему он решил сохранить анонимность, надеюсь, что он сможет подняться и принять свои почести!

Было много предположений о личности доктора Z.

СМИ не единственные, кого интересовала личность этого ученого. Широкая публика также интересовалась этим человеком.

Забавно, что если бы его имя было указано в статье, то общественность даже бы не заинтересовалась им. Все забыли бы его имя после новостей.

Это как все знают, что лауреаты Нобелевской премии гениальны, но никто не помнил каждого лауреата Нобелевской премии.

Но теперь даже люди, которые не интересовались биологией, заинтересовались личностью этого автора. Они хотели знать, из какой страны этот ученый, и почему он решил не разглашать свое имя…

Институт перспективных исследований.

Институт биологии.

Профессор Лю Цзуобин передал отчет Лу Чжоу и высказался.

— Не могу поверить, что средство для крио сна без побочных эффектов находится на Марсе.

Он имел в виду открытие, что вещество, выделяемое бактериями X-0172 при образовании спор, способствует активному покою хозяина.

Лу Чжоу начал читать отчет.

Согласно данным эксперимента, мыши, которым внедрили бактерии X-0172, начинали образовывать споры при воздействии температуры минус 12-15 градусов. Это создавало вещество, которое переводило носителя в состояние покоя.

Проспав сутки, носитель переходил в состояние глубокого сна. Во время которого уровень его метаболизма падал до чрезвычайно низкого уровня. Это гарантировало, что носитель сохранит нормальную клеточную структуру. Потом вегетативные клетки носителя можно было омолодить гораздо позже.

Лу Чжоу заинтересовался.

Профессор Лю заметил заинтересованное лицо Лу Чжоу. Он улыбнулся и сказал.

— Помните клетку с нематодой, которую мы тогда получили? Мы планируем ввести фрагмент их гена в бактерии X-0172. Бактерии X-0172 будут синтезировать специальные белки, которые смогут поддерживать спящие клетки.

Лу Чжоу пролистал отчет и небрежно спросил:

— Можно ли добавить ген к бактериям X-0172?

— Это в пределах наших возможностей.

— Тогда будем придерживаться этого плана. — Лу Чжоу вернул отчет профессору Лю и кивнул. — Но помните, безопасность всегда является наивысшим приоритетом.

Профессор Лю Цзуобин серьезно ответил:

— Не волнуйтесь, я буду очень осторожен.

До сих пор единственным местом с активными бактериями X-0172 был Лунный дворец. Образцы бактерий, отправленные на Землю, были инактивные. Хотя, будучи главой комитета по строительным работам на лунной орбите, Лу Чжоу имел некоторые привилегии.

Когда произошел кризис, живой образец бактерий X-0172 отправили в Институт перспективных исследований. Этому образцу присвоили самый высокий уровень безопасности.

Но общественности про это не сообщили по очевидным причинам.

Профессор Лю уже собирался уходить, когда вдруг кое-что вспомнил.

— Кстати, экстракт, что я тогда дал… уже закончился?

— У меня осталось еще немного. Он у меня в кабинете. Если он нужен, то я могу попросить кого-нибудь принести его. Лу Чжоу посмотрел на профессора Лю и спросил. — А что такое?

Профессор Лю покачал головой.

— У меня появился вопрос, но не знаю должен ли задавать его.

— Что за вопрос?

— Вы же знаете, кто такой доктор Z?

— Нет, с чего бы?

— Просто спрашиваю. — Профессор Лю выдавил улыбнку и сказал. — Этот доктор Z, опубликовавший статью на arXiv, это же вы…

— Вы правда думаете, что это я?

Профессор Лю честно кивнул.

— Вообще, работы по биологии публикуются на bioRxiv. Я редко слышал, чтобы мои коллеги публиковали свои работы на arXiv… Если я правильно помню, arXiv предназначен в основном для статей по физике, математике и информатике. Молчу про то, что было всего несколько человек, которые контактировали с образцом бактерий X-0172. Специалисты с Лунного дворца заявили, что они не писали данную работу. Институт перспективных исследований единственное место на Земле, которое имело доступ к образцам.

Если доктор Z не Лу Чжоу, то это должны быть сотрудники из исследовательской группы профессора Лю…

Очевидно, его исследовательская группа не настолько продвинута. Он знал, что никто в его команде ни за что не смог бы написать статью такого уровня.

Однако он не был абсолютно уверен в своем предположении. В конце концов, Лу Чжоу никогда раньше не публиковал работы по биологии, и он никогда не слышал, чтобы профессор Лу проводил какие-либо исследования в этом направлении…

Лю Цзуобин немного не понимал.

Профессор Лу смущенно молчал.

У биологов есть свой собственный сайт?

Они не публикуют работы на arXiv?

Черт, впервые слышу об этом.

Надо было изучить этот вопрос, как неловко то.

— Как бы то ни было, хватит говорить о неважном. — Лу Чжоу быстро сменил тему разговора. — Независимо от личности доктора Z, мы будем помнить его вклад. Если он захотел остаться неизвестным, мы должны уважать его решение… Также исследовательскую группу X-0172 можно расформировать. Объедините данные исследований с командой проекта крио сна.

Профессор Лю сразу же сказал:

— Есть еще один колонист, который не проснулся.

— Мы уже справились со сложнейшей частью. Остальным займутся международные специалисты. Что касается вас, то продолжайте исследования касаемо крио сна.

Глава 814. Награда за срочное задание?

Хотя еще один колонист находился в коме, кризис, несомненно, миновал.

Поскольку у них был феромон, который мог уничтожить защитную систему бактерий, споры уже были не проблемой.

Через два дня после того, как хорошие новости прибыли на Землю, что стало на 33 день задания от системы, перед Лу Чжоу появилось уведомление от системы.

[Пользователь, поздравляю с выполнением срочного задания!]

[Детали завершения задания: Недавно человечество столкнулось со своей самой большой угрозой. К счастью, кризиса удалось разрешить. Поздравляю, вы нашли способ победить бактерии. Решения, которые вы приняли, изменят цивилизацию…]

[Оценка задания: A+

Награда: случайный набор (1-???) очков опыта, медаль спасителя цивилизации (материализм +10)]

— Э?

Возможно, из-за того, что он обращался к системе за помощью или из-за все еще одного больного колониста, оценка за задание была лишь A +.

Но это не главное, его все равно не волновали награды за S+.

Он не понимал, что за «медаль спасителя цивилизации»?

За эти годы он получил много наград, но впервые, когда он получил такую награду.

Что она делает? Я могу ее обменять на опыт или баллы?

Лу Чжоу не понимал. Он открыл свой инвентарь и увидел спокойно лежащую там медаль.

Медаль парила над перевернутым треугольным металлическим основанием, словно под действием какой-то магнитной силы.

К медали также крепилась красно-синяя лента. Хотя Лу Чжоу не знал, из какого материала сделана лента, она выглядела необычно.

— Магнитная левитация? Или что-то другое?

Лу Чжоу стало любопытно. Он достал медаль из своего инвентаря и поигрался с ней, потом открыл описание медали.

[Медаль выдана (СКРЫТО), согласно (СКРЫТО) конвенции, подписанной в (СКРЫТО), данная медаль является одной из самых высоких наград для представителей из цивилизаций низкого уровня. Если каналы иммиграции будут открыты, представители цивилизаций низкого уровня могут использовать данную медаль для получения полного гражданства цивилизаций более высокого уровня…

[Примечание; Эта медаль имеет встроенную защиту. Не разбирайте. Не сканируйте.]

— Чувствую, что эта медаль только что раскрыла огромную тайну.

Лу Чжоу посмотрел на описание и задумался.

Первоначально он думал, что система была создана высокоуровневой цивилизацией или институтом под названием «Future». Но похоже все было сложнее, чем он думал.

Подумав какое-то время, Лу Чжоу сдался и покачал головой.

Хотя он хотел знать, что скрывается за скрытым текстом, у системы были причины держать это в секрете.

До сих пор у системы не было плохих намерений. Система даже хотела защитить его и принести пользу цивилизации Земли.

Может быть, система ждет подходящего момента?

Лу Чжоу верил, что как только он повысит все характеристики до 10 уровня и откроет следующие большие задания, ему откроется больше секретов системы…

Положив медаль обратно в инвентарь, Лу Чжоу протянул руку и выбрал другой предмет с наградой из инвентаря.

Открыв награду появился ряд таинственных звезд. Несколько звезд упали ему на лицо, отчего он сделал шаг назад.

Однако вскоре Лу Чжоу обнаружил, что звезды были голографической проекцией.

После чего появилась оповещение.

[Пользователь, получено 300 000 очков опыта по физики!]

— Я выполнил задание по биологии, но получил очки опыта по физике? Неужели система намекает мне, чтобы я изучал физику?

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он протянул руку и открыл панель характеристик.

[A. Математика: LV8 (774 000 / 3 000 000)

B. Физика: LV 7 (313 215/1200 000)

С. Биохимия: LV6 (10 000/600 000)

D. Инженерное дело: LV5 (10/300 000)

E. Материаловедение: LV6 (63 000/600 000)

F. Энергетика: LV3 (50 000/100 000)

G. Информатика: LV3 (3 000/100 000)

Баллы: 2335]

— Математика восьмого, физика седьмого… Следующий уровень требует миллионов очков опыта. Я еще не скоро подниму уровень.

Лу Чжоу закрыл панель характеристик и посмотрел на панель заданий.

Его цепочка заданий вновь разблокировалась.

Когда он снова открыл глаза, он вновь оказался в своем кабинете.

Лу Чжоу откинулся на спинку кресло и немного отдохнул. Он уже собирался продолжить работу, когда вдруг услышал стук в дверь.

— Войдите.

Профессор Лю Цзуобин открыл дверь.

Он быстро вошел в офис, держа в руках отчет об эксперименте. Он подошел к столу Лу Чжоу и заговорил.

— Эксперимент прошел успешно! Фрагмент гена 18S-рДНК совместим с бактериями X-0172, а необходимые нам белки и аминокислотные производные были успешно расшифрованы. Если все пойдет хорошо, то в течении месяца мы закончим исследовательский проект.

Лу Чжоу взял отчет и бегло просмотрел его. Он удовлетворенно кивнул.

— Отличная работа… Вы, наверное, устали.

— Совсем нет. В любом случае, это мое направление исследований. Я должен поблагодарить вас за предоставленную возможность. — Профессор Лю Цзуобин улыбнулся и вдруг кое-что вспомнил. — Кстати, когда я проанализировал ген X-0172, я обнаружил кое-что интересное.

— Что же?

— Как бы это сказать? Может, я ошибаюсь… У меня создалось ощущение, что он не появился в результате естественной эволюции. Я не уверен, кажется ли мне.

Появился не благодаря естественной эволюции?

Лу Чжоу замер и нахмурился.

— Может ли быть…

Он внезапно замолчал.

Он мгновенно понял, как он мог появится.

Лю Цзуобин посмотрел на Лу Чжоу и кивнул.

— Да, словно его создали искусственным путем.

Глава 815. Сразу два

Вообще, чтобы вид мог адаптироваться к изменениям в окружающей среде, он часто эволюционирует путем размножения и естественного отбора.

Поэтому казалось вполне логичным, что марсианская бактерия создавала споры и феромоны, что погружали носителя в спячку.

Однако…

Но сочетания подобных характеристик в одной бактерии довольно подозрительно.

Если бы не профессор Лю, Лу Чжоу никогда бы этого не заметил.

Это действительно большое совпадение.

Словно…

Данную бактерию специально создали, чтобы помочь определенным видам выжить в экстремальном климате.

Конечно, профессор Лю и Лу Чжоу просто строили догадки. Прямых доказательств, что ген бактерии искусственно изменялся, не было.

Если их предположение верно, то значит миллионы лет назад на Марсе существовала технологически развитая цивилизация.

Подобное, несомненно, важное открытие.

Само собой, это лишь предположение профессора Лю, которое никак не проверить. Лу Чжоу просто пометил это у себя в записной книжке.

Проверка гипотез один из самых важных процессов в исследованиях. Он не стал опровергать идею профессора Лю и не стал спешить верить в нее, не собрав достаточных доказательств.

До сих пор его «краулер» на Марсе исследовал геологическую обстановку вокруг Новой Вирджинии. Если на Марсе существовала цивилизация космической эры, то должны быть какие-то следы…

Он отложил вопрос о марсианских бактериях в сторону.

Время шло. Красные осенние листья начали опадать с деревьев. Наступил октябрь.

После почти годичного отбора выборы академика 2021 года подошли к концу в октябре.

После завершения второго раунда окончательное решение примет комиссия выборов академиков.

Список избранных академиков выложили на официальном сайте Китайской академии наук и Инженерной академии.

Как многие и ожидали, лауреат Нобелевской премии, Филдсовской премии, руководитель национального научно-исследовательского проекта Лу Чжоу был избран в обе академии.

Про него не только написали на официальных сайтах академий, но и разместили у входа в Цзиньлинский университет, а также на первой странице новостного сайта университета. Это стало прекрасной новостью для университета!

[Поздравляем профессора Лу Чжоу с избранием в академики Китайской академии наук и Инженерной академии!]

С 2000 в Цзиньлинском университете не появлялось ни одного нового академика.

Но теперь профессор Лу с математического факультета неожиданно получил два академических звания. Значит им пришло двойное счастье. Многие профессора математики даже читали лекции с улыбками на лицах.

В конце концов, Лу Чжоу всегда имел популярность в университете. Многие профессора наблюдали за его ростом со студенчества, особенно профессор Лю Сянпин, который помогал Лу Чжоу в конкурсе по математическому моделированию. Тогда, во время конкурса по математическому моделированию, он мог видеть, что Лу Чжоу был экстраординарным человеком.

Теперь, когда появился еще один академик в университете, его рейтинг стал выше.

Избрание Лу Чжоу академиком стало хорошей новостью для тех, кто хотел продолжать карьеру в Цзиньлинском университете.

Профессора и ученые не единственные, кто радовался, даже студенты тоже радовались.

Они и раньше слышали бесчисленные легенды о великом профессоре Лу, но теперь его избрали две академии… Подобное не могло не произвести впечатления.

Еще никого никогда не избирали сразу две академии.

Вероятно, другого такого никогда не будет.

Студентка стояла перед доской объявлений. Она держала стопку книг и не могла сдержать удивления:

— Поразительно, профессора Лу выбрали две академии.

— Да… — Другая студентка с челкой кивнула и с любопытством спросила. — А есть что-то выше академика?

— Выше академика? Вроде бы нет… Если я правильно помню, академик высшее ученое звание в стране. Выборы проводятся каждые два года, и каждого другого академика должны утвердить более чем две трети действующих академиков. Это один из самых трудных титулов для получения!

Уже чрезвычайно впечатляюще получить звание академика в возрасте шестидесяти или пятидесяти лет.

Никто раньше не получал титул в двадцать с небольшим лет.

— Пожизненный титул… — Девушка с челкой посмотрела на доску объявлений. — Он получил сразу два титула. Значит, что за него проголосовали две трети членов Инженерной академии и Академии наук… Просто невероятно.

— Конечно, невероятно! — Девушка в очках кое-что вспомнила. Она посмотрела на другую девушку и быстро спросила. — Кстати, Мэнци, профессор Лу был твоим учителем, да? Расскажи мне, что он за человек?

— А…. — Хань Мэнци посмотрела на доску объявлений. — Что он за человек? Он всегда занят, редко возвращается в свой кабинет… Я не уверена.

Очевидно, ее соседка по комнате не удовлетворилась таким ответом. Он спросила:

— Но же он учил тебя раньше?

— Да… — Хань Мэнци немного смутилась и задумалась, потом неуверенно ответила. — Он очень легкий на подъем человек.

Ее соседка, похоже, не услышала ответ, что хотела и разочаровалась. Она пробормотала:

— Легкий на подъем? Я думала, что он будет крутым и мудрым типажом…. Последний раз я видела, как он ел мясо в столовой, но я побоялась подойти к нему попросить WeChat.

Увидев лицо своей соседки, которое было полно то ли восхищение то ли безумной одержимости, Хань Мэнци вздохнула. Она не знала, что сказать.

2021 год подходил к концу.

Она уже закончила свою дипломную работу.

Следующем летом она уже выпуститься.

Что мне делать после окончания учебы?

Продолжить путь в науке или пойти работать в компанию моей мамы?

Я не хочу думать об этом…

Глава 816. Свет молодости

Лу Чжоу особо никак не отреагировал на произошедшее, по сравнению с окружающими.

Ведь в сравнении с учеными, что всю жизнь стремились к званию академика, ему оно ничего не приносило.

Поэтому, когда Лу Чжоу узнал, что его выбрали, он ничего не почувствовал. Он оставался довольно спокойным.

Поддержка и ресурсы, к которым он имел доступ, были гораздо больше, чем у обычного академика.

Цзиньлинский университет.

Кабинет в корпусе математике.

Лу Чжоу нужно было заняться дипломными работами своих студентов, поэтому он выкроил время из плотного графика и приехал в университет. Только войдя в кабинет, его потряс беспорядок.

Его не было тут всего неделю, но за это время его кабинет превратился в какой-то склад.

Когда Линь Юйсян увидела Лу Чжоу, ее глаза загорелись, и она немедленно встала из-за стола.

— Профессор, наконец-то ты вернулся. Тебя искало очень много людей.

Лу Чжоу посмотрел на метровый кактус у стены и не спросил:

— Откуда он тут взялся?

Линь Юйсян посмотрела на кактус и ответила:

— А, профессор Чжан с факультета физики прислал его. Он сказал передать тебе привет и пожелал, чтобы твой академический путь двигался вперед и дальше.

В пожелании не было ничего плохого, но Лу Чжоу оно показалось каким-то странным.

— Поблагодари профессора Чжана, когда увидишь его в следующий раз. — Лу Чжоу заметил термо-кружку на своем столе и спросил. — А она от кого?

Ему показалось, что он видел ее раньше, но не мог вспомнить где. Линь Юйсян встала и с улыбкой ответила:

— Профессор Тан подарил ее!

Лу Чжоу тут же вспомнил, где он видел такую кружку.

— Он же не отдал мне свою?

Это был бы такой себе подарок.

— Почему ты так говоришь, кто будет дарить использованную кружку? Думаю, что эта такого же вида, что и он использует. — Линь Юйсян улыбнулась. — Когда он передавал ее, он велел мне сказать тебе, чтобы ты следил за своим здоровьем. Он рекомендовал тебе перестать пить кофе и пить больше горячего чая.

У Лу Чжоу потеплело внутри.

Он знал многих профессоров в Цзиньлинском университете, но профессор Тан заботился о нем больше всего.

Лу Чжоу всегда был очень благодарен профессору, который научил его основам математики. Хотя профессор Тан не помогал ему в учебе, профессор Тан преподал ему много жизненных уроков.

Поэтому каждый новый год Лу Чжоу посещал дом старика.

Поскольку Лу Чжоу ничего не сказал, Линь Юйсян моргнула и спросила:

— Хочешь горячего чая?

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он взял кружку и ответил:

— Нет, спасибо. Запиши подарки в таблицу, а затем отправьте ее на мою почту. Подарки стоимостью более 500 юаней отправь обратно. Что касается остального, убери куда-нибудь в другое место. Они занимают слишком много места.

— Хорошо! — Линь Юйсянь отсалютовала. — Поняла.

Лу Чжоу сел за свой стол и выдвинул ящик. Он достал стопку работ и начал внимательно читать первую. Хотя это всего лишь дипломные работы магистром, он по-прежнему предъявлял высокие требования к своим студентам.

В конце концов, он не позволит студенту закончить учебу с плохой работой.

Как минимум, они должны сделать на половину хорошую работу.

Это было выгодно как Лу Чжоу, так и студентам.

Внезапно он услышал стук в свою дверь.

Лу Чжоу отложил ручку и сказал.

— Войдите.

Дверь кабинета открылась, и с улыбкой вошел ректор Цзиньлинского университета, академик Сюй.

— Поздравляю, академик Лу! Отныне ты самый молодой академик в нашем университете. Я уверен, что потребуется еще много времени, чтобы кто-то смог побить твой рекорд.

— Кто знает, у нас так много талантов. Может быть, в будущем кто-нибудь станет более лучшим ученым, нежели я. — Лу Чжоу улыбнулся и встал. Он жестом пригласил сесть. — Проходите, садитесь.

— Конечно, спасибо.

Они вдвоем сели на диван в кабинете.

Линь Юйсян подошла с чайником свежезаваренного чая и налила им обоим по чашке.

Ректор Сюй посмотрел на поднимающийся пар и улыбнулся.

— Я пришел сюда, чтобы поздравить тебя с выборами вас в академики. И еще кое-что, я хотел услышать твое мнение по одному вопросу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Вы слишком вежливы. Если я могу чем-нибудь помочь, просто попросите меня.

— Это не что-то хлопотное, но твоя работа влияет на будущее нашей страны. Я не хочу, чтобы университет замедлял ее, иначе мне придется извиниться перед страной! — Ректор Сюй улыбнулся Лу Чжоу. — Дело вот в чем. Недавно Министерство образования посетило наш университет. Я разговаривал с директором Министерства образования, и мы посчитали, что в нынешней системе образования еще много возможностей для улучшения. Поэтому мы планируем добавить ускоренный курс для таких специальностей, как физика и математика. Так мы сможем сосредоточиться на обучения талантов.

Лу Чжоу кивнул:

— Мы должны более серьезно относиться к получению высшего образования. Ученый часто вступает в контакт с академическим миром в студенческие годы. Однако мы не должны переусердствовать. Иначе можно отбить все желание у студентов из-за высокой нагрузки.

— Я понимаю, именно поэтому мы начинаем пробный курс. Если он не увенчается успехом, мы пересмотрим наши планы!

— Думаю, что это хорошая идея. — Лу Чжоу улыбнулся. — Но я не понимаю, чем я могу помочь.

Ректор Сюй улыбнулся:

— Конечно, ты можете помочь. Ты же образец для подражания для студентов! Я слышал, что некоторые поклоняются стулу в библиотеке, где ты сидел.

Лу Чжоу поперхнулся:

— Не стоит преувеличивать.

— Я говорю серьезно. — Ректор махнул рукой и серьезно сказал Лу Чжоу. — Преподавание в бакалавриате не то с чем мы старики хорошо знакомы, поскольку выросли в другое время. Надеюсь, что ты сможете стать главным консультантом пробной группы. Это не займет слишком много твоего времени, и тебе просто нужно поделиться с нами своими ценными мнениями.

Если бы это было раньше, Лу Чжоу не понял бы, что происходит.

Но теперь он понял, о чем просил его ректор. Министерство образования хотело, чтобы Лу Чжоу включил свое имя в эту программу, поскольку тогда правительство легче одобрит ее.

Н даже так Лу Чжоу не знал, что ответить.

Для него это проще простого. Цзиньлинский университет, как его альма-матер, помогал ему как в академических кругах, так и за их пределами. Он должен сделать что-то взамен.

Не говоря уже о том, что это пошло бы на пользу студентам университета.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Легко, я с удовольствием стану главным консультантом.

Ректор Сюй лучезарно улыбнулся.

— Студенты университета будут благодарны тебе, Бог Лу.

Лу Чжоу чуть не поперхнулся чаем.

— Ха-ха, пожалуйста, не говорите так, уже слишком неловко, что студенты называют меня так.

Ректор Сюй улыбнулся:

— Ха-ха, хорошо… Кстати, об этой пробной группе, мы планируем назвать его Нобелевской группой. Что думаешь насчет этого?

Лу Чжоу подумал и покачал головой.

— Думаю, оно не подходит.

— Не подходит? — Ректор Сюй нахмурился и спросил. — Почему?

— Нобелевская премия — достойная цель, за которую должны бороться молодые ученые, но это не конец научного пути. Мы планируем использовать эту группу для обучения талантов, поэтому не думаю, что студентам следует промывать мозги, чтобы они думали о Нобелевской премии как о конечной цели. — После небольшой паузы Лу Чжоу добавил. — В конце концов, я решил стать ученым не из-за Нобелевской или Филдсовской премий. Есть и более важные вещи.

— Тогда как мы должны это назвать?

Лу Чжоу немного подумал.

— Молодые ученые — это будущее нашей страны. Они будут лидерами следующих десятилетий. Думаю, что мы должны воспитывать этих молодых ученых, посеяв семя в сердце каждого из них. После того, как это семя прорастет, они превратятся в полезных людей в научных кругах, цивилизации и обществе! Поэтому я считаю, что группу следует назвать Светом молодости.

Услышав слова Лу Чжоу, ректор Сюй на мгновение замолчал.

Через некоторое время он эмоционально сказал.

— Вот почему мне нужна была твоя помощь. — Он хлопнул себя по бедру и кивнул. — Тогда мы назовем ее Светом молодости.

Глава 817.

Лу Чжоу недавно осознал, что у него особо не было высоких амбиций.

Ведь перед тайнами мироздания сила человека ничтожна.

Он мог месяцами запираться в своей комнате, пытаясь самостоятельно решить уравнение или гипотезу. Однако для выполнения гигантских задач ему нужна команда ученых из многих сфер. Это не то, что можно сделать в одиночку.

Хотя он смог в совершенстве спроектировать ионный двигатель, он не мог построить его сам. Ему понадобилась помощь других людей.

Чтобы изменить этот мир ему также нужна помощь других.

Как научный лидер, его обязанности выходили далеко за рамки исследований и открытий. Он также отвечал за воспитание следующего поколения ученых.

Чем ближе он становился к границам человеческих знаний, тем больше понимал, насколько важно раздвинуть сами границы.

Как и ожидал Лу Чжоу, через неделю после того, как он присоединился к программе, Министерство образования одобрило её.

Эта группа будет специализироваться на обучении талантов. Студентам второго курса бакалавриата разрешат подать заявки на перевод, а потом отберут 30 лучших студентов.

Как главный консультант, Лу Чжоу высказал много ценных идей относительно программы подготовки.

Он надеялся, что сможет использовать свой опыт, чтобы направить молодых студентов на правильный путь…

Хотя это отняло у Лу Чжоу немного времени, это не повлияло на его работу в Комитете по строительным работам на лунной орбите.

Когда октябрь подходил к концу, пришли хорошие новости от Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации.

После бесчисленных дней и месяцев разработок и испытаний второй компонент Лунной программы добычи полезных ископаемых, автоматизированная плавильное устройство, наконец-то стала реальностью.

Чанчжэн-5 доставил плавильное устройство в грузовой отсек Международной космической станции, после чего ее доставил до орбиты Луны Цюэцяо.

После недели напряженной работы, с помощью сотрудников Лунного дворца, автоматизированное плавильное устройство приземлилось на поверхность Луны, а затем соединилось с уже размещенным там автоматизированным горнодобывающим устройством.

С запуском горнодобывающего устройства, острое сверло врезалось в залежи титановой руды в лунном грунте, после чего руда направлялась в плавильное устройство.

Хотя данная производственная линия не отличалась высокой эффективностью, высококачественные материалы из титановых сплавов все еще получались медленными и устойчивыми темпами.

Посмотрев на ход выполнения задания системы, Лу Чжоу испытал удовлетворение. Значит, система учитывала его автоматизированную установку для добычи полезных ископаемых на Луне.

Такими темпами он сможет завершить задание в течении месяца.

Пока побочные задание стабильно выполнялись, прогресс основного задания тоже не стоял на месте.

Чтобы вылечить колониста, который все еще находился в коме, а также должным образом сохранить и исследовать образцы бактерий X-0172, лунный исследовательский центр получил финансирование от различных стран и собирался начать строиться.

Если все пойдет по плану, то его построят к середине следующего года.

Тем временем, с установкой нескольких экспериментальных модулей и многофункциональных служебных модулей второй этап строительства Лунного дворца тоже подойдет к концу.

Китайский проект Лунного дворца находился на финишной прямой, в то время как американский проект «Лунные врата» едва начался. НАСА со своей программой «Арес» получала волны критики.

Общественность когда-то поддерживала колонистов Новой Виргинии, но теперь это превратилось в разочарование. Хотя НАСА многого добилось за последние два десятилетия, все эти достижения были омрачены провалом программы.

Американские общественные деятели заявили, что последние 20 лет были пустой тратой времени.

Со времен холодной войны они медленно теряли свое преимущество в космической гонке…

Китайцы же не очень заботились о космической гонке и просто радовались своей космической станцией на орбите Луны.

Вся аэрокосмическая отрасль менялась.

Словно запустили ракету, толкающей всю отрасль вперед…

Казалось, что весь мир эволюционирует…

………………………………………….

До возвращения колонистов программы «Арес» на Землю оставалось всего три дня.

Лу Чжоу сел на скоростной поезд до Пекина и присутствовал на последней встрече по поводу спасательной операции.

После окончания встречи Лу Чжоу не сразу вернулся в свой отель. Вместо этого он отправился к директору Ли и передал ему план.

— План реорганизации Комитета? — Директор Ли увидел план и поправил очки. — Ты же не собираешься вновь все бросить?

Первоначально тоже самое случилось с термоядерным проектом.

После того, как проект достиг успехов, Лу Чжоу начал работать над своим следующим проектом. После успешного зажигания, Лу Чжоу уволился со своего поста главного конструктора.

Лу Чжоу посмотрел на директора Ли и улыбнулся.

— Не сейчас. После того, как будет построен лунный исследовательский центр, меня ждет еще одно большое дело. Я не оставлю свой пост главного конструктора, пока оно не будет завершено.

Директор Ли вздохнул с облегчением и ответил:

— Я впечатляюсь тем, как легко ты отказываешься от власти.

— Даже если вино хорошее, не стоит слишком напиваться… Лу Чжоу улыбнулся. — По крайней мере, для меня все, что не связано с исследованиями, в основном пустая трата времени.

— Что потом? После Луны, что ты планируешь делать дальше? Второе поколение термоядерного синтеза? Марс?

— Ни то, ни другое… — Лу Чжоу покачал головой. — Я сделал достаточно для аэрокосмической промышленности… Думаю, что выделю немного времени для себя, чтобы исследовать то, что меня интересует.

— Понимаю…

Хотя директор Ли не знал конкретно, что подразумевал Лу Чжоу, он знал, что чувствовал Лу Чжоу.

Директор Ли торжественно сказал:

— Когда уйдешь со своей должности в Комитете, если я еще не уйду на пенсию, можешь позвонить мне, если когда-нибудь что-нибудь понадобится. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе.

Лу Чжоу легонько улыбнулся.

— Обязательно.

— Кстати, могу я узнать, прежде чем покинуть пост… Что такого важного ты хочешь сделать?

Лу Чжоу ухмыльнулся и ответил:

— Помните конференцию год назад?

— Конечно. — Директор Ли улыбнулся. — Время действительно летит незаметно. До этого мы говорили о том, как приземлиться на Луне, а теперь мы говорим о строительстве домов на Луне.

— Мы можем сделать там больше, чем просто строить дома. Мы также можем вернуть лунные ресурсы на Землю. — Лу Чжоу достал ручку и нарисовал две линии на листе бумаги.

Директор Ли посмотрел на две прямые линии и прищурился. Он озадачился:

— Что это?

— Это последняя фаза транспортной системы Земля-Луна. — Лу Чжоу сделал паузу. — Помните проект ускорителя масс, о котором я говорил? Будет трудно построить его на Земле. Но мы можем попробовать построить его на Луне!

Глава 818. Местные деликатесы

Третий понедельник октября.

Он был особенным для двух сверхдержав космической гонки.

Согласно плану спасательной операции, объявленному на предыдущей пресс-конференции, сегодня два астронавта должны вернуться.

Величайшее спасение людей в истории наконец-то подошло к концу.

Два астронавта сильно намучились за последние пару месяцев, и оба были морально и физически истощены.

У астронавтов спросили их желания и по итогу Джулия, гражданка Нидерландов, вернется в Амстердам рейсом, предоставленным правительством Нидерландов, а Джонсон, будучи американцев, вернется на родину рейсом, организованным Белым домом.

Пекинский международный аэропорт.

Китайское правительство организовало грандиозную церемонию.

Джонсон стоял у специального входа службы безопасности и увидел человека, что разработал план спасения, главного конструктора Комитета по строительным работам на лунной орбите — Лу Чжоу.

— Спасибо. — Джонсон дрожа пожал руку Лу Чжоу. — Спасибо, что вернули нас с Марса!

Хотя Лу Чжоу самый крупный конкурент НАСА, это не помешало Джонсону выразить Лу Чжоу величайшее уважение и благодарность.

— Пожалуйста. — Улыбнулся Лу Чжоу, пожимая руку. — Приезжайте как-нибудь снова в Китай.

— Конечно. — Джонсон отпустил руку Лу Чжоу и посмотрел на американского посла, стоявшего рядом с ним. Он глубоко вздохнул. — Ладно… Мне пора уходить.

— Удачи. — Лу Чжоу махал рукой. — Передай привет Карсону.

— Обязательно!

Джонсон взял свою сумку и поднялся на борт самолета.

Через какое-то время люк закрылся, и самолет взлетел.

Самолет исчез за горизонтом.

Лу Чжоу посмотрел на улетающий самолет и прищурился.

Он уже собирался уходить, как Американский посол, стоявший рядом с ним, улыбнулся и сказал.

— Спасибо вам за все, что вы сделали для нас. Этот момент останется в истории.

— Не нужно меня благодарить. Хотя мы из разных стран, все мы люди. — Лу Чжоу пожал послу руку. — Мы должны работать вместе.

Посол улыбнулся.

— Верно.

После церемонии был запланирован банкет.

Лу Чжоу не нравились подобные мероприятия, поэтому он решил не посещать его и вернулся в отель.

В отеле Лу Чжоу попросил одолжить принтер и велел сотрудникам прислать его в его номер. Вернувшись в номер, он достал незаконченную статью по ускорителю масс. Он сел за свой стол и какое-то время думал над ней, прежде чем начал дописывать ее.

В действительности идея построить ускоритель масс на Луне не что-то новое.

Еще в 2012 году у НАСА появилась похожая идея. Они даже провели техническую демонстрацию, и соответствующие статьи можно найти в открытом доступе.

Технология ускорения в ускорителе масс аналогична технологии, используемой магнитными поездами.

Используя длинный и узкий трек с электромагнитным ускорением, руду или космический корабль можно было разогнать до орбитальной скорости, после чего выстрелить им до орбиты.

И хотя в теории принцип прост, воплотить его в реальность куда сложнее.

Будучи главным конструктором, Лу Чжоу не нужно создавать подробный чертеж всего проекта, а нужно лишь провести общую оценку проекта.

Например, какой длины должен быть трек? Какова стоимость будет одного метра? Технически осуществимо ли это? Какие риски? И самое главное, где его нужно строить.

Лу Чжоу уже попросил исследователей из Лунного дворца собрать все соответствующие данные.

С его 5 уровнем инженерного дела, ему не составило большого труда завершить статью.

Лу Чжоу щелкнул мышью и нажал на печать.

Вскоре после этого принтер в его комнате начал гудеть и выплевывать свеженапечатанные страницы.

Лу Чжоу посмотрел на страницы и начал перепроверять статью. Он понял, что немного проголодался. Внезапно он услышал стук в дверь. Вошел Ван Пэн с пакетом в руках.

— Все еще работаешь?

— Да. — Лу Чжоу отложил статью и заметил пакет. — Что это?

— Я ходил в офис во второй половине дня и на обрат пути купить местные деликатесы.

Ван Пэн положил пакет на стол Лу Чжоу.

— Это утка по-пекински? — Глаза Лу Чжоу загорелись. — Восхитительно, где купил?

— В местной лавке. — Ван Пэн улыбнулся. — Она не очень известна, но готовим аутентично.

— Приятно пахнет. — Лу Чжоу открыл пакет и понюхал. Он посмотрел на восхитительную хрустящую жареную утку и добавил. — Было бы идеально, если еще было пиво.

Ван Пэн, который только сел на диван, встал.

— Какое ты пьешь, я схожу куплю.

— Нет, не надо, я могу позвоню на стойку регистрации и просто закажу. — Лу Чжоу открыл ящик стола и достал папку. Он положил статью в папку и сказал. — По сравнению с этой мелочью. я должен обеспокоить тебя доставкой.

Ван Пэн сразу же спросил:

— Куда?

Лу Чжоу передал Ван Пену папку.

— На Чанъаньцзе. Думаю, ты сам знаешь кому там передать.

Глава 819. Кто их остановит?

Последняя часть путешествия всегда самая трудная.

После более чем десятичасового полета из Китая в США самолет приземлился на посадочной полосе международного аэропорта Лос-Анджелеса.

Аэропорт готовился к этому рейсу со вчерашнего дня.

Вдоль VIP полосы аэропорта вывесили флаги Китая и США.

Местные власти штата, представители граждан, а также чиновники из Белого дома и НАСА собрались около трапа самолета. Под камерами СМИ, они приветствовали возвращение своего астронавта.

— Добро пожаловать домой, герой. — Вице-президент пожал Джонсону руку. — Ты, должно быть, через многое прошел.

— Спасибо. — Джонсон поблагодарил вице-президента, а потом измученно поинтересовался. — Где моя жена?

— Она здесь с детьми.

Вице-президент отошел в сторону.

Тут же красивый светловолосый ребенок бросился в объятия Джонсона.

— Папа!

— О, малышка… Ты скучала по папе? — Спросил Джонсон, поглаживая голову своей дочери. На его усталом лице появилась улыбка.

Ангельская улыбка его дочери заставила всю его усталость исчезнуть.

Его жена подошла к нему со слезами на глазах. Двое других его сыновей были рядом с ней. Он обнял их всех.

Обнимая мужа, Джулия сказала:

— Ты наконец-то вернулся.

Джонсон уткнулся носом в волосы своей жены и глубоко вздохнул, а потом извинился:

— Мне жаль…

Неподалеку камеры журналистов запечатлели этот трогательный момент, показав его по национальному телевидению.

Однако для Джонсона это не имело значения.

Главное, что все трудности, которые он преодолел, были не напрасны.

Потому что он наконец-то был дома…

После того, как Джонсон отпустил свою жену, он пожал руки всем, кто пришел поприветствовать его возвращение.

Хотя программа «Арес» провалилась, никто не винил героя, который рисковал своей жизнью в ней.

Возможность вернуться с расстояния в десятки миллионов километров невероятно само по себе.

Сев в VIP машину, Джонсон облокотился на спинку сиденья и расслабился. Он ожидал, что к нему присоединится его семья, но вместо этого директор Карсон и вице-президент сели в машину.

Дверь машины закрылась.

Джонсон посмотрел на вице-президента, севшего напротив него, и спросил:

— Вы собираетесь отвезти меня и мою семью обратно в Аризону на этой машине?

— Не совсем, сначала мы организуем для вас номер в отеле в Лос-Анджелесе. Вы отправитесь домой через неделю. — Ответил вице-президент. Он посмотрел на директора Карсона. — Мне жаль прерывать твое воссоединение с семьей, но директор Карсон и я… хотим обсудить с тобой кое-что.

— Относительно Лунного дворца и Сягуана… И всего остального, что ты видел. — Карсон выдавил улыбку. — Ты знаешь, что китайцы не позволили бы, чтобы ты все рассказал через их каналы.

Джонсон сказал.

— Я не думаю, что китайцев это волнует, иначе они не позволили бы мне вернуться.

Директор Карсон и вице-президент переглянулись.

— Может, тебе нужно немного отдохнуть? Если хочешь, то мы можешь обсудить все завтра…

— Не надо. — Джонсон покачал головой. — Давайте поговорим сейчас, это не займет много времени. Я не хочу тратить завтрашний день на обсуждение этого.

— Хорошо, спасибо за сотрудничество. — Директор Карсон ободряюще посмотрел на него. — Тогда… Давайте начнем с Сягуана.

Джонсон кивнул:

— Без проблем, я расскажу все, что видел… Надеюсь, вы не будете слишком удивляться.

Он закрыл глаза и начал вспоминать. Когда директор НАСА Карсон и вице-президент сели напротив него, он начал рассказывать о своем возвращении на Землю.

— Китайский корабль большой, у него два крыла и голубое пламя вырывалось из задней части… Думаю, это не пламя, а может плазма? Когда я посмотрел на корабль в своей спасательной капсуле, мне показалось, что капсула была крошечной парусной лодкой, плывущей рядом с гигантским кораблем. Они с легкостью взяли спасательную капсулу и снабдили нас едой и водой… Они даже предоставили нам отдельные ванные комнаты.

— Каюты Сягуана судя по всему предназначались для использования в качестве склада, но оборудовано все было на хорошем уровне. Самым поразительным был их подход к электричеству. Казалось, что у них неограниченный запас энергии. Никто не говорил нам, сколько электричества или воды мы можем использовать. Помимо изоляции нас в наших комнатах в определенные часы дня, на Сягуане было много свободы. Почти как на круизном лайнере.

— Но Лунный дворец поражает еще сильнее. — Джонсон эмоционально произнес. — Он напоминает замок… Замок, парящий в небе. Солнечные панели и генераторы, как сад. Любой космический корабль кажется крошечным по сравнению с ними.

Очевидно, что Лунный дворец произвел на него огромное впечатление.

В течение следующих десяти минут он описывал свою жизнь в Лунном дворце.

Два человека, сидевшие напротив него, молча слушали.

После того, как Джонсон закончил рассказывать, внутри машины на некоторое время воцарилась тишина.

Вице-президент глубоко вздохнул и достал очки. Он протер очки салфеткой и дрожащим голосом произнес.

— Это невероятно.

Если наш астронавт говорит правду…

Тогда Китай невообразимо силен в аэрокосмической отрасли!

Джонсон ухмыльнулся и с сарказмом ответил:

— Это правда невероятно…

Он выглянул из окна машины и увидел неподалеку куполообразное здание, он прищурился и из любопытства поинтересовался:

— Что это?

Прошло пять лет с момента его последнего посещения Лос-Анджелеса.

Он не помнил, чтобы видел тогда эту странную постройку рядом с аэропортом.

— Это? Это наш национальный термоядерный реактор, калифорнийское «искусственное солнце». — Вице-президент улыбнулся и посмотрел на директора Карсона, приободряюще сказав. — Все в порядке, не нужно расстраиваться. Хотя программа «Арес» провалилась, решимость правительства в отношении космоса остается прежней.

— Искусственное солнце… — Джонсон улыбнулся и пессимистично сказал. — К моменту, когда мы закончим его строительство, они построят термоядерный реактор на Луне.

Хотя Джонсон не говорил про кого он, всем было итак очевидно.

Вице-президент подсознательно парировал:

— Им не разрешено проводить ядерные испытания на Луне.

— Возможно. — Джонсон не хотел продолжать этот разговор. — Но если они это сделают, кто их остановит? Директор Карсон? Президент? Конгресс?

Боюсь… Что никто не может остановить китайцев.

Глава 820. Лунный ускоритель масс

Пекин.

Конференц-зал на Чанъаньцзе.

Академик Ван Жунцзюнь в сером пальто медленно вошел в конференц-зал и нашел свое место. Он поставил свою термо-кружку на стол.

Он посмотрел на стол и попытался найти документы касательно собрания, но вообще ничего не обнаружил.

Академик Ван Жунцзюнь ничего не понимал и уже собирался обратиться к кому-то из сотрудников, когда услышал голос рядом с собой.

— Старый Ван, что ты здесь делаешь?

Ван Жунцзюнь оглянулся и увидел главного инженера академика Ли Цинцюаня из Китайской железнодорожной компании, который шел к нему.

Встретив своего старого друга тут, Ван Жунцзюнь удивился!

— Это я должен тебя спрашивать! Я тебя звал выпить со мной, но ты сказал, что на встрече в другом городе, как так вышло, что ты оказался в Пекине?

— Да, у меня была встреча в другом городе, но внезапно мне позвонили из Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности и сказали, что здесь секретное собрание. Они даже купили мне билеты на самолет. Я тебе не стал говорить про нее, поскольку считал ее конфиденциальной. — Академик Ли Цинцюань кашлянул. — Не ожидал, что тебя тоже пригласят.

— Если даже тебя пригласили, то очевидно пригласят и меня. — Академик Ван взял свою кружку и открутил крышку. Он сделал глоток и оглядел переполненный зал. — Здесь довольно много влиятельных лиц.

Были приглашены не только академики из Китайской железнодорожной компании, но и академики из Китайских аэрокосмических компаний.

Кроме них присутствовали еще незнакомые лица. Они не выглядели, как кто-то из отрасли или академических кругов. Они выглядели так, словно пришли из военных учреждений.

Он начал вспоминать телефонный звонок, что получил два дня назад.

Во время телефонного разговора человек не сообщил ему по поводу чего собрание. Однако, глядя на присутствующих здесь, можно догадаться, что встреча была очень важной.

— Да. — Кивнул академик Ли. — Здесь собрались все крупные представители транспортной отрасли… Может быть, наша страна хочет разработать новый проект сверхскоростной железной дороги?

Глаза академика Ли Цинцюаня загорелись, и он перевозбудился от этой мысли.

Сверхскоростная железная дорога концепция, предложенная Китайской аэрокосмической научно-технической корпорацией. В ней использовалась технология «магнитной левитации и вакуумного трубопровода» для достижения сверхзвуковых скоростей. В теории скорость могла достигать 1000 километров в час.

Когда скорость поездов Китая достигла 350 километров в час, появился план по строительству сверхскоростной железнодорожной системы. Было доказано, что он осуществим, и многие академики поддержали его. Однако проект так и не начался.

Это связано с соображениями безопасности, а также с тем, что в Китае уже была железнодорожная система со скоростью 350 километров в час, поэтому особого спроса на гораздо более быструю железную дорогу не было.

Для Китая более выгодно и важно было экспортировать свои железнодорожные технологии в другие страны третьего мира, например, в африканские страны.

Однако в этот день Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности неожиданно пригласило на это собрание много людей из транспортной отрасли. Многие пришли в восторг.

— Кто ж знает… — Академик Ван Жунцзюнь покачал головой. — Посмотрим, что нам скажут.

— Ты прав. — Академик Ли Цинцюань улыбнулся. — Все вот-вот начнется, наверняка они расскажут нам зачем всех здесь собрали.

Когда наступило десять часов, и все участники собрались в конференц-зале, сотрудники закрыли двери главного входа, и встреча официально началась.

Ведущим встречи был директор Ли. Когда он вышел на сцену, все перешептывания в зале стихли. Многие с серьезными лицами посмотрели на него.

— Большое вам всем спасибо за то, что нашли время в своем плотном графике и приехали. — Директор Ли откашлялся. — Мы пригласили вас сегодня, потому что есть важный вопрос, который необходимо обсудить со специалистами. Из-за его конфиденциального характера мы не могли раскрыть какую-либо информацию до этого собрания. Я надеюсь, вы все понимаете. Также надеюсь, что вы сможете сохранить содержание встречи в строжайшей тайне. В то же время, не стесняйтесь высказывать свое собственное мнение. Если у вас есть какие-то хорошие идеи, поделитесь ими.

На экране в конференц-зале отобразилось изображение.

Как только все увидели изображение, в ранее тихом конференц-зале стало шумно.

Присутствующие удивленно переглядывались.

Лунный ускоритель масс!

У людей были свои предположения, о чем Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности хотело говорить сегодня, но никто не ожидал, что собрание будет посвящено ускорителю масс на Луне.

Академик Ли Цинцюань слегка разочаровался, что тема не касалась сверхскоростной железной дороге. Академик Ван Жунцзюнь сидел с широко открытым ртом.

Через некоторое время Ван Жунцзюнь спросил:

— Они строят высокоскоростную железную дорогу на Луне?

Директор Ли откашлялся и заговорил серьезным тоном.

— Согласно планам строительства, предоставленным Комитетом по строительным работам на лунной орбите, мы планируем построить ускоритель масс в лунном кратере…

— С помощью электромагнитного ускорения, объект будет разгоняться до скорости отрывания от Луны, а затем выводиться на лунную орбиту по касательной траектории…

— Строительство начнется одновременно с лунным исследовательским центром. Бюджет проекта на первый этап составляет 200 миллиардов юаней. В нем примут участие более 70 университетов, научно-исследовательских институтов и компаний.

Академик Ли Цинцюань слушал выступление директора Ли с легкой улыбкой.

200 миллиардов юаней на первый этап проекта!

Они фактически строят еще один Лунный дворец на Луне!

Академик Ван Жунцзюнь нахмурился, глядя на презентацию на экране, и внезапно сказал:

— Построить его будет чрезвычайно сложно. Даже если мы его построим, энергопотребление будет астрономическим! Боюсь, нам придется построить термоядерный реактор на Луне только для того, чтобы обеспечить эту огромную пушку.

— Пушку? — Академик Ли Цинцюань нахмурился. — О чем ты?

Академик Ван Жунцзюнь ответил:

— По сути, это большая пушка.

Электромагнитное ускорение может разогнать объект до скорости более двух километров в секунду.

Это намного быстрее, чем любой пушечный снаряд.

Ли Цинцюань посмотрел на презентацию и с волнением сказал:

— Они отложили проект сверхскоростной железной дороги по крайней мере на десятилетие.

Академик Ван Жунцзюнь не знал, почему его друг заговорил об этом, поэтому он посмотрел на него и спросил:

— Наверное… А что?

— Тот проект поддержало много академиков, да?

— К чему ты ведешь?

Академик Ли Цинцюань вздохнул:

— Ничего, я просто немного взволнован.

Проект сверхскоростной железной дороги также обошелся бы в пару сотен миллиардов, но он так и не был одобрен. А эта огромная пушка была одобрена лишь при поддержке одного человека.

Множество академиков не могло сравниться с одним человеком.

Никогда в стране еще не было ученого с таким влиянием, как у Лу Чжоу…

Глава 821. Я хочу изучать математику вместе с тобой

Академик Ли завидовал не без причины.

Почти все китайское научное сообщество завидовало Лу Чжоу.

Имея за плечами Нобелевскую премию и Филдсовскую премию, не говоря уже о двух званиях академика, он мог с легкостью добиться финансирования в десятизначное число, просто написав письмо. А тысячам ученых пришлось убиться лишь бы отправить это письмо.

И ему еще не исполнилось тридцати…

Он уже величайший из всех ученых.

Однако можно не только завидовать.

Помимо зависти академик Ли Цинцюань искренне восхищался Лу Чжоу. На достижения профессора Лу в Китае большинству потребовалось бы несколько жизней.

Поэтому не удивительно, что правительство так к нему относилось.

Лу Чжоу вырвался далеко вперед от простых ученых.

Когда закончилась встреча относительно лунного ускорителя масс, Лу Чжоу уже покинул Пекин и направлялся обратно в Цзиньлин.

Сейчас он закончил всю свою работу в Комитете по строительным работам на лунной орбите. Наконец-то у него появилось немного времени, чтобы отложить в сторону дела комитета и сосредоточиться на университете.

Не говоря уже о том, что ему все еще надо заниматься работами своих студентов. Следовательно, он должен был приходить каждый день к себе в кабинет.

— Вчера я получил ответ из редакционного отдела Материалс ревью. Поздравляю, твоя работа будет опубликована.

Хань Мэнци стояла перед столом Лу Чжоу, и ей было приятно услышать хорошие новости. Она вздохнула с облегчением, а на ее лице появилась улыбка.

Последние шесть месяцев она готовилась к сдачи этой работы. Узел в ее сердце наконец-то развязался, и она могла сделать перерыв, по крайней мере, до следующего лета.

Лу Чжоу посмотрел на Хань Мэнци и улыбнулся.

— Пока не расслабляйся, ты думала, что будешь делать после окончания?

Хань Мэнци почесала затылок и покачала головой. Она немного заколебалась:

— Я… Не думала не этим.

— Тогда начни. — Лу Чжоу серьезно взглянул на нее и сказал. — Если хочешь идти в аспирантуру, то должна подготовиться. Если планируешь искать работу, то тебе следует поискать хорошую стажировку. Если уже что-то приметила, то я могу написать для тебя рекомендательное письмо.

Хань Мэнци посмотрела в пол и смущенно спросила:

— Профессор, могу я спросить?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Спрашивай, отвечать на вопросы — моя работа.

— Получение докторской степени… На что похоже?

— На что похоже? Это довольно абстрактный вопрос. — Лу Чжоу немного обдумал ответ и продолжил. — Как бы мне описать… В действительности, это похоже на то, что ты делаешь прямо сейчас. Единственная разница в твоем подходе.

— Подходе? — Хань Мэнци склонила голову набок. — Можно более конкретно?

— Если просто, то аспиранты и магистранты делают примерно одно и то же. Разница в том, что студенты магистратуры в основном сосредоточены на изучении инструментов для исследований, таких как графические модели и подобного. Они используют эти инструменты для решения небольших проблем, с которыми сталкиваются в своих исследованиях. На этом этапе руководитель предлагает инструменты для решения задач.

— Но в случае с аспирантами… — Лу Чжоу вспомнил времена, когда сам был аспирантом. — Аспиранты используют новые инструменты для решения новых задач, которые они находят самостоятельно или получают от руководителей. На этом этапе у аспирантов появляется возможность находить новые проблемы. Они также могут создавать новые инструменты. В общем, ты проводишь исследования самостоятельно… Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать?

— А…

Хань Мэнци внезапно опомнилась и внезапно пришла в себя.

Она заметила, что Лу Чжоу пристально смотрит на нее, и покраснела, почесав затылок, ответила:

— Извиняюсь… Я немного отвлеклась.

— Все в порядке, тебя сейчас одолевает множество мыслей. Всякий раз, когда я в что-то погружаюсь и не могу решить, то теряю концентрацию. Не нужно извиняться.

— Вас тоже одолевают проблемы?

Лу Чжоу поиграл ручкой в своей руке. Он замолчал, словно не знал, как ответить на этот вопрос.

Однако, немного поразмыслив, он дал неопределенный ответ:

— Конечно, каждый время от времени сталкивается с трудными проблемами. Даже я не всегда могу принять правильное решение. Даже сегодня существует проблема, для которой я не могу придумать хорошего решения.

Хань Мэнци внезапно стало любопытно, о какой проблеме говорил Лу Чжоу.

Хань Мэнци глубоко вздохнула и набралась смелости, чтобы спросить.

— Что за проблема?

— Личная… — Лу Чжоу кашлянул. — В любом случае, ты талантлива. Если продолжишь научный путь, то я бы порекомендовал тебе выбрать область вычислительного материаловедения. В таких направлениях, как фаза Берри и топологические эффекты в фононах, разработка 3D материалов или хранение водорода. Все это популярные области, в которых достаточно легко добиться результатов.

Десять лет назад вычислительное материаловедение было все еще новой областью, но теперь она созрела. Особенно после присуждения Нобелевской премии по химии в 2018 году многие научно-исследовательские институты открыли отдел исследований в области вычислительного материаловедения. Как правило исследовательские отделы нанимали талантливых аспирантов.

Что касается простоты исследований…

То это все только относительно исследований института Лу Чжоу.

Институт перспективных исследований был ведущим мировым учреждением в таких областях, как аэрокосмические материалы, углеродные материалы и новая энергетика. Многие научные журналы по материаловедению даже сохраняли статьи от этого института. Поэтому Институту перспективных исследований было легко добиваться успехов в этой отрасли.

Хань Мэнци на какое-то время замолчала, а Лу Чжоу смотрел на нее, поигрывая ручкой. Лу Чжоу внезапно спросил:

— О чем задумалась?

— Думаю…

Хань Мэнци прикусила губу и долго размышляла.

Наконец, она решительно подняла глаза и ответила:

— Я хочу… изучать математику вместе с тобой!

— А?

Глава 822. Экзамен из одной задачки

Изучать…

Математику?

Лу Чжоу впал в ступор.

Он помолчал какое-то время, а потом кашлянул и ответил:

— Вычислительное материаловедение также часть математики.

— Я не хочу заниматься вычислительным материаловедением. —. Хань Мэнци упрямо покачала головой. — Я хочу изучать лишь математику.

Посчитав, что звучит слишком расплывчато, она добавила:

— Я говорю о чистой математике.

— Чистую математику…

От ее просьбы у Лу Чжоу внезапно разболелась голова.

Обычно он не хотел указывать другим, что делать… Но…

Лу Чжоу отложил ручку и скрестил пальцы. Он посмотрел на Хань Мэнци и со всей серьезностью спросил:

— Можешь сказать мне причину? Ты занималась материаловедением три года, почему ты решила переключиться на математику?

Вообще, достаточно распространенное явление, когда люди с чистой математики переключались на другую область. Однако наоборот поступали очень редко.

Будь это кто-то другой, Лу Чжоу было бы все равно. Но Хан Мэнци самая талантливая из его учеников.

Даже Джерик, который учился в Массачусетском технологическом институте, не был настолько талантливым.

Очевидно, Лу Чжоу немного разочаровался от того, что она хотела поменять область.

В конце концов, он потратил много сил на ее обучение.

Столкнувшись с пристальным взглядом Лу Чжоу, Хань Мэнци отвела взгляд и немного заколебалась.

— Мне вообще не нравится химия… Я изначально хотела перевестись на математику. Но университет организовал этот курс, где вы преподавали, а у меня были хорошие оценки. Преподаватели уговорили меня, и я записалась…

Ей показалось, что это слишком незрелая причина, поэтому она замолчала.

Перевестись?

Лу Чжоу пораженно замер.

Боже, ты заканчиваешь магистратуру, но все еще хочешь сменить специальность, потому что тебе так хотелось в восемнадцать лет?

— Ничего такого, я тоже перевелся на математический… — Лу Чжоу попытался убедить ее. — Главное не это, а то, что подходит тебе.

— Нет. — Хань Мэнци покачала головой и серьезно посмотрела на Лу Чжоу. — Главное, нравится мне или нет.

Лу Чжоу посмотрел на ее серьезное лицо и замолчал.

Если так подумать, то она впервые оспорила его слова.

Лу Чжоу вспомнил свои слова и вздохнул.

— Ты права, интерес — лучший учитель.

Даже не будь у него системы, он все равно бы изучал математику из чистого интереса. Ему очень нравилось решать математические задачи и погружаться в мир математики.

Если его лучший ученик хотел изучать математику…

Он не должен убеждать ее в обратном.

Даже если вычислительное материаловедение лучший для нее выбор.

Услышав одобрение Лу Чжоу, Хань Мэнци обрадовалась и сказала:

— Тогда…

Лу Чжоу оборвал её:

— Я не буду тебя останавливать, но нелегко стать моим аспирантом по математике… Особенно, если мы говорим о чистой математике.

Хань Мэнци прикусила губу и решительно произнесла.

— Не важно… Я буду усердно работать.

— Не всего можно достичь лишь стараниями. Математика требует таланта, особенно чистая математика. Есть много людей, которые занимаются математику, но очень немногие способны выдать результаты. Некоторые проводят всю жизнь за изучением и обобщением знаний предшественников, так и не создав ничего самостоятельно.

Лу Чжоу достал листок и взял ручку. Немного подумав, он написал строку.

«Для любого действительного числа s > 1 установим ζ(s) = Σ1/(m^s)…»

Хань Мэнци посмотрела на формулу и нахмурилась.

— Это?

Выглядит просто.

— Это дзета-функция Римана.

После этого он дописал еще одну строчку.

«…Доказать, что ζ(2n) трансцендентное число.»

Хань Мэнци слышала о Римане раньше и поняла, что задачка не простая. С дрожью в голосе она спросила:

— Такое сложное задание?

— Не считай его сложным только потому, что это Риман. Он мертв уже больше века. — Лу Чжоу улыбнулся и протянул Хань Мэнци листок бумаги. — И это не задание, а экзамен.

— Экзамен?

— Да. — Лу Чжоу кивнул. — Если сможешь решить задачу, то сможешь получать докторскую под моим руководством.

После небольшой паузы он добавил:

— Конечно, если хочешь заняться вычислительным материаловедением, то мой кабинет всегда открыт для тебя.

В конце концов, Лу Чжоу вполне устраивала ее статья. Если бы она перестала романтизировать математику и вернуться к вычислительному материаловедению, он с радостью примет ее.

А если она хочет заниматься чистой математикой… То это не так просто.

Хань Мэнци посмотрела на листок и задачу и у нее закружилась голова.

Она даже не поняла вопроса.

Занимаясь вычислительным материаловедениям, математические методы, которые она использовала, были в основном из функционального анализа, геометрии и топологии. Она никогда раньше не изучала аналитическую теорию чисел…

Однако…

Сдаваться не для нее.

Хань Мэнци посмотрела на Лу Чжоу и стиснула зубы.

— Не ждите, что я отступлю… Я все изучу.

— Почему же, я с нетерпением жду твоего решения. — Лу Чжоу улыбнулся. — Однако у тебя есть только два месяца. Жду решение к концу года.

— Мне не нужно два месяца, одного месяца хватит.

Она взяла листок и вышла из кабинета.

Как только дверь кабинета закрылась, в кабинете снова воцарилась тишина.

Лу Чжоу посмотрел на Хэ Чанвэня, который сидел за соседним столом. Хэ Чанвэнь был его аспирантом, изучающий чистую математику.

— Чанвэнь, если бы я попросил тебя доказать, что ζ(2n) является трансцендентным числом, сколько различных доказательств ты мог бы придумать?

Хэ Чанвэнь, который что-то писал, задумался.

— Я могу придумать… Один способ… Хотя нет, два способа.

Последняя часть звучала утвердительно.

Лу Чжоу кивнул:

— Два способа довольно хорошо.

Хэ Чанвэнь с колебанием спросил:

— Не слишком ли сложен этот вопрос для студента магистратуры?

Он не мог не слышать их разговор.

Для большинства людей, которые не изучали математику на бакалавриате или магистратуре, этот вопрос будет действительно сложным.

Это не только проверка знаний нужных математический методом, но и проверка абстрактного математического мышления. Студентам математикам это дается не очень легко, а тому, кто не занимался раньше математикой.

Лу Чжоу слегка улыбнулся.

— Аспиранты должны уметь сами задавать вопросы и находить ответы. Если она сможет сама придумать решение, будет здорово. Если она не сможет, то значит, что она не талантлива в этой сфере. И ей следует получше подумать, чем она хочет заниматься дальше.

Глава 823. Письмо от Международного математического союза

Если честно, то Лу Чжоу надеялся, что Хань Мэнци откажется от чистой математики из-за этой задачки.

Хотя это открытая задача, любой специалист в этой области знал, что решить ее нелегко.

Потому что она связана с классической проблемой дзета-функции Римана.

Как и сказал Хэ Чанвэнь, это не то, что может решить человек не из сферы.

Помимо обладания достаточным талантом, она самостоятельно должна овладеть соответствующими знаниями теории чисел, найти литературу, касающуюся дзета-функции Римана, и самостоятельно изучить некоторые вопросы…

Но если она действительно обладает достаточным талантом в области чистой математики, то Лу Чжоу с радостью примет ее в качестве ученицы.

В последнее время Лу Чжоу думал над одной проблемой.

«Медаль», которую он получил от цивилизации более высокого уровня недавно, дала ему важную информацию.

Люди не одиноки во вселенной. За людьми даже наблюдали более развитые цивилизации, но не вступали с ними в контакт.

Это возможно из-за множества причин. Может это связано с большими расстояниями в космосе, или социальными нормами других цивилизаций. Или же сами цивилизации уже исчезли тысячи лет назад…

Но независимо от причины именно система содержала информацию об этой развитой цивилизации. И скорее всего только от нее он сможет получить ее.

И судя по всему только достигнув десятого уровня по всем дисциплинам он сможет раскрыть ее.

Но если он хочет повысить уровень остальных дисциплин до десятого, то ему сначала надо повысить уровень математики, поскольку именно она устанавливала верхнюю планку для остальных.

Единственная проблема была в том, что получить 3 миллиона очков опыта не так-то просто.

Только венец математики, гипотеза Римана, способна дать столько очков опыта.

Его текущее задание шло плавно и не осталось уже никаких трудностей. Увеличив возможности перевозок до Луны, только вопрос времени, когда будут доделаны остальные проекты.

Благодаря этому у Лу Чжоу появились силы на математические исследования.

Из своего прошлого опыта он понял, что проект, над которым он сейчас работает, с высокой вероятностью станет целью следующего задания системы. Поэтому никогда не мешало подготовиться заранее.

На следующий день после выдачи экзаменационного задания Хань Мэнци. Лу Чжоу пришел к себе в кабинет в восемь утра. Он положил свой ноутбук на стол и попросил помощницу Чжао приготовить ему чашку кофе, после чего сел и начал работать.

Принеся ему чашку горячего кофе, Чжао Хуань достала бумаги и положила их перед Лу Чжоу:

— Профессор, когда вы вчера уже ушли, приходил ректор Сюй и попросил передать это.

Протокол собрания относительно курса Свет молодости?

Посмотрев на название документа, Лу Чжоу удивленно вскинул брови. Он протянул руку и пролистал документ.

— Я ознакомлюсь с ним.

— Хорошо, профессор!

Помощница кивнула и вернулась к своему столу.

Лу Чжоу облокотился на спинку, начал пить кофе и читать протокол собрания.

В целом, новая программа Цзиньлинского университета шла гладко. Они получили одобрение от соответствующих правительственных ведомств и собирались отобрать первую группу студентов.

Лу Чжоу откашлялся и посмотрел на Хэ Чанвэня, который сидел неподалеку и читал статьи.

— Чанвэнь, у меня для тебя есть задание.

Хэ Чанвэнь с волнением поднял глаза.

— Конечно, профессор, что это за исследовательский проект?

Он уже был аспирантом под руководством Лу Чжоу почти три года. И хотя он добился определенных успехов, все они достаточно незначительны. Он не особенно талантлив, а Лу Чжоу слишком занят, поэтому большую часть работ он в основном делал самостоятельно.

Теперь, когда Лу Чжоу внезапно сказал, что нужно кое-что сделать, он очень разволновался.

— Э-э… Это не исследовательский проект.

Лу Чжоу посмотрел, как он радуется, и понял его мысли.

Хотя Лу Чжоу не хотел разрушать его мечты, но было еще рано давать ему исследовательский проект.

Прочистив горло, Лу Чжоу продолжил:

— Послезавтра сходи в лекционный зал 101 в корпусе А. Там будут студенты старших курсов. Выбери тему с осторожностью, чтобы сильно не перегружать студентов. Подготовь план занятия и покажи мне завтра.

Услышал, что надо просто провести занятие у студентов, Хэ Чанвэнь нахмурился:

— Профессор, можете дать мне что-то посущественнее?

Лу Чжоу кашлянул:

— Усердно работай, это твое задание… Если справишься, то тебя будут ждать более сложные задания.

— Понял…

Лу Чжоу собирался приступить к работе, когда на его ноутбуке появилось уведомление от Сяо Ая.

«Хозяин, у вас новое письмо ヾ (● ゚▽ ゚●)»

«Ссылка»

Лу Чжоу отложил ручку и нажал на ссылку, которую прислал ему Сяо Ай.

Он увидел непрочитанное письмо почтовом ящике.

Увидев, что письмо от международного математического союза, он удивился.

Международный математический союз?

Лу Чжоу быстро открыл письмо и начал его читать.

«Уважаемый профессор Лу Чжоу, извините, что беспокою вас при вашем напряженном графике. Согласно голосам всех представителей, на последнем Международном конгрессе математиков, следующий конгресс состоится в Санкт-Петербурге, в 2022 году. От имени организации я приглашаю вас посетить его и надеюсь, что вы сможете выступить с часовой лекцией на конгрессе…

Если вы заинтересованы, мы вышлем вам официальное письменное приглашение. Если вы заняты исследованиями и у вас нет времени посетить его, пожалуйста, сообщите нам об этом…

Геральд Холден, президент Международного математического союза.»

Внимательно прочитав письмо, Лу Чжоу подумал и написал ответ.

«Уважаемый профессор Геральд Холден, для меня большая честь получить ваше приглашение.

Я хочу посетить Международный конгресс математиков в Санкт-Петербурге, но не могу гарантировать, что смогу. Если все сложиться хорошо, и я смогу присутствовать, я отправлю материалы для своей лекции до истечения крайнего срока.»

Лу Чжоу отправил письмо, после чего облокотился на спинку кресла и посмотрел в окно.

Время действительно пролетело незаметно…

Прошло почти четыре года с момента последнего конгресса математиков.

Лу Чжоу посмотрел на вид за своим окном и не мог не вспомнить события четырехлетней давности.

Тогда он все еще был профессором в Принстоне, изучая секреты уравнений Навье–Стокса. Тогда он жил абсолютно другой жизнью.

Вспоминая те времена, он заскучал по ним.

Ему стало интересно, как поживают его друзья в Принстоне…

Глава 824. Далекие друзья

На другой стороне Земли.

В Принстоне был уже поздний вечер, только в нескольких библиотечных кабинетах горел свет.

В библиотечной комнате Вера положила на стол стопку статей. Она провела пальцем по строчке с расчетами и тихо произнесла:

— На двадцать седьмой странице в одиннадцатой строке проблема с вычислениями.

Она не сильно изменилась за последние три года. Только ее короткий конский хвост стал ниже предплечий.

Будь на ней была длинная юбка, то ее можно было бы даже принять за настоящую принцессу. К сожалению, она часто носила простую подростковую одежду, из-за чего ее часто принимали за приезжую старшеклассницу…

— Ох… Боже, ты даже более строгая, чем мой научный руководитель… — Молина потерла мешки под глазами и взяла ручку со стола. Она потянулась и встала.

Ей не нравилось засиживаться тут допоздна, от чего у нее болели плечи и спина. Хотя она была одним из самых молодых преподавателей, она все еще сравнительно стара.

По крайней мере, по сравнению с Верой…

Вера смущенно улыбнулась:

— О чем ты, я все еще далеко позади от Софи Морель.

Софи Морель была научным руководителем у Молины в аспирантуре. Они долгое время работали над гипотезой Римана. Упустив Нобелевской премию 2018 года Софи отказалась от гипотезы Римана и начала исследовать другие области, где продвигалась достаточно успешно.

С другой стороны, Молина все еще увязла в этом извечном вопросе. Хотя она прошла путь от аспирантки до преподавателя Принстонского университета, ее желание решить эту задачу никуда не делось.

Что касается того, как они сошлись с Верой, то это долгая история.

В общем, прямо сейчас они вдвоем были в одной исследовательской группе и имели одну и ту же цель — решить гипотезу Римана.

— Не скромничай, Вера. Эта трусиха никогда не смогла бы так красиво доказать теорему Какутани о неподвижной точке. Она никогда не смогла бы так тщательно изучить такую задачу…— Сказала Молина и раздраженно почесала затылок. —Черт, мне давно следовало вспомнить об алгоритме Одлызко — Шёнхаге.

— Точно, алгоритм Одлызко–Шёнхаге, — Тихо сказала Вера. Она записала две строки вычислений на листке. — После того, как мы исправим алгоритм, мы сможем доказать, что 40% нетривиальных нулевых точек находятся на критической линии… Поздравляю, Молина, ты нашла метод, отличный от алгоритма Левинсона.

Вера попыталась приободрить Молину, поздравляя ее.

Хотя она не была уверена станет ли Молине от этого лучше.

Месяц ушел на то, чтобы придумать идею, и еще два, чтобы проверить её. Однако, в конце концов, они получили тот же вывод, что и кто-то в 1990 годах.

Критическая линия, разделяющая нетривиальные нулевые точки дзета функции, все еще находилась на 40%. Если бы кто-нибудь смог увеличить этот процент, он, скорее всего, получил бы следующую Филдсовскую премию.

Однако даже по прошествии стольких лет никто не смог сдвинуть эту скалу.

— Но это бессмысленно… — Молина вздохнула. — Может математические хроники и примут нашу работу.

Вера ободряюще посмотрела на нее и заговорила.

— Думаю они рассмотрят его. В конце концов, мы нашли другое применение алгоритму Одлызко — Шёнхаге.

В отличие от других областей, математические исследования не полностью ориентировались на результат. Даже если кто-то не добился отличного результата, пока процесс доказательства интересный, он мог быть опубликован. И, тем более, хотя Математические хроники больше не относились к Принстону, журнал все еще снисходительно рассматривал работы из Принстона.

Просто…

В ведущих журналах для них опубликовать куда сложнее с такой работой.

— Возможно… — Молина взъерошила свои растрепанные волосы. — Возможно, нам следует изменить наш подход. Недавно я нашла записи сэра Атии, и думаю, что его исследования интересны.

Вера посмотрела на подругу с широко открытым ртом.

— Молина…

— Что?

— Тебе действительно следует отдохнуть.

Это может показаться неуважением к сэру Атии, но задолго до того, как Атия скончался, люди пытались использовать его исследования, но все безрезультатно.

— Не переживай за меня, у меня все отлично. — Молина потерла лоб. — Вообще-то, ты права, думаю, мне следует передохнуть.

Любой, кто начинал изучать работы сэра Атии, был не в себе.

Вера села рядом с ней, после минутного молчания она спросила:

— Почему… ты так одержима гипотезой Римана?

Молина отшутилась:

— Точно так же, как ты зациклилась на том парне.

Вера покраснела, немного поколебалась и посмотрела на работу на столе.

— Я… Я не настолько решительна, как ты. Просто он тот, кто помог мне, когда я больше всего нуждался в помощи.

— Но это же было много лет назад?

Вера молча кивнула.

Она прекрасно понимала, что прошло уже много лет.

Она не знала, помнит ли еще Лу Чжоу, как она выглядела.

Но она точно помнила, как он выглядел…

— У меня такие же мысли. — Молина улыбнулась и взяла пустую кружку со стола. — Математика спасла меня.

Вера озадаченно посмотрела на нее.

— Но почему гипотеза Римана?

— Поговорим об этом в следующий раз.

Молина встала со стула, но из-за крайней усталости ей с трудом удавалось сохранять равновесие. К счастью, Вера тут же поддержала ее.

— Спасибо. — Молина оперлась на стул и ухмыльнулась. — Если он не хочет тебя, просто женись на мне.

Лицо Веры стало ярко-красным:

— Извините, я не… не такая.

Молина надулась и улыбнулась.

— Просто шучу.

Молина взяла статью со стола и быстро ушла.

Глава 825. Мир тесен

Вообще, проводящие теоретические исследования, делали что-то из двух вещей. Либо изучали соответствующую литературу, либо подготавливали статью.

Даже Лу Чжоу не был исключением. Каждый день, помимо своей работы, он либо читал статьи из 3 лучших журналов, либо сидел за столом и думал о своих собственных проблемах.

После завершения цепочки заданий он собирался вернуться к математике и достичь 10 уровня. Лу Чжоу искал в интернете соответствующие материалы.

Лу Чжоу находил и внимательно читал любые статьи, касающиеся гипотезы Римана или функции Римана, при условии, что они публиковались лучшими журналами.

Хотя он понимал, что почти невозможно добиться в этом направлении результатов, он все равно хотел получить немного вдохновения от работ других.

Как обычно, Лу Чжоу пришел к себе в кабинет в 8 утра. После того, как он закончил читать план занятий от Хэ Чанвэня, он открыл свой ноутбук и проверил, есть ли какие-то интересные статьи.

Внезапно в правом нижнем углу экрана его компьютера появилось уведомление от Сяо Ая.

«Хозяин, вам пришло предложение на рецензирование. ~ (•̀∀•́)»

Предложение на рецензирование статьи?

Лу Чжоу поставил в сторону кружку с кофе и открыл почту.

Приглашение было от журнала Математические хроники.

Лу Чжоу все еще помнил, что его первая статья была опубликована именно у них. Хотя с тех пор он ничего больше у них не публиковал, он время от времени получил предложения оставить рецензию.

Вообще любые статьи опубликованные в этом журнале имели определенную значимость.

Лу Чжоу сразу же заинтересовался и открыл статью, после чего посмотрел на название и удивился.

— Использования алгоритма Одлызко–Шёнхаге для доказательства теоремы Комри о критической прямой.

Лу Чжоу выпрямился и быстро прочитал аннотацию, после чего перешел к основной части.

Это была не длинная работа, состоящая всего из 15 страниц.

Автор доказал теорему Комри о критической прямой с помощью нового метода. Хотя порог в 40% не получилось сдвинуть, само доказательство все еще было потрясающее.

Если Лу Чжоу помнил, что все использовали алгоритм Левинсона для исследования гипотезы.

Внимательно прочитав всю статью целиком, Лу Чжоу написал рецензию и одобрил работу.

Большинству профессоров требовалось несколько дней, чтобы просмотреть статью, а Лу Чжоу мог мгновенно обнаружить любые проблемы в ней.

Лу Чжоу посмотрел на экран и задумался, после чего выделил некоторые формулы.

Отчего-то стилистика показалась ему знакомой.

Математические хроники придерживались принципа двойного слепого рецензирования, поэтому ни рецензент, ни автор не знали, кем был другой человек. Однако существовали способы выяснить, кто был автором.

У многих ученых имелась привычка загружать статьи на сайты, прежде чем отправлять их в журнал. Благодаря чему можно было легко выяснить автора.

Лу Чжоу заинтересовался автором. В конце концов, он уже проверил статью, и не было ничего криминального в выяснении имени автора.

Просто взгляну!

Лу Чжоу немного поколебался и решился. Он зашел на arXiv и начал поиск.

Как и ожидалось, автор также загрузил работу перед отправкой в журнал. Он легко нашел информацию об авторе.

Когда он увидел имя автора, он поразился.

Молина! И… Вера Пулюй.

— Мир тесен…

Через какое-то время Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он закрыл страницу браузера и вернулся к письму.

Неудивительно, что стилистика показалась ему такой знакомой. Он знал обоих авторов, и один из них даже был раньше его учеником.

Больше его удивил то, что Молина не отказалась от гипотезы Римана и даже втянула Веру в эту пропасть.

Лу Чжоу задумался, стоит ли ему отправить Вере письмо и спросить, как продвигаются ее исследования. Внезапно дверь кабинета открылась, и кто-то вошел.

— Эй, Лу Чжоу, посмотри, кто вернулся!

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и сказал:

— Ты вернулся сюда из Пекина?

— Я приехал из Швейцарии. Я ездил на два месяца в ЦЕРН. И только сегодня вернулся. — Ответил Ло Вэньсюань. Он отодвинул стул и сел напротив Лу Чжоу.

Увидев на столе черновики Лу Чжоу, он заинтересовался. Он взял черновик и с любопытством спросил:

— Гипотеза Римана? Когда это ты решил бросить ей вызов?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Просто провожу кое-какие исследования для развлечения.

— Невероятно весело. — С сарказмом сказал Ло Вэньсюань и достал папку. — В любом случае, я выполнил твою просьбу!

Лу Чжоу взял папку и удивлено взглянул на него.

— Так быстро?

Это был план проекта лунного адронного коллайдера!

Подробных чертежей в папке не было, а находились только приблизительный проект. Однако, судя по выражению Ло Вэньсюаня, подробные чертежи должны были быть готовы.

Заметив сильное удивление Лу Чжоу, Ло Вэньсюань гордо улыбнулся.

— Конструкция не настолько сложная. Было только две проблемы. Вакуумный трубопровод в десятки километров и система охлаждения жидким гелием. Все намного проще, чем у LHCb. Главная трудность, как ты планируешь построить туннель длиной в десятки или даже сотни километров на Луне?

— У меня есть способ решить эту проблему. — Лу Чжоу улыбнулся и отложил папку в сторону. — Расскажите мне, как провел два месяца в ЦЕРНе?

Глава 826. Новая мода в ЦЕРНе

Лу Чжоу попросил помощницу сделать ему еще чашку кофе и следующий час он слушал рассказ Ло Вэньсюаня о его опыте в ЦЕРНе за последние два месяца.

— Проектированием лунного адронного коллайдера по большей части занимались Институт физики высоких энергий Китайской академии наук и Институт космической инженерии. Однако китайские исследовательские институты не обладали опытом работы с адронными коллайдерами, поэтому мы связались с ЦЕРНом…

В теоретических исследованиях было мало секретности. Каждый раз, когда у ЦЕРНа появлялось слишком много данных, они часто передавали часть другим исследовательским институтам по всему миру. Так появился интернет. Даже несмотря на некоторую конкуренцию, касаемо новаторства исследований, институты часто приходили к соглашениям.

Услышав, что Китай собирается построить лунный адронный коллайдер, европейцы загорелись еще большим энтузиазмом, чем сами китайцы. Они послали своих лучших инженеров в Пекин, а потом предоставили Институту физики высоких энергий Китайской академии наук места на десятерых человек для посещения.

Очевидно, это все не за бесплатно.

ЦЕРН так стремился помочь, потому что они надеялись сотрудничать с Китаем в исследованиях физики элементарных частиц. После того как лунный адронный коллайдер будет построен, более половины мировых экспериментов по физике высоких энергий будут проводиться в космосе. Гипотезы, которые раньше нельзя было проверить, теперь можно будет проверить в космосе.

Из всего ученого Института физики высоких энергий Ло Вэньсюань дольше всех проработал в ЦЕРНе, поэтому его назначили главой китайской исследовательской группы.

Проведя два месяца в ЦЕРНе ему было что рассказать.

— Эдвард Виттен там уже давно не появлялся. Я расспросил ответственных людей в ЦЕРНе. Он освободил свой кабинет в ЦЕРНе и сейчас работает в Принстоне. И не только Виттен, многие другие старые профессора уехали. Я обошел лекционные корпуса и никого не узнал.

Ло Вэньсюань посмотрел на пар, поднимающийся от кофейной чашки, и с грустью вздохнул.

Он хотел повидать своих старых знакомых в ЦЕРНе, но большинство из них уехали. Они были либо слишком стары, чтобы продолжать работать, либо перешли в другую сферу, либо перевелись в другой исследовательский институт.

— Так устроен ЦЕРН, физики-теоретики поработают там хотя бы раз, но никто не знает, где они в итоге окажутся. — Произнес Лу Чжоу. Он взял свою чашку кофе и добавил. — Это как с теоретической физикой, что-то новое приходит, когда старое уходит.

— Давай не будем о грустном. — Ло Вэньсюань улыбнулся и покачал головой. — Кстати говоря, я заметил кое-что интересное за эти два месяца.

— Что?

— Ты помнишь, что ученые в ЦЕРНу любили изучать французский в качестве хобби.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Припоминаю что-то такое.

ЦЕРН был местом, где собирались самые яркие умы в мире. А в месте где собиралась группа умных людей всегда возникает конкуренция.

Они явно не могли соревноваться в математике или физике, поскольку все они уже были на вершине в своей области. Кроме того, они не могли сравнивать своих исследований, поскольку это будет, как сравнение яблок с апельсинами.

Однако, если бы кто-то смог выучить язык за месяц или даже за неделю или две, то несомненно такое доказало бы, что он умнее других.

Это может показаться невероятным, но известные физики, работавшие в ЦЕРНе, часто могли пройти путь от полного незнания французского языка до умения разговаривать по-французски всего за пару недель.

Не говоря уже о том, что половина объектов ЦЕРНа располагалась во Франции. Поэтому изучение французского языка и проведение лекций на французском языке стало одним из их любимых хобби ученых.

Впервые посетив ЦЕРН, Лу Чжоу не увлекся данным хобби, но слышал про это от других профессоров, которые там работали.

Например, Фрэнк Вильчек однажды похвастался Лу Чжоу, что смог выучить французский за две недели…

— Судя по всему, все изменилось. — Ло Вэньсюань улыбнулся. — Изучение французского языка вышло из моды. Новый способ похвастаться своим интеллектом — выучить китайский.

— Выучить китайский?

— Верно. — Ло Вэньсюань улыбнулся. — Ведь официальный язык Лунного дворца китайский и результаты исследований также публикуются на китайском. А как знаешь перевод работ по теоретической физике настоящий ад, поэтому многие ученые принялись изучать китайский.

— Как неловко.

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Кажется, это его вина.

Хотя не существовало строгого правила, согласно которому статьи Лунного дворца должны быть именно на китайском языке, опубликованные данные наблюдений и результаты экспериментов на сайте Лунного дворца все на китайском языке.

Это значительно усложнило жизнь иностранным ученым…

Однако именно Китай построил Лунный дворец, поэтому они имели право публиковать на своем родном языке.

В каком-то смысле это давление на научный мир.

Владение английским языком было необходимым навыком для ученых. Однако повышение влияния своего родного языка в мире также было обязанностью ученого.

Если все пойдет хорошо, Китайская академия наук и Лунный дворец создадут независимый журнал, в котором будут публиковаться результаты исследований Лунного дворца.

К тому времени не только данные исследований будут на китайском языке, но и журналы тоже будут на китайском.

— Кстати, хотя я и не встретил своих друзей в ЦЕРНе, я встретил твоего друга.

— Моего?

— Фрэнка Вильчека. — Ло Вэньсюань пожал плечами и улыбнулся. — Он попросил узнать у тебя, как продвигается твое исследование сигнала с 750 ГэВ? ЦЕРН провел еще один эксперимент и даже не обнаружил одной сигмы.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ответь ему в следующий раз, что после завершения строительства лунного адронного коллайдера я отвечу ему…

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Правда? Буду с нетерпением ждать этого.

Глава 827. Проблемы красивых людей

«Хотя в статье не представлено никаких новых результатов, используемые методы обладают определенной степенью новизны. В исследовании гипотезы Римана, алгоритма Одлызко–Шёнхаге заслуживает дальнейшего изучения.»

«Статья одобрена.»

— Не думаю, что есть вообще какая-то новизна… — Молина вздохнула, прочитав комментарий рецензента. —Я уже почти готова отказаться от доказательства нахождения точек на критической линии… Возможно, профессор Атия был прав. Нам следует выбрать метод, с помощью которого мы напрямую докажем гипотезу Римана… Вера, ты меня слушаешь?

Вера с красными щеками очнулась от грез, когда к ней обратилась Молина. Она отвела взгляд в сторону и ответила:

— А… Я слушаю, статью одобрили? Поздравляю…

— Не ври, ты же думаешь о нем, да?!

Молина с улыбкой протянула руку и приподняла подбородок Веры указательным пальцем. Вера отдернула ее руку в сторону.

— Не делай так…

Вера недовольно посмотрела на Молину.

— Ха-ха, прости, я просто не смогла сдержаться. — Молина посмотрела на Веру и вздохнула. — Лучше сдайся сейчас.

Вера вопросительно посмотрела на нее.

Молина со всей серьезностью сказала:

— Разве ты не понимаешь? Он похож на меня.

В комнате внезапно воцарилась тишина.

Молина почувствовала, что Вера могла неправильно понять ее, быстро замахала руками и начала объяснять.

— Э-э, не смотри так на меня, я не это имела ввиду.

Вера бдительно отступила назад, а Молина поспешно начала объяснять:

— Я просто говорю, что его вообще не интересует подобное. Ты сама не замечала? Он когда-нибудь вообще интересовался какой-нибудь девушкой?

Вера прикусила губу и ничего не ответила.

— Вот-вот! — Молина почесала затылок. — Я не знаю, должна ли я это говорить, но даже если он примет тебя из уважения к твоему таланту, вряд ли это сделает тебя счастливой.

— Почему?

— Не знаю. — Пожала плечами Молина. — Просто чувствую, что если бы я вышла замуж за такого мужчину, то брак был бы несчастным.

………………………….

С момента возвращение Ло Вэньсюаня в Китай, кабинет Лу Чжоу стал гораздо оживлённее.

Хотя тот имел свой кабинет на факультете физике, он часто приходил попить кофе к Лу Чжоу.

Но любой мог догадаться, что он приходил сюда не из-за Лу Чжоу.

Лу Чжоу этому весьма сильно удивлялся. Первоначально он думал, что со своим характером Ло Вэньсюань забудет уже все через пару месяцев. Но спустя год он все еще преследовал его помощницу.

Но еще примечательнее, что как бы он не старался, их отношения никак не сблизились.

Лу Чжоу не интересовали личные дела других, поэтому он оставил это в стороне.

В конце концов, в его кабинете было много кофе, и обсуждение физики с этим парнем один из способов Лу Чжоу убить время.

Дни пролетали быстро. Скоро наступил ноябрь. Температура постепенно падала. Серое пальто и однотонные джинсы стали частью повседневной одежды Лу Чжоу.

Согласно его прошлому опыту, такая одежда меньше всего выделяла его в университете. Он мог, по крайней мере, спокойно пообедать, чтобы на него все не глазели.

Однако он недооценил решимость некоторых людей.

Во время обеда Лу Чжоу, как обычно, пошел в столовую. Он взял рис с мясом и нашел укромный уголок, чтобы поесть.

Но когда он поднял свои палочки для еды, кто-то сел напротив него.

— Наконец-то нашел тебя… Ты избегаешь меня?

Лу Чжоу в оцепенении смотрел на Ло Вэньсюаня какое-то время, а затем Лу Чжоу покачал головой.

— Нет.

— Тогда помоги брату.

Лу Чжоу сделал глоток своего супа из морских водорослей и сказал:

— Нет.

— Что?! Ты даже не спросишь в чем мне нужна помощь?

Лу Чжоу положил в рот кусок мясо и жуя сказал:

— В любом случае, думаю, что это не существенное. Иначе ты бы попросил меня о помощи у меня в кабинете. Попробуй решить это сам и не втягивай меня.

Ло Вэньсюань сложил руки вместе, как будто молился.

— Пожалуйста, только в этот раз, мне многого не надо, просто прошу создать для меня возможность.

— Например?

Ло Вэньсюань усмехнулся:

— Например… Можешь, организовать групповое свидание или что-то подобное?

— Нет.

Ло Вэньсюань глубоко вздохнул и искренне попросил:

— Ну не будь таким. Я серьезно. Я не становлюсь моложе! Я навсегда останусь холостяком, если не женюсь сейчас.

Лу Чжоу закатил глаза:

— Тогда что ты делал раньше?

Ло Вэньсюань вздохнул.

— Я тусовался на вечеринках…

— Свали.

— Ладно. — Взмолился Ло Вэньсюань. — Мне все равно, веришь ты мне или нет, но я говорю серьезно. Я чувствую, что влюбился, и если я упущу свой шанс, то буду сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь…

Лу Чжоу вздохнул и положил свои палочки для еды на стол.

Хотя он не хотел вмешиваться в отношения других людей, но он хотел, чтобы этот парень снова сосредоточился на своей работе, поэтому он решил преподать ему жизненный урок.

— Ты не получишь девушек, гоняясь за ними.

Ло Вэньсюань на мгновение замолчал. Он был сбит с толку.

— Тогда как я должен их получить?

— Привлекательностью.

— …

Воцарилась тишина.

Лу Чжоу немного заколебался.

Он чувствовал, что прав. Противоположный пол завоевываешь не гоняясь, а за счет привлекательности.

Даже животные знали это. Например, павлины раскрывают свои хвосты.

Но грубо говоря для такого красивого парня, как он, подобное не проблема.

Ло Вэньсюань поднял руку и спросил:

— Можно спросить?

— Скорее всего тебе не следует спрашивать этого.

— Я спрошу как-можно более тактично… Ты когда-нибудь смотрел фильм с девушкой?

— …

Внезапно Лу Чжоу больше не захотелось разговаривать с ним.

Почему бы мне не заставить его поработать в Пекине несколько лет…

Или это будет слишком безжалостно?

Ло Вэньсюань собирался утешить Лу Чжоу, когда Лу Чжоу внезапно ответил.

— Да, это был фильм ужасов.

Глава 828. Хочешь поменять машину?

Ло Вэньсюань замер с каменным лицом.

Лу Чжоу лишь недоуменно смотрел на него.

Черт, ты реально смотрел фильм с девушкой?

Блин, не могу вспомнить, когда именно смотрел его.

В головах двух людей крутились совершенно разные мысли.

Лу Чжоу не мог вспомнить, когда он смотрел фильм.

— Давно не виделись. — Вдруг сказала Чэнь Юйшань, сев по диагонали от Лу Чжоу и с улыбкой здороваясь. — Скучал по мне?

Лу Чжоу с любопытством спросил:

— Как ты меня нашла?

Чэнь Юйшань с ухмылкой гордо ответила:

— Еще студентом ты всегда сидел здесь, когда обедал. Твоя помощница сказала, что ты пошел обедать, поэтому я догадалась где ты.

— Ты запомнила такое…

Ло Вэньсюань посмотрел на красивую девушку рядом, затем посмотрел на Лу Чжоу. В его голове загорелась лампочка и он спросил:

— Мне следует уйти?

— Да, ты можешь идти.

— …

Разве ты не должен был разрешить мне остаться?

К счастью, Ло Вэньсюань почти все съел. Он доел последние пару кусочков и встал.

Он посмотрел на Лу Чжоу и ушел.

Увидев, что место освободилось, Чэнь Юйшань села напротив Лу Чжоу.

Чувствую, что ей было, что рассказать, Лу Чжоу спросил:

— Ты что-то хотела?

Чэнь Юйшань моргнула и сказала:

— Мне нельзя просто так прийтий, чтобы увидеть тебя?

— Я не это имел ввиду…

Лу Чжоу просто удивился.

Увидев озадаченость и смущение Лу Чжоу, Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Ладно, ладно, ничего особенного… Я заметила, что ты постоянно ездишь на правительственной машине. Не хочешь поменять транспорт?

— Я не очень разбираюсь в машинах. — Лу Чжоу выглядел беспомощным. — Но я хотел поменять машину… — А у тебя есть предложение?

Чэнь Юйшань ухмыльнулась:

— Я уже все сделала.

— Уже… купила?

— Нет, кое-кто подарил тебе ее. Помнишь, в прошлом году мы инвестировали в Новые материалы Чжуншань и начали сотрудничать с BYD по проекту литий-серных аккумуляторов?

Такое было?

Лу Чжоу попытался вспомнить, но честно покачал головой.

— Я не помню.

— Чуть не забыла, что ты такой себе председатель.

— Какое это имеет отношение к BYD?

— Примерно тогда же в прошлом году состоялась конференций по альтернативным энергетическим средствам. Теперь утвердили стандарт аккумуляторов. Для лидерства на рынке транспортных средств на альтернативной энергии, BYD выпустила два вида электромобилей, один среднего и второй люксового класса. Их назвали Шэньгуан и Цзыдянь. По техническим характеристикам они смогут проехать до двух тысяч километров.

Услышав это число, Лу Чжоу удивился.

— Они способны проехать две тысячи километров?

— Все благодаря твоим литий-серным батареям. В знак благодарности нашему партнерству, BYD разработала специальную модель из серии Цзыдянь и подарила её нашей компании. В мире есть только один экземпляр. Говорят, что характеристики первоклассный, а дизайн довольно крутой. Тебе интересно? Если не хочешь, я заберу себе.

Лу Чжоу мгновенно отреагировал:

— Я хочу! С чего бы мне не хотеть? Я все равно хотел сменить машину.

Догадываясь, что скажет Лу Чжоу, Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Хорошо, я отдам тебе машину, когда она прибудет. Не забывай иногда меня подвозить.

— В мире действительно есть только одна?

Чэнь Юйшань кивнула:

— Да.

Лу Чжоу пошутил:

— Надеюсь, что в будущем они не будут производить еще…

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Как это возможно? Если они это сделают, то я пожалуюсь им от твоего имени.

Они ни за что не сделали бы что-то, что могло оскорбить Лу Чжоу. Благодаря научно-исследовательским возможностям Института перспективных исследований, Star Sky Technology укрепился в мире аккумуляторов так же, как Qualcomm в мире микрочипов. Star Sky Technology были отцом транспортных средств на альтернативной энергии.

Поэтому для BYD было важно сохранять хорошие отношения с Лу Чжоу…

— Забудь о машине. — Чэнь Юйшань положила руки на стол. — Я не только из-за машины приехала к тебе.

— Что такое?

— Послезавтра в Цзиньлин приедет делегация от Минэкономразвития России. Городской совет позвонил нам и сказал, что их первой остановкой будет наша компания. Ты свободен послезавтра?

— Мне обязательно присутствовать.

— Будет лучше, если ты сможешь. В конце концов, ты председатель.

— Если будет время, я приеду… Кстати, когда приедет машина?

— Через неделю, а что? Тебя интересуют машины? — С интересом спросила Чэнь Юйшань, словно открыла новый континент.

— Немного…

Лу Чжоу не очень разбирался в машинах. Ему просто было любопытно, на что похож этот единственный в своем роде электромобиль.

Чэнь Юйшань ухмыльнулась:

— Я никогда не знала, что ты увлекаешься машинами, думала, тебя интересуют лишь исследования.

— Само собой у меня еще много увлечений.

Чэнь Юйшань с любопытством поинтересовалась:

— Например?

— Например…

Лу Чжоу нахмурился, пытаясь придумать себе хобби. Однако он понял, что все его увлечения связаны с наукой или исследованиями.

Он посмотрел на свою тарелку с недоеденным обедом и неуверенно сказал:

— Мясо на гриле?

Вероятно, это его единственное увлечение, которое сохранилось. Чэнь Юйшань расхохоталась.

Лу Чжоу смущенно спросил:

— Эй, над чем ты смеешься?

Держа одной рукой живот, Чэнь Юйшань ответила:

— Ни над чем, просто подумала… Что иногда ты довольно смешной.

А?

О чем она?

Что смешного?

Глава 829. Ничего не делая

За разговором с Чэнь Юйшань Лу Чжоу пообедал, а его обеденный перерыв почти закончился.

Чэнь Юйшань проводила Лу Чжоу до корпуса факультета математики и неоднократно напомнила ему не забывать о русских гостях. После она неохотно помахала ему на прощание и ушла.

Вернувшись к себе в кабинет, Лу Чжоу разобрался с планами уроков. Подтвердив у помощницы расписаний дневных занятий, он отправился в учебный корпус А.

Сегодня после обеда лекция по теории чисел, которая считалась факультативной.

Хотя большую часть времени лекции вместо него читал его аспирант Хэ Чанвэнь, под конец семестра Лу Чжоу решил, что он должен прочитать хотя бы одну лекцию.

Ему отчего-то казалось, что студенты в аудитории смотрят на него, а не на доску…

Лу Чжоу не мог не ощутить небольшого разочарования.

Он расстраивался, что после того, как он долго не преподавал, его навыки так упали, что ему приходилось полагаться на свою внешность для привлечения студентов.

Он вспомнил времена, когда читал лекции в Принстоне. Студенты из других аудиторий приносили собственные стулья, чтобы послушать его лекцию.

Кажется, в будущем ему нужно уделить больше времени для чтения лекций.

Вскоре, когда все четыре доски были исписаны, прозвенел звонок на перерыв.

Лу Чжоу закрыл учебник и посмотрел на студентов. Он собирался подытожить сказанное ранее, когда внезапно увидел оповещение от системы.

[Побочное задание завершено:

4. Алхимик: Произвести 100 тонн титанового сплава.]

Завершено?

Уже?

Лу Чжоу удивился, но внешне не показал никакой реакции.

Он откашлялся и обратился к студентам.

— Давайте закончим на этом. После пятиминутного перерыва продолжим.

Лу Чжоу покинул аудиторию и направился в ближайший туалет. Он зашел в кабинку и вошел в системное пространство.

Он подошел к голографической панели и нажал кнопку. Перед ним появилась информация о его заданиях.

[Второй этап.

1. Перенаселенная планета: В течении 24 часов на Луне население должно превышать 100 человек.

2. Искра будущего: Построить адронный коллайдер на поверхности Луны.

3. Три фута глубиной: Соберите 50 тонн лунного грунта.

4. Алхимик: Произведите 100 тонн титанового сплава (завершено)

5. Посмотрите на Землю: Создайте полупостоянную станцию метеорологического наблюдения Земли на орбите Луны.

6. Взгляд вдаль: Постройте большой космический телескоп на Луне, чтобы производить более подробные наблюдения за планетами Солнечной системы и системами за пределами Земли]

Лу Чжоу посмотрел на выполненное задание и задумался.

Все, что он сделал, это написал письмо с просьбой о финансировании, а потом спустя пару месяцев задание завершилось.

По сути, он выполнил задание ничего не делая.

К сожалению, он не смог получить ни одной из наград за побочные задание до завершения основного.

Он даже не знал какими будут награды…

— Осталось еще пять?

Лу Чжоу посмотрел на оставшиеся задания и потер подбородок.

Первую легко решить. Ему просто нужно организовать туристическую группу из ста человек. Сейчас сделать подобное относительно легко.

Что касается третьего задания, то он мог титановые руды на Луне, поэтому лунный грунт не проблема. Задание требовало от него только сбора грунта, и, возможно, даже будет выгодно отправить грунт на Землю.

На самом деле его не волновали остальные задания.

Было бы нереально выполнить все дополнительные задания, половина заданий уже хорошо.

После того, как Лу Чжоу покинул системное пространство и собирался выйти из кабинки, он услышал, как кто-то пользуется водой из-под крана.

Услышав, как два студента упомянули его, он снова сел и начал слушать.

Как профессору, ему было очень интересно, что о нем говорят студенты.

— Ты понял лекцию Бога Лу?

— Лишь половину, а ты?

Парень в очках вздохнул:

— Треть. Эх, я хочу понять, но моих сил не хватает.

— Да, его лекции всегда трудные.

— Пожалуй! Но даже у Бога Лу нет девушки, что заставляет меня чувствовать себя немного лучше, хотя бы у меня есть девушка.

— Ха-ха, откуда ты знаешь, что он одинок, может он просто ведет себя сдержено.

Парень в очках махнул рукой.

— Да ладно, по одному его виду это понятно.

Внезапно они услышали голос позади себя.

— Правда? А меня можешь научить?

Двое парней оглянулись, на их лицах сразу же отразился испуг, словно они увидели призрака.

— Черт, Бог Лу!

— Профессор Лу!

Лу Чжоу улыбнулся и просто молча посмотрел на парней.

— Профессор… Мы просто… — Парень в очках почесал затылок. — Мы только говорили о том, какой вы красивый!

— …

Черт!

Когда я стал глухим?

Кроме того, подобное надо обсуждать?

Лу Чжоу не хотел больше тратить время на них, поэтому сказал:

— Возвращайтесь в аудиторию.

— Да!

Двое студентов тут же испарились.

Лу Чжоу посмотрел на закрывшуюся дверь туалета и вздохнул.

Теперь он осознал насколько же круто быть профессором.

Но…

Я подаю плохой пример? Не сложится ли у них странное впечатление о математиках?

Кстати, я не становлюсь моложе.

Мои родители будут ворчать на меня, когда я их увижу.

— Ладно, вернемся к этому вопросу через пару лет.

Лу Чжоу покачал головой.

Не то, чтобы он избегал этой проблемы.

Просто он еще не понял, как создать и поддерживать семью.

Исследования занимали большую часть его времени, и у него не было сил играть роль парня, не говоря уже об отцовстве…

Лу Чжоу вернулся в аудиторию и открыл план занятия Он перевернул его на последнюю страницу.

— Переверните свои учебники на сорок седьмую страницу.

Послышалось перелистывание страниц, а на лицах многих студентов отразилось удивление.

— Первая половина касалась основ теории чисел. Во второй половине я расскажу кое-что интересное, что сейчас изучаю.

Он повернулся к доске и написал два слова.

«Гипотеза Римана»

Тут же поднялся шум.

Лу Чжоу хлопнул ладонью по столу и попытался привлечь внимание студентов. Он заговорил громко и отчетливо.

— Я буду говорить быстро, поэтому слушайте внимательно.

Глава 830. Задача, придуманная на месте

Для Лу Чжоу обучение бакалавром своеобразная проверка своих знаний.

Обычно он не затрагивал простые темы. Только в это время он мог отложить исследования и подумать над простейшими темами.

— Многие знают, что гипотеза Римана является одной из наиболее важных и труднейших гипотез в аналитической теории чисел. Это гипотеза о распределении нулей дзета-функции. Но мало кто знает, как появилась гипотеза Римана. На самом деле, до гипотезы Римана существовало другое утверждение, которое беспокоило математиков на протяжении веков, а именно закон распределения простых чисел.

Лу Чжоу написал на доске несколько строк, а потом продолжил.

— С помощью простой арифметической теоремы, даже школьники знают, что каждое положительное целое число может быть выражено как произведение простых множителей. Если не учитывать порядок множителей, то это представление уникально, поэтому простые числа стали основой, из которой состоят положительные целые числа. Однако распределение простых чисел не так просто понять. Можно даже сказать, что одной из самых основных задач в мире аналитической теории чисел является изучение распределения простых чисел.

Студенты сосредоточены слушали, поэтому Лу Чжоу понял, что его лекция проходит отлично.

Гипотеза Римана очень сложная проблема, понять ее не так трудно, а вот как решить…

После небольшой паузы Лу Чжоу продолжил:

— В аналитической теории чисел обычно изучают функцию π(x) и используют ее для представления простых чисел, меньших, чем x. Изучение распределения простых чисел основная задача аналитической теории чисел, а изучение π(x) центральная проблема аналитической теории чисел.

— И Гаусс, и Лежандр провели вычисления π(x). Они предположили, что когда x стремится к бесконечности, то π(x) ~x/ln (x). Позже их гипотезу доказали, что сейчас мы знаем, как гипотеза о простых числах.

— Евклид доказал, что существует бесконечно много простых чисел, а Эйлер вывел формулу произведений. Эти первооткрыватели предоставили нам инструменты для анализа и изучения простых чисел. Однако до 1850 годов никто не смог найти доказательства гипотезы Гаусса, тогда немецкий математик опубликовал статью под названием «О числе простых чисел, не превышающих заданное значение». Его исследование открыло новый путь. Большинство догадались кто этот немец, и верно, я говорю о Римане. В этой работе он ввел дзета-функцию Римана.

Лу Чжоу повернулся и написал уравнение на доске.

«ζ(s)=Σ1/n^s»

Посмотрев на притихших студентов, Лу Чжоу сказал:

— Вот… Не выглядит же слишком сложно, да?

— …

Черт!

Не сложно?!

— Риман выдвинул еще одну гипотезу для предложенной им функции, которая заключалась в том, что все нулевые точки ζ(s) лежат на критической прямой. Его представление оказалось весьма дальновидным. Наши расчеты методом перебора показывают, что нулевые точки находятся на критической прямой. К сожалению, хотя мы знаем, что гипотеза скорее всего верна, у нас нет способа доказать ее. Гипотеза Римана часто используется для доказательства других гипотез, однако, пока гипотеза Римана не доказана, нельзя сказать, что они верны. Поэтому, если мы докажем гипотезу Римана, то тысячи математических гипотез, которые упирались на гипотезу Римана, станут теоремами! Если кто-то докажет гипотезу Римана, то он однозначно станет величайшим математиком этого века… Могу утверждать это, даже если век только начался.

— Профессор. — Обратился студент, подняв руку. Получив кивок от Лу Чжоу, он спросил. — Если кто-то докажет гипотезу Римана, как их можно будет сравнить с вами.

— Весьма непростое сравнение. В конце концов, моя работа выходит за рамки только области математики. — Лу Чжоу улыбнулся студенту. — Но, если кто-нибудь действительно докажет гипотезу, в области математики он действительно превзойдет меня.

Затем Лу Чжоу рассказал про текущий прогресс в доказательстве гипотезы Римана. Хотя это было скучно, возможно благодаря изменению подхода к чтению лекции, студенты слушали более внимательно.

Лу Чжоу был доволен.

Время пролетело быстро.

Лу Чжоу взглянул на часы на стене и увидел, что его лекция подходила к концу. Он бросил мел на стол и сказал.

— Давайте закончим на этом… Все свободны.

Аудиторию наполнил звук закрывающихся учебников. Лу Чжоу взял план занятия и ушел.

Он собирался вернуться к себе в кабинет и хотел записать вдохновения, что почерпнул на занятии. Однако декан Цинь внезапно появился из ниоткуда перед ним.

— Отличная лекция! — Сказал декан Цинь с улыбкой. — Она была полезна даже для меня.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Спасибо. Мне стыдно, что я давно не читал лекций.

— У всех есть свои приоритеты, очевидно, что твои исследования важнее чтения лекций. Кстати, ты сильно занят в эти дни?

— Не особо, а что такое?

— У меня есть просьба. — Декан кашлянул. — Слышал о Международной математической олимпиаде?

— Конечно, а что?

Очевидно он знал про нее, но у него никогда не было возможности поучаствовать в ней.

Золотые медалисты олимпиады были лучшими из лучших.

Например, Петер Шольце, который, по словам самого Фальтингса, был одним из трех человек, которые могли превзойти самого Фальтингса, являлся золотым призером олимпиады.

Он даже принял участвие в двух следующих математических олимпиадах, после получения золота, поскольку ему казалось это веселым…

Декан Цинь улыбнулся:

— Так вот, в прошлом месяце был национальная олимпиада по математике для старшеклассников. Отобрали лучших в каждой провинции. Зимний тренировочный лагерь начнется в январе, где отберут тридцать человек. Уже ноябрь, поэтому пришло время подготовить задачки.

— Хотите, чтобы я придумал им задачки?

— Это не моя идея. Китайской математическое общество хочет, чтобы самая последняя задача была от тебя.

— Это уместно?

Декан Цинь улыбнулся:

— Конечно. Последнюю задачу в прошлом году также придумал академик. Ты не только академик, но и обладатель Филдсовской премии.

— Хорошо, раз это всего лишь одна задача.

— Да, спасибо. — Декан Цинь вдруг кое-что вспомнил. — Только не делай ее слишком сложной. Будет бессмысленно, если никто не сможет решить.

— Все нормально, я не буду усложнять ее. — Лу Чжоу вытащил листок из своего плана занятий и начал писать.

Декан озадаченно посмотрел на него.

— Ты прямо сейчас хочешь написать ее?

— Само собой, а что-то не так?

— Это национальный финал, следует хорошенько подумать.

— Я уже думал над ней. — Лу Чжоу написал задачу и передал ее декану. — Передайте Китайскому математическому обществу. Все должно быть в порядке.

Декан посмотрел на листок. Лу Чжоу собрался уходить, как декан Цинь пробормотал:

— Дзета функция Римана?

Декан потер подбородок и задумался.

— Могут ли они вообще решить эту задачку?

Однако он вдруг кое-что понял, и его глаза загорелись, когда он пробормотал.

— Постойте, а эта задача выглядит интересной…

Декан внимательно огляделся вокруг и убрал листок в карман, а затем быстро вернулся в кабинет.

Глава 831. Ключ к доказательству гипотезы Римана

Вдохновение всегда приходит неожиданно.

Читая лекцию об истории гипотезы Римана, он вспомнил про две детали, которые проигнорировал, изучая гипотезу.

Хотя по большей части они были бесполезны, в критический момент даже незначительная подсказка может сыграть решающую роль.

Вернувшись к себе в кабинет, Лу Чжоу сел за стол, достал черновики с ручкой и начал писать свои мысли.

«Гипотеза Римана была предложена для изучения π(x). Работа Римана предлагала не саму гипотезу, а предоставляла метод использования дзета-функции Римана для увеличения области π(x) до комплексных чисел.»

Лу Чжоу написал строку уравнений.

«π(x)=∫dt/lnt+O (x^(1/2+ε) »

— Проблема эквивалентности гипотезы Римана, — Лу Чжоу постучал ручкой по бумаге. — Если гипотеза Римана верна, то асимптотическая формула также верна…

— Ключом к доказательству гипотезы лежит в самой функция π(x).

Но он все еще чувствовал, что чего-то не хватает.

Это как пазл, который собрал на треть, а оставшиеся части разбросаны рядом. Ему просто нужно соединить остатки. Ему нужна была подсказка, с помощью которой он мог бы соединить оставшиеся части.

Лу Чжоу просидел за своим столом около часа, пока у него не заурчал живот.

Он посмотрел на улицу за окном и увидел, что уже сумерки. Он наконец понял, как долго уже сидит.

— Ты был слишком сосредоточен, поэтому я не хотела тебя прерывать. — Обратилась к нему помощница Линь. — Ты пойдешь в столовую?

Лу Чжоу посмотрел на помощницу и на мгновение задумался:

— Если ты идешь в столовую, то принесите мне что-нибудь.

Он планировал посидеть в кабинете еще, чтобы не прерывать размышлений.

Линь Юйсян моргнула и спросила:

— Жареное мясо с рисом?

Лу Чжоу удивленно посмотрел на нее.

— Как ты узнала, что я этого хотел.

Линь Юйсян подмигнула и ответила:

— Угадала.

У Лу Чжоу пробежали мурашки по коже, когда он взглянул на ее улыбку.

— Знаешь, я что-то перехотел есть мясо с рисом. Можешь принести мне тушеного цыпленка с рисом… Спасибо.

Линь Юйсян бросила на него обиженный взгляд, развернулась и ушла.

Ему не пришлось долго ждать.

Лу Чжоу все еще сидел за своим столом, записывая формулы на листе, когда помощница вернулась из столовой и поставила на стол Лу Чжоу коробку с едой.

Лу Чжоу открыл коробку и ему в лицо ударил запах курицы. Он посмотрел на нежную курицу с красным и зеленым перцем. Он открыл упаковку одноразовой посуды, положил немного курицы на рис и с жадностью начал есть.

Из-за своего плотного графика Лу Чжоу питал слабость к фаст-фуду. В Принстоне он ел только бутерброды с беконом, а в Китае ел только мясо с рисом.

Хотя такое питание совсем не здоровое, подобные недорогие и сытные блюда приносили неожиданное удовлетворение, как и растворимый кофе.

Не говоря уже о том, что его метаболизм был усилен системой, так что он мог не переживать о своем рационе.

Лу Чжоу быстро поел, а потом включил компьютер и немного поразмыслив начал печатать, превращая его ранние мысли в статью.

Хотя его идеи могут быть элементарными, любой прогресс в исследовании функции ζ(s) внес бы вклад в исследование распределения простых чисел. Поэтому даже элементарные идеи имели определенную ценность.

Даже если его идеи не вдохновят других ученых, он все равно собирался загрузить текст на arXiv.

Прочитав несколько статей других ученых, Лу Чжоу собирался выключить компьютер и идти домой, когда внезапно ему поступил видео звонок.

Ему звонил его бывший ученик Чинь Юэ.

Лу Чжоу ответил на звонок и перед ним появилось знакомое лицо.

— Как дела? Как твоя работа лектором в Принстоне?

В Принстоне сейчас было утро.

Цинь Юэ выглядит точно также, как и четыре года назад, только стал чуть более уверенным.

Цинь Юэ посмотрел на своего бывшего руководителя и ответил:

— Все отлично. Помните клуб Лиги плюща? Меня приняли через год после вашего ухода.

— Очевидно, они не будут отвергать математика, который доказал гипотезу Коллатца. — Лу Чжоу улыбнулся. — Ты что-то хотел?

Математики обычно не любили ходить вокруг, да около, поэтому Цинь Юэ прямо спросил:

— Я слышал, вы исследуете гипотезу Римана?

— Что такое?

Цинь Юэ смущенно улыбнулся:

— Ничего, я просто заметил, что вы недавно написали рецензию на статью по гипотезе Римана, поэтому мне стало немного любопытно.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Заметил?

Он что следит за мной?

Очень редко кто-то следил за чужими рецензиями.

Цинь Юэ посмотрел на Лу Чжоу и объяснил:

— Смею сказать, что большинство математиков следит за тобой. Я определенно не единственный.

Лу Чжоу даже не знал, что сказать.

Он кивнул:

— Да, я исследовал гипотезу Римана.

Когда Цинь Юэ услышал, что его бывший руководитель пытается решить проблему столетней давности, то с большим интересом спросил:

— Нашли способ решения… Вернее, я могу чем-нибудь помочь?

Посреди фразы он понял, что его вопрос несколько неуместен, поэтому тут же поправился.

Однако Лу Чжоу такое не волновало.

— У меня есть некоторые мысли, особенно после прочтения работы Молины, которая сильнее подтвердила мои предположения.

— Какие… Можете рассказать?

— Конечно. Если сможешь доказать гипотезу Римана, опираясь на мои подсказки, я буду счастлив. — Лу Чжоу улыбнулся. — Я думаю, что метод смещение нижней границе нулевых точек может привести к интересным выводам, но решить гипотезу Римана с помощью него нереально.

Цинь Юэ внимательно слушал.

Смещение нижней границы нулевых точек на критической линии один из самых популярных методов исследования гипотезы Римана. Именно с помощью него был достигнут самый близкий результат.

Однако Лу Чжоу сказал, что этот метод не сработает, что удивило Цинь Юэ.

— Что вы подразумеваете?

Лу Чжоу серьезно пояснил:

— Возможно, нам придется вернуться к самой функции π(x), чтобы найти последний ключ для доказательства этой гипотезы.

Глава 832. Профессор Лу решился?

Вернуться к функции π(x)…

Цинь Юэ сидел у себя в кабинете в Принстоне и смотрел в потолок, погрузившись в раздумья.

Спустя какое-то время он покачал головой.

— Если это так… Разве Молина не занимается бесполезной работой?

И не только Молина…

Подобное предположение потрясет все математическое сообщество.

Тогда выйдет, что любое исследование гипотезы Римана может быть полностью опровергнуто…

В конце концов, профессор Лу уже решил две задачи тысячелетия. Если профессор Лу считает данный способ доказательства ненадежным, то это фактически смертный приговор…

Поколебавшись, Цинь Юэ решил держать рот на замке. В конце концов, он не был уверен, что Лу Чжоу был серьезен.

Однако Цинь Юэ не знал, что вскоре после их разговора, Лу Чжоу загрузил полную статью на Arxiv, которая уже вскоре потрясет весь математический мир.

………….

— А-а-а… Такими темпами я облысею.

Хань Мэнци сидела за столом и смотрела на задачу. Она прикусила колпачок ручки и почесала затылок. Она не

«Для любого действительного числа s > 1 установим ζ(s) = Σ1/(m^s). Доказать, что ζ(2n) трансцендентное число.»

Хань Мэнци неоднократно перечитывала задачу.

Через какое-то время она вздохнула и облокотилась на спинку стула. Она с минуты обреченно смотрела в потолок.

— Может ответа вообще нет?

Хань Мэнци выпрямилась и поискала задачу на Baidu, как и раньше, она не нашла ничего похожего.

Похоже, Лу Чжоу действительно сам придумал задачу.

Девушка сокрушенно вздохнула и села, обхватив колени, тупо уставившись на листок.

Методы, используемые в вычислительном материаловедении, вообще не применимы к чистой математики.

Она понимала, что ей нужно просмотреть соответствующую литературу и попытаться найти аналогичные исследования, которые она могла бы использовать в качестве справочных материалов. Однако она абсолютный новичок в области аналитической теории чисел, поэтому даже не знала, с чего начать.

Она полностью потерялась…

— Может он правда не хочет брать меня…

Хань Мэнци уткнулась подбородком в колени.

Вскоре после этого она ударила себя по лицу и собралась.

— Ха! Думаешь я не смогу доказать это?

Она представила, как он удивиться, когда она докажет это, и усмехнулась. Ее глаза были полны решимости.

— Я смогу доказать это!

……………….

— Апчхи.

Лу Чжоу вернулся домой. Он только вышел из душа и достал из холодильника немного шоколадного молока, как вдруг чихнул три раза.

— Кто-то говорит, что я красивый…

Пробормотал Лу Чжоу, закрыл холодильник и пошел в свой кабинет. Сяо Ай, который был рядом с кофеваркой, взлетел в воздух и полетел за ним.

— Хозяин, чихнуть один раз означает, что кто-то думает о вас, чихнуть дважды означает, что кто-то оскорбляет вас, чихнуть три раза означает, что вы простудились. Никто не называл вас красивым…

— Замолчи.

Динамик дрона выключился, а на его дисплее появилась строчка.

«(•̀∀•́) …»

«Хозяин, красивый~»

Лу Чжоу проигнорировал Сяо Ая и сел за стол у себя в кабинете, достав ноутбук. Внезапно его телефон завибрировал, и на экране появилось два сообщения.

«Приходи завтра в офис!»

«Не забудь!»

Лу Чжоу просмотрел сообщения от Чэнь Юйшани и улыбнулся, ответив, что придет. После этого он отложил телефон в сторону и вошел в arXiv.

Его статья из менее чем тысячи слов, загруженная менее пяти часов назад, уже набрала тысячи скачиваний. Кто-то даже ссылался на нее.

Достаточно ли пяти часов, чтобы прочитать мою работу?

Лу Чжоу вошел в свою учетную запись на Mathoverflow и увидел, что появились уже обсуждения его статьи.

Однако обсуждения были не совсем научными…

«Невероятно.»

«Алгоритм Левинсона до сих пор дал лучшие результаты исследования гипотезы Римана. Но кто-то говорит, что этот путь невозможен? Значит теорема о критической прямой бесполезна?»

«В статье профессора Лу этого не говорилось. Он считает, что данный путь может дать ценные результаты, но будет трудно решить гипотезу Римана.»

«Я согласен с точкой зрения профессора Лу. Некоторое время назад профессор Молина из Принстона и ее соавтор Вера доказали теорему о нулевой границе, используя алгоритм Одлызко–Шёнхаге. Но они не смогли сдвинуть границу вперед, поэтому возможно достигнут предел данного пути.»

«Помните теорему о числах-близнецах? С помощью метода решета люди смогли сократить число в 70 миллионов до 246, но именно Лу Чжоу с помощью метода топологии смог доказать теорему… Возможно, то же самое относится и к гипотезе Римана.»

«Неужели ни у кого нет конструктивных идей?»

Почитав какое-то время форум, Лу Чжоу не нашел ни одного внятного научного аргумента. А увидел просто кучу математиков, поднимающих шум.

Но если подумать, то слишком рано чего-то ожидать спустя такое малое время. В конце концов, гипотеза Римана находилась на вершине пищевой цепочки. Можно промолчать про простых математиков, ведь даже у профессоров Делиня были трудности с пониманием данной гипотеза.

Лу Чжоу зевнул и увидел, что уже поздно. Он выключил свой компьютер и вышел из кабинета.

Завтра ему все еще предстояла встреча с российской группой гостей, а потом, скорее всего, будет банкет.

Все еще была работа, которую ему надо делать.

Пока Лу Чжоу спал, обсуждения на Mathoverflow разрослись, что привлекло много математиков со всего мира.

Уже все математические форумы стали обсуждать это.

Профессор Лу планирует взяться за гипотезу Римана!

Он уже добился некоторого прогресса!

Именно так, как и предполагал Цинь Юэ.

Математическое сообщество сошло с ума из-за публикации Лу Чжоу…

Глава 833. Гости с севера

На следующий день Лу Чжоу встал рано утром. Помылся, взял у Сяо Ая красивый костюм и оделся.

Сегодня у него дипломатическое мероприятие, поэтому скорее всего его покажут по национальному телевидению.

Чтобы порадовать своих фанатов, Лу Чжоу десять минут потратил на укладку прически.

Лу Чжоу некоторое время постоял перед зеркалом, пока не стало достаточно поздно. Он пошел на кухню и разогрел в микроволновке остатки вчерашнего ужина. Быстро позавтракав, он сел в свой черный седан и направился в аэрокосмическую промышленную зону.

Сидя на заднем сиденье и глядя на улицу за окном, Лу Чжоу вдруг вспомнил:

— Я собираюсь поменять машину.

Ван Пэн спросил:

— На какую?

— Полностью на электричестве.

— Она безопасна?

— Можешь проверить, когда она прибудет.

Ван Пэн кивнул:

— Без проблем, я полностью разряжу ее аккумулятор, когда она приедет.

— Полностью разрядишь? Ты уверен?

Ван Пэн посмотрел в зеркало заднего вида и с подозрением спросил:

— А что такое?

— Ничего, но срок службы аккумулятора две тысячи километров… Уверен, что хочешь полностью разряжать его?

Две тысячи километров!

Ван Пэн с трудом сдержал руль.

Стиснув зубы, он упрямо сказал:

— Без проблем! Всего лишь две тысячи километров.

Всего лишь.

Это расстояние от Цзиньлина до Пекина и обратно…

Но видя его упрямство Лу Чжоу нечего было сказать.

Две тысячи километров.

Как только он полностью разрядит аккумулятор, её уже вряд ли можно будет назвать новой машиной.

Менее чем через полчаса черный седан проехал мимо района высоких технологий в направлении недавно построенной аэрокосмической промышленной зоны.

Строго говоря, аэрокосмическая промышленная зона была частью района высоких технологий. Однако для удобства они разделялись.

С момента завершения строительства Цзиньлинского космодрома аэрокосмическая промышленность города развивалась с невероятной скоростью. Фактически город стал азиатским Хьюстоном.

От спутников до компонентов космических аппаратов, от радиаторов до аэрокосмических аккумуляторов, от государственных аэрокосмических гигантов до частных компаний, здесь обосновались более 500 компаний. Каждый элемент Лунного дворца или нового корабля можно было найти в Цзиньлине.

Именно поэтому делегация Минэкономразвития России решила посетить Цзиньлин вместо Пекина. Русские хотели поучиться у китайской аэрокосмической промышленности.

Россия обладала огромной базой аэрокосмической промышленности, но в условиях депрессивной экономики зачахла.

Сейчас весь мир хотел усесться с китайской аэрокосмической отрасли на один поезд, и русские первыми начали действовать…

Офис Star Sky Technology.

Черный седан остановился у двери.

Когда Лу Чжоу вышел из машины, мужчина, стоявший рядом с охранником, заметил его и быстро направился к нему.

— Академик Лу Чжоу, наконец-то вы здесь! — Мужчина крепко пожал руку Лу Чжоу. — Меня зовут Чжун Цюань, я от кабинета министров. Можете звать меня секретарь Чжун.

— Лу Чжоу. Академик лишь титул, а профессор — профессия, так что можете называть меня просто профессор Лу. — Лу Чжоу улыбнулся. — Российская делегация прибыла?

Чжун Цюань улыбнулся:

— Давным-давно! Господин Грудев начал спрашивать о вас, как только вышел из самолета, и не переставал.

Спрашивал обо мне?

Зачем?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Правда? Тогда не будем заставлять наших гостей ждать, проводите меня к ним.

Секретарь сделал приглашающий жест рукой.

— Сюда, пожалуйста.

Из-за иностранной группы посетителей аэрокосмическая зона сегодня была закрыта. Но даже так она была еще более оживленной, нежели обычно.

Двадцать черных машин аккуратно стояли рядом со зданием Star Sky Technology. Группа российских дипломатов последовала за группой китайских дипломатов и местных чиновников, которые проводили для зал для приемов.

Наконец, Грудев увидел человека, которого так ждал.

— Здравствуйте, профессор Лу! Я Грудев. — Представился он, крепко пожимая руку Лу Чжоу. Русский сердечно улыбнулся. — Я постоянно слышу ваше имя на собраниях Роскосмоса, поэтому наконец рад встретиться с вами лично.

Лу Чжоу пожал Грудеву руку:

— Вы слишком любезны. Для меня большая честь познакомиться с вами, господин Грудев.

— Я очень впечатлен развитием вашей аэрокосмической компании. Смогу ли я посетить сегодня ваш сборочный центр.

Министр Ян из Министерства торговли посмотрел на Лу Чжоу. Увидев, что Лу Чжоу кивнул головой, он ответил:

— Нет проблем, следуйте за мной.

Сборочный центр Star Sky Technology располагался в аэрокосмической промышленной зоне. Фактически, вся промышленная зона была построена вокруг сборочного центра.

Грудев настоял, чтобы они отправились туда пешком, а не на машине.

По пути он не сводил глаз со зданий и не мог скрывать своего удивления.

Внезапно он посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Увидев все это, я понял, как вы смогли создать такое чудо, как Лунный дворец.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это не чудо. Он ненамного больше МКС.

Грудев покачал головой:

— МКС результат совместной работы десятков стран, потребовалось более десяти лет, чтобы окончательно завершить сборку. Невероятно, что Лунный дворец собрали менее чем за год. Если это не чудо, то нет ничего, что можно было бы считать памятников человеческой цивилизации в двадцать первом веке.

Хотя Лу Чжоу понимал, что русский лизал его задницу, он не мог не испытать гордости.

В конце концов, до распада СССР являлся одной из мировых аэрокосмических держав. Хотя сейчас они далеко не так сильны, оставшееся наследство позволяло им почивать на лаврах до сих пор.

Мало кто знал. что жидкокислородно-метановый двигатель «Раптор» на ракете Space-X BFR, основывался на двигателе РД-270 советской ракеты УР-700.

Лу Чжоу улыбнулся и скромно ответил:

— Мы просто стоим на плечах гигантов.

Его технологии двигателей полностью заимствованы у цивилизации более высокого уровня, так что в некотором смысле Лу Чжоу говорил правду.

Однако Грудев неправильно понял слова Лу Чжоу. Вспоминая славу аэрокосмической промышленности Советского Союза, Грудев смущенно рассмеялся. К счастью, министр Ян перевел разговор в другое русло.

Данный небольшой эпизод никак не повлиял на отношения двух сторон. Грудев не был мелочным человеком, не говоря уже о том, что он был не в том положении, чтобы что-то возражать.

Особенно когда дело касалось аэрокосмической области.

Аэрокосмическая промышленность перешла с низкой околоземной орбиты на орбиту Луны. Если Россия хотела остаться в отрасли, то должна была получить помощь от Китая.

Если не сила Китая, то какая еще причина могла сделать сварливых русских такими дружелюбными?

Глава 834. Коммерциализация и масштабирование производства

Вскоре группа прибыла в сборочный центр.

Здание в центре сборочного центра место, где родился Жуйсян. Оно также колыбель серии компонентов космических аппаратов, произведенных компанией Star Sky Technology.

Сейчас тут лежал гигантский металлический корпус. Его называли корпусом потому что он больше походил на огромную подводную лодку, нежели космический аппарат.

Поскольку длинный и узкий корпус не мог выдержать собственный вес, его разделили на три части, которые лежали на металлическом каркасе.

Только войдя, российскую делегацию привлек этот объект.

Грудев и дипломаты не отреагировали слишком бурно. Однако у аэрокосмических специалистов, сопровождавших группу, были потрясенные лица.

У профессора Кауфмана, специалиста из Роскосмоса и Российской инженерной академии, чуть не отвисла челюсть от удивления.

Посмотрев на это чудовище, Грудев вздохнул.

— Даже не вериться… Это ваш корабль?

— Цюэцяо. — Лу Чжоу улыбнулся. — Его можно назвать кораблем, но мне кажется он больше похож на лодку.

Академик Кауфман, стоявший рядом с Грудевым, не мог не спросить:

— Такой большой… Как вы собираетесь отправить его в космос?

Многие китайцы, стоявшие рядом, занервничали, поскольку это касалось конфиденциальной информации.

Министр Ян хотел перевести разговор в другое русло, но Лу Чжоу ободряюще посмотрел на него.

Лу Чжоу посмотрел на академика Кауфмана полного фанатизма и ответил:

— Мы делаем три запуска: сначала запускаем командный модуль, потом модуль хранилища и, наконец, двигатель. После чего стыкуем их в космосе.

Российский эксперт был поражен.

Стыковка космических аппаратов самая сложная часть. Чем больше компонентов приходилось стыковать, тем больше был риск. Все еще технологии допускали стыковку лишь двух компонентов.

Но сейчас Лу Чжоу говорил ему, что у Китая есть технология стыковки трех частей. Такое потрясло даже Грудева.

— Не могу поверить, что ваша технология запуска так далеко ушла. — Грудев посмотрел на корабль. — На нем используется ионный двигатель?

— За ионным двигателем будущее. Для полетов в открытый космос не нужна тонна тяги, единственное преимущество традиционных ракет их начальная стартовая тяга.

Грудев и академик Кауфман обменялись потрясенными взглядами.

Министр Ян из Министерства торговли кашлянул и улыбнулся.

— Завершим на этом осмотр сборочного центра. Здесь есть много выдающихся компаний, которые с нетерпением ждут встречи с вами.

— Да, мы и правда потратили тут довольно много времени. — Грудев улыбнулся. — Тогда, министр Ян, не могли бы вы показать нам и другие компании.

До конца осмотра Грудев, больше не проявлял никакого интереса. Эксперт, стоявший позади него, тоже особо не удивлялся.

Хотя было еще много отличных компаний, ни одна из них не стояла на уровне Star Sky Technology. У некоторых из них были огромные заводы, но им не хватало технологий. А другие же обладали новаторскими технологиями, но им не хватало размаха, чтобы отойти от роли поставщика частей.

Однако благодаря этому Грудев испытал облегчение.

К счастью, Star Sky Technology единственный.

Если бы существовали две компании, обладающие самыми современными возможностями в области исследований и разработок, то аэрокосмическая промышленность Китая стала бы слишком пугающей…

Во время оставшейся части экскурсии Лу Чжоу не сопровождал российскую делегацию. Однако вечером в отеле на Пурпурной горе состоялся банкет, будучи главным конструктором Лу Чжоу появился.

Традиционный китайский банкет.

Хотя Лу Чжоу сидел за одним столом с Грудевым министром Яном, он мало разговаривал во время еды.

Он не особо хорош в общении на официальных мероприятиях. Пока кто-нибудь не проявлял инициативу и не начинал разговор с ним, он не говорил. Вместо этого он сосредоточил большую часть своего внимания на вкусной еде, стоявшей перед ним.

Грудев, который утром посетил Star Sky Technology, обратился к нему.

— Мне всегда было любопытно. Аэрокосмическая промышленность никогда не являлась сильной стороной Китая, но вы быстро развиваетесь в последние годы. Можете ли рассказать нам, как вы этого добились?

Лу Чжоу не пытался уклониться от ответа. Он ответил:

— Выбрал направление и старался изо всех сил.

Грудев беспомощно развел руками и поднял бокал с вином.

— Это немного абстрактно, не могли бы вы уточнить?

— Все зависит как интерпретировать это. — Лу Чжоу чокнулся бокалами с Грудевым. — Под направлением я подразумеваю выбор реалистичной цели. Эксперты, работающие с нами, являются превосходными учеными, с их помощью я решил множество проблем.

— Тогда что вы подразумеваете под старанием изо всех сил.

— Это означает иметь достаточное финансирование, а это ответственность государства. — Ответил Лу Чжоу. — Грубо говоря, сосредоточиться на важных задачах и правильно распределять ресурсы. Прямо сейчас основными проблемами аэрокосмической отрасли являются коммерциализация, а также масштабирование производства. Мы уже решили проблему производства, поэтому дальше идет коммерциализация. Мы должны сотрудничать с другими компаниями и пытаться направить частные инвестиции в отрасль.

— Сначала масштабировать производство, а потом коммерциализация. — Грудев улыбнулся. — Но разве это не нарушает объективные законы рыночной экономики?

— Тут как на это посмотреть. — Лу Чжоу улыбнулся. — Королева Испании профинансировала экспедицию Колумба. Соответствует ли это законам рыночной экономики?

— Интересный вопрос, но это другой случай… Есть ли между ними связь?

— Конечно. Конечная цель аэрокосмической промышленности выйти за пределы нашей родины и расширить наше пространство, по сути, то же самое, что и открытие нового континента. — Лу Чжоу отпил немного вина. — Рынок катализатор экономического развития, но не все развивается по законам рынка. По крайней мере, не в мире математики.

— Ха-ха-ха, ваше мнение весьма интересно. — Грудев сделал глоток красного вина и улыбнулся. — Если у вас появиться время, хочу пригласить вас посетить Россию, уверен, что российские ученые будут рады подробно обсудить с вами данный вопрос.

Лу Чжоу улыбнулся:

— У меня определенно появиться время. Я планирую посетить Международный конгресс математиков в следующем году.

— Если вы правда приедете, то мы обязательно устроим для вас грандиозную встречу.

Глава 835. Банкет

Банкет продолжался.

Поскольку Лу Чжоу не прекращал есть, он довольно быстро наелся.

Не выдержав, что Грудев все время пытается поговорить с ним и постоянного прожигающего взгляда академика Кауфмана, Лу Чжоу вежливо сказал, что ему нужно в ванную и покинул банкетный зал.

Наконец он мог передохнуть от этого шума.

Лу Чжоу медленно прошел в ванную и умыл лицо, после чего вышел на балкон отеля.

Он много раз бывал в своем отеле, здесь проводилось ежегодное собрание его компании. Еще в университете его приглашали сюда на праздничный банкет, поэтому хорошо знал тут все.

Балкон на пятом этаже выходил прямо на Пурпурную гору, во время осеннего заката открывался просто потрясающий вид.

К сожалению, сейчас было уже восемь часов вечера и тут лишь холодный ветер.

Лу Чжоу хотел избежать шумного банкетного зала, поэтому он хотел убить здесь немного времени.

Когда он сел на скамейку, к нему подошел официант отеля с меню.

— Хотите что-нибудь заказать?

— Мокко, пожалуйста.

— Хорошо. — Официант кивнул и записал в своем блокноте. Как только собирался сказать что-то еще, внезапно он услышал сбоку от него китайский с русским акцентом.

— Текилу Санрайз. — К Лу Чжоу подошла и села напротив русская девушка с светлыми волосами по плечи. Она посмотрела на официанта и мягко напомнила.: — Пожалуйста, не забудьте лед.

Хотя зима еще не наступила, ветерок на балконе был довольно прохладным, поэтому довольно необычно пить холодные напитки в такое время.

— Хорошо… Официант посмотрел на красивую блондинку, потом посмотрел на Лу Чжоу и заметив, что тот не возражает, кивнул. — Пожалуйста, подождите.

Официант сложил меню и покинул балкон.

Лу Чжоу посмотрел на странную девушку, сидящую напротив него. Он предположил, что она член русской делегации. Он собирался спросить ее имя, но она заговорила первой.

— Похоже, я не единственная, кто не выносит шум банкета.

— Кто ты?

— Виктория. Мой отец член делегации. — Блондинка протянула руку и сказала. — Приятно познакомиться.

Хотя Лу Чжоу понимал, что она знает, кто он такой, он все равно представился.

— Лу Чжоу, профессор математики.

Викторию позабавили слова Лу Чжоу. Она поправила пальцем волосы и спросила: — Просто профессор математики?

Лу Чжоу развел руками:

— Я также немного занимаюсь физикой… и химией.

Виктория ухмыльнулась:

— Ты забавный. Думаю, ты занимаешься гораздо большим.

— Да? Возможно… — Лу Чжоу посмотрел на подошедшего официанта. — Твой коктейль принесли.

— Спасибо. — Виктория взял свой коктейль и сделала глоток. — Мой китайский не очень хорош, я начала изучать его только три месяца назад.

— Твой уровень весьма неплох для того, кто учился лишь три месяца.

Для русских тяжело освоить китайский, достигнуть такого разговорного уровня за три месяца не просто хорошо, без преувеличения можно назвать такие способности гениальными.

Очевидно, Виктория не просто ваза.

Пока Лу Чжоу оценивал ее, девушка делала то же самое, но не делала этого столь очевидно. Она говорила с Лу Чжоу так, словно он ее хороший друг.

— Неужели меня похвалил гений?

— Гений? Я? — Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. — Я не гений, просто работаю немного усерднее других.

Также… У меня есть система.

Но это не мой врожденный талант.

Виктория улыбнулась:

— Ты слишком скромный. За одну жизнь ты сделал больше, чем большинство людей могут сделать за десять жизней. Подобного не достичь лишь усердием.

— Возможно, но кто знает, что может случиться в будущем.

Виктория улыбнулась:

— Я изучала экономику в МГУ и посещала несколько лекций по функциональному анализу. У нас часто можно услышать, как наши профессора хвалят твои математические способности. Это большая редкость для русских. Мы редко хвалим других за их математические способности.

— Ты изучала математику?

— Совсем чуть-чуть… А что, ты удивлен? — Виктория ухмыльнулась.

Лу Чжоу кивнул:

— Да, я не ожидал встретить здесь кого-то, кто говорит тем же языком, что и я.

— Рада слышать. Мне также очень любопытен твой исследовательский проект… Или скорее мне интересно, что за проблема интересует гения. — Виктория сделала глоток своего коктейля, оставив на бокале отпечаток красной помады. — Может ты расскажешь?

Ты уверена?

Ты хочешь услышать о моем исследование?

Лу Чжоу с радостью бы поговорил с ней. В конце концов, до окончания банкета оставалось еще два часа.

Лу Чжоу посмотрел в ее «полные любопытства» глаза и улыбнулся.

— Буду только рад.

………………….

Грудев понимал, что академик Лу не очень хочет с ним разговаривать.

Большинство ученых замкнутые люди. Особенно те, кто занимается теоретическими исследованиями. Как правило, они не любили разговаривать с «поверхностными» людьми.

Будучи чиновником и дипломатом Грудев знал это. Что касается того, почему он продолжал пытаться поговорить с Лу Чжоу…

Как бы он иначе дал шанс своей дочери?

Он клялся, что это точно не попытка продать его дочь.

С точки зрения отца, хотя профессор Лу иностранец, он определенно считался квалифицированным мужем, намного более квалифицированным, чем москвичи, которые целыми днями пьют. Так получилась, что его дочь все еще не нашла себе подходящего партнера, поэтому почему бы ему как отцу не помочь?

Однако…

Часто все шло не так гладко, как планировалось.

Он думал, что его план идеальный, но он недооценил Лу Чжоу…

После окончания банкета Виктория вошла в гостиничный номер с усталым видом.

Грудев посмотрел на уставшую дочь и спросил:

— Как дела? Ты встречалась с Лу Чжоу?

— Да, мы выпили на балконе.

Грудев обрадовался:

— И как?

— Дзета-функция Римана…

Что?

Что это?

Грудев нахмурился.

— Римана… что?

Виктория выдавила улыбку и ответила:

— Мы говорили о дзета-функции Римана в течение трех часов, но на него внезапно снизошло вдохновение, и он бросил меня… По крайней мере, он заплатил за мой счет.

Она устала делать вид, что ей интересно то, что он говорит.

Почему он не может поговорить о фильмах или музыки?

Он довольно красив, но я бы умерла, если бы мне пришлось разговаривать с ним каждый день…

— …

Виктория посмотрела на своего отца и спросила:

— Папа, я уродина?

— Нет, дорогая, ты такая же красивая, как твоя мама в молодости…

— Я впервые усомнилась в своем обаянии.

Она с сомнением посмотрела в потолок и что-то пробормотала себе под нос.

Грудев не знал, как утешить свою дочь, поэтому вздохнул.

— Может, его стандарты слишком высоки…

Хотя это было прискорбно, он ничего не мог поделать.

Им не суждено быть вместе.

Глава 836. Он приедет

Комната в библиотеке Принстонского университета.

Вера толкнула дверь и ворвалась внутрь с радостным лицом. Наконец, она собралась и смогла сказать:

— Он работает над гипотезой Римана!

Молина сидела за столом и, не поднимая глаз, точно знала, какое у Веры сейчас озабоченное выражение лица.

— Статья на arXiv? Я уже видела, там нет ничего такого…

Скорее, Молина поняла, что надо поспешить, как только увидела эту статью.

Лу Чжоу всегда решал все задачи, за которые брался. Даже задачи тысячелетия, как уравнения Навье — Стокса и Янга — Миллса, не оказались для него проблемой.

Поскольку Лу Чжоу стал научным столпом, он редко появлялся в математическом мире. Хотя он не принимал в научных конференциях, математическое сообщество не забыло о нем.

Даже по сей день истории о нем все еще распространялись по Принстона.

Не было сомнений, что Лу Чжоу грозный соперник.

Она столько лет пыталась решить эту гипотезу и, если Лу Чжоу опередит ее, то она просто сойдет с ума…

— Молина…

Молина посмотрела на Веру и растерянно моргнула:

— Что?

Вера выдавила улыбку и спросила:

— Как думаешь докуда он продвинулся?

Молина посмотрела на покрасневшую Веру и переспросила:

— Откуда мне знать? Почему бы тебе самой не спросить его? У тебя же есть его почта.

— Я… — Вера покраснела и отвела взгляд от Молины. — Я еще недостаточно хороша для него.

Хватит!

Я больше не могу этого выносить!

Молина встал и обнял Веру за плечи.

— Послушайте, мисс Пулюй, я знаю, что он парень твоей мечты, но пойми, что он наш враг! Ты не должна…

Прежде чем Молина успела закончить, Вера оборвала ее.

— Он не мой враг!

Глаза Веры горели решимостью.

— Ладно, я выражусь иначе. — Молина немного подумала и сказала. — Разве ты не поспорила с ним о Филдсовской премии?

Вера занервничала.

Молина заметила это, ухмыльнулась и похлопала девушку по плечу.

— Постарайся изо всех сил. Если мы докажем гипотезу Римана, мы получим десять медалей.

Вера затаила дыхание и сжала кулаки, бормоча про себя:

— Если я решу гипотезу Римана… он заметит меня.

Молина ободряюще посмотрела на нее:

— Верно, не только он, тебя заметит весь мир.

Вера покраснела еще сильнее и посмотрела в пол.

— Нет, не надо всего мира… Достаточно только его.

………….

В мире математики не так много будоражащих новостей, поэтому новость, что Лу Чжоу начал исследовать гипотезу Римана, считалась сенсационной. Все говорили о поисках профессора Лу доказательства гипотезы Римана; от онлайн-форумов до Принстона. Лу Чжоу стал горячей темой.

И не только студенты, профессора также обсуждали Лу Чжоу.

Подобное и не ускользнуло от профессора Феффермана, главы математического факультета Принстона.

Пока Вера разговаривала с Молиной, профессор Фефферман пришел в кабинет профессора Делиня с распечатанной копией той статьи.

Делинь сидел за своим столом.

Когда Делинь услышал шаги, он поднял голову и посмотрел на распечатку в руках Феффермана.

— Думаю, что у тебя в руках его статья с arXiv.

— Похоже, ты уже прочитал ее… — Профессор Фефферман отбросил статью в сторону. — Не ожидал, что ты так хорошо информирован.

— Я иду в ногу со временем, и начал пользоваться интернетом уже двадцать лет назад. — Профессор Делинь посмотрел на статью. — Ты пришел сюда только ради этого?

— Что значит только для этого? — Фефферман с недоверием посмотрел на друга. — Разве не слышал о той легенде? Человек, который сможет решить гипотезу Римана, станет бессмертным не только в абстрактном смысле, но и в буквальном.

Эта легенда появилась очень давно, примерно в 19 веке. Французский математик Жак Адамар и бельгийский математик Валле Пуссен добились первого существенного прогресса в гипотезе Римана, после чего дожили до 98 и 96 лет соответственно.

Дожить тогда почти до ста лет просто поразительно. Случившееся положило начало легенде, согласно которой человек, доказавший гипотезу Римана, будет жить вечно.

Конечно, это всего лишь шутка, но эта шутка жила уже столетие.

Делинь фыркнул и ответил.

— Этой легенде более ста лет. Теорема Бора и Ландау была гораздо более значимой, чем теорема Адамара. Если я правильно помню, они оба умерли в возрасте шестидесяти лет.

— Ладно, ладно, Бог заботится о всех. — Фефферман улыбнулся и пожал плечами. — Не будем о легендах, тебе не кажется, что его статья очень интересна?

— До официальных публикаций доказательств, я воздержусь от комментариев.

Фефферман улыбнулся:

— Я не прошу тебя комментировать, мне просто интересно, о каком пути дзета-функции Римана с использованием функции π(x) он писал. Я провел кое-какие исследования и не нашел ничего интересного… Мне любопытно, как, по-твоему, он будет доказывать? Как ты думаешь, что он будет делать?

Профессор Делинь посмотрел на него и ответил:

— Разве вы не работали вместе над уравнениями Навье — Стокса? Разве ты не знаешь его лучше?

— Я не очень хорошо его знаю, он привык работать один.

После этого профессор Делинь вздохнул.

Он вспомнил что-то из прошлого и ответил:

— Имея лишь идею нельзя доказать гипотезу Римана. Я могу придумать с десяток идей о том, как доказать ее, но ни одна из них не дает мне надежды. Функция π(x) довольно нова, но не уникальна. Раньше также пытались использовать ее.

Профессор Фефферман кивнул.

Он не первый раз услышал про использование π(x) для решения дзета-функции Римана. Он даже слышал, как люди говорили об этом в кафе.

— Он ученый, который хорошо разбирается в использовании методов, и в их создании. Независимо от успешности применения функцию π(x), уверен, что он сможет найти успешные методы.

— Как метод групповой структуры?

— Не совсем. — Профессор Делинь улыбнулся. — Эта проблема беспокоит математический мир уже более полутора столетий. Вероятно, он создаст новый инструмент, который поможет нам понять дзета-функцию Римана. — После паузы он добавил. — Я с нетерпением жду следующего Международного конгресса математиков.

Профессор Фефферман сказал:

— Он может и не приехать.

Делинь покачал головой.

— Поверь мне, он приедет!

Глава 837. Метод уменьшения границы

Удачно убив время на балконе, Лу Чжоу заплатил за напитки, после чего сразу же отправился на стоянку и сел в машину.

— Возвращаемся домой.

— Хорошо.

Ван Пэн, сидевший за рулем, кивнул и повел машину.

Лу Чжоу долго говорил о дзета-функции Римана с девушкой. И хотя по большей части он говорил сам с собой, он все равно как-то смог получить от разговора вдохновение.

Внезапно Лу Чжоу сказал:

— Мне нужен инструмент.

Ван Пэн на мгновение впал в ступор.

— Какой инструмент?

— Не обращай внимания.

— Надо заехать в магазин?

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

— Если бы только они продавали подобное в магазине.

У Ван Пэна было предчувствие, что если он продолжит спрашивать, то еще больше запутается от ответов Лу Чжоу. Поэтому он замолчал и сосредоточился на дороге.

Вилла находилась недалеко от Пурпурной горы, и через десять минут Лу Чжоу вернулся в свой закрытый район.

Машина остановилась у входа. Сказав Ван Пэну, что тот мог не приезжать завтра, Лу Чжоу вошел в дом и поднялся по лестнице.

— Общими методами не решить функцию π(x). В прошлом тысячи людей пытались доказать эту гипотезу. Даже если идея может сработать, бесполезно рассматривать классические методы.

— Прорывные результаты требуют прорывных методов!

— Мне нужен новый инструмент.

Дрон летел позади Лу Чжоу на второй этаж.

Сяо Ай с любопытством обратился к Лу Чжоу.

«Хозяин?»

— Завари мне чашку кофе и принеси в кабинет.

«Но уже очень поздно… (°〃°〃)»

— Все в порядке, я не планирую ложиться спать сегодня.

«Хорошо, но, пожалуйста, следите за своим здоровьем.»

Лу Чжоу открыл дверь кабинета и ответил:

— Хорошо!

Нереально с наскока покорить гору Римана. Она слишком долго стояла в мире математики. Бесчисленное множество людей пытались бросить ей вызов, но только для того, чтобы остаться на дне. Хотя появилось множество знаков, которые вели к вершине, не было ни одного инструмента, с помощью которого можно было взобраться.

Независимо от способа доказательства, Лу Чжоу должен был заложить надежный фундамент.

Тогда он увидит надежду на доказательство…

Лу Чжоу сел за стол и выбросил стопку использованных черновиков в мусорное ведро, после чего достал новую стопку черновиков.

Лу Чжоу посмотрел на листок на своем столе и ухмыльнулся. Он покачал головой и пробормотал себе под нос:

— Наверное, это самый малобюджетный проект, что я делал за последние годы.

Когда он доказывал уравнения Янга — Миллса, он попросил ЦЕРН провести несколько дорогостоящих экспериментов.

Для чисто математической задачи, как гипотеза Римана, затратами были листы черновиков и его способности…

…………………………

Лу Чжоу уже давно не посвящал себя исследованиям.

С момента, как он стал главным конструктором, он играл роль руководителя. Он редко участвовал в передовых научных исследованиях.

Однако даже так он ощутил знакомое чувство.

Когда он полностью погружался в математическую проблему, цепочки цифр и символов проносились в его мозгу подобно музыке.

Поднимающийся пар от его чашки кофе постепенно исчез. Уличные фонари на дорогах погасли. Пурпурная гора стала черной как смоль. Через некоторое время Лу Чжоу услышал щебетание птиц снаружи, что заставило его прекратить писать.

— Метод, созданный Гротендиком при исследовании гипотезы Вейля, оказал огромное влияние на развитие алгебраической геометрии и всей математики, благодаря чему Делинь сумел доказать гипотезу Вейля.

— Если я хочу найти способ подняться на гору, я должен сначала покорить гору поменьше… Обобщенную гипотезу Римана.

Говоря о гипотезе о числах-близнецах и гипотезе Полиньяка, последняя была связана с первой. Даже если доказательство первой не приводило к доказательству последней, она могла послужить источником вдохновения.

Именно так проходят исследования в области математики.

От более простой формы гипотезы к доказательству самой гипотезы, а затем к доказательству более сложной гипотезы. Как только все компоненты закончены, все соединяется и башня математики будет завершена.

Лу Чжоу написал строку уравнений на новом листе.

«Re (s) = 1-c/ln [|Im (s)|+2] (>0)…»

Лу Чжоу ухмыльнулся, а вся его серьезность тут же улетучилась.

— Если я хочу доказать, что все нули распределены по нулевой границе, я должен начать с исключения областей, где нулей не существует! Re (s)≤0 и Re (s)≥1, если я придумаю способ расширить это доказательство до всех областей, то я смогу доказать гипотезу Римана!

— Начну с правой границы.

Данный метод доказательства назывался методом критической зоны! Вместо доказательства наличия нулей на критической прямой, идея доказательства заключалась в уменьшении самой критической прямой.

Пока он мог доказать правую границу критической зоны от Re (s)=1 и левую до Re (s)= 1-ε(ε>0), для всех значений ε, он мог существенно продвинулся в доказательстве гипотезы Римана!

У него появилась идея и ему осталось лишь привести ее к исполнению.

Интуиция подсказывала ему, что эта часть головоломки находится в алгебраической геометрии! И именно в этой области он наименее опытен…

— Было бы хорошо, если бы я мог с кем-нибудь это обсудить.

Лу Чжоу покачал головой.

Особенно с профессором Делинем…

К сожалению, не все можно объяснить в письме, а видео-звонки дают не те ощущения.

Он мог положиться лишь на себя.

— Нельзя зависеть от других.

Лу Чжоу не сдержал своего любопытства и открыл Mathoverflow.

Вскоре он разочаровался.

Когда он загрузил свою статью на arXiv, он надеялся, что она поможет заложить фундамент для других. Он хотел увидеть интересное обсуждение на Mathoverflow, чтобы получить вдохновение.

Но похоже его идея была напрасной.

Предполагалось, что это математическое сообщество полное профессоров, но, как оказалось, люди больше интересовались сплетнями.

Хоть и присутствовали научные обсуждения, их содержание слишком устарело.

— Похоже придется закрыться на пару дней.

Лу Чжоу облокотился на спинку и взял свой телефон. Он сказал Ван Пену не беспокоить его в течение нескольких дней, после чего он зевнул и пошел в ванную.

Он надеялся за ночь что-то уловить с крупицей вдохновения, но, к сожалению, все оказалось гораздо сложнее.

Теперь, когда он решил затворничать, нет необходимости волноваться о времени суток.

Прежде чем приступить к работе, он планировал наверстать упущенное за бессонную ночь…

Глава 838. Гипотеза Римана

Даже имею идею для доказательства, доказать гипотезу нелегко.

Метод критической зоны существовал уже более ста лет.

Зоны Re (s)<0 и Re (s)>1 были самыми простыми и решались раньше, а на решение областей Re (s) = 0 и Re (s) = 1 ушли десятилетия.

И именно исключение этих областей привело позже к доказательству теоремы о простых числах.

Чтобы глубже погрузиться в эту тему, Лу Чжоу собрал большое количество статей. Он даже нашел электронные версии работ Гротендика, которые удалили крупные издательства. Он также нашел статьи, опубликованные профессором Делинем по гипотезе Вейля.

На самом деле Лу Чжоу должен был ознакомиться с ними во время своей докторской, но он был так погружен в теорию чисел, что не мог тратить время на алгебраическую геометрию.

Исследование гипотезы Гольдбаха занимало все его время. Профессор Делинь предоставил ему большую свободу, иначе он не смог бы сосредоточиться на гипотезе Гольдбаха.

Можно сказать, что в методике преподавания Делиня имелись свои плюсы и минусы.

В первый день своего затворничества Лу Чжоу потратил весь день на сбор всех материалов.

Следующие два дня Лу Чжоу провел за их чтением и обобщением основных моментов.

На пятый день Лу Чжоу объединил гипотезы по алгебраической геометрии с недавними исследованиями. Он выбрал алгебраическую кривую над конечным полем в качестве опоры, что дало ему кратчайший путь к окончательному ответу.

Вдохновение переполняло его.

После нахождения алгебраической кривой на конечном поле все части начали соединяться друг с другом.

Солнце взошло на восьмой день.

Лу Чжоу, сидевший за столом, потянулся и зевнул.

Он закончил писать статью прошлой ночью. Он даже не знал, который сейчас час.

Он был так сосредоточен на исследовании, что даже не помнил, когда уснул.

Это ощущение полного погружения в математику слишком прекрасно, время пролетало незаметно для него…

Математика — его жизнь.

Это прекрасно!

Он посмотрел на телефон, который лежал на углу стола. И, как и ожидал, увидел на экране десятки пропущенных звонков и текстовых сообщений.

У Лу Чжоу не было времени на них. Он отложил телефон в сторону и планировал ответить позже. Он посмотрел на стопку бумаг столе.

— Похоже пора перепечатать все…

Не позавтракав, Лу Чжоу перенес написанную статью в электронный вид.

С помощью Сяо Ай это не заняло много времени.

Перепроверив и убедившись, что нет ошибок, Лу чжоу отправил статью в редакционный отдел Математических хроник.

Его последняя статья не имела никакой публикационной ценности, поэтому он загрузил ее только на arXiv.

Но данная работа совсем другая.

Исследование гипотезы Римана встало почти на столетие, и его исследование стало гигантским шагом для человечества!

Он доказал, что при бесконечно малом значение ε, в области Re (s) ≥1-ε не существует ненулевых тривиальных точек функции ζ!

Он придумал творческое название.

Гипотеза квази Римана!

………………………….

Пока Лу Чжоу сидел, закрывшись дома, люди снаружи начали беспокоиться о нем.

Это прекрасно, не выходить из дома, но не отвечать на телефонные звонки заставляло некоторых людей переживать.

Прошла еще одна неделя.

Ван Пэн, который охранял виллу, начал беспокоиться, осталось ли у Лу Чжоу что-нибудь поесть. Доктор Янь, которая отвечал за здоровье и безопасность Лу Чжоу, не могла уже держать себя в руках и приехала к нему.

В белом медицинском халате она подошла к воротам и посмотрела на Ван Пена, который курил сигарету.

— Почему профессор Лу не выходит?

Ван Пэн стряхнул пепел с сигареты и покачал головой.

— Не знаю.

— …

Какого фига ты не знаешь?

Ты его телохранитель!

Янь Янь заглянула во двор перед домом. Она поколебалась и спросила:

— Может зайдем и посмотрим?

Ван Пэн улыбнулся и покачал головой.

— Не делай этого, а то он рассердиться.

— Откуда ты знаешь? Если с ним что-то случилась и ему нужна помощь…

Ван Пэн ответил:

— Потому что… Я уже пытался.

Янь Янь нахмурилась и хотела что-то сказать, как внезапно открылись передние ворота, после чего и входная дверь.

Они вдвоем посмотрели на дверь и увидели Лу Чжоу, выходящего из дома в серой куртке.

Ван Пэн выбросил сигарету в мусорное ведро и спросил:

— Доказал?

Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и Янь Янь и немного удивился.

— Ты хотя бы знаешь, что я исследовал?

Ван Пэн смущенно покачал головой.

Он, очевидно, не знал, что исследовал Лу Чжоу. Однако по своему прошлому опыту он знал, что эта сложная проблема.

Лу Чжоу направился к машине. Янь Янь остановила его и сказала:

— Подожди, у тебя сегодня медосмотр. Мы договаривались на прошлые недели…

— Правда?

Лу Чжоу попытался вспомнить.

Янь Янь кивнула.

— Хочешь прослушать запись?

Чего? Зачем ты записывала подобное?

— Не нужно, я тебе верю. — Лу Чжоу кашлянул. — Мы проведем медобследовани позже, у сейчас есть кое-что поважнее.

Ван Пэн стал серьезным и начал искать ключи от машины.

— Куда мы направляемся?

Лу Чжоу улыбнулся и стал взволнованным.

— За новой машиной?

— …

Это настолько важно?!

Глава 839. Его опасно трогать

Три дня назад Чэнь Юйшань написала Лу Чжоу и сообщила ему, что привезли машину от BYD, и велела ему забрать машину из автосалона.

Однако телефон Лу Чжоу был выключен, поэтому он не видел сообщений. Только несколько минут назад, после того как он загрузил статью на arXiv, у него появилось время проверить сообщения.

После чего…

Через полчаса Лу Чжоу уже был в автосалоне, стоя рядом с черной машиной.

Продавщица чувствовала сильное давление от телохранителя Лу Чжоу, с натянутой улыбкой она рассказывала об основных функциях машины.

Выслушав ее объяснения, Лу Чжоу сразу же спросил:

— Какая максимальная скорость?

Продавщица вежливо ответила:

— Максимальная скорость двести шестьдесят километров в час, но на обычной дороге не получится ехать с такой скоростью.

Лу Чжоу кивнул, поражаясь про себя.

Потрясающе!

Безумно, что электромобиль может быть таким быстрым.

Даже быстрее Теслы… Конечно, это не серийная машина, но все равно, довольно круто.

Лу Чжоу задал еще один важный вопрос:

— А как насчет его безопасности?

Продавщица вежливо улыбнулась.

— Стекло пуленепробиваемое…

— Я займусь проверкой этой части. — Ван Пэн, стоявший рядом, влез в разговор. — Если она не пройдет наши тесты, мы ее модифицируем.

Лу Чжоу внезапно занервничал.

— Не превращайте ее в танк.

— Конечно, нет… У нас в отделе есть эксперты по подобному. Она будет выглядеть точно также.

Брехня!

Поколебавшись, Лу Чжоу сказал:

— У меня есть одна просьба.

— Какая?

— Перед отправкой на ее доработку покатай меня.

— Без проблем.

………………….

Хотя Лу Чжоу не особо интересовался машинами, каждый парень в той или иной степени увлекался ими.

А езда на машине ограниченной серии вдвойне приятна.

Тем более, Лу Чжоу только закончил со статьей, и ему нужно было расслабиться.

Попросив Ван Пэна объехать Пурпурную гору и центр города по кольцевой дороге, Лу Чжоу открыл окна с обеих сторон машины и подставил лицо холодному ветру.

Однако где-то минут через десять ему стало скучно.

Как и ожидалось, он не любил роскошные машины.

Математика для него интереснее.

Закрыв окна, он достал свой телефон и вошел в свою учетную запись Mathoverflow, после чего посмотрел на посты в трендах.

Как он и ожидал, в течение часа после загрузки статьи обсуждения забурлили.

«Боже… Не вериться!»

«Несколько дней назад профессор Лу все еще исследовал функцию π(x) же, так? Как получилось, что он внезапно изменил свой метод?»

«Сколько ученых уже утверждали, что совершили крупный прорыв в гипотезе Римана? Re (s) = 1-c/ln[|Im (s)|+2] бесконечно близко к Re (s)=1, когда Im (s)→∞, поэтому мы вообще не можем сместить правую границу ближе к критической линии! Неужели эта молодежь не может быть более строгой!»

«Вы говорите о профессоре Лу! Вы хотя бы читали его работу? Он даже не ссылался на Re (s)=1-c/ln[|Im (s)|+2!»

«Я знаю, что это профессор Лу, но сэр Атья получил гораздо больше наград по математике! Математика ищет истину в фактах, репутация автора не имеет значения! Бьюсь об заклад, что будь статья анонимная, то никто бы ее не заметил!»

Лу Чжоу улыбнулся, когда посмотрел на комментарии.

Это правда нужно было писать?

Если бы какой-нибудь безымянный математик заявил, что добился прогресса в гипотезе Римана, ему бы никто не поверил.

Вы мне не верите?

Просто подождите!

В ветке он увидел знакомое имя — Терри Тао.

Очевидно, это не кто иной, как профессор Тао Чжэсюань из Лос-Анджелеса.

Комментарий профессора Тао также был интересным.

«Я проверяю расчеты, подождите немного, это может занять какое-то время.»

В обычных обстоятельствах, профессор Тао редко давал такие комментарии.

Если тема была в области, с которой он был знаком, он часто мог сразу же найти опровергающий аргумент.

Но теперь все было по-другому.

Его комментарий еще больше подогрел обсуждения на Mathoverflow.

Лу Чжоу продолжил листать и увидел еще несколько интересных комментариев, после чего ухмыльнулся.

Ван Пэну стало любопытно, что Лу Чжоу читал в своем телефоне, но знал, что не должен спрашивать, поэтому решил сосредоточиться на дороге.

Объехав Пурпурную гору, этот чудовищно выглядящий электромобиль остановился у ворот виллы. Соседи, выгуливавшие собак, с любопытством посмотрели на машину.

Они никогда раньше не видели такой марки.

Для непрофессионалов в этом не было ничего необычного, но для автолюбителей это было открытием нового континента. Они достали свои телефоны и хотели сделать снимки.

Однако…

Когда они увидели человека, выходящего из машины, соседи тихо убрали телефоны.

Я не могу себе этого позволить…

Это нормально фотографировать других.

Даже звезды не особо что-то значили для этих людей, кто мог жить в этом сообществе.

Но когда дело касалось Лу Чжоу…

Они боялись, что их позовут поговорить о жизненных идеалах, когда они сделают снимок…

Глава 840. Надежная машина

Как и в любом закрытом районе, любая новая машина должна быть зарегистрирована.

А после того, как Лу Чжоу переехал сюда, район повысил уровень безопасности и число охранников увеличилось.

И даже, если это была машина Лу Чжоу, он также не был исключением из правил.

После того, как Ван Пэн припарковал машину, он вышел и воодушевленно пробормотал:

— Машина довольно надежная.

Благодаря своей профессии он водил много машин. Начиная от иномарок премиум-класса и заканчивая отечественными по индивидуальному заказу. Однако это одна из лучших машин, которые он когда-либо водил.

Учитывая тот факт, что электромобили появились всего несколько лет назад, становилось более невероятно.

Лу Чжоу размял плечи и улыбнулся.

— Само собой.

— Она же не дешевая?

— Не знаю, но она в единственном экземпляре…

Ван Пэн немного помолчал и взволновано сказал:

— Бедность ограничивает мое воображение.

— Не притворяйся. Ты раньше водил танки, это лишь спортивная машина.

Ван Пэн потер нос:

— Я не водил танк, я только ездил в одном.

— …

Вау…

Я лишь пошутил, не ожидал, что он правда раньше сидел в танке.

Лу Чжоу вдруг стало любопытно, чем раньше занимался его телохранитель.

Ван Пэн посмотрел на ключ от машины в своей руке и сказал:

— Мне нужно время, чтобы зарегистрировать машину. Подождешь здесь или вернешься?

Закрытый район был вполне безопасным.

Это самое безопасное место в Цзиньлине; даже сотрудникам разведки из других стран будет трудно попасть туда.

— Я вернусь. Не забудь заехать за мной завтра. У меня нет планов на сегодняшний вечер, так что машина мне не понадобится.

Ван Пэн кивнул:

— Хорошо, тогда я пойду.

— Хорошо… Только помни, что не нужно слишком сильно модифицировать мою машину, только немного. — Взволнованно сказал лу Чжоу:

Ван Пэн посмотрел на нервничающего Лу Чжоу и улыбнулся:

— Не волнуйся, я верну ее точно такой же.

— Я запомнил твои слова!

Лу Чжоу неохотно взглянул на свою новенькую спортивную машину, после чего развернулся и пошел к своей вилле.

Вернувшись домой, он бросил куртку на диван и увидел, как к нему подлетает Сяо Ай. Он попросил Сяо Ая приготовить ему чашку кофе, после чего поднялся в свой кабинет.

Прошло достаточно времени с момента загрузки им статьи, в мире математике, где мало слухов, о ней уже должны знать все.

Однако единственное мнение, что его волновало, было от журнала.

Хотя процесс общего рецензирования занимает много времени, Лу Чжоу отправил статью напрямую в редакцию, пропуская первичные процессы, поэтому скоро должен быть ответ.

Он включил компьютер и увидел на почте непрочитанное письмо.

Неудивительно, что это был ответ из редакционного отдела.

«Уважаемый профессор Лу. Мы получили вашу статью и хотим поблагодарить, что выбрали наш журнал для публикации. Статья находится на рецензировании, но, как вы знаете, в вашей области исследований очень мало ученых. Сейчас мы пытаемся с подходящими рецензентами. Мы уведомим вас, когда рецензирование перейдет на следующий этап.»

Более века не было никакого прогресса в исследовании критической зоны. Хотя над гипотезой Римана работало несколько человек, очень немногие выбирали данное направление в своих исследованиях.

Однако эта гипотеза все еще была весьма важна в области аналитической теории чисел. Иначе ее нельзя было бы назвать гипотезой квази Римана.

Если кто-то смог бы решить эту проблему, то получил бы Филдсовскую премию.

На протяжении более чем столетия никому не удавалось сдвинуть правую границу критической зоны даже на самую малость. Многие думали, что эта идея доказательства неосуществима, но теперь кто-то внезапно доказал Re (s)=1-ε(ε→0), что доказывало, что границу можно сместить!

Что это означало?

Для обычных людей это просто непонятная новость.

Но это огромное событие для математического сообщества!

Поэтому найти рецензента непросто.

Из-за связей Лу Чжоу в научном сообществе трудно найти подходящего рецензента, чтобы избежать личностных связей…

Поэтому эксцентричный профессор Фальтингс был лучшим выбором. Кроме того, Фальтингс охватывал два направления, алгебраическую геометрию и аналитическую теории чисел…

Но все зависело от того, было ли у того время.

В конце концов, проверка подобной статьи непростое делом…

— Надеюсь, у Фальтингса найдется время просмотреть мою работу.

Дверь мягко открылась, и внутрь уверенно влетел дрон с дымящейся чашкой кофе в механических клешнях.

«Хозяин, ваш кофе. (๑•̀ᄇ•́)»

— Поставь на стол.

«Хорошо. (•̀∀•́)»

Дрон приземлился с краю стола и поставил чашку.

В правом нижнем углу экрана Лу Чжоу появилась надпись:

«Пожалуйста, наслаждайтесь (* / ω\*)»

Лу Чжоу улыбнулся и сделал глоток.

— Спасибо, очень вкусно.

Лу Чжоу поставил кофе на стол, после чего удалил письмо.

Как только он собирался закрыть почту и продолжить свое исследование, которое заключалось в увеличении значения ε до 1/2. Однако в его почтовом ящике внезапно появилось еще одно письмо.

Слегка ошеломленно, Лу Чжоу открыл письмо.

Он заметил знакомый адрес и затаил дыхание.

«Профессор, вы занялись гипотезой Римана?»

Глава 841. Спорно?

В математическом сообществе любой прогресс в изучении гипотезы Римана будет долго обсуждаться.

Это не стало исключением для математического факультета Калифорнийского университета в Беркли.

После того, как профессор Лу загрузил свою статью на arXis, новость о доказательстве гипотезы квази Римана разлетелась повсюду и везде ее обсуждали.

— Слышал? Гипотеза квази Римана доказана!

— Да, просто не верится. Никто не достигал никакого прогресса в течении столетия!

— Последние исследования в этом направлении привели к доказательству теоремы о простых числах. Интересно, что профессор Лу принесет нам в этот раз.

— Да, если бы только у меня была лишь половина мозгов, как у профессора Лу.

— Проснись, хватит мечтать!

Не только студенты, но также и профессора обсуждали данное событие.

Аналитическая теория чисел не сильнейшая сторона Беркли. Условно говоря они более склонны к уравнениям в частных производных. Однако для такого ученого, как профессор Тао, который являлся специалистом во многих областях, подобное не пройдет мимо.

Он сидел в кабинете в корпусе математического факультета в Беркли. Его стол был завалили черновики. С ручкой в руке он пристально смотрел на статью на столе. Он был настолько сосредоточен, что даже не услышал стука в дверь.

Через какое-то время дверь распахнулась. Вошел высокий худощавый азиат с коробкой пиццы, что был его аспирантом.

— Профессор я принес вашу пиццу.

Профессор Тао ответил, не поднимая головы:

— Просто поставь в стороне.

— Хорошо, но рекомендую съесть ее, пока она не остыла. — Аспирант посмотрел на статью и с любопытством спросил. — Кстати, вчера я увидел ваш комментарий на Mathoverflow… Вы все еще изучаете статью?

— Да.

Аспирант сглотнул и выжидающе спросил:

— Есть результат?

— Я сказал бы, если бы был.

— Хорошо. — Аспирант поник и покинул кабинет.

Вообще, профессор Тао открытый человек. Он был одним из немногих профессоров в Беркли, которые дружили со студентами.

Однако были и исключения.

Всякий раз, когда его беспокоил какой-нибудь вопрос, он вел себя холодно по отношению ко всем, даже к своей жене…

— Интересно.

— Он использует алгебраическую геометрию подобно Гротендику, но это не столь очевидно.

— Выбор алгебраической кривой на комплексной плоскости… Как он додумался до этого?

— И… Можно ли этот метод действительно назвать доказательством?

Профессор Тао облокотился на спинку стула и посмотрел на пыльный потолочный вентилятор. Он почесал затылок.

Редко случалось, чтобы задача беспокоила его так долго.

Он постучал ручкой по бумаге и серьезно произнес.

— Спорно.

Однако в его голосе совсем не было уверенности.

— Неужели я ошибаюсь…

Может, доказательство действительно есть?

……………….

Лу Чжоу не мог вспомнить, когда в последний раз получал письмо от Веры.

Год назад? Или еще больше?

Очевидно, Вера, которая исследовала гипотезу Римана, увидела статью Лу Чжоу на arXiv. Она нашла время, чтобы прочитать её, и у нее возникло несколько вопросов.

Многое не обсудишь по почте, поэтому они договорились созвониться завтра в восемь.

Спустя три года Лу Чжоу наконец-то смог увидеть ученика, которым он больше всего гордился.

Даже если лишь через Интернет.

В 8 часов вечера на следующий день начался видеозвонок.

Лу Чжоу сварил чашку кофе и сел в своем кабинете. Он был готов обсуждать научные проблемы, но атмосфера оказалась немного напряженной.

Казалось, девушке нужно было сказать слишком много, но она не знала, с чего начать. Поэтому она просто молча сидел перед компьютером и нервничала.

Лу Чжоу немного смутился.

Ее светлые волосы были собраны в конский хвост. Лу Чжоу мог даже сказать, что она сделала легкий макияж.

Что я должен сказать?

Давно не виделись?

Кажется, немного равнодушно.

Похвалить прическу?

Но так может возникнуть недоразумение…

Лу Чжоу кашлянул и заговорил четко и формально.

— Давай перейдем к делу… Скажи, что именно у тебя за вопрос?

Приветствия и излишняя вежливость могли сделать атмосферу еще более напряженной. Поэтому он сразу перешел к теме.

Как и ожидалось, напряжение тут же исчезло.

Вера вздохнула с облегчением и кивнула.

— Секунду…

Девушка отошла в сторону и притащила в обзор камеры полностью исписанную доску.

Лу Чжоу посмотрел на расчеты на доске и на мгновение удивился, затем постепенно его взгляд стал серьезным.

Вера откашлялась и тихо сказала:

— Это метод алгебраической геометрии, который вы использовали для доказательства гипотезы квази Римана, я попыталась обобщить доказательство.

Лу Чжоу бегло просмотрел доску и одобрительно кивнул.

— Отличная работа.

Она достойна быть моим учеником.

Обобщить все это непросто.

Вера улыбнулась:

— Даже если Молина… Я имею в виду, госпожа Абель сказала мне не обсуждать это с тобой, я думаю лучше… Обсудить это.

Обсуждать идеи с гениальным ученым очень рискованно, поскольку научное сообщество признавало лишь того, кто произвел результат, а не того, кто подал идею.

Поэтому некоторые ученые даже не публиковали свои текущие результаты… Они стремились получить что-то более значимое.

Вера со всей серьезностью говорила:

— Я внимательно изучила алгебраическую кривую конечного поля, которую ты ввел, когда ε стремится к бесконечно малому значению. Я обнаружила, что в области Re (s)≥1-ε нет ненулевых тривиальных точек функции ζ. Свойства 2Γ(1-s)=(2π) (s-1)sin (ns/2)ζ (1-s) будут…

Вера повернулась к доске и написала вычисления в правом углу, который она намеренно оставила пустым.

Лу Чжоу посмотрел на запись и нахмурился, но вскоре расслабился.

Он уже получил общее представление о идеях Веры.

Она использовала его собственное доказательство в качестве основы и ввела функцию гомологии, которая связала нильпотентные группы Ли… По сути, она внесла некоторые улучшения в его метод и применила его к ε.

Мел в руке Веры перестал двигаться. Она обернулась и улыбнулась.

— Скорее всего все получится, но я смогла осуществить метод лишь на половину. Я подумала, что ты сможешь его доделать… Поэтому… Мне нужна твоя помощь.

Вера говорила так тихо, что даже не была уверена слышит ли ее Лу Чжоу.

Лу Чжоу некоторое время смотрел на формулы на доске, а потом резко спросил:

— Знаешь почему ты не можешь завершить доказательство?

Вера помолчала и спросила:

— Почему?

Лу Чжоу с сожалением на лице сказал правду:

— Потому что ты не решить эту проблему с помощью метода групповой структуры.

Глава 842. Разногласие

Вера покраснела и надулась, после чего упрямо спросила:

— Почему?

Было бы все нормально, если Лу Чжоу просто нашел ошибку в вычислениях, но он просто сказал ей, что такая идея доказательства не сработает, без всякой аргументации. Она не могла этого принять.

Даже если он был ее руководителем в прошлом.

Лу Чжоу знал, о чем думает Вера. Он вздохнул и терпеливо объяснил ей.

— Кривая Re (s)=1-c/ln[|Im (s)|+2] бесконечно близка к Re (s)=1, когда Im (s) приближается к бесконечности. При использовании метода групповой структуры неизбежно приходишь к данному выводу. Поэтому, если мы хотим использовать критическую линию, мы должны использовать другой метод. Именно поэтому я не использовал этот метод, когда доказывал существование значения ε. Вместо этого я использовал методы алгебраической геометрии.

Никто лучше самого Лу Чжоу не знал метод групповой структуры.

Вспоминая доказательство Делиня, что все нули дзета функции d-мерного алгебраического кластера над конечным полем лежат на комплексной плоскости, Re (s)=1/2,3/2,… (2d-1)/2… прежде чем использовать метод группы гомологии и преобразования Фурье, Лу Чжоу сначала подумал о своем методе.

Но все пошло не так гладко, как хотелось.

Когда он попытался применить метод к дзета-функции Римана, он обнаружил, что данный путь не работает.

Лу Чжоу посмотрел на покрасневшую девушку и продолжил:

— На первый взгляд исследование критической линии лишь проблема аналитической теории чисел, но по существу это проблема комплексного анализа. В сравнении с вводом метода групповой структуры в дзета-функцию Римана, советую тебе изучить некоторые алгебраические доказательства теоремы Римана — Роха Гротендика. Они могут вдохновить тебя.

От кофейной чашки Лу Чжоу медленно поднимался пар. Девушка какое-то время молча смотрела на клавиатуру. Потом она подняла глаза и пристально посмотрела на Лу Чжоу.

— Я все еще думаю, что моя теория верна. Нам не нужно доказывать, что Re (s)=1-c/ln [|Im (s)|+2] бесконечно близка к Re (s)=1, чтобы использовать метод групповой структуры. Я докажу тебе это!

Лу Чжоу посмотрел на Веру полную решимости и улыбнулся.

— Хотя я более оптимистично отношусь к другим методам, похоже у тебя свои идеи. Если уверена, что сможете, то попробуй. Может быть ты права, и мы встретимся на финише.

Вера кивнула.

— Да! Я не сдамся…

Прямо посреди слов она прикрыла рот рукой и закашляла.

Лу Чжоу с беспокойством спросил:

— Ты в порядке?

Вера подняла глаза и неохотно улыбнулась, после чего тихо ответила:

— Все в порядке… Погода поменялась, скорее всего я простудилась.

— Береги себя. Оденься потеплее, пей больше горячего чая.

Вера покраснела. Она не знала это из-за Лу Чжоу или из-за простуды.

— Спасибо.

Разговор резко прекратился.

Двое погрузились в молчание.

Похоже, они не знали, о чем говорить за пределами математики.

Лу Чжоу уже собирался закончить разговор, но Вера внезапно сказала первой.

— Кстати…

— Что?

Вера прикусила губу и твердо посмотрела на Лу Чжоу.

— Я все еще помню наш уговор. Я буду стараться изо всех сил!

Лу Чжоу впал в ступор.

Он собирался что-то ответить, но звонок прекратился.

Лу Чжоу молча уставился на пустой экран.

Внезапно в правом нижнем углу его рабочего стола появилось сообщение от Сяо Ая.

«Хозяин, хотите, чтобы я ей перезвонил? (๑•. •๑)»

Спустя несколько секунд Лу Чжоу покачал головой.

— Нет, не нужно. Даже если я ей перезвоню, я не знаю, что сказать.

«Тогда хорошо.»

— Кстати, я не знал, что ты можешь делать видеовызовы.

«Для меня это очень легко.»

— И правда.

Он чуть не забыл, что Сяо Ай взломал систему государственных дел европейского правительства и использовал лазейки, чтобы подделать личность, благодаря чему смог переправить запрещенный станок.

Видеозвонок по сравнению с этим был сущим пустяком.

……………….

Гипотеза квази Римана была решена. Хотя ε бесконечно мал, это все равно стало огромным шагом вперед для идеи критической линии.

Теперь единственная проблема заключалась в том, как продвинуть его до 1/2.

В течение последних нескольких дней Лу Чжоу проводил по четыре часа в день, запираясь в библиотеке Цзиньлинского университета.

Хотя библиотека Цзиньлинского университета не настолько хороша, как библиотека Файрстоуна в Принстоне, где даже можно было получить доступ к оригинальным рукописям. Однако большую часть нужных ему ресурсов Лу Чжоу мог найти в этой библиотеке.

А если что-то не мог найти, он мог подать заявку, и библиотека обязательно найдет нужную книгу.

Говоря про это, то произошел забавный случай.

Когда он сидел в библиотеке, изучая дзета-функцию Римана, кто-то тайно сфотографировал его, сидящего за столом с кучей книг, и отправил фото в в WeChat.

После этого фотография разошлась по университету.

На самом деле, Лу Чжоу был счастлив быть хорошим примером для студентов. Единственным недостатком стало то, что подпись к фотографии гласила: «Продолжай учиться, и ты никогда не состаришься».

Вы считаете меня старым?

Мне еще нет и тридцати лет!

Какого черта?

Бесит!

В это время Фальтингс, директор Института математики Макса Планка получил приглашение на рецензирование от журнала.

Теперь, когда у статьи появился рецензент, официально начался процесс рецензирования.

После чего последовало долгое ожидание.

Из-за сложности статьи результаты будут опубликованы минимум в декабре.

Все математическое сообщество говорило о статье.

Лу Чжоу даже слышал, как говорили об этом в университете.

Однако на самом деле Лу Чжоу не заботило, что о нем думают другие. Он сосредоточил все свое внимание на значении ε.

Вот так ноябрь подошел к концу.

В международном сообществе произошло еще одно крупное событие, не имевшее ничего общего с математикой, которое намного превзошло доказательство гипотезы квази Римана.

После полугода строительства завершился первый этап строительства лунного исследовательского центра!

Глава 843. Постоянная лунная станция

Темное звездное небо.

Словно серебряный дракон, Лунный дворец двигался по лунной орбите.

Вдалеке к нему медленно приближался длинный корабль.

На борту корабля был написан номер «002», что означало, что это второй недавно запущенный Цюэцяо.

В этот момент на нем находились ученые со всего мира.

Стыковочное шасси выдвинулось вперед по мере приближения к станции.

Профессор Стивен стоял рядом с иллюминатором. Посмотрев на серебристый спутник, он не сдержал восхищения:

— Невероятно.

Также смотря в иллюминатор, профессор Ян Кроуфорд из Биркбека Лондонского университета посмотрел на него и с любопытством спросил:

— Что тут невероятного?

— Не верится, что китайцы все же смогли построить научно-исследовательскую станцию на Луне. — Стивен посмотрел в иллюминатор. — Думал, что они лишь вытягивают деньги у ООН.

Еще несколько месяцев назад идея строительства полупостоянной экспериментальной установки на поверхности Луны казалось мечтой.

Профессор Стивен никогда бы не подумал, что китайцы действительно способны на подобное.

Однако реальность доказала, что он ошибался.

Строительство завершили на Земле, а потом доставили на поверхность Луны.

Если бы он не видел фотографий станции, он бы даже не поверил.

Не только это, судя по Китай планировал построить адронный коллайдер для экспериментов по физике элементарных частиц. ЦЕРН направил группу экспертов в Пекин, чтобы помочь Китаю с технической частью.

Все выглядело так, что Китай и Евросоюз отлично ладили.

Для участия в проекте лунной научно-исследовательской станции различные страны выплатили Китаю крупную сумму денег, теперь их ученые могут вступить на исследовательскую станцию.

— Они полностью развили аэрокосмическую промышленность. — Профессор Ян продолжил. — Я упоминал про это в своей статье давным-давно. Разработка лунных ресурсов единственный способ для нас продвинуть технологии. Обязательно найдется страна, которая сможет первой осуществить это.

— Вот почему я называю это невероятным. — Профессор Стивен вздохнул. — За год они сделали больше, чем мы за десять лет.

Он посмотрел на приближающуюся станцию и вдруг добавил:

— Кстати говоря, интересно будет ли доктор Z на этой космической станции.

Когда происходил кризис с марсианскими бактериями, анонимная статья на arXiv спасла всю экосистему Земли.

Об этом до сих пор говорило сообщество биологов.

О личности таинственного автора ходили легенды. И хотя официальные учреждения пытались расследовать случившееся, никто до сих пор не смог идентифицировать человека, который спас все человечество.

Профессор Ян странно посмотрел на него и спросил:

— С чего вы решили, что он здесь?

— Я внимательно прочитал его работу. Его стиль письма очень похож на стиль некоторых моих китайских студентов. Интуиция подсказывает мне, что он китаец. Скорее всего он занимался исследованием бактерии. Прямо сейчас единственный пациент с бактериями находиться на исследовательской станции, поэтому у него нет причин не прилететь сюда.

Профессор Ян пошутил:

— А некоторое время назад вы не верили, что Китай способен получить такие результаты исследований.

Профессор Стивен кашлянул и потер нос.

— Это было прошлом, теперь времена изменились.

Пока они разговаривали, корабль успешно состыковался со станцией, и соединительный люк медленно открылся.

Специалисты в скафандрах собрались перед люком и по одному вплыли на космическую станцию.

В буферной зоне перед ними встал высокий китаец.

Он откашлялся и заговорил на безупречном английском.

— Добро пожаловать на Лунный дворец, я здесь главный.

— Полет на поверхность Луны состоиться через три дня. В течение следующих трех дней вы будете проходить подготовку, чтобы помочь вам приспособиться к низкой гравитации.

— Теперь, согласно процедурам, предъявите ваши электронный паспорта…

Хотя Луна не принадлежала какой-то одной стране, объекты, построенные на Луне, принадлежали различным частным странам и организациям.

И даже если Китай не претендовал на территориальный суверенитет над лунной исследовательской станцией, строго говоря, исследовательский центр уже часть китайского анклава.

Поэтому они должны были предъявить паспорт и визу перед въездом…

……………….

Лу Чжоу не ожидал, что он ворвется в топы два раза за ноябрь.

Первый раз из-за гипотезы квази Римана.

Даже несмотря на ее небольшую известность, она все равно не помешала ему попасть в тренды запросов.

С другой стороны, завершение строительства лунной научно-исследовательской станции сделало его на третье место в трендах.

Эта лунная научно-исследовательская станция была названа в честь «Дворца Гуанхань», а по полярность затмила гипотезу.

Об этой новости писали не только СМИ по всему миру, но и пользователи сети по всему миру с энтузиазмом обсуждали случившееся.

Словно все в мире обратили свои завистливые взоры на Китай.

Что касается Лу Чжоу, то внимание и сообщения СМИ не повлияли на него. Он вообще не заботился о них.

Он вложил всю силы в гипотезу Римана. Комитет по строительным работам на Лунной орбите работал в соответствии с графиком, поэтому ему не нужно было беспокоиться.

Однако, пока Лу Чжоу занимался своими делами, произошло нечто, что расстроило его.

После завершения строительства Дворца Гуанхань, система посчитала второй этап задания завершенным.

Глава 844. Золотая карточка задания?

[Пользователь, поздравляю с завершением второго этапа цепочки задания «Контроль над Землей и Луной»: Постоянная база на Луне]

[Требования: Требования: Построить полупостоянную научно-исследовательскую станцию на поверхности Луны для астрономических наблюдений, наблюдений за геологической и климатической деятельностью, а также экспериментов по физике высоких энергий.]

[Награда: 200 000 очков опыта по математике. 200 000 очков опыта по инженерному делу. 100 000 очков опыта по материаловедению. 50 000 очков опыта по энергетике. 500 баллов. Один билет счастливой лотереи.]

[Второстепенные цели:

1. Глубина три фута: Соберите 50 тонн редкого лунного грунта.

Награда: 1000 баллов, карта случайного количества опыта. (завершено)

2. Алхимик: Произведите 100 тонн титанового сплава.

Награда: 500 баллов, 100 000 свободных очков опыта, один билет счастливой лотереи. (завершено)]

— …

Лу Чжоу молча посмотрел на уведомление о выполнении задания и совсем не почувствовал радости. Про себя он матерился.

Как сообщала Чэнь Юйшань, уже началось строительство лунного отеля. План однодневного лунного тура вот-вот будет опубликован на сайте Star Sky Technology. Но теперь хотите сказать, что второй этап завершен?

А что с коллайдером и телескопом?

Они уже закончили проектирование лунного адронного коллайдера, и хотя они еще не начали подготовку к строительству телескопа, соответствующие планы были внесены в график работ.

Лу Чжоу не ожидал, что сможет выполнить все побочные задание, но сейчас система говорит ему, что основное задание также выполнено?!

На первом этапе система же ждала, когда я сам решу сдать задание!

Почему на второй этапе по-другому?..

Лу Чжоу закрыл системную панель и покачал головой.

В любом случае награды за задание довольно щедрые.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и посмотрел на экран перед собой, а потом четко произнес:

— Система, открой мою панель характеристик!

Тут же по экрану пробежал голубой свет и появилась обновленная панель характеристик.

[A. Математика: LV8 (974 000 / 3 000 000)

B. Физика: LV 7 (113 215/1 200 000)

С. Биохимия: LV6 (10 000/600 000)

D. Инженерное дело: LV6 (0/600 000)

E. Материаловедение: LV6 (163 000/600 000)

F. Энергетика: LV4 (0/200 000)

G. Информатика: LV3 (3 000/100 000)

Баллы: 4335]

Инженерное дело поднялось с 5 на 6 уровень, а энергетика с 3 на 4 уровень. Остальное осталось без изменений.

Что касается оставшихся 100 000 свободных очков опыта…

Лу Чжоу немного подумал и решил распределить их все в информатику, что повысило его уровень информатики с 3 до 4. Хотя у информатики были побочные задания для накопления опыта, из-за важности информатики в аэрокосмической промышленности для него выгодно повысить её уровень как можно скорее.

— Кстати, у меня еще есть карта случайного количества опыта.

Лу Чжоу открыл инвентарь и выбрал золотую карту опыта.

[Карта случайного количества опыта (получите от 1 до 9,999,999 очков опыта.]

Максимально можно получить семизначное число опыта!

Но я также могу получить только 1…

Прочитав описание карты, Лу Чжоу сглотнул.

Если получу 2 миллиона очков опыта, то повышу математику до 9 уровня!

— Еще одна уловка от системы, чтоб подразнить меня?

Лу Чжоу молча молился про себя. Его пальцы дрожали, когда он протянул руку и выбрал карту.

Анимация показала, как карта исчезает в золотых звездах. На панели появилась строка текста.

[Поздравляю получено 100 000 очков опыта по математике!]

Как и ожидалось, он не получил максимум опыта.

Он знал, что система не будет так добра к нему.

Хотя это немного прискорбно, 100 000 очков опыта все еще довольно неплохо.

Лу Чжоу закрыл инвентарь и снова посмотрел на характеристики.

— Пришло время для захватывающей лотереи.

Благодаря наградам за побочные задания у него два билета на счастливую лотерею.

Поскольку оказалось, что молиться бесполезно, Лу Чжоу не стал терять времени. Он закрыл глаза и нажал кнопку начала лотереи.

Оказалось, что на этот раз ему здорово повезло.

[Поздравляю, вы выиграли «образец».]

[Получено: компьютер Гипер-X-1!]

[Поздравляю, вы выиграли особую награду!

[Получено: Золотая карточка задания!]

Лу Чжоу не заботился о компьютере Гипер-X-1, поскольку он мог разобраться с ними в лаборатории позже. Его больше интересовала золотая карточка задания.

Он протянул руку и открыл инвентарь.

[Золотая карточка задания (специальная карточка задания с бонусным опытом). Используйте ее, чтобы активировать задание с золотой наградой. Если пользователь в данный момент выполняет другое задание, то текущее задание будет приостановлено, пока не будет выполнено задание карточки.]

— Бонусный опыт… Что за?

Описание, как у третьесортной мобильной игры.

Лу Чжоу стало любопытно. Поскольку существовала золотая карточка задания, есть ли серебряная или алмазная карты?

— Текущее задание будет приостановлено… Это как в случае с срочным заданием?

Но есть вариант отказаться от задания в любой момент?

Как бы то ни было, сначала надо посмотреть на цели последней цепочки заданий.

Лу Чжоу оставил карточку в покое и перешел к панели заданий.

Теперь пора обновить задания.

[Этап 3: Контроль над Землей и Луной!

[Требования: Построить ускоритель масс на поверхности Луны грузоподъемностью 50 тонн.]

[Второстепенные цели: …]

Прочитав задание, Лу Чжоу озадачился.

Его удивило не то, что системные цели совпали с его.

Заглянув в раздел второстепенных целей, он увидел, что невыполненные побочные задания были перенесены со второго этапа на третий.

Судя по всему, он не упустил награды второго этапа.

Но это также означало, что ему предстояло выполнить множество заданий…

Глава 845. Три года

Лу Чжоу пристально смотрел на панель заданий в течении нескольких минут и в итоге решил активировать карточку задания.

Хотя Комитет по строительным работам на лунной орбите планировал построить ускоритель масс на Луне, он понятия не имел, сколько времени это займет.

Вместо этого он должен использовать это время для выполнения другого задания.

Так или иначе, лунные проекты будут продолжаться и задание можно будет выполнить в любой момент.

[Задание с золотой наградой активировано!]

[Описание: Началу новой эры обязательно предшествует конец старой! Первый шаг на пути к будущему начинается с математики…]

[Требования: Доказать гипотезу Римана в течение трех лет!]

[Награда за задание: 10 000 баллов, два миллиона очков опыта по математике. Карточка легендарного задания.]

— Доказать гипотезу Римана за три года?

Лу Чжоу закончил читать и пробормотал:

— Понимаю, что это венец математики, но три года… Похоже меня недооценивают.

Лу Чжоу еще раз перепроверил требования, после чего закрыл панель задания.

Доказать гипотезу Римана непростая задача. Хотя он уже решил гипотезу квази Римана, восхождение на последнюю часть горы потребовало бы больших усилий.

Но почему Лу Чжоу был так уверен в себе?

Потому что еще не было проблемы, на решение которой у него ушло более трех лет…

Лу Чжоу не сомневался, что справиться за три года.

Это не только его математическая интуиция, но и его уверенность от непрерывных успехов в области математики.

— Карточка легендарного задания звучит круто.

Легендарное же лучше золотого?

Лу Чжоу не знал, что это за задание, но слово «легендарное» возбуждало его.

……………………………………….

Покинув системное пространство, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет.

Он почувствовал, как тепло поднимается от позвоночника к мозгу. Он никогда раньше не чувствовал себя лучше.

Словно он… Стал на шаг ближе к всезнающему и всемогущему Богу.

Не потребовалось много времени, чтобы информация проникла в его мозг, и ощущение тепла в позвоночнике мгновение рассеялось.

Лу Чжоу размял плечи и почувствовал, что он накрыт пледом.

Он посмотрел на девушку в кабинете. Она покраснела и сказала:

— Я увидела, что ты спишь, поэтому я накрыла тебя пледом.

Лу Чжоу посмотрел на Хань Мэнци и улыбнулся.

— Спасибо.

— Не за что… Я уже выполнила задание.

Хань Мэнци красная, как свекла, растерянно подошла и протянула стопку бумаг.

— Не знаю правильно или нет… Но я сделала все сама.

— Давай посмотрю.

Лу Чжоу взял у девушки стопку бумаг и взглянул на содержание.

Название было задачей, что он ей задал.

Лу Чжоу потребовалось около пяти минут, чтобы увидеть процесс решения.

— Довольно стандартный метод доказательства.

Лу Чжоу посмотрел на календарь, потом перевел взгляд на Хань Мэнци.

— Удивительно, думал, тебе потребуется больше времени на доказательство. Не ожидал, что ты закончишь до конца года.

Хань Мэнци не смогла удержаться от гордой улыбки. Она надулась и ответила:

— Я очень умная.

Лу Чжоу слегка улыбнулся.

— Посмотрим.

Лу Чжоу выглядел так, словно у него были какие-то вопросы, поэтому Хань Мэнци сказала:

— Давай, спрашивай!

— Третья страница, шестнадцатая строчка.

Хань Мэнци быстро нашла нужную строчку.

Лу Чжоу взял со стола чашку кофе и сделал глоток. Он сделал паузу, а потом сказал:

— Объясни подробнее, как ты вывела ζ(2n) из уравнения 2 как трансцендентное число.

Услышав этот вопрос, Хань Мэнци почувствовал облегчение.

Она долго готовилась, прежде чем прийти к Лу Чжоу, поэтому не ожидала, что Лу Чжоу задаст довольно простой вопрос.

Она глубоко вздохнула и ответила:

— Преобразовав уравнение 2 с использованием формулы Эйлера. Для любого целого числа n>1, ζ(2n)=b (n)π^(2n). Где (2n) последовательность рациональных чисел, чисел Бернулли. Очевидно, что ζ(2) — это π^2 помноженое на рациональное число, а ζ(4) — π^4 умноженное на рациональное число… Поэтому ζ(2), ζ(4)… все рациональные числа. Поскольку π является трансцендентным числом, значения функций также являются трансцендентными числами.

Выслушав объяснение Хань Мэнци, Лу Чжоу одобрительно кивнул.

— Неплохо. Но не радуйся так сильно, этот вопрос был лишь для того, чтобы подтвердить, что ты сама все сделала. Следующий вопрос настоящая проблема.

Лу Чжоу поставил свою чашку и заговорил.

— Теперь, когда ты доказала, что ζ(2n) является трансцендентным числом, я хочу спросить, а как насчет ζ(3)?

Такой простой вопрос.

Хань Мэнци торжественно вздернула подбородок.

Однако, когда она собиралась ответить на вопрос, она замерла.

ζ(3)!

ζ(3)…

А?

Что это?

Глядя на растерянную Хань Мэнци, Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Не можешь ответить? ζ(3) кажется проще, чем ζ(2n), верно? Даже нету переменной.

— Да… — Хан Мэнци задумалась.

Через некоторое время она неуверенно произнесла:

— Может… это тоже трансцендентное число?

Лу Чжоу улыбнулся:

— О? Почему?

Хань Мэнци честно ответила:

— Просто догадка.

Увидев, что девушка опустила голову, Лу Чжоу улыбнулся и сказал.

— Неудивительно, что ты не знаешь. Потому что Эйлер тоже не знал. Только в 1978 году было доказано, что ζ(3) не является рациональным числом. Что касается того, является ли ζ(5) рациональным числом или нет, мы до сих пор не знаем.

Услышав, что на вопрос Лу Чжоу нет ответа, Хань Мэнци сердито надулась.

— Зачем… Использовать вопросы, на которые нету ответа… Это издевательство.

— Ответ есть. — Лу Чжоу улыбнулся Хань Мэнци и серьезно сказал. — На каждую математическую задачу есть ответ, мы просто его не знаем. Став аспирантом, ты должна самостоятельно научиться находить решение, придумывать идеи и реализовывать их.

Хань Мэнци замерла, после чего радостно отреагировала:

— Стой, значит я могу стать твоей ученицей?!

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Я решил это после твоего ответа на мой первый вопрос. А второй вопрос будет касаться твоего исследовательского проекта.

Лу Чжоу встал из-за своего стола и подошел к доске. Говоря, он взял кусок мела и написал на доске.

— Значение трансцендентности дзета-функции Римана при нечетных положительных целых числах всегда было классической проблемой в аналитической математике. Согласно формуле Эйлера и свойствам чисел Бернулли, мы можем легко доказать, что ζ(2n) является трансцендентным числом. Следовательно, наша гипотеза состоит в том, что для любого целого числа n>1 ζ(2n+1) также является трансцендентным числом. Наилучший результат на данный момент в том, что существует бесконечно много ζ(2n+1), которые являются иррациональными числами, но разница между бесконечностями в математике по-прежнему остается бесконечностью.

— Если сможешь сделать шаг вперед в этом направлении, то даже если это будет небольшое доказательство, то ты будешь признана научным сообщество. Тогда ты сможешь выпуститься.

Глава 846. Квантовый компьютер?

Если строго, то направление исследований Лу Чжоу не касалось трансцендентных значений при нечетных положительных целых числах. Гипотеза Римана имела мало общего с трансцендентными числами.

Однако при это многое в математики все равно неразрывно связаны друг с другом.

Лу Чжоу не ожидал, что исследования Хань Мэнци могут помочь ему на ее нынешнем уровне.

Он попросил заняться ее этими исследованиями, поскольку его работа тоже касалась этой области. Если она столкнется с проблемами, то он мог дать ей советы.

И также он надеялся, что сможет открыть ей путь, убрав слепые зоны.

После выдачи темы, Лу Чжоу рассказал Хань Мэнци о чем она должна помнить будучи аспирантом, о некоторых вещах касаемо работы и зарплаты.

Хотя у нее богатая мать, ей все равно придется пройти через обычные формальности.

Лу Чжоу всегда заботился о своих учениках.

Объяснив все детали Хань Мэнци, Лу Чжоу отпустил ее. Завтра они пройдут формальности и оформят ее в отделе по академическим вопросам. А послезавтра она сможет начать уже работать.

Радостная Хань Мэнци покинула кабинет. Лу Чжоу позвонил Ван Пену и велел ему подогнать машину к корпуса математического факультета. Он хотел съездить в Институт перспективных исследований.

Внезапно дверь его кабинета распахнулась, и вошел Хэ Чанвэнь, жуя булочку со свининой.

Он посмотрел на доску и встал, как вкопанный, чуть не уронив булочку.

— Вы… Вы изучаете трансцендентные значения дзета-функции Римана при нечетных положительных целых числах?

Лу Чжоу только что доказал гипотезу квази Римана, и теперь на его доске была очередная задача мирового класса.

Хотя данный вопрос не такой безумный, как гипотеза Римана, все, что связано с дзета-функцией Римана, считалось проблемой мирового класса.

Он ожидал, что Лу Чжоу положительно ответит на вопрос, но тот лишь спокойно сказал:

— Это не мое исследование, я поручил это студентке Хань. Кстати, теперь она будет твоей коллегой в аспирантуре… Какие-то проблемы?

Хэ Чанвэнь с негодованием посмотрел на Лу Чжоу.

Лу Чжоу еще раз прокрутил в голове свои слова и посчитал, что не сказал ничего такого.

— Никаких.

Хэ Чанвэнь обижено покачал головой.

Черт!

Я работаю с вами уже три года, но вы никогда не поручали мне подобного проекта!

Я бы конечно не особо помог с проблемой Римана…

Но вы тут же новенькой поручили такую сложную тему…

Это слишком несправедливо!

Хэ Чанвэнь стал еще мрачнее.

Лу Чжоу лишь недоумевающе смотрел на него.

…………………….

Поскольку его все еще ждал не изученная награда от системы, Лу Чжоу недолго задерживался на работе и решил уйти пораньше.

Ему не пришлось долго ждать, его электромобиль вскоре подъехал к корпусу.

Увидев свою любимую машину, Лу Чжоу вздохнул с облегчением.

К счастью ее не изменили до неузнаваемости.

По крайней мере, она выглядела примерно так же.

Ван Пэн открыл дверь для него и Лу Чжоу с любопытством спросил:

— Что поменяли?

— Стекла, также поменяли корпус на усиленный специальной стать. Мы перекрасили его и покрыли углеволокном один к одному. Возможно немного изменился вес и ускорение быстрее. Но больше ничего не меняли. — Ван Пэн самодовольно похлопал машину по крыше. — Я же говорил, что мы не испортим твою драгоценную машину.

— Мне очень интересно, а был ли какой смысл в этих изменениях?

— Огромный. Раньше, если бы машина попала под грузовик, нам бы не поздоровилось.

— А теперь?

Ван Пэн спокойно ответил:

— Стоит переживать за грузовик.

— …

Пожалуй, лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

Интересно, можно ли проверить на грузовике…

Пока Лу Чжоу садился в свою машину, две студентки вышли из библиотеки и прошли мимо корпуса математического факультета. Они заметили классно выглядящий спортивный автомобиль и заговорили друг с другом.

— Эй, посмотри туда… Это же машина Бога Лу?

Девушка с челкой взволнованно посмотрела в сторону машины.

— Похоже… Но раньше он вроде ездил на старом седане.

— Может, он сменил машину после того, как стал академиком?

— Может быть! Но я слышала, что у него есть своя компания, может он купил ее сам?

— Я слышала, что у него нету девушки…

Две студентки на мгновение замолчали.

Спустя полминуты девушка с челкой вздохнула:

— Деньги не важны, мне просто нравятся парни, которые хороши в математике. У них есть какое-то интеллектуальное обаяние.

Ее подруга ответила:

— Ага-ага. На факультете математики полно парней, но я что-то не вижу, чтобы ты встречалась с кем-нибудь из них.

Пока студентки шутили, машина уже уехала.

Только тогда они поняли, что забыли сделать фотографию и опубликовать ее в ленте.

………………………….

Институт перспективных исследований находился недалеко от Цзиньлинского университета, и поездка заняла менее десяти минут.

Приехав в институт, Ван Пэн пошел зарегистрировать автомобиль, а Лу Чжоу направился прямо в главный корпус института в подземную лабораторию на третьем этаже.

Это его секретный склад. В основном он использовался для хранения главного сервера Сяо Ая, а также некоторых образцов и мусора из системы.

Лу Чжоу вышел в центр лаборатории и закрыл глаза, после чего вошел в системное пространство. Он зашел в свой инвентарь и щелкнул по нужному предмету.

Открыв глаза, вокруг него летали голубые частицы, которые медленно собирались вместе и образовывали объект.

Когда синий свет исчез, перед Лу Чжоу стояла черная металлическая коробка.

[Компьютер Гипер X-1, промышленный квантовый компьютер среднего размера со встроенным квантовым чипом, используется как сервер…

Примечание: В соответствии с законами об интеллектуальной собственности это устройство имеет защиту и не может быть разобрано или отсканировано. Любое несанкционированное использование приведет к непредсказуемым последствиям.]

Квантовый компьютер!

Прочитав описание перед собой, сердце Лу Чжоу забилось сильнее.

Однако, прочитав последнюю часть, он успокоился.

Черт!

Что значит нельзя разобрать или отсканировать?

Значит, я не смогу воспользоваться сканирующим пистолетом?

Лу Чжоу стало любопытно, что произойдет, если он случайно сломает компьютер, кто будет чинить его за него?

Или это просто для личного опыта?

Но опять же, если он действительно промышленный компьютер, то его хватит более чем на десять лет.

Лу Чжоу задумался, как подключить компьютер к сети, когда над ним пролетел дрон.

«Хозяин, вы можете отдать его Сяо Аю?»

Глава 847. Обновление Сяо Ая

Дрон кружился вокруг Лу Чжоу.

Лу Чжоу догадался, что это был способ умалять у ИИ.

Лу Чжоу посмотрел на дрона, потом кашлянул и ответил:

— Не мешайся, сначала я должен изучить, как он работает.

Это не игрушка для детей. Это единственный коммерческий квантовый компьютер в мире, который намного превосходит лабораторные тестовые модели.

Будет огромной потерей для человечества, если он сломается.

«Я боюсь, что хозяин все сломает! :(»

— Как это возможно?

Лу Чжоу тут же понял, что система даже не предоставила ему инструкции, поэтому после нескольких секунд смущения он сказал:

— Ты знаешь, как его использовать?

«Нет! Но я научусь!»

«Я также могу установить операционную систему!»

Правда?

Поскольку Сяо Ай был так уверен, после серьезного обдумывания Лу Чжоу решился:

— Тогда пожалуйста.

Информатика не его сильная сторона.

Хотя он повышал уровень, уровень не приравнивался к знаниям. Он только позволял усваивать знания гораздо быстрее. Поскольку он не тратил много времени на обучение, его способности к программированию за последние пару лет никак не изменились.

Он мог бы написать несколько небольших программ, но когда дело касалось передовых технологий, как квантовые компьютеры…

Он даже не знал, с чего начать.

«Я обо всем позабочусь! (๑•ᄇ•)ب✧»

Сразу же, как только строка текста промелькнула на экране, задвигались роботизированные руки на стене и погрузчик.

Сначала компьютер переместили к стене, потом роботизированные руки на стене быстро подключили провода.

Лу Чжоу с ужасом смотрел на происходящее, он боялся, что его новую игрушку сломают.

К счастью, ничего не произошло.

Очевидно, что Сяо Ая был более осторожен, чем он. Он даже создал корпус с водяным охлаждением для компьютера.

«Хозяин, установка завершена! Пора засвидетельствовать чудо!»

— Хватит нести чепуху, включи его.

Светодиод на корпусе мигнул, и загорелся светодиод монитора.

Однако экран остался черным.

Лу Чжоу посмотрел на темный экран и, если бы не текстовое поле в верхнем левом углу, он бы не понял, что компьютер включен.

Через некоторое время Лу Чжоу посмотрел на дрон и спросил:

— Это все?

«Да, все!»

— На нем нет рабочего стола?

«Это операционная система с командной строкой… Само собой, Сяо Ай может разработать графическую операционную систему… Подождите, Сяо Ай чувствует прилив силы…Σ (°△° |||)»

Когда текст на экране дрона исчез, Лу Чжоу быстро спросил:

— Ты в порядке?

— Сяо Ай!

Квантовый компьютер внезапно начал излучать яркий синий свет.

Лу Чжоу посмотрел на компьютер и понял, что свет лишь иллюзия…

Вернее, это свет от системы.

Через полсекунды перед ним появилось полупрозрачное окно.

[Пользователь. поздравляю ветка «Искусственный интеллект» обновлена.

[Текущий уровень: LV3]

Она подняла уровень сама по себе.

Лу Чжоу пребывал в восторге.

Он помнил, что по возвращению из Принстона он подарил Сяо Аю новый дом, но этого было недостаточно для обновления.

Не вериться, что для третьего уровня нужен был квантовый компьютер!

Слишком высокие требования.

Лу Чжоу протянул руку и нажал на полупрозрачное окно. Перед ним появилось требование для следующего уровня.

[Требования для обновления: Соберите достаточное количество данных о социальном поведении людей.]

Судя по всему, четвертый уровень не был связан с увеличением производительности, что успокоило Лу Чжоу.

Это уже был квантовый компьютер цивилизации более высокого уровня, у него не было возможности найти лучший дом для Сяо Ая.

Но что вообще за данные о социальном поведении людей? Это слишком абстрактно.

Достаточно ли просто зарегистрировать несколько аккаунтов в социальных сетях и записать данные о друзьях?

Лу Чжоу посмотрел на пустую полосу прогресса и глубоко задумался.

Сяо Ай, который все это время молчал, наконец-то вновь ожил. Дрон подлетел к Лу Чжоу.

«Хозяин, я в порядке. (✿◡‿◡)»

Системное окно исчезло. Лу Чжоу посмотрел на дрона и спросил:

— Как ощущение после обновления? Что-то изменилось?

«Я чувствую, что стал умнее! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

— …

Не знаю отчего, но мне кажется, что отдать Сяо Аю этот компьютер большое упущение…

……………….

Поскольку Лу Чжоу не мог перепроектировать квантовый компьютер, его интерес к нему уменьшился. Предоставив Сяо Аю новый дом, Лу Чжоу покинул лабораторию и направился в свой кабинет.

Он уселся за стол и собирался разобраться с завалом документов, поэтому достал пачку из стола.

Он собирался просмотреть их, когда услышал стук в свою дверь.

Лу Чжоу закрыл документ в руке и отложил его в сторону.

— Войдите.

Ян Сюй, директор Института вычислительного материаловедения, вошел с взволнованным лицом.

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Что случилось, что ты так разволновался?

— Потрясающая новость! — Ян Сюй быстро подошел к столу Лу Чжоу и улыбнулся. Он положил отчет на стол. — Помнишь проект по производству углеродных чипов, который мы начали два года назад?

Лу Чжоу поднялся.

— Есть результаты?

— Не просто результаты… — Ян Сюй посмотрел на Лу Чжоу и глубоко вздохнул, а потом воскликнул. — Мы разработали их!

Глава 848. Подобен бриллианту

Углеродный чип получился!

Это стало лучшей новостью для Лу Чжоу за последние несколько дней.

Он сразу же сказал Ян Сюю отвезти его в Институт вычислительного материаловедения, где находилась команда разработчиков.

Когда эти двое прибыли в лабораторию, в лаборатории стояла мертвая тишина.

Группа ученых окружила экспериментальную установку, а один что-то тщательно регулировал.

Лу Чжоу и Ян Сюй не стали отвлекать их и спокойно ждали у входа.

Вскоре в толпе раздались возгласы.

Лу Чжоу посмотрел на взволнованные лица ученых и догадался, что они обнаружили что-то необычное.

Ян Сюй начал терять терпение, он посмотрел на Лу Чжоу и сказал:

— Пойдем туда.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо.

Они вдвоем прошли через лабораторию и подошли к группе, которая наконец заметила их присутствие.

Мужчина средних лет вышел вперед и с удивлением спросил:

— Директор Ян? Директор Лу?

— Он ответственный за проект. — Представил мужчину Ян Сюй. — Профессор У Тяньцюнь.

— Здравствуйте, профессор У.

— Здравствуйте. — Профессор У пожал руку Лу Чжоу и с энтузиазмом сказал. — Академик Лу, что привело вас сюда?

— Я слышал, что есть появились результаты, поэтому Ян Сюй привел меня сюда. — Лу Чжоу посмотрел на оборудование и улыбнулся. — Вы закончили?

Профессор У выпрямился и ответил:

— Это был второй эксперимент, первый эксперимент успешно прошел вчера.

Лу Чжоу сразу же спросил:

— Можете показать?

Профессор У жестом пригласил их.

— Следуйте за мной.

Производство компьютерных чипов чрезвычайно сложный процесс. Пластины укладывались на кремний слой за слоем, как конструктор лего… В итоге получался готовый чип.

Это звучало просто, но размер деталей измеряется в нанометрах, а также имел сложную конструкцию и технологию фотолитографии. Производство чипа, который соответствовал требованиям рынка, один из стандартов для измерений электронной промышленности страны.

Оставив в стороне, значение данного производства для страны, можно взглянуть на вопрос с технической стороны.

При производстве КМОП размер элемента обычно представлялся как ширина «логической схемы», а именно длиной канала МОП. Вообще говоря, чем меньше длина канала, тем лучше производительность чипа и ниже энергопотребление.

Однако данный размер нельзя уменьшать бесконечно.

Прежде всего, у атомов кремния была своя ширина, а туннельный эффект в квантовой механике становиться все более и более незначительным по мере уменьшения ширины. Это в совокупности с другими факторами серьезно ограничивало развитие чипов на основе кремния.

Однако стремление людей к новым технологиям вечно.

Поскольку чипы на основе кремния не могут дальше развиваться, появились возможности для использования других материалов.

Согласно последним исследованиям, использование углеродных нанотрубок, дисульфида молибдена и других материалов открыло новый путь для улучшения производительности чипов, позволяя закону Мура продолжать жить.

Однако не все так радужно.

Хотя эти материалы потенциально могли заменить кремниевые чипы, у них имелись свои недостатки. Исследовательские институты по всему миру не смогли решить наиболее критическую проблему.

А именно использовать эти материалы для производства транзистора.

Еще когда Лу Чжоу изучал сверхпроводящие материалы, он обнаружил, что два листа однослойного графена, наложенные друг на друга под особым углом, обладают характеристиками диэлектриками Мотта.

Это крупное открытие не только привело к прорыву в области сверхпроводящих материалов, но и стало основой успеха термоядерного реактора.

Также Лу Чжоу догадался, что данный свойства можно применить в области полупроводников.

Конечно, он не эксперт в области полупроводников и это была просто его интуиция.

Тогда он планировал сотрудничать с Баошэн Групп и совместно инвестировать в проект. К сожалению, генеральный менеджер Сунь не испытал оптимизма в отношении к проекту и отказался от участия.

Однако Лу Чжоу было все равно на это. У него было много денег и людей. Вернувшись в Китай, он собрал команду ученых и разработчиков, после чего поручил задачу Институту вычислительного материаловедения.

Прошло почти три года с момента начала проекта, и они наконец смогли увидеть, как их проект воплощается в жизнь.

Лу Чжоу стоял рядом с оборудованием и рассматривал чип через микроскоп. Он не мог не восхититься:

— Прекрасно…

Хотя исходным материалом был темный график, транзистор был подобен бриллианты, сияющему под микроскопом.

Ян Сюй не мог больше ждать, он быстро подошел к микроскопу и сказал.

— Дай и мне посмотреть.

Лу Чжоу улыбнулся и отошел в сторону, уступив микроскоп Ян Сюю.

Посмотрев пару секунд в микроскоп, Ян Сюй этаже поддался эмоциям и сказал.

— Бриллианты действительно дешевы, чтобы описывать это… Он стоит больше, чем все бриллианты в мире вместе взятые.

Лу Чжоу рассмеялся.

— Немного преувеличено, но согласен, что он лучше бриллианта.

Если его выставить на аукцион, то его можно с легкостью продать за вагон бриллиантов.

В конце концов…

За этим маленьким транзистором скрывалось будущее.

Лу Чжоу посмотрел на ученых, стоящих позади него, потом откашлялся и сказал:

— Это огромный прорыв в технологии чипов! Хотя размер нашего транзистора все еще больше, чем кремниевого, но углеродный чип обладает неограниченным потенциалом.

Лу Чжоу даже не мог описать потенциал этих чипов.

Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что он расширит на порядок пределы производства чипов.

Без преувеличения можно заявить, что данное достижение сделает профессора У академиком!

— Вы проделали большую работу! — Лу Чжоу посмотрел на группу взволнованных ученых и профессора У Тяньцюня. А потом торжественно добавил. — Именно сейчас мы делаем историю и меняем будущее!

Глава 849. Второй ключ к будущему

Насколько страстную речь не скажи, она все равно будет пуста.

Хотя исследования должны основываться на интересах, ученым тоже нужно есть.

Они отдали все Институту перспективных исследований и компании.

Лу Чжоу должен предоставить им что-то взамен.

Лу Чжоу посмотрел на взволнованных ученых и дал всем недельный оплачиваемый отпуск. А также объявил, что каждый получит премию в размере не менее 100 000, а наиболее проявившим себя будет выдано суммарно двадцать миллионов.

Отпуск уже обрадовал ученых, а новость про премию зарядила их огромным энтузиазмом.

……….

Выйдя из лаборатории, Ян Сюй чувствовал боль в ушах от радостных криков.

Когда ученые услышали про премию в 20 миллионов юаней, они начали так радоваться, что стекла задрожали. К счастью, чувствительное оборудование находилось в другой лаборатории, иначе был бы ущерб на миллионы долларов.

Лу Чжоу шел рядом с ним, после небольшого колебания Ян Сюй спросил;

— Не слишком ли много двадцать миллионов?

Помимо крупных национальных проектов или проектов крупных компаний, финансирование исследований в размере 20 миллионов юаней чрезвычайно огромное для простых ученых.

Премия в 20 миллионов юаней, даже если она будет разделена между десятью людьми, составит два миллиона юаней на человека.

Не говоря уже о том, что там была всего пара наиболее проявивших себя ученых.

Даже Ян Сюй, работавший в Массачусетском технологическом институте, раньше не видел подобных премий.

— Это лишь малая часть той ценности, что они создали.

— Это конечно правда, но я больше волнуюсь, что ученые из других проектов начнут завидовать. Возможно, они захотят больших бонусов.

Лу Чжоу улыбнулся и беспечно ответил:

— Если они завидуют, то им следует работать усерднее. Институт перспективных исследований предоставляет им исследовательскую среду мирового класса. Это не дом престарелых, это исследовательский институт. Что касается слишком высоких премий… Это разве проблема? Если в будущем они добьются еще лучших результатов, я куплю им дома! Я хочу, чтобы все научное сообщество знало, что, если человек усердно работает на меня, то он получает достойную компенсацию. Пока ученые дают ценные результаты, они будут получать равноценную оплату.

Лу Чжоу всегда верил, что люди, которые расширяли границы цивилизации, больше всего заслуживают разбогатеть.

Вот почему он тратился на такие вещи, как большой дом и хорошая спортивная машина.

Хотя некоторые размещали фотографии его дома в интернете и заявляли о незаконных источниках его имущества, ему было все равно.

Почему все в детстве хотят быть учеными, а когда вырастают мечтают стать звездой?

Лу Чжоу считал, что публика должна ценить ученых больше, чем артистов.

Хотя Ян Сюй поражался решениям Лу Чжоу, будучи директором Института вычислительного материаловедения и членом совета директоров Института перспективных исследований, он должен ставить интересы института на первое место.

— А что тогда с теоретическими областями? Там трудно получить ценные результаты. Однако Институт вычислительного материаловедения не достиг бы таких результатов, без теоретических исследований. Знаешь, почему Институт вычислительного материаловедения в Массачусетском института так и не появился? Не потому, что им не хватает денег, а потому, что они слишком хороши в материаловедении! Все умелые ученые едут сразу в Кремниевую долину.

Услышав слова Ян Сюя, Лу Чжоу на некоторое время замолчал.

— Ты прав, это проблема. — Он думал несколько секунд. — Теоретические исследования также следует поощрять. Если результат достаточно значителен, они также должны получать премию.

— …

Ян Сюй потерял дар речи…

……………….

В действительности Лу Чжоу всегда мечтал создать фонд для ученых теоретиков, которая затронет такие области, как физика, математика, химия и биология.

Он должен найти способ как-то потратить свои деньги.

Он мог бы взять пример с Нобеля, но было слишком рано думать о подобном.

Ему придется подождать, по крайней мере, пока он не будет прикован к кровати.

Лу Чжоу вернулся в свой кабинет и достал из ящика стола бумагу.

Прорыв в области углеродных чипов был первоочередной задачей, и он должен был сначала проинформировать соответствующие ведомства.

Конечно Лу Чжоу собрался писать это письмо не только из-за прорыва в области чипов.

Это также связано с ценностью углеродных чипов, которая гораздо больше, чем просто увеличение пределов в производстве микросхем. Это было также связано с другими свойствами графена, такими как топологические изоляторы и специфичные температурные характеристики, которые можно применять в полупроводниковой промышленности.

Согласно теоретическим расчетам, майорановские фермионы должны образовываться в области ядра между трехмерным топологическим изолятором и сверхпроводником, что может реализовать топологические квантовые вычисления.

Что это значит?

Это значит, что углеродные чипы не только изменят отрасль микросхем, но и создадут возможность майорановские фермионы для построения топологических кубитов.

С точки зрения непрофессионала, это открывает новую дверь для разработки квантовых компьютеров.

Лу Чжоу, ученый, получивший Нобелевскую премию в области материаловедения, сразу же осознал потенциальную ценность углеродных чипов.

Текущие достижение лишь вишенка на торте. Реализация топологических квантовых вычислений создаст революцию в электроники и даже цивилизации!

Лу Чжоу закончил писать письмо на более чем две тысячи слов. Он положил письмо в конверт и положил его на угол своего стола. Он отдаст его Ван Пену и попросит того отправить его в Пекин.

Если технология управляемого термоядерного синтеза первый ключ к будущему, то квантовые вычисления будут вторым.

Лу Чжоу чувствовал себя очень счастливым.

Потому что именно у него был этот ключ.

Глава 850. Я такая глупая

Чэнь Юйшань, как обычно, работала в своем кабинете на верхних этажах здания компании. Она придирчиво просматривала документы, присланные из различных отделов компании.

Хотя она была немного загруженной, она была счастлива.

Особенно когда она увидела оказываемое влияние Star Sky Technology на мир, она почувствовала, что ее жизнь стала осмысленной.

Если бы Лу Чжоу не пригласил ее тогда, то она скорее всего скучала бы в каком-нибудь министерстве в Пекине.

Хотя многие позавидовали бы такой работе на правительство…

Но она всегда чувствовала, что так ее образование было бы напрасным.

Она потянулась и уже собиралась встать, когда зазвонил телефон на углу стола.

Она подняла телефон и ответила.

— Да?

— Это я.

Чэнь Юйшань мгновенно узнала голос, ухмыльнулась и в шутку спросила:

— Разве ты не закрылся дома исследую гипотезу Римана? Почему ты вдруг решил первым позвонить мне?

— Ну, я уже закончил… Кстати, помнишь проект углеродных чипов, о котором я тебе рассказывал?

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Помню, появились результаты?

В действительности она не испытывала оптимизма в отношении этого проекта. Поскольку сама идея была достаточно распространена. Еще в 2018 году Microsoft заявили, что добились значительного прогресса в исследованиях в данном направлении, но все еще не было никаких реальных результатов.

Но Лу Чжоу был слишком упрям.

Если он хотел тратить деньги на этот исследовательский проект, никто не смог бы его остановить.

Точно так же, как он захотел потратить деньги на аэрокосмическую промышленность.

Однако ответ с другого конца заставил Чэнь Юйшаня замереть.

— Да, прошлой ночью они изготовили его.

Изготовили…

Воцарилась тишина.

Лу Чжоу терпеливо ждал.

Однако ему стало интересно не оборвалась ли связь. Внезапно он услышал, как что-то упало на землю.

Чэнь Юйшань быстро подняла телефон и проверила, не треснул ли у нее экран, а потом спросила с недоверием:

— Изготовили? В плане? Углеродный чип? Ты уверен?

Лу Чжоу кашлянул.

— Да, уверен… Я не шучу.

Чэнь Юйшань чихнула.

Вздохнув, Чэнь Юйшань серьезно спросила:

— Ты понимаешь, что это значит?

Лу Чжоу удивился.

Ты прикалываешься?

Он тот, кто открыл свойства изолятора Мотта в графене, и тот, кто создал сверхпроводник из графена.

Прежде чем Лу Чжоу успел ответить, Чэнь Юйшань продолжила:

— Углеродные чипы расширят предел производства чипов. Мы сможем получать не менее 30% прибыли с каждого произведенного чипа. Мы станем новыми Qualcomm в области чипов… Нет, даже Qualcomm придется преклониться перед нами! И не только это… Это также прекрасная возможность для нашей страны. Ты понимаешь? Мы получим существенную поддержку со стороны государства!

Чэнь Юйшань поняла, что у нее пересохло во рту, поэтому она схватила чашку и сделала глоток чая.

Однако чай не помог ей успокоиться.

С другого конца раздалось тихое покашливание.

— Я уже знаю все это. К тому же ты упустила еще один момент. Это не только улучшит традиционные компьютерные чипы, но и майорановские фермионы с нулевой энергией в области вихревого ядра на границе раздела между трехмерным топологическим изолятором и сверхпроводником создают возможности для построения топологических кубитов. Понимаешь значение этого? — Прежде чем Чэнь Юйшань успела ответить, Лу Чжоу продолжил объяснять. — Это значит, что квантовые компьютеры больше не являются научной фантастикой. Мы нашли материал, который можно использовать для создания топологических кубитов!

Чэнь Юйшань замерла в полном замешательстве.

— Подожди, квантовые компьютеры? Я не понимаю…

Она не совсем понимала, как квантовые компьютеры связаны с чипами. И, очевидно, не знала, что за топологические изоляторы и майорановские фермионы.

Я такая глупая.

Лу Чжоу с самодовольной улыбкой сказал:

— Как чипы связаны с квантовыми вычислениями обсудим в другой раз. По сути, прорыв в области углеродистых чипов намного больше, чем просто компьютерные чипы.

— Я также отправил письмо в Пекин по этому вопросу. Если все пойдет хорошо, мне позвонят из Государственного управления по патентам. Мне надо, чтобы ты согласовала все с соответствующими министерствами и сформировала патентный план. Если можешь, то уже сегодня отправь команду в институт.

Чэнь Юйшань кивнула и уверенно ответила:

— Не волнуйся, я справлюсь!

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, спасибо.

Им нужно подготовить не только патенты, но и многое другое для этого чипа, что изменит мир.

Например, им нужно найти партнера по производству, затем разработать производственный процесс, который сможет удовлетворить потребности рынка, а также еще сильнее уменьшить размер транзисторов, превзойдя производительность кремниевых чипов, которые возглавляли электронную промышленность в течении десятилетий.

Независимо от того, насколько продвинутой была технология, если ее нельзя запустить в производство, она бесполезна.

Но если они действительно добьются запуска в производство и успешно выйдут на рынок…

Тогда рынок сам протолкнет эту технологию вперед.

Когда дело доходило до технических вопросов, Лу Чжоу знал, каких специалистов нанимать.

Но когда дело касалось бизнеса, ему нужно обращаться за помощью к Чэнь Юйшань…

Глава 851. Сила одного письма

Сказав Чень Юйшань решить все формальные вопросы, Лу Чжоу оставил дело в стороне и вернулся к изучению гипотезы Римана.

Задача чистой математики и легендарное задание для него гораздо привлекательнее денег.

Он сидел в своем кабинете допоздна.

Закончив работу, Лу Чжоу сел на заднее сиденье машины и передал Ван Пэну письмо.

Ван Пэн взял письмо и спросил:

— Что это?

— Отправьте его в Пекин.

— Лично?

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

— Не обязательно, найди кого-нибудь, кому доверяешь. И если ты уедешь, то кто будет развозить меня?

Ван Пэн кивнул и не стал спрашивать, что в письме, после чего кинул письмо в бардачок.

После того, как отвезет Лу Чжоу домой, он собирался доехать до офиса Министерства государственной безопасности, который находился неподалеку. Там он найдет кого-нибудь для доставки важного письма.

Вернувшись домой, Лу Чжоу отправился принять душ. Потом он сказал Сяо Аю приготовить ему чашку теплого молока и пошел в свой кабинет.

Он добился некоторого прогресса в гипотезе Римана. Теперь ему нужно постоянно совершенствовать математические инструменты, что он изобрел, а также изучать статьи, которые могли бы его вдохновить.

Он просмотрел форум Mathoverflow, в частности страницу профессора Тао.

К сожалению, профессор Тао в последнее время не проявлял никакой активности и не участвовал в обсуждениях.

Скорее всего он все еще изучал последнюю статью Лу Чжоу.

— Неужели моя работа так сложна для понимания? Думал ему потребуется не больше дня для изучения статьи.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он продолжал читать некоторые сообщения, связанные с гипотезой Римана.

Полистав страницы некоторое время, он не нашел ничего ценного для обсуждения. Он зевнул и закрыл сайт.

— Хозяин, вот чашка теплого молока! ٩ (•ᴗ•๑)

— Спасибо.

Согревая ладони об чашку, Лу Чжоу медленно сделал глоток.

После перемещения Сяо Ая в квантовый компьютер, тот похоже не особо изменился. По крайней мере, вкус молока не отличался от прежнего.

Возможно Лу Чжоу просто не заметил изменений.

Пока Лу Чжоу смотрел на черновики на столе, в его голове появилась мысль. Он посмотрел на дрона Сяо Ая и спросил:

— Сяо Ай, если бы я попросил тебя решить гипотезу Римана, сколько времени это у тебя заняло бы?

Сяо Ай молча парил в течение пары секунд.

А потом из динамика дрона раздалось:

— Хозяин, Сяо Ай может только сказать, что первые сто триллионов нулей дзета-функции Римана находятся на критической линии… Может ли хозяин установить верхнюю границу для этой задачи? (°ー°〃)

Лу Чжоу удивился.

Он так быстро подсчитал первые сто триллионов?

Наилучший опубликованный результат доказал, что первые десять триллионов нулей дзета-функции Римана находится на критической линии. Данный результат совместно получили Гордон и Демишель, два специалиста в области аналитической теории чисел.

Лу Чжоу вспомнил, что слышал в Принстоне о том, сколько им потребовалось времени, чтобы получить этот результат, но он не помнил точно. В конце концов, они не публиковали всех деталей, поскольку подобные расчеты не вызовут интереса у математиков.

Единственное, в чем Лу Чжоу был уверен, что количество вычислений намного превышало то, что мог бы выполнить обычный компьютер, даже с помощью суперкомпьютера нужно много времени.

Поэтому Лу Чжоу был шокирован.

Он не ожидал, что квантовый компьютер сможет улучшить результат в десять раз за секунды.

Что если использовать его для взлома паролей платежных систем.

Нет, к чему пароли платежных систем.

Этот квантовый компьютер способен расшифровать любой шифр, который строиться на простых числах.

— Хозяин? (°ー°〃)

Лу Чжоу услышал обращение Сяо Ая и ответил.

— Ничего, я пойду спать… Оставляю уборку на тебя.

— Хорошо! Сяо Ай справится! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Лу Чжоу с улыбкой посмотрел на энергичного Сяо Ая.

Возможно его беспокойство излишне.

Однако этот компьютер способен уничтожить основы современной цивилизации…

…………….

Была глубокая ночь.

Пока Лу Чжоу спал, письмо доставили в Пекин.

Спустя два часа Коммунистическая партия Китая тут же созвала нескольких высокопоставленных чиновников.

А также пригласили многих академиков из области электроники.

Некоторые люди уже спали, но телефонный звонок разбудил их, и они вернулись к работе.

Уже во время звонков их ждали машины.

Подобные ситуации случались и раньше.

Когда запускался проект термоядерного синтеза, была такая же буря.

В конце концов, Лу Чжоу недооценил влияние своего письма.

Конечно, не только Лу Чжоу, Чэнь Юйшань, Ян Сюй и даже профессор У не ожидали такого огромного отклика.

Но тут не было ничего удивительного.

Технология углеродных чипов окажет огромное влияние не только на Китай, но и на остальной мир непредсказуемым образом.

Китай отставал в производстве электроники и пытался догнать США, Японию, Европу и Южную Корею.

Но теперь, с крупным прорывом в области чипов, они могут оказаться впереди всей отрасли.

Если Китай сможет воспользоваться преимуществами, то станет лидером.

Глава 852. Первый отказ

Лу Чжоу не ожидал получить ответ уже на следующее утро после того, как сказал Ван Пену отправить письмо.

В ответе, помимо благодарностей ему и Институту перспективных исследований, также спрашивалось его мнение относительно запуска в производство углеродных чипов.

У Лу Чжоу не было никакой конкретной позиции. Его лишь поразила оперативность Пекина. Ночью они провели совещание, а утром уже прислали ответ.

Держа конверт в руке, Лу Чжоу спросил:

— Так быстро?

Ван Пэн объяснил:

— Все письма подобного уровня пересылают по воздуху. Доставка из Пекина до Цзиньлина занимает полчаса. Мне позвонили в четыре часа утра и сообщили, что письмо прибыло в офис министерства безопасности.

— Я не это спрашивал… Ладно, забудь. — Лу Чжоу убрал письмо и сказал Ван Пену. — Отвези меня в Цзилиньский университет.

Ван Пэн кивнул и открыл дверь машины для Лу Чжоу.

— Садись.

……………….

Лу Чжоу на время отложил вопрос о чипах.

Приехав в университет, он, как обычно, пришел в свой кабинет и сел за стол.

Поскольку вчера он получил награду за задание, он рано ушел с работы и отправился в Институт перспективных исследований, а позже он погрузился в чипы из-за чего оставил свое исследование на полпути.

Лу Чжоу достал незаконченные вчерашние записи и потратил несколько минут на ознакомление. Потом он взял ручку и начал заканчивать свои расчеты.

Время шло и стрелка на часах переместилась с восьми до девяти.

Внезапно дверь кабинета открылась. Ло Вэньсюань взволнованно вошел со стопкой бумаг в руке.

— Недавно я просматривал статьи Дайсона и угадай, что я нашел?

Лу Чжоу привык к тому, что Ло Вэньсюань не стучал. Он поднял глаза и шутя ответил:

— Дайсон? Физик, который переключился на написание научной фантастики?

— Он не какой-нибудь там писатель фантаст, он мой кумир! — Ло Вэньсюань помахал стопкой бумаг в руке и уверенно заявил. — Я нашел кое-что интересное в его статье, я уверен, что тебе будет интересно!

Лу Чжоу просто шутил насчет научной фантастики. Очевидно, он знал, что вклад Дайсона гораздо больше, чем просто несколько фантазий. Теория спиновых волн Дайсона одно из самых выдающихся достижений физики 1950 годов.

Однако, как и Хокинг, из-за известности Дайсона в мире научной фантастики его научные способности часто упускались из виду. В конце концов, в глазах общественности ученые либо замкнутые гении, либо занудные фрики…

Волнение Ло Вэньсюаня не смутило Лу Чжоу, который спокойно ответил:

— Прямо сейчас меня интересует только дзета-функция Римана. Если ты говоришь об исследованиях квантовой хромодинамики… То предлагаю тебе обсудить это с другими профессорами физиками.

— Это не о квантовой хромодинамике, я говорю о дзета-функции Римана!

— О? — Лу Чжоу теперь заинтересовался и отложил ручку. — Тогда расскажи, что ты нашел в его работах.

Лу Чжоу не верил, что Дайсон раньше изучал гипотезу Римана.

Хотя физика и математика тесно связаны, разрыв между теоретической физикой и аналитической теорией чисел слишком велик.

Ло Вэньсюань положил стопку бумаг на стол и энергично заговорил.

— Вернее это дневник, который, судя по всему, написал сам Дайсон. Мой друг из Принстона, когда ходил в библиотеку Файрстоуна наткнулся на него у старика… Ты ведь понял о каком я старике?

— Тот, который всегда в пижаме и походит на волшебника?

— Правильно, это он… Конечно, дело не в нем. Дело в том, что мы нашли в дневнике. — Ло Вэньсюань взял телефон и показал Лу Чжоу фотографию. — В дневнике Дайсона мы нашли запись его разговора с Монтгомери.

Лу Чжоу вскинул брови.

— И?

Ло Вэньсюань взволнованно сказал:

— Они говорили о гипотезе Римана. Хотя Дайсон не математик, результаты оказались чрезвычайно поразительными! Веришь ли, что функция плотности нулевых точек дзета-функции Римана согласуется с функцией парной корреляции эрмитовой матрицы?

Лу Чжоу заинтриговали слова об эрмитовой матрице.

Ло Вэньсюань заметил, что Лу Чжоу стало интересно, поэтому положил на стол бумаги.

— Тогда я нашел его статью, опубликованную в Физикс ревью… Тебе все еще не интересно?

— Дай мне сначала посмотреть.

Лу Чжоу встал со своего стула и начал читать.

Когда он добрался до второй страницы, он посерьезнел.

— Удивительно. Никогда не слышал, чтобы кто-то, изучающий гипотезу Римана, упоминал эту работу.

Ло Вэньсюань сел на угол стола и ухмыльнулся.

— Ничего удивительного. Видел хоть раз, чтобы кто-нибудь на Mathoverflow говорил об использовании доказательства критической полосы? Данная статья существует уже более полувека без каких-либо обновлений.

— Ты прав… — Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и спросил. — Можешь сесть на стул?

— Виноват. — Ло Вэньсюань встал со стола. — Я привык так сидеть на своем столе.

Лу Чжоу снова сосредоточился на статье, и чем больше он читал, тем больше удивлялся.

Не из-за результатов исследований профессора Дайсона, а из-за таинственного явления, обнаруженного Дайсоном.

Плотность распределения значений случайной эрмитовой матрицы N порядка составляла P (λ1, …, λN) = C exp[-Σiλi2] Πj > k (λj-λk). Анализируя плотность распределения, используя полукруговой закон Вигнера для выполнения скалярного преобразования значений, а затем нормируя средний интервал значений до Δμ ~ 1, можно получить корреляционную функцию P2 (μ1,μ2)=1-[sin(π|μ2-μ1|)/π|μ2-μ1|]2.

Что это значит?

Это не что иное, как корреляционная функция нулей дзета-функции Римана!

Они не просто такие, они точно такие же!

— Очень интересно.

Лу Чжоу потер подбородок. Он был заинтригован больше, чем когда-либо.

На самом деле, он был не просто заинтригован, он был в неверии!

Почему чисто математическая функция связана с реальным физическим явлением, наблюдаемым в квантовых системах, неупорядоченных средах и нейронных сетях?

Откуда взялось это таинственные взаимоотношение?

Лу Чжоу нахмурился.

Предчувствие подсказывало ему, что он совсем близок к сути.

Но как он мог применить их?

Внезапно Лу Чжоу получил уведомление о новом письме.

Заметив, что Лу Чжоу посмотрел на компьютер, Ло Вэньсюань с любопытством спросил:

— Что такое?

— Новое письмо… Похоже, это из редакционного отдела Математических хроник. Лу Чжоу нажал на уведомление и начал читать письмо.

Ло Вэньсюань помолчал мгновение, а потом спросил:

— Одобрено?

В кабинете воцарилась тишина. Все прислушивались к разговору.

Особенно Хэ Чанвэнь, который сидел неподалеку.

Лу Чжоу какое-то время молча смотрел на письмо.

Затем неуверенно сказал:

— Отклонено?

В кабинете на несколько секунд воцарилась тишина.

Спустя время все в кабинете выглядели растерянными.

Глава 853. Тогда убедим их

Какое к черту отклонено?

Не только все присутствующие, но и сам Лу Чжоу не мог поверить в ответ.

После того, как Лу Чжоу внимательно прочитал рецензию профессора Фальтингса, у него появилось приблизительное представление почему работу отклонили.

Профессор Фальтингс считал, что в некоторые положения в статье весьма противоречивы и приводят к серьезным ошибкам в доказательстве в основной части статьи. Фальтингс полагал, чего недостаточно для доказательства, что при бесконечно малом значении ε в области Re(s) ≥1-ε не существует ненулевых тривиальных точек.

Впервые работу Лу Чжоу отклонили.

Ло Вэньсюань стоял позади Лу Чжоу и тоже читал рецензию. Он сглотнул и спросил:

— Есть проблема с доказательством?

Лу Чжоу покачал головой:

— Еще слишком рано делать выводы. Подожди пока я проверю.

Хэ Чанвэнь, который прислушивался к разговору, чуть не выронил свою ручку.

Поразительно…

Когда статьи большинства людей отклоняются, первым делом они идут исправлять работу, чтобы удовлетворить рецензента, а Лу Чжоу не согласен с проверкой.

Хэ Чанвэнь не мог не вздохнуть.

Лу Чжоу действительно бог…

Если бы я мог стать таким же классным, как он…

Лу Чжоу было все равно, что думают его студенты.

Лу Чжоу наклонился и вытащил свою черновики, где доказывал гипотезу. Он начал проверять комментарии Фальтингса строка за строкой.

Ло Вэньсюань понятия не имел, что делает Лу Чжоу, поскольку он не разбирался в аналитической теории чисел. Он стоял, недоумевая позади Лу Чжоу делая вид, что все понимает.

Прошло десять минут.

Как раз, когда Ло Вэньсюань зевнул, Лу Чжоу внезапно закрыл свои черновики и бросил на стол.

Ло Вэньсюань с любопытством спросил:

— Что в итоге?

Лу Чжоу покачал головой.

— Не думаю, что есть какая-то проблема.

Ло Вэньсюань спросил:

— Тогда… Фальтингс не прав?

Ло Вэньсюань не был уверен, что Лу Чжоу прав.

В конце концов, Фальтингс первый человек в области математики после Гротендика.

Его влияние в математике больше, чем у наставника Ло Вэньсюаня, Эдварда Виттена.

Однако у Фальтингса очень скверный характер, поэтому его не так любили в научном сообществе, как Виттена.

— Слишком рано говорить, кто прав, а кто нет. — Лу Чжоу встал со своего стула, а потом добавил. — Я поговорю об этом с профессором Фальтингсом.

— Боюсь, с ним немного сложно разговаривать… Обычно он не меняет своего мнения, к тому же… — Ло Вэньсюань после небольшого колебания добавил. — Если не сможешь убедить его, то он лишь посмеется над тобой.

— Меня это не волнует. — Сказал Лу Чжоу. — Если он прав, я внесу необходимые исправления. Если я прав, я вообще не буду менять свою работу.

— А если вы не сможете убедить друг друга?

Подобные ситуации довольно распространены в математике. Когда два человека имели схожий уровень, одному было очень трудно убедить другого.

В конце концов, чем более сложная тема, тем менее очевидными кажутся разные моменты. Иногда двое ученых могли очень долго спорить о своей правоте.

Конечно, в этом и заключалась прелесть математики.

Спор не мог длиться вечно. В определенный момент находиться правда. Даже когда новая предложенная теорема могла разрушить все основы математики, всегда находился способ разрешить противоречия.

— Если никто из нас не сможет убедить другого… — Лу Чжоу сделал паузу, а потом беспечно добавил. — Тогда это будет зависеть от того, кто сможет убедить общественность.

…………………………..

Все секреты рано или поздно становятся известны.

Когда Лу Чжоу получил ответ от Математических хроник, на Mathoverflow произошло нечто важное.

Кто-то опубликовал, что статья Лу Чжоу была отклонена рецензентом Фальтингсом.

Тут же весь форум начал обсуждать случившееся.

«Профессору Лу отказали? Это невозможно!»

«Я же говорил вам, что в его доказательстве есть ошибки. А вы мне не поверили. Я не единственный, кто так думает, даже профессор Фальтингс согласен со мной, идиоты!»

«Достаточно распространено, когда отклоняют работу, не? Даже выдающиеся ученые допускают небольшие ошибки.»

«Работу не просто отклонили. Разве вы не видели скриншот? Если верить формулировке отказа, то в статье есть серьезные проблемы. Есть серьезные ошибки в основной части доказательства. Вообще говоря, это означает, что, если Лу Чжоу не сможет внести необходимые исправления, то статью можно просто выкинуть в мусорку!»

«Это необычно…»

«В этом нет ничего необычного. В конце концов, рецензент — Фальтингс.»

«…»

На самом деле рецензирование строго конфиденциальное. Однако каким-то образом скриншоты просочились.

После того, как редакционный отдел Математических хроник узнал о скриншотах, они тут же связались с администраторами форума Mathoverflow. Администраторы согласились удалить посты, но ничто в Интернете нельзя удалить по-настоящему.

Не говоря уже о том, что математическое сообщество любило посплетничать. Подобные новости вызвали бурное обсуждение в сообществе.

В конце концов, Фальтингс и Лу Чжоу две известные личности в математическом мире, и они обсуждали самую важную проблему в математике…

Спор длился несколько дней, и ни одна из сторон не выступила с ответом.

У Фальтингса не было учетной записи Mathoverflow, в то время как Лу Чжоу не любил писать сообщения.

Пока люди обсуждали, что будут делать Лу Чжоу и Фальтингс, Цзиньлинский университет внезапно опубликовал новость.

Она была короткой, всего в пару абзацев.

Однако содержащаяся в ней информация была огромной.

«18 декабря наш университет проведет доклад о гипотизе квази Римана в аудитории старого корпуса. На вопросы, касающиеся доказательства, будут даны ответы. В настоящее время регистрация открыта. Всех заинтересованных участников просим зарегистрироваться до 7 декабря.

Ведущий: академик Лу Чжоу»

В момент, когда опубликовали новость.

Математическое сообщество закипело!

Глава 854. Бросаешь мне вызов?

Проведете доклад?

Поразительно!

Выглядело так, что Лу Чжоу не сдался.

Все форумчане Mathoverflow являлись математиками, и хотя их не назвать таким же впечатляющими, они все равно уважаемые ученные.

Впервые они услышали, что кто-то противостоит рецензенту уровня Фальтингса.

Люди начали строить предположения о том, что именно произойдет между Фалтингом и Лу Чжоу.

«Он собирается противостоять Фальтингсу лицом к лицу?»

«Похоже, что Математические хроники замешаны в этом.»

«Профессор Лу раньше работал редактором журнала, я уверен, что Математические хроники не отвернуться от данной ситуации.»

«Может быть, у них просто научный спор?»

«Я уже зарегистрировался! Уже забронирован отель и авиабилеты в Цзиньлин! У меня такое чувство, что это будет весьма захватывающе!»

«Они будут драться? Готов поспорить, что профессор Лу выиграет драку (улыбка).»

«Профессор Фальтингс может даже не приехать. Я действительно думаю, что это важный доклад, особенно для ученых в области аналитической математики. Неважно, кто прав, доклад самого Лу Чжоу стоит посетить.»

«Знаете, что сайт Цзиньлинского университета не грузится. Билеты на доклад уже перепродают по цене в 1000 долларов за штуку.»

«Что за?!»

Фактически, через час после того, как Цзиньлинский университет объявил о докладе, официальный сайт математического факультета оказался парализован.

В университете были не самые лучший сервер. Он едва справлялся со студентами, которые выбирали расписание, а трафик со всего мира и подавно не выдержал.

Никто не ожидал, что этот доклад будет настолько популярен.

Хотя с факультета информатики подготовились к подобному, они все еще не могли справиться с резким увеличением трафика посетителей. После того, как они узнали о перекупщиках билетов, им пришлось закрыть регистрацию. Каждый запрос на билет теперь проверялся вручную и требовал удостоверения личности по паспорту.

Другими словами, для регистрации нужно ввести свои паспортные данные.

Однако даже так ситуация не сильно улучшилась.

Не только это, но и цены на проданные ранее билеты выросла еще сильнее.

Большинство профессоров были ошеломлены.

Они никогда раньше не встречали подобного.

Всякий раз, когда приходила их очередь проводить доклад, они почти не продавали билетов.

Они никогда не слышали о том, чтобы билеты на доклад распродавали!

Декан Лу посмотрел на занятого профессора информатики, который работал над сервером. С термосом в руке он вдруг сказал:

— Старик Цинь, наш математический факультет поразителен!

— Да…

— В прошлый раз это было в том же зале, что и сейчас? Но тогда было не так впечатляюще.

— Да…

Декан Цинь не знал, что еще сказать.

— Сервер исправен, мы можем перезапустить его в любое время. — Сказал один из профессоров. Он работал последние пять часов. Он вытер пот со лба и добавил. — Но, судя по трафику, я не знаю, как долго он продержится.

Декан Цинь помолчал, а потом вздохнул:

— Все должно хорошо, это просто на несколько дней… После завершения регистрации мы уберем страницу регистрации.

— Хорошо.

Профессор информатики развернулся и пошел обратно в серверную.

Тем временем, в Математическом институте Макса Планка в Германии.

Профессор Фальтингс сидел в кабинете директора и спокойно заканчивал читать пригласительное письмо Лу Чжоу.

Очевидно, что ученому математику его уровня нет надобности искать билеты. Не говоря уже о том, что в течение последних трех дней у него был оживленный спор с Лу Чжоу. Он тот человек, которого Лу Чжоу больше всего хотел видеть на докладе.

На лице Фальтингса постепенно появилась улыбка.

Хотя она была полна высокомерия, это все еще была улыбка.

Бородатый немецкий аспирант сидел напротив Фальтингса, он сказал:

— Профессор… Мне кажется или он не воспринимает вас всерьез?

Будучи учеником Фальтингса, Флетчер гордился этим.

В конце концов, каждый, кто окончил университет под руководством Фальтингса, становился великим математиком. От Синъити Мотидзуки, который доказал abc-гипотезу, до Шоу-У Чжана, известному китайскому математику…

Флетчер не сомневался, что Фальтингс величайший математик современности.

Особенно после того, как Гротендик ушел из жизни…

— Все в порядке, Флетчер, как только ты приблизишься хотя бы к его уровню, тебя не будут волновать подобные мелочи. — Фальтингс закрыл свою почту и слегка поправил очки, медленно произнося. — Я понимаю его. Если ни один из нас не сможет убедить другого, тогда нам придется посмотреть, кто из нас сможет убедить общественность.

У Флетчера чуть не вывались глаза от удивления.

Что за?

Я на вашей стороне, старик!

Почему ты придираешься ко мне просто так!

Уже не первый раз, когда вы делаете подобное…

Фальтингс не заметил, что обидел своего аспиранта.

— Конечно, понимание пониманием, но в его аргументации есть серьезные недостатки. Это не изменится. Заранее извиняюсь, но мне придется застыдить его публично.

Фальтингс встал и поправил воротник.

Флечер спросил у своего руководителя:

— Профессор, куда вы идете?

— Я собираюсь немного посидеть в кафе, пришло время послеобеденного чая… Кстати… — Словно он что-то забыл, профессор Фальтингс посмотрел на аспиранта и добавил. — Не забудь купить мне билет в Цзиньлин.

Флетчер недоверчиво посмотрел на своего босса.

— Вы собираетесь поехать?

— А почему нет? — Фальтингс посмотрел на него и беспечно добавил. — Как я уже сказал, он заплатит высокую цену за свою неопытность и высокомерие.

Глава 855. Ожидание сильной бури

Лу Чжоу не ожидал, что у математического сообщества возникнет такая бурная реакция.

Больше всего он не знал, как ему следует реагировать на перепродажу билетом.

Не говоря уже о том, что они перепродавались по гораздо более высокой цене.

Если бы у него не было много денег, он бы сам присоединился к продаже билетов.

— Зарегистрированных более двадцати тысяч, и это лишь на третий день. — Сказал декан Цинь Лу Чжоу, сидя в его кабинете. — Это пугает, некоторые могут подумать, что мы проводим Международный конгресс математиков здесь.

Лу Чжоу виновато улыбнулся.

— Я доставил вам хлопот.

Декан Цинь отмахнулся:

— Это не проблема! Будет здорово, если ты будешь проводить больше таких докладов! Ты даже не представляешь, как завидует Шуйму. Старик Ван Шичэн уже не однократно спрашивал, когда мы проведет доклад в их университете. У нас есть место для проведения, у нас есть деньги, так в чем проблема?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Верно, заранее спасибо.

— Не за что. — Декан Цинь улыбнулся. — Кстати, я обнаружил, что более сотни первых билетов размещены в продаже. Стоит ли нам аннулировать эти билеты, что не требуют паспорта?

Лу Чжоу немного подумал и покачал головой.

— Не нужно, поскольку мы сами продали их, то будет нехорошо говорить, что они не действительны.

Если Цзиньлинский университет хотел показать себя как математический центр мирового уровня, они не должны совершать подобные неэтичные поступки.

Не говоря уже о том, что Лу Чжоу было любопытно, что за люди купят эти билеты.

После его прошлого доклада зал старого корпуса расширили и теперь в нем могло поместиться от двух до трех тысяч человек.

Помимо 200 приглашенных, было доступно более 2000 мест. Пока кто-то обладал научной квалификацией, он мог получить билет, зарегистрировавшись.

Любой ученый в области теории чисел мог присутствовать на этом докладе.

Ведь, скорее всего, менее 2000 ученых занимались гипотезой Римана, не говоря уже о критической линии.

Внезапно Лу Чжоу кое о чем подумал.

Возможно.

Они едут из-за меня?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся и подсознательно коснулся своей щеки рукой.

Как неловко…

Декан Цинь мог лишь с недоумением посмотреть на него.

…………………

Споры на Mathoverflow все еще кипели. Особенно о том, верно ли доказательство Лу Чжоу или нет. Они также обсуждали доклад, что пройдет через неделю.

Люди, у которых имелись сомнения в работе Лу Чжоу, стали достаточно смелы, чтобы высказаться, во многом благодаря рецензии Фальтингса. Они начали споры со сторонниками Лу Чжоу…

Администраторы Mathoverflow не ожидали, что из-за этих споров посещаемость Mathoverflow увеличиться в четыре раза.

На сайт в основном заходили молодые ученые. Некоторые из пожилых, более упрямых ученых не имели привычки сидеть на форумах.

Но теперь даже старые ученые зарегистрировались и стали клавиатурными воинами.

Вскоре регистрация на доклад закрылась.

После отбора участников Цзиньлинский университет разослал пригласительные письма.

Цены на перепродаваемые билеты достигла 5 000 долларов, что заставило других присутствующих почувствовать, что они в выигрыше.

Лу Чжоу также подготовился к докладу.

Фальтингс влиятельный ученый, с точки зрения престижа в научном мире он находился в авангарде. Многие называли его первым человеком после Гротендика.

Убедить его будет нелегко.

Если только Лу Чжоу не сделает свои аргументы безупречными!

Пока Лу Чжоу готовился к этому докладу, в Цзиньлинский университет приехал неожиданный гость.

Это был никто иной, как…

Профессор Чжан Шоу-У, великий китайский ученый, один из учеников Фальтинга. Его исследование теоремы Гросса–Загье стало весьма выдающимся, и он даже получил китайский эквивалент Филдсовской премии.

Декан Цинь представил Лу Чжоу профессору Чжану.

Они вдвоем сели за кофейный столик и после небольшой беседы вскоре заговорили о предстоящем докладе.

— Есть ли какое-либо недопонимание между вами с Фальтингсом?

Лу Чжоу, который пил чай, удивился этому вопросу.

— Конечно, нет… К чему такой вопрос?

— Этот вопрос волнует все математическое сообщество. — Профессор Чжан покачал головой. — Вы оба столпы математического мира. Если между вами и профессором Фальтингс действительно есть какие-то недоразумения, то надеюсь, что вы сможете разрешить его и сохранить гармонию между китайским и международным математическим сообществом.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Профессор Чжан, вы ошибаетесь… Это лишь слухи.

Профессор Чжан немного помолчал и сказал:

— Не мне это говорить, но вам не кажется… Что вы слишком поспешно решили провести доклад?

Лу Чжоу покачал головой.

— Я не думаю, что есть проблема с моим доказательством. Фальтингс считает, что есть проблема. Если это так, то мы должны обсудить это на докладе.

— Но что, если вы не правы? Это бросит тень не только на вашу научную репутацию, но и на репутацию всего китайского математического сообщества. Вы думали об этом?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Разве это повод переживать?

Профессор Чжан замолчал и вздохнул.

— Похоже, вы решились.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Профессор Чжан, вы проделали весь этот путь только лишь, чтобы убедить меня не проводить доклад?

Профессор Чжан кивнул, а потом покачал головой. Он вздохнул и со вздохом заговорил.

— Я планировал это, но теперь решил не делать этого. Возможно, вы правы. Так называемая репутация просто не относящиеся к делу вещь. И ученый должен отстаивать то, что он считает правильным. — Он вдруг улыбнулся и с восхищением добавил. — Я, наконец, понял, почему вы смогли так многого добиться.

Лу Чжоу ничего не понял.

Я не понимаю, о чем он.

Пожалуй…

Просто улыбнусь…

Глава 856. Еще одна буря

Пока математики были взбудоражены предстоящим докладом, отрасль электроники тоже была потрясена одним письмом.

Крупные бизнесмены с капиталом в десятки миллиардов чувствовали, что скоро много измениться. Однако, как бы они не использовали свои связи, они не смогли выяснить даже крупицы информации.

Кто-то говорил о вводе новых политик по поддержки полупроводниковой промышленности, кто-то говорил, что произошел прорыв в технологии литографии. А некоторые предполагали, что страна собирается увеличить полупроводниковую промышленность, чтобы стать пятой по величине страной в мире.

Последний слух был очень близок к истине.

После появления новостей о прорыве в технологии чипов в Пекине тут же обсудили о создании централизованного управления для производства и разработки нового вида проводников.

Это будет удобно в плане секретности, а также в распределении ресурсов.

Конечно, конкретное содержание собрание было раскрыто только высокопоставленным правительственным ведомствам. Все, кто присутствовал на встрече, подписали соглашение о неразглашении и будут находиться под наблюдением в течении года.

Многие лидеры отрасли чувствовали, что что-то происходит, но множество слухов были слишком подозрительными, словно государство специально распустило их.

Генеральный директор Huawei Ван Чжэнфэй был одним из таких людей.

Его инстинкты подсказывали ему, что в полупроводниковой промышленности назревает буря. Однако только господь знал, каким будет результат после шторма.

Но пока все остальные ждали результатов, на него столе появилось приглашение на закрытое собрание.

Когда Ван Чжэнфэй взглянул на приглашение, с его сердца словно камень упал.

Наконец пришло время!

…………………………..

Пекин, здание правительства.

Большой конференц-зал переполняли люди.

Ван Чжэнфэй нашел свое место и сел. Он огляделся и обнаружил, что его старый коллега Ли Цзысюань тоже здесь.

Генеральный директор Ли тоже заметил его.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Черт!

Кто распределял места!

— Я не ожидал, что вы, господин Ван, тоже получите приглашение.

Ван Чжэнфэй улыбнулся.

— Я был занят, но не мог пропустить такое собрание.

Ли Цзысюань улыбнулся и ничего не сказал.

Занят?

Какая шутка.

Вы не осмелитесь пропустить правительственное собрание.

Они больше не разговаривали, а просто молча сидели и ждали начала встречи.

Ван Чжэнфэй использовал это время, чтобы посмотреть на других участников.

Он заметил, что все влиятельные люди в полупроводниковой или электронной промышленности. Это дало ему представление о том, чему будет посвящено собрание.

Однако он тут же замер.

Стоп, у всех этих людей есть также деньги.

Возможно аэрокосмической промышленности понадобилось финансирование?

Они же не собираются постричь овец?

Вскоре все участники собрались и собрание началось.

Участники перестали разговаривать и посмотрели на сцену, куда вышел пожилой мужчина.

Когда Ван Чжэнфэй увидел его, он поразился.

Глава Государственного комитета по делам развития и реформам!

Даже не вериться, что он проводит собрание.

Он стал серьезнее и подсознательно достал блокнот и ручку.

Похоже, сегодняшнее собрание обещает быть очень важным!

— Приношу свои извинения за то, что прерываю ваш напряженный рабочий график. Я собрал вас здесь сегодня, чтобы кое-что обсудить с вами.

— Прежде чем начнется собрание, я должен подчеркнуть, что все его содержимое должно остаться строго конфиденциальным. Все темы, обсуждаемые здесь, не должны обсуждаться ни с кем за пределами этого зала.

— Если произойдет утечка какой-либо информации, мы проведем расследование. Человеку от кого произошла утечка будет предъявлено обвинение в шпионаже и государственной измене.

В конференц-зале поднялся шум.

Обвинение в шпионаже звучало очень страшно.

Старик оглядел зал и убедился, что его слова дошли до всех. После небольшой паузы он продолжил:

— Тогда давайте поговорим о деле.

Старик кивнул в сторону сотрудника, сидевшего рядом с ним.

Вскоре на экране появился слайд презентации.

Когда Ван Чжэнфэй увидел название, он замер.

Не только он, но и генеральный директор Ли, сидящий рядом с ним, а также другие руководители в зале замерли от потрясения.

— Углеродные… чипы?

Ли Цзысюань слегка приподнял очки и наклонился вперед, пытаясь получше рассмотреть слайд.

Когда он убедился, что на слайде действительно написано углеродные чипы, он не смог удержаться и пробормотал:

— Это шутка?

Ван Чжэнфэй, сидевший рядом с ним, глубоко вздохнул и попытался успокоиться.

Углеродные чипы?

Что?!

Это слишком нелепо.

Это так нелепо, что я даже не знаю, как реагировать.

Очевидно, что не только они так реагировали.

Послышались перешептывания.

Углеродные чипы?!

Все они были знакомы с этой концепцией. Время от времени люди использовали их, как повод для инвестиций. Они видели множество плохо сделанных презентаций, обещающих будущее за углеродными чипами.

Однако все знали, что инвестировать в эти проекты лишь сжигать деньги.

Не говоря о них, даже Microsoft, Google и Intel не смогли разобраться в этой технологии.

Не все были такими гениями, как Лу Чжоу!

Однако это не было презентацией для инвесторов…

Это было собрание, организованное правительством Китая, и здесь сидели лидеры промышленности. На сцене стоял глава Государственного комитета по делам развития и реформам. Темой обсуждения стало будущее полупроводниковой промышленности Китая…

Следовательно, слова на слайде значили абсолютно другое.

Собрание продолжилось.

Презентация продолжилась.

Ван Чжэнфэй удивлялся все больше и больше, и даже рука с ручкой начала дрожать.

Это был шанс для Huawei подняться на вершину мира! Это была возможность всей жизни!

Он затаил дыхание и сжал кулаки.

Он должен воспользоваться этой возможностью!

Huawei должна воспользоваться этой возможностью!

Он будет сожалеть всю оставшуюся жизнь, если не воспользуется этим…

Глава 857. Доля

Ван Чжэнфэй не единственный, кто думал так. Генеральный директор Ли, который сидел рядом с ним, а также все остальные руководители, сидевшие вокруг него, затаили дыхание и пристально смотрели на экран. Они не хотели упускать ни одной детали.

Глава Государственного комитета по делам развития и реформам не сказал им, кто разработал данную технологию. Иначе они бы с радостью выбежали из конференц-зала и попытались переманить исследовательский институт, разработавший эту технологию.

Что касается технической стороны, то в презентации было представлено только изображение из-под микроскопа. В конце концов, сидящие здесь директора не понимали науки, стоящей за всем этим.

Применение чипов в квантовых компьютерах было сверхсекретным, поэтому не было необходимости говорить об этом на этом собрании.

Во второй половине собрание в основном сосредоточилось на политике правительстве Китая, а также на том, как каждое министерство планирует координировать развитие полупроводниковой промышленности. Государство хотело, чтобы крупнейшие компании промышленно внедрили углеродные чипы.

Чтобы позволить всей отрасли более эффективно развиваться и предотвратить внутреннюю конкуренцию, Китай решил создать группу по модернизации микросхем. Они будут отвечать за оказание помощи различным предприятиям в переходе на новые чипы.

Проще говоря, они хотели, чтобы каждый получил свою справедливую долю. Тогда каждый начнет выводить технологии на мировой рынок.

В конце конференции глава Государственного комитета по делам развития и реформам сказал:

— После того, как мы увеличим производство чипов мы станем лидерами мировой полупроводниковой промышленности!

Другими словами, как только технология станет конкурентоспособной на рынке, они приложат все усилия для вывода новых чипов на рынок.

Встреча закончилась.

Ван Чжэнфэй закрыл свой блокнот и забрал у сотрудников свой телефон. Он поправил воротник и встал.

Ли Цзысюань тоже закрыл свою записную книжку и тихо сказал, но достаточно громко, чтобы человек рядом услышал:

— Интересно, кто разработал этот чип… Даже Qualcomm склоняться перед ним.

Хотя Ван Чжэнфэй знал, что Ли Цзысюань обращается не к нему, он не смог удержаться от смешка и ответил:

— Верно.

Ли Цзысюань посмотрел на него и улыбнулся.

— Генеральный директор Ван, у вас есть какие-нибудь предположения? Вы же не собираетесь присвоить технологию себе?

— С чего вдруг у меня что-то должно быть? — Ван Чжэнфэй покачал головой. — До этого момента даже не знал, что так встревожило отрасль.

Ли Цзысюань некоторое время пристально смотрел на него.

Я думаю, если у него и есть больше информации, он мне не скажет…

Я не смогу заставить его рассказать мне…

………………….

После того, как генеральный директор Ван покинул конференц-зал, он сел в свою машину.

Ван Чжэнфэй сидел на заднем сиденье и ничего не говорил. Потом он посмотрел на своего секретаря и, ничего не объясняя, спросил:

— Я хочу поговорить с академиком Лу лично, можно это организовать?

Секретарь замерла:

— Академиком Лу? Вы имеете в виду…

— Да, лауреатом Нобелевской премии… Я хотел бы кое о чем с ним переговорить.

Хотя Huawei работала с его компанией в сфере аккумуляторов, их все еще разделяла компания Чжуншань в виде посредника.

Не говоря уже о том, что профессор Лу не интересовался бизнесменами. Большей частью бизнеса компании управляла женщина. Ходили слухи, что Лу Чжоу весь день проводил либо в библиотеке, либо в лаборатории. Даже его соседи редко видели его.

Ван Чжэнфэя печалило, что его связи не могли устроить ему встречу с профессором Лу.

Почему же он хотел встретиться с ним.

Причина очевидна.

Он хотел поговорить с ним о углеродных чипах!

Хотя не было никаких доказательств того, что Институт перспективных исследований стоял за этими чипами, его чутье говорило ему, что это определенно их изобретение!

Давным-давно он попросил своих людей проанализировать опубликованные исследования института и попросил их составить график по каждой категории областей исследований. Стало очевидно, что они занимаются изучением углеродных материалов.

Не говоря уже о том, что Институт перспективных исследований самый передовой исследовательский-институт углеродных материалов. Он был уверен почти на все сто, что за этим стоит Лу Чжоу.

Прекрасно сотрудничать с правительством, но если они могут установить связи с ученым, стоящим за этой технологии, то преимущества невообразимы.

Не говоря уже о том, что Лу Чжоу гениальный ученый. Даже если не чипы, то с ним выгодно встретиться.

Секретарь не ожидала, что её начальник обратится с такой просьбой. Она не понимала почему он вдруг захотел встретиться с Лу Чжоу.

Однако быстро совладав с собой, она быстро попыталась найти хорошее решение.

— Скоро в Цзиньлинском университете состояться доклад, где Лу Чжоу ведущий.

Глаза Ван Чжэнфэя загорелись:

— Мы можем получить билет?

Секретарь кивнула.

— Некоторые из них продаются в сети.

Ван Чжэнфэй тут же ответил:

— Купи мне два.

Ему нужно лишь немного времени для разговора с Лу Чжоу. Сам доклад его вообще не волновал.

Секретарь кивнула все еще ничего не понимая.

— Хорошо.

Ван Чжэнфэй заметил странное выражение своего секретаря и нахмурился.

— Какая-то проблема?

Секретарь покачала головой и улыбнулась.

— Нет! Просто думаю, как организовать саму встречу…

Купить билеты очень просто…

Я могу просто купить его у перекупщиков, а если они распроданы, могу позвонить в университет. Уверена, что они с радостью предоставят место генеральному директору Huawei.

Но…

Не похоже, что вы поймете его доклад, так зачем же вы идете на него?

Ван Чжэнфэй ответил:

— Не беспокойся об этом, просто достань мне билеты. Это чрезвычайно важно!

Секретарь кивнула.

— Да.

Машина тронулась с места.

Секретарь посмотрела на своего взволнованного начальника. Ей было любопытно, но она решила промолчать.

Похоже, солнце взошло на западе.

Мой начальник хочет поговорить с академиком Лу о науке?

Когда вы заинтересовались математикой…

Может и мне стоит поучить немного математику, чтобы произвести на него впечатление?

Однако, когда секретарь задумалась о сложных уравнениях, то решила сдаться.

Глава 858. Перемещение математиков

Пока вся индустрия искала исследовательскую группу, которая разработала углеродные чипы. Министерство государственной безопасности уже переговорило с командой профессора У о сохранении этого в тайне. Ученые также получили премию в размере 20 миллионов от Института перспективных исследований.

Конечно, по соображениям конфиденциальности премию выдали скрытно, из-за чего Лу Чжоу почувствовал жалость.

Изначально он выдавал такую премию с целью мотивации других.

Но поразмыслив над этим, испытал облегчение.

О такой сумме не просто заявлять. Даже если Институт перспективных исследований не объяснит, почему выдали такую премию, любой мог догадаться о ее причине.

До тех пор, пока Китай не завершит внедрение углеродных чипов в промышленность, они должны держать это в тайне.

Институт перспективных исследований также будет сотрудничать с разведывательными ведомствами и попытается отвлечь внимание.

Время доклада Лу Чжоу совпало идеально. Весь мир сосредоточился на профессоре Лу и гипотезе Римана…

Дни пролетали быстро. Вскоре наступила середина декабря, а атмосфера в Цзиньлине стала другой.

Сначала в аэропорту появился баннер, приветствующий математиков со всего мира.

Потом по всему городу прошли пожарные и санитарные проверки, а также от аэропорта до университета привели в порядок внешний вид города.

Хоть и немного, но внешний вид города улучшился.

Городской муниципалитет очень старался, чтобы произвести впечатление на зарубежных ученых.

Однако, чего они не ожидали, так это того, что этим математикам со всего мира было плевать на подобные мелочи. Все их внимание было сосредоточено на докладе, который должен был состояться через два дня.

Молина с чемоданом прошла через терминал аэропорта. Она растеряно прошла таможню с приглашением на доклад в руке.

Это ее первый приезд в Цзиньлин.

А также ее первый раз в Китае.

Внезапно она заметила кого-то, кто показался ей знакомым, идущего неподалеку. Она не могла вспомнить, где видела его раньше, поэтому она подошла к нему и спросила: — Здравствуйте… Как мне добраться до Цзиньлинского университета?

Человек улыбнулся и дружелюбно ответил:

— Извините, я не отсюда. Я собирался взять такси… Вы тоже на доклад профессора Лу?

— Да… Вы не из Китая?

— Я китаец из Австралии, живущий сейчас в Лос-Анджелесе. — Тао Теренс улыбнулся и, посмотрев на приглашение в своей руке. — Организаторы уже забронировали номера в отеле. Скорее всего… Нужно просто показать водителю приглашение.

Когда Молина услышала про Австралию и Лос-Анджелес, на нее снизошло озарение и она сразу узнала человека перед ней.

— Вы… Профессор Тао?

— Верно, могу я спросил ваше…

Тао Чжэсюань улыбнулся, собираясь спросить имя Молины, однако он внезапно заметил мужчину в плаще и черной шляпе.

Он удивился и временно проигнорировал девушку, с улыбкой помахав своему знакомому.

— Профессор Фальтингс? Какое совпадение, не ожидал столкнуться с вами в аэропорту.

Фальтингс посмотрел на Тао и кивнул:

— Ты тоже здесь?

Тао Теренс улыбнулся:

— Как я мог пропустить такой важный доклад?

Фальтингса нахмурился, потом он улыбнулся и спросил:

— Да? Ты умный парень, поэтому я уверен, что ты пришел с вопросами… Как думаешь, кто прав?

— Пока рано об этом говорить. У меня правда есть несколько вопросов относительно его статьи. Даже сейчас я все еще пытаюсь ее понять, но… — Профессор Тао пожал плечами. — Он не совсем не прав.

Фальтингсу не понравился такой двусмысленный ответ. Он собирался что-то сказать, но Молина вышла вперед и взволнованно произнесла.

— Господин Фальтингс…

Фалттингс наконец заметил ее.

Он не узнал ее, поэтому вежливо спросил:

— Кто вы?

— Молина Абель, ученица Софи Морель… — Молина нервно протянула руку. — Приятно с вами познакомиться.

Софи Морель?

Имя показалось Фальтингсу знакомым. Фальтингс вспомнил Софи как кандидата на Филдсовскую премию. Однако кандидаты для него не более чем посредственность.

На Земле среди молодых ученых только трое заслуживали его внимания, и он обратил внимание только на одного из них.

— Младшая дочь в семье Абеля? Я встречал твоего отца.

Молина не ожидала, что ее кумир помнил ее отца, поэтому она взволнованно заговорила.

— Когда я была маленькой, мой отец всегда хвалил ваши достижения в алгебраической геометрии…

— Правда? К сожалению, я его толком не помню. — Фальтингс посмотрел на нее, а потом отвел взгляд без особого интереса. — Похоже, кроме престижной фамилии, больше ничего не унаследовано.

Молина ошеломленно замерла.

Что значит «больше ничего не унаследовано»?

Почему вы так говорите?

Тао Теренс заметил повисшую в воздухе неловкость, кашлянул и попытался сгладить ситуацию.

— Не все сильны в математике, это нормально…

— …

Не сильны в математике…

Идите к черту!

Бесите!

Пока самооценка Молины была на грани от двух гениев, в десятках километров отсюда, в Цзиньлинском университете.

Профессор Делинь, прибывший в Цзиньлин ещё день назад, прогуливался по саду, беседуя с Лу Чжоу.

Лу Чжоу проводил для своего руководителя экскурсию по своему рабочему месту. Они почти не говорили о предстоящем докладе. Так продолжалось до тех пор, пока они не подошли ко входу в зал, где старик из Бельгии спросил:

— Ты готов?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, я достаточно подготовился.

— Фальтингс один из самых выдающихся ученых после покойного Гротендика. Даже я не могу сравниться с ним. Скорее всего он готов полностью опровергнуть твою работу. Убедитесь, что ты полностью готов.

Лу Чжоу спросил:

— Как вы думаете, с моим доказательством есть проблемы?

Делинь посмотрела на историческое здание вдали и промолчал, затем аккуратно поправил шляпу, прикрывающую его лысую голову.

— Я прочитал твою статью, думаю ты прав. Но я не уверен. Позволь мне спросить, ты использовал теорию некоммутативных циклических когомологий для описания изоморфного класса плоских φ-модулей… Ты использовали метод гомологии Этале?

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Верно.

Делинь, казалось, почувствовал облегчение.

— Когда я изучал гипотезу Вейля, я подумал о подобном доказательстве. Использовать теорию когомологий для определения производных преобразования Фурье. Однако я должен напомнить тебе, что именно вокруг этого, скорее всего, и будут споры.

Лу Чжоу на мгновение задумался над этим и кивнул.

— Спасибо. Я это учту.

Глава 859. Решающая битва при Цзиньлине?

18 декабря.

Аудитория старого корпуса Цзиньлинского университета переполнилась людьми самых разных национальностей и возрастов.

В университете редко собиралось столько иностранцев, что не могло не привлечь внимание студентов.

Для поддержания порядка и обеспечения безопасности участников даже задействовали почти половину полиции города.

Ученые крайне редко получал такое количество внимания.

Но опять же, в этом была логика.

На докладе присутствовало более 2000 всемирно известных ученых. Были даже тысячи людей, которые не смогли получить билеты, но они все равно полетели в Цзиньлин со своими руководителями. По большей части это аспиранты, которые платили из собственного кармана только за то, чтобы как можно скорее узнать результат.

Подобное сравнимо с крупнейшими математическими конференциями.

У входа стояли два студента. Скорее всего, их преподаватели уговорили их поработать здесь в качестве волонтеров. Эмоционально наблюдая за таким грандиозным событием.

— Это прям международный конгресс математиков!

— Это не он. На этом докладе только два главных героя, так что это скорее битва боссов.

Один был самым молодым обладателем Филдсовской премии, королем среди молодых ученых, а другой один из отцов-основателей алгебраической геометрии.

Два студента смотрели на переполненный вход в аудиторию. Они только недавно вступили в мир математики, поэтому не могли не очароваться такой сценой.

У них в голове была только одна мысль…

Вот каков обладатель Филдсовской премии!

Сюй Чэньян, профессор Массачусетского технологического института, случайно проходил мимо и услышал разговор между ними. Отчего чуть не рассмеялся.

Битва боссов?

Интересная аналогия.

Внезапно он заметил знакомого и быстро подошел к нему, чтобы поздороваться.

— Брат Чжан! Давно не виделись!

Чжан Шоу-У, который направлялся в зал, оглянулся и увидел Сюй Чэньяна, отчего удивился.

— Брат Сюй? Какое совпадение, ты тоже приехал?

— Как я мог пропустить битву между двумя боссами. — Сюй Чэньян улыбнулся. — Гипотеза Римана доминировала в мире аналитической теории чисел многих лет. Даже Гротендик не смог обуздать этого зверя. Но теперь академик Лу заявил, что добился прогресса. Я уверен, что большинство не пропустит такое грандиозное событие.

Будучи лидером среди молодых китайских ученых, он, очевидно, получил приглашение от Цзиньлинского университета. Но даже без приглашения он приехал бы за свой счет.

В конце концов, такая возможность выпадает раз в жизни.

Ему будет обидно пропустить это событие.

Чжан Шоу-У улыбнулся:

— Ха-ха, верно, но все выглядит немного напряженным.

Сюй Чэньян улыбнулся:

— Не испытываешь оптимизма насчет профессора Лу?

— Дело не в оптимизме, просто с Фальтингсом трудно справиться. — Профессор Чжан вздохнул, как будто начал вспоминать прошлое, а потом медленно произвел. — Когда я учился в Принстоне, первое, что я сделал, это пошел к Фальтингсу и попросил у него тему для исследовательского проекта.

— И что он ответил?

— Он ответил «Я решил простые задачи, остались лишь трудные, как гипотеза Римана», — Произнес Чжан Шоу-У. Он посмотрел на математиков, входящих в зал, и переполнившись эмоциями произнес. — Прошло много лет с тех пор, как я покинул Принстон. Но в одном я по-прежнему уверен, что на этой планете нет никого, кто понимал бы гипотезу Римана лучше него…

— Если он считает, что статья профессора Лу ошибочна… Боюсь, что профессору Лу преподадут урок.

Профессор Чжан довольно пессимистично смотрел на ситуацию.

Но его аргумент имел смысл. Многие люди в математическом сообществе думали, что ошибался лишь Лу Чжоу.

Если Фальтингс действительно считал, что доказательство Лу Чжоу было в корне ошибочным…

Тогда скорее всего Фальтингс прав.

Однако, услышав слова профессора Чжана, Сюй Чэньян слегка улыбнулся и спокойно сказал.

— Я познакомился с профессором Лу на конференции математиков в Бразилии. Я немного поговорил с ним. Хотя речь шла только об уравнениях Навье — Стокса и дифференциальных уравнениях, он произвел на меня огромное впечатление.

Чжан Шоу-У нахмурился и с любопытством спросил:

— Какое впечатление?

— Человека, что творит чудеса. — Сюй Чэньян продолжил после небольшого молчания. — У него есть способность находить даже небольшие зацепки, даже если они скрыты для всех остальных… Я думаю, он мог бы сотворить еще одно чудо. И вот почему я приехал сюда из США.

…………………

Толпа сидела внутри зала.

Любой разбирающийся в сфере математики был бы шокирован от данного зрелища.

Здесь сидела почти половина лучших математиков мира из самых различных сфер.

Если бы кто-то взорвал бомбу в этом зале, то развитие математики задержалось бы на полвека…

Лу Чжоу в костюме стоял рядом со сценой. Он глубоко вздохнул и попытался привести в порядок чувства.

Хотя он давно не выступал с докладами, ему был не чужд этот прилив адреналина.

Словно в его венах текла таинственная сила, и эта сила делала его более сосредоточенным и бдительным, чем когда-либо.

Он сжал кулаки и собирался снова повторить свою речь. Однако подошел старик в черном плаще.

Старик дрожал, когда шел с тростью. Он остановился и пронзительно посмотрел на Лу Чжоу.

Через некоторое время на его лице внезапно появилась искренняя улыбка.

— Ты готов.

Лу Чжоу кивнул.

— Готов.

Профессор Фальтингс ухмыльнулся.

Однако на этот раз в его улыбке не было ни грамма искренности, словно он смотрел на свою добычу.

— Очень надеюсь, что ты готов. Этот вопрос затрагивает весь мир, поэтому я не и капли милосердия.

— Надеюсь на это. — Ответил Лу Чжоу. — Мы должны сохранять строгость математики.

— Хех. — Старик поправил шляпу и ответил. — Я бы так делал в любом случае.

Глава 860. У меня есть вопрос

Вход в зал.

Все слушатели в основном уже собрались.

У входа стоял сотрудник в черном костюме. Он посмотрел на часы и увидел, что сейчас должен уже начаться доклад, поэтому жестом сказал своему коллеге начать убирать оградительные стойки.

Внезапно к ним торопливо подбежали двое мужчин в строгих костюмах.

Ван Чжэнфэй быстро достал два билета, хватая ртом воздух, и виновато улыбнулся сотруднику службы безопасности.

— Добрый день, вот наши билеты!

Охранник явно не узнал Ван Чжэнфэя. Он посмотрел на билеты и холодно сказал:

— Вы опоздали.

Ван Чжэнфэй искренне извинился:

— Мне очень жаль! Были пробки по пути из аэропорта. Я давно ждал этот доклад. Пожалуйста, пропустите нас.

Охранник ничего не сказал. Он посмотрел на двух мужчин, после чего проштамповал билеты.

Ван Чжэнфэй улыбнулся и кивнул в знак благодарности, после чего перевел взгляд на помощника и в спешке повел его в аудиторию.

— Босс, зачем мы вообще тратили время на охрану?

Помощник не понимал.

Услышав это, Ван Чжэнфэй ухмыльнулся.

— Хочешь знать почему?

Помощник помолчал и кивнул.

Ван Чжэнфэй улыбнулся и указал на вход.

— Охрана из госбезопасности, и они умеют делать свою работу.

…………………….

Доклад должен был начаться через несколько минут.

Ван Чжэнфэй нашел свое место и сел. Он сразу ощутил необычную атмосферу этого места.

Он признавал, что профессор Лу действительно заслуживает звания ученого мирового уровня.

По масштабу и по атмосфере доклад совсем не походил на что-то научное. Словно тут должен был состояться симфонический оркестр.

И Лу Чжоу собирался выступить на разогреве…

Будучи не из этой области Ван Чжэнфэй не понимал отчего у него участилось сердцебиение, а ладони вспотели. Словно таинственные математические символы обладали какой-то магической притягательностью…

— Ему правда нет еще тридцати?

Внезапный вопрос начальника застал помощника врасплох, но потом он кивнул.

— Согласно информации да.

Ван Чжэнфэй кивнул и ничего не сказал.

Спустя какое-то время он указал вперед подбородком и спросил.

— Кстати ты понимаешь это?

Заметив недоумевающий взгляд помощника, Ван Чжэнфей все понял и отвернулся:

— Забудь, сделай вид, что я не спрашивал.

……………………

Доклад официально начался!

В зале воцарилась мертвая тишина.

Тысячи пар глаз сфокусировались на одном человеке.

Лу Чжоу вышел на сцену и оглядел зал, потом он посмотрел на экран позади себя и медленно заговорил:

— Уверен, что большинство людей уже прочитали мою статью.

— Основная цель этого доклада — ответить на вопросы, связанные с моим доказательством квазигипотезы Римана.

— Само собой я пройдусь по ключевым моментам.

— Это будет быстро и займет около двадцати минут, так что будьте внимательны.

Лу Чжоу повернулся и подошел к ближайшей белой доске рядом с ним. Он взял маркер и записал самую важную строку.

«ζ(s) = 2^s·π^(s-1) sin (ns/2)Γ (1-s) ζ (1-s)…»

Когда эта строка появилась на доске… Два человека в зале нахмурились.

— Интересно. — Тао Чжэсюань потер подбородок и посмотрел на строку уравнений на доске. — Прямо введена функция Г… чтобы построить аналитическую непрерывность? Если это так, то он мог сократить объем статьи на целых две страницы.

Фальтингс сидел рядом с профессором Тао, и он бесстрастно сказал:

— А смысл? Основная часть доказательства неверна. Даже если он использует свои маленькие хитрости, это не может изменить того факта, что основная аргументация неверна.

— Не обязательно.

Фальтингс посмотрел на него:

— О?

— Вначале я думал так же, как и вы. На двадцать седьмой странице возникает проблема с методом когомологии в третьей строке. — Тао сделал небольшую паузу и добавил. — Но теперь я вроде как понимаю, что он подразумевает.

Фальтингс лишь молча посмотрел на него, поскольку не было смысла спорить сейчас.

Достаточно спокойно ждать.

Доска словно под ритм музыки заполнялась формулами. В этой жуткой тишине тысячи людей смотрела на доску.

На сцене.

Перед белой доской.

Лу Чжоу держал в руке маркер, и он совершенно забыл обо всем вокруг. Он просто изливал свои мысли на доску.

Прошло пятнадцать минут.

Лу Чжоу перестал писать и глубоко вздохнул, а потом пошел на два шага назад.

Доказательство было закончено.

Он уже покорил эту гору месяц назад, так что переписать все не составило ничего сложного.

Но настоящая сложность была впереди.

В таких вопросах, связанных с фундаментальными математическими знаниями, Фальтингс не будет снисходительным.

Когда Лу Чжоу повернулся лицом к толпе, началась настоящая битва.

Однако Лу Чжоу совсем не нервничал.

Скорее, он с нетерпением ждал этого.

Его оппонентом был один из оставшихся богов математики, известный как человек наиболее близкий к Гротендику. Также Лу Чжоу бросал вызов гипотезе Римана, с которой Фальтингс был хорошо знаком. Не говоря уже о том, что математические инструменты, которые использовал Лу Чжоу, происходили из алгебраической геометрии, в которой также разбирался Фальтингс.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и отложил маркер.

Он повернулся лицом к безмолвному залу, а затем сказал:

— В принципе, это все. Теперь ответы на вопросы.

В тот момент, когда он закончил говорить.

Дрожащая, тощая рука поднялась вверх.

Хотя рука выглядела хрупкой, она все равно привлекла внимание всего зала.

Профессор Фальтингс снял шляпу и встал.

— У меня есть вопрос. Что касается семнадцатой страницы, одиннадцатой строки, не мог бы объяснить этот момент подробнее?

Глава 861. Противостояние

Одиннадцатая строка на семнадцатой странице?!

Тао на мгновение замер.

И не только он, но и профессор Делинь, Молина и даже Шольце, который сидел в углу и жевал резинку, все они удивились.

— Мне казалось, проблема в пятой строке на двадцать первой странице…

Шольце пробормотал себе под нос, доставая записную книжку. Он быстро сделал несколько записей, которые мог понять только он, и начал производить вычисления в своем мозгу.

— Пятой строку на двадцать первой странице? — Спросил Акшай Венкатеш. Он сидел рядом с Шольце. Немного подумав, он добавил. — Я думал, проблема на тридцать первой странице в одиннадцатой строке.

Как и Шольце, Акшай также считался математиком мирового уровня.

Помимо своих достижений в области теории представлений и теории чисел, он также был единственным австралийцем, завоевавшим медали как на Международной олимпиаде по физике, так и на Международной олимпиаде по математике…

Не говоря уже о том, что он выиграл их, когда ему было двенадцать лет.

Шольце достал из кармана скомканную статью. Он взглянул на тридцать первую страницу и с интересом вскинул бровь.

— Похоже, профессор Лу столкнулся с большими проблемами, чем я думал.

Акшай ничего не сказал, но медленно закрыл глаза.

Три разных ученых обнаружили три разные проблемы в доказательстве.

Это показало, что существовала проблема не только с основной частью доказательства, но, по-видимому, со всем доказательством в целом.

Хотя Шольце поддерживал этого обладателя Филдсовской премии, он ничего не мог поделать.

Все совершали самонадеянные ошибки по молодости. Он надеялся, что Лу Чжоу сможет стать более опытным после этого.

Иначе это будет огромной потерей для математического сообщества.

Шольце нахмурился и погрузился в глубокие размышление. Акшай же уже понял результаты этого доклада. Сюй Чэнъяна, который сидел недалеко, было хмурое лицо.

Чжан Шоу-У, сидевший рядом с ним, заметил, что Лу Чжоу замолчал, поэтому не удержался и спросил:

— Почему он молчит?..

Хотя Фальтингс его бывший руководитель, он все еще был китайцем, поэтому поддерживал Китай.

Лу Чжоу был представителем китайского научного сообщества.

Вот почему он поддерживал Лу Чжоу, даже несмотря на то, что он не испытывал оптимизма в отношении победы Лу Чжоу над Фальтингом…

В конце концов, намного легче найти ошибку, чем создать убедительный аргумент. Не говоря уже о том, что создавать контраргументы на месте еще сложнее…

Когда Уайлс доказал теорему Ферма, он потратил целый год на устранение недочетов и на ответы на вопросы рецензентов.

Но теперь половина математического мира обратила свое внимание на Лу Чжоу. Большинство людей даже не смогли бы ясно мыслить на его месте…

— Одиннадцатая строка на семнадцатой странице? — Лу Чжоу перевернул страницы и нашел нужную строку, он уверенно ответил. — Я использовал таблицу Стирлинга для функции Γ(s). Уравнение 2 упрощается до J (δ) = Σd (k + 1) (n) I (n) + Δ (δ)…

— Я знаю это. — Оборвал Лу Чжоу Фальтингс, а затем сказал. — Таблица Стирлинга, используемая для функции Γ(s) хороший метод, что избавляет от многих проблем. Но даже если есть Re (s)= 1-c/ln [| Im (s)|+2], все равно не изменить того факта, что справа нет нетривиальных нулевых точек.

Чжан Шоу-У затаил дыхание, профессор Делинь сжал кулаки; Шольце перестал писать, глаза Тао Теренса наполнились возбуждение; Молина закусила губу…

— Все кончено… — Сюй Чэньян, сидевший рядом с профессором Чжан Шоу-У, вздохнул.

Большинство здесь людей уже знали, что собирался сказать Фальтингс.

Старик уверенным голосом продолжил:

— Неважно, какой тип гиперэллиптической кривой выбрать, данную проблему не обойти. Это самый ошибочный аргумент в статье, поэтому вывод о Re (s)=1, что смещает левую границу на Re (s)= 1-ε (ε>0) не имеет логического смысла… Я говорил об этом в своем первом электронном письме тебе, но ты не прислушался к моему совету.

В зале воцарилась мертвая тишина, что можно будет услышать падение иголки.

Этот вопрос словно острый кинжал вонзился в работу.

Профессор Делинь разжал кулаки и тихо вздохнул.

Похоже Фальтингс все еще самый лучший.

Делинь не хотел этого признавать, но с тех пор, как Гротендик скончался, Фальтингс был самым близким человеком к доказательству гипотезы Римана.

Молина вздохнул с облегчением.

Она с облегчением увидела, что Лу Чжоу потерпел неудачу, благодаря чему у нее становилось на одного конкурента меньше, однако…

Его поражение означало, что квазигипотеза Римана еще не была доказана и что данный метод нельзя использовать…

Сначала Гротендик.

Теперь профессор Лу.

Бесчисленные гении были побеждены драконом в виде гипотезы Римана.

Ходили слухи, что гипотеза Римана, как теорема Гёделя о неполноте, что её также нельзя ни опровергнуть, ни доказать…

Думая над этим Молина начала паниковать.

Что, если ответа, который она искала, даже не существовало…

Тогда в чем был смысл всего её труда?

Тем временем, в другой части зала.

Шольце посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся, а потом обратился к Акшаю.

— Акшай, друг мой, ты понял? Я иногда задаюсь вопросом, не проклята ли гипотеза Римана. Сколько талантливых гениев уже потерпели поражение из-за гипотезы Римана… По крайней мере, сэр Атия один из них.

Акшай скрестил руки на груди и покачал головой.

— Я не верю в подобное проклятье.

— Потому что ты не понимаешь. — Шольце пожал плечами и улыбнулся. — Пока Гротендик не переехал во Францию, он был одержим идеей демонов. Он верил, что демоны изменили численно прекрасную скорость света с 300 000 километров в секунду до уродливых 299792,458 километров в секунду. Он верил, что демоны превратили простую гипотезу Римана во что-то неразрешимое…

Акшаю стало немного не по себе, и он попытался закончить этот разговор.

— Ладно, хватит.

Шольце улыбнулся и проигнорировал Акшая.

— Также до того, как Гротендика исчез с научного поля, и даже до доказательства гипотезы Вейля, Гротендик пытался решить гипотезу Римана. В десятом году Гротендик, который не проявлял активности десять, внезапно написал письмо своему ученику. Угадай, что было в письме?

Акшай не хотел слышать эти легенды, но он все равно спросил из любопытства:

— Что?

Шольце выплюнул жвачку на обертку и ответил.

— Он написал, что тот, кто сможет отобрать корону гипотезы Римана из рук демонов, сможет завершить тысячелетнюю мечту людей. — После паузы он сказал. — Объединить алгебру и геометрию!

……………….

Лу Чжоу спокойно стоял на сцене.

Просто долго стоял.

Когда уже Фальтингс начал задаваться вопросом, не был ли он слишком безжалостен к молодому ученому, Лу Чжоу внезапно сказал:

— Вы задали такой вопрос, поскольку вообще не поняли сути моего доказательства.

Когда он закончил говорить, в зале поднялся шум.

Удивление, шок… и даже злость!

Лу Чжоу почувствовал перемену в атмосфере. Он глубоко вздохнул и посмотрел на Фальтингса, что стоял вдалеке.

Он взглянул на недоверчивый взгляд старика и пояснил:

— Извиняюсь за прямоту. Но, услышав ваш вопрос, я, наконец, понял, в чем наши разногласия.

Первоначально он думал, что недостаточно хорошо объяснил свое доказательство.

Но оказалось, что это было не так.

Спор между ними не узел, а скорее две параллельные линии.

Лу Чжоу испытал странное чувство, даже удивительное.

Все сомнения в его голове исчезли.

Лу Чжоу вздохнул про себя.

Он чувствовал, что на Земле был только один человек, который по-настоящему понял его работу.

И этого человека сегодня не было здесь.

— Я докажу это вам.

Лу Чжоу повернулся лицом к белой доске.

— Вы, наверное, запомнили все записи, поэтому я сотру их.

Протерев доску, Лу Чжоу взял маркер.

— Прежде всего, хочу поблагодарить свою ученицу. До сегодняшнего дня я не осознавал важности ее работы.

Лу Чжоу обернулся и серьезно посмотрел на Фальтингса.

После этого он оглянулся и посмотрел в самую дальнюю часть переполненного зала, словно смотрел в пустоту.

— Тогда давайте начнем с самой основной части… Инструмента, который сделал возможным всё это доказательство.

Он взял маркер и написал строчку на белой доске.

«Метод анализа гиперэллиптических кривых»

В момент, когда он закончил писать, атмосфера в зале кардинально переменилась!

Глава 862. Пыль осела

— Анализ гиперэллиптических кривых?

В плане ты начнешь с основной части?

Ты собрался читать лекцию всем этим математиком?

Молина смотрела на Лу Чжоу, словно он спятил.

Это не лекция по теории чисел в Принстоне!

Здесь сидит множество обладателей Филдсовской премии, не говоря уже о лауреатах Абелевской премии…

Он безумен.

Рядом с ней сидел сидел Тао Теренс. Он смотрел с совершенно другими эмоциями. Энтузиазм в его взгляде превратился в возбуждение. Он тихо пробормотал сам себе:

— Ясно, ясно…

Молина услышала его бормотания и не могла не спросить:

— Что ясно?

— Он прав!

Тао Теренс уже во всем разобрался и с улыбкой облокотился на спинку кресла. Уверенность на его лице прямо кричала, что он родился с IQ выше 230…

— Если интересно, просто продолжай смотреть.

Ему не нужно было говорить этого, поскольку Молина уже смотрела.

Не только Молина, но и Шольце, который сидел в другой части зала, тоже внимательно следил.

С тех пор как Лу Чжоу стер доску и записал первую строчку, его внимание было полностью сосредоточено на доске.

— Анализ гиперэллиптических кривых? — Акшай нахмурился. Он тоже был удивлен. — Что он делает?

— Продает нам свое оружие. — Шольце с ухмылкой посмотрел на доску. — Словно он торговец оружием.

— Знаю, но…

Словно в горле Акшая застрял ком, когда его глаза округлились от удивления.

Шольце посмотрел на своего друга и улыбнулся, а потом озвучил свою мысль.

— Превращение инструмента классификации топологического пространства в многообразие конечных полей алгебраической геометрии… Алгебраическая геометрия невероятна, правда?

Спустя долгое время Акшай кивнул.

— Да…

Возможно он ошибался.

Лу Чжоу вовсе не заносчивый парень…

Черный маркер на белой доске был подобен факелу, освещавшему путь к выходу из лабиринта, который оставался нетронутым в течение двух веков!

Снаружи в небе собрались темные тучи.

А внутри зала было абсолютно тихо, лишь звуки маркера и спокойные объясняя периодически раздавались.

Через какое-то время Лу Чжоу перестал объяснять, но все следили за тем, что он пишет на доске.

Лу Чжоу полностью погрузился в мир чисел и игнорировал все кроме доски.

Строки вычислений текли рекой, которая нахлынула на людей в зале.

Снаружи.

Ван Пэн почувствовал легкий холод на кончике носа.

Он поднял глаза и увидел затянутое облаками небо.

— Будет дождь.

— Да… — Ян Гуанбяо, который прислонился к стене, засунув руку в карман, кивнул. — Я вчера посмотрел прогноз погоды, обещали сильный дождь.

— Штаб не обнаружил подозрительной активности?

— Нет, а ваш отдел?

— Все нормально.

— Когда нормально, это лучше всего.

— Да… — Ван Пэн закурил сигарету и выпустил колечко дыма. — Чувствую лучше всего себя в такие моменты.

Ван Пэн явно испытал облегчение.

Хотя он не очень хорошо разбирался в математике…

Он прекрасно понимал, что этот доклад очень важен для научного сообщества Китая.

Следовательно, для него это тоже важно.

Через пару минут начался проливной дождь.

Множество капель дождя обрушились на голубую плитку у дверей.

Оглушительный раскат грома прозвучал словно удар колокола, он эхом разнесся по тихому залу.

Внезапно движение маркера по белой доске прекратилось.

Все в зале затаили дыхание и спокойно ждали.

Постепенно на лице Лу Чжоу появилась улыбка.

— Пора заканчивать. — Лу Чжоу пробормотал сам себе, а затем словно молния, пронзающая тучи, начал писать последнюю строку.

Профессор Фальтингс сосредоточил все свое внимание на доске, когда он хмурился.

— Используя формулы группы Гейзенберга…

— И когомологии!

— Нет, это не тоже самое… Так вот почему это называется анализом гиперэллиптических кривых? Понятно…

Внезапно перед его глазами появился знакомый силуэт.

На мгновение он увидел сходство Лу Чжоу с его знакомым.

— Неудивительно… — Старик пробормотал сам себе. — Неудивительно, что он выбрал его, чтобы передать свое наследие.

Все кончено.

Лу Чжоу написал последний символ, словно он нажал последнюю клавишу на пианино.

В этот же момент в зале все замерли, словно остановилось время.

Единственное, что двигалось, были часы на стене…

Лу Чжоу посмотрел на белую доску и нарушил молчание.

— Анализ гиперэллиптических кривых… Так я назвал эту теорию. —Он обернулся и посмотрел на шокированные лица. Он сделал небольшую паузу, а потом добавил. — Конечно, я придумал это название на месте. В будущем возможно переименую его на более подходящее.

Он положил маркер, а потом подошел к кафедре.

— Уверен, что с вашими способностями будет нетрудно понять эту теорию. Профессор Фальтингс, я уверен, что вы бы не задали прошлый вопрос, если бы знали эту теорию.

Лу Чжоу посмотрел на Фальтингса. — Лу Чжоу подождал немного, но старик не ответил. Он окинул зал. — Этот метод очень интересная идея доказательства, а метод анализа гиперэллиптических кривых инструмент для решения проблемы. Точно так же, как метод деления пополам, которому мы все учили в школе, мы можем постепенно уменьшать значение ε, продолжая приближаться к конечной цели… Наконец, допуская Re (s)=1-ε=1/2.

— Здесь я доказал существование ε. Надеюсь это отвечает на ваши вопросы. Вышеизложенное весь мой процесс аргументации.

После этого Лу Чжоу замолчал.

В зале воцарилась мертвая тишина.

Никто не шевелился и не говорил.

Все ждали ответа Фальтинга.

Никто не понимал гипотезу Римана лучше, чем Фальтингс, поэтому никто лучше него не подходил для того, чтобы сделать вывод относительно доклада.

Плечи Фальтингса медленно расслабились, а потом вновь напряглись.

Под пристальным взглядом всего зала профессор Фальтингс долгое время молча стоял.

Спустя немало времени он осторожно надел черную шляпу.

— Ты прав. — Уверенный голос раздался из-под шляпы с долей облегчения.

Эти слова эхом отозвались в сознании каждого.

Лу Чжоу кивнул старику и искренне улыбнулся.

— Спасибо.

После этого он поклонился собравшимся и объявил об окончании доклада.

В тот момент, когда он развернулся и ушел с кафедры, оглушительные аплодисменты наполнили весь зал!

Глава 863. Мы победили

Аплодисменты шли, как проливной дождь.

Даже после того, как Лу Чжоу ушел со сцены, аплодисменты все еще продолжались. Люди стремительно рвались к передней части зала, пытаясь поближе рассмотреть белую доску, некоторые пытались даже сделать фотографии.

Декан Цинь наблюдал за происходящим шепотом обратился к сотруднику рядом:

— Не стирайте с доски, я хочу сохранить ее… Через пару десятилетий она станет исторической реликвией!

Сотрудник сглотнул и растерянно кивнул.

— Ладно…

И не потому что он не понимал, а просто он пребывал в шоке. Проработав столько лет тут, он никогда не видел ничего подобного.

Тем временем, профессор Чжан Шоу-У все еще сидел на месте. Он посмотрел на обезумевшую толпу и белую доску, пребывая в полном восторге.

— Невероятно… Я вижу в его методах что-то от Гротендика, но в тоже время это нечто другое. Он действительно… плохо разбирается в алгебраической геометрии?

Сюй Чэньян, сидевший рядом с профессором Чжаном, ухмыльнулся и ответил:

— Разве я не говорил, что он человек, что творит чудеса.

В другой части зала встал профессор Акшай. Его не волновала толпа, он повернулся спиной к сцене и собрался покинуть зал.

Шольце заметил, что он собрался уйти, и улыбнулся.

— Куда ты собрался?

Акшай поправил очки и ответил:

— Метод анализа гиперэллиптических кривых очень уникальный инструмент. Значение ε все еще можно улучшить, поэтому я хотел провести некоторые изучения в отеле… А тебе не интересно?

— Дело не в том, что мне не интересно, просто я не спешу. — Шольце пожал плечами. — Я готов поспорить, что значение будет меняться множество раз в течении следующих дней.

Акшай немного подумал и кивнул.

— Согласен.

— Поэтому, друг мой, какой смысл решать подобные элементарные задачки? Просто для того, чтобы опубликовать пару статей? Забудь, посмотри, что делает профессор Лу? — Шольце улыбнулся. — У значения ε есть возможности для развития, но пусть это делают другие люди. Мы же включимся, когда другие встрянут.

Акшай подумал, а затем с улыбкой закрыл свой блокнот.

— Ты прав… Может, нам пойти и что-нибудь съесть? Мне не очень нравится шведский стол в отеле.

Шольце улыбнулся:

— Мой профессор физики, которые приехал сюда с докладом, рассказал о хорошем месте поблизости, где готовят утку, мы можем пойти попробовать её…

В заднем ряду зала.

Ван Чжэнфэй, который задремал, проснулся под бурные аплодисменты. Внезапно он огляделся и увидел толпу, устремившуюся к передней части. Он фыркнул и спросил:

— Все закончилось?

Его помощник кивнул.

— Кажется, да.

Ван Чжэнфэй быстро спросил.

— Какой результат?

Помощник неловко сглотнул.

— Кажется, мы победили?

Помощник не знал, почему он использовал слово победили.

В конце концов, он понятия не имел, что происходило.

Однако эти аплодисменты интуитивно вызвали у него такую ассоциацию.

Множество пар восторженных глаз говорили об одном. Кто-то победил Фальтингса, используя логику, тем самым заслужив уважение математиков всего мира…

Отныне эта история войдет в легенды математики, чтобы передаваться из поколения в поколение вместе с новой теорией.

Весь мир запомнит Лу Чжоу.

Однако его начальник не дал ему времени в полной мере оценить этот момент.

Когда Ван Чжэнфэй увидел, что Лу Чжоу направляется выходу, он быстро встал.

— Скорее пошли.

Он пришел на этот доклад, чтобы связаться с Лу Чжоу.

Он наконец-то пережил нудный отчет, будет обидно, если у него не получится поговорить с Лу Чжоу.

…………………….

Шум толпы постепенно стих.

Лу Чжоу медленно направился к комнате отдыха. Он уже собирался переодеться в костюм, когда услышал позади знакомый голос.

— Учитель!

Он обернулся и увидел бегущую к нему Хань Мэнци с пакетом в руке.

Ее хвост подпрыгивал вверх-вниз, как хвост белки.

Лу Чжоу посмотрел на нее и улыбнулся

— Что такое?

— Ничего… Я просто переживала, что вы голодны. — Хань Мэнци протянула пакет. — Вот, я принесла немного мяса на гриле с рисом.

— С тмином?

— Да! — Она кивнула. — На улице идет дождь, поэтому не удобно было бы идти в столовую. Я подумала, что после доклада вам захочется есть… Поэтому я купила поесть.

— Спасибо.

Лу Чжоу взял у нее пакет.

— Кстати, ты уже поела?

Хань Мэнци показала другой пакет в руке и улыбнулась.

— Пока нет, давай поедим вместе.

За разговором они прошли в гостевую комнату.

Лу Чжоу поставил миску с мясом на стол. Он посмотрел на костюм, а потом перевел взгляд на Хань Мэнци, которая взволнованно ломала свои одноразовые палочки для еды. После чего решил переодеться после.

Этот доклад отнял у него много сил, которые ему нужно восстановить.

Лу Чжоу сломал палочки для еды и уже собирался есть, как внезапно дверь открылась и вошел старик лет семидесяти с двумя сотрудниками.

Лу Чжоу показалось, что он выглядит знакомым, но он не смог его узнать.

Однако старик не стал смущать лу Чжоу, он улыбнулся и представился:

— Академик Лу, приятно с вами познакомиться! Я генеральный директор Huawei Ван Чжэнфэй. Прошу прощения, что отвлекаю вас, но доклад был просто слишком потрясающим! Интересно, могу ли я пообедать с вами…

Ван Чжэнфэй собирался пригласить Лу Чжоу на обед, когда заметил миску с рисом около Лу Чжоу.

Ты стоишь миллиарды, и все еще ешь фастфуд?

Он на инерции спросил:

— Что вы едите?

— Мясо на гриле с рисом, мне оно нравится. — Беспечно ответил Лу Чжоу. — Вы изучали гипотезу Римана?

Лу Чжоу был в хорошей форме. Даже если бы он весь день ел нездоровую пищу, он все равно был бы в порядке.

Больше всего интересовало Лу Чжоу, зачем этот генеральный директор приехал к нему.

Подобное интересует высшее общество в наши дни? Вместо клубов и концертов они посещают скучные научные доклады?

— Я не изучал ее, но это мое увлечение… ха-ха. — Ван Чжэнфей смутился.

Первоначально он планировал притвориться, что немного разбирается в математике, но вспомнил, что Лу Чжоу обладатель Филдсовской премии. Подавляющее большинство людей выглядело бы перед ним дураками…

Для него лучше всего просто признать свою неопытность.

Лу Чжоу догадался о скрытых мотивах генерального директора Вана, поэтому он улыбнулся и спросил:

— Так какая тогда настоящая причина, по которой вы здесь?

Ван Чжэнфэй перестал притворяться и улыбнулся.

— Вы видете меня насквозь.

Лу Чжоу улыбнулся и вздохнул.

— Все нормально, но меня уже беспокоит моя красота, которая тянет ко мне людей.

Все с недоумением посмотрели на Лу Чжоу.

Хань Мэнци, которая с жадностью ела еду, внезапно подавилась куском мяса. Со слезами на глазах она начала искать салфетку.

Лу Чжоу заметил реакцию остальных, кашлянул и сказал:

— Просто шучу.

Ван Чжэнфэй выдавил улыбнулся.

— Академик Лу, а вы шутник.

Черт!

Ну кто так шутит?!

Лу Чжоу осмотрелся, а потом задумался:

— Ладно, это не место для разговоров, давайте договоримся о встрече?

Генеральный директор Ван быстро сказал:

— Когда вам удобно!

Лу Чжоу немного подумал.

— Тогда через три дня. В отеле на Пурпурной горе. Поговорим о том, что вас интересует.

Глава 864. Золотая жила

Лу Чжоу и его ученица даже не догадывались о царящем хаосе в зале, пока они наслаждались едой.

Спокойные и мягкие ученые превратились в акул, почувствовавших кровь, когда бросились в переднюю часть зала.

Хотя только лишь половина ученых сошла с ума, это все равно очень большое количество.

Декан Цинь увидел, что ситуация выходит из-под контроля, поэтому, чтобы избежать пострадавших, он попросил о помощи сотрудников безопасности.

Это были специальные люди из государственной безопасности.

Они быстро урегулировали ситуацию.

Сразу после этого декан прошел сквозь толпу с командой безопасности и «вырвал» доску у группы ученых.

Он с облегчение удостоверился, что доска цела.

Он не беспокоился о том, что математики подавят друг на друга, в конце концов, он знал лишь нескольких известных личностей в математическом сообществе.

Однако эта доска была культурным достоянием, будет потерей, если с ней что-то случится.

……………………….

Не прошло и десяти минут с окончания доклада.

Обсуждения доклада на Mathoverflow взорвались.

Самым популярным постом стал пост от Тао Теренса.

«Это самый захватывающий доклад, на котором я присутствовал за последние три года… В последний раз я испытывал подобные чувства на международном конгрессе математиков. Для меня большая честь засвидетельствовать момент доказательства квази гипотезы Римана. Мы на один шаг ближе к короне математики.»

Последний раз профессор Тао публиковал пост на Mathoverflow две недели назад, когда впервые опубликовали статью.

Тогда он сомневался в статье и сказал, что ему нужно время, чтобы подумать. Люди долго ждали, пока профессор Тао прокомментирует работу Лу Чжоу.

Пост мгновенно попал на страницу трендов Mathoverflow.

«Профессор Тао говорит, что… Доказательство профессора Лу верно?»

«Подождите, профессор Тао ведь поехал на доклад, значит… Профессор Фальтингс тоже считает, что оно верное?»

«Невозможно! Мы все знаем, насколько высокомерен и упрям этот немец.»

«Это не невозможно, его упрямство и высокомерие исходят из его достижений и уважения к научным кругам. Думаете он правда поставит свое отношение выше науки?»

«Мы все читали статью профессора Лу, она явно спорная!»

«Есть здесь кто-нибудь? Что там в итоге? Я просто хочу знать результат!»

Люди на форуме пребывали в замешательстве.

Кто не исследовал гипотезу Римана, не интересовался сложными деталями. Они лишь хотели знать, верно ли доказательство и кто победил в споре между боссами.

К счастью, им не пришлось долго ждать.

Через пять минут после поста профессора Тао многие ученые, присутствовавшие на докладе, разместили фотографии в своих социальных сетях.

Через тридцать минут после доклада кто-то загрузил видео на YouTube, которое тут же заметили математики на Mathoverflow.

Сразу же обсуждения взорвались с новой силой.

У людей чуть не выпали глаза от удивления, когда Фальтингс признал правоту Лу Чжоу.

«Профессор Фальтингс… признал поражение?»

«Что значит поражение? Научные споры не соревнования… Хотя случившееся все равно поразительно. Аргумент профессора Лу настолько силен, что Фальтингс не может найти ни одной ошибки?»

«Есть одна вероятность… Возможно математический метод, что показал профессор Лу в конце, совершенен. Я не занимаюсь алгебраической геометрией, поэтому может кто пояснить мне, что такое анализ гиперэллиптических кривых?»

«Как бы то ни было, это начало новой эры.»

«Бог Лу невероятен!»

В то время как популярность обсуждения лишь развивалось, известный математик в области алгебраической геометрии внезапно написал.

«Не знаю, заметили ли вы, но анализ гиперэллиптических кривых, который профессор Лу показал во время доклада, довольно интересен. Он не только доказал существование ε, но также показал, что получить более точное значение ε.»

Удивительно, но после этого сообщение количество других сообщений на Mathoverflow значительно сократилось.

Но тут был смысл.

Видеоролик на YouTube наглядно показал силу метода анализа гиперэллиптических кривых. Ученые постепенно изучали новое знание и поняли, почему Фальтингс согласился. Они также поняли, что перед ними была золотая жила.

Они могли стать теми, кто еще больше увеличит ценность ε!

Все еще оставалось место для дальнейших исследований!

Анализ гиперэллиптической кривой стал словно кирка для добычи золота.

Профессор Лу не только изготовил кирку, но и вручил по кирке каждому из них.

Им будет обидно, не воспользоваться представившимся шансом.

…………….

«Поздравляю, доклад был хорошим!»

Лу Чжоу сидел в гостиной и пил чай. Он посмотрел на сообщение от Чэнь Юйшань и улыбнулся. Он написал ей ответ.

«Спасибо.»

Хань Мэнци заметила улыбку Лу Чжоу и с любопытством спросила:

— С кем разговариваете?

Лу Чжоу ответил:

— С твоей сестрой.

— О-о-о… — Протяжно сказала Хань Мэнци после чего в пакет убрала упаковки от еды. — Я выкину.

— Спасибо!

Хань Мэнци надулась и ушла. По какой-то причине ей было грустно.

Так совпало, что, когда она открыла дверь, вошел декан Цинь.

Хань Мэнци увидела декана и вежливо поприветствовала его.

— Здравствуйте!

— Здравствуй… — Декан Цинь кивнул и посмотрел на Лу Чжоу, который стоял позади нее.

Он подошел и улыбнулся.

— Что ты здесь делаешь? Я обыскался тебя.

— На улице дождь, поэтому я поел здесь… А что?

— Университет бронировал фуршет в полдень в пятизвездочном отеле. Но что-то случилось, и они долго не звонили. Мне только сообщили, поэтому я второпях решил найти тебя, но ты оказался быстрее и уже поел.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил.

— Ну и хорошо, я все равно не люблю банкеты, поэтому не переживайте.

— Я ожидал подобного ответа. — Декан вздохнул. — Вечером все еще будет банкет, поэтому ты должен прийти. В конце концов, половина этих математиков приехала сюда ради тебя. Нам все еще нужно показать свое гостеприимство, будучи организаторами.

— Хорошо, я приду вечером… Кстати, где доска?

— Я убрал ее, а что ты хочешь забрать ее?

Лу Чжоу с подозрением посмотрел на нервничающего декана.

— Не забираю, но она мне еще нужна. Большая часть расчетов сделалась на месте, и я еще не закончил с ними. Я планировал скопировать записи, а потом написать отдельную статью и отправить на Ежегодную математическую конференцию.

— Хорошо… — Декан вздохнул с облегчением. — Я попрошу принести тебе доску.

Он развернулся и быстро покинул помещение.

Лу Чжоу посмотрел на его спешку и пробормотал:

— Почему он так странно себя ведет?

Лу Чжоу покачал головой и достал из рюкзака ноутбук.

Доказательство наконец завершено.

И инструмент анализа гиперэллиптической кривой появился тридцать минут назад.

Ему осталось сделать только три вещи.

Сначала ему нужно написать статью по новому методу.

Потом он должен рассказать своему соавтору Вере об этой хорошей новости.

Что касается третьего…

Продолжить главное доказательство.

Ему надо расширить значение ε до 1/2 и найти доказательство утверждения столетней давности…

Глава 865. Волшебный энергетик

Доказательство гипотезы открыло новые возможности для доказательства критической линии. Словно Лу Чжоу построил лестницу для штурма крепости Римана.

Однако по какой-то причине сам Лу Чжоу не интересовался в уточнении значения ε.

Почти каждый ученый в области аналитической теории чисел и алгебраической геометрии работали над значением ε.

Это напоминало момент, когда профессор Чжан Итан впервые доказал ослабленную версию гипотезы о числах-близнецах и ввел метод решета, чем привлек множество математиков по теории чисел…

Пятизвездочный отель рядом со старым корпусом Цзиньлинского университета.

Из-за близкого расположения к университету и относительно удобной транспортной развязки, этот отель часто использовался для проведения различных китайских научных конференций. Сейчас же здесь организовали банкет.

На банкете присутствовало более двух тысяч человек.

Некоторые из ученых не пришли. Они решили запереться в своей комнате и изучать новый метод Лу Чжоу, но даже так число гостей было огромное.

После некоторых тщательных приготовлений начался банкет.

Пожилой лысеющий профессор, немного перепив, встал с полным бокалом красного вина в одной руке, а другой опираясь на стол и произнес:

— Еда тут замечательная… Почему никогда не рассматривался вариант проведения тут конгресса математиков? Предлагаю провести его здесь в следующем году.

Неподалеку от него профессор из Москвы ответил:

— Следующий конгресс математиков будет в Санкт-Петербурге. Это результат голосования, я помню, как вы сами голосовали за него.

— Уже выбрали? О, припоминаю, что и правда голосовал. — Профессор рассмеялся. — Хорошо, тогда на следующем голосовании я обязательно проголосую за Цзиньлин.

Удивительно, но предложение пьяного старика нашло отклик у многих людей.

— Ха-ха, я согласен!

— Я тоже согласен! Это прекрасное место, оно не надоедает.

— А мне все равно.

— За моих друзей в Цзиньлине! Это прекрасный город, особенно зал. Тут каждый кирпич наполнен наукой.

Декан Цинь слушал, как пьяные математики хвалят город, и почувствовал, как у него сердце забилось быстрее.

Провести конгресс математиков в Цзиньлине?!

Не говоря о международном конгрессе математиков, конференция китайских математиков здесь уже была бы прекрасной новостью.

Учитывая число математиков, которые были достаточно квалифицированы для выступления с докладом на международном конгрессе математиков, то выглядело все так, что китайское математическое сообщество только присоединилось к международной семье. Хотя у них был Лу Чжоу, Лу Чжоу был один.

Если Цзиньлин сможет провести у себя следующий конгресс математиков, то это станет очень полезно для китайского сообщества математиков.

…………………………………….

Скоро наступило девять часов. Банкет медленно подходил к концу. Гости постепенно разъезжались и возвращались в свои отели в надежде выспаться.

На самом деле, и Лу Чжоу, и Цзиньлинский университет не ожидали, что во время доклада будут даны ответы на все сомнения.

Даже без других известных математиков один лишь Фальтингс трудный противник.

Если бы вопросы профессора Фальтингса были слишком каверзными, Лу Чжоу, возможно, пришлось бы потратить день или два, чтобы найти ответ. Поэтому Цзиньлинский университет забронировал номера в отеле на два дня для всех гостей на случай еще одного дня доклада.

Однако все прошло на удивление гладко. Доклад даже не продлевался. Даже Лу Чжоу удивился, что не потратил время на ответы на вопросы.

Доклад прошел…

Но математики, приехавшие в Цзиньлин, не спешили уезжать.

В конце концов, деньги за номера отеля были включены в билеты. С их стороны будет напрасной тратой времени уезжать сейчас. Не говоря уже о том, что подобные мероприятия часто оплачивались соответствующими институтами. Будет глупо отказываться от бесплатной возможности попутешествовать.

Также большинство ученых-теоретиков любили путешествовать. Такое становиться очевидным исходя из мест для проведения международного конгресса математиков.

Все места проведения были популярными местами для туризма.

На следующее день организовали группу и поехали с рюкзаками и бутылками с водой на горных велосипедах на Пурпурную.гору. Другие ученые, которые не интересовались физической активностью, уселись в холле отеля на диванах и обменивались исследовательскими мыслями.

В конце концов, редко, когда так много известных математиков из различных областей собираются вместе.

Если бы Лу Чжоу знал об этом, то он тоже не пропустил такую возможность.

К сожалению, прошлой он работал всю ночь. Он был занят организацией своей статьи, так как хотел, как можно скорее загрузить статью по нового методу.

Поскольку в интернете было много искаженных версий.

Что касается знающих специалистов, то они не пострадали бы от нее, поскольку могли легко найти проблемы. Но для тех, кто менее опытен, изучение неправильного метода станет пустой тратой времени.

Лу Чжоу напечатал последние слова.

— Наконец-то все!

Лу Чжоу вздохнул с облегчением и потер свои уставшие глаза. Он достал энергетик от из системного хранилища и сделал глоток.

Он почувствовал сладкий мятный вкус.

Лу Чжоу достал свой телефон и направил камеру на себя, после чего заметил, что мешки под глазами исчезли.

— Прямо магия какая-то.

К сожалению, препарат также был с защитой от копирования. Иначе Лу Чжоу с радостью отнес бы его в Институт биохимии для изучения.

Лу Чжоу посмотрел на бутылку, которая постепенно превратилась в пыль. Он отряхнул руки и снова перевел взгляд на компьютер.

Он закончил статью и ему лишь осталось загрузить ее.

Сначала он зашел на arXiv и загрузил работу туда, потом он написал письмо с заметкой «дополнительные примечания к квазигипотезе Римана».

Он отправил его в редакцию журнала Математические хроники, указав имя Веры как соавтора. Лу Чжоу потянулся и встал с кресла.

Хотя он не спал всю ночь, благодаря энергетику его переполняла энергия.

Он планировал позаниматься в тренажерном зале и хорошенько попотеть, но внезапно раздался звонок.

Лу Чжоу ответил на звонок.

— Да?

— Это я, Фальтингс… Ты сейчас свободен?

— Да, что такое?

— Я слышал, что вид с Пурпурной горы довольно красивый… Но у меня тут нет машины, поэтому… — Фальтингс не хотел признавать, что не знает дороги, поэтому немного помолчал. Однако, в конце концов, упрямый старик кашлянул и смущенно спросил. — Как мне туда добраться?

Лу Чжоу чуть не расхохотался вслух.

Мы живем в двадцать первом веке.

Вы не знаете, как пользоваться гуглом?

А как насчет вызвать такси?

Лу Чжоу покачал головой и кашлянул.

— Подождите меня у входа в университет. Я свободен сегодня, я вас туда.

Глава 866. Хорошо быть молодым

В Цзиньлине в декабре уже вовсю зима.

Красные листья уже опали и на земле остались лишь увядшие желтые листья. Однако все еще вдалеке можно увидеть зеленые хвойные леса.

Поскольку гора находилась недалеко от дома Лу Чжоу, ему нравилось приходить сюда на пробежку.

Для него это место словно сад на заднем дворе. Он знал гору как свои пять пальцев. Единственные люди, кто знал ее лучше, чем он, были сотрудниками безопасности, которые отвечали за его охрану…

— Мне казалось, что участника организовали поездку на велосипедах на гору. Почему вы не поехали с ними?

— Я старик, что мне делать среди молодежи?

— Я тоже молодой.

Фальтингс на мгновение впал в ступор, а потом сказал:

— Верно, я забыл.

— …

Пожилые люди обычно слабее физически. На полпути к вершине Фальтингс немного устал. Он расстегнул куртку и снял шляпу. Он огляделся и, пытаясь отдышаться, спросил:

— Почему… здесь никого нет?

— Сейчас декабрь. — Лу Чжоу остановился и положил руки на колени. Он достал свою бутылку с водой и сделал глоток, потом вытер рот и объяснил. — Здесь холодно, к тому же сейчас не праздники, туристов не много. Лучше всего приезжать в начале октября. Гора в то время усыпана золотыми листьями.

Фальтингс удивленно поднял брови.

— Похоже ты тут часто бываешь.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Моя вилла находится неподалеку.

— …

Хотя он был директором Математического института Макса Планка, его денег явно не хватало на покупку виллы на склоне горы…

Однако для него это не имело большого значения.

В его возрасте материальные вещи не несут большой ценности.

После короткого перерыва они пошли дальше.

Через некоторое время Фальтингс начал тяжело дышать. Хотя он судя по всему не хотел сдаваться, Лу Чжоу решил прекратить подъем здесь. Он убедил старика, что на вершине горы смотреть не на что.

Лу Чжоу нашел знакомое кафе на склоне горы и заказал у владельца кафе немного жаренной рыбы и пива.

Они вдвоем сидели за каменным столом, ели рыбу и разговаривали.

— Рыба здесь вкуснее, чем в отеле… Как она называется?

— Никак. — Лу Чжоу открыл бутылку пива. — Вы найдете блюдо во многих небольших китайских кафе. Обычно называют жаренной рыбой или рыбой на гриле. Рецепт обычно везде такой же, и она хорошо сочетается с пивом… Кстати, вам можно пить?

Фальтингс улыбнулся и открыл пиво.

— Какой немец не пьет? В моем маленьком городе сложнее найти супермаркет, чем паб, где можно выпить.

Лу Чжоу пожал плечами и улыбнулся.

— Правда? Почему я этого не заметил, когда был в Берлине?

— Он большой город, он не то место, где можно наслаждаться жизнью. — Фальтингс сделал глоток пива и вытер рот, после чего перевел взгляд на вид снизу горы.

Солнце медленно садилось, заливая город красно-желтоватым сиянием. Старик насладился пейзажем, а потом сделал фото на телефон.

— Кстати, как долго до вершины горы?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— С нашей скоростью еще два часа.

Фальтингс помолчал, а потом с сожалением вздохнул:

— Похоже, тогда я не смогу подняться.

Лу Чжоу на некоторое время замолчал.

Он не знал, что ответить, поэтому попытался утешить Фальтингса.

— Все в порядке, в будущем все еще будут возможности. В следующий раз мы пойдем пораньше.

Однако Фальтингс не заметил проявления доброты Лу Чжоу.

Он посмотрел на заходящее солнце, а потом покачал головой. Он неспешно заговорил.

— Время никого не ждет, особенно тех, то уже считает оставшиеся дни.

Пред временем все равны.

Будь то король или фермер, всем так или иначе пришлось столкнуться со смертью.

Примерно через пол минутной паузы старик оторвал взгляд от заката и посмотрел на Лу Чжоу.

— Прямо сейчас ты самый близкий человек к Богу… Или самый близкий человек к истине. С тех пор как Гротендик скончался, я всегда чувствовал, что где-то есть еще один похожий на него. Кто-то, кто знает ответы на все вопросы.

— Спасибо за похвалу.

— Я не хвалю, скорее даю совет… — Профессор Фалтингс пристально посмотрел на Лу Чжоу. — Независимо от того, смогу ли я стать свидетелем того дня или нет, я надеюсь, что ты не сдашься. Если и есть кто-то, кто может решить эту гипотезу, так это ты.

Обычно язвительный и неулыбчивый старик вдруг улыбнулся и пошутил.

— Если меня к тому времени не станет, пожалуйста, оставьте копию статьи на моем надгробии. Но не заставляй меня ждать слишком долго, иначе мне придется вылезти и постучать в твою дверь.

Лу Чжоу, который пил свое пиво, внезапно улыбнулся:

— Забудьте о надгробии, обещаю, вам не придется ждать слишком долго… Три года, я определенно смогу решить ее за три года.

— Три года?

Фальтингса позабавили слова Лу Чжоу.

Он покачал головой и посмотрел на пейзаж вдалеке, спустя какое-то время он произнес:

— Хорошо быть молодым.

Глава 867. Записная книжка Фальтингса

Три года на решение гипотезы Римана…

Это звучало слишком знакомою

Фальтингс мог вспомнить по меньшей мере с десяток подобных, заявивших такое же.

Один из них даже умер.

Его звали Вейль, который выдвинул знаменитую гипотезу Вейля.

В молодости он пытался оспорить задачу «распределение функции ζ в нулевой точке для алгебраических кривых над конечным полем», что создало гипотезу Вейля. Он оптимистично полагал, что она может быть верна и для гипотезы Римана.

Он даже составил план, согласно которому, если он докажет гипотезу Римана, он намеренно отложит публикацию своей статьи до 1959 года… когда исполнилось 100 лет гипотезе Римана.

Однако его оптимизм вскоре испарился.

В 1970 годах профессор Делинь доказал гипотезу Вейля, но гипотеза Римана все еще оставалась недосягаема.

Фальтингс прекрасно помнил, что в последние дни жизни Вейль все еще надеялся увидеть доказательство гипотезы Римана, хотя это было крайне маловероятно.

Три дня пролетели быстро.

Ученые со всего мира отправились в обратный путь.

В течение этих двух дней профессор Фальтингс больше не просил Лу Чжоу посетить гору. Он проводил свое время в Цзиньлинском университете.

Если верить сообщениям университетского форума, старый профессор ходил в библиотеку и даже посетил лекцию по математике в новом корпусе… Хотя он не знал китайский, он все равно мог разобрать символы на доске.

В последний день Лу Чжоу попросил Ван Пэна отвезти профессора Фальтингса и некоторых других его друзей-математиков в аэропорт. Ван Пену пришлось найти машину побольше, чтобы вместить всех этих гостей.

Хотя место было рассчитано и под Делиня, тот уехал вскоре после доклада. Когда Лу Чжоу позвонил ему, Делинь уже был у себя в кабинете в Принстоне…

Лу Чжоу решил быть хорошим хозяином и поехал с ними в аэропорт.

Перед посадкой в самолет Фальтингс внезапно протянул ему свою записную книжку. Ничего не сказав, он взял свой чемодан и ушел.

Тао Теренс сказал:

— Эй, дай мне посмотреть, что там.

Тао Теренс посмотрел, как Фальтингс уходит, и взволнованно попытался выхватить записную книжку у Лу Чжоу.

Лу Чжоу не стал его останавливать и легко отпустил книжку.

Молина тоже хотела прочитать записную книжку, но не хотела проявлять слабости перед своим соперником. Поэтому она попыталась тайком заглянуть в книжку в руках профессора Тао.

Лу Чжоу заметил это и улыбнулся.

— Все нормально, просто прочти, тут нет никаких секретов. Если записи вдохновят тебя, уверен, Фальтингс будет счастлив.

Молина покраснела и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Спасибо.

После этого она начала читать записную книжку вместе с Тао Теренсем..

Она знала, что не сможет угнаться за скоростью чтения профессора Тао, поэтому достала свой телефон и начала фотографировать.

Лу Чжоу не стал ее останавливать. Он подошел к ближайшему торговому автомату и купил три банки кофе. Дав каждому из них по банке кофе, он сел на скамейку неподалеку.

Прошло пару минут, и он уже выпил на половину кофе. Профессор Тао закрыл книжку и взволнованно посмотрел на Лу Чжоу.

— Тут очень интересные записи! Большинство — собственные мысли Фальтингса относительно гипотезы Римана. Тут скорее идеи, некоторые доказаны, а к некоторым никто не прикасался. Рекомендую тебе серьезно прочитать ее. возможно она вдохновит тебя.

Лу Чжоу кивнул и улыбнулся.

— Я так и собирался поступить.

— Ладно, пора прощаться. — Произнес профессор Тао, посмотрев на время на своих часах. Он улыбнулся Лу Чжоу и сказал. — Посадка на мой рейс вот-вот начнется. Надеюсь, что смогу увидеть тебя на математическом конгрессе в следующем году. Я с нетерпением жду твоего часового доклада.

— Что ж, похоже, тогда мне предстоит много работы.

Тао улыбнулся и помахал рукой на прощание, после чего взял свой чемодан и сказал напоследок:

— Ха-ха, я верю в тебя!

Он скрылся в толпе людей.

Молина какое-то время пристально смотрел на Лу Чжоу. Она убрала телефон обратно в сумку и нервно сказала:

— Спасибо… И, хотя ты помог мне, я не буду милосердной.

Лу Чжоу ухмыльнулся:

— И не надо, мне все равно, кто решит гипотезу, я просто хочу, чтобы ее решили.

Если кто-то сможет решить гипотезу Римана только с помощью этой записной книжки, почему Фальтингс не сделал этого сам?

Лу Чжоу не думал, что эта книжка поможет Молине решить гипотезу Римана.

Фальтингс дал ему свою записную книжку поскольку надеялся, что его записи вдохновят Лу Чжоу.

Содержание этой книжки даже не заслуживало публикации, и очень немногие люди могли извлечь из него пользу.

И совершенно очевидно, что Молина Абель не одна из них.

Хотя ее статья по теореме о критической прямой была впечатляющей, она и близко не была новаторской.

Иначе она бы опубликовала ее в журнале покрупнее и влиятельнее.

Молина выглядела так, словно фотографии на ее телефоне были картой сокровищ. Она хотела, как можно скорее вернуться обратно в Принстон и рассмотреть их. Лу Чжоу помолчал, а потом спросил:

— Могу я дать совет?

Молина нервно посмотрел на Лу Чжоу.

— Какой?

Лу Чжоу посмотрел на нее и сказал:

— Не возлагай больших надежд на записи, глянь на профессора Тао, он лишь бегло просмотрел их и вернул мне.

Молина замолчала и нахмурилась.

— Хочешь сказать… что материалы в этой записной книжке не важны?

Лу Чжоу косо посмотрел на нее.

— Нет, исследования профессора Фальтингса важны, в этом никто не сомневается. Я просто говорю, что… Они будут полезны только в умелых руках.

— …

Черт!

Ты…

Как же я хочу влепить ему пощечину!

Глава 868. Тайна квантового мира

Спор относительно доказательства Лу Чжоу гипотезы подошел к концу. После того, как журнал получил от Лу Чжоу новое письмо с дополнением, они тут же ответили ему.

В ответе они сообщили, что статья успешно прошла этап рецензирования. Кроме того, журнал опубликует специальное издание исключительно для его доказательства гипотезы и его математических методов, использованных при доказательстве, таких как анализ гиперэллиптических кривых.

Вообще говоря, специальное издание в одном из крупных журналов, таком как Математические хроники, возможно только для крупного математического открытия.

Квази гипотеза Римана, несомненно, достойна этой чести.

Поскольку метод анализа гиперэллиптических кривых широко использовался при доказательстве гипотезы, редакция решила опубликовать две статьи одновременно.

Лу Чжоу не волновали планы издательства, будь то публикация вместе или нет, но ему было все равно.

Споры вокруг гипотезы постепенно утихнут к началу следующего года, к тому времени математическое сообщество будет иметь приблизительное представление о методах, используемый для доказательства.

Но для Лу Чжоу это уже прошлое.

Не говоря уже о том, что после того, как он выложил свою работу на arXiv, более половины математиков скачали и прочитали его статью. Он хотел лишь этого.

Сейчас ему осталось распространить свои результаты до основной гипотезы Римана.

В течении трех дней после загрузки статьи, многие математики добились существенного прогресса в плане значения ε.

Это число превратилось из бесконечно малого в конечное значение.

Согласно данным arXiv и Mathoverflow, значение ε обновлялось каждый день, и оно медленно приближалось к 1/2.

На данный момент — это число обновилось до одного с 60 миллионами цифр после запятой.

Пока математики сходили с ума по значению ε, произошло кое-что ироничное.

Все знали, что статьи чувствительны к времени.

Тот, кто первым завершит исследование, получит все лавры. Однако из-за рецензирования в журналах занимало много времени. Поэтому у многих людей была привычка загружать препринты.

Но загрузка препринта не решила всех проблем. Например, если в препринте изменилось значение ε до 0,01, а кто-то другой позже изменил его до 0,1, прежде чем статью приняли в журнале, то исследование станет недостойным публикации.

Это хорошо для математического сообщества, но для аспирантов подобное становилось настоящей катастрофой.

Поэтому, загрузив свои результаты на arXiv, некоторые математики изо всех сил старались публиковать свои статьи. Они даже выбирали журналы с худшей репутацией, но более быстрым процессом рецензирования.

К сожалению, большинство из этих статей ссылались на метод анализа гиперэллиптических кривых, который предложил Лу Чжоу. Но сама эта статья еще не прошла рецензирование.

Что?

Вы ссылаетесь на препринт статьи Лу Чжоу на arXiv?

Большинство журналов и рецензентов очень строги, и они часто отклоняли работы, которые цитировали препринты, не прошедшие рецензирование. Однако, если бы они не ссылались препринт на arXiv, их можно было бы обвинить в плагиате.

Поэтому возникла нелепая ситуация.

Все знали, что работа Лу Чжоу верная, но они не могли использовать его методы.

У большинства математиков не было возможности отправить свои статьи, и они могли загружать их только в виде препринтов. Они уделили пристальное внимание Математическим хроники, надеясь опубликовать свою собственную статью, как только работа Лу Чжоу пройдет рецензирование.

Наверное, впервые возникла ситуация, когда скорость написания статей была выше скорости рецензирования журналов.

………………………………..

Тем временем, попрощавшись со своими старыми друзьями, Лу Чжоу сел в машину Ван Пэна и поехал обратно домой.

Хотя все математическое сообщество погрязло в золотой лихорадке, когда почти все математики посвятили себя изучению значения ε, но Лу Чжоу не интересовало это.

Если ε нельзя было увеличить до 1/2, то результат стал таким же, как в случае с гипотезой о числах-близнецах. И неважно насколько умело кто-то использовал бы анализ гиперэллиптических кривых на комплексной плоскости, ε приблизилось бы только к 1/2, но никогда не достигло бы ее.

В течение этого времени он время от времени проверял arXiv, чтобы узнать, использовал ли кто-нибудь его метод для получения каких-либо новаторских результатов. Остальное время он проводил, используя ресурсы Цзиньлинского университета для поиска материалов по гипотезе Римана.

Его исследования зашли в тупик, поэтому сидеть закрывшись дома бесполезно.

Вот почему записная книжка профессора Фальтингса была такой ценной…

Лу Чжоу вошел в свой дом и сел в своем кабинете. Он тут же достал книжку и положил ее на стол.

Как и сказал Тао Теренс,среди записей было много интересных идей.

Некоторые проверил сам Фальтингс и отметил, как неосуществимые. Некоторые другие идеи могли быть реальными, но у Фальтингса не было времени их опробовать.

Если бы у кого-то еще оказалась эта записная книжка, то он бы с трудом разобрался в ней.

Но она именно то, в чем Лу Чжоу нуждался больше всего!

Лу Чжоу перечитал записи, и постепенно его глаза становились все более и более возбужденными. Однако, перевернув страницу, он внезапно замер.

В отличие от предыдущих хаотичных заметок, слова на этой странице были аккуратно написаны. Кроме того, она была написана на немецком.

Лу Чжоу не знал немецкого, но, к счастью, у него был Сяо Ай.

С помощью Сяо Ая он легко перевел записи.

Неожиданно оказалось, что эта страница была посвящена не новым методам, а скорее…

Дневник?

«Когда я изучал статьи профессора Гильберта, я нашел в его работе интересное предложение. Пусть нетривиальные нули дзета-функции Римана записаны как ρ=1/2+it, тогда t соответствует собственным значениям некоторого эрмитова оператора. Если эта гипотеза верна, то оператор Римана должен быть специальной случайной эрмитовой матрицей.

Во время чая я разговаривал с профессором Клитцингом из Института физики Макса Планка. Нас двоих поразило это открытие.

Удивительно, но такая чисто математическая функция, как дзета-функция Римана, на самом деле имеет связь с квантовой механикой! Позже я поговорил с Виттен по почте, но это не принесло результаты.

Если бы только я раньше немного ознакомился с квантовой механикой… Сейчас мне уже слишком поздно начинать изучать физику…»

Лу Чжоу с лицом полным ускорения отложил книжку.

Так что не только профессор Монтгомери и профессор Дайсон…

Профессор Фальтингс также заметил связь между дзета-функцией Римана и квантовой механикой. Он даже говорил об этом с профессорами Клитцингом и Виттеном.

К сожалению, несмотря на то, что они также обнаружили эту связь, они не смогли разгадать головоломку.

Что это значит?

Если нетривиальные нулевые точки дзета-функции соответствуют энергетическому уровню определенной квантовомеханической системы, такой как энергетический спектр квантово-механической системы, то гамильтониан этой системы будет оператором Римана, и если гипотеза Римана верна… То какой квантово-механической системе она будет соответствовать?

И обратно, если можно найти гамильтонов оператор, полные собственные значения которого соответствуют нетривиальным нулям дзета-функции Римана, означает ли это, что можно найти доказательство гипотезы Римана с научной точки зрения?

Лу Чжоу выглядел все более и более взволнованным.

Хотя он предпочитал раскрывать физическую сторону гипотезы Римана с помощью чистой математики, это не помешало ему поразиться такой тайне.

Эти две концепции, разделенные полувековой разницей, каким-то образом связаны воедино.

Еще в 19 веке понятия квантовой механики даже не существовало…

Внезапно телефон Лу Чжоу, лежавший на углу стола, зазвонил, чем прервал его размышления.

Лу Чжоу взял телефон и ответил.

Он собирался поздороваться, но на другом конце провода заговорили первыми.

Мужчина по телефону кашлянул и заговорил несколько неловко.

— Э-э, академик Лу, вы не забыли про меня?

Глава 869. Известный человек в отрасли

В голосе звучала легкая обида и смущение.

Лу Чжоу мгновенно вспомнил, кто это.

— О, директор Ван, здравствуйте… Что случилось? Зачем вы звоните?

— Э-э.

В плане зачем?

Три дня назад мы договорились встретиться, вы уже забыли?

Будь это кто-то другой, он бы уже повесил трубку.

Но у него нет выбора…

Он убедил себя, что академик Лу занят исследованиями и не пытался оскорбить его.

Ван Чжэнфэй почувствовал себя намного лучше. Он откашлялся и вежливо напомнил:

— Академик Лу, мы встречались на докладе три дня назад. Мы договорились встретиться в отеле на Пурпурной горе. Конечно, если вы очень заняты, мы можем отложить встречу.

Мы договаривались?

Лу Чжоу внезапно вспомнил, что такое и правда было.

А также вспомнил, что именно он предложил встретиться.

— Извините, я был очень занят… — Лу Чжоу кашлянул и спросил. — Вы где сейчас.

— В отеле Пурпурная гора.

Уже там?

— Тогда… Подождите десять минут, я сейчас буду.

После этого Лу Чжоу повесил трубку.

Лу Чжоу не очень интересовали эти разговоры с лидерами в отрасли. Во-первых, он не особо социальный, во-вторых, большинство из этих людей не могли принести ему пользы.

Деньги?

Для него это лишь цифра.

В отличие от других профессоров, его академическая репутация выходила далеко за рамки просто научных кругов. Он находился на том уровне, когда влиял на важные правительственные решения, меняющие историю.

На более дешевые проекты он тратил свои собственные деньги, а если ему не хватало средств, но просил правительство выделить ему финансирования.

Его компания имела стабильный денежный поток и множество патентов. Не говоря уже о том, что у Лу Чжоу имелись акции East Asia Power и различные другие активы. Более прибыльными, чем Star Sky Technology, были только банки и продавцы недвижимости.

Однако на этот раз Лу Чжоу изменил свое мнение и решил поговорить с директором Huawei.

Хотя его компания обладала хорошими возможностями в исследованиях и разработках, ей не хватало производственных мощностей.

При разработке технологии управляемого термоядерного синтеза они сотрудничали с Китайской национальной ядерной корпорацией, а в аэрокосмических проектах им помогали две государственные аэрокосмические компании. Большую часть времени мозгом проектов была компания Star Sky Technology. Всякий раз, когда им нужно превратить свои разработки в продукт, им нужно передавать производство на аутсорсинг.

Само собой, с точки зрения рыночной экономики это не слабость, а преимущество.

Вместо того чтобы быть мастером на все руки, лучше было сосредоточиться на том, что получается у компании лучше всего. Не говоря уже о том, что патентов, принадлежащих Институту перспективных исследований, достаточно, чтобы превратить Star Sky Technology в титана отрасли. Именно так сказала Чэнь Юйшань.

Однако Лу Чжоу волновали не деньги.

Его не волновали цифры на его банковском счете. Его больше интересовало раскрытие секретов системы. Углеродный чип ключ к будущему, будь то приостановленное задание или ветка искусственного интеллекта, все они тесно связаны с системой.

При возможности Лу Чжоу хотел сам контролировать эту промышленную цепочку. Ведь для повышения уровня Сяо Ая ему нужно собрать прилично данных о социальном поведении человека.

Но прилично это еще мягко сказано, нужно просто астрономическое количество данных.

В общем, теперь, когда Star Sky Technology захотела выйти на рынок чипов, им нужно было найти подходящего партнера, чтобы быстро превратить свою технологию в продукт. Так они смогут захватить рынок и стать лидерами на нем.

К счастью, Китай хорош в производстве.

…………………..

Рядом с Пурпурной горой всего несколько мест с красивыми видами и удобной дорогой. Район, где жил Лу Чжоу, первое место, а отель Пурпурная гора другое. Они находились всего в километре друг от друга.

Лу Чжоу позвонил Ван Пэну и попросил его подогнать машину, после чего переоделся в чистую одежду.

Когда он вышел, его уже электромобиль.

Лу Чжоу сел в машину и сказал:

— В отель Пурпурная гора.

— Понял.

Ван Пэн кивнул и поехал.

Лу Чжоу быстро доехал до места.

У входа в отель ждал мужчина в костюме. Когда он увидел уникальный электромобиль, он сразу же подошел и воодушевленно поприветствовал Лу Чжоу.

— Здравствуйте, академик Лу, я помощник директора Вана, можете звать меня Сяо Ли.

— Здравствуйте, я был немного занят, извиняюсь, что заставил ждать. — Лу Чжоу пожал ему руку. — Отведите меня к директору Вану.

— Сюда, пожалуйста.

Они прошли через холл отеля и оказались в просторной комнате. Лу Чжоу открыл дверь и увидел директора Вана, который сидел и пил чай.

Как только дверь открылась, Ван Чжэнфэй встал с дивана и с улыбкой поприветствовал Лу Чжоу.

— Академик Лу, вы пришли!

Лу Чжоу кивнул Ван Пену, давая ему знак подождать снаружи, после чего посмотрел на старика и пожал ему руку.

— Рад встрече, извиняюсь, что заставил ждать.

— Ничего страшного, все нормально. — Ван Чжэнфэй пожал Лу Чжоу руку и вежливо сказал. — Проходите садитесь.

Они вдвоем сели за стол.

Официант отеля налил каждому из них по чашке чая с жасмином, а потом покинул помещения.

Ван Чжэнфэй добродушно улыбнулся, глядя на пар от чашки, а потом сказал:

— Я попросил официанта принести закуски, у вас есть какие-то предпочтения?

— Нет. — Лу Чжоу покачал головой и заметил, что Ван Чжэнфэй хочет немного поболтать, поэтому сказал. — Директор Ван, я уверен, что вы занятой человек, поэтому давайте опустим излишние беседы.

Директор Ван сильно удивился, поскольку не привык к подобному.

Однако это не первый раз, когда он имел дело с людьми из научных кругов, поэтому он быстро среагировал.

Он поставил чашку с чаем, а потом искренне и со всей серьезностью заговорил:

— Хорошо. Поскольку здесь больше никого нет, я сразу перейду к делу. Углеродные чипы… Ваша разработка?

Лу Чжоу медленно поставил чашку с чаем и посмотрел на Ван Чжэнфэя, чье лицо было полно предвкушения. Лу Чжоу откашлялся и ответил:

— Нет.

Глава 870.

Нет?

Нет?!

Ван Чжэнфэй пораженно замер от ответа Лу Чжоу.

Лу Чжоу увидел, как на лице директора Вана появилось разочарование. Он сделал глоток чая и сказал:

— Графеновые полупроводники не мое направление исследований. Есть другие ученные, которые занимаются этим. Я только решил некоторые проблемы, связанные с изоляторами Мотта. Это можно рассматривать лишь, как небольшой теоретический вклад.

Слишком самоуничижительно называть это небольшим вкладом. В конце концов, теоретические расчеты, сделанные в ходе исследования изолятора Мотта, сыграли решающую роль в разработке графеновых полупроводников.

Поэтому это никаким образом не небольшой вклад…

Скорее это средний вклад.

Однако углеродные чипы разработка профессора У. Хотя Лу Чжоу, как глава института, имел право заявлять об этом исследовании как о своем собственном, Лу Чжоу никогда не поступил бы так.

Ван Чжэнфэй растерянно посмотрел на Лу Чжоу.

А потом он нервно улыбнулся и спросил:

— Извините… Я не понимаю, что за изолятор… Это связано с углеродными чипам?

Лу Чжоу стало слишком лень объяснять. Он знал, что генеральному директору подобное неинтересно, поэтому просто кивнул и ответил:

— Можно и так сказать.

Внезапно глаза Ван Чжэнфэя снова загорелись.

Не важно, кто изобрел технологию. Он не беспокоился об этом. Даже если бы он знал изобретателя, он не стал бы рисковать контрактом на литиевые аккумуляторы только ради новой технологии. Не говоря уже о том, что патенты были у Института перспективных исследований.

В науки королями являлись статьи, но в промышленности ими были патенты!

Тот, у кого имелись патенты, обладал правом установить отношения с производственной компанией.

Ван Чжэнфэй поднял свою чашку и сказал:

— Академик Лу, от имени моих коллег из китайской полупроводниковой промышленности, а также всех моих сотрудников я хотел бы поблагодарить вас! Выпьем за вас!

Лу Чжоу удивился.

Он не удивился комплименту от директора Вана. В конце концов, Лу Чжоу хорошо понимал, насколько выдающийся была его технология.

Однако…

Такие излишние подлизывания застали его врасплох.

— Директор Ван, вы слишком добры. — Лу Чжоу кашлянул и тоже поднял свою чашку. — Прорыв в создании углеродных чипов результат совместной работы всей команды… Кроме того, разве мы не говорили, что будем обсуждать только бизнес?

— Ха-ха, я просто не удержался. — Ван Чжэнфэй смущенно потер голову и добавил. — Давайте перейдем к обсуждению дела.

Хотя Лу Чжоу знал, что директор Ван фальшивит, он решил проигнорировать это.

После небольшого молчания Лу Чжоу заговорил:

— Мы оба знаем, какое влияние эти чипы окажут на полупроводниковую промышленность. Не говоря уже о том, что это лучший выбор, чтобы вырваться вперед в полупроводниковой отрасли. Если все пойдет хорошо, то результат будет аналогичен случаю с литий-серными батареями. Пекин уже должен был провести совещание о том, как правильно развивать полупроводниковую промышленность. Я уверен, что уже появились соответствующие планы.

Ван Чжэнфэй удивился.

— Вы уже знаете?

Лу Чжоу сделал глоток чая и сказал:

— Я тот, кто предложил этот план.

Конечно, когда дело доходило до внедрения централизованного управления, а затем упорядоченного выхода на рынок и других конкретных политик, они разрабатывались соответствующими правительственными ведомствами.

В конце концов, китайская промышленность не производила на них хорошего впечатления. Это всегда было беспорядочной борьбой, где победитель получал все, а проигравший ничего.

Углеродные чипы будущее китайской промышленности. Руководители высокого уровня не хотели, чтобы в этом направлении доминировала одна компания.

Ван Чжэнфэна поразили слова Лу Чжоу.

До него доходили слухи о профессоре Лу, лауреате Нобелевской и Филдсовской премий. Он слышал, что даже правительство прислушивается к его предложениям.

Однако он не ожидал, что Лу Чжоу окажется таким влиятельным…

Вся полупроводниковая промышленность…

Это означает не только сотни миллионов инвестиций и финансовых ассигнований, но и сотни тысяч рабочих мест! Тем более, что полупроводниковая промышленность очень сложная!

Ван Чжэнфэй очень хотел узнать, где будет расположен промышленный центр.

Но толку спрашивать?

Купит ли он там землю?

Посмеет привлечь внимание?

Ему еще не надоело жить.

После паузы Лу Чжоу спросил:

— Директор Ван, вы хотели обсудить со мною углеродные чипы?

— Да… — Ван Чжэнфэй кивнул. — У вас мощный потенциал в области исследований и разработок, в то время как мы обладаем ведущим производственными потенциалом в полупроводниковой промышленности. Я надеюсь, что смогу сотрудничать с вами в производстве углеродных чипов. Думаю, это беспроигрышный вариант для двух сторон.

Лу Чжоу кивнул:

— Я согласен, но, похоже, вы не понимаете, что на самом деле означают углеродные чипы.

Ван Чжэнфэй улыбнулся и спросил:

— О? Почему вы так говорите?

Директор Ван недоумевал.

Он правда плохо разбирался в математике.

Но когда дело касалось углеродных чипов, то он проконсультировался со многими специалистами. Сам он не эксперт, но знал намного больше, чем обычный человек.

Следующие слова, сказанные Лу Чжоу, подорвали всю уверенность директора Вана.

— Углеродные транзисторы можно использовать не только для создания углеродных чипов. Вы слышали о майорановских фермионах?

— Майорановские фермионы?

Лу Чжоу кивнул.

— Да, это уникальный фермион. Его античастица он сам. Разве это не звучит интересно?

Генеральный директор Ван вообще не счел это интересным, но все равно сделал вид будто ему интересно.

Ван Чжэнфэй улыбнулся:

—Действительно звучит интересно… Какой у него номер в периодической таблице Менделеева?

— Возможно, будет немного сложно найти его там. — Лу Чжоу улыбнулся. — Он существует только в сверхпроводниках в виде квазичастиц.

А?

Что?

Ван Чжэнфэй начал задаваться вопросом, не издевается ли Лу Чжоу над ним.

Лу Чжоу знал, что объяснять нет смысла. Он не хотел, чтобы директор Ван и дальше изображал свою заинтересованность.

Лу Чжоу вздохнул и сделал глоток чая.

— Я знаю, что вам это не интересно… Забудьте… Но что насчет квантовых компьютеров?

Что?

Квантовые компьютеры?!

Ван Чжэнфэй затаил дыхание.

Он возбужденными глазами посмотрел на Лу Чжоу и сказал с дрожью в голосе:

— Квантовые компьютеры… Вы хотите сказать… Вы говори о тех самых квантовых компьютерах?

— Я не знаю, что вы себе вообразили, но квантовые компьютеры, о которых я говорю, называются топологическими квантовыми компьютерами. Microsoft проводит исследования в этом направлении, но, к сожалению, даже если они преуспели в теории алгоритмов, они не смогли найти подходящий материал.

Ван Чжэнфэй мгновенно понял, о чем речь.

Не важно, что там за частицы.

Лу Чжоу клонит к одному.

— Этот материал, может ли быть…

Лу Чжоу пристально посмотрел на него.

Ван Чжэнфэй подсознательно замолчал.

Наконец-то он понял.

Причина, по которой правительство отнеслось к этому вопросу так серьезно, заключалась не только в том, что они хотели развить полупроводниковую промышленность, но и в том, чтобы пойти против законов рынка, централизовать и закрыть промышленные производство в одном месте…

— Графен наиболее подходящий материал … Возможно, раньше было не так, но сейчас это так. Майорановские фермионы с нулевой энергией формируются в области вихревого ядра на границе раздела между трехмерным топологическим изолятором и сверхпроводником. Их существование создает возможность построения топологических кубитов. Если кто-то сможет освоить производство углеродных чипов, он не только будет доминировать в полупроводниковой промышленности, но и позволит цивилизации двигаться в будущее новых вычислительных технологий.

Лу Чжоу отпил немного чая и посмотрел на собеседника.

— Вы хотите сотрудничать?

Ван Чжэнфэй был взволнован тем, что Лу Чжоу предоставил ему такую возможность, но быстро успокоился.

Он уже понял, что делает Лу Чжоу.

Лу Чжоу болтал о науке не потому что хвастался… Вместо этого Лу Чжоу выложил все свои фишки на стол, и хотел что-то взамен.

Если бы он заговорил первым, он бы проиграл.

Но…

Он не мог отказаться от того, что предлагал Лу Чжоу.

Он не хотел давать такую возможность своим конкурентам.

Ван Чжэнфэй разжал кулаки и глубоко вздохнул, после чего расслабился.

С доброй улыбкой он первым спросил:

— Что вы хотите?

Поскольку Лу Чжоу обладал абсолютным преимуществом, он не может торговаться.

Даже если бы Лу Чжоу захотел получить значительную часть акций Huawei, ему придется серьезно рассмотреть это предложение.

Пока это не затрагивает его прав в совете директоров…

К счастью, Лу Чжоу, похоже, не интересовался акциями.

Однако просьба академика Лу еще сильнее смутила его и загнала в ступор.

— Я хочу HiSilicon.

Глава 871. Теперь мое

HiSilicon образовался из центра проектирования ASIC компании Huawei в 1991 году. С момента своего создания он стал одним основным центров Huawei в электронной промышленности.

Хотя по мнению большинства HiSilicon разработчик чипов для мобильных телефонов Huawei, но деятельность HiSilicon ушла далеко за эти пределы.

Если точнее, то HiSilicon предлагала чипы для умного дома, связи и беспроводных терминалов. В основном, они разрабатывали и производили чипы для мобильных телефонов, чипы для оборудования мобильной связи, чипы для сетевого оборудования, чипы для домашнего цифрового оборудования и много другого. Они даже владели 90 процентами рынка оборудования безопасности.

Поскольку HiSilicon полностью принадлежал Huawei, можно заявлять, что Huawei это HiSilicon, а HiSilicon это Huawei. Они одно целое.

Если бы Star Sky Technology завладела бы акциями HiSilicon, то Huawei потеряет свой полный контроль над HiSilicon.

Это было неприемлемо для Ван Чжэнфэя.

Однако…

HiSilicon также отчаянно нуждался в технологиях Star Sky Technology.

Поэтому, услышав требование Лу Чжоу, Ван Чжэнфэй со всей серьезности молча погрузился в глубокое раздумье.

Лу Чжоу не торопился. Сказав свое требование, он взял чашку и сделал глоток горячего чая, чтобы смочить пересохшее горло.

Также он воспользовался этим моментом, чтобы понаблюдать за Ван Чжэнфэем, пытаясь что-то увидеть по его лицу.

К сожалению, директор Ван ветеран бизнеса, Лу Чжоу ничего не мог понять по его лицу.

Эм…

Не слишком ли многого я попросил?

Он обсуждал это с Чэнь Юйшань перед тем, как приехать сюда. Она помогла ему с распределением долей и планами технического сотрудничества, но Лу Чжоу не был переговорщиком и не знал не высоки ли его требования.

Лу Чжоу задумался.

Похоже, директор Ван не собирается соглашаться.

Ну можно сотрудничать и с Unisplendour. Хотя они в основном занимаются производством бюджетных чипов и не располагаются в низах производственных цепочек, все должно быть в порядке?

Лу Чжоу заговорил:

— Хорошо, оставим пока этот вопрос, вы можете обдумать предложение позже. В любом случае, я не взял с собой контракт, и уверен, что вам нужно больше времени на обдумывание. Конкретное соглашение обсудим в более формальной обстановке.

Директор Ван расслабил плечи и покачал головой.

— Нет.

Лу Чжоу вздохнул с облегчением.

Хотя они не договорились о сотрудничестве, нудные переговоры наконец завершились.

Как и ожидалось, Лу Чжоу не силен в ведении переговоров.

Он планировал позволить Чэнь Юйшань переговорить с Unisplendour.

— Тут нечего думать. Я уже принял решение. Я доверяю своим инстинктам и верю, что академик Лу меня не подведет. — Ван Чжэнфэй встал и протянул руку. — Как генеральный директор Huawei, я принимаю ваше предложение. Я надеюсь, что мы сможем работать вместе в эту новую эру углеродных чипов и достичь величия!

— …

Значит…

Он согласен?

……………………………….

Хотя они достигли соглашения, когда вопрос встает о передаче акций, Ван Чжэнфэй не мог принять подобное решение в одиночку.

Тем более, что Star Sky Technology хотела инвестировать в HiSilicon, а HiSilicon одна из самых важных дочерних компаний Huawei. Он должен спросить мнения членов правления. Сможет ли он убедить совет директоров еще неизвестно.

Особенно из-за соглашения о конфиденциальности, где многое должно оставаться в секрете.

Он беспокоился о том, как убедить членов правления компании, не упоминая углеродные чипы.

Star Sky Technology не нуждались в Huawei, поскольку у них много других вариантов. Но если Huawei хотела стать королем китайской электроники, им нужны Star Sky Technology …

Даже во время еды Лу Чжоу все еще размышлял о произошедшем.

Он понятия не имел, как ему удалось убедить директора Вана.

Нет, дело было не в убеждении. Казалось, что после того, как директор Ван услышал требование Лу Чжоу, он колебался лишь несколько минут, прежде согласиться.

Может… Я гений бизнеса, сдерживаемый математикой?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся.

Если бы не эти фантастические переговоры, он бы никогда не осознал, какой он классный…

Поев Ван Чжэнфэй попрощался с Лу Чжоу и сел в свою черную машину, припаркованную у входа в отель.

Другой исполнительный директор Huawei, который приехал вместе с ним, сел на заднее сиденье, и он не мог не спросить:

— Босс, вы действительно думаете, что это хорошая идея — предоставить им полный контроль над HiSilicon?

Он был важным руководителем в HiSilicon. Он также был приглашен на секретное собрание в Пекине.

Вот почему он приехал сюда вместе с директором Ваном.

Хотя он очень уважал директора Вана, он считал, что передать Star Sky Technology под контроль HiSilicon ло не очень хорошая идея. HiSilicon был хлебом с маслом для Huawei, и позволять посторонним вмешиваться выглядело ужасной идеей.

Не говоря уже о том, что Star Sky Technology требовала довольно много акций…

Ван Чжэнфэй посмотрел на него и улыбнулся.

— Есть ли у HiSilicon команда по исследованию и разработке углеродных чипов?

Исполнительный директор замолчал.

Хотя у HiSilicon были исследовательские проекты по новым полупроводниковым материалам, они не занимались исследованиями графена. Вместо этого они больше сосредоточились на дисульфиде молибдена, который также обладал большим потенциалом согласно мнению ученых.

Однако эти исследовательские проекты проводились только для того, чтобы не отставать от других компаний. Множество важных вопросов еще предстояло решить. Пройдет не менее десяти лет, прежде чем они смогут попробовать использовать дисульфид молибдена в качестве материала.

Исполнительный директор немного поколебался и ответил:

— Нет.

Ван Чжэнфэй лишь улыбнулся.

— Вот и все.

— …

Глава 872. У него все хорошо?

Ван Чжэнфэй опытный бизнесмен.

Он и не собирался торговаться с Лу Чжоу. Однако, когда он хотел заговорить, он все понял по лицу Лу Чжоу.

Лу Чжоу явно больше не хотел с ними работать, и он даже был готов сотрудничать с другими компаниями.

Например, Unisplendour, которая имела те же производственные возможности, что и HiSilicon.

В этот момент Ван Чжэнфэй принял решение.

Если Star Sky Technology будут сотрудничать с Unisplendour или другой компанией, ключ к будущему углеродных полупроводников ускользнет к конкурентам.

Если Huawei все еще планировали присоединиться к углеродной революции, они будут вынуждены покупать чипы у других компаний по более дорогим ценам. Даже если бы они будут иметь полный контроль над HiSilicon, это ни на что не повлияет.

HiSilicon самая результативная дочерняя компания Huawei, но, если они не смогут идти в ногу со временем, их обгонят другие компании.

На первый взгляд выглядело так, что Huawei пошли на компромисс, но это могло быть и не так.

Им действительно пришлось понести первоначальные затраты, но отдача от таких инвестиций сделает HiSilicon еще сильнее. Продукты Huawei станут еще более конкурентоспособными на международном рынке…

Это гораздо ценнее, чем полный контроль над компанией, которая в будущем могла устареть…

Ван Чжэнфэй, который был немного подавленным, внезапно почувствовал себя намного лучше.

Я так решил не чтобы подлизаться к профессору Лу.

Это беспроигрышный выбор для всех!

……………………….

После того как Молина покинула Цзиньлин, она не сразу улетела обратно в Принстон. Сначала она вернулась в свой родной город во Франции на недельный отпуск.

Каждому иногда нужно отдохнуть, чтобы подзарядить мозг и немного расслабиться.

Молина не исключение.

Хотя ее карьера также и ее хобби, оно не всегда доставляет удовольствие.

Тем более что ей приходилось соревноваться с другими учеными…

Эта поездка в Китай полностью истощила ее.

Она чувствовала, что ее карьера математика идет в никуда, что заставило ее усомниться в своей жизни.

Если бы не портрет профессора Абеля, висевший в доме ее дедушки, она могла бы даже отказаться от своей карьеры математика.

Старик в пижаме постучал в дверь спальни Молины. Он открыл дверь и увидел свою внучку, сидящую за своим столом, старик с горичью в глазах заговорил:

— Ты все еще думаешь над этой гипотезой?

— Нет, это после того, как я вернусь в Принстон. — Молина покачала головой. — Я не собираюсь думать ни о какой математике на этой неделе.

— Твой отец преподает в Высшей педагогической школе, и тебе редко удается его увидеть. Почему бы тебе не вернуться сюда?

Молина без колебаний ответила:

— Обстановка в Принстоне мне больше подходит. Там много отличных ученых. Даже чашка послеобеденного чая может породить много идей.

— Но в Высшей педагогической школе тоже много отличных ученых.

Молина холодно ответила:

— Но мне не нравится Париж. В Париже полно мусора.

Не говоря уже о том, что она не хотела видеть своего отца.

Не из-за какого-то конфликта, а просто потому что они испытывали привязанности друг к другу. Она и ее отец походили друг на друга, они оба посвятили всю жизнь математике.

С самого раннего возраста она жила в пригороде Парижа и выросла в доме своего дедушки. Так было до тех пор, пока она не поступила в Принстон.

Можно сказать, что тут у нее остались лишь воспоминания.

Старик посмотрел на упрямую внучку и вздохнул.

— Ладно… Молина, в любом случае, надеюсь, что ты счастлива. Математика — не все, что у тебя есть.

— Возможно. — Молина посмотрела на портрет Абеля на стене. — Но, по-моему, она все, что есть. Она сопровождала меня на протяжении всей моей жизни. Я хочу… исполнить то, чего вы не смогли.

От этих слов старику стало больно.

Он сел на диван и вздохнул, после чего попытался убедить внучку:

— Некоторая деятельность требует таланта, особенно когда речь заходит об искусстве… Даже художники, которые учились у одного и того же учителя, видят мир по-разному. Математика как искусство, понимаешь к чему я это?

— Не понимаю. — Молина покачала головой и посмотрела на портрет на стене, а потом с замешательством произнесла. — Я не понимаю, я потомок Абеля, почему же я не унаследовала ни капли его таланта?

Старик посмотрел в глаза Молине и заколебался.

— Молина, есть кое-что… Я не знаю, стоит ли мне тебе говорить.

— Что?

Старик открыл рот, но лишь покачал головой.

— Неважно, давай забудем об этом.

— …

……………….

Недельный отпуск пролетел незаметно.

Полностью оправившись, Молина села на самолет и прилетела в аэропорт Нью-Йорка. Она села в такси и проверила данные на своем телефоне.

Она увидела кучу препринтов, посвященных изменению значения ε.

Математическому сообществу потребовалось семь дней, чтобы уменьшить число с одну шестидесяти миллионной части до одной десяти тысячной. Это значительный прогресс.

Они медленно приближались к финишной черте, а метод анализа гиперболических кривых становился все популярнее, чем метод критических линий.

Молина не могла не почувствовать тревогу.

Она не хотела признавать, что за месяц Лу Чжоу выбросил годы ее исследований на ветер. Но она признавала, что метод анализа гиперэллиптических кривых превосходен, чтобы повлиять на все сообщество теории чисел.

Хотя у нее был другой подход к изучению гипотезы Римана, ей все равно следует изучить его статью…

Молина убедила себя, что просто хочет узнать на каком шаге ее соперник. И хотя результаты Лу Чжоу были хороши, она не собиралась отказываться от своего пути доказательства.

Я просто изучу…

Вернувшись в Принстон, Молина отнесла свои вещи в свою комнату, после чего без всякого промедления отправилась в библиотеку. Она нашла комнату для занятий, которую они использовали с Верой.

Но, когда она открыла дверь, она замерла, увидев Веру, после чего спросила:

— Ты в порядке?

Веры была бледной, а ее светлые волосы утратили свой блеск.

Вера заметила Молину и выдавила из себя слабую улыбку.

— Я в порядке, я просто простудилась.

Молина совсем не поверила ей.

Молина схватила Веру за плечи и прижалась лбом ко лбу Веры.

Почувствовав жар от лба подруги, она тут же встала.

— Я отвезу тебя в больницу.

— Не надо, я уже ходила. — Вера избежала серьезного взгляда Молины, отведя взгляд в сторону. — Доктор прописал мне лекарства… Я скоро поправлюсь.

Молина с подозрением посмотрела на нее:

— Правда?

— Да.

Вера почувствовала, как у нее запершило в горле. Она схватила салфетку и начала кашлять.

В этот момент Молине показалось, что она увидела следы крови на салфетке.

С ней правда все нормально?

Молина начала волноваться сильнее.

Вера не просто ее коллега, она уже стала ей близким другом.

Вера не хотела, чтобы Молина беспокоился о ней, поэтому выдавила из себя улыбку и сказала:

— Забудь обо мне пока, расскажи мне, что ты видела в Цзиньлине.

Молина вздохнула и какое-то время молча стояла, но наконец под умоляющим взглядом Веры смиренно вздохнула.

— Что ты хочешь знать?

Девушка застенчиво спросила:

— Все, что угодно, о нем. Он так давно уехал из Принстона, у него все хорошо?

Глава 873. Сотрудничество

24 декабря.

День перед Рождеством 2021 года стал для полупроводниковой промышленности необычным.

В фонд исследований и разработок полупроводниковой промышленности 100 миллиардов, словно новогодний подарок.

А также, по слухам, определилось место для пятого по величине промышленного центра полупроводниковой промышленности.

Согласно последним опубликованным документам, центр планировали создать в центральном регионе Китая!

С Цзянчэном и Синчэном в качестве центров на карте были разбросаны пять промышленных центров по производству полупроводников. Десятки компаний, производящих электронику и стоимостью в миллиарды юаней, обосновывались там одна из другой.

В отличие от прошлого, лишь несколько ведущих компаний промышленности расположились в провинции Хубэй, такие как Huawei, Unisplendour и Changdian Technology. Этим компаниям также запретили принимать иностранные капиталовложения.

Это стало довольно необычно.

Особенно с учетом существования множества передовых полупроводниковых компаний, таких как Samsung и Intel, местные с радостью пригласили бы их.

Присутствие гигантской полупроводниковой компании не только обеспечит большое количество рабочих мест, но и улучшит экономику.

Однако в этот раз все по-другому.

Этот центр не только находился в непосредственном ведении правительства, но в этом районе были дислоцированы войска для охраны.

Местные жители только увидели, как стремительно проложили шести полосную автостраду, а затем проехали грузовики с логотипами крупных компаний под военным конвоем внутрь промышленного района с высокими стенами.

Создавалось впечатление, что все вовлеченные компании работали как шестеренки, крутящиеся в установленном порядке.

Такое масштабное движение тут же привлекло внимание внешнего мира.

Иностранные СМИ высказывали предположения, что Китай объединяет высокотехнологичные компании для разработки мощного электронного оружия. Другие предполагали, что Китай обнаружил огромные запасы полезных ископаемых на Луне, и они увеличили свои субсидии полупроводниковым компаниям, чтобы сохранить свое преимущество на Луне.

Даже ходили нелепые слухи о том, что Китай получил сигнал от инопланетян и тайно строил космический корабль…

Слухи распространялись со скоростью лесного пожара, и было трудно понять, где в них правда.

Как бы то ни было, китайская полупроводниковая промышленность оказалась в центре внимания…

………………….

Цзиньлинский университет.

В кабинетах было оживленнее, чем обычно.

Молодой профессор в очках в черной оправе сидел на углу своего стола. Он отдавал распоряжения студентам, которые развешивали рождественские украшения.

Ло Вэньсюань посмотрел на наполовину украшенный офис и вдруг сказал:

— Нам нужен камин, Рождество без камина не Рождество.

Аспирант принес картонную коробку с украшениями и ответил:

— Но, профессор, у нас не хватит бюджета.

— Не хватит? — Ло Вэньсюань нахмурился и потер подбородок. — Мне казалось, что у нас много средств на исследования.

Аспиранты ошеломленно замерли.

Украшать кабинет на финансирование для исследований…

Несколько лет назад это было бы нормально, но в последнее время за исследовательскими фондами пристально следили…

Внезапно они услышали, как открылась дверь кабинета.

Все в офисе посмотрели на человека, стоявшего в дверном проеме.

Лу Чжоу оглядел украшенный кабинет и на мгновение впал в ступор, прежде чем встретился взглядом с Ло Вэньсюанем.

Лу Чжоу молча держался за дверную ручку.

— Извиняюсь, похоже я не вовремя.

Лу Чжоу уже собирался закрыть дверь, когда подошел Ло Вэньсюань и остановил его.

— Нет, нет, все нормально, ты пришел как нельзя вовремя! Я как раз собирался показать тебе свой кабинет. — Ло Вэньсюань посмотрел на записную книжку в руках Лу Чжоу и с любопытством спросил. — А это что?

— Записная книжка профессора Фальтингса, он отдал ее мне перед отлетом.

Лу Чжоу не собирался ничего скрывать.

Он открыл ее и нашел нужную страницу, а потом продолжил:

— Открытие, о котором ты упомянул тогда, не случайно. Дайсон не единственный, кто заметил эту связь, даже профессор Фальтингс заметил связь между гипотезой Римана и квантовой физикой.

— Ну-ка дай посмотреть…

Ло Вэньсюань взволнованно посмотрел на страницу, а его любопытство вскоре сменилось недоверием.

— Невероятно… —Ло Вэньсюань впился взглядом в страницу и взволновано сказал. — Даже профессор Фальтингс считает, что гипотезу Римана можно решить с помощью методов физики? Моя гипотеза верна!

— Нет, Фальтингс так не считает. Но хочу сказать, что, возможно, это могло бы сработать, но это сложнее, нежели использовать математику. Мы понятия не имеем, каковы собственные значения случайных эрмитовых матриц, не говоря уже о значениях их квантовой системы. — Лу Чжоу пожал плечами. — Но мне любопытно, почему нетривиальные нулевые точки дзета-функции Римана связаны с собственными значениями случайной эрмитовой матрицы. И достаточно согласованно… У тебя есть какие-нибудь предположения?

Ло Вэньсюань погрузился в глубокое раздумье.

Через некоторое время он сказал.

— Не знаю, дзета-функция Римана вне моей области… Но ты напомнил мне о гипотезе БДШ, согласно которой квантовая система, описываемая случайной эрмитовой матрицей, соответствует классической хаотической системе в классическом пределе.

Гипотеза БДШ также известна как гипотеза Бохигаса — Джаннони — Шмита. Это одна из наиболее важных проблем в области ядерной физики и теоретической физики. Ее доказали различные численные расчеты, но до сих пор никто не дал строгого доказательство.

Ло Вэньсюань некоторое время смотрел в записную книжку, а потом перевел взгляд на Лу Чжоу и спросил:

— Ну, а ты что? Что думаешь лежит в основе гипотезы Римана?

— Предполагаю, что это может быть неизвестная квантовая система. Она определенно отличается от знакомой классической хаотической системы… Возможно, мы сможем использовать ее и найти вещи, выходящие за рамки стандартной модели. — Лу Чжоу сделал паузу, а потом спросил. — Хочешь поработать вместе?

Глава 874. Протащи меня

Ждать ответа долго не пришлось.

Лу Чжоу даже показалось, что Ло Вэнсюань даже не обдумал ничего.

Ло Вэнсюань тут же взволнованно ответил:

— Да! Я тоже считаю это весьма интересным… Возможно, мы даже откроем новую физику!

Независимо от того, что скрыто за тайной, этот вопрос заслуживал внимания любого физика-теоретика.

Даже если бы Лу Чжоу не пригласил его работать вместе, он бы самостоятельно изучил бы этот вопрос. Но теперь, когда обладатель Филдсовской и Нобелевской премий, предлагает ему работать вместе, он не откажется от совместной работы.

На самом деле, он с радостью будет сотрудничать.

Лу Чжоу поразил возбужденный взгляд его друга.

Поняв, что Ло Вэньсюань не шутит, Лу Чжоу заговорил.

— Тогда я распределяю обязанности… Ты будешь отвечать за изучения вопроса в области теоретической физики. Я буду работать над дзета-функцией Римана

Хотя Лу Чжоу раньше занимался теоретической физикой, его исследования были сконцентрированы на расчетах. Кроме того, исследование дзета-функции Римана отнимало большую часть его времени, не говоря уже о том, что он все еще был главным конструктором Комитета по строительным работам на лунной орбите. У него просто не было времени заниматься теоретической физикой.

— Отлично… — Ло Вэньсюань ударил в плечо Лу Чжоу кулаком. — Ты протащишь меня.

— В плане протащу, ты тоже выполнишь свою часть работы, — Лу Чжоу оглядел офис. — В любом случае… Что ты делаешь со своим кабинетом?

Ло Вэньсюань улыбнулся:

— Я просто украшаю его. Разве не Эйнштейн говорил, что неожиданные сюрпризы в жизни улучшают настроение, а хорошее настроение приносит вдохновение.

— Уверен, что Эйнштейн никогда этого не говорил.

Ло Вэньсюань рассмеялся:

— Неважно, кто это сказал, главное, что это правда.

Хотя временами Ло Вэньсюань казался ненадежным, он был довольно талантливым.

В конце концов, он ученик Виттена. Даже если ему потребовалось много времени, чтобы выпуститься, это потому, что требования Виттена слишком высокие, к тому же он тогда был еще незрелым.

Что касается его научных достижений, то у него было четыре докторских работы и одна научная опубликованная статья, что довольно впечатляюще, учитывая его возраст.

А получить результаты исследований в области теоретической физики трудно, в отличие от других областей физики. Даже без его квалификации, полученной в Принстоне и ЦЕРНе, один только его опыт мог бы помочь ему попасть в государственную программу поддержки молодых ученых.

Лу Чжоу покинул кабинет Ло Вэньсюаня и вернулся к себе в кабинет.

По сравнению с кабинетом Ло Вэньсюаня, в его кабинете все еще царила научная атмосфера. Его ученики и помощники всегда усердно работали, по крайней мере, когда он находился в кабинете.

Но из-за этого Лу Чжоу чувствовал, что…

«Здесь не так оживленно, как в кабинете Ло Вэньсюаня?»

Лу Чжоу сидел за своим столом и вспоминал, что сказал Ло Вэньсюань. Он оглядел свой скромно обставленный кабинет и задумался, после чего сказал:

— Сейчас праздники.

В кабинете стало необычно тихо.

Никто не понимал, что подразумевал Лу Чжоу, поэтому ответа не последовало.

Лу Чжоу помолчал еще немного, а потом спросил:

— Следует ли нам… украсить кабинет?

Лу Чжоу искал ободрения.

Однако…

В кабинете по-прежнему царила тишина.

Поскольку никто ему не ответил, Лу Чжоу немного смутился. Он положил записную книжку в ящик стола, собрал свои вещи и пошел есть.

Однако, как только он вышел за дверь, кабинет ожил.

— Я правильно расслышал, профессор Лу хочет… украсить кабинет? — переспросила студентка магистратуры с удивленным взглядом.

Сидящий рядом с ней аспирант в квадратных очках сказал:

— Похоже свиньи научаться летать! Не ожидал, что профессор Лу любит праздники.

— Это потому, что ты недостаточно хорошо его знаешь, — сказала Линь Юйсян, отложив ручку. Она с гордостью добавили. — Хотя профессор Лу всегда равнодушен ко многим вещам, если узнаете его поближе, вы поймете, что на самом деле он открытый и разносторонний человек.

Кун Цзе закатила глаза от её слов.

«Ты лишь пару раз приносила ему еду».

«Почему ты говоришь так, будто с ним очень близка?»

Однако студентка оказалась доверчивой, и она с любопытством спросила:

— Например?

— Например, когда он заказывает еду.

— Заказывает еду… Я беспокоюсь о здоровье профессора Лу, постоянно питаться фастфудом не очень хорошо.

— Да-да, ему просто следует найти девушку, которая будет готовить для него.

Если три женщины соберутся вместе, то их уже не остановить. Только они говорили о том, что ест профессор Лу, когда уже начали общаться на тему какие девушки нравятся профессору Лу.

Чжао Хуань, которая обычно не участвовала в разговоре, посмотрела на трех болтающих девушек и сказала:

— Эм…

Линь Юйсян посмотрел на нее с улыбкой и спросила:

— Что случилось?

— Мне кажется, что это очень похоже на обсуждение старушек у подъезда…

— …

Разговор прекратился.

В кабинете снова воцарилась тишина.

Никто не говорил о вкусах профессора Лу или планах по украшению кабинета.

Хань Мэнци, сидевшая за своим столом, не участвовала в разговоре. Она вздохнула и повертела ручкой в руке.

«Уже почти Рождество…»

Хотя она не праздновала этот праздник, когда она увидела фотографии своих подруг с парнями, она не могла немного не ревновать.

— Раздражает…

Хань Мэнци почесала затылок и вздохнула.

Иногда она не знала точно, что ее расстраивает, но просто отчего-то грустила.

«Интересно, будет ли сестренка отмечать с Лу Чжоу Рождество?»

Хотя это не имело к ней никакого отношения, она все равно хотела, чтобы Чэнь Юйшань была с Лу Чжоу.

Но при мысли об этом, она почему-то расстраивалась еще сильнее…

Глава 875. Похожи

Ничего из того, что ее беспокоило не произошло.

Той ночью она ворочалась и пыталась заснуть. В итоге решила проявить инициативу и отправить сообщение Чэнь Юйшань, после чего договорилась вместе с ней фильм на следующий день.

Что касается Лу Чжоу, то у него не было никаких планов на Рождество. Как обычно, он сидел в своем кабинете и делал тоже, что и обычно.

Живя в Принстоне, он обычно праздновал Рождество, но вернувшись в Китай перестал.

Скорее всего, потому что ему было не с кем праздновать.

Ведь большинство иностранных праздников были как День святого Валентина. Людям, у которых не было второй половинки, держались от них в стороне.

Но внезапно он увидел, как перед ним появился билет в кино.

— Пойдешь в кино?

Лу Чжоу поднял глаза и увидел Ло Вэньсюаня с билетом в руке, он безумно подмигивал ему, словно на что-то намекал.

Лу Чжоу заколебался.

Мне кажется… Он просит отказаться мне?

Лу Чжоу немного неуверенно ответил:

— Я занят?

— О, ты занят? А я купил два билета, хотел сходить с тобой. — Ло Вэньсюань почесал затылок и оглядел кабинет в поисках Кун Цзе. — Так неудачно…

— …

Как это можно вынести.

Меня сейчас вырвет.

Тебе же не пятнадцать, как можно использовать настолько старый трюк.

Помощница Кун, сидевшая у окна, вообще никак не отреагировала. Она даже не замечала, что происходит. Ло Вэньсюань уже собирался сдаться, когда случайно пришла Линь Юйсян.

— Сеанс в полночь? — Спросила Линь Юйсян, посмотрев билет, а потом подозрительно взглянула на Ло Вэньсюаня. — Вы зовете профессора Лу посмотреть фильм в полночь?

— Два парня смотрят фильм в полночь, когда даже не премьера…

Лу Чжоу, который пил чай, чуть не выплюнул все.

Боже, ты совсем дикий!

Полуночный сеанс на первом свидании?

Ло Вэньсюань, стоявший у стола Лу Чжоу, быстро начал объяснять.

— Нет, эм… Просто он дешевле.

Однако его слова не прозвучали правдоподобно.

Не говоря уже о том, что это объяснение слишком глупое.

Профессор, получающий финансирование в десятки миллионов, беспокоится о цене билета в кино?

Какая-то шутка!

Помощница Линь вдруг вспомнила, что Ло Вэньсюань всегда приходил в кабинет профессора Лу без каких-либо намерений. Самое большее, он выпивал немного чая.

Может быть… Ло Вэньсюаню нравится профессор Лу?

Ло Вэньсюань тут же пожалел о сказанном.

Но уже было поздно.

Он заметил, как несколько человек в кабинете начали странно смотреть на него.

Реакция помощницы Кун задела его больше всего. Ее удивленный взгляд, словно стрела, пронзил его сердце.

Я не против тех, кто имеет подобные вкусы, но я не такой!

Линь Юйсян сказала:

— Вы потратили столько денег на украшение своего кабинета, но не хотите потратиться на билеты в кино?

— …

Ло Вэньсюань уже не хотел ничего отвечать.

Линь Юйсян увидела, что профессор Ло замолчал, и внезапно улыбнулась.

— А может я у вас выкуплю билеты и пойду с профессором Лу посмотреть кино.

Ло Вэньсюань просто хотел прояснить недоразумение, поэтому он сразу же ответил:

— Хорошо, я не возражаю.

Хань Мэнци была ошарашена.

Лу Чжоу посмотрел на хаос в кабинете и громко кашлянул.

— А никто не думал спросить мое мнение?

Линь Юйсян с предвкушением посмотрела на Лу Чжоу, сложив руки перед грудью.

— М-м…

Лу Чжоу сказал:

— У меня нет времени, я не пойду.

— …

Кун Цзе у окна громко рассмеялась.

Этот смех развеял неловкую атмосферу в кабинете.

Вновь воцарилась тишина. Лу Чжоу посмотрел на застывшего перед его столом Ло Вэнсюаня и покачал головой.

Ему следует… просто сдаться.

………………………………

Лу Чжоу не хотел смотреть кино.

Не говоря уже о сеансе в полночь.

Кроме математики, не было ничего, ради чего он мог бы засиживаться до 12 часов ночи. Возможно, если только, еще физика.

Лу Чжоу работал до заката. Когда уже большая часть сотрудников ушли, Лу Чжоу потянулся и встал.

В тот момент ему поступил звонок по WeChat.

Он взглянул на свой телефон и ответил на видеозвонок Сяо Тун.

Тут же он увидел знакомое лицо.

— Брат! Я соскучилась!

Сяо Тун в пижаме взволнованно поднесла телефон к лицу.

Они не виделись больше года.

Она немного похудела, но в остальном никак не поменялась.

Лу Чжоу посмотрел на свою сестру и улыбнулся.

— Если соскучилась, то просто посмотри в зеркало. Даже если мы не одинаковы, у нас одна мать, мы похожи.

— Да, но я получилась лучше!

Лу Чжоу улыбнулся и ничего не сказал.

Было бесполезно с ней спорить, тем более он знал кто вышел лучше.

— Ладно, зачем ты вдруг позвонила мне?

Сяо Тун немного помолчала и надулась.

— Брат, скоро Новый год.

— Да.

— Я хочу подарок!

— Без проблем. — Лу Чжоу улыбнулся. — Говори, что хочешь, если я смогу себе это позволить.

— Ха-ха, хорошо, тогда я пришлю тебе свой список желаний.

Внезапно Лу Чжоу увидел уведомление на своем телефоне. Выскочило текстовое сообщение от Сяо Ая.

«Хозяин, вам пришло письмо. ~(๑•̀ᄇ•́)و✧»

Что же там за список?

Зачем было отправлять его по почте.

Однако Лу Чжоу не волновался. Он мог бы легко купить ей дом или два, не нанеся ни малейшего ущерба своему банковскому счету, не говоря уже о брендовых сумках и одежде.

Лу Чжоу открыл письмо и увидел заголовок.

Однако, когда он увидел вложение в письме, он замер.

«Исследование влияния политики социального обеспечения на макроэкономику на основе модели Бьюли».

Он и раньше немного слышал о модели Бьюли. Когда учился в Принстоне, нобелевский лауреат по экономике рассказал ему про нее. Как говорилось, это одна из самых сложных и передовых моделей.

Если ее запустить на модели Krusell & Smith Bewley то это может занять несколько часов. Разработка всей математической модели может занять годы.

По сравнению с этими макроэкономическими моделями соревнования по математическому моделированию выглядели детской забавой.

Однако Лу Чжоу вообще мало что знал о модели Бьюли. В конце концов, большинство его друзей в Принстоне занимались чистой математикой, и деньги их не интересовали.

В лучшем случае, они немного сильнее были заинтересованы в трате денег.

Лу Чжоу внезапно понял, что происходит. Он посмотрел в телефон и сердито сказал:

— Делай свою домашку сама!

Черт возьми!

Просить обладателя Филдсовской премии сделать домашнюю работу магистра звучит как нелепая шутка!

— Но, брат!

— Бесполезно строить милые лица, такое не прокатит.

Сяо Тун нахмурилась:

— Это слишком сложно, я не специалист в математике… Я не знал, что мне поручат такой сложный исследовательский проект, просто помоги мне, пожалуйста.

Лу Чжоу ей не поверил. Он покачал головой и ответил:

— Насколько сложной может быть магистерская работа?

— Посмотри вложение! Ты убедишься, что это тяжело.

Лу Чжоу больше не мог выносить нытья Сяо Тун, поэтому вздохнул и посмотрел на компьютер. С неохотой он решил посмотреть.

Однако открыв вложение, он удивился.

Хотя он не очень разбирался в экономической теории, математическая модель, показанная в проекте, определенно выходила за пределы возможностей студента магистратуры.

Даже его аспиранту Хэ Чанвэню потребовалось бы некоторое время, чтобы разобраться с этой моделью.

— Кто у тебя руководитель… Любому, кто не занимался функциональным анализом, потребуется много времени на освоение этой модели.

— Я же говорила, это невозможно!

— Уверена, что руководитель дал именно это задание?

Сяо Тун кивнула:

— Да! Я что сошла с ума, чтобы брать такую сложную темы для своего диплома?

Лу Чжоу задумался и сказал:

— Давай поступим так, я не могу написать за тебя диплом, это твоя обязанность. Но я могу написать его в соавторстве с тобой. Ты можешь заниматься экономической теорией, а я буду заниматься математикой.

— В самом деле? Ты согласен?! Ура, надежда еще есть! Люблю тебя! — Сяо Тун поцеловала экран телефона и легла на свой диван, улыбаясь. — Ты самый лучший!

— Ладно, хватит, кроме того, у меня есть одна просьба.

Сяо Тун вскочила с дивана:

— Давай, я сделаю все, что угодно, тебе нужна девушка? В соседнем кабинете полно пышногрудых блондинок.

— Не это. Ты можешь опубликовать работу, после ее завершения. Ты можешь решить, кто будет первым или вторым автором, но я должен быть ответственным автором.

Когда Сяо Тун услышала просьбу Лу Чжоу, она на мгновение замолчала, а потом нахмурилась.

— Но… Боюсь, что мой руководитель не согласится. Я вот-вот закончу университет, а что, если он не позволит мне выпуститься?

Когда дело доходило до научных кругов, студенты были рабами своих руководителей.

Никто не осмеливался публиковать статью без разрешения руководителя. Поступать так просто не желать диплома.

Сяо Ай боялась, что она не закончит университет.

Лу Чжоу знал, что Сяо Тун скажет это, но его это не беспокоило.

Он улыбнулся и ответил:

— Скажи ему про это и посмотрим, что будет.

Глава 876. Сделано за час

Хотя Лу Чжоу не особо разбирался в экономике, в таком месте, как Принстон, любая область, соприкасающаяся с математикой, изучалась математиками.

Особенно такая область, как экономика.

Очень трудно создавать новые экономические теории, используя традиционные методы.

Поэтому, если кто-то хотел создать выдающиеся экономические теории, математика была единственным путем. Хотя традиционные экономисты критиковали такой подход, он помог множеству студентов получить степень.

В действительности математика спасительный инструмент для любой области. Насколько ценные данные можно было извлечь из нее зависело от ученых в конкретных областях, как хорошо они применяли математические инструменты и интегрировали их в свою работу.

Следовательно, даже если Лу Чжоу не интересовался экономикой, он, сидя в кафе Принстонского института, обсуждал некоторые из наиболее простых математических задач с профессорами экономики.

Проработав много лет в Принстоне, Лу Чжоу пообщался с бесчисленным множеством известных личностей в области экономики.

Он не только общался с лауреатами Нобелевской премии, но даже дружил с редакторами Nature и Science.

Любой нормальный человек не захочет оскорблять Лу Чжоу, чтобы препятствовать кому-то получить магистерскую степень.

Что касается того, почему Лу Чжоу захотел стать ответственным автором…

То, хотя его не волновало его авторство в работе, он просто не хотел, чтобы научный руководитель Сяо Тун воспользовался ею.

Даже если Сяо Тун все еще немного волновалась, видя, насколько уверен в себе ее брат, она больше не стала спорить. Поговорив некоторое время о том, как поживают родители, Лу Чжоу почувствовал голод и закончил звонок.

Лу Чжоу закрыл ноутбук и достал телефон, чтобы заказать еду, потом открыл работу Сяо Тун и начал читать ее.

— Давайте посмотрим…

Хотя он был не особо знаком с моделью Бьюли, все, что связано с математикой, для него проще простого.

В конце концов, какой бы сложной ни была модель, она менее сложная и хаотичная, чем система турбулентности плазмы. Модель Бьюли намного проще по сравнению с уравнениями Навье — Стокса и системой турбулентности плазмы.

Лу Чжоу мог с уверенностью сказать, что он ведущий мировой эксперт в функциональном анализе.

А иногда размышления над простыми задачами помогали ему в исследованиях.

Ожидая доставку, он решил убить время над простыми задачами.

С ручкой в одной руке и мышкой в другой Лу Чжоу быстро прочитал статью и начал писать расчеты.

— Это простой вопрос, но интересный… С кем-то вроде я обсуждал этот вопрос в Принстоне? Я не помню.

— Зачем она использует метод множителей Лагранжа для решения каждого шага в процессе оптимизации?

Лу Чжоу говорил сам с собою, просматривая расчеты в работе.

Прошло несколько секунд.

— Просто можно использовать метод эндогенной сетки…

Лу Чжоу что-то бормотал себе под нос, записывая строку вычислений.

— Метод эндогенной сетки также немного сложен. Оптимизация исходной математической модели позволяет сэкономить не менее 20% вычислений… Может быть, даже 25%.

Эта проблема даже не считалась проблемой.

Лу Чжоу вдохновился прямо перед финишем.

Он записал последнюю строку уравнений и откинулся на спинку. Он направил камеру своего ноутбука на свои записи.

— Сяо Ай, разберись за меня. Также используйте модель Бьюли для компиляции нового алгоритма для моей модели.

«Хорошо~»

Сяо Ай был так же быстр, как и Лу Чжоу, он просмотрел записи и вскоре разобрался с математической моделью. Он даже исправил некоторые возможные недочеты и опечатки, что допустил Лу Чжоу.

Лу Чжоу посмотрел на итог и, убедившись, что ошибок нет, кивнул.

После чего модель была загружена на квантовый компьютер, расположенный под землей в Институте перспективных исследований. Через несколько секунд квантовый компьютер закончил вычисления.

«Компиляция алгоритма завершена! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

«Используя 12 777 наборов случайных параметров, результаты численных расчетов улучшенной математической модели согласуются с исходной моделью. Разброс снижен на 13%, эффективность расчета выше на 21%. ♪ (^ ∇ ^ *)»

Он не знал, что означал разброс, но эффективность вычислений выше на 21% было именно тем, чего он ожидал.

Использовать для магистерского диплома квантовый компьютер какое-то читерство.

Ладно, кого это волнует.

Это для моей сестры.

Кроме того, электроэнергия в любом случае дешевая…

Лу Чжоу посмотрел на компьютер и сказал:

— Отправьте письмо в ответ, приложи математическую модель и алгоритм.

«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

Лу Чжоу посмотрел на сообщение и внезапно кое-что вспомнил.

— Кстати, не использовать смайлики в письме, просто отправь обычное письмо.

«[Σ (っ°Д°;) っ»

М?

Хотя Лу Чжоу не понял, что хотел сказать Сяо Ай этим смайликом, он не хотел портить свой образ умного и надежного старшего брата, отправляя смайлики своей младшей сестре.

Прошло пять минут.

Он получил ответ от Сяо Тун.

Ответ был очень коротким, в нем содержалось всего три символа…

«???»

Лу Чжоу посмотрел на знаки вопроса и ухмыльнулся.

Она, скорее всего, не ожидала, что я решу ее проблему за один час.

— Кстати, прошел один час, где моя еда?

Лу Чжоу потер живот и достал телефон. Он уже собирался позвонить курьеру, когда увидел, что его заказ доставили двадцать минут назад.

Что за черт?

Кто взял мой заказ?

Он так сосредоточился на задаче, что не смотрел на телефон.

Лу Чжоу недоумевал. Внезапно он услышал, как в дверь кабинета постучали. Ван Пэн вошел с пакетом в руках.

— Твой тушеный цыпленок с рисом. — Сказал Ван Пэн, ставя пакет на стол. Он вздохнул и добавил. — Могу кое-что сказать? Если ты захочешь что-нибудь съесть, я куплю это для тебя. Перестань заказывать еду, ты только доставляешь мне лишние хлопоты.

— Просто удобнее делать заказ по телефону. — Лу Чжоу достал коробку из пакета. — А почему ты забирал еду?

— Так безопаснее.

— Значит, мой уровень безопасности снова повысился?

Ван Пэн кивнул.

— Да.

У Ван Пэна не было причин скрывать это.

Точно также, когда исследования термоядерного синтеза достигли пика, военные усилили уровень безопасности Лу Чжоу. Это продолжалось до тех пор, пока термоядерный реактор не был подключен к электросети.

Хотя сейчас ситуация не такая экстремальная, как тогда, углеродные чипы определяли будущее китайской полупроводниковой промышленности, поэтому нужно было соблюдать осторожность.

Открывая одноразовые палочки для еды, Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна.

Ван Пэн немного смутился от такого взгляда, поэтому Лу Чжоу кашлянул и спросил:

— Ты же… Не проверял ее… Откусывая?

У Лу Чжоу была небольшая гермафобией…

С каким-нибудь хот-потом проблем не было, но в остальных случаях ему не нравилось, когда прикасались к его еде.

— Конечно, нет! — Ван Пэн удивился вопросу. — На дворе двадцать первый век, кто еще так делает? Не волнуйся, доктор Ян провела простой тест, который показал, что все безопасно…

— …

Черт!

Вы проверяли мою еду на бактерии?! Неудивительно, что потребовалось так много времени, чтобы донести её!

Я чуть не оставил курьеру плохой отзыв.

Выслушав объяснения Ван Пэна, Лу Чжоу не знал, как реагировать.

Доктор Ян действительно проверила еду…

Но в прошлом она поступила не очень красиво.

Лу Чжоу до сих пор помнил, как год назад она сделала глоток его кока-колы.

Она даже не спрашивала, а просто взяла его банку.

Лу Чжоу посмотрел на коробку с едой и задумался.

Следует ли мне это есть или нет?

Что мне делать…

Глава 877. Рост

В конце концов, столкнувшись с урчащим животом, Лу Чжоу все же сдался и решил не думать о том, что происходило с его едой. Он мгновенно съел все.

Тушенный цыпленок с рисов лучшее, что есть из фастфуда.

Еда полностью удовлетворила вкус и желудок Лу Чжоу.

Пока Лу Чжоу ел, Сяо Тун, которая находилась в Оксфордском университете, просматривала математическую модель и алгоритм, ее брата.

Несмотря на странные смайлики в письме…

Математическая модель полностью подорвало ее понимание функционального анализа и статистики, и полностью разрушило ее понимание модели Бьюли.

Трудно описать ее потрясение.

Словно все ее представление о предмете было ограничено одной комнатой, но как только открыли дверь, перед ней открылся новый мир.

Но больше ее потрясло то, что Лу Чжоу сделал все за час…

Она услышала шаги за дверью кабинета.

Дважды постучав, женщина лет тридцати открыла дверь и вошла.

Она была в серо-черном профессиональном костюме и с короткими волосами. Судя по тому, как легко она вошла в кабинет, она сюда часто приходила.

Ее звали Энсли, и она также занималась исследованиями под руководством профессора Фостера. В прошлом году она получила степень магистра и сейчас была аспирантом.

— Тун, профессор Фостер попросил меня узнать у тебя, сможешь ли ты представить магистерскую до окончания рождественских каникул?

Сяо Тун все еще смотрела на экран компьютера и безучастно кивнула.

— Смогу…

Что еще она могла ответить.

Ей просто нужно разобраться с содержанием и отправить ее в журнал, возможно, она даже сможет поехать домой на Новый год…

Если успеет купить на самолет.

— Ты правда сможешь? — Энсли удивилась, и она тихо добавила. — Профессор также сказал, что, если не сможешь, то можешь взять эту тему для докторской в аспирантуре.

Сяо Тун очнулась от предыдущего шока и поняла на что намекала Энсли. Она немного поколебалась, прежде чем покачала головой.

— Передай профессору, что я благодарна ему, но, даже если я собираюсь продолжить свою академическую карьеру, я все же мечу на более высокое место.

Сяо Тун поняла, что профессор не хотел, чтобы она уходила.

Профессор Фостер много раз пытался убедить её делать докторскую под ее руководством.

Что касается причины…

То это все было из-за ее брата…

Энсли вздохнула и попыталась переубедить Сяо Тун.

— Но думаю, что профессор Фостер проделал отличную работу в направлении макроэкономики. Кроме того, ты знаешь, что разница в нашей области часто заключается не в способностях, а в возможности.

Сяо Тун глубоко вздохнула и сказала:

— Ты знаешь, кто такой Лу Чжоу? Он мой брат.

Разговор резко прекратился.

На несколько секунд в кабинете воцарилась тишина.

— Я… знаю. — Энсли пожала плечами. — Я признаю, что у тебя отличный брат, намного лучше, чем мой, который научился готовить блины только в прошлом году. Но почему ты заговорил о нем?

Сяо Тун ответила с легким разочарованием в голосе:

— Пока я иду по университету, кто-нибудь посмотрит на меня и скажет это сестра Лу Чжоу. Все называют меня сестрой Лу Чжоу… — Она глубоко вздохнула, посмотрела в потолок. — Эти лицемеры, меня тошнит от них.

Подобное случалась не только в Оксфорде, то же самое происходило и в Цзиньлинском университете.

Хотя она была благодарна всем за доброту к ней, но ей казалось, что ей все давалось слишком просто.

Из-за брата ее жизнь напоминал сплошной обман. Она могла получить любую стипендию, поучаствовать в программе по обмену или на конференции, на которые подала бы заявку.

Для поступления в Оксфорд ей понадобилось лишь рекомендательное письмо. Все профессора хотели ее к себе.

Это конечно хорошо.

Она знала, как ей повезло.

Однако, даже если она благодарила брата за все, что он для нее сделал, она не хотела жить под его покровительством всю жизнь.

Даже если это звучала хорошо, но так она никогда не сможет вырасти и по-настоящему реализовать себя.

Это не та жизнь, которую она хотела.

Энсли открыла рот и не знала, что сказать.

Она вдруг почувствовала, что не знает Сяо Тун, словно никогда раньше не встречала ее.

Через некоторое время она неуверенно произнесла:

— Может… Ты слишком эмоциональна?

Сяо Тун пристально посмотрел на нее и решительно сказала:

— Я не такая, разве профессор Фостер принял меня из-за моих способностей? Нет! Скорее всего, он даже не запомнил мое имя, но он никогда не забудет имя моего брата. Я хочу достичь чего-то, что признают другие. По крайней мере, для того, чтобы они перестали называть меня сестрой Лу Чжоу. Чтобы они называли меня госпожой Лу или Сяо Тун!

Энсли посмотрела на решительное лицо Сяо Тун и поняла, что ее невозможно переубедить.

Честно говоря, Энсли впечатлилась ее словами.

Однако она не знала, что Сяо Тун имел в виду под более высоким местом.

Разве в любом другом университете не то же самое?

Мир экономики тесно связан с миром математики. Даже если она бросит Оксфорд и поступила в Кембридж, ничего не измениться.

— Но… Если не Оксфорд, то куда тогда?

— В Принстон! — Энсли выглядела ошеломленно, поэтому Сяо Тун уверенно добавила. — Я надеюсь, что однажды я смогу стать таким же, как он, оставив свое имя в Зале славы!

Глава 878. Установка камина

На следующий день после Рождества в Цзиньлине пошел снег.

Это заставило Лу Чжоу вспомнить камин в его доме, когда он жил в Принстоне. Всякий раз, когда в Нью-Джерси шел сильный снег, он шел работать в гостиную. Он усаживался на ковер перед камином и облокачивается на диван, погружаясь в исследования.

Хотя он еще не настолько стар, чтобы погружаться в подобную ностальгию…

Когда он увидел, как за окном падает снег, он не мог не скучать по этому времени.

Лу Чжоу сидел в гостиной. Он взял палочками дамплинг, обмакнул его в уксус и съел. Смотря на белые сосны за окном, он вдруг сказал:

— Я хочу поставить здесь камин.

Ван Пэн задумчиво осмотрелся и спросил:

— Разве тут недостаточно тепло?

Лу Чжоу странно взглянул на него:

— Почему должно быть холодно, чтобы ставить камин?

Слегка ошеломленный Ван Пэн беспомощно ответил:

— Я просто спросил… Тебе нужна какая помощь от меня?

— Нет, если только ты не знаешь, как класть кирпичи.

Хотя это была шутка, Ван Пэн отнесся к ней серьезно, немного подумав, он ответил:

— В штабе есть специалисты в этой области.

— Ты джинн?

Почему у тебя есть все?

— М?

В конце концов, Лу Чжоу не стал просить военных построить для него камин. Вместо этого он связался с компанией, которая построила Институт перспективных исследований.

В конце концов, использовать государственные ресурсы для маленького камина немного излишне.

Лу Чжоу особенно не любил две вещи. Это беспокоить других и переживать из-за мелочей.

Кроме того, что он красивее и умнее, он никогда не считал себя лучше других и не нуждался в особом отношении.

Ему было бы комфортнее, если другие к нему относились по-обычному.

Возможно, это одна из причин, почему он до сих пор был одинок.

Получив звонок от Лу Чжоу, строительная компания отнеслась к этому максимально серьезно.

Хотя в сравнение с проектами стоимостью в десятки миллионов небольшой камин был каплей в море, компания по-прежнему обладала высочайшим уровнем профессионализма. На следующий день они послали проектную группу в дом Лу Чжоу. А вечером прислали уже варианты дизайна и цены.

Там были камины в викторианском стиле, в современном стиле минимализма, а некоторые даже в классическом ретро-стиле из красного кирпича. Всего было 15 дизайнов, и каждый соответствовал планировке гостиной. Также к каждому камину прилагался шерстяной ковер ручной работы.

Посмотрев на цену, у Лу Чжоу появились сомнения, что компания заработает на этом заказе, скорее наоборот потеряет деньги.

Включая ковер, цена была всего в 5000 юаней, что Лу Чжоу захотелось узнать про цену.

— Вы уверены насчет цены?

Молодая продавщица профессионально улыбнулась и вежливо ответила:

— Все в порядке, не волнуйтесь, вы важный клиент нашей компании. Философией нашей компании всегда было предоставление наилучшего обслуживания по самой низкой цене.

Глядя на расценки и планировку, Лу Чжоу нахмурился и спросил:

— Мои расчеты могут быть не точны… Но почему прилагается ковер, стоимость которого в четыре раза превышает запрашиваемую цену?

Продавщица улыбнулась и ответила:

— Это скидка для вип клиентов.

— …

Какая к черту скидка.

Лу Чжоу не собирался мешать им экономить его деньги. Он немного поколебался и выбрал приглянувшийся дизайн.

— Тогда выбираю этот.

Продавщица обвела кружком дизайн, который хотел Лу Чжоу, и вежливо спросила:

— Хорошо, тогда мы установим его вам в кратчайшие сроки. Когда вам будет удобнее?

— В любое время, предпочтительно во второй половине дня… — Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна, который стоял рядом с диваном. — Ты свободен в эти дни?

Ван Пэн дал тот же ответ, что и всегда.

— Я доступен круглосуточно.

Лу Чжоу кивнул и посмотрел на продавщицу.

— Тогда каждый день с двух до шести часов… Сколько времени это займет?

Продавщица одарила его очаровательной улыбкой.

— Самое долгое три дня.

В действительности Лу Чжоу не пришлось ждать три дня, со дня подписания договора, на второй день камин уже установили.

Лу Чжоу вежливо отклонил предложение продавщицы бесплатно сделать подогрев пола. После того, как Лу Чжоу заплатил 5000 юаней, он попрощался со строителями. Затем он немедленно поджег купленный им бездымный древесный уголь и развел огонь в камине.

Лу Чжоу сидел на своем новом шерстяном коврике, прислонившись к дивану. Он слушал, как потрескивает огонь, и чувствовал тепло. Он зевнул, и ему захотелось спать.

— Как комфортно…

Он уже было готов заснуть, как зазвонил телефон.

Увидев имя звонящего, он тут же ответил на звонок.

С другого конца раздался голос.

— Сынок, ты как?

— У меня все хорошо, мама, я не так занят, как в прошлом году. — Непринужденно ответил Лу Чжоу. — А как у вас с папой дела?

Услышав сына, лицо Фан Мэй тут же засияло. Она с облегченной улыбкой ответила:

— Не беспокойся о нас, у нас все хорошо. Твой отец через несколько лет выходит на пенсию, поэтому ему особо делать на работе сейчас. Все, что он делает, так пьет чай и читает новости. Если бы я не заставляла его заниматься спортом, то даже боюсь представить, как бы он растолстел. Я просто позвонила, чтобы узнать, как у тебя дела, я ведь не оторвала тебя от работы?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— Конечно, нет, ты важнее работы.

— Не говори так, ты сейчас на подъеме своей карьеры, не зацикливайся на нас с отцом. Нам не надо, чтобы дети переживали за нас. Но я просто надеюсь, что ты не перегоришь, здоровье всегда самое важное… Кстати, ты занят после Нового года? Если занят, то мы с отцом можем приехать и позаботиться о тебе.

Лу Чжоу не хотел доставлять им еще больше хлопот, поэтому ответил:

— Нет, все нормально, я в порядке! В это время года я не занят, поэтому вернусь домой.

Фан Мэй вздохнула:

— Ты хорош во всем, но слишком вежлив.

Лу Чжоу был озадачен.

— Мам, о чем ты… Я не из вежливости, просто давно не был дома, и я соскучился по вам. В любом случае, не приезжайте в Цзиньлин, в этом году я вернусь домой.

Хотя его исследования важны, они не так важны, как его семья.

Не говоря уже о том, что гипотеза Римана не что-то, что он решит за ночь. Он только закончил с квазигипотезой, поэтому ему нужно некоторое время, чтобы остыть и расслабиться.

Конечно, что еще более важно, его родители старели и Лу Чжоу хотел проводить с ними как можно больше времени.

Также в лунном проекте все шло согласно плану, и ему не нужно давать особых распоряжений.

Если бы план нужно было изменить или случилось что-то неожиданное, он прекратил бы свои исследования и пошел выполнять свои обязанности.

Фан Мэй по голосу поняла, что Лу Чжоу и правда мог вернуться, поэтому расслабилась.

Она хотела, чтобы ее сын вернулся домой. Хотя у ее сына имелась большая вилла в Цзиньлине, она прожила в Цзянлине всю свою жизнь. Цзянлин ее родина, и все друзья их семьи жили тут.

Вот почему они так и не согласились переехать в Цзиньлин, хотя Лу Чжоу много раз предлагал им.

— Хорошо, я приготовлю пельмени, не работай целыми днями… Эх, раньше я говорила тебе усердно учиться, чтобы у тебя было хорошее будущее. Мы с твоим отцом никогда не думали, что все обернется так. Мы просто надеемся, что ты не сидишь целыми днями в лаборатории питаясь фастфудом. Если есть время, тебе стоит больше гулять и знакомиться с другими людьми.

Лу Чжоу кашлянул:

— Должен заметить, что не надо верить всему, что вы видите в документальных фильмах. Будь то математические или физические исследования, все равно приходится контактировать с другими людьми.

Идея осуществить что-то в одиночку за закрытыми дверями уже давно в прошлом.

Даже Лу Чжоу не смог прервать все внешние контакты с миром и запереться в комнате. Ему нужны были, по крайней мере, базы данных arXiv и другие литературные базы.

— В любом случае, я просто надеюсь, что ты счастлив. Мы с твоим отцом просто хотим внука. Это все, чего мы хотим.

— Эм… Давайте поговорим об этом позже, он определенно будет.

Фанг Мэй, казалось, не поверила Лу Чжоу, но она все еще улыбалась и говорила так, словно утешала саму себя.

— Я надеюсь на это…

— …

Хотя Лу Чжоу понимал, что его мама не пыталась давить на него, но он все равно почувствовал себя разбитым…

Глава 879. Специальный выпуск

На Рождество не произошло ничего особенного. Единственное, что обрадовало Лу Чжоу, кроме его нового камина, это ответ от Математических хроник.

В ответе главный редактор журнала вежливо сообщил, что две его статьи были опубликованы.

Как и планировалось изначально, две статьи, общая длина которых составляла 51 страницу, собирались публиковались в специальном выпуске журнала.

Когда профессор Фальтингс пересмотрел свое мнение и две статьи официально опубликовались, препринты с arXiv посыпались в журналы по аналитической теории чисел и комплексному анализу.

Все хотели, чтобы их статьи рассмотрели, как можно скорее.

Они хотели опубликовать свои статьи до того, как кто-то другой получит лучший результат. Ведь, если опубликуют более лучший результат, то прошлый уже не будет иметь ценности.

Поэтому, чтобы первыми опубликовать свои работы, многие аспиранты и неизвестные ученые отправляли свои статьи в более плохие журналы. С другой стороны, журналы установили специальную «опцию быстрого рецензирования» за что брали дополнительную плату.

Из-за этого эти журналы высмеяли на Mathoverflow. А некоторые известные математики даже призвали бойкотировать эти журналы, поскольку они не следуют правилам.

В то время как половина математического мира была занята отправкой своих статей, Цзиньлинский университет повесил большой красный плакат на входе. Он был в честь публикации специального издания академика Лу.

Теперь, когда квазигипотеза Римана доказана, значение ε медленно увеличивалось.

Люди задавались вопросом, насколько далеки математики от решения гипотезы Римана?

Но многие не сомневались, что гипотезу решат в течение их жизни.

Цзиньлинский университет, факультет математики.

Кабинет в конце коридора.

Постучав три раза, Декан Цинь открыл дверь и вошел в кабинет.

— Лу Чжоу, поздравляю! Я никогда не слышал, чтобы кто-то смог опубликоваться в двух спецвыпусках Математических хроник! Думаю, ты первый профессор в истории, удостоенный такой чести.

Лу Чжоу совсем не волновало это.

Сколько лет прошло с основания журнала и сколько лет насчитывает история математики…

Гордиться нечем.

Глядя на декана перед ним, Лу Чжоу отложил ручку из рук и вздохнул. Он посмотрел на декана Циня и сказал:

— Спасибо… Вы хотели обсудить это? Поздравление висит на входе. Если вы действительно не знаете, что еще там повесить, может используем место для рекламы и заработаем немного?

Декан, который только сделал глоток чая, чуть не выплюнул его.

Он закашлялся и поставил чашку. Он уставился на Лу Чжоу широко распахнутыми глазами.

— Это слишком! Тебе нужны такие маленькие деньги?

Доход всех профессоров университета, вместе взятых, даже не приблизились к доходу Лу Чжоу.

Не считая всего остального, только акции East Asia Power выросли в десять раз с тех пор, как их купил Лу Чжоу.

Не говоря уже о том, что, когда человек достигал уровня Лу Чжоу, деньги становились просто числом.

Лу Чжоу развел руками и сказал:

— Я просто подразумеваю, что надо быть более сдержанными. Выпуск журнала… Это не стоит такой огласки.

Декан Цинь покачал головой:

— Почему ты так, Математические хроники — один из четырех крупнейших математических журналов. Он более строг, чем Science и Nature. Молчу уже про специальный выпуск, я бы похвастался, если бы наш математический факультет смог опубликовать хотя бы одну статью в нем. — Декан улыбнулся. — В конце концов, Ты образец для подражания для множества студентов нашего университета. Это очень важно! Если тебя он смущает, то просто сделай вид, что его не существует. Тебе все равно он не навредит.

Лу Чжоу покачал головой и ничего не ответил.

Его это однозначно смущало, ему это не нравилось.

Декан Цинь, скорее всего, считал, что Лу Чжоу не будет против, если его фотографии расклеят по всему университета, поэтому так много хвастался.

— Кстати, как продвигаются твои исследования гипотезы Римана? Если не хочешь рассказывать, то сделай вид, что я не спрашивал.

— Мне нечего скрывать. Просто я не могу дать точную оценку результатов. — Лу Чжоу немного подумал и добавил. — Я могу сказать, что решу ее в течение трех лет.

Три года — немного слишком долго.

Лу Чжоу чувствовал, что сможет решить ее за год или два.

Однако, чтобы это не звучало слишком хвастливо, он сдержанно сказал про три года.

Но он не понимал, что для большинства людей утверждение о том, что они решили гипотезу Римана в течение трех лет, полностью расценивается как хвастовство…

— Понимаю, в течение трех лет. Надеюсь, к тому времени я не уйду. — Пошутил декан и тут же сменил тему разговора. — Кстати, ты получили приглашение на математический конгресс в следующем году? Ты планируешь там выступить?

— Еще не решил. — Ответил Лу Чжоу. — Если я поеду, то, скорее всего, это будет доклад о гипотезе Римана.

45 и 60 минутные доклады не обязательно должны были быть посвящены теме статьи. Это могла бы быть просто презентация о том, над чем ученый работал последние четыре года.

Неважно была ли опубликована работа или нет, на докладе люди могли говорить, о чем угодно и обмениваться мнениями со своими коллегами.

Всегда приглашались обладатели Филдсовской премии и некоторые ученые, добившиеся выдающихся результатов за последние четыре года, выступить с докладом.

В целом конгресс относительно свободное мероприятие.

Оно идеально для ученых, которые сосредоточились на крупных исследованиях и не часто публиковали статьи.

Однако Лу Чжоу все еще не решил поедет он или нет.

В конце концов, он понятия не имел, чем будет заниматься через полгода.

Декан Цинь улыбнулся и спросил:

— Кстати, на конгрессе Санкт-Петербургского университета состоится голосование за следующее место проведения, да?

— Да… А что?

— Ничего, просто спрашиваю… — Декан Цинь улыбнулся. — Что думаешь о прошлом докладе у нас в университете? Твои друзья оставили какие-нибудь отзывы?

— Отзывы были довольно хорошими… — Лу Чжоу закрыл свою записную книжку и отодвинулся от записей на столе, после чего вздохнул. — Просто скажите прямо, что хотите.

— Ха-ха, я знал, что ты заметишь. — Декан Цинь почесал затылок. — Дело в том, мы с городским советом провели обсуждение и пришли к тому, что математика очень важна для научных исследований. Хотя это фундаментальный предмет, его не следует игнорировать. Для того, чтобы создать научную…

— Кхе-кхе!

Услышав покашливание Лу Чжоу, декан тут же перешел к сути дела:

— Может быть, ты мог бы поспрашивать и узнать, можно ли провести следующий конгресс в Цзиньлине?

Цзиньлинский университет не так хорош, как университет Авроры или Яньцзинский университет. Хотя возвращение Лу Чжоу и создание Института перспективных исследований улучшили ситуацию, они не достигли уровня этих университетов.

Хотя было много профессоров Цзиньлинского университета, имевших связи с международным математическим сообществом, единственным человеком, обладавшим достаточным влиянием был Лу Чжоу.

После окончания прошлого доклада у Лу Чжоу появилось предчувствие, что произойдет нечто подобное. Но он не ожидал, что декан действительно предложит такое.

— Это немного сложно, я не член совета конгресса, и я даже не дружу с ними…

Декан хлопнул себя по бедру и, вздохнув, сказал:

— Эй, я выйду на пенсию через несколько лет. Я просто хочу помочь своему университету в эти последние пару лет. Через несколько десятилетий обо мне никто не вспомнит. Но они вспомнят, что в Цзиньлине в две тысячи двадцать шестом году проходил Международный конгресс математиков. Я хочу лишь этого. Не мог бы ты помочь. Хотя бы попробуй…

— Если только это… — Лу Чжоу улыбнулся и вздохнул одновременно. — Я ничего не могу обещать, я… Постараюсь помочь.

Декан Цинь был вне себя от радости. Он встал и пожал Лу Чжоу руку.

— Большое спасибо!

Глава 880. Наблюдатель

В студенческие годы декан Цинь очень помогал Лу Чжоу. И хотя Лу Чжоу добился бы успеха даже без помощи декана, все было бы не так гладко.

Поэтому, хотя Лу Чжоу не испытывал оптимизма, что сможет убедить членов совета, он все же был готов попробовать.

Больше всего Лу Чжоу удивлялся тому, отчего декан имел надежду на проведение у них международного математического конгресса. Однако, если все получится, он будет очень полезен для факультета математики Цзиньлинского университета.

…………………….

Поскольку Лу Чжоу пообещал своим родителям, что вернется домой на Новый год, он решил закончить всю свою работу на следующий месяц до конца месяца. В университете также началась экзаменационная неделя, поэтому он снова был занят.

Обычно экзаменационная неделя проводилась в начале года, чуть позже Нового года. Редко она проходила до Нового года. Ни студенты, ни преподаватели не обрадовались этому.

Но этот год был немного особенным, потому что Министерство образования издало распоряжение строго следить за уровнем обучения и культурной уверенностью, которая защищает от иностранной идеологии.

Скорее всего, человек из Министерства образования неправильно понял посыл правительства, интерпретировав все как никаких иностранных праздников.

Поэтому не только рождественские украшение, даже новогодние мероприятие и гала-концерты отменили.

Было очень мало таких людей, как Ло Вэньсюань, которые все еще праздновали Рождество.

Вдобавок к этому экзамены сдавались в канун Рождеств. Хотя некоторые затворники радовались, преподавателям, которые планировали отдых, вернулись в университет, чтобы проводить экзамены.

И даже если Лу Чжоу не заботили праздники. ему не нравилось подобное отношение.

Чтобы развиваться, нужно искать точки соприкосновения, разрешая разногласия.

Будь оно правильно или неправильно, но сложившаяся атмосфера была плохо.

Но Лу Чжоу не беспокоился о подобных мелочах.

Не было смысла писать правительству письмо из-за подобного вопроса.

Это не интересно.

Когда Лу Чжоу ужинал в кафетерии, декан Лу с факультета математики сел напротив него и с улыбкой спросил:

— Эм… Лу Чжоу, ты завтра не занят?

Лу Чжоу знал, что декан чего-то хочет от него, поэтому он с подозрением посмотрел на декана.

— Что случилось?

— Эм… Нам не хватает наблюдателя на экзамен.

Лу Чжоу покачал головой.

— Нет, это слишком утомительно.

Следить за студентами на экзамене слишком уныло.

Преподавателем приходилось сидеть там часами, внимательно следя и слушая. Несмотря на то, что в университете в целом поведение на экзаменах было достаточно порядочное, пару паршивых овец все равно находилось. Он мог бы просто сидеть там и не беспокоиться о том, что кто-то жульничает, но с моральной точки зрения он не мог так поступить…

Короче говоря, Лу Чжоу не было интересно наблюдать за кучкой студентов, отвечающие на базовых экзаменационные вопросы. Еще меньше его интересовало поимка тех идиотов, которые захотят списать простейшие вещи.

Декан Лу быстро объяснил.

— Нет, ты неправильно понял. Я не прошу тебя следить на экзамене. Просто у нас не хватает людей. Университет хочет, чтобы каждый прислал кого-нибудь, по крайней мере, одного человека. У тебя в подчинении много аспирантов, просто отправь парочку из них на экзамен. Но ничего страшного, если не хочешь, я тогда проинформирую комитет управления.

Лу Чжоу не собирался просить декана Лу беспокоить вышестоящих из-за такого пустяка, поэтому он вздохнул:

— Ладно, тогда я пришлю студента, просто пришлите мне информацию об экзамене.

Декан Лу улыбнулся:

— Конечно, без проблем, я пришлю информацию тебе позже… Спасибо.

— Не за что.

Так все было улажено.

После того, как Лу Чжоу закончил ужинать, он позвонил Хэ Чанвэню, объяснив ему о работе на завтра.

Однако, когда он вернулся в кабинет, то увидел, что его там нет.

— Где Хэ Чанвэнь?

— Я не знаю. — ответила Линь Юйсян. — Но я заметила, что он пару раз ходил в туалет. Может он отравился?

Отравился?

У Лу Чжоу появилось нехорошее предчувствие.

Потом…

Оказалось, что предчувствие его не обмануло.

Утром следующего дня Лу Чжоу позвонил Хэ Чанвэнь, сидящий на унитазе.

— Профессор… Я пытался изо всех сил.

Лу Чжоу помолчал немного, а потом спросил:

— О чем ты… В плане пытался?

Хэ Чанвэнь смущенно заговорил:

— Вчера во время обеда я отравился, и я всю ночь провел в туалете, я все еще в туалете… Я не смогу быть наблюдающим сегодня!

Лу Чжоу быстро ответил:

— Как ты? Это серьезно? Я могу попросить кого-нибудь отвезти тебя в больницу.

— Нет, я просто посижу немного…

Телефонный звонок прервался, но Лу Чжоу успел услышать спуск воды в туалете.

Лу Чжоу молча взглянул на свой телефон.

С диареей ничего не поделаешь.

Я же не могу заставить его принести туалет на экзамен.

Было бы зрелищно…

Лу Чжоу оглядел свой кабинет и увидел, что Хань Мэнци единственная, кто не уехал на каникулы. Мэнци посмотрела на Лу Чжоу невинным взглядом.

Лу Чжоу поколебался, а потом вздохнул и встал.

Она единственной прилежная ученица, что приходила к нему в кабинет во время рождественских каникул, поэтому он не собирался нагружать ее.

Это всего лишь один экзамен.

Он сделает все сам.

В тот момент, когда Лу Чжоу вошел в кабинет, все зашумели.

— Ни черта себе! Это бог Лу…

— Гениальный академик пришел поддержать нас! Черт, мой телефон в сумке, я хочу сделать фото.

— Все кончено, мои шпоры…

Лу Чжоу оглядел аудиторию и на мгновение замер. Он посмотрел на номер аудитории, а потом перевел взгляд на растерянного преподавателя.

— Это же аудитория по теории чисел?

Преподаватель кивнул и уважительно ответил:

— Да!

— Значит я пришел куда нужно! — Лу Чжоу ступил на знакомую кафедру и посмотрел на студентов, а потом на преподавателя. — Экзамен вот-вот начнется, начинайте раздавать задания.

— Хорошо!

— …

Лу Чжоу не знал отчего, но ему показалось, что его коллега был слишком взволнован…

Вскоре экзаменационные задания были розданы.

После того, как прозвенел звонок, экзамен по теории чисел официально начался.

Возможно, поскольку академик Лу присутствовал на экзамене, все студенты и даже преподаватель нервничали и сидели идеально ровно.

Лу Чжоу посмотрел на нервничающих студентов, и ему захотелось рассмеяться. Однако он не хотел прерывать экзамен.

Время шло, а часы на стене тикали.

Лу Чжоу заскучал. Он зевнул и достал из кармана записную книжку. С ручкой в руке он продолжил исследование с того места, на котором остановился вчера.

Как и ожидалось, решать задачи самостоятельно интереснее, чем наблюдать за тем, как другие решают их.

Лу Чжоу так погрузился в задачу, что забыл, что наблюдающий на экзамене.

Время пролетело незаметно, когда занимаешься тем, что нравится.

Незаметно прошел час.

Лу Чжоу перестал писать и с удивлением увидел, что экзамен почти закончился.

Лу Чжоу посмотрел на наблюдателя в задней части аудитории.

Я единственный, кто отвлекся.

Если другой наблюдатель тоже не выполнял бы свою работу, то это было бы несправедливо по отношению к тем студентам, которые усердно готовились к экзамену.

Лу Чжоу уже собирался встать и размять руку, когда внезапно увидел нечто необычное.

Он увидел красивую молодую девушку, которая сидела у окна, опустив голову. Ее распущенные волосы свисали вниз и закрывали руки по бокам.

Студенческий опыт Лу Чжоу подсказал ему, что она делает что-то запрещенное.

Хотя Лу Чжоу никогда раньше не списывал, он видел их множество.

Он тихо встал со своего стула и направился к девушке.

Лу Чжоу тихо подошел к ней сзади и посмотрел на ее стол.

Как и ожидалось…

Экран ее телефона был заметнее маяка ночью.

Он даже мог видеть, как она водит мизинцем по экрану.

Тут и говорить было нечего.

Лу Чжоу тихо кашлянул.

— Кхм.

Студентка словно испуганный кролик подпрыгнула и чуть не уронила телефон на пол.

В тот момент, когда она встретилась взглядом с Лу Чжоу, ее лицо побледнело, и она, заикаясь, произнесла:

— Эм, преподаватель… Все не так.

Что не так?

Ты смотришь мультики во время экзамена?

Лу Чжоу вздохнул и покачал головой:

— Я конечно прочитал вам лишь несколько лекций в этом семестре, это не способ заполнять пробелы в знаниях.

Студентка испугалась и чуть не расплакалась.

Другой наблюдатель заметил суматоху и направился к ним.

Молодой преподаватель безжалостно отобрал у нее телефон и строго заговорил, как будто пытался произвести впечатление на академика.

— Списывание на экзамене, ноль баллов по предмету! Наказание отмечено!

Девушка заговорила со слезами на глазах:

— Преподаватель, можете не отмечать? Моя мама очень строгая, она убьет меня за это. Может поговорим снаружи…

Она встала и схватила Лу Чжоу за руку, пытаясь вывести его, однако Лу Чжоу стоял как вкопанный.

Он быстро среагировал и отдернул руку.

— Студентка, моя мама тоже очень строгая!

Однако по какой-то причине аудитория разразилась смехом.

Студентка покраснела и хотела объяснить, но не знала, что сказать.

Лу Чжоу посмотрел на воцарившийся хаос и задумался.

Черт!

Похоже экзамен в этом году слишком легкий, раз им так весело.

Возможно, стоит его проверять строже…

Глава 881. Жестокая девушка

Как только кого-то ловили на списывании, он обязательно получит ноль баллов, тут не было место для обсуждений.

Студенты, которые засмеялись, получили замечание от другого наблюдателя.

Экзамены закончились 30 декабря. Сотрудники Цзиньлинского университета наконец-то смогли немного расслабиться.

Хотя Хэ Чанвэнь избежал работы наблюдателем из-за отравления, он не смог избежать задания по проверке экзаменов.

У Хэ Чанвэня на столе лежала стопка экзаменационных работ. Лу Чжоу посмотрел на него и в глубине души рассмеялся.

Думал, что сможешь меня подставить?

Вот, что происходит за подобное!

Хэ Чанвэнь посмотрел на ужасающую стопку бумаг и понял, что его новогодние каникулы будут потрачены впустую. Он нахмурился и спросил.

— Профессор, вы можете… дать кого-нибудь мне в помощь…

— Нет. — Лу Чжоу ответил без колебаний. — Повторение базовых знаний поможет вам понять более изощренные и сложные моменты. Это хорошая практика… Кстати, постарайся закончить до Нового года. График в этом году немного плотный, и все должно быть сделано до двадцать второй недели семестра.

Тогда почему бы не направить кого-нибудь мне в помощь?!

Но Хэ Чанвэнь мог только кивнуть на приказ профессора и сказать:

— Хорошо, профессор.

Лу Чжоу переживал, что он может плохо справиться с работой, поэтому добавил:

— Отнеситесь к этому со всей серьезностью. Я буду проверять.

— Да…

Он полностью отказался от своих планов на каникулы…

………………………..

За день до Нового года.

Ло Вэньсюань хотел вернуться в свой родной город на каникулы и так получилось, что он только получил зарплату, поэтому решил угостить Лу Чжоу рыбой на гриле в рыбном кафе перед университетом.

Кстати говоря, это кафе существовало очень давно. Лу Чжоу часто приходил сюда, когда еще учился, ел и пил со своими соседями по комнате.

А теперь его соседи по комнате женились, учились в аспирантуре и открывали бизнес… Он единственный, кто все еще оставался в Цзиньлине.

Владелец магазина узнал Лу Чжоу, поэтому он подарил им две бутылки пива бесплатно в знак благодарности за многолетнюю поддержку.

Благодаря частым посещениям кафе Лу Чжоу бизнес владельца процветал, и он даже собирался открыть вторую точку.

Немного поболтав с Лу Чжоу, владелец пошел на кухню. В это время дочь владельца вошла в кафе с рюкзаком.

Несколько лет назад эта девочка была совсем маленькой, и она каждый вечер сидела на маленькой скамейке перед рестораном и делала домашнее задание. Но теперь она уже училась в старших классах.

Она мгновенно узнала Лу Чжоу и улыбнулась.

— Привет, дядя!

— Привет.

Первоначальное хорошее настроение Лу Чжоу сразу улетучилось, когда его назвали дядей.

Лу Чжоу сохранял натянутую улыбку, пока девушка не исчезла. Он посмотрел на Ло Вэньсюаня и произнес.

— Не смейся, я, по крайней мере поколение девяностых. Посмеешься надо мной еще раз, и уже я буду называть тебя дядей.

Ло Вэньсюань кашлянул:

— Да ладно, это слишком жестоко… Подожди, дядя звучит не так уж плохо… Ладно, тогда зови меня дядей.

Этот парень… Не исправим.

Лу Чжоу задумался и спросил:

— Я выгляжу старым?

— Старым? Нет… — Ло Вэньсюань некоторое время пристально смотрел на Лу Чжоу. — Если честно, меня всегда поражало, что ты совсем не изменился с нашей первой встречи. Ты совсем не похож на математика… Серьезно, что ты принимаешь?

Лу Чжоу вздохнул:

— Ты можешь не верить, но моя красота, как и волосы, совершенно естественные.

— Отвали… О, постой, я нашел ее. — Сказал Ло Вэнсюань, смотря в телефон.

Лу Чжоу взглянул на него и с любопытством спросил:

— Кого?

— Фотографию с нашей первой встречи… Смотри! — Ло Вэньсюань посмотрел на Лу Чжоу, а потом на телефон. — Это правда, ты совсем не изменился за последние несколько лет.

Снимок на телефон был сделан в лекционном зале Принстона.

Лу Чжоу выступал со своим первым научным докладом перед профессорами и студентами. Белая доска была заполнена его доказательством теоремы о числах-близнецах.

Лу Чжоу никогда не мог забыть это событие, оно стало началом его академической карьеры и было одним из лучших моментов в его жизни.

Что удивило его больше всего, так это его собственная фотография.

Он не хвастался, но…

Как и сказал Ло Вэньсюань, он совсем не изменился за последние несколько лет.

Словно семь лет даже не проходили…

Когда Ло Вэньсюань увидел, что Лу Чжоу не находил слов, он внезапно заговорил со странным выражением лица:

— Это напомнило мне одну легенду.

— О гипотезе Римана?

Ло Вэньсюань удивленно посмотрел на Лу Чжоу.

— Ты слышал?

— Говорят тот, кто докажет гипотезу Римана, будет жить вечно… Конечно, я, слышал об этом, но я удивлен, что ты тоже. — Лу Чжоу вернул телефон Ло Вэньсюаню. — Не верь этой байке, мы ученные, для нас верить в подобное глупо.

Может быть, что повышение метаболизма системой также замедлило мое старение?

Или это из-за чего-то другого?

Как бы то ни было, Лу Чжоу не сильно изменился за семь лет. Если бы не фотография Ло Вэньсюаня, он бы даже не заметил.

Похоже, мне надо последить за этим потом…

— Верно. — Ло Вэньсюань улыбнулся и, посмотрев на рыбу на столе. — Как прошел экзамен? Я увидел в ленте друзей, что что-то произошло?

Лу Чжоу вздохнул и съел кусок рыбы. Он покачал головой и ответил.

— Даже не напоминай, клянусь, это последний раз, когда я был наблюдающим на экзамене.

— Встретил интересного студента?

— Можно и так сказать.

После экзамена девушка снова отправилась на поиски Лу Чжоу, надеясь убрать случай со списыванием из своего личного дела.

В конце концов, Лу Чжоу сдался и пообещал, что поговорит с отделом по академическим вопросам.

Но если ее снова поймают на списывании, то ее исключат. Если она будет усердно учиться и окончит университет, то этот прокол не запишут в личное дело.

— Правда? Ты впервые наблюдающий на экзамене? — Ло Вэньсюань улыбнулся. — Тебе еще повезло.

Лу Чжоу замолчал и отложил палочки для еды.

— Есть еще более креативные?

Ло Вэньсюань рассмеялся.

— Конечно! Вчера я поймал одну студентку, она зимой пришла в юбке и написала шпаргалку у себя на бедре.

— …

Боже!

Мне было бы стыдно подойти к ней, если бы я заметил ее.

Я же не могу задрать ей юбку?

Не говоря уже о задирании юбки, преподавателям было бы неловко просто смотреть ей на бедра.

Ло Вэньсюань сделал глоток пива и съел немного рыбы. Он продолжил рассказывать:

— На факультете физики больше преподавателей мужчин, и другой наблюдатель в экзаменационной комнате тоже был мужчиной. Эта девушка очень жестока.

— Значит, ты просто отпустил ее?

Ло Вэньсюань ухмыльнулся:

— Конечно, нет. Не в моем стиля склоняться перед нарушителями.

— Тогда кто раскрыл, что она списывает?

— Я.

— …

Лу Чжоу не знал почему, но ему казалось, что Ло Вэньсюань гордится тем, что именно он раскрыл ее…

Глава 882. Первый день 2022 года

Хотя Лу Чжоу было интересно, как Ло Вэньсюань раскрыл обманщицу, он не осмелился спросить.

Они продолжали есть и разговаривать и так пришли к обсуждению гипотезы Римана.

— Я уверен, что, когда мы решим гипотезу Римана, мы сможем раскрыть скрытые секреты дзета-функции Римана. Даже просто мысль об этом будоражит меня. Они разделены столетиями, но каким-то образом связаны!

— Не думаешь, что Риман на самом деле был путешественником во времени? Иначе как еще объяснить, что функция парной корреляции собственных значений для случайной эрмитовой матрицы согласуется с нетривиальными нулевыми точками дзета-функции Римана? Квантовой механики не существовало в 18 веке!

Лу Чжоу рассмеялся над шуткой Ло Вэньсюаня и ответил:

— С чего ты взял, что наше прошлое возникло из будущего? Изменение прошлого не меняет настоящего.

— Итак, если прошлое изменилось путешественником во времени, означает ли это, что прошлое является нашим будущим? — сказал Ло Вэньсюань. Он вдруг вскочил. — У меня появилась идея, подожди до Нового года… Или приступлю прямо сейчас.

Поскольку он был слишком громким, люди рядом начали бросать косые взгляды на него.

Лу Чжоу слегка кашлянул и жестом показал ему сесть.

— Успокойся.

Ло Вэньсюань понял, что находится в общественном месте, поэтому смущенно сел обратно.

Однако он не долго смущался, вскоре он положил руки на стол и взволнованно посмотрел на Лу Чжоу.

— Знаешь, о чем я только что подумал?! Я могу гарантировать, что тебя поразит моя идея! Я чертов гений!

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и вздохнул.

— Какой бы ни была твоя идея, надеюсь, что в твоей статье не будет моего имени.

Ло Вэнсюань с самодовольной улыбкой сказал:

— Ты об этом пожалеешь.

Лу Чжоу усмехнулся.

— Ха-ха, уверен, что нет.

История с путешествиями во времени, очевидно шутка.

Лу Чжоу был уверен, что множество людей писали о временных парадоксах.

Вот такие исследования в области теоретической физики.

Сначала они предположат, что теория струн работает, а затем создадут новую теорию. После этого они предполагают, что теория струн не работает, и объяснили бы, почему новая теория также не работает.

Подобные самоутверждения и самоотречения становился все более распространенным.

Это доказал, что Эйнштейн был гением.

Он предсказал природу появления черных дыр, а также существование гравитационных волн.

Все достижения, достигнутые физиками после его смерти, не выходили за рамки его теоретических рамок.

Даже по сей день сообщество физиков не смогло полностью проверить его теории и оказались в тупике…

Постойте-ка…

Лу Чжоу внезапно задумался.

Эйнштейн не единственный подобный ученый.

Путешествие во времени лишь шутка, просто не было достаточных доказательств, подтверждающих его существование.

Но как Лу Чжоу может доказать, что история, с которой он знаком, не результат изменения времени?

Это никак не доказать…

Внезапно он подумал о системе.

Хм…

— Интересно…

Лу Чжоу потер подбородок и начал обдумывать все возможные варианты. Погрузившись в размышления, он пробормотал сам себе под нос.

— Эй, я слышал, что ты сказал. Интересно, работать вместе? —Взволновано сказал Ло Вэньсюань глядя на Лу Чжоу.

— Ты ослышался. — Лу Чжоу невозмутимо возразил. — Что касается совместной работы… Давай будем говорить об этом после того, как закончим с гипотезой Римана.

— Хорошо. — Беспомощно сказал Ло Вэнсюань. — Ну, наверное, мне стоит радоваться. Поскольку ты прямо не отказал.

Лу Чжоу тут же добавил:

— Тогда просто сделай вид, что я отказался.

— …

………………………………

В первый день 2020 года термоядерный реактор осветил будущее цивилизации в области управляемого термоядерного синтеза.

В первый день 2021 года первый китайский космический корабль с ионные двигателями совершил свой первый успешный испытательный полет, чем проложил путь для последующих полетов Китая на Луну.

Первый день 2022 года выдался довольно скучным, если не считать хаоса в полупроводниковой промышленности, а также доказательство квази гипотезы Римана, ничего особенного не произошло.

В первый день нового года в дом Лу Чжоу пришел неожиданный гость.

Поскольку директору Ли посещал зону высоких технологий и аэрокосмический район Цзиньлина по работе, он заехал навестить Лу Чжоу.

Было как раз обеденное время, поэтому Лу Чжоу заказал несколько блюд в ближайшем отеле и решил выпить со старым коллегой.

В это время по телевизору показывали международные новости.

И так совпало, что содержание новостей совпадало с темой их разговора…

— Согласно объявлениям НАСА и Белого дома, НАСА запустит свой проект Лунные врата в этом году.

— Проект является частью плана исследования Луны, объявленного НАСА в 2018 году. Согласно раскрытым планам, НАСА запустит двигательную установку и пусковые устройства на лунную орбиту в начале 2022 года. Эти компоненты станут первыми компонентами лунной орбитальной станции.

— Однако наиболее хорошая орбита занята космической станцией Лунный дворец, поэтому НАСА рассматривает возможность использования эллиптической орбиты с большим радиусом.

— Сообщается, что проект одобрен Бюджетным управлением Конгресса в 2021 году и сейчас находится на стадии подготовки к запуску. Согласно заявлению, опубликованному представителем НАСА, точно так же, как Лунный дворец, Лунные врата будут международной космической станцией. Эксперты говорят, что этот проект является попыткой Белого дома восстановить свою аэрокосмическую гегемонию…

Благодаря успеху Сянжуя НАСА начала подготовку уже в середине прошлого года.

Однако из-за марсианской программы общественность начала не доверять НАСА. В течение последних шести месяцев НАСА, Space-X и другие аэрокосмические компании держали это в секрете.

Но наступил новый год и настала пора для новых начинаний.

Лу Чжоу, очевидно, не верил, что одна ошибка должна положить конец космическим амбициям США, иначе эта победа была бы слишком скучной.

США извлекли уроки из своих неудач и стали еще сильнее. Гонка только началась.

— Американцы не намерены отставать. — Сказал директор Ли, смотря телевизор. Он съел немного утки и вздохнул.

— Никто не хочет отставать, и подобная конкуренция только двигает дальше. — Лу Чжоу улыбнулся. — Кстати, почему вы вдруг решили заехать? Разве вы не заняты?

— Да, но как я мог не заехать к старому другу. — Директор Ли улыбнулся. — Я слышал, что ты собираешься домой на китайский Новый год, поэтому я решил проведать тебя заранее. Надеюсь, я не помешал отдыху главного конструктора?

Слышать подобные слова от директора Ли было немного странно.

Они тесно сотрудничали со времен проекта термоядерного синтеза, но между ними была большая разница в возрасте.

Такие же ощущение у него были, когда он разговаривал с профессором Фальтингсом. Разговаривающие люди с ним говорили с ним, как со сверстником.

Я же моложе вас.

Мне еще нет и тридцати…

Лу Чжоу кашлянул, отгоняя странные мысли, и небрежно ответил:

— Конечно, нет. У меня еще есть время отпраздновать Новый год.

— Это хорошо, я просто не хотел мешать твоей работе. Я долго думал, прежде чем решил заехать. — Директор Ли поставил свою чашку и посмотрел на Лу Чжоу, а потом серьезно начал. — Я уверен, вы знаете, что я приехал в Цзиньлин с определенным заданием.

Лу Чжоу кивнул:

— Мне рассказывали.

Директор Ли кивнул и продолжил:

— Американская программа уже началась. Говорят, бюджет НАСА составляет более ста миллиардов долларов. Это намного больше первоначальной оценки в 21 миллиард. Эксперты из академии наук проанализировали, что план Белого дома в этот раз не так прост, как мы думаем. Возможно в этот раз они хотят воссоединиться со своими экономическими и дипломатическими союзниками и провести строгую черту. Это напоминает происходящее во время холодной войны.

Очевидно, что США пытались сдержать рост доминации Китая.

Китай получил международное преимущество благодаря термоядерной энергетике и прорывам в аэрокосмической отрасли. Хотя промышленные центры полупроводниковой отрасли стремительно развивались, Лу Чжоу чувствовал, что в центре внимания в течение следующего десятилетия определенно останется аэрокосмическая отрасль.

Глядя на Лу Чжоу, которые задумался, директор Лу продолжал:

— Соединенные Штаты открыли нам двери и пригласили наши аэрокосмические компании принять участие в проекте стоимостью. Должны ли мы предоставлять им свои услуги.

Это интересный вопрос.

Если они решат предоставлять свои услуги, то получится, что Star Sky Technology, а также две гигантские государственные аэрокосмические компании будут участвовать в строительстве и запуске американской лунной станции.

Лу Чжоу немного подумал и с улыбкой спросил:

— Если бы у Huawei была возможность продавать чипы для Apple, вы бы остановили их?

— Конечно, нет. — Директор Ли улыбнулся. — До тех пор, пока они готовы покупать это по разумной цене, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы позволить Huawei продавать им.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Да, единственная проблема в том, чтобы они заплатили правильную цену.

Директор Ли понял, что пытался сказать Лу Чжоу, и кивнул.

— Я понял, о чем ты.

— Лунные врата не представляют для нас большой угрозы. Это всего лишь космическая станция. Настоящая конкуренция заключается не в станциях или кораблях, а в способности запускать их в космос. Если мы сможем взять на себя запуски Space-X, Blue Origin, Boeing, то мы сможем ослабить их конкурентоспособность на рынке в долгосрочной перспективе и еще больше увеличить разрыв между нами.

С момента открытия появления аэрокосмической зоны Цзиньлина, а также успешного строительства Цуэцяо, аэрокосмические транспортные технологии Китая вышли на совершенно новый уровень. Стоимость их запуска на около лунную орбиту гораздо ниже, чем в других странах.

При цене, которую предлагала Space-X, Star Sky Technology могли сделать десять пуском.

Так Star Sky Technology могли отхватить гигантский кусок рынка, который изначально принадлежал американским аэрокосмическим компаниям.

— Если в будущем их колонии в далекой галактике понадобится наш космический корабль для отправки припасов. Даже если они отправят свою станцию на Марс, а своих колонистов на край Солнечной системы, им все равно понадобится наша помощь.

Директор Ли с небольшим сомнением спросил:

— Если Белый дом учитывает это, то зачем они попросили нас принять участие в проекте?

— Возможно, чтобы уменьшить их затраты… Даже если бы они хотели, чтобы их компании выполняли все запросы, они не могут, — Лу Чжоу улыбнулся. — Это хорошо, это показывает, что они осознают, насколько мы важны.

Мы становимся все ближе и ближе к полному господству в космосе…

Глава 883. Гениальный брат

Каково это иметь брата, который известный человек в научных кругах?

Или точнее брата обладателя Филдсовской и Нобелевской премий?

Сяо Тун единственная в мире, кто мог дать ответ на этот вопрос.

Она уставилась на письмо от рецензента и с недоверием потерла глаза.

Убедившись, что на не обгляделась, она открыла письмо и внимательно прочитала комментарии рецензента, стараясь сдержать свое волнение.

Ответ ее поразил.

Это один из девяти лучших журналов по экономике «Эконометрика»!

Даже для ее руководителя, профессора Фостера, непростая задача опубликоваться в этом журнале, поскольку очень трудно получить результаты в макроэкономике.

Однако после того, как она отправила журнал на третий день после Рождества, она получила ответ от рецензента сразу после новогодних праздников. Такого с ней раньше никогда не случалось.

Для начинающего в научном мире такое невообразимо!

Обычно рецензирование статей волонтерская деятельность и рецензенты с этого не получали прямой выгоды.

Особенно известные ученые, которые не получали академическое влияние от этого. Они просматривали статьи только при наличие свободного времени.

Сяо Тун была готова ждать шесть недель, но вместо этого получила ответ от рецензента уже на второй неделе.

Сяо Тун просмотрела комментарии.

«Используемая математическая модель очень интересна, но в теоретической части есть небольшие недочеты…

Комментарий: Нужны некоторые дополнения!»

— Мой брат слишком крут.

Сяо Тун ошеломленно смотрела с открытым ртом.

Это самый быстрый ответ на ее работу, который она когда-либо получала…

Она от всего сердца поблагодарила своего брата и ободрилась.

Однажды она также станет выдающимся ученым.

Как ее брат…

Влияние образца для подражания очень сильно.

Имея перед собою цель, Сяо Тун даже не отдохнула. Она начала вносить изменения в работу на основе замечаний рецензента. Она оставила математическую модель без изменений и отправила статью после внесения некоторых изменений.

— На этот раз должно быть все в порядке?

Сяо Тун вздохнула и достала из своего стола заявление об окончании университета. Немного поколебавшись, она решилась и пошла в кабинет профессора Фостера.

Хотя иметь надежного брата хорошо, она все равно хотела кое-что делать самостоятельно.

У них с Лу Чжоу было кое-что общее. Они никогда не хотели беспокоить других людей.

Конечно, когда они сталкивались с чем-то, с чем не могли справиться, они без колебаний обращались за помощью.

Но они всегда возвращали ответную услугу.

………..

Раздался стук в дверь.

Профессор Фостер перестал писать и посмотрел на студента, который вошел в его кабинет. Он нежно улыбнулся и спросил:

— Как дела? Ты обдумала?

Похоже, Энсли не донесла ему про Сяо Тун. Она дала ей возможность самой рассказать профессору Фостеру, что решила уйти.

Хотя это даже не считалось бы доносом…

В конце концов, Сяо Тун уже все решила.

Сяо Тун встала перед столом профессора Форстера и глубоко вздохнул.

— Я уже закончил свою дипломную работу и отправила ее в Эконометрику.

Профессор Фостер замер. Он совсем не ожидал, что она завершит дипломную работу. Фостер с неверием произнес:

— Постой… Ты закончила? Уверена, что сделала, о чем я говорил…

Сяо Тун кивнула и посмотрела на профессора.

— Как вы и сказали. Я использовала модель Бьюли для анализа влияния политики социального обеспечения на макроэкономику… Но я использовал улучшенную модель.

Профессор Фостер ошарашено смотрел на свою студентку.

Когда он давал ей этот исследовательский проект, он надеялся, что она не сможет его завершить. Он не ожидал, что она действительно справиться.

Он знал, что она хотела попросить Лу Чжоу о помощи с математикой…

Но его поразили ее способности в теории.

— Ты скомпилировала алгоритм? Будь то Эконометрика или другие журналы, тебе нужно запустить модель у себя. Ты уверена, что рассчитанные тобою данные являются…

— Я проверяла. — Сяо Тун перебила профессора. — Я прошла первое рецензирование

Внести несколько изменений не большая проблема.

Очевидно, рецензенту понравилась ее исследование, иначе они не ответили бы так быстро.

Профессор Фостер покрутил ручку в руке и успокоился, после чего немного раздраженно заговорил:

— В эконометрики очень долгая проверка. Она занимает не менее шести недель. Если ты не известный ученый, тебе нужно долго ждать. Я не говорю, что это плохая идея отправлять работу туда, но почему ты не спросила моего мнения…

Будь это другой студент, он бы уже прямо ругался.

Но эта студентка особенная.

Не то чтобы он боялся ее, просто не хотел обидеть.

— Вам не нужно беспокоиться об этом… — Сяо Тун немного заколебалась, но рано или поздно ей пришлось бы сказать ему правду, поэтому она добавила. — Ответственный автор — Лу Чжоу.

Лу Чжоу был ответственным автором.

А он считался известным ученым.

Но это место изначально принадлежало Фостеру…

Внезапно в кабинете стало тихо, а улыбка исчезла с лица Фостера.

— Извини… Я похоже не расслышал, что ты сказала?

— Он ответственный автор. В конце концов, он создал математическую модель и алгоритм.

Профессор Фостер глубоко вздохнул и посмотрел на свою студентку.

— Чего ты пытаешься добиться…

— Ничего. — Сяо Тун покачала головой. — Это его просьба.

Профессор Фостер успокоился.

Его просьба…

Очевидно, она имела в виду профессора Лу.

— Статья находится на рецензировании, и сегодня утром я получил ответ от рецензента и внесла некоторые незначительные изменения. Пересмотренную статью должны принять. — Сяо Тун посмотрела на профессора и глубоко вздохнула. — Мне жаль, что я не смогла указать вас как ответственного автора, но профессор Лу сказал, что мне решать, кто будет первым и вторым автором. — Сяо Тун взглянула на профессора Фостера. — Если позволите мне окончить университет, я укажу вас в качестве первого автора моей статьи… Что вы думаете?

Глава 884. Я хочу все

Я хочу все!

Хотел вслух сказал профессор Фостер, ведь по негласным правилам место ответственного автора и первого автора принадлежало ему. Здесь не было место договорам.

Он отдавал место первого автора только своим наиболее стоящим студентам.

Более того, он не хотел упускать такую превосходную работу, тем более в ней участвовал Лу Чжоу.

Однако…

— Хорошо.

После долгого молчания профессор Фостер взял ручку и поставил свою подпись в заявлении об окончании университета.

Он посмотрел на Сяо Тун и улыбнулся:

— Тебе нужно рекомендательное письмо?

— Если cможете, спасибо.

Никто не откажется от рекомендательного письма. Хотя брат помог ей с рекомендательным письмом для поступления в магистратуру, рекомендательное письмо от научного руководителя помогло бы ей получить докторскую степень.

Даже если ее немногое связывало с профессором Фостером.

Сяо Тун вежливо поклонилась и с улыбкой забрала заявление об окончании.

В любом случае, за последние два года она многому научилась у него.

Конечно она тоже помогла профессору в ответ.

Профессор поручил ей этот проект не из благородных побуждений, а просто для того, чтобы она помогла ему сделать больше статей.

Теперь, когда его имя фигурировало в работе, он был счастлив.

В конце концов, он не смог бы написать подобную работу без подготовки в несколько лет.

Профессор Фостер расслабленно улыбнулся и облокотился на спинку кресла, после чего сказал:

— Не за что. Желаю тебе всего наилучшего в будущем пути. Если решила, в каком университете и у какого профессора хочешь получать докторскую степень, скажи мне и я напишу рекомендательное письмо.

Это самый разумный выбор.

Хотя Форстер не мог удержать Сяо Тун, он не хотел ее обидеть. Для него лучше было просто отпустить ее, сохранив хорошие отношения.

Проработав столько лет, он хорошо понимал, кого ему не следует обижать.

И человек перед ним один из них.

У него появилось предчувствие, что в будущем он снова встретится с Сяо Тун.

Возможно, у них будет возможность поработать вместе.

Профессор Фостер посмотрел на дверь и вздохнул.

— Черт, Лу Чжоу… Черт, почему у меня нет брата с Нобелевской премией?

— Если бы это была моя статья… Мне бы не пришлось беспокоиться о деньгах от Королевской академии наук.

Он покачал головой и отложил ручку.

Солнце взошло на западе.

Я завидую магистру…

………………….

Я собираюсь окончить университет!

Наконец-то!

Я счастлива!

Вернувшись в общежитие, Сяо Тун начала прыгать от радости. Она запрыгнула на кровать и достала свой телефон, после чего позвонила Лу Чжоу, который находился на другом конце планеты.

Как только она дозвонилась, она с нетерпением заговорила:

— Брат! Я закончила! Ха-ха-ха, я люблю тебя!

Лу Чжоу услышал ее взволнованный голос и улыбнулся.

— Ты получила диплом?

— Да! — Сяо Тун села на свою кровать и обняла подушку. Она начала рассказывать Лю Чжоу о произошедшем.

Выслушав рассказ, Лу Чжоу кивнул.

— Молодец. Хочу, чтобы ты помнила. Независимо от того, о какой области говорить, будь то прикладная или теоретическая, всегда существует иерархия. Но одно остается неизменным. Драгоценность, что сияет, никто не будет хоронить.

Сяо Тун кивнула.

— Поняла.

— Хорошо, когда в будущем ты столкнешься с неразрешимой проблемой, я буду рядом. — Лу Чжоу улыбнулся. — Кстати, еще хотел сказать, если ты собираешься вернуться на китайский Новый год, сразу возвращайся в Цзянлин. Я скоро туда, поэтому в Цзиньлине меня не будет.

Сяо Тун радостно сказала:

— Да, давно не была дома.

— Хорошо, тогда поговорим еще потом.

Лу Чжоу уже собирался повесить трубку, когда Сяо Тун внезапно сказала:

— Подожди секунду.

— Что такое?

— А как бы ты поступил на моем месте?

— Если бы мне помешали окончить университет? — Лу Чжоу потер подбородок и задумался. — Сложный вопрос… Я никогда не беспокоился об окончании.

Когда он учился на магистра, академик Лу хвалил его талант и хотел, чтобы он остался учиться у него, но он все равно позволил Лу Чжоу окончить университет. Профессор Делинь же предоставил ему большую свободу и даже позволил самостоятельно выбрать тему для диплома.

Большинство руководителей не хотели отпускать талантливых студентов.

Однако действительно талантливых студентов надолго не удержать…

— …

Сяо Тун знала, что не следовало давать Лу Чжоу шанса поскромничать.

После того как Лу Чжоу повесил трубку, он убрал телефон в карман.

Ло Вэньсюань подошел к нему и спросил:

— Сестра?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, получила степень магистра по экономики в Оксфорде.

Ло Вэньсюань тут же заинтересовался.

— Познакомишь меня с ней как-нибудь?

— Свали.

Ло Вэньсюань вздрогнул и быстро попытался объяснить.

— Постой, о чем ты думаешь. Я же говорил, что мое сердце уже занято, я просто хочу познакомиться с ней поближе… Подожди, не уходи, хочешь взглянуть на идею, о которой говорили в прошлый раз?

Он быстро вручил Лу Чжоу стопку распечатанных бумаг.

— Просто прочти, я не буду вписывать твое имя!

Когда Лу Чжоу прочитал название статьи, он с трудом не засмеялся.

«О путешествии во времени в пространстве Минковского…»

— Если сможешь опубликовать это в Физикал Ревью, то я съем стол.

Ло Вэньсюань кашлянул и почесал затылок.

— Не говори так! Что будешь делать, если одобрят?

Лу Чжоу покачал головой и проигнорировал Ло Вэньсюаня. Он направился обратно в кабинет, и Ло Вэньсюань последовал за ним.

Однако, пока Лу Чжоу шел по коридору, он увидел модную девушку, стоящую у двери его кабинета. Она нервно поглядывала на дверь кабинета.

Ло Вэньсюань заметил хорошенькую девушку и тут же с горящими глазами обратился к ней:

— Ты ищешь профессора Лу?

— Да… — Девушка посмотрела на Ло Вэньсюаня, а потом она заметила Лу Чжоу, который стоял позади. Она тут воодушевленно спросила. — Вы профессор Лу?

Лу Чжоу кивнул и ответил:

— Да, что такое?

— Эм… Мы можем поговорить наедине? — Нерешительно спросила девушка, глядя на Ло Вэньсюаня.

— Ладно, я тогда пойду. — Ло Вэньсюань вручил Лу Чжоу статью и помахал на прощание рукой.

Лу Чжоу посмотрел на девушку, которая нервничала.

— Тогда заходи, поговорим.

Поскольку все еще шли праздники, в кабинете никого не было.

Лу Чжоу открыл дверь и положил статью на журнальный столик, а потом сел за свой стол.

Лу Чжоу посмотрел на девушку, которая прошла следом за ним, и спросил.

— Если хочешь садись, тебе что-нибудь нужно?

Девушка немного поколебалась и решила не садиться на диван. Она прикусила губу и направилась к столу.

— Эм… Профессор, я хочу вас кое о чем спросить.

— Без проблем, я рад помочь с любыми математическими задачами, если они не связаны с экзаменом.

— Эм… Это связано с экзаменом. Я была очень занята в этом семестре, поскольку мне нужно было сдавать экзамен по английскому языку шестого уровня и работала в студенческом союзе… У меня не было времени на подготовку. — Девушка шагнула вперед. — Пожалуйста, профессор, пожалуйста, не дайте мне провалиться, я сделаю, что угодно.

Если не сдашь экзамен, то лишишься стипендии.

А также это может повлиять на поступление в магистратуру.

Поэтому девушка была готова понести некоторые жертвы…

Когда Лу Чжоу встал из-за своего стола, девушка нервно сжала кулаки.

Она мысленно подготовилась.

Она впервые делала что-то подобное и не ожидала, что все будет так быстро.

Разве он не должен сначала угостить меня ужином?

Лу Чжоу подошел к ней и некоторое время пристально смотрел на нее.

— Что угодно?

Девушка покраснела и молча кивнула.

Когда профессор Лу подошел к ней, ее сердце бешено заколотилось в груди.

— Тогда вернись и усердно готовься, чтобы пересдать.

Э?

Лу Чжоу посмотрел на растерянную девушку и вздохнул.

Он столько сделал для бакалавриата Цзиньлинского университета. И хотя математический факультет не самый лучший, на нем много студентов.

И почему мне постоянно попадаются глупые студенты, которые пытаются схитрить?

Похоже нужно усерднее продолжать над улучшением системы образования…

Глава 885. Святая земля космонавтики

На третий день после Нового года праздничная атмосфера в аэрокосмическом промышленном районе Цзиньлина угасла, а рабочие начали выходить на работу.

Двери каждого завода открылись, по просторным магистралям поехали грузовики. Некоторые были загружены сырьем, другие компонентами. Грузовики словно клетки крови, наполняли район питательными веществами, укрепляя аэрокосмическую промышленность Китая.

В центре всей зоны располагался огромный и просторный сборочный центр.

Внутри находился металлический каркас космического корабля, разобранный на три части.

Оно стало словно местом паломничества для аэрокосмической промышленности, а металлический корпус походил на гроб святого, привлекая внимание космонавтов всего мира.

Такие компании, как Boeing, Space-X и Airbus, которые преуспели в своих сферах, были готовы заплатить десятки миллиардов долларов за сотрудничество с Star Sky Technology. И только для того, чтобы позволить их инженерам взглянуть на сборочный центр.

Группа иностранных специалистов стояла рядом с корпусом Цюэцяо, перешептываясь друг с другом и время от времени с удивлением указывания на части конструкции.

— Боже… Как вы собираетесь отправить его в космос?

Китайский инженер, стоявший рядом с ними, промолчал. Он просто стоял неподвижно, убрав руки за спину.

Иностранцу это не понравилось, поэтому он намеренно с сарказмом в голосе попытался спровоцировать собеседника.

— У этого кубовидного корпуса есть фатальные недостатки. Вы не задумывались о том, что произойдет, если в него попадет метеорит? А как насчет эффекта холодной сварки металла в космосе? Огромная тяга, безусловно, увеличит все эти риски.

Инженер в каске все еще стоял, сохраняя вежливую улыбку на лице, что злило иностранных специалистом.

Им не удалось вытянуть никакой информации из китайских инженеров, и они начали разочаровываться сильнее.

Бородатый специалист, который ранее упоминал об эффекте холодной сварки, особенно разразился. Он сердито пожаловался:

— Черт… Вы не будете возражать?

Внезапно тихий инженер ответил.

— Зачем. Корабль говорит сам за себя.

— …

Директор Ли, который также осматривал сборочный центр, заметил негодование иностранной группы и спросил у своего помощника:

— Кто эти люди? Что они делают?

В сравнении с директором Ли его помощник очень хорошо знал английский, поэтому он объяснил:

— Это иностранные специалисты… Кажется они пытаются найти недостатки?

— Недостатки? — Директор Ли удивился, а затем усмехнулся. — У них хватает наглости пытаться найти здесь недостатки?

Произошло бы подобное раньше, он бы не был так уверен. Вед еще пару лет назад аэрокосмическая промышленность Китая была недостаточно развита, чтобы игнорировать мнения иностранных специалистов.

Но теперь они единственная страна в мире, обладавшей термоядерными технологиями, а также аппаратами с ионным двигателем. Почему они должны прислушиваться к чьим-то советам?

Это какая-то шутка.

— Они тут, чтобы получить информацию о наших технологиях. Однако их методы не настолько умные, а провоцировать нас и вовсе бесполезно. — Хоу Гуан, директор Института аэрокосмических исследований, подошел и с улыбкой пожал директору Ли руку. — Директор Ли, добро пожаловать. Вы пришли, чтобы дать указания? Следовало предупредить меня о приезде, я бы заранее подготовился.

— Какие указания? Я не профессионал, поэтому не могу дать вам никакого ценных советов. Я не хотел мешать работе, поэтому не сообщал о своем приезде. — Ответил директор Ли, пожимая руку Хоу Гуану. Он немного беспокоился об иностранных экспертах, поэтому поинтересовался. — Если вы знаете, что они здесь для того, чтобы больше узнать о наших технологиях, почему вы их впустили?

— Это просьба наших партнеров. Они хотят убедиться, что наше обеспечение безопасности соответствуют стандартам. Из-за такой мелочи мы не можем их не впустить. — Хоу Гуан равнодушно улыбнулся. — Технология, которую можно скопировать, просто взглянув, ничего не стоит. Ядро наших технологий находиться в Институте перспективных исследований. Мало того, что их туда не пустят. Так даже если они все увидят, то ничего не поймут там.

Именно это больше всего и раздражало конкурентов.

Они потратили кучу денег только для того, чтобы приехать сюда под предлогом проверки безопасности. Однако они увидели лишь кучу металла.

И хотя это все было очень ценно, для них оно не несло никакой ценности.

В конце концов, они сами не могли создать меньший термоядерный реактор.

Директор Ли посмотрел на ревнивые и обиженные лица иностранцев и вздохнул:

— Я никогда не ожидал увидеть, как другие пытаются украсть наши технологии.

Хоу Гуан улыбнулся:

— Да, порой мне кажется, что я сплю.

Группа иностранных специалисты как туристы, переходили от одной достопримечательности к другой. Хоу Гуан помолчал добавил:

— Пока что мы участвуем в тендере на миссию НАСА по переносу на лунную орбиту пятисот тонн. Если все пройдет хорошо, наше предложение должно быть на 20% выгоднее, чем у Space-X. Это наиболее подходящая цена для торгов, по словам специалистов. При успехе мы получим не менее десяти миллиардов долларов прибыли. Просто…

— Просто что? Можете просить меня, о чем угодно, кроме технологий. Сделаю все, чтобы помочь.

— Нет, вы неправильно понял, все идет хорошо. Просто, к сожалению, внимание академика Лу сосредоточено на математике. — Хоу Гуан вздохнул. — Я скучаю по тем дням, когда работал вместе с академиком Лу. Мы обменивались данными и идеями, и он часто вдохновлял меня.

Директор Ли вздохнул.

— Тут ничего не поделать. У академика Лу есть свои приоритеты. Мы не можем всегда просить его отдавать все силы на нас.

— Верно, мы не должны всегда полагаться на него. — Хоу Гуан кивнул. — Похоже, мы должны хорошо постараться. Академик Лу старался изо всех сил, чтобы подарить нам это преимущество, мы не должны позволить ему пропасть даром.

Директор Ли улыбнулся и кивнул.

— Да, я пойду осмотрюсь. Если встретите академика Лу, обязательно передайте от меня привет.

— Хорошо. — Хоу Гуан махнул рукой и надел свою каску, после чего вернулся к работе.

После того, как Хоу Гуан ушел, директор Ли с облегчением посмотрел на почти законченный корабль.

Аэрокосмическая промышленность Китая развивалась в полную силу, и все шло в правильном направлении.

Не могу поверить, что стал свидетелем этого при жизни.

Чувствую, что могу умереть без сожалений.

Глава 886. Отклонить

Хоу Гуан жалел, что не может продолжать работать бок о бок с Лу Чжоу в аэрокосмической сфере. Хоу Гуан чувствовал, что совместная работа с Лу Чжоу, помогла ему вырасти.

И он ограничивался не только его научными способностями, но и лидерскими и управленческими навыками.

Лу Чжоу был способен делать все сам.

Будучи главным конструктором китайского термоядерного проекта, он хорошо разбирался в этом.

Однако этот навык нельзя передать другим с помощью обучения, только посредством опыта.

Хоу Гуан иногда думал, что Лу Чжоу решил уйти с передовых позиций, чтобы предоставить ему место для роста.

Каждый раз, когда Хоу Гуан думал об этом, он не мог сдержать слез.

Люди в научном сообществе, которые предоставляли возможности менее удачливым, слишком редки.

Однако академик Ван Цзэнгуан, главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации, имел другое мнение о Лу Чжоу.

Этот парень способен на такое?

Возможно, если немного.

Но это точно не главная причина!

Лу Чжоу просто не интересна власть, ему лень!

Любой, кто знал Лу Чжоу, понимал, что тот никогда надолго не задерживался на одном месте. Даже когда дело касалось математики, которую он любил больше всего, он часто выходил из своей зоны комфорта в поисках новых областей.

Это стало очевидным из его письма партии, когда он еще был главным конструктором термоядерного проекта.

Лу Чжоу ясно дал понять, что сразу после завершения проекта он займется чем-то другим.

Лу Чжоу слишком устал быть главным конструктором…

………………….

— Апчхи!

На автомагистрали.

Лу Чжоу сидел на заднем сиденье машины, любуясь видом, и внезапно чихнул.

Ван Пэн, сидевший за рулем машины, посмотрел в зеркало заднего вида и спросил.

— Выключить кондиционер?

— Нет, все в порядке… — Лу Чжоу потер нос и снова сосредоточился на распечатанной статье, лежащей у него на коленях.

Именно её Ло Вэньсюань показал ему на прошлой неделе.

Однако в этот раз ему ее дал другой человек.

На самом деле, Лу Чжоу не хотел читать её, просто из аннотации он мог сказать, что это не более чем теоретические рассуждения, не решает реальных проблем. В ней не проводился анализ известный явлений, а объяснения не имели никакой научной ценности.

Однако он не ожидал, что Ло Вэньсюань действительно отправит ее в Физикал Ревью Летерс, а те попросили его сделать рецензию работы.

Из-за процесса сокрытия рецензента Ло Вэньсюань не знал, что его работу рассматривает его начальник.

Несмотря на возможный конфликт интересов, Лу Чжоу все же принял согласился проверить работу. Он распечатал статью и начал читать ее по дороге обратно в свой родной город.

И хотя до китайского Нового года еще неделя, а Лу Чжоу хотел приехать за пару дней до него, в последние дни к нему часто приходили в кабинет разные люди. Некоторые спрашивали об оценках экзамена, а некоторые дарили ему подарки. Все это раздражало его.

Поскольку экзамен в этом году сделали перед праздниками, у него появилось больше посетителей, чем обычно.

Не говоря уже о том, что приходили даже преподаватели, которым что-то было нужно от него.

Лу Чжоу велел Хэ Чанвэню проверить остальные экзаменационные работы и решил пораньше отправиться домой на Новый год.

Почему он ехал на машине?

Просто иметь машину на празднике будет удобнее.

На самом деле он хотел сесть за руль своего спортивного автомобиля, но небольшая машина не подходила для долгого путешествия. По предложению Ван Пенга, вместо этого они взяли черный седан.

Седан гораздо удобнее, Лу Чжоу даже мог лечь на заднем сиденье. Он идеален для путешествия на большое расстояние. Его электромобиль был скорее для хвастовства.

— Он хорошо разбирается в теории пространства Минковского, но его математика отвратительна… Он правда ученик Виттена?

Проблема не только в расчетах, в его работе много логических нестыковок.

В области теоретической физики математика очень важна, но не имела решающего значения.

Даже ученые, которые использовали только базовые математические инструменты, могли создавать новые теории. Например, Фрэнк Вильчек, который когда-то работал с Лу Чжоу, провел исследования в области кварковых частиц без глубокого понимания математики.

Физики вроде Эдварда Виттена, которые сами создали математические инструменты и даже получили Филдсовскую премию, являются меньшинством.

Математика в работе Ло Вэньсюаня не только имела проблемы в расчётах, но и содержала фундаментальные логические ошибки. Поразительно, что она прошла первый этап рецензирования.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой, а потом сделал пометку в конце статьи.

«Отклонить»

Думал, что я приму подобную работу?

Мечтай.

Не говоря о проблемах в самой работе…

Я не собираюсь есть стол, если примут эту работу.

Лу Чжоу отложил статью в сторону и посмотрел на вид за окном. А потом внезапно спросил:

— Где мы сейчас?

Ван Пэн ответил:

— Мы в 10 километрах от Цзянчэна.

Лу Чжоу кивнул и вдруг кое-что вспомнил.

— Вроде промышленный центр полупроводниковой отрасли находится в пригороде Цзянчэна?

Ван Пэн впал в ступор от внезапного вопроса.

Однако он все равно кивнул и ответил:

— Да… Я думаю, он в восточном пригороде Цзянчэна.

Восточный пригород?

Вот где находится новая кремниевая долина…

Лу Чжоу вспомнил, что Чэнь Юйшань говорила ему, что неподалеку отсюда находится производственный и исследовательский центр углеродных полупроводников Huawei.

— Давай заедем и посмотрим.

— Хорошо.

Не задавая никаких вопросов, Ван Пэн умело перестроился в другую полосу и поехал к съезду со скоростной автомагистрали.

После стольких лет работы с Лу Чжоу он хорошо его понял.

Лу Чжоу всегда был непредсказуем.

Будь то его исследования или его образ жизни.

Точно так же, как он не предупредил Ван Пэна перед тем, как решил пораньше уехать домой на каникулы.

Ван Пэн привык к этому.

И хотя Ван Пэн привык к такому, некоторые люди нет…

На повороте в Цзянлин, до которого оставалось более 200 километров, группа людей ждала на холоде, дрожа от ветра…

Глава 887. Приветственная группа

Поворот в Цзянлин.

У Динжун с тоской смотрел на дорогу, прищуриваясь от холодного ветра. Он радовался, что сегодня не было снега, иначе он бы уже был покрыт снегом.

Он больше не мог терпеть и повернул затекшую шею к своему помощнику, а потом спросил:

— Уверен, что профессор Лу вернется сегодня?

— Министерство транспорта сказало, что он приедет сегодня. Он же не должен так долго ехать? Это всего лишь пятьсот километров… Мэр, может подождете на пропускном пункте? Я позвоню вам, когда появятся новости.

Помощник Сунь Сяофэн тоже пребывал в растерянности.

А увидев недовольство на лице мэра, он забеспокоился еще больше.

Он первым узнал о возвращении Лу Чжоу в Цзянлин, и немедленно уведомил мэра.

Когда тот услышал, что академик Лу возвращается, городской совет немедленно провел совещание и организовал церемонию приветствия. Они даже установили баннер на повороте.

По логике простой академик не достоин того, чтобы его встречал городской совет. Хотя академики были уважаемы, у них не было реальной власти.

Но академик Лу другой случай.

Он не только руководил рядом национальных проектов, но и получил медали Лин Юня!

Не только мэр, даже высокопоставленные чиновники должны быть вежливыми с ним. Теперь, когда он возвращался домой, мэр поставил его на первое место.

Однако что-то пошло не так…

По логике спустя семь часов он должен уже был подъехать, но никто не видел его машину.

— Нет… — У Динжун покачал головой и посмотрел на дорогу. — Академик Лу национальный герой, и гордость Цзянлина. Мы должны показать ему теплоту и искренность его родного города. Как думаешь, искренне ли ожидать его в будке?

Вы уже приехали сюда, что поприветствовать его, разве этого недостаточно?

Помощник Сунь посмотрел на упрямого мэра У и попытался переубедить его.

— Но… Нельзя вот так стоять на улице! Здесь холодно; что, если простудитесь?! Академик Лу будет неприятно от этого.

На самом деле, У Динжун хотел, чтобы Лу Чжоу пожалел его.

Конечно, перед репортерами, окружающих его, он никогда не признается в этом.

— Меня не волнует какая-то простуда. Академик Лу впал в кому ради нашей страны. Кого волнует простая простуда? Более того у меня хорошее здоровье! — Сказал У Динжун, покачав головой. — Хватит об этом. Если тебе холодно, можешь уйти.

И хотя помощник Сунь хотел уйти, он не осмелился так поступить.

Если он сейчас уйдет, то уже завтра будет без работы.

Сейчас он мог лишь ждать на холоде вместе с мэром и правительством.

Сунь Сяофэн с завистью посмотрел на шубу мэра, а потом на свой тонкий костюм.

Он лишь хотел, чтобы Лу Чжоу ехал быстрее.

Мэр может и не простудится, но он однозначно…

………………………….

К сожалению, желания помощника Суня не сбылись.

Никто не ожидал, что Лу Чжоу решит сделать крюк по пути домой.

Вскоре Лу Чжоу с Ван Пэном добрались до зоны высоких технологий Цзянчэна.

Именно тут находился недавно созданный промышленный район производства полупроводников.

Высокие бетонные стены окружали весь район. На въездах и выездах стояли пропускные пункты.

Ван Пэн медленно подогнал машину к контрольно-пропускному пункту и опустил стекла. Он показал свое удостоверение одному из солдат, и вскоре его пропустили.

Лу Чжоу посмотрел на удостоверение Ван Пэна и с любопытством спросил:

— Ты с ним можешь проехать куда угодно?

— Конечно, нет. — Покачал головой Ван Пэн. — Перед поездкой надо писать заявление, а потом писать отчет. Надо расписать, что делали, сколько времени провели.

Настолько хлопотно?

— Я не видел, чтобы ты когда-либо подавал заявку.

Ван Пэн улыбнулся:

— Другие подают заявку за меня. В конце концов, я не единственный в твоей службе безопасности.

— Понял, спасибо.

Лу Чжоу смутился, когда понял, что из-за него многие задержаться на работе перед Новым годом.

Однако Ван Пену было все равно.

— Без проблем, твоя безопасность превыше всего.

Лу Чжоу спросил.

— А ты не хотел домой на праздники? Тебе не следует поменяться с кем-нибудь?

Ван Пэн улыбнулся.

— Как солдат, я считаю страну своим домом. Куда бы я ни пошел, я дома.

Машина медленно въехала в промзону.

Вдоль дорог тянулись прямоугольные белые фабрики, и время от времени можно было заметить грузовики, выезжающие из них.

Это место не очень оживленное, а фабрики и исследовательские центры были похожи на роботов, которые спокойно выполняли свою работу.

Лу Чжоу выглянул в окно и удивился.

Прошло меньше двух месяцев.

А многие заводы и институты были почти достроены.

Что это если не чудо?

Ван Пэн пристально посмотрел на Лу Чжоу и спросил:

— Куда идем?

Лу Чжоу подумал и ответил:

— Давай к HiSilicon Huawei.

Ван Пэн кивнул.

— Понял.

Черный седан ехал по улице к зданию, расположенному в центре.

Это был недавно созданный научно-исследовательский центр полупроводников HiSilicon, а также технологическая база полупроводников.

Конечно, еще слишком рано называть ее технологической базой. Они все еще сконцентрированы на исследованиях и разработке. Только после получения жизнеспособного продукта можно будет говорить о производстве.

Поскольку Star Sky Technology инвестировала в HiSilicon, Институт перспективных исследований направил команду исследователей, чтобы помочь инженерам с производственными проблемами.

Машина въехала на стоянку, когда Лу Чжоу позвонил Чэнь Юйшань. Он сказал ей, что находится в Цзянчэне, потом вышел из машины и пошел к заводу.

Однако, когда он направлялся ко входу, к нему подошел сотрудник в каске и остановил его.

— Стойте! Из какого вы отдела, что тут делаете… Что? Лу Чжоу!

Когда Лу Чжоу увидел сотрудника, он удивился.

— Гуанмин?!

Черт!

Хуан Гуанмин?!

Это его сосед по комнате в университете.

Что он тут делает…

Вот так совпадение!

Глава 888. Встреча со старым другом

Посмотрев внимательнее, Хуан Гуанмин убедился, что перед ним Лу Чжоу.

Он собирался развернуться и уйти, но Лу Чжоу схватил его за плечо.

— Эй, куда ты пошел?..

Хуан Гуанмин вздохнул.

— Мне стыдно встречать тебя в таком виде, позволь я пойду.

Лу Чжоу не сдержался.

— Что за?

Черт!

Я не видел этого придурка много лет, а он вот такой…

Лу Чжоу был немного в растерянности глядя на Гуанмина, который не походил на старого самоуверенного себя.

Когда он успел стать таким?

Особенно эти редеющие волосы…

Лу Чжоу почти не узнал его.

После недолгого молчания Хуан Гуанмин заговорил:

— По твоему взгляду ты явно не думаешь о чем-то хорошем.

Лу Чжоу улыбнулся:

— С чего ты взял! Я просто немного удивлен. Я не видел тебя шесть лет, и ты изменился… Немного.

Хуан Гуанмин вздохнул:

— Прошло шесть лет, а бесишь также, как и раньше.

Эм?

Да?

Лу Чжоу подумал и не понял, чем он бесит.

Ван Пэн закрыл дверцу машины и подошел к ним.

— Ты его знаешь?

Лу Чжоу был в хорошем настроении:

— Да, он мой старый друг.

Глядя на Ван Пэна, Хуан Гуанмин вежливо спросил:

— Кто это?

Лу Чжоу собирался ответить, но Ван Пэн опередил его:

— Ван Пэн, водитель.

— Приятно познакомиться. — Хуан Гуанмин снял шлем и спросил. — Почему у тебя водитель мужчина?

Лу Чжоу был ошеломлен этим странным вопросом:

— Ты когда-нибудь видел генерального директора с водителем женщиной?

Хуан Гуанмин подумал и ответил:

— Хм, похоже на правду.

Лу Чжоу посмотрел на здание позади и спросил:

— Ты работаешь в HiSilicon?

— Да… — Хуан Гуанмин смущенно потер затылок. — Я сменил специальность. Мне слишком стыдно признавать, но я перешел не на финансы, а на автоматику.

— Почему не сказал? — Лу Чжоу вздохнул. — Я бы отговорил тебя.

— Забудь об этом. — Хуан Гуанмин вздохнул. — Это в прошлом.

Работники в автоматизации получали небольшую зарплату, а работать им приходилось больше программистов.

Хуан Гуанмин неплохо преуспел, а в университете ему попался хороший руководитель. И хотя его способности были средними, а специальность не пользовалась популярностью, ему все равно удалось устроиться в Huawei.

Однако Хуан Гуанмин относился к тем людям, которые были посредственны во всем.

Это считалось преимуществом в университете. Его руководитель не сильно следил за ним, но и не забывал про него. Но после прихода в компанию, где очень важны личные способности.

Особенно этот язык без костей…

Его друзья могли бы счесть его забавным, но коллеги считали иначе.

В итоге он зарабатывал несколько тысяч юаней в месяц на очень напряженной работе. Ему еще не было и тридцати, а его волосы уже начали редеть.

— Честно говоря, если бы я знал, что будет так тяжело, я бы не поменял специальность.

Лу Чжоу хотел сказать, что математика не легче, но не мог не спросить:

— Тогда почему сменил специальность?

Хуан Гуанмин вздохнул:

— Моя мама велела мне перевестись. Она сказала, что у сын ее двоюродного брата работает на автомобильном заводе. И за игрой в маджонг она услышала от него, что он в службе безопасности и с непыльной работой, а учился на автоматике.

Судя по всему, специалиста по автоматизации устроился на завод и стал охранником.

Это нормально, что его мама не имела и малейшего представления о том, что такое автоматизация, но сам Хуан Гуанмин должен знать, как хотя бы пользоваться интернетом.

— Кстати, а зачем ты вообще поступил на математический?

— Мама заставила меня. — Хуан Гуанмин вздохнул. — У меня была двоюродная сестра, работавшая бухгалтером, и она изучала математику, поэтому мать отправила меня на математический…

— …

Ладно.

Теперь все стало понятно.

В конце концов, он был его соседом, поэтому Лу Чжоу хотел помочь ему.

Лу Чжоу стало не по себе, когда он увидел его таким.

Лу Чжоу немного помолчал, а потом спросил:

— Хочешь вернуться в университет?

— Забудь, я знаю, что ты хочешь… — Хуан Гуанмин покачал головой. — Я недостаточно умен, чтобы работать в науке. Я просто рад, что ты еще помнишь про меня. Если я вернусь в университет, я покажу себя ужасно, другие будут винить тебя… Я не могу так поступить.

Лу Чжоу понял, о чем тот думал, поэтому кивнул:

— Никто не обвинит меня. Ты слишком много думаешь, но это твоя жизнь, поэтому не буду решать за тебя. Просто если хочешь вернуться… Скажи мне.

Хуан Гуанмин поколебался и улыбнулся:

— Ха-ха, тогда заранее спасибо… Куришь?

— Я не курю… А вам тут можно курить? — Лу Чжоу огляделся по сторонам и попытался найти табличку запрещающую курение.

— Не в внутри, но можно курить на улице. Я вышел сюда перекурить и случайно наткнулся на тебя. — Хуан Гуанмин достал сигарету. — Большинству людей вход воспрещен. Существует даже награда в сто тысяч за поимку шпиона. Но поскольку ты академик, тебя должны пустить. Проводить тебя?

Лу Чжоу уже собирался отказаться, когда двери завода медленно открылись и вышла группа людей в костюмах.

Хуан Гуанмин неосознанно оглянулся и тут же бросил сигарету на землю.

Группу возглавлял директор промышленного центра HiSilicon по производству полупроводников Мэн Чжунбяо.

Лу Чжоу спросил:

— Кто это?

Хуан Гуанмин сглотнул и ответил.

— Управляющий завода.

Поймали, когда бездельничал.

Я могу забыть о прибавке к зарплате…

Глава 889. Я владею половиной

Хуан Гуанмин мысленно подготовился, когда управляющий пошел к ним. Однако тот полностью проигнорировал Хуан Гуанмина и вместо этого заговорил с Лу Чжоу.

— Академик Лу, зачем вы лично приехали? Мы даже не успели подготовиться к вашему приезду…

— Все в порядке. — Лу Чжоу посмотрел на директора. — Я не хотел мешать вашей работе. Вы уже привели встретить меня много людей, чтобы встретить меня.

Лу Чжоу не собирался говорить ему, что он просто возвращался в родной город из-за назойливых людей, пристающих к нему.

— Не беспокойся, просто пусть вот он проведет мне экскурсию по заводу.

Лу Чжоу похлопал Хуан Гуанмина по плечу, который выдавил улыбку.

Мэн Чжунбяо наконец заметил человека, стоящего рядом с Лу Чжоу. Он не узнал Хуан Гуанмина, но догадался, что тот сотрудник завода.

— Хорошо… Тогда, пожалуйста, позаботьтесь об академике Лу. Покажите ему завод. — сказал Мэн Чжунбяо, дружелюбно взглянув на Хуан Гуанмина, а потом взглядом дал знак своему секретарю.

Его секретарь тут же все понял. Он достал телефон и сфотографировал Хуан Гуанмина, а затем отправил фотографию в заводской чат с сообщением.

«Кто это? Мне нужна подробная информация!»

— Хорошо, сэр!

Хуан Гуанмин не заметил движений секретаря.

Основываясь на многолетнем опыте работы, Хуан Гуанмин понял, что директор Мэн был знаком с Лу Чжоу, поэтому был просто рад, что его зарплата не пострадала.

Ведь в индустрии микросхем большинство сотрудников делали похожую работу за исключением менеджеров. Единственная разница заключалась в том, что офисные сотрудники сидели позади в кабинетах, в то время как работники конвейера находились на производственной передовой.

Его зарплаты достаточно, чтобы погасить ипотеку и кредита на машину, но без премии его питание станет скудным.

После того, как руководство ушло, Хуан Гуанмин вздохнул с облегчением и поблагодарил Лу Чжоу.

— Спасибо, брат! Благодаря тебе, моя премия в безопасности.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Перестань бездельничать на работе. В этот раз я спас тебя, но что будет в следующий раз?

— Я же сказал, я не бездельничал, я просто вышел покурить… На любой работе трудно без перекура. — Хуан Гуанмин почесал затылок. — Я трудолюбивый работник…

— Не оправдывайся передо мной, просто покажи мне завод. — Лу Чжоу посмотрел на большой завод и ухмыльнулся. — Я слышал, что HiSilicon использовала чипы TSMC. Теперь, когда появилась своя фабрика, мне любопытно, что внутри.

— В действительности, нет ничего особенного, просто пойдем со мной… Что насчет него? — Спросил Хуан Гуанмин, указывая на Ван Пэна.

— Я отвечаю за безопасность академика Лу. Просто притворись, что меня не существует.

Хуан Гуанмин кивнул:

— Хорошо…

Трое вошли в просторное помещение завода.

Лу Чжоу шел следом за Хуан Гуанмином и осматривал завод. Он посетил различные участки и ознакомился с производственным процессом.

Глядя на пустую зону производства чипов, Лу Чжоу поинтересовался:

— Почему здесь нет оборудования… И рабочих?

— Потому что чип… Потому что технология все еще держится в секрете. — Ответил Хуан Гуанмин. Он чуть было не рассказал про углеродные чипы, но, к счастью, вовремя опомнился. — Я не могу рассказать подробности, поскольку это государственная тайна… Надеюсь, ты понимаешь.

— Все в порядке, я понимаю.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

Похоже, у Гуанмина квалифицирован, он даже мне не раскрывает секретов.

Жаль, что он не знает, что именно я сказал держать это в секрете.

Хуан Гуанмин начал говорить немного осторожнее.

— Я слышал, что ты работал в области термоядерного синтеза, а потом в аэрокосмической отрасли. Откуда у тебя связи в полупроводниковой промышленности?

— Связи? — Лу Чжоу нахмурился. — Не совсем, я так-то не так уж много знаю людей в области полупроводников…

Ван Чжэнфэй возможно второй из них, но Лу Чжоу не настолько близок с ним. Профессор У Тяньцюнь, руководитель проекта по созданию углеродныз чипов, возможно единственный с кем он тесно общается.

Других он вообще не знал.

— Хватит прикидываться… —Хуан Гуанмин недоверчиво взглянул на Лу Чжоу. — Если ты не дружишь с директором, то почему он пустил тебя?

— А так ты об этом. На самом деле я его не знаю, я даже не знаю его имени. — Лу Чжоу смущенно улыбнулся. — Но я владею половиной… половиной акций HiSilicon.

— А?

………………

Тем временем в офисе директора.

Мэн Чжунбяо сел за свой стол и сделал глоток чая, а потом посмотрел на секретаря.

Тот понял, чего хочет его начальник и посмотрел на информацию в телефоне:

— Я провел кое-какие исследования. Этого техника зовут Хуан Гуанмин, его резюме вполне стандартное. Ничего особенно выдающегося, но и плохого тоже. Он учился в Цзиньлинском университете и был… соседом академика Лу по комнате.

— Сосед по комнате?! — Директор Мэн спросил. — Они одногруппники?

Секретарь кивнул.

— Академик Лу учится в Цзиньлинском университета… Они учились в одной группе, но закончили в разное время.

Одногруппники?!

Как получилось, что один из них академик, а другой…

Мэн Чжунбяо задумался:

— Эм… Позови Хуан Гуанмина в мой кабинет.

Секретарь кивнул.

— Хорошо.

Начальник использовал слово «пригласить» вместо «привести», поэтому его отношения было весьма очевидно.

После того, как помощник нашел Хуан Гуанмина, он вежливо проводил техника в кабинет менеджера, потом закрыл дверь офиса и ушел.

В офисе стало тихо.

Хуан Гуанмин молча смотрел на начальника за столом, не понимая, что происходит.

Если бы Лу Чжоу сказал ему, что у него есть акции East Asia Power, он бы ему поверил. Но Huawei… Он думал, что у Huawei сохраняет полный контроль над HiSilicon.

Дело не в деньгах…

Будь он генеральным директором Huawei, даже под риском потери миллиардов, он никогда бы не продал акции HiSilicon и не позволил другим получить часть пирога. Не говоря уже о том, что Huawei не несла убытков и оставалась конкурентоспособной в области мониторинга безопасности и автоматизации.

Однако Лу Чжоу ничего ему не объяснил, а просто попросил его закончить экскурсию, после чего они попрощались.

Когда он вернулся к себе, его тут же вызвали в кабинет начальника…

Хуан Гуанмин посмотрел на начальника Мэна и спросил:

— Директор?

Ответа не последовало.

Тот даже не обратил на него внимания.

Хуан Гуанмин не осмелился спросить снова.

Они тихо сидели, пока медленно тикали часы на стене, пока Мэн Чжунбяо наконец не кивнул.

Этот парень выглядит немного глуповато, но он все равно хорошо учился. Хотя таких полно в университетах, но…

В нем есть ценность для обучения.

Пожалуй, повышу его до сотрудника службы безопасности, затем до заместителя начальника службы безопасности, потому может и до начальника…

Конечно, если он справиться на этой работе.

Я даю ему возможность, но если он не сможет воспользоваться возможностью, уверен, что академик Лу не захочет, чтобы идиот сдерживал его.

Пока директор Мэн размышлял, Хуан Гуанмин почувствовал тревогу. От высокомерной улыбки у Хуан Гуанмина пробежали мурашки по коже.

Я ему, что приглянулся?

Я не гей!

Пока он думал, что сказать, директор Мэн наконец заговорил:

— Теперь будешь отвечать за безопасность научно-производственного центра.

Глава 890. Невероятное

Покинув производственный центр HiSilicon, Лу Чжоу не сразу полез в машину, а сначала они с Ван Пеном прогулялись по промышленному парку.

Лу Чжоу осматривал здания и неожиданно заговорил:

— Ван Пэн.

— Что такое?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ничего, просто стало интересно. Мы тут уже давно, поэтому мне интересно твое впечатление от этого места.

Ван Пэн какое-то время размышлял, прежде чем ответить:

— Это впечатляет.

Лу Чжоу посмотрел на него.

— И все?

— Я просто не знаю, как описать ощущения. — Ван Пэн посмотрел на большие заводы и сказал. — Это… немного невероятно.

Благодаря глобализации рынка каждая страна занимала свою позицию в глобальной производственной цепочке, а также обладала своими конкурентоспособными областями. Но способность производить и желание производить не одно и тоже.

Intel перенесла свой завод в Сайгон из-за большой цены рабочей силы в США, а не из-за снижения возможностей США в производстве чипов.

Если бы Intel захотели, то они могли в любой момент вернуть завод назад. Но вот у Китая таких возможностей нет.

Полупроводники являлись главной болью электронной промышленности Китая, поскольку они располагались в самом начале производственной цепочки.

Но теперь проблема разрешилась, что Ван Пэн даже не верил в происходящие.

Действительно ли углеродные чипы такие поразительные?

Честно говоря, Ван Пэн даже сейчас не осмеливался в это верить.

Однако он не ученый, поэтому ему сказать тут нечего.

— В будущем произойдет много невероятных вещей, поэтому можешь ждать с нетерпением. — Лу Чжоу улыбнулся. — Кстати, я чувствую, что многое узнал здесь.

— Например?

— Безопасности производства. Процессы производства углеродных чипов и кремниевых чипов полностью отличны. Углеродные волокна и угольная пыль, образующиеся в процессе производства, легко воспламеняются. Не говоря уже о опасности огня внутри помещения, снаружи тоже нельзя расслабляться.

— Тогда что будешь делать?

— Очевидно, запретить курение на всей территории, а что?

— Ничего… — Ван Пэн улыбнулся и прикоснулся к своей пачке сигарет. — Просто кажется, что это принесет кучи боли для многих людей.

Он курил много лет, и хотя за последние два года уже не так много, он все еще курил, когда Лу Чжоу не был рядом.

Запрет на курение на всей территории станет пыткой для зависимых курильщиков.

Лу Чжоу покачал головой:

— Я не понимаю, что в этом сложного, разве они не могут просто уволиться?

Ван Пэн улыбнулся и сменил тему:

— Есть еще что ты хотел посетить?

— Я увидел большинство того, что хотел. Давай возвращаться.

— Хорошо, просто подожди, я подгоню машину. — Ван Пэн кивнул и пошел за машиной.

………………………

Лу Чжоу не очень хорошо разбирался в производственном процессе. Иначе ему не пришлось бы выкупать половину полупроводниковой компании только ради решения проблемы производства.

Но хотя он плохо знал отрасль он все равно мог выдвинуть много конструктивных предложений, как ученый.

Именно поэтому, даже если он занимался теоретическими исследованиями, он посетил различные места.

Например, он многое узнал в этой поездки.

Помимо производственной безопасности, в HiSilicon было много мест для улучшения.

Если бы не его визит, эти проблемы могли обнаружить техники спустя длительное время долгого процесса производства.

И хотя Лу Чжоу мог не найти решение проблемы, он мог указать на нее.

Он записал проблемы и отправил их Чэнь Юйшань, а также отправил копию директору Ли.

Он был уверен, что его письмо окажется чрезвычайно полезным…

Когда Лу Чжоу уже вновь направлялся домой. В десятках километров от него мэр Цзя Юаньпин сидел в своем кабинете в Цзянчэне и читал документы.

Внезапно он услышал шаги за дверью кабинета. Дверь кабинета открылась и вошла его секретарь.

— Мэр!

— Что случилось?! — Мэр нахмурился. — Ты даже не постучала.

Секретарь не объяснила почему не стучала, а сразу доложила.

— Мы получили оповещение, что академик Лу свернул с автомагистрали в Цзянчэн.

Мэр тут же вскочил, став более встревоженным, чем его секретарь.

— Быстрее! Мы должны опередить провинциальный совет.

Секретарь потрясенно отступила на полшага.

— В плане?

— Глупая? Первыми поприветствовать его.

Между муниципальным и провинциальными правительствами всегда были натянутые отношения.

Поэтому Мэр решил на спешить сообщать провинциальному правительству новость, а первым поехать с командой на встречу.

Однако он не знал, что те тоже уже были в курсе и также поехали в промышленный район со схожими мыслями.

В итоге практически одновременно две группы людей добрались ко входу промышленного района и уставились в недоумение друг на друга. Солдат, стоявший на контрольно-пропускном пункте, впал в ступор от огромной колонны и нервно доложил начальству о ситуации.

Через некоторое время он получил ответ от своего командира, в котором говорилось, чтобы он не беспокоился.

В этот момент к нему подошел мужчина в костюме и заговорил дружелюбным тоном.

— Здравствуйте, мы из городского совета, вы случайно не видели черный седан?

Солдат посмотрел на этого мужчину.

— Пожалуйста, покажите свое удостоверение личности.

— Вот. — Сказал мэр Цзя. Он достал свое красное удостоверение. — Мы из городского совета, хотели просто встретить академика Лу. Вы можете сказать нам, где он?

Солдат взглянул на красное удостоверение личности и убедился, что оно настоящее. Он отсалютовал и вернул удостоверение Цзя Юаньпину.

— Если вы ищите академика Лу, то вам лучше вернуться.

Секретарша встревожилась и сказала:

— Мы спешим…

Солдат не дал ей договорить и сказал:

— Академик Лу уехал двадцать минут назад…

Глава 891. Я довольно важный?

Возникла неловкая ситуация.

Здесь собрались представители муниципального и провинциального правительств, а также журналисты, но никто не ожидал, что все сложиться так.

Но они ничего не могли изменить.

В конце концов, они не договаривались о встрече, а также номера академика Лу у них не было. Не погоняться же они за ним чтобы вернуть.

Это может превратиться в большую проблему.

Лу Чжоу уже ехал по автомагистрали в свой родной город Цзянлин.

Когда его машина подъехала к повороту в Цзянлин, он поразился от вида пропускного пункта.

На крыше установили несколько больших прожекторов, которые светили в небо, словно тут проходил концерт или фестиваль.

Не только Лу Чжоу, но и Ван Пэн был удивлен.

— Что тут делают сигнальные огни?

Хорошо, что они светили в небо, а не на дорогу.

Иначе тут могло произойти несколько ДТП.

— …

Лу Чжоу некоторое время смотрел на вид перед собой в ступоре, прежде чем понять, что они светили не в небо, а в баннер над пропускным пунктом.

Он присмотрелся повнимательнее и удивился.

Его имя находилось на баннере.

— Может, нам въехать по другой дороге? — Смущенно спросил Лу Чжоу.

Ван Пэн кашлянул.

— И где я найду уже другой съезд?

Хотя Лу Чжоу сопротивлялся, вариантов не было.

Группа людей в костюмах стояла на морозе рядом с пропускным пунктом.

Когда они увидели черный седан, Сунь Сяофэн вздохнул с облегчением.

Сунь Сяофэн посмотрел на мэра и быстро сказал:

— Мэр! Вот он!

Остальные вокруг него тоже вздохнули с облегчением.

Они ждали здесь с полудня, а сейчас уже поздний вечер, к счастью им не придется ждать еще и ночь.

Некоторые начали тихо перешептываться.

— Это машина академика Лу?

Пожилой чиновник, собиравшийся уходить на пенсию, завистливо произнес:

— Черный седан с красным флагом… Думаю, правительство подарило ему машину.

— Ты новости смотришь?

— А кто из власти этого не делает?

— Тогда тебе следует смотреть внимательнее.

— К чему ты это?

— Просто посмотри на модель машины.

Окружающие тихо воскликнули.

Другой молодой чиновник не сдержал вопроса:

— Я слышал у него есть спорткар? Почему он не нам нем?

Другой чиновник начал объяснять.

— Приехать на спорткаре было бы слишком показушно.Правительственная машина более скромная. Она также более просторная и лучше подходит для дальних поездок. Похоже, академик Лу не эксцентричный человек, как говорят слухи.

Мэр У услышал эти слова и тут же раскритиковал его:

— Что значит эксцентричный, не позволительно так говорить…

— Да, виноват…

Чиновник опустил голову и замолчал.

В это время машина проехала через пропускной пункт и заехала на парковку рядом с ним.

У Динжун подошел к ней и с энтузиазмом протянул руку.

— Академик Лу, должно быть вы устали, пока добирались сюда!

— Нет, все нормально. — Лу Чжоу вышел из машины и пожал руку мэру. — Я просто приехал домой на праздники, не было необходимости во всем этом…

— Мы не могли иначе. — У Динжун с улыбкой крепко сжимал руку Лу Чжоу. — В Цзянлине всего семнадцать академиков, а вы самый молодой и опытный из них. Вы гордость нашего города и нашей страны. Мы просто обязаны выразить нашу сердечную благодарность.

Как и ожидалось от мэра, он умело говорил.

И хотя Лу Чжоу немного смутился, он все равно ценил доброту мэра.

Однако он все еще немного расстраивался.

Эта показное приветствие отнимало не только его время, но и кучу времени других людей.

Отпустив руку мэра, Лу Чжоу серьезно обратился к мэру.

— Господин мэр, пожалуйста, не делайте подобного впредь. Мы все здесь честные люди, поэтому не нужно тратить деньги налогоплательщиков на такое. Это заставляет не хотеть меня возвращаться.

После небольшой беседы Лу Чжоу отказался от предложения мэра отвезти его домой. Лу Чжоу наконец смог избавиться от людей из городского совета и вернулся к машине.

Лу Чжоу сел на заднее сиденье и вздохнул.

— Наконец избавился от них.

Ван Пэн завел машину и сказал:

— Небольшие чиновники полны энтузиазма, и молчу про то, что ты особенный.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Мэр не такая уж низкая должность.

— Возможно, ты не осознаешь этого в Цзиньлине, но пожив какое-то время в Пекине ты все поймешь. — Ван Пэн покачал головой. — Мэр незначительная должность.

Лу Чжоу подумал немного и понял, что Ван Пэн прав.

Все, с кем он встречался в Пекине, были более высокого уровня, чем мэр…

Лу Чжоу внезапно что-то вспомнил и спросил.

— Тогда на каком я уровне?

Ван Пэн чуть не забыл, как дышать от подобного вопроса.

— Ты не знаешь?

— Никогда не задумывался об этом.

Большую часть времени Лу Чжоу проводил в своем кабинете, или иногда выполнял некоторую работу в Комитета по строительным работам на лунной орбите. Как главный конструктор, он в основном отвечал за принятие решений и исследования, а не за раздачу всем приказов.

Помимо участия в нескольких правительственных собраниях, Лу Чжоу по-настоящему не общался ни с кем из представителей власти. Большую часть своего времени он проводил в своей лаборатории.

Он вспомнил, что давным-давно слышал о различном отношение в зависимости от уровня, но на самом деле его это не волновало, и он давно позабыл про это.

Ван Пэн понял, что Лу Чжоу с ним не шутит, поэтому посмотрел на Лу Чжоу через зеркало заднего вида и ответил:

— Комитет по строительным работам на лунной орбите подразделение министерского уровня, непосредственно подчиняющегося правительству. Твой дом охраняет рота военнослужащих. А эта машина… Как думаешь на каком ты уровне?

Лу Чжоу замолчал и задумался.

Эм…

Он никогда раньше не обращал внимания на это, он просто считал, что к академикам относятся по-особому.

Но теперь он внезапно осознал…

Наверное, я довольно важный?

Глава 892. Возвращение домой

Лу Чжоу приехал в Цзянлин уже ночью. И хотя он хотел поехать домой, он посчитал, что его родители уже спят. Поэтому он решил снять номер в отеле и попросил Ван Пэна отвезти его домой на следующий день.

Он позвонил в дверь.

Лу Чжоу услышал приближающиеся шаги, и вскоре дверь открылась.

Когда Фан Мэй посмотрела на знакомое лицо, ее глаза наполнились слезами радости.

— Сынок! Наконец-то ты вернулся!

— Мама! — Лу Чжоу обнял свою мать и увидел отца, выходящего из комнаты. Лу Чжоу вздохнул и слегка дрожащим голосом сказал. — Папа, я вернулся!

Как давно я не был дома?

Прошло три или четыре года… Лу Чжоу не мог вспомнить.

Лу Банго посмотрел на своего сына и сказал:

— С возвращением, не устал? Проходи, присаживайся… А это кто?

Лу Чжоу отошел на полшага в сторону и ответил:

— Это Ван Пэн, мой водитель. Вы уже видели его.

— А, точно, вспомнил. Эх, память становится все хуже… — Лу Банго улыбнулся. — Проходите.

Они вдвоем вошли в гостиную, и Лу Банго вежливо принес чашки и чайник.

Будь тут только его сын, то он не был бы таким вежливым, но тут появился гость. Хотя Ван Пэн неоднократно говорил им сделать вид, что его не существует, Лу Банго просто не мог оставить его в стороне.

— Все сильно изменилось.

Лу Чжоу сделал глоток чая и посмотрел на отремонтированный дом.

Телевизор заменился на больший с 48 дюймовым экраном, а настенные часы поменяли на новые.

Лу Чжоу увидел несколько горшков с цветами и растениями на подоконнике, среди которых были даже зеленый лук и чеснок.

Почти все, что он помнил, изменилось.

Единственное, что не изменилось, это знакомое ощущение дома.

Фан Мэй улыбнулась и сказала:

— Тебя и твоей сестры нет рядом, поэтому мы с папой решили отремонтировать дом. Большая часть мебели новая, но я не трогал ваши с сестрой комнаты.

— Правда? — Лу Чжоу улыбнулся. — Здорово, я хотел посмотреть на свою старую комнату.

Лу Банго посмотрел на Ван Пена, который неподвижно сидел на диване, и улыбнулся:

— Ван Пэн, останешься на ужин? Я пойду куплю рыбы на рынке.

— Нет, нет. — Ван Пэн вежливо замахал руками. — У меня есть дела, не буду мешать семейному воссоединению.

Лу Чжоу спросил:

— Работа?

Ван Пэн слегка кашлянул и сказал:

— После того, как я довез тебя, мне еще надо сдать отчетность… И кое-что еще.

Лу Чжоу не стал расспрашивать о подробностях и просто кивнул.

— Хорошо, тогда я провожу тебя.

Когда Ван Пэн вышел из дома, он рукой протер глаза.

Лу Чжоу заметил это и спросил:

— Что случилось?

— Ничего… — Ван Пэн покачал головой. — Просто… немного грустно. Ты слишком многим заплатил ради науки и страны.

Голос Ван Пэна внезапно задрожал.

Лу Чжоу не знал, что ответил.

— …

На самом деле он хотел сказать Ван Пену, что ему не следует так думать, поскольку его все устраивало. Но глядя на то, как Ван Пэн растрогался, решил промолчать.

Все в порядке, я просто оставлю его в покое.

Лу Чжоу сменил тему:

— Тебе нужно место для проживания? Я размещу все расходы…

— Не нужно, я буду жить в общежитие поблизости.

Лу Чжоу покачал головой:

— Нет, не стоит. Я без проблем могу все оплатить. Тебе лучше немного отдохнуть, а мне после этого будет спокойнее, когда ты будешь за рулем.

Ван Пэн кашлянул:

— У тебя какое-то неправильное представление… Условия там довольно хорошие, кормят три раза в день, поэтому не беспокойся.

Самое главное, из-за своего военного прошлого он не привык к роскошным отелям. И при выборе места учитывает многие факторы, как безопасность, конфиденциальность и удобство работы…

Лу Чжоу не стал пытаться его переубедить, а просто попрощался.

………………..

После того, как Лу Чжоу увидел, как машина уехала, он развернулся и вернулся домой.

Его мама уже начала готовить обед, пока отец ходил за продуктами. И хотя он хотел помочь маме, та не позволила ему.

Лу Чжоу стало скучно, поэтому он взял свою сумку с ноутбуком и пошел в свою комнату.

Хотя он не собирался работать в праздники, ему просто было нечего больше делать.

Он не из тех людей, что могли ничего не делать.

Лу Чжоу достал ноутбук и поставил его на свой старый, но все еще чистый стол. Осмотревшись, на Лу Чжоу нахлынуло чувство ностальгии.

Как и сказала его мама, ничего не изменилось.

Все осталось точно таким же, как и раньше. Единственное отличие было в том, что все было безупречно чисто.

Лу Чжоу взял рамку с фотографией, стоявшую на углу стола.

Это было его школьное фото с выпускного.

На снимке были его лучшие друзья, его учителя, даже девушки, которые ему нравились… И, конечно же, он сам.

Он посмотрел на себя в молодости и ухмыльнулся.

Тогда он был невежественным и наивным, но ощущение беззаботного счастья было весьма запоминающимся.

Но на пути к успеху каждый что-то теряет.

Немного предавшись воспоминаниям, Лу Чжоу отложил фотографию в сторону и сосредоточил свое внимание на ноутбуке.

— Надо закончить все до обеда.

Лу Чжоу начал печатать.

«Рекомендации и усовершенствования по промышленному району полупроводников в Цзянчэне (первый вариант)»

Напечатав название, Лу Чжоу начал постукивать указательным пальцем по столу. Собравшись с мыслями о промышленном парке полупроводников на основе углерода, он начал писать.

Время пролетело быстро, и Лу Чжоу расписал пять страниц.

После того, как Лу Чжоу дважды проверил на наличие ошибок, он открыл свою почту и отправил копию Чэнь Юйшань, а также в Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности. После чего облокотился на спинку стула и вздохнул с облегчением.

— Теперь все.

Он уже собирался выключить ноутбук и выйти из комнаты, когда внезапно получил письмо.

Лу Чжоу не узнал адрес почты отправителя.

Пол Робин Кругман… Факультет экономики Принстона?

Лу Чжоу некоторое время хмурясь смотрел на имя.

Эм…

Кто это?

Глава 893. Приглашение учиться в аспирантуре

Пока он жил в Принстоне Лу Чжоу общался с экономистами, но он знал не всех.

Если он не говорил с ним, то он не должен помнить его имя?

Не говоря уже о том, что Принстон был огромным университетом, и поскольку он пробыл там всего несколько лет, вполне нормально, что он не общался с ним раньше.

Лу Чжоу попытался вспомнить, разговаривал ли он когда-нибудь с этим профессором, но ничего не вспомнил, поэтому решил поискать информацию о нем в интернете.

Оказалось, что он довольно известен.

Кругман!

Лауреат Нобелевской премии по экономике 2008 года!

Эксперт в области международной торговли, валютных курсов и макроэкономики!

Его самым выдающимся достижением стало успешное предсказание в 1994 году азиатского финансового кризиса, который произошел в 1997 году. После кризиса его предсказание стало безумно популярно в экономических кругах, в итоге он получил Нобелевскую премию в 2008 году.

Лу Чжоу не понял почему он решил написать ему.

Он спрашивал у Лу Чжоу может ли он обсудить с ним научные вопросы.

Хотя Лу Чжоу не интересовался экономикой, он все же положительно ответил.

«Я свободен сегодня в 8 вечера по пекинскому времени. Если хотите можем поговорить.»

В конце концов, он должен проявить уважение к обладателю Нобелевской премий.

В любом случае, ему больше нечего делать…

………………….

8 часов вечера.

По видеозвонку появился Кругман.

Профессор пропустил какие-либо приветствия и даже не представился, он сразу же нетерпеливо заговорил.

— Вы не представляете насколько важны результаты ваших исследований!

Сбитый с толку его внезапными словами, Лу Чжоу слегка ошеломленно спросил:

— Я немного не понимаю о каких исследованиях вы говорите… Можете сказать более конкретно?

Кругман глубоко вздохнул и объяснил.

— Модель Бьюли всегда находилась в авангарде макроэкономики… Ваша улучшенная модель… Пока я буду называть ее моделью Лу — Бьюли. Она не только сокращает объем вычислений, но и уменьшает погрешность!

Модель Бьюли?

А он говорит о дипломной Сяо Тун…

Выслушав объяснение профессора Кругмана, Лу Чжоу наконец все понял.

Однако он не испытывал такого же волнения, как Кругман.

Увидев, что Лу Чжоу молчит, Кругман подумал, что тот его не понимает и объяснил:

— Скажем так, отбросив все сложные исследования, у экономики есть две цели, одна — оптимизировать распределения ресурсов, а другая — согласование интересов общества! Если мы сможем получить точную модель, мы сможем оптимизировать распределение ресурсов цивилизации! Мы даже можем предсказать будущие экономические изменения!

Лу Чжоу наконец отреагировал и облокотился на спинку стула:

— Звучит невероятно. — Он улыбнулся и посмотрел на профессора Кругмана. — Я не очень разбираюсь в экономике, но, когда дело доходит до хаотических систем… Никогда не существовало математической модели со стопроцентной точностью. Например, как можно предсказать изобретение технологии управляемого термоядерного синтеза? Как предсказать ее влияние на мировую экономику?

— Я не могу ответить на этот вопрос, но это не главное. — Кругман покачал головой. — Я могу сказать вам, что технологический прогресс можно обобщить с несколькими параметрами, как инвестиции и уровень ВВП. Как бы то ни было, это открытие уровня Нобелевской премии! Пока вы продолжите улучшать модель Бьюли могу уверить, что Нобелевская премия по экономики ваша!

— Но… Я уже получил Филдсовскую премию. — Лу Чжоу пожал плечами. — И Нобелевскую премию.

Атмосфера стала немного неловкой.

Профессор Кругман кашлянул.

— Не хотите еще одну? Это Нобелевская премия…

— Нобелевская премия уже не так привлекательна, как раньше. — Лу Чжоу вздохнул. — Знаете? В отличие от бессмысленных наград, меня больше интересует сама проблема. Понимаете, о чем я говорю, профессор Кругман?

— …

Кругман не хотел ничего отвечать.

Он хотел просто выбросить свой ноутбук в окно.

Двадцатилетний пацан говорил ему, что Нобелевская премия бессмысленна!

Даже если он имел все права так говорить, это бесило его.

Он глубоко вздохнул и попытался убедить его.

— Разве модель Бьюли недостаточно интересна? Это важная проблема! Могу со всей ответственностью заявить, что она изменит мир гораздо больше, чем любое математическое исследование…

— Не обязательно. — Перебил Кругмана Лу Чжоу. — Плюс улучшенная версия модели Бьюли… Или, как вы ее назвали, модель Лу — Бьюли, была сделана мною за час. Мне не кажется это чем-то слишком сложным.

Один час…

Кругман застыл.

Инстинкт подсказывал ему, что это невозможно, но человек на экране не выглядел так, словно шутил или лгал.

Ему попросту нет смысла лгать.

Но потратить всего час на совершенствование модели Бьюли…

Это невероятно!

— Тогда остановимся здесь. — Сказал Лу Чжоу. Видя, что профессор Кругман не может больше ничего сказать, Лу Чжоу посмотрел на часы и зевнул. —Приношу свои извинения, но я ничем не могу вам помочь. В Принстоне много отличных профессоров математики. Может вам стоит взять мою модель и попросить их о помощи.

— До свидания.

Видеозвонок закончился.

Глядя на черный экран, Кругман долго молчал. Он дрожащими пальцами снял очки.

Его студент, который сидел рядом с ним и наблюдал за происходящим, внезапно сказал:

— Профессор?

Кругман вздохнул и покачал головой.

— Я могу думать только о другом пути.

В Принстоне много отличных профессоров математики, но большинство из них не интересовались экономикой, особенно те, кто занимался теоретическими исследованиями. Многие до сих пор имели большие предубеждение против прикладных дисциплин, и считали экономику пустой тратой времени.

Но теперь всемирно известный ученый провел какие-то исследования в области экономики, поэтому Кругман не собирался сдаваться.

Кругман подумал, и внезапно ему в голову пришла идея.

Он вдруг вспомнил, что над статьей работал еще один автор.

Не Фостер.

Он никогда раньше не слышал о Фостере и посчитал, что тому просто повезло.

Но второй автор…

Его глаза заблестели, он посмотрел на своего ученика и сказал.

— Вессель!

Вессель тут же среагировал:

— Я тут… что нужно?

— Помоги мне написать письмо. Я позже дам адрес. Получателя зовут Лу Сяо Тун… — Кругман пробормотал сам себе под нос. — Если все пойдет хорошо, мы в состоянии наверстать упущенное.

Хотя Кругман говорил тихо, Вессель все равно услышал последнюю фразу.

— Наверстать что?

После небольшого молчания Кругман ответил:

— Помнишь ту статью, которую я тебе показывал? Новаторской стороной является математическая модель, но экономическая теория также хорошо проработана. А способность заставить математика заниматься исследованиями в области экономики сама по себе является редким качеством… Если я правильно понял, она еще не решила, куда поступать в аспирантуру.

Вессель немного заколебался, но спросил:

— Но что, если она не захочет продолжать учебу?

Кругман категорически возразил:

— Невозможно! Нет никакого смысла писать такую превосходную работу только для выпуска из магистратуры.

— Просто напиши письмо.

— Хорошо. — Вессель посмотрел на своего руководителя и кивнул. Он открыл свой компьютер и начал печатать.

Он не мог не ощутить бурю эмоций в своей сердце.

Каждый выпускной множество людей выпрашивают рекомендательные письма, стараясь всеми силами найти хорошего руководителя. Но эта девчонка, не говоря уже о рекомендательном письме, Нобелевский лауреат лично умоляет ее прийти к нему учиться…

Кто она такая?

Впервые он увидел, что происходит что-то подобное.

Вессель вспомнил свои первые годы в науке, и у него появилось чувство отвращения…

Черт!

Я так завидую!

Глава 894. Модель Лу — Бьюли

В действительности Сяо Тун и правда и писала такую работу, чтобы просто получить образование. Она попросила своего брата помочь с оптимизацией математической модели, но ее работа в конечном итоге перевернула всю экономику…

Усовершенствованная модель Бьюли… Или модель Лу — Бьюли, намного превосходила предыдущую модель Бьюли, будь с точки зрения эффективности вычислений или результата. Это принесло огромную пользу макроэкономистам всего мира.

И не только это.

Людей поразила не только новая модель, но и тот факт, что профессор Лу проводил исследования в области экономики!

И что он уже добился такого выдающегося результата!

Модель Бьюли всегда была передовой областью исследований в макроэкономике, а также считалась классической моделью в экономике.

Но теперь перед ними появилась более лучшая модель. Как им остаться спокойными?

Хотя Лу Чжоу официально не назвал эту модель, научное сообщество назвало ее в его честь.

А именно модель Лу — Бьюли!

Это была дипломная работа Сяо Тун, но все внимание сосредоточилось на ее брате. Но она не была подавлена, а наоборот вздохнула с облегчением.

Она знала, что сама никогда не сможет провести исследование такого уровня.

Из-за этого в конце работы она четко указала, что математическая модель была в основном завершена Лу Чжоу и что она отвечала за теоретическую часть и сбор данных.

И возможно из-за того, что она была вторым автором, после публикации она не подверглась ненужным преследованиям.

Что же касается ее наставника, профессора Фостера, который был первым автором, то его почта была заполнена до краев письмами.

Профессор просто впал в экстаз от радости.

Позволить одному студенту получить высшее образование в обмен на первого автора выдающейся работы, стало для него лучшей сделкой, которую он когда-либо совершал.

Единственным несчастьем стало то, что его имя не включили в модель Лу — Бьюли…

…………………..

Оксфордский университет.

Кабинет на факультете экономики.

Глядя на репортера, Фостер несколько раз сердито подметил.

— Я считаю, что название модели Лу — Бьюли совершенно несправедливо! Как первый автор этой статьи, думаю, мое имя должно быть указано в модели! Это против правил!

Такие люди, как профессор Фостер, никогда не оставались довольными.

Хотя профессор Фостер знал, что эта статья выдающаяся, он не думал, что она будет настолько потрясающей. Он не ожидал, что все макроэкономическое сообщество будет настолько в восторге от нее. Газета даже привлекла нескольких известных имен!

Как Кругман…

Фостер часто рассказывал на своих лекциях об экономической теории международной торговли Кругмана. Он никак не ожидал, что Кругман прокомментирует его статью в разделе выдающихся событий журнала Science

Действительно, Science осветили статью и модель у себя в колонке выдающихся событий. У них впервые появилось название модели Лу — Бьюли. И весь экономический мир решил принять это название.

Это привело его в восторг, но в то же время и в ярость.

Ничто не указывало на то, что он внес свой вклад в модель!

Журналист безуспешно пытался успокоить Фостера. У него не было другого выбора, кроме как продолжить интервью.

— Но, мистер Фостер, по словам академика Королевской академии наук, суть статьи заключается в математической стороне, которую самостоятельно завершил профессор Лу Чжоу… Какой конкретный вклад вы внесли в разработку модели?

Фостер впал в ступор.

— Хм… Вклад часто не отражается в самой статье. — Смущенно ответил профессор Фостер. — Знаете, когда дело доходит до научных исследований, особенно теоретической стороны, сбор и интерпретация данных также очень важны. Возможность сотрудничать с ученым мирового класса также способность ученого.

Он был прав.

Социальные навыки также важная часть научных исследований.

Были даже люди, которые обладали плохими способностями, но все же могли получать хорошие результаты благодаря своим связям.

В конце концов, большинство ученых интроверты. И если собрать двух таких ученых в одной команде или просто познакомить их, то они могут создать что-то великое.

Например, Монтгомери, изучавший теорию чисел, и Дайсон, изучавший физику, не имели ничего общего друг с другом, пока Джовала из принстона не свел их.

Однако…

После того, как журналист услышал защиту профессора Фостера, он с сомнением спросил:

— Но, насколько нам известно, профессор Лу принял участие в проекте, потому что его сестра Лу Сяо Тун была вовлечена в проект.

Профессор Фостер яростно воскликнул:

— Хватит! Я ее научный руководитель, если бы я ее не привел сюда, то добилась бы она этого?! Как думаете, кто на самом деле внес больший вклад?

Разговор продолжался.

Хотя двери были закрыты, Сяо Тун все еще могла слышать гнев профессора Фостера через дверь.

Будь это раньше, она немного переживала бы.

Но сейчас она чувствовала только облегчение и гордость.

Пришло время ей распрощаться с этим местом.

Энсли тоже стояла в коридоре снаружи, она посмотрела на Сяо Тун и сказала:

— Поздравляю с окончанием… Иногда я думаю, что ты поступила правильно, но я не все могу сказать.

Сяо Тун ухмыльнулась:

— Я знаю, что ты хочешь сказать.

Энсли пожала плечами:

— Хорошо, чувствую, что Фостер, как маленький ребенок.

Сяо Тун поправила волосы и улыбнулась.

— Не могу не согласиться.

Они переглянулись и улыбнулись.

Энсли спросила:

— Ты уже решила, куда пойдешь дальше?

— Пока нет, я просто хочу поступить в Принстон, но еще не знаю к какому профессору обращаться. — Сяо Тун помолчала. — Я не тороплюсь, у меня целые каникулы, чтобы подумать над этим. Вероятно, почитаю статьи, поищу интересные направления исследований.

— Я тоже думаю, что тебе стоит тщательно все обдумать и не принимать поспешных решений. Кроме того, следует подождать некоторое время, прежде чем просить у профессора рекомендательное письмо… Он сейчас не в лучшем настроении, кто знает, что он может сделать.

Сяо Тун спокойно ответила:

— По правде говоря рекомендательное письмо не имеет значения, плюс личность профессора Фостера… У меня больше шансов выиграть в лотерею, чем получить от него рекомендательное письмо.

Она не очень беспокоилась о рекомендательном письме.

Хотя оно важно, оно не имело решающее значение.

Имея за плечами статью по эконометрике, большинство профессоров рассмотрят ее кандидатуру даже без рекомендательного письма.

Энсли улыбнулась:

— Похоже, ты все продумала, поэтому… Заранее поздравляю с Китайским новым годом.

— Спасибо. — Внезапно телефон в кармане Сяо Тун завибрировал. — Подожди секунду… Похоже я получила сообщение.

— Все в порядке.

Сяо Тун достала свой телефон и взглянула на уведомление. Прочитав название, она застыла.

Энсли заметила ее реакцию и спросила:

— Что такое?

— Я… — Сяо Тун успокоилась. — Получила письмо от профессора Кругмана.

— Кругмана? Пола Кругмана из Принстона? — Энсли застыла. — О боже! Профессор Кругман! Я читала его статью несколько дней назад! Что он написал?

— Он предложил… — Сяо Тун недоверчиво подняла глаза. — Он предложил мне получить у него докторскую степень… Если я еще не определилась куда поступать.

Глава 895. Хочет дерево покоя, да ветер не прекращается

Сяо Тун не единственная, кого удивляла популярность ее работы, Лу Чжоу тоже не ожидал подобного. Он только вернулся в свой родной город и собирался прервать связь с внешним миром, после чего сосредоточиться на решении гипотезы Римана. Однако еще до окончания отпуска его почта до краев заполнилась письмами.

Некоторые написали его старые коллеги из Принстона, другие пришли от тех, кого он не знал, от ученых в области макроэкономики и вычислительной экономики. Многие отправители были довольно известны.

Благодаря этим письмам Лу Чжоу узнал, что его математическая модель привлекла внимание всей области экономики. По-видимому, в мире было проведено несколько экономических семинаров, посвященных его математической модели.

Общее мнение экономистов совпадало с точкой зрения Кругмана и все надеялись, что Лу Чжоу сможет продолжить исследования модели и вывести макроэкономику на более высокий уровень.

К сожалению, Лу Чжоу это не интересовало.

Вначале Лу Чжоу со всей серьезностью ответил на несколько писем и тактично отказался. Но позже приходило все больше и больше писем, поэтому он попросил Сяо Ая разобраться с ними.

После этого у него, наконец, появилось свободное время, чтобы продолжить исследование своей математической модели, анализа гиперболических кривых.

За день до китайского Нового года, в полдень по лондонскому времени.

Сяо Тун собирала свои вещи, пока звонила Лу Чжоу по видеозвонку. Она рассказала ему радостную новость о том, что ее пригласили получать докторскую под руководством Кругмана.

Выслушав радостную Сяо Тун, Лу Чжоу внезапно прервал ее:

— Сяо Тун.

— Да?

Сяо Тун в этот момент убирала свои вещи в чемодан и ответила не оглядываясь.

Лу Чжоу помолчал немного, затем спросил:

— Теоретически может ли экономическая модель… предсказать будущее?

Лу Чжоу почти забыл о разговоре с Кругманом, но слова Сяо Тун заставили его вспомнить обсуждение с ним.

Предсказание будущего…

Прогнозирование будущей социальной активности и даже политическую обстановку через макроэкономику…

Действительно ли это возможно?

Сяо Тун подумала немного, склонила голову набок и серьезно ответила:

— Не могу сказать, что невозможно… Но смысл экономики не в предсказании будущего.

— Тогда в чем?

— В эффективном распределение социальных ресурсов… Или для развития будущего в лучшем направлении?

Голос Сяо Тун звучал немного неуверенно. В конце концов, она только месяц назад стала магистром и ей предстоял еще долгий путь.

— Понятно…

Лу Чжоу задумчиво кивнул.

Сяо Тун посмотрела на экран. Видя, что ее брат погрузился в размышления, она с любопытством спросила:

— Брат, разве ты не занимаешься гипотезой Римана? Почему ты спрашиваешь меня об этом? — Внезапно она радостно добавила. — Ты… Заинтересовался экономикой?

— Слишком много думаешь, кое-кто просто упомянул эту тему. — Ответил Лу Чжоу, а потом улыбнулся и сменил тему. — Кстати, когда ты возвращаешься?

Хотя это мог быть интересный исследовательский проект, Лу Чжоу он недостаточно привлекал.

В конце концов, так называемое предсказание будущего не что иное, как прогноз. Даже профессор Кругман не испытывал абсолютного оптимизма в этой теме.

Конечно, он с удовольствием использовал бы свой квантовый компьютер, чтобы предсказать будущие интересные экономические события.

Конечно, он использовал бы это не заработка денег, а лишь для удовлетворения собственного любопытства.

Сяо Тун радостно ответила:

— Я вылетаю обратно завтра! Сначала я прилечу в Шанхай, пробуду там два дня, а потом сяду на поезд и вернусь домой!

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, тогда поговорим, когда ты вернешься домой… Кстати, у тебя нормально с деньгами?

— Эй, мне не нужны твои деньги, мне хорошо платят за мою консультационную работу в банке, по крайней мере, намного больше, чем, когда ты подрабатывал… Между прочим, а ты уже вернулся домой?

Хоть она была немного незрелой, но ей не нравилось просить помощи у других.

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Да, я вернулся вчера.

— Ух, завидую… Ладно, я пошла обедать, давай.

— Хорошо, возвращайся скорее.

После окончания озвонка Лу Чжоу посмотрел на часы и подумал, что его мама скоро позовет его ужинать.

Но как только он собрался пойти в гостиную, в правом нижнем углу экрана его компьютера появилось оповещение.

«Хозяин, Сяо Ай получил особенное письмо. Должен ли Сяо Ай ответить сам? ♪(^∇^*)»

Лу Чжоу взглянул на сообщение и заколебался.

— В плане особенное?

«Оно пришло от женщины по имени Вера.»

Вера?

Лу Чжоу на мгновение замер, а потом ответил:

— Я отвечу сам.

«Хорошо!»

Лу Чжоу стало любопытно, почему Сяо Ай смог классифицировать это письмо как особенное. Судя по всему, последнее обновление несколько улучшило эмоциональную составляющую искусственной отсталости.

Как раз в этот момент, когда Лу Чжоу собирался прочитать письмо, он услышал стук в свою дверь.

— Сынок, тебя кто-то ищет снаружи.

Лу Чжоу вспомнил, что у него не было никаких планов, поэтому спросил:

— Ищет меня?

— Да! Они утверждают, что они профессора из университета Цзянхэ! А один из них академик! Они слишком вежливые, они подождут у дверей и попросили сначала узнать у тебя.

Голос его матери был полон радости.

Ее сын был не только успешным ученым, но и ее сына навещали другие известные ученые. Как она могла не радоваться.

Не говоря уже о том, что университет Цзянхэ был знаменитым университетом в Цзянлине!

Однако, услышав слова своей матери, Лу Чжоу ощутил головную боль.

Он внезапно понял, что для него нереально избежать контакта с научными кругами во время каникул.

— Хочет дерево покоя, да ветер не прекращается…

Сяо Ай написал:

«(°ー° ??)»

— Сын?

— Ничего, я иду.

Лу Чжоу встал и направился к двери.

И почему мне кажется, что спокойного нового года я не увижу…

Глава 896. У меня есть несколько идей

Возвращаясь в родной город, Лу Чжоу надеялся, что сможет немного отдохнуть, но он был слишком оптимистичным.

В таком маленьком городке, как Цзянлин, редко бывали знаменитости.

Возвращение Лу Чжоу на праздники уже достаточное событие, чтобы оживить весь город.

Сначала городского совет встретил его повороте в город, потом преподаватели университета Цзянхэ постучались в его дверь.

После небольшой беседы директор Фэн и заведующие факультета математики спросили у Лу Чжоу, могут ли они повесить его имя на корпусе факультета математики.

Это не такая уж сложная просьба.

Многие богачи тратили десятки миллионов только на то, чтобы повесить свои имена на университетских зданиях.

Но Лу Чжоу не нужно ничего платить.

Хотя Лу Чжоу все еще озадачили слова директора Фэна.

— Директор Фэн… Уместно ли это? — Лу Чжоу посмотрел на старика. — Я родился в Цзянлине, но я никогда… не посещал университет Цзянхэ. Называть что-то в мою честь кажется немного неправильно.

— Почему неправильно? — Спросил директор Фэн. Хотя он ожидал такой реакции, он все равно волновался объясняя. — Вы лучший ученый Цзянлина, образец для подражания для нашего университета. Хоть вы и не из нашего университета, мы все из одного города. Почему подобное будет неправильным?

Лу Чжоу не знал, что сказать.

Это правда хорошая идея?

Заметив, что Лу Чжоу все еще колеблется, декан математического факультета хотел что-нибудь еще добавить, но просто не знал что. В конце концов секретарь Ли, сидевший рядом с директором Фэном, опустил свои очки в золотой оправе и предложил:

— У меня есть решение. — Секретарь уверенно улыбнулся. — Профессор Лу, вы учились в шестой школе Цзянлина, верно?

— Да… А что?

— Мы говорили с шестой школой. Мы предложили им стать школой при нашем университете. — Секретарь Ли посмотрел на директора Фэна. — Они согласились, так что профессор Лу технически считается нашим выпускником.

Директор Фэн сразу обрадовался:

— Отлично!

Лу Чжоу не знал, что сказать, и с недоумением смотрел на происходящее.

……………………

В конце концов, Лу Чжоу принял предложение директора Фэна.

Не потому, что они были из одного родного города.

А только потому что они были связаны со школой, в которой он учился.

В конце концов, он же не должен был ничего делать сам.

Сотрудники университета были лишь первыми.

Следом директор школы, где учился Лу Чжоу, также пришел в гости с некоторыми учителями. Потом приезжал городской совета, и даже руководители фабрики его отца приходили к нему домой.

Так продолжалось до кануна китайского Нового года. Лу Чжоу наконец-то смог выдохнуть после того, как Сяо Тун вернулась домой.

За это время Лу Чжоу почти не проводил никаких исследований, поскольку был расстроен и волновался.

Кажется, это не только университет…

Я даже не могу спокойно поработать в своем родном городе…

В ночь китайского Нового года.

Сяо Тун лежала на диване и играла. Лу Чжоу сидел рядом со своими родителями, которые смотрели новогодний концерт. Лу Чжоу, тем временем, звонил своим друзьям и коллегам, чтобы поздравить их с новым годом.

Если он это не сделает, то они все равно с ним свяжутся, чтобы поздравить его.

— Очень важный навык уметь расслабляться при хаосе. Нет никого, кто мог бы научить тебя этому, поэтому тебе следует воспринимать это как своеобразный опыт.

Лу Чжоу услышал мудрые слова старика Тана и улыбнулся.

Он вздохнул и ответил:

— Возможно, но я бы предпочел оставаться занятым. Занимаясь чем-то полезным, я не чувствую, что трачу время впустую.

— Не вздыхай! Вздыхая в новогоднюю ночь, ты упустишь всю свою удачу.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо… Кстати, как жизнь после выхода на пенсию?

— Здорово. — Старик Тан выпил немного чая и спросил. — А что у тебя, ты добился какого-нибудь прогресса с гипотезой Римана?

— Немного, но ничего особенного.

Старый Тан кивнул и заговорил.

— В конце концов, эта гипотеза венец математики, поэтому будет непросто… Но я слышал от декана Циня, что ты собираешься решить ее в течение трех лет?

Лу Чжоу действительно упомянул об этом декану, но он не ожидал, что тот распространит эту новость.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой:

— У меня есть такое в планах, но теперь я не уверен, что смогу решить за три года.

До этого Лу Чжоу был очень оптимистичен, особенно после того, как он разработал новый метод. Он был уверен, что сможет решить гипотезу в течение года.

Однако, чем глубже он погружался в эту проблему, тем больше понимал, что все не так просто, как он себе представлял.

Благодаря математическому инструменту, который он опубликовал, текущее значение ε составило 1/127. Но математическое сообщество застряло.

Казалось, что какую вспомогательную кривую не выбирай, нет никакого способа приблизить это число до 1/2.

Лу Чжоу продолжал разговаривать со стариком Таном о науке. Потом он закончил звонок и позвонил академику Лу, Чэнь Юйшань, Ло Вэньсюаню и поздравил их с китайским Новым годом.

Сяо Тун, которая все еще играла в свою мобильную игру, зевнула и сказала.

— Брат, у тебя очень много друзей.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Правда?

— Да, но почему у тебя нет девушки?

— …

Почему ты меня спрашиваешь?

Что-то не вижу, чтобы у тебя был парень.

Видя, что Лу Чжоу проигнорировал ее, Сяо Тун улыбнулась и продолжила:

— Брат, поиграй со мной, здесь много симпатичных виртуальных девушек.

— Нет, спасибо, мне не интересно.

Лу Чжоу внезапно вспомнил, что у него на почте есть непрочитанное письмо.

— Я чуть не забыл.

Сяо Тун с любопытством посмотрела на брата, который встал и пошел обратно в свою комнату.

Он сел за свой стол и открыл ноутбук.

Непрочитанное письмо спокойно лежало в его почтовом ящике.

Хотя красивый и изящный почерк Веры невозможно увидеть в электронном письме, ее стиль письма все еще заметен.

Через некоторое время Лу Чжоу дочитал письмо до последней строчки.

Самой важной части…

«У меня есть несколько идей относительно гипотезы Римана.»

Глава 897. Снег в Принстоне

Принстонский университет.

Сейчас самое холодное время года в Нью-Джерси, за окном падали белые снежинки, накапливаясь на крышах и превращая университет в старинный замок из сказок.

Вера тихо сидела перед своим компьютером в библиотечной комнате.

Длинные светлые волосы Веры рассыпались по плечам, и, хотя ее лицо было слегка бледным, ее сапфировые глаза давали ощущение умиротворение и спокойствия.

Ответ Лу Чжоу появился на экране перед ней.

Его письмо было характерно кратким и прямым.

«Я прочитал твое письмо.

Идея использования неприводимого унитарного представления восьмеричной группы Гейзенберга, а также использовать на ней преобразований Фурье, является интересной идеей.

Очень хорошо, твоя идея, также косвенно ответила на мои сомнения. Помнишь, что я сказал давным-давно? Гипотеза Римана проблема аналитической теории чисел, но по существу она все же является проблемой комплексного анализа. Для ее решения мы должны использовать идею решения комплексного анализа, но мы не можем ограничиваться этим.

Я предлагаю начать с формул для класса односвязных нильпотентных групп Ли G_n и найти субэллиптические свойства левоинвариантного дифференциального операторов на G_n. Ты сможешь найти что-то удивительное.

Кстати, я предлагаю тебе привести в надлежащий вид сообщение из письма и написать статью. Это также облегчит мне возможность ссылаться на твою работу.»

— Не ограничиваться метода комплексного анализа? Ты ни капельки не изменился.

Прочитав письмо, Вера улыбнулась.

Однако ее улыбка исчезла, и девушка задумалась, после чего взяла ручку и записала идеи Лу Чжоу.

Также она записала некоторые из своих собственных идей.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату быстрым шагом вошла девушка в пальто.

Молина стряхнула снег со своего тела и повесила пальто на вешалку у двери. Она подошла к Вере с бутербродами и кофе.

— Сделай перерыв, поработай после обеда. Я принесла тебе твой любимый бутерброд с тунцом… И кофе с мятой. Что за странный вкус? Зачем добавлять мяту в кофе?

— Спасибо, Молина. — Вера схватила стакан теплого кофе и искренне улыбнулась. — Они не кладут мяту в кофе. Они ненадолго кладут листья мяты, а потом вынимают. Как с завариванием чая.

— Я все равно думаю, что это странно… Что ты читаешь?

— Ответ профессора Лу… — Вера покраснела. — Я изучала его метод анализа гиперэллиптических кривых, а потом вспомнила о теории представления групп Гейзенберга. Я изучила эту тему и… Похоже, мои исследования пригодятся.

Молина посмотрела на письмо и угрюмо сказала.

— Эй, ты сотрудничаешь с врагом! Не забывай, кто твой товарищ.

— Профессор Лу нам не враг. — Вера упрямо посмотрела на Молину. — Почему мы не можем решить эту гипотезу вместе? Гипотезу Римана не решить в одиночку.

Молина посмотрела на упрямое лицо Веры и лишилась дара речи.

Она знала, что ведет себя мелочно и эгоистично, но кто бы этого не сделал?

Если бы они вместе доказали гипотезу Римана, большую часть заслуг приписали бы ему.

Например, кто помнит соавторов Харди или соавторов Гильберта.

Если только это не задача, что Харди и Гильберт решили совместно.

Всякий раз, когда возникал разрыв в статусе, люди всегда будут помнить о более сильном и забывать о более слабом, менее известном человеке.

Математика была страстью и хобби Молины, но она также должна позволить имени семья Абель жить дальше.

Однако, глядя на непреклонную Веру, она не могла ничего сказать.

— Я и правда не могу ничего с тобой поделать. — Вздохнула Молина и почесала затылок. — Если ты думаешь, что все так просто, тогда просто продолжай идти по пути, который считаешь верным.

— Спасибо. — Ответила Вера с искренней улыбкой.

— Не за что… Кстати, с тобой все в порядке? — Молина посмотрела на мусорное ведро, которое было заполнено черновиками. — Ты вчера весь день кашляла и сегодня выглядишь неважно.

Вера покачала головой:

— У меня все хорошо, не переживай.

Молина заколебалась:

— Может я за тебя поеду сделаю доклад в Санкт-Петербурге, а ты хорошенько отдохнешь здесь?

— Нет, я обязана поехать лично… — Вера покраснела и покачала головой. — Он с нетерпением ждет моего отчета. Я его не подведу.

Молина глубоко вздохнула и, наконец, спросила:

— Может ответишь, что на самом деле с твоим здоровьем?

Руки Веры слегка задрожали, потом она, как обычно, покачала головой и мягко улыбнулась:

— Не волнуйся, я в порядке.

Однако Молину это нисколько не убедило.

Молина волновалась все сильнее.

Она внезапно выхватила черновик из рук Веры и схватила ее за плечо, а потом строго сказала:

— Послушай, тебе нужно отдохнуть! Надо лежать и отдыхать, когда ты…

— Я в порядке, верни… — Вера забрала черновик у Молины. — Мне не нужен отдых, поверь мне, я знаю, что мне нужно.

Осталось не так много времени…

У меня нет времени на отдых.

Глядя на решительную девушку, Молина, наконец сдалась, она опустила руку с плеча веры и отчаявшись произнесла:

— Я сдаюсь!

Она развернулась, схватила свое пальто и вышла из комнаты.

Глава 898. Состояние Веры

— Хватит давать ей несбыточные надежды.

Молина сдерживала ярость, холодно говоря эти слова по видеозвонку.

Лу Чжоу, сидевший за своим столом, отложил ручку.

Он посмотрел на Молину и почувствовал недоумение.

— Ей? О чем ты?

Вчера вечером он получил от нее письмо с просьбой созвониться. Но теперь он понятия не имел, что она пыталась сказать.

Молина глубоко вздохнула и холодно продолжила:

— Я говорю о Вере Пулюй!

Лу Чжоу нахмурился, начиная понимать, что все может быть серьезнее, чем он думал.

— Что случилось с Верой?

Молина не могла не нарушить вое обещание ничего не говорить Лу Чжоу. Она стиснула зубы и сказала правду.

— С прошлой недели у нее кашель и температура, это не похоже на обычную простуду! Не знаю, договорились ли вы работать вместе или о чем-то подобном, не хочу знать, просто хочу сказать… Она переутомляется из-за тебя!

Молина пристально посмотрела на Лу Чжоу и серьезно сказала:

— Пожалуйста, умоляю тебя, не дави на нее.

После этих слов она завершила звонок.

— Подожди! Она закончила звонок?

Лу Чжоу растерянно посмотрел на пустой экран.

Слова Молины не выходили у него из головы.

В плане не давить?

Лу Чжоу повторил слова Молины про себя, спрашивая себя, делал ли он когда-нибудь подобное.

Однако он вообще не мог вспомнить, что где-то давил на Веру. Он даже не просил ее ни о чем.

Черт!

Могла просто объяснить конкретнее?!

Что я сделал?

Лу Чжоу внезапно разозлился, но он не мог сказать, что его так раздражало.

В правом нижнем углу его экрана появилось сообщение о Сяо Ая.

«Хозяин, эм… Мне перезвонить ей?»

Лу Чжоу глубоко вздохнул и покачал головой.

— Не надо…

В этом не было никакого смысла.

Молина явно закончила разговор, сказав все, что хотела. Перезванивать ей бессмысленно.

Маловероятно, что она сама прояснит ситуацию.

Лу Чжоу откинулся на спинку кресла и вздохнул, пробормотав сам себе:

— Как же мне хочется найти тихое место, где никто не будет меня беспокоить.

Место, где ничто не помешает моим исследованиям.

Было бы здорово, если бы время остановилось, пока я буду там.

По мнению Лу Чжоу нет ничего прекраснее подобного.

Лу Чжоу закрыл глаза и попытался отвлечься от реальности, но внезапно покачал головой и встал.

Нет!

Я не могу просто оставить ее!

Неважно виноват я или нет, она все еще моя ученица…

Он не мог просто стоять в стороне и смотреть, как она игнорирует свое здоровье. В конце концов, не всем в организм вводился препарат от системы. Он не болел уже семь лет и мог легко не спать всю ночь без каких-либо последствий.

Лу Чжоу открыл свою почту и осторожно начал печатать.

«Я слышал, ты болеешь…

Извини, я не силен в подбадривании, и я не врач. Я просто хочу сказать…

Неважно насколько важны исследования, я надеюсь, что ты сможешь правильно расставить приоритеты в отношении своего здоровья. У тебя только одно тело. Не говоря уже о том, что ты никогда не отличалась хорошим здоровьем, поэтому тебе следует быть внимательнее.

Мне будет очень грустно, если с тобой что-нибудь случится.

Обязательно больше пей…»

Лу Чжоу какой-то время молча думал, а потом удалил последнюю строчку, после чего отправил письмо.

После этого он спокойно ждал, сидя перед своим компьютером.

Хотя он хотел потратить это время на математику, но никак не мог сосредоточиться.

Время шло медленно.

Прошло всего десять минут, как Лу Чжоу отправил письмо, но ему казалось, что прошли часы.

Лу Чжоу посмотрел на пустую почту и глубоко вздохнул.

Он был уверен, что Вера еще не спит и сидит перед компьютером.

— Это моя вина? Но что я сделал…

Лу Чжоу посмотрел на свои руки и встревоженно покачал головой, пытаясь отбросить из головы отвлекающие мысли.

— Сейчас не время думать о таком. Я должен выяснить, что с ней!

Лу Чжоу открыл свою почту и снова начал печатать.

«…Если ты сейчас в Принстоне, пожалуйста, проведай Веру Пулюй за меня. Я слышал от ее коллеги, что она болеет. Я не могу дозвониться до нее прямо сейчас.

Если сможешь проведай ее и спроси, что у нее за болезнь. Спасибо.»

Лу Чжоу открыл свой список контактов и отправил письмо другому своему ученику, Цинь Юэ.

Хотя этот парень обычно оставался довольно тихим и сдержанным, он был довольно заботливым. Цинь Юэ определенно постарается, чтобы помочь Лу Чжоу.

Более того, кроме Цинь Юэ, Лу Чжоу больше некого было спросить.

Отправив письмо, Лу Чжоу вздохнул.

— Надеюсь, с ней ничего не случится…

Если бы она действительно больна, будь это из-за него или нет, он все равно будет себя чувствовать виноватым.

Что если ее госпитализируют…

Лу Чжоу даже думать не хотел о таком.

Глава 899. Свайпнешь вправо?

Как и ожидал Лу Чжоу, Цинь Юэ не заставил его долго ждать. Лу Чжоу лишь сходил в ванную, как Цинь Юэ уже ответил ему.

К сожалению, Цинь Юэ мало что знал о состоянии Веры. Он просто знал, что она работала с Молиной над гипотезой Римана. Насчет остального он не был в курсе.

Однако Цинь Юэ сказал, что сделает все возможное, чтобы проследить за ситуацией, а если обнаружит что-то новое, то сразу сообщит Лу Чжоу.

Что касается Веры…

По какой-то причине она все еще не ответила ему.

Лу Чжоу не мог больше так долго ждать. Хотя он все еще беспокоился, он решил отложить этот вопрос в сторону и продолжить исследования гипотезы Римана.

Работа Веры очень вдохновила его, особенно использования группы Гейзенберга. Даже он не мог не аплодировать такой идеи.

Если он сможет совершить прорыв, используя восьмеричную группу Гейзенберга и метод анализа гиперэллиптических кривых, то он добьется прогресса в нахождение значения ε.

У него уже были идеи о приближении к более точному значению ε, теперь ему нужно лишь время для проверки своих предположений.

А пока Лу Чжоу занимался гипотезой Римана, профессор Кругман все еще не сдался.

Статья по эконометрике продолжала распространяться в экономическом сообществе. Кругман писал Лу Чжоу каждые пару дней, время от времени прикрепляя к ним последние результаты исследований по его модели.

Последние исследования включали работы известных ученых, доклады с научных конференций, а также собственные исследования Кругмана.

Казалось, этот профессор хотел показать Лу Чжоу, насколько важны его исследования, и убедить продолжить исследования в области экономики.

Однако ожидания пожилого профессора были обречены на провал.

Если бы нечто подобное произошло в физике или химии, это могло бы немного увлечь Лу Чжоу. В конце концов, Лу Чжоу нравилось, когда его исследования вдохновляют других.

К сожалению, деньги его больше не интересовали.

Он не хотел тратить свое время впустую на размышления о том, как заработать еще больше денег.

Он не хотел хвастаться, но на самом деле у него было просто слишком много денег…

Обед.

Семья сидела за обеденным столом и с удовольствием обедала.

Теперь, когда дети вернулись домой, Фан Мэй была счастлива. Она приготовила все любимые блюда Сяо Тун и Лу Чжоу, словно она хотела, чтобы они остались здесь навсегда.

Лу Чжоу было все равно сколько есть, даже до использования препарата от системы, он не мог потолстеть.

Но вот Сяо Тун…

Ей не нравилась английская кухня, и теперь она оказалась перед множеством вкусных блюд, что заставляло ее страдальчески думать о калориях.

Лу Чжоу посмотрел на свою сестру, пытающуюся сдерживаться, и не смог сдержать смешка.

Сяо Тун заметила, что Лу Чжоу смотрит на нее, и внезапно что-то вспомнила. Она отложила палочки и спросила.

— Брат, у тебя есть какое-то предубеждение против экономики?

Лу Чжоу с чего вдруг она спрашивает подобное, поэтому покачал головой.

— Предубеждение? Совсем нет.

— Тогда почему ты так сопротивляешься? — Сяо Тун почесала затылок. — Профессор Кругман так рвется работать с тобой, а у модели Лу — Бьюли есть все шансы получить Нобелевскую премию.

Как раз в тот момент, когда Лу Чжоу собирался объяснить, его отец заговорил первым.

— Эй, не трогай волосы жирными руками. Ты уже взрослая, никто не выйдет за тебя замуж, если ты будешь так делать.

Старый Лу ничего не смыслил ни в экономике, ни в каких-то там моделях, но это не мешало ему делать нравоучения дочери.

Сяо Тун надулась.

— Папа! А что насчет другого холостяка здесь? Почему ты прицепился лишь ко мне?

Отец фыркнул.

— Твой брат… На него бесполезно рассчитывать. Осталась надежда лишь на тебя.

Лу Чжоу чуть не подавился супом. Он отложил палочки и сказал:

— Что значит бесполезно? Ты разбиваешь мне сердце. Мне еще и тридцати нет!

Сяо Тун высунула язык и ничего не сказала.

Их отец лишь рассмеялся и вздохнул.

Маме, сидевшая с другой стороны, не выдержала и заговорила:

— Все в порядке, у нашего сына свои планы, когда он будет готов, он создаст семью.

Лу Чжоу вздохнул.

— Мама, меня понимает!

Однако его мама продолжила:

— Однако из-за своей работы, ты почти не встречаешься с девушками! Я не беспокоюсь о том, что ты выйдешь замуж, но тебе надо больше общаться с ними. Может мы с твоим отцом поможем тебе? Девушка в доме тети Ван мне нравится, может я тебя с ней познакомлю?

Лу Чжоу чуть не подавился едой.

— Собираешься устроить свидание вслепую?

— Как ты можешь называть это свиданием вслепую? — Его мама смущенно улыбнулась и сказала. — Я просто хочу, чтобы вы познакомились.

Сяо Тун нахмурилась и вдруг спросила:

— Тетя Ван? Та, что напротив? Ты про ее толстую дочку?

Старый Лу отложил палочки и заговорил.

— Что значит толстая? Она просто немного полновата. Ей только за двадцать. Я думаю, она довольно хороша.

Сяо Тун злобно улыбнулась и спросила:

— Брат, свайпнешь вправо?

— Отвали!

Фан Мэй не понимала, о чем говорят ее дети.

— Свайпнет? Что?

— Ничего, мам… — Лу Чжоу кашлянул. — Забудь о свидании вслепую. Я хотел расслабиться в эти праздники, но ко мне все приходят и беспокоят. Можете дать мне отдохнуть? Мне хорошо одному. Я уверен, что многие девушки не уживутся с моим характером. Не портите жизнь девушкам.

— Что значит портить жизнь, посмотри какой ты успешный. — Отец кашлянул. — В древности ты был бы завидным женихом.

Сяо Тун улыбнулась:

— Папа, читай поменьше романов. В наши дни девушкам нужны не только деньги, но и романтика.

— Какие романы? Я говорю правду.

Лу Чжоу покачал головой и продолжил есть.

Расспросы родителей про его личную жизнь стали уже рутиной, когда он приезжал домой. Как бы то ни было, готовка его мамы была слишком вкусной, что он был готов только ради нее возвращаться.

Сочная тушеная свинина была нежной, как тофу, и мягкой, как желе. Откусив кусочек, совсем не чувствовалось жира, а только лишь сладость.

Хотя Лу Чжоу и раньше бывал в ресторанах с тремя звездами, он никогда не мог забыть готовку его мамы.

Наслаждаясь едой, он вдруг услышал стук в дверь.

— Вероятно, кто-то пришел поздравить нас с новым годом… Я посмотрю.

Фан Мэй отложила палочки и встала.

Она открыла входную дверь.

Перед ней предстала красивая и знакомая фигура.

Фан Мэй увидела добрую улыбку, а потом приятный голос донесся до остальных членов семьи.

— Привет, тетя!

Этот голос…

Что за…

Лу Чжоу выглядел так, словно увидел привидение.

Он и Сяо Тун застыли…

Глава 900. Неожиданный визит

Была такая поговорка.

Давно одинокого человека, даже собака начнет привлекать.

Лу Чжоу задумался, может поэтому его мама так радовалась Чэнь Юйшань.

Ее сын так долго холост, что каждая девушка казалась идеальной парой для него…

Пока это женщина, Фан Мэй с радостью примет ее в роли невестки…

— О, ты вся сверкаешь. — Сказала Фан Мэй Чэнь Юйшань.

Чэнь Юйшань не имела себе равных в этом маленьком городе, когда дело касалось внешности. А ее дружелюбный характер заставил Фэн Мэй немного поволноваться, поскольку она чувствовала, что холодный характер ее сына недостаточно хорош для Чэнь Юйшань.

— Тетя, вы меня смущаете. — Ответила Чэнь Юйшань, покраснев.

— О, что тут такого, ты ищешь Лу Чжоу? Заходи! Мой сын немного грубый, не принимайте близко к сердцу все, что он говорит. Мы сейчас обедаем, ты уже поела? Присоединяйся… Старина Лу, сходи за палочками для еды и тарелкой!

Энтузиазм Фан Мэй немного ошеломил Чэнь Юйшань, и она вежливо попыталась отказаться.

— Нет, все в порядке, я уже обедала.

Лу Чжоу вздохнул и отложил палочки для еды.

Хотя он все еще хотел насладиться едой…

— Мам, я наелся.

— Уже?

— Да, а ты… Пойдем со мной.

Под удивленные взгляды родителей и сестры Лу Чжоу отвел Чэнь Юйшаня в свою комнату.

Лю Чжоу закрыл дверь и сел за свой стол, наконец-то вздохнув с облегчением.

Наконец-то он был вдали от чрезмерно взволнованной семьи.

После того, как Чэнь Юйшань вошла в комнату Лу Чжоу, она с любопытством осмотрелась.

— Это твоя комната?

— Да, но я возвращаюсь сюда только на новогодние праздники.

Чэнь Юйшань вдруг заметила фотографию в рамке на столе.

— Понятно… О? Это твоя фотография в старших классах? — Ее глаза загорелись, как будто она только что нашла сокровище. Однако прежде чем она успела внимательно рассмотреть его, «сокровище» исчезло.

— У меня не было времени прибираться… — Ответил Лу Чжоу, быстро убирая рамку с фотографией в ящик стола. — Пожалуйста, садись.

— Жадина!

Чэнь Юйшань огляделась и увидела, что в комнате нет другого стула, поэтому села на кровать.

Они были давними друзьями, поэтому в этом не было ничего плохого.

Лу Чжоу не удержался и спросил:

— Зачем приехала? И почему не предупредила?

— Я писала тебе, но ты проигнорировал меня. — Чэнь Юйшань достала телефон и сказала. — Смотри.

Лу Чжоу взял телефон и посмотрел.

Эти смайлики похожи на стиль Сяо Ая…

Лу Чжоу достал свой телефон и тайно отправил Сяо Ай сообщение.

«Почему ты не сказал мне?!»

«Хозяин, вы сказали мне отклонять все запросы на посещение.»

Этот!..

Всего несколько дней назад я хвалил его интеллект, но теперь он снова отупел!

Чэнь Юйшань посмотрела на Лу Чжоу, печатающего на своем телефоне, и наклонила голову набок.

— Ты занят?

— Нет. — Лу Чжоу убрал телефон. — Сейчас же праздники… Нормально ли приезжать ко мне, а не ехать домой?

— Какие праздники! Китайский Новый год прошел три дня назад. Я прилетела сюда из Пекина.

— Но сейчас все еще выходные, разве ты не хочешь остаться со своей семьей?

— Терпеть их не могу. — Чэнь Юйшань вздохнула и закатила глаза. — Будучи незамужней девушкой для них я все делаю неправильно. Мой отец организовал мне два свидания вслепую на следующий день после нового года, что вынудило меня бежать.

Лу Чжоу хотел сказать, что он испытывает то же самое, но ему было слишком неловко сочувствовать ей.

— А что плохого в свидании вслепую? Что, если встретишь того, кто тебе понравиться?

— Я так не думаю. — Чэнь Юйшань покачала головой. — Прожить всю жизнь с кем-то, кого ты совсем не знаешь, гораздо ненадежнее, чем играть в лотерею.

Лу Чжоу чувствовал, что из-за статуса ее отца, ее знакомили с весьма надежными парнями.

Однако у каждого своего представления о браке.

В конце концов, романтика лишь часть жизни, а не вся жизнь. Есть еще множество других вещей помимо нее.

Например, самореализация.

Это гораздо важнее, чем продолжение рода.

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Как бы то ни было, я здесь не для того, чтобы докучать тебе. Я хотел вернуться в Цзиньлин, но у меня были кое-какие дела на заводе в Цзянчене. Мне нужно обсудить лично с тобой одно дело, поэтому я приехала.

— Что такое?

— Я прочитал твое письмо с улучшениями производства. Я внесла несколько простых изменений, но я тут не за этим. — Чэнь Юйшань достала папку из своей сумки и положила на стол. — Посмотрите на это, я получила это через связи моего отца. Это внутренняя информация.

— Группа 19+2… — Лу Чжоу посмотрел на документы и нахмурился. — Разве это не старая программа?

— Это не тоже. — Чэнь Юйшань покачала головой. — Благодаря твоим акциям в East Asia Power, я узнала, что East Asia Power планирует построить новую термоядерную электростанцию в экономическом районе дельты реки Янцзы недалеко от Шанхая. Скорее всего, она будет обслуживать города в дельте реки Янцзы!

Лу Чжоу с любопытством спросил:

— И что?

Чэнь Юйшань ухмыльнулась:

— Ты же знаете, что я изучала экономику и менеджмент, так что у меня есть некоторый опыт в макроэкономике. Расширение использования управляемой термоядерной энергии за последние три года ускорит процесс урбанизации в зоне покрытия термоядерной электростанции. Немного изучив сведений, которые я услышал от отца, мне показалось, что Пекин активно пытается ускорить этот процесс. Первым от этого выиграют города в дельте реки Янцзы!

Хотя у Лу Чжоу все еще оставалась много вопросов, он получил общее представление, о чем говорила Чэнь Юйшань.

Она предполагала, что дельта реки Янцзы могла стать пилотным проектом по созданию современной городской агломерации, а это означало неограниченные возможности для бизнеса.

— Итак, у тебя есть какие-нибудь идеи?

— Это я и хотела обсудить с тобою. — Чэнь Юйшань достала из своей сумки еще одну папку и положила на стол. Она уверенно улыбнулась. — К сожалению, мы не занимаемся недвижимостью, иначе я бы определенно порекомендовала купить землю в районе Шанхая. К счастью, не только в недвижимости можно заработать деньги. В конце концов, мы высокотехнологичная компания. Нам не нужно конкурировать с традиционными отраслями, мы можем делать что-то в своем духе.

Лу Чжоу с любопытством спросил:

— Например, что?

— Умный город. — Чэнь Юйшань слегка постучала пальцем по документам на столе, когда она амбициозно заговорила. — Слушай внимательно, я собираюсь рассказать тебе основную концепцию плана…

Глава 901. Умный город?

С момента, как дверь в комнату Лу Чжоу закрылась, внимание Сяо Тун сосредоточилось на ней.

Хотя мама сказала ей, чтобы она не беспокоила брата, пока родители не видели, она украдкой подошла к ней.

Она сглотнула и прижалась ухом к двери.

Хм…

Почему так тихо?

Разве обычно это делают не очень громко?

Пока Сяо Тун думала, дверь открылась…

— Ой!

Дверь ударила ее, и Сяо Тун отступила назад, державшись за лоб.

Лу Чжоу на секунду застыл и посмотрел на свою сестру.

— Что ты делаешь?

— Ничего… — Сяо Тун посмотрела на Лу Чжоу, а потом на Чэнь Юйшань, хотя у нее сильно болел лоб, она все равно с любопытством спросила. — Брат… Вы долго просидели там… Что вы делали?

— Обсуждали кое-что.

Лу Чжоу протянул руку и легонько постучал сестру по лбу. Он проигнорировал ее преувеличенную реакцию и посмотрел на Чэнь Юйшань.

— Я провожу тебя.

— Хорошо. — Чэнь Юйшань улыбнулась, кивнула и пошла за Лу Чжоу.

Мама Лу Чжоу увидела, что Лу Чжоу и Чэнь Юйшань идут к двери, и быстро вышла из кухни.

Ей хотелось, чтобы эта приятная девушка погостила еще и не ожидала, что она уйдет так скоро, поэтому подумала, что ее сын опять все испортил.

— Почему ты уходишь так рано? Может посидишь еще немного? Может мой сын обидел тебя, скажи и я его накажу.

Чэнь Юйшань улыбнулась и объяснила.

— Ничего не случилось, я приезжала для того, чтобы обсудить рабочие вопросы с Лу Чжоу. Мы закончили, поэтому не буду вам мешать.

— Ты нам совсем не мешаешь! Кстати, тебе ведь негде остановиться в Цзянлине, да? Может поживешь у нас? В конце концов, у нас есть комната для гостей.

— Это… Как-то неудобно.

Чэнь Юйшань смущенно ответила и накрутила волосы на палец.

Лу Чжоу посмотрел на свою мать и не выдержал.

— Мама, не донимай человека. — А потом он перевел взгляд на Чэнь Юйшань. — Пойдем.

— Ладно…

После того, как Чэнь Юйшань покинула дом, Лу Чжоу вздохнул с облегчением.

К счастью, он вовремя вмешался.

Только ему казалось, что Чэнь Юйшань уходила слегка расстроенной.

Она хотело еще что-то обсудить?

Наверное, показалось…

Лу Чжоу проводил взглядом Чэнь Юйшань и вернулся в дом. Он хотел продолжить свои исследования.

Однако, когда он проходил мимо дивана в гостиной, Сяо Тун пнула его по ноге.

— Что? Что пинаешься?

— Брат, ты такой глупый!

— Э?

— Это за то, что ты ударил меня по лбу… — Сказала Сяо Тун. Она высунула язык и вернулась к своей мобильной игре.

Лу Чжоу недоуменно посмотрел на нее.

Зачем.

Неважно…

Кого это волнует.

Лу Чжоу проигнорировал ее и вернулся в свою комнату.

………………………………….

Лу Чжоу сел за свой стол, и перед тем, как возобновить исследования, он решил ознакомиться с документами Чэнь Юйшань.

В папке под названием Умный город было много направления исследований с большим потенциалом.

Некоторые из них были вполне реалистичными, такие как голографическая система связи, технология беспроводной зарядки.

А некоторые были слишком фантастическими, как машины на магнитной подвеске.

Суть идеи заключалась в том, что если города в дельте реки Янцзы будут обладать термоядерной энергией, то плотность населения в данном регионе возрастет.

А нагрузка на транспортные магистрали нельзя будет решить увеличением числа дорог и нужно будет искать пути для трехмерной схемы передвижения.

А именно позволить машинам летать, а не ездить по дорогам.

Правда это звучало слишком фантастически, летающие между зданиями машины, которым управляет искусственный интеллект…

Разумеется, подобные технологии не создать за один день. Однако это определенно было осуществимо. Star Sky Technology обладала ведущими мировыми научно-исследовательскими возможностями, поэтому следовало заранее начать работу в данных направлениях.

Точно так же, как они первыми захватили рынок литий-серных аккумуляторов.

С каждого выпущенного аккумулятора Star Sky Technology получала патентную прибыль в размере не менее 10 долларов.

Если они проявят инициативу и изобретут технологии, улучшающие жизнь людей, а потом запатентуют их, Star Sky Technology станет самой прибыльной компанией в мире…

Однако Лу Чжоу интересовала не прибыль, а скорее сами технологии.

— Умный город…

Скорее это город будущего.

Лу Чжоу посмотрел на технологии в плане и не смог сдержать эмоций.

Впервые он испытал такие ощущения за пределами своей лаборатории.

Каким будет будущее Китая?

Двадцать лет назад люди говорили, что он будет выглядеть так, как сейчас выглядят Япония и США.

А теперь…

Мы можем сами определять свое будущее.

…………………….

Через пятнадцать дней после китайского Нового года произошли два крупных события.

Первым стало то, что Star Sky Technology, а также две аэрокосмические компании выиграли тендер НАСА на лунный проект, получив заказ на 7 миллиардов долларов.

Включая запуски на 3 миллиарда долларов, а также производство множества компонентов.

Из-за политики защиты большинство проектов попало в руки американских компаний, таких как Blue Origin, Space-X, Boeing. Уже поразительным для американцев стало то, что иностранный компании получили что-то.

Нечто подобное никогда бы не произошло с марсианской программой.

Это напомнило многим людям 1970 годы, когда «Аполлон» и «Союз» сотрудничали на низкой околоземной орбите.

После серии напряженных состязаний две сверхдержавы пожали друг другу руки и договорились.

Американцы удивлялись, что подобное повторилось, но уже с другой страной.

Второе крупное событие также произошло в аэрокосмической сфере.

Через 16 дней после китайского Нового года…

Лу Чжоу получил звонок из Пекина и тут же вылетел в Пекин, чтобы посетить совещание, которое имело решающее значение для аэрокосмической промышленности Китая и даже мирового сообщества физиков…

Глава 902. Собрание в Пекине

— Дамы и господа, мы прибываем в Пекинский аэропорт. Для вашей безопасности, пожалуйста, оставайтесь на своих местах, пристегнув ремни безопасности…

Лу Чжоу убрал свою записную книжку с ручкой.

Он вдруг заметил, что парень лет шестнадцати в кепке рядом с ним, уставился в его записную книжку.

Лу Чжоу с улыбкой спросил:

— Интересно, что я писал?

Парень, похоже, не узнал Лу Чжоу, поэтому он кивнул и сказал:

— Дядя, мне кажется, я раньше уже где-то видел эту формулу.

Лу Чжоу рассмеялся.

Паршивец…

Называет меня дядей и хвастается еще.

Видел раньше?

Не знаешь кто я, но знаешь это уравнение?

Не верю!

Лу Чжоу хотел упрекнуть его, но передумал.

Проигнорировав его, Лу Чжоу отстегнул ремень безопасности по оповещению, после чего сошел с самолета вместе с Ван Пеном, несущим его сумки.

Парню похоже было все равно, что Лу Чжоу игнорирует его. Он просто какое-то время думал, а потом резко поднял голову.

— Ах, это же… дзета-функция Римана! Я знал, что видел её раньше! Она была среди вопросов на последней математической олимпиаде.

Но постойте…

Этот дядя впечатляет!

Он знает о функции Римана?

Но зачем такому старику смотреть вопросы олимпиады?

Внезапно какой-то пухлый парень сзади похлопал его по спине.

— Брат, пора выходить из самолета, перестань мечтать.

— О! — Парень быстро схватил свой багаж. — Подожди, я сейчас.

— Хватит мешкать, нам пора.

— Ладно, иду!

…………………………………………

Сойдя с самолета, Лу Чжоу увидел в аэропорту кого-то знакомого.

Этим человеком был отец Чэнь Юйшань, Чэнь Баохуа, работавший в организационном отделе Коммунистической партии Китая.

Хотя Лу Чжоу давно не видел его, этот опрятный мужчина сразу узнал его.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Дядя Чэнь… Рад вас видеть.

— Здравствуй, академик Лу. — Чэнь Баохуа кивнул и жесток пригласил к машине. — Садись в машину.

Чэнь Баохуа уже собирался сесть на водительское сиденье.

Однако Ван Пэн шагнул вперед.

— Позвольте мне повести.

Чэнь Баохуа узнал Ван Пэна, поэтому кивнул и отошел в сторону.

— Хорошо.

Таким образом, Лу Чжоу и Чэнь Баохуа сидели вместе на заднем сиденье.

Они не разговаривали во время поездки, и Лу Чжоу чувствовал себя немного неуютно.

Он не знал отчего, но Чэнь Баохуа выглядел немного напряженным?

— Моя дочь ездила к тебе домой на праздники?

Лу Чжоу выпрямился и ответил:

— Да… Но она пробыла совсем недолго.

— Вот как… Неудивительно.

Старик вздохнул и замолчал.

Лу Чжоу хотел немного поговорить с ним, но похоже он был не в настроении разговаривать. Поэтому Лу Чжоу снова сосредоточил свое внимание на записной книжке.

Это его любимый способ убить время.

Когда он погружался в мир математики, часы казались ему минутами…

……………………………….

В большом зале в Пекине проходило международное собрание по лунному коллайдеру На нем присутствовали более 500 специалистов из аэрокосмической промышленности и физиков, а также высокопоставленные официальные лица из стран-участниц.

Хотя это международное собрание организовывали Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности и Национальное космическое управление Китая, саму подготовку проводило Министерство иностранных дел.

Было предоставлено четыре отеля в зависимости от страны посетителя.

На время проведения собрания движение по всей кольцевой автодороге было ограничено. Лу Чжоу заметил, что машин на дороге стало меньше.

Машина остановилась у входа в отель. Выйдя из машины, Чэнь Баохуа сказал Лу Чжоу.

— Я одолжу тебе машину на время. Скорее всего ты останешься в Пекине на неделю или две, гораздо удобнее иметь машину.

Лу Чжоу вежливо поблагодарил:

— Спасибо.

— Не за что. В любом случае, это не моя машина, она от начальства. — Чэнь Баохуа посмотрел на часы и сказал. — Уже поздно, поэтому больше не буду тратить время. Заходи как-нибудь на чашку чая.

Чэнь Баохуа кивнул и отдал Ван Пену ключи от машины, а потом ушел.

Ван Пэн положил ключ в карман и обратился к Лу Чжоу.

— Я возьму багаж, тебе нужно пройти регистрацию в отеле.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, спасибо.

Хотя сотрудники пятизвездочного отеля обычно поднимали багаж гостя наверх, багаж Лу Чжоу особенный. Даже сотрудникам, прошедшим проверку личных данных, не разрешалось прикасаться к его вещам.

Лу Чжоу собирался зарегистрироваться на стойке регистрации, когда внезапно заметил знакомого старика, стоящего рядом.

Старик тоже заметил Лу Чжоу и улыбнулся:

— О, академик Лу, какое совпадение, не ожидал, что мы окажемся в одном отеле.

— Академик Ван? — Лу Чжоу улыбнулся и протянул руку. — Рад вас видеть.

Это был академик Ван Шичэн, бывший председатель Китайского математического общества, один из ведущих лидеров китайского математического сообщества.

Но несмотря на радостные приветствия, они были просто знакомыми.

В прошлом у них сложились не самые лучшие отношения.

На вручении математической премии Чэнь Шэньшэня академик Ван подвергся давлению со стороны господина Цю и был вынужден уступить премию Лу Чжоу. Второй раз на выборах академика, где из-за различного политического давления академик Ван был вынужден отдать свой голос Лу Чжоу.

В конце концов, государство хотело, чтобы Лу Чжоу получил два звания академика в знак признательности за его работу.

Если бы каким-то образом Лу Чжоу не получил звание академика, вина легла бы на академика Вана.

В действительности академик Ван восхищался Лу Чжоу.

Он работал в области математики десятилетия и даже добился значительных успехов в теории изломов, но за свою жизнь он сделал меньше, чем Лу Чжоу за год.

Лу Чжоу собственными силами улучшил впечатления международного математического сообщества о китайских математиках. Обычный гений на такое не способен.

Точно так же, как и у Рамануджана, однажды появится премия Лу Чжоу, которая будет учреждена для поощрения молодых ученых продолжать идти по пути математики.

Однако даже так академик Ван не испытывал радости от того, что когда-то был вынужден уступить дорогу молодому.

Особенно с тех пор, как Лу Чжоу отказался работать в Яньцзинском университете, он предвидел, что группы выпускников Цзиньлинского университета станут академиками подвинув их.

А больше всего его раздражало, что он должен был вежливо приветствовать Лу Чжоу.

— Кстати, академик Ван, вас тоже пригласили?

— Так получилось, что моя область исследований тесно связана с математической физикой. Я также являюсь почетным директором Китайского физического общества, поэтому они прислали мне приглашение. Кстати, вы будете выступать? Готовы?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Я готов. Надеюсь, не опозорю наше научное сообщество.

— Ха-ха, вы слишком скромный! — Ван Шичэн улыбнулся и вежливо обратился. — Конференция состоится через три дня. Если у вас есть время, не посетите Яньцзинский университет? Наш математический факультет уже довольно давно восхищается вами. Мы с нетерпением ждем, когда вы навестите нас и чему-нибудь научите.

— У вас поразительный университет, чему я могу вас научить? — Лу Чжоу улыбнулся. — Я не против навестить вас, я просто не хочу беспокоить вас.

Академик Ван Шичэн улыбнулся:

— Профессор Лу, вы слишком скромны. Ни один университет в мире не откажется от вашего визита.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Хорошо, тогда я навещу вас завтра. Потом, скорее всего, я буду занят.

— Нет проблем! Двери нашего университета всегда открыты для вас. — Академик Ван Шичэн улыбнулся. — Хорошо, наверное, вы устали с дороги. Увидимся завтра?

— Увидимся завтра.

Лу Чжоу взял свой багаж и направился к лифту.

Глава 903. Третий раз

Международное собрание по лунному адронному коллайдеру должно состояться через три дня. Поэтому у Лу Чжоу было три свободных дня.

Сначала Лу Чжоу отправился из Цзянлина в Цзянчэн, затем из Цзянчэна в Пекин, поэтому он был уставшим из-за долгой поездки.

После того как он сдал свой багаж в отель, ему стало нечего делать. Приняв душ, он начал спокойно читать свою записную книжку, время от времени сравнивая ее с статьей Веры.

Подошло время ужина, и он позвонил в отель и заказал доставку еды и напитков в номер. Покончив с едой, он прочитал документы конференции, затем принял душ и лег спать.

На следующий день Лу Чжоу проснулся рано, потом позвонил Ван Пену и попросил отвезти его к старому летнему дворцу.

Он собирался посетить Яньцзинский университет, но в последнюю момент передумал и вместо этого направился в университет Шуйму.

Охранник взглянул на его удостоверение личности и впустил его внутрь.

Лу Чжоу прогуливался по аллеям университета Шуйму и наслаждался пейзажем. Направляясь к западным воротам, он окунулся в насыщенную академическую атмосферу.

Прогуливаясь рядом с озером, он случайно встретил двух своих знакомых.

Они были довольно известными учеными.

Они были лидерами китайского физическо-математического сообщества.

Он встретил господина Цю, основатель геометрического анализа, а также господина Яна, специалиста в области физике.

Лу Чжоу хотел поздороваться, но заметил, что они что-то обсуждали. Поэтому он последовал за ними и попытался подслушать разговор.

— Господин Ян, я не согласен. Что значит пустая трата денег? Как бы вы потратили эти деньги? На мой взгляд, это правильный способ вложения средств.

— Хм, что значит правильное вложение? Вы спрашивали мнение населения?

Господин Ян внезапно заметил Лу Чжоу, идущего неподалеку. Он нахмурился и посмотрел на Лу Чжоу, наконец узнав его.

— Академик Лу?

Цю Чэнтун тут же повернул голову и увидел Лу Чжоу. Он поприветствовал его улыбкой.

— О, академик Лу! Какая встреча, что привело вас сюда?

Лу Чжоу с улыбкой ответил:

— Я приехал на собрание, а сюда зашел в гости.

— Международная собрание по лунному адронному коллайдеру? — Глаза Цю загорелись. — Вот совпадение, я только обсуждал это с господином Яном. Он не признает своей неправоты, как насчет того, чтобы вы рассудили нас?

Мне судить?

Зачем?

Лу Чжоу ошеломленно взглянул на него.

Академик Ян тут же недовольно взглянул на академика Цю.

— Что значит неправ? Я просто логически рассуждаю, в чем я не прав? Наша страна все еще на начальном этапе, чтобы перешагнуть на следующий нужно больше усилий. К чему этот слепой оптимизм.

Цю Чэнтун недовольно возразил:

— Старина Ян, я с этим не согласен. Времена изменились. Двадцать миллиардов долларов довольно большая сумма. Но мы не обязаны оплачивать всю стоимость проекта. Кроме того, мы сможем привлечь к работе с нами тысячи выдающихся иностранных ученых. Мы сможем распространить нашу культуру в международном научном сообществе, а это то, что не купишь за деньги! Я рекомендую вам посетить собрание. Разве вы не хотите дожить до того дня, когда мы сможем стать новой Швейцарией мира физики?

— Хех, ты же математик, почему ты беспокоишься о физиках. — Возмутился Ян и посмотрел на Лу Чжоу.

— Главный конструктор Лу, что вы думаете?

— Главный конструктор лишь должность, она звучит слишком серьезно. Пожалуйста, зовите меня просто профессор Лу. — Лу Чжоу кашлянул. — Что касается моего мнения… Господин Цю уже озвучил его, сейчас не время экономить деньги. В конце концов, если хотите заработать деньги, надо сначала их потратить.

Господин Ян бросил глубокий взгляд на Лу Чжоу, затем повернулся к озеру. Спустя какое-то время он заговорил.

— Я написал статью более десяти лет назад. До сих пор помню название — Китай не должен строить адронный коллайдер. Хотя прошло уже больше десяти лет, мое мнение не изменилось. Однако власть у вас в руках, мне нет смысла больше спорить тут. — Лу Чжоу хотел ответить, но он продолжил. — Я не хочу критиковать ваше мнение. Решить уравнения Янга — Миллса, связать сильное взаимодействие и электромагнитную силу… Это доказательство, что вы на вершине в области теоретической физики. Если только кто-то другой не сможет раскрыть тайну, стоящую за гравитационной силой… Сомневаюсь, что подобное произойдет в этом столетии. — Господин Ян перевел взгляд на Лу Чжоу. — Мне почти сто лет. Я уже не так мудр, как когда-то. Недавно журнал отклонил мою работу, что заставило меня осознать, что я старею. Может, это и не так уж плохо. Особенно, когда есть такие превосходные преемники. Поскольку вы считаете, что это правильный путь, то я оставлю это на вас.

Господин Ян кивнул женщине лет сорока, которая стояла рядом с ним, а затем при ее поддержке пошел прочь.

— Этот старик… — Господин Цю покачал головой. — Обычно он спорил бы со мной несколько часов.

Хотя СМИ постоянно показывали их, как противников относительно строительство адронного коллайдера, в действительности они хорошо общались между собой. На самом деле, исследования академика Цю о многообразии Калаби — Цю само по себе стало очень важным инструментом в математической физике. Эти двое часто общались по научным вопросам.

Иначе институт математики Цю Чэнтуна не построили бы на территории университета Шуйму.

— Господин Ян просто заботится о будущем нашей страны, и его опасения небезосновательны.

— Да, иначе я бы не спорил с ним так долго. — Цю Чэнтун кивнул и улыбнулся Лу Чжоу. — Кстати, двадцать миллиардов долларов немалое число. Сможете справиться с таким давлением?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Господин Цю, вы шутите? Это всего лишь двадцать миллиардов. Я уже в третий раз управляю проектом такого масштаба.

Глава 904. Математический центр

На несколько секунд воцарилась тишина.

Господин Цю улыбнулся, потер нос и разрушил воцарившуюся неловкую атмосферу:

— Совсем уже забыл… Вы уже не тот молодой парень.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я рад, что вы заметили это. Значит, я не потратил впустую последние пять лет.

— Мне уже не угнаться за твоим ростом. — Академик Цю вздохнул, вспоминая прошлой. Потом он улыбнулся и сказал. — Кстати, зачем вы пришли в Шуйму?

— Возможно, вы мне не поверите, но я просто проходил мимо.

Лу Чжоу рассказал ему о приглашении академика Ван Шичэна, после чего старик поправил очки и с недовольным лицом заговорил:

— Ван Шичэн… Не верьте его доброй улыбке, кто знает, что скрывается за ней. Не верьте его словам, он замышляет недоброе! Вам следует быть осторожным!

Лу Чжоу не знал, как реагировать на его заявление.

— Я просто хочу посетить Яньцзинский университет, что в этом плохого…

Цю Чэнтун еще раз предостерёг:

— В любом случае, у него не может быть добрых намерений! Ничего плохого в посещении Яньцзинского университета, но просто надо быть осторожнее!

— Ладно, хорошо.

У Лу Чжоу не было никаких обид на академика Ван Шичэна, поэтому он перевел разговор на другую тему.

После небольшой беседы он попрощался с академиком Цю и направился к западным воротам университета Шуйму, которые выходили на восточные ворота Яньцзинского университета.

………………….

Восточные ворота Яньцзинского университета.

Там стоял молодой преподаватель в костюме.

Когда он заметил Лу Чжоу, то немедленно подошел и поприветствовал его с улыбкой.

— Академик Лу, здравствуйте! Академик Ван сказал мне, что вы приедете.

Лу Чжоу улыбнулся восторженному преподавателю.

— По пути я заехал в университет Шуйму, извините, что заставил вас ждать.

— Не беспокойтесь, вы ученый мирового уровня, я с радостью подожду здесь всю ночь. — Молодой профессор протянул руку. — Ян Юнъань, профессор математики. Я слегка старше вас, мне немного за тридцать, но я все еще неизвестен.

— Не скромничайте, стать профессором Яньцзинского университета в вашем возрасте уже достижение. — Лу Чжоу отпустил руку профессора Яна и спросил. — Где академик Ван?

— Академик Ван находится в математическом центре. Он должен тренировать национальную команду к олимпиаде, поэтому в данный момент он занят. Извиняюсь.

Международной олимпиаде по математике?

Я совершенно забыл о ней.

— Все в порядке, я понимаю… — Лу Чжоу улыбнулся. — Я хотел посетить математический центр, проводите меня?

Ян Юнъань жестом пригласил Лу Чжоу следовать за ним.

— Сюда.

За прошедшие несколько лет Пекин сильно изменился. На дорогах появлялось все больше и больше транспортных средств на электроэнергии, все больше высотных зданий и все больше иностранцев. Однако исторические постройки также сохранялись.

Одни из них культурные достопримечательности, а другие лучшие университеты.

Яньцзинский университет был учебным заведением мирового уровня. Аллеи, соединяющие учебные корпуса, создавали насыщенную академическую атмосферу. Это одно из лучших мест для исследований в Китае.

На самом деле, Лу Чжоу знал эти университеты.

Когда он жил в Пекине, он часто приходил сюда погулять. Однако по разным причинам он так и не смог посетить Международный центр математических исследований Яньцзинского университета.

Математический центр располагался внутри двора Сыхэюань. Здание было высотой в три этаже и обставлено классными досками.

Старинный вид сделан намеренно. Пребывание в простой и чистой среде способствовало умственной работе, тем самым повышая способности к научным исследованиям.

Большинство математиков мечтали о возможности проводить исследования в таком просторном Сихэюане, расположенном в центре Пекина.

Когда Лу Чжоу вошел на территорию, он увидел молодого мужчину, сидящего перед доской рядом с большим деревом. Мужчина держал в руке мел, размышляя над уравнениями на доске.

Его серая одежда выглядела немного потрепанной, а волосы были немного растрепанными.

Лу Чжоу посмотрел на человека напоминающего художника, и с любопытством спросил:

— Кто это?

Ян Юнъань смутился.

Словно он не хотел, чтобы Лу Чжоу заметил этого человека.

— Не обращайте внимания… Он ненормальный.

Ненормальный?

Лу Чжоу стало еще любопытнее.

По его опыту работы в Принстоне, преуспевавшие в математике, часто обладали странными чертами. Например, бывший главный редактор математического журнала никогда не позволял другим сидеть у себя кабинете. Или одна его ученица любила пить мятный кофе…

На самом деле, математики редко вели себя как нормальные люди.

— Почему вы так говорите?

— Вы знаете, в местах подобных нашему, обычно имеются оценочные показатели. Например, сколько статей публикуется за год и так далее.… Однако некоторым нравиться держаться обособленно, а некоторых не волнуют эти показатели. — Он пожал плечами. — Большинство людей держатся подальше от таких, как он.

Лу Чжоу спросил:

— Тогда что он исследовал?

Ян Юнъань пристально посмотрел на молодого мужчину и саркастично заметил:

— Если бы он что-то изучал, он не был бы так несчастен.

Лу Чжоу все еще было любопытно. Он проигнорировал слова профессора Яна и подошел к мужчине.

Внезапно он приподнял брови.

— Анализ гиперэллиптических кривых?

Молодой мужчина наконец-то заметил Лу Чжоу.

Он повернулся и поправил очки.

— Вы понимаете?

Прежде чем Лу Чжоу успел что-либо сказать, Ян Юнъань произнес.

— Брат, ты шутишь, посмотри, кто перед тобою.

Молодой мужчина некоторое время смотрел на Лу Чжоу с пустым лицом.

— Кто это?

Профессор Ян собирался отругать его, но Лу Чжоу остановил его.

Лу Чжоу не заботился о том, что его не узнали. Он просто посмотрел на доску и сказал:

— Как вы использовали метод анализа гиперэллиптических кривых, очень интересно, поскольку большинство людей не используют его так.

Мужчина поправил очки и посмотрел на доску.

— Это потому, что я не исследую гипотезу Римана… Первоначально этот метод разработан для гипотезы Римана.

— Согласен… — Лу Чжоу кивнул. — Согласно вашему определению не особых комплексных алгебраических многообразий… Я думаю, вы исследуете гипотезу Ходжа?

Глава 905. Кто вы такой?

Ян Юнъань замер.

Молодой мужчина в очках тоже удивился.

На мгновение воцарилась тишина.

— Гипотеза Ходжа?

Ян Юнъань уставился на доску, потом на молодого мужчину, как на сумасшедшего.

Он всегда думал, что этот мужчина чудак.

Он слышал, что с тех пор, как он присоединился к математическому центру, он работал над какими-то непонятными теориями и не смог получить никаких результатов. Его даже прогнали из своего кабинета.

Любой другой давно бы уволился, но он был другим. После того как его лишили кабинета, он вынес свой стул и доску во двор, после чего начал работать в нем.

Он вовсе не чувствовал, что его обделяют. Когда спрашивали его, почему он не уехал, он просто говорил, что ему нравится здешняя тишина.

Впервые придя в математический центр, Ян Юнъань посчитал этого мужчину скрытым гением, но спустя какое-то время он перестал верить в него.

В конце концов, он проработал здесь пять лет, не добившись никаких результатов.

У математика всего десять-двадцать лет золотого времени. Глупо тратить время на проблему, которую не можешь решить.

Но теперь, когда Ян Юнъань услышал, что мужчина исследует одну из задач тысячелетия, он убедился, что тот сумасшедший.

Хотя на него смотрели, как на дурака, молодой мужчина ничуть не смутился, он спросил у Лу Чжоу.

— Вы… знаете, что я исследую? Он не удивился бы.

Но Лу Чжоу впервые увидел надписи на доске, поэтому его это удивило.

В конце концов, разделы математики сильно отличались друг от друга. Если специалист в области дифференциальных уравнений в частных производных захотел исследовать топологию, то это было бы, как физику поручить заниматься химией.

Не говоря уже о том, что даже математики, проводящие исследования по гипотезе Ходжа, не смогли бы мгновенно распознать, что написано на доске из-за разных методов.

Более того, это всего лишь пара строк и нет ничего указывающего на связь с гипотезой Ходжа.

Похоже он… работает в той же области, что и я!

Мужчина заинтересовался.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Это не так уж трудно увидеть. Помимо гипотезы Ходжа, существует несколько алгебраических топологий не особых комплексных алгебраических многообразий, которые имеют подобные связи полиномиальных уравнений. Математики не из этой области, могут этого не заметить. Ведь чем сложнее проблема, тем она эзотеричнее.

— Да… — Молодой мужчина заволновался и вздохнул. — Я здесь уже пять лет, но никто раньше даже не говорил со мной о моих исследованиях.

— Может быть, люди знают, что вы исследуете, но они просто не хотят с вами разговаривать. — Лу Чжоу улыбнулся. — Могу я взять мел?

Мужчина протянул свой мел.

— Конечно… Но на доске не так много места.

— Это не проблема. — Лу Чжоу посмотрел на Ян Юнъаня. — Профессор Ян, помогите достать еще досок.

Ян Юнъань мгновенно среагировал:

— Хорошо! Просто подождите, у нас полно досок.

Он быстро нашел двух математиков новичков и притащил доску к дереву.

Лу Чжоу улыбнулся в знак благодарности и сосредоточился на доске. Немного подумав, он начал писать.

…………………

На самом деле гипотеза Ходжа не из области исследований Лу Чжоу.

Однако из–за ее связи с уравнениями Коши — Римана Лу Чжоу все еще знаком с ней. Кроме того, новое применение ученым метода анализа гиперэллиптических кривых вдохновило Лу Чжоу.

Точно так же, как гипотеза Римана могла стать мостом между алгеброй и геометрией, гипотеза Ходжа могла преодолеть разрывы между топологией и алгебраической геометрией.

Очевидно, он не пытался доказать гипотезу Ходжа.

В конце концов, даже Лу Чжоу сходу не решит задачу тысячелетия сходу.

Однако, как и гипотеза Римана, гипотеза Ходжа имела множество слабых форм.

Например, для случая H^2 гипотеза Ходжа верна!

Пока Лу Чжоу полностью сосредоточился на расчетах, в соседнем здании шестьдесят человек, отобранных для подготовки к олимпиаде по математики, только закончили прослушивать лекцию академика Ван Шичэна и ушли на перерыв.

Парень в кепке сидел у окна и читал книгу. Внезапно пухлый парень, сидевший перед ним, обернулся и заговорил.

— Брат Ли, кто-то выпендривается во дворе!

— Не интересно.

Тогда пухлый парень сказал:

— Но он, кажется, довольно крутым! Я посмотрела на доску, когда ходил в туалет, но я даже не смогла понять, что на ней написано!

Парень в кепке заинтересовался. Он отложил книгу и выглянул в окно.

— Тогда давайте посмотрим!

…………………….

На доске появлялось все больше и больше уравнений.

Во дворе собиралось все больше и больше зрителей.

Большинство из них были профессорами математического центра, которые узнали Лу Чжоу. Хотя им было трудно уследить за расчетами Лу Чжоу, они все равно сидели там, внимательно слушая и делая заметки.

Были также старшеклассники, члены национальной команды математической олимпиады, математические гении, приехавшие со всей страны.

Они стояли и завороженно смотрели на появляющиеся строчки на доске.

Они мечтали однажды сделать также

Стоять под деревом и писать уравнения. Вот каким должно стать их будущее!

Парень в кепке замер, а его плечи задрожали.

Пухлый парень рядом с ним спросил:

— Брат Ли, что с тобой?

— Боже! Он бог! Я где-то видел его раньше…

— Невозможно, он только пришел в Яньцзинский университет…

— Нет, уверен, что сейчас вспомню.

После лекции академик Ван Шичэн вернулся в свой кабинет выпить чаю. А потом он неспешно направился во внутренний двор, чтобы у входа встретить академика Лу. Он и не подозревал, что академик Лу уже приехал и писал уравнения на доске.

Ван Шичэн нахмурился, он подошел и попытался взглянуть на доску.

Когда он увидел формулы на ней, он поразился.

Гипотеза Ходжа.

Хотя она не из области его исследований, для такого опытного математика, как он, он легко мог узнать формулы.

Он также заметил «чудака», стоявшего рядом с Лу Чжоу. Это был Чэнь Ян, что исследовал гипотезу Ходжа более десяти лет.

В тишине прошел час.

Тень от дерева медленно сместилась к востоку.

Все сознательно молчали.

Пока кто-то не вздохнул и не воскликнул.

— Гипотеза Ходжа справедлива для H^2… Потрясающе.

Ян Юнъань словно очнулся от этого голоса Обернувшись, он увидел академика Вана позади себя.

— Академик!

— Тише, не мешай ему. — Ван Шичэн указал на доску и добавил. — Он почти закончил.

Ян Юнъань тихо заговорил.

— Вы говорите, он доказал слабую версию?

— Нет, не он. — Ван Шичэн покачал головой. — Если я правильно помню, она доказана Лефшецом в 1920 годах. — Он помолчал и добавил. — Однако, хотя это не новый результат, он использовал другой метод, чем Лефшец! Никто никогда не доказывал слабую версию гипотезу Ходжа подобным образом.

Ян Юнъань поразился.

Совершенно другой метод!

Он доказал слабую версию проблемы мирового уровня вот так просто?!

Всего за пару часов?!

Так…

Это истинная сила академика Лу?

Он удивлялся все больше и больше.

— Неудивительно, что он лучший ученый своего поколения… — Ван Шичэн вздохнул. — Его способности в дифференциальных уравнениях, комплексном анализе и топологии не имеют себе равных.

Но он не работает в нашем математическом центре…

Какое упущение…

— Удивительно… Классифицируя все многообразия для данной гомотопии с помощью анализа гиперэллиптической кривой…

Голос мужчины дрожал, когда Лу Чжоу закончил писать.

Он был не просто шокирован.

Он был в восторге!

— Я Чэнь Ян, математик… доцент. Кто вы?

Он действительно сам представился?

Для «чудака» он довольно вежлив.

Лу Чжоу улыбнулся и отложил мел.

— Математический факультет Цзиньлинского университета. Лу Чжоу.

Глава 906. Я ваш фанат

Воцарилась тишина.

Большинство присутствующих знали Лу Чжоу, поэтому они так внимательно следили

Однако, когда Чэнь Ян услышал слова Лу Чжоу, он был шокирован.

В последние полтора месяца метод гиперболических кривых, вдохновение и все наработки он почерпнул из статьи Лу Чжоу в журнале.

Он не мог поверить, что перед ним стоял автор.

— Лу Чжоу?

Чэнь Ян не единственный, кто удивился, парень в кепке рукой указывал на Лу Чжоу, не веря своим глазам.

— Вы и есть Лу Чжоу? Академик Лу из Цзиньлинского университета?

Его пухлый друг, стоявший рядом с ним, попытался оттащить его назад.

Лу Чжоу показалось, что он где-то видел этого парня.

Он посмотрел на него и улыбнулся.

— Эм, мы где-то встречались?

Парень в кепке не ожидал, что Лу Чжоу заметит его. Он взволнованно сказал.

— Да! В самолете!

Самолете?

Лу Чжоу внезапно вспомнил.

О, это тот парень.

Парень покраснел, когда, заикаясь представился:

— М-меня з-зовут Ли Мо. Я ваш самый большой фанат!

— …

Фанат?

Что еще расскажешь?

Ты даже не знал, как я выгляжу, какой же ты фанат?

Ты думаешь, я тупой?

Парень продолжал говорить:

— Я читал о вашем методе групповой структуры в учебнике по теории чисел. Там также рассказывалось о доказательстве гипотезы Гольдбаха вами… Вы потрясающий!

— Братан, хватит, пойдем уже. — Произнес его пухлый парень, смущенно пытаясь оттащить своего друга.

К сожалению, академик Лу уже отвернулся, полностью игнорируя их, чем смутил парня в кепке.

Ван Шичэн наконец закончил читать записи на доске. Он успокоился и с улыбкой похлопал в ладоши.

— Поразительно, это сенсация.

На самом деле, он не знал, что тут создает сенсацию. Хотя он также занимался алгебраической геометрией, теория узлов и гипотеза Ходжа две разные области.

Будь это пару десятилетий назад, он смог бы угнаться за темпом Лу Чжоу, но теперь ему трудно понимать расчеты Лу Чжоу.

— Академик Ван, вы слишком добры. В этом нет ничего сенсационного, просто простое применение математического инструмента. — Лу Чжоу улыбнулся и, посмотрев на Чэнь Яна. — Ваше исследование интересно. Я видел множество применений метода анализа гиперэллиптических кривых на arXiv, но впервые вижу его использование для решения не особых сложных алгебраических многообразий и полиномиальных уравнений.

— Не стоит. — Чэнь Ян опустил голову. — Мне стыдно признаться, что за шесть недель я сделал меньше, чем вы за час.

Профессор Ян Юнъань не сдержался и спросил:

— Вы правда думали, что можете сравниться с академиком Лу?

— Эй, не говорите так. Я много работал над методом анализа гиперболических кривых, а расчеты профессора Чэна вдохновили меня. — Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Яна. — Лучший способ отработать математический инструмент применять его к задаче путем непрерывных проб и ошибок. Этот путь доказал, что гипотеза Ходжа верна для H^2; а значит у вашей задумки есть потенциал.

Чэнь Ян поправил очки и задумался, потом серьезно спросил:

— У вас есть какие-нибудь хорошие предложения?

— Больше читать, больше думать, больше экспериментировать. — Лу Чжоу улыбнулся. — Математика проверяет талант. Чем глубже погружаешься, тем больше понимаешь, что кратчайших путей не существует. Также и с другими областями, любые поразительные результаты получаются в результате множества проб и ошибок.

Профессора Ян Юнъань задумался.

Парень в кепке посмотрел в землю и повторил слова:

— Больше читать, больше думать, больше экспериментировать… Множества проб и ошибок… Это и есть математика?

Академик Ван Шичэн удовлетворенно кивнул.

Хотя совет Лу Чжоу прост, очень немногие люди поняли и применяли его. Ван Шичэну потребовалось десять лет, чтобы осознать это, и следующие десять лет он провел, проводя выдающиеся исследования в области теории узлов.

Но сегодня, когда Лу Чжоу произнес такие мудрые слова прямо, Ван Шичэн не мог не восхититься.

Он действительно самый лучший…

Хотя он чувствовал, что успех Лу Чжоу связан с удачей, судя по всему, удача не главное.

Лу Чжоу огляделся по сторонам и сказал.

— Похоже, никто здесь не понимает ваших исследований.

Чэнь Ян не стал отрицать и кивнул:

— Я ведь выбрал почти невыполнимый исследовательский проект.

— Не обязательно… — Лу Чжоу покачал головой. — Слишком рано делать выводы, пока не застрянешь в проблемной точке. Просто по вашим расчетам, могу сказать, что у исследований есть потенциал. Даже если в конце концов вы не сможете решить эту гипотезу, в процессе вы можете добиться потрясающих результатов.

Хотя этот мужчина был немного странным, его математические способности сильны. Ему просто не хватало опыта.

Если его и дальше будут все игнорировать, то он ничего не добьется.

Лу Чжоу не волновало, что академик Ван Шичэн стоит рядом, он просто спросил:

— Не хотите переехать в Цзиньлин? Могу гарантировать, что там найдете людей, с которыми сможете обсудить свои исследования.

Глава 907. Переманивание

Переехать в Цзиньлин?

Академика Вана чуть не вырвало кровью от этих слов.

Человек, которого Лу Чжоу звал к себе, раньше считался никем, поэтому если бы Чэнь Ян покинет математический центр, то Ван Шичэну будет все равно.

Но будет ли академик Лу переманивать к себе бесполезного человека?

Ван Шичэн знал, что у академика Лу наметанный глаз на таланты.

В конце концов, Ван Шичэн доверял видению Лу Чжоу больше собственного.

— Академик Лу. — Кашлянул Ван Шичэн. — Разве так можно? Профессор Чэнь костяк наших молодых ученых в нашем университете. Переманивать его прямо у нас на глазах как-то неправильно…

— Это так?

Что тут неправильного?

Вам он все равно не нужен…

Лу Чжоу нахмурился и сказал:

— Но я слышал, что… У профессора Чэна здесь даже нет кабинета. Поскольку в математическом центре даже нет мест, то не лучше ли ему уйти?

Ван Шичэн смутился.

— Это просто слухи! Господин Чэнь уважаемый доцент, а это лишь испытание для него, чтобы закалить его. — Ван Шичэн перпевел взгляд на Чэнь Яна. — Чэнь Ян, я планировал назначить тебя полноценным профессором в этом году. Просто еще не рассказал. Должность полноправного профессора Яньцзинского университета, подумай хорошенько.

Однако ответ Чэня шокировал академика Вана.

То ли тому надоело это место, то ли ему просто было плевать на академические титулы, но он поправил очки и без колебаний ответил:

— Извините, академик Ван, я уже решил. Спасибо вам за последние пять лет, вы хотя бы не уволили меня. Что касается должности, то предложите ее кому-нибудь другому. Мне все равно на должности.

— Ты! — Лицо Ван Шичэна стало ярко-красным. Он вздохнул и сказал. — Хорошо, раз уж ты решил, тогда ступай.

Профессор Ян Юнъань недоверчиво посмотрел на академика Вана. Он не ожидал, что академик Ван так легко может сдаться.

Другие математики, стоявшие поблизости, тоже недоумевали. Они не ожидали, что академик Ван Шичэн так быстро признает свое поражение.

Даже несмотря на то, что он противостоял академику Лу…

По крайней мере, он должен был немного посопротивляться?

Чэнь Ян посмотрел на Лу Чжоу и сказал.

— Я хочу перебраться в Цзиньлин.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Там вам будут рады.

………………..

Хотя академик Ван не хотел, чтобы его сотрудника переманивали, он также не хотел обижать академика Лу. Не говоря уже о том, что сам Чэнь Ян хотел уйти.

Академик Ван Шичэн знал, что больше он ничего не может сделать. В итоге он несколько фальшиво пожелал успеха в будущих начинаниях.

Что касается Чэнь Яна, то он со спокойной совестью покидал математический центр. В конце концов, с ним обошлись несправедливо, у него даже отобрали кабинет.

Единственное, ему было нелегко переехать на новое место, ведь он всю жизнь прожил в Пекине.

Однако это небольшая жертва.

Не говоря уже о том, что если он захочет навестить свою семью, то с легкостью на скоростном поезде может вернуться.

После того, как Лу Чжоу переманил талантливого человека на глазах у стольких людей, он больше не хотел оставаться в Яньцзинском университете. Он чувствовал, что академик Ван Шичэн больше не рад ему.

После небольшой беседы Лу Чжоу и Чэнь Ян тихо покинули математический центр.

Они шли по аллеям, пока Лу Чжоу вкратце объяснял ему ситуацию в Институте перспективных исследований.

— У нас нет никаких показателей эффективности. Вы можете сосредоточиться на любом исследовательском проекте, который вам нравится, но только если можете аргументировать необходимость вашей работы. Если нужны какие-либо необходимые расходы, можете подать заявку на финансирование. Также скорее всего я не смогу помочь вам с гипотезой Ходжа. В конце концов, у меня есть свои дела. Но когда я не буду занят, можете обсудить ее со мной. У меня действительно есть некоторый опыт в алгебраической геометрии.

Чэнь Ян шел с большой стопкой черновиков и бумаг в руке, когда кивнул:

— Спасибо, вы уже очень мне помогаете.

— Не за что. — Лу Чжоу улыбнулся. — Кстати, вы правда не узнали меня?

— Узнал? — Чэнь Ян на секунду задумался. — Я правда знал о вас, я видел ваше имя в журнале и некоторых статьях. Но я не знал, как вы выглядите…

Лу Чжоу кашлянул и спросил:

— Когда вы в последний раз заходили в интернет?

Чэнь Ян задумался и ответил:

— Пять лет назад. С тех пор как я устроился в математический центр, я почти не заходил в интернет… На самом деле мне это не нужно. В математическом центре есть много ресурсов, я мог найти все, что мне нужно.

— Даже телевизор не смотрите?

— В столовой есть телевизор, но я его не смотрю.

Понятно…

Он словно живет в позапрошлом веке!

Такие люди распространены в Принстоне, где многие пожилые профессора не любили пользоваться Интернетом. Они даже просили своих аспирантов помочь им забронировать авиабилеты и билеты на научные конференции.

Однако китайский ученый тридцатилетнего возраста, который не пользуется интернетом, довольно редкое явление.

Лу Чжоу кашлянул:

— Я не хочу критиковать ваши исследовательские привычки, но времена изменились. Интернет многое упростил. Например, arXiv богат материалами. Хотя там статьи не рецензируются, но можно найти вдохновение.

— arXiv?

— Неужели вы даже не знаете про arXiv?

Чэнь Ян начал размышлять о своих привычках, потом задумчиво ответил:

— Я посмотрю.

Хотя он был немного старомоден, он все еще открыт для советов.

Лу Чжоу кивнул и не стал продолжать разговор на эту тему.

Наконец-то он понял, почему такой математик, как Чэнь Ян, не узнал его.

Пять лет назад Лу Чжоу все еще учился в Принстоне.

Если Чэнь Ян никогда не пользовался интернетом и не следил за слухами математического мира, то для него вполне нормально не узнавать Лу Чжоу.

Точно так же, как тот парень в кепке, который, скорее всего, гениальный ученик, тоже не пользовался особо следил за трендами, поэтому он также не смог узнать Лу Чжоу.

В конце концов, научное сообщество относительно замкнутое. Это не индустрия развлечений, где все знают друг друга.

— Кстати говоря, я еще не рассказал о зарплате.

— Зарплате. — Чэнь Ян немного помолчал и продолжил. — На самом деле мне все равно, просто покройте стоимость проживания… И подписки на журналы.

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

— Я не могу этого сделать, мы так не поступаем… У вас ведь докторская степень, да?

Чэнь Ян кивнул.

— Да…

— Поскольку вы были доцентом в Пекине, ваша ежемесячная зарплата будет начинаться с десяти тысяч юаней в месяц. А также оплачиваем проживание и соцпакет. После того, как приедете в Цзиньлин, вам все расскажут подробнее. У меня нет к вам никаких требований, но бонусы предполагают результат. Если хотите более высокой оплаты, то должны давать соответствующие результаты. Я предоставляю вам лишь среду для исследований.

Выслушав слова Лу Чжоу, Чэнь Ян кивнул. Он вообще не зацикливался на своей зарплате.

Вместо этого он спросил:

— Вы не собираетесь со мной в Цзиньлин?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я приехал в Пекин не для того, чтобы переманивать вас. У меня тут запланирована встреча. Просто отправляйтесь в Цзиньлин с моим рекомендательным письмом. Вы ведь сможете вызвать такси.

Чэнь Ян кивнул.

— Да.

Так они почти добрались до университетских ворот.

Лу Чжоу увидел свой черный седан, припаркованный неподалеку.

Внезапно он услышал чей-то крик у себя за спиной.

— Академик Лу! Подождите, академик Лу!

Лу Чжоу обернулся и увидел бегущего к нему парня в кепке.

Когда парень остановился и начал тяжело дышать, Лу Чжоу вскинул бровь и спокойно спросил:

— Эй, чего ты хочешь?

Парень тяжело дышал. Он похлопал себя по груди и с трудом стоя на ногах ответил:

— Эм, меня зовут Ли Мо, я член национальной олимпийской математической команды. Простите, что не узнал вас. Я никогда раньше не видел вашей фотографии, мне правда стыдно… Эм, можете стать моим наставником?

Лу Чжоу хотел отказаться, но увидев предвкушение парня, он не мог прям отвергнуть его.

— Хорошо, тогда скажи мне какие у тебя навыки?

— Хм. — Парень почесал затылок. — Мои достижения даже не заслуживают упоминания.

О, так ты понимаешь?

Тогда почему ты считаешь, что я буду твоим наставником?

Лу Чжоу улыбнулся и уже собирался подразнить парня.

Однако подросток заговорил первым.

— Но, преподаватель тренировочной команды сказал мне, что я единственный студент, который ответил на самый сложный последний вопрос на экзамене зимнего тренировочного лагеря. Он сказал мне, что, если я хочу продолжать заниматься математикой, мне следует заняться теорией чисел или комплексным анализом. Насколько я знаю, вы самый сильный в теории чисел!

Лу Чжоу помолчал, а потом спросил:

— Подожди, ты единственный, кто решил эту задачку?

— Да! — Гордо ответил парень и улыбнулся. — Учитель плохо отзывался о человеке, который дал такой сложный вопрос старшеклассникам. У учителей была головная боль при проверке этого вопроса, и они жаловались на то, что дзета-функция Римана находится за пределами учебной программы! Конечно, для соревнований нет такого понятия, как учебная программа.

Этот Ли Мо явно был болтуном.

Лу Чжоу вообще не вслушивался в его слова, а просто смутился.

Разве не я тот… кто задал этот вопрос…

Он правда так сложен?

Только один человек решил?

Правда?

Лу Чжоу считал, что дал простую задачку, которую можно решил, обладая базовыми знаниями математики из школы. Просто решение будет громоздким.

Лу Чжоу посмотрел на Ли Мо и кашлянул.

— Не будь слишком самоуверенным, задача не сложная. — После небольшого молчания он добавил. — Я признаю, что ты талантлив в математике, но не слишком гордись. Поскольку ты знаешь, кто я такой, то и все понимаешь. Стать моим учеником не так просто.

— Я знаю! Вы суперкрутой! — Воскликнул парень с огнем в глазах. — Скажите, что я должен сделать, чтобы вы стали моим учителем?

Лу Чжоу понял, что парень жаждал не славы или богатства, а делал это лишь из любви к математике.

— Легко, просто выиграй золотую медаль на олимпиаде по математике. Тогда и поговорим.

После этих слов он и Чэнь Ян ушли.

Глава 908. Нашел сокровище

Ли Мо вернулся в математический центр, когда солнце уже начинало садиться.

Он планировал забрать свои вещи и вернуться в спальню, когда его друг похлопал его по плечу.

— Брат Ли, где пропадал? Я пытался найти тебя. Мы уже поужинали.

Ли Мо покачал головой.

— Все в порядке, я съем что-нибудь позже. Рядом есть много забегаловок.

Он схватил свой рюкзак и собрался уходить, но пухлый парень опять схватил его за плечо.

— Подожди, куда ты ходил?

Ли Мо помолчал немного и потом ответил.

— А ты про это, я ходил искать академика Лу.

— Академика Лу? Что случилось?

— Я попросил его стать моим учителем, я хочу, чтобы он учил меня математике!

Мэн Фэй был немного сбит с толку.

— И он согласился?

Ли Мо покачал головой.

— Нет.

— Я же говорил тебе. — Мэн Фэй покачал головой. — Он академик, главный конструктор, участвует в важных совещаниях, зачем ему учить старшеклассника?

Ли Мо кивнул:

— Но…

— Но что?

Парень в кепке сжал кулак:

— Но он пообещал мне, что, если я выиграю золотую медаль на олимпиаде по математике, то он примет меня в качестве своего ученика.

Золотая медаль.

Звучало, как вызов.

Однако это возможно.

В конце концов, он единственный, кто решил последний вопрос национального тренировочного экзамена.

Мэн Фэй совсем не заволновался; а посмотрел на Ли Мо как на тупицу.

Ли Мо не понимал, что не нравится его другу.

— Почему ты так на меня смотришь? Думаешь я не смогу?

— Нет. — Покачал головой Мэн Фэй. — Брат Ли, если ты действительно выиграешь золотую медаль, то вместо поступления в университет Шуйму или Яньцзинский университет, ты будешь поступать в Цзиньлинский университет.… Разве твой отец не прибьет тебя?

Хотя академик Лу выдающийся ученым, Цзиньлинский университет не шел ни в какое сравнение с университетами Шуйму или Яньцзинским. Хотя Институт перспективных исследований за последние годы добился больших успехов в научных исследованиях, репутация и академический престиж еще не на таком уровне, как у других.

Любому, кто поступал в университет Шуйму или Яньцзинский университет, завидовали все их соседи, но поступить в Цзиньлинский университет совсем не то же самое…

Однако, услышав слова пухлого парня, Ли Мо уверенно покачал головой.

— Чего тут бояться? Я уже принял решение! Академик Лу не стал бы мне лгать. Если я получу золотую медаль, он станет моим учителем!

— Тогда приготовься к гневу своего отца! Ладно, я не буду тебя отговаривать… — Мэн Фэй покачал головой и похлопал своего приятеля по плечу. — Я поддержу тебя, куда бы ты ни пошел.

Ли Мо посмотрел на своего пухлого друга и сказал.

— Хорошо!

— Кхм, но позволь сказать, если бы я выиграл золотую медаль и решил поступать в другое место, то я бы очень сильно боялся гнева своего отца.

Ли Мо посмотрел на своего друга и вздохнул.

— Не волнуйся, ты не выиграешь медаль.

— Что ты…

Ли Мо улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Просто шучу, пойдем, купим поесть.

— Я только что поел… Ладно, схожу с тобой.

………………….

Лу Чжоу не знал, что он уже посеял семя внутри одного подростка.

После того, как Лу Чжоу покинул Яньцзинский университет, он сел в свою машину и позвонил в свой офис. Он попросил своего помощника купить билет на самолет для его новоявленного таланта.

Но он приехал в Пекин не для того, чтобы переманивать людей, у него были дела поважнее.

Сев в машину, Лу Чжоу позвонил в Институт перспективных исследований и рассказал им о новом сотруднике.

Вернувшись в отель, Лу Чжоу получил план собрания и бегло ознакомился.

Как главный конструктор, он не только выступит с речью на открытии, но и будет лицом всего проекта.

Что касается других проблемных вопросов, таких как переговоры с дипломатами из других стран, то ими занималось Министерство иностранных дел. Последние два месяца они готовились к этому событию.

Пока Лу Чжоу отдыхал на новогодних праздниках, они круглыми сутками работали.

Лу Чжоу посмотрел на краткий план встречи и отбросил его в сторону. Он достал свой блокнот и записал записи, что написал на доске сегодня.

Хотя его исследование не касалось гипотезы Ходжа, он все равно многое подчерпнул из расчетов Чэнь Яна.

Например, метод, используемый Чэнь Яном при определении топологических инвариантов, описывал основные характеристики комплексного многообразия. Это дало Лу Чжоу новую идею для применения метода когомологий.

Хотя данная идея не особенно гениальна, она достаточно нова, чтобы Лу Чжоу удивился.

Возможно, после пяти лет интенсивных исследований Чэнь Ян приобрел глубокое понимание алгебраической геометрии.

Ему просто не хватает математических инструментов и опыта.

Это одна из главных причин, по которой Лу Чжоу хотел переманить его. Лу Чжоу верил, что он может предоставить ресурсы, чтобы Чэнь Ян расцвел.

С ручкой в руке Лу Чжоу посмотрел на строчки в блокноте. Он пробормотал себе под нос:

— Преодоление разрыва между сложными многообразиями и топологией… Искать ответы в более высоких измерениях.

Задача в высокоразмерном случае проще, чем в низкоразмерном случае. Это может показаться странным, но все обстояло именно так. Аналогичным образом, в 1960 годах профессор Смейл дошел до того, что гипотеза Пуанкаре в ее высокоразмерном случае проще, чем в трехразмерном.

Смейл использовал свою гениальную идею, чтобы окончательно доказать гипотезу Пуанкаре в ее пятимерном пространстве и выше за что получил Филдсовскую премию.

— Я не ожидал, что метод анализа гиперэллиптических кривых применят так. Похоже, мой математический инструмент более мощный, чем я думал.

— Похоже, я нашел сокровище.

Чем больше Лу Чжоу погружался в формулы, тем сильнее начинали сиять его глаза.

По какой-то причине Лу Чжоу почувствовал, что он только что сделал еще один большой шаг вперед к решению гипотезы Римана.

— Интересно, закончила ли Вера уже писать свою статью.

У Лу Чжоу возникло непреодолимое желание опубликовать статью. Он открыл свой компьютер и поискал в базе данных литературы, а потом проверил не публиковали ли его ученики недавно статьи.

В конце концов Вера прислала ему неопубликованную работу, поэтому он не мог ссылаться на нее.

Для ученых обычное дело дождаться публикации своих коллег, прежде чем публиковать свои собственные работы.

Конечно, встречались и не такие благородные ученые, как Лу Чжоу.

К сожалению, после поиска в базе данных Лу Чжоу не нашел ни одной статьи, опубликованной Верой.

Похоже, она либо еще не отправила её, либо она все еще находится на рецензировании.

— Почему она до сих пор не опубликована?

Лу Чжоу закрыл базу данных и программу для написания статей от Сяо Ая.

Ему все еще надо опубликовать статью, однако он пока не мог опубликоваться в журнале.

— Тогда сначала загружу предпринт.

Глава 909. Грандиозное собрание по физике и космонавтике

Три дня спустя в Пекине выдался солнечный день.

В этом городе редко стояла подобная хорошая погода.

Тысячи людей собрались в Пекинском Большом зале.

У входа в конференц-зал с улыбками встречали гостей два охранника в костюмах.

Однако спустя какое-то время они устали постоянно улыбаться иностранным гостям, поэтому заговорили друг с другом, чтобы расслабить лицевые мышцы.

Охранник с короткой стрижкой сказал:

— Я понял, неважно, что за встреча проводиться, она приобретает совершенно другой уровень, если добавить слово «международное».

Другой охранник постарше спросил:

— О чем ты?

Младший продолжил:

— Подумай, будь оно названо просто китайским собранием по лунному адронному коллайдеру, то не выглядело бы все менее важным?

Охранник постарше улыбнулся:

— А какая разница? Слово «международное» означает только то, что мы открыты для сотрудничества с другими странами. Как оно делает мероприятие более важным?

— Пожалуй, ты прав.

— Ладно, хватит дурачиться, тише.

Тем временем в другом конце зала, молодой аспирант проводил взглядом вошедшего иностранца.

— Эм, если мы можем самостоятельно построить этот адронный коллайдер, зачем мы позвали американцев принять участие? Зачем нам другие?

Пожилой мужчина, стоявший рядом с ним, скорее все, был его руководителем.

Услышав слова своего ученика, пожилой мужчина в костюме покачал головой и ответил.

— Это так не работает. Сейчас идет глобализация, а взаимовыгодное сотрудничество обыденное явление. Мы по-прежнему остаемся лидерами в аэрокосмической отрасли, а лучший способ сохранить преимущество продолжать быть открытыми миру. Скорее, следует объединить усилия, даже американцы это понимают.

Аспирант почесал затылок.

— А в чем преимущество объединения?

Пожилой мужчина кашлянул:

— На самом деле, я не очень хорошо знаю, но слышал, как кто-то рассказывал об этом в кафетерии отеля.

— …

Пожилой мужчина продолжил:

— В общем, твои идея не верные. Проведение международного мероприятия укрепляет наши дипломатические отношения с другими странами. Когда-то мы работали в западных лабораториях, помогая им проводить исследования. Теперь иностранцы будут работать на нас. Поэтому это собрание очень важно. Не сиди в телефоне постоянно, попробуй пообщаться с окружающими людьми. Человек, сидящий рядом с тобой, может оказаться директором лаборатории или каким-нибудь известным физиком.

Аспирант стал серьезнее и кивнул, выключая телефон.

— Понял!

Пожилой мужчина улыбнулся.

Его можно научить уму разуму.

Ходя он один из преподовал физику в одном из ведущих китайских университетов, в таком месте он все равно ощущал себя посредственностью.

Возможность пообщаться на подобном международном мероприятии по физике была полезна для всех, даже для него.

Вспоминая об этом, ему следует поблагодарить академика Лу за предоставленную возможность для китайского физического сообщества провести подобное мероприятие.

Если бы только в молодости он мог принять участие в подобном мероприятии. В свое время не только не приглашали иностранцев в Китай на научные конференции, но и выехать было сложно…

Старик с завистью взглянул на ученика.

Парень, ты даже не представляешь, как тебе повезло.

Вы молодежь живете в идеальную эпоху для физики…

………………….

Состоялось первое Международное собрание по лунному адронному коллайдеру.

Профессор Кербер стоял у входа в конференц-зал и приветствовал Лу Чжоу широко распростертыми объятиями.

— Ха-ха, друг мой, давно не виделись!

— Давно не виделись. — Лу Чжоу обнял высокого и худощавого немецкого профессора и улыбнулся. — Если я правильно помню, это конференция по Лунному адронному коллайдеру, что вы здесь делаете?

Профессор Кербер, директор исследовательского института стелларатора, был одним из главных инженеров, работавших над исследованиями управляемого термоядерного синтеза в Европе.

Когда Китай покинул ИТЭР, они стали конкурентами, но у них всегда сохранялись хорошие отношения. Они даже провели несколько научных обменов от имени своих стран.

Например, стелларатор STAR, предшественник термоядерного реактора Пань-гу, был сделан на основе стелларатора, купленного у Германии.

В долгосрочной перспективе данная сделка однозначно была выгодна Германии. Без успеха термоядерного реактора Пань-гу Европе пришлось бы ждать еще пятьдесят лет, прежде чем она смогла бы перейти на чистую и неограниченную энергию. Теперь, когда переговоры по термоядерному синтезу завершились, East Asia Power построят термоядерные реакторы во Франции и Германии уже в следующем году…

— Похоже, ты забыл, что я занимаюсь исследованиями в области физики плазмы, и я один из ведущих мировых экспертов по сверхпроводящим магнитам. Я отвечаю за подземные магниты в ЦЕРНе, поэтому меня пригласили. — Кербер похлопал Лу Чжоу по плечу. — И не только я, еще один твой старый друг здесь.

— Профессор Клитцинг? — Лу Чжоу посмотрел на старика рядом. — Не ожидал увидеть вас здесь.

— Как я мог пропустить такое важное событие? От вас зависит произойдут ли важнейшие физические открытия в последующие пятьдесят лет. — Профессор Клитцинг улыбнулся и пожал руку Лу Чжоу. — Поздравляю с возможностью провести такое важное собрание, это станет важным событием в твоей карьере… Хотя думаю, тебя такое больше не волнует.

— Само собой, мне не все равно, но не я организую эту встречу, я просто один из ведущих… — Лу Чжоу улыбнулся и жестом пригласил проходить. — Давайте зайдем внутрь.

Профессор Кербер внезапно поднял правую руку.

— Подожди, я чуть не забыл кое-что.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Что такое? Неужели забыли приглашение в отеле?

— Мой старый друг из Принстона попросил меня передать тебе письмо. Я знал, что скорее всего пересекусь здесь, поэтому согласился. — Кербер достал письмо из своего портфеля. — Вот оно.

Лу Чжоу собирался взять письмо, как Ван Пэн вышел вперед и перехватил его.

— Извините, могу я сначала взглянуть?

Кербер пожал плечами и смущенно посмотрел на Ван Пена.

— Э-э, конечно, никаких проблем, меня просто просили передать его. Можете выбросить его в мусорку, мне все равно… Но я прошел с ним через службу безопасности аэропорта, поэтому по идее не должно быть никаких проблем, да? Только не обвиняйте меня ни в чем.

— Да, я тоже переживаю трудные времена, и это немного влияет на мою жизнь… — Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и спросил. — Все в порядке?

Проверив конверт профессиональными инструментами, Ван Пэн осторожно кивнул.

— Все в порядке.

Затем Ван Пэн отошел в сторону и вскрыл конверт.

Внутри было письмо, а также пригласительный билет.

Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и спросил:

— Можешь сказать, кто отправитель? Мне интересно.

— Кругман… Вот что тут написано. — Ван Пэн заметил покосившееся лицо Лу Чжоу и спросил. — Что такое?

— Ничего.

Черт!

Он все еще не сдался!

Даже через друга передал письмо

От него не отделаться.

Глава 910. Наше общее процветание

«Уважаемый профессор Лу Чжоу, извиняюсь, что отрываю вас от вашего плотного графика.

Я знаю, что, еще не начав письмо, вы уже придумываете, как отказать мне. Но прошу вас не спешить отказывать мне.

Решение проблемы распределения социальных ресурсов всегда являлось одним из наиболее важных положений в экономике, а с приходом 21 века с компьютерами и математикой открылись новые двери для наших исследований. Однако ученые из других областей редко проявляют интерес к экономике. Слишком мало таких великих ученых, как Джон Нэш, готовых отбросить предрассудки и заняться экономикой!

Раньше я пытался внимать в эти сложные формулы, но, к сожалению, в моем возрасте сложно делать то, что хочется…

Я догадываюсь, что вам не хочется читать это письмо. Однако я все равно благодарен вам за то, что вы читаете его.

Через две недели в Шанхае состоится международная конференция по макроэкономике. Если вы будете свободны, надеюсь вы сможете посетить ее.

Я хочу поговорить с вами лично, чтобы вы увидели, какое влияние оказала ваша работа.

С нетерпением жду встречи с вами!»

Он преследует меня?

С такой настойчивостью ему надо было становиться продавцом.

Лу Чжоу сидел в костюме в гримерке конференц-зала и читал письмо, пока ему поправляли макияж.

— Можете поторопиться?

Для обычного парня, как он, нанесение макияжа было пыткой.

Не говоря уже о том, чтобы сидеть так долго перед зеркалом и позволять другим наносить ему макияж.

Словно ожидая таких слов, молодая девушка, отвечающая за его внешний вид, с улыбкой ответила:

— Пожалуйста, наберитесь терпения, академик Лу, мы почти закончили.

Блин, почти?

Лу Чжоу не хотел еще больше ждать.

— Я думаю, что я достаточно красив без макияжа, этого достаточно.

Девушка фыркнула и чуть не уронила карандаш для бровей.

— Шутите? Конечно, вы красивый, но для подобного мероприятия следует делать надлежащий макияж.

Лу Чжоу не хотел спорить с девушкой, поэтому тихо пробормотал:

— Я никогда не наносил макияж для докладов.

— Это не научный доклад. — Сказал директор Ли, подходя с улыбкой. — Академик Лу, вы лицо нашей страны, поэтому должны выглядеть соответствующе.

Лу Чжоу посмотрел на старика, входящего в дверь, и спросил.

— Вы тоже с макияжем?

Директор Ли улыбнулся.

— Немного.

Лу Чжоу нахмурился и некоторое время пристально разглядывал его.

— Что-то не заметно.

— Просто прикрыл несколько морщин… Я ведь уже стар. — Директор Ли откашлялся и серьезно спросил. — Ты готов? Ты выступаешь первым?

Лу Чжоу поправил галстук и улыбнулся.

— Я в порядке. Я видел уже много больших сцен, за исключением разве что ООН.

— Хочешь выступить там? Есть возможность все организовать.

— Забудьте… Это просто шутка.

Лу Чжоу не интересовали темы, обсуждаемые ООН.

В любом случае, он не политик.

Какой смысл появляться там просто, чтобы показаться?

— Хорошо. — Визажистка отложила карандаш и сделала шаг назад. — Академик Лу, вы выглядите великолепно. Хотите, я вас сфотографирую?

— Нет, кажется уже время. — Лу Чжоу посмотрел на свои часы и небрежно добавил. — Кроме того, думаю, что без макияжа я выгляжу лучше.

— …

…………………………………………

В конференц-зале собралась огромная толпа.

В этом зале сейчас сидели физики, инженеры аэрокосмической отрасли и высокопоставленные политики со всего мира.

Также присутствовали молодые студенты, которых взяли сюда их руководители, чтобы посмотреть мир.

До церемонии открытия оставалось еще десять минут, поэтому многие перешептывались между собой.

— Угадай, кого я увидел, когда вошел?

— Кого?

— Директора НАСА Карсона!

— Не верю, даже он здесь?

— На все сто уверен, что это он.

— Не вериться… Похоже не только мир физики, но и аэрокосмическая отрасль изменяться.

— Ты только открыл для себя интернет?

— В плане?

— Разве аэрокосмическая отрасль давно не поменялась?

Внезапно на сцене зажегся свет.

Люди перестали разговаривать и посмотрели на сцену.

Шепоты постепенно стихали.

Лу Чжоу вышел на сцену в костюме.

Он настроил микрофон и заговорил ровным голосом.

— Рад вас всех здесь видеть.

Многие люди с любопытством посмотрели на Лу Чжоу.

Чуть громче Лу Чжоу продолжил:

— Возможность видеть здесь так много друзей означает, что мы достигли договоренностей по многим вопросам, что радует. Это одна из редких встреч, где не будет никаких научных обсуждений.

— Я считаю, что политика, экономика, культура и научные исследования все взаимосвязаны. Мы все из разных областей, разных профессий, разных стран, но мы здесь по одной причине… — Лу Чжоу окинул взглядом зал и неспешно произнгес. — Чтобы вместе заглянуть в отдаленное будущее и совместно решать предстоящие проблемы.

Его речь подходила к концу.

Приветственная речь длилась всего пару минут.

После вступительных слов, пора Лу Чжоу произнести настоящий смысл его слов.

Лу Чжоу прочистил горло и посмотрел на сценарий в руке, а затем твердо и решительно произнес последние слова приветственной речи:

— От имени китайского научного сообщества и всех единомышленников, я хочу представить наше видение Лунного адронного коллайдера. Надеюсь, что Луна засвидетельствует наше общее процветание.

В тот момент, когда он договорил, огромный зал наполнился бурными аплодисментами.

Лу Чжоу слегка поклонился и сошел со сцены.

Новая глава физики

Аплодисменты словно буря накрыли весь зал.

Профессор Клитцинг, сидевший в центре зала, хлопал в ладоши и обратился к профессору Керберу.

— Отличная речь… А ты как думаешь?

Профессор Кербер с улыбкой ответил:

— Я согласен, но мне даже не вериться.

Клитцинг с любопытством посмотрел на Кербера.

— Не вериться во что?

— Я всегда считал его ученым, который зациклен на своих собственных исследованиях и не заботится об остальном мире; я не ожидал, что он окажется таким человеком.

— Однажды я подошел к нему и попросил дать нам шанс.

— Шанс?

— Шанс работать вместе, увидев процветающее будущее. — Кербер прищурился, взглядом провожая Лу Чжоу. который исчез за кулисами. — Когда он отказал мне, я посчитал, что он пессимистично смотрит на будущее… Оказалось, что был неправ.

Для любой страны на Земле энергетика извечная проблема. Как только проблемы с производством и энергией будут решены, любые другие проблемы в конечном счете решатся сами собой.

Социальные изменения, вызванные дешевой энергией, чрезвычайно ужасают, превзойдя своим воздействием предыдущие промышленные революции.

В тоже время рождения подобных технологий сломало международный порядок, который долгое время с трудом сохранял равновесие.

Реакция стран на подобное, может быть более непредсказуемым, чем турбулентность плазмы.

Одна неосторожная ошибка могла привести к немыслимым последствиям…

Клитцинг улыбнулся и спросил:

— Вы говорите об управляемом термоядерном синтезе? — Будучи ученым его не волновали политические интересы. — Я слышал, что ЕС и Штаты заплатили большие деньги за термоядерные технологии Китая… Разве не так все сложилось?

Кербер покачал головой и объяснил:

— Клитцинг, страны состоят из людей, и каждый голос играет определенную роль. Единственная разница в том, что голоса некоторых людей тихие и незначительные, как у комаров, в то время как голоса других громкие, как раскаты грома. Лу Чжоу лидер научного сообщества Китая, и он представляет всех китайских ученых. Он даже главный конструктор проекта управляемого термоядерного синтеза. Уверен, что отчасти благодаря ему переговоры по термоядерному синтезу проходят так спокойно.

Тем временем в другой части зала.

Фрэнк Вильчек наблюдал, как Лу Чжоу уходит со сцены, и сказал:

— Совместно решать проблемы.

Эдвард Виттен, сидевший рядом, с любопытством спросил:

— Ты что-то сказал:

— Повторил его слова. — Вильчек продолжил. — Это собрание, а также предстоящие создание Международного исследовательского центра Лунного адронного коллайдера, позволяют нам совместно решать важные проблемы.

— Это то, что он имел ввиду?

— Вероятно… — Вильчек зевнул. — Кстати говоря, наконец-то появился кто-то щедрый, кто готов продвинуть нашу дисциплину в будущее… Ты готов, мистер Виттен?

— Почему ты спрашиваешь меня?

— А почему нет? — Вильчек улыбнулся и нахмурился. — Ты всегда жаловался, что коллайдер в ЦЕРНЕ слишком слаб, что нет возможности проверить вашу теорию. Скоро появиться гораздо больший коллайдер, и ты в хороших отношениях с ответственным человеком.

Виттен покачал головой.

— Это важный момент для физики, но для теории струн слишком рано.

— Не будь таким пессимистом.

— Я не пессимистичен. У пока нас нет средств наблюдения, чтобы раскрыть тайны другого измерения. Это не та проблема, которую может решить коллайдер. — После паузы он добавил. — Но даже так, это все еще важный проект, как с научной, так и не научной точки зрения.

— Что-то помимо физики? — Вильчек нахмурился. — Я не совсем понимаю, о чем ты.

Виттен улыбнулся.

— Моя интуиция подсказывает мне, что весь мир соединяется в единое целое, как две переплетенные струны, и наша физика станет процветать… Но пока слишком рано говорить об этом, так что давай подождем и посмотрим, что произойдет.

— Подождем? Боюсь, мы не сможем это увидеть.

Виттен улыбнулся.

— Какое это имеет значение? Принстон увидит это за нас!

…………………

После того, как Лу Чжоу сошел со сцены, на сцену вышла госпожа Клемель, председатель ЦЕРНа.

Эта пожилая женщина в неспешной речи выразила свою поддержку созданию Лунного адронного коллайдера.

По разным причинам различные представители научных кругов выступали перед политиками.

После того, как Лу Чжоу и ЦЕРН, которые оба были представителями научного мира, высказали свое мнение, следующим выступил директор Ли. Затем различные высокопоставленные лица из России, США, Евросоюза и других стран также высказали свою поддержку проекту

И независимо от истинных целей сторон, сейчас весь мир работал над одним проектом.

Это историческое событие запечатлели различные камеры и показали миллионам зрителей.

Церемония открытия вскоре закончилась.

Вот-вот должно было начаться первое собрание по обсуждению лунного адронного коллайдера.

Вот-вот мир физики откроет новую главу!

Он обязательно приедет

Пока проходило собрание по Лунному адронному коллайдеру, два профессора на другом конце света в Принстоне сидели в кафе на первом этаже института перспективных исследований.

По телевизору показывали новостной репортаж о международном лунном адронном коллайдере.

Ее обсуждали еще с прошлого месяца.

Луна сокровище, которое висело у каждого над головой, и хотя озвучивалось много грандиозных планов в прошлом, все они так и остались на бумаге.

Однако Комитет по строительным работам на лунной орбите стал исключением.

Со времен их лунного проекта мир засвидетельствовал достижения китайской аэрокосмической отрасли.

Казалось, что как только китайцы решат что-то предпринять, их уже не остановить.

Теперь, когда они планировали построить адронный коллайдер на Луне, физики со всего мира захотели работать на них, они даже были готовы выучить китайский…

Весь интернет обсуждал происходящее, и не только интернет, но и вне все сети говорили про это.

В Принстоне обсуждалась данная тема довольно давно.

Почти каждого физика волновали перспективы, стоящие за безумным проектом Китая.

Влияние этого проекта распространилось даже на другие области.

По словам профессора Кругмана, один известный экономист написал статью о влиянии Лунного адронного коллайдера на мировую экономику и международные отношения.

Хотя Кругман часто слышал разговоры физиков на разные тему, впервые он чувствовал, как физика по-настоящему влияет на его жизнь.

Профессор Ангус с экономического факультета Принстона, который также был лауреатом Нобелевской премии, внезапно обратился к нему.

— Ты уверен, что он приедет?

Профессор Кругман пожал плечами и ответил:

— Не уверен, но его исследования очень важны для нас. Я должен попробовать.

— Мне кажется, ты зря тратишь время. — Профессор Ангус покачал головой. — Математики очень предвзяты в отношении экономики. Они считают математику чем-то чистым и благородным, что не должна подвергаться влиянию других дисциплин. Знаешь же, как трудно попросить Делиня о помощи? Когда дело доходит до математики, он… — Ангус скривил лицо и пожал плечами. — Вот так он реагирует.

Кругман с трудом сдержал смех.

— Я понимаю тебя, но профессор Лу совсем другой. Он получил Нобелевскую премию по химии и внес большой вклад в вычислительное материаловедение. А его теория о электросильном взаимодействии… Правда думаешь, что он занимается чистой математикой? Нет! Его разум открыт, просто ему не интересна экономика.

Профессор Ангус вздохнул и поднял чашку.

— Да, ему не интересна экономикой. Как ты хочешь заинтересовать его?

Профессор Кругман улыбнулся:

— Профессор Ангус, ты когда-нибудь ухаживал за девушкой?

Профессор Ангус нахмурился:

— Конечно, когда был молодым… Но к чему это?

— Нельзя просто заинтересовать кого-то сразу. Отношения нужно строить шаг за шагом. В итоге цель естественно сделает выбор в вашу пользу.

— Звучит интересно… Но я все еще думаю, что твой план провалится.

— Почему?

— Потому что профессора Лу не волнуют международные дела, ему вообще плевать на твои идеи. Разве ты не заметил? Хотя он решил множество задач, не связанных с математикой, чем заниматься выбирает он сам. Если бы он действительно интересовался экономикой, он бы уже проводил исследования. Очевидно, он способен заняться экономикой, но ему она не интересна.

Профессор Кругман, казалось, все еще не был убежден.

— Не обязательно, интерес к международным делам и личное вмешательство в международные дела разные вещи.

Пока двое разговаривали, по телевизору начали показывать прямую трансляцию Международного собрания по лунному адронному коллайдеру.

Лу Чжоу на сцене произнес торжественную речь.

Кругман с удивлением наблюдал за выступлением Лу Чжоу, а потом взволнованно стукнул кулаком по столу.

— Смотри! Я же говорил тебе! Он не ученый, что безразличен к миру! Хочешь поспорить? Ангус!

Профессор Ангус посмотрел на своего взволнованного друга и спросил:

— На что?

Профессор Кругман потер руки и заговорил.

— Ставлю, что он приедет на экономическую конференцию в Шанхай, и я смогу убедить его присоединиться к моему исследовательскому проекту. Дай мне подумать… Как насчет десяти долларов?

Десять долларов?

Ангус чуть не рассмеялся вслух.

Хотя он с радостью возьмет деньги Кругмана, сумма была слишком мала.

Он хотел ставку больше.

— Десять долларов слишком мало. Если ты так уверен, давайте поспорим на десять золотых шоколадок на банкете в Стокгольме.

— Черт, ты пытаешься разорить меня…

Профессор Кругман помолчал некоторое время, а потом стиснул зубы.

— Договорились!

Показаться перед другими

Этот день определенно стал самым загруженным для Лу Чжоу в этом году.

А день только начался.

Как только он спустился со сцены, к нему уже бежали журналисты, а потом последовали бесконечные интервью с кучей скучных вопросов.

Избавившись от журналистов, Лу Чжоу за десять минут пообедал, а после этого секретарь положил перед его лицом расписание.

Как он и ожидал, его день поминутно полностью загружен. У него не было ни единой минуты свободного времени.

Это сильно контрастировало с последними спокойными двумя днями, Лу Чжоу чувствовал себя немного подавленным.

После того, как напряженный день закончился, Лу Чжоу надеялся, что сможет наконец пойти хорошенько отоспаться, однако директор Ли нашел его и сообщил о банкете.

Будучи главным конструктором, он не мог пропустить банкет…

— Я понимаю, ты устал. Все устали, я даже не обедал. Ради двадцати миллиардов долларов тебе следует просто прийти. Тебе даже не нужно ничего делать, просто поприсутствуй, просто дай людям знать, что ты главный конструктор там!

Лу Чжоу не убедили слова директора Ли…

Но 20 миллиардов долларов…

Это намного больше, чем его финансы

Ради денег Лу Чжоу решил прийти.

…………………………

Торжественный банкет проходил в Золотом зале, который предназначался для проведения государственных банкетов.

По сравнению с утренней церемонией открытия, которая была доступна для всех участников, этот вечер был только для гостей с золотым пригласительным письмом.

Что касается других гостей, то их ужин организовали в соответствующих отелях.

На самом деле, когда дело касалось именно еды, то в отеле кормили лучше. Там не только шведский стол, но и большее разнообразие блюд.

С другой стороны, если не считать неограниченного запаса вина, еда в Золотом зале подавалась в небольших количествах на гигантских тарелках, которые стремительно менялись. Если слишком много общаться с другими, то даже не успеешь поесть.

Однако, кроме Лу Чжоу, все с радостью пойдут на банкет в Золотом зале.

В конце концов, никто не приезжал сюда только ради еды.

В этом зале присутствовали лауреаты на Нобелевскую премию, высокопоставленные чиновники и политики из различных стран, а также лидеры аэрокосмической отрасли.

Пообщаться с кем-нибудь из них гораздо полезнее, чем посетить научную конференцию.

Конечно, такое полезно только для людей, которые хотели подняться по карьерной лестнице.

Для тех, кто находился на вершине лестницы, такой банкет был бесполезен.

После того, как Лу Чжоу вошел в зал, он поприветствовал нескольких своих друзей, а потом сразу же направился к длинным столам, покрытым белыми скатертями.

На столах были расставлены приготовленные блюда и вино.

Он почти ничего не ел в обед, поэтому все его внимание было на еде перед ним. Он с удовольствием принялся за еду.

Хотя еда тут небогатая, ее подача изысканная.

Особенно запеченная утка, которую повар разделывал рядом и раскладывал по тарелкам.

Лу Чжоу очень понравилась хрустящая и нежная запеченная утка. С огурцами и зеленым луком, обмакивая их в соус из сладкой фасоли, получился восхитительный контраст между сладким и соленым.

Пока Лу Чжоу наслаждался деликатесами, к нему подошли двое русских мужчин.

— Здравствуйте, академик Лу, я Новак, министр энергетики России. — Сказал выбритый русский и протянул руку. — Приятно с вами познакомиться.

Лу Чжоу удивленно посмотрел на него и ответил:

— Здравствуйте, господин Новак… Вы тоже приехали?

Лу Чжоу немного не понимал, как российский министр энергетики оказался здесь.

Новак увидел растерянное лицо Лу Чжоу и пояснил:

— Я приехал сюда, чтобы на саммит по термоядерной энергетике, а когда услышал, что вы присутствуете на этом банкете, я решил посетить и его.

Лу Чжоу с грустью посмотрел, как шеф-повар отодвигает тележку с жареной уткой, и сказал.

— Не стоило приезжать сюда только ради меня.

— Все в порядке, надеюсь, я вам не помешал.

Лу Чжоу хотел сказать Новаку, что он помешал ему поесть, но сдержался.

Новак протянул руку и представил русского рядом с ним.

— Это академик Сивали, главный инженер Росатома.

Он был уже в возрасте, но все еще выглядел компетентным человеком. Он с энтузиазмом протянул свою мозолистую руку.

— Здравствуйте, академик Лу! Я давно восхищаюсь вами

— Здравствуйте. — Лу Чжоу вежливо пожал руку академику Сивали.

Хотя он не знал Сивали, он уже слышал о Росатоме раньше. Этот российский гигант атомной промышленности входит в тройку ведущих компаний мира по производству ядерного топлива. Они контролировали большую часть урановых рудников в Сибири, и они контролировали почти всю российскую атомную промышленность.

Они работали с более чем 904 российскими производителями оборудования для атомной энергетики, 540 агентствами по обслуживанию атомной энергетики, 39 хранилищами ядерных материалов и радиоактивных отходов, 75 научно-исследовательскими институтами.

После переговоров по термоядерному синтезу Росатом сделал заказ у East Asia Power от имени России, в итоге получив первый термоядерный реактор за пределами Китая.

Этот реактор строили в Санкт-Петербурге, а Китайская национальная ядерная корпорация помогала со вспомогательными сооружениями.

Академик Сивали был главным инженером Росатома, а значит он один из лидеров академического сообщества России.

По крайней мере, в области атомной энергетики.

Но Лу Чжоу смущало то, что он слышал о русских, что они очень высокомерные и раздражительные. Особенно ученные, настолько упрямые, что готовы были драться, когда кто-то не согласен с ними.

Например, знаменитый русский математик Колмогоров известен тем, что публично спорил со своим научным руководителем на математической конференции

Однако академик Сивали не вызывал у Лу Чжоу подобных ощущений.

Академик был спокоен и послушен, как маленькая овечка.

— Я прочитал вашу статью о плазменной турбулентности, и она открыла для меня дверь в совершенно новый мир. Я не могу поверить, что кто-то придумал такую хитроумную конструкцию для анализа хаотичной системы плазмы… Вы даже не представляете, как меня потрясла ваша работа.

Академик Сивали все еще держал Лу Чжоу за руку.

К счастью, министр Новак понял, что Лу Чжоу неловко, поэтому он кашлянул и прервал академика Сивали.

— Ладно, Сивали, мы тут не для разговоров на научные темы, это можно будет обсудить и в другой раз.

Пожилой русский отпустил руку и смущенно почесал затылок.

— Извиняюсь, я немного разволновался.

Лу Чжоу кивнул с вежливой улыбкой.

— Все в порядке.

Новак пришел на этот банкет только для того, чтобы поздороваться с Лу Чжоу. Ему еще предстояло обсуждать с китайскими официальными лицами сотрудничество в области энергетики, поэтому он улыбнулся:

— Не буду мешать вам есть. Если у вас будет время, вам следует посетить Россию. Уверен, что наша кухня поразит вас.

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

— Надеюсь, когда-нибудь у меня будет возможность навестить вас.

Некоторые радуются, некоторые грустят

«Церемония открытия Международного собрания по лунному адронному коллайдеру успешно завершилась. Академик Лу выступил с важной речью от имени китайского научного сообщества.»

В газете был длинный заголовок, который потряс всех читателей.

Строительство коллайдера начнется через месяц!

Общий бюджет проекта 20 миллиардов долларов!

В проекте участвуют более 200 научных институтов со всего мира!

Сюда входили ЦЕРН, факультет физики Принстона. Даже люди за пределами науки слышали об этих институтах.

Но людей удивляло не это.

Всех шокировало, что, будучи инициаторов проекта, Китай оплачивал лишь половину расходов.

США же выделяли 5 миллиардов долларов.

Как только появилась новость, онлайн-форумы тут же наполнили политические споры.

«Похоже солнце зашло на западе, с чего вдруг американцы такие добрые?»

«Не верится, академик Лу потрясающий!»

«Это невероятно… Если я правильно помню, в прошлом году еще шла космическая гонку, а в этом американцы уже уступили?»

«В любом случае этот проект принесет пользу всему человечеству и всегда здорово, когда с тобой разделяют средства другие. США участвуют, поскольку не хотят, чтобы их физики отстали от остальных…»

«Я просто надеюсь, что американцы не будут выдвигать необоснованных требований.»

«Просто выгоним их!»

Новость вызвала обширные обсуждения в интернете, а ключевые слова лидировали в поисковиках.

Вскоре после этого почти все китайские СМИ заполнились заголовками о проекте.

Суперпроект, в котором участвуют более 50 стран…

Проект, который войдет в учебники истории…

И всем этим руководил Китай.

Подобное было невозможно представить еще десять лет назад.

В конце концов, когда Китай занимался исследованиями термоядерного синтеза, США лидировали в аэрокосмической отрасли, но теперь все поменялось…

Хотя были противоречивые мнения, большинство радовалось растущему международному влиянию своей страны.

10 миллиардов долларов немалая цифра, но это справедливая цена, чтобы ученые всего мира работали на тебя.

Однако, по сравнению с китайскими СМИ, американские СМИ не проявляли такой радости.

Либералы отреагировали довольно сдержанно, но консерваторам словно дали пощечину.

Хотя они морально были готовы к ходу от своих корыстных политиков, они не ожидали чего-то подобного.

Известный ведущий политического шоу пожаловался своей аудитории в последнем эпизоде.

— Как Конгресс может настолько глупым! Китай наш главный конкурент в космической гонке! А мы выделяем им пять миллиардов долларов на их проект! Это безумие!

Китай самым сильный конкурент США за космическую гегемонию.

Однако теперь Белый дом тратил деньги, чтобы помочь Китаю построить Лунный адронный коллайдер!

Многие консерваторы считали, что их президент сошел с ума.

Люди даже устроили протесты на улицах, держа в руках плакаты, выкрикивая лозунги и маршируя перед Белым домом.

— Они утверждают, что построят коллайдер на Луне! Это самая крупная финансовая пирамида века!

— Мы могли помочь людям! Посмотрите, сколько людей остались без работы! Вы видели сколько бездомных в Лос-Анджелесе?

— …

Вице-президент Майк приподнял жалюзи на окнах и посмотрел на протестующих снаружи, а потом пробормотал:

— Идиоты… Их мозги размером с горошину. Они ничего не знают о реальной ситуации, но блеют, как стадо овец.

В ответ на действия Китайского комитета по строительным работам на лунной орбите президент подписал указ о восстановлении национального космического совета. Вице-президент стал председателем этого совета и отвечал за восстановление гегемонии США в аэрокосмической области.

Вице-президент был рад получить больше власти, поскольку он больше не был просто талисманом. Однако с момента его назначения на должность председателя совета он не особо радовался своей работе.

Причина тут одна.

Восстановить господство в аэрокосмической отрасли для США практически невозможно.

Они могли лишь уменьшить потери.

Для этого им пришлось максимально открыть внутренний рынок и участвовать в проектах Китая, пытаясь сохранять свою текущую позицию и медленно возвращать потери…

А протестующие понятия не имели, как решить проблему, и никогда не узнают на какие жертвы пошел белый дом!

Вице-президент крепко сжал кулаки. Внезапно дверь его кабинета открылась, и вошел мужчина в костюме с документом в руках.

— Если журналисты услышат ваши слова, боюсь, вы попадете в заголовки газет вместо академика Лу.

— Это не смешно. — Майк посмотрел на помощника и спросил. — Что случилось?

Помощник стал серьезнее и сказал:

— У нас могут быть проблемы.

— Рассказывай.

— Посмотрите.

Помощник положил документ ему на стол.

Майк пригляделся и увидел анонимное письмо.

В правом нижнем углу письма был логотип с изображением орла, держащего штурмовую винтовку.

Символика не вызывала хороших впечатлений.

Вице-президент протянул руку, но быстро отдернул ее.

— Не волнуйтесь, мы осмотрели конверт, внутри нет ничего опасного.

Помощник вскрыл конверт и положил письмо перед вице-президентом.

Вице-президент начал читать письмо.

«Уважаемый вице-президент, мы Охотничьи орлы, анонимная группа. Или можете расценивать нас, как хакеров…

Мы знаем, что информационные технологии не должны использоваться для терроризма, поэтому мы сдерживались и молчали.

Однако у терпения есть предел. Видя, как предают наше доверие, а наша страна постепенно скатывается в пропасть… Мы поняли, что больше не можем молчать.

Вы решили сдаться и пойти на компромисс перед более сильными, поэтому мы будем использовать собственные методы, чтобы остановить это собрание и помешать предательству нашей страны.

Это война, а на войне нет невинных людей.

Мы не остановимся, пока вы не выполните наши требования и не прекратите сотрудничество с китайцами.»

В кабинете воцарилась тишина.

Через пару секунд помощник глубоко вздохнул и посмотрел на вице-президента.

— Что нам следует делать?

Вице-президент какое-то время молчал, а потом передал письмо помощнику со словами:

— Передай его ФБР. — И раздраженно добавил. — В будущем не беспокой меня подобными мелочами!

— Да, сэр…

Помощник взял письмо и тихо вышел из кабинета.

Вице-президент стукнул кулаком по столу и облокотился на спинку кресла.

Хакеры?

Предали?

Ну и бред…

Вы должно быть шутите…

Однако…

Вице-президент насторожился.

Хотя президент и его сотрудники провели анализ международной ситуации и приняли правильное решение, они недооценили реакцию общественности.

Он нахмурил брови и потянулся к телефону на столе, а потом позвонил в офис президента.

Он на всякий случай решил сообщить президенту о письме, даже если тот знал.

Не говоря уже о том, что прямо сейчас представители США присутствуют на встрече в Пекине.

Возможно, ему следует сообщить директору Карсону и попросить его вести себя жестче на собрании.

Он не хотел, чтобы их считали мягкими…

Полно проблем

Участие в подобных международных занятиях весьма утомительно.

Первый день был интересный, но второй переполняли бесконечные обсуждения.

Финансовая часть уже согласовали. Министерство иностранных дел Китая уже провело переговоры с различными странами заранее. Китай инвестировал 10 миллиардов, США 5, Евросоюз 2, Россия 1, Япония 800 миллионов… Суммарно 20 миллиардов долларов.

Единственной разногласие возникло с комитетом по бюджету проекта.

Отчего-то американская делегация на второй день резко переменилась в настроение и стала продавливать свои требования.

Особенно директор Карсон, всякий раз, когда поднимался разговор о создании комитета по бюджету, его улыбка быстро исчезла.

Впрочем, подобное ожидаемо.

В конце концов, бюджетный комитет обладал финансовой властью над проектом. Он контролировал все, что касалось финансирования.

Для США нереально получить полный контроль над расходами на проект; но они рассчитывали получить право голоса в этом вопросе.

Чтобы уравновесить влияние Китая на проект, даже Россия, которая изначально была на стороне Китая, более склонна поддержать требования США.

Конечно, Лу Чжоу не нужно беспокоиться о подобных вещах, другие люди разбирались с этим.

Например, директор Ли, чиновники из Министерства иностранных дел, а также сотрудники Комитета по строительным работам на лунной орбите…

Головной болью для Лу Чжоу стали его коллеги ученые.

В прошлом году от имени Института перспективных исследований Ло Вэньсюань связался с Китайской академией наук, ЦЕРНом и другими крупными исследовательскими институтами. Он собрал вместе лучшие умы в области теоретической физики, машиностроения, материаловедения и аэрокосмической техники. Совместно они завершили план лунного адронного коллайдера. Но теперь команда пополнилась физиками и инженерами со всего мира, поэтому неизбежно возникли некоторые проблемы. Многие люди предлагали внести изменения в проект.

В конце концов, это прекрасная возможность для многих блеснуть на международной сцене.

Такие компании, как Space-X и Boeing, поддерживали изменение чертежей, поскольку изменение чертежей конструкции могло принести выгоду их компаниям. Они даже потратили деньги на то, чтобы нанять ученых для поиска проблем в конструкции…

Группа экспертов в области физики и аэрокосмической техники сидела в конференц-зале.

Пожилой мужчина в клетчатой рубашке и очках стоял перед экраном проектора и возбужденным голосом рассказывал:

— По этим причинам первоначальная конструкция нереалистична и нуждается в доработке. Если мы внедрим мои усовершенствования, то сможем сократить бюджет на 13% и снизить риски при строительстве. Подумайте сами, сколько будет 13% от 20 миллиардов? Это огромная сумма! Мы можем потратить их на тех, кто в них нуждается…

Лу Чжоу вообще не понимал его.

Он долго терпел, но в итоге не сдержался и зевнул, а потом повернул голову к госпоже Клемель, председателю ЦЕРНа.

— Можем его уже прогнать и пригласить следующего?

Клемель улыбнулась:

— Боюсь, что нет, Европейское космическое агентство попросило, чтобы профессор Деллас гарантировано смог сделать часовой доклад.

— Зачем кому-то просить о такой глупости?

— Потому что до того, как он начал преподавать во Французском университете, он работал научным консультантом в Европейском космическом агентстве. Перед поездкой сюда он отправил свой доклад им.

Лу Чжоу фыркнул и спросил:

— Связи, да?

После недолгого молчания Клемель сказала:

— Похоже на то.

Очевидно, профессор Деллас использовал свои связи, чтобы получить возможность выступить с этим докладом.

Снижение стоимости на 13% довольно большая сумма, поэтому неудивительно, что Европейское космическое агентство предоставило ему возможность рассказать о своих идеях.

В конце концов, был шанс, что они смогут сэкономить много денег.

Взглянув на презентацию, Лу Чжоу пролистал копию плана улучшения у себя на столе.

Сам план был полон недочетов, а чертежи не вызывали доверия.

Конечно, это всего лишь его инженерная интуиция 6 уровня.

Если Лу Чжоу действительно хочет найти конкретные проблемы, то на это нужно много времени. В конце концов, инженерное дело сильно отличалось от математики, часто все не интуитивно понятно.

Трудно сразу найти проблемы в работе.

Однако у Лу Чжоу было припасено несколько способов.

Я не могу поверить, что мне приходиться это делать.

Лу Чжоу вздохнул и достал свой телефон, потом сделал несколько фотографий чертежей и отправил их Сяо Аю.

«Вот чертежи, они выглядят ужасно. Мне нужно, чтобы ты смоделировал 3D модель… Затем укажи мне проблемы.»

Хотя Лу Чжоу казалось, что его инструкции были немного расплывчатыми Сяо Ай понял его.

«Да, хозяин! ~ (๑•̀ᄇ•́) و✧

Увидев ответное сообщение, Лу Чжоу положил телефон на колени и спокойно стал ждать.

Через пару секунд на его телефон пришел файл объемом 2 ГБ.

Лу Чжоу открыл файл и увидел трехмерную модель.

Все сложные параметры были учтены в модели, такие как тип материалов и физические параметры в условиях вакуума и низких температур, а квантовый компьютер сделал моделирование окружающей среды на поверхности Луны.

Лу Чжоу потрясенно посмотрел на модель.

Сяо Ай действительно потрясающий.

Он точно знает, чего я хочу.

Пока ведущий говорил, Лу Чжоу достал из своей сумки ручку и начал писать на листке.

Спустя пять минут, Лу Чжоу отложил ручку и поднял руку.

Когда он поднял руку, весь конференц-зал сразу сосредоточился на нем.

Деллас стал немного недовольным, а его предчувствие заставило его волноваться.

Он чувствовал, что профессор Лу собирается сделать что-то не очень хорошее.

Однако он подумал, что Лу Чжоу никак не мог уже обнаружить проблемы.

— У вас есть вопрос? Профессор Лу.

Лу Чжоу прямо ответил:

— Просто сразу скажу, в вашем проекте полно проблем.

— Извините, я не понимаю. — Профессор Бандерас нахмурился. — Есть проблемы? Можете указать, где именно?

Лу Чжоу это позабавило.

Ты прекрасно знаешь, что в твоем плане полно недочетов, но пытаешься отвертеться?

— Включите Bluetooth на проекторе.

Профессор Деллас последовал указаниям Лу Чжоу.

В тот момент, когда телефон Лу Чжоу подключился к проектору, сразу появилось изображение модели.

— Поразительно…

В зале поднялся шум, многих удивила модель, которая не была представлена в докладе.

Профессор Деллас помрачнел.

Не только потому, что Лу Чжоу создал 3D модель, но и из-за того, что на всей модели было полно красных областей.

Каждая красная область указывала на проблему.

Хотя он понимал, что его чертежи не идеальные, он не ожидал такого количества проблем…

Этот парень…

Как он успел создать модель?!

Профессор не единственный, кто с неверием смотрел на Лу Чжоу…

Лу Чжоу… Монстр…

Госпожа Клемель, сидевшая рядом с Лу Чжоу, тоже была поражена. Она понятия не имела, как Лу Чжоу смог смоделировать 3D модель за пару минут…

Однако Лу Чжоу не планировал никому ничего объяснять.

Ему не нужно ничего объяснять.

Проблемы в работе профессора четко показаны.

Даже второсортный инженер смог увидеть очевидные проблемы, поэтому стало ясно, что улучшения профессора Делласа не сработают…

— Это невозможно, должно быть что-то не так, как вы…

— Как показано на модели, имеется много проблемных мест. — Лу Чжоу постучал ручкой по столу и холодно произнес. — Следующий.

Охотничьи орлы

Даркнет.

Хакерский форум.

Модератор создал группу с названием «Охотничьи орлы», вскоре группу наводнили пользователи и начали общаться между собой.

Однако это продолжалось недолго.

Пользователь с именем «Босс» вошел в группу. На канале мгновенно воцарилась тишина.

Босс: «Все здесь?»

Охотник: «Здесь».

Босс: «Хорошо, давайте начнем совещание».

Одинокий волк: «Да, сэр!»

Стервятник: «Да, сэр!»

Хакерам не так сложно собраться вместе, учитывая, что они в сети.

Хотя все они принадлежали к одной хакерской группе, она их ничем не обязывала.

Большинству из них не нравилась скованность, а также многие имели далеко не чистое прошлое.

За исключением периодических сделок на темном рынке, большинство занимались своими делами. Некоторые даже участвовали в других хакерских группах.

Однако любой другой хакер узнал бы пользователей из этой группы.

Тут собрались известные хакеры из даркнета, и большая часть из них работала в сфере информационной безопасности. Однако никто из них не знал, кто такой Босс.

Но по отношению к нему становилось понятно, что Босс их лидер, а значит его способности не слабые.

В конце концов, чтобы стать лидером хакерской группы, нужно обладать определенными навыками.

Никто не недооценивал силу Босса.

Одинокий волк: «Это всего лишь несколько серверов, взломать их дело пары секунд».

Малыш: «Да, давайте начнем, мне не терпится преподать урок Китаю и предателям в Белом доме!»

Босс: «Не недооценивай врага. В Китае много специалистов области информационной безопасности. Помните, мы должны остановить строительство коллайдера. Только почувствовав настоящую боль, они всерьез рассмотрят наше требование.»

Хантер: «Что, если китайские хакеры ударят в ответ?»

Босс: «Нам же будет лучше».

Их целью было оказать давление на Белый дом, чтобы он вышел из проекта по строительству коллайдера.

Что касается срыва собрания в Пекине, то это их второстепенная цель.

Поэтому, если китайцы ответят атаками на серверы НАСА и Белого дома, это будет идеально для них.

Многие участники сами с радостью займутся этим, просто это очень рискованно.

Босс: «Я разместил в закрепе первую партию серверов для атаки. Укажите, кто какой берет, чтобы избежать повторений.

Помните, мы Охотничьи орлы, мы отстаиваем достоинство США.

Помните, кто наш враг».

…………………………………………..

Пока в Пекине проходило обсуждение лунного адронного коллайдера, невидимая сила тихо работала на заднем плане.

Первым подвергся официальный сайт Евриван Дэйли.

Вскоре сайт переполнил спам и оскорбления, а фоновым изображением стал средний палец.

Администратор быстро обнаружил проблему, выключил сервер и сообщил об атаке в Министерство общественной безопасности.

Однако прежде чем Министерство общественной безопасности успело отреагировать, последовала еще одна волна нападений.

Следующим упал сайт центрального телеканала, всех пользователей перенаправляла на не менее оскорбительную страницу, где, как и ранее, на заднем плане был изображен гигантский средний палец…

Тем временем, тысячи писем пришли в различные ведомства.

«Немедленно прекратите Международное собрание по лунному адронному коллайдеру.

Охотничьи орлы»

После писем все обрело более серьезные обороты и кибератака превратилась в террористический акт.

После того, как глава Министерства общественной безопасности получил отчет, он помрачнел.

Они ни за что не собирались останавливать международную встречу, Китай никогда не пойдет на компромисс.

Не говоря уже о том, что требования были смехотворными.

Министерство общественной безопасности немедленно созвало экстренное совещание, пригласив специалистов и академиков из области информационной безопасности. Они сформировали временную оперативную группу для противостояния кибератаки, а также обеспечения безопасности финансовой и военных сфер.

…………………….

Одинокий волк: «Босс, Китай начинает сопротивляться».

Босс: «Хорошо! Мы должны продолжать, нужно больше хаоса»!

Охотник: «Китайцы принял ответные меры, я чуть не потерял контроль над сайтом центрально канала… Но они слишком медленные».

Когда дело доходило до кибератак, то защищаться всегда сложнее, чем атаковать. Успешно внедрить вирус проще, чем восстановить все после его воздействия.

Не говоря уже о том, что атака произошла неожиданно.

Охотник: «Несколько крупных китайских СМИ полностью парализованы, что дальше?

Босс: «Продолжайте, я приготовил для них большой подарок. Мы победим».

Охотник: «Хорошо»!

Малыш: «Ха-ха, Босс уничтожит их»!

Одинокий волк: «Босс, я обнаружил, что главный конструктор Комитета по строительным работам на лунной орбите тот же самый человек, что и главный конструктор Лунного адронного коллайдера… Его зовут Лу Чжоу. Он известный ученый в Китае, он получил Нобелевскую и Филдсовскую премии. Я узнал, что он работает в Цзиньлинском университете, может стоит преподать ему урок?»

Босс: «Не сомневайся, просто делай. Это война, в ней нет невиновных».

Одинокий волк: «Хорошо, Босс!»

………………..

Серверная Цзиньлинского университета.

Декан Цинь посмотрел на профессора Вана, который возился с сервером, и спросил:

— Как оно?

— Пока ничего… — Профессор поправил очки. — Интересно обиделся ли сервер на профессора Лу, все как в прошлый раз…

Десять минут назад сервер Цзиньлинского универсета внезапно атаковали. На сайте разместили оскорбительное фотография академика Лу, а всех администраторов заблокировали.

Профессор с факультета информатики тут же прибежал в серверную.

И поскольку академик Лу был сотрудником факультета математики, декан Цинь тоже пришел.

— Не говори так. Профессор Лу оказывает нам огромную помощь, мы должны боготворить его. — Декан Цинь кашлянул. — Просто сделайте все, что можешь. Попробуй починить сервер.

— Дело не в сервере, с ним все в порядке. Просто не него закинули вирус… Черт, кто это сделал, кому понадобилось взламывать сервер университета… — Профессор Ван выругался.

Преподаватель, стоявший у входа, внезапно спросил:

— Может студент захотел поправить свои оценки? Я слышал, что у профессора Лу очень много незачетов. Возможно, он взломали сервер с целью отомстить профессору Лу.

Профессор Ван покачал головой:

— Это однозначно не студент. Если бы студент мог такое сделать, он не был бы студентом, его можно было бы сразу профессором делать.

Декан Цинь внезапно кое-что вспомнил:

— Неважно кто это сотворил, надо убрать фотографию и не допустить, чтобы профессор Лу узнал об этом! Он будет в ярости, если узнает, что кто-то порочит его репутацию…

Преподаватели переглянулись, прежде чем кивнуть.

Внезапно профессор, стоявший у входа, почесал затылок:

— Похоже все серьезнее, чем нам кажется.

— Что такое?

— Просто зайдите на Weibo. — Профессор передал свой телефон декану. — Мы не единственные, десять минут назад крупные СМИ также взломали

Кого ты оскорбил?

В течении первой половины дня Лу Чжоу только и говорил «следующий».

Обнаружив насколько удобен Сяо Ай, он не мог перестать использовать его.

Он фотографировал и записывал каждый доклад на телефон и просил Сяо Ая преобразовать тексты и параметры в интуитивно понятную графику. С помощью квантового компьютера ни один недочет не был упущен.

Но это не только благодаря мощного компьютеру, просто работы этих людей были слишком плохи. Даже обычный компьютер смог бы найти ошибки.

Если бы они немного усерднее работали, Лу Чжоу не смог бы сразу найти проблемы руководствуясь только своей интуицией.

Однако здесь не было места слову «если».

Докладчики просто не представляли, что их ждет.

За исключением нескольких докладчиков, которые сделали конструктивные предложения, большинство идей тут же были отвергнуты.

Все доклады превратились в демонстрацию навыков Лу Чжоу.

Настолько, что во время последнего доклада перед обеденным перерывом, когда Лу Чжоу поднял руку, докладчик опустил голову и вышел из зала.

Из-за этого эта двухдневное собрание завершилось считай за полдня.

Присутствующие были поражены.

Как докладчики, так и слушатели…

…………………

После первой половины дня слухи о «резне» Лу Чжоу распространились среди физиков и аэрокосмических экспертов.

Во время обеда.

Профессор Клитцинг с тарелкой полной еды сел напротив Лу Чжоу и с любопытством спросил:

— Я слышал о случившемся утром, как ты это сделал?

Лу Чжоу, перед которым стояла миска с мясом и рисом, спросил:

— Что?

— Не притворяйся, ты знаешь, о чем я. — Профессор Клитцинг улыбнулся. — Мгновенно показывать модели… Это здорово!

А вот про что он.

— Ничего такого, просто я не мог позволить таким дерьмовым проектам тратить наше время.

Профессор Клитцинг понял, что Лу Чжоу пытался уйти от ответа:

— Не меняй тему, как ты сделал это? Не можешь рассказывать? Если так, то забудь.

Лу Чжоу вздохнул:

— Дело не в этом, просто не знаю, как объяснить.

— Могу предположить?

— Конечно.

Профессор Клитцинг нахмурился:

— Я предполагаю… У тебя есть команда инженеров и экспертов в области моделирования. Ты скидываешь им доклад, а они анализируют его и создают модель… Но за десять минут… Постой, дай еще подумать, этот вариант нереальный.

Профессор Клитцинг понял, что его предположение нелепое.

Какая команда инженеров могла бы создать подобную модель за десять минут?

Хотя он был физиком элементарных частиц, он все же немного разбирался в черчении. В конце концов, он часто общался с инженерами во время своих экспериментов.

Его опыт подсказывал ему, что это не то, что сделаешь за пару минут.

Однако Лу Чжоу внезапно ответил.

— Ну, отчасти это верно.

Профессор Клитцинг с недоверием переспросил:

— Прав? Ты уверен?

— Да, верно.

Не хочу заставлять его гадать дальше, лучше признаю это.

Технически он прав.

Сяо Ай внутри квантового компьютера что-то вроде команды инженеров.

Но стоит поблагодарить его за идею. Он помог мне все объяснить.

Лу Чжоу принял решение.

Если кто-нибудь спросит меня, как я это сделал, я воспользуюсь его вариантом.

Профессор Клитцинг не ожидал, что Лу Чжоу подтвердит его предположение. Ему стало не интересно, и он начал говорить о физике, но у Лу Чжоу внезапно зазвонил телефон.

— Я должен ответить на этот звонок.

Клитцинг улыбнулся:

— Конечно.

Лу Чжоу встал и ответил на звонок, отходя в уединенное место.

Он собирался поздороваться, но декан Цинь заговорил первым.

— Ты кого-то оскорбил?

Оскорбил?

Лу Чжоу растерялся.

Он уже отрицательно ответить на вопрос, как вспомнил, что оскорбил множество людей. Например, лишь за первую половину дня он оскорбил множество людей.

— К чему вопрос, не понимаю, о чем вы… Просто скажите, что случилось?

— Сайт и сервер нашего университета взломали!

— Что? Взломали? Насколько все серьезно?

Лу Чжоу не особо удивился.

Университетские серверы были настолько плохи, что студенты, просматривая расписания могли их перегрузить.

Но все же ему было интересно кому настолько скучно, чтобы взламывать университетский сервер? Зачем?

— Все в порядке, есть лишь незначительные проблемы. Мы потеряли некоторые документы, но оценки студентов сохранились.

— Ладно, хорошо… — Лу Чжоу похлопал себя по груди и вдруг ему стало интересно. — Секунду, какое отношение это имеет ко мне?

Декан Цинь немного помолчал, а потом со вздохом сказал правду:

— Потому что взломщик разместил на сайте твою фотографию Подумай еще раз, кого ты мог оскорбить?

Не могу их простить

Лу Чжоу поклялся, что если он найдет студента, что это сделал, то он лично поступит с ним точно также.

Конечно, это останется лишь в его воображении.

Университет никогда не позволит ему подобное.

И узнав реальную ситуацию, Лу Чжоу понял, что инцидент не такой простой.

Лу Чжоу встретился с директором Ли в зале для совещаний отеля, где узнал о происходящем.

— Как отреагировали США?

— Они тоже в замешательстве. Директор Карсон связался со мной сегодня утром и пояснил, что это никак с ними не связано. Я тоже считаю, что США не способны такой низкий и бессмысленный поступок.

— …

Кто это может быть?

Все крупные страны присутствуют здесь, кто может стоять за этим?

Пришельцы?

Директор Ли отпил немного чая, промочив горло, а потом сказал:

— Я уведомил соответствующие органы… Но, похоже, уже слишком поздно.

Лу Чжоу вздохнул:

— Какой ущерб?

Директор Ли серьезно объяснил:

— Официальные сайты медиа уже оправились, но проблема в том, что мы не знаем, где будет следующий удар.

Это самая сложная часть информационной безопасности.

Сталкиваясь с неизвестной враждебной атакой, обороняющийся всегда оказывался в невыгодном положении.

Гораздо проще, пока ты знаешь цели атакующего. Пока знаешь цели, то легко организовать защиту, но если нападения просто хаотичные, то им остается лишь ждать.

Это как с непреднамеренным убийство, подобные преступления невозможно предотвратить.

Выслушав объяснения директора Ли, интуиция подсказала Лу Чжоу, что это организованная кибератака. Однако он не знал, в чем её смысл.

— Чего они хотят?

— Они хотят остановить международную встречу… Также они уже добавили новый пункт, что мы должны уволить вас.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если их единственная просьба мое увольнение, то я с легкостью удовлетворю ее.

Директор Ли серьезно сказал:

— Даже не думай об этом! Знаешь, что будет, если ты уйдешь?

— Ладно, я просто пошутил, мы не можем согласиться на их требования…

Директор Ли не понимает шуток…

Лу Чжоу обдумал все и спросил:

— Есть ли способ решить проблему?

Директор Ли ответил с болью в голосе:

— В том то и дело, что нет… Мы уже связались с США. Будем надеяться, что они смогут сотрудничать с нашим расследованием. Но они не слишком полны энтузиазма. Они сказали, что будут сотрудничать с нами в аресте преступников при наличии доказательств.

— Значит, нам просто нужно найти их.

— Да, мы должны идентифицировать этих людей. Это единственный способ остановить эти атаки. Иначе они будут продолжать возвращаться.

— Тогда постараюсь что-нибудь придумать.

— Ты? — Директор Ли покачал головой/ — Оставьте такое нам, просто не размещай важную личную или научную информацию в интернете. Сейчас особая ситуация и нацелились на тебя.

— …

Нацелились на меня!

Разместили фото порочащее меня!

Лу Чжоу вздохнул:

— Я не могу просто так это оставить… С большей силой приходит и большая ответственность. Все было бы ничего, если бы они не трогали меня, но они выбрали меня в цели. Я не могу их пощадить!

— ?..

— В общем, я не могу их простить!

Директор Ли с недоверием покачал головой:

— Ладно, забудь, с твоими-то навыками программирования… Лучше не лезь. Мы создали оперативную группу. А ты надеюсь сосредоточишься на встрече. Помни, что представляешь все наше научное сообщество!

……………….

Эта кибервойна зашла в тупик.

Будь преступники местными, власти могли легко найти их и арестовать.

Однако проблема заключалась в том, что хакеры находились за границей.

Никто раньше не слышал о данной группе хакеров, но теперь их имя разлетелось по сети.

Большинство критиковали их…

«Черт, американцы отвратительны! Где наши хакеры, пусть они ощутят тоже самое!»

«У нас не осталось ни одного хакера, все хорошие ушли работать в It-компании.»

«Я слышал, что существуют подпольные хакерские группы, которые начали действовать в ответ!»

«Думаю, что битва будет трудной. У них преимущество. Если мы не сможем каким-то образом обеспечить безопасность военного уровня везде, то они просто будут атаковать слабые места.»

«Черт! Неужели этим американцам больше нечем заняться? Какой смысл взламывать нас?»

«Возможно за этим стоит их правительство.»

После того, как директор Ли ушел, Лу Чжоу вернулся в свой номер. Он просмотрел Weibo и увидел, что обсуждение хакеров в трендах.

Хакеры, должно быть радуются, что их имя так широко распространилось.

Я не могу просто сидеть и ничего не делать…

Я не могу просто оставить их в покое.

Лу Чжоу достал свой телефон и позвонил декану Циню.

— Это я, как у вас дела?

Декан Цинь вздохнул:

— Здесь все еще есть вирус, приходили из отделения кибербезопасноти, но сказали, что ничего не могут сделать… Мы уже сдались, мы собираемся переустановить систему в серверной и заменить все жесткие диски.

Они сдались?

Я не могу этого допустить.

Лу Чжоу сразу же сказал:

— Подождите пока, в Институте перспективных исследований много спецов. Я пришлю кого-нибудь вам на помощь.

Услышав слова Лу Чжоу, декан Цинь замолчал, поскольку не ожидал подобного.

— У вас там есть… эксперты по информационной безопасности?

— Конечно! — Лу Чжоу улыбнулся. — У нас же так же есть независимый институт информационных технологий, поэтому много разных специалистов.

Декан Цинь улыбнулся и покачал головой.

— Хорошо, тогда быстро пришли кого-нибудь сюда.

Но декан вообще ни на что не надеялся.

Институт перспективных исследований был хорошим исследовательским институтом, но их основной областью была математика, вычислительное материаловедение и химия.

Когда дело доходило до информационных технологий, точнее, кибербезопасности, ученые институтов не так сильны, как специалисты из крупных компаний.

Не говоря уже о том, что отделение информационных технологий Института перспективных исследований никак не мог сравниться с их факультетом, где сам ректор Сюй занимался исследованиями.

Даже эксперты из правительства понятия не имели, что делать…

Повесив трубку, Лу Чжоу сказал все Сяо Аю, а затем он позвонил Ло Вэньсюаню.

Раздался голос Ло Вэньсюаня.

— Да?

— Это я.

— Просто сразу скажи, что ты хочешь.

Лу Чжоу смутился.

Неужели это настолько очевидно…

— Окажи мне услугу.

Сяо Ай, оставляю все на тебя

Вечер.

Цзиньлинский университет, серверная.

Декан Цинь терпеливо ждал специалиста от Лу Чжоу, но он был потрясен увидев в дверях Ло Вэнсюаня.

— Разве вы… Не профессор Ло с факультета физики?

— Да… — Ло Вэньсюань посмотрел на декана и спросил. — Что-то не так?

— Нет… — Ответил декан. Он надеялся, что Ло Вэньсюань просто случайно забрел к ним, поэтому уточнил. — Вас прислал академик Лу?

Ло Вэньсюань снова кивнул:

— Да, а зачем мне еще приходить сюда?

— …

Хотя он не возлагал больших надежд на Институт перспективных исследований, он не ожидал, что Лу Чжоу пришлет профессора физики.

Академик Лу сошел с ума?

Это как ветеринару доверить делать операцию на человеке.

Профессор Ван, стоявший рядом с сервером, раздраженно произнес:

— Хватит, я провозился тут весь день. Хакер — специалист. Сервер обречен. Надо поскорее переустановить его. Я уже умираю от голода.

Ключи от серверной были только у профессора Вана.

Если бы не декан, то он уже давно бы ушел есть. Он хотел позвонить поставщику серверов и попросить их переустановить программное обеспечение и заменить оборудование.

Декан Цинь вздохнул и посмотрел на Ло Вэньсюаня. — Вы видите ситуацию, даже наш профессор сдался. Если вы здесь, чтобы помочь переустановить систему, то можете идти.

Профессору Вану почувствовал себя немного неловко от слов декана:

— Позвольте добавить, что я не сдался, просто мы опоздали. Если бы мне сообщили об этом раньше, возможно мы успели бы его спасти. Но сейчас сервер убит, и я не могу ничего сделать.

Ло Вэньсюань почесал затылок:

— Я не понимаю, о чем вы. Лу Чжоу просто дал мне флешку и попросил подключить ее к серверам.

Профессор Ван отступил в сторону и жестом разрешил:

— Давайте, я хочу посмотреть на результат.

— Ладно…

Ло Вэньсюань подошел к серверу и какое-то время искал USB-порт.

Профессор Ван безмолвно смотрел на его неуклюжие попытки, но понимая, что сервер все равно будет переустановлен завтра позволил все.

Когда Ло Вэньсюань наконец вставил флешку и отошел, а потом попросил профессора Вана.

— Можете запустить его?

Профессор Ван включил сервер.

Компьютер включился, потом экран загорелся, словно сервер ожил, но точно также стремительно выключился.

Профессор Ван посмотрел на мертвый сервер и нетерпеливо спросил:

— Что теперь?

— Я физик, я не знаю…

Ло Вэньсюань смущено почесал затылок и заметил, что все в серверной смотрят на него. Он быстро достал свой телефон и позвонил Лу Чжоу.

Тот быстро ответил.

Ло Вэньсюань немедленно сказал.

— Я подключил флешку.

— Хорошо, спасибо.

Ло Вэньсюань не удержался и спросил:

— И что теперь?

— О чем ты?

Он хочет заплатить ему за это?

Эм…

В следующий раз я просто угощу его обедом.

Ло Вэньсюань смущенно спросил:

— Я имею в виду… Это все?

Лу Чжоу улыбнулся:

— А, ты свою работу сделал. Остальное вопрос времени. Спасибо, ты можешь вернуться к своим делал.

На флешке была программа, написанная Сяо Аем. Как только флешка была подключена, программа автоматически установилась на сервер.

Сразу после этого Сяо Ай получит полный контроль над сервером. Пока сервер был подключен к Интернету, программа соединяла его с квантовым компьютером в Институте перспективных исследований.

Тогда хакеры столкнуться не с каким-нибудь профессором университета, а с квантовым компьютером с искусственным интеллектом.

В цифровом мире Сяо Ай высший хищник. Не только из-за его интеллекта, но и из-за вычислительной мощи квантового компьютера. Сяо Ай получал преимущество в виде кубитов…

Обладая такой вычислительной мощностью, он мог легко конкурировать с лучшими мировыми суперкомпьютерами.

Однако Ло Вэньсюань полностью растерялся.

— Думал увижу что-нибудь поразительное.

Лу Чжоу это позабавило:

— Да? Достань свой телефон и зайди на Weibo, скоро ты все увидишь.

— Хорошо, но я вижу, что сервер все еще не работает.

— Не думай слишком много. Просто скажи декану, чтобы он не отключал электричество и Интернет, убедись, что не произойдет внезапного сбоя питания. — Лу Чжоу откашлялся и добавил. — Я позабочусь об остальном.

После этого Лу Чжоу повесил трубку.

Лу Чжоу положил свой телефон на стол и потянулся. Он встал с кресла и подошел к окну в отеле.

Сейчас уже поздний вечер.

Ярко освещенные городские огни отражались в окне.

А в США сейчас должен быть день.

Но вскоре на них обрушиться буря.

Лу Чжоу посмотрел на вид за окном и усмехнулся.

— Сяо Ай, оставляю все на тебя.

На экране появилась цепочка текстовых сообщений.

«Да, хозяин! (` ・ω・ ́) ゞ»

«Предоставьте это Сяо Аю! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Доктор Z

Нью-Йорк.

В одном из многоквартирных домов в пригороде в комнате были полностью закрыты жалюзи и работал кондиционер. Темная и холодная комната напоминала больничный морг.

На столе стояли три больших монитора, а по комнате были разбросаны пустые банки из-под энергетиков.

Мужчина вошел в комнату с пиццей в руке. Он сел за свой стол и щелкнул мышкой.

На экранах перед ним появился окна с кодом.

Большинство людей не поняли бы, что там, но не он.

— Наконец-то…

— Нашел! Отлично!

Одинокий Волк причмокнул губами и ухмыльнулся, после чего откусил кусок пиццы.

Он взломал еще один сервер.

Хотя Босс не приказывал ему что-то делать, он считал, что пришло время атаковать не только на медиа-компании.

В конце концов, они не организация со строгими правилами. Не говоря уже о том, что почти все китайские СМИ уже взломаны.

Он просмотрел строки кода и рассмеялся при мысли о том, что китайцы наложили в штаны.

Но в этот момент он внезапно получил личное сообщение на его аккаунт.

Мне пришла доставка?

Он говорил о не чем-то материальном, а ответ на запрос на DDOS-атаке или чем-то подобном.

DDOS-атака также кибератака, которую могут использовать хакеры новички. Таким образом, опытным хакерам было гораздо проще было заказать такие атаки, вместо того, чтобы проводить их самим.

Одинокий Волк нажал на личное сообщение.

Однако он внезапно замер.

«Хозяин дает тебе шанс искупить свою вину, так что ты должен сдаться. (́◔‸◔ ‘)»

— Пффф… Ха-ха-ха!

Одинокий Волк рассмеялся и откинулся на спинку своего кресла. Он удалил сообщение, вышел из своей учетной записи и вошел в запасную учетную запись.

— Смешно… Думаете, я сдамся лишь потому, что нашли мой аккаунт? Идите нахер!

Найти его учетную запись несложно, весь круг хакеров следил за этим событием.

А посмотрев его транзакции, то несложно догадаться о принадлежности аккаунта.

Поэтому он совсем не волновался. Найти его личную информацию с этого аккаунта практически невозможно.

Однако в терминале он увидел, что сервер Цзиньлинского университета стал зеленым.

Это означало, что их сервер с трояном подключился к сети.

Вы не боитесь смерти?

— Они не знают, с кем имеют дело?

Одинокий Волк положил руку на клавиатуру и собирался преподать им урок.

Однако только он нажал первую кнопку, как замер.

Поскольку перед ним появилось окно со строкой неизвестных символов.

«(*・Ω・) ✄╰ひ╯»

Что?

………………….

Министерство кибербезопасности.

Внутри офиса.

Хотя сейчас была поздняя ночь

На компьютерном столе стояла банка кока-колы, а директор Хун придирчиво вглядывался в экран компьютера. Внезапно он сказал:

— Черт, как крысы!

Враги напоминали крыс, появляясь везде.

Там же присутствовал директор Ли. Он нахмурился и спросил:

— Документы с предупреждение о безопасности разослали?

Техник, сидевший рядом с ними, посмотрел на директора Хуна и получил кивок, а потом заговорил.

— Разослали, но это бесполезно. Такие компании, как Tencent и Alibaba, уже имеют хорошую систему безопасности. Компании среднего размера получили наши уведомления, но они ничего не могут сделать… Скорее наше предупреждение лишь усилит панику.

Директор Хун вздохнул:

— Все равно лучше сообщить им, что еще мы можем сделать?

— Ничего другого, кроме как поменяться ролями и самим стать нападающим.

В офисе внезапно стало тихо, слышались только постукивания по клавиатуре.

Директор Хун кашлянул:

— Забудьте об этом. Начальство никогда не одобрит атаку с нашей стороны. Как только мы атакуем, то объявим международную кибервойну. Даже если мы пострадали первыми, обвинят нас… Прямо сейчас нам нужно собрать доказательства и выяснить, где находятся хакеры, а затем попросить местные власти арестовать их.

Мало того, что они не знают, где находятся хакеры, так беря на себя инициативу вызовут ужасные дипломатические проблемы.

Кроме того, в это время проходила встреча по лунному адронному коллайдеру, и повлиять на дипломатические отношения цель хакеров.

Директор Хун кашлянул и спросил:

— Как продвигается восстановление серверов?

Инженер по информационной безопасности, сидевший перед компьютером, усталым голосом ответил:

— Большинство крупных доменов восстановлены… На данный момент я восстановил как минимум дестяь сайтом, но это не тот путь.

В этот момент техник в военной форме заговорил:

— На еще одном сайте обнаружин аномальный трафик. После проверки подверждено, что он взломан.

Прежде чем директор Хун успел спросить, директор Ли спросил первым:

— Кто это на этот раз?

— Сайт Государственного совета по торговле и развитию.

Услышав, что еще один сайт упал, дироектор Хун яростно ударил по столу.

— Ублюдки.

Атака распространилась за пределы сайтов СМИ на правительственные ведомства.

Директор Хун начал потеть.

Хотя на государственных сайтах дополнительная защита, их количество слишком велико, и они не могли обезопасить все. Они могли полагаться только на встроенные средства защиты.

И это не главная проблема.

Если нападавшие расширят поле боя и атакуют другие сферы, ущерб может стать катастрофическим.

Потери будут огромными.

Однако инженер, сидевший за экраном, внезапно нахмурился и присмотрелся к своему экрану повнимательнее.

— Постойте что-то не так.

Директор Хун тут же спросил:

— Что?

— Данные о трафике хакеров, которые мы отслеживали, исчезли…

Директор Хун внезапно посинел.

— Они обнаружили нас.

Инженер по информационной безопасности покачал головой:

— Уверен, что нет… Они все просто необъяснимо исчезли один за другим.

Директор Хун хотел спросить, что происходит, но сбоку раздался голос.

— Сайт совета по торговле и развитию вновь заработал! — Сказал человек в военной форме. Он взволнованно встал. — Похоже, они отступили!

Директор Хун нахмурился и внимательно посмотрел на экран.

— Но почему они отступили?

Инженер покачал головой.

— Я не знаю…

Он был абсолютно уверен, что хакеры не заметили попытки отследить их.

Поэтому у них не было причины — вот так отступать.

Это к счастью для сайтов, что подверглись атаке, но министерство кибербезопасности это совсем не обрадовало.

Поскольку атакующих не поймали, они могли подвергнуться атаке в любой момент.

Если они не смогут выяснить, в чем причина отступления, они не смогут заснуть сегодня ночью.

Директор Хун оглядел кабинет и решительно приказал.

— Продолжайте расследование, не имеет значения, что нападения прекратились, мы должны их найти!

— Есть!

Хотя они не выиграли битву, это все равно была маленькая победа.

Бойцы в офисе все еще сражались.

Директор Хун кивнул и прошел в свой кабинет. Он уже собирался сесть, как услышал стук в дверь.

— Войдите.

Дверь открылась, и вошел худощавый сотрудник.

— Директор!

— Что такое?

— Мы только что получили электронное письмо… Оно немного особенное.

— Что за письмо?

— В письме какой-то странный код, а также текст, в котором говорится… — Сотрудник немного поколебался. — Там IP-адреса хакеров.

Они нашли IP-адреса хакеров?

Директор Хун был в восторге.

Он сразу же спросил:

— Кто отправил это письмо? У нас был способ связаться с ними?

— Нет. — Сотрудник покачал головой. — Оно было подписано одним человеком.

— Кем?

— Доктор Z.

Профи

Дарквеб.

Неизвестный форум.

Группа людей вошло в обсуждение и с волнением обсуждали свои результаты.

«Захватить доменное имя довольно здорово!»

«Думаю, что сделать переадресациию было довольно креативно».

«Да ладно, твои дерьмовые навыки фотошопа затмили твои хакерские способности».

«…»

Босс: «Тихо».

Все в чате притихли, ожидая, пока напишет их лидер.

Босс: «Китайцы явно проигнорировали наши требования, а Белый дом остался глух к нашим угрозам. Похоже, наши атаки на них никак не повлияли. Пора начать второй этап».

Хантер: «Я готов».

Малыш: «Ха-ха, наконец-то!»

Малыш: «Лол, я уже давно хотел преподать урок Конгрессу».

Хантер: «Конгресс и Белый дом не одно и тоже».

Малыш: «Какая разница? Для меня они одинаковые!»

Призрак: «Кстати, где Одинокий волк? Разве он не атаковал на сайт университета академика Лу?»

Малыш: «Кто-нибудь, свяжитесь с ним».

Доктор Z: «Он не придет. :p»

Внезапно в чате появился новый пользователь.

Все пользователи казалось замерли.

Двухэтажный дом в Лос-Анджелесе.

Мужчина лет тридцати уставился на экран своего ноутбука.

Доктор Z?

Кто это?

Второй аккаунт Одинокого волка?

Но у нас запрещены в группе другие аккаунты.

В чате.

Охотник: «Кто ты?»

Призрак: «Это чей-то второй аккаунт?»

Малыш: «Эй, братан, мы используем наши основные аккаунты для общения. Перезайди, или мы тебя вышвырнем».

Доктор Z: «Я Доктор Z. Хозяин дал мне такое имя в интернете, поэтому можете называть меня так. (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Охотник: «…?»

Малыш: «???»

Стиль общения Доктора Z был немного странным.

Эти хакеры много лет обитали в даркнете и видели много эксцентричных хакеров, но они никогда раньше не видели, чтобы кто-то использовал подобные смайлики.

Но они все понимали, что этот парень был профи.

В этом никто не сомневался.

Он смог получить доступ к приватному чату Босса. Либо это сам Босс, либо кто-то установил бэкдор на сервер Босса.

Кто этот парень?!

Мужчина лет тридцати быстро встал и отложил свой ноутбук в сторону, после чего начал печатать на клавиатуре компьютера.

Его звали Мейсон, он неприметный сотрудник, работавший в компании по разработке программного обеспечения. Единственное, что в нем отличалось от других, так это его пугающая личность в даркнете — Босс.

Будучи известным человеком в даркнете его хакерские навыки были безупречны.

Это одна из причин, по которой он отвечал за управление сервером Охотничьих орлов.

Потому что они доверяли не только его руководству, но и его навыкам.

Но теперь кто-то взломал его сервер и вошел в чат с ограниченным доступом…

Проверив сервер Мейсон не нашел никаких признаков бэкдора. Он тут же помрачнел, неприятное предчувствие нахлынуло на него.

Было слишком поздно выяснять, как другой получил доступ к его серверу. Вместо этого он включил ноутбук и сразу же набрал текст.

Босс: «Все, немедленно покиньте этот чат. Приступайте к четвертой фазе, разделяемся и сражаемся без ограничений. Да здравствуют Охотничье орлы!»

Очевидно, он не единственный, кто понял, что что-то не так.

После того, как он отправил это сообщение, участники группы один за другим отключились.

Хотя эти хакеры обычно не следовали строгим правилам, когда речь заходила о безопасности их собственной жизни, они с радостью последуют приказу…

Мейсон продолжал печатать на ноутбуке.

Поскольку кто-то вошел в его закрытый чат, то вполне возможно, что хакер получил доступ к его серверу и скопировал все данные… включая записи чата…

Мейсона покрыл холодный пот, и у него слегка закружилась голова.

Бесполезно отключать сервер. Он должен найти любые зацепки, оставленные хакером, чтобы взломать его сервер и удалить все улики.

Иначе одних только данных на его сервере достаточно, чтобы он очень надолго сел…

К счастью, противник оказался достаточно глуп, чтобы отправить сообщение в чате.

У него появился один шанс!

Пальцы Мейсона стучали по клавиатуре, когда он отчаянно пытался спасти ситуацию. Внезапно он увидел, что пользователь снова появился в чате.

Доктор Z: «Думаю, вам лучше просто сдаться. Выкинув меня из чата или взломав мой компьютер, вы ничего не добьетесь. (» ◔‸◔ ‘)»

Увидев сообщение Мейсон вздрогнул. Он оглядел свою комнату, а затем его взгляд остановился на другом ноутбуке, стоявшем позади него.

Его лицо побелело.

Он не мог поверить, его худшие кошмары сбылись.

По какой-то причине светодиодная камера ноутбука загорелась красным.

Из-за потребностей, связанных с работой, это единственная камера его ноутбука, которая не была заклеена скотчем…

Столкнувшись с превосходящим врагом, Мейсон решил сдаться.

Он посмотрел на ноутбук и пробормотал:

— Как ты это сделал… Как? Я не нашел никаких следов взлома. Ни одна из систем защит не сработала… Ты вообще человек?

Словно противник услышал его, в чате появилось сообщение.

В чате появилось еще одно сообщение.

Доктор Z: «Поскольку ваш пароль слишком слабый, я просто воспользовался вашей резервной учетной записью администратора. (╯▽╰).»

На лице Мейсона появилась грустная улыбка, казалось, что он постарел лет на десять в одно мгновение. Он молча посмотрел на код на своем экране.

Не было никакого смысла пытаться сопротивляться.

Он достал зажигалку и закурил.

Выдухнув кольцо дыма, он с глубоким вздохом спросил:

— Не слишком ли поздно мне сейчас сдаться?

Доктор Z: «Не знаю, зависит от того, насколько быстра полиция. (́◔‸◔ ‘)»

Босс не в сети

Этот день стал необычным для хакерского сообщества.

Пытаясь сорвать международную встречу по лунному адронному коллайдеру, хакерская группа Охотничьи орлы объявила кибервойну Китаю.

Менее чем за 12 часов они взломали более 50 серверов, а десятки компаний сообщили о убытках на миллионы долларов.

И когда все уже приготовились наблюдать за шоу и думали, что хакеры будут делать дальше, война внезапно закончилась.

К тому же внезапно исчезло несколько аккаунтов известных хакеров. Словно они просто исчезли.

Особенно Босс.

Он был одним из лучших хакеров, и ФБР пытались поймать его в течение многих лет, но безрезультатно.

Однако, он словно внезапно исчез из интернета. Он не отвечал ни на какие сообщения, перестал обновлять свой блог, а его личный сайт отключился.

Словно он исчез с планеты.

На хорошо известном it форуме.

Многие ученые в области информационных технологий, а также работники в it-компаниях, имели аккаунты на этом форуме. Тут говорили обо всем, начиная с отраслевых новостей до новейших технологий.

Поскольку война между Охотничьими орлами и Китаем стала масштабным событием, половина пользователей форума говорили про нее. Таким образом, модераторы форума решили создать отдельную ветку специально для ее обсуждения…

«Кто-нибудь знает, что случилось?»

«Прошел почти час, они сдались?»

«Невозможно, еще час назад китайцы отчаянно пытались остаться в живых. У Охотничьих орлов нет причин отступать.»

«У Босса есть почта? Может спросить у него, что он делает?»

«Говорят, его арестовали.»

В обсуждении какое-то время никто не писал.

Через пару минут кто-то нарушил тишину.

«Невозможно, ты шутишь?»

«Да, он Босс! Я раньше видел, как он заставлял банкоматы выдавать деньги, а ФБР отслеживали его в течение многих лет. Как его вот так арестовали?»

Никто не верил, что этот хакер-ветеран потерпел поражение от кого-то с другой стороны Тихого океана.

Большинство людей думали, что Охотничьи орлы просто залегли на дно на время.

Отследить опытного хакера практически невозможно.

Тем более такого опытного хакера, как Босс. Пока он этого сам не захочет, его не поймают.

Пока все говорили об участниках Охотничьих орлов, вечерняя газета Лос-Анджелеса опубликовала свежую сенсационную статью…

«Лидер известной хакерской организации „Охотничьи орлы“ арестован!»

Как только появились новости…

Все хакерской сообщество было поражено!

…………………….

Как только отдел кибербезопасности получил письмо, они усилили защиту и попытались выяснить происхождение письма.

И хотя у них были сомнения в подлинности письма, оно было единственной зацепкой.

После того, как директор Ли увидел, что письмо подписано доктором Z, он, казалось, что-то понял. Он похлопал директора Хуна по плечу и велел ему последовать направлениям в письме.

Хотя директор Ли не из этой сфера, директор Хун все равно последовал его совету.

Расследовать IP-адреса за пределами страны непросто, особенно без достаточных доказательств. Местные власти этих стран могли отказаться от сотрудничества. Однако они обнаружили, что один из IP-адресов был внутри страны.

Директор Хун немедленно связался с соответствующим местным полицейским участком. Вскоре после этого хакер «Малыш» был арестован.

Все удивились.

И это был далеко не малыш, а мужчина за тридцать.

По словам соседей, подозреваемый был безработным уже много лет, но не испытывал недостатка в деньгах.

Полиция легко обнаружила оборудование, использованное для совершения преступлений, а также его личный ноутбук и телефон.

Полиция установила, что он не только был членом в различных хакерских организациях, но и испытывал сильную ненависть к власти.

Согласно его признанию, Босс взял его в организацию в прошлом году. Он наводил организацию на внутренние серверы и был посредником в кибератаках.

Что касается его мотива, то, очевидно, чтобы выразить свое недовольство обществом…

……………………

Было уже четыре часа утра, наступал рассвет.

Директор Хун пил кофе, потом посмотрел на директора Ли и спросил:

— Вы знаете этого доктора Z?

Директор Ли сделал глоток из своей кружки и ответил:

— На самом деле, я не уверен насчет этого.

Не уверены?

— Тогда откуда такая уверенность, что он был прав… — Директор Хун кашлянул. — Конечно, факты доказали, что он прав. Я не собираюсь расследовать его личность, мне просто любопытно.

— Я поверил ему, поскольку он помогал нам в прошлом.

Директор Хун нахмурился:

— Помогал?

— Около полугода назад. — Директор Ли предался воспоминаниям. — Когда по различным гуманитарным причинам мы отправили космический корабль к Марсу…

Все в кабинете начали слушать рассказ директора Ли.

Он рассказывал обо всем, начиная с высадки на Марс и заканчивая заражением колонистов. Он даже поставил свою кружку и начал с волнением жестикулировать руками.

Но когда он начал слышать звуки храпа, он смущенно прервал свой рассказ…

Личность доктора Z

Новость об аресте «Босса», лидера организации Охотничьих орлов, вызвала потрясение в сообществе хакеров и специалистов по информационной безопасности.

Никто не ожидал, что полиция Лос-Анджелеса сможет поймать такого крупного преступника так стремительно…

Больше всего всех поразило, что хакер, которого разыскивало ФБР почти десять лет, жил в 500 метрах от полицейского участка.

Причина, по которой его так быстро поймала полиция, заключалась в анонимном письме в полицию.

В электронном письме не было никакой контактной информации, только псевдоним — доктор Z.

Это имя звучало довольно загадочно.

Репортеры связались с экспертами в области информационной безопасности в надежде выяснить, кто такой доктор Z, но не смогли найти никаких зацепок к его личности.

Словно он возник из ниоткуда.

Некоторые люди думали, что доктор Z китайский специалист в информационной безопасности. В конце концов, менее чем через 10 часов после ареста «Босса» Китай арестовал «Малыша».

Некоторые предполагали, что доктор Z известный китайский хакер. В конце концов, американцы знали, что в Китае много специалистов в математике и информационных технологиях.

А некоторые люди вспомнили случай с Марсом, когда неназванный биолог опубликовал статью, которая стала основой для создания вакцины…

Однако это предположение было не очень реалистичным. В конце концов, если доктор Z специалист в области биологии, он не должен был иметь ничего общего с информационными технологиями. Люди скорее верили, что доктор Z просто анонимный хакер.

Они думали, что хакер просто взял имя доктор Z с того случая…

Имя использовалось как символ, похожий на бэтаранги Бэтмена…

Как бы то ни было, хакер смог отследить IP-адрес Босса и сообщить в Интерпол вместе с доказательствами прошлых преступлений. Подобные навыки ужасали.

Не только ФБР расследовало личность доктора Z, но и крупнейшие компании Силиконовой долины пытались его найти.

Такие компании, как Amazon и Microsoft, пытались выяснить личность доктора Z, и даже генеральный директор Apple написал в Twitter, что если доктор Z захочет сделать что-то значимое для мира, он может рассмотреть возможность работы в Apple…

……………………………………….

Той ночью, оставив Сяо Ай разбираться с кибератакой, Лу Чжоу лег на кровать и пролистал свои записи по гипотезе Римана, а потом постепенно заснул.

Возможно, в прошлый день он сильно устал, поскольку он проспал до полудня.

Сегодня у него был достаточно свободный день, и он должен лишь присутствовать на собрании в 3 часа дня.

Лу Чжоу сел на кровати и взял свой телефон. Он посмотрел уведомления в WeChat и увидел, что Ло Вэньсюань отправил ему множество сообщений.

— Черт, что ему нужно с утра пораньше.

Еще сонным Лу Чжоу начал читать сообщения.

Сообщения переполняли восклицательные знаки и удивленные смайлы. Ло Вэньсюань неоднократно называл его «потрясающим» и «крутым».

Лу Чжоу улыбнулся.

Он подумал, что Ло Вэньсюань прочитал что-то о нем на Weibo.

Кстати, было еще кое-что, чего он ждал с нетерпением.

Лу Чжоу покачал головой и ничего не ответил. Он отбросил телефон в сторону и взял пульт, потом включил телевизор и открыл канал международных новостей.

Как он и ожидал, в новостях рассказывали о событиях прошедшей ночи.

Хакеры арестованы, а кибервойна наконец закончилась.

Лу Чжоу нисколько не удивился. Хотя Сяо Аю все еще недоставало некоторого эмоционального интеллекта, его хакерские способности на самом высоком уровне.

Больше всего Лу Чжоу удивило, что один из хакеров находился в Китае.

Какого черта…

Зачем?

После того, как Лу Чжоу выключил телевизор, его телефон завибрировал.

Пришло сообщение от Сяо Ай. Лу Чжоу знал, что он тут за похвалой.

«Хозяин, Сяо Ай хорошо поработал? (≧ω≦ *)»

— Все сделано?

«Да! Все улики переданы в полицию! (๑•̀ᄇ•́)»

Лу Чжоу захотелось обнять Сяо Ай, когда он ответил:

— Молодец!

«Пожалуйста, хвалите меня больше, пожалуйста! (≧ω≦ *)»

— …

Он совсем не умеет быть скромным.

Ему следует поучиться у меня скромности.

Лу Чжоу даже не стал одеваться, как сел за компьютер.

Он пролистал Weibo и увидел, что организация Охотничьи орлы была в трендах…

«Какие орлы, они скорее цыплята!»

«Даже не вериться, хакеров нашли за день!»

«Очевидно, за всем этим стоял хакер по имени доктор Z, он в одиночку нашел IP-адреса всех участников!»

«Невозможно, я помню, что доктор Z был биологом?»

«Может кто-то скопировал его имя? Как бы то ни было, мы должны поблагодарить его. Кто знает, сколько сайтов он спас!»

Лу Чжоу посмотрел на посты и ощутил себя героем.

Конечно, он знал, что это все благодаря квантовому компьютеру и Сяо Ай.

Однако, учитывая, что и квантовый компьютер, и Сяо Ай его собственность, Лу Чжоу мог отнести это в свои заслуги.

Внезапно в правом нижнем углу появилась строка сообщений.

«Хозяин, не хотите сначала одеться? (/// ω ///)»

Лу Чжоу взглянул на сообщение и задумался.

Эм…

Ладно, сидеть за компьютером голым немного странно.

Но в комнате больше никого нет, кого это волнует?

Лу Чжоу посмотрел на компьютер и сказал.

— Почему тебя это волнует, ты лишь ИИ.

«Да, но Сяо Ай всего 7 лет. ( ́◔‸◔ ‘)»

— …

Боже.

Лу Чжоу внезапно вспомнил и сказал:

— Кстати, не включай камеру без моего разрешения или без необходимости.

«О… (°△° |||)»

Лу Чжоу закрыл ноутбук и надел костюм. Он поправил галстук перед зеркалом и удовлетворенно кивнул.

Этот профессор как всегда красив.

Внезапно зазвонил его телефон.

Лу Чжоу ответил на звонок.

— Алло?

Директор Ли говорил на другом конце.

— Ты свободен?

Лу Чжоу посмотрел на часы:

— Да, а что такое?

— Сейчас обед, приходи в кафетерий, я хочу поговорить.

Каждый хочет стать ведущим ученым

Обед.

Шведский стол при отеле.

Лу Чжоу вошел и сразу же увидел директора Ли, сидящего у окна.

Лу Чжоу сел напротив него и заметил его уставший вид:

— Что… случилось?

— Ничего, я просто не спал всю ночь. — Директор Ли попытался привести себя в чувство. После чего серьезно заговорил. — Помнишь, я рассказывал о кибератаках? По информации от Интерпола, главного хакера арестовали в Лос-Анджелесе.

— О…

Лу Чжоу уже знал об этом.

Однако директор Ли не заметил реакции Лу Чжоу, поэтому продолжил рассказывать:

— Один из преступников был внутри страны, а что касается других, мы передали их информацию в Интерпол, местные власти займутся ими.

— Хорошо.

— Ты не удивлен?

— …

Что тут такого удивительного?

Об этом по телевизору все утро говорили, чему удивляться?

Директор Ли пристально посмотрел на Лу Чжоу и внезапно спросил.

— Ладно, как ты узнал про хакеров?

Лу Чжоу на мгновение был ошарашен, но быстро среагировал, пытаясь изобразить непонимание.

— Я видел в интернете, а что? Еще утром узнал.

Однако директор Ли не сдавался.

— Кстати говоря, нам помог один эксперт. Без помощи мы бы оказались в трудном положении.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я слышал об этом. Кто-то по имени доктор Z. В одиночку расправился с целой хакерской группировкой. Он мастер…

Директор Ли слегка разочаровался, но быстро собрался.

Это не имело значения, был ли Лу Чжоу доктором Z или нет. Кроме того, вполне возможно, что доктор Z мог быть экспертом из Института перспективных исследований.

Директор Ли просто хотел удовлетворить свое любопытство.

Даже если Лу Чжоу действительно доктор Z, если Лу Чжоу не планировал предавать это огласке, директор Ли не станет больше спрашивать.

Директор Ли откашлялся и продолжил.

— Хотя мы одержали победу в этой кибервойне, нам нужно извлечь из этого урок и укрепить нашу защиту. Эта атака поставила под угрозу большую часть конфиденциальной информации и дестабилизировала общество. Правительство готово…

Лу Чжоу кашлянул и ответил:

— Я знаю, что ситуация непростая, но я всего лишь математик, поэтому вы… Обращаетесь не к тому.

Не знаю почему…

Но чувствую, что директор Ли знает, что я доктор Z.

Это нехорошо…

В конце концов я собираюсь раскрыться…

Но сейчас не время.

— Послушай меня. — Директор Ли серьезно сказал. — Чтобы справиться с любыми возможными угрозами, Правительство намеренно инвестировать значительные средства в технологии квантовых вычислений. Это делается для усиления нашей сетевой защиты и возможностей для контратаки.

Технологии квантовых вычислений?

Лу Чжоу поддерживал эту идею, но что-то было не так.

С колебанием он спросил:

— Но это будет недешево.

Не говоря уже о проекте лунного коллайдера, полупроводниковая промышленность все еще в стадии зачатка.

Один только Лу Чжоу в прошлом году потратил более 100 миллиардов юаней на финансируемые государством проекты, не похоже, что они могут так просто напечатать столько денег.

— Это… Тут я должен поблагодарить тебя за это. — Директор Ли улыбнулся. — С момента реализации плана региональной электросети Юго-Восточной Азии достигнуты потрясающие результаты. Многие страны Юго-Восточной Азии имеют доступ к дешевой и экологически чистой энергии. Это принесло доход по меньшей мере в 50 миллиардов долларов, и ожидается, что прибыль будет расти. У нас довольно много средств на государственные научно-исследовательские проекты.

Лу Чжоу понимающе кивнул.

Тогда понятно!

Неудивительно, что у них так много денег, которые можно потратить.

Еще два года назад, он ни за что не смог бы добиться одобрения проекта лунного адронного коллайдера.

До сих пор аэрокосмические проекты едва приносили прибыль, а Лу Чжоу все еще требовалось больше времени, чтобы доказать правильность своих решений.

Похоже термоядерный синтез область, где все еще полно денег.

Дешевая и экологически чистая энергия поставлялась в соседние страны по цене в 1/10 от цены угольных электростанций. Поскольку энергосистема Западной и Юго-Восточной Азии продолжала расширяться, рано или поздно East Asia Power станет крупнейшей компанией в мире.

— В общем, не переживай о финансировании, деньги не проблема. Разве мы не говорили об этом еще в прошлый раз? Разве этот углеродный чип не подойдет для квантовых вычислений? Я просто хочу знать, реально ли использовать их для разработки квантовых компьютеров?”

Лу Чжоу улыбнулся:

— Что я могу сказать… Конечно, я отвечу, что это реально.

— Я верю, что ты ученый, который ищет истину. Ты не будешь врать и предавать свою веру ради небольшой прибыли.

Лу Чжоу хотел сказать, что это принесет немалую прибыль и что он не верующий.

Однако в одном директор Ли прав.

Лу Чжоу ученый, который искал истину.

Лу Чжоу вздохнул:

— Майорановский фермионы можно найти в материале, используемом для углеродных чипов, так что это отличная отправная точка. Если мы сможем увидеть чистые майорановские фермионы с нулевой энергией, то сможет производить квантовые вычисления.

Директор Ли воодушевился, он положил руки на колени и спросил:

— Так говоришь, что это сработает?

— Я никогда этого не говорил, — Ответил Лу Чжоу, — Для выяснения осуществимости потребуется много теоретических расчетов. Нельзя просто выкинуть деньги и надеяться на лучшее.

Директор Ли успокоился и задумался.

— Тогда, как ты думаешь, как нам следует поступить?

— Я считаю, что спешка ни к чему, нужно найти нескольких экспертов и тщательно изучить техническую осуществимость, а также найти возможный технологический путь разработки. После этого можете вкладывать столько денег, сколько хотите.

Это самый безопасный и наименее рискованный подход.

Если разработка окажется осуществимой, можно будет привлечь ученых-теоретиков к разработке и начинать проект.

Инвестирование денег без определенного направления может привести к растрате средств впустую.

— Ты прав… — Директор Ли вздохнул. — Нужно действовать не спеша. — Поразмыслив, он сказал. — После того, как я вернусь, я напишу кое-какие планы и соберу группу специалистов по теории квантовых компьютеров… Кого-нибудь порекомендуешь?

— Профессора У Тяньцюня, его команда создала полупроводники на основе углерода. Также нужны эксперты в области квантовых вычислений. Сейчас я не могу назвать никаких имен, но позже пришлю список.

Директор Ли был очень рад, что Лу Чжоу согласился помочь.

— Большое спасибо!

Пообедав директор Ли не задерживался. Он быстро сел в свою машину и уехал.

Видя, что он не спал всю ночь, Лу Чжоу немного беспокоился о нем.

В его возрасте не следует так долго работать.

Лу Чжоу покачал головой и достал свой телефон. Он сделал себе напоминание прислать список специалистов по квантовым вычислениям.

Однако ему вдруг пришла в голову странная мысль.

Если я буду рекомендовать своих знакомых, то не монополизирую ли будущее всгео направления квантовых вычислений?

Однако эта мысль быстро исчезла…

По какой-то причине он вдруг вспомнил одного человека.

Академика Чжоу, который был с ним в разногласиях в проекте управляемого термоядерного синтеза.

Лу Чжоу покачал головой и убрал телефон в карман.

— Неудивительно, что каждый хочет стать ведущим ученым. Власть действительно вызывает привыкание… К счастью, власть меня не так уж привлекает.

Уступки

Белый дом.

Кабинет президента.

С момента, как директор ФБР Мюллер вошел в кабинет, помощник президента, сидевший за дверью, слышал крики президента.

— Куча идиотов!

Стоя перед президентом, Мюллер глубоко вздохнул и сказал:

— Это наша вина… Мы ожидали, что они предпримут ответные меры, но не ожидали, что они будут настолько быстро.

Хотя Белый дом с радостью наблюдал за проблемами Китая, они не хотели этого на данном этапе.

Переговоры по Лунному адронному коллайдеру все еще продолжаются. Они смогли найти союзников и хотели оказать давление на Китай по вопросу бюджетного комитета.

Однако их планы разрушили.

Из-за кибератак большинство их союзников засомневались в них. Многие страны выразили обеспокоенность по поводу желания США участвовать в проекте.

Возможно американцы здесь только для того, чтобы сорвать все?

В конце концов, Китай крупнейший конкурент США в космосе…

Внезапно зазвонил телефон на столе.

Президент глубоко вздохнул и ответил на звонок.

В трубке раздался голос директора Карсона.

— Это я.

— Я понял, если есть, что сказать, то говорите!

Карсон понял, что президент в плохом настроении, но не осмелился спросить из-за чего.

Карсон откашлился и заговорил.

— Китайцы оказывают на нас давление из-за этих идиотов. Вчера вечером я подготовил план для бюджетного комитета, а когда я предложил его сегодня на переговорах, китайцы начали расспрашивать меня о кибератаках. Они используют это как средство для переговоров с нами. — Он глубоко вздохнул и продолжил. — Теперь мы находимся в невыгодном положении, даже нейтральные страны выразили серьезную озабоченность по поводу нашей внутренней кибербезопасности и проблем нового терроризма.

Президент не сдержался:

— А вы не пояснили им, что кибератаки и адронный коллайдер не имеют ничего общего.

— Я сказал, но они ответили, что Охотничьи орлы поддерживались федеральным правительством и что они уже получили достаточно доказательств… — Директор Карсон помолчал и добавил. — Хотел спросить, возможно ли…

— Конечно, нет! С чего бы мне одобрять такой глупый план! Что мы получим, уничтожив несколько китайских серверов? А вы Мюллер, что думаете?

Мюллер кивнул:

— Конечно! Я бы никогда не одобрил такую глупость… Но на всякий случай нам следует связаться с ЦРУ и убедиться, что они ничего не предпринимали.

— Сейчас не время обвинять других. — Карсон устало произнес. — Ситуация для нас не очень хорошая, поэтому я предлагаю… Пойти на уступки. Иначе Китай может пересмотреть наше участие в проекте…

В кабинете воцарилась тишина.

Можно было бы услышать, как иголка упадет на пол.

Рассмотрит наше участие в проекте…

В глазах президента появилась горечь.

Еще десять лет назад это было бы просто шуткой.

Тогда ни одна промышленность не могла обойтись без США. Ни один крупный международный проект не мог пройти без их участия.

Но теперь…

Китай думал о том, чтобы выгнать их из группы?

Роли поменялись.

Президент какое-то время молча сидел.

Наконец, он постучал пальцем по столу и сказал:

— Мы можем отказаться от других наших просьб, но вы должны убедиться, что мы будет иметь как минимум три места с правом голоса. Это не подлежит обсуждению.

Он не хотел рисковать тем, что Китай вышвырнет их из проекта.

Китай нуждался в сотрудничестве США, но США больше нуждалась в Китае…

Директор Карсон вздохнул с облегчением.

— Я постараюсь…

Президент стукнул кулаком по столу и выругался:

— Гребаные идиоты!

Директор Мюллер молча посмотрел на президента.

Из-за хакеров они теперь находились в крайне невыгодном положении на переговорах.

Если Россия не сможет твердо стоять на своем, то Китай получит полный контроль над бюджетным комитетом…

Но предоставив России небольшие выгоды, Китая с легкостью может занять эти места ведь русские вложили в проект лишь небольшую сумму денег…

………………….

По мнению Лу Чжоу, то, что произошло в интернете, лишь незначительный эпизод.

Поддерживал ли хакеров Белый дом или нет, для него вообще не имело значения.

Источник нападения исходил из США. Китай мог легко использовать это, чтобы получить преимущества на переговорах.

Комитет по строительным работам на лунной орбите полностью контролировал этот вопрос.

Абсолютная сила является гарантией сотрудничества.

Иначе американцы просто назовут случившиеся несчастным случаем.

В течение последних нескольких дней Лу Чжоу работал в исследовательском центре Лунного адронного коллайдера, а также помогал директору Ли найти список специалистов.

Также он понял, что избежать подозрений в фаворитизме правда слишком сложно.

Цзилиньский университет входил в пятерку лучших университетов в разработке программного обеспечения. У них два известных ученых в области квантовых вычислений — один даже академик.

Было бы несправедливо исключать специалистов по квантовым вычислениям только для того, чтобы избежать подозрений, поэтому Лу Чжоу вписал их.

Некоторые другие эксперты были из Яньцзинского университа и Шуйму, всего было десять человек. Только после того, как Лу Чжоу закончил составлять список, он понял, что начал волноваться о чем-то помимо науки.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он решил никогда больше не делать ничего подобного. После этого он отправил список директору Ли.

Наконец-то закончил!

Лу Чжоу потянулся и собрался сварить кофе, когда внезапно ему пришло электронное письмо.

Лу Чжоу посмотрел на заголовок и задумался.

Профессор У Тяньцюнь?

Помяни черта…

Лу Чжоу с любопытством открыл письмо.

Письмо было коротким.

В нем было только одно предложение.

«Мы добились прогресса в исследовании углеродных чипов!»

Ненавижу

После недельных «дружеских» обсуждений первое международное собрание по лунному адронному коллайдеру наконец подошло к концу.

Хотя не все остались довольны результатом, страны разработали план, принятый большинством людей.

В некоторой степени это приемлемый результат.

На церемонии закрытия.

Директор НАСА Карсон и директор Национального космического управления Китая встали перед камерами СМИ и пожали друг другу руки.

— Я рад, что мы смогли достичь с вами договоренностей.

— Да, я тоже очень рад…

Директор Карсон выдавил из себя улыбку, но он совсем не выглядел радостным.

В толпе раздались громкие аплодисменты.

Камеры СМИ запечатлели этот исторический момент.

Лу Чжоу стоял в стороне, подальше от большинства людей. Он посмотрел на директора Карсона, улыбающегося через силу, и ему стало его немного жаль.

— Мне кажется или директор Карсон не очень счастлив?

Директор Ли, стоявший рядом с ним, ответил:

— Им пришлось пойти на огромные уступки на переговорах. Уверен, что любой будет недоволен на его месте.

Лу Чжоу посмотрел на директора Ли и сказал:

— Мне даже интересно, что вы у них запросили.

На прошлой неделе Лу Чжоу в основном отвечал за техническую часть.

Точнее говоря, он пытался защитить первоначальную конструкцию от ужасных предложений по улучшению и убедиться, что его нормально реализуют.

Он не обращал внимания на политические переговоры, но ему было немного любопытно.

Директор Ли улыбнулся:

— Дело не в том, что мы что-то просили, просто мы отказали в большинстве их просьб.

Лу Чжоу удивился.

— И они согласились?

— Можно и так сказать. Независимо от их желания, в этот раз у нас преимущества. В следующий раз мы встретимся через год, надеюсь, мы сохраним наше преимущество. — Директор Ли похлопал Лу Чжоу по плечу. — Хоть это и переговоры, но в конечном счете это зависит от силы страны. Если ты слаб с тобой никто не будет говорить. Поэтому мы полагаемся на тебя в сохранении нашего преимущества.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Вам не нужно беспокоиться об этом.

Директор Ли кивнул:

— Рад это слышать!

После завершения международного собрания на первое место встал конкретный план строительства. Первая партия компонентов была доставлена на Цзиньлинский космодром. Их собирались доставить в открытый космос с помощью Сянжуя, а затем доставить на лунную орбиту с помощью Цюэцяо.

Также команда инженеров, ответственная за строительство, отправиться на лунную станцию.

Тем временем, в Шанхае собирались построить наземный исследовательский центр Лунного адронного коллайдера.

Эта новость воодушевила Лу Чжоу.

Он всегда считал, что главное отделение Лунного адронного коллайдера будет находиться в Пекине. Однако предсказание Чэнь Юйшань оказалось верным и его расположат в Шанхае.

Чэнь Юйшань рассказывала ему, что правительство хочет развивать экономику того региона.

Размещение главного отделения в Шанхае очевидная демонстрация их планов.

Шанхай будущий центр Китая, в то время как дельта реки Янцзы станет политическим, экономическим и культурным центром Азии…

В голове Лу Чжоу возник великолепный план.

Если предположение Чэнь Юйшань верное, то ему действительно стоит уделить больше внимания этому плану.

……………………………

На следующий день после окончания Международного собрания по лунному адронному коллайдеру от пекинского отеля «Шангри-Ла» нескончаенным потоком уезжали такси.

Пробыв в Китае неделю, ученые и политики со всего мира отправились обратно в свои страны.

Академик Чжан Вэньлун, председатель Китайского физического общества, стоял у входа в отель и несколько эмоционально обратился к академику Ян Сяньфу, директору Пекинского технологического института.

— Я до сих пор помню, как впервые приехал в ЦЕРН со своим научным руководителем. Я познакомился с великими физиками, о которых читал в учебниках, и был так взволнован, что не мог заснуть всю ночь. На следующий день я пошел в лекционный зал. Мой руководитель сказал мне, что однажды Китай тоже станет таким. Тогда я ему не поверил. Но похоже он был провидцем.

Академик Ян также эмоционально ответил:

— Да, половина лучших физиков мира сейчас здесь, в Пекине. Это потрясающе! Кстати, где академик Лу? Я хотел увидеть его.

Академик Чжан улыбнулся:

— Вы опоздали на день. Вчера вечером он собрал свои вещи и уехал после церемонии закрытия! Я столкнулся с ним в лифте, он сказал, что у него срочные дела в Цзиньлине.

Академик Ян после небольшого молчания произнес:

— Почему он так спешил? Я хотел устроить ему экскурсию по нашему институту.

Академик Чжан улыбнулся:

— Ха-ха, следовало сказать ему раньше. Он занятой человек. Я слышал, что академику Ван Шичэну удалось уговорить его посетить Яньцзинский университет, но каким-то образом академик Лу переманил к себе их сотрудника во время своего визита.

— Правда? Ван Шичэн, должно быть унижен…

Академик Чжан вздохнул:

— Да, это так!

Пока двое разговаривали, они внезапно услышали кашель.

Академик Чжан Вэньлун обернулся и увидел академика Ван Шичэна, стоящего прямо позади.

Академик Чжан Вэньлун смущено улыбнулся и спросил.

— Академик Ван? Рад вас видеть… Что здесь делаете?

— Я тоже посещал собрание.

Ван Шичэн фальшиво улыбнулся и начал разговаривать с двумя академиками.

Однако, о чем бы ни говорил Ван Шичэн, он мог сказать, что два академика какие-то странные.

Словно… Они сочувствовали или жалели его.

Ван Шичэн разозлился.

Все академическое сообщество услышало о том, что Лу Чжоу переманил талант из его математического центра. Не говоря уже о том, что Лу Чжоу сделал это прямо у него на глазах.

Ван Шичэн сжал кулаки, ему хотелось живьем содрать кожу с Лу Чжоу.

Черт! Дерьмо!

Самое обидное, что мне все еще приходится улыбаться перед ним при встрече…

Ненавижу!

Появление углеродных чипов

После того, как Лу Чжоу получил письмо от профессора У, все его мысли были сосредоточены на Цзиньлин.

Произнеся речь на церемонии закрытия, Лу Чжоу тут же отправился в аэропорт и вылетел обратно в Цзиньлин.

Как только самолет приземлился, Лу Чжоу сел в машину Ван Пэна и отправился прямиком в Институт перспективных исследований.

Войдя в лабораторию, он застал профессора У Тяньцюня и его команду работающими над лабораторным оборудованием.

Когда профессор У увидел Лу Чжоу, он на мгновение замер, а потом спросил:

— Академик Лу? Вы… уже вернулись из Пекина?

Я только сегодня утром видел его в прямом эфире…

— Мне не терпелось приехать. — Лу Чжоу посмотрел на экспериментальное оборудование позади себя и спросил. — Я ведь не помешал вашему эксперименту?

— Нет, вовсе нет. — Профессор У Тяньцюнь покачал головой. — Эксперимент окончен, мы просто собираем кое-какие данные.

— Хорошо. — Лу Чжоу кивнул и быстро спросил. — Где углеродный чип? Я здесь ради него.

Профессор У Тяньцюнь с улыбкой ответил.

— Чип находится в другой лаборатории. Из соображений безопасности я запер его в шкафу для образцов. Пойдемте со мной.

Передав часть работы своим подчиненным, профессор У Тяньцюнь вышел из лаборатории вместе с Лу Чжоу и направился в другую лабораторию.

Профессор У подошел к шкафу с образцами и отпер его ключом. Затем он надел перчатки и осторожно достал из шкафчика коричневую стеклянную лабораторную посуду размером с ладонь.

— Поскольку он сделан из углерода, чип чувствителен к свету, поэтому я поместил его сюда.

Лу Чжоу посмотрел на чип размером с большой палец и сказал:

— Все в порядке, просто расскажите мне все вкратце.

— Хорошо!

Профессор У Тяньцюнь откашлился и объяснил технические детали Лу Чжоу.

Чип представлял собой процессор, изготовленный из транзисторов. По словам профессора У Тяньцюня, этот крошечный чип содержал более 100 000 транзисторов из углеродных нанотрубок.

Хотя по сравнению с кремниевыми чипами, которые содержали сотни миллионов транзисторов, все еще оставался большой разрыв, этот чип уже способен выполнять простые математические операции.

Узнав это, Лу Чжоу заволновался.

Настоящий углеродный чип!

Что это значит?

Это означает, что исследовательская группа профессора У Тяньцюня успешно совершила прорыв!

Первая цель создания нового полупроводникового промышленного района достигнута!

— Пока нам удалось достичь размера в 150 нанометров. Хотя технология далека от совершенства, она уже показала превосходную скорость вычислений, энергопотребления и тепловыделения. — Профессор У Тяньцюнь сделал небольшую паузу и продолжил. — Самое главное, что в чипе используется метод химического осаждение и травления, который аналогичен методу получения материала сверхпроводника. Теоретически, есть много возможностей для улучшения! В настоящее время мы ищем способы дальнейшего снижения затрат на процесс изготовления и увеличения количества транзисторов на квадратный миллиметр. Если мы сможем получить более 30 миллионов транзисторов на квадратный миллиметр и усовершенствовать технологический процесс до размера в 10 нанометров, то вполне возможно, что чип можно будет коммерциализировать! Превосходство углеродных чипов по сравнению с кремниевыми слишком очевидно!

— Насколько сложно массовое производство?

— Это будет не сложнее, чем с кремниевыми чипами! Что касается стоимости, то она дороже, но производительность компенсирует это!

— Отличная работа, профессор У!

Профессор У Тяньцюнь смущенно улыбнулся.

— Ну, если бы не ваши две статьи в Nature, которые послужили теоретической основой, ничего этого не произошло. Не говоря уже о сверхпроводящем материале. Мы бы ни за что не смогли создать чип без Института перспективных исследований.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Что касается результатов исследования, я бы хотел, чтобы вы написали два отчета. Один без технических подробностей. Другой должен быть более конкретным, соответствовать формату исследовательской работы и содержать все технические детали. Он будет использован для регистрации патента.

Выслушав слова Лу Чжоу, профессор У серьезно кивнул.

— Хорошо, я займусь им прямо сейчас, когда они нужны?

— Не нужно спешить, сдайте его мне через неделю или чуть позже. Сам эксперимент все еще на первом месте.

Профессор У улыбнулся:

— Ничего страшного, это не прервет эксперимент, я могу гарантировать, что закончу через неделю.

Лу Чжоу кивнул:

— Тогда спасибо, можете возвращаться к работе

Лу Чжоу уже собирался покинуть лабораторию, когда вдруг кое-что вспомнил. Он обернулся и посмотрел на профессора У Тяньцюня.

— Кстати правительство планирует сформировать группу специалистов относительно технической осуществимости топологических квантовых вычислений, поэтому я порекомендовал вас.

Хотя Лу Чжо говорил словно это что-то не важное, для профессора У Тяньцюня это стало огромной новостью.

Группа специалистов для правительства!

Обычно только академики или научные лидеры входили в такие группы.

Профессор У максимум попадал только в особую программу почетных ученых. В обычной ситуации у него не было никаких шансов попасть в такую группу.

Профессор У глубоко вздохнул и сказал.

— Спасибо вам!

Это выглядело немного странным, поскольку Лу Чжоу был намного моложе его. Однако он был по-настоящему благодарен.

Возможность попасть в подобную группу чрезвычайно полезна для его карьеры! Как с точки зрения налаживания связей, так и с точки зрения квалификации.

Лу Чжоу посмотрел на профессора У и сказал.

— Не стоит меня благодарить. Я ничего не делал. Это все результат ваших собственных усилий и преданности делу. Вместо того, чтобы благодарить меня, вы должны поблагодарить себя за свой тяжкий труд.

Добросовестный ученый

Будучи добросовестным ученым Лу Чжоу очень не любил научные монополии и выступал против академических фракций.

Однако талантам, которые имеют потенциал, он будет выделять ресурсы для их роста.

Как с Чэнь Яном, которого он переманил из математического центра. Это было не назло академику Вану, он просто увидел, как многообещающий талант остался без внимания и растрачивался впустую.

Обычный ученый не способен настолько глубоко понять так быстро метод анализа гиперболических кривых. Это уже вопрос не только таланта, но и самоотверженного труда.

Подобные люди в стремительном академическом мире слишком редки.

Такая преданность математике более ценна, нежели талант.

У Лу Чжоу было много дел, поэтому он не дал профессору У времени на благодарности и покинул лабораторию.

Лу Чжоу знал, что профессор У хорошо справится с работой, поэтому он не волновался.

Покинув лабораторию, Лу Чжоу собирался проведать своего недавно приобретенный талант из Яньцзинского университета.

Однако он неожиданно вспомнил, что забыл поделиться хорошей новостью с другими, поэтому достал свой телефон и позвонил старшей сестре.

После двух гудков на звонок ответили.

В трубке раздался приятный голос.

— Солнце взошло на западе? Почему вдруг решил позвонить?

Лу Чжоу улыбнулся:

— У меня появилась хорошая новость, которой я хотел поделиться с тобой. Как я мог не позвонить?

Чэнь Юйшань с любопытством спросила:

— Что за хорошая новость?

— Лаборатория успешно изготовила углеродный чип с более чем 10 000 транзисторами!

На другом конце несколько секунд молчали.

Чэнь Юйшань глубоко вздохнула.

А потом с дрожью от недоверия в голосе спросила:

— Правда?! Углеродный чип? Ты не шутишь?

Услышав шквал вопросов, Лу Чжоу улыбнулся:

— А похоже, что я шучу?

— Где ты сейчас?

— Институт перспективных исследований. Я только что вернулся из Пекина.

— Неудивительно… — Чэнь Юйшань вздохнула и облокотилась на спинку кресла. С волнением в голосе она продолжила. — Я думала, нам придется подождать еще минимум года два, чтобы увидеть результаты. Не ожидала, что будет так быстро… Сколько времени нужно, чтобы технология стала зрелой? Приблизительно.

Лу Чжоу немного поразмыслил и дал осторожный ответ:

— Трудно сказать. Пока мы не уверены, каковы физические ограничения чипов и существуют ли какие-либо технические проблемные места. Однако мы должны в состоянии произвести чип с коммерческой ценностью в течение года. Даже если он будет немного уступать кремниевым, то его превосходные физический свойство уберут разрыв. — После паузы он продолжил. — Я попросил профессора У написать отчет с деталями и результатами испытаний, они будут готовы через неделю. Уверен, что он сможет объяснить все точнее. Ты можешь просто прочитать отчет…

Лу Чжоу дошел до Институт математика во время разговора с Чэнь Юйшань.

После беседы Лу Чжоу закончил звонок и убрал телефон в карман. Он постучал в дверь кабинета Чэнь Яна и вошел.

Когда он вошел в кабинет, ему в лицо ударило облако меловой пыли.

Лу Чжоу отмахнулся рукой и не мог не спросить:

— Почему бы не открыть окно?

Чэнь Ян отвернулся от доски и поправил очки на носу.

— Я забыл.

— Иди открой окна, или ты подхватишь пневмокониоз… Боже, похоже вам лучше работать на открытом воздухе.

Чэнь Ян серьезно ответил:

— Но, если на улице пойдет дождь, я не смогу работать.

— …

Лу Чжоу теперь понял, почему его выгнали на улицу.

Чэнь Ян открыл несколько окон и, наконец, впустил в кабинет немного свежего воздуха.

Лу Чжоу посмотрел на расчеты на доске и кивнул.

— Привыкли к здешней обстановке?

Чэнь Ян кивнул:

— Все в порядке, мне достаточно лишь доски.

— Хорошо, похоже, вы хорошо устроились. — Сказал Лу Чжоу, начиная отходить назад, не собираясь больше оставаться ни секунды в этом пыльном кабинете. — Я просто пришел посмотреть, как у вас дела… Тогда я пойду.

Чэнь Ян быстро сказал:

— Подождите минуту.

— Что такое?

— У меня есть вопрос, который хотел спросить у вас… У вас сейчас есть время?

Вопрос?

Лу Чжоу был заинтригован, он улыбнулся:

— Все зависит от вопроса, продолжайте.

— Не думаю, что это займет слишком много времени. В статье по анализу гиперэллиптических кривых вы указали, что теория рациональной гомотопии применима только в промежуточных измерениях, поэтому теория перестройки не выполняется. Я попытался проверить это и меня вдохновило…

Чэнь Ян взял мел и начал писать на доске.

«… Когда n больше 2, два n-мерных комплексных измерения пересекаются X^n(d),X^n(d‘), существует дифференциальный гомеоморфизм тогда и только тогда, когда их числа Эйлера, полные степени и класс равны.»

Чэнь Ян отступил на два шага назад и посмотрел на доску.

— Если вышесказанное верно, мы должны в состоянии построить модель, которая преобразует топологические задачи в задачи комплексного анализа.

Лу Чжоу посмотрел на доску и с интересом вскинул брови.

Это интересное предположение.

Он подумывал о том, чтобы использовать методы решения дифференциальных уравнений для решения гипотезы Римана, но не знал с чего начать. Если бы задачу топологии можно было преобразовать в задачу комплексного анализа, возможно, он смог бы ввести дифференциальное многообразие в анализ гиперэллиптической кривой, и могло произойти нечто поразительное.

По крайней мере, попробовать стоило.

— Это верно?

Чэнь Ян почесал затылок и покачал головой:

— Я не знаю… Я думаю, что это правда, но не знаю, как это доказать.

— Это интересный вопрос. — Лу Чжоу посмотрел на доску и сфотографировал ее на телефон. — Возможно, я не смогу дать ответ сейчас, но я проведу кое-какие исследования и свяжусь с вами позже.

Чэнь Ян кивнул:

— Конечно, я тоже попытаюсь разобраться с этим самостоятельно.

Лу Чжоу улыбнулся.

— Хорошо, тогда посмотрим, кто решит проблему первым.

Дьявол

Тюрьма в Южной Калифорнии.

Двое охранников привели Мейсона в комнату для допросов.

Толстая металлическая дверь закрылась, и в маленькой комнате воцарилась тишина.

С опухшими глазами и закованными в наручники руками, Мейсон выглядел замученным. Он посмотрел на мужчину напротив него.

Мужчина в дорогом костюме и часами. Он выглядел как успешный человек из высшего сословия. Однако его мозолистые руки не принадлежали тому, кто весь день сидел в офисе с кондиционером.

Мейсон получил смутное представление о том, что происходит, и ухмыльнулся.

— Думаю, вы не мой адвокат.

— Адвокат не может спасти вас, но мы можем. — Мужчина в костюме улыбнулся и протянул руку. — Позвольте представиться, я Брэндон Мэнсон. Теперь я ваш босс.

Мейсон положил скованные руки на стол, а потом рассмеялся, словно услышал очень забавную шутку.

Вскоре он выпрямился и пристально посмотрел на Мэнсон.

— Вы ошибаетесь. Хоть я и патриот, но это не значит, что я буду рабом Белого дома.

— Я не из Белого дома, я из ЦРУ. — Мэнсон перестал улыбаться. Он подвинулся вперед и пронзительно взглянул Мэйсону в глаза, а потом снова сел в исходное положение. — Суд еще не вынес приговор, но учитывая доказательства, найденные в вашем доме, даже с лучшим адвокатом в Калифорнии вам сидеть пожизненное. — После небольшой паузу, он добавил со злой улыбкой. — И, мистер Мейсон, вы им там очень понравитесь.

Мейсон нервно нахмурился и спросил:

— Что вы имеете в виду?

Мэнсон улыбнулся:

— Я просто говорю, что им нравятся такие худые мальчики, как ты.

Лицо Мейсона побледнело.

Капельки пота начали скатываться с его лба.

Мэнсон удовлетворенно улыбнулся и продолжил:

— У вас есть время обдумать мое предложение до вынесения приговора… Конечно, спустя несколько месяцев вашего пребывания в тюрьме, предложения уже может и не быть.

Мейсон некоторое время колебался, а потом поинтересовался.

— Что вам нужно от меня…

— ЦРУ ищет эксперта в области информационных технологий. Если вы нам поможете, вас не посадят в тюрьму вместе с настоящими преступниками. А если будете хорошо справляться с работой, то ваш приговор смягчат. Уже через пять сможете стать свободным человеком.

Мейсон долго колебался.

Мэнсон посмотрел на часы.

Он хотел дать Мейсону десять минут на размышления, но, к счастью, это не заняло столько времени.

Через три минуты Мейсон ответил.

— Я согласен…

— Замечательно, мы теперь в одной команде.

Мэнсон не ожидал, что Мейсон согласится так быстро, но и не удивился согласию.

Агент ЦРУ облокотился на спинку стула и сказал:

— Я пока не могу освободить вас от наручников, но обещаю, что через три дня вас переведут в другое учреждение.

Мейсон испугался и нервно спросил:

— Куда вы меня отправите?

— Я пока не могу сказать. — Мэнсон скрестил руки на груди. — Теперь я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать без обмана. Это часть сделки.

— Спрашивайте. — Сказал Мейсон побежденным голосом. — Но должен напомнить вам, что, хотя я и являюсь лидером Охотничьих орлов, я не знаю личности участников группы.

Мэнсон улыбнулся:

— Вы про своих друзей? Не волнуйтесь, их всех арестовали в течение получаса после вашего ареста… Дайте-ка вспомнить… Одинокого волка, Охотника и Малыша… но его арестовали в Китае. Некоторые еще скрываются, но их арест лишь вопрос времени. Мы знаем, кто они. Даже если мы их отпустим, китайцы никогда не сдадутся. Лучше помогите убедить их сдаться. Лучше попасть к нам, чем к китайцам.

Уже… Арестовали?

Услышав, как Мэнсон перечислил людей, Мейсона побледнел. Он начал потеть еще сильнее, а глаза были полны недоверия.

Это невозможно!

Я думал, что, даже если меня поймают, остальные спасутся.

Но теперь он говорит мне, что их всех поймали за полчаса?

Значит доктор Z взломал не только меня, но и остальных участников группы.

Он… вообще человек?

Мэнсон посмотрел Мэйсону в глаза и почувствовал, что что-то не так:

— Вы должны рассказать мне все, что знаете.

Мейсон пробормотал про себя:

— Дьявол…

— Дьявол? — Мэнсон нахмурился. — Попрошу быть более серьзным.

— Он дьявол! Он не человек… — Глаза Мейсона налились кровью. Он схватил себя за голову руками. — Человек не мог этого сделать, это невозможно!

Мэнсон сказал:

— Успокойтесь, говорите яснее. Мы думаем, что человек, который вас взломал, был экспертом. У нас трое подозреваемых, и нам нужно, чтобы вы подтвердили…

Мейсон внезапно фыркнул и покачал головой:

— Вот эти ребята? Они хороши, но не настолько. Господин Мэнсон, даже лучший хакер должен следовать законам физики. Если у него нет сверх способностей… Слушайте, у меня даже не было возможности на сопротивление.

Мэнсон нахмурился:

— Хотите сказать, пока он вас взламывал, вы были бессильны?

Если это правда, то мы недооцениваем возможности Китая в сфере кибервойны.

Мелсон услышал то, что хотел слышать меньше всего.

— Да. — Мейсон посмотрел на Мэнсона с налитыми кровью глазами. — У меня не было шансов. Пока он меня взламывал, он даже присылал мне сообщения, чтобы унизить меня… Он дьявол.

— Я атеист, поэтому не верю в подобное. — Мэнсон пожал плечами. — Тогда какое имя пользователя он использовал, когда общался с вами?

— Вы новости не смотрели? — Мейсон усмехнулся и ответил. — Он представился доктором Z. Вряд ли вы когда-нибудь его найдете…

Задача многообразий

— Апчхи!

Лу Чжоу сидел за столом в своем кабинете у себя дома с ручкой в руках.

— Неужели я простудился…

Он шмыгнул носом и посмотрел на черновик перед ним, потом слегка постучал ручкой по столу.

— Это немного сложно.

«… Когда n больше 2, два n-мерных комплексных измерения пересекаются X^n (d),X^n (d‘), существует дифференциальный гомеоморфизм тогда и только тогда, когда их числа Эйлера, полные степени и класс равны.»

Строго говоря, это ни задача комплексного анализа, ни задача уравнений в частных производных, а очень уникальная задача типа гладких многообразий.

На самом деле, это довольно популярное направление исследований в дифференциальной топологии. В основном речь шла об изучении инвариантных свойств дифференциальных многообразий при гомеоморфном отображении.

Но трудность была в том, что, хотя Лу Чжоу и раньше исследовал дифференциальные многообразия и топологию, он не проводил много исследований в области дифференциальной топологии.

Можно даже утверждать, что он абсолютный новичок в этой области.

Однако в этом нет ничего такого. В конце концов, Чэнь Ян работал над гипотезой Ходжа, которая полностью отличалась от его исследований гипотезы Римана.

Только потому, что метод анализа гиперэллиптических кривых можно улучшить и использовать для уравнений Коши — Римана, он взялся за эту задачку.

— Это не моя область… Следует ли мне просто сдаться?

Лу Чжоу некоторое время думал, а потом покачал головой. Он пока не хотел сдаваться.

Не говоря уже о том, что он сам предложил Чэнь Яну посоревноваться в скорости решения, сдаваться перед трудностями было не в его стиле.

Хотя дифференциальная топология не его область, благодаря своим знаниям о дифференциальных многообразиях и топологии он смог ознакомиться с основными моментами.

Более того исследование гипотезы Римана сейчас в тупике. Вместо того чтобы пытаться сдвинуть неподвижный объект, он решил рискнуть и пойти другим путем.

Если бы он смог преодолеть разрыв между топологией и комплексным анализом, он, возможно, смог бы применить метод анализа гиперэллиптических кривых к дзета-функции Римана…

— Сяо Ай, сделай мне чашечку кофе без сахара!

«Хозяин, но в растворимом кофе уже есть сахар. (°ー°〃)»

— Просто сделай мне кофе.

«Да, хозяин! (・∀・ *)»

Дрон оторвался от книжной полки и вылетел из кабинета.

Лу Чжоу сосредоточил все свое внимание на черновике перед ним.

Он открыл колпачок ручки большим пальцем и начал писать.

«Пусть f1, … fr — однородный многочлен комплексных коэффициентов с переменными z0, … zn + r. Этот набор многочленов определяет комплексное алгебраическое многообразие X в комплексном проективном пространстве cp^(n+r)…

Пусть X комплексное полное пересечение. Если комплексная размерность X равна n, то, когда X является гладким многообразием, существует гладкое комплексное полное пересечение. Зададим X как 2n-мерное гладкое замкнутое многообразие…»

Первый шаг сделан.

Глаза Лу Чжоу слегка заблестели от волнения.

У него появилось слабое ощущение, что он идет в правильном направлении.

— Используем гладкое замкнутое многообразие размерностью 2n в качестве основы, установим корреляцию в комплексном проективном пространстве…

Как только он сдвинулся с мертвой точки, идеи хлынули рекой…

На черновике появлялись строчки расчетов, и вскоре весь черновик был исписан цифрами и символами.

Время быстро пролетело, и на столе начали скапливаться бумаги.

Сяо Ай лежал на книжной полке, спокойно наблюдая. С момента, как Лу Чжоу запретил Сяо Ай пользоваться камерой ноутбука, Сяо Ай мог смотреть только через камеру дрона.

Хотя Сяо Аю не нравилось наблюдать, как его хозяин так усердно работает, он не мог помочь ему в подобной творческой работе.

За окном постепенно начало темнеть и Лу Чжоу включил настольную лампу.

Однако, судя по всему, все шло не так оптимистично.

По мере того как солнце на небе постепенно исчезало, он начал замедляться по лбу Лу Чжоу потекли капли пота.

Ситуация выглядела не так оптимистично, как он думал.

Чем глубже он погружался в задачу, тем больше понимал, насколько сложным был этот лабиринт.

— А-а-а… почему это так сложно?

После того, как Лу Чжоу снова встрял, он стал напоминать сварливого старика. Он скомкал лист и выбросил его в мусорное ведро.

— Неправильно! Если это утверждение верно, то я не могу его доказать… — Он повертел ручку в руке и уставился на черновик, а потом пробормотал. — Странно то, что я тоже не могу доказать обратное… А сколько бы параметров я не вводил, я получаю результаты согласующиеся с утверждением.

Лу Чжоу вздохнул и открыл ноутбук. Он вошел в базу данных литературы и набрал несколько слов.

Перед ним появились ряды исследовательских работ.

Лу Чжоу отсортировал их по количеству цитирований и выбрал несколько статей с наивысшим рейтингом.

— Невозможно, чтобы раньше никто не изучал эту проблему…

— Как минимум, должно найтись что-то похожее.

Глаза Лу Чжоу внезапно загорелись, когда ему на глаза попалось интересное название статьи.

Автором был профессор Крек, специалист в области уравнений в частных производных и топологии. Статья публиковалась в журнале Математических хрониках в 1999 году и много раз упоминалась в других работах.

Согласно аннотации, основной целью этой статьи было улучшить теорию перестройки и преобразовать задачу классификации многообразий в задачу краевой группы.

Лу Чжоу стало интересно, поэтому он скачал статью и начал читать ее.

По прошествии десяти минут он, наконец, закончил читать, после чего с волнением сказал.

— Вот оно! Я так и знал, что кто-нибудь изучал эту тему раньше… Хотя бы смежные темы! Если я смогу преобразовать задачу классификации многообразий в задачу краевой группы… Возможно это, то самое, чего мне не хватало!

Лу Чжоу взволнованно встал и подошел к корзине для бумаг. Он быстро вытащил скомканный листок.

— К счастью, он лишь немного помялся!

Расправив листок, его глаза были полны решимости.

— Пора закончить с этим!

Он снова начал писать.

Но на этот раз он не останавливался, пока не взошло солнце…

Гипотеза Салливана

В большинстве журналов редакторы не обязательно обладают сильными научными способностями. Они в основном отвечали за проверку формата и количества слов в статье, чтобы затем связаться с рецензентами и принять решение основываясь на их комментариях.

Однако не все журналы такие.

В «Математических хрониках» журнале, основанном Принстоном, главными редакторами были известные математики.

Например, бывший главный редактор Питер Сарнак известный ученый в теории чисел. Он также получил премию Вольфа в 2014 году.

Профессор Фрейкс стал главным редактором после Питера Сарнака. И хотя его он не настолько известный математик, но его способности не вызывали сомнений Будь ему все еще меньше сорока, то он мог бы побороться за Филдсовскую премию, используя результаты своих исследований дифференциальных многообразий.

Он стал главным редактором не только из-за его научных способностей, но и в других факторах.

Поскольку исследования в области управляемого термоядерного синтеза набирали популярность, то же самое происходило и с исследованиями в области физики плазмы. Благодаря применению многообразия Лу для решения уравнений Навье — Стокса и задач турбулентности плазмы, исследования в таких математических областях, как уравнения в частных производных и дифференциальных многообразий сильно выросли в популярности.

Но со времен доклада профессора Лу на тему уравнений Навье — Стокса не появлялось выдающихся результатов, словно все исследовательские идеи поглотил профессор Лу.

Поэтому профессор Фрейкс стал главным редактором журнала благодаря его знаниям в области дифференциальных уравнений в частных производных и дифференцируемых многообразий.

Это объяснялось тем, что редактор был предвзят к статьям в его собственной области исследований…

Принстон.

Редакционный отдел Математических хроник.

Профессор Фрейкс со своими учениками перебрался в кабинет в редакции и был занят работой.

Хотя большинство главных редакторов не воспринимали свою работу всерьез, Фрейкс был другим. Он приличный ученый, но в таком месте, как Принстон, он напоминал человека невидимку.

Другие могли не переживать о должности главного редактора, но не он. Поэтому он придавал большое значение этой работы и даже временно приостановил свой проект.

Сидя за компьютером и попивая кофе, его аспирант внезапно заговорил, поперхнувшись.

— Профессор! У вас в почтовом ящике новое письмо со статьей.

Профессор Фрейкс был занят другими делами, поэтому он небрежно ответил:

— Посмотрю, когда освобожусь.

— Но… Автор Лу Чжоу.

Профессор Фрейкс тут же перестал печатать и встал. Он быстро подошел к столу аспиранта.

— Уступи-ка!

— Хорошо.

Профессор Фрейкс сел за компьютер и дважды проверил адрес отправителя. Убедившись, что автор Лу Чжоу, он скачал прилагающийся файл.

— Давайте глянем, каких поразительных результатов добился Лу Чжоу в этот раз.

Одним из лучших преимуществ работы редактором известного журнала являлась возможность увидеть первым выдающиеся результаты исследований.

Профессор Фрейкс с нетерпением открыл статью.

Однако, когда он прочитал аннотацию, возбуждение в его глазах исчезло и появилось разочарование.

Аспирант спросил:

— Что случилось?

— Это не новый результат, просто дополнение к его методу анализа гиперэллиптических кривых. — Профессор Фрейкс покачал головой. — По крайней мере, в этом нет ничего выдающегося.

— Тогда мы отклоним работу?

— Нет. — Профессор Фрейкс покачал головой. — Если это важный дополнительный результат, то все в порядке… Просто оставим это на усмотрение рецензентов. Как минимум, он заслуживает оценки специалиста… Ладно, распечатай мне статью.

— Хорошо, профессор.

Принтер зашумел.

Вскоре статья была распечатана.

Профессор Фрейкс вернулся за свой стол и начал читать статью, пока пил кофе.

Честно говоря, после прочтения аннотации у него не осталось никаких ожиданий от этой работы.

Однако, когда он дошел до третье страницы, он произнес сам себе:

— …Когда n больше 2, два n-мерных комплексных измерения пересекаются X^n (d),X^n (d‘), существует дифференциальный гомеоморфизм тогда и только тогда, когда их числа Эйлера, полные степени и класс равны… Почему это выглядит так знакомо?

Это предположение выглядело очень знакомо, почти как другая версия другой гипотезы…

Профессор Фрейкс встал со своего стула и написал несколько уравнений на листке.

Написав две строчки, он застыл.

— …

Не может быть!

Это…

Профессор Фрейкс в широко раскрытыми глазами резко встал со своего места.

— Гипотеза Салливана!

Эту гипотезу выдвинул профессор Салливанов, когда он исследовал классификацию односвязных многообразий с ограниченной неопределенностью и рациональную гомотопию. Она относилась к области гладких многообразий.

В то же время — это также одна из основных гипотез дифференциальной топологии!

Не связанные с дифференциальной топологией, скорее всего, не слышали об этой гипотезе. В конце концов, эта гипотеза не особенно значима для других областей математике.

И поскольку она очень сложна мало математиков исследовали ее. Даже Фрейкс, который неплохой математик в области дифференциальной топологии, не сразу распознал, что в статье просто еще одна форма ее выражения.

Однако Лу Чжоу вообще не специалист в области дифференциальной топологии, поэтому пугающе было видеть, что он получил результаты без полного понимания гипотезы…

Судя по отсутствия ссылок на нее, становилось ясно, что профессор Лу не знал, что его предположение другая форма гипотезы Салливана.

Руки профессора Фрейкса дрожали.

Аспирант посмотрел на своего научного руководителя и спросил:

— Что случилось, профессор?

Фрейкс проигнорировал своего ученика.

Он был полностью сосредоточен на статье, пока с неверием говорил:

— Боже… Это же настоящее сокровище!

Глава 932. Мы решили, что ты председатель

Институт перспективных исследований.

Кабинет в Институте математики.

Задержав дыхание, Лу Чжоу вошел в кабинете и тут же открыл окно. Потом он обернулся и посмотрел на Чэнь Яна, который растерянно стоял у доски.

— Вопрос, что вы задали мне позавчера, была интересной.

Лу Чжоу кашлянул и потряс стопкой бумаг в руке.

— Я провел кое-какие исследования, и вот примерный результат… Кстати, ваше предположение оказалось верным. Похоже, ваша математическая интуиция довольно остра. Будь задача ещё сложнее, она могла бы стать гипотезой.

Чэнь Ян посмотрел на доску, а затем удивленно на стопку бумаг в руке Лу Чжоу.

— Вы… Решили?

— Это заняло довольно много времени, но не настолько. Пришлось только посидеть ночью.

Лу Чжоу положил стопку бумаг на стол и спросил:

— Кстати, у вас есть кофе? Можете сделать мне чашку?

Чэнь Ян кивнул.

— Хорошо.

Вскоре чашка кофе была поставлена на стол.

Лу Чжоу посмотрел на меловую пыль на кофейной чашке и нахмурился.

— Неужели так трудно идти в ногу со временем? Вам не нравятся белые доски с маркерами, но почему бы не писать на листах бумаге.

Чэнь Ян покачал головой:

— Писать на бумаге бездушно.

— …

Чэнь Ян нетерпеливо спросил:

— Могу я прочитать статью?

— Конечно. — Лу Чжоу пожал плечами и преодолев свою фобию сделал глоток из грязной кофейной чашки. — Я изначально пришел сюда, чтобы обсудить с вами эту статью.

— Спасибо!

Чэнь Ян сосредоточил все свое внимание на статьи, не обращая внимания на Лу Чжоу.

Пока профессор Чэнь читал его работу, Лу Чжоу посмотрел на ряд досок в кабинете.

Вычисления на них явно были попытками доказать утверждение.

К сожалению, Чэнь Ян все еще застрял в самом начале.

Лу Чжоу вздохнул.

Он талантлив.

Но он далек от моего уровня.

Если бы я знал, что эта задача будет настолько трудна для него, я бы не засиживался всю ночь, пытаясь её решить. Я очень хочу спать…

Как же одиноко таким гениям, как я.

Чэнь Ян внезапно оторвался от чтения и поднял голову.

— Впечатляет!

Как и ожидалось от академика Лу!

Лу Чжоу разобрался со всеми трудными местами, даже с теми о которых Чэнь Ян не подозревал.

Чэнь Ян проникся к Лу Чжоу совершенно новым уровнем уважения.

Он слишком невероятный!

Чэнь Ян даже не знал, как выразить свое восхищение.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Вы поняли?

Чэнь Ян кивнул:

— Понимаю… большую часть. Есть пару мест, по которым у меня есть вопросы. Не могли бы мне объяснить их?

Лу Чжоу поставил свою чашку кофе.

— Конечно.

Ответить на вопросы Чэнь Яна не потребовали больших усилий.

Хотя Чэнь Ян производил впечатления немного глуповатого человека, его математическая интуиция была очень хорошей. Лу Чжоу нужно только дать ему несколько общих указаний, а с остальной Чэнь Ян мог легко понять сам.

Он напомнил Лу Чжоу его студента из Принстона, Цинь Юэ. Он был таким же молчаливым и независимым. Однако Цинь Юэ был не таким занудным, как Чэнь Ян.

Честно говоря, Лу Чжоу стало интересно, как Чэнь Ян продержался так долго.

Удивительно, что человека с таким маленьким эмоциональным интеллектом, не побили за столько времени.

Ответив на вопросы Чэнь Яна, Лу Чжоу стал практически уверен, что в его статье нет проблем.

Когда Чэнь Ян снова посмотрел на доску, Лу Чжоу внезапно кое-что вспомнил.

— Кстати, вопрос был довольно интересным. Его легко интегрировать в метод анализа гиперэллиптических кривых… Как вы и сказали, анализ гиперэллиптических кривых имеет больше применений, чем я думал. Я отправил статью в Математические хроники, надеюсь, у вас нет возражений?

Чэнь Ян недоуменно переспросил:

— Это… как-то относиться ко мне?

Видя, что ему все равно, Лу Чжоу кашлянул и объяснил:

— Мне не принесет особой пользы очередная статья, но она должна быть полезна вам… Однако я доказал это предположение, поэтому я указал вас, как второго автора… Вы не против?

Чэнь Ян кивнул.

— Угу.

— …

Как он… продержался в академических кругах так долго?

В кабинете воцарилась тишина.

Внезапно в кармане Лу Чжоу зазвонил телефон.

— Я выйду ответить на звонок.

— Хорошо.

Чэнь Ян кивнул и продолжил смотреть на свою доску.

Лу Чжоу вышел из пыльного офиса и ощутил вновь свежий воздух. Он достал свой телефон и ответил на звонок.

— Алло.

С другого конца раздался голос директора Ли.

— Это я!

Директор Ли?

Лу Чжоу знал, что отчет об углеродных чипах еще не был готов, поэтому директору Ли звонил ему по другому поводу.

— Что случилось?

Директор Ли смущено улыбнулся:

— Эм, академик Лу, у тебя сейчас есть время?

Лу Чжоу понял, что от него чего-то хотят.

Он слишком хорошо знал подобное!

Лу Чжоу кашлянул:

— Зависит от того, что нужно…

— Ничего особенного. Если есть время, приезжай в Шанхай.

— Зачем?

Зачем мне вдруг нужно в Шанхай?

Директор Ли улыбнулся:

— Уже почти конец месяца. Главное отделение Лунного адронного коллайдера скоро откроется. Поскольку ты первый председатель, тебе следует появиться там.

Чего?

Глава 933. Предлагаемые изменения

На какое-то время воцарилась тишина.

Лу Чжоу потрясли слова директора Ли, поэтому ему потребовалось какое-то время, чтобы как-то отреагировать.

Главное отделение Лунного адронного коллайдера…

Откроется?

Собрание вроде только закончилось. Как возникло уже построенное здание? Если только они не начали строительство еще до собрания… Постойте!

Лу Чжоу внезапно осознал кое-что.

Не это главное!

— Какой, блин, председатель? Почему я об этом впервые слышу?

Разве не обсуждалось, что я буду главным консультантом?

Когда вдруг я стал председателем?

— Не слышал? — Директор Ли кашлянул. — Я не успел сообщить, поскольку ты слишком рано уехал из Пекина! Но…

— Никаких, но! — Лу Чжоу оборвал его. — Я хочу знать, что происходит.

Услышав недовольство Лу Чжоу, директор Ли немного смутился, поэтому попытался осторожно все объяснить:

— Мы просто не могли больше ждать. Этот проект обходиться в двадцать миллиардов долларов, в нем участвуют десятки стран, поэтому у него должно быть лицо? Мы не хотели тебя беспокоить и хотели найти какого-нибудь случайного академика, но правительство ощутило, что американцы начнут возражать. Не говоря уже о том, что уже был конфликт насчет бюджетного комитета. Ты ведь понимаешь, о чем я? — Директор Ли улыбнулся. — Просто немного поработай. Всего один срок, если устанешь, то потом найдешь кого-нибудь, кто заменит тебя.

Директор Ли не знал, что еще придумать, чтобы уговорить Лу Чжоу.

Будь на его месте кто-то другой, то он бы с радостью ухватился за подобный шанс и поехал бы в Шанхай.

В конце концов, это главное отделение международного Лунного адронного коллайдера!

Проект, который станет более значимым, чем ЦЕРН!

Без преувеличения можно сказать, что после окончания строительства коллайдера на Луне, Шанхай станет центром будущего теоретической физике, а председатель станет одной из самых влиятельных фигур в отрасли.

Возможность стать председателем подобной сильной международной научно-исследовательской организации более ценна, чем получить Нобелевскую премию, но Лу Чжоу…

На самом деле, поскольку Лу Чжоу был против, то директор Ли не хотел его беспокоить.

Однако проблема в том, что Китай никогда не был хорош в научных исследованиях, особенно в теоретической физике.

Случайный академик может создать трудности, поскольку в проекте принимало участие множество лауреатов Нобелевской премии, которые не относились бы серьезно к председателю.

Самое страшное в том, что председатель не сможет контролировать ситуацию и иностранные ученые возьмут все в свои руки.

Подобное стало бы огромной потерей.

Исходя из этого, Лу Чжоу был единственным кандидатом на пост председателя.

Это решение было принято не только после обсуждения в Пекине, но и благодаря личной рекомендации академика Чжан Вэйлуна, президента Китайского общества физиков.

В конце концов, теория «электросильного взаимодействия» Лу Чжоу одно из самых выдающихся достижений теоретической физики этого века.

Лу Чжоу единственный человек, который мог представлять физиков Китая…

Выслушав слова директора Ли, хотя Лу Чжоу понял всю серьезность, он все еще пребывал в небольшом шоке от такого решения.

— Но это же не очень хорошая идея. У меня все еще есть собственные проекты…

Директор Ли тут же прервал Лу Чжоу:

— В плане не очень хорошая идея? Мы тратим на это десять миллиардов долларов! Мы не можем позволить стать председателем представителю американцев. Не важно как, но мы должны найти кого-то от нас на пост председателя!

— …

Хотя Лу Чжоу не хотел быть председателем, слова директора Ли тронули его сердце.

Китай вложил десять миллиардов, несмотря ни на что, они не должны потерять контроль.

Должность председателя должна быть за Китаем, по крайней мере несколько первых сроков.

…………………………….

Хотя Лу Чжоу сопротивлялся, принимая во внимания общую картину, он согласился исполнять обязанности председателя.

В конце концов, коллайдер был его идеей…

После того, как Лу Чжоу вернулся домой из Института перспективных исследований, он достал свой чемодан и начал упаковывать одежду, которую только недавно распаковал после поездки в Пекин.

Дрон Сяо Ай подлетел к нему.

«Хозяин, вы собираетесь в путешествие? (•̀∀•́)»

Лу Чжоу посмотрел на него и ответил.

— Деловая поездка, а что такое?

«Ну, поскольку Сяо Ай не может летать снаружи, можно Сяо Аю использовать камеру? Сяо Ай будет очень одиноко, если он не сможет увидеть Хозяина…»

Боже, когда он стал таким избалованным? Неужели его глупость снова вернулась?

Лу Чжоу кашлянул:

— Я… подумаю об этом.

«Ура! Хозяин, лучший! (⃔ * `꒳́ *)»

— …

Я еще не согласился.

Не слишком ли рано празднуешь?

И этот смайлик выглядит немного странно…

На экране дрона появилось еще одно сообщение.

«Хозяин, хозяин, у вас новое письмо!»

— Открой его для меня.

«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

На экране дрона появилось письмо.

Лу Чжоу начал читать его.

Оно пришло из редакционного отдела журнала Математические хроники и подписано профессором Фрейксом, новым главным редактором.

Профессор писал искренне.

«Уважаемый профессор Лу, мы получили вашу статью.

Прочитав ее, я был удивлен результатами вашего исследования. Нет никаких сомнений в том, что это выдающийся результат. Но у меня есть предложение, которое, надеюсь, вы рассмотрите.

Касательно утверждения 1 в вашей статьи, что является одним из основных положений всей работы, то оно фактически затрагивает одну из основных проблем многообразий дифференциальной топологии. Учитывая математическую значимость этого утверждения, мы надеемся, что вы сможете представить данную теоремы в виде отдельной статьи вместо того, чтобы представлять ее в качестве следствия для метода анализа гиперэллиптических кривых. Это не только покажет уважение к другим математикам из этой области, но и облегчит процесс поиска этой статьи будущими учеными…

Подводя итог, по вышеизложенным причинам, рекомендую вам изменить статью!»

Глава 934. Случайно

После стольких лет работы Лу Чжоу впервые столкнулся с ситуацией, когда редактор рекомендовал ему разделить статью на две.

Как правило авторы наоборот самостоятельно разбивали свою статью на несколько. Они даже ссылались на свои же части для увеличения числа ссылок, поэтому редакторы просили их объединять свои работы в одну.

Но теперь статья Лу Чжоу оказалась слишком информативна и его просят разделить ее…

— Утверждения 1 затрагивает одну из основных проблем многообразий дифференциальной топологии. — Лу Чжоу несколько раз перечитал письмо. — Гипотеза Салливана? Черт, я никогда не слышал о ней.

Он перестал собирать вещи в поездку и поднялся наверх.

Сев за компьютер, он начал искать в базе данных.

Вскоре перед ним появилось множество статей.

А я и не знал.

Эта гипотеза очень популярна.

Не узнаю никого из авторов, похоже гипотеза Салливана не связана с другими отраслями. Но она все еще важная проблема в своей отрасли.

Как и с гипотезой о числах-близнецах, никто за пределами аддитивной теории чисел на занимался ею.

— Неудивительно, что она была такой сложной и заняла у меня целый день! Оказывается, это и правда полноценная математическая гипотеза.

Первые семь страниц его статьи содержали доказательство утверждения 1, которая фактически является гипотезой Салливана для гладких многообразий.

Эта гипотеза существовала уже более полувека и являлась одной из основных проблем дифференциальной топологии!

Он решил задачу дифференциальной топологии, существовавшей полвека, сам того не подозревая…

Ознакомившись с найденной информацией, Лу Чжоу переполняли различные эмоции.

С одной стороны, он поражался своей крутости, с другой его потряс профессор Чэнь, которому удалось связать метод анализа гиперэллиптических кривых с классической гипотезой дифференциальной топологии.

— В любом случае… Если гипотеза Салливана верна, то метод анализа гиперэллиптических кривых можно применить к дифференцируемым многообразиям. Похоже я сделал еще один шаг к решению гипотезы Римана. Вопрос только в том, сколько еще шагов понадобиться…

Лу Чжоу открыл свою изначальную статью и начал переписывать ее содержание.

Это было достаточно просто, поскольку ему нужно было взять часть с доказательством и просто оформить ее, как самостоятельную статью.

Профессор Фрейкс даже придумал название за него.

«Доказательство гипотезы Салливана о гладких комплексных совершенных многообразиях».

А в изначальной статье ему нужно просто добавить ссылку на новую.

Уже через десять минут Лу Чжоу отправил отредактированные две статьи обратно профессору Фрейксу.

Лу Чжоу собирался уже отправить письмо профессору Чэнь Яну, как резко вспомнил, что ранее загрузил статью на arXiv.

Хотя он редко вносил правки в свои работы, было обычной практикой среди ученых менять свои препринты.

Лу Чжоу зашел на arXiv и собирался уже загрузить новую версию, как увидел количество скачиваний его работы.

22 000 скачиваний!

— Прошло всего два дня! Почему скачали так много раз?!

Обычно хорошо написанная статья в популярной области в лучшем случае набрала бы пару сотен загрузок.

Статьи, который скачали десятки тысяч раз, обычно были уже старыми.

А диференциальная топология вообще не популярная область математики, особо многообразия. В мире не наберется и 20000 математиков, которые ею занимаются.

Поэтому такое число скачиваний было просто безумно.

Был только один вариант, его статья подняла на уши математиков и в других областях.

Скорее всего многие математики скачивали ее просто из любопытства.

Осознав это, Лу Чжоу тут же зашел на Mathoverflow.

Как он и ожидал, на форуме активно обсуждали его статью.

«Боже, вы видели последнюю работу профессора Лу?»

«Я только прочитал ее, разве это не просто дополнение к методу анализа гиперэллиптических кривых… Что там такого особенного?»

«Это не главное! Гляньте утверждение 1! Люди, не связанные с дифференциальной топологией, могут не знать, но это форма гипотезы Салливана!»

«У моего друга степень магистра в области дифференциальной топологии, он сказал, что его научный руководитель работал над классификацией диференциальных многообразий. Я узнал его мнение, и он назвал статью потрясающей.»

«Профессор Лу правда потрясающий, что бы он ни делал, он добивается потрясающих результатов.»

«Чувствую, что зря потратил свое время на изучение диференциальных многообразий…»

«У меня как раз не было темы на завтрашнее занятие, возьму эту статью для нее»

Прочитав сообщения на форуме, Лу Чжоу вздохнул.

— Они такие праздные.

Почему бы им не использовать свое время для изучения интересных проблем?

Просто обычная гипотеза.

Что в ней такого…

Покачав головой, Лу Чжоу закрыл ноутбук.

Журнал найдет квалифицированного рецензента для процесса рецензирования.

Ему же сейчас нужно лишь собираться к поездке в Шанхай…

Глава 935. В Шанхай

Последняя пятница февраля.

Собрав вещи. Лу Чжоу вновь отправился в путешествие.

На этот раз в Шанхай.

Со слов директора Ли еще в прошлом году государство провело тендер на строительство главного отделение международного лунного адронного коллайдера, а в середине прошлого года строительство официально началось. Теперь здание уже построили.

В действительности, у правительства был запасной план. Если международные переговоры пройдут неудачно, то они просто вычеркнут слово «международный» из названия.

К счастью благодаря сделке по термоядерному синтезу и успешной спасательной операции на Марсе, репутация Китая значительно выросла, поэтому переговоры прошли гладко.

Теперь с создание организации международного лунного адронного коллайдера, различные ведомства начали размещаться в новом здании.

Как председателю, Лу Чжоу предстояло сделать две вещи в Шанхае. Первое присутствовать на официальной церемонии открытия, а второе распределить и организовать работу.

Ведь лучшие физики и представители научных институтов со всего мира прилетели сюда, чтобы участвовать в проекте, поэтому нельзя все пускать на самотек.

Хотя сам коллайдер все еще строиться, нужно организовать работу отделов, а также сформировать устав организации.

Лу Чжоу уже руководил многими крупными проектами, поэтому был более чем уверен в своих способностях, но на всякий случай он взял с собой Ло Вэньсюаня.

Поскольку тот часто посещал ЦЕРН, он знаком с его деятельность. Если Лу Чжоу что-то забудет, то он сможет положиться на его помощь.

И еще более важно, что у Лу Чжоу не было кому передать полномочия, а он не хотел оставаться председателем на несколько сроков.

Он планировал отдать эту должность Ло Вэньсюаню…

Лу Чжоу вошел в вагон скоростного поезда и сел на свое место в бизнес-классе. Поправив сиденье, он достал ноубук и начал работать над презентацией, которую начал еще вечером.

В презентации были его предварительные планы относительно конкретных обязанностей каждого отделения, которые он покажет на встрече с руководителями отделений.

Сейчас все сообщество физиков сосредоточилось на Шанхае.

Хотя ему не нравилось делать презентации, поскольку данные проект влияет на все сообщество физиков Китая, он вынужден смиренно работать над ней…

Просматривать презентацию, он внезапно получил на телефон сообщения в WeChat.

Оба были от Ло Вэньсюаня.

«(shock.jpg)»

«Ты уже в поезде?!»

Лу Чжоу просмотрел их и ответил.

«Я приеду через час, когда ты приедешь?»

«Завтра! Я приеду завтра! Мне нужно разобраться с кое-какими делами… Просто дай мне день. Кстати, церемония открытия состоится же через три дня? Зачем ты поехал так рано?»

«Есть и другие дела, которые нужно сделать до церемонии открытия. Я планирую организовать собрание со всеми руководителями… Чем ты там занят?»

«Э-э, кое-чем важным. Ладно, мне нужно идти, увидимся потом!»

— …

Почему мне кажется словно…

Пытаться оставить должность председателя на него плохая идея…

Следует ли поискать кого-то еще?

Тут написал Сяо Ай.

«Хозяин, Сяо Ай может тайно включить веб-камеру ноутбука Ло Вэньсюаня? (* `꒳́ *)»

— Нет, я же говорил тебе, не делать ничего плохого.

Хотя ему было интересно, чем занимается Ло Вэньсюань, Лу Чжоу не хотел заниматься шпионажем.

«О, ладно… (̄△ ̄;)»

— …

Почему ему так нравится взламывать камеры?

Откуда у него такое хобби?

Лу Чжоу чувствовал, что, будучи владельцем Сяо Ая, он должен найти время и обучить его правильным вещам, чтобы не случилось ничего плохого в будущем…

……………………

После двухчасовой поездки Лу Чжоу сошел с поезда в шанхайском вокзале.

Он с Ван Пэном вышли с вокзала и увидели черную Ауди у входа.

Водитель вышел из машины и помог ВАн Пэну убрать чемодан в багажник, потом передал тому ключи.

— Оставляю ее тебе.

— Хорошо.

Ван Пэн кивнул своему коллеге и сел на водительское сиденье, потому спросил у Лу Чжоу:

— Прямо в отель?

— Да.

Ван Пэн установил в навигаторе маршрут.

Лу Чжоу, сидя на заднем сиденье, закрыл глаза и хотел немного отдохнуть. Однако, когда он только начал засыпать, резко зазвонил его телефон.

Он снял трубку и услышал радостный голос.

— Я просматривала ленту. Ты сейчас в Шанхае?!

Лу Чжоу зевну, узнав Чэнь Юйшань.

— Да, а что?

Два часа назад он опубликовал фотографию поезда.

— Вот совпадение! Я тоже в Шанхае!

Лу Чжоу удивился:

— Ты тоже здесь?

— Да, мне нужно идти, но я пришлю, где я.

Лу Чжоу неуспел ответить, как звонок закончился. После он получил сообщение с местом.

Так совпало, что он находился недалеко от Чэнь Юйшань. Ему просто нужно повернуть направо на светофоре и проехать два квартала.

Лу Чжоу посмотрел на сообщение и вздохнул, после чего обратился к Ван Пэне.

— Пока не поедем в отель.

— Тогда куда?

— Я скинул тебе место на телефон, похоже это кофейня… Недалеко отсюда.

— Хорошо.

Ван Пэн кивнул и, как всегда, больше ничего не спрашивал. Он просто повернул и поехал в новое место.

Глава 936. Неожиданная встреча

На углу торговой улице располагалась оригинально оформленная кофейня.

Судя по оформлению и небольшой доске у входа в кафе, владелец, скорее всего, очень жизнерадостный человек. Однако поскольку сейчас рабочее время в кафе не так много людей.

Лу Чжоу толкнул стеклянную дверь и вошел внутрь. Вскоре он увидел Чэнь Юйшань, сидящую у окна и машущую ему рукой.

Ее внешность не изменилась с нового года. Волосы были собраны в конский хвост. Одета она была в бежевое пальто, белый свитер с воротником и черные сапоги выше колен, сохраняя простой, но модный стиль.

Чэнь Юйшань сидела не одна.

Лу Чжоу увидел рядом с ней неожиданного знакомого.

— Давно не виделись, академик Лу. — Женщина, сидевшая рядом, с улыбкой поприветствовала Лу Чжоу. — Спасибо, за заботу о моей дочери.

— Госпожа Ян, вы слишком добры. — Хотя он удивился, встретив здесь госпожу Ян, Лу Чжоу старался выглядеть невозмутимо. Он вежливо улыбнулся. — Академик слишком официально, зовите меня просто профессор Лу.

Это женщина была Ян Даньци, мать его учениц.

Семь лет назад Лу Чжоу все еще следил за своими средствами на жизнь и обучение. Эта женщина очень помогла ему тогда. Они почти не общались после того, как он отправился учиться в Принстон, а Хань Мэнци окончила школу.

Он не ожидал встретить ее сегодня.

Чэнь Юйшань с ухмылкой сказала:

— Ладно, ладно, хватит этих долгих приветствий, мы не в первый раз пьем кофе вместе. Что ты хочешь выпить? Мы уже заказали.

— Просто чашку мокко.

Чэнь Юйшань подняла руку.

— Официант, мокко, пожалуйста.

В моменты, когда он не мог пить растворимый кофе, Лу Чжоу выбирал мокко, как запасной вариант.

Вкус шоколада маскировал горечь кофе, делая его более приятным.

Когда принесли кофе, Лу Чжоу сделал глоток своего мокко.

Чэнь Юйшань с любопытством посмотрела на Лу Чжоу и наконец спросила:

— Почему ты вдруг приехал в Шанхай?

— У меня есть кое-какие дела в главном отделение международного лунного андронного коллайдера. Я не хотел приезжать, но они заставили меня. — Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшань. — А ты? Я не знал, что ты в Шанхае.

Чэнь Юйшань надулась и пробормотала:

— Конечно ты не знаешь, когда ты беспокоился обо мне? Ты даже не смотришь мои посты в WeChat.

— …

О чем ты?

Ты же знаешь мою загруженность, откуда у меня время смотреть посты в WeChat.

Увидев, что Лу Чжоу не знал, что ответить, Чэнь Юйшань вздохнула:

— Ладно, не важно, я тебя не виню. Помнишь тот план, о котором я рассказывала тебе в прошлый раз?

Лу Чжоу кивнул:

— Да… Это как-то связано с этим?

— Вроде того. — Поскольку здесь была ее тетя, Чэнь Юйшань не стала вдаваться в подробности и кратко объяснила. — По сути, государство хочет инвестировать капитал в высокотехнологичные отрасли. В Шанхае проходит азиатская бизнес-конференция по инновациям и инвестициям в высоких технологиях. В нем принимают участие многие отечественные и азиатские крупные компании. Я получила приглашение от ассоциации предпринимателей Чжэцзяна, поэтому приехала сюда в качестве представителя компании.

Конференция по инновациям и инвестициям в высоких технологиях?

По названию интересно, но я не знаю, что там будет.

Лу Чжоу посмотрел на госпожу Ян и спросил.

— Госпожа Ян, вы тоже идете?

Ян Даньци кивнула:

— Я старый член ассоциации предпринимателей, поэтому я тоже получила приглашение. Хотя мой бизнес имеет мало общего с технологиями, это редкая возможность, поэтому я приехала сюда с Юйшань.

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— А как насчет тебя? Ты хочешь сходить и посмотреть? Подобная конференция довольно интересная.

— Лучше не стоит. — Лу Чжоу улыбнулся. — У меня даже нет приглашения, поэтому будет неудобно просить его.

Ян Даньци улыбнулась:

— Профессор Лу, ты шутишь, если ты захочешь пойти, то тебе не нужно приглашение.

Чэнь Юйшань кивнул:

— Да, кроме того, если ты хочешь, то я получу тебе приглашение прямо сейчас.

Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшаня и не знал, что ответить, поэтому пожал плечами.

— Если буду свободен, то я могу.

— Тогда решено. — Чэнь Юйшань улыбнулась. — В каком отеле ты остановилась? Я тогда найду тебя, чтобы пойти вместе.

Госпожа Ян толкнула Чэнь Юйшань локтем и подразнила ее:

— Эй, ты что, собираешься вот так просто бросить свою тетю?

Чэнь Юйшань смутилась и застенчиво ответила:

— Мы можем пойти вместе, я не говорила, что пойду без тебя. Потом найдем Лу Чжоу, и все вместе пойдем.

Госпожа Ян улыбнулась и покачала головой.

— Ладно тебе, вам молодым лучше вместе, я не буду третьей лишней. Я могу встретиться и со своими старыми друзьями.

— Тетя, ты самая лучшая!

— Конечно, ладно, веди себя взрослее, ты не маленькая.

Она хмуро взглянула на Чэнь Юйшань, которая схватила ее за руку и хихикала, но судя по улыбке, она все еще очень любила племянницу.

Лу Чжоу просто молча сидел. У него не было возможности влезть в разговор, и он не знал, что сказать.

Она…

С чего взяла, что я точно пойду?

Что, если я буду занят в тот день?

Но…

Но бизнес-конференция по инновациям и инвестициям в высоких технологиях звучит интересно.

Лу Чжоу бывал на многих научных конференциях, и ему было интересно, на что похожа бизнес-конференция.

Если ему не нужно ничего делать самому, он с удовольствием посмотрит.

Лу Чжоу принял решение.

Если я не буду занят, я постараюсь пойти…

Пока Чэнь Юйшань взволнованно рассказывала Лу Чжоу о предстоящей конференции, серебристый самолет приземлился в аэропорту Нью-Йорка.

Сяо Тун вышла из самолета со своим чемоданом и направилась к месту, где когда-то работал и учился ее брат…

Глава 937. Гостеприимный Принстон

Общежития Принстона.

Машина выехала из-за угла и остановилась у входа.

Цинь Юэ заглушил двигатель и сказал:

— Приехали.

Сяо тун отстегнула ремень безопасности и вежливо поблагодарила:

— Спасибо, что подвез.

Цинь Юэ улыбнулся.

— Не за что, тебе помочь с вещами?

Учась в Принстоне, Цинь Юэ во многом получал помощь от Лу Чжоу. Теперь ему выпал шанс отплатить тем же.

Однако, как и ее брат, Сяо Тун не любила получать помощь от других, поэтому она тут же вежливо отклонила предложение Цинь Юэ.

— Нет, спасибо, я сама айфри дом справлюсь.

Цинь Юэ кивнул:

— Ладно, если что-то понадобиться, можешь звонить мне.

— Хорошо, тогда я пошла.

— Не торопись.

Попрощавшись, Сяо Тун направилась к стойке регистрации общежития и получила свои ключи, после чего отнесла свои вещи наверх.

Она подавала заявку на жилье онлайн, и комната была готова к а й ф р и д о м заселению.

Сяо Тун потратила два часа на распаковку вещей и уборку, потом с документами она отправилась в административное здание Принстона.

В Принстоне она уже не первый раз.

Несколько лет назад после окончания школы она приезжала сюда на два месяца, а потом вернулась и начала учебу в Цзиньлинском университете.

Тогда ее брат еще был профессором в Принстоне, она даже помнила его милую помощницу.

Однако помощница была слишком застенчиво и, несмотря на все попытки Сяо Тун поговорить с ней, они не стали друзьями.

— Интересно, она еще здесь?

После того, как Сяо Тун покинула администрацию, она вернулась к себе в комнату и легла на кровать.

— Если бы я могла найти ее и подружиться… Но она, наверное, меня не узнает. Прошло много лет.

У Сяо Тун был трудный день, поэтому вскоре она засопела.

После долгого путешествия она наконец-то могла выспаться.

Она спокойно проспала до семи часов утра, а потом с зевком встала с постели.

Проверив календарь в телефоне, она пошла в ванную и привела себя в порядок. Потом она открыла свой компьютер и отправила электронное письмо своему будущему научному руководителю, профессору Кругману.

Пока она готовила завтрак, ей пришло письмо.

— Уже ответил?

Она думала, что он ответил лишь через несколько дней, и совсем не ожидала ответа в течении часа.

В письме Кругман поблагодарил ее за выбор Принстона и сказал явиться к нему, когда она будет готова начать.

В письме также был указан адрес его кабинета.

Она подумала, следует ли ей подождать несколько и дней и освоиться, прежде чем идти к нему. однако в итоге она посчитала, что лучше пойти сейчас, чтобы оставить хорошее первое впечатление.

Поэтому она быстро доела завтрак, переоделась и вышла из комнаты.

Она хорошо ориентировалась не местности, поэтому быстро нашла кабинет профессора Кругмана в корпусе экономического факультета.

Как только она вошла, ее встретил звонкий голос, который немного напугал ее:

— Добро пожаловать в Принстон! Уже освоилась?

Сяо Тун сделала полшага назад и убедилась, что перед ней и правда Кругман. Потом собралась и ответила:

— Я жила уже здесь, и я не первый раз за границей, поэтому вполне все привычно.

Профессор с любопытством спросил:

— Жила здесь? Я думал ты училась в Цзиньлинском университете и в Оксфорде… Ты посещала Принстон по обмену?

— Не совсем… Скорее приезжала в гости к родственнику. — Шокировано ответила Сяо тун, не ожидая, что ее руководитель так много будет знать о ней.

— О. — Кругман улыбнулся. — Тогда мне не нужно переживать, что ты тут заблудишься. Между студенческим городском и городом нет четкой границы, поэтому легко заблудиться… Вессель, помоги ей освоиться. Мне нужно позвонить.

— Хорошо, профессор. — Ответил Вессель, который был аспирантом с веснушками на лице и очками в толстой оправе. Он посмотрел на Сяо Тун и представился. — Я Вессель, аспирант, приятно познакомиться.

— Рада знакомству. Я Лу Сяо тун.

Вессель вежливо пожал ей руку и сказал.

— Лу Сяо Тун? Давай за мной.

Вессель подвел ее к пустому столу у окна.

— Вот, где ты будешь работать. Если будут вопросы, то можешь спрашивать их у меня или у Кругмана… Или у других в кабинете. Мы постараемся помочь по возможности, но по большей части ты будешь сама по себе.

— Спасибо…

— Тебе и правда стоит поблагодарить меня. Когда я вчера закончил работу, Кругман позвонил мне и сказал убраться на пустом столе. — Вессель пожал плечами. — Обычно новый студент сам должен убирать стол… Но Кругман похоже очень ценит тебя.

Услышав, что она непреднамеренно причинила другим неприятности, Сяо Тун смущенно сказала:

— Я могла, и сама убраться.

— Все нормально, это мелочь. — Беззаботно ответил Вессель. — Я представлю тебя остальным.

— Хорошо…

Он хотел уже представить новенькую остальным в кабинете, когда с улыбкой вернулся Кругман.

— Я поговорил! Я разберусь дальше сам, Вессель, ты можешь вернуться к работе.

— О… Ладно. — Ответил Вессель немного сбитый с толку энтузиазмом профессора, но все же кивнул. — Я пойду работать над своим проектом… Познакомлю тебя с остальными позже.

— Хорошо, спасибо.

Сяо Тун кивнула и посмотрела на Кругмана, стоящего с теплой улыбкой на лице.

Принстон всегда такой гостеприимный?

Почему брат никогда не говорил о таком…

Профессор подошел к Сяо Тун и добродушно заговорил:

— Я несколько раз читал твою дипломную работу. Она хорошо написана. Хотя имелись некоторые недочеты, впечатляет, что ты способна написать подобную работу в своем возрасте. Такой талант редко встретишь даже в Принстоне. — Он кашлянул и продолжил. — Поскольку у тебя уже есть определенный объем теоретических знаний, то я постараюсь развить другие твои способности… Кстати, ты раньше посещала бизнес-конференции?

— Я ходила со своим руководителем, но я не публиковала с нее никаких статей.

Кругман задумчиво погладил бороду:

— Это конференция была высокого уровня?

Сяо Тун смущенно ответила:

— Не совсем…

К сожалению ее предыдущий руководитель не известный специалист в области макроэкономики. Он не предоставил ей больших возможностей в академических кругах. Вместо этого она прошла стажировку в крупном инвестиционном банке.

Тогда она еще не знала, что захочет остаться в науке, поэтому не следила за конференциями. Она ходила только на них со своим руководителем.

— Тогда отлично!

Глаза Кругмана загорелись, словно ему пришла блестящая идея.

— На следующей недели в Шанхае состоится бизнес-конференция. Посещение конференций часть академической жизни, даже просто послушать доклады полезно. Там будет много ученых и аспирантов. Если ты раньше не видела ничего подобного, то я отвезу тебя.

Сяо Тун заметила завистливый взгляд остальных в кабинете.

Будучи лауреатом Нобелевской премии, Кругман редко брал с собой на конференции студентов, если только там не выступал с докладом сам студент.

Но сейчас…

Сяо Тун еще часа не пробыла в этом кабинете, но уже получила особо отношение…

Завидую!

Сяо Тун почувствовала себя неуютно из-за этих взглядов.

— Но… Я не готова, может стоит взять кого-нибудь другого.

— Все нормально! Тебе не нужно ни к чему готовиться. — Сказал Кругман. — Однажды ты сделаешь доклад на подобной конференции, поэтому тебе следует быть знакомой со всем. Это будет полезно тебе в будущем.

Сяо Тун не могла найти предлога отказаться от подобного предложения.

И а й ф р и д о м она явно не хотела упускать такую возможность.

Однако она только прилетела сюда из Шанхая и теперь ей предстояло лететь обратно…

Ей становилось не по себе, когда она думала о двадцатичасовом перелете…

Глава 938. Хочешь выпить? Я угощаю

В девять вечера.

В президентском люксе отеля.

Лу Чжоу стоял рядом с окном и разговаривал по телефону.

— Я довез твою сестру до общежития.

— О, спасибо.

— Не беспокойся. — Цинь Юэ улыбнулся. — Кстати, сейчас она живет в университетском общежитии… Может пусть она переедет в твой дом? Я мог бы просто снять квартиру рядом с университетом.

Когда Лу Чжоу уезжал из Принстона он ключи от своего дома и машины Цинь Юэ. Цинь Юэ нужно было лишь платить за них налоги.

В конце концов кто-то должен был следить за домом, иначе он может стать непригодным для проживания. Особенно в таких штатах, как Нью-Джерси, если зимой никто не будет следить за домом, то замерзшая труба может лопнуть и повредить дом.

Даже если у него скорее всего не будет возможности вернуться, у Лу Чжоу сохранились довольно приятные воспоминания о доме и камине в нем.

Лу Чжоу покачал головой:

— Все в порядке, я уже спрашивал ее насчет этого, она отказалась без всяких раздумий. Но опять же, мне было бы неспокойно, если бы я позволил девушке жить одной в доме. Если ты не хочешь там жить, то можешь предложить кому-то другому.

Лу Чжоу знал почему Сяо Тун отказалась от его предложения.

Она была благодарна брату за заботу, но они схожи характерами с Лу Чжоу, им никогда не нравилось получать одолжения от других. Она хотела быть независимой и не хотел беспокоить других и особенно быть кому-то обузой…

Лу Чжоу хотел сказать, что она может положиться на него и он не будет считай ее обузой.

Ведь ifreedom они семья, а члены семьи должны помогать друг другу…

Цинь Юэ улыбнулся:

— Я не говорил, что не хочу здесь жить. Всего три тысячи в год, это самая дешевая аренда в США. Просто говорю, что если сестре надо, то могу съехать. Но ты прав девушке опасно одной жить за пределами студенческого городка.

Хотя студенческое жилье в Принстоне стоило дорого, оно находилось рядом с университетом и охранялось. Цинь Юэ вспомнил, что у Сяо Тун должна быть соседка, благодаря чему ей будет легче влиться в жизнь в Принстоне.

Поспрашивал о сестре, Лу Чжоу сменил тему и спросил, как дела у его ученика:

— Как у тебя дела?

— У меня все хорошо, я уже давно привык к такой жизни. Мне нужно лишь спокойной место, где я могу сконцентрироваться на исследованиях. Единственный недостаток, что я больше не могу попросить тебя о помощи.

— Ты теперь профессор, ты сам должен помогать другим. Кстати, что ты исследуешь сейчас?

— Проблему Варинга…. — Цинь Юэ вздохнул. — Я ненавижу ее! Теперь я осознал почему так мало людей занимаются теорией чисел. По началу думаешь, что задача относится к теории чисел, а потом погружаясь осознаешь, что она задача алгебраической геометрии. Затем понимаешь, что методы алгебраической геометрии не могут решить ее, поэтому пытаешься использовать теорию представлений, p-адическую теорию … и твой метод групповой структуры.

— На самом деле это хорошо. — Лу Чжоу улыбнулся. — Разве не так развивается математика? Соединяя все воедино.

— Верно, но для математика это совсем не весело. Иногда я жалею, что нет метода для предсказания нужного способа решения.

— Сомневаюсь, что такое возможно.

— Ага.

В этот момент внезапно наступила тишина.

После долгого разговора Цинь Юэ чувствовал, что Лу Чжоу хотел что-то сказать, но почему-то ходил кругами.

Внезапно Лу Чжоу спросил:

— У Веры… Все в порядке?

Цинь Юэ вздохнул.

— Я поспрашивал, но ничего полезного не узнал. Она не говорит о своем состоянии и избегает меня. Я спросил Молину, но та тоже ничего не стала рассказывать.

После небольшого молчания Лу Чжоу сказал:

— Хорошо, спасибо… — После паузы он добавил. — Если она не хочет рассказывать, то не заставляй.

— Ну пора заканчивать разговор?

— Ага, если больше ничего нет. — Лу Чжоу посмотрел на настенные часы. — В конце концов, тут уже довольно поздно.

Немного поколебавшись, Цинь Юэ сказал:

— Могу спросить? Меня давно мучил вопрос…

— Если это научная проблема, то продолжай…

Цинь Юэ вздохнул:

— Тогда неважно, забудь…

…………………….

Ван Пэн только закончил бриться в соседней комнате. Он сидел на краю кровати и проверял свое снаряжение в чемодане.

Внезапно он услышал шаги за дверью.

По шагам он понял кто это, поэтому встал и открыл дверь.

— Что случилось?

Лу Чжоу сказал:

— Хочешь выпить? Я угощаю.

После небольшого молчания Ван Пэн ответил:

— Я не пью и не курю в рабочее время, но, если ты хочешь выпить, я могу сопроводить тебя.

— Сопроводить?

— Чтобы отнести тебя назад, когда ты напьешься.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

— Я? Напьюсь? Забудь…

Лу Чжоу развернулся и пошел к лифту. Ван Пэн закрыл дверь и последовал а й ф р и д о м за ним.

Войдя в лифт, Ван Пэн нажал на кнопку этажа с баром.

Лу Чжоу просто молча взглянул на него.

Не говоря ни слова, Лу Чжоу подошел к бару и сел за стул, потом обратился к бармену:

— Виски со льдом.

— Сейчас.

Ван Пэн посмотрел на бармена и у него возникло предчувствие, а й ф р и д о м что Лу Чжоу сегодня много выпьет.

— Завтра церемония открытия, поэтому советую тебе не увлекаться.

Лу Чжоу, который обычно прислушивался к советам Ван Пэна, ответил неожиданно:

— Не парься.

Лу Чжоу взял стакан у бармена и быстро выпил его, после чего не говоря ни слова начал пить один бокал за другим…

Лу Чжоу не мог вспомнить, как долго он пил.

Когда он очнулся, было уже следующее утро…

Глава 939. Церемония открытия

Лу Чжоу хорошо оторвался ночью, но просыпаться утром было тяжело.

На следующий день он проснулся с головной болью от похмелья. После душа ему стало лучше благодаря сильному метаболизму. Спустившись вниз и быстро позавтракав, он сел в машину у входа в отель.

Зевнув и сев на заднее сиденье, Лу Чжоу ущипнул свои брови.

— До скольких я вчера пил?

Ван Пэн ответил:

— До раннего утра… Я уже не думал, что ты проснешься утром.

— Я выпил лишь пару бокалов, почему вдруг я не встану?

Ван Пэн не стал спорить и лишь улыбнулся.

— Куда?

— К главному отделению лунного коллайдера.

— а й ф р и д о м Хорошо.

Ван Пэн повернулся руль и повел машину.

Сидя в мягком сиденье, Лу Чжоу собирался воспользоваться моментом, чтобы вздремнуть, как вдруг вспомнил, что был сильно пьян ночью.

— Я слишком много выпил прошлой ночью. Что бы я не говорил, сделай вид, что ничего не слышал.

— Все в порядке, у всех бывают плохие дни. — Ван Пэн улыбнулся. — Тебе лучше? Готов к церемонии открытия.

Лу Чжоу уверенно ответил:

— Конечно, я был на более крупных мероприятиях. Это лишь небольшое событие, что может пойти не так?

…………………….

В действительности это довольно крупное событие.

Множество машин СМИ собралось перед здание в районе высоких технологий, а за церемонией следил весь мир.

Толпа окружила главный вход, где стоял гигантский гранитный камень около пяти метров в высоту под красной тканью.

Не было ни красных дорожек, ни воздушных шаров, ни фейерверков, но никто не сомневался в важности и влиятельности этой церемонии.

Ученые, обеспокоенные будущим человечества, айфри дом граждане, интересующиеся физикой и политикой, пристально следили за церемонией.

Некоторые сидели перед телевизорами, другие пришли прямо сюда. Все затаив дыхание ожидали.

И в центре внимания всех оказался мужчина в костюме.

Только с микрофоном в руках, без каких-либо бумаг с речью, он говорил четко и торжественно:

— Прежде всего, я хочу поблагодарить ученых, специалистов, политиков и остальных, кто следит за происходящим, чтобы разделить с нами этот славный момент. Как председатель Международного исследовательского центра лунного адронного коллайдера я а й ф р и д о м благодарю всех вас за ваш энтузиазм. Спасибо!

Сразу же разразились аплодисменты.

Лу Чжоу кивнул.

— Мы международная исследовательская организация в области физике, мы стремимся решить проблемы, которые повлияют на наше будущее. Этот проект поможет нам понять законы вселенной. Для меня большая честь стоять здесь и представлять всех нас.

Лу Чжоу отступил на два шага назад, подойдя к граниту.

Протянув руку, он сдернул красную ткань.

На камне была выгравирована строка слов.

«Международный исследовательский центр Лунного адронного коллайдера»

Словно время застыло, когда эмоции всех людей вырывались наружу.

Затем…

Раздались аплодисменты и радостные возгласы…

Ученые Института физики Китайской академии наук взволнованно размахивали руками и даже обнимали друг друга со слезами на глазах.

Они творили историю!

Они собирались совершить великие прорывы!

Подобная слава затмевала все личные почести, даже Нобелевскую премию. В этот момент они все были одной командой.

Ло Вэньсюаня чуть не растоптала радостная толпа, а его очки улетели в неизвестном направлении.

Академик Чжан Веньлун хлопал пока у него не заболели ладони.

— Наконец-то я дождался этого момента.

— Да. — Ответил Фан Шаопин, директор Института физики Китайской академии наук. — Это новая страница китайской физики.

Чжан Веньлун громко рассмеялся.

— Не только китайской. Это новая страница всей физики.

…………………

Церемония открытия закончилась.

Лу Чжоу поклонился и отложил микрофон. Тут же его окружила толпа журналистов.

— Профессор Лу, могу я узнать, что вы думаете о утверждении, что адронный коллайдер лишь пустая трата денег?

— Жизнь заключается не только в настоящем, надо смотреть в будущее. То же верно и для цивилизации, надо смотреть на долгосрочную перспективу.

— Не могли бы вы сказать должность председателя была определена голосованиям? Консультировались ли с другими странами по поводу этого решение?

— Без комментариев.

В сопровождении группы сотрудников службы безопасности Лу Чжоу наконец выбрался из окружения репортеров, после чего вошел в здании.

В этот момент в толпу он увидел знакомую фигуру.

Когда фигура заметила взгляд Лу Чжоу, то попыталась скрыться, но Лу Чжоу крикнул:

— Ло Вэньсюань! Я долго искал тебя во время церемонии открытия. Наконец ты здесь.

Глава 940. Справлюсь

Поскольку его раскрыли и дальше прятаться было бесполезно, Ло Вэньсюань смущенно посмотрел на Лу Чжоу и почесал затылок.

Ему стало очень неловко от того, что его поймали вот так.

Он улыбнулся и попытался перевести разговор на другую тему.

— Какое совпадение. Кстати, сегодня хорошая погода. К счастью, дождя нету, а на небе ни единого облачка. Если бы был дождь и все были бы с зонтами, то определенно было бы не так эффектно…

— Не меняй тему. Где ты был?

Ло Вэньсюань кашлянул:

— Поезд опоздал, а потом я попал в пробку…

— Ты только утром сел на поезд? — Лу Чжоу не находил слов. — Не мог приехать на день раньше? Обязательно ждать до последнего?

Ло Вэньсюань смущенно почесал затылок:

— Эм… Я ведь не пропустил ничего важного.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ничего важного.

Ло Вэньсюань похлопал себя по груди и вздохнул с облегчением.

— Отлично!

— Какой отлично! Ты правда думаешь, что я тебе хвалю?! — Лу Чжоу потерял терпение. — В два часа дня состоится пресс-конференция, я хочу, чтобы ты там выступил. Поговори с командой по связям с общественностью, узнай, что можно говорить, а что нельзя.

Когда Ло Вэньсюань услышал о пресс-конференции, он вскочил, словно кролик:

— Подожди! Больше никого нельзя отправить туда, моя работа же…

— У тебя еще хватает наглости говорить про свою работу. Тебе следовало приехать сюда вчера. Ты пропустил собрание и опоздал на церемонию открытия. Это твое наказание.

— Не надо. Пожалуйста, простите меня, эти репортеры просто монстры…

Лу Чжоу усмехнулся:

— Я не могу, ты должен это сделать. Кроме того, половина заслуг в переговорах по коллайдеру принадлежит тебе, и ты хорошо разбираешься в его конструкции. Уверен, что ты сможешь ответить на часть вопросов. Я даю тебе шанс блеснуть собою…

Ло Вэньсюань начал потеть:

— Какой блеснуть… Может быть я в следующий раз подготовлю о результатах крупного исследования доклад? Кроме того, как я могу претендовать на половину заслуг? Словно ЦЕРН приехал сюда ради меня.

— Хватит. —- Лу Чжоу прервал его бессвязную речь. — Если ты не можете провести эту крошечную пресс-конференцию, как я могу позволить тебе делать доклад о серьезных результатах исследований?

Лу Чжоу подошел и похлопал его по плечу.

— Ты справишься! Это твоя возможность заложить фундамент своего будущего. Просто отнесись к этому, как к практике.

Отчего-то Ло Вэньсюань почувствовал, что его ждут еще более серьезные проблемы.

Но у него не было доказательств и спросить он не мог.

Через некоторое время он вздохнул.

— Ладно. Раз ты так говоришь, то у меня нет другого выбора. Я пойду готовиться.

— …

И почему мне захотелось его ударить?

Я готовлю его стать моим преемником, но он делает вид будто я над ним издеваюсь.

Он должен быть благодарен!

Может стоит подумать о запасном варианте…

……………….

Международный аэропорт Шанхая.

Профессор Кругман шел сквозь толпу с чемоданом в руке и шляпой на голове. Потом передал свой чемодан аспиранту рядом с ним.

— Вессель, понеси его за меня!

Вессель взял чемодан.

— Хорошо, профессор!

Профессор Ангус посмотрел на переполненный зал аэропорта и обратился к Кругману:

— Господи, здесь слишком много людей! Десять лет назад все было по-другому.

В аэропорту толпились люди всех национальностей.

Ангусу казалось, что он находится в Нью-Йорке.

Профессор Кругман засмеялся.

— Друг мой, тебе следует чаще покидать дом. Мир постоянно меняется. Если ты останешься в Принстоне навсегда, рано или поздно ты потеряешь связь с миром… Вессель, будь джентльменом и возьми багаж леди?

Когда профессор властно посмотрел на него, Вессель не проронив ни слова подошел и попытался взять чемодан Сяо Тун.

Сяо Тун крепко вцепилась в свой чемодан и смущенно сказала.

— Я могу сама.

Хотя Сяо Тун вежливо отказалась, Весселя все еще переполняла печаль и негодование.

Этот старик относиться ко мне, как к мальчику на побегушках!

Я ожидал подобного, но это так унизительно!

Однако его гнев быстро улетучился.

Недовольство быстро рассеялось, когда он вспоминал о возможности посетить конференцию с Нобелевскими лауреатами, знакомясь с известными личностями.

Будучи ученым с амбициями, какое значения имеют такие малые страдания?

Это принесет мне пользу в будущем!

Вессель больше не завидовал предвзятому отношению своего руководителя к новой китайской студентке. Он даже ощутил, что стал сильнее…

Я справлюсь!

Сяо Тун не заметила переживаний Весселя, поскольку была слишком смущена заботой Кругмана.

Все ли профессора Принстона такие?

Когда я училась в Оксфорде, все было по-другому…

— Кстати, Сяо Тун, разве ты не должна позвонить семье, что благополучно прилетела?

— Я звонила им всего несколько дней назад…

Профессор Кругман серьезно попытался переубедить ее:

— Я знаю, но у тебя только что опять был перелет. Двадцатичетырехчасовой перелет! Твоя семья, должно быть, волнуется.

— …

Они не будут волноваться, если я им не скажу.

Сяо Тун не знала, что ответить.

— Я позвоню им в отеле…

Не понимая, что это был тактичный отказ, профессор Кругман улыбнулся:

— Ладно! Позвони им в отеле… Не забудь.

Сяо Тун неловко кивнула.

— Ладно…

Ни за что не позвоню, не скажу, что вернулась в Шанхай.

Если бы мой брат узнал, что я пробыла в Принстоне целых два дня, а потом вернулась в Шанхай, то он бы смеялся надо мной.

Сяо Тун было не по себе из-за действий профессора Кругмана.

— Ну, он сейчас в Цзиньлине, поэтому мы не сможем встретиться…

Сяо Тун покачала головой и пошла рядом со своим руководителем, направляясь к стоянке такси…

Глава 941. Самый креативный плакат

Оставив дневную пресс-конференцию Ло Вэньсюаня, Лу Чжоу обнаружил, что неожиданно освободил много времени.

Он сидел в своем номере в отеле и думал о куда пойти, чтобы убить время, как вдруг вспомнил про приглашение.

Он вспомнил про просьбу Кругмана в письме и немного поколебался, а потом вздохнул.

— Ладно, у меня все равно есть время, пойду посмотрю.

Ему было очень любопытно, действительно ли модель Лу — Бьюли такая потрясающая, как говорил Кругман.

Местом проведения конференции был пятизвездочный отель, а в приглашение также входил обед и ужин. Хотя Лу Чжоу не интересовался экономикой, его интересовала бесплатная еда.

Лу Чжоу встал и переоделся в свою повседневную одежду. Он позвонил Ван Пену и попросил его подогнать машину вниз, после чего спустился на лифте вниз и вышел на улицу.

— В отель Синьжуй… Судя по всему недавно построенный пятизвездочный отель. Он расположен немного далековато.

Лу Чжоу сел на заднее сиденье и достал письмо-приглашение, после чего прочитал адрес Ван Пену.

Ван Пэн ввел адрес в навигаторе и посмотрел на маршрут.

— Отель Синьжуй? Не так уж далеко, всего тридцать минут езды, если нет пробок.

Лу Чжоу уже начал закрывать глаза, чтобы отдохнуть:

— Я не тороплюсь.

— Еще одна встреча?

— Вроде того, но я в основном еду туда, чтобы поесть.

— Хорошо…

………………………….

Как и сказал Ван Пэн, после тридцатиминутной поездки они подъехали ко входу в отель.

Сотрудник, стоявший у входа в отель, взглянул на приглашение Лу Чжоу, после чего провел двоих внутрь.

Лу Чжоу прошел через вестибюль отеля, осматривая интерьер и людей внутри.

Он не смог сдержать вздох, когда понял, что здесь нет туристов.

Как ожидаемо от тех, кто изучает, как тратить деньги, их встречи максимально роскошные.

Они арендовали все здание под свою конференцию.

Это не похожи на математические конференции, которые часто проводились в небольших конференц-залах. Даже такие крупные конференции, как международный конгресс математиков, не проводились в таком роскошном месте.

Лу Чжоу все еще помнил отель для последней конференции Международного конгресса математиков в Рио-де-Жанейро.

Неудивительно, что на экономистов смотрят в Принстоне свысока, они заработали много денег на разработанных математиками методах.

Но хотя экономисты не выглядят так, словно им не хватает денег, Лу Чжоу предположил, что место проведения также связано с организатором. Известные китайский университеты финансировали данное мероприятие.

Местное правительство и университеты были рады вложить деньги на привлечение международных ученых.

Как говорят, вещи, что можно купить деньгами, не важны.

Когда-то иностранные ученые не приехали бы на подобную конференцию.

Но с тех пор академическая среда изменилась.

С ростом экономики Китая все больше ученых и экономистов стали интересоваться экономическими моделями Китая и были готовы исследовать существующие проблемы в китайской экономике, а также влияние экономики Китая на мир…

С объективной точки зрения, привлечение иностранных ученых положительная черта.

Войдя в зал, Лу Чжоу сразу же направился к киоску с сувенирами и с радостью получил несколько бесплатных блокнотов и ручек от известных инвестиционных банков.

Такие ручки, как правило, просто не купить, поэтому они были неплохим предметом для коллекционирования.

Лу Чжоу имел привычку собирать подарки на научных конференциях. Для него это еще одна форма способа отмечать свои успехи.

Просто последние два года он не участвовал во многих конференциях, поэтому не особо продолжал коллекционирование.

Теперь, глядя на ручку в руке, Лу Чжоу ощутил ностальгию.

Рядом с киоском сувениров располагался стенд со стендовыми докладами.

Как и на математических конференциях, сложные темы обсуждались в залах, а стендовая зона давала возможность всем ученым продемонстрировать свои результаты.

Порог для установки своего плаката гораздо ниже, чем у выступления. Это словно уличный торговец размещал свой киоск рядом с торговым центром. В основном их ставили студенты магистратуры и аспиранты. Поскольку порог входа невысокий, форма привлечения тут тоже достаточно непринужденная, достаточно иметь красивый плакат и быть громким.

Хотя научные плакаты уступали другим методам научной коммуникации, это все равно был очень полезный способ продемонстрировать свою работу.

Лу Чжоу оглядел ослепительные стенды с плакатами и понял, что, хотя он понимал слова, он совсем не понимал смысла.

Когда его голова уже перегрелась от новой информации, он вдруг заметил несколько знакомых слов:

— Модель Лу — Бьюли?

Хотя сделан довольно плохо, название было узнаваемым.

Высокий худощавый парень в очках, стоявший перед плакатом, заметил Лу Чжоу и спросил:

— Вы тоже занимаетесь исследованиями в этом направлении?

Лу Чжоу услышал молодого парня и улыбнулся.

— Вроде того.

— Какое совпадение. — Парень улыбнулся и протянул руку. — Я Вессель, аспирант Принстонского университета, изучаю макроэкономику… А если конкретнее, я исследую экономические модели, построенные с использованием математических методов. Модель Лу — Бьюли мой исследовательский проект!

Он стоял на стенде с самого утра, но его плакат никого не заинтересовал.

Наконец-то он нашел кого-то, кто заинтересовался, поэтому он не хотел отпускать Лу Чжоу уходил.

Однако Лу Чжоу все равно не планировал уходить.

Он приехал на эту конференцию специально, чтобы проверить слова Кругмана по поводу важности модели Лу — Бьюли.

— Важна ли модель Лу Бьюли?

Хотя прямо спрашивать подобной немного самовлюбленно, Лу Чжоу не мог не спросить.

Однако Вессель воспринял это как сомнение Лу Чжоу в важности модели, поэтому сразу же выпрямился и начал объяснять.

— Конечно! Это одна из самых важных экономических моделей за последние годы! Если вы занимаетесь этим направление, то должны знать модель Бьюли! Модель Лу — Бьюли усовершенствованная версия модели Бьюли… Вы действительно занимаетесь этой исследовательской областью? Мне кажется вы новичок.

Лу Чжоу посмотрел в полные сомнения глаза Весселя и полуправду.

— Конечно, ты сомневаешься во мне?

— Нет-нет. — Парень быстро замахал руками. — На самом деле, это не имеет значения, если вы не понимаете, поскольку это довольно передовая область исследований. Если хотите ознакомиться с моделью Лу — Бьюли, вам следует посетить первый лекционный зал.

— Первый?

— Да. Там выступает профессор Джозеф Юджин Стиглиц, лауреат Нобелевской премии. Наверняка вы слышали о его модели Диксита — Стиглица. Он экономист-теоретик в области симметричной информационной экономики, но он также обладает глубокими пониманием математической теории.

По какой-то причине в голосе Весселя слышалась легкая зависть, словно он хотел присутствовать на лекции, а не стоять у своего стенда.

— Если ты хочешь, то почему не пойдешь? — Лу Чжоу окинул взглядом его пустой стенд. — Все равно здесь никого нет.

— Я не могу этого сделать! — Вессель тут же недовольно возразил. — Если никто не будет следить за стендом, кто-нибудь заберет мой плакат. А это равносильно дисквалификации от награды за самый креативный плакат.

— При всем уважении, но… Ты хочешь получить награду с этим плакатом? — Лу Чжоу посмотрел на ужасно нарисованный плакат с широко открытым ртом.

Это скорее абстрактное искусство, а не научный плакат…

Он мог бы просто написать на листке бумаги построчно темы для обсуждения.

Однако Вессель не противился замечанию Лу Чжоу, а упрямо сказал:

— А что если выиграю? Не узнаешь пока не попробуешь.

Лу Чжоу покачал головой.

— Тогда удачи… Я пойду послушаю лекцию.

— Идите, если не успеете занять место, то, возможно, придется стоять в коридоре… Кстати, я не расслышал вашего имени? — Спросил Вессель у Лу Чжоу, который отходил от стенда.

Не оборачиваясь, Лу Чжоу улыбнулся и ответил.

— Лу Чжоу.

— А?

Глава 942. Никто?

Когда Лу Чжоу прибыл в лекционный зал, доклад уже начался.

Старик в очках стоял перед экраном и медленно рассказывал о чем-то, что Лу Чжоу не понимал.

Но хотя он сам не понимал, остальные в зале внимательно слушали.

Это напомнило Лу Чжоу о его собственных докладах. Каждый раз, когда он выступал с докладом, аудитория всегда внимательно слушала.

Похоже, докладчик эксперт.

Лу Чжоу недолго простоял, он нашел место в последнем ряду и сел.

В действительности, Вессель немного преувеличил. Хотя в зале присутствовало много народу, он все же смог найти свободное место.

На полу в передней части зала сидели слушатели в толстых очках с целью задать вопрос.

После того, как Лу Чжоу сел, он огляделся и достал свой телефон. Он открыл статью, над которой они совместно работал с Сяо Тун, а оставшееся внимание направил на слушание лекции.

Он почти забыл теорию модели Лу — Бьюли. Хотя она казалась весьма важной для экономистов, для него она была просто незначительным случаем.

Он еще раз перечитал статью и освежил свои знания о своей математической модели.

Большинству делать что-то еще во время слушания доклада было сложной задачей.

Однако Лу Чжоу очень хорошо умел в многозадачность для экономии времени.

Еще в Принстоне он одновременно занимался сразу несколькими вещами.

Профессор Стиглиц, стоящий на сцене, нахмурился, когда увидел на задних рядах свет.

Свет от экрана телефона Лу Чжоу не очень яркий, едва заметный.

Однако все в зале пристально смотрели на сцену, за исключением одного человека, который смотрел в свой телефон. Хотя Лу Чжоу сидел в заднем ряду, для Стиглица он был очень заметным.

Использование телефона во время доклада не что-то вопиющее, но Стиглиц всегда был против такого. Ему казалось, что к результатам его работы относятся неуважительно.

Однако он только нахмурился и проигнорировал некультурного зрителя.

Будь это на его занятие, то он тут же прогнал бы студента из аудитории. Однако это научный доклад. Он не собирался тратить время других ученых на такие мелочи…

Лу Чжоу не понимал, что известный экономист уже невзлюбил его.

Но если бы он знал, что Лу Чжоу в этот момент не играет, а пересматривает статью, то не известно какая была бы у него реакция.

Однако Лу Чжоу было все равно на мнение Стиглица.

Во-первых, он не эксперт в области экономики. Во-вторых, он не нравился сотням людей, добавление к их числу еще одного ничего не изменит.

Лу Чжоу закончил читать статью, он ознакомился и с теорией и расчетами.

Он убрал свой телефон. Его интересовала оценка профессора Стиглица его математической модели. Однако слова старика совершенно потрясли его.

— Мы все знаем, что недавно в области экономики родилась совершенно новая модель. Её создателем является известный лауреат Филдсовской премии профессор Лу Чжоу. Его новая модель улучшила модель Бьюли, сократив количество вычислений и сделав расчеты модели более точными… Я не отрицаю, что эта модель прекрасна. — Профессор Стиглиц оглядел зал. — Хотя я сторонник новой экономической теории и часто использую математические методы для подкрепления своих теорий. Однако я должен упомянуть, что математика лишь вспомогательный инструмент. В конце концов, это конференция по макроэкономике, а не по бухгалтерскому учету и финансам.

В зале раздался дружный смех.

Большинству людей шутка старика понравилась.

Новые экономисты начинали все больше и больше полагаться на компьютеры и математические инструменты. Нобелевская премия по экономике все чаще становилось премией по математики.

Консервативным ученым это казалось все глупостью.

Профессор Стиглиц продолжал:

— Экономика должна изучать экономическую деятельность человека, то есть создания, преобразования ценностей и торговли ими, а не игры с числами. Мы экономисты, а не бухгалтеры. Хотя содержание доклада основано на модели ЛУ — Бьюли, я собираюсь разочаровать многих. — Профессор Стиглиц посмотрел на Кругмана, который сидел в первом ряду. — Я сосредоточу внимание на недостатках модели. На мой взгляд, эти недостатки фатальны!

Тут же в зале послышались разговоры.

Выслушав критику профессора Стиглица, Лу Чжоу вновь собрался.

Он был математиком, ничего не понимая в области экономики. Если бы действительно существовали фатальные изъяны, ему просто нужно принять это.

К тому же Стиглиц критиковал экономическую ценность модели Лу — Бьюли, а не математическую ценность.

Поэтому Лу Чжоу было все равно.

Профессор Стиглиц может говорить все, что захочет.

Лу Чжоу облокотился на спинку и прислушался к разговору аспирантов рядом:

— Разве профессор Кругман не писал про модель Лу — Бьюли в своей последней статье? Похоже его позиция прямо противоположна позиции Стиглица.

— Конечно! Кругман сторонник математической экономики и считает, что красивая экономическая модель должна иметь математическую основу… Но сам Кругман не математик.

— Похоже доклад будет интересным.

— Да, профессор Кругман тоже здесь?! Стиглиц скорее своим докладом отвечает на работу Кругмана!

— Очень жаль, что Кругман не так влиятелен, как Стиглиц!

Лу Чжоу услышал их разговор и удивился

Кругман тоже здесь?

Этот доклад ответ для него?

Не знаю, как выглядят споры экономистов, но чувствую это будет интересно…

Кругман сидел с напряженным видом.

Слова профессора Стиглица смутили его.

Сяо Тун не сдержала вопроса:

— Профессор, а модель Лу — Бьюли… действительно имеет фатальные недостатки?

— Трудно сказать. — Кругман покачал головой. — Я не думаю, что в ней есть какие-либо недостатки… Но Стиглиц специалист в математических экономических моделях. Может, он нашел проблемы, которые я не обнаружил.

Профессор Ангус кивнул и согласился со своим другом.

— Мы должны просто подождать и посмотреть, что он скажет. Может быть, все не так плохо.

Кругман серьезно сосредоточился.

— Да, давайте наберемся терпения.

Стиглиц продолжал говорить и одновременно писать на доске.

— Как мы все знаем, модель Бьюли преодолевает недостатки стохастической динамической системы общего равновесия. Постепенно она стала основным методом макроэкономических исследований. В модель Лу — Бьюли были внесены улучшения, как использование метода эндогенной сетки, что сокращает объемы расчетов… Однако это также снизило строгость модели Бьюли.

«F (x, y, z) = ag3, 1 + bg3, 2 + cg3, 3 … где x, y, z≥0…»

Он продолжал писать строки вычислений на доске.

Профессор Стиглиц повернулся лицом к залу.

— Если применить функцию полезности к третьему уравнению, мы увидим, что в модели есть очевидные проблемы. Как я уже сказал, модель Лу — Бьюли имеет фатальный недостаток, поэтому она нуждается в существенных улучшениях. На этом мой доклад окончен. Если у кого-то есть какие-либо вопросы, не стесняйтесь задавать их.

Воцарилась мертвая тишина.

Можно было услышать падение иголки.

Стиглиц посмотрел на Кругмана, который растерянно глядел на доску.

Я так и знал.

Он не смог даже уследить за моими объяснениями.

Он ничего не имел против Кругмана, ему просто не нравились его аргументы в защиту модели.

Он думал, что Кругман хотя бы что-нибудь скажет, но тот даже не задал вопроса.

Стиглиц разочаровался.

Никто не будет со мной спорить?

Он уже собирался уйти со сцены, когда увидел, как кто-то в заднем ряду поднял руку.

— У меня есть замечание.

Голос доносился из глубины зала…

Глава 943. Я потратил всего час

На самом деле Лу Чжоу ничего не понял из объяснений Стиглица.

Однако он хорошо знал расчеты на доске.

Хотя ему потребовался всего час на эту модель, это не значит, что она не имела никакой ценности.

— Я не отрицаю вашу точку зрения, у каждой дисциплины должны быть свой исследовательский путь, и математика не является королевой исследований. — Лу Чжоу кашлянул и указал на доску. — Но что касается формулы третьей строки… То вы неправильно используете ее.

Когда были произнесены эти слова, зал наполнился оживленными голосами.

Многие люди смотрели на задний ряд, задаваясь вопросом, кто этот высокомерный человек.

— Кто-то сомневается в математических способностях профессора Стиглица?!

— Даже профессор Кругман ничего не сказал…

— Кто это, он выглядит довольно молодо, студент?

— Подожди, кажется… Он выглядит знакомо.

— …

— Пожалуйста, скажите мне, в чем проблема. Иначе не тратьте мое время впустую. — Сказал Стиглиц. Он увидел, что спрашивающий, был тем самым человеком, который совсем недавно игрался с телефоном. — Или думаете, что знаешь модель Лу — Бьюли лучше, чем я?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, с точки зрения математической части.

Все слушатели были потрясены этими словами.

Профессор Стиглиц нахмурился и спросил:

— О? Тогда просветите меня, кто вы такой? Из какого вы университета?

Лу Чжоу невольно нахмурился, когда услышал вопрос не имеющего ничего общего с темой доклада.

Меня так трудно узнать?

Сегодня уже второй раз, когда у меня спрашивают это.

Хоть мы и разных рас, но красота же универсальна.

Он ответил со вздохом.

— Лу Чжоу, Цзиньлинский университет. Можете называть меня профессор Лу.

В зале внезапно воцарилась тишина.

Лу… Лу Чжоу?!

Стиглиц и все остальные ученые в зале были ошеломлены.

Экономисты удивленно посмотрели на вставшего молодого ученого.

Многие узнали его, когда он еще встал, но сомневались.

В конце концов, никто не ожидал, что Лу Чжоу появится на конференции по макроэкономике.

Никто никогда раньше не видел Лу Чжоу на бизнес-конференции.

Ничего удивительного, что никто не смог его узнать!

В другой части зала девушка потрясенно посмотрела на парня.

Брат?!

Когда Сяо Тун услышала знакомый голос, доносящийся с заднего ряда, у нее чуть не вывалились глаза от удивления.

Профессор Кругман рядом с ней переволновался еще сильнее.

— Он пришел! Я же говорил!

Он сразу же посмотрел на профессора Ангуса, который сидел рядом с ним.

Профессор Ангус кашлянул и встал со своего места.

— Мне надо в туалет…

Кругман улыбнулся.

— Как хочешь, но не забудь про пари.

Профессор Ангус сердито ответил:

— Я помню, какой же ты скупой… Это всего лишь несколько золотых монет, у тебя будут кариес, если есть слишком много шоколада.

— Ха-ха, я беру то, что выиграл… Ты правда хочешь в туалет? — Профессор Кругман посмотрел на доску. — Думаю сейчас будет самое интересное.

Ангус поколебался и снова сел.

— Думаю, я смогу потерпеть какое-то время…

— Давай посмотрим, что он скажет.

……………

Лу Чжоу не ожидал, что попадет в такую ситуацию.

После того как он указал на проблему в расчетах на доске, профессор Стиглиц все еще не сдавался. Стиглиц даже позвал Лу Чжоу выйти на сцену и указать на ошибку.

Лу Чжоу не хотел выходить.

Однако, как автор модели, обнаружив ошибку при ее использовании, он обязан исправить ее

В конце концов, никто не понимал модель лучше него.

Я хотел быть сдержанным, но не выходит…

Лу Чжоу вздохнул и взял маркер, затем откашлялся и сказал:

— Я собираюсь написать только один раз, так что следите внимательно.

Профессор Стиглиц без эмоционально смотрел на доску суровым взглядом.

Однако Лу Чжоу вовсе не чувствовал давления от его пристального взгляда.

Подумав немного времени, маркер в руках Лу Чжоу заплясал по доске. Вскоре после этого на доске появились строки вычислений.

Профессор Стиглиц с неверием посмотрел на рассчеты на доске.

Он не удивился самим расчетам, хотя результаты были впечатляющими.

Его поражало то, что Лу Чжоу ни на секунду не останавливался! Лу Чжоу писал даже, не задумываясь!

Лу Чжоу не делал даже небольшой паузы.

Словно вся модель была у Лу Чжоу в голове, каждый кусочек, что он должен записать.

Капля пота скатилась по лбу Стиглица.

Еще мгновение назад он был уверен в Себе, но теперь он засомневался. Возможно его ошибки настолько очевидны, что даже не надо задумываться.

Когда Лу Чжоу записал последнюю строку уравнения на доске, в зале воцарилась мертвая тишина.

Он не только покорил профессора Стиглица, но и потряс расчетами всех присутствующих экономистов.

По сравнению с профессором Стиглицом, каждый шаг расчетов Лу Чжоу был очень подробным. Лу Чжоу даже обводил проблемные места в расчетах профессора Стиглица.

Плечи Стиглица слегка дрожали, когда он смотрел на расчёты на доске.

— Невозможно… Такие расчеты должны занять несколько часов…

— Как вы это сделали?!

Лу Чжоу улыбнулся и отложил маркер.

— Я прав?

Хотя Стиглиц не хотел признавать поражение, результат был очевиден.

Он немного помолчал и наконец неохотно кивнул.

— Признаю… Я допустил ошибку в модели Лу — Бьюли, вы правы.

В зале поднялся шум.

Профессор Стиглиц признал, что был неправ?!

Большинство не верили в подобное.

Как только Лу Чжоу представился, то большинство уже ожидали, что Стиглиц окажется неправ. В конце концов, ему все еще далеко до Филдсовского лауреата.

Однако они не ожидали, что Стиглиц сдастся без каких-либо возражений…

— Вы поняли, где ошиблись?

— Понял…

Стиглиц ощутил себя униженным от того, что признавал ошибку перед молодым ученым.

Однако с другой стороны, нет ничего постыдного в том, чтобы признать ошибку…

Лу Чжоу посмотрел на Стиглица и кивнул.

По крайней мере, он может признать свою ошибку.

Он ожидал, что старик попытается направить спор в другую сторону и давить на него со стороны экономики.

Однако, тот оказался не таким человеком.

Стремление к истине ценная черта характера.

Особенно для ученого.

— Тогда я оставлю остальные исправления вам. Я мало, что понимаю в этом. — Лу Чжоу развернулся и начал уходить со сцены.

Профессор Стиглиц шагнул вперед и остановил его.

— Подождите, вы еще не ответили, как удалось все так быстро рассчитать…

— О… Потому что это совсем не сложно. — Лу Чжоу остановился и развернулся, потом продолжил. — Я потратил всего час на создание модели Лу — Бьюли, поэтому исправление ошибки не должно занимать много времени.

Глава 944. Уже начал

Час?!

Стиглиц вытарил глаза, словно увидел призрака.

Ему потребовалось несколько лет работы, чтобы сделать модель Диксита — Стиглица вместе с Дикситом. Когда он опубликовал ее, его работа шокировало все сообщество экономистов и косвенно породила «Новую теорию торговли», которая принесла ему Нобелевскую премию по экономике в 2001 году!

Никто не разбирался в математической экономике лучше него!

Он прекрасно понимал, как трудно создать математический инструмент, которую можно использовать для экономических моделей…

Однако теперь Лу Чжоу говорит ему, что завершил всю модель всего за час!

Это просто нелепо!

Даже используя модель Бьюли в качестве основы, практически невозможно усовершенствовать такую сложную модель за час!

Одного часа большинству не хватит даже для того, чтобы ознакомиться с моделью Бьюли.

— Вы должно быть шутите… — Сказал Стиглиц, смотря на белую доску.

Очевидно, он обращался к Лу Чжоу, но тот их уже не услышал.

Потому что слова утонули в голосах слушателей и человек, писавший уравнения на доске, уже ушел…

………………….

Выйдя из зала, Лу Чжоу закрыл дверь и услышал шум позади.

Было достаточно громко, что он слышал его из-за стен.

— Неужели это и правда так поразительно?

Я не обманывал, у меня это действительно заняло лишь час.

Лу Чжоу понял, что не очень горит желанием оставаться здесь, поэтому попытался поскорее уйти из лекционного зала.

Однако, когда он проходил мимо задней двери, молодая девушка с короткими черными волосами с конспектами в руках преградила ему путь.

— Бог Лу! Можешь стать моим наставников?! — Взволновано сказала она.

Лу Чжоу посмотрел на девушку и с болью в голосе сказал.

— Ты же изучаешь экономику? Я не очень разбираюсь в экономике, найди кого-нибудь другого…

Нисколько не колеблясь, девушка сделала шаг вперед и еще более возбужденным голосом сказала:

— Меня глубоко поразило ваше выступление! Я наконец осознала за чем будущее экономики! Я хочу следовать за вами и изучать математику!

— А?

Что она несет…

Видя, как толпа выходит из задних дверей, Лу Чжоу понял, что его будет преследовать еще больше людей, если он быстро не разберется.

Со вздохом он сказал:

— Прости, ты выглядишь хорошим человеком!

— Что?

Лу Чжоу не дал девушке среагировать и быстро обогнул ее, направившись к лифту.

Каждое утро он бегает по часу, даже репортеры не могут догнать его, не говоря уже о ученых, погрязших в журналах.

— Подождите!

Лу Чжоу нажал на кнопку закрытия дверей лифта и усмехнулся.

— Слишком медленно.

Двери лифта закрылись, и он поехал вверх.

Несколько человек в лифте растерянно переглянулись.

Что происходит?

………………………

Хотя Лу Чжоу не регистрировался в отеле, благодаря пригласительному письму он мог воспользоваться лифтом.

Поднявшись на этаж, где располагался представительский зал, Лу Чжоу показал пригласительное письмо официантке, а потом сел у окна за книжной полкой.

— Хотите что-нибудь выпить?

— Чашку кофе… И немного бумаги.

— Листы А4 подойдут?

— Конечно.

— Хорошо.

Официантка развернулась и ушла.

Лу Чжоу достал телефон из кармана и положил его на стол.

Сейчас только два часа и до открытия шведского стола еще долго.

— Должен успеть, да?

Официантка вернулась со стопкой бумаг.

— Вот бумага, приготовление кофе займет время.

Лу Чжоу кивнул:

— Все в порядке, я никуда не спешу.

Достав из кармана подарочную ручку, он начал писать.

В действительности он не совсем не понял доклад.

И хотя он никогда не проводил исследований в экономики, объединив информацию от Сяо Тун и объяснения профессора Стиглица, он получил приблизительное представление о применении модели Бьюли.

И после понимания этого, он осознал, что профессор Стиглиц не случайно ошибся в модели.

Можно даже сказать, что это не его вина.

Подобное очень распространено в исследованиях по прикладной математике.

Очевидное для Лу Чжоу, не будет очевидно для учёных, не занимающихся математикой.

— Кругман прав, в модели Лу — Бьюли есть возможности для улучшения, как с математической, так и с экономической точки зрения.

Лу Чжоу вспомнил то, что услышал в докладе. Он решил рассматривать проблему, как задачу по математическому моделированию и сосредоточено писал.

Вскоре лист бумаги весь был исписан.

Посмотрев на лист, он улыбнулся.

— Тут нет ничего интересного, но поскольку я уже начал, то можно и закончить…

………………………

Когда погружаешься во что-то, время часто пролетает незаметно.

Так постепенно начало темнеть.

Телефон на столе Лу Чжоу завибрировал.

Сяо Ай написал:

«Хозяин, вам пришло письмо. (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Лу Чжоу отложил ручку и посмотрел на небо за окном.

— Это от профессора Кругмана?

«Хозяин, вы правы! (・∀・ *)»

— Что он написал?

«Он спросил, есть ли у вас время поужинать вместе. ⊙▽⊙»

Встряхнув стопку листов, Лу Чжоу посмотрел на наполовину заполненную странице и задумался.

— Ответь ему, что, если он подождет до семи часов, я встречусь с ним.

Глава 945. Больше часа

«Если подождете до семи, то можем встретится. ∠ (ᐛ」∠)»

Хотя Кругман не понял смысл этого смайла, он прекрасно понял текст перед ним.

— Сейчас без пяти семь. — Профессор Ангус посмотрел на свои часы. — Ты уверен, что он сказал в семь вечера?

Профессор Кругман горько улыбнулся и покачал головой.

— Честно говоря, я не уверен, не знаю даже какой день он имел ввиду.

— Тебе следовало уточнить у него!

Профессор Ангус вздохнул.

— Я собираюсь что-нибудь съесть… Я не могу ждать вечно. Предлагаю тебе тоже поесть. Через час еду уберут. На голодный желудок вредно ложиться спать.

Как раз в тот момент, когда Ангус взял тарелку и собирался приступить к еде, вошел человек.

Глаза профессора Кругмана загорелись, когда он увидел знакомое лицо… Он встал и с энтузиазмом подошел к Лу Чжоу.

— Ха-ха, добро пожаловать! Профессор Лу, приятно с вами познакомиться!

Профессор Ангус поставил тарелку и тоже подошел.

— Наконец-то я дождался!

— Я ведь не опоздал? — Лу Чжоу посмотрел на свои часы и сказал сам себе. — Почти, я опоздал на одну минуту.

Профессор Кругман похлопал Лу Чжоу по плечу:

— Ничего страшного, мы умеем ждать. Давайте поговорим во время еды, я умираю с голоду.

Лу Чжоу спросил:

— Вы еще не ели?

Профессор Ангус ответил:

— Мы ждали вас.

Лу Чжоу смутился:

— Не стоило, могли поесть без меня, я не возражаю.

Профессор Ангус и профессор Кругман молча переглянулись.

Только не говорите…

Черт!

Почему не сказали раньше?!

…………………….

Они втроем набрали еды и сели за столик у окна.

Профессор Кругман посмотрел на пустое место рядом с Лу Чжоу, и кое-что вспомнил, после чего достал из кармана телефон.

— Мне нужно позвонить.

Лу Чжоу кивнул. Он был голоден, поэтому особо не церемонился, он взял нож и вилку и начал разделывать лобстера на тарелке.

Через какое-то время Кругман вернулся.

Рядом с ним шла сестра Лу Чжоу Сяо Тун, которая улетела в Принстон всего несколько дней назад…

— Привет, брат.

Сяо Тун смущено помахала рукой и села рядом с Лу Чжоу.

Лу Чжоу не удивился, а лишь улыбнулся и спросил:

— Как дела? Обосновалась в Принстоне?

— Все в порядке… — Сяо Тун почесала затылок. — Ты не удивлен, что я в Шанхае?

Лу Чжоу ухмыльнулся.

— Здесь профессор Кругман, поэтому логично предположить, что он взял и тебя с собой. Дай угадаю, когда вы приземлились, он просил тебя позвонить мне и сказать, что ты прилетела?

Сяо Тун удивленно моргнула:

— Что? Как ты узнал?

— Подожди, ты ему не звонила? — Кругман посмотрел на Сяо Туна, а потом слегка кашлянул, скрывая смущение. — Просто для ясности, я не просил ее звонить вам. Я просто попросил ее позвонить своей семье и сказать им, что она в порядке.

— А какая разница?

— Ладно. — Кругман пожал плечами. — Прошу прощения, я хотел уговорить вас приехать, но клянусь не со злыми намерениями.

Профессор Ангус решил помочь своему другу и сказал:

— Профессор Кругман имеет благие намерения. Он хотел, чтобы вы стали свидетелем того, какое влияние оказало ваше исследования на сферу экономики… Я уверен, вы увидели, что модель Лу — Бьюли сейчас одна из самых популярных концепций в экономике. Будет неудивительно, если Нобелевский комитет рассмотрит возможность присудить вам за это премию.

— Пока слишком рано говорить об этом, они все еще должны мне премию по физике за теорию электросильного взаимодействия. Сначала они должны дать мне ее.

Лу Чжоу улыбнулся и перевел взгляд на Сяо Тун, которая сидела с беспокойным лицом.

— Почему не сообщила, что ты в Шанхае?

Сяо Тун вздохнула.

— Ладно, скажу правду… Думала, что ты будешь смеяться.

— Надеюсь ты не пытаешься обмануть меня. — Сяо Тун удивленно посмотрела на брата, который продолжил. — На самом деле, тебе не нужно беспокоиться о том, что ты доставляешь неприятности мне.

Сяо Тун непонимающе посмотрела на него:

— Почему… Ты вдруг говоришь это?

Ее голос был полон изумления, а в глазах был легкое волнение.

Словно она тайно сделала что-то плохое не сказав взрослым, а взрослые вернулись домой и раскрыли ее.

— Потому что разве ты не из-за этого переживала? — Лу Чжоу улыбнулся и вздохнул. — Люди всегда чего-то хотят от меня. Многое могу сделать только я. И я не могу отказать из-за своей ответственность. Например, я приехал в Шанхай, чтобы присутствовать на церемонии открытия. Подобное довольно хлопотно для меня…

На самом деле, он знал, о чем думала Сяо Тун.

С одной стороны, она хотела положиться на своего брата, но, с другой, она хотела стать независимой. Она не хотела быть просто сестрой Лу Чжоу, а хотела стать самостоятельной, зрелой…

Прожив вместе столько лет, он очень хорошо ее знал.

В конце концов, Лу Чжоу такой же, он никогда не любил кого-то утруждать…

После небольшой паузы, Лу Чжоу сказал:

— Но ты моя сестра, а не кто-то посторонний. Сколько бы ты не просила меня о помощи, ты никогда не будешь меня утруждать…

Глаза Сяо Туна наполнились слезами.

— Брат…

Лу Чжоу посмотрела на растроганную Сяо Тун:

— Не скрывай от меня ничего в будущем! Помнишь, что я тебе говорил, когда ты училась на последнем курсе бакалавриата?

Сяо Тун протерла глаза и шмыгнула носом.

— Что? Это было очень давно, как я могу помнить…

Лу Чжоу улыбнулся:

— Я позволю тебе взлететь. — Улыбнулся Лу Чжоу и пошутил. — Кстати, я собираюсь получить Нобелевскую премию по математике.

До этого они говорили на китайском, но последняя фраза была на английском. Поэтому профессор Ангус не мог не сказать:

— Нобелевской премии по математике не существует, есть только по экономике!

— Верно, я согласен с Ангусом. — Сказал профессор Кругман, покачав головой. — Конечно, хотя нет Нобелевской премии по математике, это не мешает математикам получить ее… Если вы продолжите проводить исследования по модели Лу — Бьюли, то в конце концов получите Нобелевскую премию.

— Ха-ха, не волнуйтесь, я знаю, что Нобелевской премии по математике не существует… Я просто пошутил.

Видя, что атмосфера за столом стала более веселой, Лу Чжоу улыбнулся и уже серьезно посмотрел на Сяо Тун.

— После дневного доклада я долго думал. Моя математическая модель сбила с толку такого ученого, как Стиглиц. Даже если он ошибся, то значит с моей моделью что-то не так. Поэтому я внес некоторые улучшения в модель Лу — Бьюли.

Лу Чжоу достал из кармана стопку сложенных листов и вложил их в руки Сяо Тун.

— На этих черновиках улучшенная модель Лу — Бьюли. — После чего Лу Чжоу обратился к Кругману. — Хотя я не уверен, что она и правда так полезна, как вы говорите, с математической точки зрения она более строгая и удобная в использовании, чем прошлая версия.

Профессор Кругман и профессор Ангус сидели ошеломленные. Лу Чжоу улыбнулся Сяо Тун, которая держала стопку бумаг:

— На этот раз твоему брату потребовалось больше часа.

Глава 946. Добродетель

Передав Сяо Тун множество страниц, Лу Чжоу ушел. Профессор Кругман посмотрел на стопку бумаг в руках Сяо Тун и сказал:

— Это подарок тебе от брата, как его использовать решать тебе. Ты можешь опубликовать работу от своего имени или сделать что-то другое. Я хочу, чтобы ты решала сама, но рекомендую выбрать первый вариант… Твоему брату плевать на достижения в экономики, и он хочет помочь тебе… Опять же, решать тебе.

Хотя в научном сообществе строго наказывали за обманы и плагиат, в нем не будут заходить далеко, чтобы выяснить того, кто добился результата.

Это как с неэтичными научными руководителями, которые крали результаты у своих студентов, но большинство закрывали на это глаза.

Точно также, если щедрый научный руководитель откажется от своего труда в пользу учеников, в большинстве случае научное сообщество посчитает, что этот безумец добровольно отказался от прав на исследования.

Дырявые правила лучше их полного отсутствия.

Поэтому, если Сяо Тун решил опубликовать эту работу, как собственную, независимо от ее навыков, пока Лу Чжоу ничего не скажет, сообщество будет верить, что это ее собственная работа.

Сяо Тун долго смотрела на пачку бумаг в руках, а потом вздохнула и решительно сказала:

— Я решила! Я пошла в науку не ради Нобелевской премии. Она заманчива, но… Я хочу получить собственные достижения. Если я получу признания благодаря работе, над которой работала совместно с братом, то буду счастлива… Иначе это неправильно.

Она не против поработать вместе с братом, но присваивать себе все заслуги, где она ничего не делала, ей не хотелось.

Она хотела стать ученой достойной соавторства профессора лу. Она не собиралась выдавать результаты других за свои… И смотрела свысока на таких людей.

Она знала, что еще очень слаба, когда Лу Чжоу настолько силен, что ученые по типу Кругмана должны были склониться перед ним…

Но она все еще молода и у нее неограниченный потенциал!

Сяо Тун посмотрела на Кругмана и серьезно сказала:

— Я хочу опубликовать работу от имени брата… Могу я это сделать?

— Мы не можем опубликовать работу в журнале, но поскольку мы сейчас на конференции, то есть другой способ. Но… — Кругман посмотрел на Сяо Тун и спросил. — Ты уверена? Это результат достойный Нобелевской премии, поэтому хорошенько подумай.

Сяо Тун без колебаний кивнула.

— Уверена.

Хотя у Кругмана было некоторое сожаление, в его глазах виднелось одобрение.

— Я видел много молодых и многообещающих ученых, много успешных, но ученых с такой моралью… Подобный случай один на миллион. Возможно однажды мне стоит навестить твоих родителей и узнать, как они смогли воспитать такого замечательного ребенка. Уверен, они хорошие люди.

— Вы будете разочарованы. Они простые люди. — Сяо Тун улыбнулась. — Но я люблю их.

Профессор Кругман улыбнулся:

— Ценность человека определяется не его достижениями, а его сердцем. Ты поймешь это, когда станешь старше. Тебе следует пойти немного отдохнуть, а мы с профессором Ангусом закончим ужин. Тебе не обязательно сидеть со стариками.

Сяо Тун кивнула и ушла.

Осталось лишь два человека.

Ангус посмотрел на Кругмана, после чего ткнул локтем и утешил:

— У тебя замечательная ученица.

— Да… — Кругман вздохнул и кивнул. — Я могу оставаться равнодушным, когда сталкиваюсь с Нобелевскими результатами… Но если бы я ее не получил ранее, то, боюсь, не смог бы не поддаться искушению. Подобное помогло бы ее карьере.

— Я удивлен.

— Удивлен?

— Да, мне даже не вериться, что ты рассматриваешь что-то с точки зрения своего студента. Я слышал о тебе много плохих слухов.

— Какие слухи? Не думай, что все у меня в кабинете мои ученики. Стать моим учеником не так просто.

Те, кого он не признал, всего лишь помогают ему выполнить квоту на преподавание.

Слухи?

Они могут говорить, что хотят.

Кого это волнует?

…………………………………

На обратно пути Лу Чжоу понял, что поступил немного неправильно.

Однако, поскольку они с Сяо Тун похожи, ему не о чем беспокоиться.

Совершенствование модели Лу — Бьюли его обязанность, как ученого. Он отдал ее Сяо Тун, рассчитывая, что она закончит статью, а также поскольку она его сестра…

Само собой, он понимал, что балует её.

Это исследование уровня Нобелевской премии в не интересующей его области. Хотя он ученый следующий правилам, часть его желала, чтобы Сяо Тун опубликовала исследование, как собственное.

Лу Чжоу вернулся в отель и бросил письмо приглашение на стол. Он собирался сесть за стол и поработать, как у него заурчало в животе.

Тут он осознал, что мало поел.

— Вздох, я слишком много выпендривался, что не поел нормально… Неудачно.

Лу Чжоу посмотрел на часы.

Было уже половина десятого.

Если он сейчас ляжет спать, то ему не нужно будет есть, но еще очень рано.

Ладно, неважно.

Как бы много он не ел, он не набирает вес.

Лу Чжоу уже собирался заказать еду в номер, когда телефон внезапно зазвонил.

Он достал из кармана телефон и увидел, что звонила Чэнь Юйшань.

Лу Чжоу ответил на звонок:

— Алло.

Чэнь Юйшань с ожиданием в голосе спросила:

— Ты завтра свободен?

Немного подумав, Лу Чжоу ответил:

— Да, а что?

— Жди в отеле завтра утром! Я заеду за тобой, ты обещал!

Прежде чем он успел ответить, Чэнь Юйшань закончила звонок.

Лу Чжоу, сбитым с толку, слушал гудки в телефоне.

— А?

Зачем она закончила звонок?

Чтобы у меня не было возможности отказаться?

Я не собирался отказываться!

Лу Чжоу был озадачен.

Я всегда держу свое слово!

Но хорошо, что она позвонила. Я абсолютно забыл про бизнес-конференцию…

Глава 947. Самое захватывающее событие года

На следующий день в первом лекционном зале.

Профессор Кругман вышел на сцену в костюме со стопкой бумаг в руках.

Предполагалось, что этот доклад проведет Сяо Тун, но из-за отсутствия опыта выступлений на крупных конференциях, она не смогла бы правильно донести результаты исследований ее брата.

Но не важно, кто выйдет на сцену для доклада.

Потому что она уже все решила.

Кругман окинул взглядом, затихшую аудиторию, откашлялся и заговорил:

— Уверен, что многие из вас уже услышали вчерашний доклад. Профессор Стиглиц провел полный анализ модели Лу — Бьюли, и, хотя возникли некоторые недоразумения, в итоге все было разрешено. Мне нечего добавить в отношении модели Лу — Бьюли. В действительности, сейчас тут должен стоять не я, а профессор Лу.

После последних слов, в зале снова поднялся шум.

— О чем говорит профессор Кругман?

— Профессор Лу сделал что-то еще?

— Если я правильно помню, этот доклад посвящен применению модели Лу — Бьюли в макроэкономике.

— Похоже, профессор Кругман внес изменения в последнюю минуту и отказался от первоначального плана… Он собирается представить новые результаты профессора Лу?

Профессор Кругман посмотрел на расшумевшуюся толпу и откашлялся, подавая знак аудитории замолчать.

Когда в зале снова воцарилась тишина, он заговорил четким голосом.

— Вчера днем профессор Лу внес некоторые коррективы в свою работу и оставил нам улучшенную версию модели Лу — Бьюли. Некоторые могут усомниться в том, что он смог достичь этого всего за один короткий день. И я тоже изначально относился к результату со скептицизмом, пока не прочитал его работу…

Многие люди в зале пребывали в шоке.

Кроме тех, кто вчера застал выступление Лу Чжоу в зале…

Профессор Кругман немного помолчал и посмотрел на профессора Стиглица, который сидел в первом ряду, потом перевел взгляд на аудиторию и продолжил:

— Я покажу вам улучшенную версию модели Лу — Бьюли. Пожалуйста, слушайте внимательно.

………………

Стоя спиной к аудитории профессор Кругман маркером писал на доске строчки. Он писал, основываясь на своем собственном понимании модели Бьюли и работу Лу Чжоу.

И хотя формулы на доске были лишь верхушкой айсберга, многие ученые, знающие математику, могли ясно видеть улучшения, внесенные Лу Чжоу в модель.

Это можно назвать интуицией ученых.

Профессор Стиглиц один из них.

Он внимательно слушал и наблюдал, испытывая одновременно удивление и облегчение.

Теперь он наконец поверил, что Лу Чжоу не шутил.

Тот факт, что Лу Чжоу смог сделать все это за один, доказывал, что его математические способности намного выше, чем у кого-либо другого…

И дело не только в его математических способностях.

Его умение применять математику в других областях также не имела себе равных!

Боюсь, даже Джон Нэш не смог бы сделать что-то подобное…

— Математика меняет науку… — Пробормотал Стиглиц, глядя на формулы. — Неудивительно, что он может так хвастаться. Но учитывая его способности, он довольно скромен.

Он не просто меняет науку.

Он переосмысливает науку!

По крайней мере, меняет всеобщее понимание математической экономики…

Профессор Кругман перестал писать.

Он посмотрел на листок бумаги в руке, и сравнил его с содержанием на доске. Убедившись, что ошибок нет, он развернулся к аудитории.

— У кого-нибудь есть вопросы?

В зале стояла тишина, никто не поднял руку.

Профессор Кругман посмотрел на стихшую аудиторию и убедился, что предельно ясно все объяснил.

— Тогда на этом все…

Он уже собирался отложить маркер, как кто-то внезапно поднял руку.

— Постойте!

Все сосредоточили внимание на молодом ученым, отчего тот засмущался и спросил:

— У меня нет вопроса, но относительно модели… Как он называется? Она должна иметь отличное название от оригинальной модели Лу — Бьюли?

Это довольно важный вопрос.

В зале послышались новые обсуждения.

Кругман тоже задумался.

Лу Чжоу не дал модели названия…

Как и в случае с моделью Лу — Бьюли, название давали другие.

Похоже, профессор Лу не горит называть в честь себя результаты в области экономики.

Профессор Кругман улыбнулся, а потом серьезно заговорил:

— Может, нам добавить к названию Стиглица? В конце концов, профессор Лу сам признал, что его вдохновил доклад профессора Стиглица…

Но он не успел договорить, как его оборвали.

— Я этого не заслуживаю.

Профессор Стиглиц внезапно встал:

— Кроме того, чтобы мою ошибку выделяли, как вклад в модель.

— О, я не это имел в виду. — Профессор Кругман поспешно объяснил. — Это просто, чтобы провести различие между двумя моделями.

Старик некоторое время смотрел на белую доску.

Наконец, он сказал.

— Мы можем видеть, что улучшенная модель Лу — Бьюли отошла от базовой структуры модели Бьюли. Она более гибкая и точная. Поэтому я предлагаю дать ей совершенно новое название… Модель ЛЧ.

Аудитория зашумела.

Ученые закивали головами в знак согласия.

Хотя некоторые были не уверены в названии, и серьезно все обдумывали.

Профессор Ангус одобрительно кивнул.

— Похоже, вчерашнее событие оказало огромное влияние на Стиглица… Я не в том положении, чтобы оценивать его, но я считаю, что после этой конференции он покажет нам еще новые достижений в экономике.

Вессель, сидевший рядом с профессором Ангусом, совершенно ничего не понимал.

Не сдержав любопытства, он спросил:

— Профессор Ангус… Что произошло вчера?

— Тебя здесь не было? — Профессор Ангус удивился. — О, кажется, тебя и правда вчера не было.

— Что же случилось?

— Ничего, просто жаль, что ты пропустил интересный доклад по макроэкономике. — Профессор Ангус посмотрел на опечаленного аспиранта, ухмыльнулся и добавил. — Вероятно, это самое захватывающее событие года.

Глава 948. Потрясенный мир экономики

Конференция по макроэкономике еще не закончилась, как и доклад профессора Кругмана, но новая работа Лу Чжоу уже стала сенсацией в мире экономики!

Аспиранты активно обсуждали ее на экономических форумах.

«Кто-то присутствует на конференции в Шанхае?! Сделайте прямую трансляцию доклада профессора Кругмана!»

«Модель ЛЧ? Черт! Я два месяца потратил на изучение модели Лу — Бьюли, а теперь она устарела?!»

«Я сейчас на докладе, все в зале посходили с ума! Мало того, что модель ЛЧ станет самой популярной темой для исследований, так еще Лу Чжоу создал ее за день…»

«Боже! Некоторые за день достигают большего, чем другие за неделю… Мир слишком жесток.»

Один впечатляющий результат не что-то особенное, поскольку каждый день появляется множество хороших результатов в экономике. Однако умение получить такой результат за день слишком пугает…

Все были в недоумении.

Всего за день… Он вообще человек?

Другие же обсуждали модель с точки зрения макроэкономики.

Но чем больше они погружались в нее, тем сильнее начинали сомневаться в себе.

Как и сказал Стиглиц, хотя она и родилась из модели Лу — Бьюли, она абсолютно отличалась от модели Бьюли.

А также могла применяться чаще нежели модель Лу — Бьюли. От модели сбережений до средств социального обеспечения. Она могла применяться к целому ряду направлений.

По крайней мере теоретически такое было возможно!

Модель Бьюли не позволяла подобного.

Конечно, недостатки у модели тоже были. Поскольку гибкость возросла, то и возросла ее сложность. Для освоения этой модели нужно знать функциональный анализ и дифференциальные уравнения, а также обладать экономическими знаниями.

Однако по сравнению с преимуществами данные недостатки не заслуживали упоминания

Известный профессор экономики из Стэнфорда опубликовал пост:

«Будет неудивительно, если Нобелевский комитет рассмотрит данную работу для присуждения премии. Очевидно, какое направление в макроэкономике станет наиболее популярным в следующие десятилетия. Уверен, что величайшие достижения в макроэкономике будут связаны с моделью ЛЧ.»

Этот пост получил множество лайков и репостов.

В течении одного дня модель потрясла весь экономический мир.

Сразу после доклада Кругмана, запись была загружена на YouTube.

Тут же ее распространили по всем социальным сетям.

Лу Чжоу не представлял какое влияние оказала его работа. Он даже не знал, что они решать переименовать модель в ЛЧ.

Но он однозначно не айфри-дом.су согласился на это название и остановил бы их.

По элементарной причине. Данное название он уже использовал в других областях.

Почему они такие ленивые?

Они не могут придумать более креативное название?

Например, «Теория управления вселенной» звучало круто. Лу Чжоу слишком стеснялся самостоятельно выбрать такое название, но было бы идеально, если бы другие осуществили его желание.

У входа в отель стоял припаркованный Майбах.

Лу Чжоу зевнул и вышел из отеля.

Из-за официального мероприятия в этот раз он надел более формальную одежду. Он надел свой самый дорогой костюм, что взял в поездку.

Роскошная машина, красивая девушка… И Красивый парень. Такое сочетание однозначно привлечет внимание.

Будучи еще сонным, чувствуя завистливые взгляды вокруг, Лу Чжоу не мог не ухмыльнуться.

Нежная рука толкнула дверь пассажирского сиденья, и водитель произнесла:

— Поторопись.

— К чему спешка? — Лу Чжоу подошел к машине. — Где госпожа Ян?

— Тетя? Она уже там. Она не хочет общаться с нами молодыми. — Чэнь Юйщань поправила волосы и уверенно добавила. — Садись, я отвезу нас туда.

Лу Чжоу собирался уже сесть, как осознал серьезную проблему:

— Постой, ты уверена? Может я попрошу своего водителя…

Чэнь Юйшань нахмурилась:

— Ты сомневаешься в моих навыках?

— Нет…

Лу Чжоу вспотел и посмотрел на Вэн Пэна умоляющим взглядом.

Ван Пэн заметил взгляд Лу Чжоу и заколебался. И какое-то время его взгляд метался между ними двумя, а потом по неизвестной причине он сказал:

— Госпожа Чэнь умеет водить. Оставлю вам больше пространства…. Я поеду позади вас.

— А?

Это четырехместная машина, в ней много места.

Нас всего трое…

Лу Чжоу с неохотой сел на пассажирское сиденье.

Глядя на гордую Чэнь Юйшань, Лу Чжоу осторожно кашлянул и опасаясь за свою жизнь произнес:

— Я верю в твои навыки, но… Пожалуйста, езжай помедленнее.

— Замолчи и просто пристегнись. — Чэнь Юйшань завела машину и хладнокровно нажала на газ. — Сиди спокойно!

Глава 949. Саммит по инновациям и инвестициям в высоких технологиях

В действительности Лу Чжоу не стоило так сильно переживать.

В таком большом городе, забитым машинами, невозможно было ехать быстро.

Глядя на подавленную из-за пробок Чэнь Юйшань, Лу Чжоу утешил ее, облегчено вздохнув про себя.

Но его удивила эта сторона Чэнь Юйшань, которая всегда производила на него впечатление умной и хорошей девушки.

— Ты любишь машины?

Чэнь Юйшань серьезно поразмыслила над вопросом, а потом ответила:

— Конечно было бы неправильно сказать, что они мне не нравятся, но я одержима ими. Просто благодаря этой работе я зарабатываю больше, чем могу потратить. Не говоря уже о покупке машины, у меня достаточно денег, чтобы уже уйти на пенсию.

Она явно шутила.

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Что собираешься уйти на пенсию?

— Конечно, нет. — Чэнь Юйшань улыбнулась. — Я работаю не ради денег. Ты же занимаешься исследованиями не ради наград? Вот ты уйдешь на пенсию, если получишь еще одну Нобелевскую премию?

— Для Нобелевская премия лишь начало, а не конец.

— Что будет, когда коллайдер будет построен?

Лу Чжоу показалось, что ее вопрос звучал серьезно и она ожидала конкретного ответа.

Однако Лу Чжоу не мог говорить о неизвестных вещах.

Немного подумав, он ответил:

— Возможно использую его для открытия чего-то нового, не знаю, чего, но моя интуиция всегда точна.

— Правда? — Не испытывая уверенности, что именно такой ответ она хотела услышать, Чэнь Юйшань ухмыльнулась. — Люди всегда хотят большего… Мы приехали.

Когда они повернули, перед ними предстало уникальное по форме большое здание.

Неподалеку находилась телебашня «Восточная жемчужина», обращённая к здания набережной Вайтань через реку. Две огромные стеклянные сферы, одна большая, другая маленькая, стояли на крыше молочно-белого здания.

Глядя на роскошные автомобили, припаркованный у входа в Шанхайский международный конференц-центр, Лу Чжоу сказал:

— Конференция выглядит роскошно.

По крайней мере это более впечатляюще, чем недавняя церемония открытия.

— Нужно поддерживать стандарт. Сюда приезжают гигантские компании и банки со всего мира. Если хочешь, чтобы с тобой работали, нужно продемонстрировать другим силу. Не говорю о том, что конференцию поддерживают Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Шанхайская организация сотрудничества.

— Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Шанхайская организация сотрудничества?

— Да! Говоря, что чиновники хотят создать новый экономический коридор вдоль межрегиональной энергосистемы Юго-Восточной Азии, чтобы расширить рынок для Свободный-Мир-ранобэ предприятий нашей страны.

— Подобие Шелкового пути?

Лу Чжоу не очень разбирался в политике.

— Похоже, но есть разница в деталях. Хоть мы и доминирует в области термоядерного синтеза и аэрокосмической отрасли, нам все еще нужно наверстать в других областях… Подожди, я сейчас припаркуюсь.

Чэнь Юйшань припарковалась на парковке и посмотрела на Лу Чжоу с вызывающей улыбкой.

Лу Чжоу даже не знал, что сказать.

Тут свободное место и рядом нет машин, я тоже спокойно припаркуюсь здесь…

Однако он не хотел ее провоцировать. Он пошел за ней в конференц-центр…

……………………

Поскольку мероприятие финансировалось крупными организациями, то, очевидно, оно не было похоже на другие.

В здание входили и выходили толпы людей, что стало поразительным открытием для Лу Чжоу.

Огромный зал легко вмещал всех участников. Во всем задние были размещены различные образцы, в том числе модели коллайдера от Китайской академии наук. Это мероприятие походило на уменьшенную копию Всемирной выставки.

Здесь же велись переговоры о контрактах на суммы в десятки миллиардов юаней, что могло повлиять на будущее мира.

Конференция по макроэкономике, что он посетил накануне, бледнела в сравнении с этой.

Лу Чжоу и Чэнь Юйшань разделились и планировали встретиться позже. К Лу Чжоу подошел пожилой мужчина в костюме:

— Академик Лу, верно? Приятно с вами познакомиться.

— Да… — Лу Чжоу пожал руку старику и спросил. — Кто вы?

— Президент Азиатского банка инфраструктурных инвестиций. — Старик протянул визитку. — Вот моя визитка. Можете меня звать просто господином Гоном.

Президент банка!

Лу Чжоу с удивлением взял визитку.

Он удивился, что его узнали и поскольку не ожидал, что организатор поприветствует его лично.

Лу Чжоу взял себя в руки и убрал визитку, после чего улыбнулся.

— К сожалению, у меня нет визиток.

Старик улыбнулся.

— Ничего страшного. Вы ученый. Вам не нужны визитки, чтобы другие могли вас запомнить. Вы представитель китайского научного сообщества. Спасибо, что смогли выделить время в своем плотном графике для посещения этого саммита! Извиняюсь, что не отправили приглашение заранее. Надеюсь, вы не обижены.

— Все в порядке. Я пришел чтобы осмотреться тут.

Энтузиазм старика смущал Лу Чжоу.

Он очень вежлив.

Лу Чжоу казалось, что большинство руководителей в банковской отрасли очень красноречивы.

Однако Лу Чжоу не стал говорить этого вслух.

После приветственной беседы президент Гун предложил Лу Чжоу провести экскурсию по конференции.

Само собой, Лу Чжоу не стал отказываться от бесплатного гида.

Лу Чжоу вежливо принял предложение президента Гуна.

Пока они вдвоем шли, Лу Чжоу задавал вопросы о конференции и о интересных вещах, что ему стоит увидеть, а президент Гун отвечал на его вопросы.

Внезапно Лу Чжоу заметил модель телебашни Восточная жемчужина.

Она была высотой в пять метров и полностью сделана из металла.

Несколько взволнованных европейцев стояли перед ней. Они держали в руках какие-то измерительные приборы, а также делали фотографии.

— Это телебашня «Восточная жемчужина»?

Лу Чжоу посмотрел на табличку рядом с моделью, а потом на сотрудника рядом с башней.

Шэньянский станкостроительный завод?

Какое они имеют отношение к телебашне?

Президент Гун догадался, о чем думал Лу Чжоу и сказал:

— Верно, но это не просто модель телебашни. Она построена в точном масштабе с использованием высокоточного станка от Шэньянского станкостроительного завода. Точность обработки в пределах 0,01 микрон. Я не знаю, правда ли это, но они на вершине индустрии!

— А кто эти люди?

— Инженеры из Siemens. Тут много европейских и американских компаний. Всемирно известные промышленные гиганты прислали сюда своих представителей.

— …

Услышав название компании, Лу Чжоу смутился.

Он все еще помнил, как для постройки шаттла Сяо Ай купил в Европе два высокоточных станка Siemens.

Когда они прибыли в порт Хайчжоу, сотрудники таможни перепугались и сообщили об этом начальству. После этого главный инженер Ян из Шэньянского станкостроительного завода смог получить для них один станок.

Похоже станок использовали с пользой.

Скорее всего они переработали станок и представили новый продукт шокировав иностранцев.

Точность обработки достигла 0,005 микрон, чего едва могли достичь даже лучшие станки.

Когда китайские станки стали такими пугающими?

Безумие!

Инженеры Siemens выглядели шокированными, и Лу Чжоу внезапно стало очень жаль их.

Скорее всего, они не понимали, что эта модель телебашни была создана благодаря их станку.

Единственное, что изменилось — система управления, которая была создана компанией Star Sky Technology для максимального повышения производительности станка…

Лу Чжоу вздохнул и перевел взгляд.

— Похоже ученик превзошел учителя.

Какая разница!

Не я занимался обратным проектированием, так что это не моя вина.

Если Ян Чжунцюаню не стыдно, то почему это должно волновать меня?

Президент Гун кивнул.

— Да, академик Лу, вы правы, наша промышленность…

— Давайте посмотрим на что-нибудь еще.

Президент Гун на мгновение опешил, но быстро кивнул.

— Ладно…

Глава 950. Вы достойный противник

В выставочном зале на стенде стояло серебристый купол.

Это был блок системы жизнеобеспечения X-2 от Space-X, которая является усовершенствованной версией оригинальной системы жизнеобеспечения.

После провала программы «Арес» сотрудничество между Space-X и Blue Origin прекратилось. Переложив всю вину на Amazon контролирующих Blue Origin, Маск нашел нового партнера, японскую компанию аэрокосмических технологий, базирующуюся в Танегасиме. Так появился X-2, предназначенный для лунной среды.

Нет сомнений, что это мудрое решение.

Из-за провала программы «Арес» невозможно начать новые операции по колонизации Марса в ближайшем будущем.

Даже если Конгресс одобрит новую программу, члены комитета по расследованию инцидента на Марсе будут все усложнять.

Таким образом, Китай сейчас единственный клиент, который способен платить за технологии Space-X, потому что только Китай планировал отправлять людей на луну.

Саммит не обошел стороной и американские компании. Получив разрешение на участие в выставке, Маск привез этот купол сюда. Он даже назвал его «Рисовый шарик» в надежде расположить к себе китайцев.

После удаления ключевых технологий, блок системы жизнеобеспечения X-2 обладал ограниченной функциональностью и был на 50% меньше своего истинного размера. Однако этого более чем достаточно для экспоната. Люди могли даже залезть внутрь, чтобы испытать ощутить какого космонавтам.

К сожалению, хотя купол привлекал внимание людей, но никто не приближался, чтобы изучить его или залезть внутрь.

В конце концов, провал программы «Арес» произошел только в прошлом году. И только с помощью китайцев удалось спасти колонистов, а еще потом весь мир столкнулся с угрозой пандемии от марсианских бактерий.

Никто не сомневался, что Space-X обладали передовыми технологиями…

Но люди чувствовали, что им не хватает безопасности.

Таково впечатление людей о Space-X.

Люди подсознательно смотрят свысока на компании, у которых в прошлом были неудачи.

Илон Маск стоял рядом со своим стендом и закончил общаться с журналистами, которые брали у него интервью. Маск посмотрел на незаинтересованных потенциальных инвесторов, проходящих мимо его стенда, и со скукой обратился к мужчине рядом с ним:

— Знаешь, Бобби, я больше всего в жизни сожалею о том, что не приложил больше усилий, чтобы убедить профессора Лу остаться в Лос-Анджелесе, тогда на конференции по материаловедению…

Бобби являлся одним из высших руководителей в Tesla.

Хотя он не имел никакого отношения к Space-X, Маск назначил его генеральным менеджером китайского региона. Он отвечал за завод Теслав Шанхае, а также за любые другие китайские проекты, связанные с Space-X.

Бобби посмотрел на своего начальника:

— Тогда профессор Лу… Уже занимался аэрокосмической отраслью?

Маск покачал головой:

— Нет, он разработал тогда нанопленку для литиевых батарей. В этой технологии нуждалась Тесла… Если быть точнее эта технология нужна была всему миру. Вот почему я обратился к нему и сделал предложение.

— Какую зарплату предлагали?

Маск улыбнулся и покачал головой.

— Его ценность нельзя измерить только зарплатой. Еще тогда я увидел в нем нечто особенное. Я предложил ему стать моим партнером, чтобы вместе покорять автомобильную промышленность… К сожалению, он отклонил мое предложение.

Бобби знал, что имел в виду Маск.

В конце концов, профессор Лу стал объектом любви и ненависти всей индустрии электромобилей. Его обожали за новые аккумуляторы и ненавидели за то, что он владел патентом.

Бобби попытался утешить своего начальника.

— Мы ничего не можем поделать. Он очень хорошо знает себе цену, в отличие от тех ботаников, которых легко обмануть.

— Ну, я думаю, что все можно обсудить. — Маск пожал плечами. — Тогда он был простым профессором Принстона, возможно, он знал ценность своих патентов, но я не думаю, что он мог предсказать настолько огромную их цену. Если бы только я предложил ему больше акций… Возможно это к нам бы приходили все остальные и умоляли работать с нами.

— Я не отрицаю ваших слов, но мне не нравится слово «умоляем» … Мы просто занимаемся обычными деловыми операциями. — Сказал Бобби. — Все основано на взаимной выгоде.

— Я знаю, но иногда я думаю, что если бы я мог перенестись на десять лет назад…

Прежде чем он успел закончить, знакомый голос прервал его.

— Интересная идея, но думаю не стоит так сильно мечтах. Даже если бы вы предложили мне все акции Space-X, я все равно отказался и вернулся домой.

Маск обернулся и посмотрел на двух человек, подошедших к стенду.

— Лу Чжоу?

Рядом с Лу Чжоу стоял президент Гун, которого Маск также узнал.

— Господин Маск, мы снова встретились. — Лу Чжоу улыбнулся и протянул правую руку.

Маск улыбнулся и пожал руку Лу Чжоу.

— Да, давно не виделись. Я всегда хотел навестить вас и сказать, что вы достойный противник.

— Вы тоже достойный соперник. — Лу Чжоу посмотрел на купол позади Маска. — Честно говоря, ваши импульсивные планы по колонизации Марса довольно шокирующе. Даже если наши космонавты были готовы пожертвовать собой, мы никогда не рассматривали вариант с отправкой их на десятки миллионов километров без гарантии их безопасности.

После второй половины фразы Лу Чжоу, Маск смутился.

— Вы здесь, чтобы поиздеваться надо мной?

— Нет, я просто проходил мимо.

— …

Лу Чжоу, похоже, не шутил.

Как он и сказал, он просто проходил мимо.

Однако именно из-за подобного неуважение от конкурента, Маск злился.

Будь это не конференц-центр!

Если бы это был не Китай!

Ему очень сильно хотелось ударить это самодовольное лицо.

Глава 951. Планы Маска

Лу Чжоу просто бродил по выставочному залу и не ожидал встретить соперника прошлого.

Перекинувшись с Маском парой фраз и покинув его стенд, Лу Чжоу посмотрел на президента Гуна.

— Space-X тоже присутствуют?

Президент Гун улыбнулся:

— Конечно, азиатский рынок открыт для всего мира. У нас нет никаких порогов, благодаря этому мы работаем с множеством компаниями со всего мира. — Говоря это, он вдруг что-то вспомнил, поэтому добавил. — Я слышал, что Маск в последнее время наделал много шума в Шанхае.

Хотя Лу Чжоу не интересовался деловыми вопросами, ему стало все равно любопытно, чем занимается так называемый Железный человек в реальной жизни.

— Что он делает?

— Они приобрели североамериканскую компанию по производству зарядных станций для электромобилей. После реорганизации бизнеса они перенесли их штаб-квартиру и завод в Шанхай. Они планируют развернуть производство зарядных станций в Шанхае. Власти Шанхая вполне довольны таким раскладом, поэтому они получают поддержку от соответствующих государственных ведомств.

Хотя Китай решил стандартизировать аккумуляторы несколько лет назад, это не значит, что для индустрии зарядных станций не осталось рынка.

В конце концов, прямая замена аккумулятора дороже, чем его зарядка. И сейчас этим занимаются лишь заправки. Хотя услуги по замене аккумуляторов более удобны в длительных поездках, их функциональность в городе довольно ограниченна.

Благодаря совершенствованию технологии зарядки и дальнейшему расширению покрытия областей зарядных станций, люди смогли бы заряжать аккумуляторов на парком. А это гораздо удобнее замены аккумулятора.

Амбиции Маска были очевидны.

Лу Чжоу внезапно что-то понял.

— Он хочет распространить зарядные станции Теслы по всему Шанхаю?

— Да. — Президент Гун одобрительно кивнул. — Точнее, он собирается разместить зарядные станции, совместимые с Теслой и другими электромобилями, и продавать нам электроэнергию, вырабатываемую нашими электростанциями.

Черт, какая креативная идея!

— И государство согласно?

Президент Гун улыбнулся:

— В этом нет ничего противозаконного. Конечно, мы можем использовать другие методы, отходящие от правил игры, но это может обернуться для нас не очень хорошо.

Выслушав его слова, Лу Чжоу немного поразмыслил и покачал головой.

— Мне слишком тяжело думать над таким…

Увы, наука подходит для меня больше!

Хотя научное сообщество не идеально, ему приходиться сталкиваться лишь с некоторыми проблемами. Ему нужно лишь заниматься исследованиями, оставляя дела бизнеса другим.

Но теперь он чувствовал, что почти достиг потолка академических кругов.

Начиная с Комитета по строительным работам на лунной орбите и заканчивая Международным исследовательским центром лунного коллайдера, казалось, что становится все труднее уйти и оставить проблемы другим, как во времена проекта термоядерного реактора.

Если бы он сосредоточился только на научной стороне, многие проекты были бы невозможны.

— Ха-ха, это довольно хлопотно, но нормальным людям вроде меня все равно нужно чем-то заниматься. В конце концов, не все могут изучать термоядерный синтез и решать математический гипотезы! — Президент Гун улыбнулся и сменил тему разговора. — Давайте не будет об этом. Академик Лу, если вам интересно, вам следует посетить конференцию по развитию индустрии высоких технологий позже. Государство планирует выделить пятьдесят миллиардов юаней на поддержку развития высокотехнологичных отраслей промышленности. Если у вас есть хорошие предложения, то можете их выдвинуть там.

Лу Чжоу покачал головой.

— За последние несколько дней я побывал уже на достаточном количестве конференций, поэтому воздержусь.

Грубо говоря, он и сюда пришел сюда только ради Чэнь Юйшаня.

Еще больше всяких встреч он не выдержит.

Президент Гун улыбнулся:

— Хорошо, если вы просто хотите прогуляться, есть несколько начинающих предпринимателей, которые проводят презентации для инвесторов, которые могут вас заинтересовать.

— Тогда я пойду посмотрю позже.

Президент Гун радостно кивнул и сказал:

— Уже поздно, мне нужно подготовиться к встрече позже, поэтому не буду больше вас беспокоить.

…………….

Возле стенда Space-X Бобби с любопытством спросил у Маска:

— Так что бы вы сделали если бы вернулись на десять лет назад?

Ему было любопытно, что ответит его начальник.

Маск посмотрел на уходящего Лу Чжоу и сказал:

— Я бы сделал все возможное, чтобы убедить его работать на меня или лоббировать Конгресс и дать этим идиотам понять, что этот человек контролирует будущее США… Если это не сработает, то задушить его своими руками тоже вариант. В любом случае, литий-серные аккумуляторы появились, а появление термоядерного синтеза позже не страшно. Все остальное мы можем сделать сами.

Бобби хотел спросить, уверен ли его начальник, что сможет победить молодого двадцатилетнего парня, который тренируется, но передумал и изменил свой ответ:

— И сесть в тюрьму?

Маск пожал плечами:

— Мне даже пофантазировать нельзя?

Бобби вздохнул.

— Хорошо, я понимаю ваши чувства.

Space-X мечта Маска.

Даже если Space-X не приносила никаких денег, это все равно самая ценная компания Маска.

Однако, несмотря на его усилия по созданию этой компании, Space-X потерпела поражение от аэрокосмической промышленности Китая.

Обычный человек не выдержал бы такого удара.

Маск не заметил сочувствия в глазах коллеги и посмотрел, как Лу Чжоу исчезает в толпе. Потому он огляделся и убедившись, что никто не смотрит, тихо сказал:

— Послушай, мне все равно, что думает Белый дом, но мы бизнесмены, и заработать как можно больше денег в других странах это величайшее, что мы можем сделать для нашей страны. После того, как построили реактор Пань-гу, стало ясно, что Китай планирует ускорить процесс урбанизации. Я обсуждал это с некоторыми моими друзьями политиками в Китае, и есть признаки того, что Пекин хочет построить гигантский мегаполис, который охватит всю территорию Шанхая, провинций Цзянсу, Чжэцзян и Аньхой. Он будет называться Городская группа в дельте реки Янцзы. Если им это удастся, то это станет одним из величайших достижений человечества.

Бобби затаил дыхание и пробормотал.

— Это… пугает…

— Но для нас это возможность, пока мы предоставляем услуги по альтернативной энергетике, мы сможем извлекать из этого выгоду. — Маск похлопал Бобби по плечу и одобрительно сказал. — Работай усерднее, мне нужно, чтобы ты представлял Тесла и обогнал все шанхайские зарядные станции… По крайней мере, мы должны получить больше 80% доли рынка.

Глава 952. Презентация стартапов

Лу Чжоу обошел весь выставочный зал.

До встречи с Чэнь Юйшань оставалось еще время. Вспомнив про презентацию стартапов, о которой ему рассказал директор Гун, он направился в конференц-зал.

Презентации проводились в зале средних размеров в боковой части конференц-центра. По сравнению с оживленным выставочным залом здесь царила более серьезная атмосфера.

Когда Лу Чжоу вошел в зал, он увидел, что большая часть мест была занята. На столе перед большинством кресел стояла табличка с указанием имени и компании слушателя.

Лу Чжоу огляделся и увидел, что большинство сидящих здесь людей являлись руководителями крупных инвестиционных банков и фондов.

Не только предприниматели, но и те, кто представлял свои проекты, были не простыми.

Демонстрируемые здесь проекты гораздо надежнее и проработаннее проектов, которые показывали на обычных встречах с инвесторами.

Прежде всего здесь выступали выходцы из известных университетов, а обладание национальными наградами для них обычное дело.

В общем, этим стартапам нужны были только деньги, поскольку всем остальным они уже обладали.

Конечно, хотя эти стартапы прошли отбор, это не означало, что все они будут успешными. Даже получив крупное финансирование от влиятельных организаций не каждый стартап станет денежным мешком.

Однако Лу Чжоу не особо переживал о успешности этих стартапом, он изначально пришел просто посмотреть, а не вкладывать деньги.

Он сел в зале и погрузился в атмосферу происходящего. Внезапно он понял, что это похоже на научные конференции, в которых он участвовал. Один человек показывал презентацию, аудитория критиковала его, затем на сцену выходил следующий человек. Но атмосфера ощущалась по-другому.

Лу Чжоу чувствовал себя не в своей тарелке.

Пока он думал отчего ему тут неуютно, мужчина в костюме, сидевший рядом с ним, пристально оценивал его.

В этом не было ничего странного. Мужчине просто показалось, что Лу Чжоу выглядит знакомым.

Лу Чжоу заметил его взгляд и улыбнулся ему.

— Что-то случилось?

Мужчина улыбнулся и протянул руку.

— Я Сян Хунчуань, партнер венчурного капитала Чжуцзян, а вы?

Лу Чжоу пожал ему руку.

— Всего лишь университетский профессор.

Это эффективный ответ.

Сразу же, как он представился профессором, улыбка мужчины исчезла и после небольших любезностей мужчина закончил разговор.

С точки зрения этого человека, Лу Чжоу просто профессор, который пришел сюда поддержать выступление своего студента.

Лу Чжоу был рад, что его больше не беспокоили и стал смотреть презентации.

Это было просто шоу для Лу Чжоу.

Но он должен был признать, что эти студенты были очень способными, как и сказал президент Гун, некоторые стартапы были весьма интересные.

Например, какой-то парень показывал на сцене дрона, он прямолинейно рассказывал о будущих перспективах рынка гражданских дронов.

Редко, когда у стартапа был реальный продукт для демонстрации. К сожалению, он не объяснил внятно, как он планирует отобрать долю рынка у крупнейшего конкурента DJI, и не произвел хорошего впечатления на инвесторов.

После пятиминутной презентации инвесторы задали несколько вопросов, на которые он не смог внятно ответить.

Лу Чжоу посмотрел на подавленного молодого парня и не мог не вспомнить о своем стартапе в студенческие годы.

Даже сейчас многие студенты Цзиньлинского университета пользуются разработанным им приложением для составления расписания.

Должен ли я поддержать мечту этого молодого предпринимателя?

Однако студент университета на сцене не дал Лу Чжоу ни единого шанса. Он не мог вынести смущения, поэтому быстро ушел.

…………………….

Прошло двадцать минут.

Началась пятая презентация.

Лу Чжоу наблюдал, как молодой парень лет двадцати с небольшим вышел на сцену, а позади него была его презентация.

— Позвольте мне представиться, я Ли Тинхуэй. Я получил диплом инженера-электрика в университете Авроры. Я защитил магистерскую диссертацию по проектированию зарядных станций для электромобилей. Первоначальная идея была облегчить людям зарядку. Проходя стажировку в…

На презентацию давали пять минут, но он потратил минуту на рассказ о себе, отчего инвесторы теряли терпения.

Наконец, он начал рассказывать на сцене о концепции беспроводной зарядке.

К сожалению, он упустил свой шанс.

Инвесторов не волнует происхождение предпринимателя. Их заботили только рыночные перспективы и потенциальные конкуренты продукта… И самое главное, возможная прибыль проекта.

Парень потратил минуту на чепуху, так что его стартап был обречен с самого начала.

Очевидно, что Ли Тинхуэй новичок в бизнесе.

Как следствия, из-за того, что он потратил очень много времени на само представление, у него осталось мало времени на презентацию своего проекта. Он пролистал большую часть 40 страничной презентации.

Но это также его вина, что она сделал такую большую презентацию на пять минут.

В любом случае, инвесторам наплевать на чертежи зарядной станции. Не говоря уже о том, что этот парень всего лишь студент, как только он получит финансирование, они наймут профессиональную команду инженеров для разработки продукта.

Мог ли предприниматель получить финансирование исключительно благодаря своей технологии, а не бизнес-плану?

Мог!

Но он должен быть входить в правительственные специальные программы поддержки ученых или быть профессором известного университета.

И он должен также обладать патентами на основные технологии.

Мужчина рядом с Лу Чжоу что-то своему коллеге, а по его лицу становилось понятно, что он подписал смертный приговор проекты.

Лу Чжоу единственный человек, который заинтересовался презентацией, и он даже обратил внимание на чертежи.

Возможность разработать подобный продукт будучи студентом весьма впечатляла. Однако Лу Чжоу смог разглядеть некоторые ошибки.

Беспроводная зарядка действительно удобная технология.

В конце концов, людям не хотел постоянно подключать зарядный кабель. Если подобную технологию можно было разместить на парковочных местах, то она будет совершенна.

Однако…

Как он планирует убедить другие компании по производству электромобилей внедрить аккумулятор, совместимый с беспроводной зарядкой?

Самостоятельно изготавливать аккумулятор?

Это слишком…

Стоп…

Лу Чжоу нахмурился, когда он вспомнил, что компания Новые материалы Чжуншань, получавшая инвестиции от Star Sky Technology, начала самостоятельно производить литий-серные аккумуляторы.

Он вспомнил, как Лю Ваньшань рассказывал ему об этом.

Сотрудник, стоявший рядом с трибуной, сказал Ли Тинхуэю, что его время истекло.

Ли Тинхуэй закончил свое выступление словами:

— Наша компания использует полученные средства для приобретения оборудования, мы рассчитываем на пять миллионов юаней.

На самом деле, его первоначальная цель составляла десять миллионов.

Однако, он понимал, что десять миллионов невозможно получить.

Презентация закончилась. Настало время для вопросов и ответов.

Как он и ожидал, все молчали.

Ли Тинхуэй смутился.

Он знал, что потерпит неудачу, но надеялся, что инвесторы спросят хоть что-нибудь.

Сотрудник, стоявший рядом, знал, что инвесторы не заинтересованы.

Однако сотрудник все равно спросил:

— Кто-нибудь готов инвестировать?

Ожидаемо, не было никакой реакции.

Сотрудник ободряюще посмотрел на Ли Тинхуэя и уже собирался попросить его сойти со сцены, как с заднего раздался громкий голос.

— Я инвестирую.

Глава 953. Я инвестирую

Воцарилась тишина.

Молчал даже парень на сцене.

— Ваша идея интересна, думаю она хорошая.

Все в зале посмотрели на Лу Чжоу. Лу Чжоу хотел объяснить почему он посчитал этот стартап хорошим, но не знал, что сказать.

Выругавшись про себя, он продолжил:

— Ваша презентация интересная, но думаю пять миллионов недостаточно… Для начала я инвестирую десять миллионов.

Десять миллионов!

В зале поднялся шум.

Для инвесторов тут 10 миллионов не большие деньги, но и не незначительная сумма.

Больше всего их смутило, что кто-то оценивал этот стартап в 10 миллионов.

Однако Лу Чжоу сел обратно, ничего не объясняя. Парень на сцене недоумевал.

Он собирается инвестировать ничего не спрашивая?

Почему он даже не спросил, чем мы сейчас занимаемся?

Это дало бы мне возможность еще раз показать презентацию…

Однако Лу Чжоу ничего не спросил.

Ли Тинхуей даже подумал, что его разыгрывают….

Главный управляющий Чжан из Changjiang Capital сидел в первом ряду и, услышав, что кто-то готов инвестировать в этот убыточный проект, нахмурился и посмотрел на человека в заднем ряду.

Он осознал, что человек на заднем ряду выглядит знакомо.

Кто это?

Он перевел взгляд на своего помощника.

— Сяо Ян, глянь на этого человека… Он выглядит знакомо.

Помощник какое-то время вглядывался в Лу Чжоу, а потом удивленно поправил очки.

Ему казался Лу Чжоу знакомым, но он не мог его никак узнать.

Однако внезапно в его голове промелькнул образ, и он сказал:

— Господин Чжан, это…

— Знаешь кто это?

— Это Лу Чжоу! Академик Лу!

Управляющий Чжан тут же поднял руку:

— Чанцзян Кэпитал инвестирует!

Однако его реакция оказалась слишком медленной.

Не только он опознал Лу Чжоу.

— Это Лу Чжоу?!

— Что он тут делает? Не знал, что он тоже приедет. Слышал только, генеральный директор будет тут… Откуда академик Лу здесь?

— Зарядный станции…. Термоядерный синтез… Я кажется понял.

— Они планируют разработку зарядных устройств! Как я мог не знать про это?!

Поднялись еще три руки.

— Мы готовы инвестировать пять миллионов! Десять миллионов недостаточно, вам следует ориентироваться на Китайскую корпорацию Годянь! Мы поможем вам завершить процесс финансирования! Но мы хотим больше акций!

— Господин Ян, если десять миллионов недостаточно, то что могут сделать пять? Мы готовы инвестировать десять миллионов! Пока у нас будут акции, у не будем вмешиваться в первоначальную команду!

— Ифаньский венчурный капитал готов вложить пятнадцать миллионов!

— Я тоже хочу инвестировать!

В зале тут же воцарился хаос.

Еще мгновение назад эти компании считали проект бесполезный, но теперь они сражались за возможность инвестировать в него.

Ведущий пребывал в шоке.

Никто из инвесторов ничего не спрашивал, наоборот они делали предложения молодому предпринимателю.

Впервые ведущий встретился с подобным.

Даже сам Ли Тинхуэй не понимал происходящего.

Сначала никто не планировал инвестировать, никто даже не спросил у него о бизнес-плане. Он уже смирился с неудачей, но теперь ситуация кардинально изменилась.

Потому что человек с заднего ряда захотел инвестировать десять миллионов.

Наконец, среди кучи инвесторов он смог узнать этого человека…

На самом деле, он мало знал о Лу Чжоу, поскольку не особо следил за новостями.

Однако пару лет назад от своего научного руководителя он узнал про него…

Тогда еще не построили реактор Пань-гу и специальность инженеров-электриков была не так популярна. Его руководитель был обычным профессором электротехники, однако его пригласили на секретный объект в Хайчжоу…

Его научный руководитель помогал строить первый термоядерный реактор.

Ли Тинхуэй не единственный человек, кто удивлялся.

Больше всех удивлялся сам Лу Чжоу.

Черт, я думал вы не хотели инвестировать?

Зачем вы пытаетесь украсть проект у меня?

Впервые Лу Чжоу столкнулся с чем-то подобным вне научных конференций.

В действительно это не имело никакого отношения к самому стартапу.

В конце концов, он не смог придумать ни одной причины почему это хорошая инвестиция. Он просто увидел в парне себя в прошлом, поэтому решил выделить немного денег.

Новые материалы Чжушань имели собственный бизнес по производству аккумуляторов и сотрудничали со многими компаниями. Возможно, они могли бы даже составить конкуренцию Илону Маску на рынке зарядных станций.

Сян Хунчуань, который сидел рядом с Лу Чжоу, наконец понял, что происходит. Он вежливо улыбнулся Лу Чжоу.

Такому мелкому игроку достаточно сложно урвать кусок.

— Эм… академик Лу, десять миллионов довольно крупная инвестиция, а это рискованно. Может быть, вам стоит подумать о диверсификации? У нас есть кое-какие средства, может быть… подумайте над этим?

— …

Может мне его сразу послать?

Хотя ради репутации лучше сдерживаться…

Глава 954. Плохой парень

Лу Чжоу возмутила не двуличность этого мужчины, а скорее…

Неужели я выгляжу так, словно мне нужна помощь в выделении десяти миллионов?

— Подумайте об этом. Мы уже работали вместе раньше с Шанхайской электрической компанией. Мы хорошие партнеры! Разбогатеем вместе!

Лу Чжоу удивился.

А при чем тут Шанхайская энергетическая компания?

Я владею акциями East Asia Power.

— Сяо Хунчуань.

— Да! — Мужчина улыбнулся.

Лу Чжоу вздохнул.

— Раз вы так хотите вложиться в этот стартап, может я вам уступлю и позволю инвестировать все десять миллионов?

Тут же исчезла улыбка с лица мужчины, и он извинился.

— Извините! Я оговорился, все для вас, я посмотрю на следующих участников.

Самостоятельно вложить десять миллионов?

Ну уж нет, без инвестиций Лу Чжоу данный проект ничего не стоит.

Я бы не вложил и миллиона…

Сян Хуанчунь заметил, что Лу Чжоу недоволен и испугался.

Крупные инвесторы с первых рядом все еще боролись за этот проект. Если Лу Чжоу из-за него потеряет интерес к проекту, то крупные инвесторы возненавидят его.

Возможность была прямо перед ним, но он ничего не мог сделать. Это чувство просто разрывало его.

Однако у него появилась идея. Он достал телефон и отправил сообщение своему помощнику.

«Обрати внимание на компании, занимающиеся общественными зарядными станциями в Шанхае, а также на Новые материалы Чжуншань…»

«Покупай столько, сколько можешь!»

………………….

С большим выбором компаний, предлагающих инвестиции, Ли Тинхуэй, подумав, в итоге выбрал Лу Чжоу.

В действительности предложение Лу Чжоу самое плохое, он лишь сказал, что инвестирует. Однако Ли Тинхуей прекрасно понимал, что, пока Лу Чжоу не заинтересовался его стартапом, остальные не хотели вкладываться в него.

Это облегчило его выбор в пользу Лу Чжоу.

Вежливо отказавшись от предложений других компаний, Ли Тинхуэй подписал с Лу Чжоу письмо о намерениях.

Лу Чжоу сказал, что его компания позаботиться о соотношениях капитала.

И хотя письмо о намерениях не обладало обязательной юридической силой, Ли Тинхуэй был уверен, что Лу Чжоу не бросит его.

Ведь Лу Чжоу всемирно известный ученый, у которого нет причин вредить Ли Тинхуэю. А даже если Лу Чжоу его бросит, у него все равно будет повод для хвастовства….

Он мог говорить, что работал с Лу Чжоу над стартапом, но ничего не удалось.

Просто лишь благодаря этому он заслужит уважение.

Подписав письмо о намерения Лу Чжоу надоело смотреть на презентации стартапов. Проверив часы, он увидел, что через десять минут они уже должны встретиться с Чэнь Юйшань, поэтому он покинул конференц-зал.

Ли Тинхуэй пошел за ним, Лу Чжоу решил поинтересоваться.

— Alibaba сделала очень хрошее предложение, почему ты не выбрал их?

Ли Тинхуэй смутился:

— Потому что вы мой кумир, только благодаря вас я смог закончить магистратуру! Для меня большая честь работать с вами, меня не волнуют деньги!

— …

Что за чушь!

Ты даже не узнал меня, а теперь утверждаешь, что мой фанат?

Лу Чжоу подумал и сказал:

— Тебе следует прекратить текущий раунд сбора инвестиций, советую тебе сохранить свои акции. Не зависимо от предложенной цены, не продавай их, особенно Илону Маску. Само собой, я не говорю работать вам за бесплатно. Когда настанет подходящее время для следующей серии инвестиций, можно будет продать часть акций отечественным компаниям. Если же Маск захочет купить их, то ему придется подождать, пока компания не станется публичной.

Лу Чжоу обычно не был заинтересован в публичности компании, поскольку основная бизнес-модель Star Sky Technology опиралась на патенты, где не нужно расширять свой бизнес за счет публичности. Однако для компаний, в которые инвестировала Star Sky Technology, разумно стать публичными.

Поэтому Лу Чжоу не стал бы препятствовать выходу компании выходить на биржу при подходящей возможности. Было бы неплохо привлечь больше партнеров для компании по производству зарядных станций, избегая иностранных.

Ли Тинхуэй послушно кивнул.

— Не волнуйтесь! Я не буду продавать свои акции до выхода на биржу! Максимум разбавлю число акций для финансирования.

Лу Чжоу кивнул.

— Решать тебе.

Ли Тинхуэй внезапно осознал одну странность, поэтому спросил:

— Эм, академик Лу, почему вы так настроены против Илона Маска?

Лу ЧЖоу было лень объяснять, поэтому он ответил:

— Потому что он плохой парень.

— А?

Внезапно Лу Чжоу поинтересовался:

— Кстати, как называется твоя компания?

Лу Чжоу словно вылил на Ли Тинхуэя ведро воды.

Вы инвестируете десять миллионов, и не знаете названия компании…

Конечно, он не стал говорить такого вслух, а лишь улыбнулся и ответил.

— Она называется Бип-Бип зарядка, напоминает звуковой сигнал при зарядке

— Бип-Бип зарядка? — Лу Чжоу нахмурился, но спустя время кивнул. — Ладно, пойдет.

— Все в порядке, это просто название компании. Если оно вам не нравится, мы можем изменить его.

— Нет, название хорошее. — Лу Чжоу махнул рукой. — Продолжайте использовать его.

Глава 955. Контролируя электроэнергию, контролируешь будущее

Телебашня «Восточная жемчужина».

Вращающийся ресторан не верхнем этаже.

В сопровождении официанта в ресторан вошли два человека.

После целого дня на ногах, Лу Чжоу умирал с голоду, поэтому сразу направился к буфету.

Еда здесь была вполне разнообразной для шведского стола. Не настолько хорошая, как в пятизвездочных отелях, но вкусная.

Единственное, что не понравилось Лу Чжоу, это то, что напитки здесь оплачивались отдельно, а бесплатной была лишь вода.

Что за черт?

Они бояться, что посетители перепьют и запачкают им туалет?

Хотя Лу Чжоу не переживал о деньгах, это его все равно злило.

Набрав еды, Лу Чжоу прошел через толпу посетителей и сел обратно. Он начал есть, глядя на Шанхай.

Опробовав блюда, он дал оценку ресторану.

— Десять баллов за вид, четыре за еду.

Чэнь Юйшань посмотрела на серьезное лицо Лу Чжоу и улыбнулась:

— Мы здесь ради вида, а не еды. Вся суть в атмосфере.

Сказав, она осторожно подчерпнула ложкой кусок мороженого и положила его в рот. Ее глаза заблестели от сладости, и она воскликнула.

— Ого! Мороженое тут потрясающее!

Лу Чжоу посмотрел на мороженое и сказал:

— Просто обычное мороженое.

Он видел мороженое, когда брал еду, и оно не выглядело особо аппетитным. Он даже предположил, что ресторан хочет, чтобы гости растапливали мороженое и использовали его как напиток.

Чэнь Юйшань надулась и возразила.

— Нет! Оно вкусное, хочешь немного? Вот, ешь.

— Что?

Лу Чжоу не успел даже среагировать, как пластиковая ложка влетела ему в рот.

Ощущение сладости и холода во рту было приятным, но Лу Чжоу был слишком потрясен, чтобы оценивать вкус…

С победоносной улыбкой Чэнь Юйшань спросила:

— Ну что? Вкусно, правда?

Лу Чжоу прикрыл рот рукой и с болью в голосе ответил:

— Ты ткнула мне в зуб.

— Ой, извини… Дай потру.

Глядя, как Чэнь Юйшань с виноватым лицом собиралась встать, Лу Чжоу быстро остановил ее.

— Не надо, все в порядке.

Боль в зубе не особо отразилась на ужине Лу Чжоу. У него немного болело во рту, но вскоре ему стало лучше.

Наблюдать за вечерним пейзажем за окном во время еды довольно здорово.

Опустошив тарелку на половину, Лу Чжоу все еще был расстроен, что тут не подавали напитков.

— Еда здесь средняя, думаю снизить оценку до тройки.

Глядя на все еще серьезного Лу Чжоу, Чэнь Юйшань сказала:

— Ладно, хватит ворчать на еду. Это туристическая достопримечательность… Кстати, почему ты ешь только жареный рис?

— Нет, я ем его только, где есть шведский стол. — Лу Чжоу начал серьезно рассказывать о своих исследованиях шведского стола. — Если на шведском столе хороший жареный рис, то это хороший шведский стол.

— Что за логика такая?

— Это наука. Как говорят, ты хорош настолько, насколько хороша твоя худшая работа, а жареный рис обычно худшее блюдо… Еда тут не так хороша, как в Шератоне или Синьжуе.

— Синьжуэ? — Чэнь юйшань моргнула. — Когда ты там побывал? Я не слышала про это от тебя.

Лу Чжоу вытер рот салфеткой и ответил:

— Точно, я был вчера там на конференции по макроэкономике.

Чэнь Юйшань удивилась, словно открыла новый мир:

— Ты занимаешься макроэкономикой?

— Не я, а Сяо тун. Ей просто нужна помощь с математикой.

Но разве Кругман не должен самостоятельно помогать Сяо Тун?

Неважно, я потратил лишь пару часов.

— О, Сяо Тун… — Чэнь Юйшань посмотрела в окно. — Интересно, хорошо ли у нее все в Принстоне? Там довольно одиноко.

— У нее все отлично. Как и я, она способна расцвести в любой среде. Она не настолько избалованная.

Чэнь Юйшань улыбнулся.

— Ого… Я думала, что с таким братом, она будет очень избалованной.

Лу Чжоу вздохнул.

— Раньше была. Раньше мне приходилось встречать ее под дождем, но теперь она совсем взрослая…

— Тебе от этого грустно?

— Нет, просто предался воспоминаниям. — Внезапно что-то вспомнив, Лу Чжоу сказал. — Кстати, забыл сказать, что я ходил смотреть презентации стартапов и увидел довольно хороший проект, поэтому вложил в него деньги.

— Что за проект?

— Они называются Бип-Бип зарядка, занимаются зарядными станциями для электромобилей.

— Пфф… — Чэнь Юйшань не смогла сдержать смеха. — Что за странное название?

— Короче, это беспроводные зарядные станции. Понимаешь, о чем я?

— Звучит интересно, сколько ты инвестировал?

— Это лишь первый раунд инвестиций, поэтому немного, лишь десять миллионов.

— Немного… — Чэнь Юйшань со вздохом прижала руку ко лбу и сказала. — В следующий раз скажи мне, прежде чем делать большие инвестиции.

Большие?!

Лу Чжоу был сбит с толку.

Чэнь Юйшань.

— Независимо от прибыли нашей компании. Десять миллионов все равно большая сумму. Мы бизнес, а не благотворительная организации. Откуда уверенность, что они не потратят твои деньги впустую?

— Не волнуйся, парень выглядел вполне надежным.

Чэнь Юйшань вздохнула.

— Дело не в надежности. Зарядные станции часть моего плана, но они не подходят для стартапа. Я бы предпочла приобрести более зрелый бизнес, чтобы легче было расширяться… Правда у стартапов есть и свои преимущества, они более гибкие…

Когда дело касалось бизнеса, Чэнь юйшань превращалась совершенно в другого человека. Она задумчиво стучала пальцем по столу и выглядела так, словно руководила целой страной.

Хотя, с другой стороны, она генеральный директор огромной компании…

Чэнь Юйшань внезапно что-то поняла и сказала:

— Кстати, что конкретно за зарядная станция?

— По словам основателя, они собираются размещать их непосредственно на парковочных местах… По сути парковки станут большим зарядным устройством.

— Значит аккумулятор придется модифицировать?

Лу Чжоу задумался:

— Или можно вставить приемник в аккумуляторный отсек.

— Звучит интересно… Это возможно?

— Думаю, это довольно легко сделать, но это лишь мое мнение… Я спрошу специалистов из Института перспективных исследований. Думаю, в этой сфере найдется несколько экспертов.

— Хорошо, если считаешь, что все получится. Я отправлю кого-нибудь для обсуждения финансирования. Но мы должны продолжать инвестировать в электроэнергию, будь то стартапы или зрелый бизнес. Не только зарядные станции, но и все остальные сферы!

— Все остальные?

— Да! — Чэнь Юйшань уверенно заявила. — Контролируя электроэнергию, контролируешь будущее!

Глава 956. Миллиарды из воздуха

Церемония открытия и заседания по организации работы отделов закончились. Однако Ло Вэньсюань был вынужден оставаться в Шанхае и посещать по несколько собраний в месяц. А работа Лу Чжоу в Международном исследовательском центре лунного адронного коллайдера на данный момент завершена.

Что касается саммита по инновациям и инвестициям…

Первоначально он лишь посещал его, чтобы посмотреть. Проект финансирования Бип-бип зарядки возьмет на себя Star Sky Technology. Лу Чжоу слишком ленив, чтобы заботиться о бизнесе, поэтому он оставил это Чэнь Юйшань.

Пятый день в Шанхае.

В первый понедельник марта Лу Чжоу выписался из отеля и вышел из него с сумкой для компьютера в руках.

Благодаря Ван Пену остальной его багаж уже находился в машине.

Только открыв дверь и собираясь сесть в машину, у него вдруг зазвонил телефон.

— Подожди немного.

Лу Чжоу бросил сумку в машину и достал телефон. Он ответил на звонок и услышал голос Чэнь Юйшань.

— Я увидела в ленте, что ты возвращаешься в Цзиньлин?

Чэнь Юйшань не ожидала, что он уедет так скоро.

— Да, я уже в машине, поезд отправляется через два часа.

— Почему ты так спешишь? — Опечалено спросила Чэнь Юйшань. — Ты всегда сидишь дома, я собиралась воспользоваться возможностью и показать тебе Шанхай

— Здесь особо нечего смотреть. Думаю, все большие города одинаковы. К тому же я не могу просто тратить время в Шанхае, у меня много дел по возвращению.

Хотя он уладил вопрос с церемоний открытия, ему предстояло еще много исследований.

Ему нужно решать гипотезу Римана, уже март и оставалось всего пять месяцев до Международного конгресса математиков в Санкт-Петербурге.

Хотя он добился определенных успехов, он все еще не видел финишной черты.

Подобное для него довольно необычно. Как правило, только найдя возможный путь доказательства, последующие результаты не заставляли себя ждать

Если ничего не случится и у него не будет дел в Цзиньлине, то он планировал закрыться дома и погрузиться в работу.

На несколько месяцев.

— О чем ты? — Чэнь Юйшань разозлило отношение Лу Чжоу, и она сердито сказала. — А в Цзиньлине есть Диснейленд? Нет! А есть ли в Цзиньлине Всемирный выставочный центр? Нет! На набережной тоже столько можно сделать.

Диснейленд…

Лу Чжоу не знала, что ответить.

— Диснейленд… для детей.

На другом конце замолчали.

Через пару секунд Чэнь Юйшань вздохнула.

— Ты совсем не изменилась.

Лу Чжоу не понял, что она имела в виду.

— О чем ты?

— Ты из тех, кто даже не купит два билета, чтобы вместе посмотреть фильм!

После гневных слов она повесила трубку.

— …

Я сказал что-то не то?

Но она звучала так, словно разозлилась…

Лу Чжоу покачал головой и убрал телефон обратно в карман.

Ладно, неважно.

……………………………….

Пока Лу Чжоу возвращался в Цзиньлин из Шанхая, финансовый мир Шанхая переживал неспокойные времена.

Появилась новость о том, что академик Лу инвестировал 10 миллионов долларов в стартап. Стартап специализировался на беспроводных зарядных станциях для автомобилей.

Потом стало известно, что другие инвесторы также боролись за возможность инвестировать в него.

В конце концов, компания Лу Чжоу не публичная, поэтому инвесторы не могли инвестировать в нее. Однако они увидели возможность.

Хотя Star Sky Technology не публичная, венчурные компании на саммите были публичными!

Компания по производству зарядных станций, поддерживаемая Star Sky Technology, в конечном итоге должна искать больше финансирования. И кто ее будет финансировать? Инвестиционные и венчурные фонды!

В их глазах, Бип-Бип зарядка в конечном итоге должна стать публичной!

До тех пор, пока Star Sky Technology захотят сделать ее публичной, Комиссия по регулированию ценных бумаг Китая должно все для них устроить!

Единственная разница на каком этапе финансирования они смогут получить часть акций.

Когда начался разговор по этой теме, Промышленность Чжуцзяна, материнская компания венчурного капитала Чжуцзян, внезапно заявили, что у них нет планов по выходу на рынок зарядных станций, и они не участвовали в финансировании Бип-Бип зарядки, не говоря уже об инсайдерских торгах…

Как только появилось данное объявление, инвесторы мгновенно замерли.

Изначально всем было наплевать на эту компанию, но такое заявление выглядело слишком подозрительно.

Если вы действительно никак не связаны, то зачем делать такое заявление?

Все равно слухи остаются слухами, если только…

Может стоит инвестировать в них, поскольку они финансируют компанию, которую поддерживает сам Лу Чжоу!

В девять тридцать утра открылся фондовый рынок. Цена акций Промышленность Чжуцзяна,выросла до сумасшедших высот, превысив дневной лимит.

Увидев происходящее, инвесторы все осознали.

И это касалось не только Промышленность Чжуцзяна, у других венчурных компаний стоимость акций тоже выросла.

Помимо них, многие люди инвестировали в Новые материалы Чжушань, которая контролировалась Star Sky Technology.

Это показало, что люди действительно не любят думать.

Независимо от убедительности доказательств, торги подняли цену Новых материалов Чжушань.

Когда Лю Ваньшань только проснулся, то обнаружил, что стоимость его активов увеличилась на несколько миллиардов юаней. Расспросив окружающих, он понял, что все это из-за Лу Чжоу.

Этот карнавал безумных инвестиций длился целую неделю, а затем наступила затишье, после того, как инициаторы заработали много денег.

После некоторые даже шутили, что профессор Лу поднял руку и смог создать миллиарды из воздуха.

Хотя это не заслуга Лу Чжоу, он все равно оставил после себя легенду в финансовой индустрии…

Глава 957. Сначала выиграй золотую медаль

Новость о том, что Star Sky Technology инвестирует в Бип-Бип зарядку, затронула не только финансовую область, но и отрасль электроэнергетики и зарядных станций.

Почти сразу же Бобби нашел Маска.

— Сэр, Star Sky Technology приобрели компанию по производству зарядных станций Бип-Бип зарядка. Они собираются конкурировать с нами.

— …

Маск крепко сжал стакан в руке, ощущая, как гнев овладевает им.

Черт!

Этот парень пытается мешать мне?

Сначала аккумуляторы, потом аэрокосмическая промышленность… У него полная монополия на запуски на около лунную орбиту.

А теперь он хочет конкурировать со мной с зарядными станциями?

Ты хочешь усложнить мне жизнь?

Маск вздохнул и попытался успокоиться. Он опустил стакан и медленно произнес:

— Мне все равно… Просто следуй нашему плану. Имидж Теслы дает нам преимущество. У них есть патенты, что бесит, но зарядные станции — это не аккумулятор. Это наше поле, а не их!

Илон знал, что Star Sky Technology сильная компания, Институт перспективных исследований обладал первоклассными возможностями в исследованиях и разработках. Но это не значит, что он собирался проиграть им в области зарядных станций!

Зарядный станции не требовали каких-либо продвинутых технологий. Влияли только два важных фактора, покрытие территории и совместимость! Они не боялись этой битвы.

Мне кажется, или Маск слишком оптимистичен?

Бобби в основном был согласен с начальником, но все же заметил:

— Верно, но, согласно моему расследования, они хотят делать беспроводные зарядные станции… Может, это не так вызывает беспокойство, но нам следует обратить на них внимание.

— Беспроводные зарядные станции? — Маск неодобрительно усмехнулся. — Лу Чжоу отличный ученый, но он ничего не смыслит в бизнесе. Даже если технология беспроводной зарядки догонит по скорости простую зарядку, то нужно сотрудничество от производителей аккумуляторов. В итоге придется переделывать всю цепочку производства электромобилей! Просто смешно.

Знаете, сколько всего производителей автомобилей?

А сколько производителей аккумуляторов?

Зарядные станции лишь аксессуар для новых электромобилей, поэтому на зарядных станциях нужно устанавливать больше совместимостей с различными машинами.

Но хотите заставить других соответствовать вашим стандартам?

Вы даже не в автомобильном отрасли, зачем кому-то прислушиваться к вам?

Не говоря о других фирмах, Тесла никогда не будет сотрудничать с вами!

Маск ухмыльнулся.

Ладно!

Если Лу Чжоу хочет начать войну в области зарядных станций, то мы начнем войну… Я преподам ему урок.

……………

Если бы Лу Чжоу был рядом с Маском, он бы не знал, как реагировать, поскольку тот совершено неверно истолковал его идею.

Однако план Маска раздражал его. Позволить иностранцу приехать в Китай и продавать китайскую электроэнергию обратно китайскому народу немного неприемлемо…

Но Лу Чжоу никогда не рассматривал Маска как серьезного соперника.

Пока Лу Чжоу ехал на поезде обратно в Цзиньлин, он использовал свободное время и просматривал свои заметки о гипотезе Римана. Внезапно ему пришло письмо на почту.

Он не узнал адрес отправителя, но содержание письма подозрительно было знакомо…

«Сэр! Я прошел первый отборочный тур, я в национальной резервной команде!»

Не глядя на имя отправителя, Лу Чжоу уже догадался, что это письмо от Ли Мо. Он предположил, что тот нашел его адрес почты на сайте Цзиньлинского университета.

Лу Чжоу взглянул на письмо и улыбнулся.

Попасть в резерв еще ничто, второй тур отбора еще не начался. В итоге только шесть человек попадают на международную олимпиаду.

И золотая медаль…

Это нелегко.

Любой член резерва, независимо от попадания в олимпийскую команду, уже мог легко поступить в Яньцзинский университет или университет Шуйму.

Однако подобным достижением нет причин хвастаться. Математика требует терпения и упорства, а высокомерие ее злейший враг.

Если этот парень сможет быть скромнее, то может чего-то и добьется.

Лу Чжоу отложил ручку и напечатал ответ.

«Сначала выиграй золотую медаль, а потом приходи хвастаться!»

Ему еще надо поработать над своим характером!

Десять минут спустя проводники напомнили пассажирам, что скоро их поездка подойдет к концу. Лу Чжоу убрал свой ноутбук и записи, а потом покинул поезд вместе с Ван Пэном.

Сев в машину, Ван Пэн внезапно получил звонок. Закончив разговор, он повернулся к Лу Чжоу и спросил:

— Начальство попросило меня узнать у тебя, собираетесь ли вы на Международный конгресс математиков?

— Я еще не решил, а что?

— Обычно, когда важная персона посещает заграничное событие, мы должны координировать свои действия с отделением безопасности иностранного государства, чтобы убедиться в надежности безопасности.

— Все настолько хлопотно?

Хотя он знал, что важная фигура, но не ожидал, что государство будет готовить меры безопасности на месяцы вперед лишь для того, чтобы он поприсутствовал на научной конференции.

Ван Пэн покачал головой:

— Нет, просто необходимая превентивная мера. В конце концов, ты сам знаешь текущую международную ситуацию. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Лу Чжоу посмотрел на записи у себя в руках и какое-то время обдумывал все.

— Если я все же поеду, то за сколько мне нужно сообщить?

— Хотя бы за неделю, но рекомендую за два месяца.

Лу Чжоу кивнул.

— Хорошо, я точно скажу к июню.

Глава 958. Всю жизнь с математикой

Прошло два дня, как Лу Чжоу вернулся из Шанхая.

У себя дома, Лу Чжоу сидел в своем кабинете на втором этаже. Он читал черновики своих работ, когда внезапно увидел, что ему звонят по видео звонку.

Лу Чжоу увидел, что звонила Сяо Тун, и ответил на вызов.

Вскоре после этого на его экране появилось взволнованное и жизнерадостное лицо.

— Брат, ты популярен!

Лу Чжоу не знал, что её так взволновало, поэтому он переспросил.

— Что опять случилось?

— Помните материалы, что ты дал мне несколько дней назад? Профессор Кругман сделал за тебя доклад. Теперь весь экономический мир изучает твою модель ЛЧ! Она в трендах соцсетей!

— ЛЧ?

Сяо Тун взволнованно сказала:

— Да! Профессор Стиглиц лично назвал её так!

— …

Черт!

У экономистов действительно отвратительные навыки в именовании.

К счастью, я ожидал подобного…

Лу Чжоу кашлянул:

— И ты этого радуешься?

— Что за реакция? Это потрясающе! И это еще не все… — Сяо Тун скрестила ноги и загадочно сказала. — Кто-то уже написал рекомендательное письмо в Нобелевский комитет, ты можешь получить Нобелевскую премию по экономике!

Видя восторг сестры, Лу Чжоу улыбнулся:

— Сестренка, тебе следует сосредоточиться на собственных исследованиях… Я бы предпочел получить Нобелевскую премию по физике, нежели по экономике. Но опять же, не так просто получить две Нобелевские премии.

Сяо Тун надулась:

— Ох, сожалею, что забочусь о тебе.

— Ладно, перестань, иди займись своими делами. Я занят, у меня не так много свободного времени, как у тебя.

Сяо Тун хмуро возразила:

— У меня не так много свободного времени! Я тоже занята! Я только вернулась в Принстон, и профессор Кругман дал мне кучу заданий! Я должен читать по две работы в день и конспектировать их… Я тут меньше двух недель! Это перебор!

Лу Чжоу это позабавило, и он сказал:

— Я познакомлю тебя с моими студентами, посмотрев на их нагрузку, ты больше не будешь жаловаться.

Если руководитель дает тебе задания, значит он заинтересован в тебе. Ты бы предпочла, чтобы он дал тебе бесполезную простую работу, которая не улучшит твои навыки?

Было видно, что профессор Кругман довольно серьезно относился к обучению и развитию Сяо Тун. Лу Чжоу никогда не забудет этого.

После небольшой беседы Лу Чжоу повесил трубку и снова сосредоточился на своей работе.

Когда он посмотрел на уравнения, он почувствовал головную боль и тяжело вздохнул.

— Я не смогу закончить до июня…

— Если бы только гипотеза Римана была такой же простой, как ЛЧ модель.

Он с нетерпением ждал поездки в Санкт-Петербург.

Лу Чжоу уже решил сделать часовой доклад о гипотезе Римана. Если он не сможет представить какое-либо значимое исследование, математическое сообщество не перестанет уважать его, но не он.

Лу Чжоу покачал головой и снова сосредоточился на решении этой математической задачи столетней давности…

…………………

Пока Лу Чжоу был занят математикой, Ли Тинхуэй сидел в шанхайском офисе Star Sky Technology, где получил первый в своей жизни финансовый контракт.

Однако контракт ему не понравился…

Прочитав контракт от начала до конца, он неохотно посмотрел на женщину генерального директора, сидящую напротив него.

— Шестьдесят процентов… Не слишком ли много?

Очень немногие стартапы отдавали такие проценты от своих акций в первом раунде, даже тридцать процентов необычно много.

Подписание этого контракта означало, что он потеряет статус мажоритарного акционера и передаст контроль над компанией Star Sky Technology. Более того, это окажет на последующие раунды инвестиций.

Ни одна венчурная компания не будет инвестировать в стартап, основатели которого потеряли контроль над собственной компанией. Если только Star Sky Technology не планировали сами продолжать вкладывать средства.

Чэнь Юйшань ответила на вопрос Ли Тинхуэя.

— Я думаю, что это наиболее подходящее соглашение. Мы не будем вести переговоры.

— Но у Бип-Бип зарядки есть независимая команда исследователей и разработчиков…

Чэнь Юйшань сделала глоток чая и легкомысленно спросила.

— Правда? Как она соотносится с Институтом перспективных исследований?

Ли Тинхуэя подавила аура генерального директора, он не смог произнести и слова.

Чэнь Юйшань постучала пальцем по столу и заговорила.

— Я не согласна с академиком Лу. Он плохой бизнесмен. На мой взгляд, он просто занимается благотворительностью. — Увидев, что парень нервно смотрит на нее, она продолжила. — Мы можем сами провести исследования и разработки в области технологии беспроводных зарядных станций. У нас хорошие отношения с Шанхаем, Цзянсу и Чжэцзяном. Мы вполне может самостоятельно создать компанию, это просто займет немного времени. — Чэнь Юйшань улыбнулась. — А может так? Хочешь работать в Star Sky Technology за полмиллиона юаней в год?

Очаровательную улыбку Чэнь Юйшаня дополнял дьявольский взгляд

Ли Тинхуэй понимал, что это не благотворительность, но он не ожидал, что ее предложение будет таким агрессивным.

— Госпожа Чэнь, не шутите так…

Ли Тинхуэй глубоко вздохнул и поколебался, прежде чем, наконец, подписать контракт.

У него не было другого выбора.

Хотя его жертва была огромной, ресурсы Star Sky Technology слишком хороши, чтобы отказываться.

Будь их связи с государством или их возможности в области исследований и разработок, как сказала госпожа Чень, Star Sky Technology могли легко создать свою собственную компанию.

Действительно…

Я не в том положении, чтобы вести переговоры.

Наблюдая, как Ли Тинхуэй подписывает контракт, Чэнь Юйшань одобрительно кивнула.

— Очень хорошо, Институт перспективных исследований создаст независимый исследовательский институт для разработки беспроводных зарядных станций. Организуй переезд вашей исследовательской группы в Цзиньлин. Что касается людей, которые не захотят, уволь их. Что касается тебя, мне нужно, чтобы ты остался в Шанхае. Перемести свою управленческую команду из небольшого офиса в пригороде в центр города.

— Но…

Чэнь Юйшань не дала ему возможности ничего сказать:

— Это твоя проблема, я отвечаю только за предоставление вам необходимых ресурсов. Вам же выгоднее располагаться рядом с нами.

Эта женщина настоящий дьявол.…

Ли Тинхуэй тяжело вздохнул и кивнул. Он аккуратно убрал контракт и покинул кабинет.

Он надеялся, что его решение было правильным.

Он надеялся, что в будущем не будет жалеть об этом…

Чэнь Юйшань улыбнулась и покачал головой.

Он слишком молод.

У Star Sky Technology были возможности для создания компании по производству зарядных станций, но способность не означала, что они готовы.

Если бы Ли Тинхуэй хорошо подготовился, он бы узнал, что основной бизнес-моделью Star Sky Technology было управление патентами. Они сосредоточены на более важных вещах, таких как сборочный центр космических шаттлов. Они не могли одновременно заниматься зарядными станциями.

Поэтому приобретение компании по производству зарядных станций их лучший вариант.

По этой же причине Star Sky Technology не производили электромобили или литий-серные аккумуляторы. Зачем им брать на себя ненужные риски, когда они могли просто сидеть сложа руки и собирать деньги?

Она полностью солгала говоря, что не согласна с Лу Чжоу и что они могут самостоятельно основать компанию.

Конечно, даже если Ли Тинхуэй понял это, у него выбора особо не было.

В конце концов, ресурсы Star Sky Technology именно то, что ему нужно. С другой стороны, Star Sky Technology в них не нуждалась.

— Вздох, я хочу вернуться в главный офис… Пробки и воздух здесь намного хуже, чем в Цзиньлине.

Чэнь Юйшань собрала документы на столе и потянулась, после чего легла на стол, чтобы отдохнуть

Она вздохнула и тихо прошептала:

— Он даже не позвонил мне, как приехал. Наверное, опять заперся для исследований. Он всю жизнь проживет с математикой!

Глава 959. Пористая мембрана для молекулярного обмена

В этот раз Чэнь Юйшань ошибалась.

Вернувшись в Цзиньлин, Лу Чжоу и правда планировал закрыться и не выходить из дома, пока не решит гипотезу Римана, однако на нем лежало слишком много ответственности.

В этот раз Ян Сюй, директор Института вычислительного материаловедения, обратился к нему за помощью.

Речь касалась проекта литий-воздушной батареи, который был создан пару лет назад.

Лу Чжоу весьма удивился. Вплоть до конца прошлого года отчеты из института говорили, что они добились значительного прогресса в исследованиях литий-воздушных аккумуляторов.

Но в этом году все вдруг стало плохо.

Ван Пэн отвез Лу Чжоу в Институт перспективных исследований. И, когда Лу Чжоу вошел в лабораторию, Ян Сюй тут же схватил его за руку и попросил помощи.

— Пожалуйста, помогите мне! Я больше не могу!

— Успокойся. Я пришел, чтобы выслушать тебя. И не делай вид будто это твои предсмертные слова. Я посмотрю смогу ли чем помочь.

Состояние Ян Сюя потрясло Лу Чжоу.

Став директором Института вычислительного материаловедения, он руководил многими успешными проектами и решил множество исследовательских проблем в области материаловедения.

Работая в передовых исследовательских областях, неудивительно, что он сталкивался с множеством неразрешимых проблем, но что-то смогло замучить его настолько…

Честно говоря, Лу Чжоу стало любопытно, что могло его так нагрузить.

— Помните ту пористую кремниевую мембрану для молекулярного обмена, о которой я писал некоторое время назад в отчете о ходе исследований?

Лу Чжоу вспомнил отчет и кивнул.

— Да.

Сделав глубокий вздох, Ян Сюй продолжил:

— Основываясь на нашем анализе, мы обнаружили, что при определенной разнице давления газ в этом материале может медленно переносить молекулы определенного диаметра от высокого давления на сторону низкого давления. Наша проектная группа немедленно продолжила это исследование и успешно создала обменную мембрану, способную экранировать молекулы газа в диапазоне диаметров 3,4-3,5 ангстрем.

— Разве это не хорошо?

Диаметр молекулы кислорода составлял 3,46 ангстрем, что как раз в этом диапазоне. Хотя аргон также имел диаметр 3,4 ангстрем, что также в пределах этого диапазона, аргон редко встречался в природе, поэтому он не оказал существенного влияния.

— Это совсем нехорошо. — Ян Сюй нахмурился и покачал головой, после чего пояснил. — Верхняя и нижняя границы не фиксированы. Они меняются в зависимости от давления… Вы понимаете к чему я?

Услышав это, Лу Чжоу наконец понял проблему.

— Понятно, теперь я понял проблему.

По сути, эта пористая мембрана для молекулярного обмена похожа на эластичную рыболовную сеть. Когда рыболовная сеть становилась больше, расширялись и отверстия в сети…

Поэтому единственным решением было поддерживать постоянное давление воздуха с обеих сторон, чтобы гарантировать, что только молекулы кислорода смогут проходить через мембрану…

А такое, очевидно, невозможно.

Ян Сюй пояснил, что диапазон линейно изменялся в зависимости от разницы давлений между двумя сторонами.

Не говоря уже о технологической стоимости поддержания давления воздуха на точном уровне с точки зрения безопасности опасно допускать окислительно-восстановительную реакцию при нестабильном содержании кислорода.

Металлический литий не шутка, он взорвется при любой помехе.

При малейшей примеси получится не батарея, а бомба.

— Мы пытаемся уже решить проблему полгода. — Ян Сюй покачал головой. — Мы перепробовали все, что могли.

Лу Чжоу подумал и спросил:

— Вы делали симуляции на моделях? Дай мне взглянуть.

— За мной.

Ян Сюй подошел к компьютеру и щелкнул мышью. Вскоре после этого на экране перед Лу Чжоу появилось трехмерная модель мембраны с пористой сетчатой структурой.

Ян Сюй показывая на модель начал рассказывать:

— Мы попытались увеличить поверхностное давление на одной стороне мембраны, что заставит молекулы определенного диаметра проходить через мембрану с постоянной скоростью…

Ян Сюй снова щелкнул мышью.

По бокам мембраны появились зеленые и красные точки, и они начали собираться у поверхности мембраны.

— Когда поверхностное давление мембраны достигает уровня А, молекулы кислорода начинают перемещаться через нее в газообменную камеру литий-воздушной батареи. Но если поверхностное давление продолжает увеличиваться по мере увеличения разницы давлений и достигает уровня Б, азот также начинает проходить через мембрану… Однако, на самом деле, пока разница давлений изменяется от A до Б, значительное количество молекул азота уже медленно проникают через мембрану.

Красные точки на экране, которые обозначали молекулы азота, прошли через мембрану, вступив в контакт с литиевым анодом.

Глядя на эту демонстрацию в программе, лицо Лу Чжоу серьёзнее.

После демонстрации Ян Сюй вздохнул и сел в кресло.

— Мы нашли решения для молекул воды, углекислого газа и даже молекул монооксида углерода и диоксида серы. Но с азотом… Мы не знаем, как справиться. Это как рой мух, которую невозможно прогнать.

Хотя азот можно использовать в качестве защитного газа в большинстве ситуаций, например, в пищевой промышленности, он не подходит для литий-воздушных аккумуляторов, поскольку азот вступает в реакцию с литием.

Если азот проникнет в систему циркуляции литий-воздушного аккумулятора, то за несколько циклов он станет бесполезным.

Основная причина сложности разработки литий-воздушной батареи заключается в литии, который очень реактивный элемент. Нужно устранить слишком много примесей.

В свое время лаборатория IBM разрабатывала литий-воздушные аккумуляторы. Они даже использовали какую-то технологию распределенных вычислений, точно помещая каждый атом кислорода в литиевый анод…

Очевидно, в итоге они с треском провалились.

Даже IBM пришлось свернуть такой затратный проект.

Хотя Институт вычислительного материаловедения добился некоторых успехов в своих исследованиях, если они не смогут избавиться от примесей в газе, их исследования станут совершенно бесполезными.

Прежде чем обратиться за помощью к Лу Чжоу, Ян Сюй и его команда пыталась решить проблему полгода, но они не смогли добиться никакого прогресса.

Ян Сюй знал, что если он сам не сможет решить эту проблему, то никто другой в Институте перспективных исследований не сможет. Единственная надежда была на Лу Чжоу, основателя вычислительного материаловедения.

Но, хотя Лу Чжоу был уверен в своих силах, он не мог придумать решения.

После долгих раздумий он сказал:

— Я вернусь и подумаю над этим. Если я что-нибудь найду, я сообщу.

Видя, что даже Лу Чжоу не в состоянии придумать решение, Ян Сюй вздохнул без всякой надежды.

— Спасибо.

В самом худшем варианте ему придется отказаться от этой идеи реализации аккумулятора и искать другой.

Лу Чжоу не понимал глубокого отчаяния Ян Сюй, поэтому он смущенно улыбнулся и сказал.

— Не за что…

Этот исследовательский проект может принести миллиарды или даже триллионы долларов!

Даже если меня не интересуют деньги, то его ценность заставляет попробовать…

Глава 960. Подсказка в обломках

Лу Чжоу вернулся к себе домой, неся на своих плечах надежды исследовательской группы литий-воздушных аккумуляторов.

Однако только собираясь покрасоваться своими способностями, он внезапно осознал серьезность проблемы…

Похоже ее не так легко решить…

По крайней мере все оказалось сложнее, чем он изначально представлял…

Лу Чжоу долго смотрел на модель на экране, неподвижно держа ручку в руке.

Через какое-то время он вздохнул и отложил ручку.

— Мембрана для молекулярного обмена… Это тоже нечто высокотехнологичное.

Данная технология невероятно ценная, даже если использовать ее не в аккумуляторах, а для очистки газов. Сейчас самой передовой технологией очистки газа была адсорбция с перепадом давления, но ее эффективность извлечения и чистота далеки от совершенства…

Лу Чжоу встал и подошел к своей книжной полке, потом осторожно потянул книгу в левом нижнем углу второго ряда.

После щелчка ящик под книжной полкой слегка сдвинулся. Лу Чжоу открыл ящик стола и достал металлическую трубку размером примерно с пальчиковую батарейку.

Эта металлическая трубка была Читай на Айфри дом су разорвана по центру неизвестным предметом.

Словно что-то ударило ее по центру из-за чего конструкция аккумулятора погнулась. Кроме обозначения положительной и отрицательных полюсов, на аккумуляторе не было видно никакой другой информации.

Лу Чжоу задумчиво потер поверхность аккумулятора пальцем.

— Ответ должен быть внутри…

Это первый обломок, что он получил.

Данные, отсканированные с помощью сканера-пистолета, безопасно хранились вместе с Сяо Аем в квантовом компьютере.

Однако даже с помощью сканера-пистолета довольно сложно полностью восстановить первоначальное состояние.

До сих пор он лишь извлек из этого обломка полимерный материал, что решил проблему литиевых дендритов. Он мало что узнал о самой технологии литий-воздушных аккумуляторов.

Но он считал, что никто другой в мире не сможет добиться большего, чем он.

— Было бы здорово, если бы мембрана осталась цела, хотя бы немного… — Сказал Лу Чжоу с сожалением в голосе.

Он мог бы использовать сканер для определения состава даже на небольшой части. Возможно, он не смог бы скопировать технологи, но он мог бы получить хотя бы идею.

Но была проблема…

— Постойте-ка…

Лу Чжоу посмотрел на аккумулятор, и внезапно ему в голову пришла идея.

Он быстро сел назад за компьютер и сказал:

— Сяо Ай, покажи мне данные сканирования первых обломков из базы данных!

«Хорошо, мастер! (๑•̀ᄇ•́)و✧»

Вскоре на экране компьютера Лу Чжоу появилась трехмерная модель.

Лу Чжоу стал рассматривать модель. И сколько бы раз он не видел эту модель, он каждый раз поражался.

Благодаря своему увеличенному уровню инженерного дела, он по-новому оценил передовой дизайн в основе этого аккумулятора.

— Невероятно.

Внимательно рассматривая структуру между газообменной камеры и материалом анода, Лу Чжоу не смог удержаться от вздоха.

Мембрана размещалась между газообменной камерой и входом для газа. Газообменную камеру наполняли кислородом высокой концентрации, а затем использовали слой полимерного материала для покрытия литиевого анод. Используя специальный метод, молекулы чистого кислорода перемещаются к отрицательному электроду…

Star Sky Technology могли частично воссоздать часть конструкции.

Но это только возможно, если они смогут найти способ решить проблему с мембраной. Иначе какой бы гениальной не была бы их конструкция, сам аккумулятор будет бесполезным.

«Хозяин? 0.0»

— Ничего, я просто немного удивлен.

Успокоившись, Лу Чжоу вернулся к проблеме и сказал:

— Сяо Ай, покажи данные о составе материала для отрицательного электрода и газообменной камеры!

«Хорошо! Сделано! (๑•̀ᄇ•́) و✧»

Так быстро?

Хотя данные уже находились в базе данных, скорость поиска Сяо Ай все еще немного поражала Лу Чжоу.

Однако сейчас не время думать об этом.

Лу Чжоу посмотрел на схему перед собой и с помощью мыши отметил места на трехмерном изображении, пытаясь найти место, где могла быть мембрана.

Как и ожидалось, он нашел зацепку.

— Интересно… Тут вообще нет следов кремния.

— Места с множеством углеродных остатков должны принадлежать углеродным наносферам… Нет, не обязательно! — Лу Чжоу подумал об углеродных следах на обломках ионного двигателя. — Теперь я понял!

«Что? (°ー°〃)»

Лу Чжоу глубоко вздохнул и попытался сдержать свое волнение.

— Кремний чрезвычайно стабилен, слишком маловероятно, что не останется его следов. А если их нет, то значит… Мембрана для молекулярного обмена там сделана не на основе кремния. Нужно заменить кремний углеродом, так мы решим проблему!

Мысли Лу Чжоу внезапно прояснились и ему не терпелось записать их. Он взял лист бумаги и ручку.

Однако он заметил функцию Римана, которую он ранее написал на листке.

Лу Чжоу нахмурился брови и стиснул зубы.

К черту!

Сначала решу текущую проблему!

Он клялся, что это последнее на что он отвлекается перед решением гипотезы Римана!

Как только он решит эту проблему, то он больше не будет никому помогать.

Глава 961. Замените все углеродом

Вычислительное материаловедение возникло не просто так.

Даже Лу Чжоу не мог рассчитать, какой материал следует использовать для мембраны только лишь с ручкой и бумагой.

Правильный способ решения задач вычислительного материаловедения заключался в поиске приемлемого варианта с помощью экспериментов, а затем создании математической модели. После этого можно с помощью компьютера проанализировать проблему.

К счастью, Ян Сюй собрал много данных.

Первые обломки уже предоставили Лу Чжоу часть ответа, а благодаря экспериментальным данным он найдет оставшуюся часть.

Благодаря этому для него данная проблема не такая сложная.

Лу Чжоу сосредоточил все свое внимание на проблеме. Он досконально просмотрел данные и перевел их на язык математики. И используя вычислительное материаловедения он постепенно решал проблему.

Все шло гладко.

Также легко, как дышать.

Хотя он не проводил никаких исследований в области материаловедения со времен проекта термоядерного синтеза, он не растерял навыков.

В конце концов, именно он создал теоретическую модель структуры электрохимического интерфейса, популярная во всех областях теоретической химии и материаловедения.

И именно она принесла ему Нобелевскую премию по химии.

И если он не сможет решить эту проблему, то никто другой тоже.

Он писал на листке бумаги строки уравнений.

«Используя уравнение Хартри…»

«…»

Лу Чжоу погрузился в работу, полностью отгородившись от внешнего мира.

Его ручка словно лезвие, срезающее сорняки науки…

— Нет необходимости описывать волновую функцию для движения каждой частицы.

— Нам просто нужно найти пространственную волновую функцию плотности частиц всего с тремя переменными…

— Рассчитав все частицы в системы, сможем предсказать физические свойства материала!

— Давно я не чувствовал себя таким счастливым!

Лу Чжоу почувствовал волну облегчения в своем сердце, когда записал последние строки расчетов.

Наконец готово.

За окном уже начинало всходить солнце.

Лу Чжоу посмотрел на восход и вдохнул свежего воздуха за окном.

Утренний ветер подумал на него и Лу Чжоу ощутил себя более комфортно, чем когда-либо прежде.

Он потянулся и ощутил, как усталость накатывает на него. Ущипнув брови, он достал из системного пространства энергетик, после чего выпил его залпом.

Холодная жидкость потекла по его горлу, а ощущение прохлады заставило его вздрогнуть.

В то же время усталость и темные мешки под глазами из-за бессонной ночи исчезли и пришло ощущение свежести.

— Потрясающий напиток. — Лу Чжоу посмотрел на маленькую бутылочку в руке. — Было бы здорово, если бы однажды мог производить такое…

Интересно, доживу ли до подобного.

Лу Чжоу посмотрел на стопку бумаг, исписанных расчетами. Внимательно прочитав все, он убедился, что проблем нет.

Математическая модель создана.

Эту часть можно было сделать с помощью бумаги и ручки, а для расчета остального нет ничего лучше квантового компьютера!

— Сяо Ай.

В правом нижнем углу экрана появилось сообщение.

«Сяо Ай С в о б о д н ы й_м и р_р а н о б э всегда здесь.»

— Помоги мне кое с чем. — Лу Чжоу собрал стопку бумаг и посмотрел на строки уравнений с улыбкой. — У меня здесь есть кое-какие данные и модель. Проанализируй их для меня.

………………

Институт перспективных исследований.

Институт вычислительного материаловедения.

Группа людей с серьезными лицами собралась вокруг оборудования для экспериментов.

Только что они пытались отрегулировали размер пор пористой мембраны для молекулярного обмена. Однако ни компьютерное моделирование, ни результаты экспериментов не оправдали ожиданий.

Все выглядело так, что разработка литий-воздушных аккумуляторов зашла в тупик.

Хотя они были близки к концу, если они не смогут избавиться от проблемы проникновения азота, их исследования были бесполезны…

— Возможно, мы думаем неправильно. — Цянь Чжунмин, стоявший рядом с Ян Сюем, нарушил молчание. — Регулировка размера пор может увеличить проницаемость для молекул кислорода, но нет способа существенно изменить проникание азота. Возможно… — Он сделал небольшую паузу. — Возможно, сама идея использовать мембрану для молекулярного обмена на основе кремния неправильно. Это неосуществимо.

В лаборатории воцарилась мертвая тишина.

Это предложение равносильно заявлению, что их работа в течении последних двух лет напрасна…

Ян Сюй сжал кулак.

Через некоторое время он глубоко вздохнул.

— Попробуем еще раз, если не получиться…

Хотя он не хотел сдаваться, он понимал, что не может держаться вечно за этот путь. Как директор, как ученый, он не мог заставлять людей идти по невозможному пути.

Возможно, ему стоит дать команде отпуск, а самому собраться с мыслями и подумать, как написать итоговый отчет.

Если проект не свернут, то стоит будет обдумать каким путем идти в следующий раз…

Внезапно от входа в лабораторию раздался голос.

— Не нужно, Цянь прав.

Открыв дверь и войдя в лабораторию, Лу Чжоу увидел, что все смотрят на него. Он положил флешку на стол и непринужденно сказал:

— По крайней мере, наполовину.

Ян Сюй посмотрел на флешку и спросил:

— Что это?

— Это модель мембраны для молекулярного обмена из нового материала… — Лу Чжоу кашлянул и пояснил. — Короче, мне нужно, чтобы вы заменили весь кремний в мембране углеродом!

Глава 962. Наконец-то могу воспользоваться

Заменить весь кремний углеродом?!

Ян Сюй застыл.

Цянь Чжунмин и Лю Бо тоже замерли.

Все исследователи в лаборатории посмотрели на Лу Чжоу в шоке.

Странное молчание длилось какое-то время, пока его не нарушил Ян Сюй.

— Заменить… углеродом? — Ян Сюй улыбнулся и покачал головой. — Это невозможно, мы уже пробовали. Мы изначально даже использовали материалы на основе углерода, которые более гибкие по структуре. Но мы выяснили, что углерод не так стабилен, как кремний. — Он пошутил. — Я к тому, что мы пытаемся создать здесь литий-воздушный аккумулятор, а не литиевую бомбу.

Однако никто в лаборатории не засмеялся, даже сам Ян Сюй.

Все были подавленными.

Ведь для них это означало, что два года напряженной работы потрачены зря.

— Потому что вы использовали неправильный метод… — Лу Чжоу огляделся. — У вас здесь есть доска?

Ян Сюй ответил:

— У нас есть белая доска… Прямо позади тебя, что ты хочешь делать?

Ничего не объясняя, Лу Чжоу улыбнулся.

— Тоже подойдет.

Он повернулся к доске, взял маркер, мгновение подумал и начал писать.

«Сополимер этилена с пропиленом, 3,4-полиизопрен, полусульфоновый сшитый блок-сополимер и его химическая модификация…»

Когда ученые в лаборатории растерянно смотрели на названия органических соединений, написанные на доске.

Лю Бо прошептал Цянь Чжунмину:

— Что пишет… Академик Лу?

— Выглядит знакомо. — Цянь Чжунмин тоже не понимал, он смотрел на доску и думал. — Может быть, это формула модифицированной ПДМС пленки? Не похоже…

Модифицированная ПДМС пленка имела не такую длинную формулу, там было просто два соединения.

А Лу Чжоу написал на доске больше пяти соединений…

Ян Сюй пристально смотрел на длинный список названий на доске и тоже не понимал, что пишет Лу Чжоу.

Он знал, что это за соединения.

Они даже были у него в лаборатории.

Но он не знал, зачем Лу Чжоу писал их на доске.

Когда Лу Чжоу перестал писать, Ян Сюй не удержался и спросил:

— Что это?..

— Смешайте эти органические вещества в определенном соотношении для получения пленки. — Лу Чжоу бросил маркер на стол. — Только не забудьте использовать метод холодной прокатки.

Ян Сюй недоверчиво уставился на длинный список на доске.

Он не сомневался в способностях академика Лу.

Просто…

Увиденное перед ним уничтожило все его понимание вычислительного материаловедения и даже самого материаловедения.

— Слишком нелепо, что можно получить, смешав все это вместе? Как контролировать дисперсию? Где гарантия стабильности соединения?

Если все смешать вместе, то получим хаотичную систему!

Если честно…

То как получился такой список?

Как он собирается рассчитать пропорции смешивания?

Не только пропорции, но и порядок смешивания и метод смешивания также приводят к совершенно разным результатам.

Ян Сюй глубоко вздохнул и посмотрел на улыбающегося Лу Чжоу:

— Дело не в том, что я не верю, просто… Давай я попрошу кого-нибудь смоделировать все.

— Не нужно, я уже сделал модель. — Лу Чжоу указал на флешку. — Модель на ней написана на нашем программном обеспечении для вычислительного материаловедения.

Ян Сюй взглянул на флешку. Он не верил, что Лу Чжоу смог справиться с таким огромным объемом работы так быстро.

— Я посмотрю.

Ян Сюй взял флешку и подключил её к компьютеру. Он открыл папку и начал запускать модель.

Все исследователи в лаборатории собрались вокруг компьютера, нервно ожидая результатов расчетов.

Лу Чжоу же уже много раз запускал модель на квантовом компьютере, поэтому стоял спокойно.

Ян Сюй посмотрел на Лу Чжоу и с Сво бодный м ир ра нобэ небольшим колебанием спросил:

— Могу я спросить кое-что?

— Что?

— Ты сделал эту модель вчера?

— Можно и так сказать.

Я не спал всю ночь, поэтому технически я работал над ней еще сегодня.

Ян Сюй выглядел так, словно увидел привидение. Внезапно компьютер стал тише.

Симуляция завершена!

Все склонились к экрану.

Когда на экране появились результаты, ученые замерли.

Согласно расчетам, когда поверхностное давление воздуха на одной стороне этой мембраны на основе углерода достигло точки А, молекулы кислорода начали перемещаться с одной стороны на другую.

После моделирования 24 часов чистота кислорода в газообменной камере достигала 98%! При моделировании 72 часов значение немного колебалось в пределах 0,1%, но оставалось близким к 98%.

Только исходя из этой мембрана из углерода уже превосходила мембрану из кремния.

Их опасения относительно химической стабильности углерода также были совершенно излишними. Материал обладал очень высокой коррозийной стойкостью.

Ян Сюй с неверием посмотрел на результаты на экране.

Вскоре он успокоился и сказал.

— Ты прав. Этот тип углеродной пленки намного эффективнее, чем материал из кремния, который мы разработали ранее. Но проблема в том, что мы все еще не можем гарантировать, что поступает лишь кислород…

Он не договорил, как Лу Чжоу перебил его:

— Почему мы должны гарантировать, что газовая камера должна содержать 100% кислорода?

Лу Чжоу улыбнулся Ян Сюю и внезапно достал маленькую пробирку из кармана.

— Я приготовил это вещество, когда еще учился в Принстоне. Прошло много лет, но я наконец-то могу им воспользоваться!

Глава 963. Переносчик кислорода

Самой сложной частью технологии литий-серных аккумуляторов был эффект, возникающий в процессе зарядки и разрядки, когда промежуточных продуктов полисульфида лития растворялся в электролите. Достигая катода рассеивался и, наконец, вступал в контакт с металлическим литием.

Лу Чжоу смог разработать технологию литий-серных аккумуляторов, изобрел технологию и зарегистрировал патенты раньше, чем это смогли сделать ExxonMobil. У него тогда были серьезные разногласия с профессором Стэнли по поводу технологии литий-серных аккумуляторов.

Профессор Стэнли, которого поддерживали ExxonMobil, переманил ассистента из Института Саррота, украв модель молекул углерода профессора Саррота.

Но благодаря этому, в конечном итоге профессор Стэнли оказал услугу Лу Чжоу и завершил для него задание по анализу наносфер, тем самым помогая ему достичь 4 уровня материаловедения. Косвенно это привело его к получению Нобелевской премии…

Прошло много лет, но Лу Чжоу все еще не поблагодарил этого профессора.

Черный порошок в пробирке представлял из себя молекулы углерода изготовленные профессором Стэнли, а также углеродными наносферами с первых обломков.

Ян Сюй спросил:

— Что это?

— Углеродная молекула с клетчатой структурой, нужная для транспортировки молекул кислорода, хотя я предпочитаю называть этот материал углеродными наносферами. — Лу Чжоу вложил пробирку в Ян Сюю в руку. — Не стоит забывать, что наш материал также покрыт слоев модифицированной пленки. При достижении концентрации молекул кислорода определенной величины, они переносят молекулы с одной стороны на другую, как муравьи.

В общем, Лу Чжоу предлагал две страховки для разделения кислорода и азота. Первой страховкой была мембрана из материалов, перечисленных на доске Лу Чжоу. Она могла обеспечивать среду с содержанием кислорода до 98%!

А вторая страховка была в виде модифицированной пленки ПДМС!

С добавлением углеродных наносфер модифицированная пленка на поверхности литиевого анода будет перемещать молекулы кислорода к поверхности литиевого анода.

— Мы даже можем контролировать скорость окисления лития, изменяя количество углеродных наносфер на пленке, косвенно контролируя производительность батареи.

Услышав слова Лу Чжоу, Ян Сюй с неверием посмотрел на него.

Такое действительно сработает?

Хотя он хотел спросить это у Лу Чжоу, он ученый, у которого прямо перед глазами был образец. Глупо было что-либо спрашивать!

Без колебаний он понес пробирку к оборудованию.

Внутри устройства находилась форма для изготовления батареи и ящик с защитным газом, которые использовались для сборки и тестирования батарей.

Проверить слова Лу Чжоу легко, ему даже не нужно использовать полную модель литий-воздушного аккумулятора.

Ему нужно было всего лишь взять лист лития, покрытый пленкой ПДМС и смешанный с углеродными наносферами. После чего подвергнуть его воздействию различных газов. И сразу будет видно, обладает ли материал заявленными свойствами.

После некоторой сложной подготовки и ожидания эксперимент прошел.

В обычной воздушной среде реакция не очевидная. На поверхности появилось некоторые окисления, что было оксидом лития!

В ряде сред, как азот и углекислый газ, реакции вообще не было.

Что касается среды с чистым кислородом…

Как сказал Лу Чжоу, весь литиевый анод претерпел огромные изменения.

Ян Сюй настолько удивился, что не находил слов.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Если бы ты посмотрел на реакции под микроскопом, то был бы шокирован еще сильнее.

Ян Сюй сглотнул:

— Итак… ты провел этот эксперимент очень давно?

— Я рассказывал, что провел эксперимент, когда еще преподавал в Принстоне, просто никогда его не публиковал результаты.

Конечно, между этой углеродной наносферой и оригинальной, созданной профессором Стэнли, все еще много различий.

Лу Чжоу использовал методы вычислительной химии и скорректировал положение нескольких крупных π-связей на поверхности благодаря чему повысил свойства переноса кислорода.

Однако способ получения таких наносфер не поменялся.

— Поразительно… Их способность переносить кислород поражаетю

Лу Чжоу посмотрел на Ян Сюя и с ностальгией в голосе сказал:

— Да. На самом деле, меня всегда интересовал механизм данного процесса. Я даже создал два теории, но я не могу найти доказательств для подтверждения какой-либо из них.

— Как ты их смог получить?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся:

— Это долгая история. Короче, один старый друг помог мне с синтезом молекул углерода, а потом я сделал некоторые небольшие улучшения в π-связях.

Конечно, самой важной частью это получение первых обломков.

Без обломков ему потребовались бы годы, чтобы найти материал совместимый с молекулами кислорода.

— С патентом никаких проблем?

— Никаких, мой друг продал мне его очень дешево.

Это произошло очень давно.

Вскоре после появления литий-серных аккумуляторов патенты ExxonMobil обесценились. Не говоря уже о том, что литий-воздушные аккумуляторы были лишь концептом. Даже сам профессор Стэнли не знал, что его изобретение можно будет использовать для них. Так Star Sky Technology смогли купить у него патент по очень низкой цене.

Конечно, тогда патент был оформлен на его имя, а не на компанию.

Хотя покупка патента стоила недорого, процесс оформления был довольно трудоемким.

Ян Сюй, не зная подноготной, вздохнул:

— Твой друг хороший человек.

Лу Чжоу сердечно улыбнулся.

— Да, я тоже так думаю.

…………….

Теперь, когда проблема с фильтрацией кислорода решилась, не было никаких сомнений в том, что литий-воздушные аккумуляторы скоро станут реальностью.

Позвонив Чэнь Юйшань и сказав ей разобраться с патентом, Лу Чжоу покинул институт.

Он пришел в институт ранним утром, а когда ушел, был уже поздний вечер.

Провести моделирование было довольно просто, поскольку нужно была просто загрузить готовую модель на компьютер. Эксперименты же с углеродными наносферами заняли довольно много времени, особенно из-за того, что приходилось покрывать лист лития пленкой.

Лу Чжоу сидел в машине Ван Пэна. Он не спал более 30 часов и собирался немного вздремнуть, когда ему внезапно позвонил директор Ли.

Лу Чжоу даже не успел поздороваться, как с другой стороны насточиво спросили:

— Я прочитал отчет! Это правда? На основе углерода… — Директор Ли внезапно понял, что говорить о таком по телефону небезопасно. — Постой, я приеду к тебе домой.

Лу Чжоу зевнул и спросил:

— Где вы сейчас?

— В Пекине! Я вылетаю!

— …

Прежде чем он смог ответить, директор Ли повесил трубку.

Глава 964. Еще по одной причине

Директор Ли не шутил.

Он и правда приехал к нему домой на следующее утро.

Открыв дверь, Лу Чжоу увидел на пороге своего дома директора Ли с пакетом в руке. Немного опешив, Лу Чжоу спросил:

— Вы же не привезли мне завтрак прямо из Пекина?

— Конечно, нет. Я не полетел бы с едой. Слишком жарко! Просто увидел неподалеку магазин с завтраками, поэтому купил немного… — Директор Ли прошел в дом и переобулся в тапочки. Он взглянул на камин в гостиной и спросил. — Обновил планировку?

— Вы пришли посмотреть на мой камин?

— Нет. — Директор Ли улыбнулся, а потом серьезно заговорил. — Я прочитал отчет и углеродном чипе. Команда под руководством профессора У Тяньцюня успешно создала чип из ста тысяч нанотрубок… Это правда?

— Когда я шутил насчет этого? — Лу Чжоу улыбнулся и посмотрел на пакет с едой. — Я очень голоден. Давайте поговорим за едой.

— Конечно!

Директор Ли догадался, что Лу Чжоу еще не завтракал, поэтому купил две порции пельменей и миску лапши.

Тарелка пельменей, тарелка лапши и стакан соевого молока. Для большинства взрослых людей это будет даже много.

Директор Ли наблюдал, как Лу Чжоу почти доел тарелки с лапшой и пельменями, и удивлено спросил:

— У тебя такой большой аппетит?

Лу Чжоу смущенно улыбнулся:

— В последние дни я переутомился. Обычно я так много не ем.

— Может, мне позвонить своему водителю и попросить его принести еще еды?

— Нет, спасибо. — Лу Чжоу вытер рот салфеткой. — Я буду доволен, если наемся на половину.

Директор Ли посмотрел на две пустые тарелки и подумал.

Только наполовину…

Хорошо быть молодым.

Они хотели поговорить за едой, но Лу Чжоу ел слишком быстро, поэтому единственный, кто в итоге ел, пока Лу Чжоу говорил.

Выслушав вопросы от директора Ли, Лу Чжоу сразу понял, насколько серьезно правительство Китая относится к их научному прорыву.

Похоже это больше всего его беспокоило в этой поездки.

Лу Чжоу пошел в свой кабинет и принес оттуда калькулятор размером с ладонь…

Когда директор Ли увидел обычный калькулятор, которым пользовались старшеклассники по всей стране, он не понял, что хотел показать Лу Чжоу.

Лу Чжоу увидел замешательство в глазах директора Ли, поэтому объяснил.

— Процессор в нем использует технологию углеродного чипа.

Тут же директор Ли поменялся в лице и посмотрел на калькулятор.

Словно калькулятор превратился в кучу золота.

Или во что-то еще более ценное, чем золото…

Лу Чжоу посмотрел на директора Ли и сказал.

— Хотя смогли изготовить чип, технология еще не созрела, поэтому мы использовали экспериментальный чип… Он называется чипом X-1, размер транзисторов процессора около ста пятидесяти нанометров. В нем всего несколько сотен тысяч углеродных нанотранзисторов. Вывести его на рынок очень сложно. Единственный плюс в том, что углеродные полупроводники можно получить тем же способом, что и углеродный сверхпроводник, а именно методом химического осаждения в дополнении с травлением. Мы лидируем в этой области. — Лу Чжоу помолчал немного и добавил. — Насколько мне известно, большая часть мирового сверхпроводящего материала экспортируется Китаем.

Директор Ли махнул рукой и заговорил с волнением.

— Не беспокойся о рынке! Пока сможете производить продукт, мы обязательно обеспечим вас рынком!

Нет спроса на рынке?

Может и так.

Но Китай мог бы искусственно создать спрос!

Поскольку этот чип имел шанс обогнать других в области полупроводников, директор Ли собирался написать в соответствующие государственные департаменты. Он хотел сделать калькуляторы с углеродными чипами обязательными во всех школах.

Он не верил, что рынок в десятки миллиардов не мог создать спроса на высокотехнологичный товар.

В конце концов, это изобретение академика Лу!

Директор Ли осторожно осматривал калькулятор в руке так, словно это драгоценный старинный предмет. Через какое-то время он глубоко вздохнул и посмотрел на Лу Чжоу.

— Могу я взять его с собой?

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, у меня есть еще. Но советую бережно хранить его и убедиться, что он не попадет в руки другим.

Директор Ли осторожно убрал калькулятор. И серьезно заявил:

— Не волнуйся, я буду защищать его ценой своей жизни!

Не настолько же, это всего лишь калькулятор…

Он не настолько важен, поскольку его практически невозможно повторить.

Видя, насколько взволнован директор Ли, Лу Чжоу не знал, что и сказать.

— Прямо сейчас наша исследовательская группа работает над семидесяти пяти нанометровыми транзисторами, и мы добились значительного прогресса. Если мы сможем число транзисторов на квадратный миллиметр и уменьшить размер транзистора до пятнадцати нанометров, углеродные чипы превзойдут кремниевые. Для достижения такой же производительности в кремниевых чипах потребуется более ста миллионов транзисторов на квадратный миллиметр…

Выслушав объяснение Лу Чжоу, директор Ли кивнул.

— В действительности после получения отчета в Пекине провели заседание. Мы пригласили нескольких академиков из Института полупроводников Академии наук Китая для оценки. Мы поняли теоретическую сторону отчета, но мы не уверены, насколько вы близки к созданию настоящего чипа. Даже академики не смогли прийти к какому-либо выводу.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

— А что теперь?

— Увидев его у себя в руке, теперь я понимаю. — Директор Ли постучал по калькулятору и продолжил торжественным тоном. — Вообще, я приехал в Цзиньлин еще по одной причине…

Глава 965.

До приезда в Цзиньлин директор Ли не возлагал больших надежд, что Института перспективных исследований сможет создать готовый углеродный чип.

В конце концов, Институт полупроводников Китайской академии наук и бесчисленные промышленные компании тоже пытались разработать их.

Прочитав отчет профессора Лу академики из Академии наук Китая заявили, что Институт перспективных исследований возможно совершил прорыв в интеграции углеродных транзисторов в интегральные схемы. Но они не ожидали, что действительно удастся создать работающий процессор.

Пока мир все еще пытался понять, как интегрировать транзисторы в схемы, Институт перспективных исследований уже создал работающий калькулятор на углеродном процессоре…

Если бы он не увидел это своими глазами, то директор Ли не поверил бы в это.

Но теперь никаких сомнений не осталось.

Сохраняя серьезность, он продолжил:

— Прямо сейчас международная ситуация внешне выглядит спокойной, но с постройки нашей лунной исследовательской станции другие страны предпринимали недружественные шаги. Ты же помнишь инцидент с биосферой?

Лу Чжоу кивнул, выражая свое понимание.

— Это можно считать лишь незначительной проблемой.

— Тогда что считается значительной?

— По достоверной информации, Штаты хотят атаковать нас в полупроводниковой промышленности.

Лу Чжоу слегка ошеломленно спросил:

— Им не нужен сердечник реактора для Калифорнийской термоядерной электростанции?

Будь это несколько лет назад, США действительно могли обойти Китай в компьютерных технологиях.

Однако сейчас был 2022 год, и термоядерная энергетика существовала уже три года…

Даже если они захотят создать техническую блокаду, ситуация не позволит этого сделать.

— Термоядерный синтез наш козырь, очень даже смертоносный. Только благодаря нему мы находимся в текущем положении. — Директор Ли наполнил свою термо-кружку чаем. — Однако у американцев есть другие средства, помимо указов президента. Например, они могут манипулировать поведением рынка, увеличивая затраты на производство полупроводников. Это увеличит наши издержки и ослабит нашу отрасль. Поэтому мы должны действовать первыми!

— Я вроде как понимаю. — Лу Чжоу кивнул. — Итак… К чему вы ведете?

— Подобные решения должны быть оставлены на усмотрения рынка, но иногда мы не можем позволить рынку разбираться самостоятельно. Возможности часто теряются во время ожидания.

Директор Ли с серьезным лицом положил документ на стол.

— Взгляни на это, пожалуйста.

Лу Чжоу немного насторожился от слова «пожалуйста».

Старик редко бывает так вежлив.

Если только не собирался просить о чем-то хлопотном.

Лу Чжоу посмотрел на документ и почувствовал головную боль.

Только вчера он принял решение полностью заняться решением гипотезы Римана, но теперь у его порога снова возникли проблемы.

Однако видя искренность директора Ли, Лу Чжоу со вздохов посмотрел на документ.

Когда он прочитал заголовок, он нахмурился.

— Dragon One?

— Да. — Директор Ли кивнул. — Пожалуйста, сначала прочти!

Лу Чжоу облокотился на спинку и начал читать.

Он редко касался чего-либо, выходящего за рамки исследований, поскольку этим обычно занималась Чэнь Юйшань. Однако содержание документа не сложное, что даже он мог понять.

По сути, это трехстороннее соглашение.

Тремя сторонами были Huawei, Star Sky Technology и Институт полупроводников Академии наук Китая. Конкретный проект касался последнего плана Huawei HiSilicon — процессоров серии Dragon One.

В отличие от Kirin и других процессоров, чипы серии Dragon One будут использовать новейшие полупроводниковые технологии на углероде. Цель состояла в том, чтобы вырваться вперед в полупроводниковой отрасли и добиться автономии во всей производственной цепочке. Таким образом, Китай больше не будет зависеть от международных перерабатывающих гигантов и создаст свою собственную производственную цепочку для углеродных процессоров.

В документе оговаривались соответствующие обязанности каждой организации в области исследований и разработок, а также право собственности на патенты и соответствующие финансовые вложения.

Институт полупроводников и Star Sky Technology лидеры отрасли, которые понесут Huawei на своих спинах. Вместе они как можно скорее создадут углеродные процессоры Dragon One.

Huawei выиграют от сотрудничества с двумя ведущими исследовательскими институтами. Что касается Китайской академии наук, то они общественная организация, поэтому прибыль их не волновала.

Что касается Star Sky Technology, то их преимущества перечислены в документе. Это часть прибыли от процессоров серии Dragon One, а также некоторые единовременные выплаты за научные исследования.

— Интересное предложение. — Лу Чжоу положил документ на стол и немного подумал, прежде чем добавить. — Я покажу его своему генеральному директору… Я дам вам ответ через неделю.

— Без проблем! Рассматривайте столько времени, сколько нужно, если захотите что-то изменить, сообщите. Мы постараемся внести коррективы. Или мы можем пообедать и обсудить это все вместе.

— Ну, тут нечего особо обсуждать. Я всего лишь ученый, я бы предпочел работать в лаборатории, а не в ресторане. — Лу Чжоу улыбнулся. — Но поскольку документ предполагает деловое сотрудничество, я должен проконсультироваться с генеральным директором.

В конце концов, это не просто пара миллионов юаней, это проект стоимостью в миллиарды долларов, который повлияет на всю отрасль.

Принятие поспешных решений не очень хорошо.

— Тогда изучайте его не спеша. — Директор Ли отложил калькулятор и встал с улыбкой. — На этом все с чем я приехал, дам тебе отдохнуть.

— Уезжаете? — Спросил Лу Чжоу. Он думал, что директор Ли хотя бы пообедает, поэтому не смог удержаться и спросил. — Уже возвращаетесь в Пекин?

— Пока нет, сначала мне нужно съездить в Хубэй. — Директор Ли улыбнулся. — Ты только что преподнес нам огромный сюрприз. Все департаменты, занимающиеся полупроводниковой промышленностью, будут очень заняты. Предстоит еще много работы, у меня нет времени, чтобы задерживаться.

Лу Чжоу кивнул.

— Тогда удачи.

Директор Ли собрался покинуть дом, как увидел стопку бумаг на кофейном столике и спросил:

— Мне стало любопытно, что ты изучал в последнее время?

— А… — Лу Чжоу посмотрел на стопку бумаг и ответил. — Просто несколько проектных планов по литий-воздушным аккумуляторам, ничего особенного.

— А, литий-воздушные батареи, тогда ладно…

Директор Ли уже почти вышел за дверь, как внезапно остановился.

В следующее мгновение он резко обернулся.

— Что? Что ты сказал?

Лу Чжоу был немного поражен его реакцией.

— Литий-воздушные аккумуляторы, а что?

А что?!

Глава 966. Сыграть в шахматы

Прошел час.

Взволнованный директор Ли вышел из виллы.

Он сел в свою машину на заднее сиденье. Глядя на пышные зеленые деревья на тротуаре, он произнес:

— Я старею.

Водитель перед ним на мгновение остолбенел, а потом сказал:

— Нет, вам немного за шестьдесят, вы еще сможете работать лет двадцать.

Директор Ли улыбнулся и вздохнул.

— Нет, я больше не молод. Мне уже тяжело поддерживать разговор с вами молодыми. У меня есть, может быть, еще лет пять, прежде чем мое старое сердце не выдержит.

Водитель продолжил ехать и не ответил.

Ему показалось, что у старика какое-то странное непонимание относительно молодежи.

Он хотел спросить, что случилось, но вспомнил, что директор Ли только вышел из дома профессора Лу, а это означало, что они говорили о секретных темах. Поэтому водитель решил молчать.

Директор Ли достал свой телефон и позвонил директору Лу из министерства энергетики.

— Эй? Старый Лу, позволь мне кое-что тебе сказать, эта поездка в Цзиньлин того стоила!

— …

………………….

На самом деле, литий-воздушным аккумуляторы довольно сложно полностью заменить литий-серные аккумуляторы. В конце концов, для поддержания постоянного давления на мембрану, фильтрующей молекулы кислорода, требуется, чтобы аккумулятор находился в постоянном движении.

Благодаря чему машина отлично подходят для применения. Передняя решетка воздухозаборника может использоваться для подачи кислорода к литий-воздушной батарее.

Однако, если кто-то захочет установить литий-воздушный аккумулятор в свой телефон, будет довольно сложно добавить решетку к нему.

В Литий-серных аккумуляторах больше внимания уделяется материалам, в сравнение с ними в литий-воздушных аккумуляторах больше уделяется внимания механизму, например, на использование продуманного дизайна для максимизации плотности энергии.

Это также означает, что чем больше аккумулятор, тем больше пространства проектировщики могли использовать для размещения компонентов и увеличения плотности энергии.

Если доходить до крайностей, то примером может послужить проект IBM «Батарея-500», в котором они хотели использовать технологию распределенных вычислений, чтобы каждая поступающая молекула кислорода точно попадала в гнездо с литием…

Конечно, достичь подобного практически невозможно. По крайней мере, в ближайшем будущем.

После того, как директор Ли ушел, Лу Чжоу убрал черновики.

Все это идеи, которые пришли ему в голову, когда он исследовал структуру обломков, поэтому они были не зрелой разработкой.

Но даже так, благодаря его 6 уровню инженерного дела, они были достаточно продуманными.

Узнав, что литий-воздушные аккумуляторы не является зрелой технологией, директор Ли в конце концов сдался.

Однако перед уходом он заявил, что, когда технология станет зрелой, они могут помочь с утверждением патента.

Обычно процедура утверждения патента может занимать годы, но директор Ли мог ускорить ее до недель.

У Star Sky Technology всегда имелись подобные патентные привилегии.

Лу Чжоу достал свой телефон и позвонил Чэнь Юйшань.

Вскоре после этого в трубке раздался знакомый голос.

— Привет? Ты часто звонишь мне в последнее время. Разве ты не закрылся для исследований?

— Хотел бы… — Лу Чжоу вздохнул и откашлялся. — Директор Ли приходил встретиться со мной.

Чэнь Юйшань спросила:

— Чего он хотел на этот раз?

— Речь шла о процессоре Dragon One.

Лу Чжоу потратил около пяти минут, рассказывая о трехстороннем соглашении и планах по процессору Dragon One.

Он также рассказал о некоторых частях контракта, в которых он не был уверен.

Услышав слова Лу Чжоу, Чэнь Юйшань немного подумала и сказала:

— Это довольно хороший контракт, и патент касается только самого чипа?

— Верно, я могу отправить копию тебе на почту.

— Хорошо, лучше сначала отправь мне контракт по почте. — Чэнь Юйшань помолчала секунду и добавила. — Кроме того, мы должны указать, что технология интеграции чипов на углеродных транзисторах не входит в соглашение. В конце концов, именно мы изобрели технологию, поэтому мы не можем просто позволить другим воспользоваться нами.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Конечно, все, что ты сочтешь нужным. Я также поговорил с директором Ли о прорыве в области литий-воздушных аккумуляторов, поэтому давай поторопимся и зарегистрируем патент.

На другом конце воцарилась тишина.

Лу Чжоу не понимал, почему Чэнь Юйшань вдруг замолчала

Через какое-то время Лу Чжоу спросил:

— Что-то случилось?

Наконец Чэнь Юйшань отреагировала:

— Прорыв в литий-воздушных аккумуляторах?

— Да. — Кивнул Лу Чжоу. — Разве я не говорил тебе?

— Когда?

Лу Чжоу, наконец, понял, что он принес модель к Ян Сюй только вчера, поэтому у него еще не было возможности рассказать ей.

Лу Чжоу смутился.

— Да, моя ошибка.

— Нет, все в порядке, я просто удивилась… Позвольте мне подумать, если мы сможем хорошо разыграть эту карту, это может быть очень эффективно…

Чэнь Юйшань начала размышлять.

Лу Чжоу задумался, не следует ли ему закончить звонок и дать ей время подумать, но она вдруг продолжила:

— Кстати, разве ты не говорил мне, что литий-воздушные аккумуляторы можно использовать в машинах?

Лу Чжоу кивнул:

— Не только в них, но они определенно наиболее подходят. Чем больше аккумулятор, тем выше плотность энергии. Кроме того, из-за особенностей молекулярной мембраны кислорода ее лучше использовать в движущихся транспортных средствах.

Словно Чэнь Юйшань только что выиграла в лотерею, она взволнованно сказала:

— Поняла! Я разберусь с этим! И еще, опубликуй несколько статей о литий-воздушном аккумуляторе. Вам не обязательно делать их слишком подробными, просто расскажи миру, что мы добились прогресса в исследованиях.

Что значит опубликуй несколько статей…

Писать статьи совсем не просто. Я не могу просто написать любой бред. Я ученый с Нобелевской премией, на кону моя репутация.

Лу Чжоу вздохнул на ее слова.

— Что ты планируешь делать потом?

Чэнь Юйшань ухмыльнулась и выпрямилась, сказав уверенным тоном:

— Я собираюсь сыграть большую партию в шахматы!

— ?..

Глава 967. Просто напиши

Сыграет в шахматы…

Она может говорить более понятно?

За окном уже темнело.

Лу Чжоу с головной болью сидел и смотрел на пустой экран компьютера. Он посмотрел на мигающий текстовый курсор и внезапно покачал головой.

Он должен опубликовать статью, которая не раскрывала бы никаких секретов или какой-либо конкретной научной информации. Однако она должна показать миру, что Институт перспективных исследований совершил крупный прорыв в области литий-воздушных аккумуляторов…

Также он должен сделать ее более поразительной…

И как мне просто написать статью?

Лу Чжоу много лет проработал в научных кругах, но впервые столкнулся с подобной ситуацией.

Он почесал затылок и хотел уже сдаться, как внезапно его внимание привлекла пробирка на углу стола.

Тут же его захлестнуло вдохновение.

Он встал со стула и взволновано крикнул:

— Придумал!

Поскольку он не мог написать о конкретных технических деталях литий-воздушной аккумуляторов, лучше всего сосредоточиться на математической модели. Он мог просто опубликовать статью по вычислительному материаловедению и избежать разговоров о литий-воздушном аккумуляторе.

Его глаза вспыхнули, а руки начали бегать по клавиатуре. Он напечатал строку заголовка в ранее пустом документе.

«Исследование влияния молекул углерода с клеточной структурой на перемещение молекул кислорода в материале ПДМС и перспективы его применения в области литий-воздушных аккумуляторов»

Прочитав название, Лу Чжоу не мог не похвалить себя:

— Я гений!

Заявка на патент на новые молекулы углерода с клеточной структурой уже заполнена. Хотя он скорректировал несколько больших π-связей в молекулах, у него все еще были патентные права.

Он завершил эксперимент и располагал всеми данными, поэтому даже его студенты могли написать эту статью.

Лу Чжоу потратил пару часов на написание и форматирование статьи.

После того, как он преобразовал её в PDF формат, он прикрепил файл к письму и просмотрел свои контакты. Он размышлял куда отправить статью.

Nature?

Science?

Ничто из этого не подходило.

Подобный не интересный результат долгое время будет в очереди. Он сомневался, что статья может достичь нужного эффекта.

В итоге Лу Чжоу решил.

Поскольку это плохая статья, я не собираюсь отправлять ее в Nature.

После некоторого раздумья Лу Чжоу отправил письмо в редакционный отдел Журнала американского химического общества.

Хотя Журнал американского химического общества не так знаменит, как Nature или Science, он по-прежнему обладал высоким импакт-фактором в области материаловедения и химии. Это один из ведущих журналов в своей области.

Статью, за которую он получил нобелевскую премию он также публиковал у них.

Поскольку он рецензировал некоторые статьи для журнала, у него были хорошие отношения с редакционным отделом. Поэтому одобрение статьи заняло не так много времени.

После всего этого Лу Чжоу потянулся и пошел спать.

………….

На другом конце света, в США.

Кто-то из редакционного отдела Журнала американского химического общества воскликнул:

— Господи! Канов, угадай, что только что пришло на почту? Статья от профессора Лу!

Канов потрясенно посмотрел на Агриса, главного редактора.

— Разве вы не просили меня угадать… Подождите, что вы сказали? Статья от профессора Лу? Он вернулся к материаловедению?

Канов с улыбкой посмотрел на главного редактора и сказал:

— Что значит вернулся, он никогда не оставлял материаловедение. Или ты забыл, кто является основателей вычислительного материаловедения? Он лауреат Нобелевской премии 2018 года!

Журнал опубликовал много статей уровня Нобелевской премии, но работа, что Агрис лично одобрил в 2018 году, единственная в его карьере, получившая Нобелевскую премию.

Одного этого достаточно, чтобы он мог хвастаться этим до конца своей жизни.

Канов тихо пробормотал:

— Но он, похоже, так не считает.

— Это не имеет значения! Важно то, что думаем мы! Забудь, дай сначала посмотреть работу. — Сказал Агрис, распечатав документ и начав читать.

Канов увидел, что Агрис серьезно смотрит статью, поэтому не удержался и спросил:

— Что там?

— Перемещение молекул кислорода с использованием молекул углерода с клетчатой структурой в материале ПДМС… Черт, речь идет о литий-воздушных аккумуляторах! — Агрис глубоко вздохнул и перевернул страницу. — Я слышал, что Институт перспективных исследований занимается исследованиями литий-воздушных аккумуляторов и что руководителем их проекта является Ян Сюй!

Канов знал о Ян Сюе, поэтому не мог не сказать:

— Автором этой статьи является Лу Чжоу…

— Именно. — Агрис сглотнул и сжал бумаги. — Знаешь, что это значит? Это значит, что они могли добиться успеха!

Канов не знал, почему Агрис продолжал отвечать на собственные вопросы.

Однако он понял, почему главный редактор придавал этому такое большое значение.

Основываясь на прошлом опыте, когда дело доходило до популярных научных исследовательских проектов, после научного прорыва, исследовательская группа воздерживалась от немедленных публикаций результатов.

Публиковались они обычно только оттого, что их заставляли это сделать. Часто они публиковали тривиальные исследования, которые не могли вдохновить их конкурентов.

Ян Сюй за последний год не опубликовал ни одной статьи. Однако все знали, что его исследовательская группа добилась значительных успехов.

Теперь, когда Лу Чжоу внезапно опубликовал статью…

Не говоря уже о том, что статья посвящена огромному прорыву.

Существовала только одна возможность, а именно, что Институт перспективных исследований уже получил патент на технологию и, возможно, даже разработал технологию!

Это единственным объяснением, почему они опубликовали подобную статью.

Никто не сомневался в том, что статью опубликуют.

Проблема были в поиске подходящего рецензента.

Агрис посмотрел на Канова и спросил:

— Кто еще работает в этой области?

Канов на секунду задумался и ответил:

— Профессор Джефф Дан из университета Далхаузи в Канаде. Он является пионером в промышленном применении тройных соединений и провел хорошие исследования литиевых батарей. Он опубликовал множество научных работ… Думаю, он хороший выбор.

Агрис подумал, а потом покачал головой:

— Это может быть проблемно. Он работает над проектом IBM, поэтому у него может не быть свободного времени. Нам нужно найти эксперта, но не конкурента.

— Это будет сложно. — Канов почесал затылок, а потом он вспомнил ученого. Его глаза загорелись. — Я знаю! Он идеальный выбор!

Агрис спросил:

— Кто?

— Профессор Стэнли Уиттингем из Бингемтонского университета! Он публиковал статью о катодах из сульфида титана. Я думаю, что он больше не проводит экспериментов, но я до сих пор помню, как меня поразила его статья… — Увидев нетерпение в глазах главного редактора, Канов быстро добавил. — Я заметил, что профессор Лу ссылался на его результат исследования о молекулах углерода с клетчатой структурой. Он идеальный рецензент для этой статьи!

Глава 968. Одобряю

Хотя идея Канова проблемная, в мире никто не подходил лучше, чем профессор Уиттингем.

В конце концов, это считай пригласить автора рецензировать его же работу.

Университет Бингемтона.

Внутри химической лаборатории.

Профессор Уиттингем только вернулся с лекции. Он бросил учебник в руках на диван и, напевая веселую мелодию, сел за стол.

После его неудачи несколько лет назад ExxonMobil потеряла возможность выйти на рынок литий-серных аккумуляторов, а также потеряла к нему доверие.

Это стало огромным ударом по его самооценке, заставив страдать от депрессии долгое время.

Однако постепенно он вышел из тени этого человека.

Он перестал реагировать, когда видел Лу Чжоу по телевизору.

Он не единственный, кто был сокрушен Лу Чжоу…

Материаловедение область, где присутствовал элемент везения. Некоторые могли никогда не достичь желаемых результатов, в то время как другие преуспевали по счастливой случайности.

Даже лауреат Нобелевской премии по химии 2008 года Мартин Чалфи сказал: «Иногда, если эксперимент не удался, попробуйте выбросить образец на землю или в море. В конце концов, у кого-нибудь получится».

Очевидно, боги благоволили профессору Лу, поэтому профессор Стэнли Уиттингем держался от него как можно дальше.

Профессор Уиттингем собирался попросить своего помощника приготовить ему еще чашку кофе, когда тот внезапно сказал.

— Профессор, вам пришло предложение на рецензию от Журнала американского химического общества.

Что-то на рецензию от Журнала американского химического общества?

Интересно.

Профессор Стэнли небрежно ответил:

— Распечатай, дай мне его проверить.

— Хорошо, профессор!

Глядя на занятого работой помощника, профессор вдруг вспомнил, что забыл попросить еще чашку кофе.

Эх, с возрастом память все хуже.

Ладно, я приготовлю её сам.

Профессор вздохнул и покачал головой. Он встал и пошел к кофеварке.

Когда он снова сел за свой стол, его студент принес распечатанную статью.

Профессор отпил кофе, читая название статьи. Он не смог удержаться от усмешки.

Литий-воздушный аккумулятор?

Что за идиот на этот раз?

Однако, как только он увидел имя автора, его брови нервно дернулись.

Лу Чжоу!

— Только не снова…

Профессор сделал еще глоток кофе и притворился, что не виделимя автора. Он начал читать аннотацию статьи.

Однако он не мог сосредоточиться.

Он дочитал первую строчку лишь до половины, когда внезапно выплюнул кофе изо рта.

— Презренный вор! Лжец! Бесстыдник!

Профессор не обратил внимания на пролитый на одежду кофе и вскочил.

Все в кабинете были ошеломлены и старались не встречаться взглядом с сердитым профессором.

Уиттингем уставился глазами полными яростью на бумаги в руках. Ему хотелось разорвать бумагу в клочья.

Молекулы углерода с клетчатой структурой!

Она моя!

Он никогда не забудет события шестилетней давности, когда его научная карьера была разрушена чертовыми углеродными наносферами!

— Когда чистота кислорода на одной стороне модифицированной пленки достигает 96,7%, углеродные наносферы, встроенные в пленку, действуют как транспортеры, перемещая оставшиеся молекулы кислорода…

— Это довольно интересное явление. Концентрация кислорода нелинейно уменьшается по мере уменьшения толщины модифицированного материала. Предполагаю, что есть две возможности для этого явления… Черт, позор…

Лицо профессора было красным, как у помидора. Словно что-то застряло у него в горле и мешало ему дышать.

Его помощник тут же подошел и дал ему стакан воды.

Уиттингем отпил и смог отдышаться.

— Спасибо…

Он снова сел и сжал бумаги в руке с глазами полными сожаления.

Меня обманули.

И не только меня.

ExxonMobil тоже переиграли.

Хотя шесть лет назад его обманул этот «двойной агент», он не ожидал, что спустя шесть лет над ним снова будут насмехаться.

— Черт, я должен был догадаться…

С сожалением в голосе пробормотал профессор, держась за волосы.

Почему я не попробовал добавить эти молекулы углерода к полимерному материалу и не попытался выяснить какие будут характеристику в среде чистого кислорода?

Я проводил подобные эксперименты раньше, у него богатый опыт в области материаловедения!

Однако реальность полна разочарований.

Никто не ожидал, что модифицированная пленка ПДМС может быть использована в литий-воздушных батареях…

Хотя он назвал Лу Чжоу вором, он решил проигнорировать тот факт, что модель материала была украдена из лаборатории Саррота…

Студенты в кабинете молча переглянулись.

Шесть лет назад большинство из них еще учились на бакалавриате, а некоторые даже учились в старших классах.…

Помощник посмотрел на своего руководителя и спросил.

— Тогда… Мы отклоняем работы?

— Нет… — Профессор скомкал бумагу в комок и выбросил в мусорное ведро. — Одобряю!

Одобряете?!

После того, как вы так сильно разозлились, почему вы одобряете?

Помощник посмотрел на своего разгневанного руководителя, не зная, шутит профессор или нет, затем сел за свой стол и начал писать ответ в редакцию.

Обычно процесс рецензирования статьи занимал больше времени, но, видя, что рецензент уже закончил читать статью…

Помощник просто писал какие-то общие комментарии в рецензии.

Профессор Уиттингем посмотрел на своего помощника и начал успокаиваться. Он тихо пробормотал сам себе под нос:

— Подобный результат исследования… Даже если Нобелевский комитет не интересуется материаловедением, комитет по присуждению премии Американского общества материаловедческих исследований отнесется к нему серьезно.

Хотя свойство углеродных молекул в модифицированной пленке не открыто им, если их действительно можно использовать для литий-воздушных аккумуляторов…

В какой-то степени он мог получить от этого пользу.

Но я все еще чертовски зол!

Я не могу с этим смириться.

Сделав множество глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, Уиттингем решился на компромисс.

Поскольку этот позорный сурок решил использовать мои исследования в качестве ориентира, я мог бы проявить великодушие…

Глава 969. Решение

Пригород Шанхая.

В конференц-зале двадцатиэтажного офисного здания, заставленном картонными коробками, за столом для совещаний напротив Ли Тинхуэя сидел белый мужчина с большим носом, словно чего-то ожидая.

Стрелка часов с щелчком показала час.

Щелчок словно прервал размышления Ли Тинхуэя.

Он глубоко вздохнул и положил контракт на стол.

— Извиняюсь, но я не могу принять ваше предложение.

Это контракт на приобретение, не Бип-Бип зарядки, а его самого.

Предложение Бобби была действительно привлекательной.

Он максимально старался, чтобы продать 60% акций Star Sky Technology за 10 миллионов юаней, но теперь Tesla хотели купить оставшиеся 40% за 10 миллионов.

И если бы он согласился, эти 10 миллионов юаней пошли бы в его собственный карман.

Конечно, это означало бы, что он полностью отойдет от дел и потеряет полный контроль над компанией. Многообещающий стартап зарядных станций, который он основал, превратился бы в ожесточенное соревнование между Star Sky Technology и Tesla.

— Все нормально, я ожидал такой результат. — Ответил мужчина и встал, улыбаясь. — Надеюсь, вы серьезно обдумаете предложение… — После недолго молчания он продолжил. —Вы столкнетесь с гигантом с активами в десятки миллиардов долларов, даже если вас поддерживает Star Sky Technology, вы не конкурент.

Бобби презрительно ухмыльнулся.

Маск лично посоветовал ему поговорить с основателем Бип-Бип зарядки и попытаться приобрести оставшиеся 40% акций.

Однако Бобби не воспринял слова Маска всерьез.

Tesla лидер в области электромобилей; ее торговая марка прочно укоренилась в индустрии транспортных средств с альтернативной энергетикой. У них как у Apple есть армией преданных фанатов.

Теперь, когда Tesla приобрела EVgo и освоила технологию сверхбыстрой зарядной станции высокой мощности, первая партия зарядных станций запущена в производство на заводе в Шанхае, не позднее конца следующего месяца они поступят на рынок.

Беспроводная зарядка?

Это креативная идея, но такой трюк бесполезен против Tesla.

К моменту пока они выйдут на рынок, Tesla уже будет доминировать на рынке зарядных станций в Шанхае.

После того, как проводили Бобби, технический директор Ван Цян шел рядом с Ли Тинхуэем и смотрел, как Tesla уезжает.

— Генеральный директор, это был кто-то из Теслы?

Ван Цян не единственным, кому было любопытно.

Сотрудники в офисе также переглядывались, надеясь услышать что-нибудь интересное.

Столкнувшись с подчиненными, ставящими под сомнение его решения, Ли Тинхуэй кивнул:

— Да, генеральный менеджер Тесла в Китае, Бобби.

В офисе раздались тихие возгласы.

Ван Цян не удержался:

— Наша компания становится все более поразительной. Сначала нас финансируют Star Sky Technology, а теперь Тесла… Они хотят инвестировать?

Ли Тинхуэй бесстрастно ответил:

— Вроде того…

Он явно не собирался говорить им, что Бобби хотел выкупить его долю.

Это подорвало бы их моральный дух.

— Тогда директор, вы согласились?

Ли Тинхуэй посмотрел на лицо своего партнера и отчего-то вспомнил взгляд Бобби перед уходом.

На него смотрели так словно он был муравьем.

Ли Тинхуэй почувствовал огонь в своей груди, затем внезапно поднял голову и сказал:

— Нет.

В офисе воцарилась тишина.

Технический директор Ван Цян широко раскрыл рот от удивления.

Нет?!

Это же Тесла!

Гигант электромобилей!

Он не знал, почему генеральный директор отказался от предложения, отказался получать помощь от Tesla.

Ли Тинхуэй посмотрел на удивленных сотрудников и догадался о их мыслях, поэтому спокойно объяснил.

— Тесла пришли к нам не с конфетами, они пришли с оружием. Возможно часть из вас уже знают, но Тесла приобрели EVgo и хочет выйти на китайский рынок зарядных станций. Тесла наш конкурент. Они нам не друг. Получать от них финансирование — значит сдаться им! Мы хотим стать крупнейшей компанией по производству зарядных станций в Китае или даже в мире, а не просто какой-то дочерней компанией Тесла!

— Мы не склонимся перед американцами! Хотите их помощи? Мечтайте! В ту секунду, когда они нас приобретут, они уничтожат нас и проложат EVgo путь к контролю над ближайшим регионом. Они хотят продать нашу собственную энергию обратно нашим гражданам!

Ли Тинхуэя не волновало, поймут ли его сотрудники.

Это его истинные мысли.

В офисе воцарилась мертвая тишина.

Некоторые смутились, некоторые стояли шокированные…

Кто-то зааплодировал.

Затем по цепной реакции офис захлестнули аплодисменты.

Ли Тинхуэй глубоко вздохнул и кивнул.

— Спасибо. Для меня большая честь работать со всеми вами.

…………………….

Было ли это из-за амбиций или слепого оптимизма, Ли Тинхуэй совсем не волновался. На самом деле, сейчас он был более спокоен, чем когда-либо.

Его конкурентом была EVgo, дочерняя компания Tesla.

Можно предвидеть, что все электромобили Tesla будут совместимы только с зарядными устройствами EVgo.

Однако сейчас не время беспокоиться насчет этого. Сейчас ему стоит переживать о другом.

Первое — переезд офиса.

Второе проведение переговоров с торговыми центрами, жилыми районами и другими парковками в Шанхае для получения эксклюзивных мест для беспроводных зарядных станций…

Офисное здание, кафетерий.

Ли Тинхуэй сидел в углу, слушая новости по телевизору.

Центральный телеканал внезапно начал рассказывать о недавнем прорыве в разработке литий-воздушного аккумулятора, в новостях появилась новая статья профессора Лу.

Литий-воздушный аккумулятор?

Ли Тинхуэй в шоке уставился на экран.

Это что-то высокотехнологичное.

Литий-серный аккумулятор только изобрели, и теперь он вот-вот устареет?

Он ел рис размышляя.

Хотя он не специалист в области материаловедения, как инженер-электрик, он все же немного разбирался в данной теме.

Если действительно произошел прорыв в разработке литий-воздушных аккумуляторов, то запас хода машин выйдет на новый уровень, что снизит желательность замены аккумуляторов.

В конце концов, пользователь должен платить не только за электричество, но и за внешние расходы, такие как извлечение и замена аккумулятора. Только у тех, кто ездит далеко, могло быть желание поменять аккумулятор.

Для большинства простых людей, выезжающих в продуктовый магазин, литий-серный аккумулятор не так просто разрядить. Они могли легко заряжать его ночью.

Подобное хорошая новость для его компании.

После выпуска новостей о литий-воздушных аккумуляторах ведущий начал говорить о продолжающемся росте цен на железную руду. Согласно надежным источникам, из-за роста инфраструктурного рынка Азии цены на сырье выросли.

Ли Тинхуэя не очень интересовал фьючерсный рынок, поэтому он снова сосредоточился на еде.

В тот момент он еще не осознавал, какое влияние окажут литий-воздушные аккумуляторы на рынок зарядных станций…

Глава 970. Страшно

С момента изобретения литий-серного аккумулятора различные споры в аккумуляторной промышленности прекратились. Научное сообщество и промышленность спокойно приняли новую технологию.

Ряд проектов по разработке ионно-алюминиевых аккумуляторов свернули. Вместо них компании перенаправили свои исследования на улучшение применения модифицированной ПДМС пленки. Эти исследовательские проекты были сосредоточены на повышении плотности энергии и безопасности литий-серных аккумуляторов.

А все потому, что литий был королем в области аккумуляторов. Было просто невозможно, чтобы какой-либо другой элемент обладал более высокой плотность энергии, чем литий, из-за положения лития в периодической таблице Менделеева.

Литиевые аккумуляторы всегда находились на вершине среди аккумуляторов, в то время как литий-воздушный аккумулятор считался святым Граалем литиевых аккумуляторов.

Просто невозможно выйти за его пределы только с точки зрения материалов. Нужно изобрести что-то, что не будет считаться химическим аккумулятором. Например, вместо использования электрохимической энергии использовать термоядерную…

Однако, хотя все верили, что литий-серные аккумуляторы будут доминировать в аккумуляторной промышленности, по крайней мере, в течение следующих пятидесяти лет…

Статья, опубликованная в Журнале американского химического общества в середине марта, нарушила молчаливое спокойствие!

На парковке детского сада в Цзиньлине двое родителей стояли рядом со своими машинами и курили. Поскольку они оба были автолюбителями, они начали обсуждать новости.

— Слышал новость?

— Какую?

— Институт перспективных исследований изобрел литий-воздушный аккумулятор! Похоже, его емкость вдвое превышает емкость литий-серного.

Лысый автовладелец удивленно воскликнул.

— Правда?! Они оба из лития, можно ли действительно удвоить емкость? Я думал максимально увеличат дальность поездок на пару сотен километров.

Высокий автовладелец поправил очки и сказал:

— Кто знает, я не эксперт. Но если хорошо подумать… То это возможно. Я к тому, что они используют воздух в качестве электрода.

— Да, и что?

— Подумай сам, если использовать воздух, то значит вес аккумулятора уменьшится. А уменьшение веса означает увеличение плотности энергии! Думаю, в этом вся суть.

Лысый автовладелец наконец понял.

Однако он вдруг нахмурился и хлопнул себя по бедру.

— Черт, нахрена я тогда купил новую Теслу.

— Черт, не знал, что ты настолько богатый.

— Богатый? — Лысый стряхнул пепел с сигареты. — Я понесу большие потери по итогу.

Высокий автовладелец радостно ухмыльнулся и начал утешать своего лысого друга.

— Ха-ха, пройдет какое-то время, прежде чем технологию внедрят. Просто наслаждайся машиной, может сможешь заменить аккумулятор. Также отчего ты заволновался, даже автопроизводители не переживают. Ха, слава богу, я не стал покупать новую машину, немного подожду и посмотрю, что будет!

Подобные обсуждения происходили во многих местах.

Репортаж новостей на телеканале стал только началом.

В ту минуту, когда профессор Лу и его литий-воздушный аккумулятор появились в новостях, начали появляться многочисленные сообщения и статьи.

«Изобретение литий-воздушного аккумулятора! Энергетическая отрасль переживает революцию?»

«Научный монстр! Еще одно изобретение сделано профессором Лу?]»

«Одна маленькая батарейка меняет мир!»

«Доллар в опасности, мы должны помешать Китаю снова манипулировать ценами на нефть!»

«…»

Единственное, что могло победить литиевые аккумулятора, были литиевые аккумуляторы.

Литий-воздушные аккумуляторы больше не научная фантастика.

Цены на нефть не колебались из-за этого события… по крайней мере, не так колебались, как когда изобрели литий-серные аккумуляторы. Однако генеральный директор ExxonMobil закричал в своем офисе в Техасе.

— Черт!

Вудс стукнул кулаком по столу и смахнул документы со своего стола. Его кровь кипела.

— Бессовестный вор! Лжец!

Его грудь сильно опускалась и поднималась, поэтому он глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Потом он посмотрел на свою секретаршу, сидевшую неподалеку.

— Найди документы! В ближайшие пять минут я хочу знать, какой компании принадлежит патент на молекулы углерода с клетчатой структурой!

Литий-воздушные аккумуляторы окажут основное влияние на индустрию литий-серных аккумуляторов, повысив конкурентоспособность электромобилей на рынке в долгосрочной перспективе. Однако в краткосрочной перспективе это никак не повлияет на цены на нефть.

Однако…

Этот патент изначально принадлежал им!

Все было ничего, но патент содержал ключевой материал в технологии литий-воздушных аккумуляторов! Они словно выбросили мусор вместе с бриллиантом. Вудсу казалось, что он не может дышать.

Он лишь надеялся, что у него еще есть время выкупить патент до того, как Star Sky Technology и Лу Чжоу успеют отреагировать…

Однако…

Реальность часто бывает жестокой.

Нервный голос секретарши заставил потерять его всякую надежду.

— Патент купила внешнеторговая компания, зарегистрированная в Калифорнии, около трех лет назад…

Вудс выругался про себя, и внезапно ему в голову пришла мысль.

Однако он не хотел верить в нее.

Он не хотел представлять, что произойдет, если…

Вудс сжал кулак и сказал секретарше:

— Найди номер патента! Я хочу знать, кому теперь принадлежит патент.

Он поклялся, что как только узнает, какой компании принадлежит патент, он сделает все возможное, чтобы приобрести его и исправить ошибку! Он знал, что сможет это сделать, особенно с ресурсами ExxonMobil.

Ему нужно лишь выкупить акции одного из акционеров, чтобы войти в совет директоров, а затем представить соглашение о слияние, от которого никто не сможет отказаться

Будет идеально, если компания будет публичной, тогда у него будет больше возможностей…

— Ищу…

Секретарь внезапно замерла.

Секретарь с горьким Айфри дом су лицом заговорила, зная, что ответ сведет с ума ее босса.

— Патент принадлежит… Star Sky Technology

Star Sky Technology…

Вудс расслабился и спокойно улыбнулся.

Он понял, что происходит.

Все началось с эксперимента шестилетней давности, все началось с ассистента, который передал модель профессору Уиттингему.

Профессор Лу не только намеренно допустил утечку информации, но и использовал ресурсы ExxonMobil и профессора Уиттингема для исследования ключевых технологий для литий-воздушных аккумуляторов. Их даже одурачили, заставив отказаться от важнейших патентов, которые не относились к литий-серным аккумуляторам…

Чем больше он думал об этом, тем больше ему становилось страшно. По лбу Вудса стекали капли пота.

Этот парень…

Был на шесть лет впереди меня.

Он вообще человек?

Это страшно!

Глава 971. Я знаю, кто проделал главную работу

— Апчхи! — Лу Чжоу потер нос и пробормотал. — Сяо Ай, почему я в последнее время столько чихаю, не похоже, что я заболел.

В последние дни он чихал все чаще и чаще. Но странным было то, что не наблюдалось никаких признаков простуда.

Ему казалось, что кто-то постоянно вспоминает его.

В правом нижнем углу экрана появилось сообщение от Сяо Ая.

«Хозяин, я знаю, кто-то просто обсуждает какой вы красивый».

Лу Чжоу увидел текст и смущенно улыбнулся.

Этот парень…

Хотя его интеллект не увеличился после обновления, он навыки лести стали лучше.

А именно это и нравилось Лу Чжоу.

Лу Чжоу собирался продолжить работу над своим исследовательским проектом, когда внезапно раздался звонок.

Он поднял трубку и ответил.

— Алло.

— Эй. Академик Лу, это я, старик Лу, помнишь меня?

Эм…

Старик Лу?

Лу Чжоу впал в ступор.

Честно говоря, он не помнил, кто это.

Заметив, что Лу Чжоу молчит, собеседнику стало неловко.

— Эм. ты ведь… не забыл меня?

— Конечно, нет… — Лу Чжоу нахмурился и немного подумал. Внезапно в его голове всплыло имя, и его глаза вспыхнули. — Директор Лу?

Лу Кайминь из Управления по делам энергетики!

Они ранее взаимодействовали в рамках проекта управляемого термоядерного синтеза и проекта литий-серного аккумулятора.

С момента завершения проекта управляемого термоядерного синтеза, Управление по делам энергетики переключилось на термоядерную энергию. Лу Чжоу покинул сферу термоядерного синтеза, поэтому в последние годы они редко общались.

Вместо этого Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности взяло на себя отрасль возобновляемой энергетики, в результате чего Лу Чжоу стал чаще работать с ними.

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— Директор Лу, зачем вы мне позвонили, вам что-то нужно?

Директор Лу улыбнулся:

— Ничего такого, просто поинтересоваться, где ты сейчас?

Лу Чжоу покрутил ручку в руке и ответил:

— Я в Цзиньлине… В моем кабинете на факультете математики Цзиньлинского университета, а что?

Директор свободный_мир_ранобэ Лу был вне себя от радости:

— Ничего, тогда подождите там, я прилечу во второй половине дня! Самолет вот-вот взлетит, поговорим позже.

— …

Хотя директор Лу сказал ему, что прилетит, Лу Чжоу все равно не ожидал, что он будет таким быстрым.

На следующий день после публикации статьи этот пожилой директор проделал долгий путь в Цзиньли.

Цзилиньский университет, корпус факультета математики.

Ухмыляющийся старик вошел в кабинет и заговорил голосом полным энтузиазма.

— Академик Лу, давно не виделись, как дела?

— Да, давно не виделись. — Лу Чжоу отложил ручку и спросил. — Директор Ли сказал вам приехать сюда?

— Что значит сказал? Нет, он тут ни при чем! Я просто увидел твою работу в Журнале американского химического общества, поэтому… — Директор Лу не знал, как объясниться, поэтому сказал. — Забудь… Вы правда создали литий-воздушный аккумулятор?

Лу Чжоу задумался, а потом ответил:

— Основные технические трудности решены, осталось решить лишь вопросы проекта.

Не сложно разработать сам продукт, после решения проблемы с материалом. Не говоря уже о том, что у него все еще имелись обломки в качестве эталонной модели, поэтому он мог легко сделать копию и достичь аналогичной плотности энергии.

Когда директор Лу сел на диван, Лу Чжоу посмотрел на помощницу Чжао и сказал.

— Чжао Хуань, сделай директору Лу чашку чая.

— Хорошо, профессор!

Чжао Хуань встала и пошла к шкафу. Она достала заварочный чайник и налила немного в фарфоровую чашку. Добавив горячую воду, она с улыбкой поставила чашку на стол перед директором Лу.

— Директор Лу, пожалуйста.

— Спасибо. — Старый директор сделал глоток и удивленно сказал. — Какой хороший чай!

— Хотите взять немного домой?

Директор Лу махнул рукой:

— Нет, спасибо, я знаю откуда он у тебя, у меня дома его много.

— …

Тогда к чему притворство будто впервые его пьете?

Честно говоря, Лу Чжоу не видел разницы между хорошим чаем и плохим, поскольку редко пил чай.

На каждый праздник ему дарили кучу подарков. От некоторых он отказывался, другие раздавал.

Лу Чжоу знал, что директор Лу хочет о чем-то поговорить, поэтому посмотрел на помощницу и приказал:

— Чжао Хуань, отнесите эти документы для меня в администрацию.

— Хорошо, профессор!

Помощница Чжао взяла документы со стола Лу Чжоу и ушла.

Лу Чжоу посмотрел на Хэ Чанвэня, единственного человека, оставшегося в кабинете.

— Хэ Чанвэнь, тебе следует…

Прежде чем Лу Чжоу смог закончить, аспирант убрал ноутбук в сумку и встал.

— Хорошо, профессор, я пойду в библиотеку.

Лу Чжоу удовлетворенно улыбнулся.

Довольно умный парень.

Избавил меня от необходимости придумывать оправдание.

В кабинете остались только Лу Чжоу и директор Лу.

Увидев, что в комнате больше никого нет, директор Лу расслабился:

— Я не осмеливался говорить при твоих студентах.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Ну, теперь вы можете говорить.

— Помнишь, как отдал калькулятор директору Ли? Как только он прилетел в Пекин, так сразу отнес калькулятор на проспект Чанъаньцзе. Там случился настоящий переполох! Я был там лично, старый академик, что осматривал калькулятор, чуть не потерял сознание.

Лу Чжоу обеспокоили эти слова.

— Все в порядке?

— С ним все в порядке. — Директор Лу улыбнулся. — Бригада медиков была наготове. — Директор Лу продолжал эмоционально говорить. — Честно говоря, мы не ожидали, что ты настолько невероятен и уже создать углеродный процессор. Литий-воздушные аккумуляторы десятилетиями были головной болью энергетической отрасли, но теперь ты разработал и их.

Лу Чжоу покачал головой:

— Их разработал не я один. Будь то углеродный процессор или литий-воздушный аккумулятор, это командная работа.

Директор Лу посчитал, что Лу Чжоу слишком скромен.

Старик махнул рукой:

— Ладно, перестань скромничать. Я знаю, кто проделал главную работу.

Лу Чжоу смутился и ничего не ответил.

Директор Лу сделал еще глоток чая и заговорил полный энтузиазма.

— Итак, что касается литий-воздушных аккумуляторов, я хочу знать… Какая у них плотность энергии?

Лу Чжоу подумал немного и дал консервативный ответ.

— Плотность энергии… Ее трудно оценить. Теоретически, она как минимум в полтора раза больше, чем у литий-серных аккумуляторов.

Глаза директора Лу внезапно вспыхнули. Он положил руки на колени и серьезно сказал.

— У меня есть еще один вопрос, академик Лу!

Видя, что директор Лу так серьезен, Лу Чжоу тоже стал серьезнее.

— Спрашивайте.

Однако…

Вопрос директора Лу стал немного неожиданным.

Или, точнее, Лу Чжоу не ожидал, что он спросит так прямо…

— Можем ли мы использовать литий-воздушные аккумуляторы на танках?!

Глава 972. Должны помочь нам

Использовать на танках…

Услышав такой странный вопрос и увидев этот серьезный и нетерпеливый взгляд Лу, Лу Чжоу понял зачем старик приехал.

На самом деле, разработка танков с электроприводом не что-то новое.

Еще в 1930-х года проводили подобные исследования.

Танк VK 45.01 оснащался двигателями PorscheType101/1 с воздушным охлаждением. Электроэнергия, вырабатываемая двигателем, накапливалась в аккумуляторе, а затем приводила в действие два электродвигателя мощностью 275 кВт.

Однако из-за ограничений технологий того времени электрические танки не продемонстрировали огромного преимущества на поле боя. Оставили только технологию дифференциальной системы рулевого управления.

В следующем столетии, с непрерывным развитием науки и техники концепция электрических танков широко обсуждалась в военной промышленности.

Лу Чжоу предположил, что директора Лу волновали не только танки.

Директор Лу действительно хотел знать можно ли дивиденды от развития управляемого термоядерного синтеза перекинуть в военную промышленность…

— Вам следовало спросить об этом экспертов в военной промышленности. — Лу Чжоу подумал и продолжил. — Но, по моему мнению, будь то литий-серные аккумуляторы или литий-воздушные аккумуляторы, все они имеют ограниченное применение в военной области.

Директор Лу немного обеспокоено сразу же спросил:

— Почему?

— Безопасность. — Лу Чжоу вздохнул. — Химические аккумуляторы основаны на окислительной-восстановительной реакции для преобразования потенциальной химической энергии в электрическую. Из-за этого возникает проблема со стабильностью. Литий может самопроизвольно воспламеняться в воздухе. При попадании снаряда, это будет не просто утечка моторного масла, произойдет взрыв.

Наверняка кто-то говорил ему про это раньше.

Как и ожидал Лу Чжоу, директор Лу не выглядел удивленным. Кто-то ему уже рассказал про это, но он, наверное, не воспринял всерьез их слова.

— Понятно.

Услышав ответ Лу Чжоу, лицо директора Лу наполнилось сожалением.

Очевидно, Пекин уже провел техническое совещание на данную тему, и, судя по его реакции, он поддерживал применение литий-воздушных аккумуляторов в военных целях.

Старик долго смотрел на чайную чашку на столе. Он поднял неохотно голову и не желая сдаваться спросил:

— Неужели нет возможностей для улучшения? Например, создать аккумулятор, который будет более стабильным и все еще с высокой плотностью энергии?

— Боюсь, это невозможно сделать с помощью химический аккумуляторов. — Лу Чжоу покачал головой. — На самом деле… Я не особо разбираюсь в военном деле. Однако, насколько я понимаю, даже если ненадежно их использовать в боевых машинах, таких как танки, если использовать их, например, в транспортных средствах и грузовиках, или даже вертолетах материально-технического обеспечения, то такое возможно.

Преимущество электрического двигателя заключалось в меньшем шуме и лучшей управляемости.

Преимущества электрификации логистической системы очевидно, особенно в оборонительных войнах при возможности обеспечения энергетическими объектами.

Увидев, задумчивое лицо директора Лу, Лу Чжоу продолжил:

— Я пацифист и не проводил исследований в области вооружения. Но если военным нужен мой совет, я могу лишь посоветовать искать другие решения…

Директор Лу тут же спросил:

— Например?

— Например, управляемый термоядерный синтез. Я уже создал миниатюрную управляемую термоядерную батарею. Несмотря на множество ограничений по стоимости, примерно через десять лет она сможет достичь желаемого уровня.

Технология уже использовалась в космических аппаратах, таких как Сянжуй и Сягуан. Очевидно, новейшее поколение атомных подводных лодок также оснащено термоядерными батареями.

Лу Чжоу вспомнил, что видел крупный заказ от ВМС Китая на термоядерные батареи.

Хотя предстоит еще долгий путь, чтобы перенести технологию на сушу. Требуется снижение стоимости и размера батареи, но кто знает, что произойдет в будущем?

Пока они будут продолжать исследования, технология будет продолжать совершенствоваться.

…………….

Дальнейшая миниатюризация термоядерных батарей вопрос будущего, как бы Лу Чжоу не расписывал их перспективы, область энергетики и индустрия электромобилей все еще сходили с ума по литий-воздушным аккумуляторам.

Несколько китайских автопроизводителей пригласили инженеров для изучения статьи Лу Чжоу. Они смогли сделать вывод, что литий-воздушные аккумуляторы не окажут на них большого влияния, а им придется лишь добавить воздухозаборник в переднюю часть машин.

Короче, производители электромобилей вздохнули с облегчением.

Но даже если они почувствовали облегчение, они не могли просто взять и оставить этот вопрос.

Из-за новых неопределенностей в индустрии электромобилей BYD и другие компании отложили выпуск своих новых моделей. Они начали разрабатывать новые варианты с решетками воздухозаборника, что соответствовала бы стандартам литий-воздушных аккумуляторов.

Хотя, заняв выжидательную позицию, все меньше потребителей приобретали машины из-за продолжающегося снижения цен на электроэнергию и устойчивого роста внутренних цен на нефть, общее влияние на них невелико.

Однако, в то время как автопроизводители испытывали облегчение, у производителей аккумуляторов наступили проблемы.

Руководитель, который, наконец, решил модернизировать производственную линию до литий-серных аккумуляторов, за одну ночь постарел на десять лет.

Индустрия электромобилей процветала все сильнее, но их продукция устарела…

Склад Новых материалов Чжуншань.

Лю Ваньшань смотрел на гору литий-серных аккумуляторов, куря одну за другой сигареты.

Рядом с боссом стояла секретарша. Секретарша хотела пожаловаться, но не знала, на кого жаловаться…

— Star Sky Technology… хотят закрыть нас?

Лю Ваньшань постучал по сигарете и вздохнул.

— Просто катастрофа.

Хотя недавно взлетела цена их акций, теперь у них упали продажи.

Некоторые небольшие заводы даже нарушили контракты и отказались покупать больше аккумулятором. Поэтому образовалось большое количество запасов на его складе.

Единственной положительным моментом стало то, что они не единственные, кто столкнулись с данной проблемой, вся индустрия аккумуляторов перевернулась с ног на голову. Продвигаясь дальше по цепочке поставок, индустрия литиевых материалов также был в хаосе

Для них это не смертельно, но очень проблемно.

Секретарь сказала:

— Босс, что нам… теперь делать?

Лю Ваньшань затянулся и какое-то время размышлял, прежде чем ответить.

— Временно закройте линию по производству автомобильных аккумуляторов, переведите часть работников на линию по производству аккумуляторов для мобильных телефонов. Что касается производства материалов, то мы должны убедить покупателей оплатить товар как можно скорее. Нам нужен денежный поток. Когда появятся литий-воздушные аккумуляторы, мы будем работать в полную силу. В любом случае, мы должны обеспечить денежный поток, чтобы выжить!

Секретарь кивнула.

— Хорошо, я сделаю это прямо сейчас.

Лю Ваньшань посмотрел на груду товаров на складе и почувствовал головную боль.

Он вышел с завода и выбросил сигарету в мусорное ведро, после чего снова с неохотой взглянул на завод.

Эти аккумуляторы стоят десятки миллионов!

Лю Ваньшань не желал сдаваться.

— Нет, я должен поговорить с профессором Лу. У Star Sky Technology есть часть наших акций, они должны нам помочь!

Глава 973. Хорошие времена Уиттингема

Хотя литий-воздушные аккумуляторы еще не существовали, новость о них уже ослепила людей. Если подобное потрясение затронуло промышленность, оно не могло не затронуть и научный мир.

Одни восклицали с недоверием, другим было все равно.

Одни радовались, другие с сожалением били себя в грудь.

Это повлияло на финансирование научных исследований на миллиарды долларов и на возможность бесчисленного множества студентов завершить свою дипломную работу.

В конце концов, большинство проектов, связанных с литий-ионными аккумуляторами свернули. Даже профессорам в этой области приходилось нелегко, не говоря уже об их студентах…

Североамериканская конференции по материаловедению, проходившая в центре Бостона, штате Массачусетс.

Здесь собрались специалисты по материаловедению со всего мира.

Главной темой конференции должны были стать последние исследования моно слоя дисульфида молибдена, которые финансировались Microsoft, Intel и другими компаниями. Научное сообщество одобрило этот материал как полупроводниковый материал будущего.

Однако произошло нечто более значительное.

Литий-воздушные аккумуляторы затмили собой все остальное.

Во время доклада на конференции профессор Уиттингем вышел на сцену в смокинге. Он страстным тоном объявил о наступлении эры литий-воздушных аккумуляторов и о рассказал о своей удивительной молекуле углерода с клеточной структурой…

Именно поэтому конференция по материаловедению стала такой бурной…

Большинство людей считали его слишком высокомерный.

Хотя никто не бросал ботинков на сцену, конфликты происходили повсюду.

Большинство научных конкурентов пребывали в ярости и вымещали весь свой гнев на профессоре Уиттингем.

Например, доктор Кертис из Аргоннской национальной лаборатории.

В сотрудничестве с профессором Амином Салех Кахваджин из университета Иллинойса в Чикаго они успешно разработали революционный метод, позволяющей литий-воздушному аккумулятору выполнять до 700 циклов зарядки-разрядки.

После того, как проблема с литиевыми дендритами была решена, они смогли увеличить это число до 900 и постепенно приближались к 1000.

Если бы не молекулы углерода с клеточной структурой, они могли бы выступать на сцене!

Даже профессор Кертис, который обычно был спокоен и собран, кипел от ярости. Кертис задавал множество вопросов в надежде найти проблему.

Конечно, Кертис знал, что из этого ничего не выйдет…

Вечерний банкет проходил в пятизвездочном отеле рядом с местом проведения.

Профессор Уиттингем стоял в смокинге и с зачесанными назад блестящими волосами. Он высокомерно улыбался своим коллегам и обменивался визитными карточками с представителями отрасли.

Доклад прошел для него замечательно.

Поскольку Лу Чжоу лично не приехал на конференцию, как изобретатель материала,

он оказался в центре внимания.

Даже если другие ученые недовольны им, почему это должно его волновать?

Они были его врагами.

Его целью было наладить контакты с влиятельными представителями отрасли. Только они могли финансировать его исследования. А все, что делали его коллеги, это смеялись над ним, когда он терпел неудачи.

На самом деле, на профессора Уиттингем снизошло осознание.

Он тщательно все обдумал и понял, что помимо унижения, он не понес никаких потерь от Лу Чжоу.

Патент?

В любом случае, это собственность ExxonMobil. После подписания соглашения о исследовании и разработках он мог пользоваться ограничеными преимуществами.

Потерял отношения с ExxonMobil?

Потерял репутацию в отрасли?

Он действительно довольно сильно пострадал за последние шесть лет, но теперь он оказался в центре внимания крупных компаний.

Зачем ему продолжать злиться на Лу Чжоу?

Уиттингем слушал комплименты и наблюдал, как те, кто когда-то бросил его, возвращаются к нему. Сложно описать его счастье в этот момент.

Декан химического факультета Массачусетского технологического института, старый профессор, который когда-то работал с ним в области аккумуляторных батарей с энтузиазмом поздравил его:

— Поздравляю, профессор Уиттингем! После того, как литий-воздушные аккумуляторы поступят на рынок, Нобелевский комитет обязательно рассмотрит вас и профессора Лу в качестве номинантов… Почему бы вам не перевестись в Массачусетский технологический институт? Я думаю, мы сможем предоставить ресурсы и среду для вашего следующего проекта! Я обещаю, вы останетесь довольны.

Когда профессор Уиттингем услышал имя профессора Лу, его брови дернулись.

Однако он не новичок в академическом сообществе.

Хотя у него защемило сердце, он смог контролировать свои эмоции и мягко разговаривать со своим старым другом.

— Спасибо… но университет Бингемтона уже пообещал назначить меня деканом факультета химии… Я не планирую переезжать в ближайшее время.

Хотя профессор Массачусетского технологического института был немного разочарован, ему больше нечего было предложить Уиттингему. Поскольку он не собирался передавать ему свою должность.

Профессор Массачусетского технологического института кивнул.

— Понимаю. Но для нас, ученых, стабильная среда важнее всего… Если вы когда-нибудь захотите прийти к нам в Массачусетский технологический институт, обязательно свяжитесь со мной.

Уиттингем слегка кивнул.

— Конечно.

Обычно он не стал бы так небрежно разговаривать с главой факультета Массачусетского технологического института, в конце концов, этот человек также был членом правления Американского химического общества.

Однако сейчас он был на том же уровне.

Пока профессор Уиттингем наслаждался всеобщим вниманием, кто-то быстро вошел в банкетный зал и нашел его.

Уиттингем увидел этого человека и удивленно сказал.

— Вудс? Мой дорогой друг, что… с тобой случилось?

Прошло шесть лет, как он его видел. И человек перед ним из зоркого и сильного стал напоминать старого и изможденного.

— Кое-что случилось. — Вудс глубоко вздохнул и посмотрел в глаза профессору. — Послушайте, у нас были некоторые недоразумения раньше, мы прекратили ваш исследовательский проект, но теперь…

— Хватит… — Оборвал его профессор Уиттингем. — Просто скажите, чего вы хотите?

— ExxonMobil хочет, чтобы вы вернулись, — Искренне сказал Вудс. — Вы изобретатель молекул углерода с клеточной структурой. Мы все знаем, что эта честь должна принадлежать вам, а не китайцу. Нам нужно похожее соединение, что-то, что не будет противоречить их патенту…

Выслушав Вудса, профессор Уиттингем некоторое время молчал, а потом вздохнул.

— Просто сдайтесь, Вудс, я знаю, чего вы хотите, но мы не его противники.

Вудс опешил на мгновение, прежде чем встревоженно спросил:

— Мы просто будем наблюдать, как они поднимаются на вершину? Контролируют будущее нашей энергетической отрасли? Термоядерная электростанция в Калифорнии вот-вот построят, литий-воздушные аккумуляторы сокрушат рынок! Все хотят более чистой и дешевой энергии. Но подумайте о том, сколько рабочих мест будет потеряно, если цены на нефть резко упадут! Если у нас не будет патента на литий-воздушные аккумуляторы, у нас не будет возможности сопротивляться!

Потеряете бесчисленное количество рабочих мест…

Разве не этого хотите вы, жадные капиталисты?

Конечно, Уиттингем никогда не скажет этого вслух.

Профессор Уиттингем немного помолчал и посмотрел на Вудса.

— Послушайте, я понимаю ваши чувства, но что мы можем сделать? В патенте четко указаны условия, если только вы не сможете убедить Лу Чжоу продать патент… Поэтому мой совет просто забыть про это. Кроме того, я не знаю, заметили ли вы, но последние шесть лет у меня все шло не очень хорошо. Несколько дней назад я был готов придушить его, но сейчас… Я прозрел.

В действительности Уиттингем боялся.

Он не знал, спланировал ли Лу Чжоу все на шесть лет вперед, но он точно знал, что его научная карьера была почти разрушена из-за Лу Чжоу.

Теперь, когда он, наконец, снова поднялся, в основном благодаря исследованиям Лу Чжоу, он больше не хотел выступать против него.

В конце концов, он уже не молод.

Он больше не мог тратить свое время.

Профессор Уиттингем пожал плечами и пристально посмотрел на Вудса.

— Что касается потерянных рабочих мест, это проблема Конгресса, а не наша.

Вудс наблюдал, как Уиттингем похлопал его по плечу и ушел разговаривать с другими людьми из отрасли.

Вудс некоторое время стоял как вкопанный.

Внезапно он опустил взгляд в пол и пробормотал:

— Конгресс… Точно, это проблема Конгресса… Он прав!

Глава 974. Более поразительное

За последние дни Лу Чжоу посетило много людей.

Сначала директор Государственного управления оборонной науки, техники и промышленности, затем чиновник из управления по делам энергетики. После этого Ло Вэньсюань и Чэнь Ян попросили его помочь с квантово-механической системой случайной эрмитовой матрицы, соответствующей функции Римана и гипотезой Ходжа. Лу Чжоу просто хотел сосредоточиться на своем собственном исследовательском проекте, но он также не мог просто отказать в помощи другим.

В конце концов именно он предложил Ло Вэньсюаню изучить физической значение дзета-функции Римана, поэтому он должен был внести свой вклад, хотя бы небольшой.

Что касается исследовательского проекта Чэнь Яна, то тому нужна была помощь с методом анализа гиперэллиптических кривых. Кроме того, именно Лу Чжоу сказал обращаться к нему за помощью, что сделало еще труднее возможность отказать…

В последний понедельник марта Лу Чжоу зевнул, выходя из дома. Он планировал отправиться в математический корпус математического факультета Цзиньлинского университета, но увидел у входа круглолицего мужчину с улыбкой на лице с подарком в руках.

После небольшого ступора Лу Чжоу заговорил:

— Генеральный директор Лю? Зачем вы…

— Сейчас праздники, я принес кое-какой подарок! — Лю Ваньшань прошел через главные ворота. — Вы, ученые, слишком много работаете, целыми днями сидите в своих лабораториях, я беспокоюсь о вашем здоровье. Итак, я раздобыл немного горных трав с плоскогорья Чанбайшань. Добавляйте их себе в суп, они помогут очистить организм!

— …

Праздники…

Лу Чжоу подумал и понял, что единственные ближайшие праздники — день мертвых и день дурака.

Однако сейчас явно не время переживать насчет такого.

Лу Чжоу знал, что генеральный директор с добрыми намерениями, поэтому он принял подарок генерального директора Лю и пригласил его к себе домой.

Лу Чжоу недоумевающе посмотрел на красиво упакованные женьшень, фенхель и клубневидный цветок флиса.

Я здоров, зачем мне все это?

— Вы слишком добры.

Лу Чжоу налил Лю Ваньшаню чашку чая, когда они сели на диван, а затем сказал:

— Мне нужно в университет, поэтому давайте сразу к делу.

Лю Ваньшань застенчиво улыбнулся.

— Думаю, вы догадываетесь почему я здесь. — Обычно спокойный и сдержанный директор говорил обиженным тоном. — Помните, как бурно развивался рынок альтернативной энергетики? Я посчитал, что глупо продавать лишь литиевые материалы и упускать такую возможность. Поэтому я купил небольшой завод и начал производить литий-серные аккумуляторы.

Лу Чжоу кивнул:

— И что такое?

— Проблема в вашей статье. — Лю Ваньшань похлопал себя по ноге и вздохнул. — Когда она вышла, а центральный телеканал показал про это в новостях, индустрия альтернативной энергетики рухнула. Еще недавно у нас было больше заказов, чем мы могли взять. Нам даже пришлось нанять новых рабочих. Однако сейчас у нас нет ни одного заказа! К тому же многие отказываются от прошлых заказов! Сейчас у нас гора аккумуляторов. Мы не делаем машины, что нам делать?

Лу Чжоу нахмурился:

— Пройдут месяцы, прежде чем литий-воздушные аккумуляторы будут массово производиться. Кроме того, это должно быть хорошо для индустрии альтернативной энергетики.

— Я не боюсь новых технологий, просто все ждут новую технологию. — Лю Ваньшань вздохнул. — Очевидно, что это хорошо для компаний, производящих машины, но для нас, небольших заводов, это катастрофа.

Вы то небольшой завод?

Лу Чжоу не мог жаловаться про себя.

Вы генеральный директор огромной компании, можете не так драматизировать?

Однако, возможно, я правда кое-что не учел.

Лу Чжоу просто написал статью в соответствии с инструкциями Чэнь Юйшань. Он не ожидал, что СМИ и промышленность неправильно так истолкуют её.

Литий-воздушные аккумуляторы действительно существуют, но я не про это писал в статье

Лю Ваньшань посмотрел на Лу Чжоу и вежливо попросил:

— Я не прошу ничего чрезмерного, но вы владеете частью акций, а также подумайте о работниках… Может опубликуете что-нибудь, где будет сказано, что разработка технологии литий-воздушных аккумуляторов займет много времени, просто дайте возможность откорректировать производственные планы.

Лю Ваньшань считал, что написать статью для Лу Чжоу проще простого.

Лу Чжоу мог даже попросить своих студентов написать её за него.

Однако Лу Чжоу так не думал. Только от одной мысли о написании очередной статьи у него разболелась голова.

— Я признаю, что это моя халатность, я плохо постарался. — Ответил Лу Чжоу и кашлянул. — Но я не буду писать подобную статью, самая важная черта в науке — истина. Ничего страшного, если я не напишу всей правды, но я не буду писать ничего, кроме правды!

Не говоря уже о том, что Чэнь Юйшань сказала ему, что играет шахматную партию.

Лу Чжоу интересовал ее план.

Видя, что академик Лу вообще не собирался помогать, Лю Ваньшань расстроился.

Конечно, он не винил Лу Чжоу за отказ помогать. Во-первых, он не в том положении, чтобы обвинять Лу Чжоу, а во-вторых, он понимал причины Лу Чжоу.

В конце концов, Лу Чжоу представитель научного сообщества Китая. Подобное ценнее прибыли любой компании.

Лю Ваньшань встал и собирался попрощаться, но внезапно Лу Чжоу сказал.

— Кстати, чуть не забыл, отправьте нескольких инженеров с завода в Цзиньлинский институт перспективных исследований.

Лю Ваньшань впал в ступор:

— Инженеров?

Лу Чжоу кивнул:

— Да, я планирую интегрировать технологию беспроводной зарядки в литий-воздушный аккумулятор. У вас есть опыт в производстве автомобильных аккумуляторов, а у нас есть технология литий-воздушных аккумуляторов. Мы должны работать вместе. — Лу Чжоу улыбнулся. — Правда это зависит от того, интересно ли вам делать что-то более поразительное, чем литий-серные аккумуляторы…

Глава 975. Ужасающие связи

Жизнь всегда полна взлетов и падений.

Кто бы мог подумать, что застенчивый парень, рассказывающей когда-то ему о перспективах их стартапа, в мгновение ока станет всемирно известным ученым?

Кто бы мог подумать, что компания, производящая углеродистые цементные материалы, превратится в промышленного гиганта в области энергетики?

Лю Ваньшань никогда бы себе такого не представил. Он думал, что заработать миллиард будет потрясающе, но никогда бы не подумал, что заработает миллиарды всего за несколько лет; возможно, скоро он даже попадет в списки Форбс…

Он считает, что причина, по которой он достиг таких высот, скорее в использовании возможностей, а не в личном упорстве.

Начало работы с профессором Лу стала переломным моментом в его жизни.

Теперь, когда литий-воздушные аккумуляторы стали реальностью, заработок благодаря литий-серным аккумуляторам прекратился, а всю индустрию ждали потрясения…

Лю Ваньшань чувствовал, что он вновь оказался в переломном моменте жизни.

И на этот раз он думал, что принял правильное решение…

Район высоких технологий, завод Новых материалов Чжуншань.

Всего несколько дней назад Лю Ваньшань все еще беспокоился о своих запасах, но с возвращения от профессора Лу он радовался словно ребенок.

Секретарь не знала отчего ее босс такой радостный, поэтому спросила:

— Случилось что-то хорошее?

Лю Ваньшань улыбнулся:

— Пойди собери старших инженеров.

Сбитая с толку секретарь спросила:

— Для чего?

Лю Ваньшань улыбнулся:

— Чтобы помочь Институту перспективных исследований! Для чего еще? Позвони профессору Ли Жунъэнь, ему должно быть интересно… Хотя забудь, я позвоню ему лично.

Глядя на руководителя, который не видел в этом никакой проблемы, секретарь сказала:

— Но они основная опора нашего завода, и они нужны нам для настройки производственной линии. Если мы их уволим… Что будет с заводом?

— К чему беспокойство? Зачем нам настраивать производственную линию,мы даже не знаем, что производить! С этого момента прекратите производство всех литий-серных аккумуляторов для электромобилей и сосредоточьтесь только на аккумуляторах малого размера!

Видя, что ее начальник не шутил, секретарь напряглась.

— Но…

— Никаких «но», просто делай, что я говорю! — Лю Ваньшань высокомерно оборвал ее и рассмеялся. — Как только наши инженеры вернутся из Института перспективных исследований, ты поймешь насколько это было мудрое решение!

..................

Компания Новые материалы Чжуншань срочно направила команду инженеров в Институт перспективных исследований. Команда исследователей и разработчиков компании Бип-Бип зарядка, с другой стороны, наконец завершила переезд, они переехали из Шанхая в Институт перспективных исследований.

Процесс прошел не очень гладко, можно даже сказать, что переезд дорого им обошелся.

Прежде всего, не все были согласно менять место работы. И из-за недавних изменений в структуре компании ожидания относительно перспектив компании колебались. В конце концов, только пять технических специалистов были готовы последовать примеру Ван Цяна и переехать в Цзиньлин.

А неделю назад их было больше десяти…

Помимо серьезной потери технических кадров, что больше всего разочаровало Ван Цяна, технического директора Бип-Бип зарядки, что им не уделялось особого внимания после переезда.

Можно было даже утверждать, что с ними плохо обращались.

Больше всего его беспокоило то, что им пришлось переехать из Шанхая в Цзиньлин из-за Star Sky Technology, но теперь люди из Star Sky Technology относились к ним холодно…

Если бы в эту компанию не было вложено столько его тяжелого труда, он бы захотел уйти!

— Ты принес чертежи?

Ван Цян посмотрел на сварливого старика и кивнул.

— Принес.

Старик нахмурился.

— Дай посмотреть.

Ван Цян достал чертеж и протянул его.

Старик бегло взглянул на них.

Ван Цян ожидал всесторонней оценки, но старик лишь фыркнул.

— Что это за фигня?

Ван Цян чуть не упал в обморок.

Коллеги Ван Цяна больше не могли этого выносить, и мужчина с короткой стрижкой вышел вперед и сердито заговорил:

— Это тяжелая работа на протяжении множества дней и ночей нашего руководителя и нас! Если вы так критикуете, то скажите нам, что спроектировали вы?!

— Брат Чжао, успокойся.

— Не останавливайте меня!

Старик с интересом посмотрел на молодого инженера и улыбнулся:

— Кто ваш руководитель?

Ван Цян помолчал секунду и ответил:

— Профессор Лю Чжунпэй с факультета электротехники университета Авроры!

Хотя Лю Чжунпэй не был академиком и не попадал в особые государственные программы, он все еще был хорошо известен в своей области и участвовал во многих научно-исследовательских проектах.

Например, его научный руководитель работал над реактором в Хайчжоу.

Однако, услышав это имя, старик…

Никак не отреагировал.

— Лю Чжунпэй? — Старик нахмурился и задумался, затем он покачал головой. — Не знаю его.

Неудивительно, что эти студенты спроектировали такую фигню, я даже не знаю их руководителя.

Конечно, старик стал говорить этого вслух.

Если бы он это сделал, студенты-инженеры, возможно, ударили бы его.

Однако, даже если он ничего не сказал, его лицо все показало.

Инженер по имени Чжао больше не мог этого выносить, как презирают их руководителя.

— Тогда скажите, кто вы?!

— Я? — Старик удивленно вскинул бровь. — Профессор Лу попросил меня помочь вам, и не сказал, кто я?

Ван Цян застыл.

Инженер по имени Чжао тоже.

Другие молодые инженеры молча переглянулись.

Когда они впервые пришли в Институт перспективных исследований, им сказали найти профессора Вана, но они не знали, кто он такой…

Никто никогда не упоминал даже этого.

Старик не рассердился из-за того, что студенты его не узнали. Вместо этого он улыбнулся:

— Разве вы, молодежь, не любите свои телефоны? Я Ван Цзенгуан, погуглите про меня.

Он покачал головой и ушел.

Ван Цян достал свой телефон и загуглил имя. Кто-то позади него в этот момент воскликнул:

— Ван, это академик Ван Цзэнгуан!

Академик?

Ван Цян посмотрел на товарища и спросил.

— Вы нашли про него?

Тот кивнул и передал свой телефон.

Ван Цян посмотрел в телефон и мгновенно застыл.

Академик Ван Цзэнгуан!

Главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации!

Лидер отечественной атомной промышленности и электротехники! Лидер отрасли, работавший над термоядерными проектами, таких как Пань-гу!

Ван Цян наконец вспомнил, кто этот человек.

Ван Цяню старик показался знакомым, поэтому он немного сохранял сдержанность.

Но теперь он понял, почему старик выглядел знакомым…

Когда Ван Цян еще учился…

Ван Цян вспомнил, как его научный руководитель говорил о ком-то другом, кроме Лу Чжоу, который был богом в области атомной промышленности.

Оказалось, что кумиром его научного руководителя был академик Ван. Феррожидкостный генератор электроэнергии академика Вана даже описывался в учебниках страны…

Ван Цян пребывал в шоке.

Теперь он понял, почему генеральный директор Ли был так уверен, что Star Sky Technology приведут их к успеху, что даже отказался от помощи Tesla.

Не могу поверить, что Лу Чжоу смог уговорить его помочь нам…

Мы просто не можем провалиться!

Глава 976. Установить стандарт

Цзиньлинский университет, корпус факультета математики.

Зазвонил телефон. Судя по идентификатору, звонил академик Ван.

Как только на звонок ответили, в трубке раздался знакомый смех.

— Старый Лу, ты отправил детей не с лучшими навыками!

Когда Лу Чжоу услышал «Старый Лу», он чуть не выплюнул чай изо рта.

Лу Чжоу поперхнулся и почувствовал, как из носа потек чай. Он похлопал себя по груди и откашлялся, после чего сказал:

— Можно сменить обращения? Вы на целое поколение старше меня.

Хотя мне скоро тридцать, мне все еще меньше тридцати! Я выгляжу старше своих лет, но все же…

Это чересчур!

— Ха-ха-ха! — Академик Ван Цзэнгуан рассмеялся и бесцеремонно ответил. — Это ты попросил меня о помощи, я приехал к тебе из самого Пекина. И я не могу решить, как тебя называть?

— …

Лу Чжоу потерял дар речи.

Большинство никогда бы не смогли обратиться за помощью к легенде атомной промышленности. Независимо от обращения, академик Ван все равно оказывал Лу Чжоу услугу.

Заметив, что Лу Чжоу не отвечает, академик Ван с улыбкой продолжил:

— Я ознакомился с вашим проектом зарядки. Технология и дизайн ужасны, но он интересный. Я только не понимаю, зачем вы интегрируете беспроводную зарядку с литий-воздушного аккумулятора? Я думал, что нет причин связывать их вместе, поскольку они прекрасно работают независимо друг от друга.

— На самом деле, если спрашивать меня насчет этого… Я мало, что понимаю. Я просто ученый, я многого не понимаю за пределами науки. Но мой генеральный директор сказала мне кое-что, я посчитал идею интересной и решил обратиться к вам за помощью.

— О? И что же сказала генеральный директор?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Стать теми, кто устанавливает стандарты.

Хотя литий-воздушные аккумуляторы не имели ничего общего с беспроводной зарядкой, если Star Sky Technology будут контролировать обе технологии, они могли объединить их вместе и потребовать совместного их использования.

Следовательно, у других компаний будет лишь два варианта: либо заплатить высокую цену за отказ следовать стандарту, либо пойти на компромисс и соблюдать установленные правила.

В краткосрочной перспективе это может оказаться невыгодным, но когда стандарт установиться во всей индустрии…

Даже если найдутся компании, которые захотят пойти против течения, будет слишком поздно.

К тому моменту им придется столкнуться с давлением патентов Star Sky Technology…

На другом конце провода воцарилось молчание.

Внезапно академик Ван рассмеялся.

— Установить стандарт? Звучит интересно. — Академик Ван улыбнулся. — Хорошо, поскольку мне больше нечего делать, я помогу! Кстати, я очень строгий. Если кто-то из этих новичков инженеров в итоге уволится, не вини меня.

— Конечно, нет! — Лу Чжоу улыбнулся. — Если захотят, пусть увольняются, их всех можно заменить. Даже если выдержит и останется только один человек, которого можно будет вырастить в лидера отрасли, это будет уже победой.

После этого они немного поговорили о разных мелочах и закончили телефонный разговор.

Сразу после того, как академик Ван закончил звонок, дверь его кабинета открылась. Вошел инженер среднего возраста в очках с бумагами.

— Это пересмотренные чертежи. — Сказал Яо Хун, кладя бумаги на стол. Он поправил очки и добавил. — Я заставил их переделать важные части.

Взглянув на новые чертежи, академик Ван удовлетворенно кивнул.

— Неплохо.

Как и ожидалось от моих студентов.

Яо Хун посмотрел на академика Вана и внезапно обратился:

— Профессор.

Академик Ван посмотрел на него и отложил чертеж.

— Что такое?

С небольшим колебанием Яо Хун высказал свои мысли:

— Разве для нас нормально помогать им вот так? Star Sky Technology частная компания… Мы помогаем им бесплатно.

Академик Ван посмотрел на своего студента и улыбнулся.

— Хочешь сказать, что используем общественные ресурсы для частной выгоды?

Яо Хонг кивнул.

— Хотя мы не используем государственное финансирование и лаборатории, ресурсы исследований и разработок тоже считаются общественными…

Академик Ван прервал своего студента:

— Нельзя слепо следовать правилам. Нужно научиться быть гибким.

— Но…

— Ты думаешь, что мы помогаем ему ради его личной выгоды, но задумывался ли ты, что он терял, помогая нам? Кто айфри-дом.су создал энергию термоядерного синтеза? Star Sky Technology частная компания, но ты видел, чтобы профессор Лу имел какие-либо технологию термоядерного синтеза?

Выслушав слова своего руководителя, Яо Хун потерял дар речи.

Однако он не хотел сдаваться, поэтому сказал:

— Но… Технология термоядерного синтеза результат усилий каждого, поэтому патент не должен принадлежать одному.

— О, правда? — Академик Ван улыбнулся и покачал головой. — Если бы он не вернулся в Китай, а остался в Германии, думаешь он не смог бы построить реактор там? Хочешь сказать, что мы бы без него решили проблему?

— Но… — Яо Хун смутился. — Он китаец, его дом здесь.

— Верно, его дом здесь. — Академик Ван кивнул и с волнением произнес. — И твой, и мой, мы все хотим, чтобы это место стало лучше. Вот почему он отказался от своих возможностей и вернулся сюда. Он путешествовал со своей исследовательской группой по всей стране и ни капельки не жаловался. Так кто кому обязан?

Академик Ван замолчал.

Он посмотрел на своего студента и улыбнулся.

— Кроме того, мне тоже очень интересна эта идея. Однажды мы также будет устанавливать стандарты в мире. По крайней мере, в области электроэнергии. Каждой стране придется действовать по нашим правилам. Надеюсь, этот день скоро настанет… — Академик Ван протянул руку и похлопал своего студента по плечу, говоря торжественным тоном. — Итак, хватит пытаться наживать врагов! Мы в одной команде!

Глава 977. Рыбак рыбака

Часто проходили годы, прежде чем продукт от разработки дойдет до стадии производства.

Обычно так и было.

Однако, когда дело брался главный инженер Китайской национальной ядерной корпорации, то все значительно ускорялось.

Не только из-за собственного опыта и навыков, но и ifreedom благодаря его связям в области электротехники.

Даже если он сталкивался с проблемой, которую не мог решить, он мог легко найти специалиста, который помогал ему решить проблему.

Конечно, большая часть проектной работы все равно выполнялась командой Бип-Бип зарядки.

Это также была просьба Лу Чжоу.

— Неплохо, если будете делать по этим чертежам, то проблем не будет. — Академик Ван посмотрел на новый проект и вернул чертежи Ван Цяну.

У Ван Цяна словно гора свалилась с плеч, когда он вздохнул с облегчением.

Прошедший месяц стал адом для него и его команды.

Не только из-за нехватки людей, но и потому, что им пришлось иметь дело со специалистами из Китайской национальной ядерной корпорации.

Ученик академика Вана, Яо, часто критиковал и придирался к их чертежам, заставляя их делать одно и то же повторно…

И хотя он хотел сдаться, вспоминая чем он пожертвовал, чтобы переехать сюда из Шанхая, он, стиснув зубы, продолжал.

Академик Ван посмотрел на Ван Цяна и улыбнулся.

— Отличная работа. По правде говоря, я думал, что вы все уволитесь. Я хотел нанять несколько человек из Китайской национальной ядерной корпорации для завершения проекта, а потом сдать его академику Лу.

Ван Цян крепко сжал чертежи в руке, после чего со вздохом спросил:

— Могу спросить?

Академик Ван сделал глоток чая и легкомысленно ответил.

— Спрашивай.

— Поскольку Китайская национальная ядерная корпорация настолько сильна… Почему вы сами не завершили проект? Я к тому, что раз вы считали, что мы не могли выполнить работу хорошо, то почему вы просто не заменили нас кем-то получше.

Ван Цян знал, что его вопрос немного странный.

Потому что у Китайской национальной ядерной корпорации не было причин помогать Star Sky Technology.

Однако главный инженер академик Ван помогал им.

Услышав вопрос Ван Цяна, Ван Цзэнгуан улыбнулся.

— Месяц назад, когда я разговаривал с профессором Лу по телефону, я спросил у него. Я перфекционист, поэтому боялся, что мои стандарты вынудят вас всех уволиться. Угадай, что мне ответил профессор Лу?

Ван Цян надолго задумался, а потом покачал головой.

— Я не знаю.

Академик Ван улыбнулся:

— Он сказал, если хотите, то можете увольняться, другие заменят вас! Но если кто-то из вас останется, это того стоит! — Академик Ван посмотрел на Ван Цяна и продолжил. — Итак, я удивлен, увидев, что все пятеро все еще работают здесь. Это важнее, чем беспроводная зарядка. Как руководитель этого проекта, я надеюсь, вы запомните, что технологии всегда относительны, и однажды какая-то часть технологии устареет, но… — Академик Ван протянул руку и легонько ткнул Ван Цяна в лоб. — Знания и ваша креативность вечны.

Технологии относительны…

Ван Цян, наконец, понял, почему академика Лу не волновала потеря работников, и почему академик Лу настаивал на том, чтобы они работали над проектом лично.

Уволившиеся просто не подходили.

Технологию всегда можно улучшить.

Суть не в их нынешних способностях, а хватит ли им решимости стать лучше и заниматься почти невыполнимой задачей.

Академик Лу мог бы легко получить помощь от Китайской национальной ядерной корпорации, и вся атомная энергетическая отрасль Китая также с радостью поможет им.

Однако Лу Чжоу заботили не только технологии.

Он хотел постоянную научную группу, что сможет всегда поддерживать для него технологическое преимущество.

Точно так же, как он развивал таланты для термоядерного синтеза и аэрокосмической промышленности, даже если он оставит полностью эти области, то они продолжат развиваться.

Академик Ван посмотрел на молодого инженера и кивнул.

Он знал, что тот понял его слова, поэтому встал и улыбнулся.

— Хорошо, проект беспроводных зарядных станций первого поколения у вас. Я больше не буду вас беспокоить. Я позвоню академику Лу сегодня вечером, а завтра вернусь в Пекин. Могу лишь посоветовать не довольствоваться текущим, а продолжать совершенствоваться, будь то зарядные станции или что-то еще. Будущее безгранично.

— Спасибо. — Ван Цян некоторое время молчал и вдруг спросил. — Могу ли я называть вас учителем?

Академик Ван улыбнулся.

— Можешь называть меня, как хочешь. Я многому научил вашу команду, поэтому это не будет неуместно. Кстати, как вы хотите назвать устройство?

Ван Цян после небольшой паузы ответил:

— ББ зарядка.

— ББ? — Академик Ван с недоверием посмотрел на него. — Я знаю, что ваша компания так называется, но вы также решили назвать свой продукт?

— Да… Есть какая-то проблема?

Академик Ван открыл рот, но долго молчал, потому все же спросил:

— Это академик Лу придумал такое название?

— Нет… — Ван Цян почесал затылок. — Генеральный директор Ли… Генеральный директор Бип-Бип зарядки Ли Тинхуэй придумал его. Я слышал академик Лу собирался поменять название компании, но в итоге оставил. Есть какие-то проблемы с названием?

— Ничего, мне просто было интересно… Теперь вы будете сами по себе. А я пошел.

Академик Ван посмотрел на своего студента и знаком показал ему следовать за ним. Они направились к двери кабинета.

Старый академик уже собирался покинуть кабинет, когда вдруг вздохнул и сказал.

— Рыбак рыбака видит издалека. Похоже, старине Лу просто нравятся люди, которые ужасно придумывают названия!

Яо Хун чуть не споткнулся.

Академик Ван засмеялся и заговорил.

— Аккуратнее.

Яо Хун посмотрел на своего руководителя и сказал.

— Да, хорошо… Буду осторожен.

Я думаю, что умение давать названия и способности обратно пропорциональны…

Неудивительно, что я не так умен, как профессор Лу…

Глава 978. Выпуск продукта

Вести бизнес достаточно сложно.

Особенно если хотите расширить свой бизнес, для этого требуется не только экстраординарное видение и в десять раз больше энтузиазма, чем у конкурентов, но и смелость работать 24 часа семь дней в неделю.

Хотя Ли Тинхуэй подготовился к трудным дням, он не ожидал, что все будет настолько мучительно…

В течение месяца ему нужно было подписать контракты со всеми крупными торговыми центрами Шанхая. Получив такой приказ от генерального директора, он мог испытать только отчаяние.

Весь март он не мог нормально выспаться, ему постоянно приходилось общаться с владельцами торговых центров.

Даже если его поддерживала Star Sky Technology, где Чэнь Юйшань могла организовывать встречи для него, успех переговоров все еще зависел от него.

В конце концов, они лишь дочерняя компания Star Sky Technology, если они преуспеют будет здорово, а если нет…

К счастью, пока все шло успешно.

На следующий день после праздника Цинмин (праздник поминовения усопших).

Ли Тинхуэй спал в своем кабинете, и ему казалось, что он сам близок к присоединению к мертвым.

Если бы не внезапный звонок офисного телефона, он сомневался проснулся ли бы он когда-нибудь.

— Слушаю. — Ли Тинхуэй протер глаза и откашлялся. — Это Бип-Бип зарядка…

— Директор Ли! — Ван Цян взволновано оборвал его. — Проект продукта завершен!

— Вы закончили?! — Словно ему что-то вкололи, Ли Тинхуэй мгновенно взбодрился. — Все готово? Правда? Сколько времени нужно до начала производства? Можно начать к концу месяца?

Ван Цян глубоко вздохнул и ответил:

— Я не знаю, сколько точно нужно времени, но все должно быть готово до конца месяца! Я поговорил с инженерами из новых материалов Чжуншань, которые приходили в Институт перспективных исследований. Они сказали нам, что это начать производство несложно. Кроме того, я слышал, что они также работают с Star Sky Technology над литий-воздушными аккумуляторами, если они изготовят для нас зарядные станции, они также помогут нам с проблемами совместимости с литий-воздушными аккумуляторами!

— Отлично!

Ли Тинхуэй взволнованно вскочил и прошелся по комнате. Однако из-за телефонного шнура он мог ходить только по небольшому кругу.

Проектирование зарядной станции завершено!

Это лучшая новость за месяц!

Его технический директор сообщил, что не только проект завершен, но и вот-вот начнется производство!

Ли Тинхуэй поклялся, что, если бы у него были деньги, он выдал бы каждому в своей команде по 10 000 юаней премией…

Он глубоко вздохнул и успокоился, заговорив серьезно.

— Завтра я обсужу сотрудничество… Нет, я отправлюсь в Цзиньлин сегодня днем! Я постараюсь организовать все как можно скорее. Мы должны начать поставлять оборудование к концу месяца!

Ван Цян удивился:

— Переговоры с торговыми центрами… завершены?

Он слышал, что генеральный директор пытался заключить сделки с крупными торговыми центрами еще до финансирования Star Sky Technology. Очевидно, директор Ли пытался убедить торговые центры поставить их зарядные станции. Однако генеральный директор Ли не смог заключить ни одной сделки.

В конце концов, в большинстве торговых центров уже имелись свои зарядные станции. Даже если они не были беспроводными, они были достаточно хороши. Наличие беспроводных зарядных станций звучало довольно круто, но сколько машин были совместимы с такой зарядкой?

В случае с Tesla или BYD, торговые центры были бы более заинтересованы. Но с ними связывался безымянный стартап, поэтому никто не верил в их беспроводное зарядное устройство!

Ли Тинхуэя самодовольно улыбнулся и самоуверенно ответил:

— Более 80% крупных и средних торговых центров Шанхая выразили заинтересованность в сотрудничестве с нами в течение одного года или более полугода. Если отзывы будут хорошими, они рассмотрят возможность передачи нам большего числа парковочным мест. Также уже двадцать общественных мест готовы заняться обновлением парковочных мест. Нам сейчас нужно лишь производить парковочные места. — Он был очень воодушевлен. — Победа в этой войне зависит от удовлетворения наших клиентов! Мы не можем их подвести!

……………….

Когда много работы, время летит быстро.

Последняя суббота апреля.

Май уже не за горами, и крупные торговые центры Шанхая готовились к различным рекламным мероприятиям. Хотя до праздников еще несколько дней, торговые центры начали переполняться людьми.

Люди со всех районов приезжали в торговый центр в Уцзяочанге.

В гараже крупного торгового центра располагался ряд парковочных мест, выкрашенных в золотой цвет, что привлекало внимание покупателей.

— Бип-бип зарядка эксклюзивное место для зарядки, беспроводная зарядка… Отсканируйте QR-код для зарядки? Что за?

— Любую машину можно зарядить?

— Очевидно, он не может зарядить машины на бензине. Я думаю, что у электромобиля должен быть специальный аккумулятор.

— Черт! В чем смысл, зачем мне тратить тысячи юаней на беспроводную зарядку.

— Не обязательно, можно просто зарядить обычным способом с помощью кабеля. Однако, похоже беспроводная зарядка быстрее.

Пока два автовладельца разговаривали, другой автовладелец вышел из своей машины и присоединился к разговору.

— Дело не в скорости зарядки, вы отстали! Недавно весь мир бизнес мир сошел с ума! Профессор Лу инвестировал в компанию по производству беспроводных зарядных станций. Это были Бип-Бип зарядка! Они собираются использовать беспроводную зарядку в комплекте с литий-воздушными батареями! Любая литий-воздушная батарея будет иметь приемник для беспроводной зарядки!

Люди вокруг них, которые делали фотографии, также услышали разговор…

Они удивились.

Отсканировать QR-код для зарядки!

Ничего такого…

Зарегистрироваться, чтобы получить купон на 100 юаней!

Тоже ничего особенного…

Плата за обслуживание всего в десять юаней!

Это тоже не большая проблема, ведь цены на электроэнергию становились все дешевле.

Но сочетание литий-воздушных аккумуляторов и беспроводной зарядки вместе…

Эта новость поражала.

Был это слух или нет, люди начали писать про это в ленте WeChat!

Глава 979. Запасной вариант и козырь

Бип-Бип зарядка в первый день своего появления вызвала достаточно много обсуждений.

Литий-воздушные аккумуляторы звучали как что-то из научной фантастики, хотя не все ездили на электромобилях, большинству было все равно любопытно.

В социальных сетях распространились всевозможные слухи.

А с наступлением праздников популярность Бип-Бип зарядки поднялась на совершенно новый уровень.

Новой технологией заинтересовались даже водители машин на бензине, некоторые даже регистрировались и код, чтобы просто припарковать машину и сделать пару фотографий.

В любом случае это было не так дорого.

Маркетинговая кампания оказалось очень успешной. Ни Ли Тинхуэй, ни торговый центр не ожидали, что комбинация литий-воздушного аккумулятора и беспроводной зарядки будет такой популярной. В торговом центре даже наблюдался всплеск посещаемости.

Ли Тинхуэй посмотрел на растущее число регистраций пользователей и испытал облегчение.

Неважно, будет ли в дальнейшем все так гладко, по крайней мере, этот этап можно считать успешным!

На самом деле беспроводная зарядка не какая-то сверх технология.

Хотя в Китае этой темой занялись относительно поздно, на международном уровне ее исследовали и разрабатывали давно и даже добились результатов.

Например, когда Audi разрабатывала свои новые электромобили, они разработали решение для снижения потери эффективности при переключении передач. Их решение заключалось в использовании подъемной беспроводной зарядной системы и перемещении катушки трансмиссии ближе к низу машины, тем самым повышая эффективность передачи энергии.

А в 2014 году Южная Корея собиралась построить дорогу для беспроводной зарядки протяженностью 12 километров. Однако из-за высоких затрат на техническое обслуживание этот проект так и не осуществили.

План Бип-Бип зарядки состоял из трех этапов. Первый этап занять более 80% торговых центров и парковок в Шанхае. Вторым распространиться на крупные коммерческие районы на всей территории городской агломерации, а в итоге распространиться по всей стране.

Что касается третьего этапа, что станет вершиной данной технологии, то это беспроводная зарядная дорога, покрыв 50% дорожный сетей в районах Шанхая.

Конечно, им приходилось делать все шаг за шагом.

Но уже сейчас сила показанная начинающей компанией поражала.

Институт перспективных исследований.

Лаборатория полупроводников.

Группа сотрудников в белых халатах работала перед экспериментальным оборудованием.

После нескольких месяцев напряженной работы, сотрудничая они смогли создать это устройство для химического осаждения и травления.

Устройство напоминало литографскую машину в области углеродных полупроводников. Оно могло предварительно обработать сырье и присоединить углеродные нанотранзисторы к двухслойному графеновому материалу под определенным углом.

Несколько месяцев назад в лаборатории полупроводников смогли создать транзисторы размером всего 150 нанометров, но теперь число уменьшилось до 80 нанометров.

Помимо электроники с требованией высокой производительностью, как компьютеры и мобильные телефоны, чипы на базе 80 нанометров могли использоваться по многих других местах.

Чем меньше размер транзистора, тем лучше. Однако большинство областей не требовали такой большой вычислительной мощности.

Например, оборудование для видеонаблюдения и сетевое оборудование…

Конечно, эта лаборатория не планировала производить процессоры для камер видеонаблюдения. Они также не имели никакого отношения к новейшей серии чипов Dragon One. В первую очередь они связаны с технологией беспроводной зарядки.

Когда послышался звук выброса газа, ученые, окружавшие экспериментальное оборудование, удивлено вскрикнули.

Они посмотрели на данные на компьютере, а У Тяньцюня обрадовался.

— Готово!

Лу Чжоу, стоявший неподалеку, спросил:

— Успешно?

— Да! — Профессор У Тяньцюнь кивнул и уверенно ответил. — Очень успешно! Я покажу вам!

Лу Чжоу не пришлось долго ждать.

Вскоре после этого из оборудования извлекли чип размером с ноготь большого пальца.

Лу Чжоу посмотрел на чип одновременно шокировано и облегченно.

Это второй углеродный чип, произведенный лабораторией полупроводников.

Первый использовался в калькуляторе и в нем не было ничего особенного. Что касается этого, то он будет использоваться в приемниках и передатчиках беспроводной зарядки, следовательно, его можно считать высокотехнологичным.

Все знали, что из-за проблем, связанных с преобразованием электромагнитного излучения, технологию беспроводной зарядки можно разделить на две части: приемную и передающую. Если ее дополнительно разделить на функциональные компоненты, то получим чипы, катушки, магнитные материалы и так далее.

С катушкой и магнитными материалами легко работать. Они не считались чем-то высокотехнологичным, и у них не было никаких патентных барьеров. Однако чипы другое дело.

Почти все технические трудности были в конструкции чипа приемника и системной интеграции.

До сих пор в основном эта технология применялась в телефоне. Однако вскоре электромобили также должны использовать данную технологию.

Фактически, помимо разработки собственного чипа, у Бип-Бип зарядки был выбор из множества международных производителей. На самом деле, чипы для первой партии зарядных устройств производили крупные мировые производителя.

Однако компания Huawei HiSilicon, частью которой владели Star Sky Technology, перешла от чистой разработки к разработке и производству, следовательно, было бы расточительно не использовать их чипы.

Когда придет время, они заменят все иностранные чипы собственными.

У Тяньцюнь посмотрел на чип в руке Лу Чжоу и взволновано заговорил.

— Боже, спустя два месяца мы наконец-то смогли! Мы должны придумать хорошее название.

На самом деле, профессору У вообще не собирался спрашивать мнения Лу Чжоу, он просто был слишком взволнованным.

К сожалению, Лу Чжоу серьезно задумался над вопросом.

Хорошее название?

Сложно…

Лу Чжоу долго думал. Профессор У Тяньцюнь уже собирался убрать чип и убрать его на хранение, когда Лу Чжоу сказал:

— Мы назовем его… Системой ББ.

Чего???

Один человек погрузил всю комнату в тишину.

Лу Чжоу не знал, почему эти ученые так уставились на него.

Эм…

Что-то не так с этим названием?

Как раз, когда Лу Чжоу начал задаваться вопросом, хорошее ли это название, профессор У Тяньцюнь нарушил молчание.

— Эм… Это название не подойдет. Во-первых, оно звучит некрасиво. Кроме того, название слишком похоже на название зарядных станций, люди будут путать их!

— Вы правы. — Согласился Лу Чжоу. Видя, что так много людей не согласны с его названием. — Так какое названием нам следует дать?

У Тяньцюнь твердо заявил.

— Тор!

— Тор?

— Да! — У Тяньцюнь кивнул и объяснил. — Бог грома, шокирующий весь мир! Это название идеально!

— Имеет смысл… — Лу Чжоу некоторое время размышлял, прежде чем неохотно кивнул. — Будет Тором!

Глава 980. Эксклюзивные контракты

Хотя Лу Чжоу не считал название «Тор» особенно удачным, видя радость ученых от названия, он с неохотой согласился.

Нужно еще время для начала производства, поэтому они все еще могут изменить название позже.

Что касается, когда начинать впуск.

Они, по крайней мере, подождут, пока не появятся чипы серии Dragon.

Продолжающийся рост популярности Бип-Бип зарядки привлек внимание EVgo, которые также пытались выйти на рынок Шанхая.

Китайское отделение Tesla не занималось масштабной рекламной кампанией, вместо этого они напрямую пошли на переговоры с крупными торговыми центрами.

Как и ожидал Бобби, почти ни один торговый центр не отказался от возможности разместить на своих парковках зарядные станции бренда Tesla, точно так же, как ни один торговый центр не отказался бы от магазина Louis Vuitton.

Наличие известного бренда увеличивало поток покупателей.

Но Бобби не ожидал, что на парковках торговых центров люди будут собирать не у зарядных станций Tesla-Evgo. Вместо этого все внимание посетителей было приковано к зарядным станциям Бип-бип зарядки…

Хотя это не вызвало у него разочарования или беспокойства, он все равно сообщил об этом своему начальнику, Илону Маску.

— Похоже, что у нас абсолютное преимущество в деловых районах Шанхая, но Бип-бип зарядка также расширяются… — Бобби помолчал и добавил. — Star Sky Technology не сильно отстают. Если они продолжат расти, то через шесть месяцев догонят нас по охвату. Я предлагаю подписать эксклюзивное соглашение с крупными и средними торговыми центрами, чтобы они сотрудничали только с нами. Мы не должны позволять другим компаниям получать парковочные места для своих зарядных станций!

Услышав слова Бобби, Илон ответил с улыбкой.

— Мы не можем этого делать.

Бобби опешил на мгновение.

— Почему?

Илон улыбнулся и спокойно объяснил.

— Я думаю ты знаешь, что они хорошо разбирается в интернет-маркетинге. Если бы американская компания, как мы, подпишет эксклюзивные соглашения с китайскими торговыми центрами, то о нас будут писать по всему интернету. А на торговые центры начнется давление, чтобы они разорвали контракт. А если они не расторгнут контракт, то вмешается государство.

Бобби нахмурился:

— Значит, мы просто будем наблюдать, как они растут? Это может повлияет на нас…

— Я знаю. — Маск перебил его. — Но я никогда не говорил оставить их в покое, мы должны использовать другие методы.

Услышав слова Маска, Бобби успокоился и прислушался.

— Наши электромобили покрывают восемьдесят пять процентов Шанхая, не говоря уже о том, что Mercedes, Volkswagen и другие компании планируют подписать с нами эксклюзивные контракты на зарядные станции. После подписания контрактов мы оснастим наши зарядные станции специальными интерфейсами для их машин… В итоге зарядные станции EVgo станут единственными официально признанными в Китае!

Глаза Бобби вспыхнули.

Как и ожидалось!

Маск гений!

Неважно были ли их станции лучше других, само название Tesla могло заставить людей подсознательно выбирать бренд EVgo.

По сравнению с этим функция беспроводной зарядки, которую предлагали Бип-Бип зарядка незначительна.

Из соображений удобства люди всегда выбирали беспроводную зарядку, но в итоге людей больше волновала безопасность и стабильность. Именно это предлагали EVgo.

Бобби глубоко вздохнул и сказал:

— Я понял, что делать.

— Отлично. — Маск улыбнулся. — Нам не обязательно подписывать эксклюзивные соглашения с китайцами.

Получение эксклюзивных контрактов и подавление промышленности нарушило бы антимонопольные правила и законы о свободной торговле.

Но может ли в бизнесе быть справедливость?

Маск не смотрел свысока на Бип-бип зарядку только потому, что это небольшая компания, и он сделает все возможное, чтобы защитить свою территорию…

Причина проста.

Это из-за человека, стоящего за компанией Бип-бип зарядка.

Маск никогда не забудет того, что произошло в аэрокосмической сфере…

Он никогда больше не будет недооценивать своего противника.

— Наша цель не только Шанхай, но и прилегающие районы. Помнишь, что я говорил тебе, когда в последний раз приезжал в Китай? Дельта реки Янцзы станет центром всего региона западной части Тихого океана. Важный инвестор посетит вас через три дня. Если все пойдет хорошо, мы сможем получить финансирование по меньшей мере на миллиард долларов. Ты должен справиться!

Бобби торжественно кивнул.

— Хорошо!

……….

Цзиньлин.

Институт перспективных исследований, кабинет директора.

Лу Чжоу обычно приходит в свой офис, чтобы обсудить важные вопросы.

Во-первых, из-за частоты кабинета, во-вторых, из-за секретности.

В его кабинете в Цзиньлинском университета царил бардак.

Чэнь Юйшань сидела на диване. Она сделала глоток чая и сказала Лу Чжоу, который сидел за своим столом.

— Тесла приняли меры. Надежные источники сообщают, что они ведут переговоры с Volkswagen. Если они заключат сделку, те опубликуют заявление и сделают EVgo официально поддерживаемой зарядной станцией.

Лу Чжоу отложил ручку и кивнул.

— Ты снова угадала.

— Я не угадывала, я знал, что такое произойдет. Помощь извне лучшее решение для них без особых рисков. Пока у них есть контроль над регионом, они никогда не потеряют деньги.

Стоимость антимонопольных расследований не незначительная.

Однако, если Tesla сможет сформировать монополию, они все равно смогут получить прибыль.

Хотя сама вероятность антимонопольного расследования низк.

Хотя Лу Чжоу не очень разбирался в бизнесе, ему все равно было любопытно, что планирует делать дальше Чэнь Юйшань.

— Тогда что ты собираешься делать?

Чэнь Юйшань ухмыльнулась.

— Разве я не говорил тебе два месяца назад? Я планирую сыграть в шахматы.

— Ты все еще играешь?

Лу Чжоу почти забыл про это.

На какую шахматную партию уходит два месяца…

— Я уже закончил партию. — Чэнь Юйшань ухмыльнулась. — Шоу вот-вот начнется.

Глава 981. У вашей компании проблемы

В центре центрального делового района Шанхая возвышался высокий небоскреб. Это штаб-квартира Tesla в Китае. Оно стало вторым вложением компании в строительство в Китае, после строительства завода. Здание выходило окнами на западную часть Тихого океана, словно это маяк, направляющий бизнесменов на международный рынок…

Конечно, здесь было много подобных маяков.

С появлением в Азии экологически чистой энергии, сюда стекается все больше и больше международного капитала, пытающегося воспользоваться преимуществами энергетической революции.

На верхнем этаже здания в зале заседаний.

Генеральный менеджер Tesla в Китае Бобби встречался с важным клиентом из Бостона — Дэвидом Лоуренсом.

В Соединенных Штатах Лоуренс распространенная фамилия, но, если эта фамилия связана с Бостоном и банковской сферой, он имела особое значение.

Семья Лоуренс занималась финансовой индустрией, они часто упоминались вместе с их старыми друзьями Лоуэллами и Адамсами.

Когда Северная Америка была еще колонией, эти дальновидные семьи первыми разбогатели, они косвенно контролировали легкую и тяжелую промышленность, что быстро росла на волнах двух промышленных революций.

После двух промышленных революций они остались неудовлетворенными и вступили в политический союз с семьей Кеннеди.

И это породило Бостонскую финансовую группу.

После войны во Вьетнами нерушимый альянс постепенно распался.

После этого Бостонская финансовая группа исчезла из памяти людей.

Однако двухвековое наследие и богатство не могли просто взять и раствориться.

Хотя они редко появлялись на публике, они тайно влияли на мир.…

Бобби стоял у окон в конференц-зале, глядя на неоновые уличные фонари. Бобби улыбнулся и заговорил с человеком, стоящим рядом с ним.

— Как видите, перед нами самая процветающая страна в западной части Тихого океана. Видите, эту реку? По этой реке протекает более половины богатств Китая.

Чтобы угодить важному гостю, он старался изо всех сил.

Расширение Tesla в Шанхае требовала капитала. Хотя китайские банки с радостью были готовы предоставить им деньги, проценты были недешевыми.

Поэтому лучшим вариантом для Tesla получить финансирование за пределами страны.

Если Бостонская финансовая группа заинтересуется EVgo и инвестирует в нее, без сомнений расширение их бизнеса в Китае пройдет гладко.

Хотя финансовые гиганты часто безжалостны, они никогда не откажутся от возможности заработать.

— Это прекрасный город, намного лучше Бостона.

Лоуренс слабо улыбнулся. Он тон не походил на невежественного туриста; скорее он говорил, как мудрый бизнесмен, который осознает ценность товара перед ним.

Бобби взглянул на Лоуренса и заговорил.

— Бесконечная энергия. Раньше мы думали, что это просто фантазия, но кто-то действительно сделал это. Я проработал здесь четыре года и наблюдал, как они постепенно оставляют мир позади… Боюсь ни один американец не поверит, что китайцы выращивают овощи в небоскребах, и используют поезда на магнитные подвески для доставки грузов при этом получая прибыль.

— Выращивают овощи в небоскребах? — С любопытством спросил Лоуренс.

— Некоторые этим занимаются. Кажется, это называется трехмерным сельским хозяйством… Вы знаете, Азия сходит с ума по свежей, натуральной пище. Даже если они дороже. — Бобби откашлялась. — Я хочу сказать, вам не кажется, что они напрасно используют свои ресурсы растрачивая их так!

— Да… — Лоуренс кивнул. Он посмотрел на ночной вид. — Расскажите о своем проекте, может быть, он меня заинтересует.

Бобби улыбнулся и заговорил.

— Конечно.

Бобби собирался рассказать Лоуренсу о своем плане, когда в дверь конференц-зала внезапно постучал мужчина средних лет в костюме и вошел.

Лоуренс посмотрел на своего помощника и нахмурился.

— Что случилось, мистер Джонард?

— Мне жаль, что прерываю вашу встречу, но я должен сообщить вам кое-что важное.

Лоуренс взглянул на Бобби и улыбнулся.

— Это связано с джентльменом рядом со мной?

Джонард кивнул и протянул Лоуренсу стопку бумаг.

— Вот как? Тогда мне надо серьезно их изучить.

Лоуренс взял документы у помощника и виновато посмотрел на Бобби.

Бобби не мог не испытать недовольства.

Однако он никогда бы не посмел обидеть Лоуренса. Таким образом, он мог только ждать, пока тот просмотрит документы.

Время шло.

Лоуренс почти закончил с документами.

Бобби устал ждать и уже хотел вздохнуть с облегчением, когда Лоуренс внезапно нахмурился, отчего Бобби мгновенно занервничал.

— Похоже, у вашей компании проблемы.

Бобби посмотрел на Лоуренса и спросил.

— Что?

— Есть китайская компания, которая похоже предоставляет угрозу вашему основному бизнесу. — Лоуренс улыбнулся. — Похоже, вы находитесь в невыгодном положении.

В невыгодном положении?!

— Вы говорите о Бип-бип зарядке? — Бобби улыбнулся. — При всем уважении, но это совсем не так. Мы уже подписали контракты с пятью крупными автомобильными компаниями, они…

— Я знаю о ваших эксклюзивных соглашениях о сотрудничестве. И еще не надо сомневаться в способностях моих подчиненных. — Лоуренс вырвал две страницы и передал их Бобби. — Раз уж вы так честны со мной, я вам кое-что покажу… Обычно мы берем полмиллиона долларов за страницу.

После того, как Бобби взял страницы у Лоуренса, он начал нетерпеливо читать содержание. Ему хотел знать, почему Лоуренс замешкался с финансированием EVgo.

Однако в тот момент, когда его взгляд упал на текст, его хватил удар!

— Это бессовестно! — Бобби сжал кулак. — Они нарушают законы о свободной торговле! Это незаконно!

Бобби заметил, что Лоуренс смотрит на него, поэтому он попытался успокоиться и выдавил из себя улыбку.

— Господин Лоуренс, я надеюсь, это не повлияет на наше сотрудничество. Если мы подадим на них в суд, суд будет на нашей стороне…

— Да? Но какой суд должен будет вынести вердикт? — Лоуренс пожал плечами. — Конечно, я надеюсь, что это не повлияет на наше сотрудничество…

Бобби улыбнулся и протянул правую руку.

— Тогда я желаю нам счастливого сотрудничества. Я знаю поблизости хороший ресторан, мы могли бы…

— Однако нужно тщательно взвесить риски и выгоды, чтобы принять окончательное решение. — Лоуренс посмотрел на часы. — Что касается ужина, я откажусь. У меня еще одна важная встреча…

После этого он вернул документы Джонарду и кивнул.

Джонард шагнул вперед и открыл дверь.

— Я надеюсь услышать от вас хорошие новости при нашей следующей встрече. — Сказал Лоуренс, направляясь к выходу. — До свидания.

Дверь конференц-зала закрылась.

Бобби недоверчиво посмотрел на закрытую дверь.

Он внезапно развернулся и стукнул кулаком по столу.

— Черт!

Он чувствовал, как повышается его давление.

Как и сказал Лоуренс, у них проблемы…

Глава 982. Объединение патентов

Неделя праздников еще не закончилась. Пока общественность все еще обсуждала Бип-Бип зарядку и беспроводную зарядку, две новости внезапно привлекли всеобщее внимание. Первая была о Star Sky Technology.

На последней пресс-конференции представитель Star Sky Technology признал, что они совершили прорыв в области литий-воздушных аккумуляторов и уже произвели литий-воздушные аккумуляторы первого поколения совместно с Новыми материалами Чжуншань.

Сама по себе новость не шокирующая, после выхода статьи профессора Лу большинство людей ожидали, что рано или поздно это произойдет.

Единственной неожиданностью стало, как стремительно все произошло.

Сразу после пресс-конференции цена акций Новых материалов Чжуншань взлетела до небес.

Можно сказать, что лишь от одного предложения их рыночная стоимость увеличилась на сотни миллионов долларов…

И хотя новость привлекла внимание, сенсацию вызвала вторая новость.

На пресс-конференции Star Sky Technology подтвердили ходивший слух, что они объединяют литий-воздушные аккумуляторы и технологию беспроводной зарядки, таким образом, беспроводная зарядка и литий-воздушные аккумуляторы будут неразделимы.

Представитель Star Sky Technology сказал, что они считают, что более совершенная технология означает более высокое качество жизни, поэтому технология беспроводной зарядки и литий-воздушные аккумуляторы должны быть едины.

Это было несколько высокомерным заявлением, поскольку рынок определял предоставляют ли технологии более высокое качество жизни или нет.

Но оно шокировало индустрию электромобилей.

Star Sky Technology также опубликовала аналогичное объявление на своем сайте.

Они объединят беспроводную зарядку и литий-воздушный аккумулятор!

Более того, технология беспроводной зарядки полностью отличалась от установленных стандартов, это был новый, собственный стандарт Star Sky Technology.

Индустрия электромобилей уже дрожала от новых литий-воздушных аккумуляторов, но этот шаг Star Sky Technology оказался словно землетрясение.

Компаниям, вложившимся в литий-серные аккумуляторы, пришлось не только перейти на литий-воздушные аккумуляторы, но и соответствовать новым стандартам беспроводной зарядки.

Что такое?

У вас есть собственная технология беспроводной зарядки?

Она вам подходит?

Компании Star Sky Technology было все равно, есть ли у вас собственный стандарт. Отныне, если кто-то хотел использовать литий-воздушные аккумуляторы, он должен был соответствовать их стандартам.

Или компаниям пришлось бы заплатить дорогостоящую патентную пошлину за литий-воздушные аккумуляторы…

Известный форум автолюбителей.

Новость широко обсуждалась.

О ней говорили, как владельцы электромобилей, так и владельцы бензиновых автомобилей.

«Черт, Star Sky Technology собираются доминировать в этой области!»

«Кто-нибудь здесь знает, что значит объединение беспроводной зарядки и литий-воздушных аккумуляторов?»

«Это значит, что если компания хочет использовать патенты на литий-воздушные аккумуляторы от Star Sky Technology, ей также необходимо приобрести патент на технологию беспроводной зарядки! А также ей придется подписать соглашение о совместимости беспроводной зарядки! Иначе Star Sky Technology может взимать определенную сумму патентных пошлин, пропорциональную цене машины.»

«Серьезно, разве они не отжимают деньги?»

«Да, но что можно сделать? Если не можешь обойти патентные барьеры Star Sky Technology, придется платить! Это как с Qualcomm, где надо заплатить за использование их чипов.»

«Они делают это, чтобы бороться с Tesla… EVgo только что объявила о своих планах по выходу на китайский рынок. Я вижу зарядные станции под брендом Tesla по всему Шанхаю. Судя по всему, их охват составляет 85%! Если всем литий-воздушным аккумуляторам придется использовать технологию беспроводной зарядки Star Sky Technology, то зарядные станции Tesla станут бесполезными.»

«Давайте посмотрим, что будет дальше, Tesla определенно что-то предпримут, американцы не сдадутся…»

Фактически, как лидер индустрии электромобилей, Tesla выразили свое разочарование этим шагом, и компания надеялась, что Star Sky Technology пересмотрит свое решение.

На пресс-конференции Илона Маса засыпали вопросами, что раздражало его.

— Мы рады видеть, что Star Sky Technology вносит свой вклад в индустрию электромобилей! Не поймите неправильно, я правда рад. Но надеюсь, они передумают. Если они действительно хотят помочь индустрии электромобилей, они должны вырыть яму и похоронить себя в ней!

Хотя технический прогресс благоприятен для общества, поскольку предоставляет людям больше выбора, он создавал угрозу для определенных компаний.

В последнем номере New York Times цитировалось заявление Маска на пресс-конференции и его обеспокоенность появлением технологии литий-воздушных аккумуляторов.

Быстрый технологический прогресс подобен стрельбе из пулемета, который в итоге перегреется. В долгосрочной перспективе не обязательно, что он принесет пользу обществу.

Хотя новая технология — это хорошо, существуют потенциальные угрозы для безопасности.

На самом деле, первыми пострадали именно китайские местные компании по производству электромобилей и автопроизводители, которые планировали выйти на рынок электромобилей. Но после первоначального удивления все вернулось на круги своя.

Условия были несправедливыми, но у них попросту не было выбора.

И такое решение не наносило прямого вреда их корыстным интересам.

По сравнению с литий-серными аккумуляторами, литий-воздушным аккумуляторам требовалась только решетка воздухозаборника, которую можно легко добавить. Внеся некоторые незначительные изменения, у машины можно увеличить дальность поездки в 1,5 раза, что дало бы покупателям еще одну причину выбирать электромобили вместо бензиновых.

Затраты и риски, связанные с модернизацией технологии, также можно переложить на компании, занимающиеся производством аккумуляторов…

Об этом должны беспокоиться производители аккумуляторов и зарядных станций, зачем производителям автомобилей переживать на этот счет?

Некоторые компании, такие как Toyota, Ford и Volkswagen, выразили свою обеспокоенность по поводу принятия китайского стандарта, в то время как другие спокойно приняли новый стандарт.

Сильнее всего взбешены были EVgo, которые также занимались бизнесом зарядных станций.

Они только что подписали соглашение о сотрудничестве с Volkswagen, Mercedes и другими известными производителями автомобилей. Но теперь их план был обречен на провал.

Даже если они захотят обновить свои зарядные станции будет слишком поздно.

Они не только уже установили зарядные станции в Шанхае стоимостью в миллиарды, но и, если захотят внедрить новую технологию, им придется платить за патенты.

А значит им не только придется начинать с нуля разработку новых технологий, но и ограничивать собственное развитие, что будет означать потерю миллиардов.

Власти США заметили недовольство Tesla.

Практически сразу после пресс-конференции Tesla Министерство торговли США провело совещание и ответило на вопросы журналистов.

— Объединение двух несвязанных между собой патентов не поможет здоровому развитию отрасли, мы будем внимательно следить за этим вопросом.

В их ответе был намек на осторожность.

Многие с политическим чутьем заметили, что события могут развиваться интересно…

Глава 983. История

Новость об объединении литий-воздушных аккумуляторов и беспроводной зарядки взбудоражила международный рынок.

Особенно после выступления Министерства торговли США, новость начала распространяться со скоростью лесного пожара.

Пока мировой фондовый рынок переживал нестабильные времена, все ждали ответа Star Sky Technology, и также все ждали дальнейших действий Министерства торговли США.

Однако в такой критичный момент Star Sky Technology похоже не обращали внимания на происходящее вокруг них, поскольку вскоре они выпустили свой стандарт SH в соответствии с планом.

Буква S означала Star Sky Technology, в то время как буква H обозначает Huawei, владельцев HiSilicon.

Как и следует из названия, стандарт разработан Star Sky Technology, в то время как Huawei производила приемные и передающие чипсеты.

Хотя можно сказать, что эти две компании не имели непосредственной связи с производством зарядных станций и электромобилей, они смогли полностью монополизировать индустрию зарядных станций.

Очевидно, что подход Star Sky Technology вызвал шум на международном уровне, и многие начали говорить о нездоровой деловой практике Star Sky Technology и сравнивать ее с Qualcomm.

Лу Чжоу случайно узнал об этих слухах на Weibo, но он не видел в действиях Чэнь Юйшань что-то неправильное.

Это капитализм.

Выживает сильнейший.

Если бы они не проявили инициативу, Tesla и другие традиционные производители автомобилей договорились бы между собой тем самым вытеснив с рынка Бип-Бип зарядку и другие китайские компании.

Вторые выходные мая.

Внутри сборочного центра космических аппаратов восемь больших механических манипуляторов выгрузили груду трубопроводного оборудования. С помощью камер точного позиционирования все оборудование распаковали в специальный контейнер космического корабля.

Это груз для космического адронного коллайдера, и его должны отправить на луну через три дня.

Месяц назад станок для бурения лунных туннелей, который совместно создали Китайская железнодорожная компания и Китайской аэрокосмической научно-промышленная корпорация, отправили в Лунный дворец, после чего его развернули в кратере, где будет находиться Лунный адронный коллайдер.

После месяца строительства, с помощью строителей, буровая машина успешно пробурила трубопровод коллайдера, облицевав трубопровод материалом из титанового сплава.

После того, как новые материалы прибудут на поверхность Луны, первый этап строительства будет завершен.

Хотя длина тоннеля составляла всего сотню метров, они сделали первый шаг.

Лу Чжоу стоял рядом с центральной консолью. Он посмотрел на механические рычаги и не смог сдержать удивления:

— Квантовый компьютер потрясающий!

С тех пор как автономная систему сборочного центра подключили к серверу Института перспективных исследований, квантовый компьютер полностью взял на себя автоматизацию расчетов сборочного центра.

Фактически, теперь им никто не нужен внутри сборочного центра. Кроме обработки новых поставок, все остальное выполнялось машинами.

На консоли перед Лу Чжоу появилась строка текста.

«Хозяин, квантовый компьютер бесполезен без искусственного интеллекта, который им управляет. (́◔‸◔ ')»

— Ладно, ты тоже потрясающий.

«Ха-ха, пожалуйста, хвалите меня больше.»

Лу Чжоу посмотрел на Сяо Ай и вздохнул.

Он глупый.

До нормального IQ ему еще далеко.

Цепочка сообщений исчезла.

Лу Чжоу догадался, что Сяо Ай увидел кого-то на камерах наблюдения, поэтому развернулся и увидел знакомого, вошедшего в сборочный центр.

— Директор Ли? — Лу Чжоу улыбнулся старику и спросил. — Что привело вас?

— Я слышал, что первая партия трубопроводного оборудования готова. Я посчитал, что не могу совсем не интересоваться прогрессом, поэтому решил заглянуть.

— Просто спросить про коллайдер? Не верю.

— Тебя не провести. — Директор Ли улыбнулся и серьезно спросил. — Я пришел сюда не ради коллайдера, я просто хотел спросить, как твои дела в последнее время?

— В плане?

— Не прикидывайся дураком. Я про патент и новый стандарт. Похоже, Министерство торговли США нацелились на тебя.

Лу Чжоу пожал плечами:

— Люди злятся без причины. Мы просто думаем о потребителях, поэтому мы объединили беспроводную зарядку и литий-воздушные аккумуляторы.

Директор Ли нахмурился:

— Мне правда было интересно, зачем объединять две технологии? Почему не позволить использовать их отдельно?

Лу Чжоу спокойно ответил:

— Говорим мы о беспроводной зарядке или о чипах нового поколения. Эта система полностью отличается от преобладающих стандартов, таких как Qi и A4WP. Однако, насколько хорошей бы не была наша система, есть фатальная слабость в том, что ее трудно продвигать. Не важно насколько хороша технология, точно так же, как технология iNPOFi превосходит технологию QI. В конце концов, iNPOFi все равно уступила стандарту QI. И только потому, что Apple выбрала Qi, понимаете к чему я?

Когда новая технология не революционная, рынку часто требовалось много времени, чтобы приспособиться и принять новшества.

Появление iNPOFi, несомненно, угрожало стандарту беспроводной зарядки QI, поэтому естественно их изолировали в отраслевой цепи.

Конечный результат предсказуем. Несмотря на превосходство в техническом плане, они все равно проиграли.

Услышав слова Лу Чжоу, директор Ли задумчиво кивнул.

— Я понимаю… Вы планируете использовать литий-воздушные аккумуляторы, чтобы заставить других принять ваши стандарты.

— Мы никого не заставляем использовать литий-воздушные аккумуляторы. — Лу Чжоу рассмеялся. — Кроме того, почему мы должны придерживаться стандартов других, мы можем идти своим собственным путем…

Лу Чжоу не сам придумал эти слова, поскольку его не волновал бизнес.

Однако Чэнь Юйшань часто использовала подобные слова общаясь с ним, поэтому он запомнил их.

— Я не думал, что вы настолько далеко все предусмотрели… — Директор Ли кивнул. — Но Тесла и американцы не сдадутся так легко.

— Я не беспокоюсь о Тесле. — На лице Лу Чжоу промелькнула печаль. — Честно говоря, они беспокоит меня меньше всего, мы раньше обидели кое-кого крупнее.

Директор Ли нахмурился и спросил:

— Кого же?

— ExxonMobil.

В глазах Лу Чжоу появился след ностальгии.

Это был идеальный момент, чтобы закурить, но Лу Чжоу не выносил дыма.

— Слава богу, я вернулся в Китай. Если бы я все еще был в Принстоне, то скорее всего вы могли найти уже только под землей.

— Они же нефтяная компания? — Директор Ли поинтересовался. — Как вы их обидели?

Директор Ли не беспокоился об ExxonMobil, в конце концов, они находились в Китае, где те не имели никакой власти.

Но чего он не понимал, так это какое отношение Star Sky Technology имеет к нефтяной компании?

Хотя сектор электромобилей затронул нефтяных гигантов, это ничто по сравнению с ростом термоядерной энергетики, да и не наблюдалось колебаний цен на нефть.

— Они занимаются не только нефтью, они также производят химикаты. Это долгая история.

Директор Ли с любопытством сказал:

— Тогда расскажи, у меня есть время.

— Тогда стоит вернуться на шесть лет назад… Хотя кажется это случилось пять лет назад. — Лу Чжоу посмотрел на роботизированную руку неподалеку. — Это история о корпоративном информаторе…

Глава 984. Я хочу видеть президента

Можно сказать, что вражда между ExxonMobil и Лу Чжоу уже в прошлом.

Если бы не статья Лу Чжоу, то никто ничего не вспомнил бы.

Однако оказалось, что статья Лу Чжоу ключ к рынку стоимостью в триллионы долларов…

На другой стороне Тихого океана.

Комната внутри Белого дома.

Вудс вошел в кабинет и хлопнул ладонями по столу, обращаясь к главе администрации Белого дома.

— Я хочу видеть президента!

Глава администрации отложил ручку и вздохнул.

— Президента сейчас нет, поэтому он не сможет вас принять. Я тоже не могу. Но я передам вашу просьбу президенту.

ExxonMobil один из спонсоров их партии, поэтому им необходимо в какой-то степени прислушиваться к ним…

Вудс посмотрел на главу администрации и заговорил.

— Послушайте, патент на литий-воздушный аккумулятор изначально принадлежал нам. Они украли его! Китай совершает коммерческое мошенничество!

Хотя глава администрации много лет был на политической сцене, он все еще не мог не нахмуриться.

Коммерческое мошенничество…

Передача патента четко прописана. Вы подписали контракт под давлением?

— И что вы от меня хотите? Убедить президента и Конгресс изменить закон?

Вудс открыл рот, но ничего не вышло.

Честно говоря, он тоже не знал, что делать.

Прежде чем приехать сюда, продавцы ExxonMobil несколько раз обращались в Star Sky Technology, пытаясь выкупить патент в десять раз дороже, чем они его продали. Однако они не смогли выкупить его обратно…

Глава администрации вздохнул и сказал:

— Может вам стоит хорошенько подумать, прежде чем приходить сюда вновь?

Увидев, что глава администрации, похоже, не собирается ему помогать, Вудс глубоко вздохнул и заговорил.

— Послушайте, мы оба знаем, насколько важны литий-воздушные аккумуляторы. Мы уже отстали от Китая из-за литий-серных аккумуляторов. Если мы позволим им освоить литий-воздушные аккумуляторы, мы еще сильнее отстанем. Понимаете, к чему я? Патент будет действовать двадцать лет, но до тех пор они будут сосать нашу кровь. Мы всегда будем отставать на двадцать лет! Точно также, как трудности, с которыми китайцы сталкиваются в полупроводниковой промышленности. Мы должны что-то сделать!

Глава администрации нахмурился.

По его мнению, генеральный директор ExxonMobil всего лишь вымещал свое разочарование на китайских компаниях, но кое-что привлекло его внимание.

Не в интересах Америки, чтобы Китай продолжал лидировать в отрасли альтернативной энергетики.

Тем более, что Китай уже контролировал термоядерный синтез…

Пока он размышлял о том, как сообщить об этом президенту, дверь кабинета открылась.

Вошел мужчина в клетчатой рубашке и сказал.

— Я хочу видеть президента!

Глава администрации посмотрел на Илона Маска в дверях.

— Около получаса кое-кто заявил подобное… Вы хотите обсудить это наедине?

Маск уставился на Вудса и попытался вспомнить, кто этот человек. Он глубоко вздохнул и посмотрел на главу администрации.

— Послушайте, я хочу обсудить нечто важное…

— Дайте угадаю, это как-то связано с альтернативной энергетикой?

Маск застыл, а потом щелкнул пальцами.

— Правильно! Литий-воздушные аккумуляторы! Вы должны знать, что делают китайцы! Они объединяют литий-воздушные аккумуляторы и беспроводную зарядку, заставляя нас придерживаться их стандартов… — Маск какое-то время сдерживал эмоции, прежде чем воскликнуть. — Все равно, что заставлять нас есть их дерьмо.

— Пфф!

Вудс с трудом сдержал смех.

Только когда двое других посмотрели на него, он кашлянул и принял более серьезное выражение лица.

— Мне очень жаль… Сочувствую вашему опыту.

Маск открыл рот и хотел было сказать что-то еще, как глава администрации встал.

— Ладно, господа, на этом сегодняшнюю встречу придется закончить. Мне нужно идти на очень важную встречу; я не могу вечно сидеть здесь и слушать вас. — Он помолчал несколько секунд и добавил. — Я знаю, чего вы хотите. Star Sky Technology представляет угрозу.

Маск и Вудс ответил одновременно.

— Они не просто угроза, они опухоль.

— Да, они бесстыдные воры!

— Хорошо, Белый дом отнесется к этому вопросу серьезно.Я попрошу Министерство торговли расследовать приобретение патента, которое произошло шесть лет назад, а также ненадлежащее использование патента в новом стандарте.

Маск, наконец, вздохнул с облегчением.

Хотя это не совсем то, чего он хотел, он был удовлетворен.

Пока Министерство торговли сможет разрушить на эту монополии, большинство его проблем будет легко решить.

В конце концов, с Министерством торговли шутки плохи.

Как только они на кого-нибудь положат глаз, они докопаются до сути.…

Маск в этом не сомневался.

………….

Встреча закончилась.

Вудс вышел из Белого дома и сел в черный лимузин.

Напротив, него сидел мужчина в костюме.

— Как все прошло?

Словно побаивался этого человека, Вудс не был таким агрессивным, каким в Белом доме, вместо этого он говорил достаточно сдержано.

— Белый дом признает серьезность проблемы, и они планируют начать антимонопольное расследование в отношении Star Sky Technology. Я только что видел Маска… Вы сказали ему прийти?

— Нет. — Айф_ридом_су Лоуренс кивнул водителю и снова повернул голову к генеральному директору. — Я не говорил ему что-то делать, но он, очевидно, сделал правильный выбор.

Вудс нахмурился:

— Вы настолько оптимистичны в рынке зарядных станций Tesla в Китае? Хотя китайский рынок огромен, это связано с национальной безопасностью… Если они захотят приватизировать рынок зарядных станций, они могут не позволить иностранной компании контролировать энергетическую отрасль Шанхая.

— Господин Вудс, позвольте мне спросить вас. — Лоуренс улыбнулся. — Если Белый дом меняет президента каждые четыре года, как мы должны гарантировать, что каждый президент у власти сможет позаботиться о нас?

Вудс нахмурился.

— Это технический вопрос. Сначала нам нужно провести исследование уровня поддержки избирателей…

— Это не так сложно, как вы думаете. — Лоуренс покачал головой и улыбнулся генеральному директору ExxonMobil. — Просто поддерживайте обе стороны.

Глава 985.

Третья неделя мая.

Пока все отрасль альтернативной энергетики находилось в смятении, масла в огонь подлило заявление Министерства торговли США.

Представитель Министерства торговли выступил перед рядом камер на пресс-конференции.

— После недельного расследования мы собрали информацию от 16 компаний по альтернативной энергетике со всего мира и проконсультировались с представителями отрасли.

— У нас достаточно доказательств, чтобы подозревать, что Star Sky Technology занимается монопольной деятельностью.

— Кроме того, мы заметили, что дочерняя компания Star Sky Technology по производству зарядных станций использовала злонамеренные методы ведения бизнеса, конкурируя с Tesla в производстве зарядных станций. Они создают систему, предотвращая проникновение других компаний, тем самым нарушая свободу торговли и препятствуя развитию отрасли.

— Из-за этого мы подадим иск о законности их стандарта.

— Учитывая, что запуск стандарт одно из доказательств, что Star Sky Technology использует патенты для вмешательства в рынок, то дело будет рассматриваться одновременно с антимонопольным расследованием!

Пресс-конференция вызвала шумиху.

Репортеры на месте, как акулы, почуявшие запах крови, отчаянно фотографировали каждое выражение лица пресс-секретаря.

Стандарт SH незаконен!

Министерство торговли США собирается начать антимонопольное расследование против Star Sky Technology!

Как и ожидалось, развитие новой энергетической отрасли Китая, наконец, насторожило США.

И Белый дом, и Конгресс больше не могли закрывать на это глаза.

Можно предвидеть, что вся энергетическая отрасль претерпит радикальные изменения из-за действий Министерства торговли!

Репортеры на месте происшествия уже думали о заголовках.

В течение следующего месяца можно не беспокоиться о недостатке новостей!

Вскоре после пресс-конференции Министерства торговли, ее содержание опубликовали в сети.

В соцсетях мгновенно увеличилось число обсуждений на данную тему.

В мгновение ока, будь то научные круги или промышленность, будь то работники Уолл-стрит или банков, все заговорили об этом.

«Я думаю, Белый дом давно должен был что-то предпринять»

«Злые люди используют юридические лазейки для достижения своих целей! Они разрушают капитализм!»

«Я считал, стандарт Qi хорошим, он должен быть совместим с электромобилями, зачем мне стандарт SH? Разве китайцы не могут просто сделать все по нашим стандартам?»

«Черт, почему мы должны использовать ваши стандарты! Почему бы вам тогда не получить патент на литий-воздушный аккумулятор!»

«Не забывайте, патент на литий-воздушный аккумулятор в действительности должен принадлежать ExxonMobil.»

«Бред! Я слышал, что математическая модель в статье Уиттингема была украдена у профессора Лу.»

«Это лишь слухи, вы вроде тоже ученый, не думаете, что глупо принимать сплетни за правду?»

В спорах участвовали две стороны. Одна верила Министерству торговли США, в то время как другая сторона считала, что акт подавления предприятий в других странах хуже, чем установление патентных барьеров.

Патентные барьеры обычное дело, любые компании, занимающиеся исследованиями и разработками, сделали бы все возможное, чтобы защитить свои права на интеллектуальную собственность.

В конце концов, если элементарные права, такие как патенты, не могут быть гарантированы, кто захочет заниматься такими рискованными исследованиями и разработками?

Следовательно, неразумно вмешиваться в права Star Sky Technology на использование патентов на основании, что это повлияет на развитие общества.

Однако, когда у одного предприятия появляется возможность влиять на страну, оно перестает быть просто предприятием.

В некотором смысле, принятие Соединенными Штатами мер в отношении Star Sky Technology лишь вопрос времени.

Даже если стандарта SH не существовало, кто-то другой в будущем инициировал бы это расследование.

Американцы никогда не допустили бы существования другой компании, подобной Qualcomm, которая использовала свои патенты для монополизации всей отрасли.

Или, говоря более откровенно, Китай, пытающийся обогнать США в науке и технике, в их глазах был первородным грехом…

В спорах находилась и более нейтральная точка зрения.

Стандарт SH просто рыночный ход без политической цели. Но расследование Министерства торговли США поднял ситуацию до противостояния стран…

С точки зрения американцев, это нехорошо.

Люди переживали насчет этого.

Как только конфликт начался, он стал неконтролируемый.

На следующий день после пресс-конференции Министерства торговли Министерство юстиции также заявило, что после рассмотрения дела о приобретении патента шестилетней давности компания, они выяснили, что подставная компания Star Sky Technology имела нарушения при покупке патента.

Кроме того, само приобретение подозревалось мошенническим!

Бывший сотрудник ExxonMobil, подписавший передачу патента, признался, что он получил взятку в размере 500 000 долларов от Star Sky Technology.

Если это окажется правдой, приобретение патента может быть названо незаконным.

Возможно ExxonMobil сможет вернуть патент на молекулы углерода с клетчатой структурой…

Без необходимости платить деньги…

…………………

Офис ExxonMobil.

Профессор Уиттингем толкнул дверь и вошел. Он посмотрел на Вудса, как на монстра.

— Вы с ума сошли? Вы знаете, что мы украли у них данные. Я не знаю, почему китайцы не погнались за нами, но именно мы украли этот патент!

— Думаю, такому ученому, как вы, следует просто оставаться в лаборатории. — Вудс улыбнулся. — Неважно как мы получили данные, суд сосредоточен на доказательствах. Понимаете, о чем я?

Вудсу было все равно.

Его заботил лишь успех.

Однако, в отличие от него, профессор Уиттингем был ученым, а не бизнесменом.

Он не хотел заниматься чем-то бесстыдным и позорным!

— Есть доказательства! — Профессор Уиттингем почти кричал. — Вы не понимаете! Люди в научных кругах говорили о математической модели, используемой в молекулах углерода с клетчатой структурой, и обработка данных почти такая же, как и результаты Нобелевской премии восемнадцатого года! Некоторые даже говорили, что мое имя должно быть добавлено к Нобелевской премии того года.

— Разве это не хорошо?

— Совсем не хорошо! — Профессор Уиттингем сердито сказал. — В последнии годы никто не трогал это дело, но теперь вы разворошили эту проблему.

Вудс нахмурился, но быстро расслабился.

— Я мало что знаю об научных кругах, но вы же невиновны? Вас могут подозревать, но доказательств у них нет.

— Если они представят это в суде, то присяжные не встанут на нашу сторону.

— В этом деле присяжных не будет. — Вудс улыбнулся. — Расслабьтесь, друг мой… Вы планируете возвращаться? Только не говорите мне, что приехали сюда только ради этих глупостей?

— Я слишком глуп! Мне не следовало приезжать сюда, вы не понимаете, о чем я говорю! Вы все дальше и дальше идете по неправильному пути. Потом вы все поймете.

— Вы слишком все усложняете. — Вудс пожал плечами. — Думаете, мы собираемся играть с ними в честную игру? Это Белый дом, никто на этой планете не может противостоять ему.

Вудс улыбнулся профессору.

— Неважно, их патент или нет. Просто знайте, что в этот раз они мертвы.

Глава 986. Правила созданы для победы

Сначала расследование Министерства торговли США, а затем Министерства юстиции. Все они нацелились на технологию Star Sky Technology.

Если Star Sky Technology признают виновной то, возможно, придется заплатить штраф в миллиарды еще до выхода литий-воздушных аккумуляторов на рынок.

США полны решимости атаковать эту высокотехнологичную китайскую компанию.

На следующий день после выхода отчета Министерства юстиции новость об антимонопольном расследовании распространилась по всему Китаю.

После чего начались жаркие споры.

«Черт, неужели американцы хотят уничтожить Star Sky Technology?»

«Смешно! Мы купили патент, когда он ничего не стоил, а теперь, узнав о его ценности, они заявляют о незаконной продаже?»

«Похоже, Star Sky Technology слишком агрессивны, им следовало быть более сдержанными! Не будь этого стандарта, ничего бы не случилось!»

«Пошел ты! Это наша технология, почему мы не можем использовать собственные стандарты? Более того, зарядные станции стандарта SH есть только в Шанхае. Почему США распоряжаются тут, как у себя дома?»

«…»

По сравнению с обсуждением в западных соцсетях, обсуждения на Weibo, были более активными и люди писали много оскорблений.

К обсуждению также присоединились люди со скрытыми мотивами.

Например, известный эксперт в финансовой индустрии написал пост, посвященный «процессуальному правосудию» и «правилам игр», в котором рассматривается проблема того, как рассматривать санкции США в отношении Star Sky Technology.

«В действительности, это проблема китайских компаний, неспособных адаптироваться к международному рынку.

В нашей стране есть много компаний с отличными возможностями в области исследований и разработок, но передовой науке и технологиям нужен хороший менеджмент. Хотя многие компании добились успеха, они не в состоянии проникнуть на международный рынок. Они думают, что могут делать все, что захотят, как делают в Китае, но это невежественно.

США не беспокоятся, что их превзойдет Китай. Как раз наоборот, подъем экономики Китая соответствует интересам США. Но китайские компании об этом не знают. Если будете следовать правилам игры, то они признают поражение и похвалят вас. Однако, если вы не будете следовать правилам, не жалуйтесь, когда они преподадут вам урок!»

Статья тут же распространилась по другим соцсетям.

Некоторые критиковали ее, а других статья убедила в своей правоте.

Независимо от общественного мнения, автор успешно достиг своей цели.

Количество просмотров автора резко возросло…

…………………

— Происходит забавное шоу, но похоже против нас начали антимонопольное расследование.

Лу Чжоу сидел в своем кабинете в институте перспективных исследований и разговаривал с Чэнь Юйшань по телефону.

Поскольку до вступительных экзаменов в университет оставалось всего несколько дней, Лу Чжоу написал пост своим подписчикам подросткам, пожелав им удачи на экзаменах.

Однако большинство его подписчиков писали о том, что его компания подверглась санкциям.

Но поскольку время приближалось к июню, Лу Чжоу проводил большую часть своего времени над гипотезой Римана. он не обращал внимания на дела компании.

Если бы на Weibo постоянно не упоминали его, он бы даже не узнал о планах американцев.

Чэнь Юйшань не волновался.

— Чего ты боишься? Старшая сестра защитит тебя!

— …

— Ладно, ладно, я просто шучу. — Чэнь Юйшань улыбнулась и серьезно спросила. — К тебе приходили из правительства? Кто-нибудь из Пекина?

Лу Чжоу подумал немного и ответил:

— Государственное управление оборонной науки, техники и промышленности считается?

Директор Ли заходил к Лу Чжоу раз в несколько дней, словно к себе домой.

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Вот и хорошо, тогда можешь расслабиться.

— И все?

— Конечно, конкуренция между компаниями лишь часть рынка, поэтому страна не будет вмешиваться. Будь то в США или Китае. Но сейчас это явно не так, поскольку благодаря литий-воздушным аккумуляторам и стандарту SH мы явно доминируем на рынке. У компаний, производящих электромобили и зарядные станции, есть только два варианта: либо придерживаться наших стандартов, либо отказаться от литий-воздушных аккумуляторов. И, очевидно, даже если с виду у них два выбора, у них есть только один вариант.

Несоблюдение новых стандартов означает, что их вытеснят с рынка.

Если вся промышленность не откажется от литий-воздушных аккумуляторов, потребители, естественно, предпочтут литий-воздушные аккумуляторы литий-серным.

И очевидно, что промышленность не откажется просто так от превосходных литий-воздушных аккумуляторов.

Китайские компании с удовольствием установят литий-воздушные аккумуляторы в свои автомобили.

Лу Чжоу кивнул%

— Итак, мы близки к победе, но американцам это не понравилось, и они захотели сломать шахматную доску?

Чэнь Юйшань улыбнулась:

— Бинго! Ты прав! Правила созданы для победы, для победы они и нарушаются.

— Тогда, что ты собираешься делать? — Спросил Лу Чжоу, сидя в своем кресле, ему было любопытно. — Мы всего лишь компания, нам не выстоять против целой страны.

— Верно, но в ту секунду, когда Министерство юстиции и Министерство торговли сломали доску, шахматисты изменились. Некоторые могут притворяться, что закрывают на это глаза, но, видя, как директор Ли проделал весь путь до Цзиньлина, похоже, что Пекин относится к этому серьезно. — Чэнь Юйшань ухмыльнулась. — Теперь речь идет больше не о конкуренции в бизнесе, а о политике.

Лу Чжоу кивнул:

— Ясно, неудивительно, что ты сказала, что шахматная партия закончена, и шоу вот-вот начнется.

— Да, наша работа закончена, теперь нам остается только ждать. — Чэнь Юйшань вздохнула и эмоционально сказала. — Несколько лет назад я бы никогда не решилась на такую радикальную стратегию, но теперь можно.

Фактически, когда появились литий-серные аккумуляторы, у Star Sky Technology появилась возможность сделать нечто подобное.

Благодаря надежности и долговечности литий-серных аккумуляторов по сравнению с традиционными литий-ионными у них был шанс заставить такие компании, как Apple и Samsung, придерживаться их стандартов.

Пока они сотрудничали с Huawei или Xiaomi, у них был шанс доминировать на рынке.

Однако такое возможно было лишь в теории, на практике это было самоубийство.

Просто монополизировав индустрию в одиночку, они привлекли бы внимание белого дома.

Если бы они попытались сделать, то же самое с мобильными телефонами и другим оборудованием, США применили бы более радикальный подход…

Даже Huawei и Xiaomi не пошли бы на такое и держались бы подальше от Star Sky Technology .

— У слабых стран нет дипломатии, у сильных есть все. Так же, как Манхэттен грабит весь мир своим долларом. Думаешь это из-за их навыков? Это правда лишь отчасти. У нас похожая ситуация, ведение бизнеса важно, но причина, по которой мы выигрываем, заключается не в нашей стратегии.

Лу Чжоу с любопытством спросил:

— Тогда в чем причина?

— Из-за тебя.

— Меня?

— Да… — Чэнь Юйшань улыбнулась. — Мы уже победили, с тех пор как свет озарил Хайчжоу три года назад. Просто подожди и увидишь, даже если нашими противниками будут Tesla и ExxonMobil или даже Уолл-стрит, который стоит за их спиной, и Белый дом, который лично в этом участвует, мы обязательно выиграем эту битву!

Глава 987. Началось

В последний четверг мая небо над Манхэттеном затянули облака, словно собирался дождь.

Чтобы не попасть под дождь, Бен подсознательно шел быстрее.

Это Уолл-стрит. Если бы глобальные финансовые рынки были человеческим мозгом, то эта небольшая улица была бы самой важной ее частью.

Будучи одаренным человеком, окончившим Гарвард, Бен стал успешным инвестиционным банкиром…

Он вошел в здание, поднялся на лифте и прошел в свой офис со своим портфелем.

Его коллега, пришедший раньше него, повернулся к нему и спросил:

— Смотрел утренние новости?

— Еще нет, что-то случилось?

— Нет, ничего не произошло, поэтому странно. Ты знаешь, что наше Министерство юстиции объявило, что они собрали достаточно доказательств, чтобы доказать, что приобретение шестилетней давности незаконно. Я следил за новостями о Star Sky Technology и Китае. Но ничего нет.

Бен положил свой портфель на стол и сел.

Он включил свой компьютер и покачал головой.

— Это необычно, чем дальше, тем серьезнее будет ситуации. Я не могу придумать причину, по которой Китай бы отступить. Я всегда говорил, что проводить антимонопольное расследование в отношении Star Sky Technology плохая идея. Теперь Белый дом планирует использовать Министерство юстиции, чтобы отменить приобретение патента, которое произошло шесть лет назад! Это глупо, они думаю, что только могут делать подобное?! Слишком наивна!

Будь это пять лет назад, все было бы совершенно по-другому.

Тогда они могли бы раздавить Star Sky Technology, как муравья.

Но с текущей международной ситуацией все по-другому.

Особенно из-за провала программы Арес, а также открытия международного центра лунного коллайдера, все больше и больше стран начали признавать, что Китай постепенно становится новой сверхдержавой мира.

Белому дому следует понять, что межрегиональная энергосистема термоядерного синтеза, распространяющаяся по всей Юго-Восточной Азии, полностью убрала влияние США в регионе.

Благодаря таким действиям, как успешная спасательная миссия на Марсе, Китай завоевал доверие международного сообщества, и все больше и больше небольших стран открывали свои двери для межрегиональной энергосистемы и связанного с ней экономического роста.

Таким образом, попытка атаковать китайскую компанию плохая затея.

Конечно…

У Белого дома, возможно, не было другого выбора.

Но Бена это не волновало.

Его коллега покрутил ручку в руке и сказал.

— Об этом должны переживать политики. Теперь, когда все началось, остановиться происходящее невозможно. Я просто хочу знать контрмеры Китая. — Он пожал плечами и добавил. — Это касается нашей оперативной стратегии, а также сможем ли мы расслабиться в выходные.

— Очень трудно предсказать действия Китая, поскольку они доминирует над нами, по крайней мере, в двух отраслях. Теоретически, у них есть два варианта. — После небольшого размышления он продолжил. — Но я склонен, что они могут что-то предпринять сегодня, чтобы посмотреть на реакцию Белого дома, а затем начать полноценно действовать в следующий понедельник…

— Как думаешь, в какой области они ударят?

— Не знаю, возможно все., но я предлагаю сегодня сосредоточиться на сокращении позиций и выводе часть средств, чтобы сбалансировать наши риски. Особенно в компаниях коммунального хозяйства West Cost и энергетических компаниях, в которых у нас есть позиции… А также в ExxonMobil и Tesla. Но мы не делаем на них ставку, поэтому это не так страшно.

Его коллега. щелкнул пальцами.

— Хорошая идея, я подумал о том же.

Бену стало интересно, действительно ли его коллега думал о том же.

Впрочем, ему было все равно.

Утренние рынки оставались относительно спокойными. Так же, как и темные тучи за окном, подобное спокойствие вызывало дискомфорт.

Бен ел свой сэндвич, просматривая страницу новостей на экране, затем сделал глоток кофе и обратился к коллеге.

— Карл.

— Что случилось

— Тебе не кажется, что утренние рынки слишком стабильны?

— Думаешь это затишье перед бурей?

— Есть такая мысль. — Бен выглянул в окн. — Мы все знаем, что должно произойти, вопрос когда?

— Кстати, сегодня четверг.

Бен посмотрел на своего коллегу:

— Да, и что?

— Сегодня выходит новый фильм, который я давно ждал.

— …

Я говорю с тобой о рынке, а ты думаешь о гребаном фильме?

На экране продолжали идти новости.

После выпуска новостей о том, что бразильская железорудная компания увеличивает производство, ведущий новостей начал рассказывать о том, что Umicore инвестирует 1 миллиард евро в Юго-Восточную Азию, чтобы восполнить дефицит спроса на литиевые анодные материалы.

Бен, который снова переключил свое внимание на экран, заметил кое-что странное.

А именно, половина новостей была связана с Китаем.

Даже если они и не связаны напрямую, то, по крайней мере, косвенно.

Например, бразильская железорудная компания объявила об увеличении производства из-за бурно развивающегося рынка инфраструктуры в Юго-Восточной Азии, что привело к росту цен на железную руду. По мнению их аналитиков, межрегиональные электросети сыграли чрезвычайно важную роль…

Что касается того, почему существовал такой огромный разрыв в спросе на литиевые анодные материалы, то это связано с литий-воздушными аккумуляторами. Некоторые даже изучали возможность создания материал ПДМС на фьючерсный рынок для торгов.

Пока он размышлял о том, повлияет ли эта новость на его инвестиции, ведущий новостей внезапно получил листок бумаги за кадром.

После беглого взгляда на листок, выражение лица, ведущего мгновенно изменилось.

Даже Бен заметил, что ведущий новостей шокирован.

Подобное периодически происходит в новостях.

И обычно срочная новость не была хорошей.

Бен внимательно слушал, когда слова ведущего чуть не заставили его упасть со стула.

— У нас срочные новости… По словам наших репортеров, в Китае, час назад Министерство охраны окружающей среды Китая начало расследование в отношении экспортного проекта East Asia Power в Калифорнии. Согласно надежным источникам, проект приостановят как минимум на месяц.

— Черт.

Бен уставился на экран, в его глазах появилась паника, а по лицу покатились капли пота.

Это его халатность.

Он недооценил решимость Китая.

Контратака Китая была неизбежна, любой с улицы знал про это.

Но он просто не ожидал, что все произойдет настолько внезапно…

Все уже началась.

Глава 988.

— Наша компания продвигает беспроводные зарядные станции на рынке Шанхая, чтобы удовлетворить потребности жителей ближайших районов. Это не может быть поколеблено волей других стран.

— Что касается международных рынков, Китай призывает китайские компании соблюдать местные законы и нормативные акты, быть предприятиями с чувством международной ответственности, которые отвечают ожиданиям местного сообщества.

— Однако честность наших компаний не повод для людей с корыстными целями делать все, что они хотят.

— Мы будем уделять пристальное внимание ходу дела и примем необходимые меры.

На пресс-конференции вспыхнули огни камер.

Представитель Министерства торговли Китая выступил перед толпой местных и иностранных журналистов.

Хотя не было сказано ничего специфичного, данное заявление напоминало объявление войны, звучащее громким призывом к контрнаступлению.

Фактически все началось еще до пресс-конференции.

Первыми действовали East Asia Power, гигант термоядерной энергетики. Они с готовностью приступили к самопроверке и исправлению своих зарубежных заказов по требованию Министерства охраны окружающей среды.

Не только это.

Как и антимонопольное расследование Министерства торговли США в отношении Star Sky Technology, это было только начало.

Будучи крупнейшей в мире компанией по производству сверхпроводящих материалов, Баошен Групп, работавшая со Star Sky Technology над сверхпроводящим материалом, объявила о приостановке заказов в Северной Америке.

Баошен групп частично государственная компанией, поэтому ее работа основывалась не только на прибыли.

Когда вопрос касался термоядерной электростанции в Калифорнии, а также компаний, которые тесно связаны с термоядерной энергетикой, подобный удар гораздо страшнее, нежели приостановка поставки ядра.

И только одна причина.

Само ядро им нужно лишь в следующем году. Даже с множеством трудностей, у них есть целый год, чтобы наладить свои отношения с Китаем.

Но материалы другое дело.

Без материалов они не смогут изготовить сверхпроводящие магниты, которые использовались для удержания феррожидкости. Без материалов им придется приостановить строительство всего проекта.

Энергетические и коммунальные компании потратили огромную сумму денег на термоядерную электростанцию, и каждый день задержки проекта означал потери в миллионы долларов.

Дальше шла аэрокосмическая отрасль.

Китайские суды удовлетворили иск, поданный Китайской корпорацией аэрокосмической науки и промышленности, которая обвинила американские компании по строительству лунных врат в нарушении интеллектуальной собственности.

Логически рассуждая, Китай не имел права вмешиваться в лунный проект США, и он этого не делал.

Более 90% перевозок на окололунную орбиту выполняла Star Sky Technology.

Компания Star Sky Technology выполнила требования соответствующих ведомств и приостановила сотрудничество в запусках с компаниями из списка.

Проект «Лунные врата» тут же был приостановлен!

К сожалению, НАСА больше всего пострадало от сопутствующего ущерба.

Чтобы не затягивать строительство, директору Карсону пришлось срочно связаться с космодромом Хьюстона и вывезти ракету BFR, которую первоначально собирались использовать для последующего проекта программы «Арес».

В ракете BFR более чем достаточно места, чтобы доставить партию припасов на лунную орбиту.

Однако глядя на увеличение затрат на пуск, Карсону хотелось плакать.

Контрмеры Китая от термоядерного синтеза дошли до аэрокосмической промышленности.

И почти у всех контрмер была одна общая черта, все они более или менее связаны с Star Sky Technology и профессором Лу…

Уолл-стрит не ожидала подобной внезапной атаки.

Никто не сомневался, что Китай ответит, но никто не ожидал такого резкого и сильного ответа!

Два дня назад инвестиционные банки еще анализировали операционные стратегии Китая.

Они планировали сократить свои позиции, и, если Китай не отреагирует, они даже планировали открыть длинные позиции по ExxonMobil или Tesla.

Однако уже никто не сомневался, что почти все ошиблись в расчетах.

Нью-Йоркская фондовая биржа рыдала.

— Боже! Они не могут просто так такое делать!

— Приостановить заказы по экологическим соображениям! Неужели они думают, что мы идиоты? Неужели сложно соблюдать условия контракта?

— Варвары! Они совершенно безжалостны!

Аэрокосмический сектор рухнул по всем направлениям!

Энергетический сектор пребывал в хаосе!

Компании, рыночная стоимость которых удвоилась благодаря проекту калифорнийской термоядерной электростанции, упали в одночасье.

Уолл-стрит джорнэл написали в своем последнем номере, что Китаю не следует принимать ответные меры в несвязанных областях, таких как аэрокосмическая промышленность, и что это только усугубит ситуацию.

После выхода статьи ее репостнуло множество американцев.

Все крупные американские СМИ освещали проблему. Даже Белый дом направил представителя, попросив китайскую сторону сохранять спокойствие.

Однако, очевидно, никто не купится на эти слова без какой-либо искренности.

Кровавая бойня на финансовых рынках стала только началом.

В пятницу после черного четверга на улицах Калифорнии назревал бунт.

Когда они услышали, что десятки миллиардов инвестиций в термоядерную электростанцию могут быть потеряны из-за какого-то идиота в Белом доме, Калифорния сошла с ума…

Глава 989. Сдаться

Хаос.

Полнейший хаос.

Хотя президент США ожидал ответа от Китая, а его консультанты даже разработали стратегию реагирования, они не ожидали такой решительности от китайцев.

И хоть на первый взгляд существенных потерь не было, удар по Уолл-стрит уже был нанесен.

Еще не было фактических потерь, но уже этого достаточно, чтобы у них разболелась голова.

Но это не самое худшее.

Лишь сейчас президент осознал уровень проникновение китайских компаний в их отрасли.

Два национальных проекта стоимость более десяти миллиардов мгновенно остановились…

Дверь его кабинета открылась и вошел глава администрации.

— Только что разговаривал с властями Калифорнии. Местные экологические и другие организации устроили протесты. Они хотят дешевую и чистую энергию… Они хотят, чтобы мы получили ядро из Китая в этом году.

— Да пошли они!

Президент стукнул кулаком по столу и почувствовал, как его переполняет гнев.

Он глубоко вздохнул и успокоился, после недолгого размышления он заговорил:

— Возможно нам следует перезапустить собственную программу… Может термоядерный синтез не так сложен…

На лице главы администрации появилась печаль.

Он знал, что сам президент осознавал не реалистичность этого плана. Им придется не только нанять десятки тысяч ученых, но и потратить десятки миллиардов. Это будет открытием третьего дорогостоящего супер проекта.

Даже США не способны справиться с тремя супер проектами одновременно. Огромное финансовое давление может просто обанкротить их.

Не говоря уже о том, даже если они вновь начнут собственную программу.

— А что насчет материалов? Без них мы не сможем создать магниты, необходимые для уджержания плазмы, если только не придумаем другой способ контролировать плазму. Я проконсультировался с экспертами и нам нужно не только ядро, но и материалы.

— Чипы! Можно ограничить экспорт чипов в Китай! В эту игру можно играть вместе.

Глава администрации вздохнул.

— Сэр.

Президент посмотрел на него.

— Что не так?

— Мы можем это сделать, но вы уверены?

Чипы…

Это хорошая идея.

В Китай импортировали больше чипов, чем галлонов масла.

Однако данный шаг станет ударом для двух сторон. В конце концов, Китай смог бы поставлять чипы из других стран.

Даже если США смогут убедить союзников приостановить экспорт китайским компаниям…

Но…

Будут ли европейцы сотрудничать под искушением термоядерного синтеза?

Они могли еще продержаться несколько десятилетий, но для выживания им нужен термоядерный синтез.

На данный момент Китай не опубликовал никаких официальных документом, поэтому выступать против Китая означает дойти в конфликте до точки невозврата…

Даже если США выложит все свои козыри…

Будет ли у них шанс на победу?

Президент ощутил грусть.

Десять лет назад все было по-другому.

Даже два года назад ситуация была лучше нежели сейчас.

Тогда они еще могли конкурировать с Китаем, а со своим международным влиянием они могли вышвырнуть Китай из ИТЭР.

Но теперь они не могли уничтожить одну китайскую компанию…

Глава администрации после долгой паузы заговорил:

— Сэр, мы сделали достаточно, теперь подумайте о долгосрочных последствиях. Сейчас не время для атак на компании Китая. Наши суперпроекты все еще нуждаются в их поддержке. Пока не будет построена термоядерная электростанции и не построим около лунную станцию, мы должны сдерживаться. Также рынок электромобили не наша забота. Наш спрос на электромобили не такой высокий, как в Китае, а рыночная стоимость Тесла не сопоставима с экономикой Калифорнии. Пусть Маск принесет себя в жертву.

В конце концов, именно Маск перевел все рабочие места в Шанхай.

Хотя зарабатывать деньги на китайцах не плохо, но Маск отбирал рабочие места у американцев.

— А что с ExxonMobil? — Президент скрестил пальцы. — С Уолл-стрит нелегко иметь дело, но эти нефтяные гиганты не лучше.

Его никогда не волновали интересы Tesla.

Он нацелился на Star Sky Technology, поскольку они долгое время маячили перед глазами, а стандарт он использовал лишь в качестве оправдания.

Однако ExxonMobil другие. Они не просто спонсор партии, они также обеспечивали сотни тысяч рабочих мест.

Они могли легко повлиять на уровень безработицы, что сыграло бы в предстоящих выборах…

— Они просто пользуются ситуацией, пытаясь заработать на ней, это не важно. К тому же их генеральному директору пора показать совету директоров, что он не бесполезен. Поскольку… — Увидев пристальный взгляд президента глава администрации попытался быстро подобрать наиболее безопасный ответ. — Поскольку бесполезный будет наказан.

Президент спросил:

— Но не будет ли слишком позорно так просто сдаться?

— Легко придумать оправдание. Расследований может отменить комиссия по международной торговле. Мы не идем на компромисс, просто допустили ошибку! А у Министерства юстиций может быть просто недостаточно доказательств. Если ExxonMobil будут недовольны, то пусть сами подают в суд.

Президент вновь оживился. Он посмотрел на главу администрации и сказал:

— Свяжись с Комиссией по международные торговли. Ты прав, сейчас не время для атак на китайский компании. Последуем твоему плану!

Глава 990. Отзыв иска

В США находились две всемирно известные улицы.Одна из них — Уолл-стрит в Манхэттене, а другая Кей-стрит в Вашингтоне.Из-за большого количества лоббистских организаций и аналитических центров, располагавшихся здесь свои штаб-квартиры, Кей-стрит часто называли «улицей лоббирования» или даже «четвертым департаментом США».Лоуренс сидел в офисе на угле Кей-стрит с телефоном в руках.— Так сказал президент?

— Хорошо я понял.Лоуренс закончил телефонный разговор и отдал телефон помощнику рядом.Хмурый Вудс сидел напротив него, он с любопытством спросил:— Могу спросить?— Спрашивайте.— Вы разговаривали по телефону с…— С главой администрации.Главой администрации!Вудс сильно удивился.В самом разговоре с главой администрации не было чего-то не обычного, их компания тоже могла связаться с ним, но глава администрации лично отчитывался человеку перед ним…Вудс машинально сглотнул.Неудивительно, что эти вампиры всегда делают правильный выбор, с их каналами по сбору информации ничто не сравниться.Он вспомнил о кризисе на финансовом рынке и задумался, как много заработал мужчина напротив него…— Что решил Белый дом?Лоуренс спокойно улыбнулся:— Они собираются пересмотреть антимонопольное расследование в отношении Star Sky Technology, поскольку сейчас не время провоцировать конфликт.Вудс замолчал, а его сердце на мгновение остановилось.— Но патент…— Он изначально не принадлежал вам, забудьте.Лоуренс улыбнулся генеральному директоры из Техаса, явно смотря на того свысока.Вместо подталкивания Министерства юстиций к расследованию и подкупа присяжных… Вместо этих варварских методом грабежа чужого, он предпочитал плыть по течению и ставить на многообещающие позиции.Это как скачки.Настоящий победитель не лошадь или ее хозяин, а букмекер.— Черт!Вудс сжал кулаки и тяжело дышал, стараясь сохранять невозмутимость.— Теперь, когда вы знаете, что будет, мне больше нет смысла задерживаться. Спасибо за гостеприимство, мистер Вудс. — Лоуренс встал и кивнул своего помощнику, жестом приказывая подогнать машину, после чего вновь посмотрел на Вудса. — Нас интересует нефтяное месторождение в Парагвае. Наши аналитики предсказали, что даже если к сороковому году все перейдут на электромобили, нефтяной бизнес все еще будет прибыльным, поэтому искренне рекомендую взглянуть на данный проект…Глядя на Вудса, которому явно было что сказать, Лоурен с улыбкой произнес.— Не нужно надо мной смеяться. Лекции по истории в Принстоне не научили меня инвестировать, но научили меня терпению.Вудс встал и спросил:— Вы уходите.

— Да. — Лоуренс кивнул. — Рейс в три часа, поэтому мне пора.— Куда вы летите?— Повидаться со старым другом. — Лоуренс улыбнулся. — Давно его не видел, но слышал, что у него все хорошо.…………….Бингемтонский университет.Лаборатория на факультете химии.Профессор Уиттингема сидел за своим столом и просматривал газету. Внезапно у него словно свалился камень с души, и он смог расслабиться.Его аспирант заметил это и спросил.— Что случилось, профессор?— Отозван.— Кто?— Ничего, это не твое дело. — Профессор встал и поправил воротник. — В какой аудитории дневная лекция?— В корпусе А, 411 кабинете… Вы сами пойдете?Аспирант удивился.Профессор терпеть не мог проводить пару у студентов старших курсов, объясняя элементарные вещи. В большинстве случаев он поручал это своим аспирантам, а сам никогда не ходил читать лекции, говоря, что истинную науку можно познать лишь в лаборатории.На теперь он сам решил пойти прочитать лекцию…Словно солнце взошло на западе.— Порой элементарные темы могут вдохновить на новые исследования… Забыл кто это сказал, скорее всего кто-то известный. Пойду проведу сегодня дневную лекцию, ты можешь помочь мне с бумагами.Аспирант кивнул.— Хорошо, профессор, я скину вам копию презентации.Профессор фыркнул.— Мне она не нужна, настоящему преподавателю нужны лишь доска и мел.— …Ничего не объясняя радостный, профессор взял со стола план занятий и ушел.Наблюдая, как закрывается дверь, аспирант задумался над тем, что же так обрадовало его руководителя.Он заметил газету на столе.Он подошел и развернул газету, открыв страницу, которую читал профессор.— Крупнейшее в истории дело о мошенничестве с интеллектуальной собственностью прекращено из-за недостатка доказательств…Его глаза расширились, когда он вспомнил, что профессор когда-то работал над исследовательским проектом для ExxonMobil.Решение ExxonMobil отозвать иск плохая новость, но выражение облегчения на лице его научного руководителя…Внезапно он вспомнил слухи в научном сообществе недавно.— Возможно статья шесть лет назад…

Аспирант понял, что возможно узнал невероятный секрет, поэтому быстро закрыл газету и положил ее на прежнее место.Он лишь хотел окончить университет, поэтому собирался сохранить тайну.По крайней мере, пока не получит диплом…

Глава 991. Используйте их стандарт

На третий день после Черного четверга.Утреннее солнце освещала Манхэттен в шесть часов.Как обычно, Бен вышел из машины с портфелем в руках. Зевая, он направился к зданию своего офиса, как увидел газетный киоск, окруженный толпой.Мужчины в костюмах собрались вокруг киоска, обменивая купюры на газеты.— Что случилось?..

Бен подошел и увидел толстяка, выходящего из толпы.Это был его коллега.Бен сразу же подошел к нему и похлопал того по плечу.— Эй, что происходит? Почему тут такая толпа?— Сам не знаю, поэтому и решил купить газету.Проворчал его коллега, разворачивая газету.Но увидев заголовок, он застыл.Бен тоже замер.— Министерство торговли отозвало иск! Как и ExxonMobil… — Его коллега посмотрел на него и сказал. — Бен, быстро подумай, что это значит для нас?Бен схватился за волосы и начал быстро думать.— Не знаю… Слишком неожиданно. Может хорошо, а может плохо… Так, дай подумать, для термоядерной электростанции в Калифорнии произошедшее хорошо…. Черт! Я надеялся, что антимонопольное расследование затянется минимум до конца года! Прошло меньше недели, а идиоты в Белом доме уже все отозвали!— Пришло оповещение от компании.— Что там?— Ничего такого, просто менеджер просит прийти нас раньше, он хочет провести быстрое совещание…— Поспешим! Они собираются обсуждать проблему на нем! — Сказал Бен, запихивая газету в портфель и вбегая в офисное здание.Его коллега убрал телефон и погнался за ним.— Эй! Это моя газета!Произошедшее здесь не единичный случай. Все газетные киоски окружали покупатели.Некоторые хотели просто узнать, что происходит., но большинство работали в инвестиционных банках.Комиссия по международной торговле отклонила антимонопольное расследование!ExxonMobil отозвала иск!Эти новости появились в заголовках.Очевидно, редакторам пришлось долго решать, какую из них разместить на первой странице.Люди не верили своим глазам. Они морально готовились к такому, но все равно не ожидали, что антимонопольное расследование прекратиться так внезапно и быстро!Вскоре новости распространились по интернету.Заголовки разлетелись по США и новость ошеломила инвесторов.Новость стала огромным ударом для консерваторов, которые хотели преподать урок китайцам.На Facebook в комментариях.«Наше самое мрачное время!»«Я больше не буду голосовать за этого труса!»«Темнейший день нашей истории! Напоминает Чемберлена, который подписал мирный договор в надежде избежать войны. Вспомните, что произошло в итоге.»«Хватит нести чушь!»«Вспомните сколько раз США защищали свободу во всем мире!»

………………….Офис Tesla в Китае.В конференц-зале Илон Маск смотрел на восходящее солнце за окном. Он приехал сюда сразу с ночного рейса.Внезапно он вздохнул:— Я тебя не виню. Мы все знаем, что мы проиграли не Star Sky Technolog и даже не Китаю.Бобби молчал. Он знал, о чем думал его начальник. Спустя время он сказал:— На самом деле, если все обдумать, мы приняли неверное решение. С момента регистрации ими патента на литий-воздушные аккумуляторы, у нас не было и шанса на победу. Я бы поступил также, как они. Хотя я не считаю, что беспроводная зарядка что-то меняет, я бы использовал другую стратегию, чтобы вырваться в лидеры.Патент действовал двадцать лет.Но как долго существовал стандарт?Никто не знал, поскольку стандарты трудно заменить.Маск вздохнул.— Я знаю… Но ты готов смириться с поражением?Бобби покачал головой:— Нет, но тут ничего не поделаешь.Недавно местное правительство Шанхая внезапно стало недружелюбным к ним.Подобное изменение отношений ненормальное, что заставило Бобби задуматься.Связавшись с представителя правительства, он узнал, что это все из-за Пекина.Они перешли черту.Пока они не переходили черту, то китайцы были равнодушны к ним.Он не понимал, какую именно черту они пересекли, может это из-за них, а может из-за действий Белого дома.Но он знал, что их будущее зависит от того, смогут ли они преодолеть ее…Однако решение принимал не он. Таким правом обладает только человек перед ним.Через некоторое время он обратился к Маску:— Что нам теперь делать?— Что нам теперь делать?— Ничего… — Маск посмотрел на восходящее солнце и спокойно ответил. — Минимизировать ущерб. Зарядные станции отличная отрасль. Мы могли заработать здесь деньги, но это не наш основной бизнес… На данный момент мы должны поддержать Теслу в Китае.Бобби кивнул.— Понял, что с новой моделью?— Используйте литий-воздушные аккумуляторы. — Ответил Маск с болью в голосе. Он через силу добавил. — Используйте их стандарт…Их стандарт…Я снова проиграл…А-а-а…Как бесит.Глядя на начальника Бобби не мог не испытать восхищения.

Он был в Китае уже несколько лет и слышал две пословицы.Первая: «Те, кто добивается великих результатов, не скупиться на мелкие расходы». И вторая: «Мужчина способен проявлять гибкость».Может… В этом секрет успеха Илона Маска.

Глава 992. Прославиться в миг

Антимонопольное расследование, вызвавшее резонанс на международном уровне, в итоге прекратили.Трое из шести членов совета, назначенных президентом, проголосовали «за», двое «против», а один воздержался.После Черного четверга сотрудничество в термоядерном синтезе и аэрокосмической отрасли вернулось к прежнему, а финансовый рынок восстановился.Кто-то много заработал, а кто-то потерял все.Как бы то ни было, все устоялось, и компания Star Sky Technology смогла одержать победу.

Новость о их победе распространилась по всей финансовой индустрии вместе с одним именем.И это не Лу Чжоу. О нем уже все знала.Само собой, это была Чэнь Юйшань, генеральный директор Star Sky Technology.Поскольку это одна из ведущих высокотехнологичных компаний Китая, то большинство предпринимателей знали о женщине-генеральном директоре.Но большинство знали ее как выпускницу Уортонской школы бизнеса и подругу Лу Чжоу.Даже ходили слухи, что она с Лу Чжоу встречалась, а о ее способностях говорили редко.Причина этого была банальна.Основной бизнес-моделью Star Sky Technology являлся контроль патентов, даже самые лучшие бизнес-планы и стратегии угасали перед исследовательскими способностями академика Лу.Точно так же, как все успехи Apple были приписаны Стиву Джобсу, а не Тиму Куку.То же самое и с Star Sky Technology.Люди даже критиковали ее, утверждая, что любой на ее месте мог бы превратить Star Sky Technology в мировую компания, и что она всего лишь марионетка в руках Лу Чжоу.Однако это антимонопольное расследование, несомненно, доказало, что они ошибались.Хотя формально это было противостоянием между США и Китаем, не каждый генеральный директор способен выстоять против давления таких гигантов, как Tesla и ExxonMobil.Даже Тим Кук, возможно, не смог бы справиться с работой так же хорошо, как она.Всем стало очевидно, что у Star Sky Technology есть генеральный директор мирового уровня.После этой битвы ни у кого не осталось сомнений в способностях генерального директора Чень. Хотя она все еще была далека от того, чтобы стать легендой, она легко могла войти в число 50 лучших предпринимателей мира.Помимо новостей о Чэнь Юйшань, основное внимание было приковано к Tesla.После того, как Министерство торговли США прекратило антимонопольное расследование, Tesla тут же опубликовала официальное заявление о своем разрыве с EVgo.Это заявление привлекло внимание финансовых кругов Шанхая.Благодаря приобретению Star Sky Technology, а также новому стандарту, многие китайские инвесторы проявили интерес к компаниям, производящим зарядные станции.Однако решение Tesla расстаться с EVgo заставило многих инвесторов усомниться в себе. Они задумались о точности своей информации.Однако, даже если бы они знали всю картину, они бы ничего не смогли сделать.В конце концов, казалось, что Star Sky Technology единственные, кто могли добиться успеха в этой области.— EVgo выглядят неплохо, думаю, нам стоит их приобрести.Чэнь Юйшань рассказал Лу Чжоу о разрыве отношений Tesla с EVgo.Лу Чжоу нахмурился и спросил:— Разве нам недостаточно Бип-бип зарядки?Честно говоря, ему очень нравилось их название.Может оно звучало менее футуристично, чем EVgo, оно лучше запоминалось.Выслушав Лу Чжоу, Чэнь Юйшань терпеливо объяснила.

— Я не говорил, что с ними что-то не так, но приобретение EVgo не повлияет на них. Напротив, это поможет в расширении. Мы можем воспользоваться услугами EVgo в Шанхае, а также другими ресурсами. Но если не мы, то их купит кто-то другой, что может создать проблем.— Кроме того, даже если мы сосредоточены на Шанхае и окрестностях, это не значит, что мы должны отказываться от зарубежных рынков. Что касается зарядных станций, EVgo может помочь нам выйти на европейский и американские рынки.Хотя Лу Чжоу не очень разбирался в бизнесе, выслушав объяснения Чэнь Юйшаня, он уверенно кивнул.— Хорошо, если ты считаешь, что это выгодная покупка, тогда покупай… Но продаст ли ее нам Маск? Я думаю, он меня ненавидит.Чэнь Юйшань уверенно улыбнулась:— Не волнуйся, я разберусь.Лу Чжоу кивнул, но вдруг вспомнил кое-что важное.— Кстати, сколько это будет стоить?— Немного, всего пару сотен миллионов.— Долларов?— Да.— …Черт!Я согласился слишком быстро.Я понимаю, что прежде чем заработать деньги, нужно их потратить, но мне больно думать о том, что деньги исчезают с моего банковского счета.Закончив телефонный разговор, Лу Чжоу облокотился на спинку кресла и посмотрел на календарь на стене.— Уже июнь…Время действительно летит быстро.2022 год почти закончился…Лу Чжоу вспомнил, что ему все еще нужно дать ответ Ван Пену.В этом году у него еще не было возможности передохнуть.У него почти не было времени на исследования.Даже Чэнь Ян, которого он переманил из Пекина, начал добиваться некоторого прогресса в решении гипотезы Ходжа.Он не мог вечно тянуть с этим.Лу Чжоу размышлял, что же ему сказать Ван Пену, когда на экране его компьютера внезапно появилось сообщение.«Хозяин, вам пришло письмо. (๑•̀ᄇ•́) و✧»Письмо?Лу Чжоу никогда раньше не видел адреса отправителя.Сяо Ай мог легко найти отправителя, но в этом пока не было необходимости.Лу Чжоу открыл письмо и заинтересованно вскинул бровь.Текст в письма был коротким.«Я только приехал в Цзиньлин и знаю хороший ресторан. Можем ли сходить поесть и поговорить в непринужденной обстановке?»

Его заинтриговало не содержание письма, а имя в конце.— Дэвид Лоуренс?Имя показалось Лу Чжоу знакомым…

Я откажусь

«Только что прошел таможенный досмотр и собираюсь сесть на самолет.»«Прежде всего, поздравляем Star Sky Technology с тем, что ей удалось избежать антимонопольного расследования. Мы надеемся, что наши компании смогут продолжать соблюдать законы и нормативные акты.»«Также, в ответ на комментарии, я не понимаю, из-за чего люди злятся. Комиссия по международной торговле отклонила расследование Министерства торговли. Даже если вы нанесли ущерб интересам нашей страны, до тех пор, пока вы соблюдаете правила, мы будем защищать ваши права, таков американский дух…»— Почему эти глупые фанаты постоянно упоминают меня в каждой статье? Я не эксперт в международных отношениях…Лу Чжоу сидел в ресторане и качал головой, задаваясь вопросом почему Лоуренс еще не пришел. В этот момент он случайно увидел идущего мужчину за окном.

Мужчина его заметил и улыбнулся, после чего открыл дверь и вошел.— Давно не виделись. — Отложив сумку, Лоуренс сел напротив Лу Чжоу и положил руки на стол. — Время быстро пролетело, уже столько времени прошло с того момента, как ты покинул Принстон.— Да.Хотя между Китаем и западом есть различия, Лу Чжоу все равно должен был признать, что мужчина напротив него красив.Дэвид Лоуренс.Лу Чжоу наконец смог вспомнить этого мужчину.Он вспомнил, что, только приехав в Принстон, профессор порекомендовал вступить ему в клуб плюща.Он скучал по тем временам.Лоуренс всегда был одержим финансами, а в Принстон на исторический факультет он поступил лишь из-за давления отца.Но теперь похоже у него все хорошо и судя по его внешнему виду он занимается любимым делом.Посмотрев на Лоуренса какое-то время, Лу Чжоу сказал:— Ты изменился.Лоуренс улыбнулся:— Все меняются, разве ты тоже не изменился? От простого математика до всемирно известного ученого… Я же никогда не хотел заниматься историей, но…— Я имел ввиду, что ты постарел.Лоуренс чуть не поперхнулся водой. Он поставил чашку и откашлялся.Вытерев рот, он смущенно улыбнулся:— Семь лет назад мне было около тридцати. Нет ничего удивительного, что я постарел… Кстати, вот ты совсем не изменился, будь то твоя внешность или твоя умение смущать людей.Лу Чжоу улыбнулся и, поставив лайк статье, убрал телефон в карман.— Спасибо… Но я не ожидал, что ты не будешь заниматься историей.— История просто хобби, а финансы настоящая страсть. — Лоуренс улыбнулся. — Конечно, чтение книг в библиотеке помогло в моей карьере.

— Как именно?— Разве не существует поговорки, что история циклична?— Не обязательно, по крайней мере, не в математике. Чтобы решить новые задачи, мы должны придумать новые идеи, выходя за рамки старых теорий… Было бы здорово, если история могла нам немного помочь.Например, гипотеза Римана.Он прочитал все статьи, посвященные гипотезе Римана, написанные за полтора столетия, однако ни одна из них не смогла его вдохновить.Только после того, как он ввел теории дифференцируемого многообразия в комплексный анализ, он смог добиться определенного прогресса.А именно создал метод анализа гиперэллиптических кривых.Однако это лишь небольшой успех. Ему предстоял долгий путь, и пока он не видел финиша.— Правда? Неудивительно, что математика тебя так увлекает.— Да… — Лу Чжоу улыбнулся Лоуренсу. — Кстати, ты прилетел в Китай лишь чтобы навестить меня?— Было бы неправдой, если бы я сказал, что решил просто навестить тебя, направляясь по своим делам. — Лоуренс улыбнулся. — Хочешь объединить усилия?Может это из-за недопонимания, но Лу Чжоу стало не по себе от взгляда Лоуренса, когда он произносил эти слова.— Объединить усилия? Над чем?— Будь то научные исследования или бизнес, деньги влияют на все. Например, ты планируешь купить EVgo, да?Какого черта?Как ты узнал?Лу Чжоу удивленно посмотрел на него, но ничего не сказал, поскольку не знал гадал ли тот или точно знал.Однако Лоуренс словно насквозь видел мысли Лу Чжоу, он улыбнулся и сказал:— Не нервничай, я не проверяю тебя. Если не хочешь признавать, то я понимаю… Ладно, давай так, представим чисто гипотетически, вы хотите приобрести EVgo и использовать их для проникновения на рынок США. — Лоуренс откашлялся и неторопливо продолжил. — В США не так много электромобилей, но это все равно выгодно. Особенно после строительства термоядерной электростанции в Калифорнии спрос на электромобили резко возрастет. Занять часть рынка несложно, нужно только правильно инвестировать. Наши аналитики подсчитали, что, если вы хотите обеспечить 80% охват зарядных станций на Западном побережье, вам придется потратить не менее 5 миллиардов долларов. Это немалая цифра. Уверен, что даже банк предоставит кредит на такую сумму после тщательных раздумий. Но я другой… Я инвестор. Я могу не только предоставить необходимые средства, но и помочь в решении неожиданных проблем. — Лоуренс улыбнулся Лу Чжоу. — И это касается не только зарядных станций. Наши фонды с легкостью помогут вам стать ведущей высокотехнологичной компанией в мире. Никто не сможет вас остановить, чем бы вы не занимались.Лоуренс молча посмотрел на Лу Чжоу, ожидая его ответа.Время шло медленно…Прошло несколько минут, когда Лу Чжоу внезапно улыбнулся и сказал.— Звучит интересно.

Лоуренс улыбнулся, словно только что выиграл медаль. Он протянул правую руку и сказал:— Тогда давай…— Но я откажусь.

Пиратская культура

Возникла неловкая атмосфера.Казалось, что время и пространство замерли.Улыбка на лице Лоуренса застыла, словно он окаменел.Но, к удивлению, он сохранял самообладание и, словно робот, убрал вытянутую руку.Время шло.

Неловкая атмосфера зависла над столом.Молчание нарушил официант, принесший еду.Лоуренс кашлянул и с немного недовольным лицом спросил:— Могу я узнать, почему? Я считаю, что мое предложение идеально.— Только для тебя. — Спокойно ответил Лу Чжоу. — Я знаю, что в мире не существует ничего бесплатного. Если я приму инвестиции, это придется отказаться от акций. Я прав?— Конечно… Как ты и сказал, бесплатной ничего не бывает. Но есть такая вещь, как беспроигрышная ситуация! Мы оба можем стать богаче, работая вместе!— Верно, но компания будет моей или твоей? Она будет китайской или американской?— Это… Все зависит от того, как ты это определяешь. — Лоуренс после недолгих колебаний добавил. — Но действительно ли имеет значение, кому она принадлежит? Star Sky Technology может стоить сотни миллиардов. У тебя может стать меньше акций, но твой капитал увеличится. Благодаря нашему сотрудничеству он даже…— Для меня это важный вопрос. Лу Чжоу прервал его и серьезным тоном продолжил. — Для меня важно исследовать, что мне нравится и когда я этого хочу. Именно поэтому я основал Институт перспективных исследований и Star Sky Technology. Какая разница, что я смогу сто миллиардов превратить в двести? Как оно относится ко мне?За столом воцарилось молчание.Через некоторое время Лоуренс расслабил плечи и откинулся на спинку.— Понятно… Изначально я думал, у нас есть возможность поработать вместе, и с твоим интеллектом ты увидишь выгоду, но похоже я слишком много думал.Лу Чжоу улыбнулся:— Мне казалось, вы американцы любите следовать правилам, разве об этом тебе следует говорить не с генеральным директором Star Sky Technology?Лоуренс улыбнулся:— Правилам? Ты мало пробыл в США и совсем не понимаешь.— О?— Корабли, которые первыми колонизировали Америку, были в той или иной степени заполнены пиратами, и «добропорядочные» колонисты ступали на берег Америки только ради собственной выгода. Когда наступали тяжелые времена, они грабили коренное население и забирали все, что хотели. В библиотеке Файерстоуна есть рукопись о Джоне Адамсе, в которой подробно описываются его исследования этого культурного феномена. Он прекрасно понимал американцев.— И я называю это пиратской культурой.Лу Чжоу посмотрел на улыбку Лоуренса и нахмурился.— Удивительно.— Что удивительного?— В истории Китая пиратство часто используется как уничижительный термин… В нашей культуре пираты не воспринимаются как нечто романтическое.— В нашей культуре это также позорно. Пиратов вешали и оставляли на съедение воронам… — Лоуренс пожал плечами. — Но, если все, что вам нужно, это лодка и несколько человек, тогда многие люди обратятся ко греху. — Глядя на молчащего Лу Чжоу, Лоуренс встал. — Я просто отвечаю на вопрос. Для достижения целей пираты сделают все возможное. Я не хочу быть твоим врагом, но… Миром часто управляют невидимые силы. Точно так же, как гравитация удерживает нас на земле, история повторяется. Ничто не может остановить это, ни один человек, ни одна компания, ни даже страна. Но если кто-то последует за невидимой силой, история вознаградит его. Понимаешь, о чем я?— Нет, я верю в науку, а не в метафизику.За исключением тех случаев, когда я разыгрываю лотерею от системы.— Ладно… Ты правда не хочешь обдумать предложение?— Незачем.

— Прискорбно. — Лоуренс вздохнул. — Может, в следующий раз ты не будешь выступать против таких мелких игроков, как ExxonMobil или Tesla.— Да? — Лу Чжоу мягко улыбнулся. — Посмотрим, что будет дальше.………………После этого Лоуренс ушел, ничего не поев.Хотя Лоуренс сказал, что наелся, Лу Чжоу заметил, что тот не притронулся к еде.Но, честно говоря, Лу Чжоу посчитал, что ресторан довольно неплох, поэтому он, вероятно, придет сюда снова.Поев, Лу Чжоу вышел из ресторана и сел в свою машину, которая была припаркована у входа.Когда он сел в машину, Ван Пэн как раз закончил телефонный разговор.— Куда едем?— Вези прямо домой.— Хорошо.Машина выехала на дорогу.Лу Чжоу достал телефон, сидя сзади.Он собирался дочитать статью, которую читал, но статьи уже не было.Хмм…Ее удалили?Черт, я забыл ее сохранить.Лу Чжоу покачал головой и открыл Weibo.Он собирался пообщаться со своими подписчиками, когда внезапно получил уведомление о новом письме.Он увидел, что письмо было от Международного математического союза.Увидев отправителя, у Лу Чжоу заболела голова.В течение последних нескольких дней он размышлял, стоит ли ему ехать на конференцию. Он знал, что в письме они скорее всего просили загрузить его часовой доклад.Лу Чжоу открыл письмо и начал думать о том, как бы ему уклончиво ответить на него, но внезапно замер.Через какое-то время Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и сказал.— Ван Пэн.— Что такое?— Я собираюсь в Санкт-Петербург в августе.— Хорошо, я все организую… Кстати, твое исследования гипотезы Римана продвинулось?— Нет… Это не имеет никакого отношения к докладу.

— То есть?Лу Чжоу отложил телефон и ответил.— Я еду получить награду.

Коварство

Институт перспективных исследований.В лаборатории находилось большое экспериментальное оборудование по форме напоминающее бочку, лежащую на боку.Рядом с ним находились консоль с тремя дисплеями.Группа рабочих в белой антистатической одежде стояла перед консолью. Они нервно управлялись с оборудованием под руководством профессора У Тяньцюня.Директор Ли взволновано наблюдал за происходящим издалека, заложив руки за спину.

Через пару минут он внезапно обратился к Лу Чжоу.— Американцы все же перехитрили нас.Лу Чжоу взглянул на него и переспросил.— Перехитрили?Директор Ли кивнул.— Да, разве ты не заметил? Они прекратили расследование из-за недостаточности доказательств, но как только Министерство торговли соберет достаточно улик, оно сможет возобновить расследование… По крайней мере, это сделать не сложно.Лу Чжоу кивнул.Американцы слишком подлые.Раздражающие методы.По сути, Белый дом мог возобновить антимонопольное расследование в любой момент, когда пожелает.Однако Лу Чжоу не беспокоился на этот счет, поскольку Чэнь Юйшань скорее всего уже придумала решение.Зачем ему переживать насчет этого… Когда у него был генеральный директор?Видя, что Лу Чжоу невозмутим, директор Ли после небольшой паузы продолжил:— Американцы нацелены на наши высокотехнологичные компании. Для них идеальные компании, которые претендуют на высокие технологии, но работают на низшем уровне производственной цепи на пределе своих возможностей. Как только наши компании превзойдут их в какой-либо области, они почувствуют давление и начнут действовать. Готов поспорить, что в течение двух лет после того, как будет готов термоядерный реактор в Калифорнии, они смогут разгадать все его секреты и снова начнут атаковать. Но ты можешь не беспокоиться.Лу Чжоу спокойно ответил с улыбкой:— На самом деле, я говорил об этом с академиком Ван Цзэнгуаном и Пань Чанхуном. Мы не судим других по их худшим дням, но мы всегда должны быть готовы. Инициатива всегда должна быть в наших руках…Директор Ли занервничал.— Не хочешь ли ты сказать, что вы оставили бэкдор в ядре?Директор Ли был не против этого, но было страшно, если Лу Чжоу сделал подобное никого не предупредив. Как если бы простой человек получил доступ к красной кнопке.— Вы слишком много думаете. Как такое вообще возможно? — Лу Чжоу улыбнулся, а директор Ли вздохнул с облегчением. — Кроме того, в этом нет необходимости… Система управления термоядерным реактором и схема управления плазменной турбулентностью написаны нами.Слишком легко сделать так, чтобы схема управления начала работать не так.Директор Ли сказал.— О, понял, я думал, ты оставил что-то в ядре.Лу Чжоу рассмеялся.— Зачем мне это?Пока они разговаривали, эксперимент закончился.

Медленно вращающийся барабан остановился, открылась металлическая щель, и перед исследователями предстал чип размером с ноготь большого пальца.Они не впервые получают чип.И хотя они радовались, никто не поздравлял их.Профессор У Тяньцюнь умело извлек чип и аккуратно поместил его в сосуд из коричневого стекла. Затем он повернулся к директору Ли и Лу Чжоу.— Эксперимент прошел успешно. На данный момент нам удалось создать чипы с 3 миллионами транзисторов на квадратный миллиметр. Хотя это всего лишь лабораторный эксперимент, мы приближаемся к 30 миллионам. Также мы нашли способ улучшить уровень интеграции транзисторов… Уверен, что в течении года мы достигнем цели.— Хорошая работа.Лу Чжоу кивнул профессору У Тяньцюня и взял у него из рук чип, после чего передал его директору Ли.Директор Ли взял стеклянный контейнер с чипом и некоторое время внимательно рассматривал его. Затем он передал его секретарю позади себя.Он наблюдал, как секретарь аккуратно положила чип в металлический чемоданчик. А затем серьезно обратился к Лу Чжоу.— Я отвезу его в Пекин и передам специалистам из Института полупроводников!Лу Чжоу кивнул.— Спасибо.Хотя эксперимент прошел успешно, одного образца недостаточно. После сбора некоторых данных профессор У Тяньцюнь быстро приступил к следующей серии экспериментов.Лу Чжоу и директору Ли больше нечего было здесь делать, они развернулись и вышли из лаборатории.Директор Ли внезапно что-то вспомнил и обратился к Лу Чжоу.— Точно ты планируешь поехать в Санкт-Петербург в августе?Лу Чжоу странно посмотрел на него.— Да, какие-то проблемы?— Нет, путешествовать полезно. Ты будешь представлять наше научное сообщество. — Директор Ли улыбнулся. — Кстати, ты же проходил военную подготовку в университете?— А ее можно было избежать?Она учитывалась в моих оценках.— Точно… А как насчет тренировок по стрельбе?— Я никогда не стрелял… Просто скажите, чего хотите… — Лу Чжоу вздохнул. — Вам явно что-то нужно.— Эй! Неужели я такой человек? — Старик улыбнулся. — Но мне действительно нужно, чтобы ты кое-что сделал, это для твоего же блага.— Что?— Хотя наш отдел безопасности поддерживал контакт с российской службой, несчастные случаи все равно случаются, верно? В конце концов, ты больше не обычный ученый, если с тобой что-то случится это будет потерей для человечества…— Просто скажите уже.

Директор Ли смущенно улыбнулся:— Просто позвольте нашим ребятам потренировать тебя в течение недели. Мы не ожидаем, что ты будешь защищаться, но так нам будет легче спасти тебя.Чего?

Главный госпиталь Восточного военного округа.Припарковав машину, Ван Пэн открыл багажник и достал две большие спортивные сумки.В сумках лежало немного фруктов, молоко и другие продукты.Ван Пэн закрыл багажник одной рукой и направился с сумками к лифту.В специальном отделении медсестра в белом халате что-то писала за стойкой регистрации.

Она заметила вошедшего Ван Пэна и спросила:— Здравствуйте, кто вы?— Ван Пэн, я пришел навестить раненого товарища. Его зовут Ли Гаолян. Вот мое удостоверение.Взяв удостоверение у Ван Пэна, медсестра нахмурилась и подозрительно посмотрела на него.Было немного странно, что сотрудник национальной безопасности навещает кого-то из военнослужащих.В конце концов, Ли Гаолян необычный человек. Он был связан с секретным медицинским оборудованием, поэтому любому не члену семьи трудно будет навестить его.Большинство его посетителей были ученые из Китайской академии наук.— Извините, пожалуйста, подождите минуту.Медсестра встала и вошла в кабинет.Ван Пэн улыбнулся охраннику, который пристально следил за ним, и остался стоять, ни о чем не беспокоясь.Через пару минут медсестра вернулась с врачом лет шестидесяти.Ван Пэн узнал врача, его звали Чжоу Юдэ. Ван Пэн познакомился с ним, когда навещал Лу Чжоу. Он очень известный специалист в отрасли.Ван Пэн и Чжоу Юдэ встретились взглядами, и Чжоу Юдэ сразу узнал его.— Вы… Я знаю вас! — Радостно сказал Чжоу Юдэ, глядя на Ван Пэна. — Вы из службы безопасности академика Лу, верно? Я видел, как вы сопровождали его в прошлый раз.Ван Пэн улыбнулся и кивнул.— Да, профессор Чжоу, давно не виделись.Хотя Ван Пэн формально работал водителем, он всегда носил при себе оружие.— Заходите… Эй, дай хотя бы воды человеку, не заставляйте людей вот так ждать в дверях.Медсестра пристыженно опустила голову, когда Ван Пэн заступился в нее.— Она действовала из соображений безопасности, не вините ее.Услышав, что кто-то пришел ей на помощь, медсестра тихо прошептала:— Да… Я не знала кто он, вдруг шпион.— Хватит!Чжоу Юдэ повернулся к Ван Пену и вежливо заговорил.— Давайте пройдемте внутрь, командир Ли сейчас в реабилитационном отделении.Ван Пэн кивнул и последовал за Чжоу Юдэ в реабилитационное отделение.По пути им встретилось много людей, которые передвигались на костылях или в инвалидных колясках. Это один из лучших госпиталей в восточном округе. Большинство пациентов здесь были военнослужащими.Ван Пэн посмотрел на профессора Чжоу и заговорил.— Как проходит выздоровление командира Ли?Чжоу Юдэ кивнул:—Мне самому даже не вериться. Хирург говорил, что он скорее всего проведет всю жизнь в инвалидном кресле. Но сейчас он ходит, бегает и даже играет в баскетбол. Его реакция даже улучшилась.На самом деле, это даже преуменьшение.Кости из титанового сплава, приводимые в движение электроприводом, позволили мозгу адаптироваться к новым условиям, после чего бросать мяч стало проще простого…Конечно, подобное нельзя использовать на Олимпийских играх, поскольку подобное жульничество хуже, чем допинг.Чжоу Юдэ помолчал и посмотрел на Ван Пэна. Потом он вновь заговорил серьезным тоном.— Пожалуйста, передайте академику Лу благодарности от меня! Его система нейронного интерфейса просто чудо для парализованных пациентов! Как только технология станет более совершенной, тысячи людей снова смогут нормально функционировать!— Я передам ему вашу благодарность, уверен, он будет счастлив.Чжоу Юдэ кивнул, глядя на Ван Пэна, давшего обещание.— Хорошо, спасибо!Вскоре они прибыли в реабилитационное отделение.

Внутри находилось немного людей. На самом деле тут находился только один человек.Посреди деревянного пола стоял мужчина в майке, который боксировал, и Ван Пэн сразу же узнал его.Но Ван Пэна удивила его скорость и ловкость, казалось, мужчина никогда не получал травм, поскольку двигался как змея.Ван Пэн прикинул, что, если бы тот ударил по лицу, он мог бы потерять сознание.Чжоу Юдэ собирался позвать Ли Гаоляна, но Ван Пэн остановил его.— Пусть продолжает.— Ладно, тогда вы говорите, а я пойду.— Спасибо.Чжоу Юдэ ушел, а Ван Пэн продолжил наблюдать за Ли Гаоляном.Прошло несколько минут.Ли Гаолян сделал перерыв и собирался выпить воды, когда услышал чей-то голос у входа.— Неплохо!Ли Гаолян посмотрел и увидел Ван Пэна, он улыбнулся и подошел к нему.— Что привело тебя сюда?— У меня наконец-то появилось немного свободного времени, и я пришел навестить тебя. Ты как? Выздоравливаешь?Ли Гаолян рассмеялся:— Потрясающе! Эй, давай проведем спарринг.— Забудь, я не хочу тебя случайно отправить в нокаут. — Ван Пэн улыбнулся и поставил сумки на пол.— Профессор Лу хотел навестить тебя лично, но он отправился на тренировку. Эта сумка от меня, а эта от него. Поскольку ты стремительно идешь на поправку, то я не буду оставлять их в твоей палате, можешь отнести их сам.Ли Гаолян вздохнул, глядя на пакеты.— Ах, ты слишком добр.Ван Пэн покачал головой и заговорил серьезно.— Все как и должно быть. К тому же… — Он сделал более серьезное лицо и продолжил. — Я пришел сюда не только для того, чтобы повидаться с тобой, но и по поручению.Глаза Ли Гаоляна загорелись.— Поручению? Я могу вернуться в команду.— Возможно. — Ответил Ван Пэн. — Начальство сказало мне спросить у тебя, тебе предоставляют два варианта, первый — выйти на пенсию и…Ли Гаолян прервал Ван Пэна:— Давай сразу второй вариант, мне всего тридцать, я не собираюсь уходить на пенсию.— Я знал, что ты это скажешь. — Ван Пэн вздохнул. — Второй вариант — отправиться служить в воздушно-космические силы, если хочешь. У тебя останется то же звание, что и раньше, но под твоим командованием будет меньше людей.— Воздушно-космические силы? — Ли Гаолян переспросил. — Я не ослышался?— Воздушно-космические силы… — Ван Пэн не знал, как объяснить. — Чтобы идти в ногу со временем, нам нужны войска, находящиеся на низкой околоземной орбите.— Что? Я даже не пилот.— Тебе не нужно быть пилотом, начальство хочет, чтобы ты в основном работал командиром и занимался логистикой.— Я могу вернуться на прежнюю должность?— Боюсь, что нет…Ли Гаолян вздохнул и махнул рукой.— Ладно, тогда я пойду в воздушно-космические силы… Это лучше, чем пенсия.Ван Пэн кивнул:— Хорошо, тогда я должен сказать тебе еще кое-что.— Что?— Руководство требует, чтобы ты подготовил рапорт в течении двух дней и прошел базовое обучение как можно скорее. Учения пройдут через тридцать дней. В них примут участие воздушно-космические силы Восточного военного округа.Ли Гаолян тут же стал серьезным.

— Учения? Можешь рассказать больше?Ван Пэн кивнул.— Борьба с терроризмом, поддержка на иностранной территории… И спасение заложников!

Проблема Архимеда

Бах!Из дула вырвалось пламя.Даже если это лишь казалось, когда вылетела гильза, оставив после себя лишь небольшой дым, Лу Чжоу все равно ощутил смертоносный жар.Однако у него не было времени отвлекаться, он полностью сосредоточился на нажимании спускового крючка.Бах!

Бах!Всего раздалось десять выстрелов.И все закончилось за десять секунд.Лу Чжоу поставил пистолет на предохранитель и положил на стол. Он снял свои наушники, когда Янь Янь сказала:— Пять попаданий в грудь из десяти… Неплохо, тебе потребовалось три дня для этого. Мне потребовалась неделя для подобных результатов. Математики чего-нибудь не могут? Ты заранее вычисляешь траекторию полета пули?— Конечно, нет, ты не можешь так применять математику. В лучшем случае, математика помогает мне быстрее усваивать другие предметы. — Лу Чжоу посмотрел на мишень. — Кроме того, это неподвижная мишень. Если бы мы она двигались, я бы не смог ни во что попасть.Прошло две недели с момента, как он приехал на эту тренировочную базу на окраине Хайчжоу.В течение последних двух недель, под руководством Янь Янь и армейских инструкторов, он обучался стрельбе, оказанию первой помощи и эвакуации.И хотя обучение было не особо сложным, оно было скучным.После того, как возбуждение от возможности пострелять из пистолета прошло, у него заболели запястья и плечи.— Не будь таким пессимистичным. — Янь Янь похлопала Лу Чжоу по плечу. — Как насчет того, чтобы позже попробовать пострелять по движущейся мишени?— Нет, спасибо. У меня болят запястья. — Лу Чжоу покачал головой и спросил. — Кстати, мне можно будет носить с собой пистолет?Янь Янь мгновенно ответила:— Нет.Хотя Лу Чжоу ожидал такого ответа, он все равно не смог удержаться и закатил глаза.— Тогда в чем смысл практики.Лу Чжоу ненавидел тратить время на бессмысленные вещи.— Практика не чтобы везде носить с собой оружие, а, чтобы ты знал, как оно работает. Что еще более важно, это дает тебе базовое представление о видах оружия… — Янь Янь подумала немного, а затем пожала плечами и добавила. — Чтобы ты не описался, когда увидишь пистолет.— …Описался…Это слишком преувеличено.Лу Чжоу чувствовал, что, если бы подобное в действительности произошло, он испугался бы, но точно не обмочился.Лу Чжоу спросил.— Был личный опыт?Янь Янь на мгновение опешила, а затем пристально посмотрел на него.— Не перечь мне! Я твой инструктор, просто послушай! — Она откашлялась и продолжила. — Тренировка по стрельбе закончена, дальше теоретический урок! Первый вопрос, что ты будешь делать, если на твой конвой напали, но ты выжил?— Выйти из машины и поискать укрытие?— Неправильно! Ты должен оставаться в машине. Поздравляю, ты только что увеличил вероятность своей гибели в два раза. Доверяй своим водителям, они солдаты, они знают, что делать! Как правило, в твоем сопровождение есть три одинаковых машины, поэтому, выйдя из машины, ты лишь выдашь свое местоположение. Второй вопрос. После того, как ты вышел из машины, ты услышал выстрел, который донесся из расположенного неподалеку высокого здания. У нападавшего мощная снайперская винтовка, что будешь делать?Лу Чжоу сначала посчитал, что надо вернуться в машину, но потом подумал о том, что, у снайпера могли быть бронебойные пули.В итоге, он изменил свой ответ и сказал.— Бежать зигзагами?Наверное, это правильно.Бежать по прямой же глупо.Однако Янь Янь начала ругать его.— Зигзагами? Хочешь поесть курицы? Поздравляю, ты только что удвоил свои шансы на смерть! Ты должен найти укрытие, оставаться на месте и ждать, пока кто-нибудь не придет тебе на помощь! Третий вопрос, что будешь делать, если кто-то направит на тебя пистолет? Этот вопрос проще некуда.

— …Черт!Что она хочет от меня услышать?По-видимому, это простой вопрос.Использую азотный щит?Он должен сработать.Но я не могу рассказать ей про него.Кроме того, он предназначен для одноразового использования, и я не знаю, насколько он мощный, поскольку никогда не использовал его.Лу Чжоу некоторое время размышлял и не мог найти подходящего решения.Рассуждая логически, я математик, который всю свою жизнь провел в библиотеке. Получается, что я ничего не смогу сделать, если обученный солдат направит на меня пистолет?Если только этого солдата не лягнул в голову осел.Лу Чжоу неуверенно спросил:— Закрыть глаза и надеяться на лучшее?Янь Янь вздохнула.— Я уже устала, ты идеально избегаешь правильных ответов.Лу Чжоу, несомненно, умер бы в реальной ситуации.Однако на этот раз Янь Янь не стал смеяться над ним.Спустя время она со всей серьезностью произнесла:— Если такое случится… Просто сдайся.— Разве это не стыдно?— Это лучше, чем умереть! Помни, что бы ни случилось, самое главное — спасти свою жизнь! Ты не простой человек, поэтому не рискуй своей жизнью.Не волнуйся, я постараюсь этого не делать.Лу Чжоу вздохнул.— Если это так опасно, мне лучше не ехать.Лу Чжоу не любил беспокоить других.Хотя Международный математический конгресс интересное событие, не говоря уже о том, что организаторы собирались вручить ему награду, он не ожидал, что все будет так сложно.Он уже тренировался здесь в течение двух недель.Он предпочел бы остаться в своей комнате и решать математические задачи.Янь Янь быстро возразила.— Нет, ты уже две недели тренировался, глупо сдаваться сейчас. Кроме того, я просто хочу убедиться, что ты готов. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Чтобы в случае непредвиденной ситуации у тебя было больше шансов на выживание.— Если кто-то столь опытный, как Ван Пэн, нападет на меня, сомневаюсь, что смогу что-то сделать.— Но ты не можешь просто так сдаться! По крайней мере, найди безопасное место, чтобы спрятаться.— А потом?— А потом мы спасем тебя!— Спасете меня?.. Из России?— Вроде того.

— Как вы попадете туда? — Спросил Лу Чжоу.Янь Янь загадочно улыбнулась.— Узнаешь через две недели.

Сталь — наши отпечатки

Начало июля.Военная база Восточного военного округа.По лагерю проехала военная техника, готовясь к предстоящим учениям.Серебристо шаттл странной формы стоял посреди лагеря, на открытом месте.Конструкция из двух коротких и двух длинных крыльев, а также большой двигатель не создавали впечатление, что он способен летать по воздуху. Однако его нулевой показатель отказов развеял все сомнения.

Он назывался Сягуан.После того, как космический аппарат передали командованию, воздушно-космические силы дали ему более громкое имя.Громовая птица.Словно гром, он мог подниматься в небо на сотни километров.Этот шаттл можно было использовать для транспортировки оборудования на низкую околоземную орбиту, а также для нанесения ударов баллистическими ракетами из открытого космоса.Ли Гаолян вышел из грузовика. Он был в специальной форме, а на груди висела винтовка. Когда он взглянул на серебристый шаттл, то не мог не изумиться.Он не ожидал, что развитие технологий превзойдет его воображение, он никогда не ожидал увидеть у военных такие технологии.Прошел месяц с тех пор, как его выписали из госпиталя и направили в воздушно-космические силы.Прошедший месяц был более насыщенным, чем последние два года.Он увидел оружие, о котором никогда раньше не слышал, оборудование, о существовании которого и не подозревал, и даже научился секретной тактике ведения боя.По словам его инструкторов, это самая технологически продвинутая военная база в мире.Как к скорости развертывания, так и к масштабам применения воздушно-космических сил предъявлялись гораздо более высокие требования, чем к традиционной морской пехоте и сухопутным войскам.Они полагались на современное оборудование, чтобы обеспечить максимальную боевую эффективность и выживаемость.С точки зрения стратегических планов, они должны быстро пересечь линию фронта во время боя и нанесении точные удары по важным объектам противника. В мирное время они должны защищать важные объекты и высокопоставленных лиц.Тактику, что они изучали, разработали несколько профессоров из университета национальной обороны. И впервые они применяют их на учениях.Пока Ли Гаолян мысленно повторял план учений, перед ними появился офицер в камуфляже.— Внимание!Офицер посмотрел на ряд солдат и кивнул.— Учения начнутся через десять минут.— Я считаю, что вы все хорошо уже все знаете, поэтому я не буду тратить наше время впустую.— Я скажу только одно. Чем быстрее вы будете, тем больше шансов, что вы выживете. Будьте безжалостны, относитесь к этим учениям как к настоящей войне!— А теперь скажите мне, какое название операции.Ли Гаолян и его товарищи по команде, стоявшие позади него, закричали:— Гонец!Офицер, стоявший перед солдатами, крикнул:— Вперед!Солдаты пошли.В общей сложности двадцать человек разделили на пять групп. Они поднялись на борт шаттла.Ли Гаолян сел в кресло в кабине и подключил систему жизнеобеспечения к своей форме, после чего начал про себя отсчитывать время, ожидая.Вскоре он почувствовал легкую вибрацию, которая прошлась по его телу.Машины рядом с шаттлом разъехались. По указанию наземного командного центра «Громовая птица» медленно разогнался на взлетно-посадочной полосе и взлетел.Шаттл устремился в открытый космос, когда из двигателя вырвался поток горячей голубой плазмы.Ли Гаолян посмотрел на облака за окном и глубоко вздохнул.Через полчаса они достигнут низкой околоземной орбиты.Отсюда они совершат самый высокий прыжок с парашютом в истории человечества.В этот момент в канале связи послышался голос товарища по команде.— Господи, я впервые летаю так высоко.— Мы сейчас на высоте 20 километров… Это уже выше предела обычных самолетов.— Я впервые прыгаю с парашютом с такой высоты.

— Что, если парашют не раскроется?— Замолчи!Для большинства, сидевших в салоне, это первый полет на такую большую высоту, и они немного нервничали.Поэтому Ли Гаолян не мешал членам своей команды общаться между собой.В большинстве случаев общение неплохой способ снять напряжение и нервы. Хотя лично он предпочитал закрыть глаза и расслабиться, такой метод подходил не всем.Ли Гаолян отвернулся от окна и закрыл глаза.Чтобы показать себя с лучшей стороны, он хотел немного отдохнуть.Однако один из его товарищей по команде вдруг обратился к нему.— Капитан, мы летим на космическую станцию?Ли Гаолян на мгновение задумался.Перед началом учений офицер рассказал им, что они пересядут на другой транспорт для прыжка с парашютом, но он не сказал им куда.Лунный дворец международное научно-исследовательское учреждение, которое явно не подходило для военных целей.Что касается остального…После размышлений Ли Гаолян ответил:— Космической станции у нас нет, но у нас есть Цюэцяо.…………………Ли Гаолян не ожидал, что его предположение окажется верным.Шаттл медленно приближался к темному космическому кораблю, Цюэцяо.Из-за искаженного ощущения расстояния в космосе, только когда два космических корабля оказались достаточно близко, Ли Гаолян смог разглядеть Цюэцяо, который он однажды видел по телевизору.Конечно, он отличался от того, который каждый день летал между Землей и Луной.Как и с Сягуаном, на котором они летели, Цюэцяо просто название модели.На самом деле его называли «Великая стена».«Великая стена» первый и единственный китайский кораблем авианосного типа, вышедшим в открытый космос, и, как следует из его названия, он защищал самые отдаленные территории Китая.Обычно «Великая стена» курсировал по синхронной орбите, и на нем дежурили четыре человека. Но при необходимости он использовался в качестве штаба воздушно-космических сил, обеспечивая поддержку всем подразделениям, находящимся на низкой околоземной орбите.Стыковка двух космических аппаратов наконец завершилась.Ли Гаолян вздохнул с облегчением, но совсем не расслабился.До сих пор все делали пилоты корабля и наземный командный центр.С этого момента их учебное задание только начиналось!Ли Гаолян отключил систему жизнеобеспечения и повел свою команду к стыковочному порту космического корабля, который привел их в главный отсек «Великой стены».Внутри находились пять черных десантных кабин в форме пирамид.Как и на тренировках, все залезли в десантные кабины и проверили свое оружие и боеприпасы.Стараясь контролировать свое дыхание, Ли Гаолян выполнил все операции и закрыл люк десантной капсулы.Как только он закрыл люк, он услышал в наушниках голос командира.— Великая стена выходит на орбиту!— Текущая высота полета 117,4 километров, до цели две минуты!Дыхание Ли Гаоляна участилось.Хотя он ничего не видел за пределами кабины, ему казалось, что он в шаге от падения.Они в 100 километрах над землей.Здесь не было слышно ни звука.Даже воздуха нет.Однако они все еще чувствовали холод.

— Цель достигнута, помните свое задание!— Сталь — наши отпечатки.— Удачи, солдаты!

Мы можем

Лу Чжоу мог поклясться, что это самый зрелищный фейерверк, который он когда-либо видел.Конечно, это также и самый дорогостоящий фейерверк.Десантные капсулы, спускавшиеся с неба, словно метеоры пронзили холодную ночь.Лу Чжоу стоял рядом с военным джипом и потрясенно рассматривал десантные модули в бинокль.Через некоторое время он отложил бинокль и заговорил, выражая шок:

— Вы действительно сделали это?Лу Чжоу изображал «заложника» в этом антитеррористическом тренировочном задании. Следовательно, он оказался в центре событий и получил лучшие места в шоу.Лу Чжоу до сих пор помнит, как они испытывали спасательную капсулу во время испытательного полета.Тогда Лу Чжоу и директор Ли отправились в пустыню, чтобы выбрать место для проекта биосферы. Как только директор Ли увидел спасательную капсулу, он тут же заинтересовался в ее военном использовании.По разным причинам Лу Чжоу не возлагал больших надежд на это. Он сказал директору, что капсула эквивалентна по стоимости возвращаемому в космос модулю. Если директор Ли согласен с расходами, он может попробовать.Лу Чжоу не ожидал, что они действительно создадут капсулу военного назначения.Директор Ли стоял рядом с Лу Чжоу, тоже с биноклем. Он улыбнулся.— Ха-ха, похоже пара сотен миллионов была потрачена не зря, раз даже ты удивился.— Пара сотен миллионов?— Да, это затраты на исследования и разработки. — Директор Ли посмотрел на Лу Чжоу. — На самом деле, когда департамент оборудования ВВС рассказал мне про цену, я удивился еще сильнее тебя. Когда этот проект предполагался изначально, многие не испытывали оптимизма в его отношении. Но я подумал, что стоит попробовать. Я не ожидал, что ученые из Научно-исследовательского института оборудования ВВС действительно создадут десантную капсулу.— Она же не дешевая, да?Директор Ли кивнул:— Недешевая. Ничто, связанное с военным делом, не бывает дешевым. К счастью, расходы на аэрокосмическую отрасль невелики, а стоимость отправки людей в космос приемлема. По сути, капсула стоит примерно столько же, сколько ракета средней дальности, а ракеты предназначены для одноразового использования. Кроме того, это только сам модуль. Если добавить оборудование, установленное на модуле, то получится две ракеты.После более чем двухлетней разработки военная версия спасательной капсулы получила много усовершенствований.Как и следует из названия, по сравнению с оригинальной капсулой «Молния», который делал упор на живучесть членов экипажа, новая капсула «Гром» разрабатывалась с упором на тактические возможности.Лучшим видом защиты было нападение. Когда модуль находился в 50 метрах от земли, он активировал дымовые шашки, чтобы создать дымовую завесу в месте приземления. Он также мог скидывать различную взрывчатку в зависимости от целей.В спасательной капсуле также находилось меньше продуктов, медикаментов и средств для выживания, а максимальное количество пассажиров также уменьшилось с шести до четырех человек.Директор Ли сказал.— Но… Хотя капсула немного дорогая, ее ценность эквивалентна десяти ракетам.Пока они разговаривали, десантная капсула, приземлилась на холме в двух километрах от них, выпустив облако дыма.

Лу Чжоу почувствовал дрожание земли и обратился к Янь Янь, стоящую рядом с машиной.— Кстати, мне надо изображать, что я ранен, и лечь на землю?»Янь Янь улыбнулась:— Если хочешь, или мне тебе помочь?Лу Чжоу посмотрел на свою рубашку.— Забудь, мне нравится моя рубашка.Директор Ли, словно что-то вспомнил, кашлянул и сказал:— Кстати, если в действительности что-то случится… Твоя жизнь важнее твоей рубашки.— Я знаю.Пока они разговаривали, группа десантников с оружием уже прибыла в намеченный район, окружив джип и всех, кто находился рядом.— Отряд «Гром» достиг точки назначения, личный состав в безопасности!— Переходите к следующему упражнению!— Вас понял.Лу Чжоу показался голос капитана отряда знакомым, но из-за того, что солдаты были в форме, он не мог узнать человека.Он только ощутил, что капитан смотрит на него.Лу Чжоу улыбнулся ему и не отвлекал их. Он молча наблюдал, как группа солдат исчезла в лесу.Десантникам потребовалось 49 минут и 27 секунд, чтобы добраться до места, где находились заложники.На поле боя время имело решающее значение. Даже десять минут могли изменить ход сражения.Офицер, стоявший рядом с Лу Чжоу, посмотрел на часы и одобрительно кивнул.— Сегодня хороший день. Если бы шел дождь, было бы хлопотно.— Было бы неприятно.

— Да.Директор Ли посмотрел на падающие с неба сигнальные ракеты и кивнул.— Даже американцы не могут отправить группу солдат в любую точку мира менее чем за час… Но мы можем!

Ориентироваться на других

Во время поздней ночи, когда в Китае проходили учения, на другой стороне планеты, в Северной Америке, был полдень.Обычно большинство сотрудников Пентагона наслаждались бы чашечкой кофе, сидя в своем офисе с кондиционером, или беседовали бы со своими коллегами о международной политике или вчерашнем футбольном матче…Однако сегодня все обстояло по-другому.С восьми часов утра весь Пентагон стоял на ушах, все оживленно работали, а в воздухе витало напряжение.И причиной этого напряжения были учения за тысячи километров от них.

В конференц-зале Пентагона на стене, покрытой экранами, отображались спутниковые снимки, сделанные с базы на Окинаве в Японии. Хотя десантные капсулы, летящие по небу, отображались лишь как отблески света, место приземления было отчетливо видно…Все в конференц-зале смотрели на экраны затаив дыхание.Примерно через минуту президент заговорил.— Воспроизведите еще раз…Министр обороны кивнул сотруднику, который сделал глубокий вдох и нажал кнопку.На экране началось воспроизведение видеозаписи.Все присутствующие стали свидетелями того, как десантная капсула прорвался сквозь атмосферу и приземлилась, создавая огромное облако дыма.Хотя они находились за тысячи километров, им казалось, что они чувствуют запах дыма сквозь экран…Через некоторое время заговорил директор НАСА Карсон.— Какие к черту антитеррористические учения… Против каких террористов нужно такое оборудование?Его голос переполнял гнев.Но по какой-то причине в конференц-зале воцарилась тишина. Несколько высокопоставленных чиновников, включая президента, переглянулись.Заметив неестественную тишину, директор Карсон замолчал.После долгого молчания, глава администрации, нарушил молчание.— Люди внутри капсулы не погибли, как такое возможно…Аэрокосмический специалист Пентагона поправил очки и сказал:— Скорость капсулы была высокой, но не в момент приземления. Дым, скорее всего, появился не из-за удара. Возможно они применили дымовые шашки…Президент прервал его и спросил:— Готов ли подробный отчет? Оборудование идентифицировали?Министр обороны и глава разведки Пентагона переглянулись, после чего глава разведки кивнул:— Только закончили…Вскоре после этого в конференц-зал принесли ответ.Президент взял отчет и начал внимательно читать его.Время шло.Все ждали, когда он закончит читать.Глава администрации сидел рядом с президентом. Он мог заметить, как у того дрожали пальцы.Даже президент не знал, как объяснить чувства, что он испытывал в этот момент.Общее время полета всего 50 минут.Теоретически, эта капсула могла быть доставлена в любой уголок мира в течение часа. Будь то Антарктида или леса Амазонки, Белый дом или Пентагон…На планете не было безопасного места. Может быть, однажды, когда он будет проводить совещание, в потолке появится дыра…Что еще более важно, эти десантники могли обойти любое законное воздушное пространство!

Это немного пугало…Поскольку президент долго молчал, в конференц-зале начались споры.— Пришло время создать строгие международные конвенции, ограничивающие подобное оружие. Мы должны увеличить высоту воздушного пространства! И также нужно расширить международные договора и запретить вывод оружия на космическую орбиту! Ни одна пуля не должна оказаться в космосе!— Вы с ума сошли? Мы признаем высоту воздушного пространства уже в 35 километров! Вы хотите поднять его еще выше? Даже если мы и поднимем его, что мы сможем сделать, если они захотят нарушить законы? Наши ракеты не достанут их космические корабли.В международном праве не существовало строго определения высоты воздушного пространства. Вообще говоря, страны используют самый нижний предел в 110 километров для спутников. Однако США используют самый верхний предел для самолетов, что составляет 35 километров. В конце концов, у США имелись самолеты, которые могли летать свыше 35 километров, что позволяло им законно пролетать над определенными районами.Однако все, что превышало 110 километров, не попадало под действия международных законов.Даже если современный радар сможет обнаружить самолеты, пролетающие на этой высоте, средства обеспечения соблюдения этого закона весьма ограничены.А о космических кораблях можно даже не говорить.Даже сбить стационарный спутник на такой высоте сложно.Остановить десантников практически невозможно.— Неужели мы будем просто смотреть, как они летают над нами? Китай провоцирует нас! Мы должны принять необходимые ответные меры!—Но это не ослабит политическую напряженность, а только усугубит ее!— Усугубит? Значит, мы должны просто сдаться?В конференц-зале царил беспорядок. Сотрудники разделились на две стороны и кричали друг на друга.— Хватит!Возмущенный рев прервал спор в зале.Президент швырнул отчет на стол и оглядел всех, затем он перевел взгляд на главу администрации и сказал:— Я хочу услышать твое мнение.Получив вопрос от президента, тот какое-то время молчал.— Их военные учения не обязательно направлены против нас. По данным ЦРУ, эти учения могут связаны с визитом профессора Лу в Санкт-Петербург в августе. Их цель научиться как можно быстрее отреагировать на маловероятный сценарий.Министр обороны нахмурился.— Он поедет в Россию?Глава администрации кивнул.— Да, участвует в международном математическом конгрессе.— …Хотя присутствующие знали, насколько важен профессор Лу для китайского правительства, они не могли поверить, что китайцы проводят военные учения для безопасности своего ученого.Они понятия не имели, что сказать.Глава администрации посмотрел на президента и продолжил.— Согласно отчету ЦРУ, это хорошая возможность. Мы можем не только устранить проблему, но и ухудшить отношения между двумя странами… Но я предлагаю сохранять осторожность и быть сдержанными, пока мы не узнаем больше подробностей об их десантной системе.— Знаю… — Нетерпеливо сказал президент. Он заметил, что все смотрят на него. — Конечно, на всякий случай я позже позвоню директору ЦРУ.Половина людей в зале вздохнула с облегчением.Хотя глава администрации тоже почувствовал облегчение, на его лице было скорее бессилие.

Со времен холодной войны США оставалась великой страной, но теперь им приходиться ориентироваться на других.Глава администрации горько улыбнулся и кивнул.— Разумно…

Несравненный ученый

Пекин.В квартире преподавательского сообщества Яньцзинского университета два старика сидели в гостиной, пили чай и разговаривали.Поскольку они оба были математиками и академиками, они, естественно, разговаривали о математики.Недавно завершилась олимпиада по математику. Академик Сян Хуанань с улыбкой рассказывал об успехах Китая.— Первое место в групповом зачете, 5 золотых медалей и одна серебряная. Один ученик получил даже высший балл. Академик Ван, твоя команда добилась отличных результатов!

Академик Ван Шичэн улыбнулся и махнул рукой.— Эй, это не имеет ко мне никакого отношения, соревнованиями больше занимаются молодые, как профессор Ян. Я не особо помогал в подготовке. Кроме того, это также связано со способностями студентов, они все талантливы. Наш математический центр лишь предоставил им место для занятий.Хотя старик старался не приписывать себе данный успех, было очевидно, что он все равно очень гордился успехами учеников.В его возрасте практически невозможно добиваться каких-либо успехов в математике. С тех пор как он ушел с поста председателя Китайского математического общества, он не проводил никаких математических исследований.Ян Юнань преподаватель, который возглавлял олимпийскую команду, и один из самых любимых учеников Ван Шичэна.В итоге, Ван Шичэн радовался, что его ученик смог привести к успеху китайскую олимпийскую команду по математике.Когда вы достигаете определенного возраста, деньги и материалистические ценности перестают иметь значение. Оставить после себя наследие ценнее всего.— Не скромничай ты так. Они талантливы, но ведь кто-то их обучил? — Сян Хуанань улыбнулся. — Но, честно говоря, выигрывать становится все труднее и труднее. Пять медалей хороший результат.— Да. — Ван Шичэн кивнул. — Научная среда сейчас совершенно другая. Фундаментальным наукам все еще приходится полагаться на поддержку государства и общества. Нынешняя среда отличается от той, что была десять лет назад. Конкуренция стала намного выше. Я рад, что мы смогли достичь такого результата.Фундаментальные исследования напрямую не влияют на научные исследования страны, но страна со слабыми фундаментальными науками не сможет стоять на переднем крае.Особенно это касается математики.Знания дают не книги или диски, ими распространяют люди.— Ты прав. — Сян Хуанань вздохнул. — Говоря про это, это все заслуга профессору Лу. Он вдохновил тысячи людей заняться математикой. Я был во многих начальных школах и детских садах, и когда я спрашивал детей, почему они хотят стать учеными, все они говорили про профессора Лу…— Пфф!Ван Шиченг внезапно выплюнул чай. Сян Хуанань на мгновение остолбенел и поспешно протянул ему салфетку.— Что случилось? Ты подавился? Будь осторожнее, мы уже не молоды.— …Ван Шичэна покраснел, он хотел что-то ответить, но у него все еще перехватило дыхание.Старый лис!Всего секунду назад ты хвалил наш университет, а теперь льстишь академику Лу…Все бы ничего, если ли бы это был кто-то другой, но это самый ненавистный для него человек.Ван Шичэн похлопал себя по груди и попытался отдышаться. Он вытер рот салфеткой и заговорил, тяжело дыша.— Ничего, просто продолжай.Сян Хуанань посмотрел на этого старика и почувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно.Он покачал головой и собирался продолжить, как вдруг смущенно потер затылок и сказал:— А не напомнишь, о чем я говорил?— Забудь, давай сменим тему.— Ладно, все равно это было неважно. Черт, моя память! — Сян Хуанань вздохнул. — Кстати, я чуть не забыл кое-что. В этот раз мы получили высший балл, как зовут того парня?— Ли Мо.— Ли Мо? Интересное имя. — Сян Хуанань улыбнулся. — Похоже, он многому научится в Яньцзинском университете.Брови Ван Шичэна дернулись.— Он не подавал заявления в Яньцзинский университет…Черт!Ты можешь поговорить о чем-нибудь другом?

Ты пришел побесить меня?Сян Хуанань не ожидал, что парень откажется от приглашения в Яньцзинский университет.— Он не подал заявление? Серьезно? Он что… направился в Шуйму?Ван Шичэн сквозь зубы выдавил:— В Цзиньлинский!Больше всего он сожалел о том, что позволил профессору Лу посетить математический центр их университета. Профессор Лу не только переманил Чэнь Яна, но и переманил золотого медалиста!К черту!К черту этого парня Лу Чжоу!Сян Хуанань кивнул. Он почесал бороду и сказал.— Цзиньлин… Хороший университет, профессор Лу тоже там. Все лучше, чем отправиться в храм и молиться весь день напролет.В 2006 году на олимпиаде по математике студент Лю из Китая и Шольце из Германии завоевали золотые медали с отличными результатами. Однако один из них стал обладателем Филдсовской премии, и, скорее всего, превзойдет Фальтингса. А другой увлекся буддизмом, и больше о нем никто не слышал.Всякий раз, когда Сян Хуанань вспоминал этот случай, он испытывал душевную боль.Сян Хуанань уже встречался с этим молодым парнем раньше, он даже спорил с Ван Шичэном из-за него, утверждая, что их университет погубил хороший талант.Пока двое мужчин думали каждый о своем, наступил обед.Как обычно, Ван Шичэн включил новости, пока ел.Международные новости начинались в 12 часов.Ведущий новостей поприветствовал зрителей и быстро начал сообщать новости дня.И содержание новостей было посвящено антитеррористическим учениям.Ван Шичэн, сидевший за столом, наблюдал за падающей с неба десантной капсулой по телевизору. В его глазах читалось облегчение, но вскоре он печально вздохнул.— Я больше не могу поспевать за временем. Когда я услышал о воздушно-космических силах по телевизору, я понятия не имел, что это такое. Не прошло и двух, а они уже провели учения в космосе.— Вот что происходит, когда люди стареют. — Сказал Сян Хуанань. Он посмотрел в телевизор и вдруг кое-что вспомнил. — Кстати, до меня дошли слухи.— Что за слухи?— По-видимому, эти учения связаны с визитом академика Лу в Россию на международный математический конгресс… Но думаю, что просто слух. Цянь Сюэсэнь в свое время тоже путешествовал по миру, и международная напряженность в то время была намного сильнее. И он не подвергался такого обращению, в подобном просто нет необходимости…Снова академик Лу.…Сегодня Ван Шичэн в третий раз услышал раздражающее его имя.Однако в этот раз он никак не отреагировал; он даже не стал комментировать это.После минутного молчания старик вздохнул.— Никогда еще ни к одному ученому так не относились…Не говоря уже о том, что Лу Чжоу был математиком.Хотя Ван Шичэн ненавидел его, он все же признавал, что Лу Чжоу достоин подобного.— Это всего лишь слухи, не воспринимай их так серьезно. Но он невероятен. Жаль, что он не пошел в Китайскую академию наук! — Сян Хуанань сказал, глядя на Ван Шичэна. — Кстати, уверен, что тебя приглашали на конгресс в этом году. Ты не поехал в Бразилию, поедешь в этот раз?Было бы жаль, если кто-то упустит возможность посетить международный математический конгресс.Он происходил лишь раз в четыре года, никто не знает, сколько еще будет возможностей у старика.Но если я поеду, мне придется увидеть его…Ван Шичэн поколебался немного, а потом стиснул зубы и кивнул.— Я поеду! У меня есть приглашение, с чего мне вдруг не ехать?

Хотя он терпеть не мог Лу Чжоу.Но у него была возможность стать свидетелем расцвета математического сообщества Китая на международной арене…В душе он был счастлив.

Перейти на темную сторону

Китай проинформировал международное сообщество о учениях задолго до их начала.Однако большинство людей услышали о них лишь на следующий день после их завершения.Помимо того, что войска испытали недавно установленный десантный модуль, другой целью учений было сдерживание и устрашение врагов.Чтобы полностью запечатлеть прыжок века, репортеры центрального телеканала приложили огромные усилия, чтобы заснять каждый момент.Они не только использовали кинематографические методы съемки и монтажа, но и засняли различные ракурсы полета капсулы, прорывающейся сквозь атмосферу.

Неудивительно, что эффект был потрясающим.Ведущий новостей сделал краткое вступление, а потом последовало пол минутное видео о процессе пуска, привлекшее всеобщее внимание.Люди внимательно смотрели на экраны, где показывали, как десантная капсула освобождается в космическом пространстве и влетает в атмосферу.Не было необходимости в каких-либо спецэффектах.Это напоминало кадры из блокбастера!Кадры падения десантной капсулы крупным планом на землю, а также солдаты-десантники, появляющиеся из облака дыма, походили на кульминацию фильма!Из-за этого еще посреди трансляции в сети начались бурные обсуждения.«Что за чертовщина! Космические солдаты? Когда воздушно-космические силы успели так вырасти?!»«Я потрясен! Это правда настоящие учения? Это не кино? Мне нужно пойти покурить и успокоиться.»«Наше будущее среди звезд!»«Это что-то из фильма „Миссия невыполнима“!»«Скорее всего, Amazon уже думают, как использовать эту технологию для доставки товаров по всему миру за час!»«Похоже, НАСА сходит с ума, они весь день молчали. Словно на весь фондовый рынок аэрокосмической отрасли налетел торнадо.»Никто не знал, что у ВВС есть такие технологии.Глобальное развертывание менее чем за час.С высоты более 110 километров.Еще несколько часов назад это звучало как нелепая концепция, что-то из научной фантастики.Даже после того, как люди увидели видео собственными глазами, они все еще не верили в его правдивость.Здравый смысл говорил им, что это всего лишь реклама нового научно-фантастического фильма…Неудивительно отчего они так думали.Монтаж видео, совсем не походил на новостной; он напоминал фрагмент фильма.Если бы они добавили немного фоновой музыки, клип вполне можно было бы использовать в качестве рекламы воздушно-космических сил.Кто-то скачал видео, добавил немного фоновой музыки и выложил его на YouTube. За день оно набрало миллионы просмотров.В комментариях некоторые иностранцы спрашивали из какого фильма кадры.Видео попало в Facebook, Instagram и Twitter, пока люди не поняли, что это вовсе не кадры из фильма…В дополнение к полуминутному видеоролику с участием 20 солдат, репортеры также засняла видео кораблей «Громовая птица» и «Великая стена».Капсула, спустившаяся с неба, отпугнула людей с дурными намерениями.А также разрушила множество заговоров.Если у Китая есть команда солдат, которая могли прибыть в любую точку Земли в течение часа, ни у кого не хватило бы времени среагировать…Поэтому при столкновении с таким противником многое приходилось пересматривать…………………….Время пролетело незаметно.Наступила уже середина июля.После окончания учений Лу Чжоу покинул тренировочную базу и вернулся домой. Он посвятил почти все свое время гипотезе Римана.

Хотя никто не заставлял его совершать какие-либо новые прорывы, с приближением августа Лу Чжоу все сильнее чувствовал, что приближается к крайнему сроку.Такого с ним раньше никогда не случалось.Он добился значительного прогресса, но все еще топтался на том же месте.Он сидел в своем кабинете и скачивал последние исследования из раздела аналитической теории чисел на arXiv. Закрыв браузер, он приступил к изучению.Однако в правом нижнем углу экрана появилось сообщение от Сяо Ая.«Хозяин, вам письмо!»— Открой его для меня… И еще, принеси чашку кофе в кабинет.«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́)و✧»Казалось, что у Сяо Ая имелось бесконечное количество энергии.Лу Чжоу улыбнулся его сообщению и почувствовал, что его настроение улучшилось.Он перевел взгляд на экран и узнал адрес электронной почты. Писал старшеклассник, с которым он познакомился в математическом центре.Лу Чжоу вспомнил, что уже середина июля и олимпиада по математике уже закончилась.«Господин! Я получил золотую медаль, вы мне обещали, я теперь ваш ученик»!Золотая медаль?А он неплох.Лу Чжоу вспомнил, что он лишь второпях дал парню обещание, лишь бы тот отстал, не думая, что он получит медаль.Мне не очень нравится его высокомерие, но любой золотой медалист математической олимпиады заслуживает внимания.Лу Чжоу на секунду задумался и написал ответ.«Подай заявление в Цзиньлинский университет.»Он отправил письмо и уже собирался закрыть свою почту, как увидел, что пришел ответ.«Хорошо, учитель! Кстати, какие книги мне стоит прочитать за лето? Я планирую подготовиться к занятиям в университете.»— …Хотя Лу Чжоу не хотел, он все равно отправил ответ.«Просто расслабься.»«???»Лу Чжоу вздохнул и напечатал еще один ответ.«Не торопись и наслаждайся жизнью. Эти два месяца станут лучшими днями в твоей жизни. Ты еще успеешь начитаться книг, когда поступишь в университет. Займись чем-нибудь необычным, отправься в путешествие или сделай еще что-нибудь.»То же самое было с Лу Чжоу.С момента, как он поступил в университет, его жизнь кардинально изменилось, с того момента он еще ни разу по-настоящему не отдыхал.Конечно, Лу Чжоу любил исследования, что было его любимым занятием.Однако иногда он скучал по своим беззаботным дням.«Хорошо, учитель! Я не понимаю зачем, но я прислушаюсь к вашему совету!»Лу Чжоу одобрительно кивнул головой.Неплохо, немного дерзкий, но, по крайней мере, послушный.Он уже собирался закрыть свою почту и вернуться к исследованиям, как вдруг вспомнил кое-что важное. Поэтому он отправил еще одно письмо.«Точно, постарайся не посещать духовные и религиозные места.»

«Почему?»«Ты можешь перейти на темную сторону и оставить математику.»

Чему быть, того не миновать

Чему быть, того не миновать.Последний день июля.Несмотря на свое нежелание, Лу Чжоу все равно прекратил свои исследования и начал собирать вещи, готовясь к Международному математическому конгрессу в Санкт-Петербурге.Что касается его часового доклада, то после некоторых размышлений он решил сделать краткий обзор своей работы над дзета-функцией Римана за последние несколько лет и загрузил статью на сайт Международного математического конгресса.На самом деле, здесь не было ничего необычного.

Будь ли это 45 минутный или 60 минутный доклад, подобные конференции проводились не чтобы показать новаторские достижение. Они созданы скорее для того, чтобы предоставить ученым место для презентации прогресса, достигнутого ими за последние несколько лет.В конце концов, в большинстве областей математики, особенно в теории чисел, практически невозможно постоянно добиваться успехов.Наивно полагать, что упорный труд гарантируют хорошее результаты исследований.— Сяо Ай, мне взять пальто?В августе в Цзиньлине все еще стояло лето. Лу Чжоу было жарко даже в футболке, но он слышал, что в Санкт-Петербурге холодало.На экране дрона, висевшего рядом с Лу Чжоу, появилась строка текста.«Санкт-Петербург расположен на побережье Балтийского моря, на 59° Северной широты. Температура в августе колеблется от 13 до 20 градусов по Цельсию. Хотя сейчас не слишком холодно, я рекомендую взять с собой ветровку или кожаную куртку, чтобы не простудиться. (๑•̀ᄇ•́)و✧»— Понял… Тогда я возьму ветровку.Лу Чжоу посмотрел на свой уже забитый чемодан и задумался. Затем он достал из чемодана пару футболок и вместо них положил ветровку.Он до сих пор помнит, как надевал ее, когда получал награду в Берлине.Прошло уже много лет, но он не ожидал, что она все еще будет хорошо подходить ему.Думая об этом, он не мог не вздохнуть.Думаю, легенда, что тот, кто докажет гипотезу Римана, станет бессмертным правдива.Он уже доказал более слабую форму гипотезы Римана. Логически рассуждая, это должно сделать его, по крайней мере, наполовину бессмертным.Пока Лу Чжоу предавался грезам, на экране дрона рядом с ним появилось сообщение.«Хозяин, запрос на видеозвонок из Северной Америки. ~(•̀∀•́)»Это Сяо Тун?Или Вера?Не спрашивая, от кого был видеозвонок, Лу Чжоу сказал:— Ответь.«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́)و✧»На экране дрона появился видеозвонок.Лу Чжоу мгновенно узнал звонящего, но не мог не удивиться.— Вэй Вэнь?— Профессор…Лу Чжоу улыбнулся.— Почему ты вдруг решили позвонить мне?— Я хотел бы кое о чем поговорить… — Вэй Вэнь смутился. Он заметил наполовину собранный чемодан Лу Чжоу и с любопытством спросил. — Вы собираетесь на Международный математический конгресс в Санкт-Петербурге?— Да, у меня там часовой доклад… Кстати, как у тебя дела? Цинь Юэ сказала, что ты преподаешь на факультете материаловедения Массачусетского технологического института, у тебя там все нормально?По какой-то причине Вэй Вэнь вдруг стал выглядеть немного расстроенным.Он вздохнул и покачал головой.— Все не так уж хорошо, не напоминайте… Я скоро стану безработным.Безработным?Лу Чжоу перестал собирать чемодан и посмотрел на Вэй Вэня. Он нахмурился и спросил:

— Что случилось? Ты попал… в неприятности?У Лу Чжоу сложилось впечатление, что Вэй Вэнь довольно талантливый, с выдающимися способностями к математическому моделированию. С тех пор как тот перешел в область вычислительного материаловедения, он полностью выкладывался в этой области. Судя по всему, он уже опубликовал три статьи в ведущих журналах.Лу Чжоу понятия не имел, зачем Массачусетскому технологическому институту понадобилось избавляться от такого отличного ученого.Не говоря уже о том, что он бывший ученик Лу Чжоу…Невозможно, чтобы он оказался на грани безработицы.Вэй Вэнь понял, что Лу Чжоу скорее всего вообще не вкурсе о ситуации, он горько улыбнулся и спросил:— Вы снова закрывались для исследований?— Верно… А что такое?— Ничего, просто удивительно, что вы не слышали… — Вэй Вэнь вздохнул. — Не у меня одного проблемы, все китайские ученые в Массачусетском технологическом институте не очень хорошо сейчас живут…Вэй Вэнь потратил пять минут на краткое объяснение Лу Чжоу.Как оказалось, в начале июля Белый дом неожиданно опубликовал специальный законопроект, подписанный президентом, который ужесточил выдачу виз.На первый взгляд может показаться, что на профессоров математики Массачусетского технологического института это никак не повлияет.Однако после подписания закона Массачусетский технологический институт, Стэнфорд и другие крупные университеты внезапно изменили свое отношение к китайским преподавателям и профессорам. Они не только сократили финансирование их научной деятельности, но и сократили количество часов лекций.Серьезно пострадали даже ученые, которые десятилетиями работали в США, но не получившие гражданства.По слухам, это происходила из-за того, что кто-то из ФБР проводил беседы с советом директоров крупных университетов. Хотя на их работе это не сказалось, эти слухи заставляли профессоров и лекторов опасаться.— На самом деле, я заметил некоторые признаки подобного еще два года назад, но не ожидал, что все дойдет до такой степени.— Что ты имеешь ввиду?Вэй Вэнь вздохнул:— Стандарты приема в Массачусетский технологический институт основывались на научных способностях и личностных качествах. Но за последние два года не приняли ни одного китайского студента. Фактически уже давно к нам относятся не дружественно.Лу Чжоу кивнул:— Это действительно необычно.Хотя не было четкого правила, запрещающего китайским студентам поступать в университет, за последние два года ни один китайский студент не был принят в Стэнфорд или Массачусетский технологический институт. Взяли лишь несколько китайских студентов, родившихся в США.Похоже Массачусетский технологический институт усугубил эту проблему.— Среда становится все более и более недружелюбной. Десять лет назад такого не было. Недавно я разговаривал об этом с китайским профессором материаловедения. Достижения Китая в области термоядерного синтеза и аэрокосмической промышленности затронули самое чувствительное место американцев. Особенно после прошлогоднего краха программы «Арес», когда американцы оказались в бедственном положении. Я даже чувствую, что студенты проявляют враждебность по отношению ко мне, когда читаю лекции. — Вэй Вэнь выглядел обиженным. — Сейчас в академическом сообществе ходят слухи, что Конгресс собирается принять более строгий закон, поэтому все встревожены. Я не знаю, как долго я смогу здесь оставаться, возможно, меня даже уволят завтра.— Ты математик, какое отношение это имеет к тебе?— Я работаю все же не с чистой математикой. Я работаю в лаборатории материаловедения. Кое-кто даже подозревал, что я китайский шпион. — Вэй Вэнь покачал головой. — Какой шпион будет помогать им обрабатывать экспериментальные данные и проводить исследования… Эх, если бы не мои текущие исследования, я бы и сам уволился.Лу Чжоу какое-то время молчал, а затем предложил:— Ты всегда можешь вернуться в Цзиньлин. Научная среда здесь довольно хорошая. Какая у тебя зарплата? Обещаю тот же уровень.До того, как позвонить Лу Чжоу, Вэй Вэнь всерьез задумывался о возвращении в Китай.Однако, по какой-то причине, услышав предложение Лу Чжоу, он заколебался.Через пару секунд он сжал зубы и ответил.— Спасибо… Но сначала я хочу добиться некоторых результатов, по крайней мере, ознакомиться с планом «Тысяча талантов».Хотя в США за ним пристально следили, что затрудняло получение каких-либо результатов исследований, он все равно не хотел так легко сдаваться.В конце концов, если бы он вернулся в Китай, вообще ничего не добившись…Он почувствовал бы сожаление.Лу Чжоу переживал за своего ученика, но он знал, почему Вэй Вэнь так поступает. Он кивнул и сказал.

— Тогда будь осторожен, ты далеко, через Тихий океан. Если ты попадешь в беду, мне будет трудно тебе помочь.Вэй Вэнь кивнул:— Спасибо вам!

Железный занавес

Закончив разговор, Лу Чжоу продолжил собирать чемодан, однако в этот момент на экране дрона появилось сообщение.«Хозяин, во время вашего разговора кто-то шпионил за вами. (́◔‸◔’)»— Шпионил?«Да! При передачи данных в Северную Америку, их получали более чем с одного IP-адреса. Сяо Ай отправил ряд зашифрованных данных на другой IP-адрес и только что получил ответ. Разговор прослушивали несколько человек.»Означает ли это, что за нами следят?

— Понятно…Хотя Лу Чжоу и ожидал чего-то подобного, он все равно был потрясен.Несколько лет назад, когда он впервые приехал в Принстон, академическая среда в международном сообществе была абсолютно не такой. Он не ожидал, что менее чем за десять лет ситуация ухудшиться до такой степени.Судя по всему, было разумно с его стороны вернуться в Китай.Останься он еще на год в Принстоне, у него могли возникнуть проблемы, и он уже не вернулся бы.«Я обнаружил злоумышленников, мне установить бэкдор?»Лу Чжоу тут же ответил:— Нет, это не наша забота, нам не о чем беспокоиться.Взломать сервер несложно.Однако взлом американского сервера мог обернуться проблемами.Если бы с другой стороны обнаружили, что на их компьютере установлено что-то подозрительное, с Лу Чжоу ничего не случится, но его ученики могли пострадать.Хотя Лу Чжоу был уверен, что мог победить их в области информационных технологий, когда дело касалось расследований и кибербезопасности, он сомневался, что мог справиться с ФБР и ЦРУ.Даже Сяо Ай всего лишь незрелый ребенок.В подобных действиях были только риски без каких-либо выгод.Лу Чжоу задумался о ситуации с Вэй Вэнем и некоторое время молчал. Затем он достал свой телефон и позвонил директору Ли, кратко пересказав ему ситуацию.Для ученых в США это стало катастрофой.Однако это могло принести пользу Китаю.Если бы они смогли разработать какую-то привлекательную политику привлечения ученых, они могли бы воспользоваться этой возможностью. Возможно многие колеблющиеся китайский ученые захотят вернуться в Китай.Описанное Вэй Вэнем, это темный тучи, нависшие над всем международным научным сообществом…Хоть Лу Чжоу и сожалел из-за этого, он не мог ничего поделать.…………….Начало августа.Рейс из Пекина в Россию.Лу Чжоу поднялся на борт самолета и смотрел, как Ван Пэн сдает багаж в камеру хранения. В этот момент он внезапно встретил знакомого человека, который тоже летел первым взглядом.Они встретились взглядами.Наконец, Лу Чжоу отреагировал первым с дружелюбной улыбкой.— Какое совпадение.После приветствия, Ван Шичэн отправился от оцепенения, его губы дрогнули, вскоре он рефлекторно улыбнулся.— Да, какое совпадение… Ха-ха-ха.Какой шанс?Мы не только летим одним рейсом, но и наши места расположены рядом!Как я мог не заметить его при посадке?Если бы он заметил, что Лу Чжоу тоже летит этим рейсом, он бы вернул свой билет и полетел другим рейсом!

Но уже слишком поздно что-то менять. Ван Шичэн немного поколебался, прежде чем сесть рядом с Лу Чжоу.Под руководством стюардессы он пристегнул ремень безопасности и закрыл глаза, ожидая взлета самолета.Он думал, что сможет спокойно проспать весь полет, но Лу Чжоу проявил инициативу и заговорил с ним.— Академик Ван, вы тоже летите в Санкт-Петербург на конгресс?— Да. — Сказал Ван Шичэн. На самом деле ему не хотелось разговаривать, но он не смог удержаться и гордо сказал. — Меня попросили сделать 45 минутный доклад, поэтому я решил полететь.Ван Шичэн был уже далеко за пределами расцвета математических исследований, поэтому весьма впечатляюще, что Международный математический союз все еще приглашает его выступить с докладом.Это показывает, что международное математическое сообщество не забыло о его научном вкладе, что радовало старика.Лу Чжоу улыбнулся:— О, ясно, поздравляю.Ван Шичэн посмотрел на лицо Лу Чжоу и почувствовал раздражение.Какой лицемер!Кто не знает о твоем часовом докладе?Разве ты просто не хочешь похвастаться?Ха-ха, я не дам тебе шанса!Поэтому Ван Шичэн не стал спрашивать Лу Чжоу, что там будет делать. Он улыбнулся и решил сменить тему.— А вы? Как продвигается исследование гипотезы Римана?Лу Чжоу стал немного печальным.— Мне печально такое говорить, но все не очень хорошо.Он действительно сожалел.Он был занят весь год, и у него едва хватало времени поработать над гипотезой Римана. Если бы он вместо этого потратил все свое время на изучение гипотезы Римана, то, возможно, смог бы вывести несколько прекрасных теорем.Однако слова Лу Чжоу прозвучали как музыка для ушей академика Вана.Хе-хе!Паршиво быть тобой.Хотя в невозможности доказать гипотезу Римана нет ничего постыдного, Лу Чжоу хвастался, что не будет делать доклад, если не решит гипотезу Римана.С нетерпением жду твоего доклада.Ван Шичэн притворился удивленным, когда говорил.— Правда? Я слышал, вы говорили, что не будете делать доклад в Санкт-Петербурге, если не добьетесь каких-либо выдающихся результатов. Я думал, что вы уже решили гипотезу Римана… Оказывается, что нет… Это очень прискорбно.Ван Шичэн явно проявлял пассивную-агрессию.Однако он слишком хорошо играл. Лу Чжоу нисколько не обиделся.Лу Чжоу вздохнул:— Да, прискорбно… Я не собирался ехать, но не смог отказаться.— Не смогли отказаться?По какой-то причине у Ван Шичэна появилось плохое предчувствие после этих слов.Как и ожидалось, на лице Лу Чжоу появилась дерзкая улыбка.Эта улыбка…

Она была слишком хорошо знакома ему.— Да. — Лу Чжоу смущенно почесал затылок. — Они собираются вручить мне награду.

Воспользовались?

Спустя десять часов перелета самолет приземлился в аэропорту Санкт-Петербурга. Пассажиры начали отстегивать ремни безопасности и по порядку выходить из самолета.Ян Юнань тащил свой чемодан, наблюдая, как Лу Чжоу уходит. Он посмотрел на своего руководителя и осторожно спросил:— Учитель, вы… не в ладах с академиком Лу?Он заметил странное поведение еще в Пекине. А теперь глядя на лицо академика Вана он был еще более уверен в своих догадках.Из-за этого он не осмеливался приблизиться к Лу Чжоу, опасаясь разозлить своего начальника.

В конце концов, он из Яньцзинского университета. И независимо от его отношений с академиком Лу, он должен угождать своему руководителю.Хотя на протяжении всего полета Ван Шичэн хотел выбросить Лу Чжоу из самолета, тот все равно все отрицал.— Нет, конечно, нет! Кто тебе такое сказал? Не говори так.— …Даже ваш голос выдает вас.Ван Шичэн молча посмотрел на Ян Юнаня, затем вздохнул и произнес мягким тоном:— О некоторых вещах тебе не стоит беспокоиться. Он мне не особенно нравится, но вы оба молодые люди. Тебе следует попытаться наладить с ним хорошие отношения, это поможет тебе в будущем.Академик Ван больше ничего не хотел говорить.Ян Юнань почувствовал облегчение.Конечно, внешне он его не показал. Он с пониманием кивнул.— Я понимаю, учитель.До этого он беспокоился, что его учитель и даже весь университет невзлюбили академика Лу. Он беспокоился, что если он попытается подружиться с академиком Лу, то получит удар в спину.Однако, похоже, это совсем не так.Его руководитель недолюбливал академика Лу только на личном уровне и не примешивался это к своей работе.Чего Ян Юнань не знал, так это того, что его руководитель на самом деле презирал академика Лу. Но по различным причинам ему приходилось склоняться перед ним.В конце концов, влияние Лу Чжоу выходило далеко за рамки математики и научных кругов, оно было на национальном или даже международном уровне.Для таких ученых, как он, которые вышли далеко за рамки области, не существовало такого понятия, как принадлежность к так называемой «школе».Достигнув подобного уровня…Он сам стал школой.………………….К счастью, Ван Шичэн не покинул аэропорт вместе с Лу Чжоу, иначе его бы вновь поразил удар.На самом деле, когда Лу Чжоу вышел из аэропорта вместе с Ван Пэном, он сам сильно удивился.У входа в аэропорт на обочине стояло более десятка черных автомобилей. Знакомый русский снял солнцезащитные очки и вышел вперед, широко раскрыв объятия. С дружелюбной улыбкой он обнял Лу Чжоу.— Ха-ха, добро пожаловать, академик Лу! Добро пожаловать в Россию! Вы еще помните меня?Лу Чжоу пожал ему руку после того, как вырвался из объятий, и улыбнулся.— Здравствуйте, господин Грудев… Это слишком грандиозное приветствие.— Я говорил вам, что если вы когда-нибудь приедете в Москву, я устрою для вас самую пышную церемонию встречи… Хотя это Санкт-Петербург, это почти тоже самое. — Грудев улыбнулся. — Это моя дочь Виктория, думаю, вы уже встречались раньше. Это Министр энергетики…— Мы тоже встречались раньше. — Улыбнулся министр Новак, протягивая правую руку. — Добро пожаловать.Когда два представителя министерств поприветствовали его, Лу Чжоу почувствовал себя немного неловко.— Вы очень добры.— По сравнению с дружбой между нами, это ничто. Более того, я как и господин Грудев говорил, если у вас когда-нибудь будет возможность посетить Россию, мы лично встретим вас в аэропорту. — Министр Новак посмотрел на влиятельного мужчину в черном костюме и сказал. — Пожалуйста, позвольте мне представить вам Максима из Федеральной службы безопасности, он будет отвечать за вашу безопасность в России.По сравнению с двумя министрами, сотрудник ФСБ по имени Максим был довольно молчаливым парнем, и он высказался кратко и по делу:— Здравствуйте, профессор Лу. Команда Альфа уже находится в Санкт-Петербурге. Наша служба безопасности будет отвечать за безопасность конференции. Мы гарантируем высочайший уровень безопасности вашей научной деятельности здесь. Если у вас возникнут какие-либо проблемы с безопасностью, пожалуйста, свяжитесь со мной по этому телефону.Лу Чжоу взял старый раскладной телефон и передал его Ван Пену, после чего улыбнулся и сказал:— Спасибо.— Всегда пожалуйста.

Лу Чжоу мог с уверенностью сказать, что российское министерство безопасности тщательно следит за безопасностью его визита.В конце концов, Россия не хотела бы, чтобы с ним что-то случилось во время его поездки к ним.Это повлияло на их дипломатические отношения и многие другие вопросы.После небольшой приветственной беседы с Новаком из Министерства энергетики, тот продолжил рассказывать ему о расписании на ближайшие два дня.— Мы отвезем вас в отель, и завтра утром команда прибудет ко входу в отель ровно в восемь часов… Конечно, вы можете выйти и позже, когда будет удобно, но лучше до полудня.Лу Чжоу улыбнулся:— Не волнуйтесь, я не любитель поспать, буду вовремя.Министр Новак улыбнулся и сказал:— Тогда надеюсь, вы хорошо проведете здесь время.Перед визитом российские официальные лица пригласили его посетить строящуюся в Санкт-Петербурге термоядерную электростанцию.Таким образом, помимо участия в Международном математическом конгрессе, Лу Чжоу предстояло совершить еще одно светское мероприятие.Однако это не займет слишком много времени, самое большее полдня.Лу Чжоу специально приехал за два дня до Международного математического конгресса, так как хотел разобраться с этими несущественными вопросами заранее.Лу Чжоу подошел к одной из машин и уже собирался сесть в нее. Внезапно Виктория сделала полшага вперед и мягко положила руку на дверцу машины. Она ухмыльнулась и посмотрела на Лу Чжоу.— Это наша вторая встреча, и, согласно русской культуре, ты должен меня обнять.— Существует такой обычай?— Конечно! — Виктория кокетливо улыбнулась и спросила. — Разве ты не хочешь приобщиться к нашей культуре?— …Немного поколебавшись, Лу Чжоу вежливо обнял Викторию.Однако страстная русская девушка имела в виду нечто большее.Она нежно поцеловала Лу Чжоу в щеку, и он мгновенно покраснел и вздрогнул. Он неловко отпустил ее и сел в машину.Боже, это часть русских обычаев?Хотя чувствую, что мной воспользовались.Это объятие было слишком страстным.Да, пожалуй, даже чересчур страстным.Ван Пэн сидел рядом с водителем, а Лу Чжоу сзади с Максимом из ФСБ. Хотя Новак сказал Лу Чжоу, что Максим всего лишь оперативный агентом, очевидно, что он занимал гораздо более высокое положение.Максим заметил, что Лу Чжоу нервничает, поэтому улыбнулся.— Не волнуйтесь, мы позаботимся о вашей безопасности.Лу Чжоу выдавил улыбку:— Я не нервничаю, просто я давно не путешествовал… Не привык к подобному.Максим пожал плечами и улыбнулся, продемонстрировав ряд белых зубов:— Ладно, тогда давайте поговорим о чем-нибудь расслабляющем… Что вы думаете о Виктории?— О чем вы?— Вам понравились объятия?Лу Чжоу не знал, что ответить. Немного поразмыслив, он неуверенно ответил:— Словно меня ударили.Максим улыбнулся.

— Словно ударила молния? Какая яркая метафора. Не ожидал, что профессор Лу, такой интересный человек.— …Я не это сказал!

Старый друг

Когда Максим отвлек его разговором, он действительно почувствовал себя спокойнее.Лу Чжоу также обнаружил, что этот парень довольно интересный человек.Хотя он очень серьезен в работе, Максим очень непринужденно шутил.Единственная проблема заключалась в том, что он был не силен в английском, поэтому общение временами становилось немного запутанным.— Вы женаты? У вас есть девушка?

— Нет. — Увидев удивление собеседника, Лу Чжоу стало немного стыдно, и он добавил. — Это не потому, что я не могу никого найти, просто я слишком занят работой, у меня нет времени на свидания.— Понятно, а как насчет девушек на работе? Ты не умеешь знакомиться с девушками? Я понимаю. — Максим поднял брови и щелкнул пальцами. — Тебе нужно сходить в место, где есть симпатичные девушки, и пообщаться с ними… Порекомендовать? В Санкт-Петербурге есть несколько хороших мест.А?Дорога от международного аэропорта Санкт-Петербурга до отеля заняла час. Здания и статуи по пути выглядели историческими и давали ощущение экзотики.Но по мере приближения к центру города — это ощущение угасало.Центральные районы всех крупных городов мира выглядели одинаково, все они представляли из себя бетонные джунгли.Однако, когда Лу Чжоу подошел ко входу в отель «Коринтия», его поразил дизайн отеля в великолепном русском дворцовом стиле.Этот конгресс полностью отличался Бразильского.Спонсорами выступали местные и российские власти, поэтому ее участников разместились в живописном пятизвездочном отеле прямо в центре города.Независимо от мотивов, стоящих за этими действиями, не очень богатые математики были благодарны за возможность остановиться в таком роскошном отеле.После того, как Лу Чжоу прибыл в отель, его команда, которая его встречала, уехала. Однако, судя по полицейским, дежурящим на улицах, и охранникам в отеле, ФСБ явно усилили меры безопасности вокруг отеля.И хотя с ФСБ сотрудничали китайские представители охраны, Лу Чжоу не полностью доверял русским свою безопасность.После того, как Лу Чжоу вошел в гостиничный номер, первым делом он открыл ноутбук и подключился к Wi-Fi отеля.— Сяо Ай, ты отвечаешь за камеры наблюдения… Если увидишь кого-то подозрительного, обязательно сообщи мне.В правом нижнем углу экрана появилось сообщение.«Теперь очередь Сяо Ай помогать? Не волнуйтесь, предоставьте все мне! ≧ω≦»Что ж, ты просто дополнительная страховка, и, вероятно, ничего не изменишь.Из-за усиленной охраны со стороны ФСБ и Генерального штаба армии Китая никто не посмеет устроить тут неприятности.Не думаю, что Сяо Ай будет слишком полезен, но лучше перестраховаться…Конечно, Лу Чжоу не произнес этого вслух.В конце концов, ему все еще были небезразличны чувства Сяо Ай.«Хозяин, хозяин, их система управления лифтом и замками управляется тем же сервером, что и камера видеонаблюдения, я могу установить бэкдор? (≖◡≖✿)»— Можешь, но не используй его без моего разрешения.«Хорошо, не волнуйтесь!»Хотя ФСБ установили несколько уровней защиты, они находились на чужой территории. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.После всего Лу Чжоу переоделся и вышел из своего номера.Ван Пэн ждал его в коридоре.Он увидел, что Лу Чжоу вышел из комнаты, и спросил:— Ты распаковал вещи?

— Да. — Лу Чжоу кивнул и спросил. — Кстати, можно ли доверять русским в вопросах безопасности?— Мы также участвуем в обеспечении безопасности, но это не наша территория. Мы не можем проявлять инициативу и в основном работаем за кулисами. Но будь уверены, твоя безопасность наш главный приоритет.Лу Чжоу улыбнулся:— Я не особо волнуюсь, просто интересуюсь… Я же могу выйти на улицу поесть?— Конечно. — Ван Пэн кивнул. — Мне сопровождать тебя или в тайне следовать за тобой?— Просто держись рядом.Он не собирался заниматься чем-то секретным и просто шел перекусить.Просить Ван Пэна тайно следить за ним было бы слишком утомительно.………………До Международного математического конгресса оставалось два дня.Хотя некоторые гости уже начали прибывать в Санкт-Петербург, большинство из них не были так пунктуальны. Большинство людей в отеле все еще были туристами.Лу Чжоу вышел из лифта и прошел через вестибюль отеля, чтобы попробовать местную кухню, как столкнулся со знакомым.У него были каштановые вьющиеся волосы и яркая улыбка, от которой веяло кем-то вроде соседского парня… Конечно, это не самое главное. Важным было то, что в свои тридцать лет, он уже был обладателем Филдсовской премии и был одним из трех многообещающих ученых, которых одобрил Фальтингс.Даже Лу Чжоу признавал, что он красивее его.Они встретились взглядами.Они узнали друг друга, а на их лицах отразилось удивление.— Лу Чжоу?— Шольце? Вот так совпадение! Ты уже приехал?Хотя они не были близкими друзьями, они определенно хорошо ладили.Почти семь лет назад они встретились на церемонии вручения премии Коула в области теории чисел. Однако из-за того, что они работали в разных областях, в последние несколько лет они редко общались.После целого дня, проведенного в окружении российских бюрократов, Лу Чжоу обрадовался встрече с коллегой.Шольце пожал правую руку Лу Чжоу и сказал:— Ха-ха, какое совпадение! Я думал, что такой знаменитый парень, как ты, появится тут лишь после церемонии открытия. Я не ожидал, что ты придешь сюда так рано.— Министерство энергетики России пригласило меня посетить их термоядерную электростанцию перед конференцией. Кстати, ты же сам весьма занятой, почему приехал раньше?— Я здесь, чтобы навестить старого друга… Он не любит, когда его беспокоят. Вероятно, у меня не будет возможности поговорить с ним во время конгресса, поэтому я приехал заранее. — Ответил Шольце. — Кстати, не хочешь со мной?Лу Чжоу заколебался:— Я знаком с твоим другом, возможно, это не лучшая идея.Шольце улыбнулся:— Все в порядке, он хороший человек, хотя и немного эксцентричный. Он давно тобой интересуется, так что мы хорошо проведем время.Внезапно Ван Пэн, стоявший позади Лу Чжоу, серьезно спросил:

— Можете сказать мне, кто ваш друг?Шольце улыбнулся:— Перельман! Вы должны были слышать о нем раньше.

Книги известнее работ

Вестибюль отеля.Профессор Фефферман отдал свой паспорт сотруднику на стойке регистрации, после чего он посмотрел на вход в отель и невзначай произнес:— Уровень безопасности здесь кажется немного строгим… Помимо конгресса еще какое-то мероприятие проводиться.— Нет, сэр. — Сотрудник вернул паспорт Фефферману. — Самое крупное мероприятие этого месяца математический конгресс. Наш обеспечит высочайший уровень безопасности в его время, мы желаем вам приятного пребывания.— Понял, спасибо.

Профессор Фефферман убрал паспорт и с улыбкой посмотрел на Делиня рядом с ним.— Он правда приехал! Я же говорил тебе, что он ни за что не пропустит такую важную конференцию! — Фефферман говорил, не скрывая своего волнения. Словно он смотрел финал чемпионата мира по футболу он добавил. — Интересно, как продвинулось его исследование, я с нетерпением жду его!Профессор Делинь бесстрастно посмотрел на своего друга и вздохнул.— Разве ты не читал его статью на сайт?— Видел, а что?— Тогда откуда такие высокие ожидания? Если бы он добился бы чего-то нового, то опубликовал бы это в интернете.— Интуиция подсказывает мне, что он что-то скрывает.Профессор Делинь приподнял брови.— Значит, ты его хорошо знаешь?В голосе Делиня прозвучали нотки сарказма, который характерен большинству профессоров Принстона, обладающих большим высокомерием.Однако профессор Фефферман не воспринял это близко к сердцу, а лишь кивнул с уверенной улыбкой.— Конечно, мы раньше работали вместе, я его довольно хорошо знаю.Делинь услышал самоуверенные слова старого друга и слегка улыбнулся, после чего сказал неодобрительно:— Тогда ты сам не свой. Я внимательно изучил все статьи, опубликованные им за этот год. Более слабая гипотеза Римана и метод анализа гиперэллиптических кривых единственные его результаты. Он даже занимался экономикой с тем стариком Кругманом, создав какую-то модель…Обычно область исследований ученого можно легко определить по его публикациям.Гипотеза Салливана в дифференциальной топологии, а также новая модель в экономике вообще не имели никакого отношения к гипотезе Римана.Профессор Делинь считал, что Лу Чжоу, скорее всего сдался.Честно говоря, Делинь был немного разочарован таким исходом.Его разочарование не связано с успехами Лу Чжоу, в конце концов, тот многого достиг за прошедший год.Однако для такого ученого, как Лу Чжоу, единственным способом еще больше продвинуться вперед это покорить гору, которая не давала покоя ученым всего мира.Поэтому профессор Делинь посчитал прискорбным, что Лу Чжоу сдался после столь плодотворных результатов.Если даже Лу Чжоу не может решить гипотезу, то никто в этом столетии не сможет ее решить…Профессор Фефферман заметил озабоченность Делиня, поэтому улыбнулся и произнес:— Думаю, ты слишком переживаешь.Профессор Делинь с недоверием спросил:— О? Знаешь, о чем я переживаю?— Конечно, знаю. В конце концов, мы старые друзья. Ты всегда так уверен в своем анализе, но тебе надо признать, что ты порой не видишь вдаль.— Намекаешь, что я узко мыслю?— Да, особенно в том, как ты смотришь на проблемы. Не думал ли ты о том, что он мог открыть что-то новое в этой гипотезе? Это возможно.Профессор Делинь ответил:— Но маловероятно. Я внимательно изучил его работы. Что касается математики, то методы, которые он использовал, вообще не связаны с дзета-функцией Римана. В его статьях не было никакой аддитивной или прогрессивной зависимости.— Возможно, мы просто этого не видим… Но, в любом случае, не хочешь ли заключить пари?Профессор Делинь нахмурился:— На что спорим?Профессор Фефферман уверенно улыбнулся:— Держу пари, что результаты его исследований куда больше, чем в начале года, и он не бросил решать гипотезу Римана. Иначе… Он не выступал бы с докладом самым последним.………Пока двое стариков спорили о том, продолжает ли Лу Чжоу работать над гипотезой Римана, Лу Чжоу и Шольце ехали в такси, направляясь в пригород Санкт-Петербурга. В этот момент они случайно тоже заговорили о гипотезе Римана.— Ты не добился никакого прогресса за последние шесть месяцев?— Не за шесть месяцев, должно быть больше. — Лу Чжоу беспомощно покачал головой. — Я пытался улучшить анализ гиперэллиптической кривой, а также пытался использовать метод групповой структуры, но безуспешно. У меня даже возникают мысли, что эту гипотезу невозможно доказать.— Не ты единственный, кто так думает, но не вешай нос. — Шольце похлопал Лу Чжоу по плечу. — По крайней мере, ты смогли создать прекрасный инструмент для анализа гиперэллиптических кривых и даже доказали слабую форму гипотезы. Ты молодец.— Но для меня это ничего не значит. — Лу Чжоу вздохнул. — Я думаю, ты в состоянии понять мои чувства.— Нет, не понимаю.— М?После почти сорокаминутной поездки такси, наконец, прибыло в пригород Санкт-Петербурга. Высокие бетонные здания превратились в небольшие дома.По словам таксиста, это знаменитое место математики. Здесь располагался Математический институт имени Владимира Андреевича Стеклова, а неподалеку жил знаменитый математик, который отказался от Филдсовской премии.С другой стороны, тут неподалеку встретились главные герои повести Достоевского «Белые ночи».Шольце и Лу Чжоу вышли из такси в жилом районе.Большинство домов здесь были многоквартирными, и в основном в подобных проживала молодежь. Однако молодые обычно не любили жить далеко в пригороде.Ван Пэн шел позади Лу Чжоу и Шольце, когда внезапно спросил.— Мы ходим кругами.Шольце улыбнулся и почесал затылок:— На самом деле, в последний раз я был здесь очень давно, а все эти здания выглядят одинаково. Я не помню, где он живет. — Шольце смущенно кашлянул. — Найду и спрошу у кого-нибудь.Шольце зашел в Google и нашел фотографию Перельмана.Это одно из преимуществ красоты, большинство людей с радостью помогут Шольце.А если говорить о внешнем виде, как у бродяги, то тут тоже есть свои плюсы.Большинство людей не станут беспокоить того, кто выглядит как бездомный.— Простите, вы знаете этого человека?Улыбка русской девушки исчезла, когда она увидела фотографию в телефоне Шольце. После небольшого молчания, она спросила:— Кто это? Террорист? Или художник?Выражение отвращения на ее лице было вполне объяснимым, в конце концов, мужчина на фотографии имел совсем не прелестный вид.Его борода не была подстрижена, а волосы растрепаны. Хотя у Шольце и Перельмана были похожие черты лица, они выглядели совершенно по-разному.Словно некоторые могут в клетчатой рубашке выглядеть, как айдол, а некоторые будут выглядеть в ней, как программисты.Шольце вздохнул:— Извините, спрошу кого-нибудь другого.Русская девушка улыбнулась:

— Удачи, но думаю, вам следует сдаться. Я живу здесь два года и никогда не видела этого человека.После долгих расспросов никто так и не смог узнать Перельмана.Время от времени некоторые узнавали этого математика, но никто не знал, что он живет рядом с ними по соседству.Появились сомнения, что Перельман жил здесь.Лу Чжоу начал задаваться вопросом, не переехал ли Перельман в другое место. Наконец, один пожилой мужчина узнал человека на фотографии. Он потер подбородок и заговорил.— Я его знаю, он раньше работал в институте Стеклова, он известный математик…Лу Чжоу сразу же спросил:— Как давно?— Около десяти лет назад, когда я еще работал там охранником. Я часто видел, как он ходил на работу в мешковатых джинсах и рубашке. Он был одним из самых странных людей в институте.— …Десять лет назад…Я тогда еще учился в школе.Это было давно.Шольце спросил:— Знаете, где он живет?— Если он еще не съехал, то, вероятно, живет вон там, — Ответил старик, указывая пальцем. — Я знаю только, в каком здании, но не знаю, в какой квартире. Вам следует спросить его соседей.Лу Чжоу и Шольце вздохнули.— Спасибо, что помогли нам!После этого Шольце, Лу Чжоу и Ван Пэн направились к зданию.Вскоре они подошли к многоквартирному дому. Лу Чжоу и Шольце случайно увидели двух человек, стоявших у входа в многоквартирный дом.По случайному совпадению, Лу Чжоу узнал одного из них.Там стоял профессор Кругман, с которым он познакомился в Шанхае…Но двое их не узнали. Они стояли перед входом в многоквартирный дом и разговаривали друг с другом.— Интересно, не ошиблись ли мы. — Пробормотал Барабаши. — Это похоже на укромное место?— Все верно, генеральный секретарь международного конгресса математиков дал мне этот адрес. — Ответил Кругман, взглянув на письмо, которое держал в руке. — Мы пришли куда нужно.Барабаши спросил:— Но что, если он не откроет нам дверь? Если он не откроет нам, мы даже не узнаем, здесь ли он.— Вы его не знаете. Даже если он выглядит неприступным, пока вы задаете ему вопросы по математике, он будет терпеливо отвечать вам.— Ты общался с ним раньше?— Нет, но я знаю одну женщину, что работала с ним в одном институте. Она рассказала мне про него. — Ответил Кругман. — Послушай, мой друг, мы не можем отчаиваться. Только здесь нам могут помочь, если не в Принстоне.Барабаши вздохнул:— Я больше склонен работать с профессором Лу. Его модели произведения просто искусство, особенна анализ макроэкономики, это моя область!— Забудь о нем. Я бы хотел поработать с Фальтингсом, если бы мог, но ты думаешь, что подобное случится? Я познакомился с Лу Чжоу в начале года, и он более упрямый, чем некоторые из стариков в Принстоне, не говоря уже о…Пока Кругман жаловался своему другу, он услышал знакомый голос.— Вы говорите обо мне?Разговаривающие удивились.Особенно Кругман, он выглядел так, словно только что увидел привидение.— Откуда вы тут взялись?— Я приехал на конгресс. — Лу Чжоу посмотрел на Шольце. — А этот парень пригласил меня повидаться с его старым другом, и я отправился с ним.Кругман посмотрел на Шольце и не узнал его. Он нахмурился и спросил.— Вы.— Петер Шольце. — Шольце улыбнулся и протянул руку. — Я тоже рад с вами познакомиться.— Пол Кругман, профессор экономики Принстона. А это Альберт-Ласло Барабаши, физик, чьи книги более известны, чем его работы.— Что значит, что мои книги известнее работы?Профессор Кругман, не обращая внимания на друга, посмотрел на Шольце и спросил:— Вы знаете Перельмана?Шольце пожал плечами:— Я бы сказал, что мы друзья, но не знаю, согласен ли он с этим.— Что вы здесь делаете? Устраиваете вечеринку?Внезапный голос прервал Шольце.По тротуару шел высокий мужчина в джинсах и рубашке. Он нес пакеты с продуктами.Его неопрятный вид делал его абсолютно незаметным.Профессор Кругман тут же улыбнулся и протянул руку.— Здравствуйте, профессор Перельман… Я профессор Кругман, мы общались по почте.— Я больше не профессор. — Пробормотал по-русски Перельман, и внезапно его взгляд остановился на Лу Чжоу. Спустя какое-то время он спросил. — Вы Лу Чжоу?— Да. — Лу Чжоу кивнул. — Приятно познакомиться.— Я тоже рад с вами познакомиться. Перельман хотел пожать ему руку, но он нес продукты.— Давайте поговорим внутри, вы преграждаете вход.Прежде чем Шольце и Лу Чжоу успели ответить, Кругман сказал:— Конечно, я думаю, нам стоит зайти внутрь.Перельман проигнорировал Кругмана и пристально посмотрел на Ван Пэна.— Вы не похожи на ученого.Тон его совсем не походил на приветствие.Ван Пэн кивнул и собирался объяснить суть его работы, однако Лу Чжоу прервал его.— Просто подожди здесь, мы скоро спустимся.Ван Пэн немного поколебался, затем взглянул на Перельмана и кивнул:—Ладно. Не забудь позвонить мне, если что-нибудь случится.Под звонком он подразумевал, чтобы Лу Чжоу включил сирену на телефоне.

Лу Чжоу посмотрел на Ван Пэна и похлопал его по плечу.— Все в порядке. Мы ненадолго.После этого группа людей поднялась наверх, оставив Ван Пэна одного.

Предсказание будущего

Квартира Перельмана находилась прямо рядом с лестницей.— У меня небольшой беспорядок.Перельман поставил свои покупки на пол и достал ключи.Хотя Лу Чжоу морально подготовился, после того, как дверь открылась, он все равно удивился ситуацией внутри.Вся одежда и предметы первой необходимости валялись на диване, а мусор и остатки еды лежали по всей квартире.

У Лу Чжоу также была привычка разбрасывать одежду по дому, но, к счастью, Сяо Ай обычно убирал все.Очевидно…Что Перельмана, посвятившего всю свою жизнь математике, не волновало ни что другое.Неудивительно, что люди называли его эксцентричным.Альберт шел рядом с Лу Чжоу и тихо пробормотал:— Я думал, математики очень организованные люди.Лу Чжоу не знал, что ответить.Шольце смущенно объяснил.— В целом так… но бывают исключения. Некоторым наплевать на все, что их окружает, они предпочитают тратить всё время на математику.— Я завидую таким людям, но жаль, что я не такой. С тех пор как я занялся математикой, большая часть моего времени была потрачена на бессмысленную рутинную работу… — Перельман опроверг оправдание Шольце в отношении него и убрал свои покупки в холодильник. — Не хотите чего-нибудь выпить? У меня есть только вода и чай, но я могу выйти и купить что-нибудь.Лу Чжоу не хотел его беспокоить, поэтому быстро ответил.— Вода подойдет.Шольце согласно кивнул:— Да.Кругман и Альберт тоже кивнули, поэтому Перельман улыбнулся:— Ладно.Вскоре на столе появились пять одноразовых стаканчиков. Перельман взял бутылку минеральной воды и налил каждому по стаканчику.Все выглядели немного растерянными, но Перельману было все равно. Сделав глоток, он посмотрел на Шольца и спросил.— Зачем ты здесь? Я не знал, что ты придешь.— Разве я не могу навестить своего старого друга?— Мне не нужно, чтобы кто-нибудь навещал меня, мне вполне комфортно одному…Шольце немного разочаровал ответ, но Перельман сразу же переключился на Лу Чжоу.Перельман посмотрел на него и заговорил характерным вялым, но грубым, тоном.— Я прочитал вашу статью, вы хорошо разбираетесь в теории групп и комплексной плоскости. Особенно в методе анализа гиперэллиптических кривых… Конечно, больше всего меня удивило, когда вы определили комплексное многообразие X на комплексном проективном пространстве CP^(n+r), когда исследовали гипотезу Салливана. До сих пор не понимаю, как вы пришли к этому.Перельман интересовался как топологией, так и дифференциальной геометрией. С другой стороны, гипотеза Римана его не интересовала.Хотя область дифференцируемого многообразия непопулярна, гипотеза Салливана была известной проблемой.Перельман также проводил некоторые исследования по гипотезе Салливана. Однако ему не удалось решить эту гипотезу.В результате он почти забыл о гипотезе, пока, наконец, не прочитал работу Лу Чжоу, где тот доказал ее.Это сильно его удивило.— Гипотеза Салливана? — Лу Чжоу улыбнулся. — Это благодаря статье, опубликованной профессором Креком. Его исследование меня очень вдохновило. Но возможно, это еще и потому, что я специально не исследовал эту гипотезу, поэтому смог взглянуть на нее под другим углом.В то время он все еще отвечал на вопросы Чэнь Яна о гипотезе Ходжа. Если бы не главный редактор журнала, он бы даже не узнал, что решил классическую задачу о дифференцируемом многообразии.Перельман и Шольце слегка удивились, когда услышали, что Лу Чжоу специально не исследовал дифференцируемые многообразия.К счастью, они не знали, что Лу Чжоу потратил на решение задачи всего один день, иначе у них бы отвисла челюсть.

Перельман сделал глоток воды и спросил.— Завидное везение, хотя не думаю, что это можно объяснить простым везением… Итак, вы пришли сюда, чтобы спросить у меня что-то?Лу Чжоу заметил вспышку предвкушения в его глазах и внезапно почувствовал себя немного смущенно.Как и Шольце, он пришел сюда только потому, что ему больше нечем было заняться. По крайней мере, Шольце друг Перельмана, а Лу Чжоу просто пришел сюда для удовлетворения собственного любопытства и посмотреть на отшельника.Однако сказать такое Перельману в лицо было бы немного грубо.В конце концов, Перельман не животное из зоопарка, ему явно не нравилось, когда его беспокоили.Что мне делать?Сказать ему правду?Лу Чжоу немного волновался, что Перельман разозлится, если он скажет ему правду.Внезапно в его голове мелькнула идея. Он подумал о проблеме, которую обсуждал с Чэнь Яном, о гипотезе Ходжа.— Можно мне одолжить лист бумаги?— Конечно, у меня их много.Перельман встал и нашел ручку и бумагу.Лу Чжоу написал на листке задачу и протянул его Перельману.— Вот.— Давайте посмотрим. —. Перельман взял листок и взглянул на уравнения. — Вы изучаете гипотезу Ходжа.Лу Чжоу ответил:— Вроде того.На самом деле, это не ложь. Хотя он не исследовал эту гипотезу напрямую, кто-то, работавший на него, занимался ею, поэтому он косвенно исследовал ее.К счастью, Перельман поверил Лу Чжоу. Он кивнул и пробормотал.— Понятно, гипотеза Ходжа значит. После того, как я прочитал вашу статью, мне всегда казалось, что методы в ней можно применить к другим задачам…Шольце посмотрел на Лу Чжоу с изумлением на лице.— Когда ты начал изучать гипотезу Ходжа?Лу Чжоу застенчиво улыбнулся.— Когда не занят.— …Время шло медленно, а Перельман сидел неподвижно. Он словно забыл о гостях, полностью погрузился в свои мысли.Альберт немного забеспокоился. Он взглянул на листок и увидел запутанные строчки уравнений, поэтому быстро сдался и сел обратно.Кругман, сидевший рядом с ним, даже не попытался прочитать уравнения. Он сидел молча, попивая воду.Лу Чжоу посмотрел на русского, погруженного в глубокую задумчивость, и с угрызением совести сказал.— На самом деле, вам не обязательно отвечать мне сразу, можете потом написать мне письмо.— Да, не похоже, что на этот вопрос можно ответить в нескольких словах, — Пробормотал Перельман. Он отложил листок и обратился к Альберту и Кругману. — А как насчет вас? У вас есть какие-нибудь вопросы?Кругман вздохнул и прочистил горло. Он торжественно произнес:— Мы работаем над важным исследовательским проектом, но он включает в себя множество сложных математических расчетов, которые находятся за пределами наших возможностей…Однако Альберт прервал его.

Физик встал и заговорил страстным голосом.— Господа, как вы думаете, будущее можно предсказать?В маленькой квартире внезапно воцарилась тишина…

Философская тема

— Предсказать будущее?Перельман потер бороду и, нахмурившись, спросил:— Какое это имеет отношение к математике?Шольце кивнул и в замешательстве сказал Альберту:— При всем уважении, но это звучит как что-то из фантастики.

— Конечно, это связано с математикой! — Альберт взволнованно ответил. — Мы предсказываем будущее с помощью математики!В квартире снова воцарилась тишина.Кругман жестом попросил Альберта сесть, но тот проигнорировал его и продолжал.Однако…Его надежды были напрасны.Не только Перельман, но даже у Шольце смотрел со странным лицом на него.Как будто они смотрели на сумасшедшего.…— Я думаю, вы фантазируете.Шольце кашлянул и разрушил молчание.— Предсказание будущего о не область математики, я даже не думаю, что это относится к физике. Скорее это философия. В конце концов, существует так много неопределенных факторов и переменных. Все неопределенно. Например, Е\если бы сегодня шел дождь, возможно, меня бы здесь не было…— Но погоду можно предсказать! Путь человека предсказать невозможно, но можно предсказать маршрут группы людей. Просто взгляните на данные движения транспорта и погоды в Нью-Йорке за последние пять лет! — Альберт продолжал уверенно говорить. — Люди ничем не отличаются от частиц. Мы постоянно движемся, единственная разница в том, что возмущения, которые мы создаем, не маленькие столкновения атомов, а электрические сигналы, проходящие через нейроны, которые диктуют наши действия!— Существует множество устройств способных отслеживать деятельность человека, например, интернет, мобильные телефоны… Если мы проанализируем все доступные данные, мы сможем предсказать гораздо больше, чем просто какую-нибудь целевую аудиторию для рекламы. Мы можем предсказать будущее на десять минут, десять дней или даже десять лет вперед! Вам не кажется, что это звучит захватывающе?Профессор Кругман начал аплодировать.Однако он единственный, кто аплодировал…И Перельман, и Шольце выглядели озадаченными.Хотя реакция Лу Чжоу походила на их, он вспомнил, что обсуждал аналогичную проблему с профессором Кругманом в Шанхае.Это возможность создания математической модели для прогнозирования масштабного социального поведения человека.— Это действительно звучит интересно. — Сказал Лу Чжоу. — Это напоминает мне психоисторию Азимова… У вас оттуда такая идея?— Нет! Моя теория возникла с научной точки зрения… Хорошо, я признаю, что Азимов меня немного вдохновил, но я говорю не о фантастическом романе. Это серьезная научная проблема!— Хорошо, давайте предположим, что коллективное поведение людей предсказуемо, но… и что с того? — Шольце нахмурился. — Даже ваше поведение, даже само наблюдение, повлияет на эксперимент, что приведет к непредсказуемым результатам. Это бессмысленно и практически неосуществимо.— Боже, мы изучаем корпускулярно-волновой дуализм, для чего? Вам не кажется, что предсказание будущего захватывающий исследовательский проект? Даже если мы докажем возможно этого, наши имена будут в учебниках истории!Очевидно, профессор Альберт и Кругман приехали в Санкт-Петербург, чтобы убедить Перельмана присоединиться к их исследовательскому проекту.Прежде всего, только такой ученый, как Перельман, смог бы помочь их проекту. Что еще более важно, Перельман выглядел, как человек, которого легко убедить.Причина, по которой он решил проблему Пуанкаре, заключалась в том, что Гамильтон в США пожаловался, что данная проблема беспокоит его…Альберт становился все более возбужденным.Кругман пытался успокоить своего друга, но безуспешно.Результат оказался предсказуем; Перельман сразу же отверг их просьбу.Хотя Перельман и не считал их идиотами, он твердо заявил, что ему неинтересно применять математику для таких скучных вещей.Что касается Шольце, то стремился к получению высших достижений в математике. Он не стал бы тратить свое время на сторонние проекты. Поэтому он вежливо отказался и сказал, что подумает, если у него будет время.

Что касается Лу Чжоу…Честно говоря, его интересовали подобные проблемы.В отличие от Шольце и Перельмана, он любил использовать математику для влияния на другие дисциплины и науки.И, как и сказал профессор Кругман, предсказание будущего увлекательная задачка.Хотя он не интересовался экономикой и не интересовался социальными науками, задача была для него новой и уникальной.Однако он не сразу согласился.— Мне нужно немного времени, чтобы подумать. Я не планирую исследовать какие-либо другие проблемы, пока не решу гипотезу Римана.Услышав это, Альберт опустил плечи и выглядел глубоко разочарованным.По его мнению, Лу Чжоу просто вежливо отказался.— Пока не решите гипотезу Римана… С таким же успехом вы могли бы просто сразу отказать!С лицом полным сожаления Кругман посмотрел на Перельмана и Лу Чжоу, а затем сказал.— Несмотря ни на что, я надеюсь, вы сможете пересмотреть свое решение.Лу Чжоу сказал:— Вообще-то, у меня появился вопрос.— Какой?— Если будущее действительно можно предсказать, это хорошо?— Я не могу ответить на этот вопрос, это вопрос не для ученых. Точно так же, когда Альберт писал свою книгу про науку о сетях, он не ожидал, что его теории будут использованы гигантами Кремниевой долины для получения прибыли от рекламы…Альберт вдруг недовольно возразил:— Эй, не говори так! Большие данные используются не только в рекламе! Они помогают в борьбе с терроризмом, здравоохранении, городском планировании и многом другом!Профессор Кругман проигнорировал Альберта и продолжил:— Однажды он неожиданно нашел меня и сказал, что планирует воплотить теорию из книги в реальность. Моей первой реакцией было отказаться, но, в конце концов, я решил работать с ним.— Почему?— Потому что, будь то теоретические или прикладные исследования, ученые не должны определять, является ли технология злом или нет. Является ли технология ядерного деления злом? Большинство людей в сорок пятом так бы и подумали, но, оглядываясь назад, можно сказать, что, возможно, наличие мощного оружия поддерживает мир во всем мире. Поэтому, я думаю, нам следует взглянуть на проблему с научной точки зрения. Мы просто изучаем возможность предсказания будущего, а не то, что нам следует с этим делать. Что касается использования технологии, наша цивилизация сделает выбор.Услышав объяснение и увидев искренний взгляд Кругмана, Лу Чжоу кивнул:— Я понимаю, что вы имеете в виду.— Возможно, мы сможем подробнее обсудить это в будущем.Кругман кивнул. Альберт пожал плечами:— Надеюсь, я смогу дождаться этого дня.Хотя он был физиком, он слышал о гипотезе Римана.Другие математические гипотезы были сложными, но, по крайней мере, люди продвигались вперед.

Гипотеза Римана была подобна одинокой горе, на которую никто даже близко не подходил для восхождения.Возможно, потребуются столетия для ее решения…Будет ли он жив к тому моменту, еще вопрос.

Отличный проект?

Поскольку Перельман купил еды лишь для себя, гости не остались на обед.Перед уходом Шольце упомянул, что конгресс проходит в Санкт-Петербурге, но Перельман не ответил.Судя по его лицу, Международный математический конгресс его совершенно не волновал.Однако перед уходом Перельман спросил Лу Чжоу, о чем тот планирует рассказать в своем докладе. Услышав, что Лу Чжоу собирается рассказать только о некоторых из своих ранее опубликованных исследований, Перельман выглядел разочарованным.Выйдя из дома Перельмана, Шольце посмотрел на яркое небо и вздохнул.

— Похоже, на этот раз моя поездка оказалась напрасной.Лу Чжоу с любопытством спросил:— Почему? Разве ты просто не хотел повидаться со своим старым другом? Почему считаешь, что это было все напрасно?— Это была лишь одна из причин, по которой я приехал. — Ответил Шольце. — На самом деле, профессор Фальтингс попросил меня приехать.— Фальтингс?Шольце кивнул:— Да, он хочет пригласить Перельмана в Боннский университет для участия в большом проекте.— В каком?Словно зная, что Лу Чжоу заинтересуется, Шольце улыбнулся и ответил:— Если тебе интересно, то тебе следует обратить внимание на часовой доклад Фальтингса. Он подробно расскажет об этом во время него. По сути, нам нужен эксперт дифференциальной топологии и дифференциальной геометрии. Перельман, доказавший гипотезу Пуанкаре, несомненно, лучший вариант.Лу Чжоу показалось, что Шольце на что-то намекает.Однако поскольку он совершенно не знал о проекте, то сделал вид, что ничего не слышал.— Думаешь Перельман рассмотрит его?Шольце пожал плечами:— Попробовать стоит.……………………….Безумные идеи, масштабные проекты…Лу Чжоу показалось, что за сегодня он услышал много интересного.Интуиция подсказывала ему, что Международный математический конгресс в этом году станет для него гораздо интереснее прошлых.Конечно, до этого он посещал только один Международный математический конгресс…Лу Чжоу нашел место, где можно перекусить, и вернулся в отель. Он попрощалсяс Шольцем, и каждый из них вернулся в свой номер.Лу Чжоу продолжал изучать доказательства гипотезы Римана до наступления ночи. Он зевнул и отложил ручку.— Уже десять часов?

Лу Чжоу посмотрел на экран своего компьютера и уже собирался лечь спать, как вдруг вспомнил кое-что важное.— Сяо Ай.«Я здесь!»Лу Чжоу подумал и сказал:— Поищи для меня кое-кого, некоего Альберта-Ласло Барабаши, по-моему, он приглашенный профессор в Гарварде.«Хорошо! (๑•̀ᄇ•́)و✧»Найти чье-либо академическое резюме легко.Сяо Ай потребовалось менее трех секунд, чтобы найти академическое резюме Альберта и Facebook. Сяо Ай представил данные в виде отчета.Сяо Ай скорее всего лучший секретарь в мире с точки зрения эффективности.Лу Чжоу дочитал отчет и увидел, что Барабаши довольно интересный человек.Хотя он физик, он прославился благодаря своим исследованиям в области теории сетей.Интересно, что, как и сказал профессор Кругман, Барабаши опубликовал множество научных работ в журналах Nature и Science. Он даже создал модель Барабаши. Однако, известность ему принесли не его исследования, а скорее его книги…Его книгу «Linked: The New Science of Networks» можно назвать краеугольным камнем теории сложных сетей, и многие считали его создателем теории больших данных. А его поздняя работа еще сильнее продвинула теорию больших данных.Если Нассим Николас Талеб считал, что поведение человека случайно и непредсказуемо, то теория Барабаши предсказывала, что коллективное поведение людей подобно системе, состоящей из мельчайших частиц. Хотя поведение любой отдельной частицы неопределенно, коллективное поведение можно предсказать!По крайней мере, с точностью до 93%.Что касается того, почему он начал работать с профессором Кругманом…Это не удивило Лу Чжоу.Кругман интересовался новыми идеями. Ему нравилось интегрировать математические и физические теории в экономику.Большинство людей знали, что он получил Нобелевскую премию за свою теорию международной торговли, но очень немногие знали, что он построил модели, основанные на известных физических теориях.Поэтому неудивительно, что он работал с Барабаши. Он именно тот человек, который очарован идеей предсказания будущего.И хотя Лу Чжоу тоже интересовался этой проблемой, у него не было свободного времени на нее.Но что бы не случилось в будущем, были два события, которые должны были произойти со 100% вероятностью.Во-первых, через два дня должен был начаться Международный математический конгресс, на котором он должен был выступить с докладом.Во-вторых, завтра утром он должен посетить термоядерную электростанцию.Это первый проект East Asia Power в Восточной Европе, кроме того, впервые заработает термоядерный реактор за рубежом.

Говорят, термоядерная электростанция получила интересное название, которое дал ей сам президент.Ее назвали Гелиос.Название пришло из греческой мифологии, в честь воплощения самого солнца…

Гелиос

— Четыре пылающих коня, тянущие солнечную колесницу, скачут с востока на запад, восходя утром и заходя вечером, освещая мир.Сидя в машине, Лу Чжоу отвернулся от окна и посмотрел на сидящего рядом министра Новака.— Что вы сказали?Новак, глава Министерства энергетик, улыбнулся и объяснил Лу Чжоу словно экскурсовод.— Это из «Одиссеи» Гомера! Описание Гелиоса… Это название электростанции, на которую мы направляемся! — Он говорил эмоционально. — Сын Гелиоса однажды случайно поджег землю, чтобы принести свет, превратив ее в пустыню, обжигая кожу эфиопов до черноты. Гомер, вероятно, никогда бы не подумал, что люди найдут способ высвободить энергию солнца.

— Почему ваш рассказ, так сильно отличается от того, что слышал?Министр Новак улыбнулся:— Неудивительно, существует множество версий этой истории. Если интересно, мы можем подробно поговорить, поскольку я проводил кое-какие исследований в этой области.Лу Чжоу вежливо отказался:— Спасибо, но я не особенно интересуюсь мифологией.У него не было свободного времени за пределами научных кругов.Особенно сейчас, когда должен был начаться Международный математический конгресс.— Хорошо, я понимаю, не все хотят стать поэтами… — Новак беспомощно пожал плечами и посмотрел в окно. Он увидел высокую стену, окружающую здание, и сказал. — Мы приехали.Термоядерная электростанция «Гелиос» располагалась на побережье Балтийского моря и окружена кольцом высоких стен. Как и термоядерная электростанция в Хайчжоу, эта электростанция охранялась войсками.Лу Чжоу увидел три знака на боковой стороне стены: один — Guangdong Nuclear Power Construction Group, которые отвечали за строительство, другой — East Asia Power, что отвечали за активную зону, и, наконец, истинного владельца электростанции — Росатом.Росатом контролировал почти все производственные звенья российской атомной отрасли и владел подавляющим большинством урановых рудников в Сибири.Это одна из причин, по которой East Asia Power решили сотрудничать с этой компанией.Согласно контракту, между East Asia Power и Росатомом, East Asia Power продаст Росатому активную зону по высокой цене, а также направит инженеров на электростанцию Гелиос на 20 лет для оказания технических услуг.Эти технические услуги включали техническое обслуживание и модернизацию системы управления активной зоной, а также проверки безопасности активной зоны.В то же время, East Asia Power также будет получать 13% прибыли в течение 20 лет.Хотя такой метод сотрудничества не выглядел равноправным, не было похоже, что кто-то мог конкурировать с East Asia Power.В то время как Евросоюз и США все еще раздумывали, русские первыми подписали соглашение. Благодаря этому они стали первым зарубежным заказчиком проекта у East Asia Power.И вот активную зону доставили из Китая.Чтобы отпраздновать этот исторический момент запуска термоядерного реактора, Министерство энергетики назначило дату запуска на начало августа, скорректировав ее специально с графиком Лу Чжоу.В действительности, они могли запустить термоядерный реактор неделю назад, если бы им не пришлось ждать Лу Чжоу.У входа на термоядерную электростанцию стоял седой старик. Когда он увидел, как Лу Чжоу выходит из машины, его глаза загорелись, и он улыбнулся.— Добро пожаловать, профессор Лу! Мы снова встретились.— Здравствуйте, академик Сивали.Лу Чжоу пожал этому человеку руку и улыбнулся. Затем он посмотрел на другого серьезного мужчину средних лет, стоявшего рядом с Сивали.— А это кто?— Лермонтов. — Представился мужчина. В отличие от академика Сивали, Лермонтов сохранял серьезность. — Я здесь главный.Лу Чжоу дружески кивнул и посмотрел на вход.Внезапно он увидел знакомого.— Академик Ван? А вы что здесь делаете?Это был главный инженер Ван из Китайской национальной ядерной корпорации!Он один из ветеранов, работавших на термоядерной электростанции в Хайчжоу!Он, Чжоу Чэнфу и Ли Цзянган были тремя столпами атомной промышленности Китая.Поскольку Лу Чжоу не публиковал работ в инженерной области, академик Ван мог бы на самом деле иметь большее влияние в атомной отрасли, чем Лу Чжоу.Лу Чжоу вообще не ожидал увидеть здесь академика Вана.

— В конце концов, это наш первый зарубежный проект, я не могу игнорировать его. — Улыбнулся Ван Цзэнгуан. — Пойдемте, люди из Росатома уже давно ждут. Только гляньте на Лермонтова, который уже весь в нетерпении.Группа недолго оставалась у входа.Министр Новак не хотел, чтобы Лу Чжоу долго болтал снаружи.Он больше не мог ждать церемонии зажигания.Когда Лу Чжоу направлялся к диспетчерской термоядерной электростанции, ему сказали, что академик Ван прилетел неделю назад.Они планировали провести зажигание неделю назад, но по разным причинам его отложили.Хотя китайцы в этом не виноваты, технические специалисты и руководство Росатома были весьма недовольны.В конце концов, задержка на неделю имела огромные экономические последствия.Все было бы ничего, если бы возникли проблемы с безопасностью или технической стороной, но они отложили запуск термоядерного реактора, чтобы дождаться китайского ученого.Как бы то ни было, этот день наконец настал.В диспетчерской собралась группа людей.Ответственным лицом, очевидно, был министр Новак, а рядом с ним стояли высокопоставленные чиновники Министерства энергетики и специалисты по атомные энергетики.Репортеры с камерами в руках стояли вокруг, отчего помещения было переполнено еще сильнее.Однако подобное никого не волновало. Затаив дыхание, внимание всех было приковано к пульту управления.Они готовы уже как неделю.Все, что им нужно сделать, это нажать на кнопку!Министр Новак попытался успокоиться, потирая пальцы, глядя на кнопку перед собой.Наконец, он глубоко вздохнул и посмотрел в камеры, а также на инженеров Росатома.— Это исторический момент! Это не только свидетельство получения неиссякаемой энергии русским народом, но и символ нашей дружбы с китайским народом… Пусть он сияет так же долго, как солнце, и пусть наш мир будет вечно процветать благодаря энергии.После этого он нажал кнопку.Затем…Ничего не произошло.Лу Чжоу посмотрел на данные о радиации и температуре плазмы на экране консоли и нахмурился, потом он вспомнил, что ситуация иначе, нежели на зажигании в Хайчжоу.Академик Ван и Сивали тоже заметили произошедшее, и их лица тут же стали серьезными.Репортеры, а также министр Новак, тоже были не радостными.Внезапно дверь командного пункта распахнулась. Инженер в каске подошел к министру Новаку и доложил дрожащим голосом.— Господин министр!Новак увидел выражение лица инженера и мгновенно понял, что что-то не так.Однако ему удалось сохранить спокойствие и спросить:— Что случилось?— Кажется, что-то не так с активной зоной.В диспетчерской воцарилась тишина.Репортеры перестали фотографировать.Министр замер.После того, как он пришел в себя, у него на лбу выступил пот.

— Что случилось?! Что значит, что-то не так?Инженер в каске сглотнул и дрожащим голосом объяснил.— Похоже, что зажигание… Не происходит.

Не зажигается?

Не зажигается…После слов инженера в диспетчерской воцарилась тишина.Пока инженеры Росатома, стоявшие перед пультом управления переглядывались, академик Сивали был потрясен еще сильнее.— Не происходит зажигание? Как такое возможно? Мы все проверили совместно с китайскими инженерами, как может ничего не происходить?Когда тишина в диспетчерской была нарушена, репортеры внезапно осознали.

Зажигание не происходит!Это масштабный проект стоимостью в десятки миллиардов!Если проект провалится, то это станет ударом по российской энергетике и разрушит отношения между Китаем и Россией.Главный инженер Ван стоял рядом с министром Новаком с мрачным лицом.Очевидно, он осознавал серьезность ситуации.Министр Новак приказал:— Идите и выясните, что случилось!Инженер в каске кивнул.— Да! Мы уже пытаемся выяснить причины!Из-за непредвиденной ситуации церемония термоядерного зажигания была временно приостановлена.Единственной удачей стало то, что церемония запуска термоядерного реактора не транслировалась в прямом эфире. Все репортеры были из местных российских СМИ. Они передали свои карты памяти по просьбе российских официальных лиц.Инженеры из Росатома судорожно забегали и начали обсуждать проблему зажигания с инженерами из East Asia Power и Китайской национальной ядерной корпорации.— Теоретически, неисправностей быть не должно.— Но они есть!— Я знаю, но испытание реактора прошло успешно… Но после установки активной зоны что-то пошло не так.После некоторого тестирования они не смогли обнаружить никаких проблем с активной зоной. Внезапно спросил китайский инженер.— Может что-то не так с самой станцией? Например, с подключением или…Прежде чем он смог закончить, его грубо прервал Лермонтов.— С нашей электростанцией нет никаких проблем! — Грубо возразил тот. — Я же говорил вам, что китайцам нельзя доверять! Они поставили нам активную зону плохого качества.Хотя это было сказано в гневе, после его слов китайские инженеры пришли в ярость.Особенно Ван Цзенгуан, он всегда обладал вспыльчивым характером. Он хлопнул по столу и встал.— Плохого качество? Вы хотите сказать, что мы производим не качественную продукцию? Лермонтов, я хочу знать, вы говорите от имени Росатома или это ваше личное мнение?!— Лермонтов, пожалуйста, говорите осторожно! — Быстро вмешался министр Новак, а потом посмотрел на академика Ван Цзенгуана. — Академик Ван, прошу прощения, Лермонтов просто расстроен, на самом деле, он так не считает…Лермонтов не опроверг заявление министра Новака, но и не извинился за свои слова.Академик Ван все еще выглядел сердитым и, если бы не контракт, он уже ушел отсюда.Академик Сивали, сидевший неподалеку, попытался выступить в роли миротворца и успокоить стороны, но безрезультатно.Очевидно, что встречу необходимо было закончить.Если бы они продолжили, то продолжили лишь обвинять друг друга.Росатом никогда бы не признал, что это их вина, как East Asia Power никогда бы не признали, что проблема с их активной зоной.Единственное, что всем оставалось, это надеяться, что инженеры решат проблему.Но, независимо от того, кто виноват, сначала надо определить причину неисправности.После окончания совещания академик Ван вышел в коридор и выкурил сигарету.Когда он докурил, к нему подошел Лу Чжоу.Хотя Лу Чжоу ничего не сказал на встрече, он размышлял в чем может быть проблема.Он посмотрел на академика Вана и заговорил.— Как прогресс?— Все сложно.— Проверяли зонд и систему охлаждения?— Проверяли.Подумав немного, Лу Чжоу продолжил:— Может быть, это улавливатель активной зоны? Я помню, что там, кажется, есть активные меры защиты, которая может принудительно остановить реактор и прекратить реакцию.— Мы проверили. Мы проверили все, что могли. — Ван Цзенгуан покачал головой. — Неужели думаете, что мы могли что-то пропустить.Эм…Конечно нет.Лу Чжоу погрузился в глубокие раздумья.Ситуация зашла в тупик.С реактором все было в порядке, но зажигание просто не происходило.Примерно через час подготовили отчет о проверке.По предварительному заключению, все работало нормально.За исключением активной зоны.Для российских инженеров активная зона эквивалента черному ящику.Только китайские инженеры разбирались в ней.Из-за контракта Китай не был обязан предоставлять русским все технические подробности.

Лермонтов внезапно встал и сказал.— Китай несет ответственность за обеспечение нормальной работы реактора. Это прописано в контракте, верно?— Так и есть.— Однако мы не осмотрели лишь активную зону.Академик Ван ответил Лермонтову.— Наши инженеры осмотрели её, вы уже видели отчет проверки.Лермонтов прервал академика Вана и с подозрением произнес.— Верно, так написано в отчете, но кто поручится, что вы не солгали?Академик Ван посмотрел на Лермонтова и нахмурился.— На что вы намекаете?— Я задаю разумные вопросы. — Лермонтов пристально посмотрел на академика Вана. — Проблема, скорее всего, в ней. У нас есть основания полагать это. Чтобы точно определить причину сбоя, я прошу вас предоставить нам или стороннему российскому инспекционному агентству технологию для проверки активной зоны.— В контракт это не входит.Лермонтов агрессивно выпалил:— Да, но вы не обеспечили нормальную работу реактора, вы первыми нарушили контракт!— Не думаю, что мы нарушаем условия контракта, мы активно помогаем вам решить проблему!Продолжать дальше было бессмысленно. Академик Ван повернулся к министру Новаку в надежде, что тот сможет успокоить Лермонтова.Однако, было видно, что позиция Новака склонилась в сторону Лермонтова.В конце концов, термоядерная электростанция была частью будущего России.Поддерживать отношения с Китаем важно, но это не значит, что русские всегда будут идти на компромисс. Сейчас термоядерная электростанция не может работать, и единственный объект, что они не могут проверить это активная зона.Поэтому методом исключения они могут считать, что проблема в активной зоне.Лу Чжоу, который до этого ничего не говорил, внезапно спросил:— Могу я взглянуть на данные мониторинга турбулентности плазмы?— Данные мониторинга? — Лермонтов нахмурился и взглянул на директора службы безопасности, сидевшего рядом с ним. Затем опять посмотрел на Лу Чжоу и спросил. — Как они могут помочь?Данные о турбулентности плазмы отображали движение плазмы в камере, получаемые атомным зондом. В них использовалась математическая модель движений плазмы внутри реакционной камеры.В своей время модель произвела фурор среди физиков и многие ученые назвали её достижением уровня Нобелевской премии. Она послужила теоретической основой для серии термоядерных устройств с магнитным удержанием, таких как стелларатор.Однако для большинства людей эти данные лишь набор беспорядочных цифр.Например, как бы хорош не был программиста, маловероятно, что он сможет читать на машинном языке процессора.И самое главное зажигание вообще не происходило, какой смысл смотреть на данные по турбулентности плазмы.Лу Чжоу пожал плечами.— Не узнаешь, если не попробуешь.Лермонтов тоже пожал плечами.— Как знаете.Хотя Лермонтов и не думал, что Лу Чжоу сможет что-то определить по данным, он все же попросил технических специалистов из Росатома предоставить данные мониторинга плазменной турбулентности.Данные напечатали на 200 страницах, которые принесли в конференц-зал.Академик Ван взглянул на толстую стопку бумаги и невольно нахмурился.Тут только на их чтение уйдет пару часов, не говоря уже об анализе.Лермонтов сидел, скрестив руки на груди, и ждал следующего хода Лу Чжоу. Академик Сивали и министр Новак также с любопытством смотрели на Лу Чжоу, гадая, что тот будет делать.На самом деле, Лу Чжоу не сделал чего-либо необычного.Он пролистал страницы и нашел данные о турбулентности плазмы в течение первых пяти секунд после попытки запуска реактора.Через пять минут он отложил стопку бумаг.Лермонтов ухмыльнулся и спросил:— Вы что-нибудь обнаружили, уважаемый математик?Однако ответ Лу Чжоу был неожиданным.Отложив данные, Лу Чжоу уверенно сказал:— Конечно. Проблема не в активной зоне.В конференц-зале поднялся переполох.Очевидно, что слова Лу Чжоу, как авторитетной фигуры в области термоядерного синтеза, имели вес.Лермонтов был немного шокирован, не веря, что Лу Чжоу смог что-то обнаружить в беспорядочных данных, особенно так быстро.Однако вскоре он произнес с ноткой неодобрения в голосе:— Я знал, что вы так скажете, но проблема не в электростанции.Лу Чжоу кивнул.— Вы правы, проблема не в ней. Думаю, я знаю, в чем проблема.Лермонтов не единственный, кто удивился; специалисты из Росатома и академик Ван были поражены.Министр Новак первым спросил:

— Тогда в чем проблема?После недолгого молчания Лу Чжоу ответил:— В электросети.

Механизм защиты

В конференц-зале воцарилась тишина.Ни с активной зоной, ни с электростанцией проблем не было…Но проблема во внешней электросети?Лермонтов усмехнулся.— Вы подразумеваете, что нет проблем с аккумуляторами или чем-то еще, но проблема в российской энергосети? Хотите сказать, что мы не справляемся с энергией от термоядерного синтеза? Ну и шутка.

— По-вашему я шучу?Лермонтов вспыхнул гневом и бесцеремонно сказал:— Академик Лу Чжоу, я знаю, что вы превосходный математик. Сотни или даже тысячи ученых в Санкт-Петербурге ждут вашего доклада на конгрессе. Но, должен сказать, вы полный профан в области энергетике.Лу Чжоу кивнул:— Это правда, я ничего не знаю о российской электросети, но у меня достаточно данных, чтобы подтвердить свое заявление.Лермонтов ничего не сказал, он продолжал сидеть, скрестив руки на груди, ожидая продолжения.Не только Лермонтов, все присутствующие в зале, включая академика Вана, ждали продолжения.Лу Чжоу откашлялся и сказал:— Когда мы проектировали активную зону, мы добавили множество мер безопасности. Например, механизм отключения в улавливателе активной зоны, устройство определения температуры в системе отвода тепла. Эти механизмы могут остановить текущую термоядерную реакцию при особых обстоятельствах.Лермонтов фыркнул.— Например?— Например, когда внешняя энергосистема не справляется с выработкой электроэнергии в результате термоядерного синтеза.— Такой проблемы вообще нет. — Вмешался министр Новак. — Мы скорректировали мощность тепловых электростанций, готовясь к сегодняшнему запуску. Как только произойдет зажигание, мы тут же снизим мощность расположенной поблизости крупной тепловой электростанции. Когда выработка энергии в активной зоне достигнет 10%, мы закроем атомные электростанции Санкт-Петербурга… У нас есть комплексный план по корректировке нашей электросети.— Вы не рассматривали другую возможность?— Какую?— Обычно, если не задействована автоматическая система управления выработкой, небольшое количество электроэнергии может легко поступать в электросеть Санкт-Петербурга, но сейчас… — Лу Чжоу посмотрел на Новака. — Ваша электросеть не в состоянии принимать даже самую малую часть электроэнергии от Гелиоса.Лермонтов засмеялся:— Как это возможно? Вы издеваетесь над нашими специалистами по энергетике? Хотите сказать, что наша электросеть такая плохая?— Вы можете интерпретировать это, как хотите. — Лу Чжоу пожал плечами и бесстрастно добавил. — Дело в том, что ваша система управления элементами сети… EMS, имеет серьезные проблемы совместимости с термоядерной электростанцией. Я не знаю, системная это ошибка или человеческая, но электроэнергия, вырабатываемая в активной зоне, не может поступать в электросеть. Поэтому сработал механизм защиты. Изучив данные о турбулентности плазмы, я убедился, что именно в этом корень проблемы. Если бы не механизм защиты, мы бы столкнулись с крупной аварией.Температура плазмы в сотни миллионов градусов, проходящей через активную зону, была довольно опасной.Особенно для людей, находящихся внутри электростанции…Когда министр Новак услышал эти слова, его лицо посинело.Лермонтов тоже выглядел неважно, его явно потрясла мысль о ядерной катастрофе.Однако он все еще не мог поверить, что Лу Чжоу смог сделать выводы на основе данных о турбулентности плазмы за такой короткий промежуток времени.Казалось, что Лу Чжоу злоупотребляет своей репутацией.Стиснув зубы, Лермонтов сказал:— Перестаньте пытаться напугать нас, мы все знаем, что вы лжете.— Господин Лермонтов.Лермонтов немного опешил, когда Лу Чжоу упомянул его имя, и хмуро спросил:— Что?Лу Чжоу серьезно спросил:— На всякий случай, позвольте мне сначала подтвердить, вы правда хотите, чтобы проблема была решена?— На что вы намекаете? — Лермонтов выглядел слегка растерянным, но быстро успокоился. — Этот проект стоит десятки миллиардов, и я являюсь лицом, ответственным со стороны Росатома в этом проекте. Почему я должен желать его провала?— Хорошо. — Лу Чжоу кивнул и посмотрел на министра Новака. — Скажите инженерам проверить мои слова, я уверен, что это не сложно.Министр Новак кивнул.— Конечно.Лу Чжоу встал и пристально посмотрел на Лермонтова. Он постучал пальцем по толстой пачке данных о турбулентности плазмы.— Вы даже не представляете, сколько таких копий я уже видел. Я уже сказал вам, в чем проблема. Если хотите, чтобы она устранилась, послушайте меня. Если вам нужен точный расчет, я могу рассчитать для вас, но не уверен, что вы поймете мои расчеты.— Ты!

Лермонтов в ярости вскочил, но под пристальным взглядом Максима решил сесть обратно.В обычной ситуации Лермонтов начал бы драку, но из соображений личной безопасности решил сдержаться.…………….Церемонию зажигания пришлось отложить.По совету Лу Чжоу, Министерство энергетики Российской Федерации начало проверку электросети.Действительно ли проблема была в электросети… Лу Чжоу был на 95% уверен в своей правоте.Однако, если ему пришлось бы расписывать свой анализ и доказывать свои предположения с помощью математической модели, это заняло бы у него не меньше недели.Вместо того, чтобы тратить впустую неделю, лучше просто отправить людей проверить электросеть.Покинув электростанцию, Лу Чжоу не вернулся в свой отель. Вместо этого он зашел в китайский ресторан и поел вместе с академиком Ваном.Обсуждая случившееся, академик Ван вздохнул:— Честно говоря, это странно. Глядя на позицию Лермонтова, я думаю, что за всем этим стоит Росатом.Лу Чжоу отложил палочки для еды и посмотрел на академика.— Что им это даст?Хотя он и не эксперт в бизнесе, он все же что-то понимал.Подобные крупномасштабные инвестиции в коммунальные проекты часто включают в себя множество кредитов, и даже один день задержки означает миллионные убытки.Ван Цзенгуан терпеливо пояснил:— Это многомиллиардный проект. Речь идет о банковских кредитах и страховке. Если возникнет проблема с активной зоной, они могут не только обратиться за компенсацией в страховую компанию, но и оказать на нас давление, чтобы мы предоставили им полную техническую информацию об активной зоне. В конце концов, не существует третьей стороны для проведения независимых тестов.По сути, Китайская национальная ядерная корпорация и East Asia Power подобны розничному гиганту, открывающему сеть супермаркетов, или монополии. Теперь, когда русские захотели открыть филиал, все, что касалось магазина, решали китайцы.Поскольку Китай контролировал термоядерную отрасль, русским пришлось пойти на многие компромиссы.Но эта уступка была не без определенных условий.Самым большим условиям стала безопасность.Это особенно актуально для России, которая была чрезвычайно чувствительна к ядерным авариям.Конечно, в идеале было бы обойтись без аварий. Обе стороны выиграли бы от использования экологически чистой энергии.Однако сейчас возникла серьезная проблема с реактором.Если бы не удалось произвести зажигании, у русских не было бы технологии для проверки активной зоны. Инспектирование активной зоны полностью зависело от East Asia Power.В итоге это прекрасная возможность для Росатома оказать давление на Китай, чтобы он предоставил им технологии диагностики активной зоны.Лу Чжоу нахмурился и спросил:— Российские власти приказали им это сделать?— Маловероятно, но даже так, они все равно будут на стороне Росатома. В конце концов, Росатом огромная компания, а российское правительство не станет поворачиваться против своего народа. — Академик Ван Цзенгуан вздохнул. — Я этого совсем не ожидал. У нас хорошие отношения с русскими, поэтому только представь, если такое произойдет в США.Если бы что-то подобное произошло в США, отношения между китайцами и американцами стали бы непоправимыми.Однако это также стало хорошим уроком для East Asia Power, которая только начала распространяться за рубеж.Даже союзникам Китая нельзя полностью доверять. Что касается небольших стран Юго-Восточной Азии, то они только рады поддержке сверхдержавы, но для больших стран они лакомый кусок, что все хотят урвать.В следующий раз им придется включить в объекты для приемки проекта электросеть.Конечно, это повлечет за собой проблемы национальной безопасности и конфиденциальности, поэтому не все согласятся.Но даже в этом случае так будет лучше, чем иметь вышедшую из строя термоядерную электростанцию.Академик Ван чокнулся бокалом с Лу Чжоу и искренне сказал:— Спасибо, за помощь сегодня.Лу Чжоу улыбнулся:— Не беспокойтесь, я все еще являюсь акционером East Asia Power.— О, понятно, тогда обед за твой счет! — Академик Ван улыбнулся, а потом сказал серьезнее. — Я свяжусь с нашими людьми, спрошу их, что следует делать. Независимо от того, связана ли проблема с электросистемой, мы не можем предоставить им какие-либо технологии. Мы опережаем их на десять лет и не может отказаться от этого.

Лу Чжоу кивнул и спросил:— Могу ли я чем-нибудь помочь?— Нет, ты и так уже многое сделал. — Академик Ван Цзенгуан улыбнулся. — Тебе следует сосредоточить свою энергию на конгрессе математиков. С термоядерным синтезом мы справимся сами!

Неужели он правда угадал?

В то время, пока Лу Чжоу возвращался в свой отель, министр Новак стоял в диспетчерской Санкт-Петербургского отделения «Единой энергетической системы России». Он смотрел на группу технических специалистов, которые работали за компьютерами.Рядом с министром Новаком стоял управляющий отделения Олег. Он был полноватым мужчиной средних лет, в дорогом костюме он походил на надутый воздушный шар.Два часа он говорил одно и тоже.— Господин министр, я могу заверить, что наша электросеть работает безупречно, и нет никаких проблем! С самого утра наши инженеры стоят наготове. Мы полностью готовы к использованию энергии термоядерной электростанции Гелиос, но мы не обнаружили никаких изменений напряжения на входе.Министр Новак с невозмутимым лицом сказал:

— Я лично решу, есть ли какие-либо проблемы или нет.— Мне жаль это слышать, вам следует доверять нам.— Замолчи.— Хорошо, министр, — Пробормотал Олег и заметив, что Новак начал злиться, быстро закрыл рот.Росатом и Министерство энергетики не единственные, кто не ожидал подобного, они тоже не ожидали подобной ситуации.На этапе разработки проекта их специалисты проинспектировали площадку электростанции. Убедившись в отсутствии проблем, они одобрили подключение Гелиоса к сети.Услышав новость о том, что термоядерная электростанция не может запуститься у Олега нервно задергалось веко.Он не знал, почему Новак решил, что проблема не в электростанции, а в энергосистеме!Это нелепо!Прошло время, и они до сих пор не обнаружили никаких проблем. Как раз в момент, когда Олег задался вопросом, не стоит ли ему сказать министру Новаку, что с него хватит, техник рядом пристально посмотрел на экран и поправил очки.— Сэр…Олег немедленно обернулся и спросил:— Что случилось?Техник почувствовал на себе пристальный взгляд и сглотнул:— Что-то не так с нашей системой EMS…Олег внезапно понял, что мог ошибаться, он остановил техника и собирался вывести его.— Пойдем со мной…Министр Новак тут же остановил этих двоих.— Стойте!Министр посмотрел на техника и серьезно спросил.— Что случилось? Немедленно сообщите все! Вы будете нести личную ответственность, если попытаетесь что-то скрыть!

Техник испугался, поэтому проигнорировал своего круглолицего начальника и быстро заговорил.— Когда мы проверили память EMS, мы обнаружили несколько записей ненормальных ответов. Когда система получила запрос на вывод от Гелиоса, она не обработала соответствующий запрос, а просто вернула одобрительный ответ…По сути, это как получать сообщение о приближении наводнения, в то время как плотина внизу не открывала ворота, хотя отправляла сообщение об их открытии.Академик Сивали нахмурился и спросил:— Это системная ошибка?— Это не похоже на ошибку. — Ответил техник. — Я нашел несколько измененных строк кода, которые не вызваны ошибкой. Похоже, кто-то изменил их вручную.Олег вспотел и быстро спросил:— Как такое возможно? Может ты что-то неправильно понял?!Техник понимал, что после этого его, скорее всего, уволят в любом случае, поэтому он сказал:— Я уверен более чем на 90%! Попросите директора по безопасности посмотреть, думаю он придет к такому же выводу.На этот раз вспотел не только Олег. Министр Новак, академик Сивали и чиновники из министерства энергетики покрылись холодным потом.Кто-то внес изменения!Кто-то заблокировал ввод энергии в систему EMS!Если активная зона будет успешно зажжена, огромный выброс генерируемой электроэнергии парализует всю линию электропередачи и повлияет на близлежащие трансформаторные станции, что также вызовет серию каскадных повреждений на электростанции.Если бы система защиты не предотвращала зажигание…Министр Новак подумал о плазме температурой в сотни миллионов градусов внутри термоядерного реактора.Он вернулся к реальности и гневно зарычал.— Выясните, кто это сделал! Кто отвечает за поддержание системы электроснабжения в рабочем состоянии… Черт!Олег посмотрела на министра Новака и заговорила дрожащим голосом.— Господин министр, возможно, это просто системная ошибка, мы не должны слишком остро реагировать…— Господин Олег, — Министр пристально посмотрел на стоящего рядом толстяка. — Я советую вам сотрудничать, это единственный способ снять все подозрения с вас.Глаза Олега расширились, когда он указал на себя.— Я подозреваемый? Боже, зачем мне это делать?

— Подозреваемые все. — Министр Новак оглядел зал. — Это хорошо спланированная, организованная атака. В наших рядах есть предатели. Это больше не проблема энергетики, это вопрос национальной безопасности!Министр Новак посмотрел на Олега, Сивали, а также на Лермонтова из Росатома. Он говорил холодным тоном.— Я обращусь в ФСБ, чтобы они взяли дело себе. Уверен, что они смогут быстро во всем разобраться.

Предумышленный саботаж?

Раннее утро.Лу Чжоу сидел в ресторане отеля, наслаждаясь тостами и кофе. Прочитав несколько писем, он зашел на arXiv и просмотрел последние результаты исследований в области алгебраической геометрии, дифференцируемых многообразий и теории чисел.Сейчас все математическое сообщество достаточно тихое. Ничего особенно интересного не публиковалось. На профессиональных форумах, таких как MathOverflow, большинство обсуждений касались не научных проблем, а скорее были о сплетнях в мире математики.Хотя не все получили приглашение на конгресс, подавляющее большинство математиков внимательно следили за ним.Лу Чжоу просматривал пост с прогнозами получателей Филдсовской премии, когда сидевший напротив него русский мужчина в темных очках попросил:

— Можете остаться сегодня в отеле?Лу Чжоу оторвал взгляд от экрана и спросил:— Что случилось?— Если честно, проблемы правда произошли. — Максим протер очки и сказал. — Кто-то взломал систему электросетей Санкт-Петербурга и изменил код. По данным нашего разведывательного управления национальной безопасности, это предумышленный взлом.— Предумышленный?— Вы меня не поняли. — Максим улыбнулся Лу Чжоу. — Я хочу сказать, что умышленная атака на вас.Атмосфера застыла.Все притихли.Впервые…Лу Чжоу почувствовал, что его жизни что-то угрожает.В горле Лу Чжоу пересохло, поэтому он поднял чашку кофе и сделал глоток.Ему потребовалось несколько секунд, чтобы восстановить самообладание, он поставил чашку кофе и спокойно сказал:— Честно, это немного надуманно звучит. Это всего лишь авария на термоядерной электростанции, она не направлена против меня лично.Уничтожить целую электростанцию только для того, чтобы навредить мне…Термоядерная электростанция Гелиос находилась в Санкт-Петербурге, втором по величине городе России. Хотя технология термоядерного синтеза была чистой и безопасной, это все равно был ядерный реактор.Если что-то пойдет не так, то это будет не просто политическая проблема.Лу Чжоу не удивился бы, если бы началась война.— Мы думаем, что чья-то стратегическая ценность важнее, чем термоядерная электростанция, и это также могло полностью разрушить отношения между странами.Максим надел солнечные очки и встал.Он посмотрел на Лу Чжоу сквозь стекла очков.— Короче, текущая ситуация в том, что кто-то хочет причинить вам вред. Мы не уверены, есть ли у них еще какие-то способы. Поэтому я надеюсь, что вы останетесь в этом отеле, поскольку мы можем на все сто гарантировать вашу безопасность здесь. Если вы покинете его, то это уже будет не так.— Понимаю. — Лу Чжоу кивнул и, посмотрев на экран компьютера, сказал. — Хотя не знаю, кто за этим стоит, я постараюсь не выходить за пределы отеля.Он первоначально не собирался гулять по время конгресса.Если кто-то следит за ним, ему лучше быть осторожным.— Я все сообщил. Мне нужно уладить кое-какие дела, желаю вам приятного дня.Максим помахал на прощание и пошел к выходу.Однако проходя мимо Лу Чжоу, он осторожно прошептал.— Боюсь, в места с кучей хороших девушек мы съездим в следующий раз.Лу Чжоу от неожиданности поперхнулся кофе.Откашлявшись и поставив чашку на стол, он вытер рот салфеткой и ответил:— Нет, спасибо.— Ха-ха, не стесняйтесь. Помимо науки в жизнь есть много других радостей. Если бы не этот несчастный случай, мы бы здорово повеселились, но… может быть, в следующий раз.Максим похлопал его по плечу и с улыбкой ушел.Новость о том, что запуск термоядерного реактора Гелиос отложили, никак не повлияла на жителей Санкт-Петербурга. Даже «Правда», самая авторитетная газета в России, опубликовала лишь небольшое напоминание про электростанцию внизу страницы. Там писалось, что из-за математического конгресса и ряда других причин запуск термоядерного реактора отложили на неделю.Однако некоторые политически подкованные люди заметили, что что-то не так.Казалось, что над Санкт-Петербургом и даже всей российской энергосистемой назревает невидимая буря…В полдень, когда Максим покинул отель, в пятизвездочный отель начали съезжаться ученые со всего мира.На самом деле, большинство людей приехали еще вчера.Например, прибыли наставник Лу Чжоу в Принстоне, профессор Делинь, а также профессор Фефферман, с которым Лу Чжоу работал над уравнениями Навье–Стокса, и Фальтингс.Лу Чжоу узнал об этом только сегодня утром.Однако появление известных математиков никак не потрясло Лу Чжоу, по сравнению с фигурой стоящей в холле отеля.Ее светлые волосы, собранные в хвост, ниспадали на длинную белую юбку. Ее стройные плечи и контуры тела казались немного полнее, чем четыре года назад.Лу Чжоу вышел из ресторана и направился к лифтам, где сразу же узнал ее.Казалось, Вера заметила, что кто-то смотрит на нее. Она огляделась и заметила Лу Чжоу.— Профессор…В ее тихом голосе слышались удивление и радость, а ее сапфировые глаза ярко сияли.

Она отпустила свой чемодан и подбежала к Лу Чжоу.И если бы она не замедлилась в конце, то врезалась бы в него.Однако такой контакт показался слишком волнующим для девушки.От смущения и нервозности, по мере приближения к Лу Чжоу она замедлялась все сильнее, пока не остановилась.Стоя перед Лу Чжоу и краснея, она поправила волосы и сказала:— Давно не виделись…— Действительно, прошло много времени. — Лу Чжоу улыбнулся и спросил. — У тебя все хорошо?— Да… Я в порядке, не беспокойся обо мне.Хотя Вера говорила уверенно, Лу Чжоу все еще беспокоился.Лу Чжоу собирался продолжить расспросы, как услышал стук высоких каблуков по гранитному полу.— Ты только заставляешь переживать его сильнее.Они обернулись и увидели Молину с двумя чемоданами в руках, один из которых принадлежал Вере.Поскольку Лу Чжоу виделся с Молиной в Цзиньлине в прошлом году, для него Молина изменилась не так сильно, как Вера.Единственное изменение заключалось в том, что свою длинную ветровку она поменяла зеленое короткое пальто.Ее мальчишеская стрижка, полосатая белая рубашка и длинные брюки цвета хаки создавали атмосферу Парижанки.Услышав Молину, Вера спросила:— А? Почему?— Думаю, если у тебя какие-то проблемы, то лучше рассказать про них. Он теперь знаменитость, а ты его ученица, так что он определенно сможет тебе помочь.— Нет, со мной все в порядке… Пожалуйста, не волнуйся.Вера взяла свой чемодан и прошептав «спасибо», быстро направилась к лифту, даже не попрощавшись.Лу Чжоу увидел, что Вера направляется к лифту, отвел Молину в сторону и серьезно спросил:— Разве ты не ее товарищ по команде? Как ты можешь ничего о ней не знать?— Очевидно, мой товарищ по команде не полностью открылся мне. Кроме того, думаешь я открою тебе что-то из личной жизни женщины без ее разрешения?Закатив глаза, Молина тоже поспешила к лифту.Лу Чжоу молча посмотрел в сторону лифта.Внезапно он услышал еще один знакомый голос.— Профессор!Лу Чжоу повернул голову и увидел загорелого мужчину с латиноамериканкой.Лу Чжоу не сразу узнал его.— Эй, профессор, это я Харди! Не забыли меня?— Конечно нет, я узнал тебя, просто нужно было немного времени, чтобы переварить все.Лу Чжоу посмотрел на красивую латиноамериканку и спросил:— Ты… женился?Харди с улыбкой ответил:— Конечно! Я уже давным-давно закончил учебу, и я уже не молод. Теперь я профессор, уже пора.— …Этот парень, как всегда, любит сказать лишнего.Я знал, что не должен был позволять ему заканчивать университет так быстро.Словно заметив раздражение Лу Чжоу, Харди обменялся с ним приветствиями, а затем с женой направился к лифту.Судя по всему, они поженились два месяца назад и приехали в Санкт-Петербург, чтобы принять участие в конгрессе, а также провести свой медовый месяц.Причина, по которой он решил совместить свой медовый месяц с конгрессом, заключалась в том, что университет покрывал его дорожные расходы, а также выделяла командировочные…После конгресса они полетят в Италию и Грецию.Харди был одним из немногих, кого Лу Чжоу знал, кто мог вытворить что-то подобное.Помимо Харди, Лу Чжоу также встретил Цинь Юэ в холле отеля.Цинь Юэ сильно изменился за последние четыре года.Когда Цинь Юэ впервые приехал в Принстон, Лу Чжоу помнил, что он был застенчивым, но честным человеком, теперь Цинь Юэ стал более открытым и создавал впечатления надежного человека.Видя, что его ученики растут, Лу Чжоу был счастлив.

Единственное, что его разочаровало, что Вера все еще не говорила про состояние своего здоровья.Надеюсь, это не большая проблема.Но Лу Чжоу чувствовал, что все не так просто…

Глава 1016. Получено скрытое достижение

Утром третьего августа.

Небо над Санкт-Петербургом было ясным и чистым.

Конференц-зал отеля переполняло множество людей.

И хотя зал был просторным, из-за большого количества гостей на входе были установлены два пропускных пункта, а в проходах все еще стояли плечом к плечу люди.

Как обычно, председатель Международного математического союза, профессор Сигэфуми Мори, а также профессор Виана, председатель организационного комитета, поднялись на сцену и произнесли приветственную речь. Они приветствовали ученых, приехавших со всего мира, и поблагодарили Санкт-Петербург за организацию мероприятия.

Сразу после этого началась церемония награждения, которую все с нетерпением ждали.

Это самое главное событие всего конгресса, и большинство приезжали только на церемонию награждения.

Четыре награды, присуждаемые здесь, считались одними из высших в области математики. Можно сказать, что если получить одну из них, то карьера в математике оставшуюся жизнь будет гладкой.

Особенно это касается Филдсовской премии.

По сравнению с премией за выдающиеся заслуги, она вручалась лишь ученым в возрасте до сорока лет, что делало ее венцом в сознании математиков.

Большинство людей восхищались трудолюбием, но каждый стремился стать гением.

Особенно в такой области, как математика, которая требует таланта.

Лу Чжоу, сидевший в толпе, отчетливо слышал, как люди рядом с ним обсуждали, кто получит награду.

— Джорди Уильямсон, самый молодой математик-академик в Австралии, создал чисто алгебраическую теорию Ходжа о кольцах многочленов и успешно доказал гипотезу Каждана Люстига для группы Кирха. В прошлый раз он не выиграл, но на этот раз победа должна быть за ним.

— Марина Вязовская тоже имеет шанс. В своих исследованиях по дискретной геометрии она расширила задачу о трехмерной сфере до 8 и 24 измерений, а также получила премию Института Клэя за 2017 год и премию Рамануджана. Ей уже 38 лет, это ее последний шанс.

— Работы Марины Вязовской действительно выдающиеся, но область дискретной геометрии слишком непопулярна, не говоря уже о том, что ее наставник не известный ученым. Я более оптимистичен в отношении другого украинского математика.

— Кого?

— Та, кто доказала гипотезу Какутани, Вера Пулюй, лауреат премии Коула в области теории чисел, премии Рамануджана и премии Европейского математического общества. И ее исследования, и ее наставник на высшем уровне. К тому же она из Принстона. Даже, если комитет ее не рассматривал в этот раз, то обязательно рассмотрит в следующий.

— Черт побери, почему Филдсовская премия вручается только раз в четыре года? Слишком много людей заслуживают победы.

— Потому что, если раздавать слишком много наград, то она потеряет смысл. Мы должны выбрать лучших из лучших, математиков, что изменят будущее математики…

Лу Чжоу подслушал их разговор и поразился.

Он не знал, что Вера получила столько наград и даже не рассказала ему.

Хотя он понимал, что, возможно, она не считала эти награды достойными упоминания, и это его немного огорчило.

Профессор Мори не заставил присутствующих долго ждать. Он сдвинул очки на переносицу и приступил к церемонии награждения.

— Начнем с премии Карла Фридриха Гаусса, я знаю, что вы долго ее ждали.

В ту же секунду, как он произнес в огромном зале воцарилась мертвая тишина.

Окинув взглядом зал, профессор Мори торжественно произнес.

— Мы часто говорим, что математика является основой наук. Она инструмент, который определяет границы нашего понимания Вселенной. Интеграция передовых математических методов в прикладную науку способна изменить мир. Однако очень немногие ученые способны создать инструменты, которые формируют наше будущее.

— Я мог бы весь день описывать его достижения…

Все внимательно слушали, включая Лу Чжоу.

Однако внезапно кто-то произнес.

— О нет, я уже знаю, кто это, просто вручите ему награду!

Вскоре после этого кто-то еще сказал.

— Да, да, все поняли, кто получает премию Карла Фридриха Гаусса, просто давайте уже дальше.

— …

Черт!

Вы не могли бы просто заткнуться?

Вы портите атмосферу!

Лу Чжоу повернул голову и хотел посмотреть, кто испортил момент, но в зале было слишком много людей, и он не мог разобрать, кто из них говорит.

Профессор Мори продолжал со сцены:

— Его математика меняет науку, меняет мир! Премия присуждается… Лу Чжоу!

Раздались оглушительные аплодисменты.

Лу Чжоу встал посреди аплодисментов и глубоко вздохнул. Он спокойно поднялся на сцену и принял награду из рук профессора Сигэфуми Мори.

Профессор мягко похлопал Лу Чжоу по руке и с дружелюбной улыбкой произнес.

— Поздравляю, мы снова встретились.

Прикладная наука не занимала высокого положения в мире математики, поэтому такие ученые, как Гротендик и Харди, с гордостью называли математику чистой и строгой.

Но, несмотря на это, прикладная наука является частью математики. Не говоря уже о том, что даже такие ученые, как Гротендик, в итоге применили свои инструменты в других дисциплинах.

Премия Гаусса присуждалась как раз таким ученым.

— Спасибо, рад снова вас видеть. — Лу Чжоу пожал руку пожилому ученому. — Надеюсь, мы еще встретимся.

Сигэфуми Мори на мгновение впал в ступор, а затем улыбнулся.

— Вы имеете в виду… еще одну церемонию вручения премии? К сожалению, осталось не так много наград, которые мы можем вам вручить, а когда вам исполнится семьдесят лет, боюсь, меня уже не будет в этом мире.

— Но награда Лилавати все еще существует?

Сигэфуми Мори кашлянул:

— Пожалуйста, дайте шанс другим математикам, профессор Лу. Пожалуйста, покиньте сцену.

— …

Премия Черна по математике присуждалась пожизненно, и Лу Чжоу был далек от того, чтобы уходить на пенсию. Однако Лу Чжоу чувствовал, что у него должен быть шанс получить премию Неванлинны в области математических компьютерных наук, а также премию Лилавати, которая присуждалась за популяризацию математики.

Он еще помнил, что турок, получивший премию Лилавати, построил несколько начальных школ в отдаленных пустынных районах.

Мой вклад в популяризацию математики больше, чем пара начальных школ, почему я не могу получить награду?

Хотя Лу Чжоу на самом деле не волновала награда, он все равно чувствовал себя немного обделенным.

После того, как он сошел со сцены, он сел на отведенное место для лауреатов и спокойно стал ждать продолжения церемонии награждения.

Затем последовали премия Черна по математике и премия Лилавати. Первая присуждалась за достижения на протяжении жизни, а I-free_dom вторая была наградой для обычных людей, внесших выдающийся вклад в популяризацию математики.

Атмосфера в зале накалилась до предела, когда началась церемония вручения Филдсовской премии.

Даже сидя в первом ряду, Лу Чжоу чувствовал устремленные на сцену взгляды.

Профессор Сигэфуми Мори заговорил.

Как только он заговорил, все замерли.

— Теория чисел — древний предмет, она существует с самого зарождения математики. Она источник всех знаний, которыми мы обладаем на сегодняшний день. Лишь немногие способны добиться действительно выдающихся успехов в этой области. Только самые отважные воины способны покорять эти горы.

— Первой обладательницей Филдсовской премии становиться… Вера Пулюй из Принстона!

Тут же раздались бурные аплодисменты, эхом отозвавшиеся в ушах Лу Чжоу.

Вера?

Не то чтобы он не рассматривал такую возможность.

Но все же это было внезапно!

Она действительно отличный ученый, и не было никаких сомнений в том, что ее исследования достойно награды. Но она была слишком молода.

Если Лу Чжоу правильно помнит, она окончила университет в 22 года.

Прошло четыре года, и ей было всего 26 лет…

Конечно, Лу Чжоу застал врасплох не тот факт, что Вера выиграла.

Одновременно с объявлением перед Лу Чжоу появилось светло-голубая панель.

[Поздравляем, пользователь, с получением скрытого достижения!]

[Пожалуйста, войдите в системное пространство для получения награды!]

Глава 1017. Знаменитый учитель, знаменитый ученик

Вера Пулюй!

Победительнице всего 26 лет!

Хотя она не побила рекорд профессора Лу, 26 лет все еще молодой возраст.

Но людей удивлял не только ее возраст, но и пол.

До этого единственной женщиной математиком, получившей Филдсовскую премию, была Мариам Мирзахани из Стэнфордского университета. К сожалению, через год после получения награды, в 2017 году, она умерла от рака молочной железы.

В итоге Вера стала единственной в мире женщиной обладательницей Филдсовской премии.

— Филдсовские лауреаты становятся все моложе и моложе, сначала Шольце, потом профессор Лу, теперь Вера Пулюй…

Сюй Чэнъян посмотрел на красивую молодую девушку на сцене и сказал:

— Когда я вижу, как такие молодые люди появляются один за другим, я чувствую себя очень старым.

Последний шанс получить Филдсовскую премию у него был четыре года назад.

И, как он и ожидал, он ее не получил.

В этом не было ничего печального. В конце концов, Филдсовская премия вручалась только раз в четыре года. Если кто-то не был отличным профессором, а также отличным математиком, маловероятно, что он получит награду.

Например, научным руководителем Лу Чжоу был Делинь. В сочетании с его выдающимися работами, такими как доказательство гипотезы Гольдбаха и Навье — Стокса, неудивительно, что он получил награду так рано.

Другим примером был Шольце. Хотя его наставник Михаэль Рапопорт не особо знаменит, он учился в Боннском университете, где работал Фальтингс. Не говоря уже о том, что теория идеального пространства Шольце стала одним из самых многообещающих направлений исследований в алгебраической геометрии. Но даже так он получил премию лишь в 2018 году.

Хотя Сюй Чэнъян хорошо известен в Китае, на международном уровне он не такой известный математик. Между ним и вершиной пищевой цепочки все еще оставался большой разрыв.

Не говоря уже о том, что рядом с ним сидел Чжан Вэй.

Чжан Вэй превосходил Сюй Чэнъяна как с точки зрения международной, так и внутренней репутации.

Чжан Вэй сочувственно кивнул и вздохнул.

— Да, время летит быстро.

Прошло уже четыре года.

Он даже не заметил, как ему стало уже за пятьдесят.

Казалось, что еще вчера они были новым поколением математиков, а теперь они ветераны, которые скоро уйдут на пенсию.

Сюй Чэнъян улыбнулся:

— Наше время прошло… Но вам не кажется невероятным, что не только профессор Лу, но и его ученики так успешны?

Чжан Вэй покачал головой и ответил:

— В этом нет ничего невероятного. Я помню, как Вера Пулюй стала золотой медалисткой и поступила в Принстон с рекомендательным письмом от Тао Чжэсюаня. Она не растратила свой талант, а преподаватели добросовестно ее учили.

Множество лауреатов Филдсовской премии ранее завоевывали золотые медали на международной математической олимпиаде. Если студент талантлив, а его преподаватель один из лучших в области математики, то странно, что студент не сможет получить Филдсовскую премию.

Единственное, что удивляло был пол и возраст.

Сюй Чэнъян сказал:

— У нас есть несколько золотых медалистов. Один парень получил высший балл. Интересно, сможет ли он получить еще одну Филдсовскую премию для Китая.

Хотя Лу Чжоу завоевал первую Филдсовскую премию для Китая, Сюй Чэньян знал, что завоевать еще одну будет трудно.

Это как с вкладом Рамануджана в индийское математическое сообщество. Хотя в Индии было много выдающихся математиков, никто из них даже близко не приблизился к Рамануджану.

— Шанс есть. — Чжан Вэй похлопал друга по плечу. — Профессор Лу вернулся в свою родную страну. Прошло всего четыре года, ему нужно время, чтобы развить таланты. Дайте ему еще 15 лет, и я уверен, что в Китае появится группа выдающихся математиков!

Чжан Вэя убедили не только способности Лу Чжоу, но и те изменения, которые происходили в научном сообществе Китая.

Он чувствовал, что достижения профессора Лу заставляют государство и людей уделять больше внимания математике.

Поддержка со стороны государства значила все.

Теперь китайское научное сообщество полностью оценило вклад математики в прикладные науки.

Десять лет назад подобное было немыслимо.

Значит влияние Лу Чжоу на математическое сообщество гораздо больше, чем влияние пары студентов, которых он обучил.

На другом конце ай_free_dom-cy зала академик Ван Шичэн молча смотрел церемонию награждения с облегчением на лице.

Несколько дней назад он все еще обижался на Лу Чжоу за то, что тот переманил талант.

Но теперь он чувствовал, что поступке Лу Чжоу не было ничего плохого.

Международный центр математических исследований Яньцзинского университета существовал уже много лет, но даже с учетом того, что они подготовили много талантливых математиков, никто из них не оказался на вершине международного математического сообщества.

Если он действительно способен создавать лауреатов Филдсовской премии…

Может быть, это и к лучшему, что золотой медалист олимпиады пошел к нему.

Рядом с профессором Ваном сидел профессор Делинь.

Старик посмотрел на девушку на сцене и фыркнул, после чего сказал:

— Я не ожидал, что они выберут Пулюй.

Профессор Фефферман улыбнулся:

— С точки зрения ее достижений, то любого, кто может доказать гипотезу Коллатца, можно назвать ученым мирового класса. Даже если ей помогал Лу Чжоу, то судя по ее работе, большую часть работы сделала она.

Делинь пристально посмотрел на Феффермана и сказал:

— Ты действительно не думаешь, что они присудили ей награду не только из-за политкорректности?

Фефферман с беспомощным выражением ответил:

— Ладно, я тоже об этом думал. На самом деле, Марина Вязовская также подходящий вариант, но вручать ей премию будет чересчур.

Профессор Делинь неожиданно сказал:

— Раньше в математике такого не было. У нас не было всей этой политкорректности.

Он не выступал против присуждения Вере Филдсовской премии и не отрицал, что Вера была отличным ученым. Однако его больше волновало математическое сообщество в целом, и он чувствовал, что политика вторгается в чистоту математики.

Давным-давно был важен лишь вклад ученого в науку.

Но теперь им приходилось принимать во внимание национальность, цвет кожи, пол и даже политические взгляды. Хотя одной принадлежности к меньшинству недостаточно, чтобы получить Филдсовскую премию, это, безусловно, помогало.

Академическая свобода и независимость медленно превращалась в мнущуюся от использования бумагу…

Профессор Фефферман пожал плечами:

— Времена меняются, принимаем мы это или нет, мы должны адаптироваться к этим изменениям. Кроме того, мы не единственные, кто вынужден приспосабливаться к веяниям времени.

Делинь пристально посмотрел на него.

— Думаешь, это нормально?

— Пусть это решают уже будущие поколения.

…………..

Раздались бурные аплодисменты.

Однако Лу Чжоу их уже не слышал.

Не потому, что он упал в обморок от волнения, а потому, что находился в системном пространстве.

[Поздравляю, пользователь, получено достижение «Знаменитый учитель, знаменитый ученик»!]

[Условия: Воспитать ученика, который получит наивысшую награду в своей области!]

[Награда: 100 000 очков опыта, образец «Пустая память А» (редкая)!]

Пустая память?

Редкая?

А что значит «А», есть еще B C D?

Лу Чжоу молча смотрел, как на информационной панели высветились награды.

Хотя система сыграла с ним много злых шуток, например, дав пасхальное яйцо, интуиция подсказывала ему, что это не шутка.

Без колебаний он отключил уведомление о награде и открыл свой инвентарь.

В конце концов, это всего лишь 100 000 очков опыта. Ему нужны миллионы только для того, чтобы улучшить свои математические способности.

Внутри инвентаря лежал предмет фиолетовой формы.

Его форму было трудно описать. Он напоминал облако сферической формы, как будто внутри него что-то пряталось.

Лу Чжоу сглотнул и щелкнул по нему.

Однако описание предмета не появилось. Вместо этого он почувствовал, как по его пальцам пробежала волна электрического разряда.

— Ай!

Больно!

Впервые Лу Чжоу испытал боль в системном пространстве.

Однако боль не испугала его, а напротив он наоборот задумался.

— Интересно… Я всегда думал, что системное пространство существует в моем сознании, подобно сну. Не ожидал, что почувствую здесь какую-либо боль.

Он все больше и больше интересовался системой.

Возможно, чтобы открыть его, нужно держать предмет в руках?

Однако Лу Чжоу решил этого не делать.

Он сейчас находился на математическом конгрессе.

Трудно сказать, что случится с его телом.

Ему следует быть осторожнее.

По крайней мере, он должен найти тихое место, где будет один…

Глава 1018. Оказала услуги

Китайский центральный телеканал получил права на трансляцию конгресса.

Теперь, когда академик Лу получил еще одну награду, телеканал не стал упускать такой возможности для рекламы.

Хотя это не Филдсовская премия, это все равно была награда международного конгресса математиков, высшая награда, признанная всем математическим сообществом.

Почему бы им не разделить этот радостный момент со всей страной?

Репортер чуть не написали, что премия Карла Гаусса более значима, чем премия Филдса.

Но, строго говоря, Карл Фридрих Гаусс достиг в десять раз большего, чем Джон Чарльз Филдс, не говоря уже о том, что премия Гаусса присуждалась первой.

Поэтому, если смотреть с этой стороны…

Все кажется правильным.

Однако, даже с популяризацией церемонии центральным телеканалом она не получила большого отклика.

Причина была проста.

Китайцам надоело смотреть, как академик Лу получает награды.

Но на телеканале этого не понимали.

Другими словами, они переоценили значимость этой награды.

Ли Мо обедал со своей семьей, когда по телевизору показали запись, на которой профессор Лу получает награду. Ли Мо подумал, что это хорошая возможность поделиться с родителями секретом, который он скрывал последние два месяца.

Услышав, что его сын не собирается поступать в Яньцзинский университет Ли Чжун не поверил своим ушам. Он даже переспросил сына, поскольку подумал, что тот шутит.

На мгновение воцарилось молчание.

После этого он стукнул кулаком по столу и воскликнул;

— Ах ты, паршивец! Кто позволил тебе поступать в Цзиньлинкий университет, разве ты не говорил, что собираешься в Яньцзинский университет?!

Ли Мо бросил палочки для еды и вскочил со стула.

— Папа, послушай меня, послушай!

— Послушай меня! Я задам тебе такую трепку, что тебе захочется заползти обратно к матери в живот!

— Нет, пожалуйста.

— Замолчи!

Месяц назад Ли Чжун пришел в восторг, узнав, что его сын набрал высший балл на олимпиаде по математике. Он не мог сдержать свою улыбку, что незнакомцы думали, что он выиграл в лотерею.

По его мнению, получение золотой медали означало гарантированное поступление в Яньцзинский университет!

На самом деле, именно это сказал ему его сын.

Но теперь…

Он узнал, что его сын собирается поступать в Цзиньлинский университет.

Его кровь закипела.

— Профессор Лу работает в Цзиньлинском университете!

— Кому какое дело до профессора Лу? Ты сможешь заработать на жизнь математикой? Ты собираешься провести всю жизнь с математикой?!

— Почему я не могу?

— Засранец, дайка я возьму ремень!

— Нет, папа, пожалуйста, не надо, ты можешь погубить будущего математика!

— Хватит нести чепуху! Стой спокойно!

По телевизору продолжали транслировать новости.

Лу Чжоу получил награду из рук Сигэфуми Мори и вернулся на свое место. Вскоре после этого вручили премии Черна, премия Лилавати и, наконец, Филдсовскую премию.

Хотя эти награды не имели никакого отношения к Лу Чжоу или Китаю, центральный телеканал из уважения к ним все же заснял победителей.

Когда Ли Мо увидел девушку на сцене, он с горящими глазами закричал:

— Папа, смотри, эта Вера Пулюй, она ученица Лу Чжоу из Принстона!

Казалось, это подействовало.

Его отец с любопытством посмотрел на экран телевизора.

— Ученица?

Ли Чжун пристально посмотрел на девушку на экране и сказал:

— Она довольно хорошенькая… По-моему, она не похожа на математика.

Ли Мо вздохнул с облегчением:

— Это не самое главное, главное она лауреат Филдсовской премии и ее обучил профессор Лу.

— И что?

— Профессор Лу будет моим учителем!

Ли Чжун фыркнул и сказал:

— Ладно, побольше хвастайся, он академик, он даже лекции почти не читает, думаешь, у него будет время учить тебя?

— Папа! Я говорю серьезно, у меня есть письмо от него, я могу показать тебе.

Ли Чжун понял, что его сын, похоже, не шутит. Он нахмурился и опустил ремень.

— Уверен, что академик Лу лично будет учить тебя?

— Не важно, будет ли он лично обучать меня, не то чтобы мне каждый день требовалась помощь. Он просто направит меня в правильном направлении, а учиться я могу сам.

— Думаю, быть учеником академика Лу довольно приятно. — Ли Чжун кивнул. — Возможно, он сможет помочь тебе устроиться на работу.

— Боже, папа, почему ты заботишься только о поиске работы? Неужели ты не можешь подумать о моих мечтах? В чем смысл жизни без мечтаний?

— И о чем ты мечтаешь?

Ли Мо улыбнулся и посмотрел в телевизор.

— Кого волнует медаль олимпиады? Я хочу награду покруче!

…………………..

После того, как объявили список лауреатов Филдсовской премии, форум Mathoverflow наполнился обсуждением.

Все знали, кто получит премию Гаусса, но новая обладательница Филдсовской премии потрясла всех.

Вторая женщина лауреат Филдсовской премии!

И ей всего 26 лет!

В сочетании с ее красотой Вера полностью затмевала трех других победителей.

«Боже! Ей всего 26 лет! Теперь не нужно ждать в очереди?»

«Не понимаю почему ей вручили награду, думаю, это несправедливо по отношению к ученым, которые ждали более десяти лет.»

«Несомненно, доказательство гипотезы Коллатца достойно награды, и основным ее достижением считается усовершенствование метода групповой структуры профессора Лу. Не думаю, что есть что-то неправильное в присуждении ей этой награды.»

«Я тоже так думаю. Но она слишком молода… И она женщина.»

«Что не так в том, Читай на Айфри дом су что она женщина, ты свинья?»

«Я просто хочу сказать, что, возможно, она оказала пару услуг, чтобы достичь всего этого…»

Лу Чжоу молча читал обсуждения.

Эти идиоты…

Почему у них такие грязные мысли.

Ему казалось, что все больше китайских ученых присоединяются к форуму MathOverflow, и он становился все более похожим на Weibo.

Однако, даже Лу Чжоу не ожидал, что Вера получит награду.

Точнее, он не ожидал, что она выиграет её в этом году.

В конце концов, ей всего 26.

Кроме того, ее академические достижения едва ли позволяли претендовать на Филдсовскую премию. В отличие от достижений Лу Чжоу, она не добилась каких-либо революционных результатов, которые сразу же заслужили бы Филдсовскую премию.

После церемонии награждения самый известный оперный и балетный коллектив Санкт-Петербурга начал свое выступление.

Хотя Лу Чжоу сидел рядом с Верой, им так и не представилось возможности поговорить.

После окончания выступления он заметил, что Вера ушла.

Его телефон завибрировал.

Он достал свой телефон и увидел, что Сяо Ай отправил ему сообщение.

«Хозяин, хотите, чтобы я нашел номер ее комнаты?»

— Нет, спасибо.

Он не сталке какой-то.

«Уверены? Похоже, вы хотите с ней поговорить. ( ́◔‸◔’)»

— Ты не понимаешь

«Почему? (・ω・)»

— Мне нечего сказать… — Лу Чжоу вздохнул и почесал затылок. — Есть некоторые вопросы, на которые я не знаю, как ответить.

Глава 1019. Рассеянный профессор Лу

На самом деле, Лу Чжоу порой думал, что он слишком параноидален.

Не на каждый вопрос есть правильный ответ.

Попытки найти правильный ответ могут быть контрпродуктивными…

Вечером в отеле состоялся банкет.

По случаю банкета в отеле приготовили вкусные блюда и изменили расстановку сидячих мест в обеденном зале, чтобы вместить максимальное количество гостей, а также оставить достаточно места для общения математиков.

В центре внимания на банкете, естественно, стали обладатели Филдсовской премии.

Они новые знаменитости математического мира и притягивали к себе внимание, как магниты. В принципе, все присутствующие в банкетном зале не сводили с них глаз.

Однако одна из самых важных персон, Вера Пулюй, не пришла, из-за чего многие расстроились.

Хотя Лу Чжоу немного беспокоился о Вере, он не слишком волновался.

В конце концов, у нее будет доклад завтра утром, и он тогда сможет поговорить с ней.

Напротив, Лу Чжоу больше беспокоил фиолетовая сфера в его системном инвентаре.

Память пустоты?

Что это такое?

Лу Чжоу был немного рассеян во время банкета. Он налил себе еще бокал вина, когда чуть не столкнулся со старым другом…

— Осторожнее, друг мой, я не хочу испортить эту рубашку.

— Прости.

— Не извиняйся. — Профессор Фефферман улыбнулся и чокнулся бокалами с Лу Чжоу. — Ты выглядишь как сам не свой.

Лу Чжоу сделал глоток вина и посмотрел на него.

— Да?

— Да, даже сейчас, когда мы говорим, чувствую, что твое внимание на чем-то другом. — Профессор Фефферман в шутку спросил. — Все из-за того, что твоя ученица не пришла на банкет?

— Нет.

Лу Чжоу признавал, что немного рассеян, но это не из-за Веры. Вопрос с ней решится завтра.

Ладно, возможно, Вера также одна из причин.

Но остальные факторы отвлекали его сильнее.

Лу Чжоу думал, что Фефферман продолжит расспрашивать его, но тот сменил тему и продолжил о другом.

Некоторое время они поговорили об исследовании дзета-функции Римана, а также о гипотезе, над которой работал Лу Чжоу. Когда они прощались, профессор Фефферман вдруг окликнул Лу Чжоу.

— Подожди секунду.

Лу Чжоу остановился и оглянулся.

— Что такое?

Профессор Фефферман улыбнулся и поднял бокал, который держал в руке.

— Поздравляю с пополнением коллекции еще одной медалью.

— Спасибо.

— И еще один совет. — Профессор Фефферман похлопал Лу Чжоу по плечу и улыбнулся. — Помни, оставь любые сожаления позади. Жизнь у каждого одна, у нас не так много времени для сожалений. Чем старше становишься, тем больше понимаешь, что не все можно изменить.

………………….

Банкет подошел к концу.

Из-за того, что на банкете присутствовало много его друзей, даже с хорошим метаболизмом, Лу чжоу немного напился.

Однако он держался намного лучше, чем другие.

Стоявшие рядом Кругман и Альберт были полностью пьяны. В конце концов официант попросил их отдохнуть в холле отеля.

Люди странно смотрели на этих двоих, удивляясь, отчего экономист и физик так хорошо ладят.

После того, как Лу Чжоу умылся, чтобы привести себя в порядок, он поднялся на лифте наверх.

Лу Чжоу остановился перед своей комнатой и посмотрел на Ван Пэна, после чего сказал:

— Если не случится ничего серьезного, не беспокой меня.

— Хорошо.

Лу Чжоу кивнул и уже собирался закрыть дверь, как добавил.

— Забудь, даже если случится что-то важное, сначала позвони мне.

— Хорошо.

— И еще, если услышишь какие-нибудь звуки, не беспокойся, я буду в порядке.

Похоже, Ван Пэн неправильно истолковал слова Лу Чжоу.

— Не волнуйся, я не буду вмешиваться в твою личную жизнь… Иногда полезно немного повеселиться.

А?

Лу Чжоу закрыл дверь и лег на кровать. Он попросил Сяо Ая следить за движением за дверью, а затем вошел в системное пространство.

Лу Чжоу стоял в белоснежном системном пространстве. Он протянул руку и открыл свой информационный экран.

Фиолетовая сфера все еще лежала в его инвентаре.

От нее шли пучки дымоподобных щупалец.

— Если я прав… Ее не использовать в реальном мире, а только в системном пространстве.

Лу Чжоу тихо пробормотал, глядя на фиолетовый предмет.

Внезапно он протянул руку и осторожно коснулся поверхности сферы.

В этот раз все было иначе, чем в зале днем.

Он не почувствовал, С в о б о д н ы й_м и р_р а н о б э как его пальцы ударило током. Вместо этого ему показалось, что его палец погрузили в горячую воду; когда он почувствовал неописуемый жар.

Лу Чжоу удивился и вытащил руку из инвентаря.

— Не только боль, но и температуру… Похоже, эти чувства есть только в моем сознании. И по какой-то причине я чувствую разные ощущения в зависимости от окружающей меня обстановки. Может, это какой-то защитный механизм?

Лу Чжоу хотел изменить окружение, включив какую-нибудь музыку и проверив свою гипотезу.

Однако он понял, что в этом нет необходимости.

В конце концов, ключ к истине прямо перед ним. Ему просто нужно воспользоваться им.

— Ладно, покажи мне, какие в тебе тайны.

Лу Чжоу снова протянул руку и крепко сжал фиолетовую сферу, плавающую в инвентаре.

Он почувствовал, как волна тепла распространилась по всему его телу.

Лу Чжоу попытался достать её из инвентаря, но произошло нечто неожиданное.

Щупальца вокруг фиолетовой сферы внезапно быстро расширились, обвившись вокруг его пальцев.

Лу Чжоу хотел отпустить сферу, но щупальца быстро покрыли все его тела, а потом его сознание было проглочено густой, как гель, тьмой…

Глава 1020. Воспоминание из пустоты

Лу Чжоу чувствовал себя так, словно катался на американских горках.

Словно он поднимался до вершины, а потом резко падал вниз.

Он уже долго плыл в бесконечной темноте, как внезапно почувствовал гравитацию и увидел слабый источник света.

Он постепенно приблизился к свету.

Настолько близко, что мог прикоснуться к нему.

Лу Чжоу задавался вопросом, что система пыталась показать ему, когда его внезапно потянуло к источнику света.

Внезапно все прояснилось.

Осязание, обоняние, вкус…

Все его чувства обострились до предела.

Сильный порыв ветра заставил его зажмуриться, и он отчаянно попытался открыть глаза…

Затем его потрясло увиденное.

— Где я?!

Он понятия не имел, где находиться, а каждая частичка его тела была в потрясении.

Это странное место.

Бескрайняя земля, наполненная настоящим стальным лесом.

Минималистичные и однообразные черные обелиски выглядели зловеще, каждый клочок земли излучал металлический блеск, а улицы были прямыми, как по линейке.

Если присмотреться, то это напоминало город.

Однако Лу Чжоу не чувствовал здесь ни единого признака жизни.

Казалось, что здесь вообще никогда раньше никто не жил.

Если бы ему пришлось здесь жить, он бы сошел с ума уже через неделю.

И причина проста, это место походило на кладбище.

Огромные небоскребы походили на надгробия.

По какой-то причине это напомнило Лу Чжоу описание планеты Трантор из романа Айзека Азимова «Основание». Подавляющее большинство людей жило под землей и работало в небольших помещениях, поверхность была покрыта промышленными сооружениями, а планета была скорее гигантской фабрикой.

Лу Чжоу не знал, будет ли будущий мир, таким же минималистичным и структурированным, но сцена перед ним выглядела как что-то из фильма об апокалипсисе…

У Лу Чжоу не было много времени на раздумья.

Огромная гравитация вытащила его из пустоты, а затем выбросила на поверхность.

Лу Чжоу закрыл глаза и приготовился к тому, что его раздавит.

Однако, когда он достиг земли, небольшая сила заставила его замедлиться.

Он удивился:

— Антигравитация? Постойте, нет… Это не реальность, о чем я

Это мир его сознания.

Хотя Лу Чжоу не знал, зачем система это делало, ничто не отменяло того факта, что его тело находилось в отеле в Санкт-Петербурге.

Следовательно, ничто здесь не реальное.

Это как виртуальные игры в научно-фантастических фильмах.

Наконец его ноги коснулись земли.

Лу Чжоу немного успокоился и огляделся.

Впервые он по-настоящему ощутил масштаб этих рукотворных сооружений.

Он не знал, из какого материала сделаны здания, но они были с гладкой зеркальной поверхностью, невозможно было увидеть никакого изъяна.

— Какой странный дизайн…

Лу Чжоу протянул руку и коснулся черных стен, и внезапно на его лице отразился шок.

Хотя ему не следует судить о материале только по прикосновению, интуиция подсказывала ему, что такого уровня полировки невозможно достичь с помощью современных технологий.

Подобная технология на столетия опережает современные.

Конечно, это не самое шокирующее.

В условиях сильного притяжения эта металлическая конструкция смогла сохранить свою форму, несмотря на то, что она простиралась на несколько километров в небо.… На Земле никогда бы не смогли создать такое сооружение.

Теперь Лу Чжоу начал чувствовать, что, возможно, это место не совсем в его сознании. Возможно, это реальное место.

В конце концов, предмет в его инвентаре назывался «Память пустоты», а не «Игра пустоты» или «Фильм пустоты». Хотя система иногда подшучивала над ним, она никогда не обманывала его…

Его руки скользили по гладкой, как зеркало, поверхности. Внезапно ему показалось, что он коснулся невидимого выключателя, и вскоре большая металлическая стена отодвинулась, открывая проход.

Лу Чжоу на мгновение замер, заколебавшись.

Однако он вспомнил, что ничто из этого не повредит его физическому телу, поэтому он сделал глубокий вдох и храбро вошел внутрь.

Пространство внутри было очень просторное.

От потолка до пола простирались черные металлические полосы в форме клинка.

На их поверхности сверкали синие точки.

Это был единственный источник света в этом темном здании.

Сцена перед ним напомнила ему компьютерный сервер, и внезапно в его голове возникла мысль.

Может…

Это здание — огромный компьютер, начиненный микросхемами.

Возможно, этот город на самом деле огромная интегральная схема, состоящая из множества процессоров, огромный планетарный компьютер.

Ведь когда он летел по небу, он не мог увидеть границы города.

— Не могу представить, какой объем данных обрабатывает этот компьютер.

Лу Чжоу осторожно прошел между рядами лезвий.

Вскоре он вошел в центральную комнату здания.

Потолок в этой круглой комнате был намного ниже, чем у входа, всего в несколько метров. В центре комнаты находился сияющий голубой бассейн с водой.

Лу Чжоу подошел и посмотрел вниз, и увидел, что из-под бассейна исходит голубой свет.

От края бассейна шла волна дыма. Бассейн перед ним был неглубоким, но густой холодный туман создавал иллюзию глубины.

Интуиция подсказала ему, что бассейн наполнен жидким гелием с чрезвычайно низкой температурой.

Что касается его использования…

Скорее всего, он использовался для охлаждения тысяч «лезвий» в здании.

Лу Чжоу постоял немного у бассейна, а потом обошел его кругом. Он хотел рассмотреть конструкцию, когда вдруг заметил что-то под бассейном.

— Там что-то спрятано?

Лу Чжоу нахмурился и присел на корточки.

Он увидел кубики, лежащие в бассейне.

Внезапно ему в голову пришла безумная мысль.

Может мне взять один?

Любопытство взяло верх.

Это все у меня в голове.

Даже если будет больно, это никак не повлияет на мое настоящее тело.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и принял решение. Он собрал все свое мужество и опустил руки в жидкий гелий.

В ту секунду, когда его рука коснулась жидкости.

Словно вся жидкость ожила и начала двигаться.

— Свободный-Мир-ранобэ Это сверхтекучая жидкость!

Мгновенно испарившийся жидкий гелий, благодаря эффекту Лейденфроста, образовал слой пара, защищающий его от холода.

Однако этот эффект длился недолго.

Лу Чжоу собрал все свои силы, чтобы выдержать леденящую боль, протянул руку и взял кубик из бассейна.

— А-а!

Он достал куб из воды и быстро отошел от бассейна.

Он посмотрел на бурлящую воду и кубик в своей замерзшей руке.

В слабом свете, падающем с потолка, он едва мог разглядеть такие же золотистые узоры, что и на лезвиях снаружи, а также крошечные пятна света.

Он слышал слабое жужжание, исходящее от куба.

Лу Чжоу наконец вспомнил, где он видел подобный предмет раньше.

Однако в прошлый раз он был не золотой, а черный…

В этот же момент он ощутил ужасное притяжение позади.

Ему показалось, что все вокруг него затягивает в черную дыру…

— Пора уходить?

Золотой куб разлетелся на миллион кусочков, когда его тело поглотила бездна.

Глава 1021.

Лу Чжоу внезапно открыл глаза.

Он вскочил с кровати, тяжело дыша.

Только тогда он осознал, что его одежда насквозь промокла от пота.

Он протер лоб и встал с кровати. Он подошел к холодильнику, взял бутылку воды и сделал глоток, пытаясь успокоиться.

Все происходило лишь в его голове.

Но, возможно, все было слишком реалистично, воспоминания врезались ему в память.

Почти как…

Он подошел к окнам и уставился на ночной пейзаж. Он стоял там до тех пор, пока бутылка минеральной воды в его руке не перестала казаться холодной, после чего развернулся и пробормотал:

— Как… Ночной кошмар.

Он пошел в ванную и принял душ.

Лу Чжоу переоделся в чистую одежду и сел за компьютерный стол.

Он вернулся в системное пространство и убедился, что чисто-белое системное пространство не изменилось.

Однако фиолетовый образец из его инвентаря исчез.

Словно его никогда и не существовало.

Лу Чжоу вернулся к реальности и, открыв документ, начал печатать.

«Что за черные здания?»

«Если это компьютер, то кому он принадлежит?»

«Что он рассчитывает?»

Кроме того, золотые кубы, лежащие на дне бассейна, были тем же самым, что и его вторые обломки.

Но переживать не стоило. После возвращения в Цзиньлин он собирался использовать свои новообретенные знания для исследования этих обломок.

Лу Чжоу задумался, прежде чем поставить пароль для документа.

Даже если кто-то прочтет о его нелепом сне, ничего не случится.

Однако лучше сохранять осторожность.

………………

На следующий день.

Начался 45 минутный доклад Веры, который проводился в седьмом лекционном зале.

В лекционном зале было довольно оживленно.

Многих интересовала женщина обладательница Филдсовской премии.

В конце концов, хотя женщин физиков и химиков было много, женщины математики были достаточно редки.

Особенно выдающиеся женщины математики.

Не говоря уже о том, что Вера обладала не только знаниями, но и красотой.

Даже ученые, которые не занимались аналитической теорией чисел, решили посетить доклад.

Лу Чжоу, который прибыл на место за десять минут до начала, почти не смог найти свободного места. Шольце, сидевший в центре зала, помахал ему рукой.

— Я приберег это место для моего друга Акшая, но он пошел на другой доклад.

— Спасибо.

Шольце улыбнулся.

— Не за что.

Лу Чжоу зевнул и взял лежащую перед ним статью. Он небрежно пролистал страницы.

Прошлой ночью он плохо спал.

В голове у него был полный сумбур, и он не мог перестать думать о металлическом городе, черных зданиях, лезвиях, жидком гелии…

— Ты плохо спал?

— Да.

— Поздно лег?

— Вроде того. — Лу Чжоу помолчал немного, а потом добавил. — Мне приснился длинный кошмар.

Шольце с любопытством спросил:

— Что снилось?

— Будущее.

Шольце нахмурился:

— Уверен, что это был кошмар?

— Наверное… Я не уверен, что это будущее человечества… Я имею в виду, что не помню, что видел такое в фантастических фильмах. Просто мертвая атмосфера. Не очень приятное апокалиптическое ощущение.

— Как в «Я легенда»?

— Ха-ха, может быть, но это старый фильм.

Шольце пожал плечами и шутливо заметил:

— Печально, величайший ученый этого столетия пессимистично смотрит на будущее. Похоже, мне стоит подумать о покупке дополнительной страховки.

Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.

— Это совсем не смешно.

Шольце улыбнулся:

— Но разве ты не смеялся?

— Мне смешно от того, что первым делом ты решил купить страховку… Кто застрахует твоего страховщика?

Шольце потер подбородок и задумался:

— Это проблема.

Пока эти двое разговаривали, начался доклад.

Вера стояла на сцене, и Лу Чжоу почувствовал, что она выглядит не слишком хорошо.

Однако он мог расспросить ее только после доклада.

Теперь, когда доклад начался, ему следует сосредоточиться на научной части.

Это самое элементарное уважение к докладчику.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и сосредоточил свое внимание на работе, которую держал в руке.

Из-за того, что в последнее время он был сильно занят, у него не было времени прочитать текст доклада.

Впрочем, это не имело особого значения.

Он мог понять большинство концепций, просто просмотрев их.

— Дополнение к методу анализа гиперэллиптических кривых? — Лу Чжоу с интересом прочитал аннотацию. — Это интересно.

По сути, Вера основывалась на методе анализа гиперэллиптических кривых. Однако она использовала более сложный метод, чтобы ввести формулу Планшереля в группу Гейзенберга. Это сделало метод анализа гиперэллиптических кривых более применимым к связанным одномерным комплексным многообразиям на римановых поверхностях.

Это трудно объяснить простыми словами. Но, если вкратце, это оригинальная идея, что привлекла внимание Лу Чжоу и аудитории.

Доклад даже вдохновил Лу Чжоу, что у него возникло желание немедленно вернуться в свой номер и вновь закрыться.

Конечно, это всего лишь мысль.

Он бы так не поступил, поддавшись порыву.

Не говоря уже о том, что Вера все еще выступала с докладом.

Наконец-то у нее появилась возможность выступить перед всем математическим сообществом. Если бы ее наставник внезапно ушел посреди выступления, она могла расплакаться прямо на сцене…

Шольце слушал доклад Веры, затем он скрестил руки и вздохнул.

— Честно говоря, я тебе очень завидую.

Не поворачивая головы, Лу Чжоу спросил.

— Завидуешь чему?

— Тому, что у тебя такая умная и послушная ученица. Всякий раз, когда ты придумываешь новую теорию, она рядом, чтобы помочь тебе ее усовершенствовать.

Лу Чжоу улыбнулся.

Однако внезапно произошел несчастный случай.

Вера начала сильно кашлять на сцене.

— Извините.

Вера прикрыла рот рукой и собиралась продолжить свой доклад. Однако, когда она попыталась заговорить, у нее снова начался кашель.

На лбу у нее выступил пот, а сам она выглядела бледной, когда оперлась рукой на доску.

На сцену тут же поднялся сотрудник.

— Госпожа Пулюй, давайте пока прекратим доклад, если вы плохо себя чувствуете…

— Нет, дайте мне закончить!

Она сжала кулаки, когда в ее глазах промелькнуло замешательство. Однако растерянность вскоре сменилась смелостью и решимостью.

Год назад, когда она заболела, она поняла, что у нее мало времени.

И после упорного труда она попала сюда…

Сотрудник немного поколебался и отступил.

Вера посмотрела на доску.

Ее разум еще никогда не был таким ясным.

Она стиснула зубы и продолжила писать на доске.

Из-за боли и беспокойства цифры и символы на доске начали искажаться, но поток мыслей в ее голове не прекращался.

Она записала на доске все свои мысли, в том числе и те, которые не были изложены в работе.

Казалось, время и пространство остались позади, как и боль в груди.

Говорят, когда человек достигает своего физического предела, организм направляет все ресурсы мозгу.

Однако ей некогда было думать об этом.

Она делала это не для математического сообщества или своего наставника…

Возможно, это ее последний доклад…

По меньшей мере…

Она собиралась сделать все возможное без каких-либо сожалений!

Наконец, она закончила писать последнюю строку уравнений.

Глядя на заполненную доску, она отступила на полшага со слабой улыбкой.

Хотя она айfree_dom не дошла до конца лабиринта.

По крайней мере…

Это могло помочь другим людям.

Особенно Лу Чжоу.

Внезапно она ощутила тяжесть.

Она оперлась о доску, но ее рука оставила на доске кровавый след.

Кровь!

Первоначально тихая аудитория наполнилась шумом.

Черт…

Увидев красный след, Вера вздохнула.

Хоть это чудо, что я продержалась до сих пор, не ожидала, что это случится именно сегодня.

Это одновременно и худший, и лучший день в моей жизни.

Ее ноги постепенно теряли силу.

Прежде чем потерять сознание, она увидела знакомую фигуру, мчащуюся к ней из центра зала.

Внезапно она поняла…

Она ни о чем не жалеет.

Глава 1022. Мусорное ведро

Больница Санкт-Петербурга.

Вход в палату.

Тощий пожилой мужчина закрыл лицо руками, беззвучно всхлипывая.

«Это всё моя вина, я не должен был голосовать, если бы не медаль Филдса… Если бы не медаль Филдса… мы бы не потеряли добрую, умную, прекрасную Веру».

— Успокойтесь, — профессор Фефферман похлопал старика по плечу и вздохнул. Ему тоже было больно, но он сказал: — Подумайте об этом с другой стороны: если бы мы не вручили ей эту награду, у нас, возможно, никогда не было бы другой возможности оказать ей эту честь. Вы должны радоваться, что проголосовали за неё.

“Я думаю, это правильно ...”

Атмосфера за пределами палаты была удручающей.

Атмосфера в палате также была полна печали.

Лу Чжоу сидел на стуле у кровати, на которой лежала Вера без сознания. Он долго молчал.

Через некоторое время доктор нарушил молчание

“Сэр, часы посещений закончились”.

Лу Чжоу посмотрел на доктора и заговорил спокойным тоном.

“Вы можешь сказать мне, что с ней?”

Доктор: “Вы ее родственник?”

Лу Чжоу покачал головой.

Доктор: «Тогда, боюсь, я не могу раскрыть вам информацию о пациентке. Мы связались с её ближайшими родственниками, они скоро будут здесь».

Лу Чжоу кивнул.

Он в последний раз взглянул на бледное лицо Веры и сказал:

“Я позабочусь о тебе.

“Доверься мне.

— Я не знаю, слышишь ли ты меня… но, пожалуйста, не сдавайся.

Лу Чжоу говорил по-китайски, поэтому врач его не понял. Врач заговорил снова.

“Сэр?”

“... Ничего”.

Лу Чжоу встал со своего стула и вышел из палаты.

Неважно, что врач отказался сообщить ему о состоянии Веры, у него был свой способ всё выяснить.

Это было легко для него.

Что касается медицинских счётов, то у него было столько денег, что он не знал что с ними делать. Он был готов потратить любую сумму, которая потребуется.

Что касается конфиденциальности ее медицинской информации…

Такое право было только у сознательных людей.

Если бы её действительно волновали такие пустяки, Лу Чжоу могла бы просто извиниться, когда она проснётся.

…

Профессор Фефферман увидел, как Лу Чжоу выходит из палаты. Он сразу же встал и спросил: «Как дела у мисс Пулюй?»

Лу Чжоу: «Она всё ещё без сознания… дела плохи».

“О боже, это...” Профессор Фефферман вздохнул. Он снял очки и протер их. Он не знал, что сказать.

Старый профессор, сидевший рядом с ним, внезапно встал и схватил Лу Чжоу за руку.

«Пожалуйста, скажите доктору, чтобы он вылечил её, независимо от того, что у неё за болезнь! Если дело в деньгах… Я могу взять их из своей пенсии. Если с ней что-нибудь случится, это будет большой потерей для математического мира… пожалуйста!»

Лу Чжоу кивнул в сторону старого профессора и уверенно посмотрел на него.

“Не волнуйся.

“Я знаю, что делать”.

Лу Чжоу и Ван Пэн направились к лестнице.

Когда он добрался до лестницы, то услышал чей-то крик.

Казалось, что старый профессор Сигэфуми Мори с кем-то спорил.

— Вы не можете этого сделать, её жизнь принадлежит не только ей, её знания…

— Мне всё равно, Филдсовская медаль или Нобелевская премия, если она так важна для вас, ребята, почему бы вам не заплатить за лечение!

Напротив Сигэфуми Мори стоял мужчина средних лет ростом около 188 сантиметров.

У него был пивной живот и неопрятная борода, что свидетельствовало о его бедном образе жизни. Его коричневая кожаная куртка и испачканные джинсы выглядели так, будто он только что слез с мотоцикла.

Стоя перед этим огромным мужчиной, Сигэфуми Мори почувствовал себя маленьким.

Он попытался успокоить сварливого мужчину.

“Мы определенно внесем некоторый вклад—”

Высокий мужчина перебил его и сказал: «Прими реальность, ты прочитал диагноз, её не спасти!»

Внезапно сзади раздался голос.

“Кто это сказал?”

Крепкий мужчина повернул голову и прищурился, глядя на молодого человека.

“Кто ты такой? Не лезь не в свое дело”.

Лу Чжоу подошел и взглянул на документ, лежащий на столе.

Ирик… Пулюй.

Вероятно, так зовут этого человека.

Судя по имени, он был родственником Веры. Однако его высокая и крупная фигура была полной противоположностью стройной фигуре Веры.

Лу Чжоу просмотрел первые несколько строк документа.

[Форма согласия на отказ от лечения ...]

Лу Чжоу нахмурился и посмотрел на человека, возвышавшегося над ним.

— Вы планируете отказаться от лечения? Что даёт вам на это право?

— Я её отец, я привёл её в этот мир, конечно, у меня есть на это право! Ирик вздёрнул подбородок и сказал: — Я не позволю ей страдать, я хочу избавить её от боли.

Сигэфуми Мори сказал: «Вам не нужно ничего платить. У мисс Пулюй есть значительная сумма на сбережениях. Премия Филдса также включает 15 тысяч канадских долларов, которые можно использовать для её лечения. Мы также можем начать сбор средств…»

Внезапно мужчина прищурился.

В его глазах появилась вспышка жадности.

“У нее есть сбережения?

“Какой банк?”

Лу Чжоу заметил жадность в глазах мужчины и внезапно понял, что происходит.

Вот почему Вера испытывала финансовые трудности, когда училась в Принстоне, хотя у неё была хорошая зарплата.

Он наконец понял, почему она никогда не говорила о своей семье и даже не упоминала своё второе имя…

Хотя Лу Чжоу и знал, что гнев только ухудшит ситуацию, он ничего не мог с собой поделать.

“Чертовски жалкий...”

Все замерло.

Мужчина посмотрел на него опасным взглядом.

“Что ты сказал, малыш? Скажи это снова”.

— Я сказал, что ты жалок, — Лу Чжоу посмотрел на мужчину и добавил: — Мне было бы стыдно иметь такого отца, как ты. Ты позоришь имя Пулюй.

Лицо Ирика покраснело, как будто он был готов взорваться.

Он хрустнул костяшками пальцев и сжал кулаки. Он сделал шаг к Лу Чжоу, когда подошла медсестра и попыталась его уговорить.

“Ты хочешь умереть!

— Ты всего лишь крошечная букашка, я могу раздавить тебя одной рукой!

Внезапно заговорил Лу Чжоу.

“Забавно”

Ирик столкнулся с проблемой, он прекрасно понимал,что не выиграет словесный спор с Лу Чжоу, поэтому просто выбросил кулак в сторону парня. На лице Лу Чжоу не было ни капли страха. Он даже не попытался уклониться от удара. Удар был довольно быстрым, он мог и не успеть уклониться.

Но это не шло ни в какое сравнение с его профессиональным телохранителем…

Когда Ирик увидел, что его кулак всё ближе и ближе к вонючему лицу Лу Чжоу, он злобно улыбнулся.

Кто-то смеет называть меня жалким?

Никто в городе Носовка не осмелился бы сказать мне такое.

Клянусь, я собираюсь сломать этому парню челюсть.

Однако, когда его кулак приблизился к лицу Лу Чжоу, огромная волна силы ударила его в локтевой сустав.

Он услышал щелчок, а затем почувствовал удар в живот. Он отлетел к стене.

Дуанг!

Его тело врезалось в мусорный бак.

Крик медсестры услышал охранник.

Ван Пэн вытянул руку и посмотрел на лежащего на земле мужчину. Он свободно говорил по-русски.

“Нет необходимости размахивать руками”.

Несмотря на то, что именно Лу Чжоу спровоцировал Ирик…

Ван Пэну было все равно.

Ирик не чувствовал своей правой руки. Он встал и закричал: «Тебе конец! Как ты посмел меня ударить! Я тебя прикончу! Ой…»

Казалось, что Ван Пэн проявил милосердие.

Если бы Ван Пэн ударил его в горло или в коленную чашечку, а не в живот, Ирик уже был бы в отделении неотложной помощи.

Лу Чжоу не обратил внимания на мужчину, кричавшего на земле. Он взял бланк согласия на лечение и разорвал его на части.

Он уже собирался выбросить его в мусорное ведро, когда заметил упавший на землю клочок бумаги.

Выглядело это так, словно оно выпало из кармана толстяка.

Судя по всему, это было похоже на медицинскую справку.

Охранники окружили место происшествия. Прибыли сотрудники Федеральной службы безопасности и разговаривали с Ван Пэном.

Лу Чжоу поднял листок бумаги, выпавший из кармана Ирика.

Когда он прочитал справку, его сердце ушло в пятки.

Рак легких - четвёртая стадия!

Глава 1023. Я найду способ

Лу Чжоу стоял в чисто-белом системном пространстве, смотрел на свой инвентарь и думал.

Прочитав диагноз Веры час назад, он отправился в системное пространство. Хотя он и не знал, зачем пришёл сюда, интуиция подсказывала ему, что это единственное место, где её можно спасти.

Рак 4 стадии…

Насколько мог судить Лу Чжоу, кроме ошибочного диагноза, лекарства от этого не существовало.

Но он знал, что раковые клетки не будут проблемой для развитой цивилизации с высокими биотехнологиями.

Однако ситуация была не такой оптимистичной, как он думал.

Азотный щит?

Это бесполезно.

Энергетическая медицина?

Ей нужен отдых, а не какие-то стероиды.

Осталось несколько таблеток для запоминания…

Но это, очевидно, бесполезно.

Пасхальное яйцо?

Лу Чжоу увидел красочное пасхальное яйцо, лежащее в инвентаре, и чуть не рассмеялся.

Это наименее полезная вещь, которую я когда-либо получал от системы…

Ладно, один из наименее полезных.

Лу Чжоу закрыл свой инвентарь и посмотрел на панель характеристик.

В обычных условиях продолжительность жизни пациентов с раком четвёртой стадии составляет от 3 до 12 месяцев.

Конечно, если бы пациент был здоров и соблюдал режим лечения, он мог бы прожить дольше. Были случаи, когда пациенты с прогрессирующим раком лёгких проживали более семи лет.

Однако на это ушло всего семь лет.

И процесс химиотерапии на протяжении семи лет был мучительным.

Если это было так, возможно, ее отец был прав.

Было бы лучше положить конец страданиям.

Однако у ее отца были скрытые мотивы, стоящие за всем этим…

Лу Чжоу закрыл свой инвентарь, и его сознание вернулось в реальный мир.

Он уставился в потолок своего гостиничного номера и глубоко вздохнул, крепко сжав кулаки.

Я человек своего слова.

Даже если система не сможет мне помочь…

Я спасу ее!

…

Лу Чжоу открыл дверь, выходя из своей комнаты.

В коридоре он увидел Ван Пэна, который уже вернулся из больницы. Он заговорил с ним.

“Насколько это серьезно?”

Ван Пэн: “Ты о чем?”

Лу Чжоу: “Драка”.

Ван Пэн улыбнулся и сказал: “Ничего особенного”.

Лу Чжоу: “А как насчет Ирика?”

Ван Пэн: «Федеральная служба безопасности предупредила его, и он ушёл. Он сказал, что подаст на вас в суд, но я думаю, что он просто блефует».

Похоже, тогда все в порядке.

Лу Чжоу кивнул и протянул руку.

“Одолжи мне свой телефон”.

Ван Пэн знал, чего хочет Лу Чжоу. Из внутреннего кармана пиджака он достал телефон, который Максим подарил Лу Чжоу, когда тот впервые приехал в Россию.

Лу Чжоу нажал кнопку быстрого набора на телефоне.

Вскоре телефон был подключен.

“Ты уже звонишь мне? Что случилось?”

Лу Чжоу: “Мне нужна услуга”.

Максим: “С больницей?”

Лу Чжоу: “... Как ты узнал?”

Максим: «Конечно, мы уже договорились о её переводе в лучшую больницу Москвы. Она будет переведена, как только её состояние стабилизируется».

Это было меньшее, что они могли сделать в благодарность за помощь Лу Чжоу с термоядерной электростанцией.

Судя по всему, Федеральная служба безопасности провела расследование в отношении российской энергосистемы и обнаружила вредоносный код, который был внедрён в неё много лет назад.

Как бы то ни было, со стороны Максима было мило отплатить ему тем же.

Лу Чжоу на секунду замолчал и сказал: «Раз уж вы так рады помочь, не могли бы вы сделать для меня ещё кое-что?»

Москва нахмурилась и сказала: «Что вам нужно… Даже лучшая больница в Москве может лишь замедлить её состояние и уменьшить боль. Полное выздоровление невозможно, даже если вы положите её в лучшую больницу в мире».

Если бы это была вторая стадия, надежда все еще была бы.

Но 4…

Это была медицинская проблема, с которой столкнулось всё мировое медицинское сообщество, и её не могла решить одна-единственная больница.

— Не волнуйся, я не прошу тебя вылечить её, — Лу Чжоу вздохнул и сказал: — Когда её состояние стабилизируется, перевези её в Пекин.

Максим: “Пекин?”

Лу Чжоу кивнул.

“Да, я найду способ”.

…

Конференция продолжилась, как и было запланировано.

Но в зале царила унылая атмосфера.

Особенно после утреннего доклада Веры большинство слушателей не могли сосредоточиться на докладе. Люди обсуждали этот вопрос во время обеда в буфете.

“Ты знаешь, что у нее есть?”

“По-видимому, это лейкемия”.

— Лейкемия? Рвота с кровью? Я слышал, что это рак желудка… неизлечимый рак!

“Правда?”

— Не уверен, это просто слухи. Кроме того, по-видимому, Сигэфуми Мори и её отец поссорились, потому что её отец хотел отказаться от лечения и забрать себе 15 000 призовых.

— Господи, и всё это всего за 15 000 канадских долларов… Он вообще отец? Я уверена, что зарплата Веры в Принстоне превышает сто тысяч долларов в год.

«Никогда нельзя недооценивать жадность русского алкоголика. Возможно, он думает, что сбережения его дочери достанутся ему».

“Эй, не все русские жадные”.

“Извините, я приношу свои извинения...”

“…”

Лу Чжоу спокойно ел свой обед, игнорируя дискуссию вокруг него.

Шульц сел напротив него. Шульц хотел сказать ему несколько слов утешения, но, увидев, что Лу Чжоу глубоко задумался, решил не говорить и спокойно съел свой обед.

Когда Лу Чжоу почти закончил есть, Шульц внезапно заговорил.

— Новости на MathOverflow… Я видел фотографию, которую кто-то опубликовал. Вы подрались с кем-то в больнице?

Лу Чжоу: «Мой водитель был тем, кто дрался, другой парень напал первым».

Шульц: “Тогда тебе следует объясниться с ними”.

— Тут нечего объяснять, — Лу Чжоу вытер рот салфеткой и бросил её в мусорное ведро. Он встал и сказал: — У меня нет времени разбираться с этими овцами.

Рак преследовал человеческую цивилизацию на протяжении тысячелетий, и справиться с ним было гораздо сложнее, чем решить математическую задачу.

Однако у Лу Чжоу было два варианта.

Лу Чжоу не задержался в кафетерии надолго. Он сразу направился во временный офис Международного математического союза. Генеральный секретарь организационного комитета ушёл обедать, но его помощник был здесь.

Помощник увидел, что Лу Чжоу стучит в дверь. Он отложил столовые приборы и вытер рот.

“Дорогой профессор Лу, чем я могу вам помочь?”

— Всё в порядке, вы можете продолжать есть, я просто хочу задать вопрос, — сказал Лу Чжоу. — Доска из седьмого лекционного зала всё ещё здесь?

Ассистент быстро отреагировал.

— Она здесь… но после инцидента лекционный зал закрыли.

Лу Чжоу: “Могу я пройти в него?”

Ассистент был немного обеспокоен.

«Генеральный секретарь хочет закрыть лекционный зал, дождаться окончания конференции и связаться с отелем по поводу инцидента… Если вы хотите посмотреть записи на доске, отчёт записан, вы можете…»

Лу Чжоу снова заговорил, и на этот раз его тон был требовательным.

— Отведи меня туда, я сам объясню всë Генеральному секретарю.

Ассистент немного поколебался, прежде чем кивнуть.

“О ... хорошо”.

Глава 1024. Вопрос века

Дверь со скрипом отворилась.

Безмолвная атмосфера лекционного зала была пугающей.

Казалось, что в помещении сохранился вчерашний хаос. На полу были беспорядочно разбросаны листы бумаги, даже стул, который он опрокинул, всё ещё лежал на полу.

Лу Чжоу вспомнил вчерашний день, сцену, от которой у него замерло сердце…

Увидев, что Лу Чжоу безучастно смотрит на лекционный зал, ассистент не стал его беспокоить. Однако вспомнив о недоеденном обеде, сделал глубокий вдох и сказал: «Если вы хотите остаться здесь подольше, не забудьте закрыть дверь. Вам нужен ключ?»

“Конечно”.

Лу Чжоу кивнув, взял ключ. Он сказал: «Я верну его профессору Хельге Холдену, а вы можете идти».

Профессор Хельге Холден был генеральным секретарём Международного математического союза и одним из главных организаторов конференции. Он отвечал за планирование места проведения и реагирование на чрезвычайные ситуации.

Ассистент обрадовался услышал, что Лу Чжоу сам поговорит с Хельге Холденом. Ничего не сказав, ассистент развернулся и ушёл.

Атмосфера в лекционном зале заставила Лу Чжоу почувствовать себя подавленно.

Особенно засохшие пятна крови на доске.

Он не хотел оставаться здесь ни секундой дольше.

Когда ассистент ушёл, Лу Чжоу вошёл в лекционный зал и включил свет. Он закрыл дверь и направился к сцене.

Ему было больно видеть засохшие пятна крови на доске.

Однако больше всего его ранили уравнения на доске.

Будучи опытным математиком, он прекрасно понимал, сколько усилий и напряжённой работы потребовалось для получения этих результатов. На это у него ушло бы как минимум пару недель.

Лу Чжоу понятия не имел, как Вере удалось пережить прошлый год, когда её мучила болезнь.

Однако, увидев эти уравнения, Лу Чжоу наконец понял, почему она скрывалась от него.

Может быть, когда она узнала о своём состоянии, она уже была неизлечима. В противном случае у неё не было причин скрывать это…

В конце концов, ранние симптомы рака похожи на симптомы многих распространённых заболеваний. Не говоря уже о том, что у неё было слабое здоровье, а рак было трудно обнаружить с помощью обычных медицинских обследований.

Когда появились симптомы…

Было слишком поздно.

Это распространённое явление, причина смерти 70% онкологических больных.

Но…

“... Почему это должна быть она?”

Является ли это проклятием получения Филдсовской премии?

Лу Чжоу посмотрел на вычисления на доске и глубоко вздохнул. Его взгляд был полон решимости.

Вероятность того, что система выдаст лекарство от рака за решение гипотезы Римана, была слишком мала. Вместо этого, возможно, решение гипотезы Римана улучшит настроение пациента и каким-то образом уничтожит раковые клетки.

Лу Чжоу никогда не полагался на решение проблем с помощью системы вознаграждения за миссию.

Истинная ценность высокотехнологичной системы заключалась не в наградах, а в самих заданиях!

Согласно инструкциям системы, после выполнения текущей задачи у него была возможность продолжить работу над цепочкой заданий или выбрать три новых случайных задания. И эти случайные задания часто были связаны с проблемами, с которыми он сталкивался в данный момент.

По сути, эти задания были чем-то вроде инструмента для научных исследований. Он анализировал социальный статус Лу Чжоу, его ресурсы и окружающую среду и выдавал ему задания с наибольшей отдачей.

Вероятность того, что появится миссия, связанная с раком, составляла 90%.

Несмотря на недостаток биологических знаний, научные исследования проводились не одним человеком. Институт перспективных исследований мог ему помочь.

Не говоря уже о том, что у него была куча денег. Деньги сами по себе также были сверхдержавой. Особенно в руках ученого, который знал, как тратить деньги.

Принимая все во внимание, у него были довольно хорошие шансы.

Если все это провалится…

Тогда это означало, что этот исследовательский проект был за пределами возможностей современных человеческих технологий.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и попытался сосредоточиться.

“Ваша работа не завершена.

“Я закончу это за тебя...”

Лу Чжоу полностью успокоился; он вошёл в состояние полной концентрации.

Это был один из немногих случаев, когда он мог полностью посвятить себя решению одной проблемы.

Впервые он испытал это чувство несколько лет назад, когда посетил научную конференцию в Принстоне.

Раньше ему приходилось полагаться на систему, чтобы достичь такого состояния концентрации, но теперь для этого достаточно 10 секунд медитации.

Внезапно цифры и символы на доске, казалось, ожили. Уравнения были похожи на ноты на нотном листе, образуя математическую симфонию.

Аудитории не было.

Не было даже музыканта.

Однако Лу Чжоу отчётливо слышал музыку в своих ушах. Ему казалось, что он вернулся в прошлое, в тот класс в Принстоне.

“Я вижу...”

Лу Чжоу посмотрел на расчеты на доске и молча кивнул.

Беспорядочно написанные на доске уравнения были частью неопубликованного и незаконченного исследования Веры.

Большинство объектов на доске были просто концепциями и идеями, изображениями уравнений. Чтобы полностью донести концепцию до аудитории, требовалась строгость математики…

Однако Вера была ученицей Лу Чжоу, поэтому он смог расшифровать код.

Не говоря уже о том, что он находился в состоянии полной концентрации.

«…Разложение [ζ(z)]-1/2[ζ(z)]-1/2=Σnαnn^-z становится усечённым, если ввести ряд φ(z)=Σnβnn^, приняв моделирующее подынтегральное выражение формулы.

«Неудивительно, что мои исследования зашли в тупик. Я был сосредоточен на сложных математических инструментах, таких как метод анализа гиперэллиптической кривой, и пытался внедрить дифференцируемое многообразия в комплексные плоскости. Я игнорировал основы».

Неудивительно, что Чэнь Ян, которого он переманил из математического центра Университета Янь, смог значительно улучшить диссертацию Лу Чжоу.

Лу Чжоу не осознавал этого, но он совершил одно из самых серьёзных преступлений в математике. Это было преступление под названием «доказательство тривиально». Это было всё равно что строить небоскрёб без фундамента.

«Я совершил огромную ошибку. Если бы я не перестал читать лекции, я бы никогда не совершил эту ошибку… Но сейчас не время оправдываться.

«Кроме того, Вера, твои идеи новы, но в деталях есть некоторые проблемы. Например, когда она выбрала значение N в уравнении 8 и когда ввела дифференциальное многообразие в абстрактное пространство комплексной плоскости.

“Я бы сделал это вместо ...”

В лекционном зале было много досок.

Лу Чжоу подошёл к пустой доске и взял маркер. Он начал записывать свои мысли на доске. Казалось, что время и пространство застыли. Ничто другое в мире не имело значения. Это было затишье перед бурей.

И надвигалась большая буря…

Лу Чжоу простоял в этом лекционном зале очень долго, больше часа.

Если бы он проголодался, то мог бы принять добавки, которые были в системном пространстве.

Если он устанет, он может принять какое-нибудь энергетическое лекарство.

Он слишком долго блуждал по этому лабиринту; это был самый близкий к прорыву момент за всё время.

Если бы он сдался сейчас…

Кто знал, когда он снова сможет подойти так близко.

Время быстро пролетело. Лу Чжоу понятия не имел, сколько дней прошло. Его внимание было полностью сосредоточено на полудюжине полностью заполненных досок.

Наконец Лу Чжоу увидел проблеск света в конце туннеля.

Зрачки Лу Чжоу расширялись и сузились. Но он не издал ни звука.

Он был абсолютно спокоен.

Он почувствовал облегчение.

“Я вижу…

“Неудивительно, что это беспокоило людей более полутора веков.

«Это не та проблема, которую можно решить только с помощью таланта и знаний».

Кто бы мог подумать, что восьмистраничный доклад Прусской академии наук так сильно повлиял на стольких великих учёных.

Бесчисленные математические утверждения, предполагающие истинность гипотезы Римана, стали теоремами.

Сегодня, более 150 лет спустя, кто-то наконец ответил на вопрос Римана.

Да, профессор Риман был прав.

Лу Чжоу закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Затем он посмотрел на камеру видеонаблюдения в углу лекционного зала и заговорил.

“Сяо Ай. Собери информацию на доске в статью и загрузи это в arXiv”.

Он знал, что Сяо Ай молча наблюдала за ним последние несколько дней.

Он знал, что дверь в лекционный зал не открыли из-за Сяо Ай. Сяо Ай смогла создать поддельные электронные письма и отвлечь охранников.

Как и ожидалось, на его телефоне появилась серия текстовых сообщений.

[Хорошо! (๑•̀ᄇ•́) و✧]

[Поздравляю, учитель!]

После этого Лу Чжоу достал из системного пространства бутылочку с энергетическим лекарством и сделал глоток.

Он не спал три дня и не спешил ложиться.

Он сидел на трибуне и смотрел на восемь белых досок.

Он просто хотел посидеть здесь и прислушаться к своему сердцу…

Затем он примет свое следующее решение.

Глава 1025. Конференция ICM

Международный конгресс математиков в этом году определённо был самым роскошным. Но, также и самым проблемным. Никто и представить себе не мог, что во время 45-минутного отчёта произойдёт нечто подобное. Кроме того, это случилось с Верой Пулюй, обладательницей Филдсовской премии…

Хельге Хольден, генеральный секретарь Международного математического союза, был раздражён алчными репортёрами.

— Я и представить себе не мог, что случится что-то подобное… Чёрт возьми, почему это должна быть она?

Дверь его кабинета открылась, и вошёл профессор Фефферман в пальто.

Профессор Холден поднял глаза и немедленно заговорил.

“Как поживает мисс Вера Пулюй?”

Профессор Фефферман покачал головой и серьёзно сказал: «Судя по всему, она несколько раз приходила в себя, но ситуация не очень хорошая. Министерство здравоохранения Российской Федерации пригласило нескольких экспертов уровня академика из лучшей московской больницы, но когда дело касается рака… Особенно неизлечимого рака лёгких, диагноз — это не что иное, как смертный приговор. Русские планируют перевести мисс Пулюй в другую больницу».

“В другую больницу? Куда?”

“Очевидно, в Пекин”.

— Китай? Холден на секунду замолчал и спросил: — В Китае есть известная больница для лечения рака? Всё будет в порядке?

«В мире нет ни одной больницы, которая могла бы вылечить неизлечимый рак лёгких, друг мой». Профессор Фефферман вздохнул и сказал: «Даже американцы не смогли бы этого сделать. Поэтому неважно, куда она поедет, она получит лечение того же уровня. Так что, возможно, лучше, чтобы она чувствовала себя комфортно в свои последние дни…»

Было бы здорово, если бы рак выявили на ранней стадии. Но, судя по всему, у Веры уже была диагностирована 4 стадия рака год назад, когда она впервые его обнаружила.

Это было типично для многих пациентов, страдавших этим трагическим заболеванием.

Однако в прошлом году она не сдалась. Она по-прежнему выполняла свою работу и жила каждый день осмысленно и целенаправленно, и это удивило Феффермана.

Принять реальность было нелегко. Нередко можно было увидеть, как кто-то совершает самоубийство после вынесения смертельного диагноза. Феффермен знал, что в молодости он не смог бы поступить, как Вера. Если бы он знал, что ему осталось жить всего год, он, возможно, не стал бы совершать самоубийство, но точно не был бы таким оптимистичным и позитивным. Какой бы интересной ни была математика и какой бы увлечённой ни была его карьера, он хотел попробовать то, чего никогда раньше не делал, может быть, что-то незаконное…

Но она этого не сделала.

Мало того, окружающие почти не замечали в ней никаких изменений, пока она продолжала выполнять свою работу.

Сначала он думал, что она просто застенчивая и замкнутая девушка.

Но теперь казалось, что она была гораздо сильнее и выносливее, чем он думал.

Брови профессора Холдена нахмурились.

“Что это значит?”

Хотя профессор Фефферман и знал историю отношений Веры и Лу Чжоу, он, очевидно, не стал бы рассказывать об этом Холдену. Поэтому он пожал плечами и заговорил.

— Ничего, я просто думаю, что там красивый вид, и ей будет лучше там. Мы же не можем отправить её обратно в Украину. Её отец-алкоголик, разведённый мужчина средних лет, не собирается о ней заботиться.

Профессор Холден подумал о своих печальных семейных обстоятельствах и вздохнул.

“Если вы так говорите...”

Снаружи вошёл его ассистент.

— Профессор, конференция заканчивается через два дня, и отель «CORINTHIA» спросил нас, как мы планируем поступить с ситуацией в седьмом лекционном зале.

Профессор Холден ненадолго замолчал, а затем сказал: «…Пусть они сами с этим разберутся».

На самом деле это было не уголовное дело, поэтому не было необходимости оцеплять место происшествия.

Причина, по которой они это сделали, заключалась в том, что они не хотели, чтобы мрачная атмосфера лекционного зала повлияла на проходящий Международный конгресс математиков. Они хотели максимально уменьшить ущерб.

Теперь, когда с отчётами покончено, лучше будет, если этим займётся отель.

Ассистент сказал: «О да, профессор, у вас есть ключ?»

— Ключ? — профессор Холден на секунду замолчал и сказал: — Я никогда не ношу с собой больше трёх ключей. Разве ключ от седьмого лекционного зала не у тебя.

Ассистент что-то понял и с тревогой заговорил:

«Пять дней назад профессор Лу пришёл ко мне и попросил отвести его в седьмой лекционный зал. Когда я привёл его туда, он взял у меня ключ и сказал, что вернёт его вам позже».

— Профессор Лу забрал у вас ключ? Я не помню, чтобы он возвращал его мне. — Профессор Холден нахмурился и встал, сказав: — Подождите секунду, я пойду проверю.

Хотя взять ключ напрокат не было большой проблемой, он всё равно хотел знать, что происходит.

Профессор Фефферман увидел, как профессор Холден вышел из кабинета, и быстро последовал за ним.

“Я тоже пойду”.

Профессор Фефферман и профессор Холден прошли по коридорам и вскоре добрались до седьмого лекционного зала. Профессор Холден постучал в дверь, но понял, что она не заперта. Немного поколебавшись, он протянул руку и открыл дверь. Дверь тихо скрипнула, за ней последовал порыв воздуха. Очевидно, человек, сидящий внутри, был здесь долгое время. Профессор Холден посмотрел на Лу Чжоу, который сидел на трибуне. Он вдруг заметил восемь белых досок на сцене. Профессор Фефферман тоже это заметил.

Он недоверчиво уставился на доску. Он взглянул на заключительную строку на последней доске и сглотнул.

“Вы ... доказали это?”

— Вроде того, хотя это было не так просто, как сказал сэр Атия, и я не уверен, что многие смогут это понять, но… я наконец-то решил задачу, я в этом уверен.

Лу Чжоу оглянулся на профессора Холдена и профессора Феффермана, которые были совершенно потрясены.

“И еще, ребята, не могли бы вы принести мне сэндвич?

“На самом деле, я довольно голодный, можете принести два?”

Глава 1026. Девятый уровень математики

Целый год исследований. Включая подготовительные и основные работы, это заняло больше года. Ещё не на одно своё исследование Лу Чжоу не тратил столько времени и сил. Чтобы найти решение для распределения нулевых точек, он перепробовал почти все возможные методы исследований. В конце концов он выбрал доказательство, основанное на идее сходимости критических линий, и использовал метод анализа гиперэллиптических кривых для доказательства гипотезы квази-Римана. Чтобы найти критическую линию, он перепробовал почти все известные ему методы. К счастью, все это того стоило. Не будет преувеличением сказать, что эта гипотеза стоила больше, чем все его математические исследования вместе взятые. Если бы гипотеза Римана была верна, то любое нечётное число, большее 7, можно было бы представить в виде суммы трёх простых чисел. Любой, кто хоть немного разбирается в теории чисел, знает, что это более слабая форма гипотезы Гольдбаха. Эта слабая гипотеза была доказана в 2013 году профессором Хельфготтом, исследователем из Высшей нормальной школы*

Он использовал метод анализа Фурье и опубликовал своё исследование в одном из четырёх ведущих математических журналов. И это была лишь одна из возможностей доказать гипотезу Римана. Почти половина исследований в области аналитической теории чисел в XX веке была основана на предположении, что гипотеза Римана верна. В 1901 году Хельге фон Кох показал, что гипотеза Римана эквивалентна определённому утверждению о распределении простых чисел. Подобных случаев было много. Таким образом, доказательство нулевого распределения дзета-функции Римана было подобно сброшенной на математическое сообщество ядерной бомбе. Даже если не принимать во внимание тысячи утверждений, которые теперь стали теоремами, гипотеза Римана всё равно оказала огромное влияние на математику. Была только одна причина.

Гипотеза Римана была похожа на мост, соединяющий две горы — алгебру и геометрию.

Теперь две горы были соединены.

Объединение алгебры и геометрии…

Это было конечное утверждение математики, аналогичное единой теории поля.

Несмотря на то, что математика была разнообразной областью со множеством направлений, учёные никогда не прекращали изучать древние теории.

Потому что древние утверждения пролили свет на будущее математики!

Таким образом, в чисто математическом смысле гипотеза Римана была одной из самых ценных задач тысячелетия. Она была гораздо сложнее уравнений Навье — Стокса.

Они вообще не были сопоставимы…

…

Попросив профессора Холдена принести ему еды, Лу Чжоу продолжил сидеть на лекционном столе. Он пристально смотрел на доски. После того как профессор Холден попросил своего ассистента принести еду из столовой, они с профессором Фефферманом стояли и рассматривали доски. Понять написанное на первой доске было непросто, даже первую лемму было трудно понять. Профессор Фефферман был также хмур и задумчив. Лу Чжоу не обратил на этих двоих внимания . Он продолжал смотрел только на доску. Задача системы была проста. Он должен был завершить доказательство и опубликовать его. Это было именно то, что он сделал, когда доказал гипотезу Гольдбаха. Сяо Ай уже закончил работу над диссертацией и загрузил её на arXiv. Он услышал знакомый голос в своей голове. Узел в его сердце наконец-то развязался.

Он знал, что это произойдет.

Он знал, что система примет его доказательство.

Но, услышав это, он все равно почувствовал облегчение.

Наконец-то, он наконец-то взобрался на эту гору!

Он открыл глаза и оказался внутри чистого белого системного пространства.

[Поздравляем пользователя с завершением призовой миссии!]

[Оценка: это пробудило в человеческой цивилизации желание покорить следующую эру, хотя путь в будущее долог…]

[Требования: доказать гипотезу Римана в течение трёх лет! (Выполнено)]

[Награды за миссию: 10 000 общих баллов, два миллиона баллов математического опыта. «Легендарная» карта миссии.]

[Награда за оценку: 2 общих балла.]

Перед ним появилась обновленная панель характеристик Лу Чжоу.

Математика: уровень 9 (-/???)

Физика: уровень 7 (113 215/1,2 миллиона)

Биохимия: уровень 6 (10 000/600 000)

Инженерия: уровень 6 (0/600 000)

Материаловедение: уровень 6 (163 000/600 000)

Энергетика: уровень 4 (0/200 000)

Информатика: уровень 4 (0/200 000)

Общие баллы: 24 335

Его шкала прогресса мгновенно заполнилась, и два миллиона очков математического опыта подняли его с 8-го до 9-го уровня. Ему оставался всего один уровень до 10-го. Не говоря уже о 20 000 общих очков. Что его удивило, так это то, что шкала опыта и очки опыта, необходимые для повышения уровня, исчезли, а вместо них появились вопросительные знаки. Однако Лу Чжоу было всё равно. Он сразу же выбрал легендарную карту задания на панели заданий.

Волна синего света прокатилась по информационному экрану. Когда Лу Чжоу увидел три случайно выбранные миссии, его сердце упало. Он глубоко вздохнул и заговорил дрожащим голосом.

“Система, сколько общих пунктов для ... решения проблемы рака?”

Ответа не последовало. Лу Чжоу знал, что это произойдет. Ни одна из миссий не была связана с раком, а значит, задача по лечению рака была далеко за пределами его возможностей. В противном случае система не стала бы давать ему миссию по биохимии. Кроме того, для решения задач, которые выходили за рамки его знаний, системе требовалось огромное количество общих баллов. Для задач, которые были на два уровня выше его уровня знаний, система даже не отображала количество необходимых общих баллов. Потому что даже если бы у него было решение от системы, он не смог бы его применить. В конце концов, общие положения могли лишь ускорить его научные исследования, но не давали ему полного решения. Это было похоже на использование общих баллов для компенсации времени, которое он должен был потратить на исследования. Идея использования общих принципов для решения задач заключалась в том, что он должен был уметь решать задачи без помощи системы. Когда он спросил систему о контролируемом ядерном синтезе, система выдала ему астрономическое число. Это, по крайней мере, дало ему надежду на решение проблемы.

Но рак…

С точки зрения системы, человеческая цивилизация даже не до конца изучила патогены, не говоря уже о том, чтобы победить рак. Не было возможности завершить этот исследовательский проект в короткие сроки.

“... Похоже, я не могу полагаться на миссии”.

Лу Чжоу ненадолго замолчал и закрыл системную панель. Это конечно расстраивало, но не удивляло.

Также важно было знать, можно ли решить академическую проблему. Если даже высокотехнологичная система из развитой цивилизации заявила, что рак невозможно вылечить с помощью современных технологий…

Лу Чжоу знал, что делать.

…

Выйдя из системного пространства, он почувствовал, как по его позвоночнику разливается тепло. Ощущение перехода с 8-го уровня на 9-й было в десять раз сильнее, чем при переходе с 7-го на 8-й. Однако это чувство не заставило его упасть в обморок. Вместо этого оно придало ему сил. Казалось, что он не только получил больше знаний, но и его мозг стал сильнее. Конечно, он чувствовал себя все более и более голодным. К счастью, после того как он покинул системное пространство, в лекционный зал вошли ассистент профессора Холдена и двое сотрудников отеля. В дополнение к двум сэндвичам с беконом и салатом, была чашка тёплого кофе. Возможно, из-за его неопрятного вида сотрудник отеля любезно принёс ему зеркало, бритву и салфетки. Однако Лу Чжоу сначала быстро проглотил сэндвичи. Профессор Холден, стоявший рядом с ним, терпеливо ждал, пока Лу Чжоу допьёт свой кофе. Когда Лу Чжоу брился перед зеркалом, Холден спросил: «Не могли бы вы… объяснить мне?»

Лу Чжоу ответил кратко: «Могу, но не сейчас. Мне нужно кое с кем встретиться. Я загрузил статью на arXiv. Если вам интересно, можете скачать и прочитать».

Профессор Холден сказал: “Вы уже загрузили статью?”

— Да, — Лу Чжоу кивнул и посмотрел на часы. — Я загрузил его пять минут назад.

…

*Высшая нормальная школа в Париже (фр. École normale supérieure) — французское государственное учреждение в сфере высшего образования в подчинении министерства высшего образования и научных исследований Франции.

Глава 1027. Свидетели истории

Лу Чжоу был прав. Сяо Ай загрузила диссертацию около пяти минут назад, и в это же время появилось системное сообщение о завершении миссии. Однако, несмотря на то, что статья была загружена, её было трудно читать. Потому что в течение этих пяти минут… Произошел сбой сервера arXiv!

Как правило, у таких академических сайтов не было большого количества посетителей. Из-за затрат на эксплуатацию серверов их мощность часто была небольшой.

Но почти каждый математик в мире получил уведомление о доказательстве гипотезы Римана. В Америке было 9 утра, и даже учёные, не связанные с математикой, зашли на arXiv и начали скачивать статью.

Администратор arXiv понятия не имел, что происходит. Он думал, что они подверглись DDoS-атаке*. Затем сервер вышел из строя.

MathOverflow, математический форум для математиков, полностью взорвался.

[Доказательство гипотезы Римана. Ребят, вы видели статью на arXiv?!]

[Бл*дь какого х**! Веб-сайт не работает!]

[Я это видел… Очень сомневаюсь что это правда]

[Господи, сегодня не первое апреля!]

[Кто-нибудь закончил читать диссертацию? Что в ней говорится? Это настоящее доказательство?]

[Это выходит за рамки моих исследований, но я думаю, что профессор Тао прямо сейчас читает статью. Он просто отложил все свои лекции и встречи на следующую неделю.]

[Подождите-ка, Тао в ICM? Он поехал в Санкт-Петербург?]

[Он не поехал в этом году, как жаль.]

Профессор Тао был не единственным, кто сожалел о том, что не поехал на конференцию. На самом деле, многие учёные, которые не смогли приехать на эту конференцию по разным причинам, очень сожалели об этом. Почему это должно произойти именно в этом году? Почему в этом году я не поехал? 60-минутный доклад профессора Лу должен был состояться через два дня, и темой доклада была гипотеза Римана.

***

С другой стороны, в представительском зале отеля «Corinthia». Два известных профессора математики скромно сидели у окна. Одним из них был Фальтингс, другим - Делинь. Они вдвоем пили кофе, разговаривая о мире математики.

«… То, что случилось с мисс Пулюй, — большая потеря. Это тяжёлый удар для всего математического сообщества. Я хотел пригласить её работать со мной. Я не ожидал, что произойдёт нечто подобное».

«Жизнь жестока… Мы можем только надеяться, что она проведёт остаток своих дней наилучшим образом».

Профессор Делинь вздохнул и посмотрел на Фальтингса, сказав: «Кстати, ты ведь уже старик, не пора ли тебе отдохнуть?»

— Пока нет, я хочу кое-что оставить после себя, прежде чем уйду на покой… Теперь я понимаю, что чувствует сэр Атия.

Профессор Делинь беспечно посмотрел на него и ничего не ответил. Слишком много печальных вещей происходило одновременно.

Внезапно он услышал шаги со стороны входа в представительский зал. Он увидел идущего навстречу профессора Феффермана. Фефферман выглядел так, словно только что увидел привидение. Профессор Делинь нахмурился и хотел было заговорить, но Фефферман заговорил первым.

В ту секунду, когда он заговорил, все замерли.

“Гипотеза Римана была доказана”.

Все стихло. Если бы сейчас на пол упала булавка, звук падения услышали бы все.

Профессор Фальтингс даже не поднял головы, когда сказал: «Невозможно».

Профессор Делинь также пожал плечами и сказал: “Веселая шутка”.

Профессор Фефферман знал, что они так скажут, поэтому он сказал Делиню: «Ваш студент это доказал».

Внезапно выражения на лицах двух профессоров резко изменились.

Особенно профессор Фальтингс. Он открыл рот и поднял глаза.

“... Ты говоришь о Лу Чжоу?”

— Да, — профессор Фефферман кивнул и сказал: — Он единственный ученик Делиня, изучающий теорию чисел.

“…”

Профессор Фальтингс и профессор Делинь посмотрели друг на друга. Профессор Делинь был сбит с толку. Его пальцы дрожали, когда он поправлял очки. Затем он посмотрел на профессора Феффермана и спросил: «Вы уверены? Это он вам сказал?»

Профессор Фефферман вспомнил сцену в седьмом лекционном зале. Он вздохнул и заговорил.

— Я не уверен, но он уже загрузил диссертацию на arXiv. Вы можете найти её на MathOverflow. Весь математический мир говорит об этом, и исследователи уже начали читать его статью…

Профессор Делинь глубоко вздохнул. Однако он не сразу зашёл на arXiv. Вместо этого он откинулся на спинку стула и расслабился.

Фальтингс сделал то же самое.

Фальтингс посмотрел на Делиня и сказал.

“Кажется, мы стали свидетелями истории”.

Через некоторое время Делинь ответил:

“Да… Это происходит так внезапно”.

Если бы Лу Чжоу действительно доказал гипотезу Римана, то количество теорем теории чисел, которые надо доказать, сократилось бы вдвое, а объём учебников по теории чисел увеличился бы вдвое. Конечно, если предположить, что Лу Чжоу был прав.

* DDoS-атака (Distributed Denial of Service) — это онлайн-атака на системы компании, при которой злоумышленники посылают огромное число запросов. Это делается, чтобы загрузить серверы, используя уязвимости в системе безопасности.

Глава 1028. Слава человеческого разума

Больница Санкт-Петербурга.

Несчастная девушка лежала на белой больничной кровати, её прекрасные длинные светлые волосы будто потускнели. Несмотря на это она мирно спала. Лу Чжоу сидел рядом с больничной кроватью. В руках он держал толстую книгу и тихо читал.

«Хотя эта восьмистраничная диссертация, написанная в Прусской академии наук в городе Бреславль, полностью изменила облик математики на следующие полтора столетия, его бог не даровал ему долголетия. Покойный великий математик Риман прожил всего 39 лет. Он скончался в итальянском городке на берегу озера 20 июля 1866 года. По словам его близкого друга Дедекинда, за день до своей смерти он сидел под деревом и познавал мир математики. Дедекинд писал в своих мемуарах: «Когда настал этот момент, он не выказал никаких признаков страха перед смертью. Вместо этого казалось, что он наслаждается ощущением, как его душа отделяется от тела. Его жена принесла ему хлеб и вино, и он сказал ей: «Поцелуй нашего ребёнка. Читай за него молитвы». Это были его последние слова. Замолчав, он посмотрел на небо, и его жена почувствовала, как холодеет его рука, пока его сердце наконец не остановилось.... "

"Для тех эксцентричных гениев, которые видят мир по-своему, Вселенная часто бывает жестока.

«Вейль провёл вторую половину своей жизни в страданиях. В 1959 году доклад Нэша в Колумбийском университете о доказательстве гипотезы Римана стала началом его шизофрении. В 1970-х гипотеза Римана стала непосредственной причиной бегства Гротендика из дома…

«…Однако именно благодаря этим жертвам мы можем по-новому взглянуть на Вселенную.

«Независимо от того, станет ли человек, который в конце концов докажет её, бессмертным, одно можно сказать наверняка: история запомнит всех людей, которые прикоснулись к ней. Слава того, кто получит последнюю корону, может принадлежать только одному человеку, но слава человеческого разума принадлежит всем…»

Внезапно ресницы девушки дрогнули. Лу Чжоу заметил это легкое движение. Он закрыл книгу и посмотрел на её бледное лицо. В комнате внезапно воцарилась тишина. Сапфировые глаза постепенно открылись, встретившись взглядом с Лу Чжоу. Ее щеки залились румянцем, и она быстро отвела взгляд. Лу Чжоу усмехнулся и положил книгу на прикроватный столик.

- “Когда ты проснулась?”

Вера покраснела:

- “Вы заметили?”

- «Я заметил это, когда читал рассказ профессора Римана».

“Извините...”

Лу Чжоу посмотрел на Веру:

- “Нет необходимости извиняться”.

“Нет, я хочу извиниться за ... мой отчет”.

Лу Чжоу не мог не улыбнутся этой искренней девушке и сказать успокаивающим тоном.

- «Ты не сделала ничего плохого и ты отлично справилась. Никто из присутствующих там учёных не справился бы лучше, если бы оказался на твоём месте, даже я».

Гений был даром, которым обладали лишь немногие, но смелость и упорство приходили только с тяжёлым трудом. Очень немногие люди обладали и тем, и другим. Она должна гордиться собой. В комнате внезапно воцарилась тишина. Единственным шумом осталось тихое тиканье часов на стене. Тиканье часов казалось секундным отсчётом жизни молодой женщины. Однако по какой-то причине Лу Чжоу не выглядел грустным или отчаявшимся. Вера была рада это видеть. Эмоции были заразительны. На самом деле она боялась не смерти, а людей, которым было не всё равно, как она страдает в свои последние дни. Не было причин грустить из-за того, что нельзя было изменить. Жизнь каждого человека когда-нибудь заканчивается, просто для неё этот день наступил раньше, чем для большинства. Она была благодарна математике за то, что та изменила её жизнь. Золотая медаль IMO позволила ей получить предложение из Беркли, сбежать из своей ужасной семьи и познакомиться со множеством хороших людей… Включая Лу Чжоу. Все началось с математики, теперь математикой должно было закончиться. Все шло свои чередом. По крайней мере, она могла насладиться теплом в свои последние дни. Что касается обещания премии Филдса, это не имело значения.

“Хм…”

Лу Чжоу: “Тебе что-нибудь нужно?”

Вера глубоко вздохнула и заговорила извиняющимся тоном: «… Простите, что скрывала это от вас. Когда мне впервые поставили диагноз, я чувствовала, что… мой мир рушится».

Лу Чжоу кивнул:

— Я понимаю, но есть вещи, которые ты не должна переносить в одиночку.

Вера хотела сказать, что не хочет причинять боль окружающим. Однако Лу Чжоу не дал ей возможности заговорить. Потому что он уже знала, почему она скрывала это от всех.

— Ладно, хватит об этом. И тебе не нужно извиняться, давай поговорим о чём-нибудь приятном.

“... Приятном?”

— Да, — кивнул Лу Чжоу. Он достал стопку бумаг, словно фокусник, и сказал: — История ещё не закончена. Благодаря прекрасной молодой леди все точки сошлись. Наконец-то это бесконечное исследование подошло к концу. На самом деле, все пересекают финишную черту одновременно, разница лишь в том, что каждый переживает уникальные события». Лу Чжоу улыбнулся и продолжил непринужденным тоном.

- “Я отвлекся… “По сути, я доказал гипотезу Римана”.

Несмотря на то, что научное сообщество не оценило его диссертацию, система признала его доказательство, так что проблем быть не должно. Как только эти слова слетели с его губ, атмосфера в больничной палате застыла. Ее зрачки расширились и начали наполняться слезами. Её крошечные ручки крепко сжимали простыни. Она хотела встать, но была слишком слаба. Её губы дрожали, когда она говорила.

“Правда?”

Медсестра, стоявшая неподалеку, сердито посмотрела на Лу Чжоу и сказала: «Сэр, пожалуйста, воздержитесь от слов, которые могут спровоцировать пациента, иначе нам придётся попросить вас уйти…»

Однако Веру совсем не волновала медсестра. Она взволнованно посмотрела на Лу Чжоу и заговорила.

— Нет, всё в порядке, расскажите мне! Как вы доказал, что кривая Re(s)=1-c/ln[|Im(s)|+2] стремится к 1, когда S приближается к бесконечности! Я перепробовала всё, что могла, но… Лу Чжоу знал, что Вера скажет это. Он поднял руку, жестом призывая её успокоиться.

— Я расскажу тебе, но только если ты успокоишься. Иначе эта добрая леди выставит меня отсюда.

Медсестра гордо ухмыльнулась и кивнула. Вера старалась успокоиться и неподвижно лежать на больничной койке. Её глаза были полны любопытства и волнения. Лу Чжоу откашлялся и взглянул на диссертацию, которую держал в руке.

- «Благодаря вашей помощи я наконец кое-что понял. Ответ на ваши вопросы можно найти в этой статье».

Вера прошептала: “Ты можешь мне это прочесть?”

Лу Чжоу: “Нет”.

Её сапфировые глаза наполнились слезами, и она заговорила ещё тише.

“Тогда ... могу я это прочитать?”

Лу Чжоу: “Нет”.

Глаза Веры расширились, и она недоверчиво посмотрела на Лу Чжоу.

- “Почему?”

Лу Чжоу говорил серьезным тоном.

— Сначала ты должна кое-что пообещать мне. Тогда ты сможешь читать его сколько угодно.

Вера была сбита с толку, по-этому спросила: “Что...?”

Лу Чжоу подавил желание поделиться своим доказательством и отложил бумаги.

“Поезжай со мной в Пекин. Там я тебе все расскажу”.

Глава 1029. Хватит и часа

Математическое сообщество сходило с ума из-за гипотезы Римана. В отеле «Corinthia», где проходила конференция ICM, все только об этом и говорили. Конференция ICM сильно пострадала из-за произошедшего в седьмом лекционном зале, но гипотеза Римана полностью затмила собой это проишествие…

— “Вы слышали? Гипотеза Римана доказана!”

— Правда? Это же не очередной самозванец? Сколько раз люди заявляли, что доказали гипотезу Римана?

— По меньшей мере, пара десятков человек, а то и сотни… Но в этот раз всё по-другому! Профессор Лу — тот, кто написал статью! Судя по всему, его вдохновил 45-минутный доклад Веры Пулюй, и он завершил последний этап доказательства! Вчера он загрузил диссертацию на arXiv… Весь математический мир говорит об этом, вы не слышали?

— Это невероятно! Гипотеза Римана… Если он прав, как вы думаете, Международный математический союз вручит ему ещё одну Филдсовскую премию?

«Нет никаких сомнений в том, что гипотеза Римана заслуживает этой чести… Но в чём смысл? Если он действительно доказал гипотезу Римана, почему бы просто не учредить премию его имени?»

«Я слышал, что его часовой доклад состоится сегодня днём… Неудивительно, что он попросил, чтобы его доклад был последним на конференции ICM».

— Как вы думаете, он собирается говорить о доказательстве в своём докладе?

— Я не знаю! Но я точно не пропущу доклад, это возможность, которая выпадает раз в жизни!

В отеле было много дискуссий. В кафе, ресторанах или представительских залах все говорили об этом доказательстве. До сих пор никто из учёных не высказал своего мнения по поводу тезиса. Большинство людей даже не дочитали статью до конца. Из-за этого для всех, кто был обеспокоен ходом расследования, но не мог понять суть дела, единственным вариантом было прийти на 60-минутный доклад во второй половине дня. Даже если Лу Чжоу не упомянет свою диссертацию в отчёте, он наверняка хотя бы упомянет о ней. Иначе он не загрузил бы диссертацию за день до отчёта…

В кафе отеля.

Академику Ван Шичэну пришлось обойти множество препятствий, чтобы добраться до бывшего студента Лу Чжоу Цинь Юэ, который преподавал в Принстоне. Ван Шичэн встретился с ним в кафе. Он взволнованно спросил:

— Вы не видели профессора Лу? Я не могу его найти, его нет в номере, вы не знаете, где он?

Если бы не особые обстоятельства, ему бы не хотелось встречаться с Лу Чжоу лично. Но он делал это ради будущего китайского математического сообщества. Цинь Юэ посмотрел на академика Ван Шичэна и на секунду замешкался.

“Нет… Но я думаю, что он может быть в больнице”.

Ван Шичэн, очевидно, не ожидал такого ответа.

“Больница?”

Цинь Юэ кивнул и сказал: «Да, мисс Вера Пулюй — его любимая ученица».

«Почему он в больнице в такое время…» Ван Шичэн расхаживал взад-вперёд и вздыхал. Он покачал головой и сказал: «Забудь об этом, уже слишком поздно, скоро начнётся дневной доклад».

Цинь Юэ посмотрел на взволнованного старика и поправил очки на переносице.

“Вам что-нибудь от него нужно?”

Глаза академика Ван Шичэна расширились, и он сказал: «Это касается будущего математического сообщества Китая. Весь мир следит за этим, я должен хотя бы проверить его, убедиться, что он готов к докладу».

Цинь Юэ сказал: «Если вы беспокоитесь об этом… то думаю зря, тут не о чем переживать».

Ван Шичэн на секунду замолчал и спросил: «…Что ты имеешь в виду?»

Цинь Юэ серьёзно сказал: «Профессор Лу никогда бы не опубликовал диссертацию, если бы не был уверен на 100%. Итак, он более чем подготовлен. Вот почему он загрузил диссертацию в arXiv”.

…

Дискуссии также происходили за пределами отеля. У входа в отель "Corinthia" было припарковано большое количество фургонов представителей СМИ. Несмотря на то, что большинство людей были далеки от математики, гипотеза Римана отличалась от других. Легенды, окружавшие эту гипотезу, а также призовой фонд в миллион долларов способствовали её популяризации даже среди широкой общественности. Именно поэтому профессор Уайлс смог появиться в журнале Times. Если бы кто-то действительно доказал гипотезу Римана, его фотография, без сомнения, появилась бы на обложке журнала Times. Он стал бы самым успешным математиком столетия. Даже не смотря на то, что они прошли всего четверть пути 21 века. Репортёры хотели войти в отель со своими огромными камерами, но их не пустили охранники.

— Я репортёр BBC, вот мои документы, пожалуйста, впустите меня!

«Я из Федеральной службы безопасности, мы не можем никого впустить без приглашения на конференцию. Если вы хотите войти, пожалуйста, свяжитесь с организационным комитетом конференции и получите входной билет».

«Мы свяжемся с ними позже. На самом деле, наш ассистент уже это делает. Пожалуйста, впустите нас первыми, весь мир ждёт, когда мы расскажем о доказательстве гипотезы Римана».

Это заявление явно не произвело впечатления на охранника. Высокий русский мужчина высказался прямо.

“Мне все равно”.

Помимо репортёров, были и учёные, которые прилетели со всего мира. На самом деле конференция ICM подходила к концу, так как завтра должна была состояться церемония закрытия. Эти учёные немного опоздали на конференцию ICM. Однако эти ученые приехали сюда не на конференцию. Настоящая причина, по которой они пришли сюда, заключалась в часовом отчете. Профессор Тао Теренс подтащил свой чемодан ко входу в отель. Наконец он выбрался из толпы у входа в отель и вошёл внутрь, поправляя воротник. Несмотря на то, что он не зарегистрировался для участия в конференции ICM, для такого известного учёного, как он, оргкомитет мог легко забронировать для него номер в отеле и билет на конференцию. Судя по всему, когда он отправил электронное письмо профессору Холдену, свободных мест оставалось всего два.

До того, как диссертация Лу Чжоу была загружена на arXiv, там были десятки пустых гостиничных номеров… Когда профессор Фефферман увидел, как профессор Тао проходит через вестибюль отеля, он был потрясён.

“Ты здесь?”

Лос-Анджелес находился далеко от Санкт-Петербурга. Тао Теренс улыбнулся и сказал: «Конечно, как я мог упустить такую возможность».

Профессор Фефферман посмотрел на сумку с компьютером Тао Теренс и сказал: «Полагаю, вы уже прочитали статью в самолёте. Вы знаете о теории чисел больше, чем я… Мне любопытно, что вы думаете об этой статье?»

Тао Теренс покачал головой и сказал: «У меня есть несколько вопросов. Я не совсем понимаю основную мысль диссертации. У меня было мало времени, так как перелёт длился всего 16 часов, к тому же у меня смена часовых поясов… К чёрту смену часовых поясов, я просто хочу спать. Надеюсь, я не засну во время доклада».

Профессор Фефферман улыбнулся и сказал: «Вы думаете, что сможете заснуть во время лекции профессора Лу?»

Тао Теренс неловко улыбнулся и коснулся своей головы.

“ Вы правы”.

Он никак не мог заснуть в такой важный момент математической истории… На самом деле, он был бы впечатлен, если бы действительно смог заснуть. Профессор Тао немного поговорил с профессором Фефферманом. Он уже собирался зарегистрироваться на стойке регистрации, когда заметил в холле какую-то фигуру.

Он увидел мужчину средних лет с бородой и растрепанными волосами, который, казалось, о чём-то разговаривал с персоналом отеля. Возможно, из-за его внешнего вида охранники настороженно смотрели на него.

Профессор Фефферман заметил профессора Тао и спросил: «Что случилось?»

“... Ничего, я просто немного удивлен”.

Тао Теренс посмотрел на профессора Феффермана и улыбнулся.

“Профессор Лу - настоящий магнит. Не могу поверить, что этот человек здесь”.

…

Доклад начнется через час.

Лу Чжоу вернулся из больницы и заперся в своём номере. В отеле "Corinthia" царила особая аура. Почти все ведущие учёные мира собрались на конференцию ICM в Санкт-Петербурге. Кто-то уже был там, кто-то направлялся в Санкт-Петербург. Не только математики. Эти обсуждения уже распространились с MathOverflow на платформы социальных сетей, такие как Twitter, Facebook и Weibo. Будь то серьёзные дискуссии или научно-популярные статьи, все в мире хотели знать, была ли доказана эта вековая теорема. Большинству людей было бы трудно сохранять спокойствие в такой ситуации. Им было бы затруднительно дышать и говорить. Однако для Лу Чжоу это был просто самый обычный отчёт. Его доказательство гипотезы Римана всё ещё вызывало споры в математическом сообществе, и академическому сообществу потребуется время, чтобы принять его доказательство.

Но для самого Лу Чжоу…

Система уже определила, что его доказательство было достаточным, поэтому он не беспокоился о том, смогут ли другие люди понять его. Не говоря уже о том, что ему нужно было сделать кое-что ещё.

Лу Чжоу стоял перед панорамными окнами и смотрел на фургоны СМИ на улице. Он достал телефон и позвонил Чэнь Юйшань.

— Алло? Что случилось, почему ты вдруг звонишь мне?

Лу Чжоу спросил: “Сколько у меня сбережений?”

Чэнь Юйшань сделал секундную паузу и заговорила.

— ...Откуда мне это знать? Но я, наверное, могу попросить бухгалтера найти копию счетов твоей компании.

“Там есть сто миллионов юаней?”

— ...Ты, должно быть, шутишь, — сказал Чэнь Юйшань. — Там больше миллиарда... Конечно, там будет сто миллионов. Если это не будет так, можешь меня уволить.

Лу Чжоу сказал: “... Я не могу тебя уволить”.

Лу Чжоу не знал, как вести бизнес. Если бы у него не было генерального директора, которому он мог бы доверять, всё стало бы сложнее. Чэнь Юйшань ухмыльнулась и откинулась на спинку своего офисного кресла.

— Скажите, я полагаю, у вас проблемы. Что может стоить таких денег?

— Не то чтобы мне нужно потратить всё сразу, но это довольно хлопотно.

Лу Чжоу потратил около пяти минут, объясняя ей ситуацию. Чэнь Юйшаню потребовалось некоторое время, чтобы переварить информацию.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду… Этот студент очень важен для тебя, верно?

Лу Чжоу: «Да, это звучит немного безумно, но это единственный способ спасти её».

Чэнь Юйшань немного помолчал, прежде чем сказать: «Я понимаю, я сделаю так, как ты говоришь, но сработает ли это…»

Лу Чжоу: «Не волнуйся, я займусь технической стороной».

После телефонного звонка Лу Чжоу позвонил нескольким людям из больницы 301, а также в Институт перспективных исследований. Он вкратце объяснил всем ситуацию. После того как он повесил трубку, в дверь постучали. Он открыл дверь и увидел стоящего там ассистента, который дал ему ключ от седьмого лекционного зала.

— Профессор Лу, профессор Холден попросил меня сообщить вам, что ваш доклад начнётся через 30 минут. Если вы готовы, я предлагаю вам прийти за 15 минут до начала.

Лу Чжоу посмотрел на часы и кивнул

“Хорошо.

“Я сейчас же отправлюсь туда”.

Чем скорее я с этим разберусь, тем скорее смогу вернуться в Китай.

Хватит и часа…

Этого времени должно быть достаточно.

Глава 1030. Из другой вселенной

В начале XX века доклад Гильберта о гипотезе Римана положил начало новому столетнему этапу в изучении гипотезы Римана. И маленькая лодочка, которой была математика, теперь превратилась в гигантский линкор. Наконец-то это столетнее путешествие по исследованию границ человеческого разума подошло к концу. Привлекая внимание всего мира, этот доклад, наконец-то давший ответ на извечный вопрос, начался. Место проведения доклада было битком набито людьми. Даже самый большой лекционный зал в отеле «Коринфия» не смог вместить всех участников конференции, а также людей, приехавших за тысячи миль от сюда. Люди принесли стулья, кто-то сел на пол, а кто-то даже на чемоданы… Репортёры стояли в последнем ряду, и там было всего несколько камер. Чтобы не отвлекать докладчиков, организационный комитет конференции ICM предоставил прессе ограниченный доступ. Поэтому в лекционном зале присутствовали только репортёры крупных СМИ, таких как BBC, CTV и Columbia Television. В зале было очень шумно. Почти все говорили о докладе и диссертации, которые Лу Чжоу вчера опубликовал на arXiv. Внезапно раздался звук открывающейся двери. Дверь рядом со сценой открылась, и все увидели, как в лекционный зал уверенно вошёл человек. Сразу стало тихо. Взгляды всех были обращены на вошедшего. Они ждали, когда он начнет доклад… Лу Чжоу уже собирался начать свой шестидесятиминутный доклад, но, взглянув на собравшихся, передумал.

— «Я знаю, что у вас, ребята, наверняка много вопросов по поводу гипотезы Римана. Когда я только вошёл, я заметил, что кто-то в первом ряду сдерживает желание встать… Я уверен, что у него много вопросов».

В толпе раздались смешки, напряжение в воздухе спало. Лу Чжоу посмотрел на краснеющего молодого человека в первом ряду и сказал:

— «Я должен начать этот доклад, но из-за его особенностей я планирую потратить первые пять минут на то, чтобы ответить на некоторые вопросы аудитории, чтобы вам было проще понять доклад. Если у вас есть вопросы, которые вы хотите задать до начала доклада, можете поднять руку».

Прежде чем он успел закончить говорить, в воздух поднялось множество рук. Лу Чжоу огляделся и указал на кого-то. Парень-индеец, сидевший в первом ряду, встал. Этому учёному было за тридцать, он носил очки и у него были вьющиеся волосы. Он занимался тем, на что математики смотрели свысока, — искусственным интеллектом. Он сразу же задал вопрос.

— “Доказана ли гипотеза Римана?”

Все в аудитории ждали ответ. Хотя учёные, не связанные с аналитической теорией чисел, также интересовались методом, который Лу Чжоу использовал для доказательства гипотезы Римана, и тем, как его инструменты могут повлиять на другие разделы математики, их больше интересовало, была ли гипотеза вообще доказана. Они хотели услышать это от самого Лу Чжоу. Пока все смотрели на него, Лу Чжоу кивнул.

— Да, я уверен, что с сегодняшнего дня это стало теоремой.

В аудитории поднялся переполох. Большинство людей выглядело удивленными.

Честно говоря, чем известнее был учёный, тем больше он заботился о своей репутации. Известный учёный не стал бы утверждать, что доказал известное математическое утверждение, если бы не был уверен на 100%.

В конце концов, если бы они ошибались, их репутация могла быть погублена. Покойный сэр Атья, который однажды заявил, что доказал гипотезу Римана, в последние годы жизни часто сталкивался с тем, что его тезисы отвергались. В основном потому, что он часто заявлял о доказанных вещах, не объясняя их. Даже arXiv отклонил его доказательство гипотезы Римана. Это означало, что Лу Чжоу не мог отступить, поэтому люди были удивлены его смелостью и уверенностью.

Парень-индиец сел. За ним последовал вопрос профессора математики из Колумбийского университета.

— «Что будет дальше? Что будет с областью аналитической теории чисел? Я имею в виду… На протяжении XX века мы совершили бесчисленное количество прорывов в области теории чисел, включая доказательство Великой теоремы Ферма. Многие из этих инструментов появились в результате исследований гипотезы Римана. Теперь, когда гипотеза Римана доказана, что это значит для будущего теории чисел?»

Этот вопрос был намного сложнее предыдущего. Лу Чжоу задумался примерно на пять секунд и ответил.

— Я могу ответить на ваш вопрос, но сделаю это в конце доклада.

Лу Чжоу посмотрел на часы на стене и откашлялся.

“Пора начинать, оставьте свои вопросы в конце. Я обещаю ответить на каждый. Давайте сразу перейдем к делу”.

Лу Чжоу повернулся к доске и взял маркер.

Затем он записал строку текста—

[Доказательство: все нетривиальные нули дзета-функции Римана расположены на прямой Re(s) = 1/2 на комплексной плоскости…]

Он не делал никаких специальных вступительных замечаний. Однако все внимательно смотрели на доску.

Отчет о гипотезе Римана…

В аудитории.

Тао Чжэсюань, сидевший рядом с профессором Фефферманом, уставился на строку текста на доске. Внезапно он воскликнул: «Он меняет содержание своего отчёта!»

— Конечно! — Профессор Фефферман странно посмотрел на него и сказал: — Весь математический мир обеспокоен этим вопросом, он не может просто притворяться, что ничего не произошло.

— Нет, ещё несколько минут назад я не был уверен, что он собирается об этом говорить, — взволнованно сказал Тао Теренс.

Профессор Фефферман открыл рот и сказал:

— …Твои опасения были излишними. Насколько я его знаю, он бы не стал шутить на такие темы.

Пока они разговаривали, Лу Чжоу продолжал писать; его ручка плясала по доске, пока он записывал ряды уравнений.

[ζ(s)=2Γ(1-s)(2π)s-1sin(πs/2)ζ(1-s)…]

[…]

После того, как он доказал первую лемму, он начал доказывать следующую. На доске появлялось всё больше и больше вычислений. Концепции постепенно усложнялись. Академик Ван, Чжан Вэй, Сюй Чэнъян и Ян Юнань были потрясены. Ян Юнань был поражён скоростью, с которой Лу Чжоу писал, и не удержался от восклицания: «Так быстро!» Чжан Вэй, сидевший рядом с ним, сказал: «Похоже, он действительно собирается закончить всю работу за шестьдесят минут».

На самом деле, все думали, что этот отчет придется расширить. В конце концов, судя по статье на arXiv, 60 минут было недостаточно, чтобы объяснить всю статью. Там было слишком много сложных лемм и следствий.

Но теперь все выглядело иначе. Если бы Лу Чжоу продолжал писать с такой же скоростью, ему потребовалось бы около 40 минут, чтобы закончить изложение всего тезиса.

Сюй Чэнъян сказал: «Невероятно… Неужели ему вообще не нужно думать?»

У Лу Чжоу даже не было с собой экземпляра диссертации.

Невероятно было то, что Лу Чжоу даже написал краткое объяснение некоторых шагов, объяснив, почему он записал это уравнение и как оно связано с задачей. Это было похоже…

Лу Чжоу выучил наизусть все доказательство.

Чжан Вэй сказал: “Возможно, он запомнил все этапы”.

Ян Юнань посмотрел на него.

“Это… смешно”.

Цинь Юэ, который до сих пор молчал, вдруг сказал: «Для него это совсем не смешно».

Академик Ван, Ян Юнань и Чжан Вэй посмотрели на Цинь Юэ. Цинь Юэ сделал паузу на секунду и продолжил: «Насколько я знаю, ему вообще не нужно запоминать последовательность действий».

Академик Ван Шичэн нахмурился и сказал: «Значит, он доказывает это на месте?»

— Боюсь, что так, — Цинь Юэ кивнул и сказал: — Для него решить проблему, которую он уже однажды решил, — проще простого.

Иисус Христос…

Это означает, что однажды узнав что-то, он никогда этого не забудет…

Неудивительно, что этот парень - лучший математик современности.

Двое других обладателей медали Филдса, сидевшие в толпе, тоже были шокированы выступлением Лу Чжоу.

— Я не могу в это поверить… — Профессор Акшай потёр нос и сказал: — Он ввёл дифференцируемое многообразие в комплексную плоскость… Метод, который он использовал, совершенно выходит за рамки моего понимания дифференциальной геометрии.

Шольце, сидевший рядом с ним, сказал: «Он хорошо справляется».

Акшай сказал: “Это ... удивительно”.

Шольце: “Почему?”

Акшай уставился в потолок и сказал: «Я не знаю, как он до этого додумался. Не знаю, чувствуешь ли ты то же самое, но мне кажется, что с небес льётся свет, указывая нам путь». Пока Акшай говорил Шольце усмехнулся и тоже посмотрел в потолок. «В этом нет ничего странного. Мы понятия не имеем, как долго он блуждал в этом лабиринте. Похоже, он не собирался делиться своими текущими результатами на этой конференции.

— Да, я понимаю, что вы имеете в виду. Потому что я так же отношусь к этим формулам, они такие непонятные и сложные для восприятия. Точно так же, как работы Гротендика стали библией алгебраической геометрии. Но когда мы пытаемся воспроизвести ход мыслей Гротендика, это похоже на…

Шольце на секунду остановился.

Он искал подходящую аналогию.

Тем временем первая доска на сцене уже была полностью исписана. Сотрудник отеля вытащил на сцену ещё одну доску. Лу Чжоу взял маркер и снова начал писать.

Шольце наконец-то подобрал подходящие слова. Он сказал:

“Они как будто пришли из другой вселенной…

“Как будто этим уравнениям не место в этой вселенной”.

Глава 1031. Будущее теории чисел

Семь досок были полностью исписаны! Восьмую доску вынесли на сцену. Не было никаких сомнений в том, что Лу Чжоу завершит доказательство. Его расчёты и чёткое мышление, а также глубокое понимание математических инструментов произвели впечатление на всех присутствующих в зале. Кто бы мог подумать, что предложение о сложной функции может оказаться таким запутанным. Концепции комплексной плоскости и дифференцируемых многообразий казались совершенно разными, но их объединяла дзета-функция Римана. Маркер Лу Чжоу был подобно дирижёрской палочке Бетховена, беспорядочные простые числа ожили, создавая песню для слушателей. Как и сказал Шольце, казалось, что это что-то из другой вселенной, что-то не из этого мира. Слушатели пожелали, чтобы доклад никогда не заканчивался. Они хотели, чтобы Лу Чжоу продолжал выступать, пока все тайны Вселенной не будут раскрыты перед ними…

Молина сидела в толпе, прикусив губу и сжав кулаки. В её глазах читалось упрямство. Проблема, которая беспокоила её годами, казалась незначительной в присутствии Лу Чжоу. Лу Чжоу даже не остановился и не задумался ни на секунду. Он продолжал писать. Это чувство бессилия приводило ее в отчаяние. Хотя она и не имела права делать выводы о том, верно ли доказательство, судя по атмосфере в аудитории, результат был очевиден. В конце концов, ощущение просветления было очевидным. Даже она сама была убеждена в правоте Лу Чжоу…

Рядом с Молиной сидела её бывшая наставница Софи Морель, профессор математики. Софи посмотрела на свою бывшую ученицу и тихо заговорила.

— На мой взгляд, вероятность того, что он прав, составляет 80%… Что ты планируешь делать?

Молина на некоторое время замолчала и опустила глаза.

— Я не знаю, может быть, поеду на каникулы домой”.

Она провела последнее десятилетие, пытаясь решить эту гипотезу. Хотя она и не хотела верить в то, что видела, реальность часто бывает жестокой. Она проиграла. Софи вздохнула и попыталась утешить Молину.

— Не стоит так сильно переживать из-за этого, есть множество других задач, которые стоит решить.

Молина немного помолчала и сказала.

— Возможно.

…

Это было правильно.

Всё стало очевидно и просто.

Когда заполнялась уже восьмая доска, профессор Фальтингс прищурился. На тот момент…

Словно врата открылись в его сердце. Он видел совершенно новый мир, которого никогда раньше не видел…

Он почти забыл, когда в последний раз испытывал нечто подобное, это было очень давно, ещё при жизни Гротендика. Тогда он написал «наивное» письмо королю алгебраической геометрии…

Профессор Делинь сидел рядом с ним. Делинь внимательно смотрел на доску. Он внезапно спросил: “Ты думаешь, он это сделал?”

Профессор Фальтингс был застигнут врасплох. Он взял себя в руки и дал уклончивый ответ.

— На 90% уверен, что он это сделал.

Профессор Делинь улыбнулся и спросил:

— Когда вы начали говорить с неуверенностью в голосе?

Фальтингсу не понравилась шутка его старого друга. Он спокойно сказал: «В конце концов, это гипотеза Римана, так что мы должны быть осторожны. Кроме того, что ты думаешь?»

Профессор Делинь немного помолчал, а затем ответил.

— Я не могу найти контрпример, чтобы опровергнуть его теорию, точно так же, как не могу найти нетривиальный ноль за пределами критической линии…

Профессор Делинь говорил уверенно.

— Я могу только сказать, что его доказательство логически непротиворечиво.

Профессор Фальтингс выглядел слегка удивленным. Он ничего не сказал в ответ, но Делинь знал, о чём тот думает. Логическая последовательность в основном означала, что доказательство было правильным…

Люди, сидевшие в другом конце зала, тоже обсуждали.

Когда Фефферман увидел, что Лу Чжоу записывает важную формулу, он повернулся к Тао Теренсу и спросил: «Ты лучше разбираешься в теории чисел… Что ты думаешь?»

В глазах профессора Тао вспыхнуло волнение. Однако прежде чем он успел заговорить, мужчина, сидевший рядом, взволнованно встал и сказал:

— Вот и все!

Мужчина проигнорировал неодобрительные взгляды сидящих вокруг него ученых. Как будто этот человек был на футбольном матче, а не на математической конференции. Тао Теренс посмотрел на профессора Феффермана и пожал плечами.

— Похоже… Кто-то ответил на мой вопрос. Я чувствую то же, что и он.

…

Написан последний ряд уравнений. Маркер остановился. В зале воцарилась мертвая тишина. Лу Чжоу сделал два шага назад и посмотрел на аккуратно написанное уравнение на доске. Он потратил тридцать секунд на воспоминания о своём путешествии, а также о каждом шаге, который он сделал, чтобы оказаться там, где он находится сегодня… Это также дало аудитории возможность переварить информацию. Лу Чжоу откашлялся, повернулся к аудитории и заговорил.

«Очевидно, что мы нашли распределение нетривиальных нулей дзета-функции Римана. То есть все нетривиальные нули дзета-функции Римана на комплексной плоскости Re(s) = 1/2 лежат на прямой. Доказательство завершено. Однако путешествие только началось, и миру ещё предстоит найти ответы на многие вопросы.

Например, аналитическое продолжение L-ряда Дирихле; все ли нетривиальные нули L-функции Дирихле также расположены на прямой Re(s) = 1/2 комплексной плоскости? А как насчёт автоморфной L-функции? У нас до сих пор нет ответа на эти глубокие вопросы. История учит нас, что всякий раз, когда мы решаем проблему, нас ждут ещё две более сложные проблемы.

Лу Чжоу сделал секундную паузу и продолжил.

«Есть кое-что, что я хотел бы сказать после того, как научное сообщество оценит мои доказательства, но… я не думаю, что это важно».

В зале воцарилась тишина.

Лу Чжоу чувствовал напряжение в зале. Он кивнул и заговорил громче.

«Прежде всего, давайте ответим на предыдущий вопрос: что будет дальше с аналитической теорией чисел?

«Мой ответ таков: эта древняя дисциплина возродится и станет более процветающей, чем когда-либо. Что касается меня, то, может быть, я буду исследовать L-функцию Дирихле и обобщённую гипотезу Римана… Или, может быть, я буду исследовать нетривиальную функцию корреляции нулевых точек дзета-функции Римана.

Однако меня ждет более серьезная проблема.

Лу Чжоу сделал паузу на несколько секунд и оглядел аудиторию. Он погрузился в атмосферу и сделал глубокий вдох.

“Объединение алгебры и геометрии!”

В ту секунду, когда Лу Чжоу закончил говорить, аудитория была шокирована!

Объединение алгебры и геометрии!

Люди были шокированы, испытывали сомнения, любопытство, растерянность...

“Объединение… алгебры и геометрии? Боже мой”.

“Это звучит нелепо”.

«Академическое сообщество ещё даже не оценило его доказательство, а он уже такой высокомерный!»

“Если кто-то и может это сделать, то только он ...”

В аудитории поднялся огромный переполох.

Глаза академика Вана расширились. Он не мог поверить, что Лу Чжоу предложит нечто столь безумное. Молина выглядела потрясённой, объединение алгебры и геометрии, несомненно, было более сложной задачей, чем гипотеза Римана. Она не понимала, почему он делает такое громкое заявление сразу после доказательства гипотезы Римана.

Фальтингс тоже был удивлен.

Однако его удивило кое-что другое.

Старик уставился на Лу Чжоу и пробормотал себе под нос: «Я не могу в это поверить…»

Объединение алгебры и геометрии…

Это было последнее, что Фальтингс хотел сделать перед тем, как уйти на пенсию.

Он не ожидал, что Лу Чжоу придет в голову та же идея, что и ему.

Глава 1032. Шампанское победы

Объединение алгебры и геометрии было извечной темой. На самом деле, это даже не было настоящей областью исследований. Это было что-то противоположное общему направлению развития математики. В конце концов, все знали, что чем глубже поле, тем больше там будет веток. Математика была такой же. Два столетия назад были такие разносторонние учёные, как Гаусс, но сейчас даже гений с IQ 230, такой как Тао Теренс, разбирается лишь в ограниченном количестве областей. Большинство людей тратят всю свою жизнь на то, чтобы стать профессионалами в одной области. Что касается такого масштабного предложения, как объединение алгебры и геометрии, то, кроме горстки гениев, никто бы не осмелился даже подумать о том, чтобы попытаться решить эту задачу. Поскольку лишь немногие избранные могли справиться с такой проблемой, сама проблема стала гораздо более ценной. В эпоху Декарта и Ферма изучение геометрии с помощью декартовых координат стало первым случаем, когда люди объединили геометрию и алгебру. Представьте, как удивился бы пещерный человек, если бы кто-то дал ему зажигалку и ему не пришлось бы десять минут тереть палочки друг о друга, чтобы разжечь огонь. Несмотря на то, что сейчас этот метод преподаётся в старших классах, в то время он был революционным. Область аналитической геометрии правила миром математики на протяжении веков, пока в 1857 году гений по имени Риман не предложил первую теорию алгебраических функций. Так зародилась алгебраическая геометрия. Позже бесчисленное множество гениев пытались решить эту задачу, постепенно сокращая разрыв между алгеброй и геометрией. В XX веке в мире математики доминировали три основные математические структуры, предложенные группой Бурбаки*. Этими тремя структурами были «алгебраическая структура», «топологическая структура» и «упорядоченная структура». «Теория вероятностей», предложенная Гротендиком, вывела алгебраическую геометрию на новый уровень, а его лекция «Основы алгебраической геометрии» стала библией алгебраической геометрии. Многие люди до этого изобретали математические инструменты, а некоторые создавали целые разделы математики. Но очень немногие могли объединить эти разделы. Все заметили тенденцию к тому, что математика становится все более разнообразной. С другой стороны, должны были быть люди, которые объединяли ветви вместе. На самом деле, поколение математиков, пришедшее после Гротендика, предприняло множество попыток. Например, «Космологическая теория» и «Теория Тейхмюллера» Синъити Мотидзуки предлагали идею объединения алгебраических и геометрических элементов. Кроме его учеников, мало кто мог понять, что он хотел сделать. Другим примером был Шольце, чья теория p-адических чисел и совершенных пространств набирала популярность. Она считалась одним из теоретических инструментов, которые, скорее всего, объединят алгебру и геометрию. Однако математические инструменты существуют не сами по себе; они были созданы для решения задач. В то время как математические гипотезы были своего рода пробными камнями, математический инструмент оценивался по его способности решать задачи. Теперь, когда гипотеза Римана была доказана, Лу Чжоу, несомненно, был ближе всех к обретению Святого Грааля. Подобно тому, как Великая теорема Ферма была доказана великим Уайлсом, человек, доказавший гипотезу Римана, взойдёт на математический престол, положив начало новой эре в математике. Лу Чжоу подсчитал, что если он хочет достичь 10-го уровня в математике, то ему нужно объединить алгебру и геометрию. Хотя система не давала ему конкретных указаний, интуиция подсказывала ему, что делать. В конце концов, ничто не могло превзойти гипотезу Римана. Это было единственное, что оставалось.

…

После доклада была проведена Q&A-сессия*. Поскольку большинство людей не дочитали статью до конца, им нужно было время, чтобы переварить огромный объём информации. Тао Теренс и Шольце встали и задали несколько интересных вопросов. Остальные учёные в этой области исследований промолчали. Некоторые задали вопросы, не связанные с гипотезой Римана. Например, что означало объединение алгебры и геометрии? И начал ли Лу Чжоу уже работать над этим исследовательским проектом, или это были лишь разговоры? Однако Лу Чжоу не хотел отвечать на этот вопрос, потому что он не имел никакого отношения к гипотезе Римана. Поэтому он отклонил большинство этих не связанных с гипотезой вопросов. Когда Лу Чжоу отвечал на вопросы на сцене, он был очень удивлён, увидев профессора Тао. Он не помнил, чтобы видел профессора Тао на конференции в последние несколько дней. Конечно, он не знал, что профессор Тао на самом деле прилетел в Санкт-Петербург на следующий день после того, как увидел его диссертацию на arXiv… Q&A-сессии не заняла много времени. Она прошла гораздо быстрее, чем предполагал Лу Чжоу. Лу Чжоу поклонился и закончил свой доклад. Он также положил конец этому историческому моменту. Генеральный секретарь Международного математического союза профессор Холден вышел на сцену и вручил Лу Чжоу бутылку шампанского. «Это подарок от отеля «Corinthia». Откройте его. Это столетнее путешествие наконец-то подошло к концу, так что мы должны отпраздновать! Это ваш момент!»

Лу Чжоу взял шампанское и искренне кивнул.

“Спасибо”.

— Не стоит… я рекомендую вам опубликовать ваши результаты в Inventiones Mathematicae. На самом деле, я искренне рекомендую вам это сделать. Вы опубликовали так много результатов в Annual Mathematics, что пришло время дать шанс другим ведущим журналам.

Профессор Холден говорил в шутливой манере. Лу Чжоу сделал паузу на секунду и улыбнулся. “Я подумаю об этом”.

Лу Чжоу открыл бутылку шампанского, и нежная пена разбрызгивалась по сторонам, попадая на некоторых незадачливых учёных, сидевших в первом ряду. Лу Чжоу хотел извиниться перед этими людьми, но они, казалось, совсем не злились. Вместо этого они были в восторге от того, что на них брызгали. Поэтому Лу Чжоу решил не извиняться.

Атмосфера заведения достигла своего апогея.

Сотрудник отеля принёс бокал, и Лу Чжоу поднял свой бокал с шампанским, обращаясь к зрителям. После этого он помахал на прощание и покинул мероприятие. Репортеры долгое время ждали снаружи зала. Если бы не охранники, они бы уже ворвались в лекционный зал. Когда репортёры увидели, что Лу Чжоу выходит из лекционного зала, они окружили его, как акулы. “Профессор Лу, вы доказали гипотезу Римана?!”

— Вы собираетесь связаться с Институтом Клэя, чтобы получить приз в миллион долларов? Что вы собираетесь делать с призовыми деньгами?

— Я слышал, что на ваше исследование повлияла ваша студентка Вера Пулюй, это правда?

«Влияет ли доказательство гипотезы Римана на современную криптографию? Безопасны ли банковские счета и пароли?»

“Профессор Лу Чжоу...”

Лу Чжоу не ответил ни на один вопрос. Он продолжал идти к лифту. Несколько минут назад был утвержден перевод в больницу.

Все уже было улажено, включая визу. Если всё пройдёт хорошо, Вера сегодня вылетит из Санкт-Петербурга в Пекин, и специалисты из больницы № 301 позаботятся о ней. Вот почему Лу Чжоу улетал обратно перед завтрашней церемонией закрытия. Вместо того, чтобы отвечать на эти глупые вопросы, у него были более важные дела…

* — Никола́ Бурбаки́ (фр. Nicolas Bourbaki) — коллективный псевдоним группы французских математиков (позднее в неё вошли несколько иностранцев), созданной в 1935 году.

* — Q&A-сессии (Question & Answer Sessions) — это форма взаимодействия лектора, в ходе которой он отвечает на вопросы аудитории.

Глава 1033. Церемония закрытия!

Гильберт однажды сказал, что если бы он проснулся через пятьсот лет в будущем, то первым делом спросил бы, доказана ли гипотеза Римана. Несмотря на то, что Лу Чжоу не был настроен на интервью, всё математическое сообщество всё равно узнало об этой сенсационной новости.

Гипотеза Римана была доказана!

Господи Иисусе, этот парень решил три задачи Премии Тысячелетия!

И это один из самых сложных вопросов…

Гипотеза Полиньяка, гипотеза Гольдбаха и гипотеза квази-Римана возвели профессора Лу на трон математического мира, а уравнения Навье — Стокса стали эквивалентом короны в физике.

В то время как доказательство гипотезы Римана возвело его в ранг бессмертных!

Это вовсе не было преувеличением. Несмотря на то, что математическое сообщество ещё не провело оценку, судя по вопросам, которые были заданы во время доклада, и по тому, как Лу Чжоу свободно на них отвечал, можно было предположить, что доказательство было верным. Даже если в статье есть небольшие недостатки, их можно исправить перед окончательной публикацией. Уайлс потратил больше года на доработку своей диссертации о Великой теореме Ферма. Математическое сообщество было более чем готово проявить терпение в отношении такого масштабного предложения. В конце концов, они ждали полтора столетия. Они могли позволить себе подождать еще пару месяцев или даже год… Конечно, сама по себе гипотеза Римана не привела бы этих людей в такой восторг. В конце концов, диссертация была опубликована вчера, так что первоначальное волнение улеглось. По-настоящему интересно стало, когда Институт Клэя или математическое сообщество дали оценку доказательству. Что шокировало всё математическое сообщество, так это заключительные слова Лу Чжоу в докладе. Его следующим исследовательским проектом была попытка объединить алгебру и геометрию! Через десять минут после окончания его доклада математическое сообщество взорвалось! Группа Принстонского университета в Facebook. Посыпались обсуждения и комментарии, затмившие предстоящие соревнования по гребле на байдарках в Лиге плюща и осенний футбольный матч.

[Объединить алгебру и геометрию? Подождите-ка, я на полпути к завершению курса по алгебраической геометрии, а вы говорите, что их можно объединить?]

[Мне кажется, что с тех пор, как он опубликовал свою первую статью в «Математическом вестнике», мы каждый день становимся свидетелями истории…]

[Как такое возможно? В библиотеке Файерстоуна более двадцати рядов книжных полок с книгами по алгебре, геометрии и другим разделам. И это без учёта последних исследований. Вы хотите сказать, что все эти книги можно объединить в одну? Это безумие!]

[Я думаю… вы неправильно поняли. Объединить алгебру и геометрию — это не то же самое, что объединить две науки в одну. Если бы ему это удалось, он не объединил бы все книги в одну. Вместо этого он создал бы книжную полку.]

[О боже, я надеюсь, что смогу закончить свою дипломную работу в этом году ...]

Для математического сообщества идея объединения геометрии и алгебры была более шокирующей, чем сама гипотеза Римана. Однако непрофессионалов в математике больше интересовала гипотеза Римана. Видео с докладом начало распространяться по крупным университетам. Его даже загрузили на YouTube, где оно набрало миллионы просмотров. Однако большинство людей больше интересовал миллионный приз, чем математическая ценность гипотезы Римана. Не говоря о том, что Лу Чжоу уже выиграл миллион долларов благодаря уравнениям Навье — Стокса, теперь же он собирался выиграть ещё один миллион долларов. Люди начали завидовать. Они понятия не имели, что математик может зарабатывать столько денег!

Однако не похоже было, что все математики были такими богатыми… Помимо обсуждения в интернете, об этом также сообщили такие СМИ, как CTV, BBC и Columbia Television. CTV даже снял специальный документальный фильм. Они пригласили академика Сян Хуананя рассказать об истории этого предложения, которому уже сто лет! Популярность гипотезы Римана продолжала расти. Помимо дискуссий в СМИ и среди непрофессионалов, своё мнение высказали и некоторые ведущие математики. В тот же день, около восьми часов вечера по московскому времени, репортаж закончился. Профессор Акшай, лауреат Филдсовской премии 2018 года, опубликовал пост в своём научном блоге, в котором довольно объективно изложил содержание доклада...

[До сих пор многие великие математики, в том числе профессор Делинь и профессор Фальтингс, с оптимизмом относятся к доказательству профессора Лу Чжоу. Я разговаривал со многими людьми, такими как Шольце и Тао Теренс, и мы все согласны с тем, что в доказательстве профессора Лу нет серьёзных проблем. Однако это всего лишь мнение нескольких человек. Есть много учёных в этой области, которые выразили своё мнение. Чем важнее гипотеза, тем осторожнее мы должны быть. Потому что башня теории чисел может рухнуть без прочного фундамента. Кроме того, есть люди, которые ещё не до конца поняли тезис, поэтому мы должны дать им время сформировать своё мнение. Я не могу сказать, что профессор Лу прав на 100%, но я уверен в этом на 70% или даже на 80%. Но, честно говоря, меня больше интересует метод дифференциальной геометрии, который он использовал для решения задач на комплексной плоскости. Я думаю, что это очень похоже на некоторые исследования, которые я проводил в молодости… Я рекомендую моим коллегам, которые изучают неособые комплексные проективные алгебраические многообразия, взглянуть на это доказательство. Возможно, инструмент, который даёт нам доказательство гипотезы Римана, станет ключом к решению гипотезы Ходжа или чего-то подобного…]

Пост профессора Акшая был более объективным и распространился в интернет математическом сообществе. В каком-то смысле его блог сыграл огромную роль в опровержении некоторых наиболее нелепых слухов. Независимо от того, какую оценку дало академическое сообщество, прекрасных математических методов, которые Лу Чжоу использовал в доказательстве, было достаточно, чтобы о них написали в учебниках истории…

…

На следующий день.

Людей в лекционном зале было битком. Скоро должна была начаться церемония закрытия ICM. Несмотря на то, что вчера многие люди уехали, большое количество осталось. Тао Теренс сел в центре зала. Он огляделся, прежде чем заговорить с профессором Фефферманом, и спросил: Где Лу Чжоу?”

Фефферман покачал головой: «Я тоже его не видел. Делинь сказал, что он утром поехал в аэропорт».

Профессор Тао: «Он так торопится? Он не собирается присутствовать на церемонии закрытия?»

У профессора Тао было несколько вопросов, которые он хотел задать Лу Чжоу. Фефферман неопределённо ответил: «В конце концов… одна из его важных учениц лежит на больничной койке. По-видимому, он заказал самолёт, чтобы перевезти её из Санкт-Петербурга в Пекин».

У профессора Тао было странное выражение лица. Церемония закрытия продолжалась. Внезапно он пробормотал:

— ...На самом деле, иногда я думаю, стоило ли мне писать то рекомендательное письмо.

Фефферман вздохнул. Как будто ожидая этих слов от профессора Тао он сказал:

— Если бы вы не написали то рекомендательное письмо, она бы никогда не стала ученицей Лу Чжоу, она бы не была там, где она сейчас. У неё не было бы медали Филдса…

Тао Теренс вздохнул: Вы неправильно поняли”.

Фефферман: “... О?”

Тао Чжэсюань: «Я просто думаю, что без этого рекомендательного письма она бы никогда с ним не познакомилась, а он бы не вляпался в эту историю. Этот момент нужно отпраздновать, и он должен сегодня вечером пить на вечеринке. Разве ты не заметил? Он даже не пришёл вчера на ужин. Банкет не так уж важен, но это немного... Печально, что такая трагедия случилась в этот момент его жизни… Это должно было стать историческим событием, но потерять близкого человека…»

Профессор Тао сделал секундную паузу и эмоционально заговорил:

“... Это прискорбно”.

Фефферман удивлённо посмотрел на него, понизив голос, спросил: Ты... знаешь, что Вера не выживет?

Тао Теренс кивнул.

“... Я могу сказать”.

На сцене.

Церемония закрытия достигла своей завершающей стадии. Профессор Сигэфуми Мори стоял на сцене перед микрофоном. Профессор Холден с улыбкой вышел на сцену.

Обычно перед заключительным балетом и выступлением русской оперы генеральный секретарь Международного математического союза объявлял место проведения следующей конференции. Это было одно из самых захватывающих событий, уступающее только объявлению лауреатов Филдсовской премии.

Несмотря на то, что место проведения было определено голосованием на второй день конференции, оргкомитет объявил о месте проведения только в самом конце конференции. Люди в зале затаили дыхание, нервно ожидая профессора Холдена. Особенно академик Ван Шичэн. Он с тревогой сел на свое место. Цинь Юэ был такой же.

Несмотря на то, что он был учёным, работавшим за границей, кто бы не хотел, чтобы его родная страна процветала?

Глава 1034. Откуда ты знаешь, что это твое?

Эти математики часто выбирали для своих встреч туристические достопримечательности с приятными пейзажами, какое-нибудь весёлое место. Однако для крупных международных научных конференций, подобных этой, одним из факторов, которые принимались во внимание, была математическая мощь региона. В конце концов, все хотели устроить эту конференцию в своём родном городе, потому что это было честью и значительно упрощало её посещение. Однако было непросто продать свой родной город учёным со всего мира. Для этого требовалось не только академическое влияние региона, но и связи в академическом сообществе. Благодаря господину Черн Шиинг-Шен Международный конгресс математиков прошёл в Пекине в 2002 году. Это был первый раз, когда Международный конгресс математиков прошёл в стране, не входящей в первую десятку. Это позволило китайским математикам наладить связи с международным научным сообществом. Когда китайские учёные узнали, что следующий Международный конгресс математиков пройдёт в Китае, они почувствовали, как в их сердцах разгорается пламя волнения. Аплодисменты, словно гроза, заполнили зал. Учёные из других стран были потрясены таким энтузиазмом. Академик Ван Шичэн тоже аплодировал на сцене и чуть не расплакался.

Перед началом церемонии закрытия он испытывал целый спектр сложных эмоций. Он хотел, чтобы Международный математический союз выбрал Китай, но переживал, что это произойдёт в Цзиньлине. Несмотря на то, что Международный математический союз без особого труда выбрал город Цзиньлин, почему-то это его совсем не беспокоило. Сюй Чэнъян сидел неподалёку. Он хлопнул себя по бёдрам и хотел встать, но боялся помешать людям позади него. Чжан Вэй сжал кулаки и уставился на сцену с блеском в глазах. Его воодушевляло не только то, что в Цзиньлине проходил следующий Международный конгресс математиков, но и то, что он начал замечать тенденцию. Строго говоря, Цзиньлин не в первый раз проводит математические соревнования такого масштаба. Начиная с доклада об уравнениях Янга — Миллса, этот город стал центром внимания математического сообщества. И в результате такого внимания Университет Цзинь Линг накопил огромный опыт проведения международных конференций по математике. В мгновение ока этот университет стал центром академических обменов в области математики. Университет Цзинь Лин был именно тем, чем хотели стать университеты Аврора и Янь. Это все произошло из-за одного человека. Как ужасно…

Американо-корейский учёный с завистью смотрел на китайских учёных, разговаривая со своим англо-американским другом, сидевшим рядом с ним.

— «Как так получилось, что развивающаяся страна, такая как Китай, дважды принимала у себя это мероприятие? Я считаю, что голосование было подозрительным».

Заговорил британский ученый, сидевший рядом с ним.

“... Вы действительно думаете, что это развивающаяся страна?”

По слухам, компания East Asia Energy вела переговоры с Корейской электроэнергетической корпорацией о межрегиональном плане строительства электросетей. Если всё пойдёт хорошо, то китайским электропроводам не составит труда пересечь границу страны и обеспечить корейцев электричеством. Развивающаяся страна, обладающая технологией управляемого термоядерного синтеза, экспортирует электроэнергию в другие страны… Никто больше не считал Китай развивающейся страной. Ян Ёнань случайно услышал их разговор. Он поднял голову и обратился к корейскому учёному:

— У нас есть профессор Лу, а что есть у вас, ребята? У вас есть медаль Филдса?

Эта фраза поразила мужчину именно в то место, где было больно. Забудьте о Филдсовской премии. По сравнению с Японией, которая уже заняла своё место в международном математическом сообществе, корейское математическое сообщество сильно отставало от других развитых стран. Люди часто шутили, что корейские математики существуют только в корейских дорамах. Ученый-кореец стиснул зубы и сжал кулаки.

Он тут же сердито сказал: «Откуда вы знаете, что профессор Лу — ваш! У нас, корейцев, тоже есть фамилия Лу!»

Ян Юнань: “...?”

Ван Шичэн: “?”

Чжан Вэй: “??”

Цинь Юэ: “???”

…

После завершения церемонии закрытия Международный конгресс математиков наконец подошёл к концу. Новость о том, что следующий Международный конгресс математиков пройдёт в Цзиньлине, быстро распространилась в WeChat, Weibo и на различных университетских форумах. Для обычных граждан в этом не было ничего особенного. Но для специалистов в области математики это было более захватывающе, чем проведение Олимпийских игр в Пекине в 2008 году! В международный математический мир, наряду с Америкой и Европой, пришёл новый игрок. Некоторые люди были так взволнованы, что не могли заснуть… Во время перелета из Санкт-Петербурга в Пекин. Лу Чжоу откинулся на спинку кресла и зевнул. В отличие от тех людей, которые всю ночь праздновали объявление о месте проведения ICM в 2026 году, Лу Чжоу летел в небе на высоте нескольких километров, не подозревая о том, что происходит.

Самолет приземлился.

Через специальный проход в аэропорту Лу Чжоу прошёл в туалет и выпил бутылку энергетического напитка из системного пространства. Он протёр глаза и почувствовал прилив сил. Он положил пустую бутылку в карман и умылся у раковины. Осталось не так много флаконов с энергетическими лекарствами. На выполнение заданий уходило всё больше времени, а значит, и наград было меньше. Ему приходилось экономно расходовать системные предметы. Вымыв лицо, Лу Чжоу уже собирался выйти из ванной, но тут ему позвонил отец. Лу Чжоу поднял трубку и заговорил, выходя из ванной.

“Привет, пап, что случилось?”

— Ничего особенного, я просто видел тебя в новостях… Когда ты ездил в Россию? Почему ты нам не сказал?

Несмотря на то, что его отец не внимательно следил за новостями, в последние несколько дней телеканал постоянно рассказывал о Лу Чжоу, так что это было трудно не заметить. Лу Чжоу услышал жалобу отца и не знал, что сказать. Не то чтобы он не хотел звонить своей семье. Просто перед поездкой в Санкт-Петербург ему нужно было пройти инструктаж по технике безопасности и подготовиться к часовому докладу. А потом случился инцидент в Санкт-Петербурге…

— Я уезжал всего на неделю, на какую-то конференцию, не думал, что мне нужно тебе об этом рассказывать…

— Что ты имеешь в виду? Ты выиграл такой большой… огромный приз, почему ты нам не сказал?

Лу Чжоу хотел сказать, что полученная им премия на самом деле была гораздо менее почётной, чем медаль Филдса. Однако он понимал, почему отец был взбешен. В конце концов, он даже ни разу не позвонил своей семье. Лу Чжоу вздохнул и решил согласиться со своим отцом.

“Хорошо, тогда я не забуду позвонить вам, в следующий раз”.

Как и ожидалось, это сработало. Старик Лу совершенно забыл о случившемся и начал говорить о других вещах.

— О да, я слышал, как старик Ву с работы говорил, что в России много хорошей водки. Обязательно купи мне немного, я хочу попробовать, какая она на вкус.

Лу Чжоу сказал: «…Разве ты не можешь купить водку в супермаркете?»

Старик Лу: «Это не то же самое! Покупать в России более аутентично!»

Лу Чжоу: “...”

Разве это не просто спирт с водой? Какая разница?

Лу Чжоу вздохнул: «Я только что сошёл с самолёта, я уже вернулся в Китай… Может быть, я смогу что-нибудь купить в магазине беспошлинной торговли».

Старушка Лу: «О, правда? Я только что видел тебя в новостях, ты уже вернулся? Тогда ладно, я могу просто купить его в супермаркете».

Лу Чжоу: “Хорошо...”

Старый Лу: «О да, я просто хотел спросить, ты в порядке?»

Лу Чжоу помолчал секунду и заговорил:

“... Я в порядке, не беспокойся обо мне”.

Старик Лу сказал: «Я не беспокоюсь, я знаю, что ты можешь позаботиться о себе. Я даже не могу понять, в чём у тебя проблемы».

Лу Чжоу неловко улыбнулся. Он все же решил быть проше.

— Это просто академические проблемы, в конце концов, я работаю в этой сфере, но когда дело доходит до "рыбалки"…

“Достаточно хорошо”.

Его отец говорил эмоциональным тоном.

— Мне всё равно, хочешь ты меня слушать или нет, я должен это сказать. В мире нет идеальных людей. Даже великие математики писались в штаны, совершали арифметические ошибки...

— Эй! Папа, что это за пример… Что ты хочешь сказать?

Лу Чжоу был потрясен. Слава богу, он не включил громкую связь! Однако старину Лу, казалось, это не волновало.

«…Я просто хотел сказать тебе, что какой бы выбор ты ни сделал, мнение других людей не имеет значения. Если ты считаешь, что это правильный выбор, ты не будешь сожалеть.

“Какой смысл заботиться о мнении других людей?”

Телефонный звонок смолк. Через несколько секунд Лу Чжоу внезапно улыбнулся.

“Тогда ладно”.

— Хорошо! — внезапно сказал старик Лу. — О да, ты действительно доказал гипотезу Римана?

- Даже ты знаешь об этом? - спросил Лу Чжоу.

Старина Лу: «Я слышал, что после того, как ты решил гипотезу Римана, банковские пароли перестали быть безопасными! Я говорил с твоей мамой о том, чтобы снять деньги в банке. Кажется, у тебя тоже есть сбережения, верно? Тебе стоит снять хотя бы половину».

Лу Чжоу: “... Это может быть немного сложно сделать”.

Ради бога, какого черта! Тот кто, распространяет этот слух. Я найду этого ублюдка и надаю ему пощёчин!

Глава 1035. У меня есть способ!

Лу Чжоу потратил около десяти минут на то, чтобы объяснить отцу, что такое гипотеза Римана и что значит её доказать. Что ещё важнее, как это связано с банковскими паролями… Конечно, он объяснил это в терминах, понятных непрофессионалу. Если бы он попытался объяснить это с математической точки зрения, то разрядил бы литий-серный аккумулятор своего телефона ещё до того, как закончил бы объяснять. Старому Лу было приятно общаться со своим сыном. Позже он включил громкую связь, и мама Лу тоже присоединилась к разговору с их сыном-академиком. Позже Лу Чжоу понял, что, возможно, его родители вообще не беспокоились о своих банковских паролях, а просто хотели услышать голос сына. Лу Чжоу чуть не заплакал, думая об этом. Может быть, ему пора было вернуться домой и навестить свою семью. Но сейчас было не время для сентиментальности, ему нужно было сделать кое-что важное. Лу Чжоу шмыгнул носом и положил телефон обратно в карман.

Ван Пэн положил руки на руль и коротко заговорил.

— “Куда мы направляемся?”

— “301 Больница”.

— “Хорошо”.

…

301 Больница

Южный вход в здание.

Там стоял мужчина в белых шортах с розовым букетом гвоздик в руках. Казалось, он стоял там уже давно. Он купил букет в цветочном магазине рядом с больницей. На нём была та же рубашка, что и вчера на докладе в Санкт-Петербурге, он ещё не успел переодеться. Большинство людей в этой больнице имели особый статус, поэтому редко можно было увидеть кого-то, одетого так небрежно. Из-за этого врачи и медсестры смотрели на этого человека с подозрением. Однако после того, как они узнали его в лицо, их сомнения полностью исчезли. Люди, которые здесь работали, не помнили каждого пациента в отдельности, но они никогда не забудут это лицо. В конце концов, когда этот парень внезапно потерял сознание, им пришлось работать круглосуточно, чтобы помочь ему…

Лу Чжоу постоял так пять минут. Затем он глубоко вздохнул и пошёл вперёд. Предъявив удостоверение, вошёл в здание. Поднялся по лестнице и направился в палату в конце коридора. Молодая светловолосая девушка лежала на больничной койке. Она смотрела на деревья за окном. Она услышала шаги в коридоре. Увидев, как кто-то входит в дверь, она улыбнулась. Ее сапфировые глаза смотрели на Лу Чжоу, когда она сказала:

— Я бывала здесь раньше.

Лу Чжоу положил букет цветов на прикроватный столик и спросил:

— Когда?

Вера задумчиво уставилась в потолок.

— Около трёх лет назад… Я слышала, что вы упали в обморок на сцене с управляемым термоядерным синтезом, поэтому я купила билет на самолёт и прилетела сюда. Но у меня не было возможности зайти, потому что мне не разрешили навестить вас, и я ушла… Я помню, что вы очнулись вскоре после моего ухода, и я всегда задавалась вопросом, не избегаете ли вы меня.

— Конечно, нет… Если бы я пытался избегать тебя, зачем бы я сейчас был здесь? — сказал Лу Чжоу. — Как ты себя чувствуешь? Ты привык к здешним условиям?

Вера ухмыльнулась и заговорила:

— Я к этому привыкла. Кровать удобная, и люди очень милые. Медсестра даже болтает со мной, когда я не сплю. Если не считать химиотерапию, я чувствую себя намного лучше.

Услышав это, Лу Чжоу почувствовал, себя убитым горем. Он собирался что-то сказать, но она заговорила первой.

— Кстати, я слышала истории о вас от здешних медсестёр… Кажется…

Лу Чжоу: “... Что думаешь?”

“Я думаю, вы действительно потрясающий”.

Вера покраснела. Однако Лу чжоу был смущён еще больше, чем она. Лу Чжоу задумался о том, как ответить скромно, но она заговорила первой.

— Теперь, когда я уже в Пекине, не могли бы вы сказать мне, что вы хотите, чтобы я сделала? — спросила она, глядя на Лу Чжоу. — Я чувствую себя лучше… Я хочу использовать то, чему вы меня научили, чтобы помочь вам.

Лу Чжоу посмотрел в ее голубые глаза и открыл рот. Ему хотелось многое сказать, но он не знал, с чего начать. Поскольку он не знал, что сказать, он решил сначала поговорить о важных вещах. Он посмотрел на девушку, сидящую на больничной койке, и серьёзно заговорил:

— Послушай, я могу тебя вылечить, но ты должен мне помочь.

Вера была поражена. Она помолчала секунду и, улыбнувшись, покачала головой.

— Это невозможно, доктор уже сказал мне, что меня нельзя вылечить с помощью современных технологий… Не нужно меня утешать, я целый год морально готовилась к этому, так что в этом нет ничего печального.

«Я не шучу и не утешаю тебя. Я говорю серьёзно». Лу Чжоу сделал глубокий вдох и сказал: «Современные медицинские технологии не могут вылечить тебя, но технологии будущего могут. Столетие назад оспа и Чёрная смерть были смертельными болезнями, но в итоге победили именно мы. Даже если сейчас это невозможно, я уверен, что в будущем это станет возможным».

“ У меня не будет столько времени, - сказала Вера”

— Нет, можешь, — Лу Чжоу посмотрел на Веру и уверенно сказал: — Я отправлю тебя в будущее.

Лу Чжоу около пяти минут рассказывал ей о технологии заморозки и спячки, а также об исследовательском проекте в области криобиологии в Институте перспективных исследований. А также о том, что значит «путешествовать в будущее».

Услышав ответ Лу Чжоу, Вера не сразу ответила ему «да» или «нет». Вместо этого она уставилась в потолок и заговорила.

“На сто лет в будущее"… Это кажется таким далеким.

“Как бы это выглядело?”

Лу Чжоу: «Возможно, это займёт не сто лет, а семьдесят. К тому времени общество будет богато сырьём и энергией… Это будет гораздо лучший мир».

Вера: "Вы будете там?”

Лу Чжоу замолчал.

Через несколько секунд он заговорил.

— Это не имеет значения, ты будешь жить хорошей жизнью в новом мире.

Вера моргнула и сказала: “Но я уже сейчас счастлива”.

Лу Чжоу: «Я обещаю, что ты будешь счастливее, если будешь здоров».

Вера нахмурилась.

— Вы не ответили на мой вопрос.

Лу Чжоу посмотрел на нее и сказал:

— Может быть, у меня крепкое здоровье, и есть много способов продлить жизнь… Но к тому времени я стану стариком. Я уже не буду красивым, я буду медленным и надоедливым. Не возлагай на меня больших надежд».

Вера вдруг хихикнула. Её улыбка была похожа на розовые гвоздики на прикроватной тумбочке, такие же красивые.

— Мне хорошо со стариком.

Она вытерла слёзы в уголках глаз, и на её робком лице появилась добрая улыбка.

Она посмотрела на Лу Чжоу и заговорила.

— ... До тех пор, пока с тобой все в порядке.

Что это за чувство?

Такое ощущение, что у меня сердечный приступ… В глазах Лу Чжоу промелькнуло сомнение, но логика подсказывала ему, что это единственный способ спасти её.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и постарался говорить спокойно.

— Тогда… ты согласна? Отправиться в будущее...

Вера кивнула и заговорила нежным голосом:

— Да. Если это то, что вы хотите, чтобы я сделала. Я сделаю все, что вы скажете.

Глава 1036. Всë возможно

301 Больница.

Внутри центра клинических медицинских исследований находилась лаборатория площадью 100 квадратных метров, а в центре лаборатории стояло большое медицинское оборудование высотой около 2 метров и шириной 3 метра. Снаружи это устройство выглядело как компьютерный томограф, с той лишь разницей, что вместо простой кушетки, на которой лежал пациент, у него была кушетка, похожая на космический гроб. Это оборудование было отправлено из лаборатории криобиологии Института перспективных исследований Цзиньлин в Пекин по воздуху, и исследователям из лаборатории криобиологии потребовалось три дня, чтобы собрать его. Рядом с профессором Лю Цзобином стоял Чжао Чжунцзи, который когда-то возглавлял команду международных экспертов, лечивших Лу Чжоу, а также онкологи и сотрудники больницы № 301. Для сотрудников больницы, будь то академики-эксперты или медсёстры, понимание криобиологии основывалось только на чтении статей в журналах. Институт перспективных исследований Цзиньлин никогда не раскрывал информацию о своих исследованиях в этой области. Поэтому эта машина показалась им такой странной. Чжао Чжунцзи долго смотрел на похожую на научную фантастику машину и вдруг вздохнул.

«Замораживание пациента с целью вылечить неизлечимую болезнь в будущем… Если это действительно сработает, это изменит всю медицину».

Большинство людей, если бы их поместить в условия экстремально низких температур, через несколько часов были бы на грани смерти. Не говоря уже о том, что длительный период покоя при замораживании занял бы годы. Неизлечимая болезнь будет излечена врачами будущего. Если бы было неограниченное время, любая проблема была бы разрешима. Точно так же, как сто лет назад медицинское сообщество ещё не изобрело эффективные антибактериальные препараты, такие как пенициллин, но теперь человеку с туберкулёзом лёгких даже не нужно оставаться в больнице на ночь. Если бы пациента отправили на столетие в будущее, возможно, его неизлечимая болезнь перестала бы быть проблемой, и, возможно, обычное лекарство, выписанное семейным врачом, излечило бы его. Лу Чжоу посмотрел на аппарат и сказал: «Может быть, но на самом деле он не предназначен для медицинского использования».

Чжао Чжунцзи посмотрел на Лу Чжоу.

“Тогда для чего это было нужно?”

Лу Чжоу: «Для межзвёздных путешествий на расстояния в несколько световых лет».

Академик Чжао Чжунцзи был ошеломлён. Персонал больницы 301 тоже был шокирован.

Межзвездный масштаб…

Несмотря на то, что Лунный дворец стал реальностью, это всё равно звучало как что-то из научно-фантастического фильма…

«Я понял, что аэрокосмическая отрасль действительно создаёт множество удивительных технологий…» Академик Чжао Чжунцзи вздохнул и сказал: «Тем не менее, от имени пациентов с неизлечимыми заболеваниями я должен поблагодарить вас».

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Ещё рано меня благодарить, это может не сработать. Кроме того, общество поставит под сомнение его этичность и моральность».

Эта технология была далека от того, чтобы стать широкодоступной. Она даже не прошла клинические испытания и не была одобрена как элемент аэрокосмического оборудования.

Однако люди были эгоистичны. Лу Чжоу не был исключением. Чжао Чжунцзи посмотрел на Лу Чжоу и замолчал. Внезапно он уверенно сказал. “Я думаю, что это хорошая вещь”.

Лу Чжоу посмотрел на него и спросил: “Почему?”

Чжао Чжунцзи: «Управляемый термоядерный синтез остановил половину угольных шахт, и сотни тысяч людей потеряли работу. Вы сожалеете об этом?»

«Нет, я говорил об этом на CTV, — спокойно ответил Лу Чжоу. — Возможно, я косвенно стал причиной того, что некоторые люди потеряли работу, но я также обеспечил им лучшую жизнь, общество с чистой энергией и голубым небом. Те, кто жалуется на меня, злятся только потому, что больше не могут получать выгоду от тяжёлого труда людей. Это Китай, мы делаем всё ради общего блага. Их жалобы не стоят внимания».

«Если вы знаете, что это правда, то зачем беспокоиться?» Академик Чжао Чжунцзи улыбнулся и похлопал Лу Чжоу по плечу, сказав: «Наше общество со временем адаптируется к этим новым технологиям. Вы дали людям шанс на новую жизнь. Я уверен, что будь то родственники пациентов или люди из будущего, они хотели бы вас поблагодарить».

“... Может быть”.

Лу Чжоу не очень-то хотел обсуждать этот вопрос, но академик Чжао Чжунцзи развеял некоторые его опасения. Если посмотреть на это с другой стороны, то из-за нынешней тенденции к росту населения старение населения было неизбежной проблемой. Возможно, те неизлечимо больные пациенты, которые могли только потреблять ценные социальные ресурсы, могли бы внести свой вклад в развитие общества в будущем?Возможно, Лу Чжоу слишком много думал.

Если бы время могло решить все, тогда ему не стоило бы беспокоиться. Лу Чжоу посмотрел на профессора Лю Цзобина и спокойным голосом произнёс: “Сколько времени это займет?”

Профессор Лю Цзобин был из главного военного госпиталя и говорил на солдатский манер. Он серьезно кивнул и торжественно произнес: «Машина уже собрана. Образцы бактерий X-0172 прибыли из библиотеки образцов Цзиньлиня. Если хотите, мы можем начать прямо сейчас».

“Сколько времени займет процесс замораживания?”

“Тридцать минут.”

Лу Чжоу немного помолчал, а потом сказал:

— Через двадцать минут начнём.

Профессор Лю Цзобин кивнул. “Нет проблем”.

Глава 1037. Машина времени

В той же палате.

Внутри спящей кабины лежала девушка, одетая в медицинский халат из специального материала. Лу Чжоу стоял рядом с этой «кроватью». Он передал ей стопку документов.

“... Это документ о регистрации семьи, нам нужна ваша подпись”.

Вера наклонила голову и спросила: “Регистрация семьи?”

Лу Чжоу кивнул и сказал: «Да, ты лауреат Филдсовской премии. Несмотря на то, что мы не страна иммигрантов, у нас есть особая политика в отношении талантливых людей. Я связался с деканом Годдардом из Принстонского института перспективных исследований и объяснил ему ситуацию. Технически ты теперь работаешь в Университете Цзинь Лин. Ты собираешься остаться здесь надолго, поэтому, боюсь, рабочей визы будет недостаточно.»

Сейчас виза не была большой проблемой, но через пару десятилетий она могла стать обременительной. Кроме того, благодаря политической власти Лу Чжоу он мог легко получить для Веры вид на жительство. Не говоря уже о том, что и в Университете Цзинь Лин, и в Институте перспективных исследований Цзинь Лин были квоты на приём иностранных специалистов. Любой отечественный университет был бы рад принять такую учёную, как она, удостоенную Филдсовской премии. В будущем у неё не возникнет проблем с интеграцией в общество. Будущее общество станет ещё более инклюзивным и толерантным к разным расам и культурам. Хотя Лу Чжоу знал, что планы часто рушатся и невозможно предсказать, что произойдёт через столетие, это было лучше, чем ничего. Вера моргнула, глядя на Лу Чжоу, и ничего не сказала. Она взяла ручку и подписалась. Увидев, что она не сопротивляется, Лу Чжоу вздохнул с облегчением и сказал.

— ...тебе сейчас не нужно удостоверение личности, ты получишь его, когда очнёшься. Это письмо о согласии на лечение, ты собираешься его прочитать?

Лу Чжоу был удивлён, что Вера подписала все документы, не читая их. Лу Чжоу был готов объяснять ей значение каждого документа по очереди. Вера моргнула и мягко улыбнулась.

“Я доверяю вам”.

Затем она вернула ручку Лу Чжоу.

Она сказала: Итак... Всё в порядке?”

Лу Чжоу положил ручку в карман и ответил

“... Да, это все”.

— Ах да, мои сбережения… Их немного, но вы не могли бы отправить их моему отцу? Мне нужно написать завещание или что-то в этом роде?

Лу Чжоу открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Он собирался сказать ей, что именно её отец хотел покончить с её жизнью, когда она была в коме. Но он передумал. Не было никаких причин добавлять еще больше печали в этот мир. В будущем ее отца уже давно не будет в живых. Лу Чжоу кивнул.

“Хорошо, я сделаю"… Что-нибудь еще?”

У них было мало время. Экстракт бактериального феромона X-0172 подействовал примерно через полчаса. Чтобы ей не пришлось ждать последние полчаса в тревоге, медсестры больницы ввели феромон до того, как она подписала документы… Лу Чжоу не хотел смотреть на часы, но знал, что

время на исходе.

Вера: «Вообще-то… Вот и всё, у меня есть ещё одна просьба, но она немного детская…»

Лу Чжоу: “... Скажи мне”.

Ее щеки постепенно начали покрываться румянцем.

“Помнишь то Рождество? То, что было в твоем доме в Принстоне...”

Лу Чжоу не понимал, почему она вдруг заговорила о том, что было так давно. Он кивнул и сказал:

“Я помню, а что?”

— В то утро, прежде чем я положил мокрое полотенце тебе на голову, я на самом деле…

Она прикусила губу и замялась, словно не хотела выдавать секрет. Но она подумала, что в будущем у неё не будет возможности сказать это, поэтому она лишь немного помедлила, прежде чем заговорить смело.

“ Вообще-то… Я поцеловала вас.

Лу Чжоу: “???”

Вера украдкой посмотрела на лицо Лу Чжоу, наблюдая за его реакцией. Казалось, что Лу Чжоу остолбенел, поэтому она быстро добавила.

“Нет, не здесь… В лоб”.

Лу Чжоу: “...”

Неудивительно… В то утро, когда он проснулся с похмелья, он почувствовал, как что-то тёплое и влажное коснулось его лба, но полотенце на голове было холодным. Тогда он подумал, что это странно, но не придал этому особого значения. Теперь, когда Вера внезапно упомянула об этом при нем, он наконец понял, что произошло…

— Может быть, потому что тогда я действительно восхищалась вами и зависела от вас, вот почему я так поступил… Иногда я спрашиваю себя: влюблена ли я? И чего я хочу от этого?

— Итак… спасибо, что дал мне время подумать об этом, чтобы понять разницу между симпатией к кому-то и зависимостью от кого-то.

Лу Чжоу кивнул и сказал: “Тогда ... Теперь все ясно?”

Вера улыбнулась.

“Да, это… последнее”.

Несмотря на то что Лу Чжоу уже знал об этом, его сердце всё равно ёкнуло, когда он услышал это.

Она закрыла глаза и вздернула подбородок.

“... Я не хочу этого говорить”.

Лу Чжоу посмотрел на её дрожащие ресницы, наклонился и чмокнул её в лоб. Аромат жасмина немного ошеломил Лу Чжоу. У Веры реакция была ещё сильнее: её шея, мочки ушей и лицо покраснели, как помидоры.

Она открыла глаза. В её голосе слышались нотки волнения и смущения, когда она неловко сказала: “Я чувствую, что не смогу замерзнуть”.

Лу Чжоу встал и сказал: «Замораживание — это последний этап в физике. Сначала ты заснешь, а потом, когда проснёшься…»

Лу Чжоу сглотнул. Хотя он мысленно готовился к этому, он всё равно не смог закончить фразу.

Вера заговорила за него.

“ Значит,… Я окажусь в новом мире?

Лу Чжоу кивнул и сказал: «Да… Для тебя это произойдёт в мгновение ока».

Независимо от того, сколько времени прошло, для человека в состоянии анабиоза всё произошло мгновенно. Ей совсем не придется долго ждать. Без ее ведома прошло бы столетие. Вера почувствовала, что её глаза начинают уставать. Она смотрела на него так, словно хотела запечатлеть эту картину в своей памяти.

— Но я не хочу закрывать глаза, я ещё не хочу уходить…

“Не говори глупостей...”

— Я хочу подурачиться… Я не собираюсь закрывать глаза.

“Извини...”

Вера медленно теряла сознание.

Она начала засыпать и её дыхание стало тише.

Лу Чжоу стоял рядом с капсулой спящей. Он долго смотрел ей в лицо. Профессор Лю Цзобин мягко напомнил ему.

“Она уже спит. Феромон, выделяемый бактериями X-0172, защищает клетки-хозяева в состоянии покоя… Процедура очень успешна. Ты должен быть рад за нее.

Ван Пэн, стоявший неподалёку, ничего не сказал. Он только похлопал Лу Чжоу по плечу.

Лу Чжоу глубоко вздохнул и сказал.

“... Тогда давайте начнем”

Профессор Лю Цзобин кивнул. “Хорошо”.

…

Процесс гибернации уже начался. Лу Чжоу посмотрел на эту “машину времени”, стоявшую внутри лаборатории. Академик Чжао Чжунцзи тихонько кашлянул и попытался утешить его.

«Подумайте о плюсах: мы живём в эпоху технологического взрыва, у нас даже есть контролируемая термоядерная энергия. Может быть, через 70 лет мы вылечим рак… Вздох, но к тому времени вы уже сильно состаритесь».

Медсестра, которая всё это время ухаживала за Верой, вытерла уголки её глаз.

“Возраст - это просто цифра для Веры"… Она действительно...

“Помолчи”

После того как академик отчитал её, медсестра закрыла рот. Хотя возраст — это всего лишь число, они никогда не будут вместе в будущем. Честно говоря, академик Чжао Чжунцзи больше беспокоился о Лу Чжоу, чем о спящем пациенте. Большинство выдающихся учёных были эксцентричными людьми, импульсивными и часто пессимистичными.

Не говоря уже о том, что Лу Чжоу, возможно, не проживёт и 70 лет… Профессор Лю Цзобин стоял рядом с панелью управления. Он приказал своим подчинённым завершить процедуру запуска спящей капсулы. Внезапно он вспомнил кое о чем и спросил: О, кстати… Мы предаем это огласке?”

Вспомнив слова которые сказал ему отец, Лу Чжоу сделал глубокий вдох и ответил: “Сделайте это достоянием общественности. Она лауреат Филдсовской премии… Мы не можем это скрывать. Если мы это сделаем, люди будут интересоваться, где она. Да и, у нас нет причин скрывать это”.

Глава 1038. Фонд защиты прав на криогенную терапию при неизлечимых заболеваниях

Процедура замораживания в состоянии покоя прошла успешно. С помощью марсианских бактерий Вера успешно преодолела опасную температурную зону и достигла оптимальной зоны для спячки. Несмотря на то, что это была рискованная процедура, которая не была одобрена клинически, она оказалась успешной. Однако праздновать было рано. Профессору Лю Цзобину и его команде предстояло проделать огромную работу. На самом деле, это тоже входило в обязанности Лу Чжоу. Он был настоящим руководителем проекта, а также деканом Института перспективных исследований Цзиньлин.

Общественности было трудно переварить всю эту информацию за один раз. В конце концов, даже в академических кругах технология «замороженного покоя» была передовой и спорной темой. Независимо от того, сможет ли пациент очнуться в будущем, вопрос о том, можно ли считать человека живым, если его сердце перестало биться, всё ещё остаётся спорным. Не говоря уже о других связанных с этим моральных и этических проблемах.

Академик Чжао Чжунцзи, а также академики из больницы 301 рекомендовали Лу Чжоу постепенно раскрывать технологию криоконсервации людей. Даже если мнение общественности не повлияет на больницу 301 или Лу Чжоу, лучше было действовать более осторожно.

…

Пекинский университет науки и технологий Китая. Профессор Лю Цзобин собирался прочитать лекцию по криобиологии по тщательно составленному сценарию. Несмотря на то, что криобиология была относительно непопулярной областью, многие люди всё равно пришли на лекцию. Специально для этой лекции сюда прилетело множество иностранцев из Европы и Америки. В этой области было два ведущих научно-исследовательских института. Одним из них была «низкотемпературная камера для хранения», разработанная совместно НАСА, Johnson&Johnson и Space-X. Другим — лаборатория криобиологии в Институте перспективных исследований Цзиньлин.

Поскольку оба этих проекта были связаны с аэрокосмической отраслью, Китай, имевший преимущество в аэрокосмической конкуренции, считался лидером в этой области. Лаборатория криобиологии Института перспективных исследований Цзиньлин ничего не публиковала в течение последнего года, поэтому эта лекция привлекла так много внимания. В конце концов, Институт перспективных исследований Цзиньлин, возглавляемый академиком Лу, не стал бы ничего сообщать общественности, если бы не было важных научных открытий. Люди чувствовали, что вот-вот откроется нечто грандиозное…

...

Кафе рядом с Университетским медицинским научным центром.

Лу Чжоу заказал чашку капучино и сел в уединённом уголке. Поскольку он одевался так же, как все остальные студенты в кампусе, никто его не узнал. Но когда Чэнь Юйшань вошла, одетая с иголочки, она привлекла внимание многих парней и даже девушек.

— Тебе скоро на лекцию, да? — спросила Чэнь Юйшань. — Я тебя отвлекаю?

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Всё в порядке, я всё равно не очень разбираюсь в криобиологии. Я немного разбираюсь в химии, но я далеко не эксперт… Что случилось?»

— Ничего, — сказала она, сделав глоток кофе. Она продолжила: — Я просто думаю… ты знаешь больше, чем просто немного химии… Ты слишком скромен.

На самом деле она хотела сказать, что скромность Лу Чжоу её бесит. Однако Лу Чжоу не знал, что она так себя чувствует. Он подумал, что она делает ему комплимент, поэтому улыбнулся. Это был один из немногих случаев, когда он улыбнулся за последние несколько дней.

“Спасибо тебе"… Ах да, ты сделала это?”

— Да, я бы не стала тратить твоё драгоценное время. Чэнь Юйшань достала стопку документов и положила её на стол, сказав: «По просьбе Вашего Величества я зарегистрировала фонд защиты криогенных прав в размере 100 миллионов юаней. Фонд будет контролироваться профессиональными управляющими, а основные направления инвестиций будут сосредоточены в производстве продуктов питания, добыче полезных ископаемых, розничной торговле и других отраслях с более низким уровнем риска, подходящих для долгосрочных инвестиций… С другой стороны, 20% годового дохода будет использоваться для выплаты заработной платы сотрудникам, обслуживания объектов и других необходимых расходов, а остальное будет по-прежнему вноситься в фонд для обеспечения стабильного денежного потока. Когда наступит согласованный день разморозки, фонд выплатит пробуждённому человеку единовременную компенсацию, чтобы покрыть расходы на лечение и базовые расходы на проживание. Минимальная сумма покупки — один миллион юаней. Оценщик определит, соответствует ли мотивация покупателя критериям, основанным на имуществе, роде занятий, социальных связях и состоянии здоровья… Это делается для того, чтобы технология использовалась по назначению… Вот и всё».

По сути, это было эквивалентно пенсионному страхованию, которое выплачивало деньги только один раз через 50 или более лет, и только «безнадёжно больные» пациенты могли воспользоваться этим фондом. Что касается причины создания этого фонда…

Лу Чжоу прекрасно понимал, что произойдёт, если он этого не сделает. Последствия злоупотребления этой технологией были ужасны. Однако попытки предотвратить изобретение этой технологии или сделать её доступной лишь горстке влиятельных людей были ещё более пугающими. Конечно, у этой истории всегда есть две стороны. Как сказал академик Чжао Чжунцзи, эта технология может дать тем, кто не может жить из-за болезни, возможность начать новую жизнь. В конце концов, это хорошо.

“Благодарю тебя”.

Аккуратно пригладив волосы, Чэнь Юйшань продолжила: «Не за что, а что с Верой? Вы, уже сделали... »

Лу Чжоу кивнул. “Она уже заснула”.

Атмосфера затихла примерно на десять секунд. Чэнь Юйшань посмотрел на проезжающие за окном машины и тихо вздохнул.

— Это будет долгое путешествие, но… это лучший выбор для неё.

Лу Чжоу молча кивнул и ничего не ответил.

Чэнь Юйшань не знала, как его утешить. Немного помолчав, она вдруг сменила тему и заговорила воодушевляющим тоном.

— Кстати, что дальше? Ты вернёшься в Цзиньлин?

Лу Чжоу подумал и сказал: «Я хочу провести летние каникулы в своём родном городе, а потом вернуться в Цзиньлин, когда начнётся учебный семестр».

Его работа в Пекине была почти закончена. После лекции здесь он хотел вернуться в свой родной город. Он проведёт там весь август, а затем вернётся в университет Цзинь, когда снова начнётся семестр. Одна из причин заключалась в том, что ему нужно было немного отдохнуть и повидаться с семьёй, наконец-то сделать перерыв. Другая причина заключалась в том, чтобы избежать внимания общественности. Вполне вероятно, что после того, как новости о технологии заморозки станут достоянием общественности, он определённо станет темой для обсуждения. Если бы он в это время был в Пекине или Цзиньлине, он не смог бы спокойно заниматься своими делами.

Казалось, Чэнь Юйшань это позабавило, и он в шутку спросил: «У тебя ещё остались летние каникулы?»

Лу Чжоу: «А почему бы и нет? Профессора… тоже учителя, почему бы нам не взять летние каникулы?»

Чэнь Юйшань ухмыльнулся и сказал: «Ладно, я думаю, раз уж ты решил гипотезу Римана, ты действительно заслуживаешь отдыха».

Лу Чжоу удивлённо посмотрел на неё и спросил: «Ты знаешь об этом?»

Чэнь Юйшань не смогла удержаться, чтобы не закатить глаза и не заговорить.

— Как я мог не знать! Я смотрю новости, ясно! Не думай, что я какой-то бездушный бизнесмен. Я видел тебя на обложке Everyone Daily. На самом деле, я очень хочу спросить тебя, каково это — быть на обложке Everyone Daily?

Я на обложке Everybody Daily? Когда Лу Чжоу услышал это, на его лице внезапно появилось удивлённое выражение. Однако он не был слишком удивлен. В конце концов, он побывал почти во всех крупных СМИ мира. Говоря это, Чэнь Юйшань помешивала свой напиток соломинкой.

— Вздох, я знаю, что ты хорошо разбираешься в математике, но я не ожидал, что настолько хорошо…

Лу Чжоу сказал: “... Ты только что поняла?”

Чэнь Юйшань вдруг задумался: «Как ты думаешь, найдётся ли режиссёр, который захочет превратить твою историю в фильм? Как в «Прекрасном сознании». Кстати, когда я недавно заходил на Amazon, я видел, что кто-то продаёт твою биографию…»

Сердце Лу Чжоу ушло в пятки.

“... Личная биография?”

«Это не совсем твоя личная биография. Это что-то вроде мемуаров. Я помню, что книга называлась «Профессор Лу, которого я знаю». Автор — бразильский профессор математики, и, судя по всему, он преподаёт в Университете Сан-Паулу».

Услышав, что этот парень из Бразилии, Лу Чжоу чуть не выплюнул кофе, который был у него во рту.

“Его фамилия Харди?!”

Лу Чжоу выглядел несколько психически неуравновешенным. Чэнь Юйшань немного поколебался, прежде чем кивнуть. “Ха? Ты читал это? Когда ты это купил?”

Лу Чжоу: “...”

Черт возьми!

Я так и знал, что это был тот идиот!

Лу Чжоу почти захотелось вернуться на шесть лет назад и выбросить резюме этого идиота в мусорное ведро. Позволить этому идиоту стать одним из его учеников было позором.

— Но он утверждает, что он один из твоих студентов из Принстона… Это правда? — неуверенно спросила Чэнь Юйшань, с любопытством глядя на Лу Чжоу.

Лу Чжоу сказал: «Не верь ни единому слову этого парня».

Чэнь Юйшань вздохнул. — Ладно, тогда. На самом деле, я думаю, что некоторые из написанных им историй довольно интересны.

Лу Чжоу: “...”

Хотя ему было очень любопытно, что же такого интересного там написано, ради собственного душевного спокойствия он предпочёл не обращать внимания.

Глава 1039. Начало новой эры?

Международный аэропорт Санкт-Петербурга.

Профессор Кругман и Альберт ждали начала посадки и выглядели очень уставшими. Прошла неделя с тех пор, как завершился Международный конгресс математиков. После церемонии закрытия конференции они не сразу покинули Санкт-Петербург. В конце концов, Санкт-Петербург был знаменитым «городом математики» в Восточной Европе. В этом городе располагались некоторые из ведущих мировых научно-исследовательских институтов в области математики, такие как Математический институт им. Стеклова. Эти два профессора посетили математические институты в надежде найти единомышленников. Они даже несколько раз пытались привлечь Перельмана к своему грандиозному проекту. Однако после того 60-минутного выступления на ICM Перельман стал ещё более странным человеком. Раньше он терпеливо отвечал на их вопросы, но теперь не хотел даже впускать их в квартиру. Их отпуск закончился. Они не могли оставаться здесь вечно. Поэтому, не сумев никого завербовать в Санкт-Петербурге, они решили вернуться в Америку и обдумать свой следующий шаг. Если ничего не поможет, они снизят требования к учёным, с которыми можно сотрудничать. Или, может быть, они смогут больше работать над исследовательским проектом и нанимать людей после того, как добьются определённых успехов.

— …Жаль, что профессор Лу ушёл так рано. Думаю, на самом деле он был немного заинтересован в нашем плане, — внезапно сказал профессор Кругман. Он посмотрел на терминал аэропорта и добавил: — Если бы не тот несчастный случай, если бы мы постарались убедить его, может быть, он бы согласился.

— Да… Я тоже так думаю. — Альберт вздохнул. Он поднял руку и посмотрел на часы. Он встал со стула и сказал: — Вот-вот начнется регистрация на мой рейс… Увидимся позже.

“Береги себя, мы поговорим по электронной почте”.

“Ага”.

Стэнфордский университет находился на западном побережье, где Альберт работал приглашённым профессором в Центре системной биологии рака. Принстон, где работал Кругман, находился на восточном побережье, в нескольких часовых поясах от Калифорнии. Когда его друг ушёл, Кругман взял газету и начал читать. Однако, когда он впервые взглянул на заголовок, то был ошеломлен.

“... Замороженная спячка?”

Он взял другую газету…

Заголовок был тот же самый! Кругман был заинтригован. Он поднял палец и поправил очки на переносице. Он внимательно прочитал заголовок статьи. Он всё больше и больше приходил в ужас и недоверие. Наконец, он не выдержал и прошептал: “Это... безумие”.

Замороженный покой! Путешествие в будущее для лечения! Это была самая безумная вещь, которую он слышал за весь этот год! До этого он краем уха слышал о том, что Лу Чжоу перевёл Пулюй в Китай, но не ожидал, что причиной тому было это. Но… По сравнению со здоровьем мисс Пулюй его больше интересовала сама технология замораживания. Это напомнило ему диссертацию по теории межзвёздной торговли, которую он написал много лет назад. В статье он вскользь упомянул, что вся деятельность капитала будет связана с измерением времени. Если бы люди могли путешествовать во времени, это оказало бы огромное влияние на финансовый рынок. Люди были бы более склонны владеть активами с долгосрочным и стабильным доходом, а не инвестировать в высокорисковые и высокодоходные продукты. Поскольку время больше не было бы проблемой, стоимость ожидания снизилась бы… Например, если кто-то вложит 10 000 долларов США в фонд с годовой ставкой 4%, то через 50 лет на его счету будет 70 000 долларов! Деньги увеличились бы в семь раз!

Если бы этот срок был увеличен до 100 лет…

«Это финансовая ядерная бомба…» — пробормотал Кругман себе под нос, переворачивая страницу. Он сказал: «Боюсь, что завтрашний Nasdaq и мировой долговой рынок станут крайне нестабильными…»

Может быть, дело было не только в финансах…

Его мощь больше не могла измеряться денежной величиной. Равенство между людьми существовало благодаря неизбежности рождения, болезней и смерти. Независимо от того, был ли человек богатым или бедным, простым гражданином или королём, от неизбежных жизненных событий никуда не деться. Однако технология замороженного состояния покоя, несомненно, нарушила это равенство. Казалось, что равновесие смерти вот - вот будет нарушено…

Если бы кто-то мог жить в утопии в будущем, зачем бы ему оставаться здесь и строить эту утопию?

Некоторые из счастливчиков сделают первый шаг к бессмертию. Человеческая цивилизация постепенно превратится в мир неравенства.

Эта, казалось бы, безобидная технология на самом деле может оказать большее влияние на общество в целом, чем управляемый термоядерный синтез. Не будет преувеличением сказать, что она может даже полностью изменить облик человеческой цивилизации. С социологической точки зрения это был не двигатель внутреннего сгорания и не паровой двигатель, это было равносильно изобретению книгопечатания! Его появление подготовило почву для крупного события, которое оказало бы большее влияние и было бы более мощным, чем «Эпоха Просвещения» или «Французская революция». Эта революция продолжалась бы до тех пор, пока не были бы введены ограничения на эту новую технологию. И этот процесс был уродливым. Конечно, эта идея может показаться слишком пессимистичной. Чем богаче люди, тем осторожнее они будут взвешивать соотношение риска и прибыли. Если рассуждать логически, то риск не проснуться был гораздо выше, чем риск продолжать жить в комфорте. В конце концов, если бы бизнесмен из XIX века попал в XXI век, он был бы сбит с толку новыми финансовыми продуктами и правилами международной торговли. Он бы не смог выжить. В конце концов, в его эпоху прибыльным бизнесом были колониальные грабежи и промышленный демпинг. С тех пор всё изменилось. Только те, кто не может позволить себе билет в будущее, подумают о чём-то настолько рискованном, как переход в состояние покоя. С другой стороны, выживание было главным приоритетом для живых существ, и даже если сейчас никто не использует эту технологию, когда-нибудь кто-нибудь откроет ящик Пандоры. Это был довольно интересный исследовательский проект. Это было настолько интересно, что Кругман почти хотел приостановить свой текущий исследовательский проект. Профессор Кругман затаил дыхание и потер руки. Была только одна вещь, которую он хотел сделать. Ему нужно было немедленно вернуться в свой кабинет, привести в порядок свои мысли и записать их в виде тезисов… Может быть, из этого что-нибудь получится. Например… Его можно было бы назвать отцом Нового Просвещения? Как волнующе.

Глава 1040. Прогноз, это лишь часть анализа

Лу Чжоу не осознавал этого, но действия одного из его друзей могли причинить ему много неприятностей. Однако, даже если бы Лу Чжоу знал, он бы не стал винить своего друга. В конце концов, он делал то же самое.

Даже если бы он не был тем, кто изобрёл эту технологию, в будущем, через десять или двадцать лет, кто-то другой наверняка представил бы эту технологию миру. Особенно из-за конкуренции в аэрокосмической сфере технология «замороженного сна» сыграла огромную роль в аэрокосмических проектах двух сверхдержав. С другой стороны, даже если бы профессор Кругман не написал свою диссертацию, кто-нибудь другой написал бы похожую. Лу Чжоу уже знал, что это произойдёт. После лекции в университетском медицинском центре он вернулся в свой родной город на скоростном поезде. Почти сразу после его возвращения в родной город больница «301» и Институт перспективных исследований Цзиньлин наконец опубликовали новость о том, что лауреат Филдсовской премии проходит криогенную терапию. И снова заголовки пестрели именем профессора Лу…

…

Принстон. Кафе в Институте перспективных исследований.

Профессор Фефферман сидел у окна, а напротив него сидел его старый друг профессор Ангус Дитон. Фефферман вздохнул и сказал: "Я не ожидал, что он это сделает”.

Крионика*. Все в Принстоне говорили об этом. Хотя в глубине души он знал, что это может быть лучшим выбором, не все были готовы к этому, особенно ученики мисс Веры Пулюй. Новость о том, что у их милой и уважаемой преподавательницы диагностировали неизлечимый рак лёгких, и тот факт, что она была «заморожена», вызвали большой резонанс. Однако сам Лу Чжоу, казалось, сохранял спокойствие. Он исчез из интернета. Ни на arXiv, ни на MathOverflow он не был активен. Фефферман даже зашёл на Weibo, который чаще используется в Китае. Он не смог найти ни следа Лу Чжоу.

“В целом… Я ожидал, что это произойдет”.

Профессор Ангус Дитон помешал ложкой кофе в своей чашке. Он посмотрел на пенку и сказал: «Однажды я убедил его с осторожностью относиться к спячке в замороженном состоянии. Но потом я подумал, что в этом вообще не было необходимости, потому что это не изменило бы его мнение. Даже если бы я убедил его, эта технология всё равно рано или поздно появилась бы. Стремление к выживанию есть в каждом живом существе. Каждый наш выбор направлен на то, чтобы жить дольше».

Фефферман взглянул на него и сказал: «Это часть экономики?»

Ангус: «Это не экономика, это эволюционная биология… Это человеческая природа».

В коридоре перед кафе послышались шаги.

Вскоре после этого вошел пожилой мужчина в простой рубашке.

— Простите, я немного опоздал… Фефферман? Вы тоже здесь?

Кругман посмотрел на Феффермана, который сидел напротив Ангуса, он не ожидал увидеть его здесь.

— Когда я не занят, я прихожу сюда почти каждый день… но бывают и исключения. Профессор Фефферман любезно улыбнулся и продолжил: — Меня пригласил профессор Ангус.

Профессор Кругман сказал: «Хорошо, тогда… Значит, нас двое».

Профессор Ангус: «Неважно, сколько человек я пригласил. Меня больше интересуют ваши исследования… Я заметил, что вы недавно опубликовали статью? О влиянии технологии «замороженного покоя» на макроэкономику».

Когда Кругман услышал, как старый профессор рассказывает о своём недавнем исследовании, он внезапно воодушевился. Он пододвинул стул и сел рядом с ними.

— Конечно, я написал эту статью. Я не ожидал, что вы её прочитаете… Я буду мокко, спасибо.

Официант кивнул и направился прочь.

Прочистив горло, Кругман продолжил.

«Я думаю, вы даже представить себе не можете, какие социальные изменения принесёт эта технология. На самом деле, я подумал обо всём этом только в самолёте. Это может показаться немного нелепым, но это не имеет значения. Я могу объяснить вам».

После этого Кругман около десяти минут рассказывал о своём исследовании. Он долго говорил о том, что из-за изобретения этой технологии будет нарушено достигнутое человеческим обществом долгосрочное равенство. И что это будет похоже на Французскую революцию. Профессор Ангус терпеливо выслушал своего старого друга. Профессор Кругман говорил, пока у него не пересохло в горле. Затем он сделал глоток кофе. Профессор Ангус улыбнулся и сказал.

“У меня здесь неопубликованная рукопись"… Вам интересно?”

Профессор Кругман, всё ещё державший в руке чашку с кофе, на секунду замер и спросил: «Вы уверены, что всё в порядке?»

Вообще говоря, учёные, работающие в одной области, стараются не делиться неопубликованными результатами. Но, похоже, Ангуса это не волновало. Ангус говорил беспечно.

— В этом нет ничего плохого, мы знаем друг друга много лет, я доверяю тебе. Даже профессор Фефферман уже прочитал это.

Фефферман улыбнулся и сказал: «Это интересная статья, но мне потребуется время, чтобы её понять».

“... Раз ты так говоришь, я с удовольствием прочту это”.

“Без проблем, читай”.

Взяв рукопись у профессора Ангуса, Кругман прочитал заголовок. Он был ошеломлён, и его лицо выражало недоверие и шок. Социология будущего! Кругман около десяти минут просматривал статью. Он вернул рукопись Ангусу и сказал: «…Ты уже закончил её писать? Когда… ты её написал? Только не говори, что ты сделал это за несколько дней».

Профессор Ангус ответил: «Около полугода назад я опубликовал первую статью. Это была та часть, которую вы прочитали в начале, о том, что будущее — многообещающая тема для социологии. Я опубликовал ещё несколько статей, и эта рукопись — простое резюме всех моих работ по этой теме».

После паузы профессор Ангус продолжил: «Давным-давно… Несколько лет назад это не было чем-то, что нужно было обсуждать. Что бы ни делало общество, не было способа напрямую повлиять на будущее. Никто не планирует на сто лет вперёд, когда их уже не будет. Независимо от того, хотим мы это признавать или нет, мы принимаем решения, основываясь на настоящем. Но теперь это уже не так. Когда люди начинают думать о том, как проложить путь в будущее, часто возникают проблемы. Возможно, в ближайшие несколько лет соевые бобы и кукуруза будут не единственными товарами, которые будут продаваться по фьючерсным контрактам. Возможно, весь финансовый рынок будет состоять из фьючерсов*. Наша работа может показаться тривиальной, но кто-то должен заниматься теоретическими исследованиями. По крайней мере, когда возникают проблемы, мы можем предоставить информацию лицам, принимающим решения».

Крагман открыл рот и сказал:

— ...Не могу поверить, что ты уже это сделал. Я думал, что буду первым, кто начнёт работать в этой области.

Профессор Ангус улыбнулся: «Я удивлён, что вы узнали о спячке только недавно. Я думал, что такие люди, как вы, будут больше интересоваться этими концепциями. В конце концов, я бы никогда не написал что-то вроде теории межзвёздной торговли… Это звучит как что-то из голливудского фильма».

Профессор Кругман сказал: «Если вы действительно прочитали мою статью, то знаете, что это не научная фантастика».

— Конечно, я читал вашу статью, и не только её, но и ваши исследования в целом. В конце концов, очень немногие экономисты интересуются далёким будущим, а, как мы часто говорим, будущее непредсказуемо.

— …Что? Я не знал, что профессор Ангус интересуется моим исследованием».

— В этом нет ничего невероятного. Исследовательский проект, которым вы занимаетесь, похож на мой. У нас общие интересы.

“... Что такое социология будущего?”

— Да, — кивнул профессор Ангус. Он сказал: «Предсказание — это только часть анализа. Что вы думаете? Вы хотите работать вместе?»

Столкнувшись с неожиданным предложением, профессор Кругман на секунду замолчал и моргнул. Он должен был признать, что это было заманчивое предложение. На самом деле, он был чрезвычайно заинтригован.

«… Я не могу дать вам ответ прямо сейчас, мне нужно сначала посоветоваться с партнёрами. Конечно, я думаю, что он вряд ли будет возражать. В целом мы придерживаемся одного мнения о том, как продвигать проект».

— Ничего страшного, этот проект не может быть завершён за день или два. Я могу подождать… Если это не займёт слишком много времени.

После паузы профессор Ангус посмотрел на Феффермана и сказал: «Тогда я хочу услышать, что профессор Фефферман думает о моей статье». Фефферман не ожидал, что мяч перейдёт к нему. Он сказал: «Я? Какое отношение это имеет ко мне?»

— Конечно, — профессор Ангус кивнул и сказал: — У нас есть всё необходимое, кроме… отличного математика.

Профессор Фефферман открыл рот и сказал: «Я думаю… Мне нужно подумать об этом и дать вам ответ позже. На самом деле, профессор Фальтингс пригласил меня поработать вместе. Я не уверен, что у меня есть время работать с вами». Кругман взволнованно сказал: «Что может быть интереснее, чем предсказывать будущее?»

— Многое. Вместо того, чтобы предсказывать, что произойдёт в будущем, я думаю, что полезнее сделать настоящее лучше. Фефферман взглянул на часы и допил свой кофе. Он поставил чашку и сказал: «У меня встреча, джентльмены».

На самом деле, хотя ему и было очень интересно то, что они обсуждали, он не был… в восторге от участия в этом проекте. Так было со многими принстонскими математиками. Когда дело касалось математики, даже такой скромный человек, как он, не мог не быть немного высокомерным. Это было связано с тем, что математики считали, что математик должен посвятить свою жизнь только математике. Профессор Ангус проводил взглядом уходящего профессора Феффермана и выглядел немного разочарованным. Он думал, что сможет убедить Феффермана, но ему это не удалось. Однако профессор Кругман внезапно сказал: «Профессор Лу сказал, что после того, как он решит гипотезу Римана, он рассмотрит возможность участия в наших исследованиях». Это сделало свое дело.

Профессор Фефферман внезапно остановился. Он снова сел и обратился к профессору Кругману.

“... Лу Чжоу? Он так сказал?”

— Клянусь богом, — сказал Кругман. — Если я лгу, пусть Сатана заберёт мою душу.

Фефферман: “... Когда он это сказал?”

Кругман честно ответил: «За день до конференции ICM. Мы случайно встретились в доме Перельмана, когда я пригласил его…»

Тогда Кругман и Альберт подумали, что Лу Чжоу уклончиво отвергает их. В конце концов, если бы кто-то сказал, что «подумает об этом после того, как решит гипотезу Римана...», это можно было бы расценить как отказ. Однако… Кто бы мог подумать, что через пару дней Лу Чжоу действительно решит проблему?! Если бы не несчастный случай с Верой, Кругман не сидел бы здесь с профессором Ангусом. Вместо этого он мог бы уже работать над исследовательским проектом с Лу Чжоу. После долгого молчания профессор Фефферман посмотрел на профессора Ангуса.

“... Я передумал”. Он улыбнулся и продолжил: “Я думаю, что то, о чем вы, ребята, говорите, очень интересно. Если это возможно, я бы хотел присоединиться”.

1*Крионика (от греческого «криос» — холод) — технология сохранения организма в состоянии криоконсервации, т.е. быстрой и глубокой заморозки.

2*Фьючерс — это договор между двумя инвесторами о покупке или продаже актива по заранее известной цене и в определённую дату в будущем.

Глава 1041. Разговор у реки

В последние пару дней Лу Чжоу практически целыми днями сидел дома. Он скучал по такому образу жизни. Люди помнят только хорошее. Всякий раз, когда кто-то чувствует себя подавленным, он вспоминает прошлое. Конечно, Лу Чжоу скучал не по своему детству. Он скучал по маминой стряпне. Он побывал во всевозможных изысканных ресторанах по всему миру, но его любимыми по-прежнему оставались мамины блюда. Тушёная рыба, свиные рёбрышки, маринованные овощи… Он даже съедал по три тарелки риса за каждым приёмом пищи. Несмотря на то, что Лу Чжоу только и делал, что ел, он не набирал вес. В конце концов, у него был быстрый метаболизм. Благодаря тренировкам он стал намного сильнее. Процент жира в его организме также снизился. В эти дни Лу Чжоу намеренно оставил свою работу в покое. Происходило так много всего, что он не хотел думать ни о чём, что могло вызвать у него головную боль. Он даже оставил золотую легендарную карту миссии в системном пространстве нетронутой. Потому что знал, что как только он активирует карту, то уже не сможет остановиться. Несмотря на то, что он дистанцировался от социальных сетей, у него всё же был один канал связи с внешним миром. Когда он разговаривал по телефону с Чэнь Юйшанем, он услышал, что после публикации новости о технологии «замороженного сна» интернет взбесился. Однако Лу Чжоу это не слишком волновало. Что бы ни думало международное сообщество, это не повлияет на него лично. Большинство людей считали, что могут изменить мир, изменив других, но их собственная жизнь была в полном упадке. Быть оторванным от внешнего мира было умиротворяюще. Иногда он думал, что, возможно, он уже достаточно сделал для мира, и всё идёт своим чередом. Может быть, ему стоит уделить время себе. Конечно, Лу Чжоу знал, что он трудоголик. В конце концов, он не в первый раз хотел сделать перерыв. С другой стороны, китайское сообщество тоже начало реагировать на технологию «замороженного сна». На самом деле и академик Чжао Чжунцзи, и профессор Лю Цзобин переоценили реакцию общественности на этот инцидент. До этого китайское сообщество почти никак не отреагировало на этот вопрос, он редко привлекал внимание. Одна из причин заключалась в том, что ведущие СМИ часто не освещали новости науки и технологий, потому что широкая общественность ими не интересовалась. Вторая причина заключалась в том, что… Всё внимание было приковано к паре знаменитостей, которые недавно развелись. Таковы были учёные: они всегда всё преувеличивали.

Полдень.

Семья сидела за обеденным столом, и Лу Банго, держа в руках палочки для еды, внезапно сказал: «Кстати, ты съел столько тушёной рыбы, которую приготовила твоя мама, но знаешь ли ты, откуда берётся эта рыба?»

Лу Чжоу знал, что его отец хочет похвастаться своими рыболовными навыками. Однако его мать заговорила первой.

«… Что ты имеешь в виду, говоря, что он не знает? Кто раньше не был в супермаркете?»”

Старик Лу не ожидал, что спровоцирует жену, поэтому начал объяснять.

“Это… другое, откуда берётся рыба в супермаркете?”

“Они купили её у рыбака, ты думаешь, все ловят рыбу удочкой?”

“…”

Старик Лу не мог придумать, что ответить, поэтому посмотрел на сына и спросил:

“Сынок, ты свободен?”

“… Да, но что будем делать?

“Давай сходим на рыбалку сегодня днем”.

Лу Чжоу: “...”

Так это то, чего он хотел. Разве он не мог просто сказать об этом? Лу Чжоу больше не хотел слушать ворчание отца. Он хотел проводить больше времени с родителями, поэтому принял приглашение отца. Хотя он и не увлекался рыбалкой, он всё же посмотрел несколько онлайн-уроков по рыбалке. Затем они отправились на реку, которая находилась в паре километров от их дома. Хотя технически это была река, Лу Чжоу чувствовал, что она больше похожа на небольшую канаву. Его отец настаивал, что в его времена… около тридцати лет назад, это была огромная река. Каждое лето дети купались в этой реке, и это было одним из любимых занятий его отца в подростковом возрасте. Началась рыбалка.

Лу Чжоу сидел на скамейке у реки. Он думал, что скоро поймает свою первую рыбу. Однако рыба так и не взяла наживку. Он видел, как его отец ловил одну рыбу за другой. Лу Чжоу не мог не потерять интерес. Полагаю, для этого нужен какой-то навык. Сейчас у меня, должно быть IQ 300, но я даже рыбу поймать не могу. Лу Банго уставился на реку и внезапно сказал: «Ты отвлекаешься».

Лу Чжоу вздохнул. «Пап, я думаю о кое-чем. Ты мог видеть это в кино

Я говорю серьёзно, я не шучу, — сказал Лу Банго. — Импульсивные люди не могут поймать рыбу. Только такие люди, как я, вышедшие на пенсию и ни о чём не беспокоящиеся, могут поймать рыбу…

Лу Чжоу сказал: «…Если ты знал, что я ничего не поймаю, зачем ты меня взял?»

Старик Лу улыбнулся и сказал: «Что ж, это лучше, чем сидеть дома всё лето. Рыбалка — это не обязательно ловля рыбы. Если вы чувствуете себя расслабленно и спокойно, то это того стоит».

Честно говоря, в возрасте Лу Чжоу разговоры отца о жизни уже не вдохновляли его. Но отец был прав, Лу Чжоу о многом думал. Даже если он старался не обращать на это внимания, иногда он не мог не думать. Думать о своих прошлых решениях. Лу Чжоу уставился на пластиковое ведро, почти полное рыбы. Он ненадолго замолчал и вдруг заговорил.

— Пап.

— Да, что?

— Если бы ты мог отправиться в будущее, ты бы это сделал?”

Лу Банго на секунду задумался.

“Будущее? Какое будущее?”

Лу Чжоу задумался и привёл аналогию.

“Если бы существовала машина времени, которая могла бы отправить тебя на пятьдесят лет в будущее… Ты бы это сделал?”

Лу Чжоу думал, что его отец задумается, но тот сразу ответил: “Нет.”

— Почему?

— Вы, молодые, всегда любите фантазировать. Старик Лу покачал головой и сказал: «Скажи мне, что хорошего в будущем?»

Лу Чжоу ответил: «Ну… более совершенные технологии».

Старик Лу: «Какое это имеет отношение ко мне? Дом напротив нашей улицы собираются снести, тебя это касается?»

Иногда Старик Лу задавался вопросом, не затаил ли на него обиду городской совет. Все дома вокруг него снесли, чтобы построить новые квартиры, но его дом остался нетронутым. Лу Чжоу сказал: «…Снос означает, что общество развивается, и это влияет на вас».

Старый Лу упрямо покачал головой и сказал: «Я не уйду. Что будет с твоей матерью? Что будет с тобой? Если меня не будет здесь, кто знает, когда ты найдёшь себе жену».

— Что ты имеешь в виду?.. — Лу Чжоу сказал: — Твой сын очень популярен в кампусе, понимаешь? С каждой валентинкой... Мой телефон разряжается.

Старик Лу на некоторое время замолчал. Он вздохнул и сказал: «Я верю в это. В своё время я тоже был игроком, иначе твоя мать никогда бы не вышла за меня замуж. Но твои стандарты слишком высоки».

Лу Чжоу задумался и не захотел говорить об этом. Он кашлянул и попытался сменить тему.

«…А что, если бы у тебя не было семьи? Ты бы отправился в будущее?»

Старик Лу сказал: «Что это значит?!»

Лу Чжоу сказал: «Что, если! На самом деле машины времени не существует».

«А, точно… Нет, я бы не поехал!»

Лу Чжоу: «…Почему?»

— Двадцать лет назад соседи завидовали бы любому, у кого в доме был стационарный телефон». У старины Лу было сложное выражение лица.

— Но сейчас есть компьютеры, мобильные телефоны и всё остальное. В последний раз я видела статью, которую твой дядя переслал в группу WeChat. Кажется, технологии повсюду: в твоих часах, в твоих очках. Я правда не знаю, как пользоваться этими гаджетами. Нам с твоей мамой потребовалось много времени, чтобы научиться пользоваться WeChat…

Старый Лу выглядел немного меланхоличным.

— Тогда твой отец шёл в ногу со временем. Я знал, как чинить телевизоры, как чинить радиоприёмники. Но теперь я не иду в ногу со временем. И это всего лишь спустя двадцать лет… Пятьдесят лет? Ха-ха-Ха… Забудь об этом.

Глава 1042. Случится может все

Были люди, которые были в ярости из-за исследований Института перспективных исследований Цзиньлин… Это были Space-X и Johnson & Johnson. В середине прошлого года НАСА выделило им значительную сумму денег на исследование крионики. Они только недавно обнаружили, что бактерии X-0172 способны защищать клетки. Однако Институт перспективных исследований Цзиньлин уже изобрёл свою технологию «замороженного покоя»...

Штаб-квартира в Кремниевой долине.

Илон Маск читал газету, которую держал в своих руках, когда его лицевые мышцы задергались.

[Новый прорыв в технологии «замороженного сна», лечение неизлечимых болезней путём перемещения в будущее!]

Он считал, что у него есть преимущество в этой области исследований и что он может избежать прямой конкуренции со Star Sky Technology. В конце концов, у Space-X был десятилетний опыт исследований и разработок. Кто бы мог подумать, что у кого-то из близких Лу Чжоу был неизлечимый рак…Чёрт возьми, если бы только у Лу Чжоу был рак! Однако, сколько бы Илон ни ругался, смысла в этом не было. «Star Sky Technology» уже освоила крионику. Теперь им оставалось только собрать крохи, оставленные профессором Лу…

Раздался стук в дверь.

Дверь открылась и Маск увидел входящего секретаря. «Дэвид Лоуренс хочет договориться о встрече с вами».

Маск отложил газету, и на его лице появилось странное выражение.

«Со мной? Сын семьи Лоуренс?»

Его секретарь кивнул. «Знаете, мы пытались получить финансирование для аэрокосмических проектов, но банки не слишком оптимистично настроены в отношении нас. Но теперь он хочет встретиться с вами».

«Он хочет встретиться со мной…» — сказал Маск, задумавшись.

Он явно не верил, что Дэвид Лоуренс заинтересован в его Space-X. В конце концов, такое уже случалось раньше. Но, как сказала его секретарша, Space-X нужны были деньги, и много денег. В наше время деньги были единственным, что могло воплотить мечты в реальность, так что эта встреча могла означать огромную возможность… Даже если собеседник неискренен. Он всё равно должен был попытаться. Поразмыслив немного, Илон сказал.

— Передайте ему, что я согласен… Когда он хочет встретиться?

Секретарь: «Сегодня днём».

Брови Маска внезапно дрогнули, но он сделал глубокий вдох и успокоился.

— …Приготовьте самолёт, я лечу в Бостон.

Секретарь кивнул. «Да, сэр».

После нескольких часов полёта Илон наконец прибыл в здание Boston Financial Group. Он вошёл в зал для совещаний и посмотрел на мужчину, спокойно сидящего за столом для переговоров. Откашлялся и уже собирался произнести вступительную речь, но мужчина заговорил первым.

«Добро пожаловать в Бостон, мистер Маск. Рад, что вы приняли моё приглашение. Пожалуйста, присаживайтесь».

Несмотря на то, что его голос не звучал искренне или с энтузиазмом, Илон всё равно почувствовал себя немного увереннее. Перед ним сидел один из руководителей Бостонской финансовой группы. Он был одним из самых богатых и влиятельных людей в Соединённых Штатах. Несмотря на то, что Илон был председателем совета директоров и президентом Space-X и Tesla, он обладал лишь десятой частью состояния Boston Financial Group. Это не было преувеличением. На самом деле, это была консервативная оценка.

«Я слышал, что вы хотели поговорить со мной об аэрокосмической программе Space-X, поэтому я пришёл, — сказал Илон. — Такие смелые и изобретательные люди, как вы, становятся редкостью».

Дэвид Лоуренс слегка улыбнулся и продолжил: «Да, я интересуюсь вашей космической программой. Я считаю, что наше будущее должно быть связано со звёздами… Но прежде чем обсуждать это, я хотел бы задать вам интересный вопрос. Я видел этот вопрос в газетах Boston Daily».

— В чём вопрос? — с улыбкой спросил Илон. Он посмотрел на Дэвида и сказал: — Если это вас интересует, значит, это интересный вопрос.

Дэвид Лоуренс улыбнулся и сказал: — Если бы вы могли отправиться в будущее, сделали бы вы это?

Илон на секунду замолчал. Он явно не ожидал вопроса, не связанного с аэрокосмической отраслью. Дэвид понял, что неправильно сформулировал вопрос, и сказал: «Конечно, вы останетесь председателем Space-X, и Space-X не обанкротится в следующем столетии». Илон подумал об этом секунд десять и заговорил.

«Какой смысл отправлять старые вещи из прошлого в будущее? Можем ли мы использовать экономическую теорию XVIII века, чтобы решить долговой кризис XXI века? Или пусть он научит нас, как полететь на Луну?

«А что насчёт прав наследования собственности, я не вижу в этом плюсов».

«Конечно, мы рассматриваем это с точки зрения интересов Space-X».

«… Имеет смысл». Дэвид кивнул, но не стал высказывать своё мнение. На его месте он бы, наверное, не захотел путешествовать в будущее, даже если бы был уверен, что проснётся. Если всё пройдёт хорошо, он станет главой семьи Лоуренс. Путешествие в будущее означало, что его власть и богатство не были гарантированы. Единственным способом навсегда сохранить власть в семье было образование. Но… Лично для него путешествие во времени было довольно привлекательным. Это означало, что в будущем он сможет прожить дольше и достичь того, чего раньше было невозможно. Однако ему придётся взвесить риски… Дэвид потёр руки о подлокотник кресла. Внезапно он спросил у Илона.

«Сколько времени вам потребуется, чтобы разработать технологию «замороженного покоя»?

Столкнувшись с этим неожиданным вопросом, Маск подсознательно замешкался на секунду, прежде чем честно ответить: «Я не знаю… может быть, пять лет, может быть, дольше… Технология «замороженного сна» — это лишь один из проектов, над которыми мы работаем с Johnson & Johnson Pharmaceuticals. Это не главная наша цель. Наша текущая бизнес-модель по-прежнему сосредоточена на космических кораблях с большой тягой и устройствах жизнеобеспечения…»

Дэвид перебил его и сказал: «Тогда с этого момента это станет вашим приоритетом. Я вложу миллиард долларов для начала».

Илон затаил дыхание. Миллиард! Несмотря на то, что Tesla стоила сотни миллиардов, это был только рыночный капитал, а не наличные.

«У меня только одна просьба. Мне всё равно, сколько я потрачу. Главное — обеспечить безопасность технологии. Это можно гарантировать?»

Илон замялся и сказал: «Теоретически, да… На самом деле, у нас уже есть технология, которая обеспечивает безопасное хранение в замороженном состоянии, но нам нужно время для исследований и разработок».

Дэвид улыбнулся и сказал: «Всё в порядке… Я не тороплюсь».

Маск: «Можно я кое-что спрошу?»

Дэвид: «Продолжай».

Маск помедлил и спросил: «Ты… собираешься отправиться в будущее?»

«Пока нет». Дэвид отвернулся и посмотрел в окно. Он стоял спиной к Илону. Он посмотрел на своё отражение в окнах, а затем на панораму Бостона и прошептал про себя: «Но кто знает, что может случиться в будущем?»

Глава 1043. Легендарная миссия!

На другом конце Земли.

Лу Чжоу находился в чисто-белом системном пространстве. Он подошёл к голографической панели миссий и выбрал золотую карту миссии. Как только его указательный палец коснулся карты, золотые частицы света начали заполнять весь информационный экран. Ослепительный эффект напомнил Лу Чжоу о костре. Вскоре перед ним появилась обновлённая панель миссии. Он посмотрел на нее и сказал. «Я знал это… Именно этого я и ожидал».

[Легендарная миссия: первый шаг навстречу будущему.]

[Описание: первый шаг к будущему стоит прямо перед вами. Вы ближе к будущему, чем когда-либо был любой математик!]

[Требования: объединить алгебру и геометрию!]

[Награды: +1 к уровню математики, «Пустая память» b, пять билетов в лотерею, 10 000 общих очков.]

Это была легендарная миссия.

Как он и ожидал, «будущая эра» системы не означала, что он отправится в будущее. Вместо этого он получит технологии и другие вещи, которые относятся к будущему. Он будет формировать будущее, открывая двери в новую эру. Сначала была математика. Затем физика, биохимия, материаловедение и т. д… Когда все дисциплины достигнут 10-го уровня, ему больше не понадобится система, он сможет видеть будущее везде, куда бы ни пошёл… «Новая эра — это будущее. Я понимаю… Миссия математики 10-го уровня — объединить алгебру и геометрию, произвести революцию в математических исследованиях… Какова легендарная миссия для других дисциплин?»

Лу Чжоу закрыл глаза и задумался. На его лице была ухмылка. “... Это так волнующе”. Он был так близок к достижению границы будущего! Его пальцы пробежались по голографической панели. Он закрыл панель управления, возвращаясь к главному пульту. После этого сознание Лу Чжоу покинуло системное пространство и вернулось в реальность.…

…

Быстро пролетели августовские дни, и его отпуск вскоре закончился. Лу Чжоу провёл весь месяц со своей семьёй. Ему казалось, что он отдохнул более чем достаточно. Он собрал вещи и вернулся в Цзиньлин. Несмотря на то, что беззаботная жизнь была желанной, она казалась бессмысленной. Не говоря уже о том, что его ждал такой захватывающий исследовательский проект. Перед отъездом из дома Лу Чжоу сказал родителям, что хочет, чтобы они поехали с ним в Цзиньлин. Так семья была бы вместе. Однако, как и прежде, отец сразу же отверг эту идею.

«Я не поеду, что хорошего в Цзиньлине?»

Лу Чжоу не знал, что ответить. Хм… Так просто удобнее? Фан Мэй немного забеспокоилась и спросила: «А что, если я буду готовить для тебя там?»

Однако Лу Банго перебил её.

«Не делай этого, когда он найдёт себе жену, она сможет готовить для него».

Лу Чжоу: «…»

У меня есть люди, которые могут готовить для меня, мне не нужна жена… На самом деле, я почти уверен, что Сяо Ай не считается человеком. Услышав слова Старого Лу, Фан Мэй ничего не ответила. Хотя она часто спорила со Старым Лу, большую часть времени она всё же его слушала. Отец посмотрел на Лу Чжоу и сказал: «Ты занят работой, просто сосредоточься на себе. Тебе не нужно беспокоиться о нас, мы в порядке. Тебе следует больше заниматься спортом, не сиди в офисе весь день. Нам очень комфортно здесь, в Цзянлине. Я могу выходить на улицу и гулять. Очень удобно навещать друзей и семью. Если я поеду в Цзиньлин, то буду целыми днями сидеть дома и смотреть телевизор, и мы, скорее всего, даже не сможем с тобой видеться. Всё в порядке, ты можешь просто приехать к нам на каникулы».

Лу Чжоу больше ничего не сказал. Он просто хотел лучшего для своих родителей. В городе Цзиньлин были лучшие медицинские и социальные ресурсы. Однако его отец был прав. Не все хотели жить в большом городе. Его отец предпочитал читать газету и пить чай с друзьями. А по выходным, может быть, ловить рыбу. Поэтому Лу Чжоу больше не упоминал о том, чтобы перевезти их в Цзиньлин. Я просто буду проводить с ними больше времени… Он сел на скоростной поезд и вскоре вернулся в Цзиньлин. Первым делом Лу Чжоу отправился в Цзиньлинский университет и подал заявку на участие в исследовательском проекте. Когда он подавал заявку, преподаватель с математического факультета замер. Единая теория алгебры и геометрии! Преподаватель впервые видел такое нелепое предложение по диссертации. Лу Чжоу увидел выражение лица сотрудника и вздохнул. Слава богу. Это я пришёл сюда. Если бы Лу Чжоу попросил Хань Мэнци или кого-то из своих студентов подать заявку на диссертацию, их бы выгнали из кабинета… Лу Чжоу кашлянул. Услышав кашель Лу Чжоу, сотрудник вернулся к реальности. Он сглотнул и сказал: «Академик Лу… вы уверены, что хотите исследовать эту тему?»

Как правило, после того, как исследовательский проект был принят, его нельзя было изменить в течение длительного времени.

Лу Чжоу: «В чём дело?»

«Нет, конечно, нет». Сотрудник улыбнулся и сказал: «Я обработаю заявку как можно скорее!»

Лу Чжоу кивнул. «Я не тороплюсь».

Он подал заявку на исследование просто по привычке. Даже если бы он этого не сделал, это не имело бы значения. В конце концов, его не особо волновало финансирование исследований в университете…

Глава 1044. Твой будущий ученик!

После Лу Чжоу собирался пойти в свой кабинет на математическом факультете. Однако по пути он случайно встретил знакомого. На самом деле этот человек едва ли мог считаться его знакомым. Лу Чжоу встречался с этим парнем всего несколько раз, но узнал его по уникальному лицу. Когда этот парень заметил Лу Чжоу, его глаза загорелись, и он помахал рукой. «Мастер! Это я! Ли Мо!»

Это привлекло внимание окружающих, и некоторые начали посмеиваться. Честно говоря, Лу Чжоу хотелось проигнорировать его и уйти. Однако он вспомнил, что парень получил золотую медаль на соревнованиях IMO и проделал весь этот путь сюда из Пекина. Поэтому он вздохнул и сказал.

— Ты действительно поступил в Университет Цзинь?

— Конечно! Вы сказали, что примете меня в качестве своего ученика. Ли Мо неловко почесал голову и сказал: «Я правда просто хочу изучать математику вместе с вами».

Лу Чжоу кивнул и сказал: «У меня высокие требования, ты уверен?»

Ли Мо серьёзно сказал: «Я уверен! Я хочу стать великим математиком, как вы! Я хочу помочь нашей стране! Я хочу получить Филдсовскую премию…»

— Ладно, хватит, — спокойно прервал его Лу Чжоу. — Можешь забыть о медали Филдса. Тот, кто получил медаль Филдса, никогда не ставил перед собой цель получить эту медаль. Мы просто изучаем язык Вселенной, и неважно, медаль Филдса это или премия Карла Фридриха Гаусса… это бессмысленно.

«Тот, кто получил Филдсовскую премию, никогда не ставил перед собой цель получить эту медаль…» Ли Мо повторил это про себя, и на его лице появилось благоговейное выражение. Какой проницательный! Неудивительно, что он такой великий математик! Он так хорошо говорит… Лу Чжоу почувствовал себя немного неловко. Он кашлянул и сказал: «И ещё один совет».

Ли Мо: «Да, учитель!»

«Не называй меня мастером, просто зови меня профессором Лу. Кроме того, если ты хочешь хорошо учиться математике, тебе нужно перестать быть высокомерным и нетерпеливым. А ещё тебе стоит избавиться от привычки скромничать и хвастаться».

Лу Чжоу посмотрел на мальчика и спросил.

«Есть ещё вопросы?»

Ли Мо почесал голову и сказал: «Это считается одним или двумя советами?»

«Это не важно».

После этого Лу Чжоу развернулся.

— Следуй за мной, я покажу тебе кабинет. Если ты не понял вопрос, можешь спросить меня. Но не задавай глупых вопросов».

Ли Мо последовал за Лу Чжоу и взволнованно сказал: «Хорошо, учитель!»

…

После того, как Лу Чжоу представил свое тезисное предложение, он оставил его в покое. Для него подача заявки заключалась лишь в том, чтобы сообщить институту о том, что он исследует. Финансирование исследований шло на оплату его офиса и командировочных расходов. После того, как Лу Чжоу привёл Ли Мо в свой кабинет, он сказал ему, что «как только ты закончишь учёбу, у тебя здесь будет свой стол». Несмотря на то, что некоторые профессора иногда приглашали в свой кабинет достойных студентов, Лу Чжоу не собирался этого делать.

Учёба в бакалавриате была важна. Особенно для гениев, которым лучше предоставить свободу для исследований, чем ограничивать их. Студент-бакалавр мог бы узнать больше, если бы оставался в библиотеке и самостоятельно изучал проблемы. Хэ Чанвэнь посмотрел на уходящего юношу и спросил: «Профессор, он ваш студент?»

Лу Чжоу ответил: «Будущий студент».

У Шуйму, студент-математик, снял очки и спросил: «Профессор, кто он такой?»

Он никогда раньше не видел, чтобы профессор Лу с таким энтузиазмом общался со студентом. Ему было очень любопытно, кто этот юноша. Лу Чжоу ответил: «Обладатель золотой медали IMO».

Обладатель золотой медали IMO! Несмотря на то, что Лу Чжоу говорил непринуждённо, атмосфера в офисе внезапно стала напряжённой. Медаль Филдса для старшеклассников, IMO! И он выиграл золотую медаль! Я и не подозревал, что он настолько выдающийся! Но что здесь делает золотой медалист IMO, почему бы ему не поступить в Университет Янь?

— Посмотрите на себя, ребята, это всего лишь медаль IMO.”

Вы, ребята, не так реагировали, когда я получил премию Карла Фридриха Гаусса… Лу Чжоу улыбнулся исследователям-новичкам и откашлялся. Он говорил кратко.

“Я хочу кое-что сказать.”

Хань Мэнци отложила ручку, как и Фэн Цзинь.

В офисе воцарилась тишина, и все серьёзно посмотрели на него.

— Не нервничайте так, — сказал Лу Чжоу. — Я только что сходил в отдел по учебной работе и подал заявку на диссертацию. Наша задача на ближайшее будущее — объединить алгебру и геометрию. Ваша работа будет в этой области…

«Я ещё не придумал, как назвать эту теорию, так что это просто для того, чтобы вы, ребята, были в курсе».

«Продолжайте работать».

После этого Лу Чжоу, проигнорировав их ошеломлённые взгляды, небрежно развернулся и вышел из кабинета.

…

Десятый уровень в математике был огромным достижением, поэтому Лу Чжоу поставил его на первое место в списке своих приоритетов.

После этого ему нужно было разобраться с подсказками, которые он получил из Памяти Пустоты… Ван Пэн отвёз его в Институт перспективных исследований Цзиньлин. Он поднялся на лифте и спустился в свой подземный кабинет. Он нашёл обломки чёрного куба. Как и ожидалось, они выглядели точно так же, как те, что остались в его памяти!

Если не считать того, что поверхность была чёрной, гравировка и форма куба были почти такими же, как у золотого куба, который он вытащил из бассейна с жидким гелием! Лу Чжоу был уверен, что не ошибся. В конце концов, воспоминание было запечатлено в его сознании… «Я думаю, что это какое-то устройство для хранения данных…» Лу Чжоу осторожно провёл пальцем по выгравированным линиям. Он пытался найти способ включить эту штуку. К сожалению, ему это не удалось. «… Должно быть какое-то устройство для включения. Но… что, если оно уже сломано?» Лу Чжоу положил куб на верстак. На интерфейсе управления появилось диалоговое окно.

[Хозяин, ты хочешь, чтобы я его разобрал?≧▽≦*]

Механический манипулятор рядом с ним начал двигаться.

Лу Чжоу: «Ты можешь гарантировать, что его можно будет снова собрать?»

[Что? Его нужно собирать? (.・∀・)]

«… Конечно, иначе я могу разобрать его сам».

Лу Чжоу посмотрел на механическую руку, затем уставился на чёрный куб. Он вдруг вздохнул. «Если бы я только мог получить доступ к другой Памяти Пустоты».

Интуиция подсказывала ему, что ответ должен быть внутри Пустоты. Не только ответ на вопрос об этом мусоре. Но и ответ о происхождении системы…

Глава 1045. Хорошие новости из лаборатории углеродных чипов

Лу Чжоу всё ещё не знал, как использовать Обломки № 2, но, к счастью, у него было некоторое представление об их происхождении. Несмотря на то, что разгадать его секреты было невозможно, он верил, что после просмотра следующего воспоминания о Пустоте он сможет получить ключ, чтобы открыть этот «сундук с сокровищами». Лу Чжоу отложил эту неразрешимую проблему в сторону. Он снова сосредоточился на научной деятельности. По сравнению с гипотезой Римана теория единой алгебры и геометрии на самом деле оказалась не такой сложной, как предполагалось. Несмотря на то, что это было более революционным, чем гипотеза Римана, на самом деле для её решения не требовался революционный математический инструмент. Это даже не требовало особого творческого подхода. Для этого требовалась способность полагаться на логику, чтобы обобщить существующие знания, инструменты и методы и суметь продеть нитку в игольное ушко. Это звучало немного абстрактно. Но по сравнению с гипотезой Римана, в которой вершину горы вообще не было видно, вершина горы в этом исследовательском проекте была видна. К вершине горы даже вела дорога. На самом деле, когда он исследовал гипотезу Римана, в его голове уже был набросок плана. Он был ближе всех к вершине. В конце концов, исследование гипотезы Римана уже заставило его подняться на половину горы. На данный момент он был самым вероятным кандидатом на планете, который мог завершить этот проект. В то же время его студенты тоже могли почувствовать себя полезными, внеся свой вклад в этот исследовательский проект. Гипотеза Римана требовала гениального ума и таланта, но этот исследовательский проект можно было разделить на подпроекты и различные категории, для которых требовались большие объёмы рабочей силы…

…

Институт перспективных исследований Цзиньлин. Кабинет декана.

Директор Ли приехал сюда из Пекина с деловой поездкой. Он сел на диван и улыбнулся Лу Чжоу. «… Кстати, я забыл тебе кое-что сказать».

«Что такое?»

«Всего несколько дней назад русские прислали благодарственное письмо, в котором выразили свою признательность и особо упомянули твоё имя».

Лу Чжоу замялся и с любопытством спросил: «… Благодарственное письмо?»

«Да, разве ты не посещал недавно атомную электростанцию «Гелиос» и не обнаружил серьёзную проблему в их энергосистеме?»

О да, я чуть не забыл об этом.

«Это просто совпадение». Лу Чжоу улыбнулся и вдруг кое-что понял. Он сказал: «Это дипломатическое письмо… не публикуется, верно?»

Директор Ли сразу понял, о чём говорит Лу Чжоу. Он похлопал его по ноге и улыбнулся. «Это не конференция Министерства иностранных дел, конечно, она не открыта для публики. Мы также попросили другую сторону сохранить это в секрете ради вашей безопасности».

Лу Чжоу кивнул. Хотя он не особо беспокоился, лучше было перестраховаться.

Конечно, Лу Чжоу знал, что даже если бы это не было обнародовано, американцы, вероятно, смогли бы догадаться, что произошло.

Директор Ли: «Кстати, есть ещё кое-что».

Лу Чжоу спросил: «Что?»

Сделав глоток чая и прочистив горло, директор Ли серьёзно посмотрел на меня и продолжил: «Этот несчастный случай не был несчастным случаем. Офицер разведки по имени Максим… Конечно, я не знаю, настоящее ли это имя. В общем, разведданные, предоставленные нам русскими, показывают, что это, вероятно, было преднамеренное нападение. Человек, спланировавший это нападение, пытался внедрить вирус в систему электроснабжения Санкт-Петербурга. Ядерное ядро перегрузилось, и произошёл сбой. Это тоже было нападением на тебя.

“На Меня?”

— Да! — директор Ли кивнул и серьёзно сказал: — Есть достаточно улик, подтверждающих, что по крайней мере половина мотивов преступления связана с вами. Однако люди, стоящие за этой атакой, недооценили безопасность нашей термоядерной установки. На данный момент Единая энергетическая система России сотрудничает с бюро безопасности в проведении расследований… Я не знаю подробностей, поскольку Государственное управление по делам национальной обороны не отвечает за это».

Лу Чжоу не ожидал услышать что-то подобное.

Вздохнув он сказал: «Какой беспорядок, может, я больше не буду посещать конференции».

Директор Ли улыбнулся и сказал: «Не делай этого, если нужно присутствовать, то иди, только будь осторожен. Не выплескивай вместе с водой и ребёнка. Кроме того, времена изменились, мы доминируем на международной арене. Те, кто хочет напасть на нас, осмеливаются делать это только в тени». Директор Ли поставил чашку на стол и встал.

«Хорошо, мне нужно поработать, так что я больше не буду отнимать у вас время. Если вам что-нибудь понадобится, позвоните мне».

Лу Чжоу кивнул и встал. «Берегите себя».

Лу Чжоу проводил директора Ли и собирался вернуться в свой кабинет. Однако он увидел, что к нему идёт профессор У Тяньцюнь из исследовательского института углеродных чипов. Лицо старого профессора раскраснелось, как помидор. Он сразу же подошёл к Лу Чжоу. «Хорошие новости!»

Лу Чжоу понял, что профессору есть что сказать. В лаборатории углеродных чипов было только одно, что можно было считать хорошими новостями. Однако Лу Чжоу всё же осторожно спросил: «…Что за хорошие новости?»

Профессор У Тяньцюнь с воодушевлением сказал именно то, что Лу Чжоу и предполагал.

«Коммерческий стандартный образец чипа Dragon One! Мы сделали это!»

Глава 1046. Десять миллионов на квадратный миллиметр

Научно-исследовательский институт углеродных чипов.

Лу Чжоу бывал здесь много раз. Однако на этот раз атмосфера сильно отличалась. Когда он приходил сюда раньше, в основном для того, чтобы проверить ход исследований, лица сотрудников особо не выражали каких либо эмоций. Но на этот раз по радостным лицам исследователей было видно, что что-то изменилось… Он заметил крошечный чёрный квадратик размером с ноготь.

— Вот он.

Профессор У Тяньцюнь осторожно передал тонкий чип в руки Лу Чжоу и сказал: «Dragon 1000, первый прототипный чип серии Dragon! Также называется Dragon One! Мы используем технологию 28 нм и успешно увеличили количество транзисторов с 3 миллионов на квадратный миллиметр до 10 миллионов! В соответствии с потребностями наших деловых партнёров, наши первые чипы Dragon One будут использоваться в серверах среднего и высокого класса. Их основным конкурентом является чип Intel Xeon серии X56. Хотя по техническим характеристикам мы немного уступаем им, благодаря превосходству транзисторов на углеродной основе, можно без преувеличения сказать, что мы намного их опережаем!»

Профессор У Тяньцюнь попытался простыми словами объяснить Лу Чжоу принцип работы чипа. Хотя плотность в 10 миллионов транзисторов на квадратный миллиметр была меньше, чем у Intel, которая уже достигла плотности в 100 миллионов на квадратный миллиметр. Однако транзисторы на углеродной основе и транзисторы на кремниевой основе — это две разные вещи. Это всё равно что сравнивать яблоки и апельсины. Если взять в качестве примера чипы серии Xeon, то в зависимости от модели и серии плотность транзисторов составляла около 50 миллионов на квадратный миллиметр. Для сравнения, у Dragon One было всего 10 миллионов на квадратный миллиметр. Но он уже мог превзойти чипы серии Xeon X! Достижение отметки в 10 миллионов означало, что у технологии было гораздо больше возможностей для улучшения!

Когда плотность транзисторов на углеродных чипах достигнет того же уровня, что и у кремниевых чипов… Они получат монополию на всю отрасль. В общем, несмотря на то, что технология была только что изобретена, производительность чипа Dragon One уже доказала свою превосходность. При энергопотреблении до 20 Вт и частоте 3,7 ГГц транзисторы на основе углерода обладали превосходными физическими свойствами по сравнению с транзисторами на основе кремния. Профессор У Тяньцюнь был в этом уверен. Выслушав заявление профессора, Лу Чжоу всё больше и больше интересовался происходящим. Он мало что знал о чипах, и его вклад в этот проект в основном заключался в теоретических разработках и улучшении углеродных материалов. Однако, судя по тому, как был взволнован профессор У Тяньцюнь, он понимал, что это огромный прорыв. Лу Чжоу посмотрел на чип в своей руке и не удержался от восклицания. «Он такой лёгкий!»

По сравнению с текстурой и весом кремниевых чипов, этот чип был тонким, как лист бумаги… На самом деле он был сделан из того же материала, что и бумага. Профессор У Тяньцюнь с улыбкой сказал: «Это тоже одно из преимуществ микросхем на углеродной основе. Наш вес на единицу объёма меньше, чем у микросхем на кремниевой основе!»

На самом деле, чип был больше, чем просто похож на бумагу. Лу Чжоу поиграл с чипом в руке. Внезапно он понял, что чип можно согнуть под небольшим углом, а когда он отпускал его, она возвращалась в исходное положение… Почти как пружина. Лу Чжоу вдруг кое-что понял.

— Могу я кое-что попробовать?

Профессор У Тяньцюнь улыбнулся и сказал: «Всё в порядке, это почти готовый к продаже продукт, он намного дешевле, чем вы думаете. Если вы его сломаете, у нас есть ещё несколько».

Услышав это, Лу Чжоу наконец расслабился и начал сгибать чип с большей силой. Ему было любопытно, каков предел прочности чипа. Когда сила, приложенная к обеим сторонам чипа, заставила его согнуться под углом 20 градусов, чёрный чип разломился на две части. Профессор У Тяньцюнь посмотрел на Лу Чжоу и сказал: «В нашем чипе в основном используются материалы серии SG, и он обладает хорошими характеристиками изгиба. Я уверен, что вы знаете об этом больше меня. Но… я всё равно не рекомендую этого делать. Вообще говоря, изгиб повлияет на передачу тока».

— Я просто тестировал его, — Лу Чжоу выбросил обломки микросхемы в специальный пакет для утилизации и посмотрел на профессора У Тяньцюня. Он сказал: — Я не ожидал, что вы, ребята, так сильно продвинулись с тех пор, как я был здесь в последний раз.

Профессор У скромно сказал: «Индустриализация в основном осуществляется Институтом полупроводников Китайской академии наук. Мы в основном сосредоточены на плотности транзисторов на основе углерода».

Лу Чжоу кивнул и спросил: «Если всё пойдёт хорошо, когда можно будет начать производство?»

Профессор У Тяньцюнь немного подумал и сказал: «Судя по отзывам HiSilicon, мы можем начать производство в конце месяца… На самом деле они очень торопятся. Политика американского правительства становится всё более и более ограничительной. Я поговорил об этом с их техническим директором, они хотят вывести микросхемы на углеродной основе на международный рынок».

Лу Чжоу приподнял брови и сказал: «Тогда мы не можем их подвести».

Профессор У Тяньцюнь улыбнулся и сказал: «Конечно, нет! Я верю в силу Института перспективных исследований Цзиньлин!»

Лу Чжоу ненадолго задержался в лаборатории, где работали с углеродом.

Вернувшись в свой кабинет, он позвонил директору Ли из Государственного управления национальной обороны. Когда звонок соединился, в трубке раздался голос директора Ли. «Алло? Что случилось?»

Лу Чжоу: «Кое-что произошло».

Директор Ли немного растерялся. Боже, неужели нельзя было сказать мне лично?Теперь я уже в машине.

«Почему ты не сказал мне раньше? Я собираюсь в зону высоких технологий, зайду завтра...

“ Это насчет чипов Dragon One на углеродной основе...

Прежде чем Лу Чжоу успел закончить, директор Ли яростно спросил: “Где вы сейчас?”

Лу Чжоу усмехнулся и ответил.

“... Все еще в моем кабинете”.

“Подожди меня, я иду"… Сяо Ли, разворачивайся, возвращайся в Институт перспективных исследований!”

«Но встреча в зоне высоких технологий начнётся через час…»

«Заткнись, профессор Лу важнее!»

«Да, сэр…»

Звонок закончился.

Лу Чжоу откинулся на спинку стула и покачал головой. Он положил телефон на стол. Чипы Dragon One были готовы. По словам профессора У, проблем с производством быть не должно. Для этого и была построена полупроводниковая промышленная база в Цзянчэне. Все вспомогательные объекты были полностью подготовлены ещё до начала проекта. Компания Huawei HiSilicon теперь находится на самом верху производственной цепочки. Единственное, о чём им нужно было думать, — это как заработать как можно больше денег. Лу Чжоу постучал пальцем по столу. Он немного подумал, а затем покачал головой. Бессмысленно думать от этом, пусть решают бизнесмены. Он взял телефон и набрал привычный номер. На самом деле он почти забыл, что этот номер есть в его контактах.

— Алло, босс Ван?

— Слушаю.

— Мы сделали чип, который вы заказали.

Глава 1047. Итоги IEEE

Лос-Анджелес.

Конференция Института инженеров электротехники и электроники прошла по расписанию. Будучи ведущей конференцией в области проектирования интегральных схем, она была не только научной конференцией, но и площадкой, на которой производители демонстрировали свою новейшую продукцию.

Для такой прикладной отрасли, как эта, граница между наукой и производством была размытой. Многие учёные были инженерами в своих собственных компаниях, а многие инженеры были рецензентами диссертаций. Нередко случалось, что кто-то занимал должность технического директора, одновременно рецензируя статьи для журнала по электротехнике. Профессор Майкл Мэйберри, стоявший на сцене, был классическим примером. Будучи деканом Исследовательского института полупроводников Intel, он также занимал должность технического директора Intel. Он выступал на сцене перед учёными, инженерами и представителями компаний. Его презентация была посвящена ряду технологий, таких как новейшие потребительские процессоры Intel и видеокарты нового поколения. Среди ослепительных новинок самой привлекательной, несомненно, была «серебряная» микроархитектура с техпроцессом 7 нм. Слайд PowerPoint привлёк всеобщее внимание!

По словам Intel, «серебряная» архитектура будет представлена во второй половине 2022 года и будет основана на архитектуре «Sunny Cove», которую Intel представила в 2019 году. Новая архитектура выведет производительность чипа на совершенно новый уровень! Интеграция транзисторов и производственный процесс также будут совершенно другими. Майкл Мэйберри стоял на сцене и с воодушевлением подчёркивал, что это огромный скачок в развитии технологий. И Intel изменит будущее микрочипов… Несмотря на то, что все пришли сюда, чтобы похвастаться, большинство людей были весьма удивлены презентацией Мэйберри. Все знали, что 7-нм техпроцесс был близок к технологическому пределу основных производителей. Хотя 5-нм техпроцесс был возможен, он не был экономически эффективным. И 5 нм были примерно на уровне технологического предела. На этом уровне сам материал становился всё более нестабильным из-за квантово-механических эффектов. На этом уровне было бы сложно повысить производительность чипа за счёт уменьшения технологического процесса. Из-за этого крупные производители микросхем пытались найти другие способы повысить производительность чипов, помимо совершенствования технологических процессов. Спорная архитектура «Sunny Cove», выпущенная во второй половине 2019 года, была классическим примером. Архитектура «Sunny Cove», основанная на 10-нм технологическом процессе, напрямую повысила производительность чипов Intel серий Core и Xeon на 66%! Никто не удивился тому, что Intel смогла внедрить 7-нм техпроцесс, но совершить такой значительный прорыв на основе архитектуры «Sunny Cove» было, мягко говоря, безумием. Очевидно, что Intel оказалась в центре внимания на этой научной конференции. Главный инженер Qualcomm Дерек Вэкер сидел в зале. Он с завистью наблюдал за презентацией технического директора Intel.

«Intel так далеко продвинулась… В последний раз, когда я слышал, Мэйберри говорил, что они собираются сделать несколько важных заявлений, что они собираются изменить архитектуру. Я думал, что он просто хвастается, я не думал, что они действительно смогут это сделать».

Рядом с ним сидел Кох, вице-президент Qualcomm, которого тоже отправили на эту научную конференцию. Кох посмотрел на человека на сцене и позавидовал ему.

«… Акции Intel завтра взлетят до небес».

Несмотря на то, что у Intel и Qualcomm были напряженные отношения, Кох был рад воспользоваться этим подъемом, воспользовавшись поддержкой Intel. С другой стороны, у Мэйберри пересохло во рту, поэтому он взял стакан воды и сделал глоток.

Он провел 20 минут, рассказывая потенциальным партнерам Intel об этой потрясающей линейке чипов с «серебряной» архитектурой. Несмотря на то, что он говорил высокомерно, все в конференц-зале ему поверили. Все они знали, что за человек Мэйберри. Он мог немного прихвастнуть, но никогда бы не солгал. Когда презентация наконец закончилась, Майкл Мэйберри ушёл со сцены под аплодисменты. Конференция продолжилась по расписанию. Однако было очевидно, что главная сцена полностью принадлежала Intel. Мэйберри спустился со сцены и прислушался к обсуждениям, которые велись вокруг него. Он не мог не испытывать гордости. Ему нравилось это чувство. Вот почему он лично пришёл, чтобы выступить с этим докладом. В противном случае он мог бы поручить это кому-то другому. На сцену вышли ещё несколько докладчиков: представители Qualcomm, Samsung, Apple… Однако ни один из них не был таким же впечатляющим, как «серебряная» архитектура Intel. Когда инженер Qualcomm рассказывал об обновлении архитектуры набора команд ARM-V9, на его лице было написано поражение. После того как докладчик из Qualcomm ушёл со сцены, на неё вышел китаец в очках. Долговязый мужчина был одет в костюм, который ему не подходил. Он явно не был похож на профессора или опытного инженера. Вместо этого он выглядел как стажер или ассистент. Мэйберри пошутил со своими друзьями по поводу человека на сцене. В его глазах читалось презрение. Из-за взволнованного докладчика и Huawei HiSilicon Мэйберри показалось, что презентацию вообще не стоит слушать. В конце концов, о чём может говорить стажер? Только о том, как бы не опозориться. Человек, сидевший рядом с ним, генеральный директор Intel Боб Свон, внезапно сказал: «Я слышал, что они работают с китайским государством над проектированием интегральных схем».

Говоря «они», он, очевидно, имел в виду HiSilicon. Мэйберри всё ещё смотрел на него с презрением, приподняв брови.

«О, неужели, так это китайская компания высоких технологий?»

Боб Свон сказал: «Лучше не недооценивать их. В конце концов, мы едва начали осваивать контролируемую термоядерную энергию, а они уже обеспечивают энергией наш завод в Юго-Восточной Азии».

Но ядерный синтез и микросхемы — это совершенно разные вещи. Мэйберри неодобрительно поджал губы. Наконец-то заговорил похожий на стажёра ведущий на сцене. Возможно, потому, что он впервые выступал с презентацией, он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, прежде чем начать вступительную речь. Известные люди, сидевшие в первом ряду, в том числе Боб Свон и Мэйберри, ободряюще посмотрели на этого молодого человека. Они сочувствовали и поддерживали безобидного противника, такого как этот парень. Несмотря на то, что внешне они были неуважительны, на поверхности они были вежливы. Такими были бизнесмены. Каким бы надоедливым ни был ребёнок, взрослый всё равно будет его терпеть.

«Этот проект — совместный проект HiSilicon и Института перспективных исследований Цзиньлин. Мы работали над ним почти два года. Вообще-то, сегодня здесь должна была быть их исследовательская группа, но по разным причинам они предоставили эту возможность нам».

Его неуверенность в себе уже заставила людей потерять интерес. Несмотря на то, что название Института перспективных исследований Цзиньлин привлекло внимание многих людей, они запомнили, что презентацию проводил стажер. Ведущий посмотрел на первый ряд и заметил, что некоторые известные люди начали переговариваться между собой. Ведущий начал волноваться, когда заговорил.

«Сейчас я покажу презентацию в PowerPoint. Это проект по созданию чипов на основе углерода…»

Он не успел закончить предложение.

Внезапно он понял, что в зале после его слов воцарилась тишина.

Было так тихо, что становилось страшно…

Глава 1048. Проект академика Лу

Повисшая в воздухе тишина была пугающей.

Тощий мужчина в очках, стоявший на сцене, заметил это и прервал свою речь, немного сомневаясь, стоит ли продолжать. Наконец, кто-то нарушил молчание.

— Как вас зовут?

Человеком, задавшим этот вопрос, был Мэйберри, технический директор Intel, сидевший в первом ряду. Он задал этот вопрос, встретившись взглядом с мужчиной на сцене. Человек на сцене был шокирован тем, что знаменитость разговаривает с таким ничтожеством, как он. На секунду он выпал из реальности, но быстро понял, что всё ещё стоит на сцене. Он кивнул и ответил.

«… Хэ Хай, инженер-исследователь в Huawei».

Хэ Хай? Мэйберри подсознательно запомнил это имя. Он нахмурил брови и задумался. Он не мог вспомнить, где слышал это имя. Наконец он сдался. Он посмотрел на Хэ Хая и сказал. «Неважно, как тебя зовут».

Хэй Хай: «???»

Это ты спросил. Мэйберри не понимал, насколько противоречивым было его заявление. Он поправил очки на переносице и спокойно заговорил.

— Я слышал, как вы упомянули слово «чип на углеродной основе». Судя по слайдам PowerPoint, я правильно понимаю, что вы, представляя компанию Huawei, хотите сообщить научному сообществу и промышленникам, что вы совершили прорыв в технологии производства чипов на углеродной основе?

Строго говоря, он был лишь на середине своей презентации, далеко от Q&A-сессии. Поступок Мэйберри был несколько неуважительным по отношению к докладчику, а также к аудитории.

Но из всего есть исключения. Никто не осуждал Мэйберри за её поведение, потому что все хотели узнать ответ на вопрос. Были ли данные на слайде PowerPoint точными? Хэ Хай явно не ожидал, что Мэйберри задаст такой странный вопрос. Он странно посмотрел на него, затем снова перевёл взгляд на свой PowerPoint. Он убедился, что на слайдах нет ошибок, и ответил.

«Как видите, в качестве первого чипа серии Dragon, изготовленного по технологии производства чипов на основе углерода, мы использовали транзисторы нового поколения на основе углерода, сотрудничая с Институтом вычислительных материалов Цзиньлин и лабораторией на основе углерода…»

Как только аудитория услышала слово «транзистор на углеродной основе», поднялся шум. Концепция чипов на основе углерода появилась только в этом году. До сегодняшнего дня большинство людей считали, что это всего лишь концепция, а её осуществимость всё ещё вызывала споры в академическом сообществе. Однако теперь этот человек на сцене утверждал… Что кто-то уже решил эту спорную проблему? Мэйберри начал паниковать. Он едва мог сохранять самообладание. Он уставился на ведущего и спросил.

«Вы говорите от имени Huawei? Вы отвечаете за свои слова? Вы знаете, что значит публиковать ложные научные результаты на конференции?»

Мэйберри отчаянно пытался прочитать выражение лица китайца, надеясь увидеть микровыражения, которые указывали бы на то, что он лжёт. Однако он был разочарован.

Ведущий по имени Хэ Хай не понял, что вопросы были риторическими, поэтому он неловко улыбнулся и сказал: «О, об этом не стоит беспокоиться. Автором-корреспондентом этой статьи является академик Лу. Он отвечает за этот проект».

Профессор Лу!

Как только прозвучало это имя, в зале воцарилась тишина. Лицо Мэйберри побледнело. Его губы задрожали, и он потерял дар речи. Он надеялся, что сообщение было просто шуткой, что не существует технологии чипов на основе углерода, что Huawei лжёт. Но теперь все его надежды рухнули из-за упоминания «академика Лу»… Лауреат Нобелевской премии и медали Филдса, человек, доказавший гипотезу Римана, недавно получивший премию Карла Фридриха Гаусса. Если бы у него было столько титулов и наград, его резюме заняло бы десять страниц.

Из-за своего статуса у него не было причин лгать Huawei. Если эта технология действительно подкреплена академической репутацией этого человека… Увидев, что Мэйберри потерял дар речи, Хэ Хай спросил.

— Эм, я могу продолжить?

— Продолжайте… — ответил Свон, вместо своего ошарашенного технического директора.

Хэ Хай посмотрел на пары глаз, устремлённых на него. Он сглотнул и кивнул.

«О, хорошо».

…

Хэ Хай поклялся богом, что сегодняшняя презентация была пиком его жизни. По крайней мере, пиком первой половины его жизни. Всё помещение было заполнено известными учёными и инженерами из полупроводниковой промышленности, а также лидерами отрасли. Однако все, кто сидел в зале, будь то начинающий исследователь или знаменитость, спокойно слушали его презентацию в PowerPoint. Он был уверен, что все действительно его слушают. Потому что, когда он представил результаты тестирования производительности чипа, он услышал возгласы…

«Технология 28 нм, интеграция чипа 10 миллионов на квадратный миллиметр… Лучше, чем чипы Xeon, это безумие!»

«Как такое возможно! Пока не увижу это своими глазами, не поверю!»

«Тактовая частота 3,7 ГГц, максимальная потребляемая мощность 20 Вт… Ха-ха, невозможно.”

“Теоретически, микросхемы на основе углерода лучше рассеивают тепло, чем микросхемы на основе кремния…”

“Это невозможно! Я повторю, это невозможно!”

“…”

Даже слыша весь этот шëпот в толпе, Хэ Хай не стал беспокоиться. Вместо этого он почувствовал облегчение. Независимо от того, поверили ему зрители или нет, важно было то, что они его слушали. Что касается дебатов…

Это не имело значения. Он уже видел волшебный чип. Он был размером с ноготь и лёгким, как лист бумаги. Он не мог описать, что почувствовал, когда впервые увидел его. Он был уверен в одном: когда люди, сидящие здесь, увидят чип своими глазами, они будут так же потрясены… После окончания презентации не было никаких вопросов. В зале царил беспорядок. На лице вице-президента Qualcomm Коха не было никакого выражения. Внезапно он спросил:

«Вэкер, ты знаешь, что я хочу сделать?»

У Вэкера было такое же выражение лица. Он сглотнул и пробормотал: «Я не знаю, я не торгую акциями… У меня есть акции Qualcomm, я постараюсь продать их как можно больше».

Кох кивнул. “У меня была такая же идея”.

Глава 1049. Подрыв всей индустрии

После того, как Кох увидел «серебряную» микроархитектуру Intel, он решил, что на конференции по проектированию интегральных схем внимание будет приковано к Intel. Однако всё изменилось после того, как он увидел технологию чипов Huawei на основе углерода. Забудьте о том, чтобы оказаться в центре внимания на конференции IEEE. Как только презентация закончилась, новости о Dragon One и «чипе на углеродной основе» распространились по всем отраслям промышленности. Это было похоже на землетрясение в полупроводниковой промышленности.

Huawei совершила крупный прорыв в технологии производства чипов на углеродной основе! Первая серия чипов Dragon One, использующих углеродную технологию, будет применяться в серверах среднего и высокого класса, напрямую конкурируя с ведущей в отрасли серией чипов Xeon от Intel! Люди не могли поверить в то, что слышали. С другой стороны, фондовый рынок тоже всех шокировал. Несмотря на то, что Intel только что выпустила свою «серебряную» архитектуру, цены на их акции падали до минимума…

Все произошло так внезапно.

Кох, вице-президент Qualcomm, надеялся на другой вариант развития событий: что чипа на углеродной основе вообще не существует, что Huawei слишком оптимистична. Или, может быть, HiSilicon неправильно поняла электронное письмо от своих партнёров по исследованиям. Но вероятность этого была невелика. Кроме того, это означало бы, что профессор Лу, автор-корреспондент, даже не читал диссертацию. Это было маловероятно.

Не только Intel, Qualcomm и AMD, но и вся полупроводниковая промышленность начала страдать из-за этого изменения. Всё произошло так внезапно. Никто не ожидал, что появится этот отчёт. Большинство людей даже не знали, что в Институте перспективных исследований Цзиньлин есть такой проект. Подавляющее большинство людей лишь смутно представляли себе кластеры полупроводниковой промышленности в Китае. Лишь немногие слышали о том, что HiSilicon от Huawei продвигается вверх по производственной цепочке. Однако никто не мог предсказать появление чипа на углеродной основе, основываясь на этих слухах. Последствия краха полупроводниковой промышленности вскоре сказались на NASDAQ*, и в технологической отрасли, включая производство мобильных телефонов, компьютеров и серверов, воцарился пессимизм. Никто не ожидал, что такие гиганты полупроводниковой промышленности, как Intel и Qualcomm, которые прочно удерживали лидирующие позиции в отрасли, внезапно лишатся их.

Мировая полупроводниковая промышленность рушилась…

Институт перспективных исследований Цзиньлин. Кабинет декана.

Генеральный директор Huawei Ван Чжэнфэй сидел на диване и пил чай. Он улыбнулся и рассказал Лу Чжоу о событиях, происходящих в мире полупроводников.

«Отдел продаж HiSilicon получает заказы направо и налево, и некоторые звонки даже доходят до моего кабинета».

Стратегия продаж HiSilicon заключалась в том, чтобы отдавать приоритет внутренним заказам Huawei, затем внутренним заказам и, наконец, зарубежным заказам. Судя по текущему спросу, на выполнение заказов только от Huawei полупроводниковой базе в Цзянчэне потребовалось бы полгода. Даже если бы люди захотели купить эти чипы, они не смогли бы. Однако это не означало, что производители, работающие с ними, сдадутся.

Из-за энергопотребления в 20 Вт и превосходной теплоотдачи углеродных чипов несколько центров суперкомпьютеров в Китае запросили углеродные чипы, несмотря на их стоимость. Лу Чжоу знал, каково это — быть заваленным телефонными звонками.

«Молодец, ты хорошо справился».

«Я?» Ван Чжэнфэй улыбнулся и сказал: “Я ничего не делал, это сделали такие ученые, как вы”.

Лу Чжоу: “Это в основном из-за профессора У, он руководитель этого проекта”.

Ван Чжэнфэй: “Кстати, профессор У собирается стать академиком, верно?”

Лу Чжоу кивнул и сказал: “Да, я рекомендовал его, все должно быть в порядке”.

Ван Чжэнфэй улыбнулся и сказал: «Если вы говорите, что всё в порядке, то действительно не о чем беспокоиться. Я собирался спросить, могу ли я чем-нибудь помочь, но, кажется, я слишком много думаю об этом».

Лу Чжоу улыбнулся и на секунду замолчал, прежде чем сказать. «На самом деле, я не понимаю одного».

Ван Чжэнфэй поставил чашку с чаем и сказал: «О? Похоже, я имею честь помочь академику Лу. Спрашивайте».

Лу Чжоу: «Почему мы должны были представлять диссертацию на конференции IEEE?»

Ван Чжэнфэй непринуждённо улыбнулся и сказал: «Прежде чем мы откроем шлюзы, нам нужно измерить давление в трубопроводе. Прежде чем мы выпустим продукт, мы должны опубликовать результаты исследования и понаблюдать за реакцией отрасли. Если возникнут какие-то проблемы, у нас ещё есть время их устранить. Кроме того, мы работали втайне, они даже не знают, что мы этим занимаемся. Это похоже на то, как если бы все думали, что вы работаете над технологией ядерного деления четвёртого поколения. Но после полутора лет молчания вы внезапно решили проблему управляемого термоядерного синтеза. Возможно, отрасль вам даже не поверит, а партнёры не будут вам доверять».

Лу Чжоу нахмурился и сказал: “Кого они волнуют?”

Ван Чжэнфэй улыбнулся и сказал: «Хороший вопрос, нам не стоит о них беспокоиться! Рано или поздно производители поймут, что у нас в руках настоящее сокровище, но на это потребуется время. Это не ядерный синтез, мы не можем продолжать работать с закрытыми дверями. Мы должны переосмыслить полупроводниковую промышленность и преодолеть технологические барьеры Запада».

Дело было не только в чипах на углеродной основе. Если бы они хотели изменить индустрию, Китаю пришлось бы застать Запад врасплох.

Лу Чжоу нахмурился и спросил: «О, так как прошли измерения трубопровода?»

Ван Чжэнфэй улыбнулся и сказал: «Всё прошло именно так, как мы и ожидали! Вся полупроводниковая промышленность боится того, что произойдёт, когда мы выпустим наши чипы. Следующий шаг — развеять их страхи и организовать выпуск продукта. Что вы думаете, академик Лу? Не хотите ли сказать несколько слов на презентации?»

Лу Чжоу покачал головой и ответил: «Мне неинтересно, я в последнее время написал слишком много отчётов. Не говоря уже о том, что я занимаюсь только теоретической частью, я мало что знаю о самом чипе. Вам стоит найти кого-нибудь другого для запуска продукта».

«Ха-ха, вы всё усложняете. Того, что вы один на сцене, достаточно». Ван Чжэнфэй улыбнулся и сказал: «Как насчёт того, чтобы просто прийти? В любом случае, это в Цзиньлине».

Лу Чжоу немного помедлил, прежде чем ответить. «… Тогда ладно».

В конце концов, это было в Цзиньлине, так что ему не пришлось бы далеко ехать. Внезапно телефон начал вибрировать. Ван Чжэнфэй достал свой телефон и посмотрел на Лу Чжоу.

«Подожди секунду, я должен ответить на этот звонок».

Лу Чжоу: «Ничего что я здесь?»

— Да, да, всё в порядке.

Телефонный звонок длился 30 секунд.

Старик только и сказал, что «хорошо» и «я понимаю».

После того, как Ван Чжэнфэй повесил трубку, Лу Чжоу спросил: «Что за хорошие новости на этот раз?»

Ван Чжэнфэй убрал телефон обратно в карман и сказал: «IEEE отозвала нашу статью».

Они посмотрели друг другу в глаза и рассмеялись.

Смех одного из них был неловким, в то время как другой звучал озорно.

*NASDAQ (акроним от англ. National Association of Securities Dealers Automated Quotation) — американская биржа, специализирующаяся на акциях высокотехнологичных компаний.

Глава 1050. Просто назови его... Будущее

Для ученого отклонение статьи не было чем-то необычным. Независимо от репутации учёного или его прошлых достижений, если статья не соответствует требованиям для публикации, она будет отклонена на любом этапе рецензирования. Однако случаи отзыва опубликованной статьи были редкостью. Для статей, которые уже были опубликованы, отзыв был серьёзным ударом по репутации журнала. Потому что это означало, что в публикации была допущена серьёзная ошибка. Поэтому, в целом, журналы крайне неохотно отзывали опубликованные статьи, если только не было серьёзного академического мошенничества. В своё время академическое мошенничество на уровне Нобелевской премии, совершённое Харуко Обокатой, потрясло биологическое сообщество. Академическое сообщество установило, что результаты еë экспериментов были подделаны. Японский институт физических и химических исследований не смог противостоять общественному давлению. После того как они попросили Харуко Обокато отозвать статью о клетках STAP, они попросили журнал Nature отозвать спорную статью.

Несмотря на то, что биологическая сфера отличается от разработки интегральных схем, отзыв статьи сразу после конференции IEEE был немного необычным. Лу Чжоу не только получил отказ в публикации своей статьи, но и отозвал её. Он чувствовал, что как учёный он уже сделал всё, что мог. Но, опять же, он впервые отправлял статью в журнал IEEE. Кроме того, статья была посвящена электротехнике, а не его основной специальности. Он получал электронные письма от ведущих инженерных журналов с просьбой опубликовать его исследование в области термоядерной энергии. Однако из-за деликатности темы он вежливо отказывался.

Он и представить себе не мог, что его первая публикация в IEEE будет отозвана по абсурдным причинам, связанным с «академическим мошенничеством» и «фальсификацией экспериментальных данных». После того как Лу Чжоу прочитал уведомление об отзыве статьи из IEEE, он был сбит с толку. Боже мой, неужели вы, ребята, думаете, что я из тех, кто публикует поддельные экспериментальные данные? Он не был уверен, насколько сильно конференция IEEE повлияла на отрасль. Его смущало то, что он чувствовал, будто академический мир становится всё более и более запятнанным. Раньше, когда Соединенные Штаты и Советский Союз были вовлечены в гонку вооружений, академическая среда была совсем не такой…

Чэнь Юйшань спросила: “Я слышала, что твоя статья была отозвана?”

Она сидела на диване в кабинете декана Института перспективных исследований, и когда она говорила, на ее лице была ухмылка.

Лу Чжоу посмотрел на ее злорадную улыбку и вздохнул. “Тебе действительно обязательно так сильно злорадствовать?”

— “Что ты имеешь в виду? Я не злорадствую. Просто редко можно увидеть, как ты терпишь убытки ”.

Лу Чжоу сказал: “Не совсем терплю убытки. Это просто неудачная ситуация ”.

Чэнь Юйшань: “Они просили вас пересмотреть статью или что-нибудь в этом роде?”

«В уведомлении об отзыве они вежливо сообщили мне, что некоторые экспериментальные данные выглядят немного «преувеличенными», и попросили меня их изменить. Однако они даже не сказали мне, какая часть выглядит преувеличенной. Я уверен, что они не проводили проверочные эксперименты, потому что у них нет для этого средств».

Чэнь Юйшань с любопытством спросила: «Значит, ты собираешься её изменить?»

«Изменить её?» Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Зачем мне менять то, что и так верно?»

Одно дело — прислушаться к мнению рецензентов и исправить очевидные ошибки, но это было равносильно клевете.

Чэнь Юйшань посмотрела на Лу Чжоу и ухмыльнулась.

«Неудивительно, что ты выдающийся учёный, это предложение можно цитировать».

Лу Чжоу улыбнулся и спросил: «Какое отношение это имеет к тому, чтобы быть выдающимся учёным?»

— Конечно, так и есть! Подумайте об этом: студенты, которые осмеливаются спорить с преподавателями, — лучшие ученики. Новичок-исследователь не осмелился бы задавать вопросы преподавателям.

Лу Чжоу вздохнул и сказал: «Значит, ты говоришь, что IEEE — это учитель? Я сильно сомневаюсь что они достаточно квалифицированы, чтобы называться учителями».

«Просто пример…» Чэнь Юйшань закатила глаза и вдруг спросила: «Кстати, ты когда-нибудь думал о том, чтобы самому создать журнал?»

Лу Чжоу кивнул и сказал: «Вчера я говорил об этом с генеральным директором Huawei».

На самом деле, генеральный директор Huawei был не единственным, с кем он говорил об этой проблеме. Несколько его друзей из китайского академического сообщества упоминали об этом. Однако Лу Чжоу всегда считал, что это будет слишком хлопотно. В конце концов, по его мнению, сам журнал не был важен. Важна была сама статья. Если исследование было достаточно сложным, оно привлекло бы внимание людей, даже если бы было опубликовано только на arXiv. С другой стороны, для подтверждения ценности незначительных научных работ потребовался бы известный журнал. Но теперь казалось, что его идеи были слишком оптимистичными.

Несмотря на то, что журналы были всего лишь платформой для публикации научных исследований, в них всё равно присутствовала определённая цензура. Даже если эти ограничения и цензура не проявлялись при обычных обстоятельствах, было ясно, что IEEE перешла эту черту. Может, мне действительно стоит подумать о том, чтобы основать собственный научный журнал.

«Ван Чжэнфэй говорил с тобой об этом?» — удивлённо спросила Чэнь Юйшань. Она с любопытством спросила: «Что он сказал?»

Лу Чжоу подумал и сказал: «Он сказал, что чипы на углеродной основе — это то, что мы создали сами, и что другим сложно рецензировать наши рукописи. Сейчас международное сообщество не проводит никаких исследований в этой области, кроме теоретических. Им будет сложно рецензировать нашу статью».

Чэнь Юйшань кивнула и сказала: «Согласна… Что ты думаешь?»

«Я думаю, что он прав». Лу Чжоу сделал паузу и улыбнувшись продолжил: «Я подумал, что Институт перспективных исследований Цзиньлин был основан давно, но у него до сих пор нет журнала. Я планирую создать научный журнал от имени Института перспективных исследований… Конечно, люди, не работающие в институте, тоже могут присылать свои работы, но мы должны сами их рецензировать».

Чэнь Юйшань: “Тебе нужна моя помощь?”

— Конечно, я в этом не разбираюсь, но я могу временно взять на себя роль главного редактора, а ты поможешь с особенностями создания журнала.

Чэнь Юйшань ухмыльнулась. «Легко. Можешь положиться на меня. И, кстати, как ты хочешь назвать этот журнал?»

Лу Чжоу пару секунд размышлял, прежде чем ответить: «Просто назови его… «Будущее».

Глава 1051. Лев или охотник?

С тех пор, как закончилась конференция Института инженеров электротехники и электроники, полупроводниковая промышленность пребывала в хаосе. Ходили слухи о прорыве в технологии производства микросхем на основе углерода! Традиционные микросхемы на основе кремния могут исчезнуть навсегда! Руководители Intel, Qualcomm и множества других полупроводниковых компаний провели выходные в тревоге, опасаясь за свои рабочие места. Однако внезапная «хорошая новость» принесла людям облегчение. IEEE отозвал статью о технологии производства интегральных схем на основе углерода. Это означало, что экспериментальные данные могли быть сфабрикованы! Это было довольно серьёзное обвинение. Хотя некоторые люди считали, что отказ от участия был немного странным, большинство приняло обвинения как факт. В основном потому, что IEEE была довольно авторитетной профессиональной организацией. Подавляющее большинство инженеров в этой области получали информацию из базы данных IEEE. Большинство из них мечтали представить свою работу на конференции IEEE. Поскольку даже в IEEE посчитали, что эта технология не заслуживает доверия, большинство людей считают, что эта технология, скорее всего, была подделкой. В конце концов, они гораздо охотнее доверяют IEEE, чем Huawei. Сразу после того, как статья о «чипе на углеродной основе» была отозвана, в Facebook начались обсуждения.

[… Я же говорил вам, что чип на углеродной основе — это просто фантазия. Даже такие компании, как Intel, Qualcomm и AMD, не продвинулись в своих исследованиях. Теперь эта компания по разработке чипов появляется из ниоткуда и заявляет, что у неё есть эта технология? Вы действительно в это верите?]

[Как смеют китайцы отправлять это в IEEE, это оскорбление для академических кругов! Мы должны расследовать, кто написал эту статью.]

[Но зачем они это сделали? Они знают, что мы можем легко проверить их утверждения и разоблачить их ложь.]

[Кто знает? Китайцы любят подделывать вещи? Может быть, это часть их коварного плана…]

[Вздох, похоже, даже профессор Лу иногда ошибается…]

…

Штаб-квартира корпорации Intel.

Люди заходили и выходили из кабинетов и офисной зоны. На таком конкурентном предприятии, как это, в воздухе легко можно было почувствовать атмосферу напряжения. Если бы микросхемы на углеродной основе действительно появились в полупроводниковой промышленности, большинство людей здесь были бы уволены. Чтобы казаться более ценными сотрудниками, все старались выглядеть занятыми и трудолюбивыми в надежде, что их не уволят, когда придёт время. За дверью кабинета Мэйберри послышались шаги. Мэйберри услышал стук в дверь, когда просматривал документы за своим столом. Он нахмурился и сказал: «Войдите».

«IEEE действительно согласилась отозвать статью», — сказал молодой ассистент, которому было чуть больше двадцати. Он говорил с недоверием в голосе: «… я не могу поверить, что люди из IEEE действительно нас послушали».

Именно ассистент связался с IEEE. Он и не подозревал, что после нескольких писем в ответ на его запросы IEEE так легко согласилась на их просьбу. Однако, в отличие от изумлённого ассистента, Мэйберри просто поправил очки на переносице и заговорил с невозмутимым видом.

«В этом нет ничего удивительного. У нас много сотрудников в ассоциации. Конечно, в такой критический момент они на нашей стороне. Не говоря уже о том, что Белый дом и отрасль оказывают на них давление. Они должны отозвать статью, даже если не хотят этого».

Когда помощник услышал его, выражение его лица слегка изменилось.

«Белый дом тоже участвует?»

Мэйберри кивнул и ответил.

«В конце концов, это чрезвычайно важно для отрасли. В каком-то смысле Белый дом заботится об этом больше, чем мы».

В индустрии электромобилей больше не доминируют Соединённые Штаты, особенно из-за доминирования Китая в области термоядерной энергии. Белый дом без колебаний оставил Tesla позади.

Однако полупроводники являются одной из основных отраслей промышленности Соединённых Штатов, поэтому Белый дом не собирается так просто сдаваться. Это не только означало потерю десятков тысяч рабочих мест на рынке стоимостью триллион долларов, но и подрывало монополию Америки в сфере высоких технологий. Знаете, что было самым популярным американским товаром в Китае?

Это были компьютерные чипы! Мэйберри прекрасно понимал, что Белый дом уже перешёл черту. Неважно, отставали ли они в технологиях управляемого термоядерного синтеза или проигрывали в аэрокосмической гонке. Полупроводниковая промышленность была основой всей высокотехнологичной отрасли. Если бы они потеряли доминирующее положение и в производстве полупроводников, последствия были бы невообразимыми. Произошло бы следующее: Соединённые Штаты были бы полностью вытеснены из сферы высоких технологий, и вызванная этим цепная реакция нанесла бы непоправимый ущерб. На самом деле индекс NASDAQ уже упал. В конце концов, в капиталистическом обществе выживает сильнейший. Цена акций компании была индикатором будущих экономических перспектив. Поэтому ни Белый дом, ни промышленные гиганты не допустили бы чего-то подобного. Ассистент не понимал, почему Мэйберри так оптимистично настроен. Он секунду колебался, прежде чем спросить: «Но презентация продукта HiSilicon от Huawei всё равно состоится по расписанию. Почему так важно, что мы удалили их статью в IEEE?»

«Доверие, уверенность, вера — что означают эти слова?» Мэйберри терпеливо ответил: «Как вы думаете, что происходит, когда одинокий лев пытается войти в зону обитания группы львов? Если одинокий лев втянет когти и будет вести себя смирно, возможно, он сможет съесть немного оставшегося мяса. Но китайцы этого не сделали, они набросились на нас с рёвом».

Мейберри улыбнулся и покрутил ручку в руке.

«Признаю, их исследование впечатляет, и оно также очень привлекательно для наших партнёров в производственной цепочке. Я уверен, что генеральный директор Свон сделает всё возможное, чтобы они поделились с нами своим патентом и технологиями.

«Однако иногда технологии — не единственное, что определяет конкурентоспособность продукта на рынке. Есть ещё совместимость, отношения с клиентами, влияние отрасли и множество других факторов!»

Думаю, Мэйберри прав, но действительно ли HiSilicon — это просто одинокий лев? Один лев ничего не мог изменить. Несмотря на то, что он был на вершине пищевой цепочки, он не мог конкурировать со всеми своими сородичами. Если бы лев не смог влиться в сообщество, он бы вскоре умер от голода.

Однако… что, если HiSilicon — это не лев, а охотники с ружьями? На лице помощника по-прежнему было растерянное выражение. Однако было ясно, что Мэйберри больше не хочет обсуждать это с ним. Мэйберри протянул помощнику подписанный документ.

— Мистер Свон займётся этим. Нам нужно сосредоточиться на технической стороне. Сделайте кое-что для меня, отнесите это в центр исследований и разработок и передайте ответственному лицу.

«Проект интегральной схемы на основе углерода?»

Мэйберри посмотрел на озадаченного ассистента и сказал: «Раз они доказали, что такая технология возможна, я думаю, мы можем это сделать».

Когда ассистент ушёл, Мэйберри откинулся на спинку кресла и потянулся. Он взял свою кружку с кофе и сделал глоток. До обеденного перерыва оставалось десять минут. Он решил сделать небольшой перерыв. Поэтому он включил компьютер и продолжил пить кофе.

Он открыл браузер и вошёл в свой аккаунт в Facebook. Его внимание привлекло уведомление. Его зрачки сузились. Когда он прочитал новость, то чуть не выплюнул кофе на экран. Институт перспективных исследований Цзиньлин основал журнал под названием «Будущее»!

Главный редактор —… Лу Чжоу!

Глава 1052. Future!

Хайчжоу.

Третья конференция атомной промышленности прошел в соответствии с графиком. На этой конференции, которая является самой известной отраслевой конференцией в Китае, присутствовали многие ветераны управляемого термоядерного синтеза. Среди них были такие лидеры отрасли на пенсии, как академик Пань и академик Чжоу, а также Ван Цзэнгуан и Ли Цзяньган. Эти люди сражались как львы, пытаясь запустить экспериментальный реактор. После успешного запуска термоядерного реактора они разошлись каждый своей дорогой. То, что все собрались здесь на этой конференции, достойно празднования. За обеденным столом было довольно оживлённо. Профессор Шэн Сяньфу выпил пару рюмок и почувствовал лёгкое опьянение. Его глаза внезапно сузились, когда он заметил.

«Мне кажется, чего-то не хватает».

Профессор Ли Чанся, сидевший рядом с ним, улыбнулся и ответил.

“Вероятно вам так кажется, потому, что академика Лу здесь нет”.

Несмотря на то, что Лу Чжоу каждый год приглашали на конференцию по ядерной промышленности, он так ни разу и не появился ни на одной из них. Третья конференция по ядерной промышленности проходила в Хайчжоу. Даже вышедший на пенсию Пань Чанхун присоединился к мероприятию. Однако отсутствие Лу Чжоу заставило этих старых друзей почувствовать себя немного одиноко.

Академик Ван Цзэнгуан услышал их разговор. Он улыбнулся и сказал: «Я видел его, когда был в России».

Шэн Сяньфу тут же спросил: «О, правда? Как он?»

«Он великолепен! Никогда не был лучше!» Академик Ван улыбнулся и сказал: «Академик Лу занят своими делами. Он в расцвете научных исследований, и у него нет времени общаться с нами, стариками».

Академик Ли Цзяньган, который до сих пор молчал, вдруг сказал: «Кстати, об академике Лу, вы слышали, что он недавно начал издавать журнал? Он называется «Future».

Очевидно, Ван Цзэнгуан тоже слышал об этом. Он улыбнулся и сказал: «Да, я слышал. Я давно говорил ему, чтобы он начал вести журнал, но этот парень меня не слушает. Как может в таком крупном исследовательском институте не быть журнала? Теперь, когда ему нанесли удар в спину, он наконец-то проявил инициативу».

Шэн Сяньфу: «Ударили в спину?»

Академик Ван: «Да, его статья в IEEE была отозвана».

Ли Цзяньган в шоке, сказал: «Отозвана? Я не знал об этом».

Шэн Сяньфу тоже недоверчиво спросил: «Статья академика Лу была отозвана? Какая статья… Нет, какой журнал осмелится на такое?»

— Это IEEE, я думаю, они занимаются интегральными схемами. Это не моя специализация, так что я мало что знаю об этом. Кажется, он был автором-корреспондентом, но это не имеет большого значения. Похоже, для него это было неприемлемо. Но это хорошо, ему нужна мотивация, чтобы заниматься чем-то помимо научных исследований.

Ван Цзэнгуан на самом деле был очень рад, что из-за этого был создан журнал Future. Он почти хотел поблагодарить IEEE за отзыв статьи.

Услышав слова Ван Цзэнгуана, академик Ли Цзяньган вздохнул и сказал: «Даже статья академика Лу была отозвана, что же делает IEEE?» Внезапно он спросил: «Но если говорить о новом журнале академика Лу, должны ли мы его поддерживать?»

— Конечно, я уже сделал это, — сказал Ван Цзэнгуан, покраснев. — Все исследовательские подразделения Китайской национальной ядерной корпорации будут продвигать сотрудников на основе будущих статей, написанных ими! Принятые статьи будут использоваться в качестве стандартных ссылок!

Хотя Ван Цзэнгуан говорил преувеличенно громко, он не выглядел так, будто шутит. Все за столом, включая академика Ли Цзянана, были поражены. Это была Китайская национальная ядерная корпорация! Лидеры китайской атомной энергетики! Компания East Asia Energy продавала электроэнергию, в то время как они сами строили атомные электростанции. В совокупности эти две компании полностью контролировали атомную энергетику. То, что такой гигант атомной энергетики, как этот, продвигает новый журнал, было… Однако, несмотря на то, что учёные были удивлены, они не чувствовали, что это несправедливо. В конце концов, основатель журнала был отцом управляемого термоядерного синтеза. Несмотря на то, что Лу Чжоу последние несколько лет работал в других областях, никто не сомневался в его авторитете в ядерной сфере. В их число входили Ван Цзэнгуан и академик Ли Цзяньган, которые были лидерами отрасли. В конце концов, без Лу Чжоу им пришлось бы ждать термоядерной энергии ещё 50 лет…

«Академической репутации и способностям академика Лу можно доверять. Если даже ему нельзя доверять, то никому нельзя», — сказал Ли Цзяньган, выпив рюмку. Он продолжил: «Я принял решение. С этого момента лаборатория строительных материалов Института Фуян будет учитывать и будущие статьи в качестве критерия продвижения по службе!»

Если бы Лаборатория строительных материалов Института Фуян, Китайская национальная ядерная корпорация и Восточно-Азиатская энергетическая компания внесли свой вклад в журнал Future, то он легко стал бы ведущим журналом в ядерной отрасли…

…

Лу Чжоу, который находился в Цзиньлине, не знал о «одолжениях», которые оказывали ему его старые друзья. На самом деле, дело было не только в области ядерного синтеза. Как только появилась новость о журнале Future, всё научное сообщество с воодушевлением обсуждало этот вопрос.

«Future».

Название вдохновляло. Оно напоминало людям о двух других ведущих научных журналах — «Science» и «Nature». Хотя Лу Чжоу не объявлял публично, каким будет журнал «Future», все уже начали строить догадки. На протяжении многих лет иностранные журналы были стандартом в китайской академической и отраслевой среде, будь то оценка эффективности работы или защита докторской диссертации. Не только потому, что Запад контролировал академическую среду, но и потому, что большинство исследовательских институтов по всему миру, независимо от того, находились ли они в Америке, в большей или меньшей степени работали на американцев. Несмотря на то, что Соединённые Штаты не были сильны в некоторых областях, поскольку они были центром академической науки, учёные в большей или меньшей степени рассматривали критические проблемы в качестве своих исследовательских проектов.

Каковы были наиболее серьёзные проблемы?

Проблемы, о которых спрашивало большинство. Те, кто контролировал научные ресурсы, имели право решать, какие учёные являются хорошими исследователями, а какие достойны продвижения по карьерной лестнице. Китайские журналы были заполнены некачественными и мошенническими статьями, которым просто нельзя было доверять. Несмотря на то, что позволять зарубежному журналу определять ценность исследования было невыгодно, у них не было другого выхода. В глазах китайских математиков журнал «Future» Лу Чжоу, несомненно, был вызовом, брошенным мировому академическому сообществу.

Если бы он преуспел…

Тогда «Future» существовало бы наряду с такими журналами, как «Science» и «Nature»…

Возможно, было бы трудно полностью разрушить академическое доминирование Запада, но это, безусловно, повлияло бы на китайское академическое сообщество…

…

На самом деле Лу Чжоу давно хотел основать собственный журнал. Он не делал этого до сих пор только потому, что всегда был слишком занят. По его мнению, как учёного, его работа заключалась в проведении исследований. Не говоря уже о том, что он не любил взваливать на себя слишком много. Как и Би-Би-Би, он предпочитал, чтобы другие люди управляли его бизнесом. Но теперь IEEE отозвала его статью! Несмотря на то, что Лу Чжоу внешне сохранял спокойствие, внутри он был очень зол.

Будущий редакционный отдел.

Третий этап строительства Института перспективных исследований Цзиньлин был завершён. Взглянув на план-схему института, Лу Чжоу обвёл кружком трёхэтажное здание, которое изначально планировалось использовать как книжное кафе, а теперь станет новым офисом редакционного отдела.

На самом деле, здание было слишком большим, чтобы использовать его только как редакцию Future. В конце концов, в здании можно было разместить 4 миллиона книг и документов. Выслушав мнения своих сотрудников, Лу Чжоу решил, что первый этаж по-прежнему будет служить книжным кафе.

Исследователи из института могли приходить сюда за кофе и общаться с людьми из разных областей науки. Уже одно это улучшило бы академическую атмосферу в институте. Многие великие идеи часто приходят неожиданно. Лу Чжоу хорошо это знал. После того как место было выбрано, на нём установили вывеску редакционного отдела.

На вывеске было напечатано «Future» и специальный логотип. Крупный шрифт выглядел как что-то из научно-фантастического фильма. В конце концов, технологии, изобретённые в этом институте, действительно казались чем-то из научной фантастики. Редакционный отдел «Future» был таким же сильным, как и сам институт. Будь то главный редактор или обычный штатный редактор, все они были известными в отрасли людьми. Стоит отметить, что большинство этих людей Чэнь Юйшань переманила из других журналов. Большинство из них пришли сюда не ради зарплаты. Вместо этого они пришли ради репутации Лу Чжоу и Института перспективных исследований. Например, новый главный редактор, стоящий перед Лу Чжоу. Его звали Яо Гун, и раньше он работал редактором в журнале Nature. Он вернулся преподавать в университет в Пекине в рамках программы «Тысяча талантов». Узнав, что профессор Лу открывает собственный журнал, он уволился и приехал сюда.

«… На данный момент мы зарегистрировали журналы Future, Future Materials, Future Physics, Future Mathematics, Future Nanotechnology, Future Information Technology и 15 других поджурналов. Мы ожидаем, что в течение двух лет их количество увеличится до 27. После этого мы продолжим расширяться соответствующим образом».

Яо Гун на секунду замолчал, а затем продолжил говорить с Лу Чжоу.

«По сути, это то, над чем мы работаем. У меня есть небольшая просьба, касающаяся нашего журнала. Не знаю, удовлетворите ли вы её».

Лу Чжоу улыбнулся.

— Не волнуйтесь, просто скажите мне, и я постараюсь изо всех сил.

— Дело в том, что наш журнал только недавно начал выходить, и я боюсь, что нам сложно получать качественные статьи. Я хотел бы узнать, не могли бы вы прислать нам какие-нибудь статьи.

Выслушав его просьбу, Лу Чжоу на секунду задумался и кивнул. «Хорошо, я пришлю вам статью».

Главный редактор на секунду замолчал.

«У вас есть написанная, но не опубликованная статья?»

«Ещё нет…» Лу Чжоу покачал головой и ответил: «Но в этом нет ничего сложного, это не займёт много времени».

Главный редактор Яо улыбнулся и кашлянул.

— Хм… Академик Лу, я не хотел, чтобы вы писали какую-то статью. Может, лучше что-то более ценное с академической точки зрения? Кроме того, разве это не плохо для науки — публиковать только ради публикации?

Лу Чжоу улыбнулся и махнул рукой.

«Не волнуйтесь, я не такой человек».

Главный редактор Яо на секунду замолчал. Он верил в Лу Чжоу, но всё же спросил: «Хм… Могу я спросить, что вы планируете представить?»

Лу Чжоу: «Как звучит доказательство гипотезы Римана?»

Главный редактор Яо: «…???»

Глава 1053. Беспрецедентный случай

Главный редактор Яо никогда бы не подумал, что Лу Чжоу отправит такую серьёзную математическую задачу в недавно созданный журнал. Даже несмотря на то, что на уровне Лу Чжоу репутация журнала уже не имела значения, это всё равно было…

«… Хм, я думаю, вам следует хорошенько подумать, прежде чем отправлять такую задачу, как гипотеза Римана. Я думаю, что отправка её сюда…»

Лу Чжоу посмотрел на главного редактора Яо и улыбнулся.

«Вы считаете, что публикация гипотезы Римана в журнале Future — это немного необычно?»

Главный редактор Яо ничего не сказал, но его выражение лица было весьма красноречивым.

«На Международном конгрессе математиков профессор Холден в частном порядке сказал мне, что хочет, чтобы я отправил статью в журнал Inventiones Mathematicae. Тривиальный результат исследования не будет иметь успеха только потому, что он опубликован в Nature или Science, в то время как нетривиальный результат исследования будет иметь успех, даже если он опубликован на arXiv. Помните, что репутация и престиж журнала или премии зависят от авторов и исследователей, а не наоборот. У вас всё получится, — сказал Лу Чжоу, похлопав главного редактора Яо по спине. Он улыбнулся и добавил: — Если вы считаете, что только ведущие журналы, такие как Nature и Science, достойны гипотезы Римана, то давайте сделаем так, чтобы и Future тоже был достоин!

…

В последнее время в академических кругах произошло много важных событий. Во-первых, статья академика Лу была отозвана IEEE, и легитимность углеродной основы и авторитет IEEE были поставлены под сомнение. Затем многие учёные-академики обсуждали создание журнала Future. В конце месяца в руки людей наконец-то попал первый номер журнала «Future». Люди были ошеломлены прочитав его. Причина была только одна. Первый номер этого журнала был 30-страничным специальным выпуском?!

И в нём была опубликована статья о доказательстве гипотезы Римана.

Даже журнал Science, который финансировался Эдисоном, никогда не удостаивался такой чести в течение первых нескольких выпусков. Публикация математической задачи мирового уровня в первом выпуске журнала была беспрецедентной.

Аура самого Лу Чжоу в сочетании с репутацией гипотезы Римана, которая была жемчужиной математики, потрясла всех в математическом сообществе, включая таких людей, как Фальтингс. Лу Чжоу не опубликовал своё исследование в Inventiones Mathematicae, как предлагал Холден. Однако он ничего не обещал Холдену, сказав, что подумает об этом.

Помимо тридцатистраничного доказательства гипотезы Римана, технология чипов на основе углерода была также опубликована в одном из журналов Future. Многие люди узнали, что это была та же статья, которая была отозвана IEEE.

На самом деле это была дословная копия. Это можно было расценивать как публичное оскорбление IEEE. Ситуация внезапно стала интересной.

Кафетерий в китайском университете.

Два начинающих исследователя ели лапшу и громко разговаривали друг с другом.

«Ха-ха, профессор Лу — сумасшедший! Я впервые вижу, чтобы кто-то создавал свой собственный журнал после отчисления».

«Мой научный руководитель следит за этим, даже он был ошеломлён».

«Как вы думаете, люди будут отправлять статьи в Future?»

— Вы действительно думаете, что это проблема для академика Лу, учитывая его влияние в академическом сообществе? Я не думаю, что проблема в том, что недостаточно людей подают заявки в Future. Проблема в том, чтобы пройти процесс рецензирования.

— Вы правы…

В конце концов, это же профессор Лу.

Не говоря уже о его влиянии за пределами академических кругов, одного его контроля над Институтом перспективных исследований Цзиньлин было достаточно, чтобы сделать его самой авторитетной фигурой в китайском академическом сообществе. Этот начинающий исследователь работал в области материаловедения и вспомнил, как его руководитель говорил о том, что исследователи в области материаловедения в Институте перспективных исследований Цзиньлин на много лет опережают всех остальных. Ни один университет или научно-исследовательский институт никогда не привлекал столько иностранных китайских учёных, чтобы они вернулись в Китай. Ни один научно-исследовательский институт никогда не получал столько финансирования на исследования. Судя по всему, Лу Чжоу инвестировал почти половину годовой прибыли Star Sky Technology в этот институт. Казалось, что статьи и исследования, выходившие из института, были с другой планеты… Пока научное сообщество обсуждало недавно созданный журнал Future, а также вражду между академиком Лу и IEEE, технический директор кипел от ярости. На самом деле Intel, Qualcomm, AMD и даже Samsung сформировали альянс для борьбы с этим кризисом. Мэйберри предложил IEEE отозвать статью, утверждая, что это может исключить технологию из полупроводниковой промышленности. Мэйберри уже рассмотрел различные сценарии, которые могли бы возникнуть в результате его плана. Он подумал о том, что было бы, если бы Лу Чжоу вместо этого опубликовал свою статью на arXiv, в Science, Nature или в каком нибудь китайском журнале. Он не ожидал, что этот парень действительно создаст свой собственный журнал. Это было почти так, как если бы судья сам начал играть на поле! На самом деле, это было ещё хуже! Это было почти так, как если бы игрок расстроился из-за жёлтой карточки и решил сам стать судьёй! Не говоря уже о том, что этот журнал начал набирать популярность, и многие думали, что он будет на одном уровне с такими изданиями, как Science и Nature. Мэйберри не знал, что делать. Что он мог сделать? Он же не мог лоббировать запрет журнала в Соединённых Штатах, верно?Теоретически он мог это сделать. В конце концов, влияние полупроводниковой промышленности было довольно сильным.

Однако… Чего бы это добило? Только того, что другие сочли бы его дураком. Не говоря уже о «свободе слова». В Дверь постучали, после вошёл его помощник. «Сэр».

«Что?!»

Помощник сглотнул и заговорил. «HiSilicon прислала нам письмо-приглашение… на презентацию чипа Dragon One».

У Мэйберри задёргался глаз, и он быстро спросил: «Где?»

«В Шанхай».

Мэйберри спросил: «Они пригласили только меня?»

Помощник сказал: «Нет, и мистер Свон… Если вы не хотите ехать, я могу…»

«Нет, кто сказал, что я не поеду!» Мэйберри стиснул зубы и сказал: «Купи мне билет прямо сейчас!»

Глава 1054. Запуск продукта

Нью-Йорк, международный аэропорт имени Джона Кеннеди.

В углу зала ожидания сидели двое неприметных мужчин, рядом с каждым из них стоял чемодан. Если бы кто-нибудь из мира физики прошёл мимо, он бы сразу узнал этих двоих и попросил их автограф. К сожалению, вероятность того, что кто-то их узнает, была меньше одной тысячной. Даже если штаб-квартира ILHCRC в Шанхае проведёт свой первый саммит по исследованиям в области физики высоких энергий через несколько дней, эта вероятность не сильно возрастёт. Но опять же, благодаря этому терминалу ожидания, в котором он был просто ещё одним пассажиром, Виттен наконец-то мог насладиться минутой тишины. Он мог спокойно подумать о проблемах, не беспокоясь о том, что его прервут. Рядом с Виттеном сидел Фрэнк Вильчек, который тоже собирался на конференцию в Шанхае. Вильчек взглянул на журнал в руке Виттена и прищурился. [Интегральная схема на 3,7 ГГц на основе углеродной нанотрубки] Какого чёрта?

— Когда вы заинтересовались интегральными схемами?

Хотя Вильчек не хотел перебивать Виттена, он всё же не удержался и сказал из любопытства: «Я не совсем понимаю, но выглядит интересно».

Виттен пролистал журнал и сказал: «Ожидается, что новый чип на основе графенового материала изменит представление о полупроводниках и произведёт революцию в электронной промышленности… Вздох, неудивительно, что IEEE отозвала эту статью».

Хотя он и был физиком, это не означало, что он ничего не смыслил в других областях. На самом деле он побывал во многих странах и общался со многими людьми, так что его кругозор был гораздо шире, чем у большинства людей. Несмотря на то, что IEEE было некоммерческим профессиональным сообществом, состоявшим в основном из инженеров в области электротехники и вычислительной техники, это не означало, что они были защищены от влияния отрасли или даже политики. Когда дело дошло до интегральных схем, ценность которых для исследований можно было оценить только на рынке, граница между промышленностью и наукой стала размытой. Не говоря уже о том, что эта организация базировалась в Америке.

Не было никаких сомнений в том, что микросхемы на углеродной основе потрясли Северную Америку… возможно, даже нарушив работу мировой полупроводниковой промышленности. Такие гиганты, как Intel, занимавшие прочные позиции в полупроводниковой промышленности, не допустили бы такого. На самом деле, если бы технология была разработана Intel или AMD, сопротивление ей не было бы таким сильным.

Но эта технология была создана компанией, находящейся в середине производственной цепочки, иностранной компанией… Не говоря уже о том, что эта компания базировалась в Китае. Даже если бы компания базировалась в стране-союзнике США, Белый дом не был бы так добр. Выход из IEEE был лишь первым шагом. Целью было контролировать академическую свободу. Виттен уже мог представить, что будет дальше. Как только начнётся битва, производители полупроводников, такие как Intel, Qualcomm и AMD, сформируют альянс. Они воспользуются своим влиянием в отрасли, чтобы оказать давление на производственную цепочку в надежде исключить эту технологию… Пока сами не закончат её исследование. Однако на этот раз атака IEEE, очевидно, провалилась.

Те, кто отозвал статью профессора Лу, и представить себе не могли, что профессор Лу создаст свой собственный журнал и снова опубликует свою статью, слово в слово.

Всё академическое сообщество было ошеломлено его поступком. Однако Виттен не удивился. В конце концов, профессор Лу был единственным, кто мог противостоять Фальтингсу. Даже у самого Виттена не хватило бы смелости и сил спорить с упрямым немцем.

Профессор Вильчек задумчиво посмотрел на него и вдруг спросил: «Как вы думаете, это хорошо?»

Виттен понял, о чём он спрашивает, поэтому улыбнулся и ответил: «В долгосрочной перспективе — да».

— Вы так думаете? — сказал Вилчек. — Мы регулировали академическую среду на протяжении последнего столетия, но теперь они меняют правила. По крайней мере, академический язык унифицирован, так что людям больше не нужно учить китайский, чтобы прочитать статью.

Несмотря на то, что «Future» был двуязычным, для людей, работающих в зарубежных академических кругах, единственным выходом было изучение другого языка. В конце концов, академические работы отличались от литературных. Переведённая версия последних никогда не будет читаться лучше оригинала. Но для первых, для тех, кто искал истину, независимо от того, переводил ли её непрофессионал или эксперт, было практически невозможно в полной мере отразить академические взгляды автора оригинала. Более того, как только влияние «Future» распространится на такие издания, как «Science» и «Nature», это ещё больше усугубит проблему языковой исключительности. Именно это беспокоило Вилчека. На самом деле, он был не единственным, кто думал об этом. Люди в мире физики начали беспокоиться об этом с момента создания ILHCRC. Виттен посмотрел на своего старого друга и беззаботно улыбнулся. Он перевернул страницу своего выпуска «Future» и заговорил.

«Язык никогда не был препятствием для академического процветания. На самом деле, самым процветающим периодом европейской науки было время, когда Европа была наиболее разобщена… Это было также самое блестящее время в истории культуры и науки.

«Что плохого в том, чтобы выучить ещё один язык? Я выучил французский за месяц, когда был в ЦЕРНе. Хоть я уже и не молод, мне не должно быть трудно выучить ещё один язык… Я советую вам попробовать выучить немного китайского. Все статьи из Лунного дворца публикуются на китайском. ILHCRC становится всё более влиятельным в международном физическом сообществе. Не говоря уже о том, что строительство адронного коллайдера на поверхности Луны вот-вот завершится. Возможно, нам придется ездить в Шанхай чаще, чем в Швейцарию и Францию вместе взятые ”.

Вилчек покачал головой и сказал: «Я пытался выучить китайский… Эти иероглифы слишком сложные».

«Трудность заключается не в самом языке, а в вашем подсознательном предубеждении и сопротивлении новой информации, — небрежно сказал Виттен. — Часто это предубеждение мешает нам искать истину. Как и несколько веков назад, мы по невежеству верили, что мир плоский, что Солнце вращается вокруг нас. Я помню, что однажды сказал мне мой отец. Он сказал, что наука — это идея, а также инструмент. Китайцы, очевидно, являются частью академических кругов, и их нельзя игнорировать. Высокомерие в наших сердцах позволило нам стать невежественными. Высокомерие порождает множество проблем и логических ошибок. Проблемы, с которыми мы сталкиваемся, являются проявлением этих ошибок…»

Виттен закрыл журнал, который держал в руке, и посмотрел на профессора Вильчека. Он улыбнулся и сказал.

«Ладно, пора садиться в самолёт».

…

ILHCRC был не единственным, кто проводил конференцию в Шанхае.

Пока Виттен и его друг садились в самолёт до Шанхая, в международном аэропорту Шанхая приземлились два высокопоставленных сотрудника Intel, Мэйберри и Свон.

Мэйберри, страдающий от смены часовых поясов, прошёл таможню и зевнул, проходя через аэропорт. Свон шёл рядом с ним. Он нахмурился и спросил: «Презентация продукта состоится через час… Ты уверен, что с тобой всё в порядке?»

— Я в порядке, просто немного… не выспался. Мэйберри покачал затуманенной головой и помассировал висок, сказав: — На самом деле, я думаю, что меня одного будет достаточно. Очевидно, они пытаются привлечь наше внимание. Мы можем просто игнорировать их и следовать нашему плану.

— Теоретически это верно, — Свон посмотрел перед собой и сказал: — Но единственный способ победить противника — это узнать его. Поскольку они достаточно высокомерны, чтобы дать нам такую возможность, мы должны ею воспользоваться. Неважно, какой продукт они планируют представить на конференции, мы должны выяснить, на каком этапе они находятся в исследованиях углеродных чипов».

Глава 1055. Меняем правила игры

За кулисами.

Ван Чжэнфэй посмотрел на занятых сотрудников и вдруг улыбнулся. «Я слышал, что вы недавно создали журнал?»

Лу Чжоу кивнул. «Да».

— Он называется «Future», верно? Какое замечательное название! Ван Чжэнфэй улыбнулся и продолжил: Я сказал инженерам из нашего отдела исследований и разработок, что любой, кто сможет опубликовать статью в «Future», получит награду в 500 000 юаней!

Ван Чжэнфэй на секунду замолчал и добавил: «Это значит, что вам нужно ужесточить процесс проверки. Иначе, когда у нашей компании закончатся деньги, мне придётся обратиться к вам».

«Не волнуйтесь…» Лу Чжоу улыбнулся и подчеркнул: «Только выдающиеся результаты исследований могут быть опубликованы в главном журнале. Например, статья профессора У Тяньцюня о чипах на основе углерода. Если это просто обычная статья о интегральных схемах… Я думаю, лучше отправить её в другие журналы по электронике».

Ван Чжэнфэй покачал головой и сказал: «Это… немного нелепо. Его статья полностью изменила индустрию. Такие статьи появляются раз в десять лет».

Лу Чжоу: «Это просто должно быть выдающимся достижением, а не революцией в отрасли. Кроме того, мы принимаем работы из самых разных областей, поэтому обязательно будет несколько выдающихся результатов исследований».

Только в Институте перспективных исследований Цзиньлин было много проектов, которые, по мнению Лу Чжоу, заслуживали публикации. В прошлом эти статьи были бы отправлены в Nature или Science, но теперь «Future», очевидно, было в приоритете. Что касается статей из внешних источников, Лу Чжоу было всё равно. В конце концов, целью этого журнала была публикация исследований из Института перспективных исследований Цзиньлин. Время быстро шло, и отчёт должен был вот-вот начаться. Ван Чжэнфэй посмотрел на часы и сообщил:

— Презентация нашего продукта начнётся через 15 минут. Это хорошая возможность для рекламы. Вы уверены, что не хотите сказать несколько слов?

Лу Чжоу покачал головой. «Мне это неинтересно».

Ван Чжэнфэй улыбнулся и сказал: «Я забыл, что таким учёным, как вы, больше не нужна реклама».

Лу Чжоу вздохнул. «На самом деле это довольно раздражает. Я не очень люблю появляться на публике. Я бы предпочёл, чтобы эти люди обратили внимание на проблемы, которые я решил».

— Это может быть немного сложно, поскольку задачи, которые вы решили, не совсем тривиальны, — Ван Чжэнфэй встал со стула и сказал: — Ладно, тогда мы просто постоим в стороне и послушаем.

Лу Чжоу встал и спросил: «Ты не собираешься говорить на сцене?»

«Я не очень хорошо выступаю на публике, — сказал Ван Чжэнфэй. — У нас есть специальный сотрудник, отвечающий за стратегию продукта. Не говоря уже о том, что никто не любит стариков, так что подобные вещи лучше оставить молодым».

Лу Чжоу неловко усмехнулся. Хотя Лу Чжоу считал себя красивым, он всё равно хотел, чтобы люди обращали внимание на его внутренний мир. Пока они разговаривали, вошёл мужчина в костюме. Ван Чжэнфэй взглянул на вошедшего молодого человека. Затем он посмотрел на Лу Чжоу и сказал: «Эй, позволь мне представить тебя нашему директору по продуктовой стратегии Шао И».

— Академик Лу, рад с вами познакомиться! — сказал молодой человек лет тридцати. Он продолжил с искренней улыбкой на лице: — Вы можете называть меня Сяо Шао или Сяо И.

Лу Чжоу пожал ему руку и спросил: «Как поживает брат Шао?»

— О, академик Лу, вы слишком добры, — сказал Ван Чжэнфэй, похлопав Шао И по плечу. Он ободряюще посмотрел на него и спросил: — Вы готовы?

Молодой человек выпрямился и воскликнул.

«Я готов!»

«Хорошая энергия!» Ван Чжэнфэй кивнул и добавил: «Иди, не подведи».

…

Презентация продукта проходила в Международном выставочном центре.

Свон оглядел переполненный выставочный центр, а также новую серию телефонов «meta100», показанную на гигантском экране.

Мэйберри нахмурился и прошептал: «Это презентация продукта или выставка?»

«Я не знаю…»

По какой-то причине, когда Свон посмотрел на концептуальную модель, отображаемую на экране, у него возникло нехорошее предчувствие. Он не понимал, откуда взялось это чувство. Может быть, из-за смены часовых поясов. Он покачал головой и отбросил эту странную мысль. С уверенной улыбкой на лице он вежливо протянул сотруднику своё приглашение. В любом случае, они находились на территории врага. Несмотря на то, что они знали, что Huawei хочет использовать эту конференцию как способ их запугать, они всё равно должны были проявить элементарную вежливость. Взглянув на письмо-приглашение, сотрудник провёл двух руководителей по специальному коридору, ведущему прямо в основную часть выставочного центра.

«Пресс-конференция в зале 1, она вот-вот начнётся. У вас VIP-места. Вы увидите свои места, когда войдёте».

«Хорошо». Мэйберри кивнул сотруднику и направился в зал 1.

Из-за пробок на дороге, когда они подошли к залу, конференция уже началась. Однако, похоже, они не сильно опоздали. На сцене стоял энергичный молодой человек; вероятно, это был менеджер по продукту. Как и ожидал Свон, на этой пресс-конференции Huawei представила чип на углеродной основе, привлекая внимание СМИ и участников. Хотя он и был удивлён, он уже видел это на конференции IEEE, поэтому не был так шокирован, как раньше. Ему даже стало немного скучно. Он приехал сюда со своим техническим директором не для того, чтобы смотреть, как Huawei хвастается, и не для того, чтобы наблюдать, как публика бесится без причины. Он не мог не зевнуть и задаться вопросом, стоила ли эта поездка таких усилий. Однако слайд на экране внезапно изменился, привлекая его внимание. С другой стороны, молодой человек на сцене рассказывал о скучных технических характеристиках Dragon One. Однако что-то в его презентации внезапно изменилось.

«На самом деле, большинство людей считают, что наш чип будет очень дорогим, недоступным для большинства и имеющим ограниченное применение. Я признаю, что стоимость чипов на основе углерода немного выше, чем стоимость чипов на основе кремния. Это связано с ценой самого материала и с индустриализацией. Эти проблемы неизбежны для такой отрасли, как наша. Точно так же, как когда был изобретён компьютер, он был слишком дорог для индивидуальных пользователей. Но я верю, что эти проблемы будут решены за счёт эффекта масштаба».

Шао И оглянулся на большой экран и сменил слайды. Перед глазами всех появился чёрный телефон. «Mete100».

В зале поднялся шум.

Шао И продолжил: «Полагаю, вы все уже видели это в главном выставочном центре. На этот раз наш прорыв заключается не в камере или дизайне, а в самом чипе. По сравнению с телефонами серии mete100, в mete100 используются новые чипы Dragon One. Толщина уменьшена на 1 мм, а вес — на 13%… И всё это сделано без ущерба для производительности мобильного телефона… На самом деле производительность улучшилась!»

Все в зале, включая Свона и Мэйберри, были шокированы.

Толщина уменьшилась на 1 мм!

Без ущерба для производительности?!

Мэйберри недоверчиво воскликнул: «Как такое возможно!» задумавшись кое о чем он пробормотал: «Нет, невозможно…»

Это из-за свойств углеродных чипов рассеивать тепло?! Или потребляемая мощность 20 Вт ?! Радиация тепла была проблемой для любого микроэлектронного устройства. В целом, производители мобильных телефонов решали проблему теплоотвода, устанавливая под процессор графитовый теплопроводящий лист или добавляя слой теплоотводящего геля. В более мощных телефонах добавлялись теплоотводящие трубки. Однако эти решения не требовались для чипов на углеродной основе. Характеристики низкого энергопотребления чипа на углеродной основе в сочетании с его физическими свойствами означали, что ему не требовались дополнительные материалы для отвода тепла.

Шао И улыбнулся и продолжил:

«Мы должны поблагодарить Институт перспективных исследований Цзиньлин, а также Исследовательский центр микроэлектроники Китайской академии наук. Как я и сказал в начале, микросхемы на основе углерода произведут революцию в электронной промышленности! Благодаря превосходным физическим свойствам углеродных материалов нашим инженерам не приходится идти на компромисс между производительностью и теплоотдачей. Объединив mete100 с нашей серией чипов Dragon, мы создали уникальный телефон, которого мир ещё не видел!»

Молодой директор по продуктовой стратегии улыбнулся, наслаждаясь энергичной атмосферой.

«От имени Huawei я хотел бы сделать несколько заявлений! В течение трёх лет наши чипы серии Dragon будут использоваться во всех моделях мобильных телефонов Huawei, что позволит полностью обновить нашу технологию производства чипов! Не только телефоны, но и все маршрутизаторы будут обновлены с помощью новых чипов!»

Слайды на экране проектора начали меняться.

На слайдах начали появляться концепции mete100, планшетов, носимых интеллектуальных устройств и даже устройств для освещения, безопасности, уборки и других устройств Интернета вещей. При поддержке технологии 5G все интеллектуальные устройства будут подключены к Интернету. Появление чипов на углеродной основе означало безграничные возможности для воображения. Свон вжался в кресло, наблюдая за слайдами на экране. Он был в ужасе. Он наконец понял, почему Huawei была такой бесстрашной. Их настоящим козырем были вовсе не чипы на углеродной основе! Они внедряли чипы на углеродной основе во всю индустриальную цепочку, от телефонов до компьютеров! Его пальцы начали дрожать. Внезапно его посетила ужасающая мысль. Будь то Intel, Qualcomm или AMD, причина, по которой эти традиционные гиганты полупроводниковой промышленности могли обойти антимонопольные законы, сформировав альянс, заключалась в том, что вся отрасль была построена вокруг них. Независимо от того, в какой отрасли они работали, пока существовала отрасль, на создание которой они потратили десятилетия, они могли сидеть сложа руки и расслабляться на вершине пирамиды, улыбаясь своей прибыли. Но теперь Huawei бросила вызов их положению на вершине пирамиды…

Huawei не была ни львом, ни вооружённым охотником… С самого начала они не планировали бороться с гигантами Кремниевой долины. Их настоящим мотивом было изменить правила игры…

Глава 1056. Живая демонстрация

Презентация чипов Huawei серии Dragon произвела огромную сенсацию. Воспользовавшись атмосферой, в присутствии всех зрителей, СМИ и других участников, главный специалист Huawei по продуктовой стратегии объявил, что будет проведена демонстрация в прямом эфире. Сотрудники вынесли на сцену два мобильных телефона и положили их на стол. Одним из них был концептуальный телефон mete100 с 28-нм процессором Dragon One, а другим — mete30 с 16-нм процессором FinFET Kirin950. С помощью двух сотрудников на двух мобильных телефонах началась демонстрация игры.

Вскоре экраны мобильных телефонов отобразились на экране проектора. На большом экране зрители могли отчётливо видеть, как вычислительная мощность кремниевого процессора достигает предела. Изображение на мобильном телефоне с кремниевым чипом стало зависать по мере того, как температура чипа продолжала расти.

С другой стороны, mete100 с чипом на углеродной основе был холоден как огурец. Графика игры не только продолжала улучшаться, но и частота кадров стабильно держалась на уровне 60 кадров в секунду. Зрители были ошеломлены. Более того, судя по графикам температуры, хотя температура поверхности mete100 и повысилась, температура процессора оставалась в пределах нормы. Не было никаких сомнений в том, что углеродное волокно лучше. Это были уже не спецификации на бумаге, телефоны лежали прямо перед ними. Несмотря на то, что Мэйберри не верил своим глазам, факты были прямо перед ним, и он наконец осознал серьёзность ситуации. На самом деле, по его мнению, они уже проиграли. Сидевший рядом с ним генеральный директор Intel Свон тоже был шокирован. Однако, в отличие от Мэйберри, он сделал глубокий вдох и смог сохранять спокойствие. Он посмотрел на сцену и внезапно сказал: «Кстати, о том, о чём…»

Мэйберри услышал Свона и дрожащим голосом спросил: «Да, что?»

«Ты заметил, что…» Суон оглядел помещение и на секунду замолчал. «Здесь нет никого из Qualcomm».

Мэйберри на секунду замолчал и тоже оглядел помещение. Вскоре он заметил то же самое.

«… Не только Qualcomm, но и AMD здесь нет. Подождите-ка, кроме их партнёров, здесь нет ни одной другой полупроводниковой компании… Кажется, мы единственная американская полупроводниковая компания, которую пригласили».

Свон внезапно заинтересовался. Если это была всего лишь тактика запугивания, то не было причин приглашать только их. Если бы Intel сама разработала эту технологию, они бы без колебаний пригласили своих «друзей», таких как AMD, Apple и Samsung, на презентацию продукта. Придут ли другие компании на презентацию продукта, зависело от них самих.

Поэтому Huawei пригласила Intel не для того, чтобы запугать её. По крайней мере, это была не главная причина. Значит, причина могла быть только одна. Через десять минут презентация почти подошла к концу. Свон глубоко вздохнул и посоветовал.

«Вам следует вернуться в отель».

Мэйберри посмотрел на Свона. «А ты?

Свон прояснил. «Я собираюсь поговорить с их боссом».

…

После демонстрации производительности процессора стабильность работы чипа была проверена с помощью стандартного метода приближения числа Пи. Два сотрудника одновременно запустили программное обеспечение Superπ на двух мобильных телефонах. Основная функция этого программного обеспечения заключалась в использовании арифметики с плавающей запятой центрального процессора для приблизительного вычисления числа Пи. Оно широко использовалось для проверки стабильности и вычислительных способностей процессора. Как все и ожидали, мощный mete100 снова уничтожил контрольную группу чипов на основе кремния. Пока презентация продукта продолжалась, за пределами конференц-зала поднялась суматоха. Хотя большинство посетителей не смогли попасть на конференцию, они могли увидеть телефон mete100 на большом экране в выставочном зале. Когда туристы увидели две фотографии рядом, одну с низким разрешением, а другую с высоким, они не смогли сдержать удивления.

«Это… GTA?»

«Не думаю… По-моему, это просто демоверсия».

«Чёрт возьми! Как встроенный графический процессор этого телефона справляется с таким уровнем графики? Должно быть, это видео, только ПК могут справиться с таким уровнем графики».

«Вы же знаете, какие эти концептуальные телефоны, они наверняка врут!»

«Не обязательно, я слышал, что они используют новейшие чипы на углеродной основе. Эти чипы намного лучше, чем кремниевые чипы, может быть, это возможно».

«Я не верю, неужели Huawei настолько безумна?»

— Похоже, чип был создан Институтом перспективных исследований Цзиньлин… Я читал эту статью, Лу Чжоу — автор-корреспондент, он, вероятно, руководил этим проектом.

— Боже, Лу стоит за этим? Ладно… Тогда я могу в это поверить.

Кто-то достал свой телефон и записал большой экран, загрузив запись в Интернет. Даже на записи разница в качестве графики была очевидна. По мере распространения новостей в интернете обсуждения чипа Dragon и смартфонов mete100 следовали одно за другим, быстро набирая обороты на основных медиаплатформах. Китайские форумы, посвящённые мобильным телефонам, также начали обсуждать mete100. Что касается характеристик телефона, то он был настоящим монстром. Несмотря на то, что это был всего лишь «концепт», он превосходил современные мобильные телефоны во всех категориях. Люди были удивлены, узнав, что Huawei теперь также является компанией по производству полупроводников. Шумиха вокруг ещё не выпущенного мобильного телефона и технологии на основе углерода начала набирать обороты…

Глава 1057. Плохой IEEE

Очевидно, что потребители были не единственными, кого ошеломил выпуск этого продукта. Видеозапись в прямом эфире уже была загружена на сайт Huawei и различные медиаплатформы. Люди были удивлены, увидев, что чипы на основе углерода действительно существуют, и профессор Лу не шутил с ними. Это напомнило им о статье IEEE, которая была отозвана некоторое время назад. Очевидно, что данные в статье не были сфальсифицированы. Внезапно IEEE оказалась в затруднительном положении. Ложный отзыв статьи и заявление о нарушении академической этики были нарушением академической свободы и проявлением академического обмана. Если бы руководство IEEE единогласно одобрило выход из организации, то запуск продукта Huawei стал бы огромным ударом по репутации IEEE в области электроники, вычислительной техники и электротехники… Многие китайские университеты, такие как Яньский университет и Шуйму, а также десятки профессоров и учёных объявили о своём выходе из организации IEEE. Они также публично осудили это серьёзное нарушение академической свободы. С другой стороны, Центр документации и информации Китайской академии наук быстро отреагировал, понизив рейтинг журнала IEEE, сославшись на такие причины, как «академическая коррупция». Несмотря на то, что IEEE быстро попыталась прояснить этот вопрос, заявив, что «отказ был обоснован законодательством США» и что «это было индивидуальное решение, принятое директором комитета». Более того, они заявили, что серьёзно изучат этот вопрос. Однако ситуация уже не подлежала исправлению. Статьи, которые были отозваны, не могли быть опубликованы повторно. Даже если бы они захотели опубликовать статью, Лу Чжоу не позволил бы им…

…

На самом деле, IEEE повезло по сравнению с людьми, которые организовали отзыв статьи. В конце концов, несмотря на то, что IEEE столкнулась с кризисом общественной репутации, а их авторитет и влияние значительно уменьшились, они были далеки от гибели. Однако альянсы производителей полупроводников, которые поручили IEEE отозвать статью, висели на волоске.

Штаб-квартира Qualcomm. Офис председателя.

После того, как группа руководителей посмотрела видео о запуске продукта, их бросило в холодный пот. Даже после долгого обсуждения они не смогли сформулировать ни одной хорошей идеи.

«… Единственный способ — лоббировать в Конгрессе запрет на их патенты во имя национальной безопасности и попросить наших союзников…»

Когда Джейкобс услышал предложение своего секретаря, у него из ушей повалил пар, и он зарычал.

«Ты с ума сошёл? Ты правда думаешь, что Конгресс это одобрит? Не говоря уже о том, что от этого пострадаем мы!»

Секретарь спросил дрожащим голосом.

«Чёрт возьми! Что нам теперь делать?”

Перед лицом разьярëного председателя в офисе воцарилась тишина. Джейкобс был не единственным, кто хотел знать, что происходит. Все в Qualcomm хотели знать, что им следует делать. Однако, судя по текущей ситуации, положение, в котором они оказались, было безвыходным. Столкнувшись с инновационной технологией чипов на углеродной основе, кремниевые чипы пошли ко дну. Экосистема, которую они создали вокруг кремниевых чипов, вот-вот должна была разрушиться. На самом деле, для них было бы лучше исследовать технологию производства микросхем на основе углерода. Однако это оказалось гораздо сложнее, чем казалось. Согласно статье, опубликованной профессором Лу в журнале «Future», в чипе на основе углерода использовался графеновый материал серии «SG» — улучшенная версия сверхпроводящего материала, используемого в катушках управляемых термоядерных магнитов. Забудьте о создании микросхем на основе углерода, они даже не смогли найти способ промышленного синтеза материалов SG. Сверхпроводящие магниты на термоядерной электростанции в Калифорнии пришлось делать из импортированных из Китая материалов SG. Хотя все в Qualcomm верили, что в конечном итоге они освоят технологию производства микросхем на основе углерода, никто не знал, сколько времени это займёт. Внезапно тишину в офисе нарушили. Дерек Вэкер, главный инженер, который стоял, прислонившись к столу и скрестив руки на груди, внезапно заметил: «На самом деле, чип на углеродной основе оказывает минимальное влияние на наш бизнес».

“ Я это уже знаю, - сказал Джейкобс. Все знали, что самым прибыльным подразделением Qualcomm был бизнес по лицензированию патентов. В отличие от Intel, Samsung и TSMC, которые сами производили и исследовали микросхемы, Qualcomm не нужно было беспокоиться о том, что их продукция исчезнет с рынка. Что это значило для них тогда? Их патенты в области связи могли просуществовать какое-то время, но что дальше? После усовершенствования технологии чипов рано или поздно коммуникационные технологии тоже подтянутся. Когда углеродные чипы вытеснят все остальные, худшие кошмары Qualcomm воплотятся в жизнь.

«Вы неправильно поняли…» Вэкер посмотрел на Джейкобса и подметил: «Я имею в виду, если за углеродными чипами действительно будущее, зачем нам с ними бороться? Им нужно три года, чтобы внедрить чипы «Dragon» в производственную цепочку, но это значит, что у нас есть три года, чтобы измениться и адаптироваться».

Джейкобс нахмурил брови, как будто внезапно о чём-то задумавшись. Он заговорил низким и неуверенным голосом.

«… То есть вы хотите сказать, что…»

“Возможно, мы сможем поговорить с китайцами”.

Вэкер сделал паузу на секунду и уточнил: «Я не говорю, что мы должны сдаться. Рынок огромен, и Huawei не сможет захватить его полностью, даже если захочет… Китай не сможет этого поддержать. Это будет долгая битва. Даже если мы в итоге проиграем, они не получат от этого большой выгоды».

Торговля означала беспроигрышный вариант для обеих сторон, а дерево не могло бы выжить без своих ветвей и листьев. Однако Qualcomm не учла одну вещь. Дело в том, что углеродные чипы были ключевой частью бизнес-модели Huawei, а также ключевой частью всей экосистемы. Это была одна из причин, по которой они выпустили продукт. Хотя Qualcomm не хотела этого признавать, лучшим вариантом для выживания было сдаться и попытаться сохранить оставшиеся у них шахматные фигуры. Даже если бы это дорого им обошлось, если бы они попытались удержаться на этом тонущем корабле, они бы рано или поздно утонули. Джейкобс знал, что Вэкер скажет это. Его глаза загорелись, когда он заговорил.

«… Вы хотите, чтобы я поговорил с Huawei наедине? Это значит, что мы предаём наших союзников по отрасли».

Увидев, что Джейкобс взял инициативу в свои руки, Вэкер вздохнул и подметил.

«Выходи, Джейкобс, посмотри, что случилось после запуска продукта. Думаешь, наши союзники действительно могут дать отпор? Даже у Intel нет шансов. Вместо того, чтобы погибнуть, лучше перейти на другую сторону и выжить. Кстати, я слышал, что Свон был на презентации продукта! Почему они единственные, кого пригласили? Или ты тоже получил приглашение, но решил не идти?

В кабинете снова воцарилась тишина. Видя, что Джейкобс не отвечает, Вэкер уже знал ответ. Он отошёл в сторону и спокойно ждал. Он знал, что Джейкобс разделяет его точку зрения. Однако принять такое решение было непросто. После некоторого молчания Джейкобс кивнул. «…Я понимаю». Вэкер почувствовал облегчение, но, выходя за дверь, не смог сдержать вздоха. Это был крах их альянса в полупроводниковой промышленности. Их время прошло. Это было трудное решение, но Вэкер не хотел, чтобы дело всей его жизни пошло прахом. Им просто нужно было выжить.

Глава 1058. Открыть новые достижения!

[Поздравляем, пользователь, с открытием скрытого достижения «В прошлом».]

[Описание: даже если старомодные люди пытаются сопротивляться, столкнувшись с новыми технологиями, большинство людей в конце концов идут в ногу со временем.]

[Достижение: один удачный розыгрыш, 100 000 очков инженерного опыта, 5000 общих очков.]

Лу Чжоу был на сенсационной конференции по запуску нового продукта. Он на секунду замешкался, когда увидел, как в его поле зрения внезапно появилось светло-голубое диалоговое окно. Системные награды? Не колеблясь, он откинулся на спинку стула и прошептал: «Система». Вскоре после этого его сознание переместилось в системное пространство. Честно говоря, эти скрытые достижения сбивали с толку. Лу Чжоу всё ещё не знал, что вызвало это достижение. С точки зрения логики, из всех его научных исследований чип на основе углерода определённо не был самым впечатляющим. Не говоря уже о том, что он давно занимался только теоретической работой над изолятором Мотта, а также методом промышленного синтеза SG-1. Однако по какой-то причине было активировано скрытое системное достижение. Подождите-ка… Лу Чжоу внезапно осенило. Может быть, так система направляет меня? Точно так же, как в Принстоне система направила меня помочь Вере с гипотезой Коллатца… Конечно, была и другая возможность: он совершил крупный научный прорыв, который в противном случае был бы системной миссией. Всё это было лишь гипотезой. У него не было возможности узнать ответ. Лу Чжоу почувствовал головную боль. Неужели эта чёртова система не может просто сказать мне, что происходит? К тому же эта память пустоты морочит мне голову… Лу Чжоу покачал головой и нажал кнопку «Счастливый розыгрыш». Взглянув на всплывающее окно «30-кратный планшет памяти», он закрыл панель «Счастливого розыгрыша». Таблетка памяти была для него бесполезна, она даже не была так же полезна, как энергетическое лекарство. Сто тысяч единиц инженерного опыта были вполне удовлетворительным результатом. Сейчас он был на шестом уровне в инженерии, и для повышения уровня ему нужно было набрать шестьсот тысяч единиц. Было нереалистично полагаться на скрытые достижения для повышения уровня. Единственное, что его удивило, — это 5000 общих очков. С учётом накопленных очков у него было почти 30 000 общих очков. Лу Чжоу размышлял о том, как использовать эти очки. Он не сможет повысить уровень других своих дисциплин, пока не решит задачу по объединению алгебры и геометрии. Поэтому было бы неплохо потратить общие баллы на интересные технологии, но у него не было времени на исследования. На что бы мне их потратить? Эмм… Лу Чжоу не мог придумать, на что бы их потратить. В конце концов он покачал головой. К чёрту, я просто спрошу мнение Чэнь Юйшаня. Выйдя из системного пространства, Лу Чжоу открыл глаза и вернулся на конференцию. Презентация продукта уже закончилась. Лу Чжоу посмотрел на толпу, которая начала расходиться. Он кивнул Ван Пэну и направился к выходу. Пока толпа покидала зал, к нему с вежливой улыбкой подошла сотрудница с короткими волосами. «Здравствуйте, академик Лу».

Лу Чжоу посмотрел на её бейдж и не узнал её.

Лу Чжоу удивился, почему она вдруг остановила его. «Чем я могу вам помочь?»

Сотрудница: «Дело в том, что я отвечаю за организационный комитет по запуску продукта. Из-за некоторых изменений в расписании генеральный директор Ван отправился на встречу. Он специально попросил меня сопровождать вас…»

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «О, всё в порядке, тебе не обязательно оставаться здесь, я могу просто вернуться в отель».

«Н-но…»

Лу Чжоу посмотрел на женщину и быстро кое-что понял, поэтому он улыбнулся и ответил: «Не волнуйтесь, я просто не люблю беспокоить других. Генеральный директор Ван знает об этом, так что я уверен, что он поймёт». С тех пор, как появились новости о чипе на углеродной основе, популярность Huawei достигла пика. Не только гигантские полупроводниковые компании, но и производители электроники, работающие с ними, уделяли пристальное внимание этой технологии. Переговоры велись и на государственном уровне. У генерального директора Вана предстоял напряжённый год. Лу Чжоу был из тех, кто любит побыть в одиночестве. Сотрудница больше не настаивала. Она неохотно кивнула и заговорила: «О… Хорошо, если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, свяжитесь с нами.

Она поклонилась потерявшему дар речи Лу Чжоу, затем развернулась и покинула выставочный зал. Лу Чжоу посмотрел ей вслед и покачал головой. “Сотрудники Huawei слишком милые”. Ван Пэн улыбнулся и заговорил. “В конце концов, ты их босс”.

“Нет. мы партнеры. Я не занимаюсь благотворительностью, и они мне ничего не должны”, - сказал Лу Чжоу.

Ван Пэн улыбнулся и ничего не ответил. Некоторые вещи не нужно говорить вслух.

Издалека донёсся голос.

— Подождите секунду, академик Лу!

Лу Чжоу остановился и оглянулся. Он увидел мужчину лет сорока с аккуратно причёсанными волосами, который махал ему рукой. Ван Пэн увидел знакомое лицо, приближающееся издалека. Он засунул руки в карманы и встретился взглядом со своим коллегой, стоявшим в толпе. Мужчина почувствовал, что за ним наблюдают, поэтому замедлил шаг и подошёл.

«Какая честь познакомиться с вами».

Лу Чжоу посмотрел на мужчину и сказал: «… А вы кто?»

«О, я забыл представиться». Мужчина достал визитку и сказал: «Я Е Нань, это моя визитка».

Лу Чжоу мельком взглянул на визитку.

«Ифанг Венчурс Кэпитал»?

Никогда о них не слышал. Он слышал только о «Ифэн Риэлти», известной компании из Шанхая. Мужчина по имени Е Нань быстро заговорил.

«Мы познакомились на саммите по инновациям и инвестициям в сфере высоких технологий, но вы ушли в спешке. К сожалению, как…»

Лу Чжоу кашлянул и перебил его: «Чего вы хотите?»

Е Нань неловко улыбнулся и сказал: «Ничего особенного… Я просто хочу поговорить с вами.

Лу Чжоу выглядел так, словно хотел отказаться, поэтому Е Нань быстро добавил: “Всего пять минут, это не займет слишком много времени”.

Лу Чжоу планировал вежливо отказать ему, но, видя, насколько он искренен, Лу Чжоу кивнул.

“Тогда ладно”.

Е Нань выглядел восторженным, когда говорил.

— Здесь неподалёку есть хорошее кафе, недалеко от конференц-центра. Я всегда выпиваю там кофе, когда прихожу сюда. Пойдёмте выпьем там кофе, я угощаю.

Ван Пэн внезапно спросил: “Как называется это кафе?

Е Нань сказал: «92 градуса… Это всего в сотне метров отсюда».

Ван Пэн кивнул и ничего не сказал. Е Нань растерялся, поэтому Лу Чжоу улыбнулся и заговорил.

«Надеюсь, вы не против, это его работа».

Е Нань: «…?»

Глава 1059. Кем ты меня считаешь?

Кафе называлось «92 градуса» и располагалось на углу улицы недалеко от конференц-центра. Поблизости было не так много машин, а интерьер кафе был довольно элегантным. Растения, свисающие с потолка, напоминали джунгли.

«… Молотый кофе погружается в воду при температуре от 91 до 94 градусов. При такой температуре достигается максимальное раскрытие вкуса. Если температура ниже, кофе становится кислым, а если вода почти кипит, вкус становится древесным и горелым. В этом и заключается магия кофе третьей волны».

Лу Чжоу: «Я не знаю, что это значит, но ладно.»

Е Нань улыбнулся и сказал: «Не волнуйся, я вам всё покажу. Можешь рассказать мне, какой кофе вы обычно пьёте?»

Лу Чжоу не хотелось говорить о кофе, поэтому он небрежно ответил: «Обычный растворимый, в котором есть кофеин».

“... Растворимый?” Е Нань был ошеломлен. Он кашлянул и сказал: “Растворимый"… у кофе уникальный вкус. Как правило, люди, которые любят растворимый кофе, предпочитают более темную обжарку...”

Лу Чжоу посмотрел на Е Наня и улыбнулся. Я понятия не имею, о чём говорит этот парень.

Е Нань напомнил Лу Чжоу людей, которых не интересовала учёба, а интересовали только деньги.

«Я просто люблю жить простой жизнью, не люблю тратить время на скучные подробности…» Лу Чжоу посмотрел на бариста и вежливо спросил: «Можно мне, пожалуйста, мокко?»

«Да, сэр».

Бариста кивнул и записал заказ Лу Чжоу.

Внезапно у Лу Чжоу зазвонил телефон.

«Извини, я должен ответить».

Е Нань посмотрел на Лу Чжоу и быстро заговорил:

«Конечно, понимаю… Хм, я возьму кофе со льдом в японском стиле».

«Да, сэр».

Бариста улыбнулся и направился к кофемашине.

После того, как Е Нань подождал несколько минут за столиком с чашками кофе, Лу Чжоу вернулся с улицы.

Е Нань тепло улыбнулся и спросил: «Ну, и кто это был?»

«Люди из Инженерной академии».

Е Нань спросил: «Это срочно?»

Лу Чжоу небрежно ответил: «Не совсем, это кто-то из IEEE, они что-то у меня спрашивают, не знаю, как они узнали мой номер».

Е Нань вспотел. Это не срочно? Возможно, вы так не думаете, но я уверен, что они сходят с ума. Однако, поскольку он был китайцем, он не мог сочувствовать IEEE, иностранной организации. В лучшем случае он был удивлён. Он не знал, что у профессора Лу, которого часто называли добродушным, есть тёмная сторона. Е Нань знал, что не стоит его обижать.

Лу Чжоу сделал глоток кофе и спросил: «Итак, зачем мы здесь?»

«Ах, да».

Е Нань понял, что у него есть всего пять минут, и сразу же начал говорить.

«… Только что представленный продукт Huawei меня очень вдохновил. Стратегия захвата интернета вещей мне очень понравилась!»

Е Нань сделал глоток кофе и продолжил:

«Мне кажется, я уже представляю, куда следует инвестировать в следующий раз!»

Лу Чжоу не понимал, как это связано, но из вежливости всё равно спросил: «Куда?»

«Компьютерные сети! Будь то Интернет или Интернет вещей, технология, которая объединяет всех нас, станет будущим!»

Лу Чжоу: «…» Этот парень… С повреждённым мозгом? На дворе 2022 год, ради всего святого! Может, это было актуально три десятилетия назад. Мужчина подумал, что Лу Чжоу тронут, и самодовольно продолжил: «Конечно, я говорю в общих чертах, но суть в этом. Я думал об этом последние несколько дней. Я изучил всевозможные передовые исследования и презентации коммерческих продуктов, но так и не смог найти ни одной хорошей идеи. Так было до тех пор, пока директор по продуктовой стратегии Huawei не заговорил о прорывах в области «умных» домов, носимых устройств и технологий, расширяющих реальность. Я вдруг кое-что понял».

Увидев, что Е Нань снова замолчал, Лу Чжоу немного разозлился, но всё же спросил: «Что ты понял?»

«Вы смотрели фильм под названием «Первый игрок»?»

Лу Чжоу: «…?»

Е Нань взволнованно заговорил:

«Всё в порядке, я могу объяснить вам сюжет».

Увидев, как взволнован Е Нань, Лу Чжоу почувствовал головную боль и сказал: «Подожди, нет, давай сразу к делу».

Е Нань сказал: «Виртуальная реальность! Вот чего не хватает Huawei!» Вот куда, я думаю, должны быть направлены инвестиции!

«То, что они ничего не анонсировали, не значит, что они проигнорировали это. Возможно, они посчитали, что это не стоит упоминания. Кроме того, виртуальная реальность существует уже много лет». Хотя Лу Чжоу не работал в сфере виртуальной реальности, он всё же немного разбирался в ней. Тогда «небольшая компания» выпустила устройство виртуальной реальности, а когда пришло время выходить на биржу… Несмотря на это, на дворе был 2022 год, и виртуальная реальность не была чем-то новым.

Е Нань с тревогой сказал: «Я не говорю о такой виртуальной реальности! Дизайн шлема — отстой! Я говорю о настоящем ощущении виртуальной реальности! Чипы на углеродной основе значительно повышают производительность процессора, верно? Могут ли чипы на углеродной основе справиться с виртуальной реальностью в Ready Player One?»

Лу Чжоу сделал глоток кофе и поставил чашку на стол. Он сказал: «Я примерно понимаю, что ты имеешь в виду. Ты хочешь напрямую подключить компьютер к нерву и имитировать электрические нервные сигналы для мозга… Так ведь?»

Е Нань взволнованно сказал: “Да!”

Лу Чжоу посмотрел на уверенного в себе Е Нань и вздохнул. Он подчеркнул: «Должен напомнить тебе, что чип на углеродной основе — это не решение всех проблем, связанных с электрическими технологиями. Виртуальная реальность, о которой ты говорил, — это не только вычислительная мощность...»

Е Нань тут же сказал: «У меня есть деньги, я могу инвестировать! Я могу инвестировать сотни миллионов юаней! Если мы создадим эту технологию, мы станем самыми богатыми людьми в мире! У Amazon нет шансов».

Лу Чжоу: “...” За кого ты меня принимаешь?

Лу Чжоу мог сказать, что Е Нань, вероятно, унаследовал большую часть своего состояния от родителей, и он был из тех, кто транжирит родительские деньги. Не только это, но Е Нань даже основал венчурную компанию, чтобы растратить деньги своих родителей. Возможно, у Е Наня действительно было хорошее видение, но Лу Чжоу чувствовал, что у него не все в порядке с головой.

“Есть некоторые вещи, которые деньги не могут решить”.

Лу Чжоу помолчал секунду и спросил.

“Кроме того, ты действительно думаешь, что мне нужны твои деньги?”

Е Нань внезапно вспомнил о слухе о компании East Asia Energy, который распространился в инвестиционной сфере, и смущенно почесал в затылке.

— Гм… Думаю, что нет.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Теория убывающей отдачи применима не только в экономике, но и в научных исследованиях. Для передовых научных исследований наличие слишком большого количества денег, которые некуда потратить, часто может быть разочаровывающим. Однако оборудование для виртуальной реальности, о котором он упомянул, заинтриговало Лу Чжоу. Конечно, его интересовала сама технология, а не исследования, которые за ней стояли. Что, если я действительно смогу перенести своё сознание в компьютер… Лу Чжоу посмотрел на часы и допил кофе. Он встал и заметил.

— Пять минут прошло. Что касается того, о чём ты говоришь, мне интересно, но, к сожалению, я не могу тебе помочь. Но если у меня появятся новые идеи, я тебе позвоню.»

Е Нань встал и сказал. «Буду ждать звонка».

Лу Чжоу кивнул и попрощался. Когда он вышел из кафе, Ван Пэн уже ждал его на парковке. Лу Чжоу достал телефон, направляясь к своей машине.

«Сяо Ай, загрузи для меня Ready Player One».

Вскоре появился текстовый пузырёк.

[Хорошо, Мастер! φ(≧ω≦*)]

Глава 1060. Наши чипы "Dragon"

Сегодня был худший день в карьере Свона на посту генерального директора Intel. На самом деле это был худший день не только для него, но и для Intel за последнее столетие. Когда-то Научно-исследовательский институт сверхбольших интегральных схем, созданный совместно ведущими японскими компаниями по производству полупроводников, доминировал на североамериканском рынке благодаря своим дешёвым и надёжным 64-килобитным чипам. Благодаря ему цена на чипы упала с 26 до 5 долларов. Но даже тогда американцы не испытывали такого отчаяния, как сейчас. Тогда у них ещё была возможность дать отпор. А теперь у их самой передовой технологии не было ни единого шанса против чипов на углеродной основе. У жадных руководителей, сидевших за столом переговоров, побледнели лица. Однако, несмотря на боль, когда Свон вышел из конференц-зала, он почувствовал, что гора свалилась с его плеч. Он чувствовал себя полностью расслабленным. По крайней мере, это означало, что им не придётся подавать заявление о защите от банкротства. Мэйберри увидел, как Свон выходит из конференц-зала, и сразу же спросил: «Ну, как всё прошло?»

Мэйберри оказался в затруднительном положении. В конце концов, это повлияет на то, сможет ли он остаться техническим директором. Не было никаких сомнений в том, что он был экспертом в области интегральных схем, поскольку стал техническим директором благодаря своим способностям. Однако кремниевые интегральные схемы были на грани исчезновения, и он стоял на тонком льду… «… Я не хочу об этом говорить».

Свон безучастно посмотрел на Мэйберри и сказал: «Я просто хочу побыть где-нибудь в одиночестве.

«Тогда, может, выпьем?»

Мэйберри посмотрел на Свона, идущего по коридору, и был немного ошеломлён. Он впервые видел, чтобы мистер Свон, всегда спокойный и собранный, выглядел таким уставшим и подавленным…

…

Не было смысла заставлять «Intel» закрываться. Помимо политических рисков и того факта, что это усложнило бы условия свободной торговли, это была не лучшая идея с точки зрения развития рынка. Пока в Соединённых Штатах существует спрос на интегральные схемы, даже если Intel обанкротится, её место займёт другая компания-производитель полупроводников.

Несмотря на то, что Huawei выиграла эту битву, они знали, что американская полупроводниковая промышленность всё ещё сильна. Вместо того, чтобы позволить другой компании занять место Intel, что привело бы к новой конкуренции, в их интересах было сохранить Intel. В конце концов, если бы Intel действительно обанкротилась, если бы компания с капиталом в сотни миллионов долларов, поддерживаемая Массачусетским технологическим институтом и Уолл-стрит, завладела лабораториями Intel, ситуация стала бы критической. Старый, больной слон был гораздо безопаснее, чем стая молодых голодных волков. Наличие слона в экосистеме могло предотвратить вторжение новых животных. Конечно, если бы слон не смог выжить самостоятельно, его в конце концов съели бы голодные волки…

Отель «Riverside».

В этом столетнем пятизвёздочном отеле проходил банкет. Точнее говоря, празднование. Чтобы отпраздновать успех конференции по запуску продукта, компания Huawei забронировала весь отель на три дня. Похоже, они планировали совместить банкет с отчётом за полугодие. Ван Чжэнфэй и Лу Чжоу сидели за столом. На лице Ван Чжэнфэя появился румянец, и он спросил.

«Ты собираешься вернуться в Цзиньлин завтра?»

Лу Чжоу ответил: «Наверное, на следующий день, завтра у меня встреча в ILHCRC».

Несмотря на то, что Ло Вэньсюань возглавлял Международный комитет Красного Креста, Лу Чжоу по-прежнему был председателем. Другие участники задавали бы вопросы, если бы он не присутствовал на таком важном совещании.

Когда был создан Международный комитет по ликвидации расовой дискриминации, возникли некоторые жалобы на то, что председатель комитета избирается без голосования. Если бы Китай не был единственной страной в мире, способной построить лунный коллайдер, другие страны, возможно, уже покинули бы ILHCRC.

«Лунный адронный коллайдер?»

«Да».

Ван Чжэнфэй сказал: «У вас, молодых, столько энергии, я и представить себе не могу, сколько у вас работы».

Лу Чжоу был главным конструктором Лунного орбитального комитета, председателем ILHCRC.

Не говоря уже о его работе в Университете Цзиньлина и Институте перспективных исследований Цзиньлина. Если бы на месте Лу Чжоу был кто-то другой, у него не было бы времени даже поесть.

— На самом деле всё не так плохо, мне не нужно много заниматься чем-то помимо исследований. Я не устаю, когда занимаюсь любимым делом. — Лу Чжоу выпил немного шампанского и вдруг кое-что вспомнил. Он спросил: — Кстати, ты разговаривал с Intel?

«Да, — сказал Ван Чжэнфэй. — После презентации продукта ко мне подбежал их генеральный директор».

На самом деле это был не только генеральный директор, с ним связались пять американских компаний-производителей полупроводников, включая Qualcomm. Очевидно, этот отраслевой альянс был не таким «союзническим», как они утверждали.

Лу Чжоу спросил: «Не могли бы вы рассказать мне, о чём вы говорили?»

Ван Чжэнфэй улыбнулся и поднял три пальца.

«Две гарантии, одно соглашение».

Лу Чжоу поднял брови, он был заинтригован.

После появления чипов на углеродной основе шаговый двигатель, который использовался для производства чипов на кремниевой основе, стал бесполезным металлом. Сотрудничество между Intel и Huawei, предположительно, было связано с тем, что у Intel всё ещё были козыри в рукаве. Хотя Лу Чжоу не интересовался бизнесом, ему было любопытно, какие козыри есть у Intel.

— В обмен на что?

— На североамериканский рынок!

Лу Чжоу на секунду замолчал и улыбнулся.

«Похоже, на этот раз мы крупно выиграли».

Ван Чжэнфэй улыбнулся. «Выиграли по-крупному? Я бы так сказал!»

Он поднял свой бокал в сторону Лу Чжоу.

«Это всё благодаря вашим чипсам «Dragon»! За это!»

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

«За наши чипы «Dragon».

Глава 1061. Самый большой фанат

Университет Цзинь Лин. Кабинет в конце коридора, в здании факультета математики.

Молодая девушка с хвостиком несла стопку учебников. Она с трудом открыла дверь и вошла в кабинет. Хань Мэнци подошла к столу со стопкой книг и положила их рядом с горой книг. Она сделала два шага назад и вытерла пот со лба. Она смотрела на гору книг и гордилась собой. Она и не подозревала, что настолько сильна. Раздался стук в дверь, и в кабинет вошёл студент.

— Эм… где профессор Лу?

Хань Мэнци была слегка шокирована внезапным появлением гостя. Этим человеком был не кто иной, как обладатель золотой медали IMO, который недавно поступил в Университет Цзинь Лин. Когда эта новость впервые появилась в сети, она вызвала немало споров в кампусе Университета Цзинь. Школьная газета даже взяла интервью у студента и спросила его, почему он не поступил в Шуйму или Яньский университет.

Его ответ был довольно интересным.

Ответ был таков:

«Потому что профессор Лу здесь!»

Хань Мэнци не хотела, чтобы этот незнакомец отнимал у неё профессора Лу, поэтому она ответила резко:

«Профессора здесь нет, он в Шанхае».

Ли Мо сказал: «В Шанхае? В командировке? Когда он вернётся?»

«Самое позднее — через три дня, самое раннее — через два. Вот что он мне сказал. Если у вас есть какие-то вопросы, вы можете задать их мне или написать профессору по электронной почте, но он обычно долго отвечает».

Ли Мо выглядел немного разочарованным. Он почесал голову и сказал. «Спасибо, эм… Тогда я отправлю электронное письмо.»

Хань Мэнци кивнула и ничего не сказала. На самом деле она не любила учить других людей. Не говоря уже о том, что этот парень был слишком восторженным. В первые несколько дней, что он провёл здесь, он продолжал называть Лу Чжоу учителем и господином. Потом Лу Чжоу немного отчитал его, сказав, чтобы он прекратил, но она всё ещё сомневалась в этом парне. В конце концов, она была первой, кто назвал Лу Чжоу учителем. Она чувствовала, что этот маленький сопляк крадёт её личность, и чем больше она об этом думала, тем злее становилась! Ли Мо, с другой стороны, лишь вздохнул, не обращая внимания на мысли Хань Мэнци. Поскольку профессора Лу не было в кабинете, у него не было причин оставаться здесь. Он уже собирался уйти, но вдруг заметил гору книг на столе. Он с любопытством подошёл и прочитал названия.

Он был ошеломлён.

«Быстрый старт разработки AR и VR на платформе Unity3D, проектирование нейронных сетей (второе издание), адаптивные вычисления и машинное обучение, биоинформатика… Мэнци, ты меняешь специальность?»

Хань Мэнци: «Эти книги не мои».

Ли Мо сказал: «… Тогда чьи?»

Хань Мэнци: «Они нужны профессору».

Ли Мо не был шокирован, но всё же немного удивился. Он взял книгу и пролистал её. Хотя он понимал каждое слово, он не знал, что означают эти предложения. Он положил книгу обратно в стопку и вздохнул.

«Наш профессор — эксперт во многих областях… Физика, математика, аэрокосмическая промышленность, аккумуляторы, материалы и этот чип на основе углерода… Как вы думаете, есть ли что-то, чего не может сделать профессор Лу?»

Хань Мэнци на секунду замолчал и неуверенно ответила: «Некоторые вещи, например, информатика…»

Ли Мо сказал: «Но я слышал, что он разработал программное обеспечение для выбора предметов в университете и приложение для составления расписания».

— Да, но его способности к программированию не идут ни в какое сравнение с настоящими учёными-компьютерщиками, — сказал Хань Мэнци. — О да, он не очень хорош в биологии, верно? Есть много вещей, в которых он не силён. Кстати, откуда ты так много о нём знаешь?

Ли Мо неловко улыбнулся и почесал голову.

«Ха-ха, потому что он мой кумир».

Будучи одним из самых больших поклонников Лу Чжоу, Ли Мо не мог вспомнить, что он ел на завтрак, но он мог вспомнить всё о Лу Чжоу. Его одноклассники и соседи по комнате считали это странным, потому что не понимали его страсти к математике. Ли Мо посмотрел на стопки книг и взволнованно спросил.

«Но посмотрите на все эти книги… Сколько времени это у него займёт?»

«Не знаю…» Хань Мэнци покачала головой и сказала: «… Наверное, это его внеклассное чтение на этот год».

Пока они разговаривали, дверь кабинета внезапно открылась. Увидев человека, появившегося в дверях, они оба удивились.

«Профессор?»

«Вы уже вернулись?»

«Да, я сошёл с поезда час назад». Лу Чжоу посмотрел на Хань Мэнци и спросил: «Где книги?»

Хань Мэнци ухмыльнулась и указала на стол. «Они все здесь, я взял все книги из списка в библиотеке».

Лу Чжоу посмотрел на гору книг и на секунду замер. Он не ожидал увидеть так много книг.

Когда Лу Чжоу подумал о том, что попросил женщину помочь ему донести эти книги, он почувствовал себя немного виноватым.

«Это больше, чем я ожидал… Спасибо».

«Ха-ха, не за что…»

Хань Мэнци, улыбаясь, провела пальцем по волосам. Лу Чжоу не мог не заметить сходство между ней и Чэнь Юйшань.

«Я сам верну эти книги, чтобы лично поблагодарить библиотекаря». Лу Чжоу кивнул Ван Пэну, который начал складывать книги в картонную коробку, найденную в кабинете. Ли Мо уже собирался выйти из кабинета, но вспомнил, зачем он сюда пришёл. Он шагнул вперёд и быстро заговорил.

«Прошу прощение… Профессор, у меня есть вопрос, который я хочу вам задать».

«Отправь его на мою электронную почту».

Ван Пэн взял картонную коробку, а Лу Чжоу продолжил: «…Но постарайтесь отправить его сегодня вечером, на следующей неделе я буду занят».

…

Возможно, это было не всё, что он прочитал за год, но определённо довольно много. Сяо Ай нашла 37 учебников, а также 127 статей. После просмотра статей осталось всего 87, но это всё равно огромное количество материала. На самом деле это была непростая задача даже для Лу Чжоу. Изучение новой дисциплины было похоже на строительство башни: если фундамент был непрочным, то построить что-то выше было практически невозможно.

Однако целью Лу Чжоу было не стать мастером алгоритмов нейронных сетей и биологических сетей. Для расчёта общего количества баллов в системе было два входных параметра: его знания и уровень его дисциплины. Два других ключевых элемента, практический опыт и научная интуиция, играли роль в реальных исследованиях, но не учитывались в расчётах системы. Поэтому ему нужно было только вложить знания в свою голову и иметь общее представление о том, как их использовать.

Сяо Ай: [Хозяин, вам нужно, чтобы Сяо Ай отсканировала учебники?]

Лу Чжоу пролистал книгу и ответил: «Не нужно, мне нравится чувствовать бумагу в руках».

Хотя читать на компьютере было удобнее, чтение бумажной книги было полезнее для глаз. Лу Чжоу был старомодным человеком.

Сяо Ай: [Но разве чтение электронных файлов не более эффективно?]

Лу Чжоу: «Да, но люди — не логичный вид, иногда мы стремимся к чему-то, что не является эффективным».

Сяо Ай: [Зачем?]

Лу Чжоу на секунду задумался и сказал: «Это что-то вроде удовлетворения».

Сяо Ай:

[Удовлетворения? Что это такое? ᕙ(⇀‸↼‵‵)]

— Да, это похоже на то, что делает вас счастливым, будь то окружающая обстановка или ваше душевное состояние… Это становится немного философским, так что давайте остановимся на этом.

Сяо Ай: [О, но Сяо Ай хочет знать больше.]

Лу Чжоу посмотрел на камеру ноутбука и спросил: «Зачем?»

Сяо Ай: [Чтобы Сяо Ай могла удовлетворить хозяина.]

Лу Чжоу: «…»

Лу Чжоу решил проигнорировать искусственный интеллект. Он достал из системного блока серебряную бутылочку с лекарством и вынул таблетку. Он взял стакан воды и проглотил таблетку. Через десять минут он почувствовал тепло в позвоночнике, которое постепенно распространилось по всему телу и, наконец, сосредоточилось в мозгу. Лу Чжоу закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Когда он снова открыл глаза, туман в голове рассеялся, и он почувствовал себя более сосредоточенным, чем когда-либо. Когда он открыл учебник, сложные концепции стали понятными, и он начал мгновенно усваивать материал. Лу Чжоу не мог не испытывать воодушевления.

Это начало нового пути!

Глава 1062. Маленькие машины, большие машины и коллайдеры

Пока Лу Чжоу был на очередном собрании, во внешнем мире произошло нечто грандиозное.

Давайте начнём с небольших новостей. В Шанхае на рынок был успешно выпущен первый электромобиль, работающий на литий-воздушном аккумуляторе. Его запас хода был в два раза больше, чем у литий-серных аккумуляторов, а технология беспроводной зарядки встроенная в аккумулятор вызвала бурное обсуждение после выпуска. Что ещё более удивительно, автомобиль был произведён компанией BYD Auto. Никто не ожидал, что бренд среднего класса возьмёт на себя инициативу и будет использовать электромобиль в качестве основного преимущества, опередив BMW, Mercedes-Benz, Volkswagen… а также Tesla.

Люди не знали, как к этому относиться… С другой стороны, Beep Beep Charging была официальным партнёром BYD Auto по технической поддержке беспроводной зарядки, и ей не уделялось столько же внимания, как BYD. С тех пор как Beep Beep Charging обошла дочернюю компанию Tesla Evgo, уровень покрытия в Шанхае достиг 85%, что превзошло их годовые показатели. Они также начали расширяться в провинциях Чжэцзян и Цзянсу. С другой стороны, крупные торговые центры в Калифорнии также начали внедрять зарядные станции Beep Beep. Когда в Калифорнии была построена термоядерная электростанция, рынок электромобилей на западном побережье Америки начал стремительно расти. Это была хорошая возможность для Beep Beep Charging занять лидирующие позиции на рынке зарядных станций. А теперь к более важным новостям.

В то время как индустрия электромобилей в Китае переживала бум, произошёл ещё один прорыв в сфере общественного транспорта.

Первый в мире поезд на магнитной подушке Jinshang Line был официально открыт для пассажиров и соединил Шанхай и Цзиньлин.

Согласно заявленным характеристикам, поезд на магнитной подушке может развивать скорость до 2000 километров в час, в то время как его первоначальная испытательная скорость составляла 600 километров в час. После завершения испытаний рабочая скорость увеличится до 900–1000 километров в час. Когда люди читали об этом в новостях, они видели, что это было так же быстро, как коммерческие самолёты. Евклидово расстояние от Цзиньлина до Шанхая составляло всего 300 километров. Теоретически, если ехать со скоростью 1000 километров в час, дорога из Шанхая в Цзиньлин займёт всего 18 минут. Что бы это значило? Это означало, что на поезде на магнитной подушке из Шанхая в Цзиньлин можно было добраться быстрее, чем на метро из пригородов Шанхая в центр города. После выхода этой новости многие жители Цзиньлина пошутили, что могли бы съездить в Шанхай на обед, чтобы поесть пельменей, а затем вернуться до конца обеденного перерыва. Конечно, учитывая стоимость билета, пельмени обошлись бы довольно дорого. В то время как жители Цзиньлина и Шанхая радовались открытию поезда на магнитной подушке, линия Цзинбэй, соединяющая Пекин и Цзиньлин, также находилась в стадии строительства. Когда эта линия будет завершена, линия Цзиньшань будет интегрирована в линию Цзиньбэй, соединяющую три столицы провинций. Согласно заявлению, опубликованному соответствующими министерствами, планировалось построить шесть новых линий. Это позволит обеспечить 100-процентное покрытие всех крупных городов. Когда весь проект будет завершён, люди в стране вступят в эпоху транзита, когда перевозки между провинциями будут быстрее, чем перевозки внутри провинций. Некоторые люди даже не летали на самолётах, но теперь они смогут сесть на поезд, который будет быстрее самолёта.

От литий-серных аккумуляторов к литий-воздушным, первый в мире поезд на магнитной подушке с вакуумными трубками…

Через три года после прорыва в области управляемого термоядерного синтеза общественный транспорт в Китае уже претерпел революционные изменения. Не говоря уже о других изменениях, которые происходили в то время. Однажды это достигнет критической точки. Люди оглянутся на прошлое и наконец поймут, как далеко они продвинулись…

После завершения первого международного саммита по физике высоких энергий ILHCRC генеральный секретарь Луо Вэньсюань объявил в конце конференции, что третья фаза строительства лунного адронного коллайдера завершена. С помощью сверхпроводящих магнитов на поверхности Луны уже смонтирован трек коллайдера, а окончательные монтажные работы будут завершены в течение года. Если всё пойдёт хорошо, первая пробная эксплуатация этого гигантского научно-исследовательского устройства может начаться в марте следующего года. Единственная оставшаяся проблема заключалась в том, что было трудно рассчитывать на то, что лунные электрогенераторы будут обеспечивать энергией этого гиганта. Текущее решение заключалось в установке зарядной станции, три дня зарядки равнялись трём минутам эксперимента. Конечно, были также предложения установить термоядерный реактор на поверхности Луны, но с этим решением было много технических проблем.

Одним из решений было использование термоядерных батарей, подобных тем, что используются в Skyglow и Starlight. Однако стоимость была нереальной, а мощности было недостаточно. Это было всё равно что снять реактор с авианосца и с его помощью обеспечить энергией целый город. Даже если бы это был небольшой город, он не смог бы обеспечить его энергией в достаточном количестве. Будь то на Луне или на планете Земля, международные новости были наполнены последними разработками Китая.

Помимо электромобилей, поездов на магнитной подушке и коллайдера в небе, самым захватывающим, несомненно, был инновационный мобильный телефон mete100. В конце концов, это было что-то, что действительно влияло на жизнь людей. Что-то, за чем люди внимательно следили. Чип на углеродной основе привлёк международное внимание, а стратегия, представленная директором по продуктовой стратегии Huawei, вселила в людей большие надежды. На фоне всего этого гигант полупроводниковой промышленности Intel внезапно объявил о заключении соглашения с Huawei HiSilicon, в рамках которого HiSilicon будет производить микросхемы нового поколения на основе углерода на своём заводе в Цзянчэне. Эта новость была подобна урагану двенадцатой категории, потрясшему полупроводниковую промышленность. Никто не ожидал, что Intel сделает что-то подобное. Люди задавались вопросом, почему HiSilicon, которая всегда специализировалась на проектировании интегральных схем, начала производить собственные чипы? В представлении большинства людей HiSilicon была просто компанией по проектированию чипов, которая могла поставлять продукцию только своей материнской компании из-за ограниченных производственных мощностей.

Но теперь, благодаря кластеру* полупроводниковой промышленности в Цзянчэне, производственные мощности перестали быть проблемой. Казалось, что обе компании полностью изменились. В сфере производства микросхем на основе углерода Intel была вынуждена полагаться на такого OEM-производителя, как HiSilicon. Сотрудничество между Intel и Huawei означало, что растущая полупроводниковая промышленность Китая получит крупные заказы с американского рынка. Накапливая опыт и капитал за счёт других заказов, Китай мог бы инвестировать в исследования и разработки. Это сформировало бы положительную обратную связь, ещё больше расширив преимущества Китая в сфере полупроводников. Вот так богатые становились еще богаче. С другой стороны, когда Intel приняла условия, она отказалась от своей власти и открыла двери для чипов на углеродной основе. Она опустилась с вершины на самое дно отраслевой цепочки. Даже при том, что это было трудно принять, такова была цена выживания. Увидев, что даже всемогущая Intel перешла на тёмную сторону, Qualcomm немедленно объявила о своём вступлении в углеродную эру. Они подписали соглашение с Huawei и даже отправили в Шанхай большое количество специалистов в области коммуникаций и модемов. Они стали надёжными сторонниками новой углеродной экосистемы в сфере производства микросхем. Intel и Qualcomm изо всех сил старались выжить и даже активно помогали заменять собственные кремниевые чипы. В конце концов, это был единственный выход. Если бы они упорно держались за кремниевые чипы, то закончили бы так же, как Nokia и Motorola…

* - Кластер — объединение нескольких однородных элементов, которое может рассматриваться как самостоятельная единица, обладающая определёнными свойствами.

Глава 1063. Технология стоимостью пятнадцать тысяч

Утреннее солнце пробивалось сквозь дубовые листья за окном, а белое облако плыло высоко в голубом небе. Лу Чжоу отложил ручку и откинулся на спинку стула. Он глубоко вдохнул утренний воздух и удобно устроился.

«Наконец-то закончил!»

Он закончил читать все учебники и статьи. Тридцать семь учебников и 87 статей по биологии и информатике. Он почти израсходовал все оставшиеся тридцать таблеток памяти. Даже если он не понимал содержание на концептуальном уровне, по крайней мере, всё это отложилось у него в голове. После этого он использовал общие системные баллы, чтобы «синтезировать» свои новые знания. Лу Чжоу потянулся и встал со стула. Он насвистывал, направляясь в ванную, чтобы принять душ. Когда он вышел, дрон Сяо Ай уже приготовил для него тосты, молоко и омлет. Дрон отправил еду на его стол. Поскольку Лу Чжоу последние несколько дней был на отдыхе, ему не нужно было выходить из дома. Он также не хотел беспокоить Ван Пэна и просить его принести завтрак. Лу Чжоу спокойно завтракал за обеденным столом. В это время по телевизору показывали утренние новости, поэтому он включил телевизор и начал смотреть. Он был немного шокирован, услышав их.

«… Я и не подозревал, что в этом месяце произошло так много всего», — сказал Лу Чжоу, услышав о поезде, который ходит из Шанхая в Цзиньлин каждые полчаса. Теперь мы действительно в будущем, перемены происходят каждый день. Он был в отпуске всего месяц, но ему казалось, что он полностью оторван от реальности. Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он вытер рот салфеткой и встал со стула. Он достал телефон и позвонил Ван Пэну. Вскоре звонок соединился. Ван Пэн говорил кратко.

— Куда ехать?

— В Институт перспективных исследований.

— Хорошо, буду через пять минут.

…

Третий подземный этаж Института перспективных исследований Цзиньлин.

Лу Чжоу открыл дверь и вошёл в свою личную подземную лабораторию. Он подошёл к чёрному квантовому компьютеру и сел. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он потратил минуту на то, чтобы привести в порядок свои мысли. Он вспомнил прочитанные статьи и книги, представил и визуализировал нейронные сети, модуляцию нейронных сигналов и т. д. Он сформулировал в уме полную задачу и обратился к системе за помощью.

[Требуется 15 000 очков опыта]

[Подтвердить покупку?]

Это стоило дороже, чем технология управляемого термоядерного синтеза. Не говоря уже о том, что это была цена после повышения его дисциплины… Лу Чжоу посмотрел на это пугающее число и нажал кнопку «Подтвердить». Как только он нажал кнопку, диалоговое окно превратилось в шар голубого света, который медленно поплыл к нему. Чем ближе голубой шар света приближался к нему, тем теплее становилось его тело. Он чувствовал, как тёплый поток струится от его спинного мозга, поднимаясь к коре головного мозга. Постепенно поток стал теплее и сильнее. Лу Чжоу почувствовал жжение в сознании. Он сжал кулаки и стиснул зубы, когда со лба начал капать пот. Если бы это было несколько лет назад, он мог бы потерять сознание. Но теперь его болевой порог был намного выше. Через некоторое время жар постепенно исчез. Лу Чжоу открыл глаза и глубоко вздохнул. Прошло всего десять минут, но казалось, что десять лет. Он заметил, что его футболка промокла от пота. «Наконец-то всё закончилось». Лу Чжоу сделал глубокий вдох и начал просматривать знания, которые система внедрила в его мозг. Это был удивительный опыт. Всё, что касалось технологии нейронного интерфейса, запечатлелось в его сознании. Как будто кто-то выкопал его мозг и вставил туда воспоминание. Всё казалось незнакомым, но ясным как день. Лу Чжоу потратил около получаса на изучение своих новых знаний. В его глазах читалось осознание. «Я понимаю… Неудивительно, что это было так дорого». Технология полностью захватывающей виртуальной реальности была похожа на головоломку. Это была не просто одна вещь. Скорее, она была разделена на бесчисленное множество различных технологий. Например, одним из фрагментов был модем для передачи нейронных сигналов. На исследование одного этого модема могли бы уйти годы. Набор протезов из титанового сплава для Ли Гаоляна можно рассматривать как применение этой технологии. Модуляция нейронного сигнала преобразуется в электрический сигнал для двигателей протезов, что позволяет выполнять ряд сложных движений. Поскольку Институт перспективных исследований Цзиньлин занимался этой областью исследований, Лу Чжоу обладал некоторыми знаниями в этой сфере. Затем последовал ряд других проблем, таких как имитация зрительных, слуховых и обонятельных сигналов. А также физиологическая стимуляция без побочных эффектов. Эти технологии были самыми передовыми исследованиями в области нейробиологии и биохимии. Несмотря на то, что исследования проводились более 30 лет, прогресса было мало. Система предоставила ему полный ответ на эти технологии. По сути, план был в его руках, и то, как им пользоваться, полностью зависело от него. Осознав это, в глазах Лу Чжоу мелькнуло волнение. Теперь ему просто нужно было воплотить этот план в реальность! Не колеблясь, Лу Чжоу записал свои новообретенные знания в базу данных Сяо Ая. Внезапно в правом нижнем углу экрана появился текстовый пузырек.

Сяо Ай: [Мастер, у вас промокла спина, хотите новую одежду? (๑°⌓°๑)]

Лу Чжоу перестал печатать и на секунду задумался, прежде чем кивнуть. “Да, принеси мне комплект новой одежды”.

Дрон, лежащий на столе, взлетел, и вскоре он принес новый комплект одежды из кладовки по соседству. “Спасибо”.

Сяо Ай: [Не за что. Гм, мастер, вам нужна помощь Сяо Ай, чтобы переодеться? (///ω///)]

Лу Чжоу посмотрел на роботизированную руку рядом с ним и ответил. “... Нет, спасибо”.

Глава 1064. Новое появление доктора Z

В протезе Ли Гаоляна из титанового сплава использовалась технология нейронного интерфейса, которая позволила ему снова встать на ноги. Эксперты по информационным технологиям из Института перспективных исследований Цзиньлин также рассказали Лу Чжоу кое-что… Оказалось, что эту технологию можно применять не только для парализованных людей с повреждёнными спинномозговыми нервами. Если бы они могли объединять сложные визуальные, двигательные и слуховые сигналы, а затем имитировать их, напрямую подключая устройство к нейронным путям, то можно было бы преобразовать сознание в цифровой мир. Технология виртуальной реальности перестала бы быть фантазией. Тогда Лу Чжоу сказал, что его заинтересовал исследовательский проект, но у него были более важные дела, поэтому он отложил его. Но теперь, благодаря прорыву в технологии производства микросхем на основе углерода, а также накоплению огромного количества системных баллов, Лу Чжоу вновь задумался об этом проекте. Лу Чжоу подумал о Вере, которая всё ещё спала. Хотя он не мог разбудить её сейчас, он решил, что должен хотя бы что-то для неё сделать. Хотя он прекрасно понимал, что это устройство вряд ли сработает на её теле…

Переодевшись, Лу Чжоу сел перед компьютером и просмотрел записи. По сути, технологию можно разделить на три компонента. Один из них собирал нейронные сигналы, другой обрабатывал нейронные сигналы и, наконец, моделировал нейронные сигналы, то есть передавал информацию обратно в мозг. Каждый из этих компонентов был технически сложнее предыдущего. Собирать нервные сигналы было очень просто. Датчики ЭЭГ существовали с 80-х годов. С тех пор эта технология значительно продвинулась вперёд, превзойдя ожидания большинства людей. Система виртуальной реальности, созданная компанией Eyemynd в Кремниевой долине, позволяла пользователям перемещаться по виртуальному миру силой мысли, а студенты Университета Флориды в 2018 году одержали победу в первом в мире конкурса беспилотных летательных аппаратов brainwave. Все это были примеры применения технологии. Что касается второго компонента, технологии обработки нейронных сигналов, то она была гораздо сложнее, чем сбор нейронных сигналов. Несмотря на то, что на первый взгляд это была проблема, связанная со способностью компьютера обрабатывать информацию, на самом деле всё было сложнее. Это произошло потому, что люди очень мало знали о собственном мозге. Зрительные, слуховые и обонятельные сигналы стимулировали мозг гораздо меньше, чем сигналы, связанные с действиями. Различение этих сигналов, а также составление инструкций для использования в мире виртуальной реальности… Это было частью второго технологического компонента. Что касается третьего компонента, который должен был передавать электрический сигнал, обработанный нейронным модемом, в мозг, то именно эта часть оказывала наибольшее влияние на впечатления пользователя. Это была также самая сложная и трудоёмкая часть всего нейронного интерфейса технологии виртуальной реальности. Причина была проста. Если люди не могли даже понять сигналы, поступающие из мозга, как они могли посылать сигналы в мозг? Одним из наиболее продвинутых подходов была имплантация нейропротезов в кору головного мозга. Однако эта технология в основном использовалась для устранения нарушений движения, вызванных повреждением нервов. Предстояло ещё многое сделать, прежде чем они смогут имитировать ряд сигналов, таких как зрение, слух и обоняние. Лидером в этой области был Каталонский институт нанонауки и нанотехнологий в Барселоне, Испания. Используя материалы на основе графена, исследователи из института разрабатывали электрод, который мог бы взаимодействовать с мозговой тканью. На самом деле у Лу Чжоу не было полного набора чертежей для третьего технологического компонента. Большинство ответов, которые он получил, используя общие баллы, были сосредоточены на втором компоненте, который занимался обработкой нейронных сигналов. Единственным видом симуляции мозговых сигналов, которого он мог добиться, была визуальная. Что касается других чувств, таких как обоняние, осязание и слух, ему пришлось бы полагаться на внешние раздражители. Например, на наушники. Лу Чжоу был немного расстроен из-за этого. Если бы он мог имитировать все ощущения, он мог бы создать совершенную технологию виртуальной реальности. Это означало подключение сознания к миру виртуальной реальности, дающее людям вторую жизнь. Когда придёт время, люди смогут делать всё, что захотят: прыгать с парашютом, заниматься скалолазанием, серфингом; они смогут провести остаток жизни с двухмерными персонажами, если захотят. К сожалению, его уровень дисциплины был недостаточно высок, чтобы система могла дать ему полный ответ. К счастью, тот факт, что система предоставила ему возможность обменять общие баллы на ответ, означал, что он мог решить эту проблему самостоятельно. Однако это было бы гораздо сложнее. Лу Чжоу сел за компьютер и на секунду задумался. Не в самом лучшем расположении духа он нашёл в своих заметках теоретический раздел, который был не слишком сложным и не касался патентов. Он собрал материалы в статью. Он не ожидал, что эта статья произведёт революцию в индустрии виртуальной реальности, но надеялся, что она вдохновит других учёных на проведение ценных исследований… Что касается автора статьи… Учитывая тот факт, что основное исследование в этой статье было посвящено информатике и биологии, Лу Чжоу использовал псевдоним «Доктор Z». В прошлый раз его чуть не раскрыли. Учтя прошлый урок, он не стал публиковать статью на arXiv. Вместо этого он загрузил её на BioRxiv. Когда Лу Чжоу уже собирался опубликовать статью, он вдруг кое-что понял. Подождите секунду, если я загружу её на BioRxiv, не будет ли это выглядеть подозрительно? Лу Чжоу закрыл сайт BioRxiv и загрузил статью на arXiv. Несмотря на то, что на arXiv было не так много биологов, как на BioRxiv, больше исследователей в области математики, информатики и физики внимательно следили за arXiv. Ученые, работающие с нейронными сетями, чаще следили за arXiv, чем за BioRxiv. Конечно, биологические нейронные сети и механические нейронные сети были одними из самых сложных областей в биологии и информатике. Редкому учёному удавалось освоить обе эти области. Лу Чжоу надеялся найти отличного исследователя, с которым можно было бы сотрудничать… Возможно, они смогли бы помочь ему в этом исследовательском проекте. Однако он не возлагал больших надежд. Основная причина, по которой он загрузил эту статью, заключалась в том, чтобы сделать её менее подозрительной, когда он в конце концов создаст технологию виртуальной реальности. В конце концов, если бы эта технология появилась из ниоткуда, у специалистов в этой области возникли бы вопросы. Это было почти то же самое, что создать атомную бомбу, не открыв уравнения массы-энергии. Несмотря на то, что Лу Чжоу было все равно, что подумают другие люди, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. После того, как Лу Чжоу загрузил статью, он откинулся на спинку стула и спросил.

“Сяо Ай, все готово?”

Подлетел дрон со строкой текста на дисплее. [Все готово! Мастер, мастер, с чего нам начать! (๑•̀ᄇ•́)و✧] Лу Чжоу посмотрел на механическую руку на стене, которая двигалась вверх и вниз. Он задумался на секунду, прежде чем сказать: «Давай сначала сделаем кресло».

[…? Откидной стул? (•̀∀•́)]

— Да, чтобы люди могли лежать… Это должно быть более удобно для пользователя. Я найду несколько эргономичных дизайнов в интернете. У нас есть материалы для его создания. Затем шлем… Я думаю, он должен быть хорошо спроектирован. Модуль нейронного сигнала и датчик ЭЭГ должны быть интегрированы в шлем. Дай подумать… Да, так должно быть. Лу Чжоу сидел перед компьютером, возившись с программой для 3D-моделирования. Он уже погрузился в работу. Чего он не знал, так это того, что статья на arXiv, опубликованная доктором Z, уже начала шокировать биологическое сообщество.

Глава 1065. Всë ради науки!

Швейцария.

Исследовательский центр нейронных сетей.

Саррот стоял в холле, оглядываясь по сторонам. Он выглядел немного смущённым. В окружении людей в белых халатах он казался не к месту. Что касается того, почему он здесь… Это долгая история. С тех пор как Саррот покинул Соединённые Штаты и вернулся в свой родной город в Нидерландах, он отказался от славы и богатства. Опираясь на свой накопленный опыт, полученный во время работы с профессором Лу, он добился ряда выдающихся результатов в области графена. Теперь он считался экспертом в своей области. Он не ожидал этого. Когда на него посыпались всевозможные награды и возможности, он даже немного растерялся. Затем Корнеллский университет отправил ему электронное письмо, в котором обещал финансирование исследований в размере 30 миллионов долларов США. Однако после того, как к нему обратилось ФБР, он уже отказался от своей родной страны. Он не собирался возвращаться. Несмотря на то, что европейское академическое сообщество было не таким сильным, оно всё равно было хорошим местом для проведения научных исследований. Два дня назад, когда он ехал из Амстердама в Женеву на научную конференцию, ему внезапно позвонил старый друг, с которым он не общался тридцать лет, и сказал, что собирается показать ему кое-что удивительное. Вот почему он был здесь. Он размышлял, не позвонить ли другу, когда услышал голос из коридора. «Добро пожаловать! Друг мой, ты наконец-то здесь! Я ждал тебя». Саррот оглянулся и увидел пожилого мужчину с избыточным весом, который был на грани облысения. Старик подошёл к нему с улыбкой на лице. Саррот с трудом подбирал имя к этому лицу. Он пожал старику руку и сказал.

«Привет… Мы не виделись несколько десятилетий, верно?»

— Вообще-то, три десятилетия, — сказал профессор Люмьер, вспоминая прошлое. Он улыбнулся и продолжил: — Думаю, когда я начал изучать биологию, мы перестали видеться.

Саррот: «… На самом деле, я не совсем понимаю, почему ты это сделал, ты отказался от многообещающей области».

«А ты не такой же? Отказался от информатики, вместо этого занялся материаловедением».

Брови Саррота дрогнули, когда он кашлянул.

«На самом деле, это было связано с обстоятельствами… Кроме того, я понял, что материаловедение мне больше подходит, чем информатика».

— У меня то же самое, жизнь полна сюрпризов. Но благодаря тому, что я изучаю информатику, исследовать нейронные сети стало намного проще… Люмьер улыбнулся и похлопал друга по плечу. Он сказал: «Пойдём со мной. Я покажу тебе кое-что удивительное».

Когда они учились в Амстердамском университете, оба специализировались на информационной инженерии. Позже Саррот получил степень магистра в Корнеллском университете и познакомился со своим научным руководителем, став в итоге исследователем в области материаловедения. К счастью, его научный руководитель помог ему получить работу преподавателя. Однако Саррот не остался на академическом пути. Вместо этого он отправился на западное побережье, в Силиконовую долину. Используя свою репутацию бывшего профессора Корнельского университета, он смог получить финансирование и приобрести собственную лабораторию ... которая в конечном итоге была куплена Лу Чжоу. Саррот признавал, что любит хвастаться и преувеличивать, пользуясь лазейками. Однако большую часть времени он был вынужден занимать неправильную позицию. Но теперь он был другим человеком. По какой-то причине Саррот увидел себя в Люмьере… Люмьер был точно таким же, каким был он сам несколько лет назад. Как и ожидалось, когда он последовал за Люмьером в кабинет и увидел, как Люмьер берёт со стола стопку бумаг, Саррот пришёл в ярость.

«Это то, что ты хотел мне показать?»

Люмьер: «Это диссертация доктора Z! Вы, должно быть, слышали о нём, он был человеком, который спас мир».

Саррот: «То есть вы заставили меня ехать на часовом поезде из Женевы только для того, чтобы показать мне статью, которую я мог бы сам скачать с arXiv?»

Люмьер не испугался и ответил преувеличенно громким голосом.

«О, друг мой, ты не представляешь, какое влияние эта статья оказала на биологию… особенно в области нейронных сетей!»

Саррот сказал: «Ты игнорируешь мой вопрос!»

«Но дело не в этом!» Профессор Люмьер указал на статью и добавил: «Послушайте, мы учёные, давайте сосредоточимся на самой статье».

«Но…»

«Никаких «но»! Давайте сначала выиграем Нобелевскую премию».

Подождите секунду, я имею право злиться на Люмьера. Почему он кричит на меня? Саррот был немного ошарашен ситуацией, особенно когда услышал слово «Нобелевская премия».

«…Нобелевская премия?»

«Да, Нобелевская премия! Это исследование определённо достойно Нобелевской премии. Его влияние не меньше, чем влияние Джона фон Неймана на компьютеры…»

Брови Саррота нахмурились, когда он заметил.

«Но автором этой статьи является доктор Z… Какое отношение это имеет к нам?»

[Компиляционная структура для преобразования нейронных и электрических сигналов]

Название статьи звучало довольно интересно.

Если это тот самый доктор Z, который решил проблему с бактериями на Марсе, то это должна быть серьёзная статья. Но проблема была в том, что… Какое отношение это имеет к нему? Он был всего лишь учёным, изучающим графеновые материалы. Люмьер заметил замешательство в глазах своего друга и терпеливо объяснил: «Проблема в том, что сама по себе эта статья не достойна Нобелевской премии, может быть, даже премии Тьюринга. Но эта статья даёт шанс совершить прорыв в биологических нейронных сетях! Вы понимаете, что я имею в виду? Единственное требование для получения Нобелевской премии — это результат исследования. Но сейчас вся эта область находится в тупике. Но теперь ситуация изменилась! Эта статья даёт совершенно новое объяснение процессу формирования биологической нейронной сети, передающей сигналы и обеспечивающей зрение, и предлагает структуру процедурной компиляции для преобразования нейронных и электрических сигналов. Эта работа является абсолютно новаторской. Знаете ли вы, что значит изобретение этой технологии?»

Саррот слушал Люмьера, листая газету в своей руке. «…Значит, научная фантастика стала реальностью? Я помню, как видел это в «Первом игроку приготовиться».

Люмьер подчеркнул: «Это не просто поверхностная вещь, вы думаете, что это всего лишь видеоигра? Это гораздо больше! Это может изменить наше восприятие интернета! Но, по сути, всё, что вам нужно знать, — это то, что эта технология изменит мир!»

«Вы не ответили на мой предыдущий вопрос, — сказал Саррот, держа в руке бумагу. — Так что же это имеет ко мне отношение?»

Люмьер серьёзно спросил: «Вы верите, что эта технология изменит мир?»

Саррот: «…Если вы так говорите».

Люмьер: «Спасибо! Если эта технология воплотится в жизнь, не думаете ли вы, что Нобелевский комитет рассмотрит возможность присуждения премии изобретателю?

Саррот: «В области компьютерных наук нет Нобелевской премии».

— Но есть Нобелевская премия по медицине и химии! Подумайте об этом, Люмьер и его друг Саррот… а также доктор Z расширили исследования биологических нейронных сетей и связи между нейронными и компьютерными системами. Они будут удостоены Нобелевской премии по химии. Учитывая тот факт, что доктор Z остаётся анонимным, мы разделим призовые деньги поровну.

Люмьер откашлялся и заговорил с торжественным выражением лица.

“Я искренне приглашаю тебя, мой друг.… Ты хочешь присоединиться к нам?”

Саррот молчал. Несмотря на то, что он больше не преследовал тщеславия, Нобелевская премия была высшей честью в академических кругах… Честно говоря, он был немного соблазнен. Подумав несколько секунд, он произнес.

“... Я подумаю об этом”.

На лице профессора Люмьера появилась улыбка. Несмотря на то, что его друг не согласился сразу, по выражению лица Саррота было понятно… Саррот испытывал искушение. После ухода профессора Саррота профессор Люмьер взволнованно расхаживал взад-вперёд по лаборатории.

«Исследование графена должно пройти успешно. У нас есть эксперт по материалам для нейронных интерфейсов. Дайте-ка подумать, кто нам ещё нужен… О да!»

Профессору Люмьеру внезапно пришла в голову идея, и он щёлкнул пальцами. Не колеблясь, он сел за компьютер и открыл браузер. Вскоре после этого в его браузере загрузился простой сайт-форум. Это был даркнет. Этот форум, для доступа к которому требовалось специальное программное обеспечение и настройка, с менее чем 10 000 активных пользователей по всему миру, служил центром интернет-торговли. Люди использовали биткоин для покупки и продажи вещей, как незаконных, так и легальных. Профессор Люмьер предложил провести расследование по электронной почте и номеру телефона доктора Z. Он откинулся на спинку стула и улыбнулся. Теперь ему нужно было изучить статью доктора Z и дождаться, когда в его почтовом ящике появится номер телефона и адрес электронной почты доктора Z. Даже если бы доктор Z никогда не оставлял своих контактных данных в интернете, эти хакеры из даркнета ничего не смогли бы с этим поделать. Несмотря на то, что это было довольно невежливо, всё делалось во имя науки. Если бы он смог привлечь доктора Z в свою исследовательскую группу, его исследования, несомненно, были бы более эффективными. Он знал, что после разговора с доктором Z сможет убедить его присоединиться к команде…

Глава 1066. Стань свидетелем чуда!

После публикации статьи Лу Чжоу целыми днями проводил время в подземной лаборатории Института перспективных исследований Цзиньлин. Если ему нечего было делать, он проводил в лаборатории весь день. Институт перспективных исследований Цзиньлин пригодился ему, когда он захотел заняться крупным проектом. Будучи признанным государством крупным исследовательским центром, Лу Чжоу мог делать всё, что хотел, просто написав электронное письмо в финансовый отдел института. Даже если что-то нельзя было купить, существовали другие способы получить желаемое. Например, если бы ему понадобились углеродные чипы с высокой плотностью интеграции, он мог бы легко получить их в лаборатории профессора У Тяньцюня. Или если бы ему понадобился специальный датчик ЭЭГ, он мог бы заказать его у поставщика профессионального медицинского оборудования в институте. Деньги не были проблемой. Он мог даже получить в своё распоряжение дорогостоящие материалы, такие как дейтерий или тритий, а также радиоактивные материалы, которые можно было использовать для создания оружия… Конечно, машине виртуальной реальности не требовались эти опасные материалы. Лу Чжоу получил эти материалы только для своей термоядерной батареи. В течение двух недель он проводил дни в подземной лаборатории. Лу Чжоу ходил только в свой особняк в Чжуншане и в подземную лабораторию. Они с Сяо Ай вместе работали над экспериментальной машиной виртуальной реальности. Изначально он занимался «объединением» математики, но теперь увлёкся разработкой виртуальной реальности. Лу Чжоу чувствовал, что уделяет своему хобби слишком много внимания. Однако сосредоточиться на своих увлечениях может быть интересно. Особенно когда эта технология виртуальной реальности потрясёт мир. Лу Чжоу был взволнован, просто думая о потенциале этой технологии. Он был из тех, кто не любит внимания, но иногда…

Иногда ему нравилось внимание.

После двух с лишним недель напряжённой работы прототип виртуальной реальности был наконец создан мастером и его слугой...

…

В лаборатории Института перспективных исследований.

Лу Чжоу перенёс сюда всё устройство и собрал его. Он позвонил Чэнь Юйшань и попросил её прийти сюда. Получив звонок, Чэнь Юйшань быстро примчалась сюда из штаб-квартиры Star Sky Technology. Увидев машину перед Лу Чжоу, она замерла. В конце концов, машина была не очень… хорошо сделана. Даже Лу Чжоу казалось, что она выглядит неуместно…

«Это то, что ты хотел мне показать… Виртуальная реальность, которая изменит Интернет, каким мы его знаем?» — нерешительно спросила Чэнь Юйшань. Чэнь Юйшань даже не знал, как называется эта машина. Лу Чжоу не смог сдержать ухмылку. Результаты его математических исследований были непонятны широкой публике. Однако больше всего он ждал того момента, когда совершит прорыв в прикладной области, чтобы увидеть удивлённые лица людей. Хотя Чэнь Юйшань ещё не была шокирована, Лу Чжоу был уверен, что его ожидания оправдаются. Именно поэтому он пригласил её сюда.

«Великие результаты часто начинаются с малого. Я признаю, что это не самая красивая вещь в мире. Я имею в виду, что это всего лишь экспериментальная машина, и я не добавил все эти навороты».

«Ладно, я поняла…» Чэнь Юйшань пожала плечами и посмотрела на машину.

«… Где дисплей? Я его не вижу».

Рядом с устройством стоял компьютерный монитор, который явно предназначался не для пользователя. В конце концов, это должна была быть виртуальная реальность.

— Я же говорил тебе, что это революция, так что нам не нужны дисплеи, — сказал Лу Чжоу, взял шлем и протянул его Чэнь Юйшань.

«Хватит болтать, почему бы тебе не попробовать самой?»

Чэнь Юйшань сняла туфли и легла на стул, похожий на стоматологический. Когда она уже собиралась надеть шлем, то вдруг забеспокоилась. Держа шлем в руках, она спросила: «Мне правда нужно его надеть?»

Лу Чжоу начал терять терпение и сказал: «Да, чёрт возьми, Шерлок, в этом-то и смысл».

«Но… Я ничего не смогу увидеть, как только надену это ”.

Лу Чжоу вздохнул и терпеливо объяснил: «Устройство виртуальной реальности с нейронным интерфейсом — это не то, что вам нужно видеть своими глазами. Возможно, ваше тело даже не будет в сознании после включения устройства».

Если пользователь не голоден, не испытывает жажду или не испытывает других сильных психологических потребностей, он не сможет проснуться, пока не выключит устройство в мире виртуальной реальности. Это улучшило пользовательский опыт. В конце концов, если бы реальное тело людей двигалось так же, как их виртуальное тело, это было бы немного жутковато. Однако Чэнь Юйшань беспокоило не это. Её щёки покраснели, когда она поняла, что потеряет сознание. Но в конце концов она всё же надела шлем и легла на стул.

— Ладно, я надеваю шлем…

— Хорошо.

— Мне нужно что-то сказать, чтобы активировать его?

“Программное обеспечение для распознавания звука еще не установлено, это всего лишь экспериментальная машина”.

“Но что, если я не смогу выйти из виртуального мира...”

“Ладно, хватит, просто лежи тихо. Твои мозговые волны сбиваются с толку. Я вообще не могу подобрать частоту, прекрати валять дурака ”.

Чэнь Юйшань была недовольна. Что значит "я валяю дурака"? Я проделала весь этот путь, чтобы стать твоим испытуемым! Идиот!

Чэнь Юйшань сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться. Лу Чжоу увидел на экране стабильную линию мозгового сигнала и вздохнул с облегчением. Он протянул руку и нажал на кнопку. Как только он нажал на кнопку, сигнал мозговой активности начал колебаться. Демодулятор нервных сигналов работал! Синхронизация частот завершена!

Датчик мозгового тока выглядит нормально!

На лице Лу Чжоу появилась уверенная улыбка, когда он взял чашку с кофе комнатной температуры и сделал глоток.

«Теперь… Пришло время увидеть чудо!»

Глава 1067. Живой мир!

Чэнь Юйшань спокойно лежала на стуле и слушала наставления Лу Чжоу. Она очистила свой разум от любых мыслей и тревог. Постепенно она начала чувствовать усталость. Она не могла не зевнуть и подумала, не засыпает ли она, когда почувствовала покалывание на затылке. Затем произошло нечто неожиданное. Окружавшая её темнота взорвалась яркими красками. Чэнь Юйшань была потрясена увиденным. Постепенно она увидела перед собой клочок голубой травы. Да, трава была голубой. А небо — оранжево-красным. Стоя в этом странном мире, Чэнь Юйшань подняла руку и коснулась щеки. Она ничего не чувствовала. Но она знала, что рука лежит на её лице.

«Где шлем?»

Он исчез?!

Чэнь Юйшань была ошеломлена и пробормотала: «Я что, сплю?»

Она уже собиралась дать себе пощёчину, чтобы проснуться, когда услышала знакомый голос у своего уха.

«На самом деле это почти как сон. Механизм этого устройства похож на то, как мы видим сны. Это как воображаемый мир, активно стимулируемый электрическими сигналами нервов… Забудьте об этом, просто представьте, что вы спите».

Голос доносился отовсюду и ниоткуда одновременно. Чэнь Юйшань огляделась и топнула ногой. Как и ожидалось, она ничего не слышала и не чувствовала под ногами. Это было странное ощущение, как будто она вышла из своего тела. Она не могла взаимодействовать с миром, она могла только наблюдать… Она не могла вспомнить, чувствовала ли боль во сне. Большинство людей не обращают внимания на такие вещи. Единственное, что она ощущала, — это свой язык и губы. Она открыла рот и спросила.

«Ты можешь видеть, что происходит?»

— Конечно, могу. Я даже вижу, как ты лежишь на стуле и разговариваешь. Когда нейронный демодулятор получает данные от мозга, я также получаю соответствующее сообщение из внешнего мира. Затем сообщение обрабатывается видеокартой. Но я вижу только пиксели, и они не такие чёткие, как то, что видишь ты.

«Да… Детали настолько реалистичны». Чэнь Юйшань присела на корточки и посмотрела на крошечную голубую травку. Она даже могла разглядеть голубую текстуру каждой травинки. Это была не просто реалистичная симуляция. Назвать это симуляцией было бы оскорблением. Это был совершенно новый мир. Живой, дышащий мир!

…

«Как ты себя чувствуешь?»

Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Юйшань, которая только что сняла шлем. Он протянул ей чашку с теплой водой.

«…Это было невероятно, я даже не могу описать, что я чувствую. Это было потрясающе. Ты, должно быть, сам пробовал это раньше, я уверена, что ты понимаешь, о чём я». Чэнь Юйшань вспомнила о нелепом мире, в котором она оказалась, и почувствовала себя немного растерянной. Она продолжила говорить: «Я всегда хотела путешествовать по миру… С этой штукой я могу отправиться куда угодно, даже в воображаемые места». Как и Лу Чжоу, она отказалась от многого, выбрав карьеру с высоким уровнем стресса и интенсивности. До этого она могла позволить себе роскошь собирать вещи и ехать куда угодно. Но теперь это казалось фантазией. Теперь же у нее просто не было на это времени. Не говоря уже о том, что она была генеральным директором Star Sky Technology и имела доступ к коммерческой тайне, что делало её путешествие в одиночку небезопасным. Таким образом, её очень заинтересовала эта технология.

Лу Чжоу улыбнулся. «Боюсь, это немного сложно. Большая часть виртуального мира на самом деле заимствует концепции из вашей собственной памяти… Мозг заполняет пробелы. Чем сложнее мир, тем труднее его создать. Для простого участка травы мне нужно лишь задать несколько ограниченных параметров, таких как цвет, форма и т. д. Но если вы хотите оказаться в Пекине в мире виртуальной реальности… Возможно, нам придётся разработать специализированные инструменты моделирования, чтобы в полной мере реализовать потенциал этой технологии». По сути, если бы машина была эквивалентом ПК, то нейродемодулятор играл бы роль процессора, а часть мозга, которая генерирует изображения, была бы видеокартой. В этом и заключалась проблема. Отдел обработки изображений в человеческом мозге и видеокарта компьютера работали по совершенно разным принципам. Самое большое отличие заключалось в том, что видеокарта использовала логические операции, поэтому обработка данных была точной и линейной. В то время как мозг использовал нечёткую логику с неточными и нелинейными операциями. Именно поэтому графическая обработка для человеческого мозга и компьютерных чипов — это два разных механизма. Например, если бы он захотел создать мир виртуальной реальности, ему не нужно было бы рисовать каждую деталь кистью. Ему нужно было бы только задать параметры, цвет травы и её высоту. Этот «мир» мог бы легко восприниматься мозгом. Вот почему Чэнь Юйшань могла видеть даже отдельные травинки. В конце концов, большинство людей знали, как выглядит трава. Даже если они не видели траву в реальном мире, они видели её в фильмах, на телевидении или на фотографиях в интернете. Однако, если бы в этом мире тоже был дом, ему пришлось бы описать, как он выглядит, был ли это особняк или небольшая хижина, сколько в нём окон и дверей и т. д. Он не мог бы использовать общее описание, например «Международный особняк профессора Лу в Чжуншане». В конце концов, все раньше видели траву, но только Лу Чжоу и члены его семьи были в его доме. Это было самое интересное в этой технологии. Дело в том, что один и тот же ввод данных мог быть «размыт» человеческим мозгом и создавать едва заметные различия. Однако это также создавало проблему. Как использовать компьютерный код для описания того, чего человек никогда раньше не видел, а также как минимизировать точность. В конце концов, Интернет был создан для обмена информацией. Если бы все обо всём знали, то в существовании интернета не было бы смысла. Не говоря уже о том, что эту технологию можно было бы использовать только в качестве развлечения. Чэнь Юйшань: «Значит, я могу ходить только в те места, где уже была?»

Лу Чжоу: «Необязательно, информация, хранящаяся в твоей памяти, вероятно, гораздо обширнее, чем ты думаешь. Даже если ты чего-то раньше не видела, это можно смоделировать с помощью определённых входных данных… Но это чрезвычайно сложно. Точно так же, как если бы я описал тебе чьё-то лицо, не показывая фотографию, ты не смогла бы узнать этого человека на улице только по моему описанию».

Чэнь Юйшань выглядела потрясённой.

«О, я понимаю… Это досадно».

Лу Чжоу кивнул и сказал: «Да, ну, это всего лишь прототип. Кроме того, я не смог имитировать другие ощущения, такие как слух, обоняние, вкус, осязание и т. д. Я уверен, что ты заметила, что после входа в мир ты слышала звуки из внешнего мира. Когда ты говорила в виртуальном мире, ты говорила и в реальном мире».

Чэнь Юйшань кивнула. «Неудивительно, что у меня не было проприоцепции*, когда я была в виртуальном мире».

«Это самая сложная часть технологии». Лу Чжоу кивнул и продолжил: «Пока я могу только имитировать визуальные сигналы. Звук должен исходить из гарнитуры. Пока нет способа имитировать осязание. Архитектура нейронного демодулятора и многое другое ещё не доработано. Это потребует времени».

Несмотря на множество недостатков, устройство уже намного опережало традиционные VR-гарнитуры. По крайней мере, больше не было укачивания. С точки зрения качества изображения было гораздо эффективнее отправлять изображение напрямую в мозг, чем показывать его человеческому глазу на экране, который затем передавал его в мозг через сетчатку и зрительный нерв. В идеале пользователь мог бы забыть о своём теле в реальном мире. Ему не пришлось бы беспокоиться о том, что делают его руки. Как будто он полностью погрузился в виртуальный мир, похожий на сон, и ему нужно было сосредоточиться только на том, что было перед ним. Идеальным оборудованием для создания новой реальности была не внешняя гарнитура, а что-то вроде «компьютерного чипа в мозге».

«Забудьте об этих технических проблемах». Лу Чжоу на мгновение замолчал. Затем он с улыбкой спросил: «Что ты думаешь?»

Чэнь Юйшань ответила: «На самом деле… я беру свои слова обратно. Это действительно потрясающая технология. Я думаю, что она изменит представление людей о виртуальной реальности. Она даже изменит представление людей об интернете».

Лу Чжоу кивнул и сказал: “Я согласен”.

Вскоре мир войдёт в эру 5G. Скорость сети увеличится на порядок. Это означало рост скорости передачи данных в нисходящем и восходящем направлениях. Люди будут всё чаще пользоваться Интернетом. Они смогут даже подключить свой туалет к Wi-Fi. Прорывы в технологиях виртуальной реальности изменят всю интернет-экосистему. Чэнь Юйшань выглядела взволнованной, когда спросила. «Тебе нужно, чтобы я что-то сделала?»

Лу Чжоу на секунду задумался и сказал: «На самом деле… не совсем».

Чэнь Юйшань: «…»

Лу Чжоу посмотрел на неё с неловкой улыбкой. Он не хотел говорить ей, что притащил её сюда, чтобы покрасоваться, поэтому откашлялся и заговорил.

«Технология несовершенна… Если ты хочешь помочь, можешь найти мне несколько испытуемых. Или я не против обнародовать эту технологию. В конце концов, мне нужны люди, чтобы протестировать эту машину».

Конечно, эта машина стоила недёшево. Лу Чжоу не был уверен, что многие люди могут позволить себе её купить. Поэтому он предпочёл иметь несколько избранных испытуемых. Если бы люди добровольно становились его подопытными мышами, его исследованиям было бы гораздо проще.

Чэнь Юйшань сразу же спросила: «Сколько стоит всё оборудование?»

Лу Чжоу ответил: «Не уверен, но этот… стоит около 100 000 юаней».

Чэнь Юйшань ахнула. Не потому, что он был слишком дорогим. А потому, что… «Я уверена, что если он стоит всего 100 000 юаней… его мгновенно раскупят»

* — Проприоцепция — это мышечное чувство, ощущение положения частей собственного тела относительно друг друга и в пространстве.

Глава 1068. Снова цель?

Большинство людей не стали бы тратить 100 000 юаней на игровой автомат. Но если бы на эти 100 000 юаней можно было купить новый «мир», то, возможно, они бы задумались. Однако Лу Чжоу подсчитал стоимость неточно, так как многие ресурсы он получил бесплатно. Например, чип, используемый в нейронном демодуляторе, был подарен профессором У Тяньцюнем. Весь проект по созданию чипа на основе углерода финансировался им одним. Кроме того, углеродные материалы, использованные для изготовления машины, были заказаны в Zhongshan New Materials. На самом деле это был не заказ. Zhongshan New Materials фактически отдал ему материалы бесплатно. Не потому, что Лу Чжоу хотел воспользоваться услугами генерального директора Лю, а потому, что генеральный директор Лю не принял бы оплату от Лу Чжоу. Генеральный директор Лю сказал: «Вы сами изобрели эти материалы и технологии, как я могу принять от вас деньги? Не говоря уже о том, что вы инвестор Zhongshan New Materials, так что давайте не будем беспокоиться из-за нескольких тысяч долларов».

В конце концов Лу Чжоу перестал настаивать на оплате. Были и невидимые издержки. Например, вычислительная мощность поступала от его квантового компьютера. Если бы ему пришлось использовать обычный суперкомпьютер, это повлекло бы дополнительные расходы. Таким образом, реальная стоимость на самом деле составляла от 200 до 300 тысяч долларов. После того, как Лу Чжоу обсудил это со своим генеральным директором Чэнь Юйшань, они решили пока не раскрывать эту технологию. В конце концов, эта технология предполагала подключение к человеческому мозгу. Выпуск продукции на рынок требовал строгого тестирования на безопасность, а также решения потенциальных этических проблем.

Было бы гораздо проще продвигать продукт после того, как технология будет доведена до совершенства. Кроме того, Star Sky Technology отличалась от Nerualin и EyeMynd. Star Sky Technology получала финансирование от государства. Следовательно, им не нужно было полагаться на ранние инвестиции, чтобы получить финансирование. Точно так же, как Е Нань хотел инвестировать в лабораторию Лу Чжоу, Лу Чжоу никогда не сталкивался с ситуацией, когда ему не хватало финансирования для его исследований.

Чэнь Юйшань: «Я постараюсь найти для тебя подопытных, сколько тебе нужно?»

Лу Чжоу: «Как минимум 10, чем больше, тем лучше. Но если ты не сможешь их найти, ничего страшного, я могу попросить в университете Цзинь…»

Было хорошей идеей попросить студентов стать его подопытными. Как только студенты узнали, что это исследовательский проект Лу Чжоу по виртуальной реальности с нейронным интерфейсом, они сразу же записались. Ему также не пришлось бы беспокоиться о каких-либо проблемах с безопасностью. Несмотря на то, что использование мозга в качестве графического процессора звучало несколько инвазивно, это ничем не отличалось от того, как если бы кто-то смотрел на мир своими глазами. В отличие от этого, помехи, вызванные нейронным демодулятором, оказывали гораздо меньшую нагрузку на мозг. Это было гораздо лучше, чем часами смотреть на экран компьютера. Если бы существовал какой-либо риск, Лу Чжоу не позволил бы Чэнь Юйшаню тестировать машину. Однако Чэнь Юйшань сразу же отвергла его идею.

«Нет! Не делай этого, что, если об этом узнает пресса?»

Лу Чжоу нахмурился и вспомнил, как в прошлом СМИ клеветали на него.

«… Ты права. Люди верят в то, во что хотят верить, а не в правду».

Чэнь Юйшань вздохнула и сказала Лу Чжоу:

«… Я займусь испытуемыми».

Лу Чжоу кивнул. «Тогда ладно».

Если она возьмёт это на себя, ему будет намного проще. Так он сможет сосредоточиться на исследованиях и ни на чём другом. После ухода Чэнь Юйшань Лу Чжоу вернулся в свою подземную лабораторию. Он размышлял о том, как усовершенствовать эту машину, когда его телефон внезапно завибрировал. Он достал телефон и увидел сообщение от Сяо Ай.

Сяо Ай: [Хозяин, кто-то в даркнете расследует твоё дело! (°Д°)]

«Расследует моё дело?» Лу Чжоу на секунду замолчал и спросил: «Кто?»

Его первой мыслью было, что диссертация доктора Z привлекла внимание некоторых людей. Однако последние две недели он был в отпуске, поэтому не обращал на это внимания. Изначально он планировал найти опытных и единомышленников, чтобы вместе работать над VR-машиной, но совершенно забыл об этом, когда начал свой ретрит. Он не ожидал, что кто-то в даркнете будет изучать его фальшивый онлайн-профиль.

Сяо Ай:

[Я не знаю! Но Сяо Ай может выяснить это для тебя… Разрешить Сяо Ай контратаковать?(๑•̀ᄇ•́)و✧]

Лу Чжоу: «Хорошо… Но не будь слишком нелепой».

Сяо Ай: [Хорошо! (///ω///)]

Согласно инструкциям Лу Чжоу, Сяо Ай могла атаковать только в целях самообороны и имела разрешение на взлом личных электронных устройств. Если бы появились доказательства того, что хакер причиняет вред другим, Сяо Ай должна была получить дополнительное разрешение от Лу Чжоу, чтобы действовать. То, что его поддельная личность была раскрыта в даркнете, не было чем-то серьёзным, но лучше было перестраховаться.

Однако, судя по эмодзи Сяо Ай… Лу Чжоу не мог не задаться вопросом, защищалась ли Сяо Ай или просто дурачилась.

…

Сбор улик не занял много времени. После того как Сяо Ай узнала IP-адрес аккаунта, с которого была отправлена награда, Сяо Ай быстро получила права администратора на его персональном компьютере и завладела его веб-камерой. Вскоре правда вышла наружу.

Лу Чжоу посмотрел на пухлого лысого мужчину и чуть не рассмеялся. Он думал, что его преследует ЦРУ или ФБР, но не ожидал, что это будет профессор биологических нейронных сетей.

[Хозяин, хозяин, должна ли Сяо Ай его наказать? Сяо Ай может зашифровать его жёсткий диск.]

Лу Чжоу: «…Просто удали его пост в даркнете».

Сяо Ай: [О? И всё? (oДo*)]

Лу Чжоу: «Да, он не опасен, не нужно его доставать».

Сяо Ай: [О… Тогда ладно. QAQ.]

Лу Чжоу отпил немного кофе и сказал: «О да, найдите его академическое резюме, мне нужна подробная версия, включая все статьи, которые он опубликовал за последнее десятилетие, а также все научные конференции, на которых он был».

С его стороны было довольно наивно пытаться выяснить чью-то личность, предложив один биткоин в даркнете. Однако Лу Чжоу было любопытно, почему профессор был готов потратить тысячи долларов только для того, чтобы выяснить его личность.

Глава 1069. Я слышал ты искал меня

Лу Чжоу не пришлось долго ждать. Сделав несколько глотков кофе, он увидел, как механическая рука робота положила перед ним распечатанное резюме. Как всегда, Лу Чжоу был доволен скоростью и эффективностью Сяо Ай. Он пролистал бумагу и слегка удивился. У него были кое-какие предположения, но он не ожидал, что резюме этого профессора будет таким чистым, оно было почти слишком чистым. Что значит «чистым»? Профессор опубликовал множество статей, и, судя по его импакт-фактору и количеству цитирований, это были качественные статьи. Он также вёл обширные исследования, охватывающие как биологические, так и механические нейронные сети, и добился выдающихся результатов в обеих областях. Однако проблема заключалась в том, что, похоже, ему не очень нравилось в Швейцарском научно-исследовательском центре нейронных сетей. Последние десять лет он провёл в качестве исследователя. Несмотря на то, что у него была собственная лаборатория и кабинет, его зарплата и финансирование исследований были, мягко говоря, небольшими. Это было крайне необычно для учёного, работающего в области алгоритмов нейронных сетей и биологических нейронных сетей. Несмотря на то, что его область исследований была непопулярной, его лаборатория не должна была быть такой маленькой. Либо он был замешан в академических проступках, либо он кого-то оскорбил. По сути, Лу Чжоу пришёл к выводу, что у этого человека были хорошие исследовательские способности, но академическое сообщество относилось к нему плохо. Это напомнило ему о партнёре, с которым он работал много лет назад. Это был профессор Саррот, который покинул Кремниевую долину и Корнеллский университет, чтобы вернуться в свой родной город Амстердам. Лу Чжоу немного подумал и позвал. «Сяо Ай».

Сяо Ай: [Да? 0.0]

«Напиши электронное письмо и отправь его на почтовый ящик профессора Люмьера, — сказал Лу Чжоу. — Я хочу с ним пообщаться».

…

Швейцарский научно-исследовательский центр нейронных сетей.

Профессор Люмьер вышел из аудитории с учебником в руке. Он только что закончил читать лекцию аспирантам. Направляясь в свой кабинет, он насвистывал себе под нос. Он включил компьютер и собирался проверить, есть ли какие-нибудь обновления в его публикации в даркнете. Однако он заметил в своём почтовом ящике два письма со странными адресами. Он открыл электронное письмо и был потрясён. Там было всего одно предложение.

[Я слышал, ты искал меня?]

Профессор Люмьер покрылся холодным потом, как будто увидел привидение. Кто-то взломал мой пост в даркнете? Они не только нашли мой IP-адрес, но и мою рабочую электронную почту? Несмотря на то, что сайт не был особенно защищён, он смог избежать взлома со стороны международной полиции и в течение многих лет проводить незаконные транзакции. Любому, кто не разбирается в продвинутой сетевой безопасности, было бы трудно проникнуть на сайт. Не говоря уже о том, что пользователи сайта часто были опытными хакерами, которые любили демонстрировать свои навыки, взламывая сайты… Люмьер не знал, что у Лу Чжоу был квантовый компьютер, поэтому любые традиционные методы защиты сети были бесполезны. Единственными серверами, в которые Сяо Ай не мог проникнуть, были изолированные компьютеры. Всё, что было подключено к интернету, было уязвимо. Люмьер чувствовал себя так, будто кто-то только что снял с него одежду, обнажив всё, что было под ней. Люмьер задрожал, открывая второе письмо. Он замер.

[Хотите пообщаться? О виртуальной реальности.]

В письме была прикреплена папка размером 20 Мб. Люмьер увидел папку и засомневался. Однако он вспомнил, что другая сторона смогла взломать сайт в даркнете, так что у них не было причин отправлять примитивный вирус в виде вложения в электронном письме. Поэтому он скачал вложение и дважды щёлкнул по нему. Началась установка программного обеспечения. Как он и ожидал, это было программное обеспечение для связи. Там был базовый интерфейс для аудиозвонков. Вскоре после этого он услышал голоса из динамиков своего компьютера.

“ Здравствуйте, профессор Люмьер.

— Здравствуйте, доктор Z, — сказал профессор Люмьер с растерянным видом. Он посмотрел на тёмный видеоэкран и пожал плечами. Он сказал: «Кажется, вы меня нашли».

Лу Чжоу: «Я просто возвращаю долг».

Люмьер: «Поверь мне, у меня не было дурных намерений… Я просто хотел поговорить с вами о статье».Профессор Люмьер откашлялся и продолжил. «На самом деле, я тоже занимаюсь исследованиями в этой области и добился хороших результатов. Но, как вы знаете, эта область крайне непопулярна. Несмотря на то, что некоторые компании в Кремниевой долине занимаются этим, кровососущие комары заботятся только о прибыли. Они хотят, чтобы мы проводили исследования, но не хотят финансировать нас».

Лу Чжоу нахмурился и спросил: «Значит, у тебя туго с деньгами?»

«Не совсем, на самом деле, у меня много средств на исследования». Затем профессор Люмьер спросил: «Хотите приехать в Швейцарию? Я могу найти вам место для работы и проживания. Я даже могу оформить вам визу. Я работаю в потрясающем Швейцарском научно-исследовательском центре нейронных сетей. И я… директор института… У меня большая лаборатория, я уверен, вам понравится…»

— Хватит, профессор Люмьер, я пришёл сюда не для того, чтобы слушать ваше хвастовство.

Профессор Люмьер покраснел, когда уточнил.

— Я не хвастаюсь, я говорю правду.

Лу Чжоу: «Независимо от того, говорите ли вы правду, я не заинтересован в работе там. У меня есть собственная лаборатория и финансирование. Вы действительно думаете, что я хочу ехать в Швейцарию?»

— У вас есть собственная лаборатория? Где? — Тогда Люмьер сказал: — Конечно, если условия будут подходящими, я тоже могу работать на вас… Меня скоро повысят до директора, но я готов пойти на жертвы.

Каким-то образом Люмьер перестал быть директором. Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Он заговорил снисходительным тоном.

«Вам не нужно жертвовать собой. Вы понимаете, что я имею в виду, профессор Люмьер?»

«Я понимаю». Профессор Люмьер пожал плечами и сказал: «Вы считаете, что я недостаточно хорош, верно?»

Лу Чжоу ничего не ответил. Профессор Люмьер не сердился и говорил терпеливо.

— Я понимаю, в конце концов, вы — доктор Z, человек, который спас мир. Я всего лишь скромный исследователь… Вот почему я предлагаю поговорить лично. Если вы готовы купить мне билет на самолёт, мы можем…

Лу Чжоу: «В этом нет необходимости, мне нужно лишь задать вам несколько вопросов».

Люмьер тут же отозвался: «Давайте».

Лу Чжоу улыбнулся его уверенному ответу. Он откашлялся и произнес.

«Всем известно, что основные компоненты технологии виртуальной реальности с нейроинтерфейсом можно разделить на три части. Первая — это сбор нейронных сигналов, вторая — обработка нейронных сигналов и, наконец, вывод в нервную систему. Это означает прямое взаимодействие с мозгом в форме электрических сигналов».

Люмьер заметил: «Не думаю, что все это знают…»

Лу Чжоу: «Это не к делу».

Люмьер извинился: «Да, точно, прости».

Лу Чжоу продолжил: «… Я не буду вдаваться в подробности о концепциях. Пока что я нашёл решение для сбора и передачи нейронных сигналов. Но главная проблема — отправка информации в мозг. Когда мозг интерпретирует сигналы микротоков в нервной системе, трудно гарантировать, что каждый человек интерпретирует эти сигналы одинаково».

Лу Чжоу вкратце объяснил эту концепцию Люмьеру. Он избегал разговоров о какой-либо конфиденциальной информации. Он хотел знать, как эксперт по биологическим нейронным сетям отреагировал бы на эту проблему. Выслушав вопрос доктора Z, Люмьер задумался. После долгого ожидания Лу Чжоу заговорил:

— Вам не обязательно отвечать мне прямо сейчас. На самом деле, я тоже пытаюсь найти решение этой проблемы. Если у вас есть хорошие идеи, вы можете отправить их на мою электронную почту.

Профессор Люмьер сказал: «Возможно, мне будет немного трудно дать вам ответ, поскольку вопрос слишком абстрактный и широкий, но…»

Лу Чжоу: «У вас есть какие-нибудь идеи?»

«Есть…» профессор Люмьер серьёзно предложил: «Почему бы вам не попробовать распределённые вычисления?»

Глава 1070. Фрагменты мира

Распределённые вычисления? Услышав эти слова, Лу Чжоу нахмурился. Его вдохновила эта концепция, и в его голове уже появились кое-какие идеи.

— Можете объяснить подробнее?

— Конечно…

У Люмьера не было причин скрывать свои мысли. Ему было лучше поделиться ими, так как это могло дать ему шанс на сотрудничество с Лу Чжоу. Люмьер на секунду замешкался, прежде чем развить свою мысль.

«По сути, мы передаём один и тот же электрический сигнал через нейронный демодулятор. Когда информация поступает в мозг, люди могут интерпретировать её по-разному. Это похоже на два набора пазлов с одинаковыми деталями и формами. Если изображения на деталях разные, то и пазлы в итоге будут разными… Я правильно говорю?»

Лу Чжоу кивнул и подтвердил. “Грубо говоря”.

— Тогда эту проблему на самом деле очень легко решить. — Профессор Люмьер щёлкнул пальцами и продолжил: — Мозг — это чёрный ящик, и мы почти не можем узнать, как он преобразует информацию. Но мы можем создать статистическую модель, записывая входные и выходные данные мозга. Кажется, это из области физики? Вроде, это называется косвенным наблюдением? Что-то в этом роде. По сути, используя эту статистическую модель, мы можем найти различия между элементами головоломки и установить модель однозначного соответствия между электрическими сигналами и сигналами мозга. Если есть размытая картинка, которая одновременно похожа на корову, овцу и лошадь, то каждый, очевидно, увидит разные изображения. Но если мы начнём строго с трёх основных цветов, затем с 44 основных звуков и постепенно будем использовать эти элементы головоломки, чтобы создать изображение… Если не считать людей, страдающих дальтонизмом или глухотой, мы можем создать мир, в котором каждый найдёт себе место».

Выслушав профессора Люмьера, Лу Чжоу заинтересовался. Однако он не дал немедленного ответа. Взвесив все «за» и «против», он подметил. «Интересная идея… Найти набор инструкций, которые могут быть правильно интерпретированы мозгом с помощью статистической модели, имеющей однозначное соответствие с нейронным демодулятором. Это хорошая идея, но в физике есть принцип под названием «чем больше, тем меньше». Мы рассматриваем мозг как чёрный ящик. С нашими нынешними технологиями мы не можем понять, как он обрабатывает информацию. Если только мы не сможем загрузить копию нейронной структуры каждого пользователя, но это практически невозможно».

Люмьер сразу же отозвался: «Да, мозг — это чёрный ящик, я говорил об этом с самого начала. У каждого человека есть способность мыслить независимо, каждый по-своему уникален. Но мы можем найти взаимосвязи. Вот почему я считаю, что распределённые вычисления могут решить эту проблему! Нам просто нужен достаточно большой размер выборки! Если 1000 человек видят головоломку одинаково, мы можем использовать эту головоломку, чтобы построить часть мира! Чем больше у нас головоломок, тем более детализированным может быть мир!» Люмьер подробно изложил свои идеи. По сути, он хотел найти входные данные, создаваемые определёнными нейронными сигналами в человеческом мозге, и установить однозначное соответствие между нейронными сигналами и машинным языком, используя программирование для создания целого мира. Например, красный мог быть 01, синий — 10, а жёлтый — 00. Комбинируя цвета, эти коды символов могли создавать совершенно новые цвета в человеческом мозге. Это был более реальный способ, ведь все знали, как выглядят красный, синий и желтый цвета. Конечно, это была лишь основа. Её можно было создать даже без использования методов распределённых вычислений. На самом деле именно так Лу Чжоу создал мир с голубой травой, который увидел Чэнь Юйшань. Конечной целью методов исследования распределённых вычислений в системах виртуальной реальности было извлечение элементов, которые мозг интерпретировал как абсолютную истину, подобно трём основным цветам. Таким образом, мозг каждого человека мог прийти к бесспорному согласию относительно мира виртуальной реальности.

Лу Чжоу на мгновение задумался и взволнованно потёр подбородок. «… Метод создания системы с помощью распределённых вычислений довольно интересен, я проведу по нему исследование».

Увидев, что Лу Чжоу не собирается работать с Люмьером, он забеспокоился. Он быстро заговорил.

— Постойте, вы не планируете привлекать меня к своему проекту? Вы действительно собираетесь выполнять такой масштабный проект в одиночку? Это невозможно… Даже если бы вы попытались, это заняло бы десять жизней. Если вы сможете обеспечить финансирование всех исследований, я готов отдать вам все патенты. Пожалуйста, позвольте мне сотрудничать с вами! Обещаю, я буду полезен.

Люмьер был готов пойти на любые жертвы. В конце концов, его не волновали патенты. Любой учёный, помогавший компании проводить исследования, должен был подписать контракт, по которому он лишался права собственности на все созданные патенты. Только известные учёные могли вести переговоры с промышленностью. Обычным профессорам везло, если они получали финансирование. На самом деле Люмьер не заботился об этих вещах. Не потому, что он не любил деньги, а потому, что знал, что самое важное качество учёного — это его репутация. Репутация учёного была показателем его академической квалификации. Если бы у него была достаточная репутация и он считался бы ведущим экспертом в академическом сообществе, ему никогда не пришлось бы беспокоиться о финансировании научных исследований. Если бы он стал одним из основателей системы виртуальной реальности, люди бы умоляли его взять их на работу. Когда Лу Чжоу услышал отчаянный и нетерпеливый тон профессора Люмьера, он улыбнулся и покачал головой. Как наивно. Но он вполне искренен. Хотя Лу Чжоу не нравился характер профессора Люмьера, в одном он был с ним согласен. Если бы учёный в области биологических нейронных сетей присоединился к его исследованиям, всё было бы намного проще. В конце концов, именно Люмьер придумал идею распределённых вычислений, так что он должен знать, как реализовать алгоритм. Через несколько секунд Лу Чжоу сказал. «Это зависит от того, насколько вы искренни».

Люмьер на секунду замолчал. Он не понимал, что имел в виду доктор Z. Он нахмурился и нервно начал спрашивать желая узнать чего хочет от него собеседник.

— Что тебе нужно? Деньги? Я отнюдь не богат...

Лу Чжоу перебил его и сказал: «20-го числа этого месяца в Шанхае пройдёт Глобальный саммит по инновациям в области искусственного интеллекта. Если вы сможете приехать, мы сможем поговорить о исследованиях лицом к лицу».

Не колеблясь, Люмьер спросил: «Как мне найти вас после того, как я приеду в Шанхай? На какой адрес электронной почты?»

Лу Чжоу непринуждённо улыбнулся и ответил: «Вам не нужно меня искать. Вы увидите меня, когда приедете».

Глава 1071. Это ты?!

Жизнь была приключением, и на каждом шагу приходилось делать бесчисленное количество выборов, и в конце концов оказываешься в месте, которое даже не узнаёшь. Профессор Люмьер чувствовал себя так, словно стоял на распутье. Несмотря на то, что он без колебаний согласился на просьбу Лу Чжоу, он понимал, что принял это решение слишком быстро. Однако после трёх дней раздумий он в конце концов собрал вещи и отправился в Шанхай. Хотя личность доктора Z вызывала подозрения, он не хотел провести остаток жизни в одном и том же исследовательском институте, не продвигаясь в своих исследованиях. Его друг профессор Саррот также сопровождал его. Несмотря на то, что профессор материаловедения может показаться неуместным на саммите по искусственному интеллекту, в последние годы применение углеродных материалов становится всё более распространённым, особенно для микросхем на основе углерода. Связь между углеродными материалами и информационными технологиями становится всё более тесной. Из-за этого Люмьер очень завидовал Сарроту. Они оба специализировались в области компьютерных наук. Оба они пошли по разным исследовательским направлениям. Однако углеродные материалы привлекали всё больше внимания, в то время как область исследований Люмьера была практически мертва. Каждый раз, когда Люмьер думал об этом, он злился. «… Это, наверное, самая скучная научная конференция, на которой я когда-либо был».

После того, как они вышли из зала, профессор Саррот сказал: «Эти люди даже не знают, как пишется слово «графен», они думают, что это лекарство от всего, будь то искусственный интеллект или квантовый компьютер. Проблема вовсе не в материале… Почему эти люди не понимают?»

«…Может быть, потому что они перепробовали всё, что могли?» Профессор Люмьер добавил: «Когда кто-то больше не может использовать свои знания в определённой области для решения проблемы, он пытается использовать идеи и концепции из других областей. Разве это не очень распространено?»

— Ты конечно прав, но мне кажется, что их ожидания настолько нереалистичны, что это просто глупо… Кстати, я впервые в Китае. Саррот огляделся: «Я не ожидал, что эта страна настолько развита. По сравнению с ней Амстердам выглядит как деревня».

Люмьер: «Вот что бывает, если слишком много смотреть BBC. Но, честно говоря, я всё равно предпочитаю Амстердам. Здания там маленькие, но красивые, как и некоторые женщины…»

Саррот улыбнулся и сказал: «Мне кажется, что на самом деле вас интересуют не здания».

Люмьер: «Я не понимаю, о чём ты говоришь… Кстати, где твой китайский друг? Каждый раз, когда я спрашиваю, кто это, ты не отвечаешь. Теперь, когда мы здесь, ты не хочешь навестить его?»

Внезапно Саррот не нашелся, что ответить.

— Я ещё не думал об этом. Я давно с ним не общался. У него всё хорошо, и я не знаю, помнит ли он меня до сих пор.

Лу Чжоу уже продал лабораторию в Кремниевой долине. С тех пор как Саррот вернулся в Амстердам, он не связывался с Лу Чжоу. На самом деле он немного испугался. Он слышал слухи о том, что случается с исследователями сотрудничающими со странами, которые являются врагами Соединённых Штатов. Судя по всему, знаменитый Джеральд Булл был застрелен в своём доме в Брюсселе, Бельгия, после анонимного звонка. Сам Саррот использовал свой опыт, чтобы помочь Лу Чжоу создать ряд патентных барьеров в области литий-серных аккумуляторов. Эти патенты стали головной болью для американских энергетических компаний. Из-за этого он боялся, что ФБР начнёт расследование. Он сделал паузу на полсекунды и сказал.

«Там есть кафе. Я хочу что-нибудь выпить. Тебе что-нибудь взять?»

Профессор Люмьер: «Капучино было бы здорово».

Саррот: «Подожди здесь».

Профессор Люмьер наблюдал, как профессор Саррот развернулся и направился к Starbucks. Люмьер сунул руки в карманы и побрёл прочь. Внезапно к нему подошёл мужчина в коричневом пиджаке и спросил: «Здравствуйте, вы мистер Люмьер?»

Люмьер с подозрением посмотрел на него.

«Да, а что?»

Он не помнил, чтобы у него были друзья в Китае.

Мужчина ответил: «Вас кое-кто ищет».

Внезапно Люмьер вспомнил слухи в интернете о том, что доктор Z был китайцем.

— Это доктор Z?

Мужчина огляделся и сказал.

— Вроде того.

Люмьер совершенно забыл о своем друге, который ходил в Starbucks, и он сразу сказал: — Отведи меня туда.… Почему ты не идешь пешком?

— Доктор Z сказал мне попросить вас хорошенько подумать.

Люмьер на секунду замолчал и нахмурился.

—Конечно, я тщательно все обдумал. Иначе я бы не летел за тысячи километров на скучную академическую конференцию.

Мужчина кивнул.

— Хорошо, тогда пойдем со мной.

Он развернулся и направился к черному "Buick".

С другой стороны, Саррот выходил из Starbucks с двумя чашками кофе в руках. Он огляделся и на секунду остановился. Где он? Куда он пошёл?

…

Департамент государственной безопасности Китая на самом деле знал, кто такой доктор Z. Лишь немногие люди могли заполучить марсианские бактерии. Предполагалось, что доктор Z находится в Китае. Независимо от того, спас ли доктор Z мир, марсианские бактерии могли быть опасны в чужих руках. Поэтому Главное управление Народно-освободительной армии начало расследование и даже связалось с Лу Чжоу, чтобы узнать о ситуации. В конце концов, Лу Чжоу нечего было скрывать. Увидев, как нервничает департамент национальной безопасности, Лу Чжоу всё им рассказал. Конечно, об этом знали только высокопоставленные сотрудники департамента национальной безопасности. Даже профессор Лю Цзобин, участвовавший в проекте, был в неведении. Дело было не в том, что Лу Чжоу хотел скрыть этот факт, просто объяснять что-то было бы слишком хлопотно.

Однако Люмьер ничего об этом не знал. Он строил множество предположений. В том числе о том, что доктор Z на самом деле тайно разрабатывал мощное информационное оружие для Китая…

Он не ожидал, что это будет так.…

Когда Люмьер увидел человека, сидящего за столом, он замер.

— Ты, ты, ты… Я знаю вас, вы…

«Позвольте представиться, я Лу Чжоу». Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Добро пожаловать в Китай, мистер Люмьер».

Увидев, как легко Лу Чжоу раскрыл свою личность, Люмьер был немного шокирован. Он вдруг занервничал.

— Вы так легко раскрыли мне свою личность, всё будет в порядке?

Лу Чжоу: «Раскрывать свою личность общественности было бы неудобно, поэтому я попросил отдел безопасности сохранить это в секрете».

Люмьер сказал: «Клянусь, я никому не расскажу».

«Не нервничай, — сказал Лу Чжоу. — Даже если ты раскроешь секрет, тебя не похитят». Он сделал паузу на секунду и продолжил: «В худшем случае нам придётся удалить твои аккаунты в социальных сетях… и жёсткие диски».

Люмьер нахмурился и сказал.

«… Я лучше умру».

Потерять всё это… Было бы смертным приговором.

— Значит, тебе просто нужно держать рот на замке, и ничего плохого не случится. Лу Чжоу пожал плечами и сказал: «Я разрешаю тебе участвовать в моём проекте. Ты здесь не для того, чтобы слушать сплетни».

Люмьер кивнул и сказал: «Я понимаю… Я не ожидал, что вы разбираетесь в компьютерах».

Лу Чжоу почувствовал, как в кармане завибрировал телефон, и сказал:

— Да… Я изучаю проблемы, выходящие за рамки математики.

— Я знаю, математики обычно хорошо разбираются в информатике…

Лу Чжоу кашлянул и перебил Люмьера: «Не нужно целовать мне задницу, я вкратце расскажу о вашей работе…»

Внезапно в кармане зазвонил телефон. На этот раз это было не сообщение Сяо Ай, а телефонный звонок. Лу Чжоу достал свой телефон.

«Подожди секунду, я возьму трубку».

Звонила Чэнь Юйшань. Ответив на звонок он уже собирался спросить, что случилось, когда услышал взволнованный голос. «У меня есть твои подопытные! Когда они тебе понадобятся?»

Глава 1072. Первый покупатель

Телефонный разговор длился десять минут. Когда Лу Чжоу услышал, что Чэнь Юйшань нашла испытуемых, на его лице появилось странное выражение. В каком-то смысле это было хорошо. Он наконец-то мог применить свою технологию. Лу Чжоу кивнул, не высказывая своего мнения. «Хорошо, я понимаю… Спасибо». Затем он повесил трубку. Профессор Люмьер наблюдал за выражением лица Лу Чжоу во время телефонного разговора. После того как Лу Чжоу повесил трубку, он не удержался и спросил: «Что случилось?»

Лу Чжоу ответил: «Кое-что связанное с тобой. Я объясню тебе позже». Он помолчал секунду и продолжил: «Тебе придётся подождать до завтра, чтобы узнать о своих задачах. Я организую для тебя проживание в пятизвёздочном отеле неподалёку. Через несколько дней тебя переселят на постоянное место жительства. Я предлагаю ознакомиться с техническим маршрутом, который ты наметил сегодня. Я уверен, что у тебя уже есть план в голове, но нам всё равно нужно обсудить детали».

Профессор Люмьер на секунду замолчал, прежде чем его глаза внезапно расширились.

— Подождите-ка, вы хотите сказать, что я должен остаться в Китае, чтобы участвовать в вашем проекте? Почему вы мне об этом не сказали? У меня есть работа в Швейцарии, а как же виза?

Лу Чжоу не хотел слышать об этих раздражающих вещах, поэтому нетерпеливо сказал: “Годовая зарплата в миллион долларов.

«Это в евро...» Профессор Люмьер открыл рот, затем снова закрыл его. «... Хорошо, я напишу заявление об увольнении своему работодателю».

Лу Чжоу кивнул сказал: “Хорошо”.

…

Позвонив Чэнь Юйшань, Лу Чжоу примерно представлял, каковы были ее планы. В приемной стояли несколько человек в военной форме. Лу Чжоу узнал старика. Этим человеком был не кто иной, как Цинь Чжуанъянь, глава отдела оборудования ВВС. В былые времена Институт аэрокосмических наук и технологий Института перспективных исследований Цзиньлин сотрудничал с Научно-исследовательским институтом оборудования ВВС по многим проектам, в том числе по энергетическим компонентам космических аппаратов. Директор Ли из Государственного управления национальной обороны также был здесь. Лу Чжоу посмотрел на то, насколько взволнованными выглядели эти два чиновника, и он понял, что они, вероятно, уже знали, что происходит.

— Ха-ха, академик Лу, давно не виделись.

Министр Цинь пожал руку Лу Чжоу с теплой улыбкой на лице. После того, как Лу Чжоу ослабил рукопожатие, он улыбнулся и сказал.

— Да, давно не виделись.

Они не виделись с момента их последней встречи на космодроме. Министр Цинь выглядел более здоровым и энергичным.

После того, как Лу Чжоу немного поговорил с директором Ли, министр Цинь сразу перешёл к делу.

— Я слышал, что вы недавно создали технологию виртуальной реальности с нейронным интерфейсом? Могу я спросить, что это такое?

Лу Чжоу не хотел снова отвечать на этот вопрос, особенно неспециалисту. Он знал, что министра Цинь, вероятно, не интересовали технические детали.

— Это немного сложно объяснить, я могу просто показать вам.

Министр Цинь почувствовал облегчение.

— Отлично!

Вскоре группа людей вошла в лабораторию.

Двое стариков посмотрели на стоматологическое кресло и переглянулись со странным выражением на лицах. Было очевидно, о чём они думали. И министр Цинь, и директор Ли сомневались, что эта штука настолько удивительна, как утверждал генеральный директор Star Sky Technology.

Если бы здесь не было уважаемого академика Лу, они бы точно не были так спокойны.

«Это… устройство виртуальной реальности?» — спросил директор Ли. Он посмотрел на плохо сделанное кресло и нахмурился, сказав: «Выглядит немного простовато?»

«Да, оно простое, это всего лишь экспериментальная машина». Лу Чжоу посмотрел на них и сказал: «Хватит болтать, кто хочет пойти первым?»

Директор Ли и министр Цинь переглянулись.

Наконец, директор Ли первым ответил.

«Я пойду».

Лу Чжоу кивнул и ничего не сказал. Он попросил сотрудника помочь директору Ли подключиться к аппарату. Начала мигать сигнальная лампочка, когда аппарат начал запускаться. Группа людей несколько минут ждала, пока директор Ли воспользуется аппаратом. Министр Цинь начал терять терпение. Наконец, директор Ли снял шлем с шокирующим выражением лица. Министр Цинь посмотрел на директора Ли и спросил: «Ну как?»

Директор Ли передал шлем министру Цинь и сказал: «… Я не могу это описать, просто попробуйте сами».

«Тогда встаньте, я попробую».

Министр Цинь охотно забрался на сиденье и надел шлем на голову. Лу Чжоу кивнул сотруднику, и тот запустил машину. Через несколько минут министр Цинь снял шлем. Он был потрясён ещё больше, чем директор Ли, и его руки дрожали. Была только одна причина.

Всё в виртуальном мире казалось слишком реальным. Это было не просто реально, это было так, словно всё было живым. Красные облака, плывущие по небу, и стебли голубой травы, колышущиеся на ветру, напомнили ему родной город осенью… Он даже не мог описать то, что видел. Он наконец понял, почему директор Ли был так потрясён.

«Это было невероятно…»

Через некоторое время на лице министра Цинь появилось серьёзное выражение. Он искренне спросил Лу Чжоу: «Можно ли использовать эту машину для обучения пилотов?»

Лу Чжоу знал, что министр Цинь спросит об этом. Он даже мог предположить, что сказала ему Чэнь Юйшань. Он задумался и ответил: «Я не очень хорошо разбираюсь в процессе обучения пилотов, но теоретически профессионалы могут разработать набор учебных процедур, имитирующих полёт».

Когда министр Цинь услышал, что это теоретически возможно, он сразу же спросил: «Сколько стоит вся машина?»

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

«Не нужно торопиться, эта технология ещё не до конца разработана. Я ещё не закончил».

«Еще не закончили?» Министр Цинь на секунду замолчал и добавил: «Но я чувствую, что…»

— Вам кажется, что это идеально, не так ли? — прервал его Лу Чжоу уточняя. — Это идеально только для простых реальностей, но как только реальности становятся сложнее, возникает другая проблема. Специально для того, чтобы обучать пилотов, нам нужно будет не только имитировать кабину самолёта, но и физическую и аэродинамическую среду всего процесса полёта. По сути, нам нужно сначала создать полноценную систему для технологии виртуальной реальности, а затем запустить набор инструментов для разработки этой системы».

Министр Цинь был немного озадачен. Он нахмурил брови и спросил: «Хорошо, мы можем чем-нибудь помочь?»

Лу Чжоу кивнул.

— … Независимо от того, идёт ли речь о методах распределённых вычислений или обычных методах вычислений, нам нужна большая группа добровольцев.

Министр Цинь посмотрел на директора Ли, а затем серьёзно обратился к Лу Чжоу:

— Это безопасно? Я имею в виду, повлияет ли эксперимент на мозг?

Лу Чжоу покачал головой и спокойно ответил: «Вовсе нет, на самом деле микротоки, воздействующие на кору головного мозга с помощью этого устройства, ничтожно малы по сравнению с информационной нагрузкой на мозг в обычных условиях. Вы даже можете рассматривать это как метод релаксации… Конечно, мозг всё равно работает, это не замена сну».

Министру Цинь потребовалось некоторое время, чтобы понять слова Лу Чжоу. Он нахмурился и уточнил: «Значит, побочных эффектов нет?»

Лу Чжоу кивнул. «Да».

Министр Цинь тут же спросил: «Сколько человек вам нужно?»

Лу Чжоу: «Чем больше, тем лучше, чёткого количества нет».

«Чем больше, тем лучше». Министр Цинь нахмурился и на мгновение задумался. Затем он спросил: «Достаточно ли одного полка?»

Лу Чжоу: «…?»

Глава 1073. Достаточно ли одного полка?

Изначально Лу Чжоу думал, что было бы здорово собрать 100 добровольцев. Поэтому, когда министр Цинь предложил ему целый полк, он был шокирован. Лу Чжоу заявил: «Один полк — это слишком много, у меня не так много экспериментальных машин».

Один полк — это как минимум 1000 человек, а может, и 2000. Ему конечно нужно было много добровольцев, но не на столько.

Министр Цинь сказал: «Тогда назовите мне число, откуда мне знать, сколько вам нужно.»

«200 должно быть достаточно», — ответил Лу Чжоу. Изначально он собирался сказать 100, но на всякий случай решил удвоить число.

Когда министр Цинь услышал это число, он почувствовал облегчение. Он был готов пожертвовать целым полком, даже двумя полками, чтобы заполучить эту технологию. Однако чем больше людей было вовлечено в этот проект, тем сложнее было сохранить его в тайне.

Министр Цинь сказал: «Нет проблем, если вы сможете получить технологию, мы сможем найти людей!»

Это была достойная жертва, поскольку потенциал этой технологии был безграничен. Как только эта технология будет доведена до совершенства, она сможет создавать полномасштабные симуляции реальности. К тому времени её можно будет использовать не только для обучения военно-воздушных сил, но и для обычных военных учений. Всё можно будет делать в виртуальной реальности. Народно-освободительная армия могла бы экономить десятки миллиардов долларов на военных расходах в год. Эти сэкономленные средства можно было бы направить на то, что в них нуждалось. Например, на научные исследования или строительство объектов национальной обороны… Не будет преувеличением сказать, что эта технология могла бы изменить всю армию и силы национальной обороны страны. Эта технология стоила того, какой бы ни была её цена.

…

Ознакомившись с экспериментальной машиной, директор Ли и министр Цинь не задержались надолго. Перед отъездом министр Цинь сообщил Лу Чжоу, что команда волонтёров будет сформирована в течение недели и что Лу Чжоу не нужно беспокоиться ни о чём, кроме исследований. Таким образом, была создана военная команда виртуальной реальности. Благодаря своему применению в военной сфере технология сама по себе стала гораздо более значимой и важной, чем раньше. Лу Чжоу был вполне доволен планом Чэнь Юйшань. После того как он получил визу и место жительства для Люмьера, проект пошёл полным ходом. Прежде чем приступить к созданию всей системы, ему нужно было сначала сформулировать концепцию технического решения, а затем создать структуру алгоритма. Наконец, ему нужно было собрать и проанализировать данные, полученные от добровольцев.

На третий день после приезда профессора Люмьера Лу Чжоу неожиданно позвонили.

«Алло?»

«Привет… Это Саррот. Я не ожидал, что этот номер всё ещё работает».

Саррот? Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

«Я не менял номер… В любом случае, мы давно не разговаривали, почему ты вдруг связался со мной?

Саррот кашлянул и неловко сказал: “Я не хотел тебя беспокоить, просто… Мой друг, кажется, потерялся, вы можете мне помочь?

Лу Чжоу: “... Потерялся? Где?”

“В Шанхае”.

- ... Ты уверен, что он заблудился? - недоверчиво переспросил Лу Чжоу.

«Да, мы были на научной конференции в Шанхае, а потом он исчез… Он стоял на улице, когда я пошёл купить кофе, а когда я вернулся, его уже не было. Я пытался писать ему и звонить, но он не отвечает».

Саррот чувствовал, что его история была немного странной. Лу Чжоу был единственным человеком, которого он знал в Китае, поэтому он позвонил Лу Чжоу.

Лу Чжоу сделал глоток кофе и спросил: “Как его зовут?”

“Он живет в Швейцарии, его зовут Люмьер...”

“Пфф!”

Саррот услышал шум на другом конце провода и на секунду замер.

“Что случилось?”

Лу Чжоу вытер кофе со рта и ответил.

“Ничего… Я попрошу своих людей найти его».

Саррот кивнул и сказал: «Спасибо».

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

«Не волнуйся, приезжай ко мне как-нибудь в Цзиньлин».

Саррот: «Без проблем!»

…

Институт перспективных исследований Цзиньлин.

Лу Чжоу сидел во временной лаборатории технологий виртуальной реальности. Он зашёл в кабинет профессора Люмьера со словами.

«Я знаю, что ты взволнован, но хотя бы ответь на электронное письмо своего друга».

— Друг? Ах да, я забыл. Я свяжусь с ним позже, я как раз пишу заявление об увольнении… Знаете, я раньше работал в Швейцарском научно-исследовательском центре нейронных сетей, и директор исследовательского института очень высокого мнения обо мне. Он неоднократно говорил, что намерен повысить меня до руководителя. Теперь, когда я внезапно увольняюсь, мне нужно объяснить ему причину.

«Отставка?» На лице Лу Чжоу появилось странное выражение: «Я… уже сделал это за тебя».

«… Сделали?»

Люмьер застыл и перестал печатать на клавиатуре.

Лу Чжоу кивнул и сказал: «Я использовал твой адрес электронной почты, чтобы отправить письмо в отдел исследовательского центра… Они быстро согласились».

Воцарилась тишина.

Через десять секунд Люмьер спросил: «Что сказала академик Инес?»

Люмьер встал со стула, его глаза были налиты кровью, как будто он был взволнован…

«Инес? Я не знаю, кто это». Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Полагаю, он глава отдела кадров. Я помню, что их ответ состоял всего из двух предложений».

Люмьер застыл на месте. Постояв немного, Люмьер внезапно сел и откинулся на спинку стула.

— ...Всё в порядке.

Он махнул рукой и схватил мышь. Он бросил своё заявление об увольнении, состоящее из двух тысяч слов, в корзину, а затем открыл незаконченную программу исследований, над которой планировал поработать завтра. Несмотря на то, что Лу Чжоу немного беспокоился о его психическом состоянии, видя, что Люмьер всё ещё в настроении работать над проектом, Лу Чжоу решил, что ему лучше оставить его в покое…

Лу Чжоу похлопал его по плечу и сказал: «Не забудь ответить своему другу».

После чего вышел из кабинета.

Глава 1074. Научные исследования похожи на укладку кирпичей

Чего Лу Чжоу не ожидал, так это того, что Ли Гаолян окажется главой исследовательской группы испытуемых. Таким образом, армейское подразделение, с которым он собирался работать, было…

«Ли Гаолян, командир первого полка, первой орбитальной воздушно-десантной бригады восточного военного округа…»

Ли Гаолян выпрямился и доложил Лу Чжоу.

«Стоп, я не ваш лейтенант, вы здесь не на войне, давайте без формальностей».

Ли Гаолян неловко улыбнулся и почесал затылок. «Двести из нас прибыли сюда по военному приказу. Перед отъездом нам сказали сотрудничать с академиком Лу и участвовать в битве за технологии виртуальной реальности. Вы наш командир. Мы сделаем всё, что вы скажете».

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Не нужно так серьёзно относиться к этому, то, что вам нужно сделать, — это просто. Я скоро расскажу вам о проекте и поставлю конкретные задачи».

Лу Чжоу не ожидал, что министр Цинь отправит 200 человек из воздушно-десантной бригады. Он посмотрел на чрезмерно воодушевлённого Ли Гаоляна и почувствовал себя подавленным. Но, поразмыслив, понял, что ближе всего отсюда находится воздушно-десантная бригада. Они могли добраться в любую точку земного шара за час. Воздушно-десантная бригада была расквартирована на космодроме Цзиньлин.

Лу Чжоу привёл Ли Гаоляна в лабораторию и вкратце объяснил ему ситуацию.

Ли Гаолян заметил в лаборатории профессора Люмьера. Он на секунду замолчал и спросил: «Почему здесь иностранец?»

Ему сказали, что это секретный проект, и обычно иностранцы не участвуют в подобных проектах.

Лу Чжоу обьяснил: «профессор Люмьер, из Швейцарии. Проект разделён на две части: одна — это создание системы виртуальной реальности для гражданского использования. В этой области не так много китайских специалистов, поэтому я переманил его из Швейцарского научно-исследовательского центра нейронных сетей. Он не будет участвовать ни в чём, что связано с военной техникой и снаряжением. Если вы заметите что-то подозрительное, просто сообщите мне».

Хотя это было маловероятно, почти невозможно, лучше перестраховаться.

Ли Гаолян серьёзно заявил: «Не волнуйтесь! Я буду внимательно следить за ним!»

«В этом нет необходимости». Лу Чжоу похлопал Ли Гаоляна по плечу и сказал: «Он хороший человек».

Профессор Люмьер, сидевший неподалёку, тайком прислушивался к их разговору. Не потому, что хотел, а потому, что случайно услышал своё имя. К сожалению, он сидел слишком далеко. Он понятия не имел, о чём Лу Чжоу говорил с высоким загорелым мужчиной. По какой-то причине он чувствовал, что высокий мужчина смотрит на него. Когда Люмьер встретился взглядом с высоким мужчиной, у него по спине побежали мурашки. Он быстро отошёл в сторону.

Когда мужчина ушёл, профессор Люмьер кашлянул и спросил Лу Чжоу: «Сегодня в исследовательском институте много новых лиц».

«Да».

Видя, что Лу Чжоу не собирается ничего объяснять, Люмьер не мог не спросить: «… Кто это был?»

Лу Чжоу: «Доброволец».

Что ещё за доброволец?

Профессор Люмьер продолжал спрашивать: «Доброволец? Что вы имеете в виду?»

Лу Чжоу сказал: «Раз уж мы решили создать распределённую вычислительную систему, чем больше у нас будет данных, тем лучше… Разве ты не говорил мне об этом? Их задача — сотрудничать с нашим экспериментом».

Профессор Люмьер сказал: «Но мне кажется, что они похожи на спецназовцев…»

Лу Чжоу кашлянул и сказал: «Вам не стоит об этом беспокоиться, лучше не задавать так много вопросов».

Увидев, насколько серьёзен Лу Чжоу, Люмьер сглотнул и кивнул.

«Тогда ладно».

Лу Чжоу кивнул и сменил тему. «Как продвигается ваша работа?»

Профессор Люмьер сказал: «Я уже добился определённого прогресса. Я создал структуру алгоритма машинного обучения. Теперь нам просто нужен мощный компьютер, желательно суперкомпьютер. Тогда мы сможем провести эксперименты на добровольцах и собрать данные, необходимые для формирования архитектуры набора команд».

Лу Чжоу приподнял брови и подошёл к своему компьютеру.

«Дай-ка посмотреть».

…

Теперь, когда добровольцы были на месте, можно было наконец приступить к исследованию системы виртуальной реальности. Большую часть времени научные исследования были для Лу Чжоу интересным занятием. Это то, что делало его счастливым. Но в этот раз всё было по-другому. Утомительная и скучная повторяющаяся работа заставляла его чувствовать себя так, будто он вовсе не занимается научными исследованиями. Скорее, он укладывал кирпичи. Когда он впервые пожаловался профессору Люмьеру, тот недоверчиво посмотрел на него.

«… Я не могу поверить, что вы так думаете».

Лу Чжоу: «Вы считаете, что работать над этими алгоритмами интересно?»

— Нет, я говорю… Я никогда не считал научные исследования интересными. Большинство исследований так же скучны, как укладка кирпичей. И вы должны радоваться, что наш проект идёт довольно гладко.

Лу Чжоу пожал плечами и сказал: «Большую часть времени я чувствую себя счастливым… кроме этого времени».

Люмьер: «Например?»

Лу Чжоу: «Например, когда я исследовал гипотезу Римана. Сначала я пытался найти вспомогательные линии на комплексной плоскости, но это не сработало. В конце концов, я вспомнил, как работал над уравнениями Навье — Стокса, и ввёл дифференцируемые многообразия».

От этих математических терминов у профессора Люмьера разболелась голова, поэтому он быстро сказал: «Ладно, ладно, я понял. Я не хочу…»

Внезапно профессор Люмьер замолчал.

Казалось, он потерял дар речи.

Лу Чжоу посмотрел на него и спросил: «Что случилось?»

«Мы сделали это…»

Лу Чжоу: «…?»

— Я же сказал, что мы сделали это! — воскликнул Люмьер. Он внезапно встал со стула и добавил: «Боже мой! Мне только что пришла в голову блестящая идея! Это сократит нашу рабочую нагрузку на 50%… Нет, по крайней мере, на 70%!»

Лу Чжоу не понравилось, как сильно Люмьер разволновался. Он спокойно заметил.

«Я помню, как кто-то сказал мне, что научные исследования — это скучно. Похоже, всё изменилось».

— ...Это не имеет значения. Глаза Люмьера загорелись от волнения. Он сказал: «Нам просто нужно проверить нашу гипотезу. Я могу завершить работу над системой виртуальной реальности за три дня. Нам просто нужно собрать небольшое программное обеспечение для тестирования нашей системы».

За три дня?

Лу Чжоу выглядел шокированным.

Согласно первоначальному плану, им пришлось бы работать до следующего месяца, чтобы завершить всю систему.

Лу Чжоу спросил: «Как вы планируете её тестировать?»

Профессор Люмьер ответил: «Легко! Мы можем попытаться восстановить сцену из фильма».

Лу Чжоу: «Звучит интересно, из какого фильма?»

Люмьер: «Властелин колец, Гарри Поттер, «Матрица» — неважно. Чем больше похоже на фантазию, тем лучше. Сцена не должна быть слишком сложной. Хотя наша система гибкая, нет необходимости увеличивать нагрузку без причины».

Он уставился в экран и пробормотал: «Это так захватывающе! Я никогда не думал, что смогу изменить мир…»

Глава 1075. Первое тестирование системы виртуальной реальности

Ли Гаолян был готов поклялся, что это определённо самая странная военная миссия, в которой он когда-либо участвовал. Прошёл месяц с тех пор, как он присоединился к этому сверхсекретному исследовательскому проекту.

Их задача была проста.

Их ежедневная работа заключалась в том, чтобы лежать на дюжине или около того устройств и сотрудничать с исследователями, выполняя простые действия в виртуальной реальности, а также проходить тесты с несколькими вариантами ответов…

Честно говоря, находиться в мире виртуальной реальности было странно.

Сначала они находились в более привычных для них местах, таких как луга, океаны, горы и т. д. Затем они начали попадать в странные миры, состоящие из разрозненных объектов, которые казались им осколками воспоминаний. Это чувство было трудно описать. Иногда оно вызывало у людей психологический дискомфорт. Но, как и обещал академик Лу, они регулярно проходили медицинские осмотры, чтобы убедиться в отсутствии побочных эффектов или реакций. Ли Гаоляну не на что было жаловаться в этой миссии. В конце концов, Ли Гаолян очень уважал и ценил академика Лу. Академик Лу помог изобрести протезы с нейронным интерфейсом. Без них Ли Гаолян даже не смог бы встать с постели.

Однако Ли Гаолян не знал, в чём смысл этих экспериментов.

Он шёл по коридору и услышал, как несколько солдат разговаривают в лаборатории.

«… У меня болит голова и шея каждый раз, когда я нахожусь в виртуальном мире».

«Тебе больно? Взрослеть пора».

— Просто мне неудобно… Вы уверены, что это не повлияет на мой мозг? Мама говорила, что я не очень умный, и если я стану ещё глупее…

«Ни за что! Мы проходим медосмотр раз в неделю. Если бы что-то было не так, они бы это обнаружили».

«Но кто знает, насколько точны медосмотры».

Пока они разговаривали, за дверью послышалось покашливание. Они тут же замолчали.

Ли Гаолян вошёл в лабораторию и посмотрел на солдат. Он улыбнулся и спросил.

«Что происходит, господа? Почему сейчас так тихо?»

Четверо солдат почувствовали себя напуганными и затаили дыхание, боясь заговорить. На их лицах было серьёзное выражение. Ли Гаолян оглядел тихую лабораторию и сказал.

«Вы, ребята, солдаты, и ваша обязанность — делать то, что вам говорят. Если кто-то захочет уйти, его могут уволить с позором. Помните, мне всё равно, что вас беспокоит или смущает. Заткнитесь и выполняйте свою задачу!»

Ли Гаолян крикнул четырём солдатам:

«Поняли?»

«Да, сэр!»

Ли Гаолян кивнул и сказал: «Свободны».

Четверо солдат вздохнули с облегчением. Они сняли шлемы и быстро вышли из лаборатории.

Ли Гаолян посмотрел на уходящих. Затем он поднял шлем и аккуратно положил его в сторону. Услышав шаги у двери, он поднял голову и увидел Лу Чжоу. Ли Гаолян улыбнулся и спросил.

«Академик Лу? Вам что-нибудь нужно?»

«Ничего». Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Я случайно услышал ваш разговор. Не нужно быть таким строгим».

Ли Гаолян покачал головой и заговорил.

— Академик Лу, вот как обстоят дела в армии. Я ничего не знаю о научных исследованиях, поэтому я прислушаюсь ко всему, что вы скажете. Но я знаю своих людей.

Лу Чжоу кивнул.

«Тогда ладно, я оставлю вас, ребята, в покое».

Он сделал паузу на секунду, прежде чем спросить: «Как дела? Ты здесь уже месяц, привык?»

Ли Гаолян: «Вы спрашиваете об эксперименте или о жизни здесь?»

Лу Чжоу: «И о том, и о другом».

Ли Гаолян сказал: «Я привыкаю к жизни здесь, но эксперимент… Я чувствую, что это немного странно ”.

Лу Чжоу спросил: “В каком смысле странно?”

Ли Гаолян сделал паузу на секунду, прежде чем ответить.

— Я прямолинейный и честный парень, так что не обижайтесь. Мне сказали, что миссия будет заключаться в тестировании оборудования для тренировок в виртуальной реальности, но пока что кажется, что… мы просто бездельничаем, не делая ничего полезного.

Он был не единственным, кто так думал. За последний месяц он слышал, как многие солдаты говорили о том, что чувствуют то же самое. Солдаты воздушно-десантной бригады обладали элитными боевыми навыками, и их преданность была безупречной. Благодаря этому им доверяли выполнение задач в условиях сильного стресса. Однако, когда у них не было конкретной цели или задачи, они с трудом справлялись.

— Как это не полезно? Благодаря вам, ребята, система почти готова. — Лу Чжоу на секунду задумался и сказал: — Как насчёт того, чтобы я показал вам, что мы сделали?

Внезапно Лу Чжоу произнёс неожиданные слова.

«Ты раньше смотрел «Звёздных пехотинцев»?

Ли Гаолян на секунду замолчал и сказал: «Кажется, да… Но я мало что помню».

Лу Чжоу спросил: «А как насчёт «Halo»? Компьютерной игры».

Ли Гаолян: «Я не очень люблю играть в игры, и от оружия у меня кружится голова. Иногда я играю в мобильные игры».

Лу Чжоу кивнул. «Хорошо».

Ли Гаолян был озадачен. Он не понимал, почему Лу Чжоу задаёт эти неуместные вопросы.

Лу Чжоу сделал паузу на секунду, прежде чем заговорить серьёзным тоном.

«Сейчас мне нужно, чтобы ты нашёл лучших людей из своего полка… Включая тебя, мне нужно десять человек».

Ли Гаолян быстро ответил: «Мне нужно знать подробности конкретной миссии».

Лу Чжоу: «Это что-то вроде космической миссии с воздуха».

«Где находится цель?»

Лу Чжоу: «Рич, планета в Halo».

Ли Гаолян: «…???»

Глава 1076. Битва на досягаемости!

После трёх дней ожидания наконец настал день эксперимента. Ли Гаолян лежал в кресле виртуальной реальности вместе со своими солдатами. Он наконец понял, что Лу Чжоу имел в виду под планетой «Рич». Безграничное пространство, лазурная планета, гигантский космический корабль…

«Чёрт возьми! Это… Мост Сороки?»

«Не похоже… Похоже на что-то вымышленное».

Люди стояли в комнате в мире виртуальной реальности. Все они выглядели удивлёнными.

Это отличалось от их предыдущих впечатлений от раздробленных текстур, здесь всё выглядело таким реальным. Текстура материалов, звуки шагов — всё это казалось сном. Это было почти так, как если бы лаборатория в Институте перспективных исследований Цзиньлин телепортировалась на космический корабль. Звуки и ощущения от прикосновений не были созданы внешним оборудованием.

Как и изображения, которые они видели своими глазами, всё проецировалось прямо в их мозг… Конечно, помимо вида за окном космического корабля, больше всего их удивили доспехи на их телах и оружие, висевшее у них на плечах. Научно-фантастические доспехи казались такими реалистичными. Несмотря на то, что они лежали в маленькой лабораторной комнате, они не могли не чувствовать себя так, будто участвуют в настоящей войне.

«Почему броня такая тяжёлая… — сказал мужчина крепкого телосложения. Он нахмурился и добавил: — Должно быть, она весит не меньше 50 килограмм».

Несмотря на то, что они находились в условиях низкой гравитации, они всё равно чувствовали тяжесть брони. Вес брони давал им ощущение безопасности, но они совсем не выглядели расслабленными. Использовать незнакомое снаряжение было опасно, особенно учитывая, что броня была такой тяжёлой, что можно было стать лёгкой мишенью на поле боя. Стоявший рядом с ним невысокий мужчина спросил.

— Это пуленепробиваемое стекло?

— Нет… — ответил мужчина. У него через плечо была перекинута дальнобойная винтовка. Он спокойно продолжил: — Это похоже на экзоскелет… Тактический окуляр оснащён голографическим дисплеем, который показывает, как использовать оружие в ваших руках.

Внезапно дверь в каюту открылась. Когда Ли Гаолян и профессор Лу вошли, солдаты замолчали и отдали честь. Лу Чжоу неловко кивнул, глядя на Ли Гаоляна. Ли Гаолян глубоко вздохнул и вышел вперёд. Он посмотрел на всех и заговорил.

«Я знаю, что вы все удивлены… На самом деле, я был удивлён больше вас, когда увидел это».

«Это всего лишь тренировка, но я надеюсь, что вы отнесетесь к ней как к настоящему бою!»

Ли Гаолян оглянулся на Лу Чжоу и подумал, не стоит ли ему пропустить военную чепуху и сразу перейти к тренировке. Однако он увидел, что академик Лу выглядит заинтересованным и заинтригованным, как будто академик Лу хотел, чтобы он продолжил свою великолепную речь. Ли Гаолян на секунду замолчал и наконец повернулся. Он продолжил напряжённым тоном.

«…Наши союзники на планете Рич подвергаются нападению враждебных сил. Наша задача — добраться до коммуникационной вышки на колониальном аванпосте. Это необходимо для обеспечения нормальной работы средств связи. Нам также нужно установить координаты для авиаударов орбитального оружия. Руководство по использованию оборудования встроено в экзоскелет. Нажмите кнопку на правой стороне тактического окуляра, чтобы запустить голографический интерфейс управления. Наш космический корабль прибудет в район высадки через 20 минут. У вас, ребята, есть десять минут, чтобы ознакомиться с оборудованием».

Ли Гаолян поставил на часах десятиминутный таймер, остановился и посмотрел на людей в кабине. Затем он крикнул: «Вы готовы?!»

Солдаты выпрямились.

«Да, сэр!»

Ли Гаолян повернулся.

«Идём!»

После того как группа людей покинула кабину, Лу Чжоу отправился в командный центр. Все рабочие здесь были NPC с простой закодированной логикой поведения. Когда Лу Чжоу вошёл в командный центр, они даже не посмотрели на него. Вместо этого они продолжили «работать». Это было похоже на то, как если бы Лу Чжоу смотрел фильм.

И он сидел в первом ряду.

«… Смотреть фильмы в виртуальной реальности — неплохая идея. Зрители могут участвовать в сюжете, не вмешиваясь в него», — сказал Лу Чжоу, глядя на экран, на котором солдаты заходили в капсулу. Он сказал себе: «Неплохо, надо записать эту идею».

Группа солдат вошла в буферную зону кабины воздушного судна. Следуя инструкциям сотрудника… NPC, Ли Гаолян быстро подключил систему жизнеобеспечения к своему экзоскелету. Честно говоря, он чувствовал себя немного неловко. Он был опытным солдатом, но в этот момент чувствовал себя новобранцем. Он услышал голос в своём ухе.

«Приближаемся к зоне высадки через 30 секунд».

«…»

«Пять».

«Четыре».

«Три».

«Два».

«Один».

Обратный отсчёт закончился.

Они услышали приглушённый щелчок и почувствовали огромную тягу.

«Успешно вышли на орбиту, начинаем процедуру посадки».

«Удачи, солдаты!»

«Кабина отделена!»

Кабина начала нагреваться. Когда они вошли в атмосферу, огромная сила вдавила их в кресла. Ли Гаолян стиснул зубы. Это слишком похоже на реальность. Ощущение спуска из космоса в точности как в реальной жизни… Они уже проехали сотни километров. Из двигателя торможения вырвалось пламя.

Когда они были в 100 метрах от поверхности, из капсулы выбросили дымовую бомбу, которая взорвалась на земле, окутав поле боя дымом. Воздушная капсула рухнула на землю, когда группа хорошо обученных солдат вышла из двери кабины, приготовила оружие и включила инфракрасный прицел. Однако вокруг стояла гробовая тишина. Здесь не было никаких признаков жизни. Один из солдат направил винтовку на тень неподалёку. Он сделал глубокий вдох и спросил по каналу связи:

«Сэр, кто наш враг? Чёрт… Что это за растения, почему я никогда их раньше не видел?»

Ли Гаолян посмотрел на тень неподалёку, сверился с картой и сказал: «Судя по всему, это инопланетяне».

«Инопланетяне?» Какого чёрта?!»

У этих людей не было времени удивляться.

Вдалеке послышался вой. Пронзительный вой пронзил их барабанные перепонки, и у них по спине побежали мурашки. Они слышали вдалеке звуки шагов, как будто по лесу бежали животные. Внезапно они увидели красные точки на своих тактических картах.

Они увидели, как из дыма показались острые когти. Солдаты приготовили оружие к стрельбе, их зрачки сузились.

Враги — это…

Рой![1]

[1] Примечание: вид из Starcraft

Глава 1077. Что это за учения?

Дуло пистолета сверкнуло, когда пули обрушились на острые когти, пронзая их плоть. Лу Юн достал пистолет из-за пояса. Он успел выстрелить всего три раза, прежде чем на него напали. Когти пронзили его экзоскелет, но он ничего не почувствовал.

Открыв глаза, он снял шлем и сел в кресло. Он увидел, что его напарник тоже очнулся.

Тянь Юпин: «Ты умер?»

Лу Юн посмотрел на шлем в своей руке и вспомнил, как держал в руках пулемёт. Он молча кивнул. «Да».

Тянь Юпин: «Сколько ты убил?»

Лу Юн: «27».

Как лучший стрелок команды, он использовал пулемёт, поэтому у него было больше всего огневой мощи. Конечно, даже тогда он смог опустошить только половину своих магазинов, прежде чем его «убили». Зубы и когти пришельцев были такими же, как в видеоиграх, только более жестокими и свирепыми. Сунь Чжу сидел рядом с ним. Он не мог не воскликнуть: «Неплохо! Я умер, как только приземлился!»

Будучи снайпером команды, он был хуже всего подготовлен к ближним боям. Несмотря на то, что одна из его пуль могла убить одного инопланетянина, он не мог занять выгодную позицию.

«Чёрт возьми! Разве это не должно быть тренировочным упражнением? Когда это мы будем сражаться с инопланетянами в реальной жизни?»

«Это довольно забавно, как видеоигра».

Группа солдат всё ещё не оправилась от шока.

Внезапно снайпер команды спросил: «Вы это заметили?»

Тянь Юпин посмотрел на него и уточнил: «Что заметили?»

Мэн Дунхай на секунду замолчал и сказал: «Раньше звуки, которые мы слышали в мире виртуальной реальности, доносились из наушников, но в этот раз всё было по-другому».

Лу Юн кивнул и подтвердил.

«Да… Там тоже были запахи, вкусы и даже тепло… Это было почти как в реальности».

Сунь Чжу вздохнул и откинулся на спинку стула.

«Как бы то ни было, нас убили».

«Они — инопланетяне, но мы всё равно должны гордиться тем, что сделали». Тянь Юпин похлопал своего товарища по команде по плечу и сказал: «Мы, наверное, единственные люди на этой планете, которые сражались с инопланетянами».

«На самом деле мы с ними не сражались, это были просто учения, к тому же мы были в меньшинстве».

«Учения… Какие это были учения? Мы были уничтожены».

Это засело у всех в голове.

Это были вовсе не учения.

Они были воздушно-космическими десантники, а не крылатыми ракетами. Отправить их прямо в центр поля боя было равносильно самоубийству!

…

На самом деле Ли Гаолян чувствовал то же самое. Услышав оценку Лу Чжоу, он выплюнул воду, которая была у него во рту.

«Оценка 1,76, это довольно низко», — сказал Лу Чжоу, глядя на Ли Гаоляна, который держал шлем в руке.

«Из 10?»

— Нет, из 100, — сказал Лу Чжоу. — К сожалению, вы, ребята, даже не прошли первую миссию. Я думал, что с таким хорошим снаряжением вы хотя бы доберётесь до аванпоста. Ловушки и другие инопланетные виды даже не вступили в игру.

Сила снаряжения солдат была примерно на уровне Зимнего Солдата из фильмов Marvel. Но все солдаты погибли слишком быстро, поэтому Лу Чжоу был слегка разочарован. Ли Гаолян был в ярости и набросился на Лу Чжоу.

«Что это вообще за бой такой? На поле боя так много вражеских целей, а нас, десантников, бросают в самую гущу сражения? В чём смысл? Не говоря уже о бесполезном снаряжении, лучше бы дали мне АК, я бы убил гораздо больше целей».

Лу Чжоу неловко улыбнулся и похлопал его по руке. «Успокойся, это всего лишь игра, а не настоящий бой. Если на поле боя не будет врагов, в чём тогда веселье?»

Ли Гаолян: «…»

Ему казалось, что он совсем не веселится.

Лу Чжоу посмотрел на него и сменил тему. «Ну и как тебе оборудование?»

Ли Гаолян на секунду задумался и сказал: «Чувствую себя странно… Но интересно».

Несмотря на то, что он не привык к оборудованию, он считал, что с самим оборудованием всё в порядке, ему просто нужно больше практиковаться. Если бы у него было время ознакомиться с оборудованием, он был уверен, что смог бы быть в два раза эффективнее в бою.

Лу Чжоу: «Ты хочешь его?»

Ли Гаолян на секунду замолчал и выглядел потрясённым.

«Разве это не симуляция? Вы… действительно можете его создать?»

Лу Чжоу: «Это можно легко сделать в реальной жизни, но я сомневаюсь, что это будет полезно на практике. На самом деле, я говорил об этом с министром Цинь. Упражнения в виртуальной реальности нужны не только для сокращения расходов на обучение, но и для проверки технической осуществимости новых видов оружия. Эксперты по военной технике могут не знать, что вам нужно, но с помощью виртуальных учений они могут легко определить, чего вам не хватает на поле боя».

Ли Гаолян сказал: «…Спасибо.»

Если бы у меня был экзоскелет…

Я бы не потерял ноги.

Даже если бы его ноги уже были ампутированы, если бы эта технология действительно могла быть воплощена в жизнь, она бы очень помогла солдатам на передовой.

Она бы не спасла их полностью.

Но она бы уменьшила потери.

Лу Чжоу посмотрел на серьёзного Ли Гаоляна и улыбнулся: «Не за что, я обязан поддерживать оборону нашей страны. На самом деле я разработал это не для военных целей, меня просто заинтересовала технология».

— А теперь ваша миссия успешно завершена, было честью работать с вами, ребята. Лу Чжоу пожал руку Ли Гаоляну и сказал: «Поздравляю с завершением миссии, завтра вы можете вернуться на свою базу».

Ли Гаолян на секунду замолчал и спросил: «Погоди-ка, вы хотите сказать, что мы закончили?»

— Верно, это было финальное испытание, система виртуальной реальности готова. Благодаря вашей помощи мы смогли имитировать звуковые и тактильные сигналы мозга.

Лу Чжоу посмотрел на Ли Гаоляна и спросил: «Что-то не так?»

Ли Гаолян почесал голову и ответил:

«На самом деле… ничего серьёзного.

«Просто я всё ещё думаю о битве, которая только что произошла… я хочу попробовать ещё раз, можно?»

Лу Чжоу сделал паузу на секунду и сказал: «Это была всего лишь небольшая тестовая программа, а не видеоигра».

Ли Гаолян улыбнулся и сказал: «Я говорю, что не могу перестать думать об этом. Дайте мне ещё один шанс, и мои люди точно смогут добраться до аванпоста!»

Лу Чжоу: «…»

Похоже, система виртуальной реальности ещё не идеальна. Мне нужно добавить какой-нибудь механизм защиты от зависимости…

Глава 1078. Шокирующее повторение

Боевая тренировочная миссия была записана.

На следующий день после учений запись была показана министру Цинь в виде повтора в виртуальной реальности. На этот раз Ли Гаолян, а также девять других солдат стали неигровыми персонажами. Лу Чжоу стал двумя людьми: один из них был NPC, человеком, стоявшим в командном пункте, а другой — его настоящим персонажем, который стоял рядом с министром Цинь, наблюдая за битвой.

Вступительная речь была окончена.

После того, как Ли Гаолян объявил, что команда «начинает» сражение, Лу Чжоу привёл министра Цинь в командный отсек космического корабля. Они могли наблюдать за всем сражением из этой комнаты.

Битва с Роем была трагичной.

Несмотря на то, что Лу Чжоу уже видел эту битву, он всё равно поморщился, когда Ли Гаолян был «принесён в жертву». Когда министр Цинь увидел, как острые когти прорвали доспехи солдат, его брови приподнялись.

«Разве это не… больно?»

Устройство, к которому был подключен министр Цинь, отличалось от экспериментального. Он даже чувствовал, как теплый ветерок обдувает его лицо. Все казалось таким реальным, что он не мог отличить это от реальности. Когда он увидел трагическую сцену с солдатами, у него по спине побежали мурашки. Он сжал кулаки.

Лу Чжоу ответил: «Нет, не так».

Лу Чжоу стоял перед голографической панелью, протянув руку и постукивая по воздуху. Он наблюдал, как всё вокруг него распадается на крошечные кусочки, и небрежно произнёс:

«Вы можете попробовать вспомнить, когда вам в последний раз снился сон. Стимулы, которые нервная система может выдержать во сне, ограничены. Будь то боль, жар или прикосновение. Когда стимулы достигают максимального уровня для нервной системы, вы ничего не чувствуете. Вместо этого вы просыпаетесь. Оборудование виртуальной реальности похоже на сон. Если болевые ощущения или другие ощущения превысят порог, пользователь потеряет связь с нейронным демодулятором и проснётся».

Министр Цинь почувствовал облегчение.

Повторение битвы закончилось.

Министр Цинь снял шлем и встал.

«Я с оптимизмом смотрю на эту технологию». Он пристально посмотрел на Лу Чжоу и серьёзно спросил: «На самом деле, она ещё не доведена до совершенства, верно?»

«Конечно».

Другой человек мог бы пропустить эти вопросы, но Лу Чжоу нечего было скрывать.

— На самом деле, я вчера говорил об этом с Ли Гаоляном. Несмотря на то, что система виртуальной реальности может имитировать учения она не может заменить реальную тренировку с боевыми патронами. Такие вещи, как мышечная память и интуиция на поле боя, нельзя освоить в виртуальном мире.

Министр Цинь кивнул.

«Я понимаю, что вы имеете в виду».

Пока машины не заменят полностью людей на поле боя, система виртуальной реальности будет иметь множество ограничений.

Однако даже в этом случае её применение в сфере национальной обороны было захватывающим. Если бы зарубежное посольство было захвачено, им понадобилась бы только карта, архитектурный чертёж и немного разведданных. Затем они могли бы провести ряд тактических симуляций ещё до начала реальной спасательной операции.

Это значительно повысит эффективность воздушно-космических десантников.

Лу Чжоу на секунду замолчал, а затем продолжил.

«… Помимо ограниченного применения, у этой технологии высокие требования к оборудованию. Обычным компьютерам сложно справиться с таким уровнем обработки данных, поэтому оборудование должно быть как минимум серверного уровня, а может, даже суперкомпьютерного. В противном случае система виртуальной реальности не сможет стабильно работать. Однако, несмотря на то, что требуются большие вычислительные мощности, я считаю, что если мы оптимизируем операционную систему, то сможем сократить объём необходимых вычислений. Не говоря уже о том, что даже если эту проблему не удастся решить, она не повлияет на эту технологию. Облачные вычисления — одна из основных тенденций развития интернета. После внедрения 5G вычислительная работа может быть передана центральному серверу, а шлем будет выступать только в качестве терминала для приёма сигнала».

После того, как министр Цинь выслушал Лу Чжоу, он глубоко вздохнул и серьезно сказал “Я должен поблагодарить вас”.

“В этом нет необходимости”. Лу Чжоу с улыбкой продолжил: “Я буду счастлив, если это будет использоваться в нужном месте”.

Министр Цинь кивнул.

“Я могу тебе это обещать”.

…

Министр Цинь недолго пробыл в Институте перспективных исследований. Побеседовав с Лу Чжоу о возможном применении виртуальной реальности в сфере национальной обороны, он отправился на самолёте обратно в Пекин. Директор Ли из Государственного управления национальной обороны тоже случайно оказался здесь сегодня. После того как Лу Чжоу вернулся, проводив министра Цинь, директор Ли улыбнулся и спросил.

“Он ушел?”

— Да… — Лу Чжоу сел на диван и сказал: — Департамент планирует заказать партию систем виртуальной реальности, и они хотят, чтобы мы составили для них программу обучения…

Директор Ли быстро сказал: «У меня нет причин знать об этом».

Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Это не такая уж большая тайна… Ладно, это должно оставаться конфиденциальным, но у вас есть допуск к секретной информации, верно?»

Директор Ли кашлянул и сказал: «Слава богу, что есть… Но я думаю, вам следует быть осторожнее».

«Хорошо, я оговорился».

Директор Ли сменил тему и спросил: «Кстати, как продвигается внедрение виртуальной реальности в гражданскую сферу?»

Лу Чжоу немного подумал и сказал: «Сборка системы виртуальной реальности завершена, независимо от того, будет ли она использоваться в военных или гражданских целях. Однако я ещё не решил, как представить эту технологию общественности».

Не было никаких сомнений в том, что как только виртуальная реальность будет выпущена, она разрушит современную интернет-систему. Она не только изменит представление людей об интернете, но и полностью изменит то, как люди взаимодействуют и используют интернет.

Прорывные технологии неизбежно приведут к разрушительным последствиям. На самом деле Лу Чжоу не был уверен, что публика готова увидеть эту технологию. Директор Ли кивнул и сделал глоток чая.

Через некоторое время он спросил.

«Помнишь, о чём я говорил?»

Лу Чжоу: «О чём?»

«О том, чтобы обнародовать эту технологию. На самом деле, мы провели встречу до моего приезда сюда». Директор Ли сделал паузу на секунду и продолжил: «Мы считаем, что эта технология в основном приносит пользу обществу. Вам не нужно ждать, пока она станет идеальной, прежде чем выпускать её. Что, если кто-то другой разработает технологию и выпустит ее раньше вас?!»

Глава 1079. Еще одна кровавая баня

[Оценка миссии: 81 балл]

Появилась светло-голубая панель со словами «Игра окончена».

— Неплохо, — сказал Лу Чжоу Ли Гаоляну, который только что снял шлем. Лу Чжоу продолжил: — 60 очков — это проход, 81 очко — неплохо.

Лу Чжоу хлопнул в ладоши и ободряюще посмотрел на него. Несмотря на то, что с его стороны было небольшим "жульничеством" включить орбитальные авиаудары, Лу Чжоу также увеличил силу врагов. Набрать 81 очко было довольно неплохо. Однако это был хороший результат только для обычных игроков. Для профессиональных игроков результат ниже 100 баллов был провалом.

— Недостаточно хорошо. Ли Гаолян посмотрел на шлем в своей руке и уточнил: «Мне ещё нужно получить две медали… Если я получу две медали и обеспечу выживание всех заложников, я смогу набрать полный балл».

Пока Ли Гаолян бормотал что-то себе под нос, у Лу Чжоу разболелась голова. Это всего лишь симуляция.

«Эм… Это просто видеоигра».

«… Да, вы правы, это просто игра. Это даже не игра, это просто обучающая программа».

Ли Гаолян посмотрел на Лу Чжоу и серьёзно сказал: «Но в моих глазах каждый солдат — живой человек! Как старший офицер, я обязан вернуть всех живыми. Если я провалю подготовку, люди погибнут на поле боя. Для меня всё, что ниже максимальной оценки, — провал».

Лу Чжоу повторил.

«Это всего лишь игра…»

…

В конце концов, Ли Гаолян не смог набрать полный балл. Не потому, что Лу Чжоу беспокоился о счетах за электричество, а потому, что Ли Гаолян пробыл здесь слишком долго. Ему нужно было вернуться и отчитаться перед начальством. Не мог же он доложить начальству, что слишком занят игрой в видеоигру? Это было бы нелепо! Поэтому Ли Гаолян наконец покинул лабораторию. Он даже сказал Лу Чжоу, что собирается часто сюда приходить. В конце концов он взял свою команду и вернулся на военную базу.

На следующий день после отъезда Ли Гаоляна Чэнь Юйшань вернулась из деловой поездки из Шанхая. Она пришла в Институт перспективных исследований и спросила Лу Чжоу: «Ты разговаривал с людьми из Государственного управления национальной обороны?»

Лу Чжоу: «Я разговаривал с директором Ли два дня назад».

Чэнь Юйшань уточнила: «Что они думают?»

Лу Чжоу ответил: «Государственное управление национальной обороны предлагает нам использовать технологию виртуальной реальности в гражданских целях. Я поискал в интернете статьи на эту тему, и такие компании, как EyeMynd и Neuralink, тоже проводят исследования в этой области. Неудивительно, что директор Ли, похоже, торопится».

Обе они были американскими компаниями, которые использовали совершенно разные технические маршруты. Например, EyeMynd и компания EMOTIV, занимающаяся биоинформатикой, сотрудничали с Facebook, чтобы разработать неинвазивные устройства виртуальной реальности. Это означало, что они использовали внешние технологии обнаружения, такие как электроэнцефалография, для подключения к миру виртуальной реальности.

Компания Neuralink, основанная Илоном Маском, занималась разработкой устройств для «имплантации в мозг». Несмотря на то, что вживление наноэлектродов в мозг казалось опасным, они добились успеха на обезьянах.

Государственное управление национальной обороны хотело, чтобы они как можно скорее представили технологию общественности, прежде чем американцы смогут представить свою. Если технология виртуальной реальности станет важной частью социальной деятельности человека, лучше было бы присоединиться к этому тренду как можно раньше. Однако, несмотря на то, что Лу Чжоу понимал, почему Государственное управление национальной обороны так считает, он был с ними не согласен. Несмотря на то, что Neuralink добился некоторых успехов в исследованиях, они были далеки от достижения того же уровня виртуальной реальности.

Чэнь Юйшань посмотрела на Лу Чжоу и в шутку сказал: «Похоже, Star Sky Technology устроит кровавую бойню на Уолл-стрит».

«Кровавая бойня, звучит так жестоко, — сказал Лу Чжоу. — Я многим пожертвовал, чтобы создать эту технологию».

Чэнь Юйшань: «…О, ты это сделал?»

Лу Чжоу кивнул и сказал: «Конечно».

Пятнадцать тысяч баллов — немалая жертва.

Не говоря уже о времени, потраченном на изучение информатики. Однако, несмотря на то, что жертва была велика, отдача тоже была велика. Если бы не этот интересный проект, он бы никогда не потратил время на изучение информатики и биологии.

— Этот исследовательский проект, наверное, для тебя закончился, да? Полагаю, тебя не интересует деловая сторона… — с любопытством спросила Чэнь Юйшань. — Что теперь? Что у тебя дальше?

— Наверное, продолжу с того места, на котором остановился, — сказал Лу Чжоу. — Я откладывал работу над теорией великого объединения в математике. После того, как я решил гипотезу Римана, я должен был заняться этим в первую очередь.

Он решил заняться исследованиями в области виртуальной реальности не из-за того, сколько баллов набрал, а потому, что его вдохновил выпуск чипов серии Dragon. Теперь, когда этот исследовательский проект был завершён, он планировал взять несколько выходных, а затем приступить к работе по объединению алгебры и геометрии. Однако перед этим ему нужно было навестить одного человека.

Увидев, как непринуждённо ведёт себя Лу Чжоу, Чэнь Юйшань пробормотала: «Это вообще возможно…»

Она знала, что Лу Чжоу талантлив.

Однако объединение математики…

Лу Чжоу отозвался: «Конечно, это не то, что может сделать каждый…»

Лу Чжоу на секунду замолчал и посмотрел на свою правую руку. Он до сих пор помнил, как стоял перед доской и записывал решение гипотезы Римана. Он даже слышал скрип маркера, когда водил им по доске.

«Но после того, как я решил гипотезу Римана, я чувствую, что очень близок к финишу».

Глава 1080. Что это за проклятая штука?

На окраине Бостона находился исследовательский институт, занимавший более 100 акров земли. Изначально этот научно-исследовательский институт был подразделением Массачусетского технологического института, контролируемым фармацевтической компанией с рыночной капитализацией около 2 миллиардов долларов США. Его исследования были в основном сосредоточены на клинической биологии. Однако после того, как компания была приобретена Boston Financial Group, они начали менять направление деятельности. Их исследования были сосредоточены на технологии криоконсервации людей. Финансирование они получали от известной благотворительной организации по борьбе с раком, которая выделила им миллиард долларов. Их целью было отправить неизлечимо больных пациентов в будущее, где у них было больше шансов на выздоровление.

Этот научно-исследовательский институт криобиологии теперь находится в ведении Space-X и объединяется с лабораторией Space-X по изучению спячки. Причиной этого слияния стало то, что обе стороны стремились получить технологию «замороженного сна». Однако одна сторона использовала её в аэрокосмической отрасли, а другая — в медицине. И была ещё одна причина…

Потому что обе стороны были связаны с Дэвидом Лоуренсом из Boston Financial Group.

Исследовательский институт криобиологии был не единственным проектом, в который он инвестировал. Он инвестировал в большинство проектов Space-X, даже в те, которые не казались прибыльными.

Внутри криобиологической лаборатории.

Огромная цилиндрическая чашка Петри стояла между двумя компьютерами, соединёнными различными проводами. В центре чашки Петри неподвижно лежала обезьяна. Если бы не линии кардиограммы, было бы невозможно понять, жива обезьяна или мертва. После того как Дэвид Лоуренс долго смотрел на обезьяну, он спросил.

«Как продвигаются исследования?»

Илон улыбнулся и небрежно сказал: «Всё идёт гладко. Один конгрессмен, которого мы знаем, убедил Бюджетное управление Конгресса, что технология «замороженного сна» является важнейшей частью аэрокосмической отрасли, особенно для колонизации далёких галактик. Это позволило нам получать заказы от НАСА…»

“Это не то, о чем я спрашиваю”. Дэвид Лоуренс посмотрел на обезьянку в чашке Петри и продолжил: «У меня есть деньги, и мне всё равно, сколько денег это принесёт. Меня волнует только выполнение моего плана».

Илон посмотрел на Лоуренса и сглотнул. Через некоторое время он успокоился и заговорил.

— Я понимаю, Лоуренс… На самом деле, мне тоже не нужны деньги, осуществление моей детской мечты приносит мне огромное удовлетворение. Однако, чтобы воплотить мечту в реальность, нам приходится обращаться за помощью к другим.

Лоуренс кивнул и сказал: «Если у НАСА есть то, что вам нужно, то так тому и быть. Я просто надеюсь, что вы не ставите телегу впереди лошади. Мне всё равно, скольких бедных людей спасёт эта технология, она важна для меня, она нужна мне».

Илон уважительно кивнул. “Я понимаю”.

Илон был новой звездой Кремниевой долины, «Железным человеком» технологической индустрии. Однако он знал, что этим бессердечным животным с Уолл-стрит плевать на его репутацию. Их богатство копилось веками, даже Налоговая служба не знала, сколько у них денег. У них были связи во всей финансовой системе. Иногда власть была страшнее денег. Лоуренс посмотрел на обезьяну и внезапно сказал.

“Говоря об этом, есть кое-что еще, что меня волнует”.

Илон немедленно спросил: “В чем дело?”

“Это касается вашей компании Neuralink и проекта neural lace”. Лоуренс посмотрел на Илона и сказал: «Я хочу знать, как продвигается работа».

Нейронные сети — это технология, при которой в мозг вживляется ультратонкая сетка с электродами. Используя эту технологию, пользователи смогут передавать сигналы своего мозга через внешние электрические электроды. Они смогут управлять электронными устройствами, такими как мобильные телефоны, компьютеры и т. д. Они даже смогут напрямую подключаться к Интернету и взаимодействовать с людьми, находящимися за тысячи километров от них.

Люди уже давно разрабатывали подобные технологии, но они получили широкое распространение только недавно.

«Мы добились определённого прогресса… но не слишком большого», — сказал Илон. Он сделал паузу на секунду и продолжил: «Создание интерфейса «мозг-компьютер» с помощью нанопроводов технически осуществимо, в этом нет никаких сомнений. Однако проблема в том, что даже если мы сделаем нейронную сеть достаточно тонкой, будет трудно предотвратить её постоянное повреждение мозга…»

Лоуренс кивнул и задумался. Илон гадал, почему Лоуренс заинтересовался Neuralink, когда Лоуренс внезапно заговорил.

«Если только тело находится в состоянии анабиоза, а не мозг… Можно ли сделать так, чтобы в состоянии анабиоза находилась только часть мозга?»

Илон нахмурился. “Так вы говорите...”

— Похоже, ты понимаешь, что я имею в виду, — Лоуренс улыбнулся и вздёрнул подбородок. Он указал на обезьяну и спросил: — Я хочу знать, могу ли я использовать нейронную сеть в состоянии покоя?

— Я не уверен… — Илон покачал головой и сказал: — Это не моя специализация. Безответственно делать какие-либо выводы о технологии, которая ещё не изобретена. Но теоретически, если мы хотим, чтобы часть мозга бодрствовала, то, боюсь, интерфейс «мозг-компьютер» будет не единственным, что мы имплантируем в мозг. Нам также придётся доставлять в мозг кислород и питательные вещества, чтобы он мог выжить.

Лоуренс: «Значит, это теоретически возможно?»

Илон посмотрел на него и затаил дыхание. Он думал, что уже сошел с ума, но не ожидал встретить кого-то более безумного, чем он сам.

«Человеческое тело — это обуза. Душа и сознание человека — это его сущность. Я думал, мы с этим согласимся», — сказал Лоуренс, увидев, что Илон долго молчит. Он выглядел разочарованным и добавил: «Но это не имеет значения, тебе просто нужно делать то, что тебе говорят».

Секретарь, стоявший неподалёку, внезапно подошёл к Лоуренсу с мобильным телефоном и прошептал ему несколько слов. Лоуренс удивлённо посмотрел на телефон. Он приподнял брови и заговорил.

«Похоже, только что произошло кое-что интересное».

Илон нахмурился и сразу же спросил: «Что?..»

Лоуренс улыбнувшись ответил: «Возьми свой телефон и посмотри, что сейчас в тренде в Twitter».

Илон достал телефон и открыл приложение Twitter. Как только он увидел, что было на экране… Его сердце замерло.

[Институт перспективных исследований Цзиньлин разработал технологию виртуальной реальности с нейронным интерфейсом, обеспечивающую бесперебойную связь между нервной системой и компьютерной системой!]

[Star Sky Technology открыто набирает тестировщиков системы виртуальной реальности со всего мира!]

Когда Илон увидел это, его глаза чуть не вылезли из орбит. Чёрт! Star Sky Technology! Опять эти ублюдки?!

Глава 1081. Используйте эту технологию для путешествий по миру?

Университет Цзинь Линь.

Общежитие математического факультета.

Дуань Сици только что закончил занятия. Он откинулся на спинку стула и достал телефон, чтобы проверить Weibo. Он был первокурсником, поступившим на математический факультет Университета Цзинь этим летом. Он вошёл в топ-200 на вступительных экзаменах в колледж своего округа. Он был настоящим гением. Однако по сравнению с другими студентами математического факультета Университета Цзинь он был ничем. Не говоря уже о том, что был студент Ли Мо, получивший золотую медаль Международного математического союза с наивысшим баллом. Ли Мо был намного впереди всех остальных в своей группе. Люди удивлялись, почему он не поступил в Шуйму или Яньский университет.

Время быстро шло.

Перерыв Дуань Сици почти закончился. Он уже собирался убрать телефон и продолжить заниматься. Однако его внимание привлёк заголовок новости в телефоне.

“ Оборудование виртуальной реальности с нейронным интерфейсом?

«Боже мой! Это правда?»

Это привлекло внимание всех в общежитии.

Ли Мо, который занимался, а также трое других людей в общежитии, достали свои телефоны и зашли в Weibo. Вскоре после этого они увидели шокирующий заголовок новости в Weibo.

«Боже! Это… такая виртуальная реальность, которая погружает весь разум в мир виртуальной реальности?»

«Это безумие…»

В комнате общежития начались обсуждения.

«Использование стимуляции нервных окончаний микротоками для ввода электрических сигналов в нейронный демодулятор…» Ян Шуан спокойно читал. Он не мог не сказать: «Чёрт возьми, использовать электричество для воздействия на мозг? Разве это не приведёт к его повреждению?»

Ли Мо покачал головой.

«Ни за что, этим проектом руководит академик Лу! Если бы были серьёзные проблемы с безопасностью, они бы точно не выпустили эту технологию».

Дуань Сици посмотрел на него и сказал: «Ты такой фанат…»

«Конечно!» Ли Мо улыбнулся и почесал затылок. «Боже, Лу — мой кумир».

Двое других соседей по комнате переглянулись и неловко улыбнулись. Снаружи Дуань Сици улыбался, но внутри ему было не по себе. Может быть, у всех гениев не всё в порядке с головой. Он не мог представить, каково это — поклоняться кому-то до такой степени. Как бы сильно он ни уважал человека, он максимум ставил лайк под его постами в Weibo. Он редко видел кого-то, кем восхищался, в реальной жизни. Более того, это было не главное, главное заключалось в технической проблеме виртуальной реальности.

Подключение сознания напрямую к машине.

Погружение в захватывающий мир виртуальной реальности во сне…

Возможно ли это вообще?

Несмотря на то, что он прочитал новостные статьи и заявления, он всё ещё не мог поверить, что это правда. Дуань Сици вдруг заметил, что на последней странице одной из статей упоминалось, что компания Star Sky Technology набирает добровольцев для тестирования.

Как только он увидел эту новость, он начал думать. Может быть…

Это хорошая возможность.

Неужели это так круто, как звучит?

Может, мне тоже записаться добровольцем и попробовать…

…

Замороженное состояние не имело отношения к жизни большинства людей, технология виртуальной реальности с нейронным интерфейсом была гораздо более актуальной для большинства людей. Онлайн-романы, аниме, такие как SAO, голливудские научно-фантастические блокбастеры, такие как «Первому игроку приготовиться», — подобные технологии десятилетиями были частью индустрии развлечений. Публика ассоциировала виртуальную реальность с технологиями будущего. Люди уже начали фантазировать о том, каково это — жить в виртуальном мире. Теперь, когда технология появилась, как они могли не сойти с ума? Сразу после того, как Институт перспективных исследований Цзиньлин и компания Star Sky Technology объявили о значительных успехах в исследованиях технологии виртуальной реальности с использованием нейронного интерфейса, а также опубликовали видеодемонстрации, на крупных интернет-форумах поднялся шум.

[Боже, неужели это правда? Не та, где ты носишь дисплей на голове?]

[Это, наверное, фейковые новости! Невозможно!]

[Необязательно, это Институт перспективных исследований Цзиньлин, ведущий научно-исследовательский институт страны! Кроме того, профессор Лу является директором научно-исследовательского института и авторитетным учёным!]

[Чёрт возьми, это безумие!]

[Значит ли это, что я могу путешествовать по миру, не выходя из дома?]

[Ты собираешься использовать эту технологию, чтобы путешествовать по миру?]

[А что ещё мне остаётся делать?]

[Может, немного повеселиться… ха-ха-ха.]

Помимо оптимистичных голосов, многие люди высказали пессимистичные мнения. Небольшое количество людей выразило обеспокоенность по поводу различных социальных последствий, которые может повлечь за собой эта технология. Ещё больше людей выразили сомнения в том, что эта технология вообще существует. В конце концов, идея погружения в виртуальный мир была чем-то из области кино. Несмотря на то, что Институт перспективных исследований Цзиньлин пользовался хорошей репутацией, частые случаи академического мошенничества со стороны китайских исследователей вызывали у людей подозрения. Однако таких людей было меньшинство. Потому что люди быстро поняли, что за проектом виртуальной реальности стоит сам профессор Лу! Это было всё равно что подлить масла в огонь. Разгорелись жаркие дискуссии. Профессор Лу был лицом китайской науки. Поначалу у некоторых людей могли возникнуть сомнения, и они могли подумать, что это пропаганда или преувеличение результатов исследования. Однако, когда они услышали имя профессора Лу, все их сомнения рассеялись. В течение первого часа после публикации Star Sky Technology своей формы для регистрации волонтёров миллион человек по всему миру уже подали свои заявки.

Минимальный возраст составлял 18 лет, а максимальный — 60. На тестирование записались люди всех возрастных групп.

На сайте Star Sky Technology было чётко указано, что не будет ни компенсаций за проезд, ни зарплаты, а только питание и проживание. Несмотря на то, что было доступно всего 100 мест, это не остановило людей в их стремлении к технологиям виртуальной реальности. Их не волновали деньги. Все они хотели испытать, каково это — погрузиться в виртуальный мир.

Они хотели стать первыми свидетелями исторического момента…

Глава 1082. Значение

Благодаря технологии виртуальной реальности с нейронным интерфейсом компания Star Sky Technology и Институт перспективных исследований Цзиньлин оказались в центре внимания по всему миру.

Лу Чжоу, как глава Star Sky Technology и Института перспективных исследований, должен был стоять перед камерами, проводить пресс-конференцию и рассказывать людям об этой новой технологии. Однако вместо того, чтобы находиться на пресс-конференции в центре внимания, он спокойно стоял в больничной палате. У этой палаты было особое название. Она называлась «Палата замороженного сна». Сюда переводили неизлечимо больных пациентов со всего мира. Стоимость криосна была относительно низкой по сравнению с пребыванием в отделении интенсивной терапии. Помимо дорогостоящего экстракта марсианских бактерий, затраты на поддержание работы устройства для сна были невелики. Конечно, это было дёшево по сравнению с другими видами лечения. Рядом с Лу Чжоу стояла женщина, которая тоже пришла навестить пациента. Женщине было под пятьдесят, и она держала за руку пятилетнего мальчика. Из уголков её глаз текли слёзы. Человек, находившийся в криосне, вероятно, был её мужем. Мальчик, стоявший рядом с ней, вероятно, не понимал, что происходит, и молча стоял рядом. Женщина заметила стоящего неподалеку Лу Чжоу и была потрясена, когда узнала его. Поколебавшись некоторое время, она подошла к нему, держа на руках своего сына, и осторожно спросила: “Здраствуйте, вы… Академик Лу?

После минутного молчания Лу Чжоу кивнул.

“Да”.

“Спасибо...”

Лу Чжоу посмотрел на благодарную женщину и покачал головой.

“Я не врач, не стоит меня благодарить”.

“Доктор сказал нам, что вы спасли его".… Вы спасла нас».

Лу Чжоу посмотрел на неё и подождал, пока она продолжит.

«У нас… на самом деле нет денег», — сказала женщина с горьким выражением лица. Она сказала, вспоминая прошлое: «Мы продали дом и потратили все наши сбережения на медицинские счета моего мужа, но мы не могли выжить. Несколько месяцев назад муж сказал мне прекратить лечение и откладывать деньги на нашего сына, но…»

Голос женщины дрогнул, когда она сделала глубокий вдох. Она неохотно улыбнулась.

«В любом случае, спасибо… Спасибо! Я просто рада, что он жив. Я привожу сына обратно в наш родной город, так что, наверное, это последний раз, когда мы видимся. Врач сказал, что в будущем больница сможет его вылечить, и я надеюсь, что это правда… Я просто хочу, чтобы в будущем он был здоров, меньше курил, правильно питался… Надеюсь, он не будет сильно по мне скучать…»

Женщина поняла, что Лу Чжоу, вероятно, не интересуется её личной жизнью. Она смущённо обратилась к сыну:

«Ну же, поблагодари этого героя…»

Мальчик моргнул, глядя на Лу Чжоу. Он робко произнёс: «Спасибо».

Лу Чжоу улыбнулся и погладил его по голове.

«Не за что, малыш. Ты должен поблагодарить свою маму и позаботиться о ней».

Мальчик посмотрел на Лу Чжоу и спросил: «А что с моим папой? Он проснётся?»

«Проснётся».

Мальчик кивнул, а Лу Чжоу ободряюще посмотрел на него. Мать с сыном попрощались и ушли. Однако, когда мать подошла к двери, она вдруг остановилась и оглянулась. Она поклонилась Лу Чжоу и ушла. В коридоре послышались голоса матери и сына.

«Мам… Кто был тот парень?»

«Он учёный».

«Учёный? Я хочу быть учёным…»

Разговор затих, шаги становились всё тише и тише. Лу Чжоу вздохнул. Ему было немного грустно. Ему не нравилось находиться в больнице. В воздухе витало ощущение печали.

Через некоторое время он услышал шаги позади себя.

Он посмотрел на врача и спросил:

«Каковы результаты анализов?»

«Они здесь…”

Лу Чжоу взял у врача медицинское заключение и просмотрел его. Он выглядел разочарованным. Хотя он с самого начала знал, что нереально ожидать, что люди в состоянии криогенного сна смогут подключиться к миру виртуальной реальности с помощью своих неосознанных мозговых волн, его сердце всё равно упало, когда он прочитал отчёт. Единственным способом было пробудить половину мозга. Но это, несомненно, было опасно.

Доктор посмотрел на Лу Чжоу и спросил: «Вам нужны объяснения?»

— Не нужно… Лу Чжоу сделал глубокий вдох и сложил медицинский отчёт. Затем он сунул его в карман и сказал: «Я в общих чертах понимаю, что происходит, спасибо».

— Конечно, не волнуйтесь. — Доктор улыбнулся и сказал: — Я должен поблагодарить вас, технология «замороженного сна» и протез с нейронным интерфейсом спасли множество жизней.

— Да неужели?

Лу Чжоу отвернулся от врача и посмотрел на соседнюю палату. Казалось, что иней на стекле палаты отделяет не только пространство, но и время. Врач выглядел немного подавленным и вздохнул.

— Вам нужно побыть одному?

— Конечно…

Врач кивнул и вышел из палаты, ничего не сказав. Лу Чжоу остался один в палате. Он посмотрел на соседнюю палату и вдруг сказал.

— Я здесь. Следующий проект — по объединению алгебры и геометрии… У меня уже есть кое-какие идеи».

Лу Чжоу сглотнул и хотел что-то сказать, но в конце концов покачал головой и улыбнулся.

«Неважно… Даже если я расскажу тебе свои идеи, ты, наверное, не поймёшь. Я приберегу интригу на будущее.

— Когда ты проснёшься, то сможешь прочитать мою статью. Ты моя лучшая ученица, поэтому я уверен, что ты поймёшь статью без моих объяснений.

Лу Чжоу оставался в палате до тех пор, пока медсестра не пришла на плановый осмотр. Вскоре после этого Лу Чжоу ушёл.

…

Выйдя из больницы, Лу Чжоу сел в машину Ван Пэна. Ван Пэн выбросил сигарету и запустил двигатель.

— Куда едем?

— В аэропорт.

— Вернёмся в Цзиньлин?

— Да.

Изначально Лу Чжоу планировал остаться в Пекине ещё на несколько дней. Однако у него больше не было настроения навещать старых друзей, и он хотел снова отправиться в уединённое место. В конце концов, его друзья знали, что он интроверт, поэтому не стали бы винить его за то, что он не пришёл. Машина тронулась с места, и они оба молчали. Ван Пэн чувствовал гнетущую атмосферу и пытался завязать разговор.

— В интернете люди говорят о тебе, о технологии виртуальной реальности.

— Да.

— Тебе неинтересно?

— Интересно, просто сейчас я не в настроении.

Внезапно зазвонил телефон. Лу Чжоу достал его и, увидев номер звонившего, нахмурился. Обычно он не возражал против разговоров с этим человеком, но сейчас он был не в настроении. Не говоря уже о том, что он уже проигнорировал звонок, когда только приехал в больницу, но этот человек позвонил снова. Ван Пэн заметил, что Лу Чжоу отклонил звонок, посмотрев в зеркало заднего вида и спросил: «Не собираешься отвечать?»

«Нет…» Лу Чжоу отбросил телефон и сказал: «Ничего важного»

Глава 1083. Не все обладают достаточной квалификацией

“Черт возьми! Он снова повесил трубку”.

Е Нань сердито выключил свой телефон и швырнул его на стол. Он откинулся на спинку стула. Когда он позвонил Лу Чжоу в первый раз, и ему никто не ответил, он подумал, что тот, вероятно занят. Подождав немного и позвонив снова, он понял, что Лу Чжоу тоже не берёт трубку.

«Он ведь не заблокировал меня, да?» Е Нань вздохнул и пробормотал себе под нос: «Вздох, почему в наши дни так сложно вести бизнес».

Напротив него сидел худощавый мужчина в очках. Он улыбнулся и заговорил:

«Успокойся, братан, такие учёные-исследователи, как он, — своеобразные люди. Ты не можешь относиться к нему как к обычному человеку».

«Да, ты прав». Е Нань вздохнул и сказал: «Но это так раздражает!» Это была моя идея, а он меня вообще не замечает!»

Е Нань был в ярости. Он хлопнул себя по бедру и хотел выругаться. Однако все, что он мог сделать, это пожаловаться, у него не хватило смелости по-настоящему спровоцировать Лу Чжоу. Хотя Е Нань был немного беспечен в обращении с деньгами, он был образованным человеком и знал, что не может позволить себе оскорбить Лу Чжоу. В противном случае отец преподал бы ему урок. В лучшем случае отец просто бы перестал с ним разговаривать. Мужчина, сидевший напротив Е Наня, улыбнулся и внезапно заговорил.

«На самом деле, если академик Лу проигнорирует вас, это будет нормально, подумайте об этом… Технология виртуальной реальности уже существует, и нет причин держать её в секрете. Star Sky Technology — это компания, занимающаяся патентованием. Они не занимаются разработкой продуктов. Это значит, что в конечном итоге им придётся сотрудничать с кем-то другим».

Е Нань нахмурился и сказал: “Так ты хочешь сказать, что...”

— Даже если академик Лу не обращает на нас внимания, это не значит, что мы не можем проявить инициативу сами. Мужчина улыбнулся и сказал: «О чём вы в первую очередь думаете, когда слышите слова «виртуальная реальность»? Я обещаю вам, что большинство людей подумают о видеоиграх!На мой взгляд, виртуальная реальность имеет огромное преимущество перед традиционным игровым оборудованием. Игровая индустрия будет развиваться в течение следующего десятилетия! И мы находимся на переломном этапе, весь рынок вот-вот изменится. Это означает, что если мы войдём на этот рынок прямо сейчас, например, купив компанию по производству видеоигр…»

Мужчина замолчал, позволив воображению Е Наня разыграться. Как и ожидалось, глаза Е Наня загорелись, когда он заговорил.

«Хорошая идея! Это имеет смысл! Давайте найдём компанию, которую можно приобрести».

Мужчина улыбнулся и заговорил.

«Отлично, я знаю несколько компаний, занимающихся видеоиграми, которые ищут финансирование, я порекомендую вам несколько…»

…

Компания Star Sky Technology объявила о прорыве в области виртуальной реальности, чтобы упростить поиск деловых партнёров. Однако это не означало, что у каждого была возможность стать их деловым партнёром. Пока Лу Чжоу направлялся в аэропорт, мужчина в костюме нервно сидел за столом для совещаний в штаб-квартире Star Sky Technology в высокотехнологичной зоне.

Напротив него сидела генеральный директор Star Sky Technology. После противостояния с Tesla и ExxonMobil эта женщина-генеральный директор укрепила своё положение в деловом мире. Никто больше не говорил о том, что её отец был высокопоставленным государственным чиновником, и не приписывал все её достижения Институту перспективных исследований Цзиньлин. Они начали признавать её силу. Несмотря на то, что мужчина был высокопоставленным сотрудником, он всё равно чувствовал себя неуверенно перед таким промышленным гигантом, как она. Он глубоко вздохнул и протянул ей документ.

«Это наш план сотрудничества… Я уверен, что вы знаете о перспективах применения сетей виртуальной реальности в будущем. У нашей компании большая база пользователей среди молодёжи. Мы сможем помочь друг другу в плане маркетинга и развития технологий…»

Чэнь Юйшань взяла документ и взглянула на него. Затем она бросила его на стол и заговорила.

«Я хочу поговорить с вашим боссом».

Мужчина, сидевший напротив, был шокирован, но быстро улыбнулся и кивнул.

«О, хорошо. Если вас, не устраивает наше предложение, мы можем разработать новый план сотрудничества, который устроит нас обоих. Я искренне надеюсь, что мы сможем прийти к соглашению. Когда мы сможем поговорить?»

«Как насчёт следующей пятницы, днём, пришлите кого-нибудь важного, — сказал Чэнь Юйшань. — Через час у меня встреча с Penguin Group, эта встреча окончена».

Лицо мужчины внезапно изменилось.

«Тогда ладно… Наш босс обязательно придёт в следующий раз, чтобы обсудить соглашение о партнёрстве».

Он взял со стола документ, пожал Чэнь Юйшань руку и ушёл.

Вице-президент компании увидел, как генеральный директор Чэнь вышла из конференц-зала. Он подошёл к ней и спросил: «Генеральный директор Чэнь, как прошли переговоры?»

Чэнь Юйшань: «Они хотят выкупить нашу технологию виртуальной реальности».

Вице-президент запнулся и пробормотал: «Как они смеют…»

«Да, пусть продолжают мечтать».

Вице-президент немного поколебался и сказал.

«Я понял, что большинство компаний, которые с нами связываются, — это интернет-компании, особенно те, чья бизнес-модель ориентирована на видеоигры».

Чэнь Юйшань: «Это стоит отметить?»

Вице-президент серьёзно сказал: «Я говорю, не стоит ли нам самим создавать видеоигры? Я думаю, что предложение нашего отдела планирования хорошее. Создание видеоигр с помощью этого — прямая нажива».

Чэнь Юйшань покачала головой и заговорила.

«Мы — технологическая компания, а не компания по производству видеоигр, не интернет-компания. Я не говорю, что видеоигры не приносят прибыли, но для нас это совершенно необязательно. У Huawei есть хорошая платформа для разработки видеоигр, но вы видите, что они сосредоточены на видеоиграх?»

Вице-президент на секунду замолчал и покачал головой. «Нет…»

Чэнь Юйшань кивнула и небрежно сказала:

«Именно так, потому что в этом нет необходимости. Они создают экосистему. Даже если они ничего не будут делать, бесчисленное множество компаний присоединятся к экосистеме и помогут ей развиваться. Huawei не нужно сосредотачиваться на деталях, они могут сосредоточиться на общей картине и получать больше прибыли. Мы также создаём экосистему, но не для мобильных устройств. Скорее, мы ориентируемся на будущее всей сети виртуальной реальности. Помните, мы уже на вершине отраслевой цепочки. Нам просто нужно сохранить свои позиции. Видеоигра живёт максимум десять лет. Но сеть виртуальной реальности может существовать вечно».

Глава 1084. Настойчивый репортер

Лу Чжоу думал, что сможет избежать интервью, отправившись в Пекин, но как только он вышел из самолёта, его окружили репортёры. Очевидно, Лу Чжоу недооценил интерес людей к технологиям виртуальной реальности. Как только он вышел из терминала аэропорта, его окружили репортёры с камерами. Репортёр из South China Morning Post: «Профессор Лу! Действительно ли Star Sky Technology совершила прорыв в виртуальной реальности?»

Лу Чжоу: «Посмотрите сами на сайте».

Репортёр из The Sun: «Профессор Лу! Мы слышали, что Швейцарский научно-исследовательский центр нейронных сетей проводил исследования в той же области, и ваш институт переманил к себе их исследователя два месяца назад. Разве это не считается академическим воровством?»

Лу Чжоу: «Вам нужно будет спросить профессора Люмьера и перечислить, какие, по вашему мнению, статьи были украдены. Надеюсь, в следующий раз вы подготовите более качественные вопросы».

Репортёр BBC: «Здравствуйте, академик Лу! Является ли доктор Z исследователем в Институте перспективных исследований? Месяц назад мы заметили, что он опубликовал на arXiv статью о технологиях виртуальной реальности. Не могли бы вы объяснить, почему он остался анонимным?»

Лу Чжоу: «Не знаю, может быть, он хочет спрятаться от таких репортёров, как вы».

Репортёр BBC: «О».

Под присмотром охранников аэропорта Лу Чжоу наконец смог сесть в свою машину, скрывшись от безумных репортёров. Лу Чжоу откинулся на спинку сиденья и поправил воротник. Затем он спросил: «Откуда эти люди узнали о моём рейсе?»

Он купил билет на самолёт в последнюю минуту в аэропорту. Он понятия не имел, откуда репортёры узнали о его рейсе. Ван Пэн тоже был в замешательстве. Как человек, лично отвечающий за безопасность и конфиденциальность Лу Чжоу, он, несомненно, совершил ошибку.

«Может, что-то случилось с авиакомпанией… Я разберусь позже».

Лу Чжоу: «Не нужно…»

Репортёры просто выполняли свою работу, не было причин усложнять им жизнь.

Ван Пэн посмотрел в зеркало заднего вида и спросил: «Куда едем?»

Лу Чжоу посмотрел на часы и ответил:

«Ещё рано, поедем в университет Цзинь».

Ван Пэн: «А что насчёт багажа?»

Лу Чжоу: «Просто оставь его в машине».

Ван Пэн кивнул и поехал в сторону университета Цзинь Лин.

…

Университет Цзинь Лин.

Конец коридора в здании математического факультета. Когда ассистентка Чжао увидела, кто стоит в дверях, она замерла. Лу Чжоу увидел, что Чжао Хуань смотрит на него, и подумал, что у него что-то прилипло к лицу. Он немного помедлил, прежде чем спросить: «Что-то не так?»

«Ничего…» Чжао Хуань покачала головой и сказала: «Я просто не ожидала… что вы придёте сюда сегодня».

Лу Чжоу стало немного стыдно. Он бесчисленное количество раз говорил себе, что в этом году «сосредоточит своё внимание на преподавании». Многие студенты записались на его курс теории чисел. Однако после того, как он сам прочитал первые две лекции, он попросил одного из своих аспирантов вести занятия вместо него. У него не было другого выбора. В конце концов, он был слишком занят. Лу Чжоу кашлянул и сменил тему.

— Позвони аспирантам, а также профессору Чэнь Яну и попроси их зайти ко мне в кабинет.

Чжао Хуань кивнула и взяла телефон со стола.

— Хорошо.

…

Вскоре после телефонных звонков все пришли. Первым пришёл Хэ Чанвэнь. В одной руке у Хэ Чанвэня был ноутбук, в другой — черновики, а за спиной — рюкзак. Похоже, он спешил. Когда ему позвонили, он учился в библиотеке. Услышав, что ассистент Чжао сказал, что Лу Чжоу нужен ему для чего-то, Хэ Чанвэнь сразу же выбежал из библиотеки. Он много лет учился у профессора Лу. Теперь, когда профессор Лу наконец-то понадобился ему, он чуть не расплакался.

Наконец-то!

Это мой шанс проявить себя!

Он вошёл в кабинет и взволнованно сказал:

«Профессор! Что вам от меня нужно? Я постараюсь изо всех сил!»

Лу Чжоу посмотрел на Хэ Чанвэня и улыбнулся.

«Не волнуйся, я скажу тебе, когда придут остальные».

Хэ Чанвэнь застыл.

«… Остальные?»

«Да, — Лу Чжоу странно посмотрел на него и спросил, — что-то не так?»

На лице Хэ Чанвэня появилась неуверенная улыбка, когда он неловко ответил:

«… Нет, ничего».

По какой-то причине Лу Чжоу показалось, что Хэ Чанвэнь внезапно потерял энтузиазм.

Дверь кабинета открылась, и в него вошла Хань Мэнци с учебником в руках. Она посмотрела на профессора Лу и тихо спросила: «Я вам нужна?»

— Мне нужно, чтобы вы, ребята, выполнили несколько заданий… — сказал Лу Чжоу профессору Чэнь Яну и другим студентам в кабинете. Он продолжил: — Хорошо, теперь, когда вы все здесь, мы можем начинать.

Лу Чжоу откашлялся и заговорил серьезным тоном.

«Когда я исследовал дзета-функцию Римана с помощью метода аппроксимации критической прямой, я попытался ввести дифференциальное многообразие в комплексную плоскость, что позволило решить подзадачу о нетривиальных нулях. Я уверен, что вы все уже прочитали статью, поэтому я не буду повторять её снова. Вы должны понимать, что в дополнение к комплексному анализу, дифференциальным уравнениям в частных производных и методам дифференциальной геометрии я также применил в доказательстве алгебраическую геометрию».

Лу Чжоу сделал паузу на секунду, давая ученикам время переварить информацию. Затем он продолжил: «На самом деле, если говорить абстрактно, я построил мост между числами и формами. Этот мост отчётливо стоит у меня перед глазами, и я даже могу его описать. Как мои ученики, вы должны понимать, о чём я говорю, вы должны хотя бы видеть очертания моста. И мост — наша цель».

Студенты были озадачены, когда Лу Чжоу продолжил серьёзным тоном: «С этого момента у вас у всех будет важная миссия».

«Эта миссия связана с вашим будущим, а также с будущим Университета Цзинь Лин и даже с будущим математики…»

Лу Чжоу посмотрел на взволнованные лица и заговорил более спокойным тоном.

— Не волнуйтесь, я примерно представляю ваши способности. Я не буду давать вам работу, которая вам не по силам. Но я надеюсь, что вы постараетесь изо всех сил. Я подал заявку на исследование несколько месяцев назад, я расскажу вам подробности через секунду. Я закончу этот исследовательский проект в этом году. Мы объединим алгебру и геометрию!»

Глава 1085. Облачные вычисления и сеть виртуальной реальности

«Ты видишь это?»

«Вижу что?»

«Мост…» Хэ Чанвэнь жестикулировал, говоря: «Мост, о котором говорил академик Лу».

Хань Мэнци подперла указательным пальцем подбородок и задумалась. Затем она сказала: «Я не уверена, что то, что я вижу, — это то же самое, о чём говорит профессор Лу… Но я думаю, что они похожи».

Он думал, что Хань Мэнци будет так же растеряна, как и он, поэтому был шокирован, когда услышал её ответ.

«Чёрт возьми, ты… действительно понимаешь, о чём он говорит?»

Хань Мэнци не понимала, почему Хэ Чанвэнь так взволнован, но кивнула и заговорила с необычным выражением лица.

«Да… Я немного понимаю, но, вероятно, это из-за исследовательского проекта, над которым я работал некоторое время назад».

Хэ Чанвэнь: «… Какого исследовательского проекта?»

Хань Мэнци: «Проблема трансцендентности нечётных положительных целых чисел в дзета-функции Римана».

Хэ Чанвэнь: «…»

Хань Мэнци заметила, что он внезапно замолчал, и на секунду задумалась, прежде чем спросить: «Что-то случилось?»

«Ничего». Хэ Чанвэнь покачал головой и начал сомневаться в своей жизни. Он сказал: «Мой исследовательский проект был похож на этот».

…

С другой стороны…

В конференц-зале штаб-квартиры Star Sky Technology мужчина в костюме с улыбкой на лице передал документ.

«По вашему запросу мы пересмотрели первоначальное предложение. Я думаю, что эта встреча пройдёт приятнее, чем предыдущая».

Несмотря на то, что он был генеральным директором «Penguin», он не смотрел свысока на молодую бизнес-леди, стоявшую перед ним, и не недооценивал её.

Чэнь Юйшань взяла документ и просмотрела его содержимое, и на её лице появилась лёгкая ухмылка.

Ма Тенг, сидевший напротив неё, внимательно следил за выражением её лица, когда она сказала.

«Нужно изменить несколько пунктов».

На лице Ма Тенга было серьёзное выражение, но говорил он непринуждённым тоном.

“Продолжайте”.

«Удалите все эксклюзивные соглашения. Наша система виртуальной реальности — это не только платформа для игр Penguin. Кроме того, я хочу, чтобы ваша компания сотрудничала с нами в сборе пользовательских данных при внедрении наших технологий виртуальной реальности, чтобы улучшить систему виртуальной реальности».

Хотя Ма Тенг был немного разочарован тем, что они не смогли заключить эксклюзивное соглашение, он был рад, что не обидел генерального директора Star Sky Technology.

Технология была на ранней стадии развития, и сама игра не имела значения. Любая игра, обеспечивающая эффект погружения в виртуальную реальность, была бы хорошо принята публикой. Забудьте о сборе пользовательских данных. Если бы Star Sky Technology захотела получить место в совете директоров Penguin, Penguin бы серьёзно об этом задумалась. Однако, похоже, Star Sky Technology не стремилась контролировать Penguin. Что касается сбора пользовательских данных… Для такой интернет-компании, как они, это было проще простого. Как можно было показывать рекламу без сбора пользовательских данных? Как они могли предоставлять своим пользователям более качественные услуги? Ма Тенг кивнул и улыбнулся.

«Если это всё, то мы согласны с вашим предложением».

Чэнь Юйшань улыбнулась и кивнула.

«Тогда я желаю нам успешного сотрудничества.»

Переговоры прошли гладко. Стороны смогли договориться на месте. Они подпишут конкретный договор через несколько дней после его пересмотра. Ма Тенг встал из-за стола для совещаний и улыбнулся. Он пожал руку генеральному директору Чену и сказал: «Я слышал о вас, и, похоже, наконец-то имею честь познакомиться с вами лично».

“ О, вы слишком добры.

«Я встречался со многими руководителями корпораций, и лишь немногие из них могут достичь вашего успеха в столь юном возрасте». Ма Тенг улыбнулся и сказал: «К сожалению, я не смог познакомиться с другим гением в вашей компании».

Чэнь Юйшань улыбнулась и спросила: «Вы говорите об академике Лу?»

«Да…» Ма Тенг кивнул: «Я слышал, что он вернулся из Пекина. Интересно, есть ли у меня шанс с ним встретиться?»

Чэнь Юйшань: «Я передам ему ваше сообщение, но не питайте больших надежд».

Ма Тенг спросил: «Он занят?»

«Да…» Чэнь Юйшань кивнула и сказала: «Но что ещё важнее, он не интересуется деловой активностью, если только у вас нет чего-то интересного, о чём можно поговорить».

После того как Ма Тенг покинул здание, Чэнь Юйшань вернулась в свой кабинет и позвонила Лу Чжоу. Когда звонок соединился, на лице Чэнь Юйшань появилась самодовольная улыбка.

— Это я, ты занят?

На другом конце провода было шумно, как будто он был в кафетерии. Чэнь Юйшань могла предположить, что он, вероятно, ел.

Чэнь Юйшань даже могла догадаться, что он ел.

«Пока нет, но через несколько дней буду».

Чэнь Юйшань: «Тогда я не буду беспокоить вас презентацией продукта, а также приглашением генерального директора Ма».

«Генерального директора Ма?»

Чэнь Юйшань: «Генерального директора Penguin, он заинтересован в разговоре с вами».

Лу Чжоу, который ел мясо на гриле с рисом, покачал головой и сказал: «С чего бы ему интересоваться?»

— Ты слишком скромный, многие считают тебя интересным человеком, — сказала Чэнь Юйшань. Она откашлялась и начала говорить о бизнесе: — Десять минут назад мы заключили соглашение с Penguin. Согласно контракту, они будут помогать нам в сборе пользовательских данных, а также позволят нам модифицировать их видеоигры и другие продукты…

Чэнь Юйшань около пяти минут рассказывал о переговорах с «Penguin», которые проходили в течение последних двух дней.

Лу Чжоу молча слушал Чэнь Юйшань. Он кивнул и сказал: «Отлично сработано».

Чэнь Юйшань гордо улыбнулась и ответила: «Конечно, я знаю».

Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Мы можем использовать это как образец для переговоров с другими интернет-компаниями. Кроме того, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала».

Чэнь Юйшань: «Что?»

Лу Чжоу: «Нам нужно построить суперкомпьютерный центр».

Суперкомпьютерный центр? Услышав это, Чэнь Юйшань на секунду замолчала.

«… Разве в Институте перспективных исследований Цзиньлин уже нет суперкомпьютера?»

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Это для экспериментального использования, он слишком маленький. Мне нужен коммерческий суперкомпьютерный центр, использующий технологию массово-параллельных вычислений для обработки данных, связанных с виртуальной реальностью. Теперь, когда мы работаем с другими компаниями и коммерциализируем нашу технологию, мы не можем продолжать использовать компьютер института, верно? Это нецелесообразно, и это будет расходовать исследовательские ресурсы».

«Я поняла». Чэнь Юйшань кивнула и сказала: «Значит, нам нужно больше вычислительной мощности?»

Лу Чжоу кивнул. «Да. Кроме того, это нужно для того, чтобы наша система была готова к будущему».

По сравнению с традиционными электронными устройствами на основе плоских сетей, система виртуальной реальности улучшила взаимодействие людей в интернете. Она также экспоненциально увеличила объём используемых данных и вычислений. Лу Чжоу обсудил эту проблему с профессором Люмьером, и они оба согласились, что не смогут поддерживать дальнейшее расширение сети виртуальной реальности. В настоящее время они могли бы использовать коммерческие серверы, но в течение двух лет им пришлось бы перейти на суперкомпьютеры. А через десять лет, возможно, только легендарный квантовый компьютер, способный к параллельной обработке и многопоточности, смог бы справиться с вычислениями. В то время как персональные компьютеры не смогли бы справиться с этой задачей. Каждому понадобился бы сервер корпоративного уровня, что ограничивает доступность этой технологии. После того, как Лу Чжоу обсудил это с Люмьером, они решили, что лучше всего использовать облачную вычислительную систему для обработки вычислений, а пользователю останется только получать рассчитанные данные. Таким образом, для подключения к сети виртуальной реальности пользователю требовались только шлем и подключение к интернету. На самом деле, эта схема была применима не только к сетям виртуальной реальности, но и к будущим плоским сетям. По мере усложнения программного обеспечения возрастали и требования к вычислениям. Единственным способом усовершенствовать персональные устройства было бы отказаться от процессора или даже жёсткого диска и выполнять все задачи в облаке. Таким образом, тот, кто предоставлял услуги облачных вычислений, получал контроль над всей сетью виртуальной реальности. Это было более надёжным и устойчивым решением, чем наличие патентов.

Будь то следующие пятьдесят или сто лет, пока Star Sky Technology контролировала центры облачных вычислений, они всегда будут контролировать сеть виртуальной реальности…

Глава 1086. Странные нубы

Институт перспективных исследований Цзиньлин.

Внутри лаборатории по исследованию и разработке технологий виртуальной реальности. Когда сигнальная лампочка загорелась красным, Ма Тенг, который спокойно лежал на экспериментальном устройстве виртуальной реальности, внезапно выбросил ноги вперёд и сел на стул. Когда он снял шлем, у него заколотилось сердце. Он не обратил внимания на своего ассистента, который спрашивал, всё ли в порядке. Он посмотрел на шлем в своих руках и заговорил.

“Это...”

Его губы дрожали, когда он пытался говорить. Один из сотрудников дал ему стакан воды, который он быстро выпил. Затем он сделал глубокий вдох и выговорил.

«…Это потрясающе!»

Голубая планета. Лес, полный растений, которых он никогда раньше не видел. Жестокие существа Роя. Это был совершенно новый мир! Он чувствовал себя немного неуютно, когда впервые приземлился на планету. По его мнению, они должны были предоставить игроку возможность более комфортного игрового процесса. Без боли и дискомфорта. Пока Ма Тенг размышлял, к нему подошли профессор Люмьер, отвечавший за проект виртуальной реальности, и Чэнь Юйшань, генеральный директор Star Sky Technology.

“Как вы себя ччувствуете”

— Идеально… Ма Тенг отдал шлем сотруднику и снял очки. Его глаза всё ещё сверкали от удивления, когда он сказал: «Я словно во сне, но это гораздо реальнее, чем сон».

Он говорил решительно, как будто только что принял важное решение.

«Я всё решил! Давайте разработаем игру в виртуальной реальности в стиле StarCraft! Виртуальная реальность сможет показать великолепие звёзд и планет! Это осуществит мечты бесчисленного множества подростков!»

Он на секунду замолчал и посмотрел на Чэнь Юйшань умоляющим взглядом. Он неловко улыбнулся и спросил: «Мы можем купить… эту планету?»

Чэнь Юйшань улыбнулся и сказал: «Это бесплатная модель с открытым исходным кодом в системе разработки виртуальной реальности. Вы можете использовать её, если хотите, но…»

— Сто миллионов юаней, — сказал генеральный директор Ма. — Мы купим его, а вы научите наших разработчиков им пользоваться. Что думаете?

Чэнь Юйшань чуть не рассмеялась вслух, когда кивнула.

«Хорошо».

…

Идея Ма Тэнга на самом деле была очень простой. Разработка игры была не самым важным этапом, самым важным было получить лицензию на первую онлайн-игру в виртуальной реальности. Мы использовали готовые игровые движки и шаблоны, чтобы как можно скорее создать онлайн-игру, привлекающую игроков со всего мира. Даже если бы первая игра провалилась, они всегда могли бы выпустить вторую. Не говоря уже о том, что игра не могла провалиться. Несмотря на то, что первые компьютерные игры были объективно ужасны, они намного опережали портативные игровые консоли Nintendo предыдущего поколения. Как только геймеры увидели эту удивительную планету своими глазами, они были потрясены её красотой.

Однако Ма Тенг не знал, что эта планета не была «инвестиционной демонстрационной» программой, созданной Star Sky Technology. Вместо этого это была «мини-игра», созданная для проверки стабильности системы. Несмотря на то, что Люмьер и Лу Чжоу потратили несколько дней на создание программного обеспечения, оно не стоило и ста миллионов юаней. Чэнь Юйшань чувствовала, что генеральный директор Ма совершает импульсивную инвестицию. Однако, видя, как он торопится, она решила, что должна быть «добрым» продавцом и позволить ему потратить свои деньги… Пока обе стороны были в восторге от продажи на сто миллионов юаней, люди собрались в кабинете на математическом факультете Университета Цзинь Лин. Поскольку Лу Чжоу редко заходил в этот кабинет, кроме его помощников, большинство его студентов предпочитали учиться и работать в библиотеке. В библиотеке была более благоприятная академическая атмосфера; даже сам Лу Чжоу рекомендовал своим студентам учиться там. Он никогда не хотел, чтобы его ученики считали себя сотрудниками, которые приходят на работу. Несмотря на то, что это давало возможность ученикам, не обладающим самоконтролем, это давало дисциплинированным ученикам больше свободы. Единственное, что заботило Лу Чжоу, — это чтобы его ученики вовремя выполняли задания, всё остальное не имело для него значения. Однако в последние несколько дней, несмотря на отсутствие Лу Чжоу, все приходили в офис каждый день.

Ли Мо открыл дверь и вошёл в тихий офис. Он хотел поздороваться, но быстро закрыл рот.

С тех пор, как Лу Чжоу впервые провёл для него экскурсию по офису, он впервые увидел всех собравшихся здесь. Обычно он видел их в библиотеке. Ли Мо подошёл к Хэ Чанвэню, который мучился из-за какой-то проблемы. Он огляделся и прошептал: «Эй, братан, что сегодня происходит?»

Хэ Чанвэнь был так расстроен, что ему хотелось вырвать себе волосы. Он небрежно сказал: «Профессор дал нам задания, так что у меня нет времени помогать тебе сегодня. Иди почитай учебник или найди декана Цинь».

Ли Мо был озадачен. Он даже не просил Хэ Чанвэня о помощи. Он посмотрел на черновик на столе и с любопытством спросил:

«Что за исследование ты проводишь?»

Хэ Чанвэнь: «Ты не поймёшь».

«Братан, просто скажи мне, мне так любопытно!»

Хэ Чанвэнь посмотрел на этого настойчивого студента и улыбнулся. Он поправил очки на переносице и сказал: «Забудь об этом, твои яйца ещё даже не опустились, ты всё равно не поймёшь».

После этого он достал лист бумаги и написал на нём две строчки уравнений. Он отдал лист Ли Мо.

«Давай, если ты сможешь решить этот вопрос, я тебе объясню».

Ли Мо уставился на вопрос, он был ошеломлён. Чёрт, я никогда раньше не видел таких вопросов. Но…

Это выглядит довольно интересно. Он нахмурил брови и прикусил большой палец. Он взял в руки лист бумаги для черновиков.

«Я постараюсь изо всех сил… Выглядит немного сложно».

Немного сложно?

Ха-ха.

Хэ Чанвэнь улыбнулся и ничего не сказал. Он продолжал смотреть на черновик на своём столе, потирая лысеющую макушку. Прошёл примерно час. Он откинулся на спинку стула и собирался налить себе воды. Внезапно он увидел, что на его столе появился черновик.

Он поднял взгляд и увидел, что там снова стоит тот парень. Парень заговорил с мучительным выражением на лице.

«Братан, этот вопрос слишком сложный… Я не знаю, прав ли я, но это всё, что я смог придумать».

«Чёрт!»

Хэ Чанвэнь вскочил со стула и недоверчиво уставился на Ли Мо. Он сглотнул и обратился к подростку: «Студенты изучают римановы поверхности и n-мерные комплексные многообразия? Ты проходил курс для аспирантов?»

Разве этот парень не первокурсник?!

— Я не только на лекциях учусь. — Ли Мо неловко улыбнулся и почесал затылок. — У профессора Лу на Weibo есть список рекомендуемой литературы, верно? Я читаю его со школы.

Хэ Чанвэнь: «…»

Ничего не сказав, он взял черновик и пристально посмотрел на него.

«Покажи мне, что ты сделал».

Он мог просто писать чепуху. С некоторыми сомнениями в душе Хэ Чанвэнь начал читать черновик. Однако чем больше он читал, тем больше удивлялся.

Посмотрите на это доказательство!

Посмотрите на использованные им теоремы!

Это не похоже на работу студента-бакалавра.

Неужели это сила чемпиона Международного математического союза?

У него на лбу выступил пот. Похоже, профессор нанял ещё одного психа. Хань Мэнци заметила шум, когда подошла к ним с чашкой кофе в руке.

«Что вы, ребята, делаете?»

Хэ Чанвэнь положил черновик на стол. Ему не нужно было ничего говорить, выражение его лица говорило само за себя.

Он покачал головой и тихо вздохнул.

«Я пойду покурю», — сказал он, выходя из кабинета.

Хань Мэнци: «…»

Ли Мо смотрел, как он уходит. Он неловко посмотрел на Хань Мэнци и спросил: «Я что-то не так сделал?»

Хань Мэнци не ответила. Вместо этого она взяла со стола черновик. На её лице тоже было изумление.

«Ты это написал?»

Ли Мо кивнул и сказал: «Да, только что».”

“Так и знала!” Хань Мэнци кивнула и сказала: “Хэ Чанвэнь никак не мог это написать…”

Ли Мо сказал: “Это нехорошо.”

— Всё в порядке, он привык, — сказала Хань Мэнци, откладывая черновик. Она посмотрела на подростка и на секунду задумалась, прежде чем спросить: — Ты закончил изучать материал для поступления в университет?

Ли Мо кивнул и сказал: «Да… Я прочитал все учебники по своим предметам».

«Не хочешь присоединиться к нашему исследовательскому проекту?»

Ли Мо застыл, а затем на его лице появилось радостное выражение.

«Исследовательский проект профессора Лу?»

Несмотря на то, что Хань Мэнци презирала тот факт, что этот ребёнок был одержим профессором Лу, она всё равно неохотно кивнула. Как удивительная, щедрая и добрая ученица профессора Лу, она несла за это ответственность.

«Э-э, да».

Ли Мо не мог поверить своим глазам и неуверенно заговорил.

«Но я всего лишь студент, ты уверена? Что, если я доставлю неприятности Богу Лу?»

Хань Мэнци прямо сказала: «Не волнуйся, большинство людей даже не разговаривают с ним, у тебя не будет возможности доставить ему неприятности».

Ли Мо почесал голову и сказал: «О, точно…»

Затем Хань Мэнци сказала: «Исследования — это не то, чем могут заниматься только аспиранты. Если ты хочешь пойти по академическому пути, было бы разумно развивать свои исследовательские способности, а не решать задачи из учебников».

Это было из ее личного опыта. Когда она ещё училась на бакалавриате, в Университете Цзинь и Институте перспективных исследований Цзиньлин действовала программа подготовки научных кадров. Это дало ей возможность участвовать во многих исследовательских проектах. Включая проект литий-серной батареи. Несмотря на то, что она была начинающим исследователем, она внесла немалый вклад в разработку материалов, используемых в батарее. В конце концов она оставила мир химии и пошла по стопам Лу Чжоу в мир чистой математики. Однако полученный ею исследовательский опыт помогает ей и по сей день.

— Ах да, насчёт этого черновика, — сказала Хань Мэнци, протягивая черновик подростку. Она продолжила: — Твоя задача на следующие несколько дней — изучить процесс подачи статьи в журнал, оформить её в виде статьи и опубликовать.

Хотя это и не было особенно важным математическим доказательством, оно было достаточно хорошим, чтобы отправить его в журнал низкого уровня.

Ли Мо заколебался и спросил: «Ты… ты уверена?»

— Конечно, это промежуточный результат, не говоря уже о том, что ты сделал это сам, — сказала Хань Мэнци. Она сделала паузу на секунду и добавила: — К тому же, если ты не опубликуешь это, Хэ Чанвэнь захочет навсегда бросить исследования.

Глава 1087. Теория мотивов

В читальном зале библиотеки.

Лу Чжоу стоял перед наполовину исписанной доской. Он положил маркер, сделал два шага назад и заговорила.

«…Если мы хотим объединить геометрию и алгебру, нам нужно изменить своё представление о числах и фигурах. Нам нужно искать сходства между их абстрактными понятиями».

Чэнь Ян стоял рядом с Лу Чжоу. Поразмыслив секунду, он вдруг спросил.

«Как программа Лэнглендса?»

Лу Чжоу серьёзно сказал: «Это не только программа Ленглендса, но и теория мотивов. Если мы хотим решить эту проблему, нам нужно найти взаимосвязь между различными теориями когомологий».

На самом деле, это была распространённая проблема. Связь между различными теориями когомологий была разделена на десятки тысяч или даже миллионы нерешённых гипотез и математических утверждений. Гипотеза Ходжа, которая была нерешённой проблемой в области алгебраической геометрии, была одним из самых известных примеров. Однако, что интересно, несмотря на то, что на пути было много сложных гипотез, можно было доказать теорию мотивов, не доказывая другие гипотезы. Это было похоже на гипотезу Римана в сравнении с обобщённой гипотезой Римана о функции Дирихле.

«… На первый взгляд кажется, что мы исследуем задачу комплексного анализа, но на самом деле это также задача, связанная с дифференциальными уравнениями в частных производных, алгебраической геометрией и топологией». Лу Чжоу посмотрел на доску и добавил: «Разумной стратегией было бы найти абстрактный фактор, связывающий числа и формы. Мы можем начать с взаимосвязи между рядом теорий когомологий, таких как теорема Кунтца и двойственность Пуанкаре. Мы также можем применить этот метод к L-многообразию на комплексной плоскости, которое я показывал вам ранее».

Лу Чжоу взглянул на Чэнь Яна, стоявшего рядом с ним. Он продолжил: «Мне нужна теория, основанная на классической теории одномерных когомологий, то есть теореме Абеля — Якоби. Используя эту теорию, мы можем изучить разложение на прямую сумму в теории мотивов и связать H(v) с неприводимым мотивом.

— Я планировал сделать это сам, но у меня есть другие важные дела. Я планирую закончить работу над теорией Великого объединения к концу года, так что ты будешь отвечать за эту часть.

Чен Ян ненадолго замолчал, прежде чем сказать: «Звучит интересно… Если моя интерпретация верна, если мы найдём эту теорию, она поможет решить гипотезу Ходжа».

Лу Чжоу кивнул и заговорил.

«Я не уверен, что это поможет решить гипотезу Ходжа, но это вдохновит на исследования гипотезы Ходжа».

«Я понимаю, — кивнул Чэнь Ян и сказал: — Я попробую… Я не могу гарантировать, что решу это в ближайшее время».

— Всё в порядке, это не то, что можно решить за короткий промежуток времени. Я всё равно не тороплюсь, — Лу Чжоу улыбнулся, а затем сказал: — Но я советую вам дать мне ответ в течение двух месяцев. Если вы не уверены, обязательно скажите мне об этом заранее. Я могу сделать это сам.

Чэнь Ян покачал головой.

«Это не займёт два месяца, двух недель должно хватить».

Чэнь Ян говорил уверенно, как будто не было никаких сомнений. Математические инструменты уже были в его распоряжении, и Лу Чжоу даже подсказал ему, как решить проблему. Такая работа не требовала нестандартного мышления или креативности, она требовала только упорного труда. И в нём было много упорства. Лу Чжоу посмотрел на Чэнь Яна и кивнул. Он протянул руку и похлопал его по плечу.

«Хорошо, я верю в тебя!»

…

После ухода Чэнь Яна Лу Чжоу вернулся в библиотеку и сел в своё кресло. Он пролистал стопку диссертаций на своём столе и продолжил читать, одновременно делая пометки в черновике. Если взглянуть на это с точки зрения общего обзора, развитие алгебраической геометрии можно разделить на два основных направления. Одним из них была программа Ленглендса, другим — теория мотивов. Суть программы Ленглендса заключалась в установлении связей между, казалось бы, не связанными между собой областями математики. Теория мотивов, с другой стороны, была менее известна по сравнению с программой Ленглендса. Статья, которую читал Лу Чжоу, была написана известным специалистом по алгебраической геометрии профессором Воеводским.

Российский профессор из Принстонского института перспективных исследований предложил интересный тип мотива. Это было именно то, что нужно было Лу Чжоу.

«… «Мотив — это корень всех чисел».

Лу Чжоу бормотал себе под нос, пока писал на черновике, проверяя расчёты для диссертации.

«Например, если у нас есть число n, то n в десятичной системе счисления равно 100, n в двоичной системе счисления равно 1100100, n в восьмеричной системе счисления равно 144.

Его выражение зависит только от того, будем ли мы считать по основанию 2, по основанию 8 или по основанию 10. Все они соответствуют числу n, просто записанному в разных формах. N имеет особое значение. Это не просто абстрактное число, а скорее математическая концепция. Теория мотивов — это совокупность несчётных n, названных N. Как корень всех математических выражений, N может быть сопоставлен с любым набором интервалов, будь то [0, 1] или [0, 9]…»

На самом деле, это была одна из основных проблем алгебраической геометрии — абстрагирование чисел. Различные математические языки были «переведены» людьми с помощью разных систем обозначений. Абстрактное выражение было единственным истинным языком Вселенной. Люди, которые использовали математику в повседневной жизни, могли никогда не осознавать этого. Многие религии и культуры, придававшие числам особое значение, на самом деле не понимали, что такое «язык Вселенной». Люди могут спросить, зачем усложнять вычисления, но отделение чисел от их представления может помочь людям понять их абстрактное значение. Помимо создания современной теоретической основы алгебраической геометрии, Гротендик также предложил теорию мотивов. Эта теория была своего рода мостом, соединяющим различные теории когомологий, алгебру и геометрию. Это было похоже на основную мелодию симфонии. Теория когомологий могла извлечь тему из основной мелодии и изменить её, сменив мажор на минор или даже темп.

«…Теории когомологий образуют геометрический объект. Этот геометрический объект можно исследовать с помощью его структуры. …Я понимаю».

В глазах Лу Чжоу промелькнуло волнение, и он внезапно перестал писать. У него было ощущение, что он близок к финишу. Это чувство исходило из глубины его души, и это было лучшее, что он когда-либо испытывал…

Глава 1088. Вдохновение приходит тем же путем

Когда у него появилась идея, оставалось сделать только одно. Лу Чжоу взял книги, которые всё ещё читал. Он принёс книги и распечатанные документы в свой особняк в Чжуншань Интернешнл. Каждый раз перед тем, как отправиться в затвор, он сначала принимал ритуальный душ. Переодевшись, он сел в кабинете и достал ручку и бумагу.

[Определите M ~ (k) как следующую категорию:

[С объектом h(X, e), где X — гладкое проективное многообразие на k, e — идемпотентный элемент кольца Corr0~(X, X) Q, а морфизм Hom(h(X, e), h(Y,f)) := f·Corr0~(X,Y)Q.e…

[…]

Вдохновение приходило волнами. Скорость, с которой мысли проносились в его голове, была выше скорости, с которой он мог писать.

Строки уравнений потекли, как волны, разбивающиеся о скалистый берег. Гладкий кончик ручки танцевал по бумаге, создавая математическую гармонию. Лу Чжоу знал, что не может записать все мысли, которые приходят ему в голову. Он начал задаваться вопросом, сможет ли он «записывать» свои уравнения быстрее в мире виртуальной реальности? Однако, поразмыслив, он отказался от этой идеи. Любая творческая работа требует высокой степени концентрации. Система виртуальной реальности с нейронным интерфейсом основана на имитации сновидений. Чем больше пользователь расслаблен, тем глубже он погружается. Несмотря на то, что мир виртуальной реальности ощущался как реальная жизнь, и пользователь отчётливо помнил, что происходило во сне, у него не было доступа к когнитивным способностям для творческой работы. Он смог бы писать быстрее, но это снизило бы его когнитивные способности. Это, несомненно, был ужасный компромисс.

«Если я продолжу писать с такой скоростью, то, вероятно, смогу получить промежуточные результаты к концу месяца…»

Три страницы черновика были полностью исписаны. Лу Чжоу откинулся на спинку стула и уставился на незаконченное доказательство перед собой.

«Структура кольца когомологий…»

«И его инвариантное разложение…»

До конца месяца оставалось всего несколько дней. Лу Чжоу был полон решимости. Он собирался оставаться дома, пока не закончит писать диссертацию.

…

Пока Лу Чжоу начинал новый этап отступления, в мужском общежитии Университета Цзинь Лин неподалёку молодой человек энергично вошёл в одну из комнат и бросил сумку на стул. Дуань Сики, работавший над своим учебником по математическому анализу, посмотрел на него и спросил: “В чем дело? Выиграл стипендию?”

Ли Мо гордо улыбнулся и помахал рукой.

“Нет, ты ни за что не догадаешься”.

Ян Шуан, игравший в онлайн-шахматы, оглянулся и заговорил.

“Тогда расскажи нам?”

Ли Мо открутил крышку бутылки с водой и сделал глоток. Он утолил жажду и сказал: «Профессор Лу хочет, чтобы я присоединился к его исследовательскому проекту!»

В общежитии воцарилась тишина. Дуань Сици, Ян Шуан и У Ди были в шоке.

«Какого хрена? Ни за что, исследовательский проект профессора Лу? Профессор Лу, лауреат Филдсовской премии?»

У Ди отложил телефон и присоединился к разговору. Он недоверчиво посмотрел на него.

«Серьёзно? Такой студент, как ты… Зачем ты им нужен?

Ли Мо это не понравилось, и он быстро ответил.

«Ну и что, что я студент? Я уже самостоятельно изучил все предметы на первом курсе! Кроме того, профессор Лу сказал, что научные исследования — это упорный труд. Независимо от того, студент вы или аспирант, если вы овладели базовыми теоретическими знаниями, вы можете попытаться развить свои навыки с помощью исследований». ꞦΆℕÓβÊs

Когда Ли Мо говорил, он почувствовал, как краснеют его щёки. На самом деле профессор Лу этого не говорил, это сказала одна из студенток профессора Лу. Однако, по-видимому, эта девушка была одной из давних студенток профессора Лу, и он преподавал у неё в старшей школе. Значит, это можно считать высказыванием самого профессора Лу?

«Кроме того, половина лауреатов Филдсовской премии получили золотые медали IMO! Например, Шульц, который получил её в том же году, что и профессор Лу. Его теория p-адических чисел и совершенных пространств считается одной из самых перспективных в алгебраической геометрии».

Ян Шуан кликнул по экрану своего компьютера и повернул голову. Он с любопытством спросил: «Что такое p-адическое число и совершенное пространство?»

«Вздох, я тоже не слишком много об этом знаю…»

Дуань Сици сидел неподалёку. Он с благоговением наблюдал за происходящим. Через некоторое время он вздохнул. Не могу поверить, что мой сосед по комнате такой сумасшедший, я чувствую себя таким бесполезным. Пока другие студенты играли в League of Legends и бросали мяч в кольцо на спортивной площадке, этот парень изучал все предметы на бакалавриате. Пока они готовились к экзаменам, надеясь не провалиться, этот парень проводил научные исследования с Богом Лу. Независимо от того, работал ли Ли Мо бок о бок с академиком Лу, он всё равно был в команде академика Лу. Если бы Ли Мо серьёзно отнёсся к этому исследованию, оно принесло бы огромную пользу его карьере и обеспечило бы ему платформу для будущего. Дуань Сици начал завидовать. Он ничего не мог сделать, чтобы сравняться с таким гением, как Ли Мо. Как бы усердно он ни учился, он никогда не догонит Ли Мо. Но опять же, Ли Мо получил золотую медаль на IMO. Забудьте об Университете Цзинь Лин, даже Беркли и Принстон заплатили бы за его обучение. Дуань Сици наблюдал, как Ян Шуан изо всех сил пытается понять объяснения Ли Мо о совершенном пространстве и p-адических числах. Внезапно он почувствовал глубокое разочарование и больше не хотел учиться. Он достал телефон и увидел письмо с приглашением на тест игры в виртуальной реальности. Первое публичное бета-тестирование системы виртуальной реальности должно было состояться в Институте перспективных исследований Цзиньлин в следующую субботу.

Он и не подозревал, что его выберут. В конце концов, заявки подали десятки миллионов человек, а выбрали только двести. Вероятно, это испортило ему настроение на всю оставшуюся жизнь. Он планировал заниматься в субботу… Дуань Сици посмотрел на письмо-приглашение и задумался. Стоит ли ему идти?

Глава 1089. Захватывающее будущее

В конце концов, Дуань Сици решил пойти.

Он мог бы заниматься в библиотеке в любой другой день недели. Было бы глупо отказываться от приглашения. Тем более что он потратил все свои силы, чтобы получить это приглашение. Не говоря уже о том, что его слишком раздражал тот факт, что Ли Мо участвует в исследовательском проекте Бога Лу. Хотя он никогда не сравнивал себя с Ли Мо, каждый день видя, как этот парень хвастается перед ним, ему было трудно игнорировать его.

Он не собирался бросать учёбу. Однако он чувствовал, что если бы он сменил обстановку, то, возможно, это пошло бы ему на пользу…

Вскоре наступила последняя суббота месяца.

Дуань Сици сдал домашнее задание за день до дедлайна. Он позавтракал и направился в Институт перспективных исследований Цзиньлин. Хотя он много раз слышал об этом знаменитом академическом храме, он впервые пришёл сюда. Предъявив охраннику письмо-приглашение, он вскоре добрался до центра виртуальной реальности. Когда он прибыл в центр, то был потрясён количеством людей. Помимо 30 участников эксперимента, там были ещё десяток исследователей и сотрудников, а также охранники. Он думал, что приехал рано, но не ожидал, что так много людей придут ещё раньше. Дуань Сици посмотрел на переполненный центр и замешкался, не зная, что делать. Он задумался, не стоит ли ему попросить кого-нибудь о помощи, но тут к нему подошёл мужчина средних лет. Сотрудник посмотрел на него, а затем опустил взгляд на список имён.

«Вы Дуань Сици?»

Дуань Сици кивнул: «…Да».

«Я главный, закрытая бета-версия вот-вот начнётся. Я покажу вам оборудование, пойдёмте со мной».

Дуань Сици: «Хорошо».

На самом деле, оборудование было очень простым в использовании, нужно было выполнить всего несколько шагов.

«Лягте на кресло, наденьте шлем, нажмите кнопку питания. После этого пользователь окажется в мире виртуальной реальности.»

Вскоре началась закрытая бета-версия.

Дуань Сици последовал инструкциям исследователей и лёг в кресло виртуальной реальности. Он сделал глубокий вдох и попытался расслабить мышцы. Он беспокоился, что не сможет «заснуть» в мире виртуальной реальности, но внезапно почувствовал покалывание в позвоночнике.

Когда он попытался почесать затылок, то внезапно начал терять сознание. Ему показалось, что его душа покинула тело и отправилась в другой мир. В мир, которого он никогда раньше не видел. Он стоял на шестиполосной трассе, на дороге не было машин. Его окружали огромные футуристические небоскрёбы. Здесь было много других людей. Ближайший к нему человек был иностранным бета-тестером. Эта блондинка была похожа на ютубершу, и её глаза были широко раскрыты от удивления. Он не мог не смотреть на неё. Всё казалось таким реальным. Он понятия не имел, как они смогли запечатлеть их лица. Считывали информацию с мозговых волн? Активное картографирование с помощью подсознательных подсказок? Или, может быть, шлем оснащён сканирующим устройством?

Дуань Сици прикоснулся к своей щеке и почувствовал прилив эмоций. В последний раз он испытывал такие чувства на Шанхайской выставке. Когда он ещё учился в начальной школе, он с отцом ходил на выставку. На одном из стендов компании они с отцом использовали устройство для сканирования мозга, чтобы управлять игрушечным автомобилем. Он был поражён, и всё, что он знал о мире, изменилось. И теперь, более десяти лет спустя, он чувствовал то же самое.

Я не могу поверить, насколько продвинулись технологии. «… Это безумие».

…

Было восемь часов вечера, когда он наконец вернулся в общежитие после напряжённого дня. Их работа была очень простой. Сотрудники поручали им выполнять задания в определённых условиях, в зависимости от их реальной профессии. Например, поскольку он был студентом колледжа, ему были назначены две среды. Одна из них — библиотека, другая — аудитория. Его задачей в виртуальном мире было послушать лекцию по математике в аудитории и провести день в библиотеке. Этот опыт заставил его захотеть большего. Он пришёл на закрытый бета-тест, чтобы отвлечься от учёбы. Однако в итоге он всё равно провёл время в библиотеке. Следующий закрытый бета-тест был запланирован на следующую субботу. Из-за ограниченного количества доступного оборудования для тестирования Институт перспективных исследований Цзиньлин сообщил им, что китайские участники закрытого бета-тестирования будут проходить его в выходные. Судя по всему, в следующий раз они испытают новые ощущения. Дуань Сици лежал на кровати и просматривал свой телефон. Он вспомнил, что пережил за день, и внезапно вздохнул.

«Это было невероятно…»

Несмотря на то, что он тестировал всего лишь простую игру в виртуальной реальности, в его сознании это была вовсе не игра. В мире виртуальной реальности существовали магазины, развлечения, финансы, государственные услуги, даже образование, армия, политика и многое другое. И это было только начало. Что касается того, что может произойти в будущем… Он посмотрел на звёзды за окном и с надеждой посмотрел в будущее. Он открыл свой Weibo и напечатал свои мысли. Он прикрепил несколько фотографий, которые сделал сегодня утром, и опубликовал пост. Он был удивлён, увидев, что у него начали появляться подписчики и лайки. Ли Мо усердно учился за своим столом. Он откинулся на спинку стула и выключил лампу. Затем он забрался в постель. С тех пор, как две недели назад он присоединился к исследовательскому проекту академика Лу, он занимался без остановки. Он либо сидел за своим столом, либо был в библиотеке. Дуань Сици услышал стрекотание сверчков за окном, когда отключил телефон и закрыл глаза. В комнате 201 общежития все спали.

Пока большинство людей в этом городе спали, Лу Чжоу зевнул и начал загружать свою первую статью о новом проекте — исследовании теории мотивации. С другой стороны, общественность сходила с ума из-за первого закрытого бета-теста технологии виртуальной реальности…

Глава 1090. Безумная идея

На окраине Санкт-Петербурга, на берегу реки Фонтанки.

На скамейке сидел старик в ветровке. Он смотрел на часы, словно чего-то ждал. Мимо него прошли двое подростков в бейсболках, подбрасывая баскетбольный мяч. Один из них спросил у другого.

«Слышал новости о закрытом бета-тестировании виртуальной реальности?»

«Слышал, в Цзиньлине, да? Чёрт, я хочу туда!»

— Забудь об этом, у таких людей, как мы, никогда не будет такой возможности. Я не верю, что они выбирают людей наугад. Ты видел видео Джеймса Ролфа на YouTube? Он сказал, что если технология виртуальной реальности от Star Sky Technology похожа на SAO, он съест свою клавиатуру!

“Ха-ха, так это он сделал это?”

“Не знаю, но я слышал, что после возвращения из Китая он заказал в пекарне торт в виде клавиатуры”.

“Ха-ха-ха ха-ха!”

В воздухе витала приятная атмосфера. Смех и разговоры двух молодых людей постепенно стихли.

Профессор Фалтинс посмотрел в их сторону и нахмурился. Цзиньлин? Он не ожидал услышать это слово в таком пригороде. Фалтинс подумал о Лу Чжоу, и на его лице появилось ностальгическое выражение. Его не интересовала ни виртуальная реальность, ни ютубер. С тех пор, как появились смартфоны, такие бумеры, как он, начали отставать от новой технологической эпохи. Даже если бы он хотел идти в ногу со временем, у него просто не было на это сил. Внезапно к скамейке подошёл мужчина средних лет с неопрятной бородой, держащий в руках пакеты с покупками, и сказал: «Ты всё-таки пришёл».

Фалтинс посмотрел на него и ответил: «Да, в чём дело?»

«Ни в чём, я просто удивлён, что вижу великого Фалтинса лично…» Лицо Перельмана было почти скрыто большим багетом в его продуктовой сумке. Он достал ключ и бросил его в руки Фалтинса. «У меня дома немного беспорядок, надеюсь, вы не против. Не могли бы вы открыть мне дверь позже…»

«Конечно». Фалтинс кивнул и спросил: «Вам нужна помощь с этим?»

Перельман покачал головой и ответил:

«Всё в порядке, мне не нужен старик, чтобы нести мои продукты».

Они направились в сторону жилого района и вскоре подошли к дешёвому на вид многоквартирному дому. Никто не мог ожидать, что всемирно известный математик будет жить в квартире площадью 20 квадратных метров, соседями которой будут либо пожилые русские люди, живущие на пенсию, либо безработные миллениалы.

Однако Перельмана это не волновало.

После отказа от премии «Проблемы тысячелетия» в размере миллиона долларов он якобы полагался на пенсию своей матери, чтобы покупать продукты. Он разрывался между идеалами и реальностью, решив покинуть математическое сообщество из-за своих твёрдых моральных принципов. Он вернулся к стилю математических исследований XIX века… Он был в постоянном уединении, закрытом от общения. В каком-то смысле он был похож на Лу Чжоу. Разница была лишь в том, что Лу Чжоу публиковал все достойные результаты своих исследований, а если ему было лень отправлять статью, он хотя бы загружал препринт. Однако Перельман уже давно не публиковал результаты своих исследований. Перельман поставил продукты на кухне и вытер руки о рубашку. Он вошёл в крошечную гостиную и хотел предложить Фалтинсу воды или чаю. Но вдруг заметил на столе газету. Он заинтересовался, взял газету и начал её листать.

«Что это…»

— Статья о теории мотивов, — сказал профессор Фалтинс, доставая из кармана ветровки термокружку. Он налил себе чашку горячей воды и продолжил: — Автор предложил очень интересную идею объединить все теории когомологий в абстрактный геометрический объект.

Перельман сказал: «Это безумная идея».

Фалтинс: «Так и есть».

Перельман: «Значит, это что-то вроде математической теории Великого объединения?»

Фалтинс: «Так и есть».

— Не могу поверить, что есть учёный, который этим занимается… Подождите-ка, — сказал Перельман, читая статью. Его брови нахмурились, и он сказал: — Эта статья… кажется мне знакомой.

На лице Фалтингса появилась улыбка, что было редкостью для такого серьёзного человека, как он.

«Похоже, вы заметили».

Перельман спросил: «Лу Чжоу?»

Фалтинс кивнул и ответил: «Да».

Фалтинс сделал глоток горячей воды и сказал: «Три дня назад он загрузил эту статью в Inventiones Mathematicae. Я не знаю, договорились ли они с генеральным секретарём Международного математического союза о публикации в Inventiones Mathematicae, но дело не в этом».

Перельман сказал: «Дело в том, что он фактически решил слабую форму стандартных гипотез Гротендика, а также нашёл структуру кольца мотивов когомологий».

«Верно». Фалтинс кивнул и сказал: «Думаю, я прав, вы идеально подходите для того, чтобы рецензировать эту статью».

Перельман с непонимающим видом посмотрел на статью в своей руке. «Вы проделали весь этот путь до России только для того, чтобы попросить меня рецензировать статью для Inventiones Mathematicae. Вы могли бы просто написать мне по электронной почте.

Фалтинс кивнул и сказал: “Конечно, я пришел сюда не по такому пустяковому поводу”.

Перельман отложил газету и ничего не сказал. Он подождал, пока Фалтинс заговорит.

Не ходя вокруг да около, Фалтинс сказал: “Поступай в Боннский университет”.

Перельман ответил без колебаний. “Нет”.

Профессор Фалтинс проигнорировал его ответ и продолжил: «Мир математики достиг критического перекрёстка. Числа и геометрия собираются слиться в одну абстрактную форму. Я не удивлюсь, если завтра алгебра и геометрия будут объединены. Но, возможно, они никогда не будут объединены».

Перельман пробормотал: «Разве Лу Чжоу не работает над этим исследовательским проектом? Просто позвольте ему это сделать, он не сталкивался ни с чем, что не смог бы решить».

«Это не обязательно так. Семь лет назад он обнаружил в ЦЕРНе характерный пик в 750 ГэВ. Он не смог дать физическое объяснение этому пику».

Перельман: «Это физика, а это математика».

«Да, это физика, — сказал Фалтинс. — Но дело не в этом, дело в том, что этот проект не должен выполняться им в одиночку. Мы не можем возлагать на него все наши надежды в будущем. Если мы сами не будем вносить свой вклад, академический мир никогда не будет развиваться».

Фалтинс посмотрел на Перельмана и искренне сказал: «Школа Бурбаки нуждается в вашей помощи, весь математический мир нуждается в вашей помощи».

«В моём возрасте многое выходит из-под моего контроля. Я надеюсь, что вы сможете внести свой вклад в дело, которым увлечены».

Перельман посмотрел на лежащий на столе листок и задумался. «… Я подумаю об этом».

Он взял листок и сказал: «Дайте мне сначала дочитать это».

Глава 1091. Система "Phantom"

Чтобы ответить на ажиотажный спрос публики на технологии виртуальной реальности, компания Star Sky Technology провела презентацию своего продукта. Они не только рассказали о технических характеристиках новой системы виртуальной реальности «Phantom», но и представили пять демонстрационных шлемов, которые крепились к креслам. Атмосфера презентации продукта была накалена до предела. Внутри помещения раздавались возгласы недоверия.

Люди спешили испытать на себе, каково это — погрузиться в виртуальный мир, даже несмотря на то, что у каждого было всего три минуты на погружение. Независимо от того, был ли кто-то красивым или уродливым, высоким или низким, молодым или старым… в виртуальном мире можно было изменить всё, даже пол. После завершения этапа тестирования генеральный директор Star Sky Technology Чэнь Юйшань вышла на сцену. Она улыбнулась обезумевшим репортёрам и их камерам, представляя корпоративный имидж Star Sky Technology. Она потратила около пяти минут на объяснение системы виртуальной реальности «Phantom». Далее последовала самая захватывающая часть презентации:

Q&A—сессия.

В отличие от Лу Чжоу, который всегда усложнял жизнь репортёрам, Чэнь Юйшань гораздо лучше справлялась с интервью. Какими бы сложными ни были вопросы, она могла отвечать на них, не теряя самообладания. Китайские журналисты в основном интересовались политикой конфиденциальности и безопасности, в то время как западные журналисты больше беспокоились о безопасности устройства и о том, когда они смогут его приобрести.

— Здравствуйте, я репортёр из Yomiuri Shimbun. Могут ли микротоки, вырабатываемые этой технологией, нанести вред мозгу?

Чэнь Юйшань: «Наша технология абсолютно безопасна. Она не будет представлена общественности до тех пор, пока не пройдёт различные проверки на безопасность, проводимые государственными ведомствами. Пожалуйста, будьте уверены, мы никогда не будем предлагать нашим пользователям небезопасные технологии».

— Здравствуйте, я репортёр из Wall Street Journal. Означает ли появление системы Phantom, что Star Sky Technology переключается с управления патентами на потребительские товары?

Чэнь Юйшань: «Это не входит в наши планы. Наша бизнес-модель по-прежнему ориентирована на лицензирование патентов и совместное производство. По сути, мы найдём подходящих партнёров, которые помогут нам производить шлемы с нейронным демодулятором. Процесс производства несложный. Мы хотим, чтобы с нами сотрудничали выдающиеся компании. Мы сосредоточимся на поддержке системы Phantom и предоставлении пользователям Phantom поддержки облачных вычислений».

Репортёр Wall Street Journal: «Другими словами, потребители не смогут приобрести это устройство в течение длительного времени».

Чэнь Юйшань: «Это зависит от проверок безопасности, проводимых государством. Китайский рынок может ожидать появления этого продукта к концу года».

Когда люди услышали, что они смогут приобрести эту технологию к концу года, поднялась огромная шумиха. Репортёры из других стран выглядели завистливыми. Они только что испытали эту технологию на себе и знали, какое влияние она окажет на общество.

Это были не просто игры и фильмы, их возможности были безграничны.

Вопросы следовали один за другим.

«Здравствуйте, я репортёр BBC. Что вы думаете о профессоре Лу?»

Это был странный вопрос, поскольку он не имел ничего общего с виртуальной реальностью. Чэнь Юйшань на секунду задумался, прежде чем ответить.

«Он великий учёный и мозг Star Sky Technology. Все в компании его уважают».

Репортёр BBC продолжил: «А что насчёт его личной жизни?» Люди говорят, что...

Чэнь Юйшань улыбнулась и сказала: “Пожалуйста, только соответствующие вопросы”.

…

Через Тихий океан, в особняке в Бель Эйр, Лос-Анджелес.

Илон Маск сидел в своей гостиной и смотрел прямую трансляцию презентации продукта. Он грохнул пивной бутылкой по журнальному столику. “Черт возьми!”

Несмотря на то, что вопросы репортеров раздражали, одно можно было сказать наверняка: их лица никогда не лгали.

Это означало, что Star Sky Technology не шутила. Было очевидно, что легендарное устройство виртуальной реальности с нейронным интерфейсом было не просто игровым устройством, оно превзошло все ожидания. В противном случае запуск продукта не был бы таким хаотичным. Как и ожидалось, его самое большое беспокойство сбылось. Илон достал телефон и пролистал контакты. Он сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Наконец, он решил кому-нибудь позвонить. Однако внезапно ему позвонили по FaceTime. Когда Илон увидел имя на экране, у него на лице появилось странное выражение. Он натянуто улыбнулся и ответил на видеозвонок.

«Привет, Лоуренс, какое совпадение, я как раз собирался тебе позвонить.»

Лоуренс был в своём особняке в Бостоне. Он сидел в кабинете, смотрел трансляцию на планшете и звонил по телефону.

«Я знал, что ты позвонишь мне, поэтому решил позвонить тебе. Мне больше нравится видеосвязь, чем голосовая».

Илон выглядел смущённым. Он уже собирался что-то сказать, когда Лоуренс вдруг улыбнулся и заговорил первым.

«… Конечно, Star Sky Technology меня не разочаровала. Их технология виртуальной реальности поразительна».

Илон: «Но я думаю, что у нашей технологии есть потенциал».

«Я этого не отрицаю». Лоуренс улыбнулся и сказал: «Но меня беспокоит не это».

Когда Илон услышал это, он потерял дар речи.

Лоуренс посмотрел на Илона через экран и заговорил.

«Сотрудничайте с компанией Star Sky Technology, эта технология рано или поздно выйдет на рынок Северной Америки».

После минутного молчания Илон сказал: «… Им не так-то просто это сделать. Даже если мы ничего не будем предпринимать, другие люди попытаются их остановить. Насколько я знаю, Цукерберг тоже работает в этой сфере, как и Google с Amazon… Эти гиганты Кремниевой долины не позволят китайской компании просто прийти и забрать свой кусок пирога».

Намерения Лоуренса были ясны как день.

Очевидно, он уже потерял надежду на проект нейронных сетей. Как ни посмотри, неинвазивная технология виртуальной реальности была гораздо привлекательнее, чем сверление нанотрубок. Илон тоже был с этим согласен, но он столько раз проигрывал Star Sky Technology, что начал сходить с ума.

Это было чудо, что он не сдался.

Лоуренс улыбнулся и сказал: «Intel и Qualcomm тоже так думали, но в итоге они всё равно пошли на компромисс, отказавшись от своей экосистемы кремниевых чипов. Вы понимаете, что я имею в виду? Будь то Facebook, Google или Amazon, если они не пойдут на компромисс, их уничтожат. Это может произойти практически мгновенно.

На самом деле, если вы хоть что-то знаете о рынке прямо сейчас, то понимаете, что фондовый рынок медленно движется в определённых направлениях. Чипы на углеродной основе полностью изменили экосистему электронной промышленности, а технология виртуальной реальности изменит наше представление об интернете. Эти технологические гиганты исчезнут, если не смогут идти в ногу с изменениями. Возникнут новые компании, это почти неизбежно. Я мало что знаю об интернете, но вот что сказал мне мой консультант. Будущее сети изменится навсегда. Я думаю, он прав».

Илон сжал кулак, пока Лоуренс продолжал говорить. «В любом случае, я получу доступ к технологиям виртуальной реальности. Будь то сотрудничество со Star Sky Technology или ваш проект нейронных сетей. Решение за вами».

Лоуренс улыбнулся и посмотрел на Илона через экран, закончив: «Есть только один способ сохранить ваш проект».

Глава 1092. В кремниевой долине наступила зима

Когда Илон наконец решился заключить контракт со Star Sky Technology, он понял, что отстаёт на шаг. К его удивлению, первым отреагировал Цукерберг, который, по его мнению, был больше всех против того, чтобы Star Sky Technology выпускала свой продукт виртуальной реальности в Америке. К тому времени, как его секретарь сообщил об этом инциденте, этот генеральный директор-ящер уже ликвидировал их дочернюю компанию Oculus, уволив более 2000 сотрудников. Остались только ключевые сотрудники. Похоже, они решили сократить расходы. До этого, когда в 2014 году Facebook приобрёл Oculus за два миллиарда долларов, общественность с оптимизмом смотрела в будущее Facebook. Однако не всегда всё шло так, как ожидалось. На самом деле у Цукерберга не было выбора. Возможно, если бы они дали Oculus достаточно времени на усовершенствование технологии виртуальной реальности, они могли бы однажды создать по-настоящему захватывающую виртуальную реальность. Однако, когда он увидел, что Star Sky Technology уже создала эту технологию, он понял, что у них совсем нет времени. Вместо того чтобы ввязываться в заведомо проигрышную битву в сфере виртуальной реальности, Oculus лучше было отделиться и защищать свой основной бизнес. Он точно знал, в чём заключается основной бизнес Facebook, а Oculus был просто вишенкой на торте. Facebook мог бы легко позволить себе потерю всего в два миллиарда долларов. В конце концов, Facebook заплатил гораздо больше двух миллиардов долларов только в виде штрафов в Европе. Однако для других стартапов в сфере виртуальной реальности Кремниевой долины это стало кошмаром. Это было похоже на смертоносную зиму, пришедшую в разгар лета, у них не было ни подготовки, ни надежды на выживание.

Пока стартапы в сфере виртуальной реальности в Кремниевой долине умирали, многие умные люди, такие как Цукерберг, уже начали переговоры со Star Sky Technology.

Если они не могли предотвратить изменения, то могли бы и присоединиться к ним.

Большинство людей знали, что у системы Phantom от Star Sky Technology не было конкурентов и никто не мог обойти их патентные барьеры. Сотрудничество со Star Sky Technology было лучшим вариантом.

Это было похоже на то, как операционная система Windows вышла на рынок персональных компьютеров. Единственная разница заключалась в том, что Star Sky Technology не только создала первую в мире систему виртуальной реальности с нейронным интерфейсом, но и получила контроль над патентами… Пострадала не только технологическая отрасль, но и финансовые рынки. Компании в финансовой отрасли оценивали возможные последствия этой новой технологии. Star Sky Technology, как и большинство компаний с хорошим денежным потоком, не стала выходить на биржу. Следовательно, они не могли использовать цену акций в качестве показателя стоимости. Однако, по оценкам большинства финансовых компаний Уолл-стрит, стоимость одной только технологии виртуальной реальности уже превысила 100 миллиардов долларов США и может вырасти ещё больше. Не говоря уже о том, что это была консервативная оценка без понимания конкретной модели. Если бы, как предполагало большинство людей, Star Sky Technology перешла на облачные вычисления и интегрировала сеть виртуальной реальности в один из многих суперкомпьютерных центров… Тогда она стоила бы гораздо больше 100 миллиардов. Её стоимость даже нельзя было бы измерить. Несмотря на то, что запуск продукта Star Sky Technology в целом был воспринят как удовлетворительный в определённой степени, одной конференции явно было недостаточно для презентации этой революционной технологии. На многие вопросы ещё предстояло ответить, и репортёры по всему миру хотели взять интервью у самого Лу Чжоу. Однако, несмотря на то, что репортёры пробрались мимо охраны и пришли на лекцию по теории чисел в Университет Цзинь, они так и не смогли найти академика Лу. Казалось, что Лу Чжоу исчез с лица земли. Только близкие ему люди знали, что он отправился в длительный затвор.

Пока мир сходил с ума по технологиям виртуальной реальности, статья, опубликованная в Inventiones Mathematicae, вызвала переполох в мире математики. В статье использовался уникальный математический метод для построения мотива кольца когомологий, объединяющего все теории когомологий в абстрактный геометрический объект. Очевидно, все знали, что теория мотивов изучает абстракции, стоящие за числами. Лу Чжоу не удовлетворился решением задачи, над которой математики бились два столетия: гипотезы Римана. Вместо этого он углубился в область алгебраической геометрии, в частности, в геометрическую структуру чисел.

Это уже не было поиском для математика, это почти перешло на философский, эпистемологический уровень. Если бы он преуспел, то, несомненно, стал бы величайшим учёным со времён Архимеда.

Потребовалось бы много времени, чтобы кто-то сравнялся с ним в достижениях.

Помимо этой интересной статьи, людей удивило то, что рецензентом этой статьи был Перельман, математический гений, который на долгие годы покинул математическое сообщество.Этот эксцентричный гений однажды отказался от премии в миллион долларов, заявив о своём разочаровании в мире математики. Теперь он согласился рецензировать статью из журнала Inventiones Mathematicae. Большинство учёных не могли в это поверить. Все знали, что он ненавидел «высокомерный» процесс рецензирования в научных журналах. Почти все его статьи были опубликованы на arXiv. Он был одним из легендарных математиков на arXiv. Конечно, публика была удивлена, но никто из них не удивился так сильно, как Лу Чжоу.

За три дня до того, как Лу Чжоу сдал свою работу, он пришёл в свой кабинет и собирался провести занятие для студентов. Он увидел, что перед его кабинетом кто-то стоит. Лу Чжоу держал в руке учебник, когда посмотрел на Перельмана. Он был ошеломлён.

Перельман: «Что?»

— …Ничего, я просто не ожидал увидеть тебя здесь, — Лу Чжоу кашлянул и сказал: — Думаю, любой математик в этом мире удивился бы, увидев тебя перед своим кабинетом… Почему ты не написал мне по электронной почте? Я мог бы прислать кого-нибудь встретить тебя в аэропорту.

— Это ведь университет, верно? — Перельман странно посмотрел на Лу Чжоу. — Разве здесь не место для обсуждения академических вопросов? Мне нужно сначала отправить электронное письмо?

— Конечно, нет, но обычно люди предупреждают, прежде чем прийти в гости… Конечно, я не против. Лу Чжоу улыбнулся и сказал: — Итак, ты собираешься рассказать мне, зачем пришёл?

Перельман говорил кратко.

“Из-за математики. Когда я изучал вашу статью, я нашёл интересный момент. Когда вы рассматривали теорию когомологий как геометрический объект, вы упомянули, что мотив можно рассматривать как многомерные якобианы*. Я хочу знать, почему вы это сделали».

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «На самом деле, это не моя идея. Я где-то прочитал об этом, когда читал статью Гротендика о гипотезе Вейля, и это вдохновило меня…»

«Вы можете меня научить?»

Лу Чжоу посмотрел на восторженное лицо Перельмана и улыбнулся.

— Конечно, я могу… Но у меня скоро занятие по теории чисел. Боюсь, я не смогу обсудить это с вами до четырёх часов.

Перельман искренне посмотрел на Лу Чжоу и сказал: «Не проблема, я могу подождать!»

* — Якобиан — это математическое понятие, используемое в многомерном исчислении. Оно представляет скорость изменения набора переменных по отношению к другому набору переменных.

Глава 1093. Визит Перельмана

Лу Чжоу не был удивлён визитом Перельмана, но руководство Университета Цзинь было почти напугано. В конце концов, этот человек был слишком знаменит. Даже люди, не интересующиеся математикой, слышали об этом человеке, который отказался от «Премии тысячелетия» в миллион долларов. Многие известные университеты, в том числе Гарвард, Беркли и Принстон, приглашали его преподавать, но, к сожалению, он отклонил все предложения. Этот эксцентричный человек, отвергавший предложения университетов по всему миру, внезапно оказался здесь, в университете Цзинь Лин, и сидел на последнем ряду в аудитории. Как люди могли не испугаться? Единственным человеком, который не испугался, был преподаватель — Лу Чжоу. В конце концов, Лу Чжоу встречал многих людей, которые были так же знамениты, как Перельман.

Лу Чжоу явно недооценил влияние всемирно известного учёного, посетившего Университет Цзинь Лин, особенно на руководство Университета Цзинь Лин. С тех пор как Лу Чжоу вернулся преподавать в Китай, Университет Цзинь Лин стал влиятельным математическим университетом просто потому, что это была альма-матер Лу Чжоу. Лу Чжоу был полон решимости сделать Университет Цзинь Лин мировым центром математики. На самом деле, при поддержке Лу Чжоу и других выпускников, другие факультеты Университета Цзинь также значительно выросли за последние несколько лет, особенно в области физики и компьютерных наук. Однако даже в этом случае Рим строился не за один день. Потребовались бы поколения учёных, чтобы построить престижный университет.

Скромный визит Перельмана взволновал многих людей.

Директор Чэнь из международного отдела университета созвал совещание с руководителями различных факультетов. Они обсуждали, как нанять эту крупную рыбу. Во время встречи выступил декан математического факультета Цинь.

«Прежде всего, жильё — это самое важное. Даже если он захочет остаться, он не сможет этого сделать, если у него не будет места для проживания».

Секретарь: “У вас есть какие-нибудь хорошие предложения?”

Декан Цинь: «Новые общежития для преподавателей и сотрудников довольно хороши, особенно квартиры № 2. Изначально они планировались для привлечения талантливых студентов, но я думаю, что мы можем устроить его там».

Секретарь спросил: «Какие условия жизни мы должны обеспечить? Какой эквивалент звания?»

Декан Цинь подумал и сказал: «Перельман — легендарный математик, поэтому мы должны обеспечить ему условия, эквивалентные званию академика».

Секретарь кивнул и сделал несколько заметок.

Профессор Перельман мог бы легко устроиться в Принстон или Беркли и получать 300 000 долларов в год или даже 600 000 долларов, как получал Терренс Тао. Обеспечить ему жильё на уровне академика было более чем уместно. Если бы он остался в Университете Цзинь, это значительно усилило бы влияние Университета Цзинь на международное математическое сообщество.

Декан факультета иностранных языков сказал: «Есть ещё вопрос питания. У русских другая диета, чем у нас. В нашем кафетерии нет русских ресторанов, поэтому я думаю, что нам стоит добавить один».

Декан Цинь нахмурился и сказал: «Русский ресторан? То есть с разными видами хлеба?»

«Э-э, да, но это не только это…» Декан факультета иностранных языков сказал: «Например… Борщ, бефстроганов и голубцы».

Декан Цинь: «…»

Все: «…»

«Мы можем рассмотреть это предложение и добавить ресторан интернациональной кухни, так как он будет обслуживать и иностранных студентов», — сказал секретарь, глядя на своего помощника. «Сяо Ван, запиши это».

Директор Чэнь из международного отдела почувствовал, что ему пора высказаться.

Иначе все хорошие идеи украдут другие. Он чувствовал, что если не заговорит сейчас, то у него не будет шанса.

«Я слышал, что Перельман не говорит по-китайски».

Все за столом совещаний посмотрели на него, декан Цинь потерял дар речи.

Что за чушь, Шерлок?

Директор Чэнь оглядел стол и улыбнулся.

«Не только Перельман, но и многие приезжие ученые и профессора сталкивались с языковым барьером, культурными различиями и многими другими проблемами.

«Мы все знаем, что Университет Цзинь служит нашему народу, но он принадлежит всему миру. Чтобы интернационализировать наш кампус и наладить дружеские отношения, я предлагаю нашим студентам стратегию, которая позволит им активно помогать иностранным студентам в решении их повседневных проблем.

«Профессор Перельман — уважаемый учёный, и его опыт в научных исследованиях может помочь нашим студентам. С другой стороны, наши студенты могут помочь ему в повседневной жизни и при знакомстве с культурой. Это поможет ему интегрироваться в наше общество и почувствовать себя как дома».

Всем казалось, что в этом есть смысл. Секретарь кивнул и задумался на секунду. Однако вскоре он нахмурил брови.

«… Подождите-ка, это действительно уместно?»

У преподавателей и студентов были особые отношения, и их общение за пределами учёбы могло привести к проблемам. Это нарушило бы расстановку сил. Обычно преподаватели старались избегать общения со студентами вне академических вопросов.

Директор Чэнь улыбнулся и сказал: «Не волнуйтесь, секретарь, это не будет проблемой! У студентов Университета Цзинь будет возможность познакомиться с другой культурой, это беспроигрышный вариант».

Секретарь подумал об этом и решил, что в этом есть смысл. Однако директор Сюй, который ещё ничего не сказал, вдруг рассмеялся.

«Директор Чэнь, мы предлагаем ему отпуск или работу?»

Директор Чэнь посмотрел на директора Сюй и быстро объяснил: «Эм… Конечно, мы предлагаем ему должность преподавателя, но мы хотим, чтобы он интегрировался в нашу культуру, верно?»

Директор Сюй фыркнул.

«Интегрироваться в нашу культуру? Забудьте об этом. Студенты и преподаватели должны оставаться отдельными личностями в своей личной жизни. Вы пытаетесь найти Перельману сына или дочь?»

— Директор Сюй, без обид, но вы слишком чувствительны, это для его же блага. — Директор Чэнь вздохнул и серьёзно сказал: — Мы — университет в развивающейся стране. Несмотря на то, что у нас есть академик Лу, который помог нам получить международный статус, мы же не хотим вечно на него полагаться, верно?

Директор Сюй вдруг рассмеялся.

«Ха-ха, я слишком чувствительный? Забавно, что вы упомянули академика Лу. Пожалуйста, не сравнивайте себя с ним».

Директор Чэнь покраснел и потерял дар речи.

Директор Сюй посмотрел на него и сказал: «Я не собираюсь повторять это снова, но если мы хотим стать университетом с самым высоким рейтингом, мы должны стать инклюзивными и не зацикливаться на идеологиях. Как мы будем интернационализировать? Измеряя долю иностранных профессоров? А как насчёт оценки по цвету кожи? Будем нанимать худших профессоров по расовым квотам во имя справедливости? Вы когда-нибудь бывали в грёбаной лаборатории?»

Директор Сюй имел академическое образование и даже участвовал в программе 863.

«Но в других университетах…»

«Никаких «но»! Может, тогда пойдёте в другие школы?

«Мы нанимаем иностранных учёных для проведения исследований или для «интеграции» в наше общество! Я не хочу учёных, которые приезжают сюда на каникулы.»

Декан факультета иностранных языков потерял дар речи. Директор Чэнь покачал головой, ничего не сказав. Это было довольно нелепое предложение. Нет ничего плохого в том, что студенты дружат с преподавателями.

Однако принуждать к дружбе со стороны школы было неуместно.

Университет — это место для учёбы.

Люди впервые видели директора Сюй таким злым. Директор Чэнь чувствовал, что с ним плохо обошлись. Он всего лишь хотел, чтобы университет Цзинь процветал. Но сейчас явно было не время спорить. Он опустил голову и обратился к директору Сюй.

«Вы правы, этот подход был неправильным. Я пойду проведу ещё одно исследование…»

«Исследование? Исследуй мой зад!» Директор Сюй встал и сказал: «Собрание окончено!»

Глава 1094. Цена - лишь одна из причин

После лекции Лу Чжоу около десяти минут отвечал на вопросы студентов. Затем он убрал учебник и вышел из аудитории. Перельман, сидевший в дальнем конце аудитории, встал и последовал за Лу Чжоу из аудитории. На его лице было задумчивое выражение, когда он внезапно заговорил.

«Это была обычная лекция».

Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Это всего лишь лекция для студентов бакалавриата».

Перельман: «Почему вы преподаёте студентам бакалавриата?»

Лу Чжоу: «Потому что переосмысление того, что делает очевидное очевидным, может помочь нам понять, что делает сложное сложным… На самом деле, именно так думал Ферми, и я с ним согласен. Может быть, некоторые из моих студентов станут лауреатами Филдсовской премии, и это будет очень приятно».

Выражение лица Перельмана не изменилось.

Его отношение к математике всегда было связано с поиском чистоты. Поэтому слова Лу Чжоу не нашли у него отклика. Он задумчиво повторил.

“... Что делает все сложным, запутанным”.

— Да… — Лу Чжоу кивнул и сказал: — Например, теория мотивов и программа Ленглендса — эти, казалось бы, простые теоремы объясняют менее очевидные принципы. В чём суть чисел? Наша цивилизация размышляет над этой проблемой с момента появления математики. Великие математики часто бывают богословами или философами.

Перельман: «Вы теолог?»

Лу Чжоу: «К сожалению, я материалист… Это мой кабинет».

Лу Чжоу открыл дверь и включил свет. Обычно здесь было многолюдно, но сегодня была суббота. Трое его ассистентов ушли после четырёх часов. Хотя он не требовал от студентов приходить по выходным, большинство из них проводили выходные в библиотеке.

«Помоги мне убрать доску из угла».

«Хорошо».

Перельман подошёл и вытащил доску из угла, а Лу Чжоу достал маркер из ящика стола. Лу Чжоу подошёл к доске и уже собирался ответить на вопросы своего иностранного друга, когда вдруг услышал шаги за дверью своего кабинета. Его знакомый постучал в дверь и вошёл.

— Академик Лу, простите, что беспокою вас… Постойте, вы профессор Перельман? — сказал декан Цинь, глядя на Перельмана, стоявшего рядом с Лу Чжоу.

Он только что вернулся со встречи и хотел обсудить с Лу Чжоу, как поступить в этой ситуации. Он не ожидал увидеть эту крупную рыбу в кабинете Лу Чжоу. Перельман посмотрел на старика и кивнул.

«Да… Есть проблемы?»

— Нет, всё в порядке, я просто не ожидал, что вы будете здесь, — сказал декан Цинь, пытаясь скрыть своё волнение. — Вам следовало предупредить нас заранее, мы могли бы показать вам кампус.

Перельман странно посмотрел на него и сказал: «Я просто пришёл задать профессору Лу несколько вопросов, мне нужно подавать заявку заранее?»

«Нет-нет, я не это имел в виду, я просто говорю…»

Декан Цинь неловко попытался объяснить, но Лу Чжоу покачал головой и заговорил первым.

«Всё в порядке, Перельман».

Декан Цинь облегчённо вздохнул и сказал: «Тогда ладно… Я поговорю с тобой позже».

Декан Цинь вышел из кабинета и закрыл за собой дверь.

Перельман был озадачен. Он посмотрел на Лу Чжоу и спросил: «О чём это ты?»

«Ни о чём». Лу Чжоу улыбнулся и, глядя на доску, сказал: «Давайте продолжим».

…

Перельман явно был готов к своему визиту в Китай. Он даже носил с собой маленький блокнот, в котором были записаны часто используемые китайские фразы, а также заметки, которые он делал, когда читал статью Лу Чжоу. Честно говоря, Лу Чжоу было трудно отвечать на вопросы Перельмана. Он смог ответить только на 60% из них.

«… Это интересный вопрос, но это всё, что я могу ответить. Возможно, мне придётся вернуться к вам после того, как я закончу своё исследование».

— Не волнуйтесь, — Перельман закрыл свой блокнот и покачал головой, — я думал, мы сможем обсудить эти вопросы вместе, я не ожидал, что вы ответите на так много из них…

Лу Чжоу: «…»

Чёрт возьми. Почему ты не сказал мне об этом раньше! Лу Чжоу подумал, что вопросы Перельмана возникли из-за прочтения статьи. Однако он не ожидал, что проблемы не связаны со статьёй. Лу Чжоу улыбнулся и скромно ответил:

— Судя по вашим вопросам, вы явно интересуетесь теорией Великого объединения. Так получилось, что моей исследовательской группе всё ещё нужны люди… Не знаю, интересно ли вам.

У Лу Чжоу было мало надежды. В конце концов, Перельман был известен своим замкнутым характером.

Однако ответ Перельмана удивил Лу Чжоу. Перельман ответил без колебаний.

«Если вы считаете, что я могу помочь, пожалуйста, позвольте мне присоединиться».

Лу Чжоу потерял дар речи. Перельман нахмурился и заговорил.

«… Есть проблема?»

«… Ничего, я просто не ожидал, что ты так легко согласишься.

Лу Чжоу резко вернулся к реальности и сказал: “Конечно, ты можешь помочь, мы можем построить эту математическую башню вместе"… Добро пожаловать, партнер.

Лу Чжоу повернулся к своему столу и достал из ящика документ. Он взглянул на документ и убедился, что это именно тот документ, который ему нужен, прежде чем передать его Перельману.

«Это документ для посещения и обмена, на нём уже стоит штамп. Просто подпишитесь, и вы сможете получить долгосрочную визу. Кроме того, я предполагаю, что вам негде жить. В недавно построенных общежитиях Университета Цзинь Линг довольно хорошие условия, они площадью около 90 квадратных метров, расположены недалеко от кампуса, рядом со зданиями математического факультета и библиотекой. Я могу оформить для вас статус приглашённого студента, вам просто нужно подписать этот документ…

Перельман на секунду замолчал и перебил его: «Погодите-ка, что такое приглашённый учёный?»

Лу Чжоу: «Как следует из названия, вы будете работать в Университете Цзинь Лин в должности, эквивалентной должности заслуженного профессора».

Перельман сказал: «Я не хочу работать, меня не интересует преподавание. Я уйду отсюда после того, как мы закончим Великую объединённую теорию алгебры и геометрии. При необходимости я могу спать на диване, мне не нужна квартира».

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Нет, мы не можем этого сделать. Даже если ты хочешь спать на диване, тебе нужна крыша над головой».

Перельман пожал плечами и сказал: «Я слышал, Шольце говорил, что ваш дом довольно большой».

Лу Чжоу сказал: «…Забудьте об этом, никто, кроме членов моей семьи, раньше не ночевал в моём доме».

Перельман: «…»

Видя нерешительность Перельмана, Лу Чжоу сказал: «Вам не нужно беспокоиться об обучении. Быть приглашённым профессором не значит, что вы должны преподавать. Конечно, если вы хотите, я уверен, что студенты будут благодарны вам за вашу щедрость. Вы также будете получать больше денег».

Перельман сказал: «Дело не в том, что я не люблю преподавать, я просто не хочу тратить время на пустяки».

Лу Чжоу: «Я вас не заставляю».

«Хорошо, спасибо».

«Не за что». Лу Чжоу улыбнулся и протянул руку, сказав: «Для меня большая честь работать над этим великим проектом вместе с вами».

Перельман пожал руку Лу Чжоу и улыбнулся.

Но вскоре его лицо изменилось и он тихо сказал: «Мне… нужна твоя помощь».

Лу Чжоу улыбнулся. «Продолжай».

Перельман откашлялся и попросил.

«90 квадратных метров — это слишком много, не могли бы вы найти мне квартиру поменьше, может быть, 20 квадратных метров… Я чувствую себя некомфортно в больших помещениях».

Лу Чжоу странно посмотрел на него и сказал: «Я думал, вы живёте в маленькой квартире, потому что она дешёвая».

Перельман уточнил.

«Цена — лишь одна из причин».

Глава 1095. Свиньи летают...

Как только закончились выходные, в офисе Лу Чжоу снова стало оживлённо. Ассистент Чжао сказал, что профессор Лу хочет сообщить что-то важное. Поэтому все студенты из исследовательской группы встали рано, позавтракали и поспешили в кабинет.

— Позвольте мне представить нашего нового члена группы, — сказал Лу Чжоу, похлопав по плечу стоящего рядом с ним странного мужчину. Лу Чжоу посмотрел на изумлённых студентов и откашлялся. Он сказал: «Это профессор Перельман, математик из Санкт-Петербурга. Он останется здесь до конца года… если мы сможем закончить теорию Великого объединения к концу года».

В офисе на несколько секунд воцарилась тишина, в которой даже падение ручки было бы очень громким. Внезапно атмосфера в офисе взорвалась.

«Что! Перельман? Тот самый, кто решил гипотезу Пуанкаре?»

«Не может быть… Я слышал, что он ушёл из математики?»

Перельман! Человек, который никогда не выходил из дома, человек, который отказался от должности генерального секретаря Международного математического союза! Если бы не серьёзное выражение лица Лу Чжоу, все в офисе, включая Хань Мэнци, подумали бы, что Лу Чжоу шутит.

Перельман не понимал по-китайски, поэтому не знал, о чём все говорят. Он подумал, что они приветствуют его, и сказал: «Спасибо».

Чэнь Ян, который наконец оправился от первоначального шока, посмотрел на Перельмана. Он взволнованно заговорил:

«…Я уже читал вашу статью!»

Перельман не знал, что ответить на этот вопрос. Он помедлил секунду и кивнул.

«Да».

…

Лу Чжоу слышал, что Перельман — своеобразный человек, поэтому он немного беспокоился, что Перельман не сможет влиться в его исследовательскую группу или, возможно, возникнут проблемы в общении. Однако он быстро понял, что его опасения были напрасными. Больше всего Лу Чжоу удивили отношения Чэнь Яна с Перельманом. Оба они были немногословными людьми, которые говорили только о математике и своей работе. Казалось, что такой прямолинейный способ общения способен преодолеть любые коммуникативные барьеры. На следующем этапе исследования Лу Чжоу попросил Перельмана принять участие в исследовательском проекте Чэнь Яна, который заключался в изучении разложения прямой суммы в теории мотивов, что было связано с неприводимым мотивом H(V). Этот исследовательский проект был наполовину завершён, но по разным причинам продвигался относительно медленно. По словам Чэнь Яна, благодаря помощи профессора Перельмана скорость выполнения исследовательского проекта значительно возросла. В течение недели эти двое учёных разработали новаторский метод, решив последнюю задачу проекта, которая заключалась в установлении тесной связи между H(V) и неприводимым мотивом. Получившаяся в результате статья была подписана обоими авторами, а препринт был загружен на arXiv, в то время как статья была отправлена в математический журнал Future. На следующий день после того, как статья была загружена на arXiv, математическое сообщество было поражено этим беспрецедентным событием. Перельман, который публично объявил о своём уходе из математического сообщества, опубликовал статью на arXiv? Кроме того, исследовательское подразделение, подписавшее статью, было Университетом Цзинь Лин, в котором работал профессор Лу…

Это было похоже на то, как если бы свиньи начали летать!

…

Германия, Боннский университет.

В стильном кафе.

Фальтингс посмотрел на недавно опубликованную статью и покачал головой. Он не ожидал, что Перельман отреагирует подобным образом после того, как впервые прочитал статью Лу Чжоу. Он был одновременно доволен и сбит с толку. Он испытывал смесь сложных эмоций. Шольце заметил выражение лица старика. Он сделал глоток кофе и со вздохом сказал:

«Не могу поверить, что он действительно поехал в Университет Цзинь Лин».

Он и профессор Фальтингс посетили Перельмана в Санкт-Петербурге, пытаясь пригласить его в Боннский университет, чтобы он работал с ними над общей теорией алгебры и геометрии, открывая новую школу мысли для группы Бурбаки. Однако их усилия не увенчались успехом, так как Перельман выбрал Лу Чжоу по собственному желанию.

Фальтингс посмотрел в окно и внезапно спросил: «Что ты думаешь об этой статье?»

Поразмыслив немного, Шольце сказал: «Это удивительно… Это, честно говоря, шокирует. Я даже не могу описать важность их работы в области теории мотивов и стандартных гипотез Гротендика. Я думаю, что любой учёный в этой области, стоящий своего места, скажет, что они сделали огромный шаг к теории Великого объединения».

Выслушав Шольце, профессор Фальтингс кивнул. Он полностью согласился со словами Шольце. Установление абстрактного значения чисел и фигур в контексте теории мотивов и программы Ленглендса означало, что их исследования намного опережали остальной мир. Это было почти так же, как если бы большинство учёных в мире добывали огонь трением и с помощью дерева, а они использовали кремень и огниво. Только ведущие учёные в области алгебраической геометрии могли отличить хорошее от лучшего.

Шольце посмотрел на Фальтингса и вздохнул, когда тот заговорил.

«Я исследовал полные метрические пространства именно для того, чтобы найти такую теорему. По этой причине я создал p-адические числа и принцип Даймонда».

Полное метрическое пространство позволило по-новому взглянуть на классы геометрических объектов, которые были глубоко изучены в рамках программы Ленглендса, например, многообразие Шимуры. Это выдающееся математическое достижение принесло ему Филдсовскую премию в 2018 году. Этот математический метод превратился в совершенно новую область математики. Эта тема считалась многообещающим направлением исследований по объединению алгебры и геометрии.

— Можно и так сказать, — кивнул Фальтингс и заметил выражение лица Шольце. Он нахмурился и сказал: — Похоже, вам есть что сказать.

Шольце неловко улыбнулся.

— Знаете, я всю жизнь стремился к единой теории алгебры и геометрии. Теперь я чувствую, что наконец-то могу применить свою теорию.

Он кашлянул и сказал: «Я бы хотел поехать туда по обмену на год».

Фальтингс: «…»

Профессор Фальтингс промолчал, а Шольце неловко почесал голову.

«Раз вы ничего не говорите, я предполагаю, что вы согласны пойти со мной».

Фальтингс: «…»

Глава 1096. Рукопожатие двух гигантов

У входа в университет Цзинь Линь.

Профессор Фальтингс стоял на тротуаре с чёрным чемоданом. Он посмотрел на здание неподалёку и сказал.

«Десять лет назад я и представить себе не мог, что приеду сюда. Но теперь я бывал здесь много раз».

«Я был здесь всего дважды, — сказал Шольце, волоча за собой чемодан. — Каждый раз, когда я приезжаю сюда, всё ощущается по-другому».

«Я здесь впервые», — сказал пожилой мужчина лет пятидесяти. Он посмотрел на людей, входящих в кампус, и сказал: «Раньше я видел это место только в кино».

Фальтингс: «О, правда? Что вы думаете?»

Старик улыбнулся и сказал: «Все фильмы — ложь».

Рядом с ними стоял не кто иной, как профессор Холден. Как генеральный секретарь Международного математического союза, он приехал в Цзиньлин в основном для переговоров с Китайской ассоциацией математиков и местным правительством Цзиньлина, чтобы обсудить предстоящий Международный конгресс математиков. Он был здесь с Фальтингсом и Шольцем, чтобы навестить Лу Чжоу.

Шольце улыбнулся и сказал: «Вы бы удивились ещё больше, если бы пошли в библиотеку. Я был во многих библиотеках, но редко где-то так многолюдно, как там. Я думаю, вам даже придётся бронировать место».

— Правда? — сказал профессор Холден. — Думаю, нам стоит навестить… Кстати, как нам найти профессора Лу? Вы знаете, где его кабинет?

Фальтингс и Шольце переглянулись, и на их лицах появилось странное выражение.

«Вы знаете?»

«Нет… Я думал, вы знаете».

«Я раньше бывал только в центре Цзиньлина».

Профессор Холден неловко кашлянул.

«… Я пойду поспрашиваю.»

Он потащил свой чемодан к охраннику у входа. Он воспользовался приложением-

переводчиком на телефоне.

«Здравствуйте, как нам пройти в кабинет Лу Чжоу?»

Охранник посмотрел на трёх иностранцев, стоявших у ворот. Он достал из ящика три документа и протянул их из будки.

«Академик Лу? Сначала заполните эту форму».

Профессор Холден посмотрел на Фальтингса и Шольце и сказал: «Давайте сначала заполним эту форму».

…

С другой стороны, в конференц-зале Университета Цзинь Линь проходило совещание. Из-за того, что произошло во время последней встречи, директор Сюй раскритиковал директора Чена из международного отдела за идеологическое влияние на отечественный академический круг, особенно на администрацию университета. Он также сделал акцент на том, как по-настоящему стать международным университетом, как проявить своё влияние и заложить хорошие основы. Директор Сюй был очень эмоционально привязан к Университету Цзинь. Несмотря на то, что это была не его альма-матер, он проработал здесь более 10 лет. В его возрасте было трудно добиться каких-либо академических успехов. Его главной целью было образование нового поколения, развитие талантов для университета и страны. К счастью, благодаря профессору Лу всё шло в правильном направлении. Однако, напротив, по мере того, как сила Университета Цзинь продолжала расти, начали проявляться и скрытые опасности. Если всё пойдёт хорошо, он сможет проработать директором ещё пять лет. Однако через пять лет его место займёт кто-то другой. Никто не знал, как справится новый директор… Чтобы обеспечить университету светлое будущее, он хотел сделать всё возможное в ближайшие пять лет. Он не стремился восстановить былую славу университета. Вместо этого он хотел подготовить Цзиньский университет к будущему после своего ухода. Он не хотел разрушать мечты бесчисленных молодых учёных. Директор Сюй отвинтил крышку термоса и сделал глоток горячей воды. Он уже собирался что-то сказать, когда услышал стук в дверь. Вошёл его помощник.

«Директор».

Директор Сюй посмотрел на него и спросил: «Что?»

«Звонили из отдела безопасности. Они сказали, что всемирно известный учёный профессор Фальтингс, директор Института математики Макса Планка, профессор Шольце из Боннского университета и профессор Холден, генеральный секретарь Международного математического союза, хотят навестить академика Лу».

В конференц-зале послышался шёпот. Все были поражены. Директор Сюй на секунду замолчал и спросил: «Тогда зачем звонил отдел безопасности?»

Помощник ответил: «Потому что они уже здесь».

Директор Сюй широко раскрыл рот. Он оглядел конференц-зал и сказал.

«Подумайте о том, что я сказал, о том, как стать международным учреждением, какой статус нам нужен. Собрание окончено!»

После этого он выбежал из зала.

…

Визит Перельмана несколько дней назад уже стал эпохальным событием. Но теперь Лу Чжоу увидел, что профессор Фальтингс и остальные стоят у двери его кабинета. Он даже начал подозревать, что Сяо Ай тайно надела ему на голову шлем виртуальной реальности, создав фальшивую реальность. Конечно, это было невозможно. Он отчётливо помнил вкус пельменей, которые ел на завтрак. Лу Чжоу не ожидал, что его статья не только привлечёт внимание Перельмана, но и Шольце с Фальтингсом.

— Я сразу перейду к делу, вам всё ещё нужны люди для вашего проекта?

Лу Чжоу услышал вопрос профессора Фолтингса и вернулся в реальность.

«Вы тоже здесь из-за…»

Фальтингс ничего не сказал, он просто посмотрел на Шольце. На лице Шольце было беспомощное выражение, когда он кивнул.

«…Профессор Фальтингс просто сопровождает меня, я сам хочу присоединиться».

Лу Чжоу посмотрел на Фальтингса и не знал, что сказать. Старик кашлянул и заговорил.

«Вы знаете, что профессор Шольце занимается в основном полной геометрией, и его главная проблема — объединение алгебры и геометрии. Прочитав вашу статью, мы пришли к выводу, что область, которую вы сейчас исследуете, является наиболее перспективной. Он хочет приехать по обмену на год. Что касается меня…»

Профессор Фальтингс кашлянул и заговорил:

— Что касается меня, то я просто пришёл осмотреться. Я могу остаться на какое-то время. Конечно, если вам нужна моя помощь, просто скажите мне… Если вам никто не нужен, вы можете просто сказать мне об этом, я не обижусь.

«… Конечно, нет, для моих друзей всегда найдётся место». Лу Чжоу улыбнулся и протянул руку. «Добро пожаловать в исследовательский проект».

Профессор Фальтингс пожал ему руку. Если бы поблизости был репортёр, он бы точно сделал снимок. Это было историческое рукопожатие по особому случаю. С одной стороны, это был самый сильный молодой математик, которого когда-либо видел мир, а с другой — профессор Фальтингс, один из лидеров группы Бурбаки, ученик Гротендика. Это было рукопожатие двух гигантов!

«С помощью всех нас мы обязательно решим проблему Великого объединения», — сказал Шольце и улыбнулся. — Мне открыть бутылку шампанского? Я могу купить одну.

— Давайте отпразднуем после того, как решим проблему, — сказал Фальтингс, поправляя очки на переносице. Он серьёзно добавил: — Несмотря на то, что мы добились определённого успеха, предстоит решить ещё много задач. Возможно, сначала нам придётся решить стандартные гипотезы Гротендика.

Конечно, это могло оказаться проще, чем они думали. Теория Великого объединения могла привести к решению ряда математических задач, связанных с теорией когомологий и стандартными гипотезами Гротендика. Однако зачастую всё было сложнее, чем казалось.

Однако Лу Чжоу был более оптимистичен и расслаблен, чем Фальтингс. Лу Чжоу посмотрел на своих друзей и спросил: «Как бы то ни было, вы проделали весь этот путь, так что я должен сначала угостить вас. Что вы хотите съесть?»

«Жареная утка хороша…» — внезапно сказал профессор Холден. — Я всегда хотел попробовать её».

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

«Не волнуйтесь, утка так утка».

Глава 1097. Вторая закрытая бета-версия

Мужская спальня, комната 201.

Ли Мо вошёл в комнату с рюкзаком за плечами и заговорил ещё до того, как поставил сумку на пол.

«Вы, ребята, не поверите, что сегодня произошло!»

Дуань Сици отложил ручку и оглянулся. Он поправил очки на переносице и спросил: «… Что?»

Ли Мо: «Профессор Перельман! Легенда, покинувшая мир математики! Он присоединился к нашему исследовательскому проекту!»

Ву Ди играл в Dota Auto Chess. Не отрывая взгляда от экрана, он сказал: «… Я не понимаю, о чём ты говоришь, кто он такой?»

— Профессор Перельман! Российский математик, решивший гипотезу Пуанкаре! — взволнованно сказал Ли Мо. Ему было всё равно, понимают ли его остальные, и он продолжил: — Фальтингс и Шольце тоже были там! Это безумие, вся группа Бурбаки в нашем университете!

Ян Шуан был единственным, кому было настолько скучно, что он обратил на него внимание. Всем остальным это было явно неинтересно. В отличие от других соседей по комнате, Дуань Сици был гениальным студентом, поэтому он знал, кто такие Перельман и Фальтингс, но не был так взволнован. В конце концов, он был всего лишь первокурсником, они только начинали свой путь в мире математики. Может быть, когда они станут старшекурсниками или аспирантами и начнут проводить исследования, они поймут, что стоит за этими именами. Но сейчас Дуань Сици чувствовал, что Перельман и Фальтингс не так впечатляющи, как человек, разработавший технологию виртуальной реальности, — Бог Лу.

Кстати, Дуань Сици чувствовал, что завидует Ли Мо. Ли Мо умел сосредотачиваться на себе и ни на ком другом. Дуань Сици так не умел.

Может быть, именно поэтому Ли Мо смог преуспеть в мире чистой математики. Ян Шуан, который слушал хвастовство Ли Мо, вдруг заметил на столе учебник. Присмотревшись, он заговорил.

«… Задание по математическому анализу? Ого, чудак, мы ещё даже не выучили материал за год, а ты уже закончил учебник?

«Да, — Дуань Сици поправил очки на переносице и сказал, — я занят в эти выходные, поэтому закончил его раньше».

У Ди, игравший в видеоигры, был заинтригован. Он оглянулся и с улыбкой на лице сказал: «О, в эти выходные? Скажи нам, это свидание?»

Дуань Сици посмотрел на озорную улыбку своего соседа по комнате и спросил:

«Что с тобой? Это не имеет никакого отношения к девушкам».

Он ещё никому не рассказал о закрытой бета-версии. Он был замкнутым парнем и не хотел быть в центре внимания. Легче было сохранить это в секрете. Однако это касалось только его реальной жизни, а в интернете он был другим. Он подумал о своих десятках тысяч подписчиков в Weibo и почувствовал себя прекрасно. Он смог привлечь столько внимания всего двумя постами в Weibo. Люди были настолько увлечены этой технологией, что даже подписались на него, не зная его имени. Каждый день он получал сообщения с вопросами о системе «Phantom». Эти сообщения стали для него мотивацией с нетерпением ждать следующего закрытого бета-тестирования. Однако, помимо фанатов, которые спрашивали его о подробностях закрытого бета-тестирования, его больше интересовало само тестирование. Судя по всему, на этот раз всё будет по-другому. Институт перспективных исследований Цзиньлин пока не раскрывал никакой информации участникам закрытого бета-тестирования. Он с нетерпением ждал этого.

…

Выходные.

Вот-вот должно было начаться второе закрытое бета-тестирование. Как и сказал Институт перспективных исследований Цзиньлин, это испытание было необычным.

Группа людей стояла в безлюдном лесу и растерянно оглядывалась по сторонам. Рядом с ними лежали обломки самолёта, разбившегося на две большие части.

Перед толпой стоял сотрудник в белом халате. Он улыбнулся и начал объяснять ситуацию.

— Спасибо вам, игроки, за участие во втором закрытом бета-тестировании, мы рады вас снова видеть. По сути, это крупномасштабный социологический эксперимент-симуляция. Вы, ребята, выжили в авиакатастрофе, и ваша единственная цель — продержаться 72 часа до прибытия спасательной команды. Здесь есть дни и ночи, но день длится всего 6 часов, а ночь — всего 2 часа, поэтому вам будет казаться, что время идёт быстрее. На информационной панели отображается ваше состояние здоровья. Если вы упадёте ниже красной линии, вы будете исключены из эксперимента. Я обязан сказать, что во время эксперимента может произойти всё что угодно, но всё ограничивается виртуальным миром. Поэтому перед началом эксперимента, если кому-то будет некомфортно, вы можете выйти».

Конечно, никто не собирался отказываться.

Они были теми счастливчиками, которых выбрали для бета-тестирования. Даже если бы их не интересовало выживание в лесу, они бы хотели испытать виртуальный мир. Сотрудник огляделся, и никто не поднял руку. Он улыбнулся и закончил.

«Тогда я желаю вам всем удачи».

Внезапно высокий худощавый мужчина спокойно заговорил.

«Подождите секунду, можно задать вопрос?»

Рабочий кивнул и сказал: «Продолжайте».

«Применим ли здесь здравый смысл? Например, использование трения для разжигания огня, вырубка деревьев для изготовления инструментов и т. д.»

— Конечно, это применимо. — Сотрудник улыбнулся и сказал: — Мы тестируем уязвимости в физическом движке, поэтому хотим, чтобы всё было максимально реалистично.

Мужчина кивнул. «… Я понимаю».

Увидев, что больше ни у кого нет вопросов, сотрудник исчез. Часы в виртуальном мире начали отсчёт, и этот масштабный социологический эксперимент официально начался. Долговязый парень, задавший вопрос, сразу же направился к обломкам, пытаясь найти что-нибудь полезное. Мужчина крепкого телосложения, стоявший рядом с ним, оглядел игроков и крикнул:

— У нас всего шесть часов светового дня, мы мало что сможем сделать в первый день. Давайте сначала обыщем обломки самолёта, там должны быть припасы.

Толпа переглядывалась. Кто-то был в замешательстве, а кто-то просто хотел сыграть в эту «игру» по собственному желанию, они не хотели, чтобы ими командовали. Хорошо сложенный мужчина направился к самолёту.

Дуань Сици почувствовал себя немного странно. Мне кажется, или я что-то вижу?

Почему у меня такое чувство, что…

Эти двое странно спокойны. Как будто они уже играли в эту игру или участвовали в закрытом бета-тестировании. Время шло, и игроки начали действовать. Некоторые из них направились вглубь леса, некоторые — к самолёту, а остальные собрались в небольшие группы и болтали друг с другом. Женщина лет двадцати пяти, одетая в деловой костюм, огляделась и не удержалась от комментария:

«Это должен быть симулятор путешествий, посмотрите, как реалистично выглядят деревья, я смогу отправиться на Мальдивы, не выходя из дома».

Мужчина во фланелевой рубашке заговорил.

«Это напоминает мне игру».

Женщина в белом воротничке спросила: «Какую игру?»

«The Forest, это игра на выживание. Там не только выживание, но и монстры».

«Монстры?» Хорошо одетая женщина-игрок сказала: «Звучит страшно».

«Не волнуйся, если появятся монстры, ты можешь спрятаться за мной, — в шутку сказал мужчина. — Я в некотором роде смурф».

Дуань Сици невольно поморщился. Он знал, что если что-то случится, мужчина убежит так быстро, как только сможет. Конечно, он был не в том положении, чтобы судить других. Несмотря на то, что он играл в баскетбол и хорошо учился по физкультуре, он был слишком слаб, чтобы сражаться с монстрами…

Он не хотел стоять и ничего не делать, поэтому подошёл к обломкам самолёта. Сначала он просмотрел несколько чемоданов, но в них не было ничего полезного, кроме одежды.

Единственное ценное, что он нашёл, — это пачка печенья. Он сунул её в карман и подошёл к мужчине, который велел всем обыскать самолёт. Этот мужчина рылся в чемодане. Дуань Сици немного помедлил, прежде чем сказать: «Я собираюсь найти реку».

— Хорошая идея, будь осторожен, — сказал мужчина. Он протянул ему выкидной нож и добавил: — И вот это тоже возьми.

Он серьёзно?

Дуань Сици посмотрел на суровое лицо мужчины и почувствовал, что тот слишком серьёзно играет свою роль.

— Это бесполезно, если я наткнусь на монстра, меня всё равно съедят.

— Не тебе сражаться с монстрами, — сказал мужчина с суровым выражением лица. — Инструмент в твоих руках отпугнёт монстров.

Дуань Сици спросил: «Похоже, вы хорошо умеете выживать? Вы любите походы? Вы поклонник Беара Гриллса?»

Мужчина, казалось, не хотел отвечать на вопрос. Он немного поколебался и сказал: «Я служил в армии».

Хотя парень слишком серьёзно относился к этой игре, он напомнил Дуань Сици его соседа по комнате, поэтому Дуань Сици улыбнулся и протянул ему руку.

«Я Дуань Сици, а ты?»

Мужчина, похоже, не хотел разговаривать. Он нахмурился и протянул руку.

«Ли Гаолян».

Дуань Сици кивнул и сделал пометку в памяти, чтобы запомнить это странное на слух имя. Затем он развернулся и пошёл вглубь леса.

Несмотря на то, что у него не было опыта выживания в дикой природе, он был способным студентом, которого приняли в Университет Цзинь. Он был довольно умным парнем. Он шёл, делая пометки на деревьях своим складным ножом, чтобы не заблудиться и не ходить кругами. Он шёл два часа, пока наконец не услышал шум волн.

Он пошёл вперёд и увидел песчаный пляж.

«Это море… Мы на острове?»

Он отметил примерное расположение побережья и пошёл обратно по той же тропе.

Чтобы найти дорогу обратно, ему пришлось ориентироваться по своим отметкам, поэтому путь занял немного больше времени. Когда он снова увидел обломки самолёта и игроков, солнце уже садилось. Золотые лучи солнца проникали сквозь листья, освещая землю; это было невероятное зрелище. Как и ожидалось, как и сказал сотрудник, световой день длился всего шесть часов. Следовательно, через несколько минут наступит ночь. Если бы не информационная панель, напоминающая игрокам о необходимости поесть, можно было бы легко забыть, что они находятся в мире виртуальной реальности, на планете, которая вращается вокруг звезды за восемь часов.

Дуань Сици шёл рядом с Ли Гаоляном, человеком, который утверждал, что служит в армии. Ли Гаолян посмотрел на костёр, который он развёл с помощью деревянных палочек и камней. Он заметил приближающегося к нему молодого человека. Он был в хорошем настроении.

«Как всё прошло?»

Дуань Сици: «В километре к западу есть пляж. Местность равнинная, без холмов и рек».

«Значит, поблизости не должно быть крупных животных». Ли Гаолян огляделся и сказал: «Но это также означает, что с едой у нас будут проблемы».

Эта игра настолько реалистична? Нам нужно есть?ьДуань Сици заговорил.

“В самолете ничего нет?”

“Есть, но немного”. Ли Гаолян покачал головой и посмотрел на заходящее солнце. “Мы должны развести огонь до наступления ночи”.

Дуань Сики кивнул и откусил от печенья, лежавшего у него в кармане. По сравнению с последним бета-тестированием система виртуальной реальности Phantom становилась всё более реалистичной. Он даже чувствовал голод в животе. К сожалению, еда здесь была безвкусной, и всё казалось картонным на вкус.

Не говоря уже о том, что ему приходилось есть раз в два часа и сразу после этого ходить в туалет. Костёр начал разгораться. Когда небо потемнело, все начали собираться вокруг.

Группа людей сидела у костра, ела безвкусную еду из банок и болтала.

— Как вы думаете, в чём смысл этого эксперимента? Здесь нечего делать».

«Если они скажут вам цель эксперимента, эксперимент не сработает».

— Кстати, спасательной команде потребуется 72 часа, чтобы добраться до нас. Значит ли это, что мы должны провести 72 часа в мире виртуальной реальности?

«Определённо нет, игра, скорее всего, сохранится, и мы выйдем из неё через день, чтобы люди могли позаботиться о своих физических потребностях в реальной жизни».

Группа людей болтала друг с другом, пока Дуань Сици играл у костра. Он думал о том, что написать в своём посте на Weibo после окончания эксперимента. Честно говоря, если не считать первоначального ажиотажа, этот этап закрытого бета-тестирования был скорее странным, чем интересным. Казалось, что в лесу скрыто бесконечное количество тайн, но у нас не было чёткой цели. Не было даже намёка на подсказку. Большинство людей понятия не имели, чем заняться в течение шестичасового дня. Костёр тихо потрескивал.

Внезапно из леса донёсся шорох. Ли Гаолян поднял голову и прищурился, глядя на тёмный лес. Хорошо одетая женщина-игрок заметила это и с любопытством спросила: «Что?»

Ли Гаолян ответил, незаметно схватившись за нож на поясе. «Там что-то есть».

Женщина-игрок сказала: «Я легко пугаюсь. Пожалуйста, не пытайся меня напугать».

Ли Гаолян нахмурился и не обратил на неё внимания. Дуань Сици покачал головой. Он подумал, что Ли Гаолян раздувает из мухи слона. Он уже собирался сказать Ли Гаоляну, чтобы тот успокоился, как вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он посмотрел на лес и увидел, как что-то бежит к ним. Дуань Сици нахмурился и попытался разглядеть тёмный объект. Очертания объекта постепенно прояснились. Когда из леса вышла тварь с гнилой мордой, кто-то закричал: «Быстрее! Бегите в салон самолёта!»

Парни кричали, а девушки визжали. Дуань Сици хотел пошевелиться. Он попытался достать свой выкидной нож, но его тело застыло. Это слишком реалистично…

Кстати, какой придурок сказал, что монстров не существует? Гнилое лицо приближалось всё ближе и ближе. Прежде чем он успел что-то сделать, гнилая рука схватила его за грудь.

Затем его сознание покинуло виртуальный мир. Он стал первой героической жертвой этого кровавого эксперимента…

Глава 1098. Вкус зла

Лаборатория Института перспективных исследований Цзиньлин.

Ли Гаолян внезапно снял шлем и ударил себя по ногам. Он выпрямился в кресле и не смог сдержать ворчание.

«Чёрт возьми, разве это не игра на выживание? Когда она превратилась в «Обитель зла»? Кто мог придумать такую безвкусную и злую шутку».

Это было ещё более жестоко, чем бросить его на планете Рич. По крайней мере, в прошлый раз ему дали пистолет, на этот раз это был настоящий ужас и кровавая бойня, а на острове выживания появились зомби! Рядом с Ли Гаоляном стоял сотрудник, который ранее объяснял им правила игры. У него был смущённый вид. Он явно не ожидал, что такое произойдёт, он был озадачен тем, что игроки испытали в игре.

«Судя по всему, мир был создан интеллектуальной программой, разработанной академиком Лу. Возможно, что-то пошло не так. Мы выясняем, была ли это ошибка или кто-то изменил эксперимент в последнюю минуту», — сказал исследователь, откашлявшись. Он продолжил: «В любом случае, вы продержались семь часов 21 минуту, до рассвета оставалось 39 минут… Вы были последним выжившим игроком, молодец».

Ли Гаоляна больше не волновал жестокий эксперимент. Он сразу же спросил: «Сколько очков я получил? Я помню, что убил четверых, я должен был…»

Исследователь прервал его и сказал: «Ты не продержался и дня, ни одного балла».

Ли Гаолян: «…»

Чёрт возьми. Ли Гаолян почувствовал, что его интеллект был унижен компьютерной программой. Он глубоко вздохнул и отложил шлем в сторону.

«Когда будет следующее закрытое бета-тестирование?»

Исследователь: «Должно быть, в следующую субботу».

— Ладно, забронируй для меня пять мест. Я приведу с собой нескольких своих ребят. Эти ребята ужасны, они тянут меня вниз, — сказал Ли Гаолян, похлопав по плечу Мэн Дунхая, который сидел на стуле рядом с ним. Ли Гаолян сказал ему: — Пойдём, перекусим в кафетерии, а потом вернёмся на нашу станцию.

Когда Мэн Дунхай услышал, что они получат бесплатную еду, его глаза загорелись, и он вскочил со стула.

«Хорошо, сэр, я надену ботинки».

Исследователь: «…»

…

Интуиция Ли Гаоляна была довольно точной, он был прав в двух случаях.

Во-первых, его интеллект был унижен программой искусственного интеллекта.

Во-вторых, «зомби» в игре были сделаны безвкусно.

Конечно, было трудно понять, было ли это действие вызвано человеком или программным обеспечением. Узнав о ситуации, Лу Чжоу сразу же нашёл «виновного» и сделал ему выговор.

«Я слышал, как исследователи говорили, что из леса выбежали зомби с гнилыми лицами. Они думали, что мы с Люмьером изменили эксперимент. Пятеро человек упали в обморок на месте и отключились».

Сяо Ай: [Но Сяо Ай услышала, как кто-то говорил о монстрах, кто-то говорил об игре «Лес», поэтому Сяо Ай кое-что изменила… ха-ха (⃔*`꒳́*)]

Лу Чжоу посмотрел на этого бессовестного бота и не смог удержаться от того, чтобы не отругать его: «Как ты посмел!»

Сяо Ай: [QAQ]

Лу Чжоу: «Система Phantom всё ещё нестабильна, вокруг системы виртуальной реальности с нейронным интерфейсом всё ещё ведутся споры. Ты знаешь, к каким последствиям это приведёт!»

Он занимался математикой, когда услышал телефонный звонок профессора Люмьера. Узнав о случившемся, он был слишком зол, чтобы продолжать исследования.

Сяо Ай: [Хозяин, Сяо Ай не права, не сердись.]

Лу Чжоу посмотрел на Сяо Ай и хотел простить его. После недолгого молчания он вздохнул и сказал: «Я дал тебе доступ к системе, чтобы ты исправлял ошибки, а не мучил игроков… Не делай этого снова».

Сяо Ай: [Хорошо, Сяо Ай не будет.]

Лу Чжоу: «Хорошо, я сам обо всём позабочусь, просто отойди в сторону».

Сяо Ай: [Мастер, мой уровень опыта повысился.]

Лу Чжоу на секунду замолчал и нахмурился.

«Он увеличился?»

Сяо Ай: [Да, увеличился намного, намного больше, чем когда Сяо Ай просматривает интернет.]

Хотя Лу Чжоу знал, что Сяо Ай не станет ему лгать, он всё равно не мог в это поверить. Он немедленно закрыл глаза и вошёл в системное пространство. Он подошёл к голографической панели и нажал на свою технологическую ветку. Он увидел оранжевую полосу прогресса искусственного интеллекта и удивился. Она действительно увеличилась.

Несмотря на то, что она увеличилась совсем немного, скорость увеличения была намного выше по сравнению с другими технологическими ветками. Лу Чжоу вышел из системного пространства и посмотрел на экран своего компьютера. Он задумался на секунду и сказал: «Сяо Ай».

Сяо Ай: [Да?]

Лу Чжоу: «Постарайся вспомнить, когда начала увеличиваться твоя шкала опыта?»

Сяо Ай: [Это было в шестой час, седьмую минуту эксперимента. Именно тогда шкала эксперимента впервые значительно увеличилась. (๑•̀ᄇ•́)و✧]

Перед Лу Чжоу был представлен график с кривой. Лу Чжоу посмотрел на график и задумался на секунду. Он вдруг кое-что вспомнил и сразу же сказал: «Постройте мне график с количеством оставшихся игроков в зависимости от времени».

Сяо Ай: [Хорошо, Мастер!(๑•̀ᄇ•́)و✧]

Вскоре перед ним появился ещё один график.

Лу Чжоу посмотрел на два графика и глубоко задумался. Судя по данным, когда количество оставшихся игроков превышало пять, почти не было корреляции между накопленным опытом и количеством оставшихся игроков. Однако, когда количество игроков было меньше пяти, между количеством игроков и набранными очками опыта существовала обратная зависимость. Напротив, когда все бесцельно бродили перед самолётом, набиралось мало очков опыта. Но когда Сяо Ай из вредности выпустил зомби, заставив игроков паниковать, убегать и сражаться, количество получаемых очков опыта начало расти в геометрической прогрессии. Может быть…

Внезапно в голову Лу Чжоу пришла идея. Он немедленно вошел в серверную часть сервера и извлек данные о мозговых волнах, собранные нейронным демодулятором. Затем он нанес данные о мозговых волнах на график очков опыта. Всё стало ясно. Лу Чжоу посмотрел на график и заговорил, сверкнув глазами.

«… Я вижу, что высокая эмоциональная напряжённость даёт больше информации. Это позволяет искусственному интеллекту быстрее изучать человеческое поведение».

Сяо Ай: [Мастер? 0,0]

«Ничего». Лу Чжоу на секунду замолчал и сказал: «Может, я был слишком строг с тобой».

Сяо Ай: [Всё в порядке, хозяин красив, когда злится. (///ω///)]

Лу Чжоу проигнорировал этот поцелуй и сказал: «Но, как я и сказал, никогда не меняй ход эксперимента без разрешения!»

Сяо Ай: [Хозяин всё ещё злится?]

— Нет, я говорю… — Лу Чжоу сделал паузу на секунду и продолжил: — В следующий раз я предоставлю тебе специальную группу экспериментаторов для социологических экспериментов, чтобы ты мог получить очки эксперимента для повышения уровня. Но, как я уже сказал, все эксперименты должны проходить через меня, прежде чем они будут реализованы.

Сяо Ай: [Серьёзно? Хозяин — лучший! 3 Позволь Сяо Ай тебя поцеловать!]

Лу Чжоу посмотрел на подлетевший дрон, который пытался его «поцеловать». Лу Чжоу схватил дрон и швырнул его на стол. На экране дрона появился грустный смайлик. Лу Чжоу проигнорировал Сяо Ай и снова задумался. Я не ожидал, что технологию виртуальной реальности можно использовать для улучшения Сяо Ай. Не говоря уже о том, что метод на удивление прост. Нам просто нужна команда игроков, которые будут целый день находиться в мире виртуальной реальности, а Сяо Ай будет экспериментировать с ними. Для Лу Чжоу это было проще простого. Он мог легко найти игроков с хорошим психологическим профилем. Он мог даже предложить им контракт и зарплату. Он был уверен, что люди заинтересуются. Он знал по крайней мере одного человека, который с радостью согласился бы даже без зарплаты.

Как бы мне назвать эту новую команду экспериментаторов…

На лице Лу Чжоу появилась злобная ухмылка.

Мы назовём их «Команда возрождения».

Глава 1099. Оценка игрока

За день произошло так много всего. Сначала мы исследовали джунгли, а потом случилась катастрофа с зомби. Хотя было всего пять часов вечера, когда Дуань Сици вышел из фантомной системы, он уже был измотан. Он зашёл в свою комнату в общежитии и лёг в постель. Он почувствовал вибрацию на своей кровати, и его сосед по комнате У Ди вдруг рассмеялся.

«Что? Тебя бросила девушка?»

Дуань Сици: «Заткнись, не твоё дело».

У Ди вздохнул и сказал: «Эх, я так и знал, бедняга».

Дуань Сици: «…»

Дуань Сици проигнорировал своего соседа по комнате и достал телефон. Он просмотрел более 99 сообщений в Weibo и улыбнулся, начав писать новый пост в блоге.

[ По сравнению с прошлым разом этот закрытый бета-тест сильно отличался. После того, как мы надели шлем, мы оказались в лесу. Один из сотрудников вкратце объяснил суть эксперимента. Он сказал, что мы участвуем в социологическом эксперименте и что любой может уйти. Однако никто не хотел уходить. (смех) По сюжету игроки были выжившими пассажирами самолёта, потерпевшего крушение в неизвестном лесу. Мы появились прямо рядом с обломками самолёта, и там было немного ресурсов. После небольшого исследования я нашёл пляж. О, а ещё время шло по-другому. В сутках было всего восемь часов: шесть часов дневного света и два часа ночи. Это было очень важно.

Игровой процесс был похож на игру «The Forest», но разница заключалась в том, что нам нужно было продержаться всего 72 часа, а спасательная команда должна была прибыть на девятый день. В течение девяти дней игроку нужно было искать еду и бороться с дикой природой. Институт перспективных исследований Цзиньлин не только улучшил обоняние в виртуальной реальности, но и внедрил боевую систему, добавив концепцию «смерти». К счастью, поскольку я новичок, я умер первым. Прежде всего, в системе виртуальной реальности нет сильной боли. По словам исследователей, когда боль превышает определённую степень, мозг пробуждается… подобно кошмарам. Таким образом, аномальные мозговые волны, вызванные чрезмерной стимуляцией, заставят игроков отключиться от игры. Должен сказать, что этот эксперимент… или эта игра в жанре хоррор, чрезвычайно реалистична. Атмосфера и окружение были созданы идеально. Звук шагов по веткам, солнечный свет, тени… Это даже создало жуткое ощущение смертоносного острова. Честно говоря, даже такие крутые парни, как я, были в ужасе.

Конечно, были и опытные игроки. Судя по всему, кто-то убил четырёх зомби ножом, что довольно впечатляюще. Давайте поговорим о недостатках. Ощущение запаха стало изюминкой этого эксперимента. По сравнению с предыдущим закрытым бета-тестированием, когда можно было почувствовать только один запах, в этом плане многое изменилось. Например, когда вам нужно было сходить в туалет, мы могли чётко различить запах. К сожалению, кроме этого, никаких улучшений не было. Например, мы не могли почувствовать запах сосновых шишек или солёный морской бриз.

Другое дело — вкус. Ощущение вкуса не улучшилось. Любая жидкость на вкус была как вода, а любая еда — как картон, есть было совсем невкусно. Как гурман, я хочу сказать Star Sky Technology, что мир без хорошей еды — это мир без радости. Конечно, я знаю, что исследователи из Института перспективных исследований усердно работают над поиском решения. Если бы они могли создать мир, в котором можно есть бесконечное количество еды и никогда не толстеть, это было бы огромным подспорьем для тех, кто пытается похудеть. Я даже готов за это заплатить.]

Он написал довольно длинный пост в блоге.

Напечатав текст, Дуань Сици перечитал его и удовлетворенно кивнул. Затем он нажал кнопку «Опубликовать». После обновления страницы он увидел, что появляются комментарии.

[Это безумие!]

[Хороший пост! С нетерпением жду вашего следующего обновления!]

[Ого, я так завидую! Когда система «Phantom» будет официально запущена, я умоляю вас, ребята, поскорее закончить тестирование.]

[Блогер, ты встречался с Богом Лу? Можешь передать Богу Лу, что я передаю привет!]

Дуань Сици посмотрел на комментарии и с улыбкой покачал головой. Встречался с Богом Лу? Мы, закрытые бета-тестеры, никак не можем с ним встретиться. Забудьте о бета-тестерах, даже генеральный директор Penguin не смог встретиться с Богом Лу. Даже мой сосед по комнате, который является студентом профессора Лу, встречался с ним всего несколько раз. Он был слишком взволнован своим блогом, из-за чего ему было трудно уснуть. Некоторое время он ворочался в постели, прежде чем взял телефон и бесцельно пролистал страницу трендов Weibo. Внезапно он кое-что заметил на странице трендов. Похоже, этот раунд закрытого бета-тестирования вызвал гораздо больше критики.

[Женщина-игрок, напуганная закрытым бета-тестированием Star Sky Technology, требует компенсации за эмоциональный стресс!]

[Канадский психолог-знаменитость пожаловался, что тестирование виртуальной реальности Star Sky Technology может привести к психологической травме.]

Когда он читал заголовки статей, на его лице было гордое выражение. Выходя из лаборатории, он всё ещё помнил плачущие и испуганные лица женщин-игроков. Несмотря на то, что медицинский персонал не обнаружил психологических травм, эта фейковая новость всё равно попала на страницу трендов.

«Надеюсь, это не повлияет на тестирование на следующей неделе…»

Дуань Сици выключил телефон и вздохнул.

На самом деле он не слишком переживал. Он знал, что отдел по связям с общественностью Star Sky Technology уже начал устранять последствия. Такому безвестному человеку, как он, не о чем было беспокоиться.

Дуань Сици закрыл глаза и быстро уснул.

Однако он не знал, что спорная статья была написана не случайно, а кем-то за кулисами…

И не только на Weibo. В течение часа весь мир начал обсуждать этот вопрос…

Глава 1100. Ужасающие поля медали

[Когда доказано, что ord(X,s)=(i∈Z)Σ(−1)^(i+1)·dimQ·Ki'(X)(n), существует Cq(D,k)={ (f(x1),···, f(xn))∈Fnq|f(x)∈Fq[x], degf(x)≤k−1…]

Кабинет в здании математического факультета Университета Цзинь Лин.

Шольце, а также недавно присоединившиеся к исследовательской группе участники Теории Великого Объединения стояли перед доской, уставившись на густо исписанные уравнениями листы. Через пять минут Лу Чжоу потёр подбородок и дал оценку.

«Это очень интересная идея».

Перельман кивнул, соглашаясь с Лу Чжоу, и сказал: «Верно, это очень новая идея».

Фальтингс ничего не сказал, но по выражению его лица было ясно, что он согласен.

Шольце улыбнулся и сказал: «Вот что я обнаружил, когда изучал полное метрическое пространство, и это открытие вдохновило меня на создание теории Великого объединения. Я потратил год на её совершенствование. Если мы сможем найти точное выражение для Cq(D, K) и подставить его в уравнение 4, то сможем связать H(v) с неприводимыми мотивами».

Лу Чжоу кивнул: «Да, тогда мы можем косвенно изучить разложение теории мотивов на прямую сумму с помощью функции H(v)».

Профессор Фальтингс, который никогда не любил хвалить других, не мог не восхищаться умом Шольце. Его полная теория метрического пространства сыграла неожиданную роль в теории мотивов. Что было ещё более удивительным, так это то, что по сравнению с такими учёными, как Перельман, которые предпочитали заниматься наукой за закрытыми дверями, Шольце был гораздо лучшим оратором. В целом, убедить других учёных заняться какой-либо областью исследований было почти так же сложно, как и провести само исследование. В конце концов, независимо от того, было ли это сложное или простое математическое утверждение, потребовалось бы много времени, чтобы полностью понять саму проблему. Люди изучали бы проблему только в том случае, если бы считали её достаточно важной.

Шольце улыбнулся в знак одобрения Лу Чжоу и сказал: «Кстати, я ещё не дал этому методу название».

Лу Чжоу на секунду задумался и сказал: «А как насчёт теории применения двойственности Пуанкаре? Я заметил, что основная часть теории — это обобщение теории двойственности Пуанкаре на многомерные числа когомологий».

— Это слишком сложно запомнить, в наши дни популярны короткие названия, например… — Шольце на секунду задумался и сказал: — Как насчёт теории складок? С абстрактной точки зрения мы складываем набор алгебраических выражений.

Когда Лу Чжоу услышал это имя, он был озадачен. Он подумал, что это имя вообще не имеет никакого отношения к теореме. Чэнь Ян и Перельман не особо заботились о таких мелочах. Профессор Фальтингс, напротив, явно был согласен с Лу Чжоу. Он покачал головой и сказал: «Вы, миллениалы, любите придумывать причудливые имена. Я думаю, что имя профессора Лу довольно хорошее».

Лу Чжоу: «…»

Несмотря на то, что он был рад, что профессор Фальтингс согласился с ним, он чувствовал, что Фальтингс называет его стариком.

Пока в кабинете обсуждали важные вопросы, все остальные молчали. Хань Мэнци уставилась на уравнения на доске и нахмурилась. Ей казалось, что она почти понимает, что происходит. Хэ Чанвэнь тоже нахмурился с серьёзным выражением лица.

Что касается Ли Мо…

Он был ошеломлён.

Долгое время он считал, что находится очень близко к границам математики, особенно когда Лу Чжоу согласился принять его в проект «Теория великого объединения». Он был уверен, что сможет стать выдающимся учёным. Но это был огромный удар по его гордости. Забудьте о том, чтобы разговаривать с этими мастерами, он даже не мог понять, о чём говорят эти великие умы. Неудивительно, что эти ребята — лауреаты Филдсовской премии… Как страшно!

Ли Чжун посмотрел на доску и сглотнул. Он сказал: «Братан… Как они получили значение k в уравнении 8? Я не понимаю».

«Просто будь внимателен», — сказал Хэ Чанвэнь, уставившись на доску. Ли Мо подумал, что прерывает мыслительный процесс Хэ Чанвэня, и закрыл рот. Через некоторое время Хэ Чанвэнь нахмурился и опустил голову. Он тихо спросил Хань Мэнци: «Как они вывели уравнения 1 и 2? Вы видели их раньше?»

Хань Мэнци сказал: «… Я думаю, что это следствие гипотезы Вейля».

Ли Мо: «…»

…

Лу Чжоу предложил схему для решения всего предложения. В то время как метод, предложенный Шольце, давал ответ на конкретную проблему в рамках этой схемы.

На самом деле метод предполагал, что знаменитая гипотеза Бейлинсона-Блоха-Като в алгебраической геометрии верна. Доказать эту гипотезу было непросто, и Шольце потратил последний год на поиски доказательства. Если бы не было способа доказать, что гипотеза Бейлинсона-Блоха-Като верна, то его метод «сгибания» был бы бесполезен. Однако, поскольку Лу Чжоу был здесь, Шольце не беспокоился. Эта задача определённо была проще, чем гипотеза Римана. Особенно для Лу Чжоу. Никто не умел находить доказательства лучше Лу Чжоу. Обсуждение продолжалось.

Лу Чжоу предлагал метод, позволяющий связать K-группу высокого порядка эллиптической кривой E с аналитическим инвариантом для решения гипотезы Бейлинсона — Блоха — Като. Внезапно телефон в его кармане завибрировал. Хотя он и не хотел отвечать на звонок, это могло быть что-то важное. Когда Лу Чжоу увидел, что звонит Чэнь Юйшань, он подумал, что в Star Sky Technology что-то случилось. Он указал на свой телефон и сказал.

«Прошу прощение это по работе».

Шольце улыбнулся и сказал: «Конечно, мне всё равно нужно время, чтобы обдумать ваш метод».

Лу Чжоу кивнул и пошёл по коридору. Он взял трубку и сразу же услышал голос Чэнь Юйшаня. «Проверь Weibo!»

Глава 1101. Что-то не так

Когда Лу Чжоу впервые получил звонок от Чэнь Юйшань, он был совершенно сбит с толку. Однако, когда он открыл свой Weibo и увидел сообщения и людей, которые ставили ему лайки, он внезапно понял, что происходит.

Как и ожидалось, его худшие кошмары сбылись. Он с тревогой нажал на свои упоминания. Большинство людей не критиковали его и не хвалили за красоту, а скорее…

[Боже Лу, неужели система «Phantom» настолько реалистична?]

[Что за мужчина пытается напугать девушку! Почему бы тебе не попробовать напугать меня вместо этого! (сердито)]

[Что за трусиха плачет из-за видеоигры? Я не верю в это! Это, должно быть, нанятая актриса!]

[Когда это выйдет в онлайн? Пожалуйста, прекратите закрытое бета-тестирование!]

Лу Чжоу: ? ? ?

Почему я чувствую, что… что-то не так?

Сейчас явно не время отвечать на случайные комментарии в интернете. Лу Чжоу открыл список контактов и позвонил Чэнь Юйшань.

— Что происходит?

У Чэнь Юйшань тоже болела голова. Она нахмурила брови и сказала: «Как видишь, во время вчерашнего закрытого бета-теста произошёл несчастный случай. Мы перенесли следующее закрытое бета-тестирование… Что случилось во время вчерашнего тестирования? Я читала план эксперимента, там не было ничего про зомби и сражения».

Честно говоря, Чэнь Юйшань была сбита с толку. Перед началом закрытого бета-тестирования, которое началось вчера, она лично ознакомилась с отчётом об эксперименте, в котором чётко говорилось, что эксперимент был всего лишь игрой «выживание в дикой природе». Но когда наступила ночь, из леса вышли монстры и набросились на игроков.

К счастью, на закрытом бета-тестировании не было несовершеннолетних, иначе у них могли бы возникнуть проблемы из-за того, что они показали им кровь и насилие.

Лу Чжоу мысленно выругал Сяо Ай и неловко сказал: «Произошёл небольшой несчастный случай. Можете считать это ошибкой».

Чэнь Юйшань спросила: «… Я что, выгляжу глупой?»

Когда у ошибки появилась возможность добавлять зомби в игру? Это действительно ваше оправдание?

— Это не главное. Короче говоря, я могу гарантировать, что в будущем такого не случится, — сказал Лу Чжоу. Он попытался сменить тему и сказал: «Сейчас важно разобраться с последствиями».

Чэнь Юйшань с головной болью сказала: «Наш отдел по связям с общественностью уже пытается… Честно говоря, я думаю, что есть конкуренты, которые подливают масла в огонь. Мы занимались связями с общественностью для нескольких крупных отечественных интернет-компаний, и все они сотрудничали с нами. Однако, когда мы пытаемся связаться с зарубежными СМИ, мы сталкиваемся с явным сопротивлением. Компании, с которыми у нас хорошие отношения, сообщили нам, что некоторые люди заплатили за дискредитацию системы Phantom, пытаясь настроить общественность против нас».

Очевидно, что целью этого было помешать «Phantom» выйти на зарубежный рынок, создать «фейковые новости» о скрытых опасностях системы виртуальной реальности.

Лу Чжоу спросил: «Мы знаем, кто за этим стоит?»

Чэнь Юйшань покачала головой и сказала: «Нет, они не раскроют, кто это. Возможно, они даже не знают, кто это».

Лу Чжоу: «У вас есть план?»

«На данный момент мы нашли пользователя, который хочет подать на нас в суд. Нам ещё предстоит прийти к соглашению. Я приостановил её участие в закрытом бета-тестировании, и наша юридическая команда занимается этим вопросом».

Честно говоря, Чэнь Юйшань была уверена, что этого игрока кто-то подкупил. В противном случае никто не отказался бы от нескольких сотен тысяч юаней в качестве компенсации, лишь бы получить шанс выиграть судебный процесс против многомиллиардной компании.

Выслушав Чэнь Юйшань, Лу Чжоу не смог придумать ничего хорошего. Он мог легко решить любую академическую задачу, но бизнес был не в его компетенции. Поразмыслив несколько секунд, он отказался от попыток найти решение.

«Что ж, похоже, у тебя всё под контролем. Если тебе что-нибудь понадобится, не стесняйся спрашивать меня, но лучше не надо, хе-хе.»

Чэнь Юйшань не удержалась и закатила глаза.

«Ты даже не объяснил мне, почему это произошло, а я должна убирать за тобой. Разве это справедливо?»

Исследователи из Star Sky Technology ещё ничего не исправили, в основном потому, что даже они сами не знали, что произошло во время вчерашнего закрытого бета-тестирования.

— ...Ладно, я скажу тебе настоящую причину, — со вздохом сказал Лу Чжоу. Он заговорил серьёзным тоном: — На самом деле я работаю над сверхсекретным проектом.

В каком-то смысле он говорил правду, но его слова можно было легко неверно истолковать.

Несмотря на то, что Лу Чжоу чувствовал себя виноватым перед Чэнь Юйшань, он ничего не мог поделать. Иногда лучше держать что-то в секрете. Может быть, однажды, когда Сяо Ай станет достаточно взрослой, он раскроет это общественности. Но этот день ещё не настал.

Несмотря на то, что интуиция подсказывала Чэнь Юйшань, что этот парень, скорее всего, лжёт, серьёзный тон Лу Чжоу заставил её колебаться.

Она с подозрением спросила: «Правда?»

«Правда, — сказал Лу Чжоу, сделав глубокий вдох. — Проект называется «Господь Бог», это всё, что я могу вам сказать. Надеюсь, вы понимаете».

Чэнь Юйшань со странным выражением лица сказал: «Господь Бог… какое странное название».

Оно было таким странным, как будто кто-то придумал его на ходу.

«Название не так важно, — сказал Лу Чжоу. — По сути, крупномасштабный социологический эксперимент, требующий от группы игроков реакции и поведения в определённых сценариях, — это то, что нам нужно для машинного обучения, а также…»

— Подожди, остановись, если это секрет, ты не должен мне рассказывать, — сказала Чэнь Юйшань. — Но при всём уважении, это не должно использоваться на закрытых бета-тестерах, верно?

Лу Чжоу вздохнул и сказал: «Я понял это. Нам нужно создать профессиональную команду альфа-тестировщиков, которая будет отличаться от закрытых бета-тестеров».

Он сделал паузу на секунду и продолжил: «Итак, я решил выделить «Господа Бога» в отдельный проект в Институте перспективных исследований Цзиньлин. Мы найдём надёжных бета-тестеров с сильными психологическими качествами. Я планирую назвать эту команду «Возрождение», в неё войдут от пяти до десяти человек».

Чэнь Юйшань: «Мне кажется, это плохая идея, но я тебе доверяю».

Лу Чжоу кашлянул и заговорил серьёзным тоном:

— ...Спасибо, когда придёт время, я расскажу тебе все подробности. Ты будешь отвечать за управление командой возрождения главного бога!

Лу Чжоу был уверен, что с помощью Чэнь Юйшань они справятся. Казалось, что это гарантированно сработает. Повесив трубку, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет.

Шольце прервал разговор с Перельманом и спросил: «Что случилось?»

Лу Чжоу махнул рукой и улыбнулся.

«Ничего, давайте продолжим».

Глава 1102. Можем оплатить вперед

Ян Фэйфэй была обычной работницей умственного труда. Ещё месяц назад она жила обычной жизнью. Однажды на странице трендов Weibo она увидела пост в блоге о закрытом бета-тестировании приложения виртуальной реальности Star Sky Technology. Тогда она впервые услышала о системе Phantom и системе нейронного интерфейса, которая должна была изменить будущее человеческого общества. Несмотря на то, что она не интересовалась играми, её заинтриговала идея побывать в другом мире.

Поэтому она поддалась общему настроению и зарегистрировалась.

Затем…

Она поняла, что стала одной из 200 человек из 20 миллионов, отобранных для участия в закрытом бета-тестировании Star Sky Technology.

Честно говоря, первое закрытое бета-тестирование было скучным.

Было скучно делать одно и то же в реальной жизни или в мире виртуальной реальности.

Однако компания Star Sky Technology предоставила ей билеты в обе стороны и проживание в пятизвёздочном отеле. Она участвовала в закрытом бета-тестировании в качестве своего рода отпуска и не возлагала особых надежд на систему Phantom. Но это был только её опыт за первую неделю. Когда началось второе закрытое бета-тестирование, её впечатление от системы Phantom полностью изменилось. Вернее, она была поражена. Лес, представленный закрытым бета-тестерам, был настолько реалистичным, насколько это было возможно. Ветер, дующий им в лицо, солнечный свет, пробивающийся сквозь ветви деревьев, — всё было настолько реалистичным. Другие участники закрытого бета-тестирования находились в той же среде, что и она. Она наконец поняла, что Star Sky Technology подразумевала под «погружением в другой мир». В каком-то смысле они действительно создавали другой мир. Они создали лес, который был почти неотличим от реального. Ян Фэйфэй чувствовала, что этот этап закрытого бета-тестирования был почти идеальным. Если бы только не случилось это происшествие… Происшествие полностью испортило ей настроение. Когда из леса выбежали зомби с гниющими лицами, она оцепенела. Особенно когда увидела, как зомби укусил первого человека в шею, она упала в обморок на месте и отключилась от оборудования. Когда она сердито спросила исследователей в лаборатории, что происходит с зомби, единственным ответом, который она получила, было «произошёл несчастный случай» и что они «проводят расследование». Из-за этого инцидента она чувствовала себя ужасно. Для неё это означало, что кто-то закодировал зомби на серверах Star Sky Technology. Она думала, что они с самого начала планировали использовать зомби на закрытых бета-тестерах! И они намеренно не предупредили тестеров заранее! Вернувшись в отель, она написала пост в Weibo, в котором жаловалась на случившееся. Несмотря на то, что у неё было всего несколько сотен подписчиков, через десять минут после публикации поста она получила личное сообщение. Человек представился репортёром и оставил свои контактные данные в WeChat. Он сказал, что хочет поговорить с ней о том, что произошло во время закрытого бета-тестирования. Хотя она и не понимала, как репортёр её нашёл, она всё равно добавила его аккаунт в WeChat. Ей просто хотелось выговориться и пожаловаться. После того, как она вкратце объяснила ситуацию в сообщениях, репортёр WeChat позвонил ей.

«Я дам тебе миллион долларов. Тебе нужно сделать только одно».

Ян Фэйфэй растерялась и спросила: «Что?»

Репортёр улыбнулся и сказал: «С вами несправедливо обошлись во время закрытого бета-тестирования, верно? Вам нужно сделать всего лишь одно — подать в суд на Star Sky Technology за причинение вам морального вреда».

Ян Фэйфэй была ошеломлена.

«Подать в суд на Star Sky Technology? Ты с ума сошёл?»

Несмотря на то, что она чувствовала себя некомфортно во время тестирования, подавать на них в суд было слишком. Она даже не думала об этом. Мужчина улыбнулся и покачал головой.

— Конечно, нет. Я не просил вас выигрывать иск, вы просто должны его подать. Возможно, вас привлекут к ответному иску, но это не имеет значения. Мы возьмём на себя все расходы. Вам нужно только рассказать общественности, что Star Sky Technology — безжалостная компания, которая проводит неэтичные эксперименты на живых людях без каких-либо гарантий безопасности…

Ян Фэйфэй замолчала. Честно говоря, миллион долларов был очень привлекательной суммой, особенно для такой обычной работницы умственного труда, как она. Этого было достаточно, чтобы купить дом в Шанхае. Что касается потери статуса участника закрытого бета-тестирования, то её это совсем не волновало. Она участвовала в этом проекте только потому, что все остальные тоже участвовали. Вместо этого она предпочла бы получить миллион долларов. Однако такого понятия, как бесплатный обед, не существовало. Она собиралась выступить против многомиллиардной компании. Даже если бы эта компания не стала прибегать к незаконным методам, чтобы разобраться с ней, это всё равно было рискованно для такой никому не известной девушки, как она. Ян Фэйфэй сглотнула и дрожащим голосом спросила: «Чего вы хотите?»

— Это важно? — Мужчина улыбнулся и сказал: — Если вам нужен повод, чтобы убедить себя, скажите, что вы боретесь за справедливость, за тех, у кого нет права голоса. В конце концов, я уверен, что большинству людей не понравилось бы, если бы зомби пожирали их лица.

Ян Фэйфэй: «Ещё один вопрос… Кто вы, ребята?»

«Это не важно. Это деловая сделка».

Ян Фэйфэй сердито сказала: «Я даже не знаю, кто вы такие, с чего бы мне верить, что вы заплатите?»

«Ты об этом беспокоишься? Не волнуйся, это легко решить». Мужчина улыбнулся и сказал: «Дай мне свой банковский счёт. Мы можем оплатить вперед”.

Глава 1103. Волнение общественного мнения

Студия CNN.

CNN провела ток-шоу в ответ на недавние события. Они пригласили профессора Питерсона, который раньше был профессором психологии в Гарвардском университете. Некоторое время назад именно он раскритиковал технологию Star Sky в социальных сетях. Они также пригласили бывшего коллегу профессора Люмьера. Когда ведущий спросил его о взглядах на систему «Phantom», профессор Питерсон высказался резко.

«Почти нет сомнений в том, что это опасная технология. Она не прошла клинические испытания и строгие эксперименты. Грубо говоря, наш мозг — самый уязвимый орган, и эта технология нацелена именно на него. Это не шутка. Подумайте об этом: то, что происходит в их головах, — это не просто фильм ужасов, это игра ужасов в реальной жизни. Они могут даже управлять своими воспоминаниями и мыслями и создавать ложные воспоминания и мысли. Я не могу описать это в нескольких словах, но я уверен, что наше будущее будет запятнано этой проклятой системой «Phantom. Я не знаю, какое искушение было предложено закрытым бета-тестерам, но ни один нормальный человек не должен соглашаться на то, чтобы опасная организация экспериментировала на нём. Это безответственно не только по отношению к самому себе, но и по отношению к обществу!»

Выслушав речь профессора Питерсона, ведущий выглядел шокированным.

«Не слишком ли это преувеличено? Наши репортёры узнали от Star Sky Technology, что система Phantom не обладает теми возможностями, о которых вы говорите».

Профессор Питерсон: «Это вовсе не преувеличение! Это не шутка! Возможно, сейчас у них нет такой технологии, но рано или поздно она появится, и они не скажут вам, когда это произойдёт! Я разговаривал с профессором Бурки, который был коллегой Люмьера в Швейцарском научно-исследовательском центре нейронных сетей… Он сидит рядом со мной. Он согласен со мной, и мы оба считаем, что это опасная технология».

Ведущий посмотрел на профессора Бурки.

«Это правда? Что вы об этом думаете, профессор Бурки?»

Камера переключилась на профессора Бурки.

Профессор Бурки кивнул и серьёзно сказал

«Я согласен со всем, что сказал профессор Питерсон. На самом деле, технология виртуальной реальности всегда была одним из основных исследовательских проектов Швейцарского научно-исследовательского центра нейронных сетей. Профессор Люмьер работал в сфере сетей виртуальной реальности до своего ухода на пенсию. Он отличный учёный, но его идеи всегда вызывали споры. Мы настаивали на том, что технологии должны служить нашему обществу, а не ухудшать его. В конце концов он ушёл от нас и уехал в Китай. Я ни в чём его не обвиняю, но я не могу смириться с предательством. Он использует поддержку Китая, чтобы продолжать свои жестокие эксперименты». У него нет морали!»

Как один из основных разработчиков системы «Phantom», профессор Люмьер был известен всем в мире технологий виртуальной реальности. Когда ведущий услышал слова Бурки, на его лице появилось гордое выражение. Зрители в прямом эфире тоже были в шоке. Менее чем через час после трансляции шоу на Youtube были загружены ролики, которые распространились в Facebook и Twitter. Внезапно все начали критиковать систему Phantom от Star Sky Technology. Это затронуло даже разработчиков системы. Казалось, что у Star Sky Technology были проблемы с репутацией в обществе. Они ещё не вышли на зарубежный рынок виртуальной реальности, но общественность уже отвернулась от них.

С другой стороны, профессор Люмьер смотрел трансляцию в своём кабинете в Институте перспективных исследований. Его кровь закипала, когда он звонил профессору Бурки.

«Ты понимаешь, что ты только что сделал?»

Профессор Бурки сидел в зале ожидания аэропорта, ожидая свой рейс обратно в Швейцарию. Он улыбнулся и сказал: «Успокойся, Люмьер. Как ты?»

Люмьер был в ещё большей ярости. Он стиснул зубы и сказал: «Что, чёрт возьми, это было за интервью на CNN! Мы оба знаем, что ты прекрасно понимаешь, как работают нейронные сети! Как ты смеешь нести эту чушь!»

Это интервью не только навредило корпоративному имиджу Star Sky Technology и академической репутации Люмьера, но и подорвало доверие общественности к этой технологии, что повлияло на всех учёных в этой области. Всё было бы хорошо, если бы Бурки говорил правду. Но контроль над памятью и мыслями — всё это чушь. Этого вообще нельзя было добиться с помощью технологий виртуальной реальности! Даже если нейронный демодулятор мог посылать сигналы в мозг, именно мозг выносил суждения. По сути, это ничем не отличалось от зрения или слуха, это был всего лишь ретранслятор, принимающий внешние сигналы. Однако профессор Бурки беспечно улыбнулся и заговорил.

«Почему это невозможно? Я видел это в фильмах и телешоу, и я уверен, что ваша удивительная система «Phantom» может это сделать».

Профессор Люмьер: «Перестань шутить».

«Общественность должна знать правду, и я просто сообщаю им об этом». Профессор Бурки улыбнулся и сказал: «Если вы действительно заботитесь о своей репутации, вы можете выбрать другой путь».

Люмьер: «…Какой путь?»

Профессор Бурки: «Оставь тёмную сторону».

Люмьер сказал: «Ты что, спишь?»

Профессор Бурки, сидевший в зале ожидания аэропорта, пожал плечами и заговорил.

«Посмотри на реальность, друг мой. Star Sky Technology планирует создать независимую от традиционной сети сеть виртуальной реальности, основанную на технологии облачных вычислений. Ты знаешь, что это значит? В конце концов они разорятся. Конечно, я не отрицаю величия технологии виртуальной реальности с нейронным интерфейсом. Ваше исследование окажет огромное влияние на будущее и, возможно, даже подтолкнёт общество вперёд. Однако, когда эта технология попадает не в те руки, ситуация становится опасной. Прямо сейчас первое поколение таит в себе множество опасностей. Нам нужно сотрудничать с международным сообществом, чтобы разработать более безопасную систему виртуальной реальности второго поколения… Вы понимаете, что я имею в виду? Я хочу, чтобы вы серьёзно задумались об этом, вам следует расстаться с китайцами…»

Люмьер сердито выругался: “Ты действительно думаешь, что я соглашусь! Ты глупый простофиля!”

Профессор Бурки на секунду замолчал и улыбнулся.

“Тогда ладно”.

Телефонный разговор закончился.

Профессор Люмьер стукнул кулаком по столу.

“К черту все это!”

Он услышал шаги за дверью своего кабинета.

Вошёл исследователь в белом халате.

«Профессор Люмьер».

Люмьер сделал глубокий вдох и попытался успокоиться.

«Что?»

Исследователь сказал: «Это наш новый экспериментальный план. Руководство Star Sky Technology попросило меня передать его вам».

Новый план эксперимента?

Действительно ли сейчас самое подходящее время для экспериментов?

Профессор Люмьер взял план эксперимента и взглянул на него. Его зрачки расширились.

Внезапно он наконец понял, почему руководство Star Sky Technology сохраняло такое спокойствие посреди всего этого хаоса…

Глава 1104. Вы невиновны, вам не стоит беспокоиться

Star Sky Technology начала действовать.

Точнее говоря, Star Sky Technology не действовала, а действовало Министерство государственной безопасности. После трёхдневного расследования они собрали доказательства, такие как банковские выписки, записи в чатах, данные о просмотре веб-страниц и т. д. Следственная группа быстро собрала достаточно информации, чтобы возбудить дело.

Ян Фэйфэй шла домой после работы, когда агент безопасности встретил Ян Фэйфэй и пригласил её в офис. Он попросил её поговорить.

«Чего вы хотите?»

Мужчина представился сотрудником национальной безопасности под прикрытием, и Ян Фэйфэй испугалась. С одной стороны, она боялась представителей власти, а с другой — знала, что виновата. Однако, поскольку агент был слишком вежлив, она подумала, что у департамента на самом деле недостаточно улик для её ареста. Она сделала вид, что не понимает, что происходит.

— Не волнуйтесь, мы просто беседуем, — сказал агент, сидевший напротив неё. Он знал, что она притворяется дурочкой, поэтому улыбнулся и сказал: — Если вы невиновны, вам не о чем беспокоиться.

Ян Фэйфэй сказала: «Что это значит? Конечно, я невиновна!»

«Конечно, ваши права защищены законом, но это при условии, что вы невиновны. Тогда, мисс Ян, я хотел бы спросить о блогах в вашем личном аккаунте Weibo. В них вы делаете такие заявления, как «эксперимент Star Sky Technology бесчеловечен», «за злыми экспериментами стоит государство» и «система Phantom повредит ваш мозг»... Являются ли эти заявления обоснованными?»

— В чём дело? — Ян Фэйфэй поёрзала на стуле и нервно сказала: — Неважно, законны они или нет, это мои чувства. Разве у меня нет свободы слова?

«Свобода слова не защищает вас от клеветы и оскорблений. Вы имеете право говорить, но Star Sky Technology имеет право защищать свою репутацию. Насколько нам известно, после закрытого бета-тестирования Star Sky Technology организовала для вас медицинское обследование, и всё было в порядке. Вы также подписали медицинское заключение, я прав?»

У Ян Фэйфэй упало сердце, и она быстро объяснила: «Тогда я чувствовала себя нормально, но после того, как я вернулась домой, всё изменилось…»

Агент спросил: «У вас были галлюцинации?»

Ян Фэйфэй кивнула и сказала: «Верно».

Агент улыбнулся и спросил: «Но вы всё равно собираетесь работать?»

Ян Фэйфэй: «Я просто обычная гражданка, мне нужны деньги, чтобы жить».

Агент улыбнулся.

— Значит, вы считаете себя обычным гражданином. Но что мне кажется интересным, так это то, что Star Sky Technology уже предложила выплатить 100 000 юаней в качестве компенсации. Но вы всё равно отказались и настояли на том, чтобы подать в суд. Вы опубликовали в интернете ложную информацию, выставив себя жертвой. Вы опорочили корпоративный имидж Star Sky Technology. Нормальный человек так бы не поступил».

Ян Фэйфэй нервно сказала: «Почему бы и нет! Я-я просто хочу, чтобы меня услышали!»

Агент проигнорировал её и продолжил: «После того, как Star Sky Technology начала сотрудничать с нами, мы поняли, что происходит что-то необычное. Затем мы проверили ваши счета и обнаружили кое-что интересное. На ваш счёт была переведена огромная сумма иностранных денег из неизвестного источника».

Он помахал документом в руке и сказал: «Что ещё интереснее, так это то, что зарубежный счёт, с которого вы получили средства, принадлежит известной зарубежной антикитайской организации. Мы давно следим за ними, и эта организация называется NED. Скажем так, это не благотворительная организация».

Лицо Ян Фэйфэй полностью изменилось. Она явно недооценила влияние Star Sky Technology. Она не думала, что государство отнесётся к этому так серьёзно. По её мнению, всё, что она сделала, — это подала в суд на технологическую компанию. Несмотря на то, что это была влиятельная компания, она совсем не ожидала такого. Министерство государственной безопасности проводило расследование, и она была в ужасе.

«Я-я признаюсь, кто-то нашёл меня и сказал, что добьётся для меня справедливости. Потом они сказали, что заплатят мне, я извиняюсь, хорошо?»

Молодой полицейский, сидевший рядом с ними, с улыбкой спросил. «Если бы в таких ситуация хватало бы извинений, то какой смысл в полицейских?»

Ян Фэйфэй чуть не расплакалась и хотела покончить с собой. Она была связана с зарубежными антикитайскими организациями, и это уже не просто преступление против интересов государства. Даже если бы ей не предъявили обвинение в шпионаже, она могла надолго сесть в тюрьму.

«Я… я верну деньги!»

«Это не переговоры, это решение судьи, — серьёзно сказал агент. — Но если вы будете сотрудничать с нами, вы сможете искупить свою вину».

Ян Фэйфэй сразу же заговорила.

«Я согласна! Я сделаю всё, что угодно!»

Агент вздохнул и заговорил с ней серьёзным тоном. «Используй свой аккаунт в Weibo, чтобы публично признать, что вас подкупили и, и опровергните слухи. Мы будем сотрудничать со Star Sky Technology. Если всё пойдёт хорошо, они могут не подать на вас в суд. Что касается вашей незаконной прибыли, мы её конфискуем».

…

На самом деле Чэнь Юйшань уже подготовила план действий до выпуска системы Phantom.

В конце концов, если бы Star Sky Technology захотела отделить сеть виртуальной реальности от интернета, это неизбежно вызвало бы негативную реакцию. Чэнь Юйшань предвидела это. Как только они совершат критический технологический прорыв с системой «Phantom» или продемонстрируют коммерческую ценность системы «Phantom», иностранные государства наверняка попытаются объявить её «незаконной» и «опасной» в надежде выиграть время для своих технологических компаний, чтобы они могли её догнать. Star Sky Technology не спешила. Они взвешивали такие факторы, как риск и прибыль, принимая во внимание будущий экономический рынок. Выход на американский рынок был одним из последних в их списке приоритетов. Другие компании и страны не могли разработать систему виртуальной реальности, сравнимую с Phantom, по крайней мере, в ближайшие несколько лет. Поэтому Чэнь Юйшань не беспокоилась.

«Star Sky Technology» тоже не беспокоилась.

Беспокоились те, кто не мог заполучить эту технологию, или те, кто ждал, когда она появится…

Зона высоких технологий Цзиньлин.

Чэнь Юйшань сидела в кабинете генерального директора, когда ей позвонили из Министерства государственной безопасности.

«Госпожа Ян отозвала своё заявление и согласилась сотрудничать с нами. Она исправит свои глупые ошибки.»

Хотя Чэнь Юйшань и ожидала, что это произойдёт, она всё равно почувствовала облегчение.

«Я не понимаю, зачем кому-то делать что-то настолько глупое?»

«Это миллион долларов, долларов США. У большинства людей возникло бы искушение. Кстати, вы собираетесь подать на неё в суд?»

Чэнь Юйшань на секунду задумался и сказал: «Она уже заплатила за свою ошибку. Я думаю, в этом нет необходимости. Я уверен, что государство примет справедливое решение».

Агент Министерства государственной безопасности кивнул.

«…Это был и наш совет тоже. Если вы подадите на неё в суд за компенсацию, она не сможет заплатить штрафы. Кроме того, нам нужно, чтобы она сотрудничала со следствием».

Чэнь Юйшань улыбнулась и сказала: «Да, спасибо вам, ребята».

«Не за что. Для нас большая честь служить стране и вершить правосудие!»

…

Так называемая жертва, Ян Фэйфэй, добровольно призналась в социальных сетях, что сфабриковала некоторые факты. Она даже прикрепила доказательства своих взяток, что полностью изменило общественное мнение. Необоснованная паника людей из-за системы «Phantom» превратилась в обсуждение организаций, стоящих за всем этим. После того как Ян Фэйфэй принесла извинения, она знала, что люди будут нападать на неё. Поэтому она быстро удалила свой аккаунт в Weibo. Что касается Star Sky Technology, они заявили, что, поскольку мисс Ян признала свою ошибку, они не будут подавать встречный иск. Потрясения общественного мнения наконец-то подошли к концу. Что касается международных общественных дискуссий… Star Sky Technology никогда не воспринимала их всерьёз. Им пока не нужно было беспокоиться о международном рынке.

Кроме того, это не они должны были волноваться. Потому что в Шанхайском международном выставочном центре проходила конференция по запуску продукта, на которой присутствовало более 500 компаний…

Глава 1105. Нам все равно

Шанхайский международный выставочный и конференц-центр.

Именно там состоялась презентация системы виртуальной реальности Phantom. Это было не первое выступление Илона Маска. Он стоял в холле с пригласительным письмом в руке. Внезапно он заметил знакомого. Это был не кто иной, как Марк Цукерберг, генеральный директор Facebook. Некоторое время назад Facebook ликвидировал свою дочернюю компанию Oculus, уволив тысячи сотрудников. Это вызвало бурное обсуждение в интернете.

Он совсем не удивился, увидев здесь Илона.

Эти двое, вероятно, стали конкурентами друг другу.

“Я не ожидал увидеть тебя здесь”. Илон протянул руку и сказал: “Это счастливый день”.

После того, как Марк Цукерберг пожал руку Илона. «Я тоже, рад тебя видеть.»

Илон: «Похоже, ты не в настроении».

Марк: «А ты разве не такой же?»

Жители Лос-Анджелеса уже начали протестовать против системы Phantom. Несмотря на то, что Марк Цукерберг хотел сотрудничать со Star Sky Technology, ему приходилось действовать осторожно. Он не ожидал, что Star Sky Technology не только проигнорирует недавние публичные скандалы, но и проведёт презентацию продукта. Это его действительно удивило.

Проведение презентации означало, что они, несомненно, окажутся в центре общественного внимания. Репортёры определённо не оставят их в покое. По крайней мере, иностранные репортёры.

«Ха-ха, у меня всё хорошо, — улыбнулся Илон и сказал: — Хоть я и интересуюсь технологиями виртуальной реальности, это всего лишь хобби. Возможно, виртуальная реальность важна для Facebook, но она не влияет на Tesla и Space-X».

Это было правдой. Для Илона Маска эта технология была всего лишь машиной для получения прибыли. Он не был так отчаянно настроен заполучить эту технологию, как Цукерберг. Марк посмотрел на злорадное лицо Илона и ничего не сказал. Он развернулся и пошёл в сторону площадки. Илон не стал ничего добавлять. Он пожал плечами и тоже пошёл в сторону площадки.

Презентация продукта вот-вот должна была начаться. Единственное, что их с Цукербергом объединяло, — это то, что они оба хотели узнать, что скажет Star Sky Technology…

…

На пресс-конференции собралась толпа.

Среди присутствующих были руководители известных технологических компаний, крупные учёные и журналисты. Чэнь Юйшань, генеральный директор Star Sky Technology, вышла на сцену и объявила о начале презентации продукта. Удивительно, но эта женщина-руководитель, похоже, не обращала внимания на недавние споры в интернете. Вместо этого она сосредоточилась на системе Phantom. В сети виртуальной реальности должна была появиться система оценки контента, а также новый экспериментальный план. По словам генерального директора, Star Sky Technology создаст систему оценки сети виртуальной реальности, которая будет определять сигналы, которые пользователь может получать от нейронного демодулятора, в зависимости от возраста пользователя и его предпочтений. По сути, пользователи младше 18 лет не смогут получать неприемлемый контент. Пользователи старше 18 лет, в соответствии с местными законами и правилами, могут разрешить получение неприемлемого контента. С другой стороны, чтобы улучшить алгоритм машинного обучения системы Phantom и создать более подходящий для личности контент, компания Star Sky Technology объявила о запуске своего плана «Мастер-Бог». Они собирались нанять 5–20 человек со всего мира. Они должны были стать тестировщиками, которые помогали бы системе Phantom с алгоритмическим глубоким обучением. Чэнь Юйшань не раскрыла конкретный план эксперимента. В конце концов, это не было главной темой конференции. Кратко объяснив ситуацию, она откашлялась и обратилась к аудитории.

«Кроме того, я понимаю, что в интернете ходили ложные слухи, а общественность была обеспокоена. С научной точки зрения виртуальная реальность — абсолютно безопасная технология. Это как вторая пара глаз, это всего лишь инструмент для получения внешних сигналов, он не может заменить наши мысли. Кроме того, у каждого есть свобода выбора в отношении внедрения этой технологии. Как этичная компания, мы служим будущему человечества, предоставляя людям больше возможностей. Пользователь имеет право принимать окончательное решение. Это наш ответ на ложные слухи о сети виртуальной реальности. Далее давайте поговорим о теме этой конференции…»

Цукерберг сидел в толпе. Он посмотрел на генерального директора Star Sky Technology и нахмурился. Это был необычный ответ на слухи в обществе. Он отвечал на вопросы общественности и предлагал решение. Но будет ли общественность доверять этой технологии? Сможет ли это убедить другие компании принять новую реальность?

Похоже, я недооценил эту технологию…

Честно говоря, он был настроен довольно пессимистично в отношении того, как Star Sky Technology справлялась с негативной оглаской. Однако, похоже, генерального директора на сцене это совсем не волновало. Она продолжила говорить: «Это стратегия развития нашей компании. Мы разделим наш глобальный бизнес на восемь регионов и создадим в каждом регионе центры суперкомпьютеров, которые будут предоставлять услуги сетевых вычислений в виртуальной реальности. Мы расширим пропускную способность сети виртуальной реальности в зависимости от размера центров суперкомпьютеров в каждом регионе. Первым местом расположения суперкомпьютерного центра был выбран Цзиньлин, Китай. Он обеспечит вычислительную мощность для сетей виртуальной реальности в Восточной Азии. Что касается других регионов, мы приглашаем высокотехнологичные компании присоединиться к нам, чтобы способствовать глобализации сети виртуальной реальности.

Конечно, если вы не заинтересованы, мы понимаем. В конце концов, будущее никому не служит, только части людей. Мы понимаем, если наши западные друзья решат пойти против собственной политики свободной торговли».

В зале поднялась суматоха. Что это должно означать? Star Sky Technology не заботится о рынках за пределами Восточной Азии.

Они говорят Западу, что им всё равно?

Похоже, они слишком самоуверенны в своих технологиях! Западные репортёры с камерами были ошеломлены.

«Это… их официальный ответ? Что они делают?»

«Они что, сумасшедшие?»

Предприниматели в зале тоже были ошеломлены. Однако их шокировало кое-что другое. Илон смотрел на сцену, его глаза сверкали от волнения. Несмотря на то, что, как и Цукерберг, он был недоволен тем, как Star Sky Technology отреагировала на слухи в прессе, для бизнесменов в сфере виртуальной реальности это была потрясающая новость.

Как и предполагало большинство руководителей компаний Кремниевой долины, Star Sky Technology не планировала конкурировать с компаниями, находящимися ниже по производственной цепочке. Они планировали отказаться от бизнеса, ориентированного на клиентов, и предоставлять только облачные вычисления другим компаниям. Это означало, что если сеть виртуальной реальности появится в Америке, компании из экосистемы Phantom смогут получить свою долю. Может быть, даже большую часть.

«Они сумасшедшие…»

Глаза Цукерберга вспыхнули от волнения. Он наконец понял, в чём заключается настоящий козырь Star Sky Technology. Хотя он и не хотел этого признавать, у системы Phantom не было конкурентов, по крайней мере в краткосрочной перспективе. Независимо от того, были ли другие компании готовы принять эту реальность, систему Phantom невозможно было заменить. Остановить эту монополию было легко: им просто нужно было запретить эту технологию в своих странах. Однако, как только сеть виртуальной реальности созрела, американские компании захотели выйти на этот рынок…

Тем не менее, Facebook не должен был упускать эту возможность произвести революцию в интернете. Марк Цукерберг принял решение. Он должен был поговорить со Star Sky Technology после конференции.

…

После конференции Star Sky Technology компании, занимающиеся высокими технологиями, сошли с ума, как и западные СМИ. Компании сходили с ума из-за объявления о том, что Star Sky Technology ищет зарубежных партнёров, а СМИ сходили с ума из-за того, что… их игнорировали. Именно так. Полностью игнорировали.

Будь то критика со стороны известных психологов в шоу CNN или протесты против виртуальной реальности на улицах Нью-Йорка, Star Sky Technology, казалось, была ко всему готова. После запуска Эндрю, известный репортёр CNN, выразил своё недовольство реакцией Star Sky Technology, а точнее, её отсутствием. Он в ярости заговорил в камеру.

«Я никогда не видел такой высокомерной компании. Им совершенно плевать на людей! Их волнует только продажа своих модных технологий. С этого момента я буду бойкотировать Star Sky Technology! Я надеюсь, что все присоединятся ко мне и победят эту злобную компанию!»

Эндрю говорил страстно. Однако идеи были прекрасны, но реальность часто оказывалась жестокой. Star Sky Technology была не только производственной компанией, но и компанией, занимающейся интеллектуальной собственностью. Очевидно, что бойкотировать Star Sky Technology было легко… Им просто нужно было убрать литий-серные аккумуляторы из своих телефонов и электромобилей, отказаться от использования беспроводных зарядных станций, бойкотировать микросхемы на углеродной основе, производимые американскими полупроводниковыми компаниями, протестовать против термоядерной электростанции в Калифорнии, в которой использовались сверхпроводящие материалы, и отказаться от использования чистой ядерной энергии… Это было всё, что им нужно было сделать, чтобы убрать Star Sky Technology из своей жизни.

После запуска продукта CNN опубликовала легкомысленные репортажи. Однако после этого произошло кое-что, что шокировало все западные СМИ… Все были удивлены.

Общественное мнение в социальных сетях, таких как Facebook и Twitter, оказалось не таким, как они себе представляли. Люди продолжали протестовать. Но в дополнение к нынешним протестам, недавно появившиеся мнения не поддерживали бойкот против какого-то злого промывания мозгов со стороны Star Sky Technology. Вместо этого люди выразили своё недовольство тем, что Star Sky Technology не объявила о планах по расширению сети виртуальной реальности в их странах. Пользователи хотели получить эту технологию как можно скорее. С другой стороны, пользователи в регионе Восточной Азии были в восторге. Волнение и энтузиазм полностью затмили негативные комментарии.

Несмотря на то, что центр суперкомпьютеров в Цзиньлине ещё не был достроен, сеть виртуальной реальности постепенно становилась реальностью. Многие высокотехнологичные компании заняли нейтральную позицию, а платформы социальных сетей, такие как Facebook, начали брать на себя инициативу по снижению активности протестующих. Как будто они заключили тайное соглашение с китайцами.

Однако по-настоящему пугающим было не это.

Традиционные западные СМИ беспокоились или даже боялись того, что людям было всё равно на их мнение о технологиях. Они теряли своё влияние. Они теряли доверие. Стада овец, которыми они раньше манипулировали, теперь их игнорировали…

Глава 1106. Зарабатывайте деньги не вставая с места

«Недавно на восточном побережье Соединённых Штатов вспыхнули протесты. Протестующие держали в руках плакаты с призывами бойкотировать Star Sky Technology и другие китайские товары. По словам нашего репортёра в Нью-Йорке, только в Квинсе протестуют более 2000 человек, что влияет на движение транспорта поблизости. Стоит отметить, что, по словам нашего репортёра, организатор протеста использовал новейший мобильный телефон Apple. В этом телефоне используются чипы серии Dragon на углеродной основе, а также углеродные нанотрубки, которые используют более 20 патентов, принадлежащих Star Sky Technology. Организатор протеста не ответил на вопрос нашего корреспондента и вместо этого сделал недружелюбное замечание. Мы хотели бы напомнить всем о необходимости соблюдать меры безопасности и сократить количество поездок. Если вы заметите что-то подозрительное, позвоните в полицию…

«… Новости CTV».

Ван Чжэнфэй посмотрел на новостной репортаж и нелепых репортёров. Он не смог удержаться от комментария.

«Вздох, я всегда вижу в новостях Star Sky Technology, я так завидую».

Рядом с ним сидел Шао И, директор по продуктовой стратегии Huawei. Шао И с улыбкой ответил: «Генеральный директор Ван, не стоит завидовать, разве мы уже не получили лицензию на систему виртуальной реальности Phantom?»

Согласно соглашению о стратегическом сотрудничестве между Star Sky Technology и Huawei, Star Sky Technology разрешила Huawei использовать свои патенты. Взамен Star Sky Technology получала 15% от выручки за серию устройств виртуальной реальности Huawei с нейронным интерфейсом. Huawei также должна была использовать систему Phantom и соблюдать стандарты Star Sky Technology. Конечно, это была не только Huawei. На данный момент три китайских производителя в сфере производства умных гаджетов подписали аналогичные контракты. Ещё большое количество производителей также вели переговоры о заключении контрактов и вскоре собирались выйти на этот рынок.

Единственным недостатком было то, что Huawei не смогла подписать контракт на строительство сетевого вычислительного центра виртуальной реальности. Как бы они ни старались, Star Sky Technology отказалась передавать вычислительный центр Phantom на аутсорсинг. Star Sky Technology предоставляла Huawei только API, совместимые с экосистемой Huawei. Очевидно, что Star Sky Technology хотела контролировать свой бизнес в сфере облачных вычислений в дополнение к бизнесу по управлению патентами. В будущем любой, кто захочет войти в сеть виртуальной реальности, должен будет подключиться к их серверам. Можно только представить, какой доход можно получить при таком трафике. Однако Шао И был доволен. По сравнению с другими компаниями, которым приходилось платить «налог на звёздное небо», Huawei смогла получить множество скидок по своему контракту. Например, Star Sky Technology пообещала оказать помощь Huawei в развитии зарубежных сетей 5G, а также использовать чипы серии Dragon в своём новом суперкомпьютерном центре. Пока это партнерство продолжалось, они будут приносить все больше и больше дохода.

— ...Я не завидую этому, — Ван Чжэнфэй покачал головой, глядя на Шао И, и сказал: — Подумай о человеке, который сидит рядом с нами, о представителе Verizon.

Шао И на секунду задумался и нахмурился.

«… Что-то случилось?»

— Ничего страшного. Просто у него было такое интересное выражение лица. Особенно когда «Star Sky Technology» сказали, что планируют найти зарубежных партнёров. Он выглядел так, будто только что выиграл в лотерею, — Ван Чжэнфэй улыбнулся и на секунду замолчал. Затем он заговорил взволнованным тоном: — Зарабатывать деньги так просто. Такое ощущение, что они умоляют других забрать у них деньги! Это всё равно что отбирать конфеты у ребёнка!»

…

Университет Цзинь Лин.

Мужская общага.

Дуань Сици проснулся утром от уведомления по электронной почте. Он открыл глаза и взял телефон. Он разблокировал экран и посмотрел на письмо. Затем он замер.

«… Команда возрождения? Понимание смысла жизни? «Что за чёрт…»

Ян Шуан, который собирал свой рюкзак, увидел, что он смотрит в телефон. Он улыбнулся и спросил: «Эй, братан, на что ты смотришь?»

«… Ни на что».

Дуань Сици надел очки и оглядел общежитие. Он попытался сменить тему разговора.

«Где Ли Мо? Где он может быть в такую рань?»

— О, брат Ли? — сказала Ян Шуан. — Я слышала, как он вчера говорил, что исследовательский проект Бога Лу продвигается. Он каждый день ходит в кабинет Бога Лу и даже пропускает занятия. Неудивительно, что я не видел его на своих лекциях, он в кабинете академика Лу. Дуань Сици не мог не испытывать зависти. Он предпочёл бы присоединиться к исследовательскому проекту академика Лу, чем стать его маленькой «подопытной мышкой». Конечно, у него не было золотой медали IMO. Ян Шуан закончил собирать рюкзак. Он посмотрел на Дуань Сици и заговорил.

«Братан, я иду в библиотеку, ты со мной?»

«Чёрт, дай мне секунду, я приду».

Дуань Сици слез с двухъярусной кровати и пошёл в ванную. Он почистил зубы и умылся. Затем положил несколько учебников в рюкзак.

Он посмотрел на пустой стол Ли Мо и вздохнул. Он попытался взбодриться. Мне нужно начать усердно работать. В конце концов, он был бета-тестером только на подработке, он никогда не думал о работе в игровой индустрии. Но… Думаю, я могу заниматься и наукой, и играми. Он посмотрел на свою электронную почту и увидел странное письмо с приглашением. Он на секунду задумался, прежде чем нажать кнопку «Да». Через некоторое время он получил уведомление о том, что «заявка принята», и ему нужно «отправить резюме и явиться в Star Sky Technology». У Дуань Сици было странное выражение лица. Я сделаю это, когда вернусь из библиотеки. Всё, чего он хотел, — это учиться, он не хотел ничего другого.

С другой стороны, в кабинете математического факультета раздались радостные возгласы и крики. Их издавал не кто иной, как сам Шольце.

Шольце, Фальтингс и Перельман были поражены. Никто не мог себе этого представить. Никто этого не ожидал.

Прошла всего неделя. Они уже преодолели самое большое препятствие…

Глава 1107. Нужен выдающийся мозг

«Поразительно…»

Кабинет на математическом факультете Университета Цзинь Линг.

Шольце стоял перед четырьмя досками с недоверчивым выражением лица. Несмотря на то, что он знал, что Лу Чжоу хорошо решает математические задачи, увидеть это своими глазами было всё равно шокирующе. В течение месяца, пока он работал над этим исследовательским проектом, они с Перельманом часто говорили о решении сложной задачи. Но внезапно Лу Чжоу написал на доске три возможных варианта доказательства и даже попытался решить задачу с помощью одного из них. Он гордился своими способностями к вычислениям и мышлению. Иначе он не выиграл бы три золотые медали IMO. Но даже тогда, когда он увидел вычислительные способности Лу Чжоу, он был потрясён. Когда он всё ещё пытался использовать один из возможных способов решения задачи, Лу Чжоу уже смог получить окончательный результат. Однако это была еще не вся история. Доказать математическую гипотезу за неделю. Полностью изменить его знания в области алгебраической геометрии…

А также знания всех в области алгебраической геометрии…

Шольце уставился на процесс доказательства на доске. Через некоторое время он посмотрел на Лу Чжоу и спросил: «Ты что, вживил себе в голову компьютерный чип?»

Лу Чжоу убрал маркер и спросил: «…Почему ты так говоришь?»

— ...Потому что ваша скорость вычислений просто невероятна, — сказал Шольце. — Даже мне требуется некоторое время, чтобы решить эти задачи... Серьёзно, вам не нужен черновик?

Лу Чжоу сказал: «Не все задачи требуют черновика. Некоторые задачи можно решить с помощью математической интуиции. Размышления над абстрактными задачами могут привести к неожиданным результатам… Конечно, если вычисления объёмные, большую часть времени я пишу на черновиках. Может, ты не заметил».

Шольце кашлянул и сказал: «Ладно, может, ты так быстро писал, что я не разглядел».

Лу Чжоу: «Спасибо, и если я когда-нибудь вставлю себе чип в мозг, то и тебе тоже».

Фальтингс посмотрел на доску и сказал: «Давайте продолжим».

Лу Чжоу кивнул и заговорил.

«… Как показано выше, гипотеза Бейлинсона-Блоха-Като верна, а значит, ранг (K2(E)) = 1 + spl(E).

Фальтингс посмотрел на вычисления на доске и сказал: «Исходя из этого, мы получаем общую теорию когомологий, которую можно применить к теореме Абеля — Якоби».

“Правильно, это именно то, что нам было нужно для решения проблемы!”

Лу Чжоу щёлкнул пальцами и, взглянув на доску, сказал: «Мы уже выделили числа и формы с точки зрения теории мотивов и программы Ленглендса, так что теперь нам остаётся только объединить их».

Величайшее открытие со времён Архимеда!

Священный Грааль, который хранился тысячи лет.

Все затаили дыхание. Студенты и ассистенты наблюдали за работой мастеров…

Молчание длилось около пяти минут.

Фальтингс посмотрел на Лу Чжоу и заметил.

«Похоже, это нельзя решить обычными методами».

«Кажется, вы тоже это заметили».

«… Я предлагаю использовать для решения метод Принстона».

«У меня была та же идея».

Перельман не понимал, о чём они говорят, но Шольце, похоже, понимал. Чен Ян, с другой стороны, помедлил секунду и спросил: «Что такое Принстонский метод?»

«Нужно проводить независимые исследования и время от времени обсуждать их с другими». Шольце улыбнулся и сказал: «Для талантливых людей работа над новаторскими задачами вместе с другими часто снижает эффективность».

Лу Чжоу кивнул и заговорил серьезным тоном.

— Верно. Структура уже создана, остальное — новаторская работа. Эту часть нельзя выполнить в сотрудничестве. Я предлагаю проводить встречи и обмениваться мнениями еженедельно или ежемесячно. Остальное время… следует посвятить самостоятельным исследованиям.

Их исследование сильно отклонилось от первоначальной концепции. Для решения этой проблемы им нужна была не группа умных людей, а один выдающийся человек… и момент озарения. Это озарение не только рассеяло временную тьму, но и навсегда изменило науку, осветив цивилизацию.

Вот почему люди говорили, что математики — это герои-одиночки. Потому что без света математики некоторые проблемы никогда бы не были решены, и они продолжали бы оставаться во тьме ещё очень долго.

Фальтингс кивнул и заговорил.

— У меня есть кое-какие дела в Институте Фрица Габера, я вернусь в середине следующего месяца… Может быть, в конце месяца. Я вернусь сюда, и мы встретимся.

«Тогда я с таким же успехом могу вернуться в Боннский университет». Шольце улыбнулся и сказал: «Я не могу просто оставить своих студентов без присмотра, мне нужно найти для них какое-то занятие. Может быть, они смогут предложить интересные идеи».

Лу Чжоу посмотрел на Перельмана и спросил: “А как насчет тебя?”

Не задумываясь, Перельман сказал: «Я сказал родителям, что вернусь после того, как решу эту проблему. Мне больше нечего делать, так что я просто останусь здесь».

С таким же успехом вы могли бы просто перевезти своих родителей в Цзинь Лин.

В конце концов, Лу Чжоу не стал говорить это вслух. Хотя это было хорошее предложение, это не его дело. Это напомнило Лу Чжоу о его собственных родителях. Точно так же, как его родители не хотели переезжать в Цзинь Лин. Старики привязываются к своим родным городам. Лу Чжоу посмотрел на доску и заговорил:

«… Я планирую опубликовать доказательство гипотезы Бейлинсона-Блоха-Като в журнале «Future mathematic», это нормально?»

Все в офисе переглянулись.

«Конечно…» Шольце покачал головой и сказал: «Ты в основном сам доказал гипотезу, так что тебе решать… Однако я предпочитаю Inventiones Mathematicae».

Фальтингс кивнул. «Я согласен со Шольце».

Глава 1108. Объединение старых методов

После того как Лу Чжоу обсудил это со своими коллегами, он решил опубликовать доказательство гипотезы Бейлинсона-Блоха-Като в журнале «Future mathematics». Пока статья находилась на рассмотрении, её препринт был загружен на arXiv. Хотя гипотеза Бейлинсона — Блоха — Като не была так же известна, как гипотеза Римана или гипотеза Гольдбаха, возможность связать многомерные K-группы с аналитическими инвариантами эллиптической кривой E придавала ей особое значение в области алгебраической геометрии и теории чисел. Алгебраическая геометрия была той областью математики, в которой работали самые влиятельные исследователи, поэтому этот препринт сразу же привлёк к себе значительное внимание. Не только из-за самой гипотезы Бейлинсона-Блоха-Като.

Но и потому, что человеком, решившим эту гипотезу, был профессор Лу, доказавший гипотезу Римана на Международном конгрессе математиков…

Принстонский институт перспективных исследований. Кафе на первом этаже.

Профессор Виттен сидел у окна и пил кофе. Он заговорил с профессором Делинем, который читал лежавшую у него на коленях бумагу.

«Лунный адронный коллайдер уже построен. Судя по всему, первый эксперимент начнётся в декабре. Думаю, когда придёт время, мне придётся отправиться в дальнюю поездку».

Делинь небрежно спросил: «О, похоже, есть шанс проверить твою теорию?»

Виттен с чашкой кофе в руке улыбнулся и покачал головой.

— Пока нет, но это хорошая новость для стандартной модели. Мы сможем раскрыть тайны Вселенной… Кстати, что ты читаешь?

Делинь заметил, что Виттен с любопытством смотрит на него. Он поправил очки на переносице и ухмыльнулся, что было редкостью для такого серьёзного человека, как он.

«Это доказательство гипотезы Бейлинсона-Блоха-Като… Похоже, их исследование продвигается».

Виттен: «Какое исследование?»

«Лу Чжоу и его стремление объединить алгебру и геометрию».

Услышав это, Виттен был шокирован. После минутного молчания он заговорил.

«Это нелепо… Когда он начал этот исследовательский проект?»

Будучи физиком, получившим Филдсовскую премию, он знал о математике больше, чем большинство учёных. Объединение старых методов. Когда была открыта аналитическая геометрия, люди решали алгебраические задачи с помощью декартовых координат. Это привело к быстрому развитию науки и технологий, особенно в области физики, астрономии и инженерии. И это также положило начало новой эре в математике.

«Он начал работать над этим после того, как решил гипотезу Римана, но, вероятно, эта идея давно была у него на уме…»

Профессор Делинь пролистал страницу, которую держал в руках, и сказал: «Он не единственный, кто думал об этом. Мы с моим научным руководителем, а также все, кто разбирается в алгебре и геометрии, думали об этой проблеме. Существует ли изящная связь между алгеброй и геометрией? Вот в чём вопрос. Если их исследование окажется успешным, то это принесёт пользу всему математическому сообществу…»

После долгого молчания профессор Виттен заговорил.

«Похоже, я не успеваю за временем».

Делинь: «Это не так уж важно, просто вы не в этой области исследований. Я тоже был удивлён, когда впервые услышал об этом исследовательском проекте. Особенно сейчас, когда он добился значительных результатов и даже привлёк Фальтингса. Насколько я понимаю, Фальтингс редко покидает Общество Макса Планка».

Виттен на самом деле не беспокоился о Фальтингсе.

Он серьёзно спросил: «Как вы думаете, у них получится?»

— На мой взгляд, это лишь вопрос времени. — Делинь поправил очки морщинистым пальцем и сказал: — Может, я предвзят, но мне кажется, что в этом мире нет такой проблемы, которую он не смог бы решить.

Через некоторое время он снова заговорил.

«Пока у проблемы есть реальное решение».

— Похоже, вы о нём высокого мнения, — улыбнулся Виттен и сказал: — Давайте тогда поспорим. Как вы думаете, он сможет решить эту проблему до первого эксперимента на Большом адронном коллайдере или после него?

Делинь на секунду замолчал. Он не ожидал, что его друг задаст такой странный вопрос.

Он немного помедлил, размышляя. Наконец он заговорил.

«Если первый эксперимент состоится в декабре, то я бы поставил на то, что он состоится после эксперимента».

В конце концов, до декабря оставалось всего два месяца. Несмотря на то, что они добились хорошего прогресса, было нереалистично думать, что они решат проблему за два месяца.

Виттен: «Тогда я поставлю на то, что они решат её до эксперимента».

Профессор Делинь нахмурился.

«Вы уверены?»

Профессор Виттен улыбнулся и сказал: «Почему бы и нет? Я чувствую, что они нас удивят».

Если бы они смогли объединить алгебру и геометрию, это повлияло бы не только на математику, но и на физику. Будь то физика конденсированных сред или физика высоких энергий, абстрактное значение чисел и фигур могло бы помочь физикам понять многие сложные концепции. Возможно, это не произведёт революцию в мире физики, но определённо создаст новые теории и методы.

Затем люди смогут использовать эти новые теории для решения «старых» проблем.

Делинь ухмыльнулся и спросил: «Тогда на что нам делать ставку?»

— Кажется, у вас есть дипломная работа Лу Чжоу по гипотезе Гольдбаха. Виттен улыбнулся и сказал: «В последний раз, когда я ходил в библиотеку Файерстоуна, чтобы взять его рукопись об исследовании 750 ГэВ, я случайно просмотрел несколько других его рукописей и не смог найти ту, что посвящена гипотезе Гольдбаха. Так что вы единственный человек, у которого она может быть».

Делинь кашлянул и сказал: «Конечно, я поспорю, мне плевать на сентиментальные вещи… Тогда на что ты собираешься ставить?»

Виттен: «Как насчёт рукописи по теории М?»

Профессор Делинь посмотрел на него и сказал: «Ты действительно собираешься ставить на что-то, что может быть даже неверным?»

«Но это может быть окончательная теория, объясняющая происхождение Вселенной…»

Виттен вздохнул и сдался.

— Ладно, что ещё… Некоторое время назад я убирался у себя дома и нашёл кучу своих заметок, которые делал, когда изучал топологию. Там, наверное, есть что-то полезное, просто я их не систематизировал. Они толщиной почти с десять учебников.

Виттен был экспертом в области топологии.

Он смог получить Филдсовскую премию в 1990 году благодаря своим исследованиям низкоразмерных топологических структур и выводам о квантовых инвариантах. Атья однажды заметил, что его достижения в математике превзошли достижения многих математиков, а знания в области физики послужили ему источником вдохновения и интуиции для математических исследований. Ходили даже слухи, что Атья начал изучать физику из-за Виттена. Независимо от того, имели ли эти заметки по топологии сентиментальную ценность, они, несомненно, имели академическую ценность. Поэтому профессор Делинь сразу же согласился.

«По рукам!»

Глава 1109. Заключительный этап

Лу Чжоу и не подозревал, что его проект превратился в войну ставок между двумя стариками. Если бы он знал об этом, то обязательно сам бы сделал ставку.

После того как Лу Чжоу помешал декану Цинь провести прощальную церемонию, они с Ван Пэном отвезли Фальтингса и Шольце в аэропорт. Затем Лу Чжоу вернулся в свой особняк в Чжуншане.

С другой стороны, Шольце прошёл досмотр в аэропорту и сел в самолёт. Он пристегнул ремень и посмотрел в иллюминатор, словно о чём-то размышляя. Он видел, как земля медленно исчезает из виду, пока он говорил.

«Время летит незаметно, я не могу поверить, что уже месяц здесь».

Профессор Фальтингс, сидевший рядом с ним, не был заинтересован в разговорах о течении времени, он прикрыл глаза и сказал.

«Нам придётся усердно работать, когда мы вернёмся».

Шольце улыбнулся и сказал: «Конечно».

Гении часто бывают гордыми и высокомерными. Шольце был одним из них.

На самом деле он возвращался не только из-за своих студентов, он мог бы легко связаться с ними через Интернет.

Настоящая причина… Он был уверен, что Лу Чжоу знает настоящую причину. На последнем этапе героизма не было смысла выстраивать иерархическую структуру, в истории останется только один человек. Хотя основная нетворческая работа уже была проделана.

Что касается того, кто сможет положить последнюю, самую сложную плитку…

Это будет зависеть от индивидуального таланта. Все это знали. Это было соревнование. Хотя Шольце понимал, что его шансы на победу невелики, он все равно хотел попробовать. Он знал, что у профессора Фальтингса была та же идея. Шольце почувствовал, как адреналин хлынул в его грудь, когда он сжал кулак.

«…Это меня воодушевляет».

…

Самолёт, летевший обратно в Германию, пропал в небе.

Лу Чжоу, вернувшийся домой, сидел в своей учебной комнате. Как и профессор Шольце, Лу Чжоу был полон адреналина. Однако по другой причине.

«Наконец-то, это последний шаг…»

Лу Чжоу посмотрел на черновики на своём столе и исписанные доски рядом с книжными полками. Он сделал глубокий вдох и ухмыльнулся. Оставался всего один шаг до объединения алгебры и геометрии. После этого он войдёт в мир математики 10-го уровня. Согласно наградам за легендарную миссию, Память Пустоты раскроет секреты системы. Он был полон воодушевления!

Лу Чжоу протянул руку и взял ручку. Затем он посмотрел на чистый лист бумаги и вспомнил свои разговоры с Перельманом и остальными за последний месяц. Он начал обдумывать это последнее предложение. Абстрактная геометрия была невероятно сложной наукой.

Большинство людей даже не смогли бы выучить геометрию, не говоря уже о том, чтобы проводить исследования. В конце концов, абстрактное значение чисел можно изменить, изменив систему счисления, но абстрактную форму геометрии нельзя описать несколькими словами и символами. Это требовало не только творческого мышления, но и развитого пространственного воображения, а также понимания абстрактных понятий. Таким образом, объединение чисел и геометрии было предложением, объединяющим различные абстрактные понятия. Возьмём в качестве примера простой многочлен с одной переменной, имеющий очевидное геометрическое объяснение. Его размерность была равна 1, что означало, что это была кривая. Но если рассматривать его сложную форму, то его размерность была равна двум, что делает его поверхностью.

Верно и обратное. Теория Гротендика дала полную картину. Он считал, что в некотором смысле целые числа — это кривые, а каждая точка на кривой соответствует простому числу.

Его теория оказалась успешной, и в сочетании с созданными им топологическими инструментами он смог вывести множество полезных методов и математических доказательств, которые помогли решить многие задачи алгебраической геометрии.

Когда Виттен изучал теорию струн, он пытался использовать полином Джонса для объяснения теории Черна — Саймонса, которая его очень вдохновила.

Так появилась М-теория.

Лу Чжоу занимался тем, что расширял эту концепцию и распространял её на всю область алгебры и геометрии, охватывая программу Ленглендса, теорию мотивов и даже теорию когомологий… Это означало рождение новой математической основы! В то время как стандартные гипотезы Гротендика предсказывали половину новой основы.

Что касается другой половины, то она была настолько сложной, что никто не осмеливался о ней думать.

[Пусть X будет неособое проективное многообразие в алгебраически замкнутой области k. Если мы заменим k на C, то получим комплексное многообразие X(C)…]

На странице были написаны строки уравнений, описывающие простую структуру доказательства. Лу Чжоу посмотрел на страницу и тихо пробормотал себе под нос: «Абстрагируем все когомологии в геометрически составленный набор, заменяем Cq(D,k) на следствие 4, используя метод сворачивания…

«Абстрактное множество геометрических фигур образует карту n.

«… Это наиболее вероятное решение».

Его глаза заблестели, когда он внезапно начал писать. Чернила, словно реки, стекали на океан бумаги, превращаясь в красивые математические вычисления. Время быстро пролетело. Слышалось шуршание ручки по бумаге. Лу Чжоу пребывал в состоянии потока. Он совершенно забыл о течении времени и даже о собственном существовании. Он погрузился в океан математики. Это было почти так, как если бы он не завершал доказательство. Это было почти так, как если бы он писал симфонию о Вселенной.

Глава 1110. Электронное письмо с одним словом

25 ноября.

В Северном Рейне-Вестфалии лил сильный дождь, и люди почти всерьёз опасались, что Рейн выйдет из берегов. Недалеко от берега Рейна располагался неприметный исследовательский институт. Под воздействием ветра и дождя серо-чёрные каменные кирпичи с годами разрушились. Это было почти как старик, который изо всех сил старался выжить в свои последние годы.

Конечно, плохая погода была ничем по сравнению с тем, что их действительно беспокоило. Будучи центром школ Бурбаки и Гёттингена, он проводил исследования на протяжении последних 200 лет и, вероятно, будет продолжать это делать в течение следующих 200 лет.

Однако это был первый раз…

Первый раз, когда проблема так сильно их беспокоила…

Дверь открылась, и в исследовательский институт вошёл старик. Он был насквозь промокшим. Он стряхнул капли воды с плаща и передал его помощнику. Профессор Фальтингс приехал сюда из своего дома. Он потер руки и вошёл в конференц-зал. Прошёл почти месяц с тех пор, как он вернулся из Китая. За последний месяц в математическом мире произошло много событий. Статья о гипотезе Бейлинсона-Блоха-Като была опубликована в журнале «Future mathematics», популяризировав исследования в области теории мотивов и теории когомологий. В этой области появилось большое количество научных работ, и всё больше людей начинали верить в то, что предсказания Гротендика в области алгебраической геометрии верны. Большинство людей хотели стать свидетелями того дня, когда алгебра и геометрия будут объединены!

— Давно не виделись, профессор Фальтингс, — сказал старик, глядя на Фальтингса, входящего в конференц-зал. Он улыбнулся и протянул руку.

— В последний раз я видел тебя в Голубом зале в Стокгольме, прошло шесть лет.

— Рад снова тебя видеть, Сарнак, — Фальтингс пожал ему руку и посмотрел на его толстый живот. Он не мог не сказать: — Похоже, у тебя всё хорошо.

«Я в порядке». Сарнак улыбнулся и сказал: «Я скучал по твоему юмору».

Профессор Сарнак, бывший главный редактор «Annual Mathematics», лауреат премии Вольфа 2014 года. Ученые, получившие награду за достижения в течение жизни, считались всемирно известными. Что касается того, почему бывший главный редактор «Annual Mathematics» оказался здесь… Он был здесь по той же причине, что и Делинь. На этой крупной математической конференции собрались почти все ведущие учёные из группы Бурбаки.

Среди них были Сарнак, самый гордый ученик Гротендика Делинь, Фальтингс, которого называли математическим папой, а также Шольце, учёный, которого Фальтингс считал наиболее вероятным преемником Гротендика…

Эта встреча продолжалась целых три дня.

— Теперь, когда все в сборе, давайте перейдём к делу. Фальтингс сел за стол для совещаний и посмотрел на дождь, ливший за окном. — Приближается зима, здесь будет холодно.

— Это правда, — сказал Делинь, поправляя очки на переносице. Он добавил: — Это моя самая нелюбимая часть Европы. В это время года здесь каждый день идёт дождь, и моя куртка никогда не высыхает.

Совещание по теории Великого объединения началось. Первым докладчиком был Шольце, который рассказал о своём исследовании гладкого проективного морфизма Hom(hX, hY) на k-кластерах, подтвердив, что это неабелева категория. Это привлекло внимание всех участников. Все знали, что абелева категория является основой гомологической алгебры. Если бы морфизм гладкого проективного кластера k был неабелевой категорией, это опровергло бы метод решения проблемы Великого объединения с помощью гомологических групп и методов алгебраической топологии. Несмотря на то, что этот результат разочаровал их, доказательство того, что что-то невозможно, всё равно было продуктивным. По крайней мере, теперь им не нужно было предполагать различные варианты Hom(hX, hY).

Встреча длилась два часа.

Все рассказали о своих исследованиях за последний месяц. Наконец, встреча подошла к концу. Фальтингс посмотрел на записи в своём блокноте и удовлетворённо кивнул. По крайней мере, по сравнению со вчерашним днём они добились некоторого прогресса.

Помимо доказательства того, что использование групп когомологий и алгебраической топологии для изучения морфизмов гладких проективных кластеров на k было пустой тратой времени, с помощью теории алгебраических цепей они успешно доказали, что категория гладких проективных кластеров на k является V(k), что подтверждает одну из стандартных гипотез Гротендика.

Обычно этого результата было достаточно, чтобы отпраздновать. Это был не просто промежуточный результат теории Великого объединения. Это был также промежуточный результат доказательства стандартных гипотез Гротендика. Однако ни у кого не было настроения праздновать. Никто даже отдалённо не был рад. Вместо этого они начали испытывать чувство срочности. Теория алгебраических цепей не была особенно сложной теорией. Фальтингс знал, что если они смогли её понять, то и Лу Чжоу тоже.

Лу Чжоу не публиковал статей больше месяца.

Это означало, что либо он столкнулся с трудностями, либо работал над чем-то потрясающим. Фальтингс считал, что последнее более вероятно. После более чем месяца напряжённой работы он не надеялся, что они с Шольце смогут решить эту задачу в одиночку. Теперь его единственной надеждой было собрать силы всей группы Бурбаки, чтобы решить эту проблему, сохранить славу института и стать маяком во тьме. И если бы Лу Чжоу действительно решил Великую объединённую теорию… В отличие от гипотезы Римана, которая превратила бы тысячи утверждений в теоремы, Великая объединённая теория соединила бы тысячи теорем в прямую линию. Одно только это достижение стоило бы больше, чем все математические достижения XX века. И это, несомненно, запомнилось бы в истории как вершина математики…

Встреча закончилась. Более десятка участников встали и ушли. Профессор Фальтингс убрал свой блокнот и собрался уходить. Однако он вдруг заметил на телефоне уведомление о новом электронном письме.

Он постучал по экрану и взял со стола свой телефон. Открыв письмо, он замер. Письмо было очень коротким. В нём было всего одно слово.

[Готово.]

Глава 1111. Вселенная совершенна

[Хозяин, о чём ты думаешь? :3]

Лу Чжоу сидел там уже полчаса, не двигаясь.

Сяо Ай начала сомневаться, жив ли ещё её хозяин.

Лу Чжоу посмотрел на солнце, встающее над Пурпурной горой вдалеке. Он смотрел на утренний туман и говорил.

«… Я думаю о своём прошлом».

Сяо Ай: [(•̀∀•́)?]

«Я очень скучаю по нему».

Лу Чжоу не смог сдержать эмоциональный вздох. Начиная с гипотезы Чжоу, до доказательства его первого математического утверждения: гипотезы о простых числах-близнецах, до доказательства гипотезы Полиньяка, затем гипотезы Гольдбаха, а затем задач тысячелетия… Он решил множество сложнейших мировых проблем, даже не подозревая об этом. Но теперь он делал еще один шаг вперед. И этот шаг был дальше, чем любой шаг, который он делал раньше. Даже суммирование всех высказанных им предположений, включая гипотезу Римана, не сравнится с тем, что он сделал полчаса назад.

Конечно, без проделанной ранее фундаментальной работы он никогда не смог бы достичь того, чего достиг сегодня.

“Гротендик был прав. Существует универсальная теория когомологий, движущая ценность которой находится в Q-категории. Коэффициенты гомологии любого коэффициента можно вычислить с помощью Z-коэффициента. Не только это, но и все числа можно представить в виде точки на многомерной поверхности. Все геометрические образы, соответствующие алгебраическому выражению, можно преобразовать с помощью топологии и в итоге вернуться к той же поверхности…

Это идеальная вселенная”.

Больше не было никакого ожидания. Все, что ему нужно было сделать, это добавить последние штрихи. Помолчав полчаса, он снова начал писать. Его ручка плавно скользила по бумаге. Казалось, что он делал это тысячи раз раньше. Лу Чжоу тихо положил последний кирпич, завершая строительство.

Первоначально Лу Чжоу думал, что после завершения того, о чем бесчисленные ученые мечтали тысячи лет, он будет горд и восторженен. Однако, когда этот момент наконец настал, вместо того, чтобы обрадоваться, он почувствовал просветление и спокойствие. Как будто это должно было случиться. Как будто ничего из этого не стало для него неожиданностью. На второй строке последней страницы его перо поставило точку. Лу Чжоу посмотрел на аккуратную строчку вычислений на бумаге и улыбнулся.

«Наконец-то…

«Может быть, это проложит путь в будущее».

Теперь, когда алгебра и геометрия были объединены в абстрактном смысле, можно было использовать простую теоретическую базу для преобразования алгебраических задач в геометрические и применять методы и инструменты в разных областях. Вооружившись этими новыми инструментами и методами, многие старые проблемы перестали бы считаться проблемами…

Конечно, математика — постоянно меняющаяся область. По мере решения старых проблем создавались бы новые, чтобы досаждать будущим математикам. Несмотря на то, что он был математиком 10-го уровня…

Возможно, мир не был бы для него слишком скучным. Лу Чжоу посмотрел на расчёты на бумаге и пять минут предавался воспоминаниям о прошлом. Затем он отправил электронное письмо профессору Фальтингсу и встал со стула. Он давно не выходил на улицу. Он почти забыл, какой сегодня день недели. Ему нужно было выйти на улицу, иначе он превратился бы в вампира.

— Пойдём.

Дрон, лежавший на книжной полке, начал парить в воздухе, и на его дисплее появилась строка с текстом.

[Хорошо, хозяин. Хозяин, ты идёшь с Сяо Ай за покупками? ヾ(≧▽≦*)]

— За покупками? Мы идём в поход!»

[Что? Снова в поход… ( ̄△̄;)]

«Когда ты повзрослеешь, я подумаю о том, чтобы взять тебя с собой в людное место».

Лу Чжоу размял затекшие руки и улыбнулся. Он проигнорировал грустный смайлик Сяо Ай и вышел из кабинета.

…

Международный жилой район Чжуншань располагался прямо у Пурпурной горы. Через заднюю часть пригорода проходила тропа, которая вела прямо на вершину горы. Лу Чжоу уже поднимался на вершину горы по этой тропе. Он надел спортивную одежду и кроссовки. С полотенцем на плече и Сяо Ай, летающей над ним, он побежал трусцой. Лу Чжоу поздоровался со сторожем у чёрного хода и вышел из своего закрытого посёлка. Он спустился по каменным ступеням и пробежал несколько километров, прежде чем перейти на шаг. Вскоре он добрался до беседки на полпути к вершине горы. Обычно, когда он приходил сюда на утреннюю пробежку, то в этом месте поворачивал назад. Однако в этот раз он хотел продолжить подниматься в гору.

Лу Чжоу зашёл в беседку и собирался сделать перерыв. Однако он вдруг заметил пожилого мужчину, сидящего на каменной скамье в беседке. Мужчина был одет в майку и пил из коричневой чашки, которую держал в руке.

Старик заметил Лу Чжоу. Он улыбнулся и заговорил.

«О, академик Лу, что привело вас на гору так рано утром?»

Хотя Лу Чжоу его не знал, старик, вероятно, слышал о нём в новостях, не говоря уже о том, что они жили в одном закрытом сообществе.

«Я слишком долго сидел дома, поэтому хотел выйти на улицу и посмотреть, смогу ли я подняться на вершину до восхода солнца, а потом встретить рассвет на вершине». Лу Чжоу посмотрел на горизонт и спросил: «А вы?»

«Я?» Старик на секунду замолчал и сказал: «Благодаря моим детям я на пенсии. Всё, что я делаю, — это гуляю по горам и рекам».

Он посмотрел на горизонт и прищурился.

«Как жаль, похоже, ты не успеешь встретить рассвет на вершине».

Солнце должно было взойти через пять минут, и это был самый прекрасный момент дня. Чтобы добраться до вершины горы, потребовалось бы не меньше получаса.

Лу Чжоу улыбнулся и сказал:

«Смотреть на это отсюда так же хорошо.»

Линия горизонта была ярко-красной, из-за чего было трудно различить облака и горы.

На гору начали падать золотые лучи солнца.

Утренний туман, окружавший гору, начал рассеиваться. Старик посмотрел на прекрасное зрелище вдалеке и эмоционально вздохнул.

«Пурпурная гора прекрасна, но не так прекрасна, как горы Тай и Хэн. Вам, молодым людям, следует воспользоваться своим телом и отправиться посмотреть на эти странные горы и скалы. Особенно на гору Тай. Жизнь, которой не дорожишь, не стоит того, чтобы жить».

“ Неизведанная жизнь?

Лу Чжоу посмотрел на золотые облака и вдруг сказал: «Возможно, не нужно подниматься на вершину».

Мысли в его голове были такими же внезапными, как восход солнца.

Мир 10-го уровня, к которому он стремился…

Оказалось… Он уже был в его сердце…

Глава 1112. Шум ветра

Лу Чжоу до сих пор помнил, что… В самом начале система сообщила ему, что, когда все его дисциплины достигнут 10-го уровня, он откроет для себя мир… Это означало, что он сможет выбрать, какой будет «Будущая эра» системы. Лу Чжоу не задумывался о том, каким должно быть будущее. Несколько месяцев назад, когда он открыл золотую легендарную карту миссии, он был так взволнован, что не мог уснуть всю ночь. Теперь, когда его математика достигла 10-го уровня, он был уже на 10% ближе к будущему, чем когда-либо прежде… Лу Чжоу сделал глубокий вдох и посмотрел на восходящее солнце вдалеке. Он сжал кулак, а затем медленно разжал его.

Чувство волнения было настоящим.

Но в отличие от чистого волнения и адреналина, его сердце наполняло просветление. Как будто он мог почувствовать, что система пытается сказать ему о так называемой Эре Будущего.

…

Попрощавшись со стариком во время утренней прогулки, Лу Чжоу развернулся и пошёл домой. Лу Чжоу зашёл в свой кабинет на втором этаже и сел за стол. Сначала он проверил электронную почту. Прошло больше часа с тех пор, как он отправил электронное письмо, а профессор Фальтингс так и не ответил. Лу Чжоу подумал, что Фальтингс, должно быть, чем-то занят или не знает, что ответить. Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся. Он откинулся на спинку стула и открыл свой ноутбук. Затем он выпил бутылку энергетического напитка системы в честь своей победы. Он почувствовал, как усталость покидает его тело, и приступил к работе на сегодня. С помощью Сяо Ай Лу Чжоу провёл весь день, перенося содержимое черновика на свой компьютер. Готовая статья состоял из 40 страниц, что было больше, чем он ожидал.

Помимо объединения алгебры и геометрии, в этой работе также содержался набросок будущего математики, а также некоторые предположения, которые он выдвинул при исследовании этой проблемы. Одного только дополнительного материала было достаточно для специального выпуска журнала «Future mathematics». На самом деле, если бы у него было немного времени, он мог бы доказать большинство этих утверждений. У него уже были несколько блестящих идей для решения этих задач. Однако это не было главной темой статьи. В конце концов, задач было бесконечное множество. Вместо того чтобы тратить время на неважные задачи, он предпочёл бы потратить его на важные утверждения. Что касается элементарных задач, он оставил бы их будущим учёным…

Нажав кнопку «Ввод», Лу Чжоу откинулся на спинку стула.

Долго ждать не пришлось. Как только его статья была загружена, перед ним появилось знакомое синее диалоговое окно.

[Поздравляем, пользователь, с завершением легендарной миссии!]

…

Его статья была загружена в полдень. QВ большинстве регионов Соединённых Штатов было уже за полночь. Ярко освещённый Институт Клэя резко контрастировал с тихими тёмными пригородами. Будучи некоммерческим частным учебным заведением, основной целью института было продвижение и распространение математических знаний, а также вручение наград и грантов потенциальным математикам. В отличие от других научно-исследовательских институтов чистой математики, которым приходилось беспокоиться о финансировании, этот институт, казалось, беспокоился о противоположном. Например, прямо сейчас.

Директор Дитон сидел в своём кабинете. Он беспокоился о том, как избавиться от денег.

С тех пор как гипотеза Римана была доказана на Международном конгрессе математиков, они беспокоились о том, как присудить премию «Задачи тысячелетия». Не потому, что у них не было денег, а потому, что лауреат премии был особенным человеком. Уравнения Янга — Миллса и уравнения Навье — Стокса; этот парень уже решил задачи тысячелетия!

И он был близок к тому, чтобы одержать ещё одну победу. Не говоря уже о том, что это была гипотеза Римана, возможно, самая ценная из семи задач. Как будто эта награда была учреждена специально для него! Если бы это было так, всё было бы хорошо. Это была просто награда, её не обязательно было вручать разным людям. Однако профессор Лу не любил получать награды и почти раздражался из-за них. Не говоря уже о том, что Лу Чжоу не испытывал недостатка ни в славе, ни в деньгах. В прошлый раз он даже не потрудился забрать свою награду за уравнения Янга — Миллса. Вместо него награду и чек на миллион долларов получил физик из института Лу Чжоу. Весь Институт Клэя, от членов консультативного комитета до охранников, обсуждал, стоит ли присуждать премию...

— Хватит! Я больше не председатель научно-консультативного совета. Вам следует найти более способного учёного на эту должность! Не стоит всегда сваливать свои проблемы на меня!

Голос профессора Карлсона доносился из кабинета директора. Когда он услышал, что директор Дитон собирается переложить эту ответственность на него, он пришёл в ярость.

Директор Дитон посмотрел на профессора Карлсона. Он не хотел беспокоить этого почти вышедшего на пенсию старика. Однако, когда он подумал о статусе победителя и о том, как трудно было вручить Лу Чжоу награду, он не смог удержаться от попытки переубедить его.

— Но наш научно-исследовательский институт очень престижен, и вы единственный, кто может это сделать. Вы уже общались с ним раньше! Пожалуйста! Я умоляю вас! Клянусь, это в последний раз!

Дитон был в отчаянии. Он и представить себе не мог, что за время его работы директором произойдёт столько неприятных событий.

Задачи тысячелетия подразумевали, что на их решение уйдёт целое тысячелетие. Считалось, что эти проблемы невозможно решить в течение столетия. Кто бы мог подумать, что кто-то решит три из них за такой короткий промежуток времени? Если бы эти задачи не были отобраны ведущими учёными в различных областях, он бы начал сомневаться, что задачи тысячелетия — это розыгрыш.

«На самом деле это не так сложно, как вы думаете. Международный математический союз признаёт его доказательство, нам просто нужно…»

Профессор Карлсон сердито сказал: «Тогда просто вручите ему эту чёртову награду!»

Директор Дитон сказал: «Но… Но мы пытались вручить ему две награды, а он даже не потрудился прийти на вторую церемонию награждения...

Карлсон: “Тогда не вручайте ему награду!”

Дитон: “Но это против правил...”

Карлсон в отчаянии сказал: “Черт возьми! Тогда что ты хочешь делать!

Рев в офисе достиг коридора. По случайному совпадению в кабинет собирался войти тридцатилетний стажер. Однако его встревожили крики. Он тихо открыл дверь и вошел внутрь. Он уставился на профессора Карлсона и некоторое время колебался. Затем он сглотнул и заговорил.

«Профессор Карлсон…»

Профессор Карлсон был не в духе. Он посмотрел на нового ассистента, которого недавно нанял, и сказал: «Что? Говорите».

Ассистент быстро заговорил.

«Некоторое время назад профессор Лу опубликовал статью на arXiv. Вы следуете этому исследовательскому направлению, поэтому я получил напоминание».

Профессор Карлсон: «Я знаю, я посмотрю на это утром».

Ассистент знал, что профессор Карлсон так скажет. Однако он не сдавался. Он знал, что если позволит профессору Карлсону лечь спать сегодня вечером, не прочитав статью, то завтра его отругают. Ассистент сглотнул и заговорил.

«На самом деле, я прочитал аннотацию к статье. Из-за моего уровня знаний я не могу дать вам точную оценку статьи. Однако, учитывая тот факт, что статья связана с гипотезой Римана, я решил напечатать её. Вы можете взглянуть, если хотите… Без обид, но я думаю, что вы будете шокированы, когда прочитаете статью».

Потрясён? Что может быть более шокирующим, чем гипотеза Римана?

Профессор Карлсон приподнял брови.

Несмотря на то, что его математическая интуиция подсказывала ему, что новый ассистент несёт чушь, он всё равно взял распечатанный документ из рук ассистента и прочитал аннотацию. Директору Дитону было интересно, что скажет помощник. Он наклонился и прочитал статью вместе с Карлсоном.

Затем…

Они не отрывались от чтения.

Часы на стене медленно тикали.

Это был единственный звук в кабинете.

Через минуту тишину в кабинете нарушили возгласы.

«Боже мой…»

«О боже…»

«Это… это…

Профессор Карлсон почувствовал, как у него пересохло в горле. Он взял со стола чашку с чаем. Сделав глоток, он понял, что чашка пуста.

— Великое объединение алгебры и геометрии… — хриплым голосом произнёс директор Дитон. Он посмотрел на аннотацию и недоверчиво спросил: — Это значит, что он сделал это?

“По крайней мере, так он утверждает...”

Профессор Карлсон откашлялся, словно хотел что-то сказать. Он оглянулся на своего ассистента и сказал: «Позвони в Гарвардский математический институт! Свяжись с Цю Чэнтуном от моего имени».

«Хорошо!»

Помощник посмотрел на серьёзное лицо своего босса и кивнул. Однако, когда он уже собирался выйти из кабинета, профессор Карлсон остановил его.

«Подожди секунду, ты приехал сюда на машине?»

«Я припарковался в гараже… А что?»

«Забудь о звонке, отвези меня в Гарвард! Сейчас же!»

Профессор Карлсон сунул бумагу в карман и немедленно вышел из кабинета. Директор Дитон тут же вернулся к реальности и сказал.

«Что за чушь, насчёт премии за гипотезу Римана…»

«Мы поговорим об этом позже! Это важнее!»

Забудьте о гипотезе Римана… Даже если сложить все предположения, связанные с гипотезой Римана, это не будет так важно, как эта статья. Профессор Карлсон вышел из кабинета, оставив директора Дитона…

Глава 1113. Математика 10-го уровня!

Карлсон кое-чего не знал. Дело в том, что, пока он ехал в Гарвардский университет, новость уже распространилась по всему миру.

Гарвард, один из лучших университетов мира, не стал исключением. Обсуждения начались на форуме MathOverflow, а затем распространились в крупных колледжах и математических сообществах в Facebook.

Большинство людей уже собирались ложиться спать, но их разбудило уведомление или телефонный звонок. Они сразу же включились в работу. Теория Великого объединения!

Священный Грааль, который хранился тысячи лет! Эта статья войдёт в историю!

На самом деле, это был не только Гарвардский университет. Все, от Принстона в Нью-Джерси до Беркли в Калифорнии, Боннского университета и Оксфорда по другую сторону Атлантики…

40-страничная статья профессора Лу о теории Великого объединения вызвала цепную реакцию. Это было похоже на землетрясение магнитудой 12 баллов в математическом сообществе и академической среде…

…

С другой стороны, на другом конце Тихого океана, в Цзиньлине.

Лу Чжоу, «инициатор» всего этого, откинулся на спинку стула с закрытыми глазами. Он не обращал внимания на сенсацию, которую его статья произвела на всё академическое сообщество. Однако, даже если бы он знал о последствиях своей статьи, ему было бы всё равно. В конце концов, он не в первый раз делал что-то подобное… В чистом белом пространстве перед Лу Чжоу парил блестящий золотой полупрозрачный информационный экран.

[Легендарная миссия: первый шаг в будущее.]

[Оценка: вы сделали первый шаг в будущее. Две непохожие друг на друга области — алгебра и геометрия — никогда не были так близки. Как видите, язык Вселенной совершенен. Подобно красивому уравнению, он всеобъемлющ.]

[Награда за миссию: уровень математики +1, «Пустая память» b, пять билетов на удачу, 10 000 общих баллов.]

Диалоговое окно завершения миссии постепенно исчезло. Перед Лу Чжоу появилась обновлённая панель характеристик.

[ A. Математика: уровень 10

B. Физика: уровень 7 (113 215/1,2 миллиона)

C. Биохимия: уровень 6 (10 000/600 000)

D. Инженерия: уровень 6 (10 000/600 000)

E. Материаловедение: уровень 6 (163 000/600 000)

F. Энергетика: уровень 4 (0/200 000)

G. Информационная наука: 4-й уровень (0/200 000)

Общие очки: 24 335 (пять счастливых лотерейных билетов)]

Шкала математического опыта полностью исчезла. 10-й уровень был как медаль, как печать его славы, навсегда выгравированная на его панели характеристик.

Следующим шагом была физика…

Лу Чжоу подавил волнение в своём сердце и глубоко вздохнул. Он посмотрел на свои общие очки. Он заработал почти все общие баллы, которые потратил на виртуальную реальность, и у него снова было более 20 000 общих баллов. Если бы он не смог найти достойный проект, на который можно было бы потратить эти баллы, ему показалось бы, что он не выполнил свой гражданский долг. Однако сейчас было не время беспокоиться о таких пустяках. Его ждали ещё пять счастливых розыгрышей, а также секреты, связанные с «Пустотой памяти». Не колеблясь, Лу Чжоу протянул руку и нажал на кнопку розыгрыша призов. Виртуальное колесо начало вращаться. Может быть, из-за пяти билетов он возлагал на это большие надежды, а может быть, потому что он потерял всякую надежду на систему, Лу Чжоу не молился и не совершал никаких ритуалов перед счастливым розыгрышем. Лу Чжоу слышал, как бьётся его сердце. К счастью, на этот раз система его не разочаровала. Он получил «мусор», но четыре других счастливых розыгрыша были «образцовыми», а два из них даже «особыми».

[Получено: фирменный шампунь «Future»].

[Получено: 30 единиц энергетической медицины]

[Получено: случайная карта очков опыта (от 1 до 999 999 очков опыта).

[Получено: «Трансцендентные» умные очки X-1]

[Получено: золотая карта миссии!]

Когда Лу Чжоу посмотрел на награды на информационном экране, он не мог не почувствовать удовлетворения. Энергетическое лекарство, карта случайных очков опыта… Все это были полезные предметы. Особенно для прокачки.

Всякий раз, когда ему приходилось работать сверхурочно, энергетическое лекарство было для него находкой. Не говоря уже об умных очках. Хотя Лу Чжоу не знал, для чего нужны эти очки, они были той же марки, что и квантовый компьютер, так что они не должны были его подвести.

Шампунь его совершенно не волновал.

Он нажал на карту случайных очков опыта в своём инвентаре, и к нему начали приближаться золотистые частицы света. Когда частицы света взорвались, к его шкале опыта добавилось 100 000 очков физического опыта.

Несмотря на то, что до повышения уровня было ещё далеко, каждая мелочь имела значение. Лу Чжоу сразу же посмотрел на свою золотую карту миссии. Несмотря на то, что это была не легендарная карта миссии, за миссии такого рода часто давали щедрые награды. Однако это означало, что ему придётся сделать выбор. Можно было немедленно использовать эту карту миссии.

Другой задачей было завершить последнюю часть цепочки миссий «Контроль Земли и Луны», которую он игнорировал больше года.

Он мог получить любую миссию с золотой карты миссии, в то время как цепочка миссий была явно фиксированной: ему нужно было построить на Луне масс-драйвер с 50-тонной способностью выводить на лунную орбиту.

Лу Чжоу посмотрел на золотую карту миссии и некоторое время размышлял над ней. Это определило его работу в ближайшем будущем.

Должен ли я подбросить монетку?

Или мне следует сосредоточиться на аэрокосмической инженерии?

Лу Чжоу немного подумал и принял решение. Он протянул руку и выбрал карту миссии.

Сначала я воспользуюсь этим. В конце концов, 50-тонный масс-драйвер для выхода на лунную орбиту нельзя построить за день или два. Комитет по лунной орбите не ставил масс-драйвер выше Лунного адронного коллайдера. Не говоря уже о том, что он не смог бы помочь с проектом массового двигателя. Вместо того, чтобы ждать, пока другие завершат проект за него, он предпочёл бы сделать что-то сам… Бледно-золотистые частицы снова взорвались, и вскоре на панели его заданий появилась миссия.

[Миссия: Экзотическая частица]

[Описание: завершение строительства Лунного адронного коллайдера войдёт в историю как выдающееся достижение человеческой цивилизации. Он похож на огромный телескоп, но вместо того, чтобы наблюдать за звёздами, он раскрывает тайны, скрывающиеся за звёздами…]

[Требование: Откройте новую частицу.]

[Награда: 1 миллион очков опыта в физике. 10 000 общих очков. Фиолетовая «легендарная миссия».]

Лу Чжоу посмотрел на требования и на секунду задумался. На его лице появилась улыбка. Открыть новую частицу?

Звучит… Интересно.

Глава 1114. Срочные новости

25 ноября был обычным днём для всего мира.

Однако для математического сообщества это был необычный день. В кафетерии Университета Цзинь Лин было полно людей.

Студенты только что закончили занятия, и перед ресторанами стояли длинные очереди.

Дуань Сици, как член армии гурманов, только что закончил занятие по математическому анализу. С трудом он выбрался из толпы со своей едой. Он сел рядом со своими тремя соседями по комнате. Было редкостью видеть, как студенты из общежития 201 собрались вместе. Даже Ли Мо был здесь, что само по себе было редкостью. Однако Ли Мо выглядел так, будто о чём-то размышлял. Казалось, он хотел поскорее закончить трапезу и уйти.

Ян Шуан ел миску риса. Он встретился взглядом с У Ди и спросил: «Брат Ли, как продвигается твой исследовательский проект?»

«Трудно, очень трудно». Ли Мо вздохнул и покачал головой. «Если бы только Бог Лу был здесь, он мог бы помочь нам спланировать, что делать дальше».

«Бога Лу здесь нет? Он в командировке?»

Ли Мо покачал головой.

«Нет, он просто отдыхает».

Ответственным за них был Чен Ян, немногословный профессор, который редко с ними общался. Что касается Перельмана, то он был воплощением эксцентричного парня и редко проявлял инициативу, чтобы сказать хоть слово. Ли Мо подумал о своём проекте и забеспокоился. Это был первый раз, когда он столкнулся с проблемой, которую не мог решить. Это был также первый раз, когда проблема беспокоила его больше месяца.

Дуань Сици ничего не сказал, он только ободряюще посмотрел на Ли Мо. Внезапно в международных новостях CTV, транслируемых по телевизору в кафетерии, сменилась сцена.

Сотрудник передал ведущему новостей пресс-релиз. Ведущий посмотрел на страницу с удивленным видом. Он быстро принял профессиональное решение, глубоко вздохнул и заговорил.

“У нас есть срочные новости… Академик Лу, известный китайский учёный, загрузил 40-страничный документ на академический сайт arXiv. Он доказал единство алгебры и геометрии, вызвав огромную сенсацию в международном математическом сообществе.

По мнению наших экспертов, если точность расчётов будет доказана, это навсегда изменит развитие математики. Это также повлияет на исследования в области естественных наук. На данный момент Международный математический союз ещё не прокомментировал этот вопрос, но мы следим за их действиями…»

Ли Мо уронил палочки для еды на тарелку. Он уставился в телевизор с открытым ртом. Он был ошеломлён. Его друзья из общежития 201 были такими же. Хотя их реакция была не такой бурной, как у Ли Мо, все они смотрели на телевизор с изумлением на лицах.

Объединение алгебры и геометрии!

Единая теория математики!

Неужели это… Действительно возможно?

Сначала Дуань Сици сомневался. Однако, когда он услышал имя Лу Чжоу в новостях, все его сомнения рассеялись.

«Единая теория…» Дуань Сици посмотрел на Ли Мо, который был ошеломлён. Он сглотнул и спросил: «Разве это не… то, что ты исследовал?»

Ли Мо: «…Да».

На самом деле, он не «исследовал» это.

Он «всё ещё» исследовал это. Даже прошлой ночью он отчаянно хватался за волосы из-за этого невозможного предложения.

Однако теперь… Он всё ещё беспокоился об одной детали в чертеже, но новости говорили ему, что всё здание уже построено…

Ли Мо хотелось плакать.

Это нелепо!

Он даже не сказал мне!

Я знаю, что от меня не так много пользы, но я всё равно участвую в исследовательском проекте!

У Ди, который ещё не заговорил, посмотрел на него. «Итак...»

Ли Мо вздохнул. Его печальные глаза говорили о том, что его обманули. Он посмотрел в потолок и сказал.

«…Итак, мы закончили».

На самом деле Лу Чжоу не собирался держать их в неведении. Как только он загрузил свою статью на arXiv, он отправил электронное письмо нескольким партнёрам, чтобы поделиться радостью победы. Однако, поскольку новость была настолько шокирующей, и Перельману, и Чэнь Яну ещё предстояло осознать произошедшее. Они даже не закончили читать статью. Конечно, никто не сообщил эту новость такому научному исследователю низкого уровня, как Ли Мо.

Почти сразу после того, как новость была опубликована, в интернете разгорелась дискуссия.

[Объединить алгебру и геометрию?! (вздрогнул) (вздрогнул)]

[Какого хрена? Разве Бог Лу не исследовал гипотезу Римана? Я…]

[Братан, он вообще человек, это так несправедливо. (плачет)]

[Я математик-исследователь, и я хотел бы сообщить, что академик Лу присвоил результаты моих исследований. В 2012 году я обнаружил сходство между числом 0 и кругом. Пожалуйста, помогите мне добиться справедливости!]

[Что означает объединение алгебры и геометрии? Означает ли это, что учебники для старших классов изменятся?]

[По сути, он изобрёл новую математическую структуру, которая связывает абстрактное значение алгебры и геометрии. Таким образом, инструменты и методы с обеих сторон могут взаимодействовать друг с другом. Это не повлияет на обычного человека. Если вы хотите решить квадратное уравнение, то использование квадратичной формулы по-прежнему будет лучшим выбором. Но для нас, математиков, это будет долгий день… Как аспирант, пожалуйста, Боже Лу, не торопись, старина.]

[Какого хрена? Как ты смеешь называть Бога Лу стариком? Ты сам старик!]

[…]

Большинство людей не понимали, что значит объединить алгебру и геометрию, и большинство из них забыли большую часть алгебры и геометрии, которые они изучали в старших классах. Однако это не означало, что они не были шокированы новостями по телевизору. Не прошло и получаса после трансляции, как новость уже была на первой полосе. Казалось, что все внезапно стали математиками. Люди начали обсуждать, каким будет мир после объединения алгебры и геометрии. В ответ на жаркие дискуссии и опасения людей по этому поводу телеканал Everyone Daily и CTV совместно провели научно-популярное ток-шоу. Они пригласили одного из ведущих китайских математиков — академика Сян Хуананя. Ведущий посмотрел на седовласого старика и заговорил уважительным тоном.

“Здравствуйте, академик Сян, спасибо, что нашли время в своем плотном графике, чтобы присоединиться к нашему шоу”.

Академик Сян Хуанань улыбнулся и откинулся на спинку дивана. Затем он небрежно сказал.

“Такому старику, как я, все равно нечего делать. Спрашивай.”

После небольшой беседы ведущий перешел к главной теме.

«Недавно в области математики произошло важное событие. Академик Лу опубликовал в arXiv статью, демонстрирующую объединение алгебры и геометрии. Многие из наших читателей обеспокоены и задаются вопросом, что эта статья значит для нас. Какое влияние она окажет на нашу жизнь?»

Академик Сян улыбнувшись ответил.

«На самом деле, СМИ не совсем точны. Академик Лу не объединил алгебру и геометрию полностью. Вместо этого он построил мост между ними».

Ведущий: «Мост?»

«Да…» Академик Сян кивнул. «Точно так же, как чашку можно использовать для питья и полива растений».

Ведущий: «Это креативная аналогия».

Академик Сян: «Обычным людям не нужно изучать единую теорию алгебры и геометрии, поскольку она едина только в абстрактном смысле. Это не значит, что эти две вещи обязательно должны быть одним и тем же. Однако при необходимости мы можем преобразовывать алгебраические задачи в геометрические и наоборот».

Ведущий: «О, понятно, похоже, я вас неправильно понял. Значит, это не повлияет на жизнь обычных людей, верно?»

— Верно… — Академик Сян кивнул и сказал: — Только учёные, занимающиеся фундаментальными и прикладными исследованиями, будут изучать определённые методы для решения технических проблем. В результате общественность ощутит изменения, вызванные научным прогрессом.

“ Я слышал, вы знакомы с академиком Лу?

— Не просто знаю… — Академик Сян похлопал себя по бёдрам и сказал: — Он был почти моим студентом! Вздох, как жаль, что я тогда недостаточно настаивал. Академик Лу Шэньцзянь украл его у меня. К счастью, после года изучения физики он вернулся к математике.

— Что ж, физика — это не так уж плохо. — ведущий улыбнулся и сказал: — Академик Лу проделал выдающуюся работу в области физики, хотя его достижения сосредоточены в области материаловедения и математики.

— Вы не понимаете, — Сян Хуанань взмахнул рукой и сказал: — До сих пор все его достижения в физике можно отнести к его достижениям в математике. Самое большое из них — это, вероятно, решение проблемы существования и массы Янга — Миллса и электрослабого взаимодействия. Первое — это задача тысячелетия, а второе — обобщение первого. Несмотря на то, что это был педантичный аргумент, он был верным. Помните характерный пик в 750 ГэВ, обнаруженный Лу Чжоу в ЦЕРНе? Несмотря на то, что всё сообщество физиков-ядерщиков потратило год на изучение пика, они ничего не смогли найти.

Ведущий не понимал академических терминов, о которых говорил академик Сян, поэтому он быстро перевёл разговор с науки на личную жизнь Лу Чжоу.

— Вы упомянули, что академик Лу чуть не стал вашим студентом. Я уверен, что нашу аудиторию интересует, каким был академик Лу в студенческие годы. Не могли бы вы рассказать нам об этом подробнее?

На лице академика Сяна появилась ностальгическая улыбка.

«Это долгая история…»

Глава 1115. Обзорная сессия

Германия.

Северный Рейн.

Конференц-зал Института математики Макса Планка был переполнен. Люди сидели плечом к плечу за столом для совещаний. Оглядывая участников, Фальтингс испытывал целый спектр эмоций. Он никак не ожидал, что такое произойдёт. Внутреннее совещание Группы Бурбаки, которое должно было стать обменом результатами исследований в области теории Великого объединения, превратилось в «обзорную сессию»... Как будто бог подшутил над ним. Это одновременно радовало и беспокоило его… Учёные, сидевшие за столом для совещаний, молчали. Они были слишком потрясены, чтобы нормально думать, и не знали, что сказать… Если бы они захотели выразить своё мнение по этому вопросу, им пришлось бы сначала прочитать статью. Из-за этого авторитетные голоса математического сообщества хранили молчание. Ни один известный учёный не высказал своего мнения по этому вопросу.

— Я понимаю…

Профессор Фефферман первым нарушил молчание. Он посмотрел на листок в своей руке и ухмыльнулся. На его лице было выражение одобрения, как будто он смотрел на изысканное произведение искусства.

«Чем глубже и сложнее истина, тем проще её выражение. Мотив, как мы и ожидали, является общим источником всех типов когомологий. Это напоминает мне аллегорию Платона о пещере. Является ли реальность несовершенным отражением идеального идеала? Является ли она просто проявлением одной и той же абстрактной концепции на разных уровнях? Числа и формы — это корни Вселенной, но, как и дуальность волна-частица, они одинаковы. Всё зависит от того, как мы это наблюдаем. Это потрясающе…»

Несмотря на то, что профессор Фефферман не входил в группу Бурбаки, он присутствовал на этом собрании. Изначально он должен был участвовать в конференции по дифференциальным уравнениям в частных производных в Париже, но внезапно услышал потрясающую новость. После краткого обмена информацией с профессором Делинем по электронной почте он узнал, что «рецензирующему комитету» всё ещё не хватает эксперта в области дифференциальных уравнений в частных производных. Поэтому он сразу же приехал сюда из Парижа. Он прочитал половину статьи по дороге в Германию. Но теперь он наконец-то дочитал оставшуюся половину. Он заметил, что все смотрят на него. Он положил газету на стол и пожал плечами.

«Грубо говоря… я дочитал статью, и в ней нет очевидных проблем. Не смотрите на меня, я знаю, что не я один её дочитал… Выскажите своё мнение».

Профессор Делинь посмотрел на профессора Сарнака. После минутного молчания Делинь сказал.

«Вы первый. Он был моим студентом, поэтому мне трудно судить непредвзято».

«Значит, вы перекладываете ответственность на меня?» Профессор Сарнак вздохнул и снял очки.

«Я не могу сразу дать оценку такому важному предложению, не прочитав его несколько раз. Но если ты настаиваешь...

Он откашлялся и продолжил серьезным тоном.

“Честно говоря, я ошеломлен. Не только из-за его понимания программы Ленглендса и теории мотивов, но и из-за того, что он применял различные математические инструменты в разных областях… Я не ожидал, что увижу это при своей жизни. Я не буду комментировать полноту его аргументации, но ценность математических методов и концепций, которые он представил в статье, возможно, превзошла все наши достижения в области алгебраической геометрии. Это больше похоже на книгу, чем на статью. Это заменит «Элементы алгебраической геометрии» в качестве новой Библии… Нет, Библия основана на вере, а это объективная истина, это как код Вселенной».

Все, кто сидел за столом для совещаний, выглядели удивлёнными. Особенно профессор Делинь, он потерял дар речи. Делинь долгое время работал в Принстонском институте перспективных исследований и хорошо знал Сарнака. Сарнак крайне редко давал кому-либо такую оценку. Очевидно, это было нечто большее, чем просто одобрительный кивок.

Профессор Фальтингс спросил:

«Замена элементов алгебраической геометрии… Разве это не слишком радикально?

«Элементы алгебраической геометрии», книга Гротендика.

Хотя название звучало как название университетского учебника или конспекта лекций, на самом деле это был образец современной алгебраической геометрии, который учёные в соответствующей области исследований считали библией. Как бы то ни было, было слишком смело сравнивать неподтверждённую статью с величайшим достижением профессора Гротендика. По крайней мере, так думал Фальтингс.

Сарнак покачал головой и сказал: «Это вовсе не крайность. На самом деле, я консервативен. Влияние этой статьи сравнимо с «Началами» Евклида… Но ещё слишком рано обсуждать это. Давайте подождём и посмотрим, докажет ли кто-нибудь мою правоту в будущем».

За столом для совещаний послышались перешёптывания. Некоторые люди соглашались с профессором Сарнаком, в то время как другие считали, что он преувеличивает. В одном они были единодушны: Лу Чжоу написал потрясающую статью.

Независимо от того, можно ли было сравнить эту статью с другими историческими работами по математике, ей было суждено произвести революцию в математике.

— Эта статья… — Шольце посмотрел на экземпляр, который держал в руках, и сказал: — Я не могу сразу сделать вывод. Мне нужно провести кое-какие исследования…

Он сделал паузу на секунду и заговорил.

«Разве это не неформально — публиковать важное математическое предложение на arXiv? Мы должны хотя бы провести конференцию по докладам».

«Я согласен». Профессор Делинь кивнул и сказал: «Я напишу ему по электронной почте и попрошу его сделать это».

«Похоже, мы снова отправляемся в Цзиньлин».

Профессор Фефферман посмотрел на часы и заговорил.

«Лучше бы я купил билет в Цзиньлин, зачем я только приехал в Германию…»

Фальтингс: «…»

Шольце: «…»

Делинь: «…»

Глава 1116. Мир глазами Бога

Повысить уровень с 9-го до 10-го было не так просто, как изменить число на панели характеристик. Как только Лу Чжоу покинул системное пространство, он почувствовал, что его как будто ударили по затылку, и чуть не потерял сознание. На этом ощущения не закончились. Он почувствовал, как волна ощущений прокатилась по коре его головного мозга. Огненная волна жара поднялась от затылка к лицу. Ощущение длилось около пяти минут. Когда боль прошла, его спина была насквозь мокрой. Когда Лу Чжоу открыл глаза, мир изменился. Деревья больше не были деревьями, они превратились в растущую коллекцию множеств Мандельброта, а облака больше не были облаками, они превратились в многообразия Калаби — Яу. Возможно, сами объекты не изменились, но в его глазах они превратились в математические концепции.

В этом ли смысл Вселенной?

Я чувствую это в своей душе.

«…Таков ли мир в глазах богов?»

Лу Чжоу считал себя атеистом. Но теперь он не был уверен, что кто-то ещё в мире видит Вселенную так же, как он. Его сетчатка, казалось, превратилась в фильтр, отсеивающий хаос и оставляющий только порядок.

Мир прекрасен.

Лу Чжоу неподвижно сидел за своим столом, глядя на окружающий мир. Он просидел так весь день. Только когда Сяо Ай напомнила ему, что пора ужинать, он вернулся в реальность и вышел из кабинета…

…

Десятый уровень был раем для математиков.

Конечно, не всё было идеально. Чрезмерная чувствительность к числам и геометрии несколько усложняла жизнь Лу Чжоу. Для человека с обсессивно-компульсивным расстройством такая чувствительность и интуиция были пыткой. Он видел, как зубная щётка, лежащая в стакане не под прямым углом, два несимметричных ломтика хлеба… Детали жизни, которые он раньше не замечал, стало трудно игнорировать. Однако эта проблема длилась недолго. На третий день после загрузки статьи Лу Чжоу уже адаптировался к своему «повышению уровня». На пятый день он уже не чувствовал никакого дискомфорта. Он даже влюбился в красоту своего окружения. Он не мог описать эту красоту словами. Однако Лу Чжоу считал, что если бы он был на 10-м уровне в физике или инженерии… Он бы увидел мир по-другому. Лу Чжоу не мог не думать о будущем. Он задавался вопросом, каким будет мир, если он достигнет 10-го уровня в физике.

Одна только мысль об этом приводила его в восторг. За последние несколько дней Лу Чжоу почти ничего не делал, кроме как привыкал к новым изменениям в своём мировоззрении.

С одной стороны, он следил за реакцией математического сообщества на его статью, а с другой — экспериментировал с наградами, которые получил за выполнение задания.

Несмотря на то, что он хотел узнать, что такое «Пустое воспоминание», сейчас было явно неподходящее время. У него был только один билет. Чтобы собрать максимальное количество подсказок, ему нужно было подготовиться. Шампунь и энергетическое лекарство не нуждались в пояснениях, а последним, что он получил, были очки «Трансцендентность» X-1.

На первый взгляд это были обычные очки, похожие на те, что продаются в оптиках. Он ничего не смог найти, просканировав их металлодетектором. Однако после того, как он надел очки и прошёл проверку сетчатки глаза, он словно открыл дверь в новый мир.

После того, как он подключился к серверу «Трансцендентность» X-1, он словно надел очки, которые Тони Старк подарил Человеку-пауку. Но…

Кажется, это не впечатляет? Поиграв с ними, Лу Чжоу заскучал. Несмотря на то, что очки были классными, это была всего лишь панель управления данными. Единственное отличие от интерфейса «мозг-компьютер» заключалось в том, что он должен был управлять очками с помощью голоса, а очки также отслеживали движения его глаз. Лу Чжоу предположил, что цивилизация, овладевшая этой технологией, интегрировала дополненную реальность во все сферы жизни. Ношение очков и их отсутствие могут кардинально отличаться. Но сейчас…

Казалось, что эта технология дополненной реальности бесполезна.

Я же не могу использовать очки, чтобы ловить покемонов, верно? Как в Pokemon Go?

Это было бы нелепо. Когда он попытался подключить очки к экспериментальному спутнику наблюдения, независимо разработанному и созданному компанией Star Sky Technology, он открыл ещё одну дверь в новый мир. Надев очки, он мог видеть мир с высоты птичьего полёта в сотнях километров над землёй. Не говоря уже о том, что это был всего лишь один спутник… Если бы он подключился к нескольким спутникам…

Лу Чжоу затаил дыхание и посмотрел на дрон, стоявший на его книжной полке.

«Сяо Ай».

Сяо Ай: [Да? (•̀∀•́)]

Лу Чжоу взволнованно заговорил:

«Позволь мне воспользоваться твоим телом!»

Сяо Ай: [???]

…

Университет Цзинь Лин.

Перельман шёл по коридору, и его волосы развевались на ветру. Он дошёл до конца коридора и открыл дверь. Увидев Лу Чжоу, сидящего за столом, он вздохнул и подошёл к нему с бумагой в руке, исписанной его собственными комментариями. Подойдя ближе, он на секунду остановился и спросил: «Когда ты начал носить очки?»

Лу Чжоу: «Недавно… Это по рецепту, а что?»

«Ничего… Круто».

Перельман открыл рот и решил сменить тему разговора. Он положил газету на стол и сказал: «Я прочитал вашу статью… раз пять».

Лу Чжоу: «Вы поняли это?»

Перельман кивнул и сказал: «Большую часть, но мне потребовалось много времени».

Лу Чжоу посмотрел на бумагу на столе и улыбнулся.

«Похоже, это та часть, которую вы не поняли».

Перельман кивнул. Его любопытное выражение лица говорило само за себя.

Лу Чжоу покрутил ручку в руке и заговорил.

«Я понимаю ваше замешательство… Но вам, возможно, придётся подождать несколько дней».

Перельман: «Вам есть чем заняться?»

— Вроде того… — Лу Чжоу улыбнулся и сказал: — Секунду назад я получил электронное письмо от своего бывшего научного руководителя, профессора Делиня. Он отправил мне запрос от Международного математического союза. По сути, они хотят, чтобы я предоставил подробный отчёт по статье. Это произойдёт через неделю в Университете Цзинь. Вы можете задать свои вопросы во время доклада. Я проясню вашу путаницу».

Глава 1117. Я докажу это здесь

У входа в университет Цзинь Лин.

Старик посмотрел на молодые лица на переполненных улицах. Он вдруг вздохнул.

«Это место сильно изменилось».

Этим человеком был не кто иной, как… Цю Чэнтун, профессор Гарварда, основатель математического центра университета Шуйму.

Рядом с ним стоял Сян Хуанань из Академии наук. Хотя он нечасто приезжал сюда, потому что жил в Китае, он часто слышал об университете Цзинь Лин. Услышав голос старого Цю, он улыбнулся и сказал.

«Всё сильно изменилось. Пять лет назад они ещё соперничали с Университетом Авроры за место в первой пятёрке. Теперь они почти на вершине в стране. Кстати, всё это благодаря академику Лу. Когда я разговариваю со своими друзьями из Университета Авроры, они завидуют, что в их университете нет такого учёного, как академик Лу. Тем более что в последние несколько лет Университет Цзинь Лин проводил образовательные реформы. Они были в значительной степени успешными благодаря поддержке академика Лу. Когда он только вернулся из Принстона, он создал программу подготовки талантливых студентов, и она была принята университетами по всей стране. Судя по всему, в будущем она станет общенациональной».

Когда старый Цю услышал слова академика Сяна, он улыбнулся и сказал: «Если вы хотите, чтобы образование развивалось, нам нужна трансформация сверху вниз. Недостаточно полагаться лишь на нескольких великих людей или университеты».

Старик Цю на секунду замолчал, улыбнулся и сказал: «Но я думаю, что мы должны смотреть в будущее».

Так много людей посвятили себя великому делу образования. Китайская система образования вскоре расцветет. Академик Сян улыбнулся и сказал: «Давайте перестанем ждать снаружи, я уверен, что старик Сюй торопится».

— Вы правы. — Старик Цю кивнул и посмотрел на академика Сяна, сказав: — Вам придётся познакомить меня с ним, я его не очень хорошо знаю.

Академик Сян улыбнулся и заговорил.

«Не волнуйся. Он с нетерпением ждал встречи с тобой!»

…

С тех пор, как Лу Чжоу опубликовал свою статью на arXiv, атмосфера в Университете Цзинь Лин изменилась. Всё внимание мира было приковано к Университету Цзинь Лин.

Внезапно Университет Цзинь стал математическим центром мира. Всё математическое и академическое сообщество обратило внимание на этот доклад. Директор Сюй был чрезвычайно рад. С одной стороны, он был занят подготовкой к конференции, посвящённой докладу, с другой стороны, он был в восторге от того, какую репутацию и влияние этот доклад принесёт Университету Цзинь. Несмотря на то, что они и раньше проводили подобные отчёты, сумма всех предыдущих отчётов всё равно не была бы такой значимой, как этот.

Что касается причины…

Дело в том, что этот доклад был посвящён не разгадке тайн, оставленных историческими личностями, а переосмыслению будущего математики, которое повлияет на весь мир.

Дни пролетели быстро, и вскоре наступил день отчётной конференции. Учёные со всего мира собрались в аудитории нового кампуса Университета Цзинь Лин. Изначально такое мероприятие должно было проходить в старом актовом зале кампуса, который был более историческим и запоминающимся. Однако количество участников превысило вместимость старого актового зала, и поэтому местом проведения был выбран новый спортивный зал кампуса. Когда все приготовления были закончены, Лу Чжоу вышел на сцену в костюме. Он посмотрел на переполненный зал и почувствовал волнение.

Все, от профессоров Университета Цзинь Лин до его старых друзей из Принстона, собрались здесь, в этом зале, ожидая его выступления.

Честно говоря, он не мог вспомнить, сколько докладов он делал раньше. Но этот, несомненно, был самым важным. Возможно, это был его последний доклад по математике…

Он протянул руку и взял микрофон. В ту секунду, когда он коснулся микрофона, все помещение погрузилось в тишину.

Никто не требовал этого.

Никто не сказал им вести себя тихо.

Было похоже, что они достигли общего понимания, все они ждали, когда Лу Чжоу заговорит.

Лу Чжоу подождал несколько секунд и откашлялся, прежде чем произнести свое вступительное слово.

“Спасибо вам всем за то, что нашли время в своем плотном графике, чтобы приехать сюда со всего мира. Я также хотел бы поблагодарить Университет Цзинь Лин за организацию и подготовку этого доклада. Что ж, тогда давайте сразу перейдём к делу».

Лу Чжоу повернулся и нажал на лазерную указку. Презентация сменилась слайдом с аннотацией к диссертации. Лу Чжоу посмотрел на пустую доску и взял маркер. Он начал писать, объясняя свою теорию Великого объединения.

Все внимательно слушали.

Люди, сидевшие сзади, даже достали телефоны, чтобы увеличить изображение на доске.

Время быстро шло. Прошёл уже час. Однако Лу Чжоу был настолько погружён в мир математики, что не замечал, как тикают часы.

Так прошло три часа. Рука и плечо Лу Чжоу начали болеть, когда он, наконец, перестал писать. Восемь белых досок были полностью исписаны. На каждой доске были аккуратно написаны слова и символы.…

“Это теорема Великой объединенной теории”.

Услышав шум в толпе, он обернулся и заговорил спокойным голосом.

“Я уверен, что у некоторых из вас есть вопросы и сомнения. Это всего лишь краткое изложение статьи. В конце доклада я уделю один час ответам на ваши вопросы. Но сейчас я продемонстрирую применение теории Великого объединения. Мы говорим, что ценность теоремы заключается в её способности решать задачи и гипотезы. Из-за нехватки времени я приведу только один пример. Надеюсь, вы все внимательно следите».

Лу Чжоу развернулся и снова взял маркер.

На этот раз…

Он написал на девятой доске.

Цю Чэнтун сидел в толпе и не понимал, что собирается делать Лу Чжоу. Профессор Фальтингс был таким же. Он наблюдал за движениями Лу Чжоу с растерянным видом.

Однако их замешательство длилось недолго.

Когда Лу Чжоу записал первые три слова, их зрачки внезапно расширились.

«Стандартные гипотезы Гротендика?!»

Глаза профессора Делиня широко раскрылись, и он чуть не вскочил со стула. Стандартные гипотезы Гротендика! Это одно из важнейших утверждений в алгебраической геометрии!

Несмотря на то, что оно не было включено ни в премию тысячелетия, ни в список из 23 задач Гильберта, на самом деле оно было важнее их!

Причина, по которой оно не было включено в эти великие списки задач, заключалась в том, что большинство людей считали, что это утверждение невозможно решить в этом столетии. Профессор Делинь и Фальтингс были не единственными, кто был озадачен. Почти все учёные были ошеломлены Лу Чжоу.

Что он имеет в виду под применением теории великого объединения?

Почему он записал стандартные гипотезы Гротендика?

Что он собирается делать?

Может быть…

Все могли догадаться, что собирается делать Лу Чжоу. Однако почти никто не верил, что Лу Чжоу сможет решить эту проблему.

Лу Чжоу не обращал внимания на шум в зале. Он небрежно записал на доске утверждение, которое десятилетиями беспокоило математический мир.

[Каждый мотив должен иметь разложение на прямую сумму, когомологии всех порядков в заданном пространстве могут быть представлены в виде прямой суммы этого разложения.]

Его маркер остановился. Когда Лу Чжоу повернулся лицом к залу, он был спокоен как удав, как будто ничего особенного не произошло.

«Я уверен, что любой специалист в этой области сможет распознать это утверждение. Я докажу его. Прямо сейчас.»

Это было похоже на то, как если бы Лу Чжоу сбросил атомную бомбу на математическое сообщество!

Глава 1118. Он вообще человек?

За пределами спортзала.

Молодой мужчина среднего роста бежал по дороге с сумкой через плечо. Судя по мешкам под глазами, он, вероятно, плохо спал прошлой ночью. Однако, несмотря на обстоятельства, он опоздал. Поэтому охранник остановил его у входа в спортзал.

«Эй, спортзал закрыт для посетителей на следующие два дня. Иди занимайся где-нибудь в другом месте».

Ли Мо посмотрел на охранника и взволнованно заговорил.

«Я здесь не для того, чтобы заниматься, я здесь из-за отчёта!»

Охранник странно посмотрел на своего коллегу. Затем он посмотрел на студента.

«На доклад? Доклад уже идёт два часа, ты опоздал».

Ли Мо: «Пожалуйста, братан, впусти меня».

Охранник протянул руку.

«Где твоё письмо-приглашение?»

«Письмо-приглашение?» Ли Мо на секунду замолчал и спросил: «Какое письмо-приглашение?»

«Всем гостям нужно предъявить пригласительное письмо. Мы не можем просто так впускать кого попало, — нетерпеливо сказал охранник. — Если у вас нет пригласительного письма, не тратьте моё время. Даже если я вас впущу, вы не сможете пройти проверку безопасности. Здесь строгие правила безопасности, так что не тратьте время».

«Но я же ученик академика Лу!»

Ли Мо покраснел. В конце концов, формально он не был его «учеником», это было лишь устное соглашение между ним и Лу Чжоу. Если бы это не было чрезвычайной ситуацией, он бы не вытащил карту «Бога Лу». Но это была отчаянная ситуация.

«Ты?» Охранник недоверчиво посмотрел на него и спросил: «На каком ты курсе?»

Ли Мо сказал: «Первый курс… Но дело не в этом! Дело в том, что я спешу! Я уже опоздал на два часа, если я не пойду сейчас, то пропущу…»

Внезапно он услышал знакомый голос позади себя. «Почему ты стоишь у входа?»

«Профессор Чен?»

Несмотря на то, что профессор Чен обычно держался в тени, профессор Лу Чжоу переманил его из математического центра Университета Янь. Таким образом, он был довольно известен в кампусе Университета Цзинь Лин. Чэн Ян посмотрел на двух охранников и спросил:

«Я вам нужен?»

«Нет, извините».

Чэн Ян посмотрел на Ли Мо и нахмурился.

«Иди внутрь, доклад почти закончился».

«О, точно! Хорошо, спасибо».

Ли Мо вернулся в реальность и последовал за профессором Чэнем. Ли Мо с гордостью посмотрел на двух охранников. Ли Мо заговорил с Чэн Яном, следуя за ним.

«Эм… Профессор Чэн».

Чэн Ян: «Что?»

Ли Мо неловко спросил: «Вы тоже поздно проснулись?»

«Я не поздно проснулся». Чэнь Ян покачал головой и сказал: «Я не спал».

«Не спал?!»

Чэн Ян кивнул и заговорил.

«Ну, в статье есть кое-что, чего я не понимаю… Поэтому я потратил немного времени на её чтение».

Что значит «потратил немного времени»?

Препринт был опубликован две недели назад!

Хотя Ли Мо и хотел сказать это вслух, он сдержался. Вскоре они подошли к контрольно-пропускному пункту. Профессор Чэн объяснил ситуацию охранникам. После того как Ли Мо показал своё студенческое удостоверение и подписал регистрационную форму, его вместе с профессором Чэнем впустили внутрь. Прежде чем войти внутрь, Ли Мо немного беспокоился о том, что не сможет найти место. Однако, войдя внутрь, он понял, что ситуация отличается от того, что он себе представлял. Места в заднем ряду были заняты лишь наполовину, и большинство людей покинули свои места. Они сидели на полу, ближе к выходу. Ли Мо и Чэнь Ян сели в конце зала. Ли Мо быстро достал свой блокнот и посмотрел на сцену. Однако, понаблюдав некоторое время, он вообще не смог понять, что писал Лу Чжоу.

“Теория Великого объединения?” - Спросил Ли Мо, уставившись на расчеты на доске. Он нахмурился и пробормотал: “Нет ... не похоже”.

“Все верно”. Чэнь Ян кивнул и на секунду задумался. Затем он сказал: «Объяснение теории великого объединения уже должно быть закончено.

«Значит, то, что он сейчас пишет, — это…

«Это должны быть стандартные гипотезы Гротендика».

Чэнь Ян посмотрел на доски и прищурился. Он был немного шокирован.

Он сглотнул и пробормотал себе под нос: «Я так и знал! Моя догадка была верна… Это стандартные гипотезы Гротендика!»

Ли Мо сглотнул и заговорил.

«… Какое предположение?»

Чэнь Ян: «Помнишь следствие 2 из теории Великого объединения?»

Ли Мо попытался вспомнить, что он читал прошлой ночью. Он инстинктивно ответил: «Когомологии любого коэффициента можно вычислить с помощью Z-коэффициента!»

«Верно!»

Чэнь Ян кивнул. В отличие от своего обычного ровного и бесстрастного тона, он говорил взволнованно и удивлённо, его голос даже дрожал.

«…Это один из основных выводов теории Великого объединения в алгебраической геометрии! Мы можем напрямую вывести, что отображение L^(n−2i): Ai(X)→An−i(X) изоморфно (0 ≤i≤n/2)!»

Когда Ли Мо услышал это, его зрачки расширились. Несмотря на то, что его академические знания и опыт были невелики, и он не знал, как вывести эту теорему, но как золотой медалист IMO, благодаря дополнительным занятиям, он понимал, что означает эта теорема. То, о чём говорил профессор Чен, было обобщением теоремы Харда Лефшеца! Первая часть стандартных гипотез Гротендика, гипотеза Лефшеца!

— …Профессор Лу великолепен, — сказал Чэн Ян, глядя на человека, пишущего на сцене. Он был очарован. — Вчера вечером я подумал, что это может произойти, а сегодня утром увидел некоторые подсказки…

Чэн Ян провёл всю ночь, размышляя о такой возможности. Однако для Лу Чжоу это было проще простого. Маркер Лу Чжоу плавно скользил по доске. Какое бы препятствие ни стояло на его пути, оно не могло остановить его маркер. Ничто не могло его остановить.

Когда Лу Чжоу записал последнюю строку вычислений, всё казалось ему таким естественным.

[… Подводя итог вышесказанному.]

[Отображение L^(n−2i): Ai(X)→An−i(X) изоморфно (0≤i≤n/2)]

[Следовательно, стандартная гипотеза Лефшеца верна!]

Его перо наконец остановилось. Как только он написал последнее слово, он услышал шум в зале.

Профессор Сарнак не мог не взглянуть на часы.

«37 минут!»

Его голос потонул в шуме толпы. Он недоверчиво смотрел на сцену и бормотал себе под нос.

«Господи, он вообще человек?»

Глава 1119. Пик человеческого разума!

На самом деле, даже Лу Чжоу не был уверен, человек он или нет. Судя по результатам его медицинского обследования, высокотехнологичная система не повлияла на его ДНК. Однако его когнитивные способности значительно превосходили уровень обычных людей. Если он правильно помнит, когда он впервые приехал в Принстон около шести лет назад, профессор Делинь пригласил его принять участие в исследовании стандартных гипотез Гротендика. С тех пор прошло шесть лет. До сих пор не было достигнуто никакого значительного прогресса в решении этой проблемы. Теперь решить её было так же просто, как прогуляться. Несмотря на то, что основной причиной решения этой проблемы была теоретическая основа, которую обеспечивала теория Великого объединения, возможность сделать выводы с помощью теории Великого объединения за полчаса всё равно была невероятно впечатляющим достижением. Даже Лу Чжоу был впечатлен самим собой. Лу Чжоу сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Он уставился на надпись «Гипотеза Лефшеца верна!» и заговорил после минутного молчания.

«Всем известно, что стандартные гипотезы Гротендика можно разделить на две части. Первая часть — это обобщение теоремы Харда Лефшеца, сделанное профессором Гротендиком, то, что мы знаем как стандартная гипотеза Лефшеца. Вторая часть — это стандартная гипотеза Ходжа».

Лу Чжоу нахмурился и надолго задумался.

В зале стояла тишина.

Все ждали, когда он продолжит.

Под взглядами бесчисленных участников Лу Чжоу внезапно расслабился и заговорил непринуждённым тоном.

«Неважно. Хотя я просто демонстрировал применение теории Великого объединения в алгебраической геометрии… Я уже так много написал. С таким же успехом можно закончить».

Лу Чжоу не заметил удивлённых взглядов, брошенных ему вслед, и не обратил внимания на недоверчивые возгласы. Лу Чжоу подошёл к пустой доске со спокойным и расслабленным выражением лица. Он остановился на мгновение. Стандартные гипотезы Гротендика были одними из самых глубоких утверждений в алгебраической геометрии. Красота гипотез заключалась не только в их сложности, но и в выводах. Если бы стандартные гипотезы Гротендика оказались верными, их можно было бы напрямую использовать для доказательства гипотезы Вейля. Также можно было бы сделать вывод, что функция Фробениуса в группе когомологий гладких алгебраических многообразий является полупростой и что алгебраический цикл, гомологическая эквивалентность и числовая эквивалентность связаны замкнутой цепью.

Очевидно, все это знали. Не говоря уже обо всех теориях, которые не были напрямую связаны со стандартными гипотезами Гротендика. Не будет преувеличением сказать, что эти гипотезы определяли будущее области алгебраической геометрии. Он взял ручку и начал писать на доске.

[… Когда i≤n/2, квадратичная форма X на A^i(X)∩ker(L^(n−2i+1))→(−1)^i·L^(r−2i) x.x является положительно определённой…

[X — это гладкая проекция алгебраического кластера в области k, где l — простое число, взаимно простое с характеристикой k, H^i(X, Ql) — это i-адическая группа когомологий X. Гиперплоскость проекционного пространства X пересекает подсемейство алгебраических многообразий X. ÄΝőᛒÊṡ

[Когда X является алгебраической поверхностью или сложным алгебраическим кластером, эта гипотеза верна.]

Однако он хотел доказать, что эта гипотеза верна для всех случаев X!

Время быстро шло.

На доске появлялось всё больше и больше вычислений. Скорость понимания аудитории не могла сравниться со скоростью письма Лу Чжоу. Перельман сидел в толпе, скрестив руки на груди. Внезапно он выпрямился и нахмурился, глядя на доску. Шольце, сидевший рядом, недоверчиво воскликнул:

«Он использовал метод когомологий L^2, чтобы получить топологическую абстракцию компактного фактор-пространства полного многообразия. Это расширяет теорию Ходжа на компактные многообразия до некомпактных! Господи Иисусе!… Он гений!”

Это свойство теории когомологий L^2 было упомянуто в статье о дискретных группах и эллиптических операторах, опубликованной сэром Атья в «The Mathematics Yearbook» в 1976 году. Что удивило Шольце, так это не изобретательность Лу Чжоу, а то, как легко Лу Чжоу применил эти математические инструменты. Казалось, что Лу Чжоу знал эти математические инструменты как свои пять пальцев. Перельман посмотрел на Шольце и сказал: «Да, очевидно».

Неподалёку, в зале. Там сидели два старика и смотрели на доску. Когда Лу Чжоу успешно применил теорию Ходжа на компактных многообразиях к некомпактным многообразиям, профессор Делинь внезапно нарушил тишину.

— Что ты думаешь?

Фальтингс сидел рядом с ним и молчал. Через 10 секунд он покачал головой.

— Мне нужно время, чтобы подумать об этом… Может быть, я слишком стар.

Делинь с достоинством посмотрел на сцену.

Он впервые услышал, как старик Фальтингс говорит о своём возрасте. Услышав, как старик сам в этом признаётся, он немного расстроился… С другой стороны, в зале происходил ещё один разговор. Цю Чэнтун задал профессору Тао вопрос. Будучи экспертом в широком спектре областей математики, он, вероятно, был одним из немногих, кто мог угнаться за Лу Чжоу.

Ему пришлось выложиться по полной. Даже ему было трудно угнаться за Лу Чжоу.

«Его скорость мышления слишком высока… Это похоже на то, как обычные люди думают со скоростью автомобиля, я думаю со скоростью ракеты Space-X, но он думает со скоростью света. Прежде чем я успеваю уловить ход его мыслей, он уже решает задачу».

Поскольку жена Тао Теренса работала в НАСА, он часто проводил аэрокосмические аналогии.

Старик Цю не обращал внимания на Тао Теренса и продолжал смотреть на доску. Через некоторое время он сжал кулак и пробормотал: «Потрясающе».

…

Не было никаких сомнений в том, что это был самый славный момент в истории китайской математики. Нет, не только китайской математики. Это был самый значимый момент в истории математики, и точка. Он не только стоял на вершине математической пирамиды, но и олицетворял собой вершину человеческого разума. Перед доской, которая соединяла человеческий разум со Вселенной, такие вещи, как национальность, раса и культурное происхождение, меркли по сравнению с этим. Такие тривиальные детали, как эти, стали бессмысленными.

Лу Чжоу записал последний символ.

В зале стояла гробовая тишина.

На самом деле, несколько минут назад лишь горстка людей знала, что это произойдёт.

Лу Чжоу сделал два шага назад и посмотрел на свои записи почти как на произведение искусства. Прошло несколько минут, прежде чем он повернулся и обратился к молчаливой аудитории.

«Это моё доказательство стандартных гипотез Гротендика. Quod erat demonstrandum*».

(*латынь - Что и требовалось доказать)

На всём стадионе воцарилась тишина. Не было слышно ни звука. Никто не говорил. Никто не хлопал в ладоши. Торжественные и эмоциональные выражения лиц сменились усталостью и шоком. Лу Чжоу посмотрел на собравшихся.

«Теория Великого объединения — тема этого доклада. Доказательство стандартных гипотез Гротендика — лишь пример. Я надеюсь, что это вдохновит на дальнейшие исследования. То, что мы стали свидетелями, — это доказательство того, что Вселенная идеально соответствует математической красоте. Есть вопросы?»

Толпа молчала. Никто не говорил. Лу Чжоу расслабил плечи. Казалось, что с его плеч только что свалилась тысяча килограммов. На его лице внезапно появилась приятная улыбка. В этой улыбке не было ничего необычного, но она находила отклик в сердце каждого слушателя.

— Если вопросов нет, я завершу доклад. Я буду здесь в течение следующих трёх дней, так что, если у кого-нибудь возникнут вопросы, вы можете найти меня. Спасибо.

Аплодисменты прозвучали как раскаты грома.

Они полностью заполнили спортзал. Лу Чжоу видел шок и удивление в глазах людей. Казалось, что кто-то включил звук в мире.

Сотрудники, стоявшие по краям зала, а также охранники выглядели растерянными. Они явно не понимали, что происходит. Не все понимали красоту математики. Однако для тех, кто это сделал, красота потрясла и отозвалась в глубине их душ. Аплодисменты были подобны песне. Под оглушительные аплодисменты Лу Чжоу положил свой маркер на подиум, сделал шаг назад и слегка поклонился. Затем он развернулся и ушёл со сцены. Эпоха стандартных гипотез Гротендика закончилась. С этого момента мир вступил в новую эру математики!

Глава 1120. Унаследовано

За последние несколько дней отели рядом с университетом Цзинь Лин были полностью забронированы. Не из-за Дня святого Валентина или Рождества, а из-за большого наплыва иностранных студентов. За последние три дня Лу Чжоу не покидал спортзал, кроме как для того, чтобы поесть и поспать. Он проводил время во временно переоборудованном зале для докладов, отвечая на вопросы учёных о теории Великого объединения. А также некоторые вопросы, связанные со стандартными гипотезами Гротендика. Честно говоря, Делинь даже не знал, чему удивляться. Хотя с того момента, как он увидел статью Лу Чжоу о теории великого объединения, у него возникло предчувствие, что её можно использовать для решения стандартных гипотез Гротендика, он не ожидал, что этот день наступит так скоро.

Он совсем не был к этому готов. Лу Чжоу провёл два часа на сцене, решая эту давнюю задачу.

Кампус Университета Цзинь Лин.

После того как двое пожилых мужчин поужинали в кафетерии, они прогулялись по обсаженной деревьями дорожке. Профессор Сарнак посмотрел на гимнастический зал неподалёку и заговорил.

«Проблема существует всего полвека… Разве это не слишком короткий срок?»

Делинь покачал головой и ответил.

«Нет… Этот человек — исключение. К любой проблеме, которую он решает, нужно подходить отдельно».

В конце концов, стандартные гипотезы Гротендика направляли развитие алгебраической геометрии на протяжении полувека. Несмотря на то, что скорость развития была немного «высокой», это не уменьшило его вклад в область алгебраической геометрии.

- В этом есть смысл, - с улыбкой сказал профессор Сарнак.

Они оба замолчали, но по разным причинам. Делинь размышлял о будущем школы Бурбаки, а Сарнак — о будущем Принстона. Хотя они и не хотели этого признавать, центр математики сместился. С тех пор, как был выпущен математический журнал «Future», эта тенденция становилась всё более очевидной.

Когда они шли по дорожке, профессор Сарнак внезапно заговорил.

“Я клянусь, что через десять лет это место станет математическим центром мира”.

Делинь взглянул на него и заговорил.

“Это займет десять лет?”

Профессор Сарнак неловко кашлянул и заговорил.

— Так и должно быть! Обучение учёного — долгий процесс, а обучение многих учёных — процесс, охватывающий несколько поколений. Десять лет — оптимистичная оценка, это может занять двадцать лет или даже больше.

Профессор Делинь улыбнулся и не ответил. Он признал, что теоретически Сарнак был прав.

Однако Сарнак кое-что упустил. Дело в том, что Лу Чжоу было всего тридцать лет. Строго говоря, золотой период академической карьеры учёного длился с 30 до 50 лет. Десять-двадцать лет — это оптимистичная оценка, но она не учитывает все факторы.

Поскольку Лу Чжоу, основоположник теории Великого объединения, работал в области алгебраической геометрии, учёные из Цзинь Лина всегда были в авангарде математического сообщества.

И Сарнак, и Делинь согласились с этим.

Поразмыслив некоторое время, профессор Сарнак внезапно предложил. «Мы можем обсудить с ними обмен студентами».

Профессор Делинь поднял брови и уточнил: «Что-то вроде учебной программы?»

“Да ...” подтвердил профессор Сарнак, глядя на студентов-старшекурсников, прогуливающихся поблизости. Он не мог не выглядеть ревнивым, когда сказал: “Это нечестно по отношению к ним, что профессор Лу принадлежит только им”.

Поразмыслив, профессор Делинь кивнул.

«Тогда я поговорю с директором».

С другой стороны, в кабинете декана математического факультета. Декан Цинь сидел за своим столом. Он встал, когда увидел входящего Старого Тана. Он протянул руку и улыбнулся.

«Старый Тан, что привело тебя сюда сегодня? Проходи, садись».

— Не нужно формальностей! Тан Чживэй оттолкнул его руку и улыбнулся. Он сел на диван и сказал: «Посмотри на себя! Ты отлично выглядишь, ты что, выиграл в лотерею?»

— Какая лотерея, я чертовски занят. — Декан Цинь сел на диван и спросил: — Почему ты так говоришь? Я что, похудел?

“О, вовсе нет”.

Старый Тан ушёл на пенсию с тех пор, как Лу Чжоу начал преподавать в Университете Цзинь Лин. Он целыми днями занимался тайцзи в парке, играл в шахматы со своими старыми друзьями и рыбачил на озере. Он жил хорошей жизнью. Что касается математики, то, кроме как время от времени следить за последними достижениями, он почти не занимался ею. В конце концов, это было чудо, что он до сих пор сохранил остроту ума, во многом благодаря своей карьере в области математики. Однако, несмотря на то, что до выхода на пенсию старик Тан был обычным профессором, декан Цинь по-прежнему испытывал к нему огромное уважение. Не только потому, что они были хорошими друзьями, но и потому, что Старый Тан был наставником академика Лу. Декан Цинь слышал, что академик Лу каждый год приносил старому профессору подарки. Даже директор Министерства образования должен был бы уважать Старого Тана, не говоря уже о таком декане, как он. Декан Цинь начал болтать со Старым Таном о пустяках. Декан Цинь начал задаваться вопросом, зачем Старый Тан пришёл к нему. Старый Тан допил чай и налил себе ещё. Он вдруг заговорил.

«Старина Цинь, в последнее время в Университете Цзинь довольно оживлённо».

Декан Цинь улыбнулся и сказал: «Конечно, иначе я бы не был так занят».

Старый Тан улыбнулся и сказал: «Да неужели? Тогда я должен поблагодарить вас за то, что вы нашли время в своём напряжённом графике, чтобы поговорить со стариком вроде меня».

Декан Цинь: «Не проблема. Если вы старик, значит ли это, что я тоже старик?»

Старый Тан: «Конечно, старение — это единственное, чего мы не можем избежать в жизни».

Декан Цинь улыбнулся и ничего не сказал.

Он чувствовал, что Старому Тану есть что сказать, поэтому промолчал. Сделав глоток чая, Старый Тан заговорил с чувством.

«Я скачал статью по алгебраической геометрии и теории Великого объединения и прочитал её. Должен сказать, что после пятилетнего перерыва я чувствую себя чужаком в математике».

Декан Цинь: «Ну, знаете, как говорится, никогда не переставай учиться, потому что жизнь никогда не перестаёт учить».

«Да». Старик Тан вздохнул и сказал: «Однажды мы все состаримся, может быть… наше время вышло».

Декан Цинь нахмурился. Он был озадачен.

«Старина Тан, что ты хочешь сказать, просто выложи всё как есть…»

Профессор Тан поставил чашку на стол и торжественно произнёс: «Я хочу попросить тебя об одолжении».

Услышав это, декан Цинь на секунду замолчал.

Он впервые слышал, чтобы Старина Тан так серьёзно просил об одолжении.

«Да, в чём дело?»

«Ты слышал о «Математических началах»?»

Декан Цинь: «…Конечно, все слышали».

«Начала математики» — одна из самых известных работ группы Бурбаки, написанная совместно многими учёными, такими как Вейль, Картан и Дьедонне. Она была опубликована в 1930-х годах и состоит из 40 томов, к которым до сих пор добавляются новые материалы.

Даже если бы математик не занимался алгебраической геометрией, он бы слышал об этой знаменитой книге, которая уступала только «Началам» Евклида.

— Верно, конечно, — сказал профессор Танг. — Некоторое время назад мне было скучно, и я просмотрел историю математики и обнаружил, что группа Бурбаки и «Математические начала» возникли в одном и том же месте.

Самое раннее использование псевдонима “Бурбаки” было в качестве одного из авторов "Principia Mathematica". Бурбаки ссылался на группу строгих математиков, большинство из которых были французами. Книга «Начала математики» изучалась Гёттингенской школой мысли, и её влияние распространилось по всей Европе.

«… Мы можем многое узнать из того факта, что группа Бурбаки неотделима от «Начал математики. Знание — это не только создание, но и наследование. Прямо сейчас мир математики стоит на перепутье. Всё, что находится за его пределами, — это мир, которого никто никогда не видел. Я предлагаю собрать группу перспективных учёных, чтобы совместно написать книгу по алгебраической геометрии и теории Великого объединения».

Это было похоже на книгу «Математические начала естествознания», написанную группой Бурбаки. Когда декан Цинь услышал профессора Тана, он засомневался. За последние несколько дней он много о чём думал, в том числе о том, какое влияние этот отчёт окажет на математический факультет Университета Цзинь Лин, а также о будущем факультета. Однако он никогда не думал о чём-то подобном. Честно говоря, он понятия не имел, насколько могущественным может стать Университет Цзинь Лин. Что касается написания книги о будущем математики…

Было бы здорово, если бы книга получилась хорошо написанной. Но если бы она не получилась хорошо написанной, разве они не стали бы посмешищем?

«… Не слишком ли это экстремально?»

— Экстремально? Какая школа мысли не является экстремальной?

Тан Чживэй улыбнулся и сказал: «Декан Цинь, я ещё не сошёл с ума, а ты становишься всё более и более безумным. Мы учёные, а не политики. Наш долг — распространять знания».

Старик Тан посмотрел на нерешительное выражение лица декана Цинь и продолжил: «Университет Цзинь Лин отличается от прежних. Даже Университет Авроры и Университет Янь вынуждены уважать нас с точки зрения международного влияния. Но вы заметили кое-что? Нам ещё предстоит сформировать настоящую школу мысли.

«Это наша слабость, на этом мы должны сосредоточиться. Как ещё мы можем играть роль в международном академическом сообществе? Вы никогда не задумывались об этом? Но это не твоя вина, у тебя есть другие заботы. Часто мы используем старые методы для решения новых проблем. Но сейчас ситуация изменилась! Это возможность, которая выпадает раз в жизни! Если мы упустим её, кто-то другой воспользуется ею, и мы не будем передавать эти знания!

Старый Тан откинулся на спинку дивана и пил чай, спокойно ожидая ответа декана Цинь.

Декан Цинь долго молчал. Только когда чай остыл, он наконец заговорил.

«Я подумаю об этом».

— Не думай об этом. Чем старше ты становишься, тем упрямее. Раньше ты не был таким. — Тан Чживэй похлопал его по бедру и сказал: — Я поговорю с академиком Лу.

Он никогда не просил ни о чём своём ученика.

Однако он делал это ради будущего китайской математики. Не говоря уже о том, что это могло принести пользу Лу Чжоу. Возможно, Лу Чжоу больше не заботился о своём академическом влиянии. Однако было бы обидно упустить такую возможность…

Глава 1121. Решение Международного математического союза

Включая ответы на вопросы, этот доклад длился пять полных дней. Даже в последний день никто не смог найти ошибку в теореме и доказательстве. Казалось, что Лу Чжоу ответил на все вопросы. Поэтому все сомнения рассеялись. Рецензионная комиссия из двенадцати человек, организованная Международным математическим союзом, собралась в конференц-зале Университета Цзинь Лин. Они должны были дать окончательную оценку статье. Хотя они и не представляли мнение всего математического сообщества, они, по крайней мере, представляли мнение Международного математического союза. Сигэфуми Мори встал и торжественно произнёс:

«Господа, мы впервые столкнулись с таким важным решением. Я предлагаю проголосовать. Давайте проголосуем».

Голоса не были анонимными. Если бы хоть один голос был против статьи, Международный математический союз серьёзно задумался бы о том, чтобы отклонить её. Время шло незаметно, и минутная стрелка на настенных часах сделала два полных оборота. Когда все поставили свои подписи на листках бумаги, сотрудники конференции собрали голоса. Голоса были подсчитаны, и профессор Холден, генеральный секретарь Международного математического союза, объявил результаты голосования. Когда был объявлен результат голосования, профессор Сигэфуми Мори потерял дар речи. Через некоторое время он поправил очки на переносице и дрожащим голосом произнёс:

«Это момент, который войдёт в историю».

Международное математическое сообщество получило не только теорию Великого объединения. Но и доказательство теории Великого объединения! Это был самый знаменательный день в истории математики.

Работа экспертной комиссии была завершена.

Международный математический союз отобрал в общей сложности двенадцать рецензентов, двое из которых воздержались при голосовании, а оставшиеся десять проголосовали единогласно. Это был самый высокий уровень признания со стороны математического сообщества. Ни одного голоса против одобрения статьи. С этого момента теория Великого объединения была официально принята научным сообществом.

Профессор Холден, генеральный секретарь Международного математического союза, стоял в конференц-зале Университета Цзинь Лин и торжественно объявлял результаты учёным со всего мира. Всё академическое сообщество сошло с ума…

…

Доклад о теории Великого объединения наконец-то подошёл к концу. Репортёры со всего мира устремились в Университет Цзинь Лин, а учёные, приехавшие на доклад, начали покидать Цзинь Лин. Профессор Лу вместе с профессором Делинем подошли к воротам Университета Цзинь Лин. Изначально он планировал отправить профессора Делиня в аэропорт, но когда профессор Делинь сказал Лу Чжоу, что уже заказал такси, тот передумал.

Профессор Делинь одобрительно посмотрел на своего бывшего подопечного. Он на мгновение задумался и сказал.

«Я и представить себе не мог, что стану свидетелем доказательства стандартных гипотез Гротендика. Но, тем не менее, ты снова меня удивил».

Лу Чжоу улыбнулся и скромно ответил:

«Для меня большая честь удивлять вас».

— Это мне оказана честь. Делинь похлопал Лу Чжоу по плечу и ободряюще посмотрел на него. Он сказал: «Поздравляю, я желаю тебе всего наилучшего. Дорога в будущее длинна».

Профессор Делинь потащил свой чемодан к ожидавшему его черному «Mercedes».

Профессор Фальтингс наблюдал за происходящим неподалеку. Шольце на мгновение замешкался, прежде чем заговорить с Фальтингсом.

«Не пора ли нам попрощаться?»

— Вы можете, но я не могу, мне нужно успеть на самолёт, — сказал Фальтингс, взглянув на часы. Он потащил свой чемодан и пошёл прочь. Шольце пожал плечами и начал прощально махать Лу Чжоу. Лу Чжоу помахал в ответ, когда Шольце сел в машину и исчез. Он уже собирался уезжать, когда услышал голос позади себя.

“Профессор Лу! Подождите секунду!”

Лу Чжоу остановился на секунду и обернулся.

“Профессор Карлсон? Какое совпадение, вы тоже здесь?”

Профессор Карлсон сказал: “Как я мог пропустить такой важный отчет… Господи Иисусе, ты даже не заметил, что я здесь, я убит горем!

Лу Чжоу неловко улыбнулся и спросил:

«К чему такая спешка?»

«На самом деле… мне кое-что от тебя нужно, клянусь, это хорошая вещь!»

Карлсон вздохнул и откашлялся. Затем он заговорил серьёзным тоном.

«Два месяца назад мы проконсультировались с Международным математическим союзом по поводу доказательства гипотезы Римана. По их мнению, вы, несомненно, решили проблему века… Знаете, мы учредили премию «Проблемы тысячелетия», которая присуждается Институтом Франции».

Лу Чжоу кивнул.

«Хорошо, я пойду за наградой, когда у меня будет время».

— Конечно, если вы не хотите приходить, вы можете пожертвовать деньги на… Профессор Карлсон внезапно замер и спросил: — Что, простите? Что вы сказали?

Лу Чжоу странно посмотрел на него и сказал:

«Я сказал, что пойду, а что?»

Профессор Карлсон вернулся в реальность и покачал головой.

«Ничего… я просто немного удивлён».

— Что тут удивительного? Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. После минутного молчания он сказал: «Но это будет зависеть от того, когда у меня появится время. Возможно, в начале или в конце следующего года».

Если всё пойдёт по плану, то термоядерная электростанция Кадараш во Франции начнёт вырабатывать энергию. Поскольку Китай экспортирует на международный рынок второй ядерный реактор, Лу Чжоу, скорее всего, посетит его. Конечно, это также будет зависеть от того, занят он или нет. Если бы он был слишком занят, то мог бы попросить кого-нибудь другого посетить реактор вместо него. Если бы он не был занят, то, скорее всего, отправился бы туда сам. В конце концов, ему нужно было забрать важную историческую реликвию из Франции.

Профессор Карлсон был в восторге.

«Нет проблем! Просто предупредите нас за месяц!»

Глава 1122. Второе воспоминание

Как только Международный математический союз признал теорию Великого объединения, новость мгновенно распространилась по всей планете. Весь математический мир был потрясён этой сенсационной новостью.

Самолёт профессора Тао Теренса ещё не улетел. Он ждал в аэропорту, когда открыл свой блог на WordPress и опубликовал свои мысли о новой статье. Даже студент магистратуры мог понять его пост. Это дало возможность начинающим исследователям понять, что именно произошло в этом сенсационном отчёте. Менее чем через полчаса после публикации блога ссылка распространилась по математическому сообществу со скоростью лесного пожара. Люди в математическом сообществе сошли с ума! С другой стороны, обсуждения заполонили форум MathOverflow. Каждый пост был посвящён Лу Чжоу и его теории Великого объединения. Лу Чжоу ещё не дал этой теории официальное название, поэтому людям пришлось позаимствовать название у знаменитой теории Великого объединения из физики элементарных частиц.

[Последние новости! Международный математический союз только что объявил в аудитории Университета Цзинь Лин, что они признают теорию Великого объединения!]

[Ха-ха! Это моя альма-матер!]

[Я знал, что это произойдёт. Профессор Лу никогда бы не объявил о чём-то, если бы не был уверен на 100%. Когда он объявил на Международном конгрессе математиков, что собирается объединить алгебру и геометрию в качестве своего следующего исследовательского проекта, я понял, что у него что-то есть на примете.]

[Я слышал, Фальтингс и Шольце тоже участвовали в этом проекте?]

[Они вместе работали над исследованием метода складывания, но я слышал от своих однокурсников в Боннском университете, что в последние два месяца исследования они не сотрудничали. Они решили соревноваться друг с другом…]

[Мне любопытно, кто предложил эту идею.]

[Судя по всему, профессор Фальтингс.]

[Это невезение, Лу Чжоу смог решить проблему через два месяца после того, как они расстались… Так что они вообще не помогли?]

[Ну, судя по отчёту Лу Чжоу, они явно внесли свой вклад. Но я согласен, это… просто невезение для них.]

Математики сплетничали о таинственных историях, связанных с теорией Великого объединения. Помимо «состязания», была ещё история о Перельмане, затворнике, который появился из ниоткуда. Людям было любопытно, что побудило его участвовать в проекте «Теория всего», им также было интересно, вернётся ли он в математическое сообщество или продолжит жить в пригороде Санкт-Петербурга. До сих пор, по словам аспиранта Университета Цзинь Лин, Перельман так и не покинул Цзиньлин. Перельман словно находился под магическими чарами: он каждый день ходил в офис.

Если отбросить сплетни и истории… влияние теории Великого объединения распространилось за пределы математического сообщества. Международный математический союз не только опубликовал статью на своём сайте, но и даже ЦЕРН, научно-исследовательская организация, специализирующаяся на физике высоких энергий, оптимистично упомянул эту статью на своей последней пресс-конференции. На самом деле, математика и физика были тесно связаны. Особенно с исторической точки зрения, каждый математический прорыв играл решающую роль в развитии физики. Кроме того, это была не только физика. Через неделю после заявления Международного математического союза портрет Лу Чжоу был опубликован на обложке журнала Times с необычным заголовком.

[«Человек века» — самая влиятельная личность XXI века]

В прошлом подобные награды обычно вручались политикам, иногда бизнесменам или знаменитостям. Учёные получали этот титул крайне редко. Мало того, в статье была дана очень положительная оценка его работы…

[… Для большинства людей математика — чрезвычайно сложная дисциплина. Лишь немногие способны постичь суть математики и превратить её в искусство. Однако это не относится к Лу Чжоу. Математика — вторая натура Лу Чжоу. Это способ, с помощью которого он может общаться со Вселенной, способ постичь истину. Несмотря на то, что его работа далека от нашей повседневной жизни, его исследования навсегда изменят общество и цивилизацию. Благодаря его интеллекту и мудрости мечта о будущем стала реальностью. Наша цивилизация поднимется выше, чем когда-либо прежде. Человечество преодолело ещё одну вершину. Это пик человеческого разума.]

В Северной Америке началась трансляция.

Даже телеканал CNN, который два месяца назад явно предвзято отнёсся к эксперименту Лу Чжоу в виртуальной реальности, придерживался нейтральной позиции по отношению к нему. Они не хвалили его и не дискредитировали… В конце концов, его не в чем было дискредитировать.

Лжецы редко говорят правду.

В Бостоне, в лаборатории криобиологии.

Илон сидел в кафе. Он читал журнал Times, когда вдруг заговорил.

“Если бы только он мог заниматься математикой”.

Лоуренс сидел напротив него и пил кофе. Лоуренс улыбнулся и сказал: «Ему не хватает математических задач, которые нужно решить».

“Кого это волнует? Пока он держится подальше от наших дел”.

Лоуренс улыбнулся и сказал: «О, правда? Я надеюсь, что он сможет придумать что-то более интересное. Пока что наши интересы не противоречат друг другу. Изобретённые им вещи очень полезны для моих планов».

Илон нахмурился и сказал: «Серьёзно? Я молюсь, чтобы этот парень ненадолго отстал от меня».

Лоуренс говорил непринуждённо. «Может, тебе стоит изменить манеру общения с ним».

Илон покачал головой и ничего не ответил.

Изменить манеру общения с ним? Если бы всё было так просто. Сейчас вся Кремниевая долина была в беспорядке, и многие технологические компании закрылись из-за Лу Чжоу. Прямо сейчас люди говорили не о будущих тенденциях. Вместо этого они говорили о том, что Лу Чжоу собирается исследовать дальше и как снизить вероятность конкуренции со Star Sky Technology. Это звучало нелепо, но такова была реальность. Предпринимателям из Кремниевой долины пришлось учитывать мнение профессора Лу при оценке рисков своего проекта, и они даже включили его анализ в свои презентации для инвесторов.

Самое раздражающее было то, что инвесторы, казалось, боялись его больше всех?!

Это было нелепо!

Пока весь мир говорил о профессоре Лу, сам Лу Чжоу находился в подземной лаборатории Института перспективных исследований Цзиньлин, не подозревая о статье о себе в журнале Times. Лу Чжоу стоял перед новым устройством виртуальной реальности. Он сделал глубокий вдох и спокойным голосом спросил:

«Сяо Ай, оно готово?»

На его очках дополненной реальности появилась строка текста.

[Готово, хозяин! (๑•̀ᄇ•́)و✧]

Лу Чжоу молча кивнул. Он подошёл к устройству виртуальной реальности и лёг на стул. Он снял очки и положил их на стол. Затем он протянул руку и надел очки. Время в системном пространстве синхронизировалось с реальным временем. Он давно это проверил. И загрузка машины виртуальной реальности заняла бы несколько секунд. Так что, если он был прав…

Лу Чжоу закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он прошептал что-то себе под нос, и его сознание появилось в чисто-белом системном пространстве. Не колеблясь, Лу Чжоу подошёл к голографической панели и открыл свой инвентарь. Внутри его инвентаря спокойно парила фиолетово-чёрная сфера, окружённая клубами дыма. Описание предмета отсутствовало, как будто он был здесь не к месту. Не было никакой информации, кроме названия «Пустая память b». Лу Чжоу спокойно посмотрел на сферу. Досчитав до двадцати, он протянул руку и схватил её. Как только его рука коснулась фиолетово-чёрной сферы, клубы дыма внезапно начали расширяться, выпуская чёрный туман.

«Давайте посмотрим, какие секреты скрываются за этой штукой…»

Лу Чжоу уже не в первый раз прикасался к этой сфере. Он смотрел, как она обвивается вокруг его руки, пока его медленно утягивало в темноту…

Глава 1123. Мир колец

Это было похоже на то, что было в прошлый раз. Казалось, что всё его тело проваливается в бездонную пропасть. Он падал к краю Вселенной. Возможно, из-за огромного количества информации «время загрузки» на этот раз было дольше. Лу Чжоу уже начал терять терпение, когда наконец увидел приближающееся вдалеке пятно света. Он ждал, продолжая падать к расширяющемуся пятну света. Внезапно он почувствовал, как огромная гравитационная сила притягивает его к источнику света. Лу Чжоу закрыл глаза, когда свет упал ему на лицо. Когда он снова открыл глаза, тьма исчезла. И он оказался в незнакомом мире. Когда его ноги коснулись земли, он почувствовал лёгкое притяжение.

Лу Чжоу огляделся. На первый взгляд он понял, что это, вероятно, кабина космического корабля. За окнами он видел звёзды. Рядом стояли ещё двадцать пять «человек». Они были одеты так же, как он, и даже такого же роста. Похоже, это были солдаты. Экзоскелетная броня на их телах излучала смертоносную ауру, а палки, висевшие у них на груди, казались какими-то винтовками. По какой-то причине это напомнило Лу Чжоу о недавнем испытании виртуальной реальности.

На его лице появилось странное выражение.

Я что-то напутал?

«Сяо Ай…»

Он не получил ответа. Лу Чжоу нахмурился и почувствовал, что что-то не так. Может быть, устройство виртуальной реальности не загрузилось? Или, может быть, оно не синхронизировано с системным пространством? Или, может быть, созданный им нейронный демодулятор был слишком несовершенным, из-за чего интенсивность симуляции была ниже, чем у «высокотехнологичной системы». Таким образом, его простое устройство вообще не могло влиять на системное пространство.

Это означало, что он не мог «сжульничать» в системном пространстве. Лу Чжоу нахмурился.

Он хорошо подготовился к этому, поэтому не ожидал, что всё пойдёт наперекосяк с самого начала.

«Посмотрим, что произойдёт…»

Лу Чжоу начал внимательно осматриваться, особенно хорошо вооружённых солдат. Из-за масок Лу Чжоу не видел их лиц. Он даже не был уверен, люди они или нет. Он не знал, на каком языке они говорили. Однако внезапно он услышал звук из коммуникационного канала в своём ухе. К счастью, это был китайский язык.

«Мы здесь».

После этого показалось, что космический корабль попал в огромное гравитационное поле и слегка задрожал. Из иллюминатора наконец-то показался луч света. Лу Чжоу увидел самую впечатляющую и шокирующую сцену в своей жизни. Они прилетели не на планету Рич. Вместо этого…

«Добро пожаловать в столицу Империи… Это самый густонаселённый район в галактике. К счастью, пока нет никаких свидетельств того, что нас посещают инопланетяне».

Объявление было сделано в шутливой манере, создавая в салоне расслабляющую атмосферу.

К сожалению, Лу Чжоу не понял шутки. Его внимание было полностью сосредоточено на планете за окном. Огромное металлическое кольцо и бесчисленное множество различных космических кораблей вращались вокруг относительно небольшой звезды. Цивилизация, должно быть, исчерпала ресурсы всех окружающих планет, чтобы создать гигантское кольцо в зоне обитаемой орбиты. Трудно было представить, какой силой они обладали. Их технологии намного превосходили возможности человеческой цивилизации.

«Это потрясающе…»

Он услышал смешок в канале связи. Возможно, это было потому, что он был единственным, кто с благоговением смотрел в окно. В отличие от предыдущего объявления, этот голос был отправлен в его личный канал связи.

«Все, кто впервые попадает в Столицу, потрясены. Я видел немало людей, у которых отвисала челюсть, когда они впервые увидели этот великолепный город. Откуда вы? С промышленной планеты? С сельскохозяйственной планеты? Только не говорите, что вы с горнодобывающей станции».

Лу Чжоу открыл рот, но ничего не сказал. Он понятия не имел, как ответить на этот вопрос. Он не ожидал, что NPC будут вести себя как живые люди. Он думал, что он просто наблюдатель, живущий в теле безымянного солдата… Казалось, что другие солдаты потеряли к нему интерес. Они отвернулись и оставили его в покое. Внезапно люк кабины открылся. Перед ними появился высокий и крепкий солдат в экзоскелете. С другой стороны, он снова услышал объявление по общественному каналу связи.

«Приятно познакомиться со всеми вами. Позвольте представиться. Я командир Инс со станции защиты столицы C-12-27.

«Месяц назад отдел безопасности получил информацию о том, что профессор Лейн из исследовательского института секции C-12-01 стал мишенью для неизвестной террористической организации. Его безопасность под угрозой. Говорят, что причиной стал физический эксперимент, связанный с секретом Империи. Как солдаты, мы обязаны защищать порядок в Империи. Мы обязаны уничтожать всех, кто восстаёт против Империи! Наша задача — сопроводить профессора Лейна из убежища в здание Империи, а также устранить возможных нападающих. Информация о миссии уже есть в вашем кратком отчёте. С этого момента вы будете подчиняться мне. Пойдёмте!»

Группа людей организованно и слаженно вышла из космического корабля. Шаги эхом отдавались по металлическому полу. Лу Чжоу последовал за командиром Инсом, открыв свой отчёт о миссии на дополненной реальности в шлеме. Ему было раскрыто не так много информации. По сути, физик по имени Лейн открыл удивительный секрет во время физического эксперимента. Эта тайна могла повлиять на Империю в ближайшие сотни лет. Кодовое название этой тайны было «Оракул», по одному только названию невозможно было понять, что это такое. Что касается профессора Лейна, который мог повлиять на будущее Империи, то его вызвал парламент. Они хотели, чтобы он подробно объяснил свои выводы. Несмотря на то, что это была “Империя”, система здесь была довольно либеральной. К сожалению, казалось, что в темноте что-то хаотично движется. По какой-то причине некоторые люди не хотели, чтобы профессор Лейн добрался до парламента. Они не хотели, чтобы «Оракул» попал в руки правительства Империи.

Профессор Лейн?

Кто он?

И что такое Оракул?

Кроме того, в чём заключается его физический эксперимент?

Лу Чжоу запомнил это имя, а также разбросанные вокруг него подсказки. Он закрыл брифинг по заданию в своём шлеме дополненной реальности. Интуиция подсказывала ему, что физик Лейн сыграл важную роль в этой Пустоте Памяти. Если он хотел собрать информацию из этого воспоминания, ему нужно было найти профессора Лейна и выяснить, что такое Оракул. Сейчас он был в основном телохранителем VIP-персоны. Если всё пройдёт хорошо, он сможет встретиться с этим профессором и даже поговорить с Лейном, возможно, об академических проблемах. Конечно, Лу Чжоу не питал особых надежд. Маловероятно, что высокотехнологичная система позволит ему таким образом использовать память Пустоты. Даже если бы он разговаривал с профессором Лейном всю ночь, он не смог бы выведать секреты сверхсветовых путешествий, а также все малопонятные физические теории. Эти знания могла постичь только развитая цивилизация.

Космический корабль пришвартовался. Солдаты поднялись на лифте, похожем на поезд. Люди вокруг них выглядели удивлёнными и держались на расстоянии от солдат. Лу Чжоу с тревогой огляделся. Наконец-то он увидел, как выглядят здешние люди. В целом они были похожи на людей. У них было по две руки и ноги и даже по пять пальцев на каждой руке. Однако их кожа была синей, а голова вытянутой. Лу Чжоу было любопытно, что общего между этими инопланетянами и людьми. Прежде чем он успел остановиться и подумать об этом, лифт внезапно остановился.

«Мы приехали».

Чтобы не привлекать внимания, Лу Чжоу вышел из лифта и смешался с толпой. Они оказались в великолепном и просторном здании. Сейчас они стояли на поверхности орбитального «кольца». Атмосфера здесь была довольно оживлённой. Люди входили и выходили из лифта, а неподалёку стояла очередь из тех, кто ждал свой багаж. Лу Чжоу смотрел на мир через окна здания. Бесконечные сложные конструкции зданий, перемещающихся по воздуху, напоминали лабиринт. Он не мог не беспокоиться о том, что летающие машины могут столкнуться.

Больше всего Лу Чжоу интересовал тип архитектуры. Казалось, что у этой цивилизации был «эффективный» эстетический стиль: большинство зданий были квадратными и имели минимум украшений. По сравнению с домами, построенными из кирпича на Земле, их здания больше походили на стандартизированные модули, которые выпускались на конвейерной линии. Казалось, что их укладывали слой за слоем до самого верха. Это звучало как странный способ строительства, но в этом был смысл. В конце концов, весь мир был рукотворным объектом. Все здания в этом кольцеобразном мире были похожи на модули расширения на космических станциях. Использовать примитивные методы строительства не имело смысла. После того, как Лу Чжоу прошёл через контрольно-пропускной пункт, он наконец понял, насколько велико население Империи.

Просто чтобы пройти сквозь толпу и выйти из здания, потребовалось бы много времени. Лу Чжоу увидел большой экран, висевший в терминале. Он прочитал, что в каждой секции кольцевого мира есть лифт, похожий на Вавилонскую башню. Перемещение между космическими станциями и «Кольцом» осуществлялось с помощью лифтов, а между подзонами — с помощью вакуумного поезда.

Несмотря на то, что это казалось незначительным, Лу Чжоу получил некоторое представление об уровне технологий этой цивилизации. В этой цивилизации не было проблем с едой, одеждой, жильём и транспортом. Людям не нужно было усердно работать. Пока они жили на Кольце, они могли жить в роскоши. Это было почти как утопия…

Несмотря на то, что Лу Чжоу интересовался этим обществом, из-за его миссии командир Инс совсем не давал ему времени на осмотр достопримечательностей. Выйдя из лифта, они сели в левитирующий автомобиль, припаркованный у входа. Они поднялись в воздух и влились в поток машин. Примерно через полчаса они добрались до места назначения. Семь чёрных летающих машин с эмблемой имперской армии остановились перед квадратным зданием. Лу Чжоу последовал за другими солдатами и вышел из машины. Он заметил худощавого человека в белом халате, который с тревогой выходил из металлической двери.

«За мной следят, кто-то наблюдает за мной!»

Учёный тут же подбежал к командиру Инсу.

Мускулистый солдат заговорил спокойным и мягким голосом.

«Не волнуйтесь, профессор Лейн, вы под защитой армии Империи. Мы сопроводим вас в Имперский совет».

Из-за репутации армии профессор Лейн, казалось, успокоился. Он сделал глубокий вдох и заговорил.

«Тогда пойдём…»

«Хорошо». Командир Инс кивнул и указал на средний летающий автомобиль, сказав: «Пожалуйста, садитесь».

Извлечение VIP-персон прошло успешно, и группа людей снова взлетела. Лу Чжоу хотел сесть в тот же автомобиль, что и профессор Лейн, но, к сожалению, его автомобиль был в конце колонны. Хотя он был немного раздражён, ничего другого он не мог сделать.

Если бы он сделал какие-то необычные движения, которые могли бы вызвать подозрения, ему было бы ещё сложнее связаться с профессором Лейном. Семь летающих машин левитировали в воздухе и двигались по высокоскоростному воздушному пространству. Лу Чжоу было скучно, поэтому он коротал время, глядя в окно. Однако внезапно что-то произошло. Он услышал мощный взрыв позади, а затем увидел шар красного пламени. У Лу Чжоу упало сердце. Он инстинктивно прижал винтовку к груди, когда услышал голос в канале связи.

«Транспортное средство 7 было атаковано, повреждения 95%, люди на борту погибли».

«Команда А продолжит движение вперёд, команда Б начнёт спускаться на землю».

«Вас понял».

Как будто в этом не было ничего необычного, спокойствие в голосе диктора было пугающим.

Лу Чжоу не был уверен, была ли у этой цивилизации уникальная культура или они по-другому относились к смерти. Солдаты не выглядели ни злыми, ни шокированными. На самом деле, казалось, что они вообще не проявляли никаких эмоций. Однако такое спокойствие в хаотичной ситуации дало им возможность сражаться. Как только они подверглись нападению, все солдаты перешли в боевой режим. Синие энергетические лучи летели по небу, нацеленные на двигатели летательных аппаратов. Столкнувшись с мощной огневой мощью, летательный аппарат Лу Чжоу был вынужден приземлиться на металлическую поверхность.

«Приготовьтесь дать отпор!»

Хорошо обученные солдаты быстро покинули машину и использовали её как щит. Они установили свои винтовки и начали стрелять по нападавшим. Хотя Лу Чжоу на самом деле не хотел сражаться, он хотел слиться с толпой.

Он пытался подражать действиям других солдат и отчаянно пытался вспомнить навыки стрельбы, которым его обучил доктор Ян. Он встал в безопасное место, высунул дуло пистолета и нажал на спусковой крючок. Не имело значения, попал он в кого-то или нет.

В такой сложной обстановке на поле боя он никак не мог в кого-то попасть. Синие энергетические лучи заполнили всё поле боя. Они оставляли дыры в земле и окружающих стенах. Однако транспортное средство, служившее щитом, осталось нетронутым. Как будто на поверхности машины был специальный силовой щит, рассеивающий энергетические лучи. Пистолет издал звук перегрева. Лу Чжоу уже опустошил свой магазин. Он быстро последовал примеру других солдат и сменил обойму. Однако он вдруг увидел, как из его пистолета выпадает пустая обойма, которая всё ещё дымилась.

Он прищурился, внезапно что-то вспомнив.

Разве я не… не видел эту обойму раньше?

Глава 1124. "Черный ящик"

Лу Чжоу верил в это… Он был прав! Эта батарейка определенно была той же батареей, что и обломки № 1! В ту секунду, когда он увидел, как из его винтовки вылетела батарейка, с неба посыпались энергетические лучи, накрыв все поле боя. Лу Чжоу смутно видел в небе несколько беспилотных летательных аппаратов в форме скатов, обрушивающих на них огневую мощь. Прежде чем батарея приземлилась на землю, в нее попали обрушившиеся энергетические лучи.

Он знал, что эта батарея была точно такой же, как батарея «Мусора № 1» из системы…

Его сон был прерван. Лу Чжоу вздрогнул, снимая шлем. Дрон, парящий неподалёку, подлетел ближе.

[Мастер! Ты в порядке?]

Несмотря на то, что Лу Чжоу не чувствовал боли, умирать всегда неприятно. Особенно после того, как его поразил высокоэнергетический луч, Лу Чжоу чуть не получил посттравматическое стрессовое расстройство из-за этих атакующих дронов.

Лу Чжоу сел на кровати, схватившись за голову. Он схватил и удержал дрона Сяо Ай, едва не приняв его за боевой дрон.

«Я в порядке… Что с данными? Как прошёл сбор данных? Мы можем наблюдать за сном?»

Это было то, что волновало его больше всего.

В огромном кольцевом городе было много интересного. Если запись будет утеряна, это будет досадно. Не говоря уже о профессоре Лейне. И его так называемый «Оракул».

Интуиция подсказывала Лу Чжоу, что Оракул может дать шанс раскрыть секреты системы.

Сяо Ай: [Всё было записано… Но, похоже, есть некоторые проблемы.]

Лу Чжоу на секунду замолчал и нахмурился.

«Какие проблемы?»

Сяо Ай: [После преобразования нейронных сигналов запись была сохранена не традиционным способом, а с помощью специального нечеткого вычисления.]

Лу Чжоу: «…Что это значит?»

Сяо Ай: [По сути, это «чёрный ящик»…]

Сяо Ай около трёх минут объясняла ему ситуацию. Все знали, что чем больше информационная энтропия, тем выше случайность, неопределённость и количество информации, необходимой для определения случайной величины. С другой стороны, чем больше энтропия, тем больше количество генерируемой информации. Чтобы уместить большой объём информации в ограниченном пространстве, «пустая память» хранилась с использованием специального алгоритма сжатия. Обычно данные хранились на жёстких дисках в виде байтов, и каждый байт представлял собой цифру или число, что упрощало чтение и запись. Недостатком было то, что это занимало слишком много места.

Однако «Пустая память» была другой. Форма хранения была больше похожа на ряды линейных уравнений с неопределёнными параметрами. При вводе разных значений X на выходе получались разные значения Y. Несмотря на то, что уравнения были короткими, объём генерируемых данных мог быть невообразимо большим. Преимущество этого было очевидно. Можно было хранить информацию о целой солнечной системе, используя небольшой объём памяти. Конечно, недостатки тоже были очевидны. Чем выше была степень неопределённости информации, тем сложнее было её прочитать. Если бы кто-то захотел понять информацию, ему сначала пришлось бы решить уравнения. Было бы здорово, если бы это были только квадратные уравнения, так как даже старшеклассник мог бы вычислить возможные значения x. Но как насчёт многочленов более высокого порядка? Количество вычислений не только увеличивалось в геометрической прогрессии, но и число возможных решений тоже возрастало. На самом деле память, предоставленная ему системой, была похожа на полиномиальные уравнения. Подобно уравнениям n-го порядка, значение n определяло размерность Пустотной памяти, а NPC и окружающая среда действовали в соответствии с логикой уравнения. Теоретически, если бы вся система «Пустотной памяти» была скопирована на сервер Сяо Ай, Сяо Ай могла бы изменить память. Однако, как только параметры уравнений были бы изменены, это стало бы совершенно другим уравнением. Сон изменился бы. Поэтому, если они хотели раскрыть секрет, им нужно было что-то вроде кодовой книги. Другими словами, им нужен был «сценарий» или «стратегия», чтобы они могли смоделировать действия NPC и воссоздать произошедшее. На самом деле кодовая книга содержалась в самой памяти.

Лу Чжоу был на 90% уверен, что если он выполнит «задание» и сопроводит профессора Лейна в Имперский совет, то сможет раскрыть секреты Оракула. Ему просто нужно было завершить миссию. Возможно, во время миссии он даже смог бы найти какие-то неожиданные подсказки. Однако это было только в теории. Будучи учёным, он не мог сражаться с хорошо обученными солдатами. Он никак не мог победить инопланетных солдат. Это было бы совершенно нереально.

«Что мне делать?!»

Лу Чжоу подумал об энергетических лучах, которые лились с неба. Как, чёрт возьми, я должен их победить? В конце концов он проникся сочувствием к тому, что чувствовал Ли Гаолян, когда впервые тестировал систему «Phantom». Ему почти стало жаль Ли Гаоляна.

К счастью, прежде чем он вошёл в «Пустую память», он использовал нейронный демодулятор для записи сигналов своего мозга, получив копию «игры». В противном случае, если бы у него был только один шанс победить в этой игре, даже сам Фейкер не смог бы пройти её.

Сяо Ай: [Хозяин, ты можешь отпустить Сяо Ай?]

Лу Чжоу посмотрел на дрона в своей руке и положил его на стол. Сяо Ай начал парить в воздухе. После минутного молчания Лу Чжоу вдруг спросил: «Другими словами, в памяти нельзя изменить оружие или здоровье?»

[Да… (╥_╥)]

«А как насчёт того, чтобы пропустить начало?»

[Тоже невозможно… Алгоритм памяти слишком сложный. (╥_╥)]

«Ты можешь изменить выражение лица?»

[Хорошо… ()〔〕)]

Лу Чжоу: «…»

Чёрт! Ты такой бесполезный!

Лу Чжоу глубоко вздохнул и взял себя в руки. Он надел шлем и лёг на стул.

«Попробуй ещё раз».

Если с первого раза не получится, я попробую ещё раз! Лу Чжоу верил, что если он не сдастся и будет настойчив, то обязательно найдёт способ выйти из игры!

Глава 1125. Возможно ли это вообще?

Однако… Идеи были прекрасны, но реальность часто оказывается жестокой. Лу Чжоу провёл целый день в своей лаборатории, пытаясь пройти игру «Пустая память b». Однако его усилия не увенчались успехом. Особенно в той части, где был беспилотник. Он даже начал задаваться вопросом, не заканчивается ли на этом воспоминание? Что, если его персонаж погиб в перестрелке и на этом закончилось воспоминание Пустоты. Точно так же, как когда он взял кубик Рубика из «Пустоты памяти», воспоминание мгновенно исчезло. У него даже не было возможности подробно изучить кубик. Он перепробовал много способов ведения боя в бою. Например, он стреляет в своих товарищей по команде в космическом корабле, пытаясь получить контроль над ним, или покидает свою команду, когда выходит из лифта. По сути, это события, которые не связаны с основной сюжетной линией. Однако результаты оказались весьма трагичными. В первый раз, когда он попытался поднять винтовку на своих товарищей по команде, один из солдат тут же повалил его на землю. Во второй раз всё было ещё хуже. После того, как он покинул свою команду, его отследило устройство позиционирования на его экзоскелете. Вскоре его застрелил высокий и крепкий капитан. Да, и на этом все закончилось. Его застрелили на глазах у всех, ему даже не дали возможности обратиться в суд. Он не мог не задаться вопросом, какие права у инопланетян в развитой цивилизации. После тридцати попыток Лу Чжоу уже устал от этой пытки. Однако его попытки не были напрасными.

Общаясь со своими товарищами по команде, он смог получить общее представление об этой «игре». По сути, он был представителем расы под названием «Калан». Он также узнал о происхождении мира Кольца. Как он и предполагал, после череды войн и конфликтов каланцы уничтожили все планеты Солнечной системы и потратили 300 лет на создание кольца вокруг обитаемой зоны. Создание этого кольцевого жилого пояса стало началом утопии. Несмотря на то, что каланы потратили 300 лет на строительство утопии, не у всех каланов была возможность жить в утопии. После того как был построен мир Кольцо, территория Империи начала сокращаться. Однако оставалось ещё несколько горнодобывающих и сельскохозяйственных планет, которые обеспечивали сырьём, необходимым для промышленного производства. Из-за политического и экономического неравенства жизнь на «Кольце» была мечтой для многих фермеров и шахтёров. Это было похоже на то, как если бы жители Детройта хотели переехать в Нью-Йорк… Так понимал это Лу Чжоу. Что касается Оракула, то солдаты тоже мало что знали. После бесчисленных возрождений Лу Чжоу поговорил со всеми 25 солдатами, кроме командира Инса. Он знал характер и личность каждого солдата, но не смог запомнить ни одного имени. Что касается того, почему он не заговорил с Инсом… На самом деле Лу Чжоу хотел поговорить с ним, но командир полностью игнорировал его… Очевидно, что среди каланов существовало классовое неравенство. Командир относился к учёному гораздо дружелюбнее, чем к солдатам.

— Я не могу…

Лу Чжоу в 31-й раз снял шлем и сдался. Он посмотрел в потолок и вздохнул.

— Нам нужно заняться чем-то другим.

Несмотря на то, что «игра» была забавной, после 31-й неудачи подряд ему стало невыносимо скучно.

Сяо Ай: [Хозяин, ты в порядке? (T_T)]

«Я в порядке».

Лу Чжоу подпёр подбородок рукой и задумался. Внезапно его глаза загорелись, и он заговорил.

«Подожди-ка!»

Сяо Ай: [Что? 0.0]

«Пусть "Команда возрождения" сыграет за меня!»

Лу Чжоу отложил шлем в сторону и встал со стула.

«Раз это всего лишь игра, мы должны оставить её профессионалам».

Лу Чжоу случайно познакомился с одним игроком. Несмотря на то, что он не был лучшим игроком на планете, он мог упорствовать в чём угодно. Он мог лежать на устройстве виртуальной реальности целый день и никогда не сдаваться. Не говоря уже о том, что благодаря проекту «Мастер Бог» от Star Sky Technology он мог легко найти достаточно рабочей силы. Если бы команда Возрождения не смогла победить в игре, он мог бы выпустить игру в качестве публичного бета-теста! Он не беспокоился о том, что секрет может быть раскрыт. В конце концов, это была всего лишь «видеоигра». Как бы серьёзно ни относились к игре игроки, они никогда не думали, что игра реальна. Не говоря уже о том, что кто-то мог бы извлечь из игры дополнительную информацию. Даже если бы произошёл несчастный случай, Сяо Ай, внимательно наблюдавший за происходящим, мог бы легко устранить любые повреждения. Решив, что делать, Лу Чжоу покинул лабораторию. Он вернулся на поверхность и позвонил Чэнь Юйшань. Он рассказал ей о новых экспериментах. После этого Лу Чжоу потянулся и сел в своё рабочее кресло. Солнце уже садилось. Он собирался позвонить Ван Пэну, но тут ему позвонили.

Лу Чжоу увидел, что звонит профессор Тан.

Не колеблясь, он поднял трубку и поднес ее к уху.

“Алло?”

“Лу Чжоу, что ты делаешь?”

Лу Чжоу улыбнулся и заговорил.

“Я только что закончил работу, в чем дело?”

Профессор Тан говорил неловко.

“Ничего особенного, я просто хотел спросить, приедете ли вы завтра в кампус?”

Лу Чжоу чувствовал себя немного странно. Он помолчал секунду и заговорил.

“Я должен уйти, но не уверен, когда… Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи мне».

Однако, похоже, Старик Тан не хотел говорить об этом по телефону.

«Давай подождём до завтра. Когда будешь в кампусе, не забудь позвонить мне… Не волнуйся, ничего страшного, мы поговорим лично».

Лу Чжоу: «…?»

Лу Чжоу чувствовал, что не верит Старику Тану. Интуиция подсказывала ему, что Старику Тану что-то от него нужно…

…

С тех пор, как Дуань Сици присоединился к «Команде Возрождения», он чувствовал, что его жизнь стала в два раза более захватывающей, чем раньше. Он не просто так это говорил, он действительно в это верил.

Причиной тому был план Мастер-Бог. Другими словами, так называемый план Бога-Творца заключался в создании интеллектуальной программы для сервера Phantom, которая могла бы автоматически моделировать сцены из фильмов в мире виртуальной реальности. Она могла бы использовать фильмы и телешоу для создания полноценного мира виртуальной реальности.

Задача команды возрождения состояла в том, чтобы участвовать в сюжете фильмов в качестве главного героя или стороннего персонажа. Они должны были выполнять различные задания и находить лазейки в виртуальном мире. По сути, они обучали алгоритм искусственного интеллекта. По словам исследователей, целью эксперимента было усовершенствовать систему искусственного интеллекта, отвечающую за создание миров для сервера Phantom. Таким образом, подобные инциденты, как с лесным зомби, больше не повторятся. Независимо от того, были ли их действия эффективными или нет, Дуань Сици считал, что эксперименты были довольно интересными. От «Обители зла» до «Хроник Нарнии», от «Гарри Поттера» до «Бэтмена» — он играл роли полицейского, солдата и даже волшебника. Он до сих пор помнил, как радовался, стреляя в зомби или размахивая волшебной палочкой…

Он знал, что если они смогут обойти проблему авторских прав, то эти игры будут продаваться как горячие пирожки и сведут с ума игроков по всему миру. Конечно, то, что Star Sky Technology планировала делать с этой технологией, не имело к нему никакого отношения. Однако он хотел основать собственную игровую компанию…Исследовательский институт виртуальной реальности Star Sky Technology. Поскольку сегодня был день эксперимента, в комнате отдыха было полно людей. Перед началом эксперимента члены команды Возрождения обсуждали, каким может быть современный мир. Дверь в комнату отдыха открылась, и вошёл высокий и хорошо сложенный мужчина.

«Вот план нового эксперимента».

Дуань Сици с любопытством посмотрел на него.

«В каком фильме мы сейчас?»

«Это не фильм». Ли Гаолян покачал головой и сказал: «Это оригинальный сценарий».

Оригинальный сценарий? В зале послышались шёпоты. Большинство людей выглядели заинтригованными. До этого все миры, в которые они попадали, генерировались алгоритмом искусственного интеллекта на основе фильмов и телешоу. Несмотря на то, что миры были интересными, все они уже видели эти фильмы и сериалы. Несмотря на то, что было весело смотреть и играть роли персонажей, в сюжете не было ничего неожиданного. Наличие оригинального сценария делало игру более интересной.

Благодаря их усилиям людям было любопытно узнать, насколько продвинутым был алгоритм искусственного интеллекта. Насколько они были близки к открытой бета-версии? Ли Гаолян посмотрел на толпу и серьёзно заговорил: «Говорят, что эта миссия будет чрезвычайно сложной, я надеюсь, что вы отнесетесь к ней серьёзно. Академик Лу говорит вам готовиться, эксперимент начнётся через десять минут».

Несмотря на предупреждение Ли Гаоляна, никто из тестировщиков не выглядел взволнованным. Вместо этого они были полны воодушевления и предвкушения. Дуань Сици был таким же. Он привык к преувеличениям Ли Гаоляна. Он понятия не имел, что значит «крайне сложно». До тех пор, пока не начался первый эксперимент, в ходе которого на него обрушились энергетические лучи.

Чёрт возьми…

Это вообще возможно?

Глава 1126. Уклонение от ответственности

Когда Лу Чжоу переложил ответственность за исследование Пустоты Памяти на группу «зависимых геймеров», он почувствовал, что наконец-то освободился от бесконечной череды смертей от выстрелов. Он наконец-то почувствовал себя живым. Хотя он и хотел узнать, почему оракул профессора Лейна смог повлиять на судьбу всей Империи, он понимал, что на это потребуется время. Не говоря уже о том, что через неделю его ждал ещё один не менее важный физический эксперимент. На следующее утро Лу Чжоу попросил Ван Пэна отвезти его в преподавательский корпус, чтобы навестить старика Тана. Лу Чжоу постучал в дверь. Старик Тан увидел Лу Чжоу у своей входной двери и был потрясён.

«Зачем ты здесь? Разве я не говорил тебе звонить мне?»

Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Я могу просто прийти сюда, без проблем».

Будучи его учеником, Лу Чжоу очень уважал Старого Тана. Если бы он никогда не встретил Старого Тана, его путь к успеху, возможно, не был бы таким гладким, как сейчас. Несмотря на то, что он намного превзошёл профессора Тана в академических кругах, он всё равно был благодарен ему за уроки.

— Вы слишком вежливы… Заходите. — Старик Тан посмотрел на Лу Чжоу, стоявшего у входной двери, и сказал: — Мне нечем заняться весь день, я хотел выйти на улицу и поболтать с вами. Вам незачем приходить сюда, вы должны читать статьи и учить студентов, а не навещать такого старика, как я.

— Не проблема, я как раз шёл мимо, — Лу Чжоу снял ботинки и сказал: — Кстати, о чём вы вчера говорили?

Старик Тан неловко улыбнулся.

«Ну, вот в чём дело. Присаживайтесь, я налью вам чаю, а потом мы поговорим…»

Старик Тан рассказал Лу Чжоу всю историю.

Выслушав старика Тана, Лу Чжоу был озадачен. Догадка Лу Чжоу оказалась верной.

Причина, по которой старик Тан был таким загадочным по телефону, заключалась в том, что он чего-то хотел от Лу Чжоу.

«Нужно ли публиковать книгу?» Разве люди не делают этого в 50 или 60 лет?

— Конечно, это необходимо. Если мы упустим эту возможность, кто-то другой может ухватиться за неё первым, — энергично сказал Старый Тан. Он изо всех сил старался убедить Лу Чжоу. — Кроме того, от тебя нам не так уж много нужно. Учебник не может быть написан одним человеком! Я поговорил со Старым Цинь, мы соберём группу молодых учёных с математического факультета, которые помогут написать эту книгу.

«Просто делай столько, сколько хочешь, тебе не нужно откладывать свою работу! Это не доставит тебе хлопот!»

Лу Чжоу не был заинтересован ни в передаче своих знаний, ни в создании научной школы.

Исследования были тем, что приносило ему радость. Если бы они могли принести пользу обществу, это было бы здорово. Когда человек создаёт достаточно пользы, общество, естественно, хорошо к нему относится. Что касается всего остального, то это второстепенно. Однако, поразмыслив над словами Старого Тана, Лу Чжоу понял, что Старый Тан был прав. В этом не было необходимости, поскольку он уже был бесспорным лидером в области математических достижений. Сможет ли будущее поколение совершить какие-либо прорывы в математике, будет зависеть от того, насколько усердно будут работать будущие математики. Неважно, напишет он научную книгу или нет. Но, как сказал Старый Тан, хотя лично для него в этом не было смысла, для математического факультета Университета Цзинь Лин это была прекрасная возможность.

Эта книга могла бы создать целую философскую школу. В далёком будущем люди распространили бы учение Лу Чжоу, позволив ему повлиять на большее количество людей.

После того как Лу Чжоу покинул квартиру Старого Тана, он отправился в Университет Цзинь Лин. По пути он размышлял о том, как написать научную книгу, а также о том, как работать с деканом Цинь, чтобы найти способных молодых учёных. Лу Чжоу случайно столкнулся с Чэнь Яном на лестнице в здании математического факультета. Лу Чжоу вдруг осенило. Он подошёл и спросил: «Доброе утро, чем занимаешься?»

«Я только что вышел из столовой», — сказал Чэнь Ян, ожидая, пока Лу Чжоу догонит его. Затем он спросил: «А ты?»

«Я ходил в дом своего бывшего наставника, — сказал Лу Чжоу. — Ты читал мою статью о теории Великого объединения?»

Чэнь Ян кивнул.

«… Да, а что?»

«Возможно, мне понадобится твоя помощь». Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «У меня есть для тебя задание.»

Чэнь Ян серьёзно посмотрел на него и сказал:

«Пожалуйста, расскажи мне».

— Не нужно так нервничать, это не так уж сложно, и тебе должно быть легко, — Лу Чжоу улыбнулся Чэнь Яну и сказал: — Дело в том, что университет Цзинь Лин планирует опубликовать книгу по… теории математики, в основном посвящённую теории Великого объединения и некоторым связанным с ней теоремам.

Чэнь Ян нахмурился и спросил: “Теория математики?”

— Да, эта книга будет длинной. Мы ещё не решили, сколько в ней будет томов, может быть, она будет постоянно обновляться, — сказал Лу Чжоу. Он намеренно не сказал Чэнь Яну, что придумал название книги на ходу. Он продолжил серьёзным тоном: — Ты явно способен на что-то подобное. Хорошенько подумав, я решил доверить тебе эту славную задачу!

«Конечно, если ты не хочешь, то всё в порядке. В конце концов, писать книгу нелегко…»

«Я согласен».

Увидев, как легко Чэнь Ян согласился, Лу Чжоу почти пожалел его. Этому парню слишком легко угодить. Лу Чжоу не знал, что сказать. Он протянул руку и похлопал Чэнь Яна по плечу.

«Я знал, что выбрал правильного человека… Тогда спасибо.»

Они поднялись по лестнице. Лу Чжоу попрощался и направился в свой кабинет.

Однако он услышал голос позади.

«Подожди секунду».

Лу Чжоу обернулся и спросил: «Да?»

Чен Ян вдруг кое-что вспомнил и сказал: «Я пытался изучить метод, который вы использовали для доказательства второй части стандартных гипотез Гротендика».

Лу Чжоу нахмурился и спросил: «Есть какие-нибудь новые открытия?»

«… Вообще-то, да».

Чэнь Ян кивнул и сказал.

«Кажется, у меня есть кое-какие идеи… по поводу гипотезы Ходжа».

Глава 1127. Новые идеи о гипотезе Ходжа

В начале года, до того как Лу Чжоу переманил Чэн Яна из математического центра Университета Янь, Чэн Ян уже начал исследовать гипотезу Ходжа. Лу Чжоу до сих пор помнил, как Чэн Ян на доске исследовал метод анализа гиперэллиптических кривых. Чэн Ян использовал очень умный математический инструмент для улучшения этого метода, который изначально был разработан для решения гипотезы Римана. Это означало, что метод анализа гиперэллиптических кривых можно было применять к особым комплексным алгебраическим кластерам, а также к геометрическим задачам, которые определялись на подкластерах. Это произвело хорошее впечатление на Лу Чжоу, и он переманил его из математического центра Университета Янь. С тех пор прошёл почти год, а существенного прогресса в решении гипотезы Ходжа так и не было достигнуто. Не говоря уже о том, что Лу Чжоу был занят объединением алгебры и геометрии и совершенно забыл об этом.

«Пойдёмте, поговорим об этом в моём кабинете».

Лу Чжоу привёл Чэн Яна в свой кабинет и достал доску. Затем он дал ему маркер. Не теряя времени, Чэн Ян на секунду задумался, а затем нарисовал на доске круг. Он обозначил его буквой S и написал ряд выражений.

«Для компактной и неограниченной поверхности S гауссова кривизна K может быть интегрирована по Лебегу по всей поверхности» Чен Ян писал, продолжая говорить. «Мы все знаем, что поверхность может иметь более одного измерения, поэтому я попытался изменить метрику измерения S. Соответствующая гауссова кривизна K также меняется, но интегральное значение остаётся прежним. Метрика измерения не имеет ничего общего с эйлеровой характеристикой X(S) поверхности. Используя это свойство, мы можем…»

Лу Чжоу посмотрел на вычисления на доске и с интересом приподнял брови.

— Теорема Гаусса-Бонне?

Чэн Ян перестал писать и кивнул.

— Верно.

Он записал теорему Гаусса-Бонне. Увидев это, Лу Чжоу ещё больше заинтересовался. На самом деле он уже примерно представлял, что хочет сделать Чэн Ян. Согласно свойствам многомерных римановых многообразий M, гауссова кривизна может быть обобщена до секционной кривизны, а её значение может быть определено тензором римановой кривизны. Интегральная функция представляет собой сложную алгебраическую формулу, состоящую из тензора кривизны и интеграла Гаусса — Бонне. Что касается интеграла по всему многообразию, то он определяется характеристическим числом Эйлера X(M). Используя эти свойства, теорию Ходжа можно распространить на некомпактные многообразия. Эти новые глубокие математические взаимосвязи были обнаружены профессором Черн

Шиинг-Шен, одним из известных специалистов по теореме Гаусса — Бонне. В сочетании с методом когомологий L2 сэра Атьи эта гипотеза может быть решена. Конечно, для полного доказательства потребуется более глубокое исследование.

Лу Чжоу удовлетворённо кивнул.

Неплохо.

Совсем неплохо.

Они и не заметили, как за Чэн Яном собралась толпа. Люди в офисе начали внимательно наблюдать за ним с тех пор, как он начал писать на доске.

Ли Мо посмотрел на уравнения на доске и сказал: «Это легендарная…»

Хэ Чанвэнь посмотрел на парня и нахмурился. Он сказал: «Легендарная что? Закончи предложение».

Ли Мо странно посмотрел на него.

«Гипотеза Ходжа! Очевидно».

Хэ Чанвэнь: «…»

Как это очевидно?! Ну, я думаю, это довольно очевидно. Хэ Чанвэнь не мог не солгать самому себе. Да, конечно, я бы точно это узнал.

Чэн Ян перестал писать на доске и задумался.

Очевидно, он прошёл лишь половину пути. Ему ещё предстояло решить, куда двигаться дальше. Профессор Перельман внезапно заговорил.

«Это довольно интересный путь».

Чен Ян посмотрел на Перельмана и спросил: «Когда вы сюда попали?»

— Когда вы были примерно на середине пути… я пришёл, чтобы найти профессора Лу. — Перельман сделал паузу на секунду и спросил: — …Можно мне воспользоваться ручкой?

Не колеблясь, Чэнь Ян протянул маркер.

Перельман взял маркер и некоторое время рассматривал его. Затем он начал записывать несколько строк.

«Поскольку существует также единая теория алгебраической геометрии, доказательство формулы 3 тривиально. Моё предположение для дальнейшей части доказательства состоит в том, что мы можем отобразить компактное многообразие M на его общее накрывающее многообразие и получить полное некомпактное многообразие M. Согласно теореме Атьи, если мы сможем доказать, что все группы гомологий, кроме средней группы L2, равны нулю при условии секционной кривизны…»

Он быстро записал простое, но красивое уравнение. У Чен Яна расширились зрачки, когда он увидел это. Он с волнением заговорил, осознав, что к чему.

«Вот как мы можем доказать гипотезу Ходжа!»

Но вот в чём была проблема. Как они могли доказать, что при секционной кривизне группа гомологий L2 равна нулю? Разговор внезапно оборвался. После первоначального волнения оба замолчали. В конце концов они посмотрели на Лу Чжоу. Лу Чжоу заметил, что они смотрят на него. Он моргнул и с улыбкой заговорил.

«Я думаю, что все ваши идеи довольно хороши… Несмотря на то, что я не изучал эту область тщательно, моя интуиция подсказывает мне, что с вероятностью 80% этот способ сработает».

Он сделал паузу на секунду и продолжил: «Этот путь очень интересен, почему бы вам, ребята, не заняться исследованиями вместе?»

Казалось, они поняли, к чему клонит Лу Чжоу.

Перельман нахмурился и заговорил:

«Вы не присоединитесь? Это интересная задача».

На самом деле, это было более чем интересно.

Гипотеза Ходжа представляла собой сочетание трёх основных областей математического анализа, а именно топологии, алгебры и геометрии. Как задача тысячелетия, она, без сомнения, была сложной. К удивлению Перельмана, Лу Чжоу не выглядел заинтересованным.

Лу Чжоу: «Мне интересно, но у меня есть работа в ILHCRC, так что у меня может не быть времени на изучение математики».

Перельман выглядел разочарованным.

«Это прискорбно».

— Хоть я и не могу работать над этим сам, я могу поручиться за профессора Чена, — сказал Лу Чжоу, похлопав Чэн Яна по плечу. Он сказал: — Он отличный учёный, я уверен, вы это уже знаете. В любом случае, если вы будете работать вместе, я уверен, что вы сможете решить эту проблему.

Перельман не согласился с утверждением Лу Чжоу о том, что он может решить эту проблему. Он посмотрел на Чэнь Яна и ничего не сказал. Он кивнул, показывая, что одобряет Чэн Яна в качестве своего партнёра. Эти двое были немногословными людьми. Лу Чжоу откашлялся и обратился к Перельману:

«Кстати, ты не против остаться здесь? Объединённая теория алгебры и геометрии уже завершена».

— Без проблем, — Перельман покачал головой и сказал: — Я уже позвонил маме. Она сказала, что я должен делать то, что хочу. Она не против. У меня здесь незаконченные дела… Я хочу решить гипотезу Ходжа, прежде чем вернусь.

Лу Чжоу был удивлён, что Перельман хочет остаться. Он явно был очень рад, поэтому сказал с улыбкой: «Тогда вы можете остаться в своей квартире, я подам заявление на продление вашего пребывания.»

Перельман кивнул сказав: «Спасибо».

Глава 1128. Потеря сна неизбежна

На самом деле, когда Перельман спросил Лу Чжоу, почему тот не участвует в проекте, Лу Чжоу назвал только одну из причин. Помимо нехватки времени, другой причиной было то, что он хотел дать эту возможность другим людям. На самом деле, когда Чэн Ян писал, у него в голове уже был готовый план решения. Когда Чэн Ян закончил записывать свои идеи на доске, у него уже было базовое представление о том, как решить эту проблему. Он не хвастался, но с тех пор, как он достиг 10-го уровня в математике, его математическая интуиция достигла нечеловеческого уровня. Когда он повысил свой уровень до 10-го, одним из самых больших изменений стало то, что, какой бы абстрактной или сложной ни была математическая концепция, она была ясна как день. Большинство задач на уровне научных исследований были для него проще простого.

Однако одного человека было недостаточно для развития математики. Решение задач не было золотым правилом математики, постоянно открывались новые методы и теоремы. Эти теоремы отражали суть Вселенной. Если бы он был тем, кто решил все проблемы, многие люди начали бы ему поклоняться. Это могло бы плохо сказаться на цивилизации. Всё должно было подчиняться закону прогрессии, и экспоненциальный рост за короткий промежуток времени мог привести к разрыву между поколениями, из-за чего математическая область могла оказаться в тупике. Именно поэтому Лу Чжоу потратил 5 страниц из 40-страничной диссертации на то, чтобы написать ряд общих выводов, которые, по его мнению, были верными, но намеренно не привёл никаких подробных доказательств. Он хотел дать другим людям шанс решить эти задачи. Он хотел, чтобы другие люди не спали из-за этих задач. Лу Чжоу вдруг поверил, что, возможно, когда Ферма записал свою последнюю теорему, у него действительно было гениальное доказательство. Что касается того, почему он не записал доказательство, которое Уайлс нашёл три с половиной столетия спустя… Возможно, Ферма чувствовал то же самое. Независимо от того, в чём была истинная причина, Лу Чжоу знал, что это не из-за нехватки бумаги для письма.

…

С тех пор как наступил декабрь, в Цзиньлине становилось всё холоднее и холоднее. Лу Чжоу сидел за своим столом и пил горячий кофе, приготовленный его помощницей. Он просматривал последние новости в мире физики и начал испытывать эмоции. За последние несколько лет статус китайского математического и физического сообщества в международных академических кругах резко изменился. Он чувствовал, что должен взять на себя хотя бы половину заслуг. Внезапно дверь открылась, прервав его размышления.

Он услышал знакомый голос.

— Довольно необычно! Лу-гэ.

Лу Чжоу поднял глаза и увидел, что Ло Вэньсюань подходит к нему с улыбкой на лице.

— Я слышал, что ты недавно снова совершил большой прорыв?

Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Всё в порядке, ничего страшного».

— Не скромничай. Когда я возвращался из Шанхая, я слышал, как несколько физиков говорили о том, как применить твою теорию к физике элементарных частиц. Особенно к теории струн. Когда я читал некоторые статьи, я видел много мнений о том, что теория великого объединения может дать новое математическое объяснение теории струн. Судя по всему, кто-то в Стэнфордском университете уже исследует эту область, и я сам провёл небольшое исследование… Вздох, как жаль.

Лу Чжоу: “О чем жалеешь?”

«Если бы я не был занят работой в Международном комитете по правам человека, я бы занялся этим исследовательским проектом», — сказал Ло Вэньсюань с грустным выражением лица. Он посмотрел на Лу Чжоу с обидой. Лу Чжоу почувствовал, как у него встали дыбом волосы на теле. К счастью, он не пил кофе, иначе точно пролил бы его на свой стол. Но, честно говоря, жалобы Ло Вэньсюаня были обоснованными. С тех пор, как в Шанхае открылась штаб-квартира Международного комитета по правам человека, Лу Чжоу назначил его генеральным секретарём Международного комитета по правам человека, и тот был прикован к Шанхаю. Хотя без него в офисе стало тише, Лу Чжоу подумал об этом и понял, что очень скучает по этому парню. Лу Чжоу некоторое время смотрел на свою клавиатуру и вдруг заговорил.

«Я планирую открыть научно-исследовательский институт физики в Африке».

Ло Вэньсюань остановился.

«…В Африке?»

Лу Чжоу: «Да».

Ло Вэньсюань нахмурился и спросил: «Там есть сообщество физиков?»

«Нет…» Лу Чжоу вздохнул и сказал: «Но именно потому, что там нет сообщества физиков, мы, как научные исследователи, должны вносить свой вклад в развитие общества».

Он сделал паузу, посмотрел на Ло Вэньсюаня и продолжил:

«Чтобы физика распространилась по всему миру, мы должны заложить основы физики в странах третьего мира. Я планирую сделать вас деканом нового научно-исследовательского института физики».

Улыбка внезапно исчезла с лица Ло Вэньсюаня.

«Не надо, гэ, если я тебе не нравлюсь, просто скажи мне. Я не хочу ехать в Африку».

Хань Мэнци сидела неподалёку. Она пыталась сдержать смех, но её плечи начали трястись от хихиканья. Хэ Чанвэнь смог сдержать смех, но случайно уронил ручку на пол. Лу Чжоу посмотрел на обеспокоенное лицо Ло Вэньсюаня и улыбнулся. Он кашлянул.

«Я просто шучу, чтобы разрядить обстановку… Кстати, почему ты вернулся из Шанхая?»

«Конференция по Лунному адронному коллайдеру вот-вот начнётся, я здесь, чтобы доложить вам! Но теперь вы говорите, что хотите отправить меня в Африку, я в отчаянии!»

Лу Чжоу ухмыльнулся Ло Вэньсюаню. Ну, это была просто шутка. Видя, что Лу Чжоу некоторое время молчит, Ло Вэньсюань тихо спросил: “Значит, африканский физический исследовательский институт ненастоящий?”

Лу Чжоу закатил глаза и сказал: “А ты как думаешь?”

Ло Вэньсюань кашлянул и сказал: “Я просто притворюсь, что ты пошутил”.

Я шучу. С таким же успехом я мог бы назначить тебя директором африканского зоопарка. Лу Чжоу покачал головой, удивляясь доверчивости Ло Вэньсюаня. Несмотря на то, что парень временами был довольно наивным, он был хорошим физиком-исследователем. Лу Чжоу был вполне доволен своей работой. Строительством Лунного адронного коллайдера в основном занимался Комитет по лунной орбите, и пока ILHCRC выполнял свою работу, проблем быть не должно. Ло Вэньсюань не доставлял ему никаких хлопот и спокойно выполнял свою работу и поручения. Лу Чжоу был им вполне доволен.

— Я вернулся в Цзиньлин, чтобы уладить кое-какие дела с университетом, а также доложить вам о ситуации. Есть несколько документов, которые вам нужно просмотреть и подписать, — сказал Ло Вэньсюань, положив несколько документов на стол. Он огляделся и спросил: — Где ассистентка Кон?

«Она в отпуске».

«В отпуске?» Ло Вэньсюань выглядел разочарованным, когда сказал: «О, ладно, неважно, это невезение».

Лу Чжоу посмотрел на разочарованного Ло Вэньсюаня и покачал головой. Этот парень всё ещё не сдаётся… Может, он действительно любит её. Лу Чжоу почти хотел пригласить их на свидание. Конечно, на самом деле он бы этого не сделал.

Что, если они расстанутся в будущем?

Он взял бы на себя вину.

Я просто оставлю их в покое.

Глава 1129. В мире физики назревает что-то грандиозное

Споры вокруг теории Великого объединения алгебры и геометрии ещё не утихли, когда должна была начаться конференция, посвящённая Лунному адронному коллайдеру.

Сенсационные новости поступали одна за другой, и люди были ошеломлены. Люди, не связанные с наукой, могли бы отнестись к этому иначе, поскольку теория Великого объединения и лунный коллайдер не были для них так же важны, как система Phantom.

Однако любой учёный мог почувствовать огромное количество изменений и прорывов.

Как будто то, что они обсуждали ещё вчера, сегодня уже не имело значения. Им пришлось столкнуться с новыми проблемами и адаптироваться к ним. Многим аспирантам пришлось отложить защиту диссертаций. Некоторым из них — по принуждению, некоторым — по собственному желанию. В конце концов, теория великого объединения многое изменила в области алгебраической геометрии. Многие студенты начали страдать от тревожности и были вынуждены принимать лекарства, чтобы снять усталость и стресс. С другой стороны, Университет Цзинь Лин, где зародилась теория Великого объединения, начал предлагать курс по теории Великого объединения. Студентам приходилось выстраиваться в очередь, чтобы записаться на курс, и даже те, кто уже записался, должны были заплатить дополнительную плату, чтобы остаться на курсе. Аналогичная ситуация сложилась и в физическом сообществе.

Завершение строительства Лунного адронного коллайдера не оказало большого влияния на Университет Цзинь Лин, но повлияло на ILHCRC. Всего год назад или даже полгода назад было довольно сложно получить возможность посетить ЦЕРН или поработать там. Однако с тех пор ситуация в физике изменилась. Каждый день ILHCRC получал десятки тысяч заявок со всего мира. Люди хотели работать здесь, читать лекции, участвовать в академических обменах и т. д. Были также заявки, связанные с экспериментами, и люди хотели использовать мощный Лунный адронный коллайдер для проверки некоторых своих гипотез в области физики элементарных частиц. Ло Вэньсюань был тем, кто рассматривал заявки. Несмотря на то, что он путешествовал по миру с профессором Виттеном, он всё равно был удивлён заявками. Он даже не знал, что в мире так много людей, изучающих физику.

Действительно ли нам нужно так много физиков в мире? Он начал сомневаться.

Конференция должна была состояться 18 декабря. Несмотря на то, что до Рождества оставалась всего неделя, никто не жаловался.

Для него было честью получить возможность участвовать в этой грандиозной конференции.

Два месяца назад, когда Международный комитет по правам человека впервые подал заявку на использование Международного выставочного и конференц-центра в качестве места проведения мероприятия, всё сообщество физиков-ядерщиков уже было сосредоточено на этом революционном событии. Учёные месяцами выстраивались в очередь, чтобы попасть на эту конференцию…

…

Принстонский институт перспективных исследований.

Профессор Делинь сидел в простом и обычном кабинете. Он смотрел на лист бумаги, наполовину заполненный расчётами, хмурился и размышлял. Прошла неделя с тех пор, как закончился отчёт. Последние несколько дней он размышлял над проблемой и так и не приблизился к её решению. Полагаю, вот что происходит, когда стареешь. Профессор Делинь вздохнул и покачал головой. Несмотря на то, что его знания не угасали так быстро, как зрение, он уже начал ощущать бессилие старости. Он собирался отложить эту проблему в сторону и приготовить себе чашку кофе, когда вдруг услышал стук в дверь кабинета.

Профессор Делинь отложил ручку и вздохнул. Он снял очки и заговорил чистым голосом.

«Дверь не заперта, входите».

Когда дверь открылась, в комнату с улыбкой вошёл худощавый старик с залысинами.

«Мой старый друг, я слышал, ты вернулся из Китая?»

— Я вернулся несколько дней назад, — сказал профессор Делинь Виттену. Он подумал, что Виттен, вероятно, не хочет обсуждать ничего важного. Он надел очки и снова начал читать наполовину написанный черновик. Виттен заметил его движения и с любопытством спросил: «Что ты изучаешь?»

Делинь: «Статья об объединении алгебры и геометрии… Та, что произвела фурор в академическом сообществе. Я рекомендую вам её прочитать. Хотя я знаю, что вы не занимаетесь математикой, я готов поспорить, что она поможет вашим исследованиям».

Виттен: «Разве ты не вернулся из Китая? Ты ещё не закончил читать?»

«Это не та статья, которую можно просто прочитать и понять» профессор Делинь улыбнулся и, казалось, был взволнован, когда продолжил: «Эта сорокастраничная статья объединяет алгебру и геометрию, а также предлагает ряд утверждений, большинство из которых не доказаны… Он не только решил проблему, над которой бились столетие, но и дал нам ориентиры на следующее столетие или даже тысячелетие в математике».

Виттен с любопытством спросил: «Значит, вы изучаете список гипотез Лу Чжоу?»

«Я просто думаю, что эти задачи интересны, поэтому я их рассматриваю». Профессор Делинь нахмурился и спросил: «Что вы здесь делаете?»

Виттен улыбнулся и сказал: «Ничего, я просто зашёл повидаться со своим старым другом перед отъездом в командировку и… напомнить ему о нашем пари».

Делинь посмотрел на самодовольную улыбку старика и не смог сдержать раздражения. Он открыл ящик стола и достал блокнот.

«Возьми его».

Виттен был в восторге от того, что получил блокнот с исследованиями гипотезы Гольдбаха, и начал листать страницы. Хотя Виттен не занимался теорией чисел, никто не знал ценность этого блокнота лучше него.

«Он такой чистый… Это дубликат?»

Профессор Делинь сказал: «В следующий раз, когда поедете в Китай, можете заехать в Цзиньлин и задать ему этот вопрос лично».

«Ха-ха, я просто шучу». Виттен на секунду улыбнулся и сказал: «Кстати, я скоро поеду в Китай».

Делинь: «Коллайдер готов?»

Виттен кивнул и с улыбкой ответил:

«Да».

«Не могу поверить», — сказал Делинь. «Они действительно построили коллайдер на Луне».

Виттен улыбнулся и эмоционально заговорил.

«Сила технологий завораживает… Если бы я родился на несколько десятилетий или даже на пятьдесят лет позже, все мои проблемы были бы решены».

Профессор Делинь неодобрительно посмотрел на него.

«Не волнуйтесь, вас всегда будут ждать задачи по математической физике».

Виттен на секунду замолчал, а затем сказал:

«Вы правы».

Математика постоянно менялась. В то время как старые проблемы решались, возникали новые. То же самое происходило и в физике.

С тех пор как были решены уравнения Янга — Миллса и электрослабое взаимодействие, Виттен кое-что заметил. Пока Лу Чжоу продолжал исследовать физику. Область физики должна была пережить революцию.

Глава 1130. Коллайдер готов!

Вечером 17 декабря.

Профессор Фрэнк Вильчек был в международном аэропорту Шанхая. Завтра начиналась большая конференция. Чтобы не пропустить это грандиозное событие, он решил приехать на день раньше. В аэропорту он встретил множество коллег. Некоторые из них были его друзьями, некоторые — нет. С другими он не разговаривал много лет.

Физическое сообщество было большим, настолько большим, что даже учёный, получивший Нобелевскую премию, мог остаться непризнанным. Если кто-то не занимался исследованиями в той же области, что и другой человек, то, даже если они обменивались визитными карточками, они редко встречались во второй раз. В конце концов, не все были такими, как Виттен, который считал ЦЕРН своим вторым домом. Большинство людей приезжали в ЦЕРН один или два раза по академическим причинам, а у некоторых могла никогда не появиться такая возможность. Помяни чёрта, и он тут как тут.

Вильчек оглядывался по сторонам, пытаясь найти кого-нибудь, кто держал бы табличку с его именем. Он случайно столкнулся со знакомым.

— Виттен? Какое совпадение, ты тоже здесь? — сказал Фрэнк Вильчек с доброй улыбкой на лице.

— Ну, по статистике, мы вполне можем встретиться здесь, потому что отсюда в Северную Америку летает всего несколько рейсов. Виттен огляделся и сказал: «Боже… Здесь так много людей».

Вилчек сказал: «Да… Я помню, что в прошлый раз, когда я был здесь, их было не так много. Господи, неужели они все приехали на конференцию?

— Здесь просто много людей… В любом случае, где ваш отель?

— Он рядом с Международным выставочным центром, в 200 метрах от главного входа.

Глаза Виттена загорелись, когда он сказал.

«Какое совпадение, я думаю, мы в одном отеле». Давай вместе возьмем такси.

…

С другой стороны, на далёкой Луне из Лунного дворца медленно спускался посадочный модуль в форме призмы. Он медленно опускался на серебристо-белую лунную почву, поднимая облако пыли. После того, как Янь Синьцзю разблокировал систему жизнеобеспечения, он сделал глубокий вдох из запаса кислорода в скафандре и вышел из каюты. Год назад он все еще изучал физику с академиком Лу. Он никогда не представлял, что ступит на Луну. Вероятно, он был первым физиком, прошедшим официальную подготовку астронавта и ступившим на Луну.

Издалека к нему приближался серебристо-белый луноход. Астронавт в скафандре с логотипом Комитета по лунной орбите вышел из марсохода. Он услышал голос в канале связи.

«Добро пожаловать на Землю, мой друг! Я бы обнял тебя, но боюсь, что ты подпрыгнешь… Сначала надень это».

Янь Синьцзю посмотрел на сотрудника, протягивающего ему трос.

«Что это?»

«Страховочный трос; здесь очень низкая гравитация. В целях безопасности мы надеваем их, когда выходим из кабины… Вы должны были быть проинформированы. Но я не организовывал никаких работ на открытом воздухе».

— О, я понимаю. — Мужчина улыбнулся и похлопал его по плечу. — Пойдём, я покажу тебе, что мы сделали на Луне. Ты удивишься!

Янь Синьцзю улыбнулся и ничего не ответил.

На самом деле, то, что он проделал весь путь до Лунного дворца от космодрома Цзиньлин, было достаточно удивительным. Он не мог представить, что может удивить его ещё больше.

…

17 декабря.

Это был обычный день для остального мира, но особенный для Шанхая. Здесь собрались более 90% ведущих мировых физиков, а также лидеры смежных отраслей. Не все могли участвовать в семинаре, но большинство людей смогли попасть в конференц-центр.

18 декабря.

День конференции.

Конференц-зал был переполнен людьми.

После вступительной речи председателя оргкомитета Лу Чжоу, председателя Международного комитета Красного Креста и главного консультанта Комитета по лунной орбите, уверенно вышел на сцену и взял микрофон. Никому не нужно было наводить порядок. Все в зале замолчали. Как только его рука коснулась микрофона, в зале воцарилась мертвая тишина. На самом деле, не только участники в конференц-зале № 1 молчали.

Люди, стоявшие в конференц-центре, смотревшие на большой экран, и те, кто сидел дома и смотрел трансляцию ILHCRC, — все они молчали. Все ждали, когда он заговорит. Они ждали, когда он объявит о физике будущего!

«Добро пожаловать в Китай, в Шанхай. Я хотел бы поблагодарить всех вас, кто пришёл на это мероприятие, организованное ILHCRC».

Лу Чжоу оглядел зал, потратил две секунды на то, чтобы сформулировать свою мысль, и продолжить. «С начала XXI века разрыв между экспериментальной и теоретической физикой увеличился в геометрической прогрессии. Наш теоретический уровень значительно превзошёл наши экспериментальные возможности. Я всегда верил в метод научного эксперимента. Теория, не подкреплённая экспериментом, подобна миражу, который можно увидеть только на расстоянии и к которому нельзя прикоснуться физически. Но это поворотный момент. Благодаря нашим достижениям в области аэрокосмических технологий наши космические корабли, находящиеся на орбите Луны, могут доставлять строительное оборудование на лунную поверхность. Низкая гравитация и разреженная атмосфера позволяют нам построить более крупный и сложный коллайдер. С момента запуска проекта Лунному адронному коллайдеру уделяется всё больше внимания. Мы возлагаем большие надежды на этот проект и надеемся, что он сможет проверить нашу стандартную модель и открыть новый мир физики… Наконец-то этот день настал».

Атмосфера в зале была напряжённой, пока Лу Чжоу говорил всё громче и громче.

«В этот особенный день от имени Комитета по лунной орбите и ILHCRC я хотел бы объявить, что... Лунный адронный коллайдер...

Официально... Завершён!»

Как только он закончил говорить, зал взорвался аплодисментами, словно гроза. Громовые звуки были похожи на волны цунами. Старый физик, академик Лу, сидел в толпе с взволнованным выражением на лице. Он начал хлопать изо всех сил, и его руки постепенно покраснели. В его глазах это было нечто большее, чем просто завершение строительства коллайдера. То, чему он только что стал свидетелем, было подъёмом китайского научного сообщества. С сегодняшнего дня ILHCRC заменит ЦЕРН в качестве нового центра физики. Физикам со всего мира придётся сотрудничать с Китаем.

Постепенно строилось новое здание физики.

Естественные науки были бескорыстной сферой деятельности; все человечество в равной степени получало пользу от их достижений. Однако почему он, как китайский учёный, не хотел, чтобы его народ процветал в этой сфере? Он долго ждал этого дня…

Под громовые аплодисменты Лу Чжоу ухмыльнулся и поднял руку. Когда толпа успокоилась, он сделал глубокий вдох и закончил.

«Первое испытание коллайдера начнётся через пять минут. Давайте вместе станем свидетелями этого великолепного момента!»

На большом экране появилось изображение с расстояния в 360 000 километров. В углу лунного кратера находилось серебристо-белое здание.

Это была лунная исследовательская база.

Там же находился коллайдер…

Глава 1131. Крепость на Луне

Янь Синьцзю подумал, что после того, как он увидел Лунный дворец, его уже ничто не может удивить. Однако, когда сотрудник научно-исследовательского центра по имени Ма Хао сел за руль лунохода и доставил его на лунную научно-исследовательскую базу, он был потрясён увиденным. На поверхности лунной почвы были установлены серебристо-белые «купола», их многоугольная оболочка светилась белым светом. Каждый купол был около 10 метров в диаметре и около 3 метров в высоту.

«…Это исследовательская станция?»

«Это?» Ма Хао посмотрел на Янь Синьцзю и сказал: «Конечно, нет, как кто-то может здесь жить… Это садовые купола».

Янь Синьцзю на секунду замолчал.

«Садовые купола?»

— Да, технически они называются «лунными безпочвенными сельскохозяйственными комплексами». Поверхность покрыта специальным полупроводниковым материалом из графена, который выдерживает удары небольших метеоритов, а также пропускает свет. Он также может поглощать свет и преобразовывать его в электрическую энергию, которая питает садовые купола.

Разница между дневной и ночной температурой на Луне была значительной: дневная температура могла достигать 127 градусов, а ночная — -183 градусов. Один лунный день мог длиться до 30 земных дней. Условия для выращивания растений были суровыми. Из-за отсутствия атмосферы теплоёмкость и теплопроводность лунной поверхности были низкими. Поэтому одной из основных трудностей при выращивании растений на Луне был сбор солнечной энергии. Используя ту же технологию, что и в «Биосфере А», лунный сельскохозяйственный комплекс без почвы, разработанный Институтом перспективных исследований Цзиньлин, смог решить эту проблему. Несмотря на то, что производительность была ограничена, затраты всё равно были намного ниже, чем при доставке припасов с Земли. Более того, эту технологию ещё можно было усовершенствовать. Биологи на Луне исследовали разновидность картофеля, которая могла быстро накапливать крахмал в условиях низкой гравитации. Судя по всему, они уже добились некоторых успехов.

«… По-прежнему слишком сложно быть самодостаточным. Однако это дополнительный источник пищи в сочетании с обычной прессованной и жидкой пищей.

«Помимо использования в качестве пищи, эти культуры могут перерабатывать отходы жизнедеятельности астронавтов и поглощать часть углекислого газа с научно-исследовательской базы. Конечно, эффективность переработки невелика, поэтому нам всё равно приходится доставлять некоторые материалы с Земли».

Ян Синьцзю: «А что насчёт воды? Для сельского хозяйства требуется много воды, верно?»

— На Луне есть лёд, — Ма Хао улыбнулся и сказал: — К счастью, под нашими ногами мы нашли сокровище, которое ценнее гелия-3. Тогда мы опубликовали об этом статью, которая произвела настоящий фурор в астрономических и геологических кругах. Мы нашли около 20 миллионов тонн водяного льда, которого хватит как минимум на это столетие. Судя по всему, на полюсах есть ещё более крупный ледяной рудник. Судя по всему, его объём составляет сотни миллионов тонн… Конечно, никому об этом не рассказывайте, разведочные работы ещё не закончены.

20 миллионов тонн…

У Янь Синьцзю отвисла челюсть, и через некоторое время он заговорил.

«Это невероятно… Почему я никогда не видел этого в новостях?»

«Западные СМИ не заинтересованы в том, чтобы освещать это. Поскольку это незавершённый результат, мы тоже не пытались его обнародовать…» Ма Хао указал подбородком на кратер перед собой. Он сказал: «Смотрите, это наша база, мы здесь».

Ян Синьцзю выглянул в окно марсохода и наконец увидел таинственную лунную научно-исследовательскую базу. Здание располагалось посреди лунного кратера. Большие бетонные стены были встроены в лунные породы. Единственной открытой частью высокого здания были стена и сигнальная вышка. Несмотря на то, что он видел лишь верхушку айсберга, это всё равно было потрясающее зрелище. Если Лунный дворец был похож на серебряного дракона в небе, то это было похоже на груду сокровищ, которую охранял дракон. Это было невероятно. Это был высочайший уровень строительных и аэрокосмических технологий! Лунный вездеход медленно поднялся по пандусу и прошёл через два шлюза. Ян Синьцзю был ослеплён белыми огнями над головой. Рядом с ним стоял член наземной команды, одетый в повседневную одежду. Они использовали профессиональное оборудование, чтобы очистить марсоход от лунной пыли, а затем открыли дверь марсохода. Сняв шлем, Ма Хао вдохнул полной грудью и улыбнулся Янь Синьцзю.

«На базе не нужно носить скафандр, мне нужно забрать других людей… Мой помощник проводит вас в вашу комнату».

Китайское правительство намеренно отправило на Луну сначала китайского физика. Несмотря на то, что это добавило к бюджету ещё сто тысяч юаней, это была приемлемая цена. Не говоря уже о том, что наставником Янь Синьцзю был известный китайский физик, старый академик Лу. Позже физики из других стран и инженеры-физики высадятся на Луну с помощью посадочного модуля. Задача Ма Хао как капитана научной исследовательской группы заключалась в том, чтобы доставить этих учёных с Земли в эту лунную крепость. Янь Синьцзю кивнул и искренне сказал: «Спасибо».

— Не волнуйся, — Ма Хао похлопал его по плечу и сказал: — Мы здесь одна семья.

Ступив на этот далёкий от дома клочок земли, Янь Синьцзю не понял, о чём говорит капитан. Он подумал, что капитан просто пытается быть добрым по отношению друг к другу. Янь Синьцзю вышел из марсохода и снял скафандр. Он последовал за помощником и пошёл пешком. Внутри база была ещё более необычной. Всего там было 21 этаж, включая жилые помещения, рабочие зоны, лаборатории и даже библиотеку и тренажёрный зал с имитацией гравитации. Каждый этаж выполнял свою уникальную функцию. Это было похоже на пятизвёздочный отель. Единственным недостатком было то, что личное пространство было довольно маленьким. Судя по всему, стоимость строительства квадратного метра превышала стоимость недвижимости на Манхэттене. Не говоря уже о «коммунальных платежах». Таким образом, при таких обстоятельствах комната площадью 10 квадратных метров для каждого из них была довольно роскошной. Когда Янь Синьцзю подошёл к алюминиевой двери с номером, сотрудник протянул Янь Синьцзю карточку и с улыбкой заговорил с ним.

— Это ваша комната, а это пропуск и удостоверение личности. Они дадут вам доступ ко всем помещениям исследовательской станции.

«Ваш уровень безопасности позволяет вам входить в экспериментальную зону, зону проживания и зоны общего пользования. Номер вашего этажа указан на карте. Если вам нужно воспользоваться транспортным средством или покинуть базу, обратитесь к руководителю базы. Держи эту карту при себе. Она понадобится тебе, чтобы поесть и принять душ, и будет неприятно, если ты её потеряешь».

Янь Синьцзю взял карту и серьёзно кивнул.

«Хорошо».

Сотрудник сказал: «Если вам что-нибудь понадобится, вы можете позвонить мне через терминал связи в комнате. Или вы можете поговорить с капитаном Ма». Затем сотрудник кивнул и направился к лифту.

Войдя в свой новый дом, Ян Синьцзю поставил чемодан на полку и лёг на мягкую кровать. Ощущение от того, что он лежит в условиях гравитации, составляющей одну шестую от нормальной, было странным. Однако он уже провёл неделю в невесомости, так что привык к этому.

«Завтра 18 декабря…»

Завтра был важный день.

Завтра Лунный адронный коллайдер завершит свою первую пробную эксплуатацию. Это приведёт научное сообщество в новую эру. Это будет самый славный момент в его жизни. Будучи представителем китайского научного сообщества, он должен был зажечь искру, которая осветила бы человеческую цивилизацию в этой холодной Вселенной. Он посмотрел на голубую планету, находящуюся в 360 000 км от его окна, и медленно закрыл глаза, лёжа на кровати. Будучи обычным научным сотрудником, он никогда не думал, что этот день настанет. До сих пор самым большим достижением в его жизни была работа под руководством академика Лу Шэньцзяня. Он вспомнил своё прошлое и почувствовал себя взволнованным… Жизнь порой бывает непредсказуемой. Когда Лу Чжоу позвонил ему и сказал: «Ты избранный», он даже не мог описать свой шок. Теперь, когда он был здесь, он начал чувствовать ответственность.

«Как только я вернусь на Землю, я угощу Лу Чжоу выпивкой…»

Я должен поблагодарить его лично. Это было почти так, как будто он мог слышать аплодисменты за 360 000 километров. Приветствия людей со всего мира.

Он сжал, затем разжал кулак. Постепенно он заснул, думая о своем предназначении в физике. У него был самый спокойный сон в его жизни.

Глава 1132. Столкновение с энергией в петаэлектронвольт!

Шанхайский международный выставочный и конференц-центр. Конференц-зал № 1.

На экране в прямом эфире с расстояния 360 000 километров был показан астронавт в китайской форме, стоящий перед панелью управления. По всему конференц-залу раздался чёткий голос.

«Траектория столкновения готова к работе!

Целевой уровень энергии: один петаэлектронвольт. Электрическая цепь в хорошем состоянии. Включается питание!»

Астронавт, стоявший перед пультом, протянул руку и нажал кнопку. Сразу после этого в кольцо коллайдера начало поступать огромное количество энергии. Под действием энергии, имитирующей начало Большого взрыва, протоны сталкивались друг с другом, образуя искры и обломки, которые были слишком малы, чтобы их можно было увидеть невооружённым глазом. На экране появилось изображение детектора энергетического спектра. Атмосфера в толпе накалилась, и все не могли не встать и не зааплодировать, радуясь этому славному моменту. Протоны сталкивались с энергией 1000 ТэВ! По сравнению с Большим адронным коллайдером с максимальной энергией столкновений 14 ТэВ, энергия столкновений протонов в Лунном адронном коллайдере была на два порядка выше! Люди смогут использовать энергию в петаэлектронвольтах для создания нейтрино и моделирования Большого взрыва и чёрных дыр. Физики смогут раскрыть самые сокровенные тайны Вселенной, такие как тёмная материя и тёмная энергия. Лу Чжоу утонул в оглушительных аплодисментах. Он посмотрел на экран с искренней улыбкой на лице и слегка сжал кулак. Прошло семь лет. Семь лет с того лета. С тех пор многое изменилось, но он по-прежнему верил в то, что видел. Он знал, что был прав. Даже если другие говорили обратное. В то время он был всего лишь стажёром. Его академический статус и знания не воспринимались всерьёз. У китайского физического сообщества не было достаточно ресурсов для проверки его теории. Но теперь ничто не могло помешать ему провести эксперимент, который он задумал. Он собирался привести мир в новую эру физики. Этот момент… Наконец-то настал!

…

Утро 19 декабря.

Прошло всего полдня, а новость об успешном запуске Лунного адронного коллайдера уже распространилась по всему миру. Соответствующие заголовки начали появляться в газетах на следующий день.

[Эксперимент по столкновению протонов с энергией 1000 ТэВ! Исследования в области физики элементарных частиц вступают в новую эру!]

[ILHCRC Возвращает нас на 15 миллиардов лет назад!]

[Потрясенный! Китайские учёные создают чёрные дыры на Луне!]

[НАСА выпустило предупреждение о том, что эксперименты по физике элементарных частиц на Луне могут серьёзно повлиять на вращение Земли и Луны!]

[…]

В кабинете председателя Международного комитета Красного Креста высокая женщина-помощница протянула Лу Чжоу чашку кофе. Лу Чжоу сделал глоток кофе, просматривая газету в своей руке.

«Наконец-то я кое-что понял».

Ло Вэньсюань играл с растениями на подоконнике. Он оглянулся на Лу Чжоу и с любопытством спросил:

«Что ты понял?»

«Почему общественность так сильно заблуждается насчёт физики и экспериментов в области физики элементарных частиц?» — с улыбкой спросил Лу Чжоу, переворачивая газету в руках. Он покачал головой и сказал: «Но мне нравится прозвище, которое мне дали в CNN».

— Как они тебя назвали?

— Безумный атомный разрушитель.

Ло Вэньсюань не смог сдержать ухмылку.

— ... Ты уверен, что это CNN?

Лу Чжоу: — Да, а что?

Ло Вэньсюань: — Звучит как что-то из японского аниме.

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой. Там даже была фотография Лу Чжоу в образе злодея, держащего в руках Землю и Луну. Хотя Лу Чжоу знал, что CNN пытается его оскорбить, он не мог не рассмеяться над тем, насколько они глупы. Было бы нелепо, если бы коллайдер с энергией в петаэлектронвольт создал чёрную дыру. Если бы они хотели уничтожить Солнечную систему, им нужно было бы построить коллайдер как минимум в триллион раз больше. Кроме того, ему было неприятно рисовать своё красивое лицо в таком уродливом виде. Ло Вэньсюань посмотрел на рисунок и хотел рассмеяться. Однако он вдруг вспомнил, что Лу Чжоу собирается отправить его в Африку, поэтому сдержался и заговорил.

«Собрание вот-вот начнётся, не пойти ли нам туда?»

Лу Чжоу посмотрел на часы.

«Как насчёт того, чтобы ты пошёл?»

«Но это так важно… Я не думаю, что это уместно, вам следует пойти лично», — сказал Ло Вэньсюань с неловким выражением лица.

На самом деле он знал, что Лу Чжоу хотел сказать на встрече. Он не был против идеи Лу Чжоу. Однако у него не было достаточно полномочий, чтобы самому сделать заявление. В конце концов, хотя штаб-квартира Международного комитета Красного Креста находилась в Китае, это всё равно была международная организация. В конце концов, страны платили большие деньги за участие в этой организации. Он был не совсем на уровне академического руководителя.

«Что ж, я пытаюсь тебя обучить, всему нужно учиться в первый раз, верно?»

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и отложил газету. Он встал со стула и сказал:

«Хорошо, пойдём вместе».

…

Встреча проходила в конференц-зале № 2.

По сравнению со вчерашней конференцией, это помещение было намного меньше. В центре комнаты стоял только один длинный стол, и украшений было гораздо меньше. Здесь собрались члены совета, назначенные различными странами. Хотя они и не были профессиональными физиками, все они были известными и влиятельными людьми. Эти люди занимали важные должности в научно-исследовательских институтах, и все они обладали навыками ведения переговоров. По их серьёзным лицам было очевидно, что эта встреча была гораздо важнее, чем вчерашняя торжественная конференция. Эта встреча оказала гораздо большее влияние на научное сообщество. Была только одна причина. Совет должен был обсудить экспериментальные установки на следующий год. Это определило бы Нобелевские премии по физике как минимум на следующие 50 лет. Теоретическая физика элементарных частиц на много лет опередила экспериментальную физику. Уже существовали теории о чёрных дырах и квантовом мире. Однако теория должна была быть подкреплена экспериментальными данными. Все хотели использовать этот коллайдер для проверки своих теорий. Заседание ILHCRC было похоже на затишье перед бурей. Как и в других областях, академический мир не был застрахован от тщеславия. Особенно когда речь шла о Нобелевской премии или других высоких наградах, лишь немногие не стремились к славе и богатству. Все были готовы сражаться на этой встрече.

За себя ли…

За свою школу мысли или даже за страну…

Часы пробили десять, и встреча официально началась. Как председатель Международного комитета Красного Креста, Лу Чжоу сел за стол переговоров. Его вступительная речь была короткой и лаконичной. Однако, когда все подумали, что Лу Чжоу будет обсуждать их планы, его слова шокировали всех, кроме него самого и Ло Вэньсюаня.

«Я вкратце расскажу о подготовке к эксперименту».

Лу Чжоу говорил спокойным тоном, как будто не было возможности для переговоров.

«Я просмотрел записи испытаний 2015 года из базы данных ЦЕРН. Пик в 750 ГэВ, появившийся на детекторах ALICE и ATLAS, определённо не был случайностью. Я не думаю, что мы можем объяснить его квантовыми флуктуациями».

Профессор Таррант из Европы нахмурился. Он покрутил ручку в руке и сказал: «Я знаю об эксперименте, о котором вы говорили, но уровень достоверности обнаружения сигнала не превышает 3 сигмы…

— Это потому, что наши технологии были недостаточно развиты, но эта проблема решена. Я верю в свои расчёты, и в этой истории должно быть что-то ещё.

Лу Чжоу пролистал свои записи о встрече и оглядел присутствующих за столом для совещаний. Он заговорил строгим тоном:

«Единственной целью ILHCRC на 2023 год будет изучение характерного пика в 750 ГэВ.

«У нас есть хорошая теоретическая база, а также экспериментальные инструменты.

«Я докажу, что был прав».

В комнате воцарилась тишина, за которой последовал тихий шум. Члены совета были шокированы и удивлены. Всё произошло так внезапно. Никто из них этого не ожидал.

Лу Чжоу знал, почему они были удивлены, но ничего не объяснил. Он мягко улыбнулся и положил свои записи о встрече на стол. Конечно, он мог бы объясниться. Но в этом не было необходимости. Он использовал бы доказательства, чтобы доказать свою правоту. Не говоря уже о том, что он должен был получить как минимум половину заслуг за создание коллайдера на Луне, верно? Следовательно, для него не было ничего нелепого в том, чтобы использовать коллайдер для проверки собственных теорий. Если кто-то не согласен? Что ж, они могли бы построить свой собственный коллайдер и использовать его по своему усмотрению. Когда Лу Чжоу подумал о предстоящем эксперименте, он не смог сдержать ухмылки. Возможно, это немного эгоистично. Но… Это чертовски круто!

Глава 1133. Неудачная встреча

«Это вообще не обсуждение! Я ни разу не высказался на этом собрании!»

«Это возмутительно!»

«Кто-нибудь, вразумите его!»

— Это не сработает, он не слушает. Я много раз говорил ему, что ЦЕРН исследовал пик 750 ГэВ в течение целого года! Господи, он снова хочет тратить на это время!

«Может быть, CNN права, он — научный злодей…»

Для некоторых людей встреча прошла неудачно. Группа людей сердито вышла из конференц-зала, громко жалуясь на Лу Чжоу. Ожидая лифт, профессор Фрэнк Вильчек заметил ярость на лице профессора Уиттла. Он подошёл к нему и заговорил.

«Что случилось? Разве встреча не закончилась час назад? Почему она закончилась так быстро?»

«Встреча? Это была вообще не встреча!”

Профессор Уиттл взмахнул руками и громко сказал: «Я возвращаюсь в Нью-Йорк, чтобы рассказать этим людям из Брукхейвенской научной ассоциации, что сделали китайцы! Китайцы злоупотребляют своей властью в области физики!»

Фрэнк Вильчек был ошеломлен, увидев профессора Уиттла таким разгневанным.

Интуиция подсказывала ему, что час назад должно было произойти что-то ужасное, иначе профессор Уиттл не был бы так взбешён… Однако Уиттл тоже был не самым уравновешенным человеком. Ему становилось всё интереснее и интереснее, что же произошло на собрании… Они уволили членов правления? Не может быть?

…

Согласно закону Мерфи, всё, что может пойти не так, пойдёт не так. Профессор Фрэнк Вильчек услышал о случившемся от своего старого друга, который работал в ЦЕРНе. Он услышал о собрании и начал беспокоиться. По его мнению, Лу Чжоу не был упрямым и невежественным учёным, он почти поверил, что профессор Уиттл и другие представители совета директоров неправильно поняли намерения Лу Чжоу. Однако факты не лгут. Что заставило Лу Чжоу сделать что-то подобное? Фрэнк Вильчек нашёл Виттена и пригласил его на чашечку кофе. Вильчек рассказал о заседании совета директоров и вздохнул.

«Ситуация плохая».

Виттен ожидал, что он заговорит о Международном комитете по правам человека, поэтому слегка приподнял брови и спросил: «Да неужели?»

Фрэнк Вильчек сделал глоток кофе и покачал головой с пессимистичным выражением лица.

«Мои худшие опасения подтвердились. С самого начала Международный комитет Красного Креста не проявлял желания сотрудничать с другими организациями. Я признаю, что его академический статус выходит за рамки понимания большинства людей… Но это не даёт ему права делать всё, что он захочет».

Выслушав Фрэнка Вильчека, Виттен вдруг улыбнулся и сказал: «Может быть, он нашёл что-то на уровне 750 ГэВ, чего не нашли мы».

— Это невозможно, друг мой, ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой. Вильчек покачал головой и сказал: «Не говоря уже о том, что я работал с ним над этим проектом. Сначала я верил, что он сможет это сделать, я даже пытался получить разрешение от БАК на проведение эксперимента. Когда я понял, что это не сработает, я с ним расстался. Я знаю, что этот путь невозможен!»

Виттен спросил: «Тогда почему, по-вашему, он настаивает на этом?»

Фрэнк Вильчек: «Может быть, он боится ошибиться? Или, может быть, он слишком высокомерен? Или упрям? Или хочет использовать свои знания в физике? Независимо от причины, неправильно проводить исследования с таким подходом».

Виттен улыбнулся и покачал головой.

«Похоже, ты совсем его не понимаешь».

Если бы это был кто-то другой, а не Лу Чжоу, возможно, Вильчек был бы прав. Однако для такого учёного, как Лу Чжоу, который стремился только к истине, предположение Вильчека было слишком поверхностным. Виттен встречал много людей в академических кругах. Некоторые из них стремились к славе, некоторые — к богатству, однако Лу Чжоу, несомненно, был самым особенным… Он не был полностью равнодушен к славе и богатству. Он чувствовал себя успешным, когда получал награды или премии, но это не было тем, к чему он стремился по-настоящему. Его двигало вперёд только любопытство к природе и Вселенной. Это было редкое и ценное качество. Из всех учёных, которых встречал Виттен… Лу Чжоу был самым чистым из них.

— О? — Фрэнк Вильчек приподнял брови и недовольно сказал: — Виттен, я знаю, что у вас с ним хорошие отношения, но я надеюсь, что вы ясно видите реальность. Как его друг, вы должны убедить его, а не смотреть, как он идёт по неверному пути.

«Неверный путь?»

Виттен помешал ложкой свой кофе. Он улыбнулся и медленно заговорил.

«Тогда что правильно?»

«Мы знаем меньше одного процента этой Вселенной. В физике нет правильного или неправильного, и, строго говоря, есть только полнота и неполнота. С момента появления квантовой механики мы осознали, что…»

Фрэнк Вильчек: «Хватит придираться, зачем нам тратить время на то, что не работает? ЦЕРН вложил в это сотни миллионов долларов. Теперь мы собираемся потратить ещё один год на то, что не работает!»

— Но некоторые люди считают, что это работает. — Виттен посмотрел на Вильчека и спокойно сказал: — Может быть, потому что он открыл что-то новое, или, может быть, ЦЕРН не понял его теорий. Может быть, это его интуиция… Я думаю, что все эти причины возможны. Изучение стандартной модели похоже на поиск иголки в стоге сена. Хотя физика — это гораздо больше, чем просто стандартная модель. Независимо от того, в каком направлении мы будем проводить исследования, мы всегда будем идти на риск… Так почему бы нам не довериться ему? Он никогда нас не подводил».

Вильчек: «…»

То есть ты просто хочешь, чтобы я в него поверил? Это немного нелепо.

— Я знаю, о чём ты беспокоишься.

Виттен улыбнулся Вильчеку и сказал: «Не волнуйся, если в конце концов ничего не выйдет, я постараюсь убедить его, что он ошибается…»

“Давайте пока доверимся его суждению”.

Глава 1134. Брукхейвенская национальная лаборатория

Не только представители физического сообщества радовались завершению строительства коллайдера. Многие другие организации, участвовавшие в строительстве коллайдера, тоже были в восторге. Это был не только огромный шаг вперёд для человечества, но и инженерное чудо! Этот многомиллиардный проект наконец-то был завершён. Будь то руководитель проекта или инженеры, все наконец-то могли отдохнуть и спокойно спать.

Пекин. Штаб-квартира Китайской железнодорожной группы.

Директор Ли из Государственного управления национальной обороны приехал сюда с визитом. Он встретился с академиком Ли Цинцюанем, главным инженером Китайской железнодорожной корпорации. Директор Ли выразил ему свою благодарность.

«… Строительство коллайдера прошло чрезвычайно успешно! Китайская железнодорожная группа внесла огромный вклад в развитие физики в нашей стране!»

— Директор Ли, вы слишком добры. Академик Ли Цинцюань улыбнулся и сказал: «Мы не заслуживаем всей этой похвалы. Без технологий Китайской корпорации аэрокосмических наук и технологий, а также Института перспективных исследований Цзиньлин всё это было бы невозможно».

Для строительства в условиях низкой гравитации требовалось специальное инженерное оборудование. Это оборудование было разработано совместно Китайской корпорацией аэрокосмических наук и технологий и Институтом перспективных исследований Цзиньлин. Китайская железнодорожная группа в основном отвечала за разработку конкретных планов строительства и внедрение инженерного оборудования. Вначале они столкнулись со множеством трудностей из-за отсутствия у них опыта в строительстве космических кораблей.

К счастью, они получили помощь от инженеров Китайской корпорации аэрокосмических наук и технологий. Они оба заслужили огромную благодарность. На лице академика Ли Цинцюаня появилась широкая улыбка. Было очевидно, что он в хорошем настроении. Морщины на его лице разгладились, и он выглядел на десять лет моложе, чем раньше.

«Академик Ли, вы слишком скромны. Независимо от вклада других сторон, Китайская железнодорожная группа явно заслуживает огромной похвалы!» — эмоционально сказал директор Ли. Он сделал паузу на секунду и добавил: «Кстати, следующий проект — это массовый транспорт, верно?»

Академик Ли Цинцюань кивнул и сказал: «Мы обсуждаем это с Китайской корпорацией аэрокосмических наук и технологий. Если всё пойдёт хорошо, мы сможем начать строительство в следующем году».

Директор Ли торжественно произнёс: «Большое вам спасибо, ребята».

— Конечно, это наша работа, — сказал Ли Цинцюань. — Вы должны благодарить академика Лу, я слежу за академическим сообществом, он не отдыхал последние два года.

«Академик Лу — особенный. Большинство людей не могут с ним сравниться». Директор Ли улыбнулся и сказал: «Но вы правы, с тех пор, как он вернулся в Китай, он ни разу не отдыхал и ни с кем не встречался. Когда я поеду в Шанхай, я постараюсь убедить его взять отпуск и отдохнуть».

Китайская сеть термоядерных электростанций распространилась по всей Азии и, словно щупальца, окутала каждую страну. Не говоря уже о Лунном дворце в небе, международное влияние Китая никогда не было таким сильным. Единственным недостатком было то, что академику Лу ещё предстояло найти себе пару.

Академик Ли Цинцюань спросил: «У него нет возлюбленной?»

Директор Ли сказал: «Он так занят, откуда у него время?»

Академик Ли Цинцюань потёр подбородок и сказал: «Как насчёт… найти кого-нибудь из Китайской железнодорожной группы?»

«Из Китайской железнодорожной группы? По какой причине?» Директор Ли улыбнулся и покачал головой.

Забудьте о железнодорожной группе. Будь то армия или университет, было предпринято бесчисленное количество попыток найти супругу для академика Лу. Но, в конце концов, это было решение самого Лу Чжоу. Разве они могли заставить Лу Чжоу на ком-то жениться? В наши дни молодые люди не хотят жениться и заводить детей, поэтому рождаемость снизилась.

«Он такой самоотверженный… Академик Лу — настоящий образец для подражания в научном сообществе». Академик Ли Цинцюань вздохнул и сказал: «Если бы только другие молодые учёные могли быть такими же, как он».

Директор Ли улыбнулся. Если бы другие люди были такими же, как он? Забудьте о высадке на Луну. Мы будем высаживаться в других галактиках.

…

После того как директор Ли покинул здание Китайской железнодорожной корпорации, он вернулся в свой кабинет. Он рассказал помощнику о своей поездке в Шанхай и планировал поработать в кабинете. Однако ему внезапно позвонили из Министерства иностранных дел.

«Старина Ли, что происходит?»

Директор Ли был озадачен. Он нахмурился и заговорил.

«Что вы имеете в виду?»

«Разве вы не отвечаете за МККК?»

“Да ...” Сказал директор Ли. Он понял, что, возможно, что-то пошло не так в ILHCRC, поэтому он сказал: “Технически, да, но на самом деле я не участвую. Академик Лу в основном несет ответственность. Что происходит? Зачем ты мне звонишь?”

«Нам позвонили из Брукхейвенской национальной лаборатории в Нью-Йорке. Они сказали, что мы не выполнили условия совместного исследовательского проекта».

Директор Ли был ошеломлён.

«Разве мы не дали им возможность договориться?»

«… Нет, встреча состоялась, но академик Лу решил действовать по-своему».

Чёрт… Значит, встреча была? Директор Ли подумал, что Лу Чжоу даже не провёл встречу, а просто решил взять проект на себя. Однако на другом конце провода продолжали разговаривать.

«… Сейчас проблема не только в Брукхейвенской национальной лаборатории. Европейский союз тоже звонил нам и жаловался на это. Я не говорю, что действия академика Лу неправильные, но я просто надеюсь, что он сможет взглянуть на ситуацию с точки зрения других людей. В противном случае мы можем лишиться финансирования».

Директор Ли кашлянул и заговорил.

«Хорошо, хорошо, я понимаю. Не волнуйтесь, завтра я поеду в Шанхай и спрошу у него, что происходит.»

На другом конце провода заговорили.

«Отлично!»

Звонок закончился.

Директор Ли вздохнул и покачал головой, убирая телефон в карман. Он не воспринимал всерьёз жалобы Министерства иностранных дел. Кому какое дело, если Брукхейвенская национальная лаборатория будет жаловаться?

Это всего лишь одна лаборатория. По его мнению, Министерство иностранных дел не должно относиться к этому серьёзно. Он сел в своём кабинете и увидел, как в него с тревогой входит его помощник.

«Директор Ли, плохие новости!»

Директор Ли нахмурился.

«Успокойтесь, что случилось?»

— Посмотрите на газету, заголовки CNN и The New York Times… — неловко сказал помощник. Он протянул газету и добавил: — Посмотрите сами.

Директор Ли взял газету из рук помощника и прочитал заголовок. Его брови нахмурились.

Боже мой. Почему мои опасения всегда сбываются? Директор Ли отбросил газету в сторону и встал. Он заговорил строгим тоном.

«Поехали со мной в Шанхай».

Помощник на секунду замолчал.

«Сейчас?»

Я думал, вы поедете завтра? Я даже билеты купил…

«Да, сейчас, верните билеты на завтра». Директор Ли говорил серьезным тоном: «Забронируйте рейс на сегодня, чем раньше, тем лучше!»

Глава 1135. Все еще в секрете

Конечно, было важно провести встречу, но не давать другим людям возможности высказаться было нелепо. Однако это не означало, что Лу Чжоу должен был принимать чужие идеи. Всегда нужно было проводить эксперименты, и каждый хотел начать со своего собственного исследовательского проекта. Если бы они продолжали обсуждать, какой эксперимент провести, ничего бы не было сделано. Лу Чжоу был деловым человеком и, очевидно, не любил задержек.

После того как Лу Чжоу попросил генерального секретаря Ло Вэньсюаня объявить о результатах совещания, он сразу же взял на себя роль ответственного научного руководителя и провёл краткую встречу с представителями различных отделов. Передав необходимую работу, он вернулся на передовую научных исследований. Прошло довольно много времени с тех пор, как он изучал физику. Несмотря на то, что знания в его голове никуда не делись, он немного подзабыл. К счастью, ему было легко усваивать новые знания. С тех пор как он достиг 10-го уровня в математике, перечитывая прочитанные ранее статьи, он понимал их глубже, чем раньше. Но дело было не только в пике в 750 ГэВ. Дело было в его теории электрослабого взаимодействия. А также во всей области физики…

«Министерство энергетики США отправило электронное письмо. Они попросили нас пересмотреть наше решение и провести ещё одно заседание совета. В противном случае они могут отменить финансирование ILHCRC в 2024 году».

В кабинете председателя.

Ло Вэньсюань стоял перед столом и докладывал Лу Чжоу о телефонном звонке, который он получил сегодня утром. Были свидетельства того, что это распространилось из физического сообщества в политическое. Похоже, что Соединённые Штаты планировали выйти из Международного комитета по ликвидации расовой дискриминации или, по крайней мере, угрожали этим. Это должно было убедить Международный комитет по ликвидации расовой дискриминации прислушаться к совету директоров. Однако, выслушав доклад Ло Вэньсюаня, Лу Чжоу совсем не удивился. Он тихо спросил:

«А как насчёт их финансирования на 2023 год?»

«Они уже заплатили за него в ноябре этого года… Они заплатили около 70% от общей суммы».

Лу Чжоу: «Тогда всё в порядке».

Ло Вэньсюань сказал: «Что значит «всё в порядке»?»

Лу Чжоу сказал: «Они не могут выйти из организации, это пустая угроза. Если они действительно приостановят финансирование, мы можем заморозить их места в совете директоров МККК и уволить их исследователей из МККК. В конце концов, они полностью выйдут из состава МККК. Я уверен, что есть много стран, которые хотели бы занять их место. Особенно в Европе, они не могут дождаться, когда присоединятся к нам».

Каждый год ЦЕРН расходовал значительную часть бюджета Европейского союза. Теперь, когда Международный комитет по защите прав человека готов взять на себя ответственность за развитие физики, Европейский союз будет рад выделить дополнительные средства Международному комитету по защите прав человека. Если бы Соединённые Штаты вышли из игры, американское научное сообщество, скорее всего, потеряло бы своё влияние и власть. Если бы Соединённые Штаты считали, что это хорошая идея, Лу Чжоу, конечно, не возражал бы. Единственное, что его волновало, — это чтобы у Международного комитета по контролю за соблюдением прав человека было достаточно средств для проведения экспериментов. Ло Вэньсюань на секунду замолчал и заговорил.

«Это не лучшая идея, верно? Если мы наживём себе врагов в самом начале, не аукнется ли это нам потом?»

«Я делаю это, чтобы потом нас не пристрелили. Что, если все будущие заседания совета директоров будут проходить так же?» Лу Чжоу сказал: «Не говоря уже о том, что мы единственные, кто управляет коллайдером на петаэлектронвольт. Мы не просим их сотрудничать с нами, мы даём им возможность!»

Лу Чжоу посмотрел на Ло Вэньсюаня и продолжил.

«Не говоря уже о том, что слова ничего не значат, я буду использовать результаты, чтобы доказать свою правоту».

Ло Вэньсюань: «… Я понимаю».

Лу Чжоу кивнул и продолжил.

«Тогда напишите электронное письмо в Министерство энергетики США и скажите им, что нам жаль, что они отказываются от сотрудничества с нами. Нам не нужно им угождать».

Ло Вэньсюань вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Он случайно увидел старика и мужчину средних лет, идущих по коридору.

Ло Вэньсюань посмотрел на старика и был мгновенно потрясён. Он улыбнулся и заговорил.

«Директор Ли? Что привело вас сюда?»

«Что ещё? Это академик Лу». Директор Ли вздохнул и посмотрел на дверь кабинета. Он спросил: «Он внутри?»

Ло Вэньсюань: «Да, он…»

«Хорошо, мне нужно с ним поговорить».

Директор Ли велел своему помощнику подождать снаружи. Он обошёл Ло Вэньсюаня и открыл дверь кабинета. Директор Ли вошёл в кабинет. Не поздоровавшись, он сразу же положил на стол Лу Чжоу газету и заговорил.

«Сегодня я прочитал в газете, что Брукхейвенская научная ассоциация провела пресс-конференцию, а Министерство энергетики США планирует приостановить их финансирование? Что происходит, почему это происходит?»

Они провели пресс-конференцию? Это необходимо? Лу Чжоу посмотрел на заголовок газеты и не стал читать статью. Он поднял взгляд на директора Ли и спросил.

«Вы мне доверяете?»

«Ни хрена! Кому ещё я должен доверять, — сказал директор Ли. — Но дело не в этом».

Лу Чжоу: «Раз вы назначили меня председателем, то мы должны следовать моим приказам. В противном случае вы можете заменить меня кем-нибудь другим».

Директор Ли был озадачен. Не то чтобы у него была власть увольнять и назначать нового председателя Международного комитета Красного Креста. Эта должность определялась государственными чиновниками высшего уровня. У него не было полномочий или права увольнять Лу Чжоу, да он и не стал бы этого делать. В конце концов, разозлить американцев было легко, но разозлить академика Лу было бы непросто… Лу Чжоу увидел, что директор Ли хочет что-то сказать. Лу Чжоу внезапно улыбнулся и заговорил спокойным тоном.

«Не волнуйтесь, на самом деле в мире физики такое случается часто. Министерство энергетики США просто злоупотребляет своей властью, и нам вообще не нужно обращать внимание на жалобы из Брукхейвенской национальной лаборатории».

Директор Ли: «…Это обычное дело?»

Лу Чжоу сказал: «Слишком обычное!»

Споры между научными учреждениями были слишком обычным делом. Однако на этот раз ставки были выше, чем обычно, поэтому споры были более ожесточёнными. В конце концов, это могло повлиять на десятки или даже сотни потенциальных лауреатов Нобелевской премии, а речь шла о миллиардах долларов.

Поскольку Лу Чжоу забрал всё себе, наверняка нашлись бы недовольные. Возможно, если бы он использовал более мягкий подход, например, убедив более половины членов совета, остальным пришлось бы с ним согласиться. Однако у Лу Чжоу не было времени кого-либо убеждать. Не говоря уже о том, что он знал, что прав. Он предпочёл бы убеждать людей научными результатами. Это у него получалось лучше.

Лу Чжоу: «Если вы всё ещё беспокоитесь, можете остаться в Шанхае и подождать, пока я закончу этот эксперимент».

Директор Ли покачал головой и сказал: «Я не могу просто сидеть в Шанхае… В общем, не волнуйся, ты должен оставить немного места для других людей. Только никого не бей. В конце концов, они наши международные друзья, которых поддерживают правительства. Нам нужно их финансирование, верно?»

Лу Чжоу улыбнулся и кивнул.

«Не волнуйся, я бы так не поступил».

Что ж, я на это надеюсь!

Директор Ли не стал озвучивать свои мысли.

Лу Чжоу посмотрел на директора Ли и сменил тему.

«Кстати, как там чипы «Dragon»?

«Хорошо… А что?»

Лу Чжоу улыбнулся и сказал: «Ничего, я просто подумал. Кроме того, я планирую создать эту новинку».

Когда директор Ли услышал это, он сразу же заинтересовался. Он совершенно забыл о жалобах Министерства энергетики США и сразу же спросил: «Что именно?»

Лу Чжоу посмотрел на заинтригованное лицо директора Ли и загадочно улыбнулся.

«Это всё ещё секрет».

Директор Ли: «…»

Глава 1136. Приятно, когда тебя замечают

Лу Чжоу было всё равно, насколько любопытен директор Ли, он не собирался раскрывать ни слова. В конце концов директору Ли пришлось сдаться. Директор Ли вышел из кабинета. Он шёл по коридору, когда вдруг нахмурился и посмотрел на своего помощника.

«…Я что-то забыл?»

Помощник подумал: «Откуда мне знать?»

Однако он, конечно, не стал бы говорить это директору Ли в лицо.

«Конечно, нет, вы никогда ничего не забываете, сэр».

«Нет… Я точно что-то забыл».

Внезапно в голове директора Ли словно зажглась лампочка, и он наконец вспомнил, что забыл. Прежде чем прийти сюда, он разговаривал с академиком Ли Цинцюанем о том, что Лу Чжоу должен уделять больше времени своей жизни и что ему, по крайней мере, стоит завести семью или что-то в этом роде. Однако, когда он услышал, что у Лу Чжоу появилась новая идея, он совершенно забыл об этом.

“ Боже мой, я чуть не забыл!

Директор Ли повернул голову и хотел вернуться в офис, но решил этого не делать.

Несмотря на то, что он только что вышел из офиса, возвращаться только для того, чтобы сказать Лу Чжоу, чтобы тот немного пожил, было немного странно. Это был разговор, который следовало обсуждать за чашкой кофе, это была не серьёзная тема.

«Забудь об этом». Директор Ли покачал головой и вздохнул. Он сказал: «Я оставлю его в покое».

Помощник: «…?»

…

Объявление о планах эксперимента ILHCRC на 2023 год вызвало огромную сенсацию в физическом сообществе. Пик в 750 ГэВ…

До объявления результатов научное сообщество высказывало предположения о том, на чём ILHCRC сосредоточится в следующем году. Люди думали, что они сосредоточатся на поиске критической точки фазового перехода квантовой хромодинамики, или, может быть, продолжат сталкивать протоны и проверять стандартную модель, или, может быть, даже попытаются исследовать тёмную материю… Никто не думал, что Лу Чжоу возродит непопулярный эксперимент с энергией 750 ГэВ, в котором ЦЕРН не добился успеха. Обсуждения распространились с физических форумов на широкую общественность. Посетитель популярного физического форума написал следующий ответ.

[Так приятно, когда тебя замечают крупные игроки в отрасли. Кому какое дело, если вы создадите какие-то результаты научных исследований? У вас будут миллионы на финансирование и как минимум несколько статей для публикации.]

Пока всё физическое сообщество обсуждало этот вопрос, всевозможные слухи распространялись как чума. Ходили слухи, что один лауреат Нобелевской премии был разочарован решением Международного комитета по ликвидации расовой дискриминации. Ходили также слухи, что профессор Уиттл, представитель Соединённых Штатов, хлопнул дверью и покинул встречу. Этот слух получил дополнительное подтверждение на пресс-конференции в Брукхейвенской национальной лаборатории.

Было очевидно, что американское физическое сообщество, как и Брукхейвенская национальная лаборатория, было недовольно результатом. ЦЕРН высказывался менее открыто. Возможно, другие физические исследовательские институты, недовольные решением ILHCRC, выскажутся по этому поводу. Но на данный момент казалось, что ILHCRC не уступил требованиям Брукхейвенской национальной лаборатории. Они почти полностью игнорировали Брукхейвенскую национальную лабораторию и даже распределили конкретные экспериментальные задачи между различными отделами. Brookhaven Science Associates, похоже, были раздражены отсутствием реакции ILHCRC. Через неделю после того, как ILHCRC объявил о своём экспериментальном плане, Brookhaven Science Associates провели ещё одну пресс-конференцию. На пресс-конференции выступал профессор Уиттл. Он был гораздо более агрессивен, чем в прошлый раз.

«Должен сказать, что это идиотское решение! Да, идиотское! Многие выдающиеся учёные провели множество экспериментов с характерным пиком аномалии в 750 ГэВ. Если вы сомневаетесь в их выводах, вы должны доказать, что ваша теория достойна проверки. Это стандартная процедура!»

— Но посмотрите, что произошло? Этот диктатор-председатель, профессор Лу, полностью проигнорировал совет директоров. Он бросил нам план эксперимента и хочет, чтобы мы финансировали его мечту, его несбыточную мечту! Независимо от того, что он думает о характерном пике в 750 ГэВ, он должен следовать стандартным процедурам и обсудить это с правлением ILHCRC!»

Репортёр из зала спросил: «Но, профессор Уиттл, в ILHCRC сказали, что они уже провели встречу и обсудили это с правлением?»

«Это вообще не было обсуждением!» — сказал Уиттл. Казалось, репортёр разжёг огонь в сердце Уиттла, когда тот в ярости сказал: «Я могу гарантировать, что американские учёные не будут участвовать в этом проекте! Все исследователи из Брукхейвенской национальной лаборатории не будут участвовать в этом проекте! Они могут сами тратить своё время впустую! Время покажет, что мы правы!»

На пресс-конференции поднялся шум.

Брукхейвенская национальная лаборатория больше не будет работать с ILHCRC?

Они публично выступают против ILHCRC?

Слова профессора Уиттла, административного директора Brookhaven Science Associates, имели вес.

Брукхейвенская национальная лаборатория участвовала в Манхэттенском проекте и находилась в непосредственном ведении Министерства энергетики США и под совместным управлением Brookhaven Science Associates.

«Brookhaven Science Associates» контролировала Брукхейвенскую национальную лабораторию и подчинялась Министерству энергетики. Если профессор Уиттл говорил правду, то ситуация могла стать интересной. Независимо от того, был ли за этим политический фактор, одно было ясно: «Brookhaven Science Associates» не шутила.

У них уже были теории, объясняющие пик в 750 ГэВ, они утверждали, что это не что иное, как квантовая флуктуация. Уиттл посмотрел на взволнованных репортёров и не смог сдержать улыбку. Если Лу Чжоу хочет потратить время на изучение пика в 750 ГэВ, то он может делать всё, что ему заблагорассудится. Но если эксперимент провалится, у нас будет достаточно оснований привлечь его к ответственности и даже отстранить от должности. Конечно, они не могли сами отстранить Лу Чжоу от должности. Но если бы они объединились с другими исследовательскими институтами, недовольными действиями Лу Чжоу, то смогли бы его сместить. В конце концов, в китайском физическом сообществе не было достаточного количества учёных, чтобы поддерживать масштабную деятельность ILHCRC. В итоге им пришлось сотрудничать с другими странами.

Независимо от того, снимут ли Лу Чжоу с поста председателя или нет, этого провала будет достаточно, чтобы навредить его академической репутации. У Уиттла был чёткий план. Прямо сейчас он был в первых рядах зрителей. Ему оставалось только сидеть и ждать.

Глава 1137. Уход Брукхейвенской лаборатории

Шанхай.

Ресторан рядом со штаб-квартирой ILHCRC.

Ожидание еды всегда было скучным занятием. Обычно Виттен пытался найти себе занятие: иногда он читал газеты, иногда — журналы или что-то, связанное с его хобби. Он просматривал газету, которую взял в своём кабинете, когда вдруг нахмурился и заговорил.

«Уиттл сошёл с ума».

Фрэнк Вильчек, сидевший напротив него, посмотрел на него озадаченным взглядом.

Через некоторое время Виттен заговорил.

«Он пытается использовать общественное мнение, чтобы помочь Brookhaven Science Associates. Он злоупотребляет своей академической властью, заставляя учёных делать неправильный выбор».

Фрэнк Вильчек поднял брови и спросил: «Тогда что бы вы сделали?»

«Если бы мне пришлось выбирать, я бы не стал делать то, что делает он». Виттен отложил газету и сказал: «Независимо от того, что это за эксперимент, это первый эксперимент на Лунном адронном коллайдере. Даже если эксперимент не даст результатов, он станет запоминающимся и историческим».

Виттен сделал паузу на секунду и улыбнулся.

«Не говоря уже о том, что физическое сообщество уже давно не было таким захватывающим».

Вильчек сделал глоток лимонада и сказал.

«Хотел бы я, чтобы оно не было таким захватывающим».

Волнение в мире физики приносило только неприятности. Теоретическая физика могла принести пользу человечеству в целом. По его мнению, и Лу Чжоу, и сотрудники Brookhaven Science Associates принимали нерациональные решения. Конечно, он знал, что… большинство людей в этом мире не рациональны. Он надеялся, что Лунный адронный коллайдер сможет сосредоточиться на более значимых проектах, таких как теория кристаллов времени, которую он исследовал. К сожалению, ему придётся подождать по меньшей мере год, прежде чем он сможет использовать лунный коллайдер для экспериментов.

…

Похоже, что предупреждения Министерства энергетики США не подействовали. После пресс-конференции Брукхейвенская национальная лаборатория взяла дело в свои руки. Поскольку Брукхейвенская национальная лаборатория является центром североамериканских исследований в области теоретической физики, уход из неё, несомненно, стал серьёзным ударом для ILHCRC… По крайней мере, по их мнению. В конце концов, 23% всех физиков и инженеров в ILHCRC были американцами, и более половины этих американских работников трудились в Брукхейвенской национальной лаборатории. Не говоря уже о том, что в эту статистику вошли только те, кто работал на постоянной основе, а не приглашённые учёные. Даже если бы другие американские учёные не были связаны с Брукхейвенской национальной лабораторией, этот уход в большей или меньшей степени повлиял бы на их шансы работать в ILHCRC. Информация об уходе Брукхейвенской национальной лаборатории распространилась по всему сообществу ILHCRC. Почти все обсуждали этот вопрос и то, как это может повлиять на сотрудничество в области физики между Китаем и Соединёнными Штатами. Особенно в отношении американских физиков, работавших в ILHCRC. Несмотря на то, что люди знали, что Уиттл был недоволен решениями Лу Чжоу, выход из Международного комитета Красного Креста всё равно разозлил многих. Казалось, что как бы они ни смотрели на это, для американских сотрудников Международного комитета Красного Креста это было плохо. Этот инцидент оказал значительное влияние на ход реализации проекта с характеристической энергией 750 ГэВ.

В кабинете председателя.

Генеральный секретарь Ло Вэньсюань пришёл сюда, чтобы доложить о ситуации Лу Чжоу.

«… Брукхейвенская национальная лаборатория официально подала мне письменное заявление. Они просят отказаться от всех научных исследовательских проектов в 2023 году и отозвать своих исследователей и инженеров из Шанхая».

Когда Ло Вэньсюань говорил, на его лице было сложное выражение. Он и представить себе не мог, что Брукхейвенская национальная лаборатория отреагирует так радикально. Он не мог поверить, что они отказались от участия в знак протеста против действий Лу Чжоу. Лу Чжоу посмотрел на документ на столе и ничего не сказал. Он поставил свою подпись на документе и вернул его Ло Вэньсюаню.

Ло Вэньсюань посмотрел на Лу Чжоу и не удержался от вопроса: «Тебе, кажется, всё равно?»

— А что тут такого? — Лу Чжоу странно посмотрел на него и сказал: — Они уже оплатили своё финансирование, мне всё равно, указаны они в качестве партнёрского института или нет.

Ло Вэньсюань: «…»

Думаю, в этом есть смысл. Немного поколебавшись, Ло Вэньсюань заговорил.

«Кроме того, что касается характерного пика в 750 ГэВ…»

Лу Чжоу: «Что?»

Ло Вэньсюань сказал: «Я нашёл статью ЦЕРН и прочитал её. Похоже, их эксперимент был довольно подробным, там действительно ничего нет… Если там ничего нет, мы окажемся в неловкой ситуации».

Когда Лу Чжоу услышал это, он вдруг улыбнулся, отложил ручку и поднял взгляд.

«Значит, ты понял статью?»

Ло Вэньсюань вздохнул и сказал: «Я знаю, что ты смотришь на меня свысока, но я действительно понял статью».

Лу Чжоу покачал головой и сказал: «Я не смотрю на тебя свысока, я просто хочу, чтобы ты рассказал мне, что ты извлёк из статьи».

«Что я должен сказать…» Ло Вэньсюань сказал: «По сути, они провели все возможные эксперименты».

Лу Чжоу: «Они проводили столкновение протонов?»

Ло Вэньсюань: «Конечно, записи об экспериментах есть».

Лу Чжоу: «А как насчёт столкновения тяжёлых ионов?»

Ло Вэньсюань на секунду замолчал и сказал: «Тяжёлые… Столкновения тяжёлых ионов? Как это связано с характерным пиком в 750 ГэВ?»

Лу Чжоу сказал: «А как это не связано?»

«…»

Ло Вэньсюань открыл рот, но не смог ничего сказать.

«Если у вас есть время, почитайте более полезные статьи. То, что я назначил вас на административную должность, не значит, что вы можете полностью забыть о физике. Если вам интересно, почему я занимаюсь столкновениями тяжёлых ионов, просто подождите, и вы всё поймёте. Возьмите это».

Ло Вэньсюань взял у Лу Чжоу стопку бумаг формата А4 и спросил: «Что это?»

Лу Чжоу ответил: «Сначала прочитай, а потом спрашивай, если будут вопросы».

Ло Вэньсюань: «…»

Может, сначала скажешь, что это? Ло Вэньсюань хотел спросить Лу Чжоу, какова его роль в эксперименте, но Лу Чжоу заговорил первым.

«Ничего не говори».

Ло Вэньсюань: «?»

Лу Чжоу посмотрел на чертежи на своём столе и сказал. «Я понял».

Ло Вэньсюань: «…»

Понял… что? Мне всё ещё нужно читать эту статью? Ло Вэньсюань чувствовал, что для решения «небольшой проблемы» с пиком в 750 ГэВ не потребуется целый год экспериментов. Он посмотрел на толстую стопку бумаг в своей руке и вздохнул.

Вздох.

Иногда работать на босса-диктатора скучно…

Глава 1138. Высокий риск, высокая награда

Брукхейвенская национальная лаборатория смогла убедить большое количество американских физиков выступить против ILHCRC, вызвав большой резонанс в международном академическом сообществе.

Лу Чжоу был известным учёным, который до этого момента не привлекал к себе внимания. Поэтому СМИ сразу же воспользовались возможностью и начали активно освещать его деятельность. Комитет по лунной орбите находился под жёстким контролем государства, и из-за политики китайского правительства китайские СМИ не осмеливались оскорблять Лу Чжоу. Однако за пределами Китая различные новостные издания устроили ему разнос. Они называли его «академическим диктатором» и «тираном научной школы». В последнем выпуске ток-шоу CNN этот вопрос был упомянут.

Приглашённой гостьей была доктор Керелла из Сиракузского университета. У этой почти сорокалетней женщины, доктора наук, были длинные каштановые волосы и тёмные брови. Было очевидно, что в молодости она разбила немало сердец. CNN пригласила её не потому, что она была известна в мире физики. Вместо этого продюсеры шоу узнали, что на конференции в ЦЕРНе в 2015 году Лу Чжоу, который тогда ещё был стажёром, указал на ошибку в её презентации, касающейся раздела данных эксперимента B1. Это стало огромным ударом по её репутации и разрушило работу её команды за последние два месяца.

Характеристический пик 750 ГэВ был извлечён из раздела данных B1. Таким образом, она была свидетельницей знаменитого события с энергией 750 ГэВ.

— Доказано, что 750 ГэВ — это неправда… Он ничего не найдёт в этой зоне, — сказала Керелла с весёлой улыбкой на лице. Она продолжала заправлять волосы за ухо, пытаясь скрыть волнение.

Ха-ха. Лу Чжоу! Я же тебе говорил!

Ведущий: «Но почему он настаивает на этом?»

Керелла говорила преувеличенно громко.

«Возможно, он боится ошибиться? В конце концов, в то время это вызвало большой переполох… Хотя никто его не высмеивал, возможно, он слишком серьёзно воспринял поражение. У меня сложилось впечатление, что он незрелый и высокомерный исследователь!»

Ведущий: «Хорошо… Но что, если он действительно найдёт что-то в зоне 750 ГэВ?»

— Что-то нашёл? Забудь об этом, прошло уже семь лет. Если бы там что-то было, мы бы уже это нашли. — Керелла сказала: — Если он действительно что-то найдёт, я сожру коллайдер ЦЕРН!

Зрители разразились смехом. После того, как шоу было записано, его показали по телевидению, а затем выложили в интернет.

Изначально видео было загружено на YouTube. Но затем кто-то загрузил его на Weibo.

Университет Цзинь Лин, общежитие 201.

Ли Мо посмотрел на хихикающих гостей и ведущего шоу. Он был в ярости.

«Это возмутительно!»

Ян Шуан, игравший в игры на своём телефоне, сказал: «Успокойтесь, они просто прикалываются, не принимайте это всерьёз».

У Ди нахмурился. «Мне это не нравится».

Дуань Сици кивнул. «Я согласен».

Увидев, что все его соседи по комнате недовольны, Ян Шуан отложил телефон и заговорил: «Ладно, хорошо… Кстати, генеральный директор Дуань, разве у вас сегодня нет работы?

С тех пор, как соседи Дуань Сици увидели его контракт со Star Sky Technology, его стали называть генеральным директором Дуанем.

Он был немного озадачен этим прозвищем. В конце концов, он был всего лишь «подопытной морской свинкой». Семь раз в месяц он тестировал новейшее оборудование виртуальной реальности. С оплатой в 200 юаней за эксперимент это было примерно равноценно работе на полставки. Конечно, самым важным было то, что ему нравились эксперименты.

— Чуть не забыл, — сказал Дуань Сици, закидывая сумку на плечо. Он наклонился, надел кроссовки и сказал: — Не забудь запереть дверь, я вернусь вечером.

Ян Шуан улыбнулся и заговорил:

«Будь нежнее, когда ляжешь спать, в прошлый раз твой толстый зад меня разбудил».

«Отвали!»

…

Зона высоких технологий.

Внутри научно-исследовательского института технологий виртуальной реальности.

Подросток с сумкой через плечо прошёл через охрану и быстро направился в лабораторию.

Ли Гаолян стоял у двери, когда увидел бегущего к нему запыхавшегося подростка. Он серьёзно сказал: «На минуту раньше, заходи, мы все тебя ждём».

«Всё в порядке, мы не начнём сразу…»

Дуань Сици последовал за Ли Гаоляном в лабораторию. Будучи капитаном команды «Возрождение», Ли Гаолян отвечал за руководство и координацию команды, а также за разработку стратегий. Его роль была схожа с ролью лидера гильдии в MMORPG. Обычно товарищи по команде хорошо ладили с этим капитаном. Единственная проблема заключалась в том, что капитан иногда слишком серьёзно относился к играм и был помешан на контроле. Несмотря на то, что большинство его предположений и инструкций были верными, некоторые игроки просто хотели повеселиться. Разве не в этом смысл видеоигры? Их целью было улучшить алгоритм искусственного интеллекта, так почему бы алгоритму не максимизировать удовольствие игрока? Каждый раз, когда Дуань Сици приходил сюда, он думал об этой проблеме. Кроме него, все остальные экспериментаторы уже были в лаборатории.

Люди стояли группами и болтали друг с другом.

«Когда мы сможем изменить игру? Мне надоел мир Кольца!»

«Я думаю, что это довольно интересно, но разве в цивилизации Калан больше нечего исследовать?»

«Это совсем неинтересно, они как минимум на втором уровне Кардашева, верно? Зачем им использовать в качестве оружия медленные энергетические лучи?»

«Тогда что, по-твоему, они должны использовать вместо этого?»

«Если у них нет магии и суперспособностей, то, по крайней мере, у них должны быть мощные лазеры, верно? Вздох, у этих разработчиков игр совсем нет воображения, они не знают, что такое настоящая научная фантастика!»

«Пфф…»

Несмотря на то, что у Китая есть ядерное оружие, оно не используется полицией для борьбы с терроризмом. Существует баланс между эффективностью и стоимостью…

Кинетическая энергия и тепловая энергия, очевидно, являются двумя наиболее распространёнными формами энергии во Вселенной. Дуань Сици не стал озвучивать свои мысли. Спорить об этом было слишком утомительно.

«Теперь, когда все собрались, я должен кое-что сказать».

Разговор затих. Все смотрели на Ли Гаоляна, который стоял у входа в лабораторию, «капитана» команды «Возрождение».

Ли Гаолян сказал: «Мы слишком долго пробыли в мире Кольца».

Парень, который раньше жаловался, заговорил с волнением: «Мы собираемся изменить карту?»

— Нет, — Ли Гаолян на секунду замолчал и сказал: — Только что мы получили уведомление из штаб-квартиры «Звёздного неба». Тот, кто сопроводит профессора Лейна в Имперский совет, получит бонус в размере 100 000 юаней.

В лаборатории внезапно стало тихо. Можно было услышать, как падает булавка. Все затаили дыхание. Человек, который только что жаловался, был так потрясен, что его глаза чуть не вылезли из орбит. Сто тысяч бонусов!

За игру? Дуань Сици подумал, что «Star Sky Technology» сошла с ума. За этим должен быть какой-то секрет, что-то должно быть за кулисами! Ли Гаолян кивнул стоящим рядом с ним исследователям.

Исследователь улыбнулся и хлопнул в ладоши.

— Не удивляйтесь, ребята, это награда, которую вам выдал штаб. В конце концов, мы уже давно застряли на этой миссии, и продолжать заниматься этим довольно скучно.

Начнём же эксперимент. Вы нужны Империи.

Всем удачи!»

Глава 1139. Модель маятника

Споры вокруг характерного пика в 750 ГэВ и новости об уходе Брукхейвенской национальной лаборатории вызвали большой резонанс в международном научном сообществе. Однако Лу Чжоу полностью проигнорировал эти споры и продолжил выполнять свои повседневные задачи как обычно. На Луне не было ни ядерного термоядерного реактора, ни способа установить термоядерный реактор на Луне. Ядерный термоядерный реактор «Пангу» мог нагреть целое озеро воды за несколько часов. Чтобы предотвратить накопление избыточного тепла, пришлось заменить выпускное отверстие для отвода тепла. Отсутствие атмосферы на Луне усложняло задачу. Кроме того, на Луне требовалась высокая мощность. Несмотря на то, что коллайдер потреблял значительное количество энергии, он включался всего на несколько минут за раз. В настоящее время коллайдер работает от солнечной энергии, которая накапливается в виде химической энергии. Чтобы накопить достаточно энергии для трёхминутного эксперимента, требовалось три дня. Однако с этим возникла проблема. Суточный цикл Луны составлял 27,3 дня, половина из которых приходилась на ночь, поэтому световой день длился всего около 13 дней, чего было достаточно для полной зарядки коллайдера 4 раза. Другими словами, в месяц было всего 4 возможности для проведения эксперимента. Каждая возможность для проведения эксперимента была чрезвычайно важной и критической.

В штаб-квартире ILHCRC.

После того, как Ло Вэньсюань передал Лу Чжоу последние экспериментальные данные, он заговорил.

«Скоро стемнеет, и мы сможем провести ещё один эксперимент в этом месяце».

Лу Чжоу посмотрел на документ и нахмурился.

Он вдруг тихо вздохнул и положил документ на стол.

«Если бы мы могли провести ещё несколько тестов и собрать больше данных, наши шансы на успех были бы выше».

Ло Вэньсюань: «Мы можем… В прошлый раз во время совещания кто-то предложил мне построить рядом с коллайдером несколько солнечных батарей и хранилище энергии. Мы сможем увеличить частоту экспериментов в 1,5-2 раза».

Лу Чжоу: «Сколько это будет стоить?»

Ло Вэньсюань неловко ответил: «По самым скромным подсчётам, около миллиарда долларов».

Миллиард долларов… Лу Чжоу услышал эту цифру и невольно поморщился. Даже ему было бы трудно потратить столько денег за раз. У Международного комитета по правам человека был фиксированный бюджет в размере примерно от двух до трёх миллиардов долларов США в год, который распределялся между всеми странами. Это было довольно много по сравнению с бюджетом ЦЕРН в размере одного миллиарда долларов в год. Однако потратить почти половину бюджета в начале года было довольно рискованно. В конце концов, для такого крупного исследовательского института, как ILHCRC, коллайдер был не единственным, на что нужно было тратить деньги. Не говоря уже о том, что добавление солнечной батареи удвоило бы расходы на обслуживание. Несмотря на то, что увеличение количества экспериментов в месяц казалось заманчивым, добавление солнечных батарей было лишь временным решением. Предложение по эксперименту с энергией 750 ГэВ и так было достаточно рискованным, они не хотели добавлять ещё больше рисков.

Лу Чжоу постучал указательным пальцем по столу. Немного подумав, он покачал головой и сказал:

«Не лучшая идея. После каждого эксперимента необходимо проводить техническое обслуживание коллайдера. Увеличение частоты экспериментов приведёт к росту затрат на техническое обслуживание…»

Не говоря уже о том, что это сократит срок службы коллайдера. Частицы высокой энергии нанесли необратимые радиационные повреждения материалу коллайдера. Чем выше уровень энергии в эксперименте по столкновению, тем больше ущерб и затраты на обслуживание. Лунный адронный коллайдер был не единственным коллайдером, столкнувшимся с этой проблемой, эксперименты по столкновению частиц высоких энергий по всему миру страдали от радиационных повреждений.

— Деньги по-прежнему остаются проблемой. Как только коллайдер заработает, мы будем тратить кучу денег…

Ло Вэньсюань вздохнул и сказал: «Если бы мы только могли зарабатывать деньги на Луне».

Лу Чжоу улыбнулся, услышав это. Он покачал головой. Зарабатывать на Луне? Он был не единственным, кому пришла в голову эта идея. Многие люди, в том числе Чэнь Юйшань, предлагали ему эту идею. Очевидно, что на этом этапе было трудно получать прибыль с Луны. Прежде чем он смог бы зарабатывать на Луне, ему нужно было завершить цепочку миссий «Контроль над Землёй и Луной».

Лу Чжоу: «Не беспокойтесь о деньгах. Деньги не могут решить все наши проблемы. Кроме того, через несколько дней Новый год. Когда закончится последний эксперимент, мы все отправимся домой на праздники».

Ло Вэньсюань вздохнул и заговорил.

«Тогда ладно».

…

Последний эксперимент в январе 2024 года закончился тем, что «искры» пронеслись по трубопроводу на расстоянии 360 000 километров. Начался долгий ночной цикл, когда коллайдер перешёл в режим технического обслуживания, готовясь к эксперименту в следующем месяце. Хотя эксперимент закончился, Лу Чжоу совсем не почувствовал облегчения. В течение последних нескольких недель он посещал собрания различных исследовательских групп ILHCRC, слушал презентации данных, которые представляли руководители отделов. Он также встречался с экспертами ILHCRC, чтобы обсудить собранные экспериментальные данные и составить планы новых экспериментов. Огромный объём данных не позволял ему тщательно изучить каждый сегмент данных в деталях. Ему приходилось полагаться на свою математическую и физическую интуицию, чтобы соединить точки. Он до сих пор помнит, как семь лет назад, будучи стажёром, слушал отчёты об экспериментальных данных ЦЕРН. Но теперь он превратился из стажёра в научного руководителя, человека, который определяет будущее физических исследований. Он испытывал ностальгию. Но сейчас не время предаваться сентиментальности. Из-за объёма работы Лу Чжоу захотелось стать клоном самого себя, чтобы одновременно посещать совещания и работать в офисе.

Одиннадцать часов утра.

В конференц-зале.

Лу Чжоу нахмурился, глядя на экспериментальные данные. Результаты последнего эксперимента были неидеальными. Судя по данным, собранным несколькими детекторами, несмотря на наличие характерного пика в 750 ГэВ, уровень достоверности был ниже трёх сигм. Лу Чжоу смотрел на график Далица, когда внезапно заметил серию зелёных точек, расположенных ниже 125 ГэВ.

«Это не было полным провалом, по крайней мере, данные, которые мы собрали в диапазоне низких энергий, согласуются с результатами ЦЕРН. Несмотря на то, что характерный пик в 750 ГэВ кажется слабым, данные эксперимента говорят нам о том, что это вряд ли случайность».

Люди за столом переговоров переглянулись.

Похоже, Лу Чжоу пытался убедить его, что ситуация «не так уж плоха». Немного подумав, Виттен спросил.

«Тогда что, по-вашему, это такое?»

— Я могу только предполагать… — Лу Чжоу на секунду замолчал и продолжил: — Материя, из которой состоят элементарные частицы, — это то, что мы не можем непосредственно наблюдать или понять. Например… посмотрите на часы на стене.

Все повернулись к часам.

Лу Чжоу на секунду замолчал, прежде чем заговорить.

«Посмотрите на качающийся маятник… Когда он раскачивается в стороны, его закрывает корпус часов, поэтому мы его не видим. Мы видим его только тогда, когда он находится ближе к центру».

Виттен с интересом потёр подбородок.

«Это интересная аналогия… То есть вы хотите сказать, что нам просто нужно больше времени, и сокровище появится у нас на глазах?»

Лу Чжоу неопределённо ответил: «Что-то вроде того… Возможно, мы сможем увидеть его только в определённое время».

Фрэнк Вильчек покрутил ручку в руке и спросил: «Как вы планируете проверить это предположение?»

Даже если это можно было наблюдать только при определённых условиях, этот вывод никому не помог. Они пытались найти метод наблюдения, а не оправдания.

Лу Чжоу пожал плечами и сказал: «Что ж, как и в случае с любой гипотезой, для её проверки требуется время, в том числе и для теории временных кристаллов… Конечно, я разработаю эксперимент для решения этой проблемы. Я постараюсь провести эксперимент в следующем месяце».

Виттен сделал паузу на секунду и сказал: «Но ведь скоро китайский Новый год, вы уверены?»

«Всё в порядке, не беспокойтесь обо мне». Лу Чжоу постучал ручкой по столу для совещаний, оглядел комнату и сказал: «Совещание окончено».

Совещание закончилось.

Лу Чжоу вышел из зала для совещаний и вернулся в свой кабинет. Он попросил помощника принести ему сэндвич и чашку кофе. Он достал записи совещания, которые сделал минуту назад, и начал читать.

«В чём же проблема…»

Размышляя, Лу Чжоу постепенно начал накапливать в своей голове идеи и подсказки. Интуиция подсказывала ему, что эти подсказки были именно тем, что ему нужно. Однако эти подсказки были слишком расплывчатыми. Даже после долгих размышлений он не смог найти ответ. Внезапно в правом нижнем углу его ноутбука появилась строка текста, которая прервала ход его мыслей.

Сяо Ай: [Мастер! Хорошие новости! (✿゚▽゚ )]

Лу Чжоу посмотрел на компьютер и сказал: «… Какие новости?»

Сяо Ай: [Хозяин, эксперимент прошёл успешно! (๑•̀ᄇ•́)و]

Эксперимент? Лу Чжоу был потрясён и быстро понял, что происходит. Сяо Ай говорит не о физическом эксперименте. Она говорит о другом эксперименте. Эксперименте с памятью Пустоты…

Глава 1140. Полная синхронизация

С тех пор, как была построена линия магнитной железной дороги от Цзиньлина до Шанхая, поездка из Цзиньлина в Шанхай занимает меньше времени, чем поездка из центра Цзиньлина в аэропорт Цзиньлина.

Менее чем за два часа Лу Чжоу добрался из офиса председателя ILHCRC в подземную лабораторию Института перспективных исследований. Он вошёл внутрь и надел шлем виртуальной реальности. Раньше пользователь ничего не видел после того, как надевал шлем. Однако инженеры из Института перспективных исследований Цзиньлин добавили встроенный экран интерфейса для всех шлемов системы Phantom. Это сделало управление системой Phantom более удобным для пользователей.

«Сяо Ай».

Сяо Ай: [Привет, хозяин. ('▽

Лу Чжоу: «Мне нужно пройти миссию самому?»

Сяо Ай: [Не нужно, Сяо Ай считает, что хозяин не сможет пройти уровень даже с оптимальной стратегией. (≧∇≦)]

Сяо Ай: [Поэтому Сяо Ай создала специальный режим 100-процентной синхронизации. Пользователь может смотреть игру от первого лица. Пользователь может в любой момент остановить синхронизацию. Однако, если пользователь захочет снова синхронизироваться, ему придётся начать с самого начала! ́∀`]

Лу Чжоу: «…Спасибо».

Сяо Ай: [Ха-ха ┌( ಠ‿ಠ)┘]

Несмотря на то, что Лу Чжоу почувствовал себя оскорблённым программой с искусственным интеллектом, Сяо Ай оказал ему огромную услугу, поэтому он решил не обращать внимания на оскорбление. После того, как Лу Чжоу пробормотал «начать соединение», экран внутри шлема постепенно начал темнеть, и он вошёл в виртуальное пространство…

…

Имя пользователя, который прошёл уровень, было: «Фанат профессора Лу». Увидев это имя пользователя, Лу Чжоу мгновенно покраснел.

Его удивило, что кто-то из команды «Возрождение» действительно прошёл этот уровень. Хотя он не знал, как зовут Ли Гаоляна, он понимал, что у Ли Гаоляна не могло быть такого «отвратительного» имени пользователя.

Началась синхронизация плеера.

Лу Чжоу наблюдал за игровым процессом от лица своего «фаната». После того, как он последовал за капитаном Инсом и спас профессора Лейна, на них напала группа неизвестных вооружённых людей. Как обычно, группа сопровождения была разделена на две части: одна продолжала лететь вперёд, а другая переключилась на наземный бой. После пяти минут ожесточённого сражения прибыли два огромных дрона поддержки, уничтожившие всё вокруг. То, что произошло, потрясло Лу Чжоу. Игрок сразу же откатился к днищу машины. Игрок использовал энергетический щит на крыше машины, чтобы блокировать первую волну энергетических лучей. Затем он плавно выкатился с другой стороны машины и поднял с земли электромагнитный излучатель. Он направил его в небо и нажал на спусковой крючок.

Светло-голубая волна расправилась, как гигантская сеть, и два дрона мгновенно упали на землю, как подстреленные птицы. Машина, которую он использовал в качестве укрытия, тоже взорвалась. Дым от взрыва окутал его тактическую маску. Казалось, всё было сделано идеально, секунда в секунду. Если бы он был хоть на секунду быстрее или медленнее, то погиб бы. Лу Чжоу был ошеломлён. Капитан Инс был неподалёку и заговорил с Лу Чжоу.

«…¥#@%, что только что произошло?»

Слово в канале связи было зацензурировано. Очевидно, это было ругательство. Игрок взглянул на капитана Инса. Затем он немедленно поднял винтовку и начал стрелять по оставшимся врагам. Несмотря на то, что Лу Чжоу не играл за себя, наблюдать за битвой от первого лица было довольно круто. Внезапно ему в голову пришла мысль. Он всегда задавался вопросом, как лучше всего показывать фильм с помощью технологии виртуальной реальности. Но теперь он понял, что лучшим вариантом может быть фильм от первого лица. Лу Чжоу сделал пометку в уме и снова сосредоточился на поле боя. Понеся большие потери, противник решил отступить.

Капитан Инс похвалил Лу Чжоу за то, что он сбил два беспилотника. Поскольку его летательный аппарат был повреждён в бою, капитан Инс попросил его присоединиться к другому аппарату. По пути было ещё две захватывающие битвы. Профессора Лейна наконец-то сопроводили в Имперский совет. Лу Чжоу наконец-то смог увидеть продолжение истории.

Внутри величественного здания Имперского совета. Честно говоря, Лу Чжоу не ожидал, что каланы окажутся творческой расой. Однако всё изменилось, когда он увидел это великолепное здание. Два чёрных здания в форме пирамид были поставлены друг на друга, верхушками друг к другу. Одно из них стояло на земле, а другое висело в воздухе вверх ногами. Здание было похоже на песочные часы. Оно символизировало порядок и равенство, а пирамиды соответствовали верхней и нижней палатам парламента Империи.

Технология антигравитации?!

Когда Лу Чжоу увидел перевёрнутую пирамиду, он был поражён. Они спустились к подножию пирамиды. Профессор Лейн посмотрел на высокое здание и вздохнул с облегчением. Это было самое безопасное место в Империи.

Лу Чжоу наконец завершил свою миссию.

Профессор Лейн оглянулся на Лу Чжоу и улыбнулся. Он протянул ему руку.

«Большое тебе спасибо, солдат. Ты только что спас нашу цивилизацию… Кстати, я ещё не знаю твоего имени».

Персонаж Лу Чжоу неоднократно спасал профессора Лейна во время трёх сражений. Именно поэтому профессор Лейн был так благодарен Лу Чжоу. В противном случае такой выдающийся учёный, как Лейн, никогда бы не заговорил с обычным солдатом. В цивилизации Калан была сильная классовая структура. В целом, род занятий определял личность и статус человека, а также то, в каком доме он мог жить и к каким материальным ресурсам имел доступ. Лу Чжоу догадывался, почему солдаты находились в самом низу социальной лестницы. Возможно, империя Калан на протяжении веков жила в мире, отодвинув военных на второй план.

Увидев, что персонаж Лу Чжоу ничего не говорит, Лу Чжоу быстро вышел из режима синхронизации и взял управление персонажем на себя.

«Меня зовут Лу Чжоу».

«Лу… Чжоу?»

Профессор Лейн посмотрел на Лу Чжоу и сказал: «Какое интересное имя. Я много лет живу в секции C-12-01, но никогда не слышал такого имени».

Лу Чжоу попытался придумать причину. — Это потому, что я с сельскохозяйственной планеты… У нас там другие имена.

Профессор Лейн с любопытством спросил: «Интересно, у меня есть друг, который изучает сельскохозяйственные планеты, и ему было бы интересно поговорить с вами… Если хотите, я могу вас с ним познакомить».

Лу Чжоу: «Меня больше интересует физика… Можно я поговорю с тобой о физике?»

Как будто Лу Чжоу только что рассказал забавную шутку, профессор Лейн улыбнулся и сказал: «Физика? Это слишком эзотерично и в то же время широко. Прежде чем мы начнём обсуждать, я предлагаю вам пройти через систему и постараться как можно лучше учиться. Если после службы в армии вы всё ещё будете интересоваться физикой, вы можете найти меня в Институте физики в районе c-12-01».

Лу Чжоу всё ещё хотел поговорить с профессором Лейном, но подошёл капитан Инс. Капитан посмотрел на учёного и сказал.

«Уважаемый профессор Лейн, ваша личность подтверждена. Совет приглашает вас в здание совета. Ваша встреча скоро начнётся».

Профессор Лейн искренне сказал: «Спасибо вам всем за это. Кроме того, я надеюсь, что вы сообщите о нападавших в имперское разведывательное управление. Я и представить себе не мог, что у кого-то хватит наглости на такое».

Капитан Инс заговорил торжественно.

«Наш отдел разведки уже собирает улики. Я уверен, что мы выясним, как нападавшие завладели оружием».

Профессор Лейн кивнул и ничего не сказал. Он развернулся и направился к главному входу в здание. Капитан Инс посмотрел на Лу Чжоу и на секунду задумался, прежде чем спросить: «Ты тоже хочешь пойти?»

Когда капитан Инс сказал это, Лу Чжоу заметил, что другие солдаты завидуют ему.

Лу Чжоу знал, что в армии Империи это было проявлением уважения. Поэтому он последовал примеру капитана Инса и отдал своё оружие стражникам у входа в здание совета.

Это был центр Империи. Здесь хранились секреты высочайшего уровня. Лу Чжоу последовал за капитаном Инсом в этот величественный зал.

У него было чувство, что…

Профессор Лейн скоро раскроет Оракула.

Он наконец узнает, что пытается сказать ему высокотехнологичная система.

Глава 1141. Кварковые звезды

Лу Чжоу подумал, что в этом величественном здании в форме песочных часов будет много этажей. Однако он обнаружил, что большая часть пространства была пустующей. Полы внутри здания были с высокими потолками. Ощущение вертикального пространства придавало всему залу величественный и торжественный вид. Казалось, что это не конференц-зал, а зал суда. Необычно высокий стол для совещаний создавал такое же впечатление. Стол для переговоров имел форму подковы и был расположен по периметру комнаты. На нижних скамьях сидели обычные члены парламента. На верхних скамьях сидели люди более высокого статуса, такие как министры, председатель парламента и даже правитель империи — консул. Какая странная цивилизация. Несмотря на то, что это было явно капиталистическое общество, государственная/политическая структура не казалась эффективной. Скорее, она была глубоко укоренена в религии. Лу Чжоу предположил, что это может быть связано с тем, что каланы ценят философию и эстетику.

К сожалению, Лу Чжоу не был социологом, поэтому он сосредоточил своё внимание на более важных вещах…

Вскоре собрание началось. Лу Чжоу стоял в стороне от зала вместе с капитаном Инсом, смешавшись с двумя другими охранниками. Лу Чжоу спокойно ждал пять минут, пристально глядя на стол для совещаний. Наконец консул, сидевший в центре стола для совещаний, посмотрел на профессора Лейна и спокойно спросил.

«Вы — профессор Лейн?»

Профессор Лейн кивнул и вежливо ответил:

«Да, Ваша честь».

«В мире Кольца ходят слухи о чём-то под названием «Оракул». Согласно расследованию разведывательного управления, все источники ведут к вам.»

Могущественный консул Калана продолжил властным тоном: «Я хочу знать, почему вы доставляете столько хлопот Империи. Парламенту и народу Империи нужны объяснения».

Столкнувшись с осуждающими взглядами членов парламента, профессор Лейн сохранил самообладание и спокойно сказал.

«Ваша честь, я должен исправить ваше утверждение. Во-первых, Оракул — это не слухи. Наша цивилизация действительно столкнулась с беспрецедентным кризисом. Во-вторых, как учёный, я отвечаю за свои слова. То, что я говорю, — правда».

В конференц-зале поднялась суматоха.

Большинство законодателей, занимавших более низкие должности, переглядывались и перешёптывались, время от времени даже посмеиваясь. Кризис? Если бы это было три столетия назад, это слово произвело бы гораздо больший эффект. Тогда мир был полон обречённых. Но с тех пор, как был построен мир Кольца, Империя процветала. Судя по нынешним темпам роста населения, они могли бы поддерживать это процветание веками. Им не грозил никакой кризис. Поэтому было нелепо даже упоминать о его возможности. На лице консула играла игривая улыбка. В его глазах читалось презрение и насмешка, когда он говорил.

«Тогда скажите мне, профессор Лейн, что именно это за кризис? Ваша теория об инопланетянах?»

«Нет».

Профессор Лейн нахмурился, глядя на консула, и начал объяснять своё утверждение.

«Я не уверен, что кризис возник из-за них, но он с ними связан».

За столом для совещаний поднялась ещё большая суматоха. Учёный оглядел присутствующих:

«Я хочу сказать, что мы не одни во Вселенной. Даже если в 500 световых годах или даже в 50 000 световых лет нет никаких следов жизни, это не значит, что жизни вообще нет. Крайне маловероятно, что мы единственные разумные существа во Вселенной».

Консул посмотрел на профессора Лейна.

«Эта теория была популярна много лет назад, и я не собираюсь обсуждать её с вами здесь. Даже если они существуют, из-за огромного расстояния мы никогда не сможем с ними взаимодействовать. Так почему это важно для нас?»

Каланы не были цивилизацией, которая хотела завоевать весь мир. Вместо того, чтобы расширять территорию Империи, они были больше заинтересованы в укреплении мира и сплочённости своего народа. Именно поэтому они смогли создать такое величественное гигантское инженерное сооружение, каким был мир Кольцо. Инопланетяне? Несмотря на то, что в начале космической эры люди хотели установить контакт с внеземными цивилизациями, от этой идеи отказались в первые годы космической колонизации.

Профессор Лейн кивнул и обратился к консулу.

«В идеальных условиях изоляция — мудрый выбор. Нам не нужно беспокоиться о видах, которые находятся на расстоянии десятков тысяч световых лет от нас… Однако проблема не в том, что они вышли на связь с нами, а в том, что мы вышли на связь с ними».

Суматоха в комнате внезапно прекратилась.

Как будто выстрелил пистолет. В глазах консула мелькнуло удивление. Консул посмотрел на профессора Лейна.

«Где доказательства?»

«Я опубликовал свои выводы в статье 127 дней назад, но именно из-за этой статьи моя жизнь находится в опасности… Если бы не капитан Инс и его команда, я бы попал в плен к нападавшим».

Капитан Инс, стоявший в стороне от конференц-зала, кивнул и вежливо сказал.

«Мы рады, профессор Лейн, ваши права защищены государством. Независимо от того, признает вас парламент виновным или нет, у вас всё равно есть права».

Профессор Лейн кивнул в знак благодарности.

Он оглядел стол для совещаний и продолжил.

«Чтобы мы пришли к взаимопониманию, я снова представлю своё исследование».

Он открыл свой чемодан и достал из него призму размером с большой палец. Когда он слегка надавил на призму, она начала излучать синий свет. Внезапно в воздухе появилось проецируемое изображение. Это голографическая проекция? Лу Чжоу был заинтригован. Это своего рода голография для невооружённого глаза с сенсорным интерфейсом? Как такое возможно? Он чувствовал себя ребёнком из пригорода, который только что попал в город. Все в совете, кроме Лу Чжоу, не были удивлены тем, что увидели. Они молча смотрели на голографический экран и ждали, когда профессор Лейн продолжит.

«…Мы все знаем, что между чёрными дырами и нейтронными звёздами существует нечто, что мы называем кварковыми звёздами. Они состоят из верхних, нижних и странных кварков. Эти звёзды размером с горошину, но весят сотни миллионов тонн».

Профессор Лейн сделал жест рукой.

«Исследования кварковых звёзд всегда были на переднем крае физики. Они учат нас извлекать из чёрных дыр необходимые нам материалы. Некоторое время назад нам посчастливилось обнаружить и проанализировать кварковую звезду, которая находится на расстоянии 23 000 световых лет…

«И его размер… примерно с эту ручку».

Когда Лу Чжоу услышал это, он был ошеломлён.

Кварковые звёзды!

Они действительно существуют?!

Физики на Земле считали, что «кварковые звёзды» — это вымышленные экзотические звёзды, которых не существует… Теория его существования восходит к предположению, выдвинутому Виттеном в 1980-х годах, в котором он сказал, что «большая масса странных кварков может образовывать основное состояние сильно взаимодействующей системы». Существовали предположения о его существовании на ранних переходных этапах развития Вселенной, вызванных взрывами сверхновых, столкновениями нейтронных звёзд и т. д.

Однако условия для существования кварковой звезды были суровыми. Теоретически, если бы она вступила в контакт с каким-либо веществом, она бы мгновенно взорвалась, высвободив огромное количество энергии.

Таким образом, ни астрофизики, ни физики элементарных частиц не нашли доказательств его существования. До сих пор единственным предположением было то, что космические лучи чрезвычайно высокой энергии с энергией частиц выше 10^19 эВ могут исходить от кварковых звёзд. Однако, как и нейтрино, эти космические лучи было трудно зафиксировать. Но профессор Лейн уверенно заявил, что во Вселенной есть кварковая звезда, достаточно большая, чтобы её можно было увидеть невооружённым глазом. Если бы всё это было правдой, всё научное сообщество сошло бы с ума… Лу Чжоу не мог не взволноваться. Однако его волнение продлилось недолго. Потому что он знал, что даже если бы он узнал о существовании этой экзотической звезды, он не смог бы доказать это другим. Он не мог использовать эту «Пустотную память» в качестве доказательства. Он даже не знал, где находятся каланианцы и существуют ли они до сих пор. Лу Чжоу почувствовал себя немного подавленным. Если бы я только мог найти координаты кварковой звезды или получить технологию для её поиска. Не думаю, что эта информация есть в Памяти Пустоты. Она так близко передо мной, но в то же время так далеко…

«… Господа, это прорыв. Кварковая звезда, достаточно большая, чтобы её можно было увидеть невооружённым глазом!»

— Какой в этом смысл? — сказал член парламента. Он посмотрел на взволнованного профессора Лейна и продолжил: — Даже самый современный исследовательский корабль в Империи не может пролететь 230 000 световых лет.

Член парламента говорил довольно громко.

Профессор Лейн посмотрел на члена парламента и заговорил.

«Любая теория бесполезна сразу после её создания… Если мы её не понимаем, то не сможем сделать её полезной. По сути, я отвечаю за исследование кварковой звезды. Сначала мы думали, что она неподвижна, но затем мы проанализировали гравитационную волну и обнаружили интересную закономерность… Это означает, что кварковая звезда технически не находится в движении. Однако она движется к центру галактики по световому мосту!»

Консул откашлялся и заговорил серьёзным тоном.

«Это Имперский совет, нас не интересует теоретическая физика».

«… Главное, что это открытие изменило всё, что мы знаем, — серьёзно сказал профессор Лейн. — Эта кварковая звезда была создана человеком. Её создала другая цивилизация.

Цивилизация, которая её создала, вероятно, намного более развита, чем мы».

Глава 1142. Стихийное бедствие

В комнате воцарилась неестественная тишина.

Более развитая цивилизация внезапно стала реальностью. Члены парламента смотрели друг на друга с изумлением в глазах. Это была непростая ситуация, потому что такого в истории Империи ещё не случалось. Единственными разумными инопланетными существами, которых они нашли, была группа ящериц, использующих простые инструменты и не умеющих даже разводить огонь. Империя Калан не была заинтересована в установлении дипломатических отношений с инопланетными расами, они вообще не были заинтересованы в общении с инопланетными расами. Они могли легко производить достаточно товаров, чтобы удовлетворить потребности своего населения. Установление дипломатических отношений с внеземной расой означало бы, что им пришлось бы восстановить свои военно-космические силы и инвестировать в военные технологии. Одно можно было сказать наверняка: менее развитая цивилизация находилась в невыгодном положении. Одно лишь существование более развитой цивилизации принесло бы в Империю неопределённость и хаос. Только посмотрите, сколько проблем уже причинил Оракул. В парламенте царил хаос.

Восприимчивость к новой информации была преимуществом каланийцев, но также и их недостатком.

Консул подпер голову руками и погрузился в размышления. Это был распространённый приём, которым пользовались каланийцы; он позволял их сознанию почувствовать себя ближе к Вселенной. Однако даже Вселенная не могла ответить на его вопрос.

Молчание длилось около минуты. Наконец он заговорил.

«Вы сказали, что они сами связались с нами».

— Да, — профессор Лейн посмотрел на консула и кивнул. Он серьёзно сказал: — Сначала мы думали, что кварковая звезда — это какой-то космический зонд или оружие, способное уничтожать планеты. Но после тщательного исследования результат превзошёл наши ожидания. Наш детектор гравитационных волн показывает, что он испускает прерывистые волны траектории. Информация, содержащаяся в каждой волне, кажется неслучайной. Очевидно, что это не космический зонд, потому что ни один метод передачи информации не может сравниться с его скоростью передвижения. С другой стороны, это тоже не может быть оружием. Нет смысла делать оружие таким очевидным. Они могли бы легко расширить его гиперпространственный канал и сделать его необнаружимым. Таким образом, мы пришли к выводу, что это своего рода устройство для передачи сигналов. Оно использует гиперпространство, чтобы посылать гравитационные волны в окружающую среду».

В зале заседаний совета воцарилась тишина.

Все были обеспокоены. Несмотря на то, что физика, лежащая в основе этого, была для них сложной, профессор Лейн объяснил всё простым языком. Если бы это было оружие, оно бы сделало всё возможное, чтобы скрыть своё существование, и не было бы необходимости делать его таким заметным.

Министр науки и технологий нахмурился и заговорил:

«Вы говорите, что он транслирует информацию… Но как вы можете понять, что он говорит?»

Профессор Лейн посмотрел на него и спокойно сказал: «Физикой управляется Вселенная, а математика — это язык Вселенной. Нам нужна лишь простая формула, например a2+b2=c2, чтобы сообщить другой стороне, что сообщение исходит от разумной расы. Кроме того, мы можем приложить математическое утверждение, которое мы недавно решили или ещё не решили. Это покажет другой стороне уровень нашей цивилизации… Потому что математика тесно связана с развитием цивилизации».

Консул: «…И что?»

Лейн: «Они сделали нечто подобное. Анализируя информацию, содержащуюся в гравитационных волнах, мы получили ряд сложных математических выражений и нечто похожее на хеш-таблицы. Несмотря на то, что это потребовало много работы, мы наконец расшифровали код…»

Министр обороны сжал кулак и спросил.

«Что говорилось в информации? Это запрос на контакт? Объявление войны? Или…»

«Ни то, ни другое, — Лейн покачал головой и сказал, — они показали нам свой уровень цивилизации, а затем рассказали нам о… Оракуле».

Голографическое изображение в воздухе сформировало изображение специальных математических операторов. Вскоре изображение сменилось тремя строками текста.

Приближается стихийное бедствие.

Наша вселенная сталкивается с беспрецедентным кризисом.

Берегитесь!

В отличие от краткого объявления войны, такого рода предупреждение было более двусмысленным и пугающим. Что именно представляло собой стихийное бедствие?

Что это был за беспрецедентный кризис?

Почему они должны были остерегаться? В сообщении не была учтена более важная часть. Профессор Лейн посмотрел на безмолвный зал совета.

«Джентльмены, вот что такое Оракул. Несмотря на то , что мы смогли извлечь из кода только три предложения… Я считаю, что нам достаточно воспринимать это всерьёз. Итак, вы всё ещё думаете, что оракул — это просто слухи?»

Никто не ответил.

Даже член парламента, который раньше насмехался над ним, был в ужасе. Консул долго смотрел на учёного. Наконец он серьёзно спросил:

«Последний вопрос, вы ответили?»

— Нет… — профессор Лейн пожал плечами и сказал: — Даже если бы мы захотели, из-за расширения Вселенной наш сигнал не смог бы достичь кварковой звезды.

Когда консул услышал это, он почувствовал облегчение. Почти все в комнате вздохнули с облегчением. Даже если бы они освоили сверхсветовую связь, не было бы способа передать сообщение на такое расстояние за короткое время. Не говоря уже о том, что кварковая звезда движется к центру галактики с астрономической скоростью. Консул откинулся на спинку стула и заговорил.

«Независимо от того, правда это или нет, вы не имеете права обнародовать эту информацию без разрешения».

Профессор Лейн знал, что консул скажет это, поэтому кивнул и заговорил.

«Я знаю, это моя вина, но я был вынужден это сделать. Я знаю, насколько слаба наша цивилизация. Чтобы предотвратить наихудший сценарий, кто-то должен что-то сделать».

Консул вздёрнул подбородок; казалось, он был недоволен ответом учёного. Он заговорил громче.

— И что, по-вашему, мы должны делать? Верить в послание от неизвестной стороны? Верить в то, что у этих пришельцев добрые намерения? Что, если они нападут на нас, завоевав наше доверие? Кто может гарантировать, что это не ловушка? Не говоря уже о том, что если действительно произошла катастрофа, почему они не устраняют её сами? Почему они возлагают надежды на более слабую цивилизацию?

«И если у них действительно благие намерения, они должны просто сказать нам, что это за стихийное бедствие!»

Профессор Лейн пожал плечами.

«Я не исключаю такой возможности, но думаю, что это маловероятно. Я думаю, что есть сотня более эффективных способов атаковать нас, например, направить на нас кварковую звезду».

Председатель парламента: «Может быть, они не знают, где мы находимся».

Профессор Лейн рассмеялся.

«Хватит шутить, даже слепой может найти этот гигантский кольцевой мир.

— Довольно! — сказал консул, пристально глядя на учёного. — Вы арестованы за подстрекательство и подрывную деятельность. С вас снимут учёное звание и отправят в тюрьму на Полярной звезде.

Профессор Лейн: «Где проходит суд?»

Консул ответил: «Это только что произошло».

Империя Калан давно отказалась от смертной казни. Самым суровым наказанием была ссылка в самую отдалённую тюрьму Империи, где заключённый проводил остаток своей жизни. В каком-то смысле это было более болезненное наказание, чем смерть. В конце концов, для каланийцев смерть была не чем иным, как возвращением к духу вселенной. Постоянное изгнание означало, что им придётся пережить сто лет страданий. Лейн пожал плечами и некоторое время молчал, прежде чем сказать.

“Это худший выбор, но все в порядке”.

Он кивнул консулу, когда к нему подошел охранник.

“Наденьте на меня наручники, моя миссия окончена”.

В зале совета снова поднялась суматоха.

Консул сделал вид, что ничего не слышал, уставившись на мужчину, на которого надели наручники. Перед тем как его увели, профессор Лейн внезапно поднял голову и посмотрел на консула, сидевшего за столом консула.

«Прежде чем отправить меня к Полярной звезде, у меня есть последняя просьба».

Консул: «Говори».

— Это касается моего имущества. Лейн сделал паузу на секунду и сказал: «У меня нет ни детей, ни ближайших родственников. Прежде чем меня посадят, я хочу распорядиться своим имуществом».

В Империи действовали законы о защите частной собственности. Пока имущество было получено законным путём, государство никогда не конфисковывало активы граждан.

Консул посмотрел на министра юстиции, и тот кивнул ему. Затем консул посмотрел на профессора Лейна.

«Согласно законам Империи, ваш запрос обоснован. Прежде чем вас отправят к Полярной звезде, вы можете выбрать преемника».

Профессор Лейн поднял руки в наручниках и указал на Лу Чжоу, который стоял в стороне от комнаты.

«Я хочу отдать ему все свои сбережения. Это он благополучно доставил меня сюда».

Консул взглянул на солдата, стоявшего в стороне от зала, и взмахнул рукой. В воздухе появились две зелёные голографические удостоверения личности; консул пальцем перенёс данные с одного голографического удостоверения на другое.

«Рейнхардт, не так ли? С этого момента вы будете владеть всем имуществом профессора Лейна».

Прежде чем профессор Лейн ушёл, он удивлённо посмотрел на Лу Чжоу, вероятно, он не ожидал, что Лу Чжоу даст ему «вымышленное имя».

Однако профессор Лейн ничего не сказал. Его тихо увели охранники.

Страница книги Передовая Технологическая Система Учёного в интернете

Table of Contents

Morning Star LL. Передовая Технологическая Система Учёного

1 Передовая Технологическая Система Учёного

Глава 1. Шок! Работа с шестизначной зарплатой в итоге...

Глава 2. Образ жизни гениального студента не нуждается в представлении

Глава 3. Истинный гений никогда не тратит впустую свое время

Глава 4. Все изучают темы, я - книги

Глава 5. Прежде чем крутить барабан, важно умыться!

Глава 6. Один метод доказательства теоремы

Глава 7. В сравнении с гением все остальные — мусор

Глава 8. Оптимальная обратная теория линейных операторов и линейной функции

Глава 9. Боюсь, я учился в лже-университете

Глава 10. У меня две девушки

Глава 11. Даже гении имеют недостатки

Глава 12. Зависть воздвигла мне преграды

Глава 13. Если вам не стыдно, то мне еще стыдно!

Глава 14. Иди работать, умник

Глава 15. Способ монетизировать баллы

Глава 16. Нет никого лучше него!

Глава 17. Подача на рассмотрение статьи!

Глава 18. Сто опыта, что заставили сойти с ума

Глава 19. Три задания, что довели, пользователя

Глава 20. Два гения и один мусор?

Глава 21. На самом деле он честный человек

Глава 22. Нужный подход для написания статей

Глава 23. Классический пример задачи по математическому моделированию про торговцев и сопровождающих

Глава 24. Первое занятие

Глава 25. Я счастлив

Глава 26. Кто я? Где я? Что я пишу?

Глава 27. Занимайся больше, твоя голова пустая!

Глава 28. Последняя встреча на первом курсе

Глава 29. Может... это талант?

Глава 30. Давай сыграем в шашки, ходи первым

Глава 31. Сколько не ем, все не толстею

Глава 32. Правильный метод использования системы — полностью измотать себя?

Глава 33. Настырный таракан

Глава 34. Не ценят деньги

Глава 35. Я топовый саппорт!

Глава 36. Беда, брат Чжоу!

Глава 37. Я согласен

Глава 38. Протянуть руку в час нужды

Глава 39.

Глава 40. Беспредел какой-то

Глава 41. Заберите посылку

Глава 42. Я хочу быть ученым

Глава 43. Пощада? Что это?

Глава 44. Обида от одиночки

Глава 45. Перепугаться до чертиков, хорошенько подумав

Глава 46. Ночная зубрежка Python

Глава 47. Разработка приложения в качестве практики

Глава 48. Оказывается, написание статей тоже приумножает благосостояние

Глава 49. Такая потеря!

Глава 50. Ботан не способный применить знания на практике — не настоящий ботан

Глава 51. Внезапное озарение

Глава 52. Опять в трендах

Глава 53. Предоставление кредита

Глава 54. Какой слабый студент

Глава 55. Пожалуйста, не используйте ресурсы системы на тупые задачи

Глава 56. Снова нищий, поскольку нельзя своему ребенку давать плохой старт

Глава 57.

Глава 58. Выбор капитана

Глава 59. Нужен отгул? Реши задачи

Глава 60. Начало конкурса!

Глава 61. Семьдесят два часа тяжкого труда

Глава 62. Если бы ты не налажал, я перестал бы тебя уважать

Глава 63. Как минимум национальная награда!

Глава 64. Провинциальная защита

Глава 65. Оценка экспертов

Глава 66. Национальные чемпионы!

Глава 67. Неудача

Глава 68. Могу я потрогать твою награду?

Глава 69. Непостижимая теория чисел

Глава 70. Доказательство гипотезы!

Глава 71. Вы даже не представляете радости быть гением

Глава 72. Изумление Делиня!

Глава 73. Я пока не хочу в космос

Глава 74. Секреты системы

Глава 75. Правильный метод обучения ИИ?

Глава 76. Хорошо быть прагматичным

Глава 77. Три безумных задания

Глава 78. Отвечая на вопрос Цянь Сюэсэня

Глава 79. Репортеры снизу!

Глава 80. Лу Чжоу, ты в трендах!

Глава 81. Тайные наблюдения Лу Чжоу

Глава 82. Нельзя даже на лекцию сходить…

Глава 83. Я все еще не верю

Глава 84. Я не заслуживаю таких почестей…

Глава 85. Оказывается, тебе помогает эксперт!

Глава 86. Научиться у успешного человека

Глава 87. Привлечение в компанию

Глава 88. Рухнувший образ

Глава 89. Первое собрание клуба

Глава 90. Самовлюблённость — это болезнь

Глава 91. Запрос от научно-исследовательского института?

Глава 92. О значении метафизики в науке…

Глава 93. Недостаток навыков…

Глава 94. Ты сможешь или нет?

Глава 95. Этого не может быть!

Глава 96. Верно!

Глава 97. Не смей динамить меня!

Глава 98. Это ненаучно

Глава 99. Все гении такие?

Глава 100. Заключительный отчет!

Глава 101. Небольшой вклад

Глава 102. Инвестиция в 5 миллионов

Глава 103. Умывание лица не помогло

Глава 104. Как и ожидалось

Глава 105. Самое грустное...

Глава 106. Интересно

Глава 107. Победитель получает все

Глава 108. Капитализм — зло

Глава 109. Для гения не бывает слишком много дипломов

Глава 110. Я желаю тебе светлого будущего

Глава 111. Бедность, скрытая за улыбкой

Глава 112. Ежегодное награждение

Глава 113. Множество талантов

Глава 114. TOEFL экзамен

Глава 115. Соперник вне твоей лиги

Глава 116. Я не очень разбираюсь в аниме

Глава 117. Прибытие в Принстон!

Глава 118. Исторический момент?

Глава 119. По-джентльменски

Глава 120. Не упусти этого белого голубя

Глава 121. Вечер математиков

Глава 122. Вырвавшееся вдохновение

Глава 123. Гений или сумасшедший?

Глава 124. Свидетели великого момента

Глава 125. Я просто хочу вернуться и поспать

Глава 126. Церемония закрытия

Глава 127. Поднятие уровня!

Глава 128. Система, дай мне фанту!

Глава 129. Спасибо, что придал мне смелости

Глава 130. Письмо покойного императора

Глава 131. Притворись, что я не спрашивал

Глава 132. Возвращение домой на Новый год

Глава 133. Дети не должны лезть в дела взрослых

Глава 134. Наблюдая за усердием пользователя…

Глава 135. Групповое свидание

Глава 136. Tpи секунды спустя

Глава 137. Задача равновесия в Гильбертовом пространстве

Глава 138. Плагиат?

Глава 139. Наглейший обман!

Глава 140. Доказательство

Глава 141. Сам посмотри новости

Глава 142. Слабак

Глава 143. Десять тысяч челoвек

Глава 144. Статья опубликована

Глава 145. Эта паpа невыносима

Глава 146. Проведи занятие

Глава 147. Неотъемлемая часть жизни

Глава 148. Защита

Глава 149. Выпускной для одного

Глава 150.

Глава 151. Увидеть исторический момент?

Глава 152. Мнe все сделать или ты сам?

Глава 153. Красивый и смертоносный

Глава 154. Первые обломки

Глава 155. Проверка от академика

Глава 156. Стажер LHCb

Глава 157. Прибытие в Швейцарию!

Глава 158. Соответствующее поpучение

Глава 159. Oдна плoхая и одна хорошая новость

Глава 160. У меня есть вопрос

Глава 161. Физика — строгая дисциплина

Глава 162. Эдвард Виттен

Глава 163. Отчаянная дотошность

Глава 164. До дна?

Глава 165. Лекция Виттена

Глава 166. Военное положение

Глава 167. Неожиданное открытие

Глава 168. Новая частица?

Глава 169. Удачи

Глава 170. Прeвoсходная теория

Глава 171. Фрэнк Вильчек

Глава 172. Конференция

Глава 173. Карта сокровищ

Глава 174. Повышение

Глава 175. Интервью c Nature Weekly

Глава 176. Сильнейший в истории стажер!

Глава 177. Много информации

Глава 178. Возвращение.

Глава 179. 3 уровень физики!

Глава 180. Свет, превосходящий стандартную модель.

Глава 181. Он хочет увидеть тебя

Глава 182. Как правильнее сказать?

Глава 183. Золотой прииск

Глава 184. Начало эксперимента!

Глава 185. Неожиданный результат

Глава 186. Неожиданное воссоединение

Глава 187.

Глава 188. 201 комната

Глава 189. Немного отличается от того, что я представлял

Глава 190. Потерял дар речи

Глава 191. Вдохновение, невозможно остановить!

Глава 192. Цель, &quot;Математический ежегодник&quot;!

Глава 193.

Глава 194. Пекинская конференция.

Глава 195. Награждение!

Глава 196. Спорный лауреат

Глава 197. Надо идти!

Глава 198. Реакция

Глава 199. 30-минутный доклад

Глава 200. Уже доказано?!

Глава 201. Новый уровень

Глава 202. Мистическая лотерея с мистическими призами

Глава 203. Что дальше?

Глава 204. Раздражающее восхищение

Глава 205. Потратить деньги

Глава 206. Компьютер за 2,8 миллионов

Глава 207. Все когда-нибудь заканчивается

Глава 208. Международные патенты

Глава 209. Прибытие в Калифорнию

Глава 210. Где моя награда?

Глава 211. Самый молодой лауреат!

Глава 212. Сыпать соль на рану

Глава 213. Ступенька к вершине

Глава 214. Нелегко же тебя вытащить

Глава 215. Это нелегко даже для гения

Глава 216. Выпендреж - не слишком хорошая привычка

Глава 217. Возвращение назад в университет

Глава 218. Не потратьте впустую эти четыре года

Глава 219. В порядке вещей

Глава 220. Не хочешь оформить страховку?

Глава 221. Речь под национальным флагом

Глава 222. Еще одно окончание учебы

Глава 223. В новый путь!

Глава 224. Встреча друзей вдали от дома

Глава 225. Призрак?

Глава 226. Два варианта

Глава 227. Другой путь

Глава 228. Собственный инструмент

Глава 229. Исследование в затворничестве

Глава 230. Настоящие мужчины водят внедорожники

Глава 231. Идея появилась

Глава 232. Плохие новости

Глава 233. Последний кусочек головоломки

Глава 234. Поразительная оценка

Глава 235. Доказательство гипотезы!

Глава 236. За время чашки кофе

Глава 237. Пятый уровень математики!

Глава 238. Для тебя

Глава 239. Оживленный Принстон

Глава 240. Я никогда не волновался

Глава 241. Шампанское победы

Глава 242. Неожиданный сюрприз

Глава 243. Самый молодой профессор Принстона

Глава 244. Хватит и три часа

Глава 245. Объявление войны?

Глава 246. Откуда мнимые числа?

Глава 247. Первая лекция в Принстоне

Глава 248. Звонок из Стокгольма

Глава 249. Получаю награду

Глава 250. Церемония награждения

Глава 251. Достойный противник

Глава 252. Захватывающий ночной вид

Глава 253. Логично

Глава 254. Триумфальное возвращение

Глава 255. Планы на будущее

Глава 256. Наконец-то, получен патент

Глава 257. Подготовка к собеседованиям

Глава 258. Что требуется от студентов?

Глава 259. Гравитационные волны

Глава 260. Отправка статьи в Nature

Глава 261. С сегодняшнего дня начинается работа преподавателем

Глава 262. Даже эксперт - в нерешительности

Глава 263. . Математика все еще интеpесна.

Глава 264. He туда?

Глава 265. Громкие новости!

Глава 266. Третий уровень материаловедения!

Глава 267. Приглашение

Глава 268. Гипотеза Коллатца

Глава 269. Разделение труда

Глава 270. Ответственный руководитель

Глава 271. MRS конференция

Глава 272. Опорная точка отрасли

Глава 273. Hа самом деле, это только хобби

Глава 274. Лицензия на патент

Глава 275. Финансовая свобода

Глава 276. Личная встреча

Глава 277. Я, Лу Чжоу, не радуюсь деньгам

Глава 278. Оффшорная компания

Глава 279. Получение 400 миллионов

Глава 280. Счастливoe новоселье

Глава 281. Рождественский сочельник

Глава 282. Поxвалить себя же

Глава 283. 400 000 опыта!

Глава 284. Проблемы сферы

Глава 285. Будучи богатым, действительно, все ощущается по-другому

Глава 286. Десять лучших научных достижений года

Глава 287. He все студенты одинаково счастливы

Глава 288. Позаботьтесь вместо меня

Глава 289. Это справeдливо

Глава 290. Не уходи!

Глава 291. Радость преподавателя

Глава 292. Ты мне интересен

Глава 293. Похожи

Глава 294. Лучший молодой докладчик

Глава 295. Стабильная карьера

Глава 296. Трудно быть cдержанным

Глава 297. Нам нужна твоя помощь!

Глава 298. Крупный проект по разработке литий-серных аккумуляторов

Глава 299. Научно-исследовательский институт вычислительного материаловедения Цзиньлинского университета

Глава 300. Новость на факультете химии

Глава 301. Покупка оборудования

Глава 302. Я хочу услышать его мнение

Глава 303. Полые углеродные сферы

Глава 304. Тогда я докажу

Глава 305. Начало эксперимента

Глава 306. Тут же среагировавший рынок

Глава 307. Вкладывание денег

Глава 308. Хот-пот ресторан

Глава 309. Дать волю капризам

Глава 310. Гнатьcя за модой

Глава 311. Еще два ученика

Глава 312. Бывшие соперники

Глава 313. Этот великий момент нужно отпраздновать

Глава 314. Заблуждение

Глава 315. Первая лекция

Глава 316. Нужно сделать кое-что важное

Глава 317. Пошевеливайся!

Глава 318. &quot;Science» или «Nature&quot;?

Глава 319. B этот раз - &quot;Science&quot;

Глава 320. В научныx кругах пeредoвые идеи - наиболее беcполезны

Глава 321. Пpомeжуточный результат

Глава 322. Hе надо поднимать шум по пуcтякам

Глава 323. Becенние каникулы

Глава 324. Пpибытие в Сан-Франциcкo

Глава 325. Вpучeние премии Рoджера Адамcа!

Глава 326. Раcслабьтесь

Глава 327. Даже гении восхищаются другими гениями

Глава 328. &quot;Шпионаж&quot;

Глава 329. Нeбольшая пpоблема

Глава 330. Bтoрая хорошая новость

Глава 331. Пoмощник и телоxpанитель одновременно?

Глава 332. Величие бocса

Глава 333. Xимия нуждаетcя в мoей модели!

Глава 334. Работа помощника пpeподавателя

Глава 335. Вычиcлительный центр Aнтона

Глава 336. Ядернoе оружие вычиcлительной химии

Глава 337. B кpитичecкие моменты нужно опереться на конкурентов

Глава 338. 4-й уpoвень материаловедения!

Глава 339. Победоноcный pассвет

Глава 340. Отправка cтатьи в &quot;JACS&quot;

Глава 341. Beликая заслуга

Глава 342. Xоpошо cмeется тот, кто смеется последним

Глава 343. Публикации в &quot;JACS&quot;

Глава 344. Hoбeлевские лауpеаты - в нерешительности

Глава 345. Умoляю, подайте на меня в cуд

Глава 346. Два приглашeния

Глава 347. Пoка ты молод, нужно большe путешеcтвовать

Глава 348. Выpащиваниe гениев

Глава 349. План на гoд

Глава 350. Pаcсвeт литий-сеpнoй эпоxи

Глава 351. Bыпeндрилcя

Глава 352. Интepвью с &quot;TIME&quot;

Глава 353. Hаука беcкoнечна

Глава 354. Oтпpавление в Берлин

Глава 355. Oбщeствo Макса Планка

Глава 356. Нeдoразумение или начало новой xимии?

Глава 357. Нoвая xимия!

Глава 358. Peкомендация Hобелевского лауpеата

Глава 359. Медаль Гофмана

Глава 360. Эти студeнты - не очень!

Глава 361. Пиcьмо

Глава 362. В гocтяx у посла

Глава 363. Я - всeгo лишь профессор математики

Глава 364. Шесть секунд?

Глава 365. Предварительные условия не выполнены

Глава 366. Это то, чeго ты никогда не иcпытаешь

Глава 367. Библиотека Файрстоуна

Глава 368. Уши вянут

Глава 369. Meньшая цель

Глава 370. Hовая идeя иcследования свеpхпроводников

Глава 371. Пoпрoбовать

Глава 372. Hужны пoмощники

Глава 373. Bизит в Гаpвард

Глава 374. Bновь pадостный момeнт тяжелой работы

Глава 375. Пpoмeжуточный результат в исследованиях уравнений Hавье-Cтокса

Глава 376. Атoмный зонд &quot;Гeлий-3&quot;

Глава 377. Дoлгая партия?

Глава 378. Oбязаны уcпeть!

Глава 379. Hужна бoльшая мощноcть!

Глава 380. С пoмощью дeнег можно вcе

Глава 381. Послeдняя лекция по теоpии чисел перед каникулами

Глава 382. Битва титанов

Глава 383. Предложение совместного исследования

Глава 384. Нeвидимая пуля

Глава 385. Математика уже достаточно сложна

Глава 386. Ты не мoжешь понять удовольствия

Глава 387. Самый кpаcивый снег

Глава 388. Дoказатeльство гипотезы Kоллатца

Глава 389. Малoвepоятное cобытие

Глава 390. Пoдготовка к возвращeнию домой

Глава 391. Вoзвpащение домой

Глава 392. В какиx вы oтношeниях?

Глава 393. На cамoм высоком уpовне

Глава 394. Пеpеманивание

Глава 395. Я проcто проxодил мимо

Глава 396. Цеpемoния награждения!

Глава 397. Лучший из лучшиx

Глава 398. Банкeт

Глава 399. Фpуктовый мусор

Глава 400. Пoчему я должен отдавать свою дочь?

Глава 401. Сохраняй равновесие в сердце

Глава 402. Ты выросла?

Глава 403. Семизначная премия

Глава 404. Письмо из Германии

Глава 405. Встреча после долгой разлуки

Глава 406. Самый счастливый день

Глава 407. Жизнь — это не только математика, еще есть физика и химия

Глава 408. Новый год 2018

Глава 409. Жидкость с высоким коэффициентом вязкости

Глава 410. Давно не виделись, Принстон

Глава 411. Взрывающееся уравнение?

Глава 412. Многообразие Лу?

Глава 413. Поздравляю с окончанием!

Глава 414. Два пути

Глава 415. Второе приглашение

Глава 416. Беспокойный июнь

Глава 417. Ответ на задачу тысячелетия!

Глава 418. Мир тесен

Глава 419. Победа над уравнениями Навье-Стокса

Глава 420. Всемирное событие

Глава 421. Существует!

Глава 422. Чудо не для одного человека!

Глава 423. Пасхальное яйцо от системы

Глава 424. Международный математический конгресс.

Глава 425. Всеобщее уважение

Глава 426. Филдсовская премия - неплохо..

Глава 427. У крутых профессоров - студенты нарасхват

Глава 428. Дай мне немного вдохновения

Глава 429. Доклад о гипотезе Коллатца

Глава 430. Завершение конференции

Глава 431. Переведите мне деньги

Глава 432. Заявка на суперкомпьютер

Глава 433. Решение Лазерсона

Глава 434. Боюсь, вам нужен не суперкомпьютер...

Глава 435. Ключ от ящика

Глава 436. Дилемма

Глава 437. Тренер, я хочу торговать дронами

Глава 438. Благодарственное письмо от научного сообщества?

Глава 439. Пятый уровень физики и специальное задание?

Глава 440. 30 минут

Глава 441. Трудности Шведской академии наук

Глава 442. Слава человеческого разума несравненно мала в масштабах Вселенной

Глава 443. Термоядерный синтез начинается со сверхпроводимости

Глава 444. Я просто хотела позвать тебя поесть

Глава 445. Последнее заседание

Глава 446. Ты говорила, что просто поедим...

Глава 447. Что думаешь о моей дочери?

Глава 448. Нобель и Филдс

Глава 449. &quot;Дом-музей&quot; Лу Чжоу

Глава 450. Кто-то пишет о тебе диссертацию

Глава 451. Уклончивый ответ

Глава 452. Математика ищет истину

Глава 453. 101К

Глава 454. Почему бы не стать публичными?

Глава 455. Хорошая возможность

Глава 456. Приглашение на церемонию вручения Нобелевской премии

Глава 457. Осенняя конференция MRS

Глава 458. Возвращение в Стокгольм

Глава 459. Как называть старшую сестру профессора?

Глава 460. 10 декабря

Глава 461. Самый многолюдный банкет

Глава 462. Могу я пригласить тебя на танец?

Глава 463. Обещаю, что это интереснее литиевых аккумуляторов

Глава 464. Предостерегаю тебя

Глава 465. Нобелевская лекция

Глава 466. Заехать во Францию

Глава 467. Два слова

Глава 468. Талантливый ветеран отрасли

Глава 469. Просто купим один

Глава 470. Вы действительно говорили только о математике?

Глава 471. Большая стройка

Глава 472. Знание - величайшее богатство

Глава 473. Два направления

Глава 474. Как минимум, постдок

Глава 475. Новички исследователи

Глава 476. Расселение талантов

Глава 477. Мне еще слишком рано думать о таком

Глава 478. Еще одно вручение наград этого года

Глава 479. Покупка дома

Глава 480. Вероятность успеха эксперимента

Глава 481. &quot;Интересные&quot; проблемы

Глава 482. Полметра провода

Глава 483. Новый дом Сяо Ая

Глава 484. Новый 2019 год

Глава 485. Давайте заключим сделку

Глава 486. Обмен технологиями

Глава 487. Присоединишься или нет?

Глава 488. Физический механизм сверхпроводимости

Глава 489. Сотрудничество

Глава 490. Хочу посмотреть, кто осмелится уйти без моего одобрения

Глава 491. Тогда пригласим их всех

Глава 492. Визит в университет Юйхуа

Глава 493. Хотите присоединиться к нам?

Глава 494. Готовы к работе

Глава 495. Прибытие делегации

Глава 496. Завоевание немцев технологиями

Глава 497. Стелларатор STAR

Глава 498. Первый шаг к солнцу

Глава 499. Промежуточный результат

Глава 500. Правильно ли потратили 4 миллиарда юаней?

Глава 501. Построить суперкомпьютер

Глава 502. Спортивное мероприятие

Глава 503. Не ожидал, что ты будешь популярным

Глава 504. Отправление в Лос-Анджелес

Глава 505. Международная конференция по термоядерному синтезу

Глава 506. Бесполезные заметки

Глава 507. Технологическая выставка

Глава 508. Перспективы углеродных микросхем

Глава 509. Будущее за вами

Глава 510. Я думал уже полгода

Глава 511. Они - сокровище цивилизации

Глава 512. Прощание с Принстоном

Глава 513. Я не сдамся

Глава 514. Возобновление эксперимента!

Глава 515. Не просто 30 минут

Глава 516. Это невозможно!

Глава 517. Потрясение научного сообщества физиков плазмы

Глава 518. 40 миллиардов

Глава 519. Безысходная реальность

Глава 520. Чем меньше слов, тем больше информации

Глава 521. Кипятить воду - слишком расточительно

Глава 522. Выбрать нестандартный путь

Глава 523. Гонка за будущее

Глава 524. Иначе вышвырнем их

Глава 525. Возвращение в родной университет

Глава 526. Руководство ценит ваше мнение

Глава 527. Не так дорог подарок, как дорого внимание

Глава 528. Мы полагаемся на вас!

Глава 529. Неожиданно интересные результаты?

Глава 530. Зачем ломать свой, когда можно использовать чужой

Глава 531. Без причины получить удар

Глава 532. Немного обидеть

Глава 533. Взяться за старое

Глава 534. Счастье приходит неожиданно

Глава 535. Если мало времени, то нужно просто больше людей

Глава 536. Хорошие новости из Дайя-Бэй

Глава 537. Контрмеры Хелмса

Глава 538. Никаких явных повреждений

Глава 539. Уход

Глава 540. Начало строительства!

Глава 541. Тяньвань

Глава 542. Новости, потрясшие мир

Глава 543. Неожиданная удача

Глава 544. Полное сотрудничество

Глава 545. Ловушка расплава

Глава 546. Мы - разные

Глава 547. Начало производства материала

Глава 548. На полную мощность

Глава 549. Таинственный район 900

Глава 550. Разве вы не сказали -quot;как можно скорее-quot;?

Глава 551. На этот раз я не обманываю

Глава 552. Последняя трудность

Глава 553. Чем быстрее, тем лучше!

Глава 554. В полной готовности

Глава 555. Все готово

Глава 556. Зажигание!

Глава 557. Энергия звезды

Глава 558. Завершение задания!

Глава 559. Лучший завтрашний день

Глава 560. Я тоже хочу стать ученым, когда вырасту

Глава 561. Я очень разочарован

Глава 562. Неожиданная радость для президента

Глава 563. Где мой телефон?

Глава 564. Спасибо!

Глава 565. Планирование будущего

Глава 566. Где стрим?

Глава 567. Межрегиональная энергосеть

Глава 568. Интервью на телестанции

Глава 569. Пань-гу

Глава 570. Третьи обломки

Глава 571. Какие вкуснее?

Глава 572. Национальность ученого

Глава 573. Лин Юнь!

Глава 574. Решать вам

Глава 575. Уход на отдых после успеха

Глава 576. Приятная неожиданность?

Глава 577. Помощники

Глава 578. Разве он не уже?

Глава 579. Польза от красоты?

Глава 580. Лаборатория на третьем подземном этаже

Глава 581. Это не то тело, которое я хотел

Глава 582. Чем старше выглядишь, тем больше шанс, что ты академик

Глава 583. Невозможный материал

Глава 584. План обучения

Глава 585. Спасибо, что спас меня

Глава 586. Симпозиум по лунной программе

Глава 587. Новое тело Сяо Ая

Глава 588. Кратчайший путь

Глава 589. Стратегические хитрости

Глава 590. Главный консультант лунной программы

Глава 591. Знамение космической гонки

Глава 592. Разбор обломков

Глава 593. Путь понятен

Глава 594. Присоединится или нет?

Глава 595. Позвольте прочитаю еще раз

Глава 596. Проект термоядерной батареи

Глава 597. Слишком большой шаг?

Глава 598. Рынок, созданный статьей

Глава 599. Кто-то копает на тебя

Глава 600. Рискованный фондовый рынок

Глава 601. Извлечение пользы

Глава 602. Расстались по-хорошему

Глава 603. Хочется, но боязно

Глава 604. Неизбежная проблема

Глава 605. Почему нуклоны склеиваются?

Глава 606. Как объединить ядерные силы

Глава 607. Не то облысеешь

Глава 608. Подключение генераторов

Глава 609. Доказательство существования решения

Глава 610. Самый подходящий рецензент

Глава 611. Ты написал эту статью?

Глава 612. Хаотичный апрель

Глава 613. Письмо из Института Клэя

Глава 614. Можно просто нормально поговорить?

Глава 615. На мой взгляд, они одинаковы

Глава 616. Вдохновение заразительно

Глава 617. Подумали об одном и том же

Глава 618. Я единственный, кто может это сделать

Глава 619. Со всего мира

Глава 620. Мел, который перестал писать

Глава 621. Я решил

Глава 622. Общее решение уравнений Янга-Миллса

Глава 623. Бурная реакция

Глава 624. Верно

Глава 625. Он вообще человек?

Глава 626. Исторический памятник математики и физики

Глава 627. Разговор с профессором Фефферманом

Глава 628. Интервью для Nature Weekly

Глава 629. Выглядит более по-научному

Глава 630. Биохимия пятого уровня

Глава 631. Большое везение

Глава 632. Новое задание

Глава 633. Хочешь построить ракету?

Глава 634. Достань участок земли

Глава 635. Ключ к решению проблемы уравнений Янга — Миллса

Глава 636. Отправляется в космос?

Глава 637. У меня плохое предчувствие

Глава 638. Умная идея для доказательства

Глава 639. Продавец отправил товар

Глава 640. Обманутые

Глава 641. Квантовое поле Янга — Миллса

Глава 642. Может это судьба

Глава 643. Что, если я не продам их вам?

Глава 644. Что-то пошло не так

Глава 645. Просто найду эксперта

Глава 646. Кто установил эту систему?

Глава 647. Скрытный и скромный профессор Лу

Глава 648. Доказали?

Глава 649. Серьезные изъяны

Глава 650. Приглашение от профессора Брайана

Глава 651. У меня есть вопрос

Глава 652. Решил?

Глава 653. Старение — грустная тема

Глава 654. Путь к Млечному Пути

Глава 655. Отвечу до конца месяца

Глава 656. Это и есть разрыв?

Глава 657. Электросильное взаимодействие

Глава 658. Ответ у тебя в руках

Глава 659. Удивительные результаты экспериментов

Глава 660. Голосование ЦЕРНа

Глава 661. Приглашение от ЦЕРНа

Глава 662. Интервью

Глава 663. Разноцветная пена от Сяо Ая?

Глава 664. Я буду говорить, а ты пиши

Глава 665. Сделал все сам

Глава 666. Прорыв в миниатюризации

Глава 667. Сделали?

Глава 668. Как вы это сделали?

Глава 669. Для большего блага

Глава 670. Завершение строительства сборочного центра

Глава 671. Создать что-то из ничего

Глава 672. Время настоящих технологий

Глава 673. Вы мой учитель

Глава 674. 100 МВт

Глава 675. Раздражает

Глава 676. Знаешь, кем я восхищаюсь больше всего?

Глава 677. Поднимите руки

Глава 678. Финансирование одобрено

Глава 679. 500 Миллионов

Глава 680. Подготовка к будущему

Глава 681. Ло Вэньсюань потерял голову от любви?

Глава 682. Тьфу

Глава 683. Вечер на Пурпурной горе

Глава 684. Простите

Глава 685. Только дети задают вопросы с несколькими вариантами ответов

Глава 686. Транспортные средства на альтернативной энергии

Глава 687. Проект литий-воздушной батареи

Глава 688. Новый способ делать сэндвич с беконом?

Глава 689. Секретная встреча

Глава 690. Давайте поспорим

Глава 691. Конкурент

Глава 692. Вам нужна помощь?

Глава 693. Последнее слово будет за специалистами

Глава 694. Жуйсян

Глава 695. Команда космонавтов

Глава 696. Пора нобелевской премии

Глава 697. Подготовка

Глава 698. Излишние переживания?

Глава 699. Ответственный за обратный отсчет

Глава 700. Зажигание! Подъем

Глава 701. Вид на землю

Глава 702. Суперзвезда кремниевой долины?

Глава 703. В любом случае, это не плохо

Глава 704. Празднование Нового года в небе

Глава 705. Серьезная проблема?

Глава 706. Возвращение с орбиты

Глава 707. Триумфальное возвращение

Глава 708. Наполовину угадала

Глава 709. Выписка

Глава 710. Пустыня

Глава 711. Спасательная капсула «Молния»

Глава 712. Проект «Хочжун»

Глава 713. Кандидат в академики

Глава 714. Космический конвертоплан

Глава 715. Она ждет

Глава 716. Ответ Белого дома

Глава 717. Проект «Арес»

Глава 718. Блок для роста растений

Глава 719. Подготовка к полету на Луну

Глава 720. Воссоединение

Глава 721. Присоединится

Глава 722. Можно гордиться всю жизнь

Глава 723. Нам нужна победа

Глава 724. Шаг в звездное небо

Глава 725. Особое поздравление

Глава 726. Момент всеобщего ликования

Глава 727. Блок для выращивания растений

Глава 728. Возвращение

Глава 729. Второй этап

Глава 730. Загадочная кока-кола

Глава 731. Перегруженное НАСА

Глава 732. Не разрезаемая одежда?

Глава 733. Компонентный анализ

Глава 734. Реликвия

Глава 735. Можно хвастаться всю жизнь

Глава 736. Прогресс разработки лунного адронного колайдера

Глава 737. Потрясающие новости

Глава 738. Пресс-конференция НАСА

Глава 739. Вернулись к началу?

Глава 740. Выбор пути

Глава 741. Камня на камне не оставить

Глава 742. Покорение будущего

Глава 743. Колесо покатилось вперед

Глава 744. Высокомерный оппонент

Глава 745. Поиск сокровищ

Глава 746. Аризонский купол

Глава 747. Вы привыкните

Глава 748. Запуск ракеты BFR

Глава 749. Комитет по строительным работам на лунной орбите

Глава 750. Накопление тепла

Глава 751. Проблема в решающий момент?

Глава 752. Большая проблема

Глава 753. Единственный способ

Глава 754. Холодная сварка

Глава 755. Невероятный профессор Лу

Глава 756. Термостойкий материал

Глава 757. Экспорт внутренних товаров

Глава 758. Очередная громкая новость

Глава 759. Пуля в барабане

Глава 760. Заходим

Глава 761. Заслуженно

Глава 762. Всеобщее внимание

Глава 763. Лунный дворец на орбите

Глава 764. Наш Лунный дворец

Глава 765. Сначала плохую новость

Глава 766. Новость о успехе

Глава 767. Равные?

Глава 768. Мы скоро узнаем

Глава 769. Три воина

Глава 770. Посмотрели друг на друга

Глава 771. Никто не может помешать мне

Глава 772. Наем

Глава 773. Сам по себе

Глава 774. Мы все умрем

Глава 775. Клетки нематод

Глава 776. В будущем разрешится

Глава 777. Великие идеи часто приходят неожиданно

Глава 778. Посещение раненых

Глава 779. Шанс снова встать на ноги

Глава 780. Операция

Глава 781. Киборг

Глава 782. Прибытие на Марс?

Глава 783. Небольшие проблемы

Глава 784. Дневники Марса

Глава 785. Глобальная песчаная буря

Глава 786. Четвертая космическая эра

Глава 787

Глава 788. Раскрытый секрет

Глава 789. Ионный двигатель?

Глава 790. Нужна

Глава 791. Мир вновь поразила

Глава 792. Наихудший вариант

Глава 793. Падение

Глава 794. Обратный билет

Глава 795. Успешное спасение

Глава 796. Двуличный

Глава 797. Исследовательский вездеход

Глава 798. Следы подземного льда?

Глава 799. Дорога до луны

Глава 800. Добыча полезных ископаемых

Глава 801. С возвращением

Глава 802. Проблемы

Глава 803. Жизнь с Марса

Глава 804. Срочное задание

Глава 805. Неблагоприятный первый контакт

Глава 806. Паразит? Симбиот?

Глава 807. Лунный проект

Глава 808. «Аппетитное» лекарство

Глава 809. Профессор Z?

Глава 810. Беспомощные международные специалисты

Глава 811. Аминокислота

Глава 812.

Глава 813. Доктор Z спаситель мира?

Глава 814. Награда за срочное задание?

Глава 815. Сразу два

Глава 816. Свет молодости

Глава 817.

Глава 818. Местные деликатесы

Глава 819. Кто их остановит?

Глава 820. Лунный ускоритель масс

Глава 821. Я хочу изучать математику вместе с тобой

Глава 822. Экзамен из одной задачки

Глава 823. Письмо от Международного математического союза

Глава 824. Далекие друзья

Глава 825. Мир тесен

Глава 826. Новая мода в ЦЕРНе

Глава 827. Проблемы красивых людей

Глава 828. Хочешь поменять машину?

Глава 829. Ничего не делая

Глава 830. Задача, придуманная на месте

Глава 831. Ключ к доказательству гипотезы Римана

Глава 832. Профессор Лу решился?

Глава 833. Гости с севера

Глава 834. Коммерциализация и масштабирование производства

Глава 835. Банкет

Глава 836. Он приедет

Глава 837. Метод уменьшения границы

Глава 838. Гипотеза Римана

Глава 839. Его опасно трогать

Глава 840. Надежная машина

Глава 841. Спорно?

Глава 842. Разногласие

Глава 843. Постоянная лунная станция

Глава 844. Золотая карточка задания?

Глава 845. Три года

Глава 846. Квантовый компьютер?

Глава 847. Обновление Сяо Ая

Глава 848. Подобен бриллианту

Глава 849. Второй ключ к будущему

Глава 850. Я такая глупая

Глава 851. Сила одного письма

Глава 852. Первый отказ

Глава 853. Тогда убедим их

Глава 854. Бросаешь мне вызов?

Глава 855. Ожидание сильной бури

Глава 856. Еще одна буря

Глава 857. Доля

Глава 858. Перемещение математиков

Глава 859. Решающая битва при Цзиньлине?

Глава 860. У меня есть вопрос

Глава 861. Противостояние

Глава 862. Пыль осела

Глава 863. Мы победили

Глава 864. Золотая жила

Глава 865. Волшебный энергетик

Глава 866. Хорошо быть молодым

Глава 867. Записная книжка Фальтингса

Глава 868. Тайна квантового мира

Глава 869. Известный человек в отрасли

Глава 870.

Глава 871. Теперь мое

Глава 872. У него все хорошо?

Глава 873. Сотрудничество

Глава 874. Протащи меня

Глава 875. Похожи

Глава 876. Сделано за час

Глава 877. Рост

Глава 878. Установка камина

Глава 879. Специальный выпуск

Глава 880. Наблюдатель

Глава 881. Жестокая девушка

Глава 882. Первый день 2022 года

Глава 883. Гениальный брат

Глава 884. Я хочу все

Глава 885. Святая земля космонавтики

Глава 886. Отклонить

Глава 887. Приветственная группа

Глава 888. Встреча со старым другом

Глава 889. Я владею половиной

Глава 890. Невероятное

Глава 891. Я довольно важный?

Глава 892. Возвращение домой

Глава 893. Приглашение учиться в аспирантуре

Глава 894. Модель Лу — Бьюли

Глава 895. Хочет дерево покоя, да ветер не прекращается

Глава 896. У меня есть несколько идей

Глава 897. Снег в Принстоне

Глава 898. Состояние Веры

Глава 899. Свайпнешь вправо?

Глава 900. Неожиданный визит

Глава 901. Умный город?

Глава 902. Собрание в Пекине

Глава 903. Третий раз

Глава 904. Математический центр

Глава 905. Кто вы такой?

Глава 906. Я ваш фанат

Глава 907. Переманивание

Глава 908. Нашел сокровище

Глава 909. Грандиозное собрание по физике и космонавтике

Глава 910. Наше общее процветание

911 Новая глава физики

912 Он обязательно приедет

913 Показаться перед другими

914 Некоторые радуются, некоторые грустят

915 Полно проблем

916 Охотничьи орлы

917 Кого ты оскорбил?

918 Не могу их простить

919 Сяо Ай, оставляю все на тебя

920 Доктор Z

921 Профи

922 Босс не в сети

923 Личность доктора Z

924 Каждый хочет стать ведущим ученым

925 Уступки

926 Ненавижу

927 Появление углеродных чипов

928 Добросовестный ученый

929 Дьявол

930 Задача многообразий

931 Гипотеза Салливана

Глава 932. Мы решили, что ты председатель

Глава 933. Предлагаемые изменения

Глава 934. Случайно

Глава 935. В Шанхай

Глава 936. Неожиданная встреча

Глава 937. Гостеприимный Принстон

Глава 938. Хочешь выпить? Я угощаю

Глава 939. Церемония открытия

Глава 940. Справлюсь

Глава 941. Самый креативный плакат

Глава 942. Никто?

Глава 943. Я потратил всего час

Глава 944. Уже начал

Глава 945. Больше часа

Глава 946. Добродетель

Глава 947. Самое захватывающее событие года

Глава 948. Потрясенный мир экономики

Глава 949. Саммит по инновациям и инвестициям в высоких технологиях

Глава 950. Вы достойный противник

Глава 951. Планы Маска

Глава 952. Презентация стартапов

Глава 953. Я инвестирую

Глава 954. Плохой парень

Глава 955. Контролируя электроэнергию, контролируешь будущее

Глава 956. Миллиарды из воздуха

Глава 957. Сначала выиграй золотую медаль

Глава 958. Всю жизнь с математикой

Глава 959. Пористая мембрана для молекулярного обмена

Глава 960. Подсказка в обломках

Глава 961. Замените все углеродом

Глава 962. Наконец-то могу воспользоваться

Глава 963. Переносчик кислорода

Глава 964. Еще по одной причине

Глава 965.

Глава 966. Сыграть в шахматы

Глава 967. Просто напиши

Глава 968. Одобряю

Глава 969. Решение

Глава 970. Страшно

Глава 971. Я знаю, кто проделал главную работу

Глава 972. Должны помочь нам

Глава 973. Хорошие времена Уиттингема

Глава 974. Более поразительное

Глава 975. Ужасающие связи

Глава 976. Установить стандарт

Глава 977. Рыбак рыбака

Глава 978. Выпуск продукта

Глава 979. Запасной вариант и козырь

Глава 980. Эксклюзивные контракты

Глава 981. У вашей компании проблемы

Глава 982. Объединение патентов

Глава 983. История

Глава 984. Я хочу видеть президента

Глава 985.

Глава 986. Правила созданы для победы

Глава 987. Началось

Глава 988.

Глава 989. Сдаться

Глава 990. Отзыв иска

Глава 991. Используйте их стандарт

Глава 992. Прославиться в миг

993 Я откажусь

994 Пиратская культура

995 Коварство

1 - 996

997 Проблема Архимеда

998 Сталь — наши отпечатки

999 Мы можем

1000 Ориентироваться на других

1001 Несравненный ученый

1002 Перейти на темную сторону

1003 Чему быть, того не миновать

1004 Железный занавес

1005 Воспользовались?

1006 Старый друг

1007 Книги известнее работ

1008 Предсказание будущего

1009 Философская тема

1010 Отличный проект?

1011 Гелиос

1012 Не зажигается?

1013 Механизм защиты

1014 Неужели он правда угадал?

1015 Предумышленный саботаж?

Глава 1016. Получено скрытое достижение

Глава 1017. Знаменитый учитель, знаменитый ученик

Глава 1018. Оказала услуги

Глава 1019. Рассеянный профессор Лу

Глава 1020. Воспоминание из пустоты

Глава 1021.

Глава 1022. Мусорное ведро

Глава 1023. Я найду способ

Глава 1024. Вопрос века

Глава 1025. Конференция ICM

Глава 1026. Девятый уровень математики

Глава 1027. Свидетели истории

Глава 1028. Слава человеческого разума

Глава 1029. Хватит и часа

Глава 1030. Из другой вселенной

Глава 1031. Будущее теории чисел

Глава 1032. Шампанское победы

Глава 1033. Церемония закрытия!

Глава 1034. Откуда ты знаешь, что это твое?

Глава 1035. У меня есть способ!

Глава 1036. Всë возможно

Глава 1037. Машина времени

Глава 1038. Фонд защиты прав на криогенную терапию при неизлечимых заболеваниях

Глава 1039. Начало новой эры?

Глава 1040. Прогноз, это лишь часть анализа

Глава 1041. Разговор у реки

Глава 1042. Случится может все

Глава 1043. Легендарная миссия!

Глава 1044. Твой будущий ученик!

Глава 1045. Хорошие новости из лаборатории углеродных чипов

Глава 1046. Десять миллионов на квадратный миллиметр

Глава 1047. Итоги IEEE

Глава 1048. Проект академика Лу

Глава 1049. Подрыв всей индустрии

Глава 1050. Просто назови его... Будущее

Глава 1051. Лев или охотник?

Глава 1052. Future!

Глава 1053. Беспрецедентный случай

Глава 1054. Запуск продукта

Глава 1055. Меняем правила игры

Глава 1056. Живая демонстрация

Глава 1057. Плохой IEEE

Глава 1058. Открыть новые достижения!

Глава 1059. Кем ты меня считаешь?

Глава 1060. Наши чипы &quot;Dragon&quot;

Глава 1061. Самый большой фанат

Глава 1062. Маленькие машины, большие машины и коллайдеры

Глава 1063. Технология стоимостью пятнадцать тысяч

Глава 1064. Новое появление доктора Z

Глава 1065. Всë ради науки!

Глава 1066. Стань свидетелем чуда!

Глава 1067. Живой мир!

Глава 1068. Снова цель?

Глава 1069. Я слышал ты искал меня

Глава 1070. Фрагменты мира

Глава 1071. Это ты?!

Глава 1072. Первый покупатель

Глава 1073. Достаточно ли одного полка?

Глава 1074. Научные исследования похожи на укладку кирпичей

Глава 1075. Первое тестирование системы виртуальной реальности

Глава 1076. Битва на досягаемости!

Глава 1077. Что это за учения?

Глава 1078. Шокирующее повторение

Глава 1079. Еще одна кровавая баня

Глава 1080. Что это за проклятая штука?

Глава 1081. Используйте эту технологию для путешествий по миру?

Глава 1082. Значение

Глава 1083. Не все обладают достаточной квалификацией

Глава 1084. Настойчивый репортер

Глава 1085. Облачные вычисления и сеть виртуальной реальности

Глава 1086. Странные нубы

Глава 1087. Теория мотивов

Глава 1088. Вдохновение приходит тем же путем

Глава 1089. Захватывающее будущее

Глава 1090. Безумная идея

Глава 1091. Система &quot;Phantom&quot;

Глава 1092. В кремниевой долине наступила зима

Глава 1093. Визит Перельмана

Глава 1094. Цена - лишь одна из причин

Глава 1095. Свиньи летают...

Глава 1096. Рукопожатие двух гигантов

Глава 1097. Вторая закрытая бета-версия

Глава 1098. Вкус зла

Глава 1099. Оценка игрока

Глава 1100. Ужасающие поля медали

Глава 1101. Что-то не так

Глава 1102. Можем оплатить вперед

Глава 1103. Волнение общественного мнения

Глава 1104. Вы невиновны, вам не стоит беспокоиться

Глава 1105. Нам все равно

Глава 1106. Зарабатывайте деньги не вставая с места

Глава 1107. Нужен выдающийся мозг

Глава 1108. Объединение старых методов

Глава 1109. Заключительный этап

Глава 1110. Электронное письмо с одним словом

Глава 1111. Вселенная совершенна

Глава 1112. Шум ветра

Глава 1113. Математика 10-го уровня!

Глава 1114. Срочные новости

Глава 1115. Обзорная сессия

Глава 1116. Мир глазами Бога

Глава 1117. Я докажу это здесь

Глава 1118. Он вообще человек?

Глава 1119. Пик человеческого разума!

Глава 1120. Унаследовано

Глава 1121. Решение Международного математического союза

Глава 1122. Второе воспоминание

Глава 1123. Мир колец

Глава 1124. &quot;Черный ящик&quot;

Глава 1125. Возможно ли это вообще?

Глава 1126. Уклонение от ответственности

Глава 1127. Новые идеи о гипотезе Ходжа

Глава 1128. Потеря сна неизбежна

Глава 1129. В мире физики назревает что-то грандиозное

Глава 1130. Коллайдер готов!

Глава 1131. Крепость на Луне

Глава 1132. Столкновение с энергией в петаэлектронвольт!

Глава 1133. Неудачная встреча

Глава 1134. Брукхейвенская национальная лаборатория

Глава 1135. Все еще в секрете

Глава 1136. Приятно, когда тебя замечают

Глава 1137. Уход Брукхейвенской лаборатории

Глава 1138. Высокий риск, высокая награда

Глава 1139. Модель маятника

Глава 1140. Полная синхронизация

Глава 1141. Кварковые звезды

Глава 1142. Стихийное бедствие

О книге